Прибалтийско-финские наименования сосны и их рефлексы в севернорусских говорах

УДК 81

С. А. Мызников

ПРИБАЛТИЙСКО-ФИНСКИЕ НАИМЕНОВАНИЯ СОСНЫ И ИХ РЕФЛЕКСЫ В СЕВЕРНОРУССКИХ ГОВОРАХ

В северно-русских говорах рассматриваются слова прибалтийско-финского происхождения, особое внимание уделяется функционированию названий сосны.

Ключевые слова: северорусские говоры, названия сосны, прибалтийско-финские слова.

Наименования сосны на финно-угорской почве уже рассматривались в известной работе I. N. Sebestyen 1943 (Sebestyen, 1943), в наше время - Ю. Э. Коп-палевой (Коппалева, 2007), И. В. Бродским (Бродский, 2007).

В прибалтийско-финских языках имеется несколько наименований сосны, все они в большей или меньшей мере находят отражение в русских говорах как заимствованные или субстратные единицы. Естественно, что, войдя в русские говоры, эти наименования чаще всего не являются дублетными синонимами к общенародному слову «сосна», а характеризуют особенности сосны, произрастающей в различных местах.

Среди всех наименований можно выделить древние, отмечаемые во всех прибалтийско-финских языках и в большинстве финно-угорских: фин. petaja, honka, manty.

Одна из наиболее древних лексем, обозначающих сосну, с данными, представленными во всех финно-угорских языках: вепс. pedai, pedei 'сосна' (СВЯ, 405), фин. petaja, кар. petaja 'сосна, обычно большая и крепкая', лив. petai, люд. pedai 'сосна', ижор. pedaja, pedajain, водск. petaja, эст. pedajas, pedak, эст. южн. petai, ливск. piedag, саам. piece, саам. швед. petse 'мясной или рыбный бульон, в который кладут заболонь сосны', ср. также морд. эрз. p'itse, мокш. p'itse 'сосна', мар. pdndzd, удм. puztm, коми poMm 'сосна' (SKES, 534). Л. Хакулинен относит эту единицу к древней собственно финской лексике (Хакулинен, 2, 9). Ю. Э. Коппалева рассматривает фин. petaja в ряду древних наименований растений, потерявших свою внутреннюю форму вследствие утраты второго компонента (Коппалева, 2007, 129). Причем лексема petaja нередко участвует в спецификации наименований сосны: вепс. kaygaspedei 'сосна, растущая на бору' (СВЯ, 177), mouvaspedei 'сосна, с которой берут камбий' (СВЯ, 349), sopedei 'сосна, растущая на сыром месте' (СВЯ, 519), ливв. laccupiapedai 'сосна с широкой низкой кроной' (СКЯМ, 175).

В смежных русских говорах отмечается лексема педа'й 'сосна' (Прионеж-ский район Карелии) (СРГК, 4, 419), которую следует возводить к вепсским источникам, исходя из ареала, формы слова и его семантики, ср. вепс. pedai, pedei 'сосна' (СВЯ, 405; SKES, 534; КЭСКЯ, 223). Хотя русская диалектная лексема вряд ли является устойчивой единицей лексикона, ввиду дублетности ее семантики, вероятно, ее следует трактовать как недавнее проникновение. В этом же ареале отмечаются микротопонимы вепсского происхождения: Педя'ник 'пожня' Подпорож. (Усланка) Ленингр. (ПЛГО); Педа'сельга 'деревня' При-онеж.; причем микротопоним Педя'ник соотносится с вепс. pedeik 'сосняк, сосновый бор' (ПФГЛК, 72).

Также отмечаются во всех прибалтийско-финских языках следующие данные, номинируюшие сосну: фин. honka 'большая старая сосна', honka 'обычно -лодка, изготовленная из двух выдолбленных сосновых стволов', ливв. hoygu 'сосна', hoygoi 'челн', люд. hoyg, 'сосна, прочная старая сосна', hoygoi 'челн, лодка-долбленка', ижор. hoyga, hoyka 'высокая, гладкоствольная сосна', вепс. hoyg 'сосна', эст. honga-puu, hongas-puu, эст. диал. ongas 'большая старая сосна' (SKES, 80). Следует отметить, что данное гнездо фиксируется только на прибалтийско-финской почве уже у Агриколы (SSAP, 1, 172). Причем вепс. hoyg в настоящее время уже обозначает не просто сосну, а обычно сухую, высокую, высохшую на корню (СВЯ, 129).

