«Сталинские высотки» на фотографиях: возведение и бытование в свете идеологии

М.В. Добренькая

«СТАЛИНСКИЕ ВЫСОТКИ» НА ФОТОГРАФИЯХ: ВОЗВЕДЕНИЕ И БЫТОВАНИЕ В СВЕТЕ ИДЕОЛОГИИ

В данной статье на основе использования фотографий из собраний Центрального архива электронных и аудиовизуальных документов Москвы и Российского государственного архива кино- фотодокументов рассмотрены основные особенности визуализации высотных зданий, их вписывания в пропагандистский образ Москвы, начиная со строительства. В статье информация, содержащаяся в фотодокументах, интерпретируется в связи с идеологическими высказываниями власти, где четко улавливается связь идей высотного строительства с патриотическими настроениями и представлениями о роли Москвы в мировой истории.

Ключевые слова: «сталинские высотки», поздний сталинизм, образ Москвы, идеология, фотодокумент.

Послевоенный период в истории Москвы вызывает ассоциации, прежде всего, со строительством высотных зданий. Именно они стали главным символом сталинской Москвы. В данной статье будут рассмотрены основные особенности визуализации высотных зданий, их место в пропагандистском образе Москвы.

До конца не ясно, кому принадлежит идея строительства в Москве высотных зданий. Большинство исследователей сходится в том, что это была инициатива И.В. Сталина1. Анализ источников личного происхождения и законодательных документов позволяет сделать вывод об особой роли И.В. Сталина во внедрении высотного строительства. Без сомнения, идея эта рождалась при его участии и в дальнейшем стала для него приоритетной. Об этом свидетельствует и принятое 13 января 1947 г. Постановление Совета министров СССР «О строительстве в г. Москве многоэтажных

© Добренькая М.В., 2013

зданий», первый пункт которого гласил: «Принять предложение товарища Сталина о строительстве в течение 1947-1952 гг. в Москве многоэтажных зданий». Высотки планировались как дополнение к Дворцу Советов, об этом говорилось в том же постановлении. Проектированием Дворца в конце 1940-х гг. продолжал заниматься Б.М. Иофан. Однако И.В. Сталин в этот период уже потерял интерес к строительству Дворца Советов, тогда как высотные здания стали приоритетными в его программе застройки Москвы.

Для вождя высотные здания были призваны стать символом нового города. Хотя рассматриваемое постановление было принято в январе 1947 г., закладка высоток состоялась только во время празднования 800-летия Москвы, в сентябре 1947 г. Это говорит о том, что самому факту закладки высотных зданий власти придавали большое идеологическое значение. Церемония закладки высоток рассматривалась как кульминационный момент празднования юбилея Москвы, под знаком подготовки к которому прошел весь 1947 г. Закладка всех восьми высоток была произведена в один и тот же час, в 13.00, после закладки памятника Юрию Долгорукому, что должно было символизировать национальную и культурную преемственность между основателем Москвы и строительными начинаниями современной власти. Таким образом, высотные здания, их проектирование и строительство были неразрывно связаны с новыми аспектами внутренней политики И.В. Сталина и являлись одним из наиболее ярких выражений послевоенной идеологической доктрины сталинизма. Обращение к классическим и национальным формам, монументальность сливались здесь с желанием еще больше усилить и подчеркнуть государственное, даже имперское, начало.

И.В. Сталин рассматривал в этот период Москву в качестве столицы советской империи, образца для всего мира. Она должна была стать символом советской государственности и победившего социализма. Это полностью определяло его отношение к послевоенной архитектуре и детерминировало ее.

Еще одной идеологической особенностью высоток, которая проявилась сразу же в Постановлении Совета министров СССР от 13 января 1947 г., является указание на то, что «пропорции и силуэты этих зданий должны быть оригинальны и своей архитектурно-художественной композицией должны быть увязаны с исторически сложившейся архитектурой города и силуэтом будущего Дворца Советов. В соответствии с этим проектируемые здания не должны повторять образцы известных за границей многоэтажных зданий»2. Здесь как само собой разумеющееся констатировалось, что историческая застройка Москвы представляет ценность как

одна из черт самобытности русского народа, отличающая его от европейцев и американцев, - мысль, невозможная в 1920-е гг., когда все, что связано со «старой» Москвой, с дореволюционным прошлым, обрекалось на осуждение и уничтожение.

