Проблемы привлечения к ответственности несовершеннолетнего, имеющего психические отклонения

Значение уголовно-правовой регламентации понятия преступного сообщества состоит в том, что оно выступает в качестве конститутивного признака основного и квалифицированного составов преступлений, определенных в ст. 210 УК РФ. Кроме того, УК РФ предусматривает и два самостоятельных состава преступления, по существу регламентирующих преступную деятельность организованных форм преступности - это организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем (ст. 208) и бандитизм (ст. 209).

Как одну из частей общей основы противодействия транснациональной организованной преступности, можно рассматривать уголовно-правовую норму ст. 174 УК РФ, которая установила уголовную ответственность за совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем (за исключением преступлений, предусмотренных ст. 193,194, 198, 199.1, 199.2 УК РФ), в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

С целью совершенствования процесса борьбы с легализацией преступных доходов и создания системы мер противодействия этим процессам в России был разработан Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем», который предусматривает ряд обязан-

Ростовский государственный университет

ностей для организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, касающихся необходимости в соответствующих случаях регистрировать такие операции.

Завершая характеристику законодательства, позволяющего противодействовать транснациональной организованной преступности на национальном уровне, необходимо заметить, что средством противодействия мог бы явиться комплексный закон, направленный на борьбу с данным явлением.

Таким образом, на национальном уровне в целом существует адекватная правовая база для осуществления противодействия транснациональной организованной преступности. Вместе с тем особенности транснациональной организованной преступности требуют не только специальных уголовно-правовых норм. Транснациональная преступность в активной или пассивной форме действует на территории большинства государств планеты. Поэтому наибольшая проблема кроется не только в том, что многие государства имеют различные подходы к криминализации составов преступлений, которые направлены на борьбу с транснациональной преступностью, и не в существовании больших различий в определениях понятий, а в отсутствии должного сотрудничества и взаимодействия между правоохранительными органами, уполномоченными структурами различных стран и законодательства, регламентирующего такое сотрудничество.

19 июня 2006 г.

© 2006 г. Ю.А. Болдырева

ПРОБЛЕМЫ ПРИВЛЕЧЕНИЯ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО, ИМЕЮЩЕГО ПСИХИЧЕСКИЕ ОТКЛОНЕНИЯ

Российским законодательством установлено, что уголовной ответственности подлежит только вменяемое лицо. Статья 21 УК РФ гласит, что уголовной ответственности не подлежит лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т.е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики. Таким образом, несовершеннолетний может избежать наказания также в случае его невменяемости.

Тем не менее среди несовершеннолетних лиц, совершающих преступления и признанных вменяемыми, достаточно распространены случаи так называемого пограничного расстройства психики, что рассматривается как психические аномалии в рамках вменяемости. Они способствуют развитию агрессивных черт характера и в то же время снижают волевые способности, повышают внушаемость, ослабляют сдерживающие контрольные механизмы, в определенной степени влияют на мотивацию преступного поведения.

В теории уголовного права на протяжении длительного времени высказывалось мнение, подтвержденное результатами криминологических и медицинских исследований, о необходимости включения в уголовный закон нормы об ограниченной вменяемости [1]. Такая норма, предположительно, должна была способствовать обеспечению научно обоснованного подхода к значительной категории лиц, которых надо не только наказывать, но и принудительно лечить.

В выявлении психических аномалий особенно нуждаются несовершеннолетние правонарушители. Исследования показывают, что среди подростков, совершающих преступления, большая часть имеет психические отклонения. Но отставание в психическом развитии может только лишь учитываться судом как смягчающее обстоятельство при индивидуализации наказания.

УК РФ стремился максимально ограничить возможность применения уголовных репрессий к несовершеннолетним, имеющим отклонения в психическом развитии. Согласно ч. 3 ст. 20 УК РФ, если несовершеннолетний достиг возраста, с которого он может быть привлечен к уголовной ответственности, но вследствие

отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности.

Помимо ограниченной вменяемости уголовный закон выделяет возрастную невменяемость. Но если при установлении ограниченной вменяемости лицо подлежит уголовной ответственности, то в случае возрастной невменяемости подросток уголовной ответственности не подлежит.

