Женские архетипы в романах Дж. Макдональда «Фантастес» и «Лилит»

УДК 821.111

DOI: 10.21685/2072-3024-2016-2-11

А. И. Черемисина

ЖЕНСКИЕ АРХЕТИПЫ В РОМАНАХ Дж. МАКДОНАЛЬДА «ФАНТАСТЕС» И «ЛИЛИТ»

Аннотация.

Актуальность и цели. Проблема художественного воплощения архетипов в литературном произведении остается актуальной для современного литературоведения. Кроме того, творчество самобытного шотландского писателя Дж. Макдональда нуждается в глубоком изучении. Целью работы является анализ архетипов Великой Матери и Вечной Женственности в их реализации в конкретных литературных образах.

Материалы и методы. Материалом исследования стали романы шотландского писателя Джорджа Макдональда «Фантастес» (1858) и «Лилит» (1895). В работе использованы историко-литературный и сравнительно-типологический методы исследования.

Результаты. В статье рассмотрены женские образы указанных произведений, воплощающие архетипы Великой Матери и Вечной Женственности. Проанализированы характерные черты женских образов, их соотношение с образом главного героя. Отмечена роль женщины в философско-религиозной системе взглядов автора.

Выводы. В указанных произведениях архетипы Великой Матери и Вечной Женственности творчески переосмысляются в контексте христианской концепции автора. По Дж. Макдональду идеал женщины воплощается в архетипе Великой Матери, поэтому Вечная Жена (Женственность) должна переродиться в Великую Мать. Соответственно, героини, воплощающие архетип Вечной Женственности, претерпевают изменение, перерождение. Женские архетипы в романах Дж. Макдональда также способствуют раскрытию образа главного героя (мужчины).

Ключевые слова: Джордж Макдональд, архетип, миф, Великая Мать, Вечная Женственность.

A. I. Cheremisina

FEMALE ARCHETYPES IN G. MACDONALD'S NOVELS "PHANTASTES" AND "LILITH"

Abstract.

Background. The problem of art realization of archetypes in literary works is of current importance in modern philology. Besides, the works by original Scottish writer G. MacDonald require deep analysis. The goal of the research is to analyze the archetypes of the Great Mother and the Eternal Feminity in their realization in specific literary images.

Materials and methods. The materials of the research are "Phantastes" (1858) and "Lilith" (1895) by Scottish writer George MacDonald. Historical-literary and comparative-typological methods were used in the research.

Results. The article considers female images representing the archetypes of the Great Mother and the Eternal Feminity in the novels. Female images' features and their relation to the protagonist image has been analyzed. The role of a woman in the author's religious and philosophical conception has been pointed out.

Conclusions. The archetypes of the Great Mother and the Eternal Feminity are interpreted in the context of the author's Christian conception. According to G. MacDonald, the ideal woman is represented in the archetype of the Great Mother, therefore the Eternal Wife (Feminity) should regenerate into the Great Mother. The heroines representing the archetype of the Eternal Feminity experience changes, rebirth. Also female archetypes of G. MacDonald's novels contribute to comprehension of the protagonist (male) image.

Key words: George MacDonald, archetype, myth, the Great Mother, the Eternal Feminity.

Проблема художественного воплощения архетипов в литературном произведении остается актуальной для современного литературоведения. Архетипы как проявление коллективного бессознательного отражаются в мифологии, религии, искусстве. Многие художественные образы формируются на базе определенной архетипической модели, «системы кристалла» [1]. Теорией архетипа занимались К. Г. Юнг, Дж. Кэмпбелл, Н. Фрай, М. Бодкин, М. Элиаде, Е. М. Мелетинский, В. Н. Топоров, С. С. Аверинцев и многие другие ученые. В настоящей работе под архетипами мы понимаем наиболее общие и фундаментальные первообразы, имеющие общечеловеческий смысл, врожденные универсальные модели, запечатленные в менталитете, сознании больших социальных групп.

