Теоретические разработки координации денежно-кредитной политики в целях финансовой интеграции на примере стран ЕАЭС

Теоретические разработки координации денежно-кредитной политики в целях финансовой интеграции на примере стран

см со £

Б

а

2 ©

Кучмезов Ислам Мухаматович

аспирант, кафедра финансы, денежное обращение и кредит, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, islamkuchmezov@gmail.com

В статье представлена краткая характеристика эволюции экономической мысли в сфере режимов денежно-кредитной и курсовой политик; раскрыты теории денежно-кредитной политики, учитывающие вопросы финансовой интеграции; описаны особенности влияния финансовой интеграции на трансмиссионные механизмы монетарной политики; дана классификация и описание механизмов координации денежно-кредитной и валютной политик, как региональные платежные механизмы, фонды финансового сотрудничества и своп-соглашения, их влияние на уровень интеграции финансовых рынков; приведены примеры механизмов координации денежно-кредитной политики в мировой практике; проведен анализ степени интеграции монетарных политик в странах ЕАЭС и выявлены основные барьеры, препятствующие достижению более высокой степени конвергенции экономик стран данного экономического блока; сформулированы выводы о перспективах формирования единого платежного пространства стран ЕАЭС.

Ключевые слова: денежно-кредитная политика, монетарная политика, валютная политика, финансовая интеграция, ЕАЭС, платежное пространство

Актуальность исследования. Последние несколько десятилетий развития мирового хозяйства характеризуются повышением динамизма трансформационных и интеграционных процессов, затронувших, в том числе, и финансовую сферу. Возросшая взаимозависимость финансовых рынков различных государств оказывает сильное влияние на эффективность инструментария и целевые ориентиры денежно-кредитного регулирования. Процессы глобализации и финанциализации экономик сопровождаются чередой экономических кризисов 1998г., 2008г., 2014г. и характеризуются валютной нестабильностью, повышением уровня инфляции и уроном общему уровню экономического развития РФ.

Формирование региональных интеграционных объединений, одним из которых является Евразийский экономический союз (ЕАЭС), направлено на создание системы противодействия негативным проявлениям мировой глобализации. При этом для участников союза важно обеспечение эффективной финансовой интеграции, что требует разработки соответствующих теоретических и практических элементов денежно-кредитной политики.

Целью статьи выступает обоснование теоретических разработок координации денежно-кредитной политики в целях финансовой интеграции на примере стран ЕАЭС.

1. Теории денежно-кредитной политики, учитывающие вопросы финансовой интеграции.

Трансформации глобальной финансовой системы, макроэкономических и институциональных основ монетарной политики в мире изменили базовые источники нестабильности. Тенденции последних лет отражают изменение роли валютного курса в процессах приспособления к новым равновесным условиям развитых стран, модернизацию функций валютного рынка, улучшение внешней позиции развивающихся стран, на фоне возникновения новых и сохранения ряда традиционных рисков валютно-финансового кризиса.

Предполагая, что финансовая интеграция приводит к полной мобильности капитала, в соответствии с теорией Манделла-Флемминга, центральные банки сталкиваются с дилеммой: либо проводить независимую денежно-кредитную политику и отказаться от политики валютных интервенций, либо же поддерживать фиксированный валютный курс пренебрегая независимостью монетарной политики (теория «невозможной троицы»). В поддержку фиксированных курсов между двумя или группой стран, начиная 60-х годов выступали Р. Манделл, П.Кинен, Р. Маккинен, занимавшиеся развитием так называемой «теории оптимальных валютных зон» (ОВЗ). Ими был выдвинут ряд критериев, при соблюдении которых страны могли построить валютный союз. В числе таких показателей была открытость экономики (Р. Маккинен) гибкость цен, заработной платы, мобильность факторов производства, уровень диверсификации экономики (П.Кинен), схожесть темпов инфляции (Дж. Флемминг), темпов роста реального ВВП и других. Концепция теории ОВЗ была частично вдохновлена выводами трудов М. Фридмана, которые заключались в том, что режим плавающего валютного курса предпочтителен при твердом уровне цен и заработных плат, а режим фиксированного валютного курса- при полной эластичности цен и зарплат [6].

