Фразеологическое поле «Речь» в русской и вьетнамской лингвокультурах

Вестник Челябинского государственного университета.

2019. № 1 (423). Филологические науки. Вып. 115. С. 98—105.

УДК 811.161.1.81'373 DOI 10.24411/1994-2796-2019-10115

ББК 81.2Вье-3

ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКОЕ ПОЛЕ «РЕЧЬ» В РУССКОЙ И ВЬЕТНАМСКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУРАХ

Нгуен Бик Нгок

Томский государственный университет. Томск, Россия

Статья посвящена сопоставительному анализу групп фразеологизмов, объединённых семантикой «акустические свойства речи» и «характеристика речевой способности человека» в русском и вьетнамском лингвокультурах. Анализируются сходства и различия в пределах каждой семантической группы в разных языках. Устанавливается, что оба языки вычленяют соответственные группы и структурируют их по единому типу: тихая — громкая речь; высшая речевая способность и низкая речевая способность. Но отражение семантики фразеологизмов осуществляется с опорой на не пересекающиеся лингвокультурологические образы. В русском фразеологическом фрагменте доминируют образы, связаны с именами органов производства речи — соматизмами и с характеристикой речевого процесса, во вьетнамском — с различными видами чувственного восприятия (поглощение пищи, вкусовая и слуховая перцепция).

Ключевые слова: фразеологизм, фразеологическая картина мира, лингвокультурология, речевая деятельность.

Язык как важнейший инструмент человеческого общения является не только средством обработки мысли и закрепления результатов мыслительной деятельности, но и хранилищем культуры каждого народа. Культурные представления этноса, отражаясь в языке, формируют особую языковую картину мира. В ее изучении главная роль отводится лексическому уровню языка, и в особенности фразеологии. Фразеологические единицы отражают традиции, быт, менталитет народа и его историю, выделяя тем самым ценности, значимые для определенной лингвокультуры. При этом «именно фразеология как бы навязывает носителям языка особое видение мира, ситуации» [10. С. 40]. В. Н. Телия утверждает, что «фразеологический состав языка — это зеркало, в котором лингвокультурная общность идентифицирует свое национальное самосознание» [13. С. 9].

Фразеологическая система языка исследуется как в русской, так и вьетнамской современной лингвистике в разных аспектах, из которых можно выделить структурно-семантический [8; 11], нацеленный на изучение структурных особенностей фразеологических единиц, выражающих те или иные смысловые типы; идеографический [1], разрабатывающий принципы формирования тематических классов фразеологизмов; лингвострановед-ческий [5; 12; 15], описывающий фразеологизмы как единицы, дающие определенные сведения о стране изучаемого языка.

К наиболее разрабатываемым в настоящее время относится лингвокультурологический аспект, исследующий фразеологию в рамках проблемы «язык и культура». При этом изучение именно фразеологического состава языка является наиболее перспективным в описании культуры этноса и его картины мира. Общепризнанным в лингвокультурологии считается утверждение о том, что фразеологизмы — наиболее насыщенные культурными смыслами единицы языка, поскольку присущая им устойчивость и воспроизводимость образов есть одна из форм коллективной культурной памяти [4].

Лингвокультурологическое направление развивается в работах В. Н. Телия, М. Л. Ковшовой, В. И. Зимина, Н. Г. Брагиной, Е. О. Опариной и др. О его активной разработке свидетельствуют выходящие сборники научных статей, такие как «Фразеология в контексте культуры» (1999), «Культурные слои во фразеологизмах и в дискурсивных практиках» (2004) и другие. Несмотря на имеющийся обширный материал по лингвокуль-турологическому исследованию фразеологизмов русского языка, а также большого количества работ, выполненных в сопоставительном ключе (русский / английский, русский / немецкий, русский / французский), можно отметить, что почти не изученной остаётся лингвокультурная специфика русской и неблизкородственной ей вьетнамской фразеологии.

Данная статья представляет собой теоретико-сопоставительный анализ фрагментов русской и вьетнамской фразеологической картины мира, отражающих речевую деятельность человека в соответствующих лингвокультурах.

Материалом исследования послужили русские и вьетнамские фразеологические единицы речевой деятельности, представленные в следующих словарях: Фразеологический словарь русского языка / под ред. А. И. Молоткова; Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / под ред. В. Н. Телия; Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. Около 6000 фразеологизмов / под ред. В. М. Мокиенко; Фразеологический словарь русского литературного языка А. И. Федорова; Thanh ngu tieng Viet. Нгуен Лык; Tu dien thanh ngu va tuc ngu Viet Nam. Нгуен Лан; Tu dien giai thich thanh ngu tieng Viet. Нгуен Ньы И, Нгуен Ван Ханг, Фан Суан Тхань.

