Психологические аспекты пищевого взаимодействия матери и младенца

И. А. Тишевской, Р. Ж. Мухамедрахимов

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПИЩЕВОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МАТЕРИ И МЛАДЕНЦА Характеристика современного состояния проблемы

Согласно современным представлениям, благополучность психологического развития ребенка в младенческом и раннем возрасте в значительной мере определяется качеством его взаимодействия с ближайшим социальным окружением и в первую очередь с матерью [1-8]. Самым первым и регулярным видом взаимодействия матери и младенца является грудное вскармливание, в процессе которого не только происходит взаимная «подстройка» матери и ребенка с определением характерной для данной пары интерактивной последовательности и степени симметрии между поведением партнеров [9], но и формируются их репрезентации друг о друге [8-11]. Несмотря на признание важности грудного вскармливания, в отечественной науке изучение его до настоящего времени остается прерогативой медицины и физиологии, а успешность практической работы оценивается чаще по продолжительности грудного вскармливания и по показателям физического, но не психического развития ребенка.

Одной из актуальных проблем изучения психологических факторов, влияющих на пищевое поведение младенца во время грудного вскармливания и пищевое взаимодействие матери и ребенка, сегодня является выяснение механизмов связи психологических и физиологических аспектов взаимодействия и их комплексное влияние на последующее развитие ребенка.

Целью представленного аналитического исследования является определение роли и взаимосвязи психологических и физиологических регуляторов пищевого поведения младенца, что позволит оптимизировать комплексную оценку взаимодействия матери и ребенка во время грудного вскармливания и улучшить качество данного вида взаимодействия в процессе раннего вмешательства.

Объектом исследования являются матери и их грудные младенцы, предметом исследования — физиологические и поведенческие регуляторы поведения матери и ребенка в ситуации кормления грудью, а также возможное влияние качества взаимодействия матери и младенца в ситуации кормления грудью на формирование типа привязанности у ребенка.

Обсуждение

Психофизиологические основы изменения активности ребенка в процессе взаимодействия

В первые месяцы жизни физиологическое состояние ребенка не только определяет его поведение, проявляясь в различных сигналах, адресуемых взрослому, но и само очень зависит от эффективности взаимодействия с взрослым. Действия родителя могут сильно влиять на состояние ребенка, изменяя у него соотношение между про© И. А. Тишевской, Р. Ж. Мухамедрахимов, 2011

цессами активации, реализуемыми минералкортикоидами и глюкокортикоидами, и успокоения (расслабления), обеспечиваемого пролактином, окситоцином и вазопрес-сином. Профили этих гормонов и их динамика, определяемые качеством детско-родительского взаимодействия, влияют на баланс напряжения и расслабленности, уровень активности не только у ребенка, но и у матери, и во многом определяют эмоциональный фон общения, качество родительского поведения и формирование привязанности между взрослым и ребенком [12].

Влияние регуляции уровня активности ребенка на специфику его развития можно описать с позиций аллостатической концепции адаптации (allostasis, от греческих слов «allos» — иной, другой и «stasis» — состояние, стабильность). Аллостаз понимается как процесс, посредством которого организм достигает поддержания необходимых для успешного функционирования параметров внутренней среды через изменение своего состояния и поведения [12-15]. В отличие от гомеостатической концепции адаптации, аллостатическая предполагает возможность «сдвигов» в процессе приспособления на качественно различающиеся уровни равновесия параметров жизнедеятельности, причем эти «сдвиги» могут стать необратимыми. Базовым понятием в данной концепции является аллостатическая нагрузка, которая определяется по интенсивности активации организма, сопряженной с увеличением уровня кортизола и адреналина. Уровень аллостатической нагрузки не только энергетически обеспечивает адаптационные перестройки, но и определяет степень напряженности и неустойчивости функционирования организма, в том числе на поведенческом и психическом уровнях, что обусловлено появлением новых механизмов нейрогуморальной регуляции организма и новых форм поведения, более адаптивных в изменившихся условиях.