На сегодняшний день исследователи придерживаются более многогранного подхода, который именуется «биполярным взглядом» на режим валютного курса, который впервые был выдвинут С. Фишером. Это означает, что страны выбирают либо крайние меры регулирования обменного курса, либо отпускают его в свободное/управляемое плавание, отдавая меньшее предпочтение промежуточным режимам: «валютного коридора», «мягкой привязки»[3].

Экспансия валютных рынков, которая началась когерентно с процессами финансовой либерализации и переходом на плавающие курсы, очень часто отождествляется с моделью «отрыва» финансового сектора от реального, преобразования первого на виртуальный оборот спекулятивных операций. Мексиканский и Азиатский кризис, российский дефолт 1998 г. и турбулентности во многих странах с развивающимися

рынками, возникавшие в 1990-х годах, считаются неотъемлемым следствием рыночного финансового доминирования в сфере обращения валют.

2. Влияние финансовой интеграции на трансмиссионные механизмы монетарной политики.

Непосредственное воздействие финансовой интеграции на действенность проведения монетарной политики возможно отследить через ее воздействие посредством ее влияния на передаточные механизмы этой политики. Становится ясно, что возможным эффектом глобализации может стать снижение влияния канала процентных ставок на экономику развивающихся стран и увеличение влияния канала обменного курса. Особенно это имеет место быть в странах со слабо развитым финансовым рынком и банковской системой, зависимой от долгосрочного фондирования другими странами. Именно такая ситуация складывается в ряде развивающихся рынков, в том числе в России и странах ЕАЭС. Однако, не все так однозначно: существуют и другие точки зрения. Согласно Гуд-мунссону, эффекты сближения экономик ведут к ускоренному развитию финансовых рынков и усилению воздействия процентной политики центрального банка в краткосрочной перспективе, до тех пор, пока интеграция не уравняет внутренние цены на активы с мировыми и не нивелирует влияние данного механизма [3, с. 22].

Одно из сильнейших воздействий финансовой глобализации, которое связывают с ее ограничивающим влиянием на суверенность денежно-кредитной политики связывают с понятием долларизации. Она уменьшает самостоятельность и результативность монетарной политики, тем самым ограничивая возможности правительств по управлению макроэкономическими показателями. Поскольку падение национальной валюты утяжеляет положение валютных должников, это может привести к эффекту сжатия экономики, свойственному для недостаточно жесткой денежно-кредитной политики. Более того, динамика процентных ставок не влияет на цены валютных кредитов или депозитов, а это создает преграды правильной реакции каналов политики центрального банка. Также, принимается во внимание тот факт, что местный центральный (национальный) банк не может выступать в качестве кредитора последней инстанции из-за роста риска недостатка ликвидности в финансовой системе в иностранной валюте в кризисных ситуациях [4, с. 6].

Дополнительным фактором риска уменьшения денежной массы, которая подконтрольна центральному банку, является развитие использования инновационных финансовых инструментов (например, электронных денег) и совершенствование платежных систем.

Кроме того, колебания курсов приводят к глубоким географическим искажениям в сфере глобальных инвестиций. С отрицательной стороны наличие системы плавающих курсов описывал Р. Купер, описывая ее как порождющей намного больше дестабилизаций, чем позволяющей дополнить экономику элементами стабильности. Им отмечались факторы, демонстрирующие необходимость перехода на единую валюту в развитых странах: влияние немонетарных факторов на валютный курс, в результате чего он не может полностью выполнять монетарную миссию, или же быть использованным в качестве продолжения денежно-кредитной политики; значительные риски для бизнеса от перекосов валютных курсов; неблагоприятные аллокаци-онные эффекты, связанные с реальными инвестициями, которые мотивируются тенденциями в сфере поведения курсов; перекосы в валютных курсах часто угрожают торговым протекционизмом.

В контексте финансовой интеграции неоднократно поднимались предложения по созданию глобальной валюты (приверженцами данного подхода являются Р. Манделл, Е. Балладур [12], Р. Купер [18], Е. Бергстен [13], П. Волкер, М. Бон-пассе [16]). Однако, следует отметить, что идея монетарной интеграции в мире все четко начинает сводиться не к появлению глобальной валюты, а к уменьшению количества валют за счет применения региональных монетарных режимов и долларизации экономик. Причем, предостережения среди ведущих исследователей глобальной экономики вызывает идея монетарной унификации в развитых странах, хотя идея валютной субституции в развивающихся странах рассматривается как положительная с точки зрения простого преодоления вызовов глобализации в сфере валютно-курсовой политики и интеграции финансовых рынков. Например, М. Обстфельд в основу критических замечаний к идее глобальной монетарной интеграции относит теорию оптимальных валютных зон, констатируя невозможность ситуаций, когда мир будет отвечать хотя бы нескольким критериям оптимальности [20]. Подобный скептицизм выражают П. Круг-ман и К. Рогофф, которые даже ставили

под сомнение аргументы в пользу введения единой европейской валюты [18; 21, р. 244].

