К вопросу об обеспечении мясными продуктами средневекового города Болгар

УДК 599:902 https://doi.Org/10.24852/pa2018.2.24.307.318

К ВОПРОСУ ОБ ОБЕСПЕЧЕНИИ МЯСНЫМИ ПРОДУКТАМИ СРЕДНЕВЕКОВОГО ГОРОДА БОЛГАР1

© 2018 г. Л.В. Яворская

В статье представлены результаты археозоологического изучения коллекций костных остатков животных из 7 раскопов, исследованных в 2012-16 гг. на Болгарском городище, осуществленного автором по методической схеме, разработанной в ИА РАН. Проведен анализ остеологических спектров и спектров мясного потребления на раскопах, расположенных в разных частях городища по трем культурно-хронологическим горизонтам: домонгольскому, раннеордынскому и позднеордынскому. Выявлено, что во все эпохи основным мясным продуктом горожан была говядина, а баранина и конина дополняли белковую диету. Источником поставок мяса были поселения ближайшей округи города, где разводили домашних копытных. В ранний золотоордынский период в Болгаре появились новые ремесленные производства, которые в больших объемах обрабатывали бараньи шкуры. Для этих производств из кочевнических степных хозяйств поставлялся мелкий рогатый скот, а мясо забитых животных поступало в пищу горожан, что увеличило долю баранины в спектрах мясного потребления по всему городу в золотоордынский период. Наиболее мощные накопления костных остатков мелкого рогатого скота фиксируются в центральной части золотоордынского Болга-ра непосредственно на территории ремесленного квартала. Изотопные исследования палеодиеты животных из раскопок в центральной части городища подтвердили происхождение коров и лошадей из лесотепной округи города, а овец - из аридных степных районов.

Ключевые слова: археозоологические материалы, средневековый Болгар, домашние копытные, остеологические спектры, спектры мясного потребления, средневековые ремесленные производства, поставки мясных продуктов.

Реконструкция жизнеобеспечения крупных средневековых городов является отдельной проблемой в археологии. В связи с отсутствием документальных письменных источников о системе снабжения городов продукцией сельского хозяйства на первый план выходят те сведения, которые могут предоставить археологические исследования и археобиологические материалы, добытые при раскопках: кости животных и макроостатки растений. Эти материалы еще весьма недостаточно изучены для сельских поселений Золотой Орды и потому

основным объектом исследований являются обширные коллекции из городов, в данном случае выборки костей животных из культурных напластований крупного средневекового города Болгар (Спасский район, Республика Татарстан). Основную часть костей животных, содержащихся в культурном слое городов, традиционно относят к категории «кухонных остатков» (Цалкин, 1956), которые являются основой для изучения мясной диеты жителей. Оценка роли каждого мясного продукта в белковой диете горожан позволяют выстроить гипотезы о воз-

1 Исследование выполнено при поддержке РФФИ, проект № 18-09-00316 А.

можностях поставок различных видов мяса из ближней и дальней сельскохозяйственной округи города.

В данном исследовании на основе коллекций костных остатков животных, собранных при археологических исследованиях Болгара в 20122016 гг. анализируется мясное потребление жителей различных районов в разные периоды средневековой истории, что позволит понять специфику поставок мясных продуктов в город и роль степных кочевников в них.

Коллекции с семи раскопов обрабатывались по единой методической схеме, разработанной в лаборатории естественнонаучных методов в археологии ИА РАН (Антипина, 2004; 2016). Особенности этой методической схемы неоднократно обсуждались на примере Болгара (Яворская, 2012; 2013; 2015). Фиксируется общее количество костей на раскопе, а не только определимых, анализируется заполнение слоев и объектов костями животных по культурно-хронологическим горизонтам, что позволяет судить об изменениях в интенсивности жизнедеятельности на конкретных участках, а также динамике остеологических спектров домашних копытных в различные хронологические периоды.

Стратиграфическая шкала Болгарского городища включает в себя семь культурно-хронологических горизонтов, традиционно называемых здесь слоями. В данной работе будут обсуждаться накопления костей животных, полученные при археолгических исследованиях из раннебулгаского слоя VI (конец X в.), предмонгольского слоя V (XI - первая треть XIII в.) и из двух горизонтов IV золотоордынско-го слоя - IV - раннего (вторая треть

XIII - начало XIV в.) и IV - позднего (XIV - начало XV в.). На раскопе № CLXXIX исследователями выявлены еще три субгоризонта в составе IV - позднего (Коваль, Бадеев, 2015, с. 193).