Следует подчеркнуть, что для нормального развития младенца важно поддерживать у него определенный уровень активности, необходимый для формирования новых моделей поведения, чему способствует обеспечение аллостатической нагрузки на ребенка, с которой он сам или с помощью взрослого сможет справиться. Соответственно, важным является модуляция активности ребенка за счет предупреждения матерью его гиперстимуляции (аллостатической перегрузки) и избегания гипостимуляции. Иными словами, в разных ситуациях мать модулирует уровень стимуляции ребенка (информацией, телесным контактом, эмоциями, пищей, теплом и т. д.), руководствуясь своими представлениями о его индивидуальных возможностях справляться с нагрузкой и напряжением. Признаком успешного выполнения матерью стресс-модулирующей функции в системе «мать—младенец» является уравновешенная активность ребенка, отсутствие у него непродуктивной гиперактивности или полной пассивности в состоянии бодрствования.

Представляется, что физиологическое состояние ребенка и параметры его регуляции матерью не только сопряжены в отдельном эпизоде взаимодействия, но и определяют развитие в долгосрочной перспективе: темп и направление психического развития ребенка зависят от уровня активности, которую мать поддерживает у своего младенца, и способов, которые использует мать для модуляции активности ее ребенка.

Специфический и неспецифический компоненты поведения взаимодействия в ситуации кормления

С первых дней и недель жизни для регуляции уровня активности и состояния ребенка мать использует родительское коммуникативное поведение, характеризующееся качественными телесными, голосовыми и визуальными контактами, эмоци-

ональным держанием. Тифани Филд [16] выделила пять характеристик, свидетельствующих о высоком качестве взаимодействия матери и ребенка: одинаковая громкость разговора интерактивных партнеров, сосредоточение внимания на одной и той же вещи, наличие диалога в коммуникативных обменах, наблюдение каждым партнером сигналов другого и обусловленность ответов контекстом взаимодействия. В ситуации кормления грудью, на наш взгляд, взаимодействие складывается из двух компонентов: специфического для пищевого взаимодействия и неспецифического, присутствующего и при других видах взаимодействия (игре, гигиенических процедурах и т. д.).

Рассматривая специфический компонент в поведении матери, можно выделить технику кормления — то, в какой позе мать кормит, как она прикладывает ребенка, держит его во время кормления и т. п., и регулятивное поведение — кормление по сигналам голода и насыщения, подаваемым ребенком, поощрение сосания во время пауз, делаемых ребенком, предотвращение быстрого тока молока, длительность кормления, режим кормления и др.

В поведении ребенка специфическое пищевое поведение при кормлении грудью может оцениваться по интенсивности подачи сигналов голода и насыщения, соотношению периодов сосания и пауз, времени подачи сигналов насыщения, их числу и интенсивности в конце кормления.

Неспецифический компонент материнского поведения во время кормления грудью может быть оценен по интенсивности и времени демонстрации матерью негативных и положительных эмоций в телесном контакте, в голосе и на лице, а также по наличию и адекватности откликов на сигналы ребенка. Представляется принципиальной параллельная оценка позитивных и негативных параметров коммуникации, так как большое число негативных сигналов, как и отсутствие позитивного реагирования матери на сигналы ребенка, повышают аллостатическую нагрузку на ребенка, блокируя у него нормальное пищевое поведение даже при правильной технике кормления. И наоборот, подача матерью положительных сигналов через телесный, голосовой и визуальный контакт может снимать напряжение ребенка, и даже при некоторых недостатках в технике кормления это позволяет ребенку дольше поддерживать пищевое взаимодействие, при этом увеличивается количество высасываемого молока и эффективность его усвоения.