Необходимо отметить, что фразеологические единицы речевой деятельности составляют значительную часть фразеологизмов в языковой системе. Именно эта группа отражает многовековые наблюдения над поведением человека в процессе речи, характеристику речи, что в свою очередь является культурно-информационным ресурсом, рассказывающим об особенностях менталитета народа.

Необходимо указать, что основой для отбора единиц изучаемого поля явились признаки, выработанные как в русской, так и во вьетнамской лингвистике, которые составляют сущность понятия «фразеологическая единица». Они выделяются в трудах ведущих в данной области учёных В. В. Виноградова, Д. Н. Шмелёва, В. Л. Архангельского, Н. М. Шанского, В. П. Жукова, В. Н. Телия, Нгуен Тхиен Зан и др. С опорой на данные признаки в предпринятом описании под фразеологической единицей понимается относительно устойчивая, воспроизводимая в речи, раздельнооформленная, содержащая переосмысление всего сочетания слов или отдельных его компонентов и обладающая целостным значением единица языка.

Исходя из разного понимания в науке объёмов фразеологии, необходимо отметить, что в данной работе рассматривается её «узкий» объём, включающий фразеологизмы-идиомы, и не рассматриваются пословицы, поговорки, афоризмы (подробнее об этом см.: [13. С. 58]). В отборе вьетнамских фразеологизмов мы опирались на классификацию вьетнамских фразеологизированных

единиц, представленную в исследовании Данг Ван Куанг, в соответствии с которой отбирались только сравнительные и метафорические фразеологизмы; фиксированные фразеологизированные единицы (вводные конструкции и фиксированные единицы-идентификаторы) не рассматривались [7. С. 207—210].

В предпринятом исследовании фразеологическое поле «речь» предстает очень наполненным. По данным русских фразеологических словарей, в него входит более 200 единиц русского языка. По данным вьетнамских фразеологических словарей, фразеологическое поле «речь» составляют более 160 единиц вьетнамского языка. Это объясняется значимостью речевой деятельности человека для любого этнического сообщества.

Чем более разработанной в языковом плане является та или иная референтная сфера, тем больше разноаспектных характеристик она получает. Наблюдение над единицами фразеологического поля речевой деятельности позволяет выделить ряд аспектов, по которым характеризуется речь носителями русского и вьетнамского языкового сознания. Эти аспекты отражают особо важные для русского и вьетнамского человека признаки, которые получают образную форму выражения, приобретая тем самым устойчивость и воспроизводимость.

Аспекты характеристики речи, существующие в русском и вьетнамском языке, наблюдаются и в других языках, так как отражают общечеловеческий ход мысли. Но, как показывают многие сопоставительные исследования, наряду с общностью семантики фразеологизмов, функционирующих в разных языках, выделяются и различия, которые могут проявляться как в значении фразеологизмов, так и в их форме. Таким образом, исследование сходства и различий тех или иных фрагментов мира в представлениях носителей разных языков является важной лингвокультурологической задачей, поскольку результаты такого сопоставления предоставляют данные о характере видения мира носителями определенной лингвокультуры.

Анализ фразеологических единиц поля «речь» позволяет вычленить в его пределах группы, характеризующие речевую деятельность человека с разных точек зрения. Формирование групп базируется на семантическом критерии: в основе каждой из них лежит определённый аспектиру-емый признак, вокруг которого группируются фразеологические единицы, обнаруживающие общность семантики.

В настоящем исследовании представлено описание некоторых групп, составляющих поле «речь». Можно выделить совокупность фразеологических единиц, в которых оцениваются формальные характеристики речи, и в частности ее акустические свойства. Эта группа отражает громкость речи, или, иначе, повышенное акустическое свойство:

— Во всё горло. Очень громко (кричать, орать, петь, хохотать). — Мы стояли на берегу, кричали во всё горло и размахивали руками. В. Чудакова, Чижик — птичка с характером. — В это время хотел проскользнуть в переулок Алёшка Чепалов со своими, но Семён осадил его, рявкнул во всё горло: — Не лезь, вошь, вперёд таракана! — и замахнулся нагайкой. К. Седых, Даурия. — Чумаков, откинувшись назад, хохотал во всё горло. Он смеялся так, что на глазах его выступили слёзы. М. Шолохов, Тихий Дон. — Продавцы варёного риса, кипятка для чая и засушенных ящериц во всё горло хвалили свой товар. Н. Тихонов, Друг народа.