Раскоп № CLXXIX располагался в центральной части городища примерно в 120-150 м к юго-западу от Соборной мечети средневекового Болгара. На раскопе представлены все слои стратиграфической шкалы городища эпохи средневековья от домонгольских слоев V и VI до верхних субгоризонтов IV позднеордынского слоя (Коваль, Бадеев, 2015, с. 193). Наиболее полно исследовалась коллекция костных остатков из раскопов 2012-2013 годов, объем которой составил свыше 80 тысяч фрагментов (Яворская, 2015, с. 240). История накопления культурных напластований на данном участке городища очень яркая. В домонгольском VI слое здесь зафиксированы остатки железоделательного производства, а сам участок был городской окраиной и оставался таковым далее, в период расцвета домонгольского города в конце XI - начале XIII века. После разгрома города монгольскими войсками и пожара здесь восстанавливается жизнь и в период Золотой Орды этот район становится центральным в городе, здесь строится Соборная мечеть и позднее городской базар. Параллельно с функционированием жилой застройки, в конце XIII века, здесь вновь начинают активно развиваться разнообразные ремесленные производства, которые продолжают функционировать почти до конца XIV века. Таким образом, на протяжении веков данный участок города имел специфичное функцио-

нальное назначение жилой застройки, сопровождающей ремесленные производства.

На соседнем с этим участке в центре золотоордынского Болгара в 270 м к юго-востоку от Соборной мечети на раскопе № СХСУ1 также зафиксированы остатки жилых сооружений и нескольких ремесленных производств -керамического, металлургического, косторезного и кожевенного, датирующихся ранним и поздним горизонтами золотоордынского IV слоя. Коллекция из средневековых напластований составила 46,5 тысяч костных фрагментов (Антипина, Яворская, Ситди-ков, 2015, с. 402).

В северо-западной части городища в 230 м к востоку от урочища Бабий бугор в 2013 году был исследован раскоп № ^ХХХ1Х. На площади свыше 800 кв. м были выявлены культурные напластования и сооружения обоих крупных горизонтов золотоордынско-го времени: зафиксирована усадебная застройка со следами кузнечного ремесла в одном из позднеордынских жилищ (Ситдиков, Бочаров, 2014). Коллекция из средневековых напластований составила свыше 30 тыс. костных фрагментов.

В 2014-2015 годах в северо-восточной части памятника, вблизи Иерусалимского оврага, был исследован раскоп № СХС1Х, площадью 2,5 тыс. кв. м. Здесь были обнаружены напластования и сооружения всех периодов в истории городища и следы почти всех известных для средневековья ремесленных производств Болгара (Ситдиков и др., 2016). Обработка коллекции костных остатков животных из этого раскопа пока не завершена, но исследована выборка из культурных напластований средне-

вековой эпохи общей численностью почти в 40 тыс. фрагментов.

В 2016 году на западной окраине городища раскопом № CCXVI изучались остатки средневековой гончарной мастерской, датирующейся позд-неордынским периодом (Ситдиков и др., 2017). Кости животных, полученные при раскопках этого объекта, принадлежали к категории «кухонных остатков», это означает, что где-то вблизи располагалось жилье. Коллекция составила свыше 2,5 тысяч костных фрагментов, и ее можно считать представительной.

В том же 2016 году были заложены небольшие раскопы в юго-восточной части памятника недалеко от комплекса Ханской усыпальницы и Малого минарета. На всех раскопах были выявлены остатки жилых сооружений IV позднеордынского периода, датирующихся примерно серединой XIV века. Однако в третьей четверти века на этой территории образовался могильник и жилая застройка прекратила существовать (Ситдиков, Бочаров, 2017). Костные остатки отложились во время функционирования жилья, представляют собой отбросы кухни. С двух раскопов коллекции оказались представительны: на раскопе № ССХХ1 она составила 591 фрагмент, а на раскопе № ССХХШ - 2013 фрагментов.

Таким образом, исследованием по единой методической схеме удалось охватить почти все значимые районы золотоордынского города и некоторые участки домонгольского. Все коллекции представляют собой преимущественно «кухонные» остатки, и на большинстве раскопов фиксируется жилая застройка с сопровождающими ее ремесленными производствами.