Неспецифический компонент поведения ребенка в ситуации кормления грудью, на наш взгляд, отражает общее самочувствие, эмоциональное состояние ребенка и выражается в количестве позитивных и негативных телесных, голосовых и мимических сигналов. Если мать понимает своего ребенка и постоянно качественно с ним взаимодействует, то каждый эпизод взаимодействия завершается на положительной эмоциональной ноте.

Качество взаимодействия матери и ребенка в ситуации кормления как фактор формирования типа привязанности

Диапазон поведенческих реакций ребенка изначально широк, но в процессе адаптации младенца к поведению матери происходит закономерное структурирование их и уменьшение количества возможных устойчивых вариантов взаимодействия матери и ребенка. Эти варианты раннего взаимодействия и соответствующие им стратегии

адаптации подробно описаны в терминах теории привязанности [1]. На наш взгляд, взаимодействие в ситуации кормления грудью отражает способность матери адекватно понимать физиологические и социальные потребности ребенка и реагировать на них. Оно может рассматриваться как фактор формирования типа привязанности у ребенка (безопасной или небезопасной привязанности) [1, 6].

Так, повторение циклов эффективного и эмоционально положительного взаимодействия с матерью во время кормления помогает ребенку поддерживать оптимальный уровень возбуждения и способствует формированию положительных репрезентаций о матери. Снимая напряжение в системе «мать—младенец» при разных уровнях аллостатической нагрузки, мать обеспечивает стабильность данной системы и предоставляет ребенку возможность формирования безопасной привязанности [17].

В случае, если мать не может обеспечить ребенка в первые недели и месяцы его жизни качественным взаимодействием во время кормления, она не научается эффективно снимать его напряжение за счет неспецифических механизмов, у нее формируются негативные образы себя и ребенка как неэффективных партнеров по взаимодействию. Женщина будет испытывать трудности в модуляции активности и напряжения у ребенка при всех видах взаимодействия, в том числе и во время игры. В результате произойдет нарастание аллостатической нагрузки на ребенка, что индуцирует переход на качественно другой вариант его адаптации к среде. Если мать не помогает ребенку поддерживать оптимальный уровень активности большую часть времени взаимодействия, ребенок будет ограничивать взаимодействие с ней. Суть адаптивной стратегии в этом случае заключается в избегании новых впечатлений и отказе от общения для снижения уровня стрессовой нагрузки, а в качестве основного способа снятия напряжения и неопределенности будет использоваться самостоятельное исследование.

Если мать способна утешать ребенка путем общения с ним, но делает это нерегулярно, то стратегия адаптации ребенка может заключаться в стремлении использовать общение с матерью для снятия напряжения. В отсутствие матери, в ситуации неопределенности или когда мать неэффективно регулирует уровень активности ребенка, он будет использовать деструктивную деятельность, аутоагрессию, привлечение внимания чужого человека, переход в сонное состояние и др. Стабилизация систем регуляции поведения и соматических функций в данном случае является наиболее сложной, о чем свидетельствует существование большого числа психосоматических расстройств, в том числе алиментарно-ассоциированных [18].

Взаимодействие матери и ребенка в ситуации кормления как точка приложения раннего вмешательства

В связи с недостатком знаний о психофизиологических факторах регуляции пищевого поведения младенцев, в психологической работе, при анализе факторов развития ребенка, взаимодействие матери и ребенка в ситуации кормления изучается редко или по аналогии с другими видами взаимодействия, без учета его особенностей. Это не только затрудняет комплексное понимание специфики ранних механизмов регуляции взаимодействий в диаде «мать—младенец», условий развития ребенка в первые недели и месяцы жизни, но и отодвигает границы возможного психологического вмешательства до конца младенческого периода. С нашей точки зрения, оценка

взаимодействия в системе «мать—младенец» в ситуации кормления грудью должна осуществляться с учетом комплекса специфических и неспецифических характеристик поведения матери и ребенка. Соответственно, психологическая работа по оценке и улучшению качества взаимодействия в системе «мать—младенец» при кормлении грудью может рассматриваться как раннее вмешательство, позволяющее уже с первых месяцев жизни ребенка оптимизировать его психическое развитие за счет улучшения диадных характеристик взаимодействия.

