Е. Е. Левкиевская "белая свитка" и "красная свитка" в "Сорочинской ярмарке" Н. В. Гоголя

Е.ЕЛевкиевская

«БЕЛАЯ СВИТКА» И «КРАСНАЯ СВИТКА» В «СОРОЧИНСКОЙ ЯРМАРКЕ» Н.В.ГОГОЛЯ

Критики неоднократно отмечали странное и даже нелепое изображение свадьбы в повести Гоголя «Сорочинская ярмарка». Во-первых, свадьба назначена на август, а летом, тем более во время уборки урожая, свадеб не справляют. Обычное время свадеб осенний и зимний мясоед. Кроме того, дело, видимо, происходит в конце Успенского поста, а в пост, как известно, свадьбы вообще запрещены церковным уставом. В повести нет основных элементов реальной украинской свадьбы (сватовство, предсвадебные церемонии и пр.).

Все, что описывается в повести, по существу антисвадьба или псевдосвадьба, свадьба понарошку, напоминающая своей условностью карнавальное действо: она завязывается в неположенное время и в неположенном месте — на ярмарке (месте самом по себе нечистом, где к тому же, по словам одного из ее участников, «замешалась чертовщина»),без сватов, без обязательных свадебных чинов (дружек, подруг невесты, крестных), свадебного стола, каравая, без венчания и пр. Подобная ситуация вполне оправдана в рамках карнавальной ситуации, ситуации перевертывания и антиповедения, в которую вписываются действия всех героев повести. Атмосферу самой ярмарки

* Левкиевская Е.Е. «Белая свитка» и «красная свитка» в «Сорочинской ярмарке» Н.В.Гоголя // Признаковое пространство культуры. - М., 2002. - С. 400- 412.

111

Е.Е.Левкиевская

Гоголь сравнивает с хаосом, вихрем, огромным чудовищем: все переругиваются друг с другом, поминутно поминая черта.

О карнавальной ситуации, в рамках которой развивается действие «Сорочинской ярмарки», красноречиво свидетельствует цветовой код повести. На пестрый фон ярмарочной стихии накладывается постоянный цветовой элемент, «мерцающий» на протяжении всей повести, — красная свитка, чьи разрубленные куски черт до сих пор ищет на месте ярмарки. Красная одежда — один из наиболее устойчивых признаков нечистой силы в славянской мифологии. В русской традиции домовой носит красную шапку, в украинской — красную рубаху; по русским поверьям, леший тоже носит красную шапку, красные штаны и подпоясан красным кушаком; красного цвета — платье северно-русской лешачихи, русалки, а также шапка, рубаха и шарф черта.

В традиционной культуре красный цвет нередко находится в оппозиции к белому. Однако в мифологических ситуациях эти цвета приобретают схожую семантику, указывающую на хтоничность и «иномирность» персонажей. В «Сорочинской ярмарке» белая свитка парубка и красная свитка черта не противопоставлены, они взаимозаменяемы. Парубок в белой свитке действует в тех эпизодах, где нет темы красной свитки. Следует обратить внимание и на демоничность фигуры самого жениха. Зовут его Грицько (одно из обычных украинских названий черта — Грицько, Гриць безпятый). У парубка смуглое лицо и яркие, горящие глаза — черты, также характерные и для облика нечистой силы. Согласно народным верованиям, у черта глаза горят, а лицо смуглое, опаленное жаром пекла. Важно и то, что Грицько пьет горилку, а в народной культуре пьянство, гульба, как и сама горилка, считаются проделками черта (черт в красной свитке пропился в шинке, поэтому и должен был заложить свою одежду). Существенна и такая деталь: Грицько — парубок, т.е. неженатый парень, не имеющий по народному праву статуса полноценного, самостоятельного хозяина, а он хозяйствует сам (продает на ярмарке волов), что возможно только в том случае, если он сирота. А в народной традиции сирота также обладает «пограничным» статусом и определенной степенью «иномирности».

Поведение парубка тоже знаково: чтобы получить невесту, он вступает в сговор с цыганом, имеющим явные демонические черты.

112

«Белая свитка» и «красная свитка» в «Сорочинской ярмарке» Н.В.Гоголя

В повести «Сорочинская ярмарка» действительность раздваивается, существует в двух пластах: реальном — живом, веселом, шумном — и инфернальном, потустороннем, «иномирном», который постоянно просвечивает сквозь реальность, высовывается на секунду, как рыло свиньи, и вновь исчезает в полном соответствии с типичными установками эстетики романтического гротеска. «Таким образом, кажущиеся противоречия гоголевского текста находят свое объяснение, если предположить, что оппозиция "красная свитка" черта — белая свитка "хорошего" парубка... в действительности является взаимозаменяемой синонимией, и белый цвет в данном соотношении служит таким же маркером демонического, как и красный. Поэтому тоскливые ноты в последнем абзаце предопределены и обусловлены всем развитием описанных событий — свадьба-то "нечистая"» (с.409).

С.А.Гудимова