Вне зависимости от местоположения и датировок практически во всех раскопах Болгара фиксируются костные остатки млекопитающих, птиц, рыб. Во всех коллекциях свыше 80% от общей численности составляют определимые до вида кости домашних копытных - крупного и мелкого рогатого скота, лошади, свиньи, верблюда и осла. Встречаясь почти в каждом раскопе кости свиньи, как правило, единичны и занимают в коллекциях долю менее 1%. Остатки транспортных животных - осла и верблюда - фиксируются еще реже и не на каждом раскопе. Таким образом, для средневековой эпохи анализ заполнения культурных напластований костями животных возможен преимущественно на количественных соотношениях остатков трех наиболее многочисленных видов «мясных» домашних копытных: крупного и мелкого рогатого скота, а также лошади.

Домонгольские слои с представительными выборками костных остатков обнаружены на двух раскопах -в центральной и северо-восточной частях городища. Следует отметить, что для этого периода оба исследованных района являлись городскими окраинами: ров, опоясывающий домонгольский город с южной стороны, проходил вблизи территории раскопа № CLXXIX и обнаружен в пределах раскопа № CXCIX. Оказалось, что на жилых окраинных участках города домонгольского периода остеологические спектры сходны: доля костей мелкого рогатого скота составляет чуть более 50% от всех остатков домашних копытных, затем следуют доли КРС и лошади (табл. 1). Некоторые различия между участками города фиксируются лишь для долей

крупных копытных: в восточной части доля «кухонных» остатков лошади несколько выше, чем в центре: 12% против 7%. Доля КРС здесь соответственно ниже: 36% против 41% (табл. 1). Обратим внимание, что высокая доля остатков лошади сохраняется в северо-восточной части города и в последующие периоды - в золото-ордынское время. Возможно предположить некую специфику использования лошади населением этого участка города.

Напластования раннеордынского периода выявлены на четырех из изученных раскопов. Для северо-восточной части города в этот период остеологические спектры по всем видам остатков животных остались неизменными. В остальных районах - в центре и на северо-западе городища -наблюдается некоторое снижение в спектре долей крупных копытных и повышение доли мелкого рогатого скота примерно на 15% по отношению к домонгольскому периоду (табл. 1).

Позднеордынское время зафиксировано на всех семи изучаемых раскопах. Существенных различий с раннеордынским периодом в остеологическом спектре домашних копытных не выявлено - почти во всех частях города оказалась та же иерархия и средние показатели по видам: доля МРС несколько выше 60%, КРС - свыше 30%, лошади - около 10% (табл. 1). Немного отличаются от средних показатели из раскопа на северо-востоке городища. Наиболее заметные отличия в остеологическом спектре демонстрируют показатели из раскопа № CLXXIX в центре города -здесь наиболее низкая доля остатков КРС - ниже 20% и очень высокая,

Таблица 1

Остеологические спектры домашних копытных из раскопов Болгарского городища 2012-16 гг.

Периоды: Домонгольский Раннеордынский Позднеордынский

Районы города № рас-копа КРС Лошадь МРС Всего (чис- КРС Лошадь МРС Всего (чис- КРС Лошадь МРС Всего (чис-

Центр СЬХХ1Х 41,1 7,4 51,6 4582 25,3 4,9 69,8 21808 19,4 2,5 78,1 31257

СХСУГ 31,4 1,9 66,7 28643 33,3 2,2 64,5 11183

Северо-запад СЬХХХ1Х 30,1 3,0 66,5 10001 32,5 3,8 63,7 16893

Запад ССХУГ 33,3 4,9 61,8 1239

Северо-восток СХС1Х 36,2 11,9 51,9 615 36,1 10,3 53,6 4185 39,5 11,2 49,3 30692

Юго-восток ССХХ1 25,7 4,9 67,5 399

ССХХШ 33,3 3,1 63,6 1187

около 80%, доля костей мелкого рогатого скота (табл. 1). Отметим, что соседний раскоп № СХСУ1, расположенный в непосредственной близости (60-100 м) от раскопа № ^ХХ1Х, таких необычных показателей не дает.

Общей тенденцией, выявленной при анализе остеологических спектров, следует считать неуклонный рост остатков мелкого рогатого скота и параллельное снижение доли крупных копытных - коровы и лошади - в культурных напластованиях Болгара в золотоордынское время. Эта тенденция проявилась на раннеордынском этапе развития города, но продолжилась и в позднеордынский период, наиболее контрастные показатели демонстрируют в позднеордынское время остеологические спектры раскопа № ^ХХ1Х. К особенным и необычным можно отнести остеологические спектры северо-восточного района города, где на протяжении всех периодов истории довольно высокой остается доля лошади.