Изучая исследования теоретиков неолиберального направления (Р.Алибер [11], П. Боулес [17], С.Шмуклер [26]), следует отметить отсутствие однозначной позиции относительно роли валют в современном глобализированном мире.

3. Классификация и описание механизмов координации денежно-кредитной и валютной политик.

В ходе кризиса 2007-20 09 годов вопрос межстрановой координации монетарной политики вновь вышел на первый план. По мере усиления взаимного влияния стран на экономики друг друга, влияния (положительные и отрицательные) их денежно-кредитных политик также стали перетекать друг на друга. Долговой кризис ЕС и мировой кризис ярко доказали, что развивающимся рынкам приходилось абсорбировать действие внешних шоков, генерируемых развитыми экономиками. Поэтому, региональное сотрудничество, нацеленное на проведение гармонизированной монетарной политики начало рассматриваться как возможный выход из сложившейся ситуации.

Рассматривая наиболее распространенные в мировой практике формы координации денежно-кредитной и валютной политик, следует выделить заключение региональных платежных соглашений, создание региональных фондов финансового сотрудничества (ФФС), своп-соглашения с целью обмена ликвидностью, монетарные союзы.

Региональные платежные соглашения является наименее сложной формой координации. Основная роль данного инструмента заключается в уменьшении транзакционных издержек и подготовке почвы для более комплексных форм парт-нерств. Заключение региональных платежных соглашений практически не несет в себе никаких издержек для государств-членов. Примерами данной формы координации являются платежное соглашение SML между Аргениной и Бразилией. В 2008 г. центробанки этих стран, входящие в общий рынок Южного Конуса ввели в действие общую платежную систему оплаты в местной валюте. Было заключено соглашение использования кросс-курсов ARS-BRL (аргентинский песо - бразильский реал) с целью упрощения конвертации: аргентинский песо - доллар - бразильский реал. Цель данных расчетов - развитие внутреннего рынка торговли в национальных валютах, но остается нерешенной пробле-

© £

Я

3

г

3

см со £

Б

а

2 о

ма привязки этих расчетов к доллару (в качестве примера также можно провести международные расчеты РФ с КНР, Турцией, странами ЕАЭС).

Создание региональных фондов финансового сотрудничества, аккумулирующих ресурсы участвующих стран, способствует сопротивлению шокам, и призвано не позволять им переливаться от одной страны к другой. При этом наличие государства-лидера, берущего на себя роль якоря, может быть достаточно полезно для более маленьких государств. В качестве примера можно привести созданный в 2014г. пул валютных резервов между странами БРИКС, лидером которых является КНР.

В рамках региональной кооперации в целях развития происходит создание международных финансовых организаций для помощи международной интеграции и расширения товарных потоков между странами-членами. Также в рамках глобальной денежно-кредитной политики могут реализовываться проекты по развитию элементов общего финансового рынка, например рынка облигаций, что способствует проведению структурных реформ и снижению уровня долларизации за счет предоставления кредитов в национальных валютах (например, такие инициативы существуют в АСЕАН).

Одним из широко используемых механизмов глобальной денежно-кредитной политики является усиление кооперации между центральными банками за счет проведения совместных операций, в частности путем установления своп-линий.

Мотивы осуществления своп-операций существенно варьируются в зависимости от позиции субъекта своп-сделки (кредитор или заемщик) и финансово-экономического состояния их стран. Так, в кризисных условиях основные мотивы, прежде всего, связаны с необходимостью преодоления вызовов. При благоприятных условиях центральные банки прибегают к осуществлению своп-операций с целью усиления кооперации для получения взаимной выгоды. Использование своп-линий активно практикуется ФРС США для предоставления средств Европейскому центральному банку, Банку Англии, Банку Японии, Национальному банку Швейцарии [27, p. 27-28]. КНР также сформирована сеть из более, чем тридцати двусторонних своп-соглашений, обеспечивающих ликвидность в юанях в том числе и банками развитых государств.