Возрастная невменяемость может быть определена как установленный следователем, прокурором или судом факт неспособности несовершеннолетнего, достигшего возраста наступления уголовной ответственности, в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими при совершении инкриминируемого деяния вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством. Другими словами, возрастная невменяемость означает такой уровень отставания в психическом развитии, который столь существенно нарушает процесс социализации несовершеннолетнего, что лишает его возможности в ситуации конкретного преступления в полной мере осознавать свою социальную роль и связанную с ней ответственность. Такие несовершеннолетние не обладают всеми необходимыми социально-психологическими свойствами вменяемого лица соответствующего возраста, поэтому не могут считаться субъектами преступления [2].

В то же время такое состояние не связано с наличием у лица заболевания, психического расстройства. Причины отставания в психическом развитии у несовершеннолетних, не связанные с психическим расстройством могут быть разные: клинические, психологического и личного характера, физиологические и медицинские - хронические заболевания женщин в период беременности, алкоголизм родителей с возможным наступлением самых неблагоприятных последствий для будущих детей, заболевания и различные травмы детей в первые годы жизни; педагогические недостатки в воспитании; сиротство, которое в последние годы приобрело широкие масштабы; социальные и иные причины.

В свою очередь данные причины, негативные условия социальной среды и совокупность множества отрицательных факторов социализации несовершеннолетнего способны достаточно активно влиять и, в частности, воздействовать не только на дальнейшее отставание его психического развития, но и порождать у него личностные деформации, выражающиеся в гипертрофированных интересах, потребностях, ценностных и общеполезных ориентациях, которые при определенных, чаще всего неблагоприятных ситуациях могут привести к совершению преступления.

УК РФ отражает возросшее внимание законодателя к личности правонарушителя, к психологическим особенностям несовершеннолетних; введением категорий возрастной невменяемости и ограниченной вменяемос-

ти появляется возможность освобождения их в особых случаях от уголовной ответственности даже при условии совершения преступления. Выявление психического расстройства еще не решает вопроса о невменяемости несовершеннолетнего. Необходимо установить, в какой мере подросток был способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Следовательно, для решения вопроса о привлечении несовершеннолетнего к уголовной ответственности или не привлечении имеет значение соотношение двух медицинских критериев: наличия (или отсутствия) психического расстройства и способности осознавать фактическую сторону и общественную опасность совершаемых действий.

Психическое состояние несовершеннолетнего имеет для него различные правовые последствия. Прежде всего суд может сделать вывод о его необходимости применить принудительные меры медицинского характера (ст. 21 УК РФ). Это происходит в тех случаях, когда у подростка выявляется какое-либо психическое расстройство, в силу которого он не способен осознавать фактический характер своих действий или руководить ими. Однако степень психического расстройства бывает разная. Возможна ситуация, при которой несовершеннолетний, страдая психическим расстройством, способен в определенной мере осознавать фактический характер своих действий со всеми вытекающими из этого последствиями, но способности эти ограничены. В таких случаях он подлежит уголовной ответственности, однако психическое расстройство учитывается судом при назначении наказания. Более того, данное психическое расстройство, так же как и при невменяемости, может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера (ст. 22 УК РФ).

Тем не менее, руководствуясь уголовным законом, невозможно четко и ясно определить, что понимается под формулировкой «отставание в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством». Идет ли речь только о задержках психического развития или о других нарушениях в развитии несовершеннолетнего, отразившихся на его психическом состоянии. Несовершеннолетний должен быть освобожден от уголовной ответственности, если он не страдает психическим расстройством, но обнаруживает отставание в психическом развитии (ч. 3 ст. 20 УК РФ). В то время как несовершеннолетний, обнаруживающий психические аномалии, страдающий, например, олигофренией или находящийся в стадии глубокой ремиссии шизофренического процесса, признанный вменяемым, но неспособным в полной мере понимать фактический характер и общественную опасность своих действий, подлежит уголовной ответственности (ст. 22 УК РФ).

Таким образом, можно констатировать, что нормы ч. 3 ст. 20 и ст. 22 УК РФ противоречат друг другу, нуждаясь в доработке. Фактически, если несовершеннолетний отстает в психическом развитии при отсутствии психических заболеваний и совершил преступление, то он опасен для общества, поскольку не может быть уверенности в том, что не совершит следующего преступления (возможно, вследствие психического от-

ставания в развитии). На наш взгляд, его необходимо изолировать, проводить с ним разъяснительную и общеобразовательную, воспитательную работу, применять меры медицинского характера, контролировать его действия в целях оказания помощи.