— Во всю глотку. Прост. Очень громко (кричать, орать и т. п.) — Слова о его покупке мёртвых душ были произнесены во всю глотку. Гоголь. Мертвые души. — Возникает гвалт, и громче всех кричит, не уставая цыган. Товарищи цыгана тоже орут во всю глотку. М. Горький. Ярмарка в Голтве.

— Драть [надрывать] горло [глотку]. Прост. Очень громко говорить, кричать, петь и т. п. Иван Никифорович начал рассматривать петуха, который стоя на крыльце изо всей мочи драл горло. Гоголь. Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. — Если он думает, что я пойду на клирос и буду петь в хоре, так это напрасно. С какой стати? Потому что у меня бас, так я непременно должен горло драть. И. Потапенко. Овца. — [Кларл] слушал, как петух с придыханием прилежно надрывает глотку. А. Н. Толстой. Петр Первый. — Дронов выскочил вперед, и надрываясь, рявкнул: Встать, прокурор идет! Из камеры наслышался смешливый голос — Ну и пусть идёт. Чего ты глотку дерёшь? Я не глухой. Г. Марков. Строговы.

— Во весь рот. Прост. Очень громко (кричать, орать и т.п). — Меньшиков бежал через плавучий мост среди низкорослых стрелков — ингерманд-лацев, потрясая шпагой, кричал во весь рот. Все солдаты кричали во весь рот. Л. Толстой. Петр Первый. Он не раскрыл парашюта, и Лунин решил все кончено. Продолжая кричать во весь рот, Лунин круто спикировал и понесся вниз вслед за па-

дающим Серовым, словно собирался резаться в лес. Н. Чуковский. Балтийское небо.

— Разевать глотку. Грубо прост. Громко говорить, кричать, орать, хохотать и т. п. [Афанасий Яклич] с величайшим раздражением вслушивался, как хохотали мужики, и бормотал себе в бороду: — Обрадовались, разинули глотки! А. Эртель. Гарденины...

— Развязать горло. Прост. Экспрес. Раскричаться, расшуметься. — А что, Карл Хрестьяныч дома? — С лягавой сукой, с Динкой, на заводь к Оке отбыть изволили, — буркнул чуть не во всё горло городовой. Городничий поднял кулак и примолвил своему подначальному: — Что горло-то развязал? Скотина! На пожаре, что ли, ты? Мельников-Печерский. На горах.

— Распускать губы. Прост. Презр. 1. Орать, громко ругаться. — А ты потише. Чего губы распустил? — Что-о? — вскипел Сухарько. — Ты ещё разговариваешь, рвань несчастная! Н. Островский. Как закалялась сталь. — Казаки! — обратился он к вольнице. — Я выбран громадой и веду войско, а не баранье стадо. Что губы распустили, из-за чего перегрызлись? Атаманы, сотники в спорки схватились, в муть гущи подбавили. Е. Фёдоров. Ермак.

— В голос. Так громко, что всем слышно (кричать, плакать и т. п.). Ср. на голос — Ах ты, мошенник этакой! Ведь я тебе кричал в голос: сворачивай, ворона, направо! Гоголь, Мёртвые души. — Парома, подай, эй!-кричали почти в голос, стоя на мостках несколько человек. Н. Наумов. У перевоза. — Князя, заплаканного, трепещущего, выводили в коридор Бьоринг и спутник его. Князь рыдал в голос, обнимал и целовал Бьоринга. Достоевский. Подросток.

— Во весь [в полный] голос. Очень громко (говорить, петь и т. п.). — Куда мне ехать! — в полный голос ответил Ерофей Кузьмич. М. Бубеннов. Белая берёза. — Он со силой отодвинул дверь, шагнул в коридор, где уже толпились с чемоданами пассажиры, и во весь голос сказал: — Ну, вот и матушка Москва! Федин Костер.

— Благим матом кричать. Очень громко, неистово, исступленно (кричать, орать, выть, вопить и т. п.) — Кто-то в нашем отделении вскочил с своего ложа и благим матом кричал «караул! грабят!». Это вопиял Удав, которому приснилось, что произошла третья дележка, и что его при этой дележке... опять позабыли! Салтыков-Щедрин, За рубежом. — Мальчики повалились друг на друга, стукнулись головами, заорали благим матом. В. Катаев. Белеет парус одинокий. — Староста наш в канаву залез: старостиха в подворотне застряла, благим матом

кричать, свою же дверную собаку так запужала, что та с цепи долой, да через плетень, да в лес... И. Тургенев. Записки охотника.