В качестве важнейших архетипов К. Г. Юнг выделяет архетипы Матери, Дитяти, Тени, Анимуса, Анимы, Мудрого Старика и Мудрой Старухи. Е. М. Мелетинский в статье «Аналитическая психология и проблема происхождения архетипических сюжетов» подчеркивает, что указанные К. Г. Юн-гом архетипы выражают «ступени процесса индивидуации», т.е. «постепенного выделения индивидуального сознания из коллективно-бессознательного, изменения соотношения сознательного и бессознательного в человеческой личности до их окончательной гармонизации в конце жизни» [2]. К. Г. Юнг в статье «Психологические аспекты архетипа Матери» указывает, что, как и каждый архетип, «архетип матери имеет невообразимое множество аспектов», а именно женщина, родоначальница, богиня, дева, возлюбленная, цель страстного избавления (царство Божие и др.), земля, вода и многие другие. Сущностное свойство архетипа матери, по К. Г. Юнгу, - «нечто "материнское"... нечто благостное, нечто дающее пристанище. нечто обольщающее и отравляющее» [1]. Ученый формулирует оппозицию любящей и устрашающей матери и в качестве исторической параллели приводит образ Марии, матери Иисуса Христа. Н. А. Хафизова в статье «Архетипы Великой Матери и Вечной Женственности как способы производства женской идентичности» обращает внимание на бинарность проявлений любого архетипа. Исследователь выделяет архетипы Великой Матери и Вечной Женственности (Вечной Жены), наиболее полно воплотившиеся в иудео-христианских образах Евы и Лилит [3].

Ева - жена Адама, созданная из его ребра, Великая Мать, дарующая жизнь. Ее любовь - любовь-филия (дружеская любовь), любовь-агапэ (жертвенная любовь). Лилит в иудео-христианской культуре - первая жена Адама, демоническая женщина, убивающая детей и соблазняющая, губящая душу мужчины. Для нее характерны такие формы любви, как любовь-эрос и лю-бовь-агапэ. По мнению Н. А. Хафизовой, любовь Евы - это самоутверждение,

она любит «себя-в-другом»; любовь Лилит - это любовь-служение, вдохновение, она любит «другого-в-себе». «Ева печется о выживании, о заботе по жизни, а Лилит - о преображении духа» [3, с. 105].

В настоящей работе мы будем рассматривать архетипы Великой Матери и Вечной Женственности в их реализации в конкретных литературных образах на материале романов Дж. Макдональда «Фантастес» и «Лилит».

Джордж Макдональд - шотландский писатель и проповедник XIX в. В каждом из исследуемых романов главным героем является юноша, притом повествование ведется от первого лица. Таким образом, дается мужской взгляд на описываемые события. Это имеет важное значение при анализе произведения с гендерного аспекта, в частности при анализе женских архетипов. К. Г. Юнг замечает, что мужчина склонен идеализировать мать, при этом «идеализация есть скрытый амулет; идеализируют там, где нужно изгнать страх; угрожающим является бессознательное и его магическое влияние» [1].

Архетип Великой Матери в романах Дж. Макдональда «Фантастес» и «Лилит» воплощается в трех основных женских образах: в образе бабушки («вечной» матери), в образе женщины (матери) и в образе девочки (будущей матери). Данным женским образам сопутствуют эпитеты «заботливая», «добрая» и т.п. По К. Г. Юнгу, «с пробуждением Я-сознания... возникает отделение Я от матери. Отпадают от ее образа все присочиненные и полные таинственности свойства, они смещаются на близлежащую виртуальность - на бабушку. Она - как мать матери - "больше" последней. Она, собственно, и есть "великая мать". Нередко она перенимает черты мудрости, так же как и черты колдовской ворожбы» [1]. Так, в романе «Фантастес» бабушкой Ано-доса оказывается фея из Волшебной страны. В том же произведении возникает образ древней старухи, хозяйки хижины на острове, в котором наиболее полно воплотились черты архетипа Великой Матери. Главный герой рыдает на груди старухи, она жалеет его, называет дитем и кормит с ложки. «Она. обеими руками гладила меня по голове, разговаривая со мной, как мать разговаривает со своим малышом.» [4, с. 163]. Затем старуха отправляет его в дорогу с напутствием совершить «что-нибудь достойное». Исследователь Ф. Сото замечает: «Именно такую заповедь герои обычно получали от своих покровительниц-богинь где-то во время перехода от матриархального к патриархальному мышлению. Эти ранние матриархальные, безмужние богини, Матери или Девы, относятся к героям-мужчинам с высоким благородством и мягкостью, хотя это отношение, пожалуй, нельзя назвать женственным в современном понимании этого слова. . Они требуют от него не любви и обожания, а великих свершений.» (пер. О. Лукмановой) [5, с. 38].