Русские рефлексы весьма обширны и устойчивы в употреблении, так, например, лексема хо'нга наиболее близка к прибалтийско-финским этимонам: хо'нга 'сосна' Шенк. Арх. (Опыт); хо'нга «усохшая сосна» Пинеж., Мезен., Шенк. (Подвысоцкий, 184), «сухая сосна» Усть-Цилем. Коми АССР (КСРНГ), Мезен. (Погорелец) Арх. (КСРНГ, 1949), 'на корню высохшая сосна' Холмог. Арх; хо'нга «крепкая древесина» Верхнетоем. Арх. (КСРНГ); хо'ньга 'засохшая на корню сосна' Примор.; хо'нга 'то же' Шенк., Виноград., Пинеж., Верхнетоем., Лешукон. Арх.; фо'нга 'то же' Краснобор. (ЛААО, 61); хонжа' 'засохшая сосна' Онеж. (Кожпоселок) Арх. (КСРНГ, 1948). Следует отметить, что вепс. hoyg 'сосна (обычно сухая, высокая), высохшая на корню сосна' (СВЯ, 129), семантически совпадает с русскими диалектными данными. У тверских карел слово honga уже не соотносится с видом деревьев, ср. кар. твер. honga 'сухостой' (СКЯП, 56), при ливв. hongu 'сухостойная большая сосна' (СКЯМ, 72). На широком карельском материале у слова honka фиксируются сходные значения: 'сосна', 'крепкая и большая, также часто засохшая сосна', 'засохшее дерево' (KKS, 1, 307).

Более отдален фонетически от прибалтийско-финских источников вариант ко'нга, лексемы этого гнезда обычно фиксируются в значениях, указывающих на качество соснового дерева и его древесины: ко'нга 'крепкая мелкослойная смолистая сосна, растущая на сухом месте' Никол. Волог (Опыт), Волог., Перм. (Даль), Влад., Арх., Север. (СРНГ, 14, 245); 'береговая сосна, растущая на сухих почвах' Север (СРНГ, 14, 245); 'большое дерево с крепкой, высококачественной древесиной' Ср. Урал (СРНГ, 14, 245); 'плотная мелкослойная внутренняя часть хвойного дерева' Волог., Перм. (Даль); конга' 'сосновый здоровый лес' Сольвыч. Волог., 1819. Волог. (СРНГ, 14, 245); ко'нга 'сухостойное дерево' Сев.-Двин., Нюкс. Волог. (СРНГ, 14, 245), 'сухостойный хвойный лес' Волог. (Даль). Конго'вье 'сосновый лес, бор' (Даль), Уральск. (СРНГ, 14, 245). Конго'вье 'место, на котором растет бор' Перм. (Доп. Опыт).

Кроме того, вряд ли следует рассматривать изолированно вариант ко'нда 'сердцевина сосны' Верхов. Киров. (КСРНГ); ко'нда 'крепкая мелкослойная смолистая сосна, растущая на сухом месте' Никол. Волог., 1850. Волог., Свердл., Иркут. (СРНГ, 14, 245-246); ко'нда «крепкая мелкослойная смолистая внутренность сосны от сердцевины до болони, имеющая красноватый цвет» Арх. (Опыт); «засохшая сосна или ель» Сольвыч., Ярен. Волог. (Опыт), «кряжистая сосна» Охан. Перм., 1854. Сев.-Урал. (СРНГ, 14, 246); ко'нда «крепкая мелкослойная смолистая древесина растущей в бору сосны» Пинеж. (Подвысоцкий, 70). Б. А. Серебренников сопоставляет эти данные с фин. каМо 'пень' (Серебренников, 1962, 33). М. Фасмер вслед за Я. Калимой считает, что в данном случае имеет место диссимиляция из ко'нга (см.), происходящего из фин. копка, род. п. hongan 'зрелая сосна' (КаПша, 1915, 238). Фиксация материала в восточной части Северо-Запада позволяет предположить прямое или опосредованное влияние коми языка, ср. коми конда 'сухая на корню, крепкая, частослойная, с малой заболонью, боровая сосна' (ССКЗД, 164), хотя считается что коми копёа 'то же' заимствовано из русского языка 119; КЭСКЯ, 132-133; 88ЛР, 1, 172).