— Что есть духу. Очень громко (кричать, орать, выть вопить и т. п.). — Замахал руками, закричал что было духу своим: — Братцы, выручай! Л. Толстой. Кавказский пленник.

— Что есть силы (сил) [мочи]. Очень громко (кричать, орать, выть вопить и т. п.). — В колыбели с полночи. Бьется, плачет, что есть мочи, Беспокойное дитя. Полежаев. Баю-баюшки-баю. Наконец кто-то ринулся из толпы к парню и, ухватив его за плечи, крикнул что было силы: — Эй, Петруха, мотри, укусит... пусти! Григорович, Антон-Горемыка.

— Во всю ивановскую. Очень громко (кричать, храпеть и т. п). — Того господина, например из 10-го нумера, который горланил во всю ивановскую, «Оду на вольность», я видел потом чишайшим штаб-лекарем. Пирогов, Дневник старого врача. — Ономедни пришел, [дьякон] пьяный-препьяный и орет во всю ивановскую: — Близко не подходи, изобью! Я было хотела скрутить его, да он такую затрещину дал, что свету божьего невзвидела. Решетников. Ставленик.

— На весь базар. Очень громко (кричать). — Вот он всходит на крыльцо. Вот хватает за кольцо. Что есть силы в дверь стучится. Чуть что кровля не валится. И кричит на весь базар, словно сделался пожар. П. Ершов. Конёк-Горбунок.

Единицам, репрезентирующим громкую речь, в русском материале противостоит лишь один фразеологизм, обозначающий речь с пониженными акустическими свойствами:

— Гробовым голосом говорить. Иноск. Глухим, как бы из гроба. — Пересолин (начальник) открыл дверь и вошел в дежурную. Явись перед чиновниками (игравшими в винт) умерший в прошлом году экзекутор, проговори он им гробовым голосом: «идите за мной, аггелы, в место, уготованное канальям», они не побледнели бы так, как побледнели, узнав Пересолина. А. П. Чехов. Винт.

Обзор вьетнамских фразеологизмов показывает, что в группу, обозначающую громкую речь, входят следующие единицы:

— N61 ^и уд — говорить громко, словно оглашать приказ.

— Кёи уд lang уд пиас — орать, разрушая село, разрушая страну

— Кёи пки dё të йёп — кричать как козел, приносимый в жертву богу.

— R6ng nhи Ьо — разреветься как корова.

— Rong len nhw cha chet — разреветься, как будто умер отец.

Антонимичным по значению фразеологизмом, обозначающим тихую речь, является:

— Thi tham nhw ké trom chia cüa — шепчут, как будто воры делят украденные вещи.

Таким образом, сравнение фразеологизмов двух языков по параметру «сила звука» обнаруживает как сходство, так и различия.

Сходство состоит в том, что как в русском, так и во вьетнамском языке противопоставление тихой и громкой речи хотя и существует, но проявляется несимметрично, с преимущественным преобладанием громкой речи.

Различия же заключаются в не пересекающихся по смыслу образных основаниях русских и вьетнамских фразеологизмов.

В русском языке представления о громком звуке реализуются с опорой на акустические органы, служащие для его производства. Их названия входят в состав фразеологизмов: рот, горло, глотка, губы. Для вьетнамского языка передача громкого звучания через соматическую лексику не характерна.

В фокус фразеологизма может также помещаться непосредственное указание на силу звука, проявляющуюся в голосе: в голос, во весь голос, что есть силы, что есть духу, что есть мочи, благим матом.

Ещё один способ образного выражения громкого звучания в русском языке связан с пространством: учитывается большая площадь распространения звука, заполненная другими громкими звуками: во всю ивановскую, на весь базар.

Громкий звук во вьетнамском языке, в отличие от русского, сравнивается со звуками, издаваемыми животными: кричать как козел, разреветься как корова.

Такие лексические единицы, как разреветься, орать, имеют сниженный характер. По оценке вьетнамского народа, громкая речь — это неприятный звук, он всегда ассоциируется с неприятными событиями, которые, если случатся, то приведут к каким-нибудь плохим результатам. Поэтому громкая речь сравнивается с неприятной ситуацией жизни, с переживанием душевной (как будто умер отец) и физической боли (козёл, приносимый в жертву, корова, которую убивают на мясо), а также с неприятным содержанием приказа: оплатить налог, взять в армию и т. п. (оглашать приказ).