Еще необычная черта была выявлена на раскопе № СХСУ1. Здесь при похожих с другими раскопами остеологических спектрах был зафикси-

рован необычный анатомический набор остатков мелкого рогатого скота. Исследование материалов данного раскопа убедительно показало, что на данном участке в центре города в слоях и сооружениях раннеордынско-го периода производилась заготовка сырья для косторезного производства. Наиболее заметной и необычной чертой здесь стал специфичный анатомический набор мелкого рогатого скота, где доля лопаточных костей достигла 40% (Антипина, Яворская, Ситдиков, 2015). Не исключено, что здесь же заготавливались пригодные для косторезного производства различные кости других животных, однако достоверно это установить не удалось. На костях животных из раскопа № CXCVI в изобилии отмечены следы «кухонного» дробления, которые маркируют «кухонные остатки». Однако, поскольку при исследовании этих материалов был установлен факт целенаправленного отбора конкретных костей под нужды производства, остеологический спектр оказался измененным, соответственно нет смысла высчитывать на его основе мясную диету жителей.

Доля остатков каждого вида в общем количестве костей домашних «мясных» копытных - остеологический спектр - служит основой для выяснения относительных объемов потребления мясной пищи горожанами.

Процедура вычисления мясного потребления на основе остеологических спектров неоднократно описана в работах сотрудников лаборатории естественнонаучных методов ИА РАН (Антипина, 2016; Яворская, 2015). Обычно при наличии следов «кухонной» разделки на костях, характерном для «мясного потребления» анатомическом наборе остатков в подсчеты вводят коэффициенты кратности веса мясных туш для данной конкретной популяции домашних копытных и на основе остеологических спектров вычисляют спектры мясного потребления для всех исследуемых объектов.

Наиболее заметная черта в мясном потреблении горожан Болгара такова: во все периоды в диете жителей превалирует говядина. За единственным исключением ее доля в мясном рационе всех районов не опускается ниже 60%, в большинстве же случаев - близка к 70% (табл. 2).Остальные 30-40% совокупной доли двух других мясных продуктов - конины и баранины - оказываются по-разному распределены в различных районах города. Начиная с домонгольского и на протяжении всего золотоордынского периода для северо-восточного района доля конины на 1-4% превышает долю баранины. В остальных районах города и во все периоды мясо лошадей не занимает важного места в диете, его доля - 6-12% (табл. 2). Баранина становится вторым мясным ресурсом после говядины преимущественно в золотоордынский период, за исклю-

чением северо-восточного района это мясо составляет не менее 20% белкового рациона жителей (табл. 2). Для центральной части города в пределах раскопа № CLXXIX характерны особенно высокие показатели по баранине, которые коррелируют с показателями по говядине - самыми низкими в городе в ранне- и позднеордынский периоды. Эти показатели, нарушающие общую картину мясного потребления в золотоордынском Болгаре, требуют отдельного обсуждения.

Исследование коллекций костей животных на данном участке города по нескольким дополнительным стратиграфическим и культурно-хронологическим горизонтам, выделенным раскопщиками (Коваль, Бадеев, 2015, с. 193), позволило оценить динамику накопления в напластованиях костных остатков трех основных видов домашних копытных. По крупным периодам в истории данного участка города годовое накопление костных остатков от домонгольского периода к раннеордынскому увеличивается в 5 раз, а от раннеордынского к позд-неордынскому времени возрастает еще впятеро (Яворская, 2015, с. 242, табл. 2). Динамика остеологических спектров на данном участке города характеризует быстрый рост в напластованиях остатков мелкого рогатого скота от домонгольского периода к ранне- и позднеордынским и параллельно с этим снижение доли костей крупных копытных - рогатого скота и лошади (Яворская, 2015, с. 145, табл. 5). Изучение мясного потребления на основе остеологических спектров выявило существенные изменения в мясной диете горожан этого участка от домонгольского периода к золотоордынскому (Яворская, 2013,

Таблица 2

Спектры мясного потребления различных районов города Болгар по материалам раскопок 2012-16 гг.