Положения ч. 3 ст. 20 УК РФ не могут быть распространены на всех несовершеннолетних, поскольку законодательно не предусмотрено каких-либо мер, в том числе и медицинского характера, снижающих социальную опасность такого правонарушителя. Проблемой является также невозможность применения к лицу, на которое распространяется ч. 3 ст. 20 УК РФ, принудительных мер воспитательного характера, так как они применяются к определенной категории несовершеннолетних, совершивших преступление небольшой и средней тяжести и освобожденных от уголовной ответственности. Лица, подпадающие под признаки ч. 3 ст. 20 УК РФ, не подлежат уголовной

Ростовский государственный университет

ответственности, однако они в основном являются социально опасными.

Таким образом, необходимо дополнить ст. 20 УК РФ правовой нормой, которая бы позволила либо временно изолировать несовершеннолетнего от окружающих, поскольку он может быть опасен, либо обеспечить специальный воспитательный контроль или медицинское наблюдение в случае необходимости. Такая норма позволила бы снизить риск совершения новых преступлений несовершеннолетними, имеющими психические отклонения, и в то же время снизить уровень преступности в целом.

Литература

1. Антонян Ю., Бородин С. Изучение правонарушителей с психическими аномалиями // Социалистическая законность. 1985. № 2.

2. Цымбал Е., Дьяченко А. Возрастная невменяемость: теория и практика применения // Уголовное право. 2000. № 3.

19 июня 2006 г.

© 2006 г. А.С. Вдовин ПОНЯТИЕ КОНКУРЕНЦИИ НОРМ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ

В теории уголовного права и практике правоохранительных органов немалое значение уделяется институтам квалификации преступления, назначения наказания и др. Как теоретики, так и практические работники права достаточно часто обращаются к таким явлениям уголовного права, разрабатывая их понятия и правила, рассматривая их значение и последствия неверной оценки совершенного общественно опасного деяния, разрешая проблемы применения этих институтов.

Но такое понятие, как «конкуренция уголовно-правовых норм», в правоприменительной деятельности практически не используется. Более того, даже наука уголовного права почти не уделяет внимания этой проблеме, а некоторые ученые-юристы вообще не признают существование такой правовой категории.

Однако нельзя отрицать, что законодатель, предусмотрев в ст.17 Уголовного кодекса РФ часть третью, в которой указано, что «если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме», тем самым признал существование такого явления, как конкуренция уголовно-правовых норм.

В настоящее время нет единого понимания конкуренции норм. Рассмотрим основные подходы. Так, А.А.Герцензон под конкуренцией норм понимает «наличие нескольких уголовных законов, в равной мере предусматривающих наказуемость данного деяния» [1].

По мнению В.П.Малкова, «при конкуренции имеет место одно преступное деяние, которое с большей или меньшей полнотой охватывается признаками каждой из двух или более уголовных норм» [2].

В.И. Пинчук указывает, что «под конкуренцией уголовно-правовых норм понимается такое положе-

ние, когда одно и то же преступление охватывается несколькими статьями Особенной части УК, из которых для квалификации должна быть применена лишь одна статья, содержащая все признаки соответствующего состава преступления» [3].

Б.В. Шакин предлагает определять под конкуренцией уголовно-правовых норм «такое состояние, когда при квалификации преступления или решении иного вопроса в процессе применения уголовно-правовой нормы, на применение к данному конкретному случаю претендует две или больше уголовно-правовые нормы, не противоречащие друг другу, находящиеся между собой в глубокой взаимосвязи, частично совпадающие между собой по содержанию и рассчитанные на регулирование рассматриваемого вопроса с различной степенью обобщения и полноты, при этом применению подлежит только одна из конкурирующих уголовно-правовых норм» [4].

Если кратко вывести единую формулу, определяющую конкуренцию норм, то она будет выглядеть следующим образом: при конкуренции норм имеется одно и то же преступление, совершенное одним деянием, но одновременно подпадающее под признаки различных составов одного и того же преступления [5].

Еще одним спорным вопросом является само название конкуренции уголовно-правовых норм. Второе название такого явления - коллизии, причем правоведы к такому «двойному» названию относятся по-разному.

Одни авторы отмечают, что конкуренция и коллизия по сути дела тождественны. Это разные термины, обозначающие одну и ту же правовую проблему - проблему выбора нормы из числа нескольких, регулирующих одно и то же фактическое отношение. В равной степени можно говорить как о конкуренции (соперни-