Так же как и в русском языке, громкий звук отчасти связывается с семантикой пространства, но во вьетнамском фразеологизме сила звука передаётся прежде всего через разрушительные

действия, которые распространяются на большое расстояние: разрушая село, страну.

Высоко разработанной во фразеологическом поле речь является группа, объединённая семантикой «характеристика речевой способности человека», которая в обоих языках строится по принципу противопоставления богатой и бедной речи.

В русском языке богатая, находчивая, красивая речь передаётся через следующие единицы:

- Боек на язык [на слова]. Находчив в разговоре, красноречив. Возня с хозяйством обратил ее в вечно движущуюся и бойкую на слова женщину. Гончаров. Обрыв. [Семенов:]Козьму я знаю в доль и поперек. Он боек на язык, упрям и дерзок. Островский. Козьма Захарьич Минин. Сухорук.

— Острый на язык. Разг. Экспрес. Кто-либо остроумен, язвителен и т. п. Была она смолоду... смугла лицом, с быстрыми, серыми, глубоко посаженными глазами. За то её мать Фомича, острая на язык старуха, прозвала «Долблёные глаза». Б. Можаев. Живой!

— Язык хорошо подвешен. Прост. Экспрес. Кто-либо умеет свободно, гладко говорить, писать. Дэнэм был тут как тут, никогда не упустит случая сострить. Язык у него подвешен. Весь класс засмеялся, и я вместе с ними — на сей раз он сострил удачно. Э. Брейтуэйт. Учителю — с любовью. — Думаю, что незабвенный Иван Александрович, если бы удачно женился, мог бы быть... журналистом, у него хорошо язык был подвешен. О. Басилашвили. Наедине со всеми.

— Языком как на гуслях играет. Иноск. Ловко, бойко, сладко говорит. — Вчера ко мне благородная просить на бедность приходила, так она языком-то, как на гуслях играла. Превосходительством меня называла, в слезы ввела. Островский. Не все коту масленица.

— За словом в карман не лезет [полезет]. Разг. Одобр. Находчив в беседе, в споре, красноречив. Сашка Быков сразу к ней и завёл фривольный разговорчик. Она за словом в карман не лезет. Он ей: «Чего ты перезреваешь! Смотри, так и замуж не выйдешь». А она в ответ: «Не волнуйся, старой девой не помру. Придёт время — поступлю так, как хочу я, а не мои соседи». В. Инфатьев. Функция времени.

— Владеть даром слова. Устар. Обладать способностью выразительно, красноречиво говорить, писать. Особенным даром словаХвалынский не владеет или, может быть, не имеет случая высказать своё красноречие, потому что не только споры, но вообще возражения не терпит. Тургенев. Два

помещика. [Кураев] был человек в обществе видный, резкий немного на язык, любил порезонёрствовать и владел даром слова. Писемский. Тюфяк.

— Заливаться [залиться] соловьём. Разг. Шутл. Говорить красноречиво, витиевато, оживленно. Он ел мало... и лишь изредка вскидывал глазами на Калломейцева, который... заливался соловьем. Тургенев. Новь.

— Говорит как пишет (как по писаному). Иноск. Толково, обстоятельно. — Как по писаному она прочитала ему свой взгляд на брак и на замужество. Лесков. Захудалый род. Мы пустые песни пели И громких слов любили праздный шум. П. М. Ковалевский. Нашим сверстникам. Что говорит! — и говорит как пишет! Грибоедов. Горе от ума.

Характеристика бедной речи представлена фразеологизмами:

— Не уметь, не мочь связать двух слов. Разг. Ирон. Быть неспособным связно сказать что-либо, изложить свои мысли. Я решительно отказался выступать завтра, — очень расстроен смертью Алёши, в голове каша, не сумею связать двух слов (Вересаев. К жизни).

— Язык плохо подвешен. Разг. Ирон. Кто-либо не умеет свободно, гладко говорить, косноязычен. Но англичане и так всё поняли. Они не так хорошо острят, как французы, язык у них подвешен хуже, но отлично понимают остроты и намёки. Н. Задорнов. Война за океан.

Во вьетнамскую группу со значением красноречия входят следующие единицы:

— An sóng nói gió — досл. Поглощать (есть) волны и ветер (бурю). Уметь говорить очень сильные по звуку и по ценности слова; авторитетная речь, которую все будут слушать.

— An to nói lón — глотать пищу большими кусками (есть много), Уметь говорить очень сильные по звуку и по ценности слова; авторитетная речь, которую все будут слушать.