Район городища Говядина Конина Баранина

Домонгольский период

Центр 72,8 12,0 15,2

Северо-восток 64,9 19,6 15,5

Раннеордынский

Центр 61,1 10,8 28,1

Северо-запад 68,5 6,3 25,2

Северо-восток 66,3 17,3 16,4

Позднеордынский

Центр 57,0 6,0 37,0

Северо-запад 69,3 7,6 23,1

Запад 69,2 9,4 21,4

Северо-восток 68,0 17,0 15,0

Юго-восток 71,2 6,1 22,7

с. 97; 2015, с. 248, рис. 2). В домонгольское время доля говядины превышала доли как конины, так и баранины примерно в 5 раз. На протяжении всего золотоордынского периода, уже с раннеордынских напластований и в трех позднеордынских горизонтах фиксируются резкий рост доли баранины и одновременно снижение долей мяса крупных домашних копытных. Во второй трети XIV века (слой IV - поздний, субгоризонт 2), в период наивысшего расцвета золото-ордынского Болгара, наблюдаются и наиболее высокие значения баранины в спектрах мясного потребления -они лишь на 11% ниже значений для говядины (Яворская, 2013, с. 97, диаграмма 2). Таким образом, изменения как в остеологических спектрах, так и спектрах мясного потребления, а также в интенсивности накопления костей в культурных напластованиях золотоордынского времени следует связать преимущественно со значи-

тельным увеличением роли мелкого рогатого скота в быту горожан в этой части города. Если данные по мясному потреблению в этой части города распространить на весь город, то наиболее простое и понятное объяснение было бы следующим: с появлением золотоордынского государства новое население страны - степные кочевники - активно поставляют в быстро растущий город свою скотоводческую продукцию -баранину (Яворская, 2013, с. 97). Такое предположение находит косвенное подтверждение в исследованиях коллег-остеологов коллекций костей животных из раскопок предшествующих лет в Болгаре. Они также фиксировали существенно большие накопления костных остатков мелкого рогатого скота, по сравнению с количеством костей коров и лошадей (Петренко, Асылгараева, 2007, с. 312). Однако распределение этих специфичных накоплений по хронологи-

ческим горизонтам и районам города ими не отслеживалось.

По результатам нашего исследования можно признать, что со вступлением Болгара в период Золотой Орды во всех исследуемых районах города фиксируется несколько более высокое потребление баранины, чем в домонгольский период: с 15% оно повышается до 21-25% (табл. 2). Однако очень высокие показатели, доходящие до 28% в раннеордынский и до 37% в позднеордынский периоды, демонстрирует только центральный участок города (табл. 2). Следы на костях, а также анализ анатомического набора костных остатков мелкого рогатого скота не оставляют сомнений в том, что эти кости являются кухонными остатками, а их накопление связано с мясным потреблением. Резкий всплеск потребления баранины локально, лишь на одном участке города удивителен. Однако все проясняет анализ археологической ситуации в золотоордынский период в исследуемом районе.

В раннеордынский период, в его позднем горизонте, в центральной части города начинается активное функционирование огромного количества ремесленных производств различной специализации, включая производства продукции из животного сырья -из кости и шкур домашних копытных. В этом же районе, на соседнем раскопе № СХСУ1, в раннеордынском горизонте нами зафиксирована даже специализированная заготовка сырья для производства костяных изделий, отбор лопаточных костей производился именно из тушек мелкого рогатого скота. Похожие мощные скопления лопаток и других костей мелкого рогатого скота отмечены для этого же

периода и на раскопах №№ LXXXШ и LXXXIV в центральной ремесленной части города (Аксенова, Полубояри-нова, Хлебникова, Шарифуллин, 1983, с. 15). Логично предположить, что огромное количество костей мелкого рогатого скота, представленных как специально выбранными лопатками, так и обычными «кухонными» остатками стали «побочным» продуктом производства овечьих шкур и изделий из них. Эти производства сохранились в центре города и в позднеордынский период, а накопление костей мелкого рогатого скота в культурных напластованиях неуклонно нарастало год от года, немного снизившись лишь в период строительства, функционирования и руинизации здесь центрального городского базара (Яворская, 2015, с. 248).

Механизм распределения мясных продуктов, полученных как «побочные» от специализированных производств, пока не очень ясен. Возможно, куски приготовленной баранины становились для торговцев и ремесленников, проживающих и работающих в данном квартале, повседневной пищей лишь в определенные сезоны, когда забой животных активизировался. Важно, что эти остатки составили мощные накопления в культурном слое центра Болгара и существенно изменили здесь как остеологические спектры, так и спектры мясного потребления по отношению к обычным.

В свете всех изложенных данных структура мясного потребления Бол-гара в различные периоды его истории может быть реконструирована следующим образом.

Основным мясным продуктом во все периоды городской истории была говядина. В золотоордынский период

по всем районам вместе с активизацией в городе производства продукции из животного сырья несколько вырастает потребление баранины по отношению к домонгольскому периоду, однако мощные накопления «кухонных» и «ремесленных» остатков мелкого рогатого скота фиксируются локально в центральной части города непосредственно в ремесленном квартале. В северо-восточном районе города, где традиционно с домонгольского времени вторым по значимости мясным продуктом после говядины была конина, в золотоордынское время сохраняется ее потребление на том же уровне.