В соответствии с международной практикой, своп-линии могут использо-

ваться как взаимодополняемые вместе с инструментами финансовой поддержки страны со стороны МВФ. С целью недопущения или дальнейшего предотвращения роста инфляции, объем средств, привлеченных в рамках своп-соглашений между центральными банками, при условии их использования в коммерческих банках, должен согласовываться с объемами товаров и услуг в обеих странах, выступающими участниками своп-сделки.

Механизмы обменных курсов и валютные союзы, являясь формой глубокой координации, способствуют сближению стран и служат стимулом для продвижения внутрирегиональной торговли.

Современной экономической наукой сформировался ряд аргументов в пользу формирования валютных союзов. Среди них можно выделить:

1. Макроэкономическая эффективность. Этот аргумент отражает, что макроэкономическая политика в интеграционном объединении будет эффективнее, чем в индивидуальных странах членах [10, о. 417]. В частности, созданный Ев-рокомиссией еще в 1996г. независимый центральный банк, ориентированный на политику ценовой стабильности, рассматривался как один из важных факторов эффективного экономического развития. Снижение инфляции и номинальных процентных ставок на основе стабильности цен воспринимается как мощный аллокационный стимул. Подобные аргументы содержатся и у других исследователей, акцентирующих внимание на том, что союзный центральный банк является лучшей институциональной защитой от политического давления, чем национальный [29, р. 47]. Можно возразить автору, т.к. созданная еврозона имеет единый валютный союз и единый ЦБ;

2. Стимулы для развития торговли, связанные с фиксированными курсами. При этом, выгоды для экономического роста формируются за счет эффектов создания торговли в зоне интеграции, минимизации трансакционных издержек, транспарентности цен, которые в совокупности дают положительные аллока-ционные выгоды от внедрения единой валюты [19, р. 1132-1135].

Однако выделенные подходы рассматривают выгоды от валютных союзов только изнутри интеграционного объединения, в то время как глобализация требует расширения эффекта и на внешний уровень. В этом контексте следует учитывать мнение Б. МакКаллума, подчеркивающего, что предотвращение ре-

гиональных валютных кризисов является одной из основных причин необходимости формирования валютных союзов [21, р. 2].

Наряду с преимуществами, существенным следствием межгосударственной интеграции является уменьшение количества доступных инструментов монетарной политики, которые могут быть использованы для целей макроэкономической стабилизации. В частности, страны еврозоны уже не смогут использовать денежно-кредитную политику для сглаживания негативных последствий асимметричных шоков, поскольку приоритеты финансовой политики будут определяться исходя из потребностей всего интеграционного сообщества с целью поддержания экономической стабильности и устойчивости единой валюты. До вступления в Еврозону восстановления внутреннего (инфляция и безработица) и внешнего (можно было использовать изменения валютного курса и денежно-кредитная политика была национальной) равновесий могло осуществляться за счет изменения внутреннего спроса (изменение денежного предложения или процентной ставки, изменение фискальной политики) и сальдо платежного баланса.

В целом, использование валютных союзов предусматривает гармонизированную наднациональную денежно-кредитную политику и ведет к высоким расходам, сопряженным с ее унификацией. Именно поэтому значительное количество проектов, направленных на формирование региональных валютных союзов и запуска единой валюты, все еще находятся на ранних этапах реализации.

4. Региональные платежные механизмы и их влияние на уровень интеграции финансовых рынков.

В соответствии с приведенными выше выводами в последние десятилетия особенно активно происходят процессы экономической и финансовой интеграции, возрастает взаимодействие и взаимозависимость различных стран мира. Соответственно, сеть национальных и трансграничных систем, компонентов глобальной платежной инфраструктуры, претерпевает значительные изменения. Поскольку эти системы, как и финансовые рынки, которые они обслуживают, тесно связаны через широкий круг сложный взаимосвязей.

Глобализация, необходимость обслуживания интересов частного и государственного секторов, а также достижения в сфере компьютерных и коммуникационных технологий способствуют усилению

2013

2014

2015

2016

BYR/USD

2017

AMI>/[iSIJ

20 IS

Рисунок 1. Индексы обменных курсов национальных валют к доллару США в 2013-2017 гг. Источник: составлено автором по материалам [8, с. 49]

взаимосвязей, региональном интеграции и сотрудничеству в финансовом секторе, консолидации финансовых институтов.