— Khéo tay hay mieng — досл. умелые руки, ловкий рот. Человек ловок во всём, в том числе умеет хорошо, умно говорить.

— Mau mom mau mieng — досл. проворный рот ловкие губы. Человек способен быстро облечь в слова свою мысль, проявить умелость в коммуникации.

— An nen doi nói nen löi — досл. уметь есть, уметь говорить. Чётко выражать свои мысли.

— Nói con kién trong lo cungphái bó ra/nói rän trong lo cung phái bó ra. — досл. говорить так сладко (красиво, складно, нежным певучим голосом), что змеи (муравьи) из пещеры / отверстия тоже выползают.

— Nói dèo nhu keo — досл. ловко говорить как конфеты (гибко говорить как тянучка).

— Nói ngot nhw âuùng — говорить сладко как сахар.

— Ngot nhw mía lùi сладко говорить как печеный сахарный тростник.

— Nói nhw mât rót vào tai — досл. говорить, словно вливать мед в уши.

— Nói nhw ru — говорить как баюкать. Красота речи утешает, умиротворяет.

— Xuât khâu thành chwang — досл. извлекать из уст ритмическую прозу / стихи.

— Nhâ ngoc phun châu (устар. книжн.) — досл. выплевывать яшму, выдувать жемчуг.

Отсутствие красноречия у человека выражается фразеологическими единицами:

— An không nên doi, nói không nên loi. — досл. не уметь ни есть, ни говорить, как следует.

— Lúng búng nhw ngâm hôt thi — досл. говорит невнятно, будто во рту косточки восточной хурмы.

Сопоставление русских и вьетнамских фразеологических единиц рассматриваемой семантической группы также выявляет как сходство, так и различия.

В обоих языках высоко оценивается способность выразительно, красноречиво, складно говорить, что подтверждается количественным преобладанием фразеологизмов, обозначающих красноречие, над единицами, маркирующими его отсутствие.

Однако языки почти не пересекаются в выборе образов, лежащих в основе характеристик высокой / низкой речевой способности.

В русских фразеологизмах основой создания образа служит прежде всего главный орган в производстве речи — язык. Ему приписываются свойства бойкости (боек на язык), остроты (острый язык), гибкости или отсутствие таковой (язык хорошо подвешен / плохо подвешен), подвижности (языком как на гуслях играет).

Ещё одним средством выражения красноречия выступает слово как материализованный результат речевой деятельности (за словом в карман не лезет, владеть словом (даром слова), не уметь связать двух слов); а также характеристика процесса речевой деятельности через сопоставление с пением соловья (заливаться соловьем), и наконец, уподобление спонтанной устной речи её письменному продуманному варианту (говорит как пишет).

Во вьетнамском языке образы красноречия во многом базируются на разных видах чувственного восприятия. Первое из них — поглощение пищи (поглощать (есть) волны и ветер (бурю); глотать пищу большими кусками, то есть уметь говорить очень сильные по звуку и по ценности слова).

Сфере еды отводится очень важное место во вьетнамской культуре. Большое значение имеет умение хорошо есть, вести себя за едой, строго соблюдая этикетные правила и т. п.. Именно поэтому красивая, убедительная речь соотносится с поглощением пищи.

Со сферой еды связаны и фразеологические единицы, базирующиеся на вкусовом восприятии: красноречие ассоциируется со «сладкими» словами.

Это такие компоненты, как mât — мед», «mía — сахарный тростник», «duong — сахар», «keo — конфеты» и «keo kéo — тянучка».

Высокая речевая способность человека может выражаться через характер звучания речи, которой приписываются такие свойства, как певучесть (говорить как баюкать), ритмичность (извлекать из уст ритмическую прозу / стихи), сладость (говорить так сладко, что змеи из пещеры тоже выползут).

Красноречие человека может уподобляться его способности извлекать изо рта драгоценные камни (выплёвывать яшму, выдувать жемчуг).

Наконец, основой для красноречия могут служить, как и в русском языке, органы, участвующие в производстве речи (ловкий рот, проворные губы).

Низкая речевая способность, то есть неумение чётко выразить мысль, сравнивается с помехами в производстве речи (говорит невнятно, будто во рту косточки восточной хурмы).

Таким образом, проведённый сопоставительный анализ позволяет говорить, с одной стороны, об универсальности членения мира русским и вьетнамским языковым сознанием: оба языка аспектируют такие характеристики речи, как её акустические свойства и характер проявления речевой способности человека.

С другой стороны, очевидно, что в пределах рассматриваемых групп поля «речь» существует своеобразный, почти не пересекающийся взгляд на мир, характеризующийся разными доминантами в каждой лингвокультуре.