Отсюда становится понятна структура поставок мясных продуктов в город. Наиболее важным источником поступления «мясных» животных должны были быть сельские поселения городской округи, где еще в домонгольский период и позднее содержался и разводился крупный рогатый скот для получения горожанами основного белкового продукта. Там же и с теми же целями, но в значительно меньшем количестве разводили овец, коз и лошадей. В золотоордынское время количество таких поселений, очевидно, должно было увеличиться, чтобы обеспечить мясными продуктами быстро разрастающийся густонаселенный город. Мелкий рогатый скот степных кочевников начинает поставляться в Болгар только в золо-тоордынское время начиная с ранне-ордынского времени и именно в связи с появлением в городе ремесленных производств по обработке шкур. «Побочные» продукты этих производств -мясные части туш, - в свою очередь, несколько повышают долю баранины

в мясной диете в разных районах города в этот период и позднее.

Именно такая структура поставок мясного скота в Болгар подтверждается результатами исследования тяжелых изотопов углерода и азота из коллагена костей домашних и диких животных из золотоордынских слоев в центральной части Болгара. Полученные показатели палеодиеты домашних копытных выявили, что крупный рогатый скот и лошади выращивались преимущественно в округе Болгара, а овцы поступили в город из аридных районов, то есть из хозяйств степных кочевников (Яворская, Антипина, Эн-говатова, Зайцева, 2015, с. 59).

Из проведенного исследования удалось сделать следующие выводы:

1. Структура мясного потребления Болгара во все периоды его истории обычна для городов средневековья. Основным мясным продуктом в ней является говядина. Конина и баранина предстают дополнительными, менее значимыми, белковыми ресурсами.

2. Обеспечение продуктами как небольшого домонгольского города, так и огромного золотоордынского осуществлялось, в первую очередь, из его сельскохозяйственной округи.

3. Скот степных кочевников поставлялся в Болгар в золотоордынское время для нужд ремесла, производившего продукцию из шкур животных. Эти «производственные» поставки несколько увеличили долю баранины в пищевом рационе горожан, но не сделали ее основным мясным продуктом в золотоордынское время.

4. На примере Болгара удалось показать, что нельзя распространять результаты археозоологического исследования локальной выборки костных

остатков на всю территорию города. Помимо того, что в северо-восточной части обнаружен район с традиционной специфичной мясной диетой с высокой долей конины в рационе,

в центре города, в силу локализации здесь ремесел, накопление костных остатков шло более интенсивно, а спектры оказались измененными по отношению к обычным для города.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аксенова Н.Д., Полубояринова М.Д., Хлебникова Т.А., Шарифуллин Р. Ф. Отчет об археологических исследованиях Болгарского городища в 1982 году. Т. III. Болгары, Казань, Москва, 1983/ Архив ИА РАН, Р-I, № 9809.

2. Антипина Е.Е. Археозоологические материалы (глава 7) // Каргалы. Т. III / Ред и сост. Е.Н. Черных. М.: Языки славянской культуры, 2004. С. 182-239.

3. Антипина Е.Е. Современная археозоология: задачи и методы исследования // Междисциплинарная интеграция в археологии (по материалам лекций для аспирантов и молодых сотрудников) / Отв. ред. Е.Н. Черных, Т.Н. Мишина. М.: ИА РАН, 2016. С. 96-117.

4. Антипина Е.Е., Яворская Л.В., Ситдиков А.Г. Необычные изделия из бараньих лопаток из ремесленного квартала Болгарского городища (раскопки 2013-2015 гг.) // КСИА. 2015. № 241. С. 402-408.

5. Коваль В.Ю., Бадеев Д.Ю. Исследования центрального базара Болгара в 20122013 гг. // КСИА. Вып. 237. 2015. С. 188-199.

6. Петренко А.Г, Асылгараева Г.Ш. Археозоологичесские материалы из раскопок Казанского кремля. Казань: Институт истории им. Ш. Марждани АН РТ, 2003. 320 с.

7. Ситдиков А.Г., Бочаров С.Г. Раскоп CLXXXIX // Археологические исследования 2013 г.: Болгар и Свияжск / Авт.-сост. А.Г. Ситдиков, Р.Р. Валиев, А.С. Старков. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани, 2014. С. 15-16.