В основе региональных проектов платежных механизмов лежит интеграция экономик стран, характеризующихся развитыми межхозяйственными связями, прежде всего взаимной торговлей, и, соответственно, имеющих большую потребность в платежах.

Детальный анализ международного опыта интеграции платежных систем проводился в исследованиях Д.А.Глады-шева [2]. В первую очередь среди региональных платежных систем следует выделить систему трансъевропейских автоматизированных быстрых переводов массовых платежей в реальном времени (Trans-European Automated Realtime Gross settlement Express Transfer - TARGET), созданную в 1999 г. Системой TARGET обрабатываются расчетные операции. Прежде всего, это платежи, непосредственно связанные с удовлетворением потребностей денежной политики центральных банков стран Европейского союза (ЕС). Она представляет собой трансъевропейскую телекоммуникационную автоматизированную систему переводов международных расчетов в режиме реального времени. Система TARGET способствовала объединению внутренних систем стран-членов в международную платежную систему для перевода крупных сумм. Она организована по модели «центральный банк - многосторонний корреспондент». Массово также осуществляются расчетные операции неттинговых систем крупных переводов в евро, платежи между клиринговыми банками, межбанковские и клиентские платежи в евро.

Рост платежного оборота, технические новации и развитие информационных и телекоммуникационных технологий обусловили необходимость перестройки конфигурации рынка платежей, совершенствование системы TARGET. В

ответ на рост спроса со стороны финансовых учреждений для более продвинутых и согласованных платежных и расчетных услуг было разработано второе поколение платежной системы -TARGET2. В новой системе децентрализованная структура исходной системы TARGET была заменена единой технологической платформой (Single Shared Platform - SSP). Окончательный переход к TARGET2 был успешно завершен в мае 2008 года.

В 1982 г. был запущен Латиноамериканский проект интеграции платежных систем ALADI, гарантирующий экспортерам выплаты по осуществленному экспорту товаров, даже если импортеры не выполнят своих обязательств по платежу в системе (проект достиг своих пиковых значений в 1980-х годах, затем пришел в упадок по мере либерализации финансового сектора в странах-членах и повышенным кредитным риском для центральных банков) [2, с. 63].

В 2010 г. был запущен Южноафриканский проект интеграции платежных систем валютного союза SADC, предусматривающий создание центрального банка региона и введение единой валюты вместо валют четырех стран.

На базе Арабского валютного фонда реализовывается проект интеграции платежных систем стран арабского мира, осуществляемый в условиях существенной дифференциации стран по уровню развития национальных платежных систем (например, если в Саудовской Аравии функционирует современная и эффективная платежная система валовых расчетов в реальном времени SARIE, а торговля акциями ведется через электронную торговую систему TADAFUL, то в Бахрейне и Кувейте системы валовых расчетов в реальном времени только создаются) [2, с. 63-65].

В целом, тенденции финансовой интеграции сыграли значительную роль в

эволюции моделей денежно кредитном политики, а также оказали большое влияние на функционирование каналов монетарной трансмиссии. Данные воздействия мотивируют страны к разработке различных инициатив в сфере валютно-финансовой координации.

Важно отметить, что влияние глобализации на развитие платежных механизмов и систем не является односторонним. Как финансовая глобализация стимулирует развитие платежных систем, так и само развитие платежных механизмов выступает одной из движущих сил глобализации.

5. Перспективное платежное пространство стран ЕАЭС. Анализ степени интеграции монетарных политик в странах ЕАЭС.

В рамках анализа степени интеграции монетарных политик стран ЕАЭС будут рассмотрены особенности компонентов национальных денежно-кредитных политик, а именно специфику формирования курсовой политик, тенденции изменения ставки рефинансирования, целевых показателей инфляции, уровень монетизации, состояние развития финансового рынка.

Изучение особенностей курсовой политики стран-членов ЕАЭС свидетельствует о наличии существенных отличий между государствами, что требует повышения координации. Экономика России, Беларуси и Кыргызстана характеризуется использованием политики гибкого курса, при этом в России курс свободно плавающий, а в Беларуси и Кыргызстане -используется управляемое плавание. В Армении используется плавающий валютный курс, гармонирующий с принципами либерализации операций по счету капитала, в Казахстане до 2015 г. использовался режим таргетированного обменного курса, затем был объявлен переход от режима привязки к гибкому плавающему курсообразованию [5, с. 46-47].