Авторы, писавшие о стиле высоток во время и сразу после их постройки, подчеркивали, что этот стиль можно охарактеризовать как национальный: «Архитектура московских высотных зданий отличается исключительной выразительностью, ясностью образа, жизнеутверждающим оптимизмом. В отличие от американских небоскребов с их оголенной безрадостной архитектурой, лишенной национального своеобразия, в наших высотных зданиях отражены характерные черты русской национальной архитектуры с ее красочностью и стремлением ввысь»3.

Расположение и архитектура высоток должны были ориентироваться на Кремль и его архитектуру, были призваны стать новыми доминантами советской столицы вместо разрушенных и перестроенных церковных зданий.

Наиболее характерным образцом древнерусской архитектуры считалась башня гостиницы «Ленинградская», в которой «чувствуется влияние архитектуры башен Кремля, Сухаревой башни и других башенных построек старой Москвы», а ее бело-красно-золотистая раскраска также напоминает излюбленные цвета древнерусской архитектуры»4. Таким образом, достаточно четко определялся не только заказ для архитекторов, но идеологические установки, на основе которых можно было трактовать постройку высотных зданий в Москве. Это имело большое значение для фотографов, которые именно так и выстраивали соотношение объемов высотных зданий и окружающей их застройки. Часто мы можем видеть параллели кремлевских башен, силуэтов церквей и высоток5. Высотки, как это и задумывалось, на фотографиях изображались как символы и доминанты социалистической Москвы6.

Среди высотных зданий были свои лидеры по популярности у фотографов, что ярко видно по фотооткрыткам того периода. Так, впереди с большим отрывом шли МГУ и высотное здание на Котельнической набережной, в дальнейшем прежде всего они стали символами Москвы. Следом за ними по интенсивности фотодокументирования шло здание Министерства иностранных дел на Смоленской площади. Условное третье место делили остальные четыре высотки.

Одной из основных идеологических функций высотных зданий, как мы уже видели, было создание нового облика города, новой системы организации внутригородского пространства. Высотные здания были призваны стать новыми вертикалями социалистической

столицы. Обращение к карте Москвы позволяет проанализировать систему расположения высотных зданий. Интересно, что здания на Котельнической набережной, на Лермонтовской и Комсомольской площадях образуют прямую линию доминант в восточной части Москвы, тогда как высотки на Смоленской, на площади Восстания и на Дорогомиловской образуют равносторонний треугольник в западной части Садового кольца; к этому добавляется точка МГУ, откуда открывается вид на другие шесть высоток. Здания расположились на границах Садового кольца и тем самым расширили границы центральной части города.

Эта игра ракурсов и объемов всегда увлекала фотографов. На их фотографиях мы можем увидеть, как высотки вписались в окружающую действительность и изменили ее, какие площади были перестроены с появлением высотных зданий, а какие, несмотря на большие планы, сохранили старую застройку. Фотографы выбирают наиболее удачный ракурс для каждой из высоток. Выбор чаще всего соответствует градостроительному замыслу архитектора. Так создаются устойчивые ракурсы в съемке объектов городской застройки. Например, здание МГУ можно рассматривать с двух сторон. Со стороны Москвы-реки, находясь на высоком берегу, оно видно издалека, из самого центра, и создает прекрасную доминанту в этой части города. С другой стороны, с юго-запада, на фотографиях мы видим, какая открывается перспектива в эту сторону, здесь МГУ должен был стать центром нового района.

Высотные здания стали градостроительными доминантами на долгие годы, после постройки они влекли за собой перестройку района, где находились. Понимание взаимосвязи строительства высоток и преобразования окружающего их пространства присутствовало уже во время строительства в первой половине 1950-х годов: «Высотному дому [на площади Восстания] сегодня тесно в окружении арбатских переулков, особняков и деревянных домишек, которые заслоняют подступы к зданию-богатырю»7. Изображая старую застройку рядом с новой строящейся высоткой, фотографы хотели подчеркнуть контрасты советской Москвы с ее «неприглядным прошлым», такие фотографии символизировали смену старого мира новым.

