"Для украинской угольной промышленности будет очень пессимистичный сценарий"

На Украине начались массовые забастовки шахтеров. Во вторник 10 тыс. горняков вышли на митинг в Червонограде Львовской области. Среди требований — прекращение закрытия шахт, погашение задолженности по зарплатам, а также отставка министра энергетики и угольной промышленности Украины Владимира Демчишина. Член экспертного Союза нефтегазопромышленников России Эльдар Касаев обсудил тему с ведущей "Коммерсантъ FM" Натальей Ждановой.

Из-за забастовки свою работу приостановили все семь шахт государственной компании "Львовуголь".

— Можно более подробно у вас узнать о том, что из себя представляет эта компания "Львовуголь" и насколько масштабной можно назвать эту забастовку?

— Забастовку можно назвать масштабной, но также напомню, что уже похожие ситуации мы наблюдали. Уже достаточно продолжительное время, это не месяц и не полгода, а уже больше года, идет кампания по приватизации государственных шахт. Министр энергетики угольной промышленности как раз планирует подготовить к приватизации все шахты до конца текущего года.

Здесь ситуация следующая: люди и так находятся в тяжелом положении, сами понимаете почему, и все понимают: ситуация на Украине уже вышла за масштабы Европы, уже весь мир знает, насколько там тяжело и экономически, и социальная сфера страдает, а тут еще и потеря рабочих мест. Тем более угольная промышленность была одной из центральных в стране, а теперь мы видим там действительно коллапс, по-другому не назвать.

— А к чему в итоге может привести эта программа приватизации, как это будет выглядеть дальше?

— Как всегда все программы, которые готовятся в последнее время на Украине, очень нелогичны и абсурдны. Это и с газовой проблематикой, которую мы тоже у вас в эфире часто обсуждаем, даже тот же зимний пакет, по которому идут поставки газа. Он нарушается со стороны Украины, есть провокации, это мы видим суточными заявками: то они максимальные, то они почти на минимальном количестве заказывают газ. Это все напрягает газотранспортную систему, ставит палки в колеса "Газпрому".

То же самое видим и в электроэнергетической сфере. Поскольку угольная промышленность сейчас разрушена, то электроэнергетика переживает не лучшее время, а это, в свою очередь, негативно отражается на промышленности. Промышленность в стране в упадке, и это еще добавляет напряжение, потому что предприятия закрываются. Мы слышали о веерных отключениях, о митингах граждан, не только горняков. Это, конечно, все добавляет напряжения в стране и не лучшим образом сказывается как раз на тех лицах, которые должны принимать решения и выводить страну из кризиса.

— В этом контексте еще упоминается контракт с ЮАР, что вроде бы Украина не так мощно потребляет собственный уголь.

— Здесь есть нюанс. Что касается контракта с ЮАР, об этом мало кто говорит, но нужно сказать. Уголь, который используют тепловые электростанции и теплоэлектроцентрали, разных групп. Есть так называемый антрацит, и есть угли газовой группы. Например, во Львовской области, где сейчас мы наблюдаем митинги горняков, там добывается как раз уголь газовой группы. Он подходит для определенных теплоэлектростанций, но для каких-то совсем не подходит, нужен антрацит. Антрацит как раз находится на территориях ДНР и ЛНР, поскольку эти самопровозглашенные республики, хоть и отправляют небольшие объемы на Украину, поскольку Украина сама, видимо, еще не определилась, судя по газовым делам, это их территория или нет, потому что объемы, которые "Газпром" туда отправляет, Украина считает все-таки не объемами в рамках общего газообеспечения Украины. Здесь идут споры между сторонами.

Антрацит украинские власти решили покупать за рубежом, в частности, в ЮАР и в России. Но если взять контракт с ЮАР, то здесь опять много нареканий в адрес Демчишина, министра энергетики и угольной промышленности. Во-первых, по ценам, там есть определенные махинации, со слов опять-таки украинских коллег. Во-вторых, само качество угля. Этот уголь из ЮАР, который планируется Украиной закупить в объеме 1 млн т в год, все-таки не совсем подходит для электроэнергетических предприятий страны, и его нужно смешивать с другими сортами угля. Там проблемы с теплообменом, это чисто технологическая сложность. Это дополнительные трудности опять приносит в экономику. То есть, казалось бы, если уж ты готовишь программу по тому, чтобы поставить на рельсы свою экономику, нужно же все делать продуманно и смотреть на поставщиков. Тем более, ЮАР не самая близкая страна логистически, чтобы покупать оттуда уголь.

— То есть это отдельная история, это не так тесно связано с ситуацией в компании "Львовуголь"?

— Нет, конкретно нет. Здесь каждая компания преследует свои цели — это получение прибыли, и частно-государственная экономика или жизнь граждан здесь не являются определяющими факторами, на основании которых компания строит свою инвестиционную программу или решает те или иные проблемы.

— Господин Касаев, а можно пару слов о том, как ситуация будет в дальнейшем развиваться?

— Ситуация будет ухудшаться, на мой взгляд, потому что сейчас идет ориентация только на импортный уголь, больше 5 млн т в год до конца года планируется приобрести. Ситуация не очень хорошая, потому что нет дотаций. Если в 2014 году угольная промышленность получила свыше $507 млн госдотаций, то в бюджете этого года этой статьи вообще нет. И говорить о том, что будет какой-то прогресс, не приходится. Скорее всего, будет очень тяжелый пессимистичный сценарий для угольной промышленности.