8. Ситдиков А.Г., Бочаров С.Г. Раскопы CCXXI, CCXXII и CCXXIII // Археологические исследования 2016 г.: Болгар и Свияжск / Авт.-сост. А.Г. Ситдиков, Р.Р. Валиев, А.С. Старков. Казань: ИД «Казанская недвижимость», 2017. С. 18-19.

9. Ситдиков А.Г., Бочаров С.Г., Иожица Д.В., Куклина А.А., Яворская Л.В. Раскоп CCXVI // Археологические исследования 2016 г.: Болгар и Свияжск / Авт.-сост. А.Г. Ситдиков, Р.Р. Валиев, А.С. Старков. Казань: ИД «Казанская недвижимость», 2017. С. 13-15.

10. Ситдиков А.Г., Бочаров С.Г., Масюта Д.А., Иожица Д.В., Лесная Е.С., Яворская Л.В., Данильченко А.И. Раскоп CXCIX // Археологические исследования 2015 г.: Болгар и Свияжск / авторы-составители: Ситдиков А.Г., Валиев Р.Р., Старков А.С. Казань: «Издательский дом «Казанская недвижимость», 2016. С. 13-15.

11. Цалкин В.И. Материалы для истории скотоводства и охоты в Древней Руси / МИА. № 51. М.: Наука, 1956. 184 с.

12. Яворская Л.В. Костные останки животных из раскопа CLXII города Болгара: некоторые новые методы обработки и оценки археозоологических материалов // Поволжская археология. 2012. № 1. С. 216-237.

13. Яворская Л.В. Специфика заполнения культурных слоев и динамика мясного потребления в городе Болгар (по археозоологическим материалам раскопа CLXXIX). // Поволжская археология. 2013. № 3 (5). С. 91-102.

14. Яворская Л.В. Динамика заполнения костями животных центральной части Болгарского городища как показатель интенсивности жизнедеятельности его обитателей // КСИА. Вып. 237. 2015. С. 239-251.

15. Яворская Л.В., Антипина Е.Е., Энговатова А.В., Зайцева Г.И. Стабильные изотопы углерода и азота в костях домашних животных из трех городов Европейской

части России: первые результаты и интерпретации // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. 2015. № 1 (31). С. 54-64.

Информация об авторе:

Яворская Лилия Вячеславовна, кандидат исторических наук, доцент, научный сотрудник, Институт археологии РАН (г. Москва, Россия); lilechkayavorska@list.ru

TO THE QUESTION OF PROVIDING MEAT PRODUCTS TO THE MEDIEVAL CITY OF BOLGAR HIH

L.V. Yavorskaya

The results of archaeozoological study of collections of bone remains of animals from 7 excavations investigated in 2012-16 on the Bolgar fortified setlement are represented in the paper. The research was carried out by the author according to the methodical scheme developed at the Institute of archaeology of the Russian Academy of Sciences. The osteological spectra and spectra of meat consumption at excavations located in different parts of the site have been analyzed concerning three cultural and chronological horizons: the Pre-Mongolian, the Early Horde and the Late Horde horizons. It was revealed that in all epochs the beef was main meat product of the townspeople, while lamb and horse meat supplemented the protein diet. The settlements of the nearest city district where domestic ungulates were bred were the source of meat. In the early Golden Horde period, new handicraft industries appeared in Bolgar, which processed sheep skins in large quantities. For these industries, small cattle were supplied from nomadic steppe farms, and the meat of slaughtered animals was fed to the citizens, which increased the share of lamb in the spectra of meat consumption throughout the city during the Golden Horde period. The most powerful accumulations of bone remains of small cattle are recorded in the central part of the Golden Horde Bolgar directly in the territory of the craft quarter. Isotope studies of paleo-diets of animals from excavations in the central part of the ancient settlement confirmed the origin of cows and horses from the forest-steppe area of the city, and sheep from arid steppe areas.

Keywords: archaeozoological materials, medival city of Bolgar, domestic ungulates, osteological spectra, patterns of Meat consumption, medieval craft production, supply of meat products.

REFERENCES

1. Aksenova, N. D., Poluboiarinova, M. D., Khlebnikova, T. A., Sharifullin, R. F. 1983. Otchet ob arkheologicheskikh issledovaniiakh Bolgarskogo gorodishcha v 1982 godu (Report on Archaeological Studies of Bolgar Fortified Settlement in 1982) III. Bolgar, Kazan, Moscow. Archive of the Institute of Archaeology of the Russian Academy of Sciences, R-1, no. 9809 (in Russian).

2. Antipina, E. E. 2004. In Chernykh, E. N. (ed.). Kargaly (Kargaly) III. Moscow: "Iazyki sla-vianskoi kul'tury" Publ., 182-239 (in Russian).