При наличии в русских говорах варианта хонга, вполне вероятно его заимствование в коми языке (о субституции русск. [х] как коми [к] см.: Мызников, 2004, 358). Кроме того, в некоторых диалектах коми языка зафиксирован переход задненебного [г] > [д], что также может объяснить вариант ко'нда (ССКЗД, 463). Неприемлемо по фонетическим соображениям объяснение русск. слова из шв. каёа 'древесная смола' (Грот, 1876, 460). См. также Аникин, 2000, 300-301. Калима лексемы конга и конда рассматривает как варианты от хо'нга, как результат диссимиляции из * гонга (КаНта, 1915, 238).

Еще одно наименование сосны также широко представлено на прибалтийско-финской почве: фин. тйпРу, кар. тйпёы 'сосна', ливв. тйпёо 'редкослойная сосна', люд. тйпё, водск. тйпРу, эст. тйпё (8КБ8, 359). Для этой единицы также характерна спецификация значения - 'редкослойная сосна' или 'сосна с толстым слоем заболони', ср.: ижор. тйпШ 'редкослойная сосна', кар. тйпРу, тйпткко, тйпЮ 'сучковатая, редкослойная сосна, у которой много мягкой заболони', тйппйП8у 'сучковатое редкослойное дерево', люд. тйпё, тйпёи 'сосна', тйпёШ8 'сосна, у которой толстая заболонь, небольшая сердцевина; она тяжелая и быстро тонет в воде', вепс. тйпс1 'сосняк, растущий на болоте', 'мягкая заболонь', вепс. mйndats 'слой заболони у хвойного дерева' (88ЛР, 2, 193).

На русской почве лексема мя'нда также обычно обозначают сосну с толстым слоем заболони, растущую на сырых местах, ср.: мя'нда 'сосна с толстым слоем заболони' Вытегор., Медвежьегор., Кондопож., Прионеж., Сегеж., Пле-сец. (ПЛГО). Слово мя'нда часто представлено и в других сходных или смежных значениях: 'слой дерева под корой, заболонь' Вытегор., Прионеж., Пудож., Кондопож., Бокситогор. (ПЛГО); мя'нда 'моховое ягодное болото, иногда поросшее редким лесом' Вытегор., Бабаев., Белозер. (КСРГК); мя'нда «верхние слои сосны, темноватые и водянистые, а не смолистые» Верховаж. Волог.; «редкослойный, не на боровом месте растущий лес» Олон. (Опыт); мя'нда «растущая на низменных местностях мелкая сосна» Пинеж., Мезен. (Подвысоцкий, 95); мя'нда 'слой древесины, находящийся непосредственно под корой' Каргоп., Вытегор., Заонежье (Шуньга), р. Свирь (Куликовский); мя'нда «болотная, равно как и горная сосна, негодная на поделки» Петрозав., Пудож.,