Список литературы

1. Артына М. Н. Идеографическая группа «речевой акт» как референт фразеологической номинации: автореф. дис. ... канд. филол. наук / М. Н. Артына — СПб., 2010. — 38 с.

2. Бирих, А. К. Словарь русской фразеологии: историко-этимологический справочник / А. К. Бирих, В. М. Мокиенко, Л. И. Степанова. — СПб., 1998. — 704 с.

3. Большой фразеологический словарь русского языка / отв. ред. В. Н. Телия. — М., 2010. — 784 с.

4. Брагина Н. Г. Фрагмент лингвокультурологического лексикона (базовые понятия) // Фразеология в контексте культуры./ Н. Г. Брагина — М., 1999. — С. 131—138

5. Верщагин Е. М. Лингвострановедческая теория слова / Е. М. Верщагин, В. Г. Костомаров. — М., 1980. — 320 с.

6. Войнова, Л. А. Фразеологический словарь русского языка / Л. А. Войнова, В. П. Жуков, А. И. Молотков, А. И. Федоров. — М., 1968. — 544 с.

7. Данг Ван Куанг. Система фразеологизированных единиц во вьетнамском языке / Данг Ван Ку-анг // Культура и цивилизация. — 2016. — Том 6. № 6А. — С. 205—213.

8. Ковшова М. Л. Опыт семантического поля в описании идиома // Фразеология в Машинном фонде русского языка. Сб. статей / отв. ред. В. Н. Телия. — М., 1990. — С. 80—88

9. Культурные слои во фразеологизмах и в дискурсивных практиках / ред. В. Н. Телия. — М., 2004. — 344 с.

10. Маслова В. А. Введение в лингвокультурологию: учеб. пособие / В. А. Маслова. —2-е. Изд., стер. — М., 2004. — 202с.

11. Нгуен Ван Ханг. Структурные и семантические особенности четырехкомпонентных фразеологизмов в современном вьетнамском языке: автореф. дис. . канд. филол. наук / Нгуен Ван Ханг — М., 1994. — 19 с.

12. Новикова К. Ю. Лингвострановедческий анализ эмоционально-экспрессивных фразеологических единиц: автореф. дис. ... канд. филол. наук/ К. Ю. Новикова — М., 1998. — 19 с.

13. Телия, В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологиче-ский аспекты / В. Н. Телия. — М., 1996. — 288 с.

14. Фёдоров А. И. Фразеологический словарь русского литературного языка / А. И. Фёдоров — М., 2008. — 828 с.

15. Чжоу Хань Жуй. Фразеологизм как этнокультурный феномен: лингвострановедческий аспект: автореф. дис. ... канд. филол. наук / Чжоу Хань Жуй. — Майкоп., 2014—18 с.

16. Nguyên Lân. Tù diên thành ngù và tuc ngù Viêt Nam / Nguyên Lân. — Hà Nôi, 2000. — 353 с.

17. Nguyên Luc. Thành ngù tiêng Viêt / Nguyên Luc. — Hà Nôi, 2004. — 842 с.

18. Nguyên Nhu Y. Tù diên thành ngù Viêt Nam / Nguyên Nhu Y, Nguyên Vän Khang, Phan Xuân Thành. — Hà Nôi., 1993. — 679 с.

Сведения об авторе

Нгуен Бик Нгок — аспирант кафедры русского языка, Томский государственный университет. Томск, Россия. ngocnb85@gmail.com

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2019. No. 1 (423). Philology Sciences. Iss. 115. Pp. 98—105.

PHRASEOLOGICAL FIELD "SPEECH" IN RUSSIAN AND VIETNAMESE LINGUISTIC CULTURES

Nguyen Bich Ngoc

Tomsk State University, Tomsk, Russia. ngocnb85@gmail.com

The article is devoted to a comparative analysis of groups of phraseological units united by the semantics "acoustic properties of speech" and «characteristics of a person's speech ability» in Russian and Vietnamese linguocultures. Similarities and differences within each semantic group in are analyzed. It is established that both languages isolate the respective groups and structure them according to a single type: quiet — loud

speech; higher speech ability and low speech ability. But the reflection of the semantics of phraseological units is based on non-overlapping linguocultural images. In the Russian phraseological representations images predominate, which are associated with the names of the speech production organs — somaticisms, and with the characteristics of speech process, in Vietnamese — with various kinds of sensory perception (eating, taste and auditory perception).

Keywords: phraseology, phraseological picture of the world, linguoculturology, speech activity.