3. Antipina, E. E. 2016. In Chernykh, E. N., Mishina, T. N. (eds.). Mezhdistsiplinarnaia inte-gratsiia v arkheologii (po materialam lektsii dlia aspirantov i molodykh sotrudnikov) Interdisciplinary Integration in Archaeology (based on Lectures for Postgraduate Students and Young Employees). Moscow: Institute of Archaeology, Russian Academy of Sciences, 96-117 (in Russian).

4. Antipina, E. E., Yavorskaya, L. V., Sitdikov, A. G. 2015. In Kratkie soobshcheniia Instituta arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 241. 402-408 (in Russian).

The study was supported by the Russian Foundation for Basic Research, project No. 18-09-00316 A

5. Koval', V. Yu., Badeev, D. Yu. 2015. In Kratkie soobshcheniia Instituía arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 237. 188-199 (in Russian).

6. Petrenko, A. G., Asylgaraeva, G. Sh. 2003. Arkheozoologicheskie materialy iz raskopok Ka-zanskogo kremlia (Archaeological Materials from the Excavations of the Kazan Kremlin). Kazan: Institute of History named after Shigabuddin Mardzhani, Tatarstan Academy of Sciences (in Russian).

7. Sitdikov, A. G., Bocharov, S. G. 2014. In Sitdikov, A. G., Valiev, R. R., Starkov, A. S. (comp.). Arkheologicheskie issledovaniia 2013 g.: Bolgar i Sviiazhsk (Archaeological Studies in 2013: Bolgar and Sviyazhsk). Kazan: Institute of History named after Shigabuddin Mardzhani, Tatarstan Academy of Sciences, 15-16 (in Russian).

8. Sitdikov, A. G., Bocharov, S. G. 2017. In Sitdikov, A. G., Valiev, R. R., Starkov, A. S. (comp.). Arkheologicheskie issledovaniia 2016 g.: Bolgar i Sviiazhsk (Archaeological Studies in 2016: Bolgar and Sviyazhsk). Kazan: "Kazanskaia nedvizhimost'" Publ., 18-19 (in Russian).

9. Sitdikov, A. G., Bocharov, S. G., Iozhitsa, D.V., Kuklina A.A., Yavorskaya, L. V. 2017. In Sitdikov, A. G., Valiev, R. R., Starkov, A. S. (comp.). Arkheologicheskie issledovaniia 2016g.: Bolgar i Sviiazhsk (Archaeological Studies in 2016: Bolgar and Sviyazhsk). Kazan: "Kazanskaia nedvizhimost'" Publ., 13-15 (in Russian).

10. Sitdikov, A. G., Bocharov, S. G., Masyuta, D.A., Iozhitsa, D.V., Lesnaya E.S., Yavorskaya, L. V., Danilchenko, A. I. 2016. In Sitdikov, A. G., Valiev, R. R., Starkov, A. S. (comp.). Arkheologicheskie issledovaniia 2015 g.: Bolgar i Sviiazhsk (Archaeological Studies in 2015: Bolgar and Sviyazhsk). Kazan: "Kazanskaia nedvizhimost'" Publ., 13-15 (in Russian).

11. Tsalkin, V. I. 1956. Materialy dlia istorii skotovodstva i okhoty v Drevnei Rusi (Materials on the History of Cattle Breeding and Hunting in Ancient Rus). Series: Materialy i issledovaniia po arkheologii SSSR (Materials and Research in the USSR Archaeology) 51. Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

12. Yavorskaya, L. V. 2012. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) (1), 216-237 (in Russian).

13. Yavorskaya, L. V. 2013. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) (3), 91-102 (in Russian).

14. Yavorskaya, L. V. 2015. In Kratkie soobshcheniia Instituta arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 237. 239-251 (in Russian).

15. Yavorskaya, L. V., Antipina, E. E., Engovatova, A. V., Zaitseva, G. I. 2015. In Vestnik Vol-gogradskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriia 4, Istoriia. Regionovedenie. Mezhdunarodnye ot-nosheniia (Science Journal of VolSU. History. Area Studies. International Relations) 1(31). 54-64 (in Russian).

About the Author:

Yavorskaya Liliya V. Candidate of Historical Sciences. Associate Professor. Institute of Archaeology of the Russian Academy of Sciences. Dmitriya Ulyanova St., 19, Moscow, 117036, Russian Federation; lilechkayavorska@list.ru

Статья поступила в номер 19.04.2018 г.