В романах «Фантастес» и «Лилит» присутствуют образы помогающих женщин, матерей, которые встречаются на пути главного героя. Данные образы также являются воплощением архетипа Великой Матери. Так, в романе «Фантастес» Анодос путешествует по Волшебной стране, останавливаясь на ночлег у гостеприимных деревенских женщин, которые «с материнским участием» кормят его и называют «бедным мальчиком». Не только люди, но и сказочные существа воспринимают юношу как ребенка: так, Буковая Дева называет Анодоса малышом, дает защитный амулет и нехотя отпускает в дальнейший путь. В романе «Лилит» присутствует помогающий женский персонаж по имени Мара. Постоянный эпитет этой героини - «мать скорбей

человеческих». Но ключевые черты архетипа Великой Матери наиболее полно воплотились в образе Евы. Постоянные эпитеты этой героини - «мать всего сущего», «мать всех матерей». Главная характеристика Евы - «живые глаза»: «В глазах ее лучилась жизнь, которой достало бы целому народу» [6, с. 35]. Красота героини описывается как «неотразимая», «всепоглощающая». По Н. А. Хафизовой, цель Евы как архетипического образа - деторождение, удержание мужчины: «Мужчина с ней впадает в состояние внутриутробной защищенности. Но это тоже форма власти над мужчиной» [3, с. 102]. Однако Ева в романе Дж. Макдональда, как и старуха из «Фантастес», отпускает героя в путь, хотя и ожидает его возвращения домой.

В каждом из исследуемых романов присутствует образ взрослеющей девочки, будущей матери. В романе «Фантастес» Анодос встречает женщину, которой нанес обиду много лет назад (разбил ее музыкальный шар). Теперь эта женщина освобождает его из темницы своей песней: «Я... узнал черты юной девочки, прославленные и возвышенные в облике прекрасной женщины» [4, с. 188]. В романе «Лилит» возникает образ Лоны - дочери Адама и Лилит, которая является предводительницей «маленького народца» (Малышей). «Однако в Лоне ослепительная красота Лилит была смягчена детской простотой и невинностью и оттенена полнотой материнской любви» [6, с. 204]. Постоянно подчеркивается материнская роль Лоны: она знает, как обращаться с младенцами, которых дети находят в лесу, у нее всегда на руках ребенок. Главный герой Вейн замечает: «Какой чудесной женщиной и матерью она, должно быть, станет, когда вырастет» [6, с. 77]. Когда Вейн видит, как Лона общается с детьми, он вспоминает свою мать, а также «ласковых тетушек и бабушек» [6, с. 215]. В то же время старуха из романа «Фантастес» улыбается «так светло и невинно, как улыбаются только дети» [4, с. 153]. Вейн называет Лону «подругой и женой своего сердца» [6, с. 215] (это любовь-филия, характерная для Евы).

В романах «Фантастес» и «Лилит» архетип Великой Матери воплощается не только в конкретных женских образах, но и в образе природы. В произведениях Дж. Макдональда часто возникает антропоморфный образ «Матушки Природы» (Mother Nature), заботящейся о главном герое: «Я заснул в своей речной люльке, где Матушка Природа качала свое уставшее дитя» [4, с. 76]. В финале романа «Фантастес» Анодос, находясь в состоянии символической смерти, лежит в земле и ощущает материнскую энергию природы: «Я чувствовал, как в мое сердце стучится великое сердце Матери, кормящей меня собственной жизнью, всей глубиной своего естества и бытия» [4, с. 206].