Повен., Каргоп., Лодейноп. (Куликовский); мя'нда 'сосна' Волог., 1853. Олон., Арх.; мя'нда 'суковатая сосна' Олон. (Еремин); мя'нда 'чахлая болотная сосна (с плохой древесиной)' Устюж., Никол. Волог., 1847. Олон., Печор., Беломор., Усть-Цилем. Коми АССР; мя'нда 'сосна, растущая на низменных местах' Пет-розав. Олон.; мя'нда 'низкорослая кривая сосна' Никол., Тотем. Волог.; мя'нда 'сосна с широкой, раскидистой кроной' Верхне-Тоем. Арх.; мя'нда 'молодая сосна' Мезен. Арх., 1870, Сев.-Двин.; мя'нда 'хвойное дерево с рыхлой древесиной' Беломор., Устьян. Арх., 'молоденькая ель' Сев.- Двин., Мезен. Арх., 'мелкая ель' Усть-Цилем. Арх.; мя'нда 'низкорослый сосновый лес (растущий в низких, болотистых местах)' Каргоп. Арх. Холмог. Арх., Вытегор. Волог.; мя'нда 'большой сосновый лес, растущий на возвышенном месте; бор' Нюкс. Волог., 'редкослойное дерево' Каргоп. Арх., 'древесина хвойных пород' Петрозав. Олон., Капш. Ленингр. (СРНГ, 19, 85, 86); мя'нда 'сырой, рыхлый слой древесины' Соликам. Перм., Костром., 'слой древесины, расположенный непосредственно под корой' Волог. (Дилакторский), Вельск. Арх. (СРНГ, 19, 85, 86). Первая фиксация слова мянда отмечается в 1462 г. (Срезневский). В. Даль в словарной статье мянда указывал, что это слово карельского происхождения. А. Подвысоцкий делает помету - слово финское (Повысоцкий, 95). А. М. Шёгрен, Я. К. Грот возводили его к фин. manty 'сосна' (Шёгрен, 1852, 171; Грот, 1876, 446). М. П. Веске на первое место также ставит фин. manty, но приводит и эст. mand (Веске, 1890, 83). Я. Калима, на наш взгляд, совершенно справедливо возводит диалектное русское слово к кар. mandü, люд. mand (Ka-lima, 1915, 171). Ю. И. Чайкина, опираясь на то, что в вепсском языке слово mand бытует в двух значениях: 'рыхлая заболонь - обычно сосны', 'сосняк на болоте', - полагает, что в Белозерье это слово было заимствовано еще из языка древней веси (Чайкина, 1975, 32-33). Широкое употребление слово мя'нда' в говорах Карелии, Вологодской области в форме, наиболее близкой к прибалтийско-финскому лексическому материалу, позволяет говорить о карельско-вепсской этимологии. Авторы SKES не видят возможности установить конкретный источник заимствования и говорят о его общем прибалтийско-финском характере (SKES, 359).

Если приведенный выше материал на прибалтийско-финской и русской диалектной почве базировался в основном на наименованиях сосны, то следующие данные имеют денотативную соотнесенность с качеством сосновой древесины, ср. пи'нда 'сосна с некачественной древесиной, толстым слоем заболони' Пудож. (Гакукса), Кондопож. (Лодмозеро) Карел, Подпорож. (Родионово) Ленингр., Плесецк. Арх. (КСРГК); пи'нда «сгнившая древесина всякого дерева» р. Онега (Куликовский); пи'нда «сосна» Вытегор., Пудож. (Куликовский); пинда'ч 'сосновые дрова' Пудож. (Пелусозеро) (КСРГК; СРГК, 4, 513). Следует отметить, что прибалтийско-финские источники имеют другую семантику: фин. pinta 'слой заболони в дереве', люд. pind, (мн.. pindad) 'поверхность (дерева, воды)', вепс. pind 'поверхность дерева, пригодная для щепания лучины', pindakaz: pindakaz pedai 'сосна, у которой толстый слой заболони' (SKES, 570). Причем на почве прибалтийско-финских языков концепт 'заболонь - мягкая клетчатка, находящаяся между корой и древесной частью дерева', имеет лингвогеографиче-скую репрезентацию со следующей лексической манифестацией: фин. ihvi, iho, jalsi, jaltti, kesi, mahla, mahla, mahk, nila, nilka, кар. валд. mazra, kaarmehut, ливск.

liiem, эст. южн. maag, эст. сев. nahkes, вепс. moüvaz (ALFE, 2, 85-91), при отсутствии гнезда фин. pinta.