С другой стороны, идеологически актуальной была съемка, производившаяся с высотных зданий, так как это давало возможность зрителю взглянуть на то пространство, которое еще предстояло освоить или которое уже было заново благоустроено, как в случае с видами из МГУ. Другой целью могла быть демонстрация общего вида Москвы, переклички высотных зданий.

Однако высотные здания появились на карте города не мгновенно. Процесс их строительства (не считая проектирования и внутренней отделки) растянулся в среднем на пять лет. Таким образом, в течение всего этого периода облик города находился в процессе становления. По фотодокументам мы можем проследить все этапы такого идеологически значимого события, как постройка высотных зданий, начиная от расчистки территории для строительства (хотя таких фотографий совсем немного) до возведения и бетонирования каркаса, монтажа звезд и гербов и даже до окончательной уборки помещений и высадки цветов на клумбах.

Характерными чертами внешнего облика высотных зданий периода их строительства стало первоначальное возведение каркаса здания, а затем появление на зданиях «саморастущих» кранов. Такие краны крепились на вершине строящегося здания и по мере его возведения наращивались вверх. Поэтому на многих фотографиях мы можем видеть недостроенные высотки с одним и даже несколькими кранами на вершине - по числу основных башен. Высотные здания со своими каркасами и кранами создавали образ молодого, сильного, растущего вверх города.

Особенный силуэт всем высотным зданиям придают шпили, которые на всех постройках, кроме высотки на Смоленской площади, увенчаны звездами. Это было сделано по настоянию И.В. Сталина, который лично просматривал и корректировал проекты8. Изначально проекты зданий на Смоленской и Лермонтовской площадях и на Ленинских горах шпилей не имели вовсе, а на гостинице «Украина» и на жилом доме на Котельнической набережной они были значительно меньше окончательных9.

Так как И.В. Сталин придавал большое значение внешнему облику высотных зданий, и в частности их навершиям, то съемка монтажа звезд имела для редакций первостепенное значение. Фотографы шли на большой риск ради получения редких кадров. Так, дочь фотокорреспондента газеты «Вечерняя Москва» Г.В. Ко-рабельникова рассказывала, что отец, чтобы сфотографировать монтаж звезды на здании на Котельнической набережной, не думая о высоте, отважно лез по стреле крана, когда же работа была сделана, перед ним возникла трудность оттуда слезть.

Для фотографов было принципиально показать героизм и высокую квалификацию строителей высоток. Образ строителей, которые работают не только днем, но и ночью и даже зимой, должен был не только показать технические возможности, но и продемонстрировать политическую важность постройки высотных зданий в Москве. Этой же цели служат и фотографии, изобража-

ющие рабочих на стройке. Такие снимки были призваны изображать «радость освобожденного труда»10. На них мы видим либо вдохновенного рабочего, либо бригаду, внимательно слушающую политинформацию где-нибудь на высоте11.

Очень важным идеологическим аспектом являлось и украшение высотных зданий, использование их в агитационных целях. На еще недостроенных каркасах и зданиях вывешивали плакаты и лозунги, однако это не относилось к зданию МГУ, которое было в стороне от оживленных улиц. После завершения строительства на высотные здания не вывешивали плакаты, которые могли бы скрыть их внешний вид, исключением было размещение портрета Сталина в центральной части некоторых из них. Такой плакат огромного размера висел на высотном здании на Котельнической набережной, возможно, это объяснялось его непосредственной близостью к Кремлю12.