Архетип Вечной Женственности в романах Дж. Макдональда наиболее полно воплощается в образах Мраморной Девы («Фантастес») и Лилит («Лилит»). Это тип прекрасной, роковой женщины, гордой царевны. Путь главного героя во многом определятся поисками царевны, в то время как она постоянно от него убегает. Герой испытывает «страстное желание», «страстное влечение», «жгучую нестерпимую потребность» увидеть ее снова. Так, Ано-дос говорит о Мраморной Деве: «Я готов был уйти в небытие ради одного слова любви с единственных на свете уст» [4, с. 75]. Вейн молит Лилит: «Я готов вечно служить вам!» [6, с. 136]. В романе «Лилит» приводятся стихи об одноименной героине: «Во мне - все в мире женщины. Дана // Мне власть над всеми душами мужскими» [6, с. 179].

Образ Мраморной Девы сакрализуется Анодосом: герой поет песню об откровении чудных тайн, за которыми нужно взойти по священной лестнице. Он чувствует, как его душа вознеслась, возвысилась одной лишь песней о Мраморной Деве. Н. А. Хафизова, говоря об архетипе Вечной Женственности, отмечает: «Лилит - это сама спонтанность. Мужчина с ней испытывает катарсис и тела, и души, очищение, возвышение, озарение, получение опыта мистического переживания не столько телесного единения с женщиной, сколько себя самого через нее. Это и есть форма служения мужчине, но служения, несущего неуспокоенность» [3, с. 102].

И Анодос, и Вейн испытывают собственническое чувство, пытаются овладеть героинями, воплощающими собой архетип Вечной Женственности, однако им это не удается. Лилит не верит мужчинам: «Многие мужчины добивались моей любви, я же не любила ни одного из них. Им хотелось лишь поработить меня, завладеть мною, как драгоценной жемчужиной.» [6, с. 162]. Лилит пытается соблазнить Вейна и использовать его в своих целях (возвращение в мир людей). В романе «Фантастес» эта черта архетипа Вечной Женственности реализуется в образе «ложной» Мраморной Девы - Девы Ольхи, которая стремится соблазнить и погубить героя. «Ольха никого не любит, но обожает, когда любят ее. Какой бы мужчина ни оказался в ее власти, она страстно жаждет очаровать его и добиться его любви. Сама его любовь ей ни к чему; ей нужно лишь еще раз убедиться в своей обольстительности, увидеть свою красоту в его восторженных глазах» [4, с. 58].

И образ Ольхи, и образ Лилит связаны с мотивом смерти. Так, Лилит сравнивается с Евой: у них есть общая черта - бездонные черные глаза («огромные глаза, темные, как беззвездная ночь» [6, с. 128], «зрачки вобрали в себя ночное небо» [6, с. 35]). Но если глаза Евы лучатся жизнью, то глаза Лилит мертвы. У Ольхи также мертвые глаза и нет сердца, она буквально пустая внутри (и даже сравнивается с гробом) и постепенно разрушается, тлеет. Аналогично сердце Лилит «сухое и мертвое», на левой стороне груди заметны признаки тления - собственная жестокость и колдовство разрушают ее. В одноименном романе Дж. Макдональда Лилит, как и в мифологии, питается кровью младенцев, «преисполнена зла и очень в чести у Князя, господствующего в воздухе» (т.е. Сатаны) [6, с. 93]. Сама она называет себя «царицей ада и властительницей всех миров на свете» [6, с. 255]. И Анодос, и Вейн удивляются, как в героинях неземная красота сочетается с невероятной жесткостью.

Лилит, убивающая детей, - это антипод Евы, дарующей жизнь. В христианской традиции идеальная женщина - это прежде всего мать. Все, что связано с чувственностью, - от Сатаны, и в образе Лилит выражается сатанинское начало женщины. Как известно, в христианстве тело - это «темница», из которой должна освободиться душа. Тело, природа ассоциируются с женщиной, а дух - с мужчиной. Н. А. Хафизова замечает, что «достижение женского идеала связывается с беспощадным подавлением, искоренением Лилит, ибо нужна только Ева - та, что дает жизнь родами. Нужна Ева, и она, как производное мужской культуры, должна быть как на ладони, ее чувственность - под мужским контролем, ибо Лилит, дающая жизнь душе, вдохновляя ее на свершения, сокрыта в недрах женской психики и потому не подконтрольна» [3, с. 106].