На прибалтийско-финской почве имеются также окказиональные единицы со значением 'сосна': вепс. pihk, pihkad 'сосна', 'сосняк', 'молодой густой сосновый лес', 'хвойный лес', 'густой смешанный лес', 'лес', при основной семантике -'сосновая смола', фин. pihka 'смола', эст. pihk 'сосновая смола', кар. pihka, pihku, pihk 'смола' (SKES, 541). На русской почве представлены сходные материалы: пи'хка 'смола сосны, ели' Прионеж. (Заозерье, Суйсарь, Машезеро, Лехнаволок), Кондопож. (Чеболакша, Горка, Гангозеро, Кулмукса, Лижма, Тулгуба) Карел. (ПЛГО).

В ряде случаев в семантике лексических данных выделяются те или иные стороны денотата: фин. диал. saitta 'длинная сосна, почти без сучьев', 'сухостойная сосна'; кар. сев. silo 'ровная без сучьев сосна' (SKES, 1024); фин. sorva 'небольшая сухостойная сосна', саам. инар. soarvi 'сухостойная сосна' (SKES, 1083); фин. диал. turikas 'низкорослая сучковатая сосна' (SKES, 1419); фин. turn 'чахлая сосна' из сканд., ср. швед. диал. tyrni (SKES, 1458); фин. kata 'сухое смолистое сосновое дерево' из сканд., ср. швед. диал. skate, skota 'верхушка дерева', 'сухое смолистое сосновое дерево' (SKES, 170); саам. норв. mal'gar, mal'gur, саам. инар. malgur, mal'ga 'молодая сосна, у которой толстый слой заболони' (SKES, 330), при фин. malka, malko 'жердь, удерживающая соломенное или берестяное покрытие крыши', водск. malka, maлk 'палка, жердь, например, на гребне крыши или на верху стога сена', из балтийских источников, ср. литов. málka 'поленья, дрова, поленница', латыш. malka 'дрова' (SKES, 330).

Иногда можно наблюдать расширение значения лексемы, когда, например, первичное наименование молодой ели распространяется и на сосну: фин. nare 'молодая ель', 'ель вообще', 'небольшая ель или сосна' (SKES, 414).

ПРИМЕЧАНИЯ

Аникин, 2000 - Аникин А. Е. Этимологический словарь русских диалектов Сибири. Заимствования из уральских, алтайских и палеоазиатских языков. М., Новосибирск, 2000. 768 с.

Бродский, 2007 - Бродский И. В. Названия растений в финно-угорских языках. На материале прибалтийско-финских и коми языков. СПб., 2007. 210 с.

Веске, 1890 - Веске М. П. Славяно-финские культурные отношения по данным языка // Известия общества археологии, истории и этнографии при Императорском Казанском университете. Т. VIII. Вып. 1. Казань, 1890. 303 с.

Грот, 1876 - Грот Я. К. Слова областного словаря, сходные с финскими // Я. Грот. Филологические изыскания. СПб., 1876. С. 470-474.

Даль - Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Второе издание, исправленное и значительно умноженное по рукописи автора. Тт. 1-4. М.-СПб., 18801882 (2-е изд.).

Дилакторский - Дилакторский П. А. Словарь областного вологодского наречия в его бытовом и этнографическом применении. Вологда, 1902. Хранится в Картотеке СРНГ.

Доп. Опыт - Дополнение к «Опыту областного великорусского словаря». СПб., 1858. Коппалева, 2007 - Коппалева Ю. Э. Финская народная лексика флоры (становление и функционирование). Петрозаводск, 2007. 287 с.

КСРГК - Картотека «Словаря русских говоров Карелии и сопредельных областей» (хранится на факультете филологии и искусств Санкт-Петербургского государственного университета).

КСРНГ - Картотека Словаря русских народных говоров (хранится в ИЛИ РАН). Куликовский - Куликовский Г. И. Словарь областного олонецкого наречия его бытовом и этнографическом применении. СПб., 1898.

КЭСКЯ - Лыткин В. И., Гуляев Е. С. Краткий этимологический словарь коми языка. Сыктывкар, 1999.

ЛААО - Комягина Л. П. Лексический атлас Архангельской области. Архангельск, 1994. 235 с.