Следует отметить, что российский кризис 2014-2015 гг. затронул всех членов ЕАЭС (индексы курсов национальных валют стран-членов Союза к долл. США в представлена на рис. 1). За базу сравнения взяты значения валютных курсов на 01.01.2013 г.

Хотя данный период характеризовался общей тенденцией корректировки обменных курсов и ужесточением монетарной политики (в частности - повышение ставок рефинансирования - см. табл. 1), однако различие в режимах ДКП обусловило разную степень влияния проводимой политики на динамику валютных курсов.

О

3

в

3

г

3

см со £

Б

а

2 ©

Следует согласиться позицией М.А. Абромовой и В.В. Масленниковой, что причиной низкой эффективности мероприятий денежно-кредитной политики как средства борьбы с кризисом являлся немонетарный характер основных факторов макроэкономической нестабильности (рост тарифов на услуги субъектов естественных монополий, девальвация и повышение инфляционных ожиданий) [1, с. 29].

Кроме того, монетизация экономик в странах ЕАЭС имеет низкий уровень (см. рис. 2), что обуславливает незначительную реакцию совокупного спроса на изменение процентных ставок.

Индекс монетизации применяется для индикации роли финансового сектора в экономике страны, уровня задолженности финансового сектора и склонности к инвестированию.. В то же время, индекс монетизации также можно назвать показательным с точки зрения индикации эффективности проведения денежно-кредитной политики, так как, в итоге, данный показатель демонстрирует взаимосвязь монетарной политики и экономического роста (ВВП). В случае со странами ЕАЭС проблема монетизации также очень тесно перекликается с высокой долларизацией экономик стран данного экономического блока, которая снижает уровень спроса на финансовые активы, деноминированные в национальной валюте и отрицательно влияет на уровень монетизации и конкурентоспособность финансовой системы стран в целом.

Рассматривая инфляционные процессы в странах ЕАЭС (см. табл. 2) следует отметить существующий разрыв между показателями инфляции - наименьшая инфляция отмечается в России и Армении, наибольшая - в Казахстане. При этом показатели инфляции 2017 г. всех государств союза, кроме Казахстана, были ниже целевого уровня.

Изучение особенностей инфляционной политики, свидетельствует, что Россией и Арменией ведется политика тар-гетирования инфляции, однако в Армении обменный курс к доллару США весьма стабилен и в среднем не выходил за 2%-ный интервал в течение 2014-2016 годов [5, 132]. Беларусь с 2015 года в инфляционной политике использует монетарное таргетирование. В Казахстане и Кыргызстане инфляция является основною целью монетарной политики, а основным операционным ориентиром выбраны процентные ставки.

Таким образом, обеспечение финансовой интеграции и формирование еди-

Таблица 1

Ставки рефинансирования и другие ставки в странах ЕАЭС Источник: [8, с. 50]

Рисунок 2. Значения коэффициента монетизации экономик стран-членов ЕАЭС в 2013-2017 гг. (отношение М2 к ВВП), %

Источник: составлено автором по материалам [8, с. 47] Таблица 2

Существующий уровень и целевые показатели инфляции в странах ЕАЭС, % Источник: составлено автором по материалам [7]

Гад Армения Беларусь Казахстан Кыргы^стак Россия

2014 3,0 16,22 7,54 10,0 11,36

3015 3,7 11,97 13,53 3,4 13,91

2016 -1,1 10,58 8,29 -0,5 5,38

3017 2,6 4,59 7,22 3,7 3,52

2018 2,5 4,9 6 0,5 4,3

Целееой 4 5 3-4 5-7 3-4

показатель

ного платежного пространства в странах ЕАЭС требует реализации мероприятий по усилению координации денежно-кредитной и фискальной политик. В первую очередь необходимым выступает формирование единой методологической базы учета целевых ориентиров (например, индекса потребительских цен, который является базой для определения индекса инфляции).

На государственном уровне необходимо обеспечить взаимодействие между монетарной, финансовой и валютной политикой, а также структурными трансформациями экономики. Практическими проявлениями данного взаимодействия должны стать финансовые льготы, государственные гарантии и расширение кредитования для максимального экономического роста в перспективных отраслях. Валютная политика должна быть направлена на снижение долларизации экономики (суть негативных последствий долларизации была выделена в рамках изучения влияния финансовой интеграции

на трансмиссионные механизмы монетарной политики).