В философско-религиозной концепции Дж. Макдональда идеал женщины воплощается в архетипе Великой Матери. В романе «Лилит» Адам говорит о Еве как об идеальной женщине, матери: «Моя Ева раскаялась, и теперь она прекраснее всех женщин и ангелов на свете, а ее стенающий и страждущий мир стал огромной детской, где подрастают сыновья и дочери нашего Отца» [6, с. 184]. Лона описывается как будущая идеальная женщина, идеальная мать. Ее образ архетипичен, что подчеркивается словами Вейна: «Я почти не помнил своей матери, но теперь в моем представлении она всегда была похожа на Лону, а когда я придумывал себе сестру или дочь, у них тоже были эти родные и милые мне черты» [6, с. 215]. Адам уточняет характер материнской власти Лоны: «Власть ее проявляется лишь в заботливом внимании и непрестанной готовности служить и помогать» [6, с. 187]. Другая важная роль идеальной женщины - всегда быть рядом с мужчиной, смиренно поддерживать его во всем. Любовь идеальной женщины «не в ласках, а в необыкновенной близости и понимании, которые можно сравнить, пожалуй, лишь с преданностью какого-то высшего животного, четвероногого друга, оказавшегося на Небесах рядом с хозяином» [6, с. 216]. То есть мужчина -это хозяин женщины (что, к примеру, немыслимо для Лилит). Любовь к идеальной женщине облагораживает мужчину. Вейн говорит о Лоне: «Любовь к ней лишь усиливала во мне чувство долга. Мне казалось, что любить ее и исполнять свой долг - это две части единого, неразделимого целого» [6, с. 216].

Поскольку, по Дж. Макдональду, идеал женщины воплощается в архетипе Великой Матери, то Вечная Жена (Женственность) должна переродиться в Великую Мать. Прекрасная гордая царевна должна стать обыкновенной женщиной. Так, в романе «Фантастес» Мраморная Дева превращается в обычную земную женщину, преданную супругу рыцаря. Встречая мужа, она восклицает: «Любимый мой! Ты здесь, и я счастлива!» [4, с. 157] - помогает ему раздеться и садится у его ног. А Дева Ольха не хочет измениться, и поэтому обречена на гибель. Лилит в одноименном романе отреклась от Бога и стала «обиталищем непреходящей смерти» [6, с. 256]. Однако даже она, согласно пророчеству Адама, спасется через чадородие. Благодаря жертве Лоны, своей дочери, Лилит с помощью Мары, Адама и Евы начинает переосмысливать свою сущность и погружается в сон-смерть, чтобы проснуться в новой жизни, переродиться.

Женские архетипы в романах Дж. Макдональда также способствуют раскрытию образа главного героя (мужчины). И Анодос, и Вейн пытаются объяснить, оправдать то, что они поддались чарам героинь, воплощающих архетип Вечной Женственности: они были уверены, что внешняя красота непременно свидетельствует о красоте внутренней; они испытывали гордыню и собственническое чувство от того, что пробудили к жизни, воскресили своих Прекрасных Дам. В романе «Фантастес» гордыня и тщеславие олицетворяются в образе Тени, от которой пытается избавиться главный герой. Анодос так описывает одну из своих духовных смертей: «Словно бледный дух, исходящий из мертвого тела, из моей прошлой, безгласной и раздавленной самости появилось новое "я". Конечно, ему тоже придется умереть, быть погребенным, а потом взлететь из своей могилы на крыльях нового рождения - но пока все это еще впереди» [4, с. 189]. Герой отказывается от Самости (в понимании К. Г. Юнга) и возвращается к Великой Матери и Отцу (Богу). Так,

Вейн в своих снах, желаниях ощущает себя ребенком, прижавшимся к груди своей матери. Анодос не хочет расставаться со старухой, воплощающей архетип Великой Матери: «Мне казалось, что другая, великая и богатая душа нежно поддерживает, обнимает, окутывает мою душу всей своей полнотой и щедростью. Мне чудилось, что она может дать мне все, чего я когда-либо желал, что мне уже никогда не захочется расстаться с ней, что я был бы счастлив вечно слушать ее песни и есть ее похлебку день за днем, сколько бы ни прошло лет» [4, с. 153].