Отдельным сюжетом фотографий является внутреннее убранство высотных зданий. Та роскошь, с которой они были спроектированы и обставлены, должна была поражать современников. Так, например, гостиницу «Ленинградская» украшали кованые металлические двери-ограды в стиле ХУН-ХУШ вв., в вестибюле висела роскошная люстра. Остальные здания также были украшены не просто богато, а роскошно, особенно по тем временам. Везде господствовали два стиля - барокко и классицизм. Роскошь в отделке вестибюлей, холлов и других общественных помещений поражает и сейчас. Одним из основных нареканий к высотным зданиям в дальнейшем стало то, что в них очень непродуктивно использовалось пространство, очень сильно были завышены подсобные помещения, было множество коридоров и т. д.: «За порогом главного входа находится центральный вестибюль. Этот зал, как и еще четыре, расположенных в других подъездах дома, подчеркивает новый характер жилого здания. На белом мраморе стен шестигранного зала высотой в 7 м весело переливаются блики дневного света. Люстры с сотнями люминисцентных ламп отражаются на полированном полу из красного гранита. Широта, простор и богатство отделки этого зала сочетаются с его удобствами. Из вестибюля можно попасть в обширные помещения, которые предназначены для бюро обслуживания, камеры для хранения велосипедов, детских колясок, лыж, чемоданов. Из главного вестибюля широкая парадная лестница ведет к скоростным лифтам. В центральном корпусе дома [на Котельнической набережной] их 10. Кабины лифтов нарядны; они сделаны из дорогого дерева, цветного металла и зеркальных стекол»13. Можно добавить к этому, что потолок в вестибюле был расписан в технике гризайль (XVIII в.), барельефы в

холле были сделаны из фарфора цвета слоновой кости. Описания и фотографии этих интерьеров печатались в прессе. Москвичи должны были гордиться тем, что в Москве теперь есть такие роскошные дома, где живут такие же, как и они, советские люди.

В таком идеальном доме все должно было быть для человека. И действительно, здесь было предусмотрено «устройство в вестибюле помещения для швейцара, для хранения детских колясок и велосипедов; телефонная связь квартир с вестибюлем... газовая или электрическая плита, автоматическая электромойка, холодильник, раковина в комбинации с доской для сушки посуды, максимально возможное количество встроенных шкафов. мусоропровод. автоматическое регулирование температуры в пределах каждой квартиры. центральная пылесосная установка. центральное снабжение горячей водой. приточная вентиляция в жилых комнатах и вытяжная в коридорах и кухнях. радиофикация и телефониза-ция»14. Также были предусмотрены мусородробилки под мойками: электрические мельницы, размалывающие бытовой мусор, который после этого просто спускался в канализационную сеть15. Описание типовой кухни и ванной в таком нетипичном доме рисует картину жилья будущего: «На кухне властвует только один цвет - белый: белый кухонный стол, белые табуретки, белые дверцы встроенного шкафа. Белоснежная эмалированная мойка для посуды, белые холодильные шкафы: один зимний, охлаждающийся воздухом, поступающим сюда с улицы; второй - летний, электрический. Тут же в кухне сушильные шкафы. Ванная, как и кухня, также облицована белой глазурованной плиткой. Замечательно в ней ванное оборудование: никелированный калорифер для сушки полотенец и простынь, ящик для хранения белья, зеркало над раковиной умывальника и зеркальный шкаф для хранения зубных щеток, пасты, парфюмерии и бритвенных принадлежностей»16.

Все это было предметом пропагандистской съемки фотографов. Например, Ю.Д. Королев в середине 1950-х годов сделал фоторепортаж о жизни многодетной семьи Балашовых, которые получили квартиру в высотном здании на площади Восстания. Здесь фотограф затрагивает все основные темы, связанные с функционированием высотного здания в Москве. Прежде всего, характерна фотография, где девочка с бутылками молока подходит к своему новому дому17. Фотография сделана снизу вверх, казалось бы, эта громадина должна пугать девочку, но она полна решимости, ответственности, у нее много забот. На наш взгляд, этот снимок преследовал цель показать идеальное отношение москвича к новым постройкам: он гордится тем, что им построено и смотрит в будущее, у него много работы

впереди. Этот репортаж также должен был являться иллюстрацией того факта, что квартиры в таких домах давали самым достойным и самым нуждающимся. Действительно, мы видим будни рабочей семьи, в которой 8 детей. И здесь фотограф не упускает возможности показать ненароком все достопримечательности новой квартиры, например, такие, как мусоропровод, расположенный на кухне18.

В.Н. Горлов считает, и с ним, на наш взгляд, можно согласиться, что сталинские дома были призваны стать материальной декорацией новой и лучшей жизни. Это были первые образцы идеального жилья будущего. И хотя они и заселялись элитой советского общества, но строились они не для элиты, а для всех. Это был своеобразный полигон поиска новых решений для массового строи-тельства19. Таким образом, можно сказать, что обстановка квартир в высотках, попадавшая на снимки фотографов, была образцовой и считалась доступной и популярной среди москвичей.