References

1. Artyna M.N. Ideograficheskaya gruppa «rechevoj akt» kak referent frazeologicheskoj nominatcii [Ideographic group «speech act» as a referent of the phraseological nomination: author's abstract]. St. Petersburg, 2010. 38 p. (In Russ.).

2. Birikh A.K., Mokiyenko V.M., Stepanova L.I. Slovar' russkoj frazeologii: istoriko-etimologicheskijj spravochnik [Dictionary Russian phraseology: Historical and etymological reference]. Saint Petersburg, 1998. 704 p. (In Russ.).

3. Teliya V. N. (ed.). Bolshoj frazeologicheskij slovar' russkogo yazyka [Large phrasebook of the Russian language]. Moscow, 2010. 784 p. (In Russ.).

4. Bragina N.G. Fragment lingvokul'turologicheskogo leksikona (bazovye ponyatie) [Fragment of linguistics-cultural lexicon (basic concept)] // Frazeologiya v kontekste kul'tury [Phraseology in the context of culture]. — Moscow, 1999. 336 p. (In Russ.).

5. Vershchagin E.M., Kostomarov V.G. Lingvostranovedcheskaya teoriya slova [Linguistic and regional studies of word theory]. Moscow, 1980. 320 p. (In Russ.).

6. Vojnova, L.A., Zhukov V.P., Molotkov A.I., Fedorov A.I. Frazeologicheskij slovar' russkogo jazyka [Phraseological Dictionary of Russian]. Moscow, 1968. 544 p. (In Russ.).

7. Dang Van Kuang. Sistema frazeologizirovannykh jedinits vo v'yetnamskom yazyke [System of phraseological units in Vietnamese] // Kul'tura i tsivilizatsiya [Culture and Civilization], 2016, vol. 6, no. 6A, pp. 205— 213. (In Russ.).

8. Kovshova M.L. Opyt semanticheskogo polja v opisanii idioma [Experience of the semantic field in the description of the idiom] // Frazeologiya v Mashinnom fonde russkogo yazyka [Phraseology in the Machine Fund of Russian Language] / V. N. Teliya (ed.). Moscow, 1990. Pp. 80—88. (In Russ.).

9. Teliya V.N. (ed). Kul 'turnyye sloi vo frazeologizmakh i v diskursivnykh praktikakh [Cultural strata in phraseological units and in discursive practices] Moscow, 2004. 344 p. (In Russ.).

10. Maslova V.A. Vvedeniye v lingvokul'turologiju [Introduction to linguistics-cultural]. Moscow, 2004. 202 p. (In Russ.).

11. Nguyen Van Khang. Strukturnyye i semanticheskiye osobennosti chetyrekhkomponentnykh frazeologiz-mov v sovremennom v'yetnamskom yazyke [Structural and semantic features of four-component phraseological units in modern Vietnamese language]. Moscow, 1994. 19 p. (In Russ.).

12. Novikova K.Yu. Lingvostranovedcheskiy analiz emotsional'no-ekspressivnykh frazeologicheskikh yedi-nits [Ethnolinguistic analysis of emotionally expressive phraseological units: author's abstract]. Moscow, 1998. 19 p. (In Russ.).

13. Teliya, V.N. Russkayafrazeologiya. Semanticheskij, pragmaticheskij i lingvokul 'turologicheskij aspekty [Russian phraseology, semantics, pragmatics, linguistic-cultural aspect]. Moscow, 1996. 288 p. (In Russ.).

14. Fodorov A.I. Frazeologicheskiy slovar' russkogo literaturnogo yazyka [Phraseological Dictionary of Russian Literary]. M., 2008. — 828 p.

15. Chzhou Khan' Zhuy. Frazeologizm kaketnokul 'turnyy fenomen: lingvostranovedcheskiy aspekt [Phraseology as an ethno-cultural phenomenon: ethnolinguistic aspect]. Maykop, 2014. 18 p. (In Russ.).

16. Nguyen Lan. Tu dien thanh ngu va tuc ngu viet nam [Dictionary of Vietnammese phraseology and proverbs]. Hanoi, 1996. 353 p. (In Vietnamese).

17. Nguyen Luc. Thanh ngu tieng viet [Vietnamese Idioms]. Hanoi, 2004. 842 p. (In Vietnamese).

18. Nguyen Nhu Y, Nguyen Van Khang, Phan Xuan Thanh. Tu dien thanh ngu viet nam [Dictionary of Vietnammese phraseology]. Hanoi, 1993. 679 p. (In Vietnamese).