Система взглядов А. П. Платонова и его диалог с читателем

УДК 821.161.1

А. Н. ЗАГОРОДНЮК

СИСТЕМА ВЗГЛЯДОВ А.П. ПЛАТОНОВА И ЕГО ДИАЛОГ С ЧИТАТЕЛЕМ

Посвящена изучению взаимодействия «образа автора» и «образа читателя» в рассказах Андрея Платонова. Рассматривается теоретический аспект характеристик «образ автора» и «образ читателя», актуализируется изучение стиля А. Платонова на примерах его рассказов 30-40-х гг. XX века.

Ключевые слова: автор, взаимодействие, дискурс, модальность, система, читатель.

Сложным организованным единством можно назвать авторское сознание в произведениях А. Платонова. Ни одному из исследователей платоновского языка не удалось выразить его сознание без использования непосредственно текстов писателя. При выделении основных характеристик мысли А. Платонова исследователи больший акцент ставят на противоречиях, которые являются базой образа автора в произведениях (пример из рассказа «Взыскание погибших» (1943): «Мать расслышала, что голос её дочери был весёлый, и поняла, что это означает надежду и доверие её дочери на возвращение к жизни, что умершая ожидает помощи живых и не хочет быть мёртвой»). Как заметил С. Бочаров: «Уже во второй половине двадцатых годов Платонов находит свой собственный слог, который всегда является авторской речью, однако неоднородный внутри себя, включающий разные до противоположности тенденции, выходящие из одного и того же выражаемого платоновской прозы сознания» [3, 288].

А. Левидов замечает, что читатель вступает с писателем в диалог посредством художественного образа: «Автор - образ - читатель - единая система, в центре которой находится художественный образ, важнейшая промежуточная «инстанция» в общении читателя с автором, когда он читает, и автора с читателем, когда он творит. Именно здесь - в художественном образе -встречаются их творческие пути» [4, 326].

Необходимо выявить некоторые исходные предпосылки, на которых строится странный,

© Загороднюк А. Н., 2013

многозвучный мир Платонова, для того, чтобы ориентироваться в его текстах. Читая его произведения, мы сталкиваемся с разными странностями, нас настораживают отдельные повороты его речи или сюжета, который у Платонова в основном всегда стоит на месте, а главные события происходят на другом уровне языка. Ярким примером является рассказ «Потомки солнца» (1922): «Земля, с развитием человечества, становилась всё более неудобна и безумна. Землю надо переделать руками человека, как нужно человеку». Замысловатые тексты являются характерной чертой каждого произведения А. Платонова, которые в свою очередь представляют суть платоновского повествования и определяют их точную принадлежность к стилю автора. Смысл, по мнению Платонова, должен рождаться только в голове читателя, который в большинстве случаев не готов к этому, и поэтому возникает среда непонимания и нежелания читать Платонова.

По мнению Н. К. Бонецкой, читателю важно помнить, прежде всего, об исходных, первичных, однозначно ясных художественных значениях и смыслах, идущих от автора, от его творческой воли: «Смысл, вложенный в произведение автором, есть величина принципиально постоянная» [2, 251]. В рассказах А. Платонова можно выделить общий смысл, который часто заключается в преодолении трудностей жизни героями, трудностей моральных и физических. Личности платоновских произведений находят решение проблем в уходе от установленных традиций, прокладывая свой собственный путь, который другим может показаться неправильным и

сложным (цитата из рассказа «Бессмертие» (1936): «Ему нужно было круглые сутки отвлекаться от себя, чтобы понять других; ущемлять и приспосабливать свою душу ради приближения к другой, всегда завороженной, закутанной человеческой душе, чтобы изнутри настроить её на простой труд движения вагонов. Чтобы слышать все голоса, нужно самому почти онеметь»).

Чтение - это, как писал философ Валентин Асмус, «труд и творчество»: «Никакое произведение не может быть понято, если читатель сам, на свой страх и риск не пройдёт в собственном сознании по пути, намеченному автором в произведении. Творческий результат чтения в каждом отдельном случае зависит от всей духовной биографии читателя. Наиболее чуткий читатель склонен перечитывать выдающееся художественное произведение» [1, 55].

Рассказы 40-х гг. А. Платонова - яркие, трагичные произведения, которые не могут оставить читателя равнодушным. В них совмещены приёмы авторского влияния на читателя, которые точно передают настроения героев, атмосферу мест, в которых развивается сюжет, и наталкивают на рассуждения о самых главных материальных и духовных ценностях христианского мира: здоровье, любовь, семья, дети, дом, материальное благополучие и религия.

Необычность и странность языка А. Платонова обращают на себя внимание читателя в первую очередь. Многие литературоведы склонны предполагать, что данные текстовые особенности есть спонтанное выражение особого склада мышления писателя или стихийное отражение языковых реалий раннего советского времени, которое представлялось как отражение происходящих в обществе социальных и природных процессов (из рассказа «Семён» (1936): « ...У нас плохо, - говорила мать, засовывая хлебную жвачку в рот самой меньшей дочери. - Ох, плохо ...»; «Капишка гремела посудой, раздирала материю в тряпки и хозяйствовала там, как на домашней ежедневной работе»; « - Это бессознательное настроение радости, но оно бывает обычно слабым и скоро угасает, когда человек опомнится и займётся своей близкой нуждой»). В платоновском языке можно также увидеть осознанно сконструированное и эстетически вы-

веренное явление, отражающее при этом ментальную перестройку революционной эпохи. Платоновский язык порождает особую языковую модель мира, отличающую платоновские тексты от текстов других современников при всём их возможном стилистическом и тематическом сходстве (из рассказа «Фро» (1937): «Наговорившись, они обнимались - они хотели быть счастливыми немедленно, теперь же, раньше, чем их будущий усердный труд даст результаты для личного и всеобщего счастья»; «Около сарая лежало бревно, на нём сидел босой мальчик с большой детской головой и играл на губной музыке»).

Художественное произведение выражает систему взглядов автора, его мировоззрение, его «личность» в широком смысле слова. Всё это составляет стратегическую, определяющую информацию. Прочтение зависит не только от текста, но и от читателя: от его жизненного опыта, умения читать, настроения. Диалог с текстом -это вершина общения читателя с художественным произведением.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Асмус, В. Ф. Чтение как труд и творчество / В. Ф. Асмус // Вопросы теории и истории эстетики. - М. : Искусство, 1968. - С. 55-68.

2. Бонецкая, Н. К. «Образ автора» как эстетическая категория / Н. К. Бонецкая // Контекст. - М., 1986. - С. 251-252.

3. Бочаров, С. Г. «Вещество существования» (Мир Андрея Платонова) / Бочаров С. Г. // О художественных мирах. - М. : Сов. Россия, 1985. -С.249-296.

4. Дырдин, А. А. Духовное и эстетическое в русской философской прозе XX века: А. Платонов, М. Пришвин, Л. Леонов / А. А. Дырдин . -Ульяновск : УлГТУ, 2004. - С. 25-176.

5. Левидов, А. М. Автор — образ — читатель / А. М. Левидов. - Л. : ЛГУ, 1983.

Загороднюк Александр Николаевич, аспирант кафедры «Филология, издательское дело и редактирование» УлГТУ.