Кроме того, высотные здания были и полигоном образцового социального обслуживания. Так, в здании на площади Восстания, построенном на двойном постаменте, внизу располагались кинотеатр, парикмахерская, ателье по ремонту обуви, кафе, парфюмерный магазин, ателье по ремонту одежды. Во второй части постамента находился самый большой в стране магазин «Гастроном» на 4 зала, площадью 5 тыс. кв. м, в котором одновременно работали 120 продавцов20. В доме на Котельнической набережной также располагались гараж, почта, кинотеатр, сберкасса, гастроном; в МГУ существовала прачечная для студентов21.

Таким образом, появление высоток было связано с определенными эстетическими устремлениями власти. Так, был не только создан ансамбль построек в стиле, использовавшем мотивы древнерусской архитектуры, классицизма и готики, но высотки стали основными градообразующими вертикалями. Высотные здания не только сами по себе являлись новыми символами Москвы, таковыми их во многом делала пропаганда, в том числе и визуальная, имевшая важнейшее значение для таких объектов. Высотные здания в художественном осмыслении фотокорреспондентами предстают как идеологические, архитектурные и социальные доминанты, что полностью соответствовало той пропагандистской задаче, которая ставилась перед фотографами. Москва - богатый город, который может позволить себе дорогое строительство, но в котором все богатства принадлежат народу. Можно сказать, что высотки были первыми зданиями идеального города будущего, который вряд ли когда-нибудь мог быть построен.

Высотные здания надолго стали символом Москвы и градостроительными доминантами. Если другие аспекты сформирован-

ного во второй половине 1940 - первой половине 1950-х годов облика города достаточно быстро стали трансформироваться дальше, то высотные здания не потеряли своего значения.

Примечания

1 Горлов В.Н. Жилищное строительство в Москве как социокультурная проблема (1953-1991): Дис. ... д-ра. ист. наук. М., 2005; Косенкова ЮЛ. Советский город 1940 - первой половины 1950-х гг. От творческих поисков к практике строительства. М., 2000.

2 Цит. по: Косенкова Ю.Л. Указ. соч. С. 235.

3 Кулешов Н, Позднев А. Высотные здания Москвы. М., 1954. С. 17-18.

4 Там же. С. 120.

5 ЦАЭиАДМ (Центр. арх. электронных и аудиовизуальных документов Москвы). 0-123583: Бергольцев Л.Е. Вид на высотное здание на Котельнической набережной.

6 Там же. 1-62691: Трахман М.А. Вид с крыши высотного дома на Смоленской набережной. [Середина 1950-х гг.].

7 Кулешов Н., Позднеев А. Указ. соч. С. 67-68.

8 Москва. Энциклопедия. М., 1997. С. 194.

9 Городское хозяйство Москвы. 1949. № 7.

0 ЦАЭиАДМ. 0-124989: Королев Ю.Д. Рабочая подает команду крановщику. 1953.

1 Там же. 0-112256. Ярославцев Б.Н. Политинформация в строительной бригаде.

2 РГАКФД (Рос. гос. арх. кинофотодокументов). 2-19914: Петров Н. Вид из Кремля на Котельническую набережную. 1953.

3 Кулешов Н, Позднеев А. Указ. соч. С. 89-90.

4 Там же. С. 91.

5 Кузнецов Б. Последний взлет «имперского» стиля // Московский архив. Вып. 1. М., 1996. С. 366.

6 Кулешов Н, Позднеев А. Указ. соч. С. 92-93.

7 ЦАЭиАДМ. 0-124876: Королев Ю.Д. Семья Балашовых. Мамина помощница возвращается с покупкой из магазина. [Середина 1950-х гг.].

8 Там же. 0-124869: Королев Ю.Д. Семья Балашовых. Вынос мусора. [Середина 1950-х гг.].

9 Горлов В.Н. Указ. соч. С. 92.

0 ЦАЭиАДМ. 1-19985: Стужин А., Преображенский С. В рыбном отделе магазина № 15 в высотном здании на площади Восстания. 1955.

1 РГАКФД. 1-75262: Халип Я. Студенты МГУ гладят белье в прачечной студенческого общежития. 1953.