Источником расширения кредитных ресурсов перспективных отраслей может стать дополнительная денежная масса (повышение уровня монетизации экономики), при этом важно обеспечивать целевое использование средств и инвестирование в реальный сектор экономики, чтобы избежать «финансовых пузырей».

Также следует отметить, что для создания единого платежного пространства стран ЕАЭС необходимо более четко скоординировать денежно-кредитную политику, что предполагает проведение соответствующего нормативно-правового регулирования и институционального обеспечения финансовой интеграции. Детализация данных процессов и является перспективой дальнейших исследований.

Литература

1. Абрамова М. А., Масленников В. В. Проблемы координации национальных

денежно-кредитных политик стран ЕАЭС в контексте формирования согласованной денежно-кредитной политики интеграционного объединения // Деньги и кредит. - 2016. - № 12. - С. 27-33.

2. Гладышев, Д.А. Интеграция платежных систем на мировом финансовом рынке: диссертация канд. экономич. наук: спец. 08.00.14; защищена 2014 / Финансовый университет. - М., 2014 - 165 с.

3. Головнин М. Ю. Теоретические основы денежно-кредитной политики в условиях глобализации-М.: Институт экономики РАН, 2008. - 48с.

4. Демиденко М. В., Мироник Н., Кузнецов А. Долларизация: причины и пути решения проблемы//Банковский вестник, 2016. - C. 3-10.

5. Денежно-кредитная политика государств - членов ЕАЭС: текущее состояние и перспективы координации. - М.: ЕЭК, СПб.: ЦИИ ЕАБР, 2017. -148с. [Электронный ресурс]. Режим доступа: //http:/ /www.eabr.org/general/upload/ EDB_Centre_201 7_R eport_42_Monetary_Policy_RUS.PDF

6. Дробышевский С.М, Полевой Д.И. Проблемы создания единой валютной зоны в странах СНГ-М.:ИЭПП, 2004

7. Таблицы Месячной и Годовой Инфляции по странам мира // https:// www.statbureau.org/ru/

8. Финансовая статистика Евразийского экономического союза. Оперативные данные за 2017 год. Статистический сборник; Евразийская экономическая комиссия. - Москва: 2018. - 124 с.

9. Aizenmam J., Hazman R. Exchange Rate Regimes and Financial Market Imperfections // NBER Working Paper. -2000. - № 7738. // www.nber.org.

10. Alesina A., Barro R. Currency Unions // Quartely Journal of Economics. - 2002. - Vol. 107. - № 2. - Р. 409-436.

11. Aliber R. The New International Money Game - 6th edition. - London: Macmillan, 2001.

12. Balladur E. The International Monetary System: Facing the Challenge of Globalization. Wash. (D.C.), 1999, May 25. // Institute on International Economy Speeches, Testimony, Papers. - 1999. - P. 1.

13. Bergsten F. Alternative Exchange Rate Systems and Reforms of the International Financial Architecture // Testimony befor the Committee on Banking and Financial Services United States House of Representatives. Wash. (D.C.), 1999, May 21. // Institute on International Economy Speeches, Testimony, Papers. - 1999. - P. 1-5.

14. Biais B., Foucault T., Hillion P. Microstructures des marches. - Paris: Presses Universitaires de France, Collection Finance, 1997. - P. 10-25.

15. Biais B., Hartmann P., Manna M. The Microstructure of the Euro Money Market //ECB Conference «Operational structure of Euro-system and financial markets», May 5-6, 2000. Frankfurt;

16. Bonpasse M. The Single Global Currency - Common Cents for Commerce. - Newcastle, ME: Single Global Currency Assn., 2008. - P. 1-8.

17. Bowles P. National Currencies and Globalization: Endangered Specie? -London: Routledge, 2007.

18. Cooper R. Proposal for a Common Currency Among Rich Democracies // Oesterreichische Nationalbank Working Paper. - 2006. - №127. - P. 5-18.

19. Glick R., Rose A. Does a Currency Union Affect Trade? The Time Series Evidence // European Economic Review. - 2002. -Vol. 46. - № 6. - P. 1125-1151.

20. Krugman P. Will Globalization Cause Currency Unification?. - 2006. - November 17. // economistsview.typepad.com.

21. McCallum B. Theoretical Issues Pertaining to Monetary Unions // NBER Working Paper. - 1999. - № 7393. - P. 1-3.

22. Obstfeld M. The Six Major Puzzles in International Macroeconomics: Is there a Common Cause?. One World, One Currency: Destination or Delusion? // IMF Economic Forum, 2000, November 8 // www.imf.org.