Выводы

1. В качестве теоретической основы для понимания механизмов сопряжения психологических и физиологических механизмов регуляции поведения ребенка в процессе его взаимодействия с матерью в ситуации грудного вскармливания может использоваться аллостатическая концепция адаптации.

2. Оценка взаимодействия в системе «мать—младенец» в ситуации кормления грудью должна осуществляться с учетом комплекса специфических и неспецифических характеристик поведения матери и ребенка.

3. Психологическая работа по оценке и улучшению качества взаимодействия в системе «мать—младенец» при кормлении грудью может рассматриваться как раннее вмешательство, позволяющее уже с первых месяцев жизни ребенка оптимизировать его психическое развитие за счет улучшения диадных характеристик взаимодействия и увеличения вероятности формирования у ребенка благоприятного (надежного) типа привязанности.

Литература

1. Боулби Дж. Привязанность. М.: Гардарики, 2003. 477 с.

2. Зауш-Гордон Ш. Социальное развитие ребенка. СПб.: Питер, 2004. 123 с.

3. Лисина М. И. Возрастные и индивидуальные особенности общения со взрослыми у детей от рождения до семи лет: дис. ... д-ра психол. наук. М., 1974. 36 с.

4. Лисина М. И. Формирование личности ребенка в общении. СПб.: Питер, 2009. 320 с.

5. Мухамедрахимов Р. Ж. Мать и младенец: психологическое взаимодействие. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999. 286 с.

6. Мухамедрахимов Р. Ж. Эмоции и отношения человека на ранних этапах развития. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008. 312 с.

7. Сергиенко Е. А. Раннее когнитивное развитие: новый взгляд. М.: Изд-во Института психологии РАН, 2006. 464 с.

8. Стерн Д. Н. Межличностный мир ребенка: взгляд с точки зрения психоанализа и психологии развития. СПб.: Восточно-Европейский Институт Психоанализа, 2006. 376 с.

9. Kaye K. Toward the Origin of Dialogue // Studies in Mother-Infant Interaction / cd. by H. R. Schaffer. London: Academic Press, 1977. P. 89-117.

10. Кляйн М., Айзекс С., Райвери Дж., Хайманн П. Развитие в психоанализе. М.: Академический Проект, 2001. 512 с.

11. Фрейд А. Теория и практика детского психоанализа. М.: Апрель-Пресс, ЭКСМО-Пресс, 1999. Т. 2. 400 с.

12. Schukin J. The neuroendocrine regulation of behavior. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1999.

323 p.

13. Schukin J. Rethinking homeostasis: allostatic regulation in physiology and pathophysiology. Cambridge (US): The MITPress, 2003. 296 p.

14. Schukin J. (Ed.) Allostasis, homeostasis and costs of physiological adaptation. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 2004. 372 p.

15. McEwen B. S. Protective and damaging effects of stress mediators // New England Journal of Medicine. 1998. Vol. 338. P. 171-179.

16. Field T. Interaction coaching for high-risk infants and their parents // Prevention in human services / ads H. A. Moss, R. Hess, & C. Swift. New York, 1982. Vol. 1. Section 4. P. 5-24.

17. Keck C. G., Kupecky R. M. The Cycle of Bonding. How it’s interrupted by Abuse and Neglect / URL: http://www.addctionrecov.org/paradigm/P_PR_W99/keck_kupecky.html (дата обращения: 15.11.2010).

18. Микиртумов Б. Е., Кащавцев А. Г., Гречаный С. В. Клиническая психиатрия раннего детского возраста. СПб.: Питер, 2001. 256 с.

Статья поступила в редакцию 28 декабря 2010 г.