Таким образом, в романах Дж. Макдональда «Фантастес» и «Лилит» архетипы Великой Матери и Вечной Женственности творчески переосмысляются в контексте христианской концепции автора. Мифопоэтические произведения Дж. Макдональда уже многие годы привлекают внимание читателей и исследователей. С. С. Аверинцев писал: «Тайна воздействия искусства состоит в особой способности художника почувствовать архетипические формы и точно реализовать их в своих произведениях». «Тот, кто говорит архетипами, глаголет как бы тысячей голосов., он подымает изображаемое им из мира единократного и преходящего в сферу вечного» (К. Г. Юнг) [7, с. 111].

Список литературы

1. Юнг, К. Г. Структура психики и процесс индивидуации : сб. ст. / К. Г. Юнг. -М. : Наука, 1996. - 269 с.

2. Мелетинский, Е. М. Аналитическая психология и проблема происхождения архетипических сюжетов / Е. М. Мелетинский // Бессознательное : сб. - Новочеркасск, 1994. - С. 159-167.

3. Хафизова, Н. А. Архетипы Великой Матери и Вечной Женственности как способы производства женской идентичности / Н. А. Хафизова // Вестник ПНИПУ. Культура. История. Философия. Право. - 2014. - № 1. - С. 100-110.

4. Макдональд, Дж. Фантастес / Дж. Макдональд ; пер. с англ. О. Лукмановой. -Нижний Новгород : Агапе, 2005. - 240 с.

5. Soto, F. Chthonic Aspects of MacDonald's Phantastes: From the Rising of the Goddess to the Anodos of Anodos / F. Soto // North Wind. - 2000. - № 19. - P. 19-49.

6. Макдональд, Дж. Лилит / Дж. Макдональд ; пер. с англ. О. Лукмановой. -Нижний Новгород : Агапе, 2004. - 320 с.

7. Аверинцев, С. С. Архетипы / С. С. Аверинцев // Мифы народов мира : энцикл. : в 2 т. - М. : Совет. энцикл., 1980. - Т. 1. - С. 110-111.

References

1. Yung K. G. Struktura psikhiki i protsess individuatsii: sb. st. [The structure of psyche and the process of individuation: collected articles]. Moscow: Nauka, 1996, 269 p.

2. Meletinskiy E. M. Bessoznatel'noe: sb. [The unconscious: collected works]. Novocherkassk, 1994, pp. 159-167.

3. Khafizova N. A. Vestnik PNIPU. Kul'tura. Istoriya. Filosofiya. Pravo [Bulletin of PNIPU. Culture. History. Philosophy. Law]. 2014, no. 1, pp. 100-110.

4. Makdonal'd Dzh. Fantastes. Transl. from Engl. by O. Lukmanova. Nizhniy Novgorod: Agape, 2005, 240 p.

5. Soto F. North Wind. 2000, no. 19, pp. 19-49.

6. Makdonal'd Dzh. Lilit. Transl. from Engl. by O. Lukmanova. Nizhniy Novgorod: Agape, 2004, 320 p.

7. Averintsev S. S. Mify narodov mira: entsikl.: v 2 t. [Myths of the peoples of the world: encyclopedia: in 2 volumes]. Moscow: Sovet. entsikl., 1980, vol. 1, pp. 110-111.

Черемисина Анна Ивановна

аспирант, Нижегородский государственный университет им. Н. И. Лобачевского

E-mail: trina_des@mail.ru

Cheremisina Anna Ivanovna Postgraduate student, Lobachevsky State University of Nizhny Novgorod

УДК 821.111 Черемисина, А. И.

Женские архетипы в романах Дж. Макдональда «Фантастес» и «Лилит» / А. И. Черемисина // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2016. - № 2 (38). - С. 119-126. DOI: 10.21685/2072-3024-2016-2-11