Мызников, 2004 - Мызников С. А. Лексика финно-угорского происхождения в русских говорах Северо-Запада: этимологический и лингвогеографический анализ. СПб., 2004. 492 с.

Опыт - Опыт областного великорусского словаря, изданный Вторым отделением Академии наук. СПб., 1852. 275 с.

ПЛГО - Полевое лингвогеографическое обследование (материалы, собранные автором в диалектологических экспедициях по русских говорам и финно-угорским языкам). Подвысоцкий - Подвысоцкий А. Словарь областного архангельского наречия в его бытовом и этнографическом применении. СПб., 1885.

ПФГЛК - Мамонтова Н. Н., Муллонен И. И. Прибалтийско-финская географическая лексика Карелии. Петрозаводск, 1991. 158 с.

СВЯ - Зайцева М. И., Муллонен М. И. Словарь вепсского языка. Л., 1972. Серебренников, 1962- Серебренников Б. А. О финно-угорских этимологиях в «Этимологическом словаре русского языка» М. Фасмера // Лексикографический сборник. Вып. V. М., 1962. С. 30-35.

СКЯМ - Словарь карельского языка (ливвиковский диалект). Сост. Г. Н. Макаров. Петрозаводск. 1990. 495 с.

СКЯП - Словарь карельского языка (тверские говоры). Сост. А. В. Пунжина. Петрозаводск, 1994. 396 с.

СРГК - Словарь русских говоров Карелии и сопредельных областей. Гл. ред. А. С. Герд. Тт. 1-6. СПб., 1994-2005.

Срезневский - Срезневский И. И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. Тт. 1-3. СПб., 1893-1912.

СРНГ - Словарь русских народных говоров. Тт. 1-41. М., Л., СПб., 1965-2007. ССКЗД - Сравнительный словарь коми зырянских диалектов. Сыктывкар, 1961. 489 с. Фасмер - Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Тт. 1-4. М., 1964-1973. Хакулинен - Хакулинен Л. Развитие и структура финского языка. Ч. 1, 2. М., 1953-1955. Чайкина, 1975 - Чайкина Ю. И. Вопросы истории лексики Белозерья // Очерки по лексике севернорусских говоров. Вологда, 1975. С. 3-187.

Шёгрен, 1852 - Шёгрен А. М. Материалы для сравнения областных великорусских слов со словами языков северных и восточных // Материалы для сравнительного и объяснительного словаря и грамматики. СПб., 1852. С. 145-165.

ALFE - Atlas Linguarum Fennikarum - Itämerensuomalainen kielikartasto. T. 1. Helsinki, 2004. 464 s. T. 2 Helsinki, 2007.

Kalima, 1915 - Kalima J. Die ostseefinnischen Lehnwörter im Russischen. Helsingfors, 1915. KKS - Karjalan kielen sanakiija. O. 1-6 // LSFU, XVI, 1-6. Helsinki, 1968-2005. Sebestyén 1943 - Sebestyén I. N. Fak és fas helyek régi nevei az urali nyelvekben // Nyelvtu-domanyi kôzlemények, LI, Budapest, 1941-1943.

SKES - Suomen kielen etymologinen sanakiija. O. 1-7. Helsinki, 1955-1981. SSAP - Suomen sanojen alkuperä. Etymologinen sanakirja. O. 1-3. Helsinki, 1992-2000. SYRW - Wichman Y., Uotila T.E. Syrjänischer Wortschatz // LSFU. VII. Helsinki, 1942. 487 s.

Поступила в редакцию 28.01.2010 г.

S. A. Myznicov

Baltic and Finnish names of a pine - tree and its refleclions in northern Russian dialects a special consideration is given to the functioning of the names of a pine - tree of Baltic and Finnish origin in northern Russian dialects.

Key words: northern Russian dialects, the name of a pine - tree, Baltic and Finnish words.

Мызников Сергей Алексеевич,

доктор филологических наук, профессор Институт народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена Заведующий кафедрой уральских языков, фольклора и литературы

Е-mail: myznikovs@rambler.ru