23. Roggof K. On Why Not a Global Currency // American Economic Review. -2001. - Vol. 91. - № 2. - P. 243-247.

24. Rose A. Dollar Illiquidity and Central Bank Swap Arrangements During the Global Financial Crisis / A. Rose, M. Spiegel // Federal Reserve Bank of San Francisco. -August 2011. - Working Paper 2011-18. -69 p.

25. Rose A., Engel Ch. Currency Unions and International Integration // NBER Working Paper. - 2000. - № 7872. // www.nber.org.

26. Schmukler S. Exchange Rate Arrangements and Disagrements: Prospects for a World Currency // Oesterreichische Nationalbank Working Paper. - 2006. - № 127. - P. 45., P. 46.

27. Strauss-Kahn M.-O. Regional Currency Areas: A Few Lessons from the Experiences of the Eurosystem and the CFA Franc Zone P. // Currency Areas and the Use of Foreign Currencies. - BIS Paper. -2003. - № 17. - P. 43-58.

Theoretical developments in the

coordination of monetary policy with a view to financial integration on the example of EAEU countries Kuchmezov I.M. Moscow State University

This article opens the topic and gives concise description and the evolution of the economic thought on the issues of the coordination of monetary and exchange rate policies in the context of the international financial integration phenomenon; the contemporary international monetary policy coordination mechanisms, such as swop-contracts, financial cooperation funds, regional payment and settlement agreements were analyzed in the framework of the relevant examples from the world practice; separate attention was paid to the topic of the payment system integration and its role in achieving financial integration; The recently created Eurasian economic union example was researched from the viewpoint of the level of member countries monetary policy coordination and single payment space creation prospects.

Keywords: monetary policy, money-credit policy, exchange rate policy, financial integration, EAEU, eurasian economic union, international payment space

References

1. Abramova MA, Maslennikov V. V. Problems of

coordination of national monetary policies of the EAEU countries in the context of forming a coordinated monetary policy of an integration association // Money and Credit. - 2016. - № 12. - P. 27-33.

2. Gladyshev, D.A. Integration of payment systems

in the global financial market: dissertation of Cand. economical Sciences: spec. 08.00.14; protected 2014 / Financial University. - M., 2014 - 165 p.

3. Golovnin M. Yu. Theoretical foundations of

monetary policy in the context of globalization, Moscow: Institute of Economics, RAS, 2008. - 48s.

4. Demidenko M. V., Mironik N., Kuznetsov A.

Dollarization: Causes and Solutions to the Problem // Bankovskiy Vestnik, 2016. - P. 310.

5. Monetary policy of the EAEU Member States: current state and prospects for coordination. - M

.: EEC, St. Petersburg: EDB EDI Center, 2017. -148c. [Electronic resource]. Access mode: / /http://www.eabr.org/general/upload/ EDB_Centre_2017_Report_42_Monetary_Folicy_RUS.PDF

6. Drobyshevsky S.M., Polevoi D.I. Problems of

creating a single currency zone in the CIS-M.: IET, 2004

7. Tables of Monthly and Annual Inflation for the

countries of the world // https:// www.statbureau.org/ru/

8. Financial statistics of the Eurasian Economic

Union. Operational data for 2017. Statistical collection; Eurasian Economic Commission. -Moscow: 2018. - 124 p.

9. Aizenmam J., Hazman R. EXchange Rate Regimes

and Financial Market Imperfections // NBER Working Paper. - 2000. - No. 7738. // www.nber.org.

10. Alesina A., Barro R. Currency Unions // Quartely

Journal of Economics. - 2002. - Vol. 107. - № 2. - P. 409-436.

11. Aliber R. The New International Money Game -6th edition. - London: Macmillan, 2001.

12. Balladur E. The International Monetary System: Facing the Challenge of Globalization. Wash (D.C.), 1999, May 25. // Institute on International Economy Speeches, Testimony, Papers. - 1999. - P. 1.

13. Bergsten F. Alternative Exchange / International Financial Architecture // Testimony for the Committee on Banking and Financial Services. Wash (D.C.), 1999, May 21. // Institute on

О

3

В

s

ff w

International Economy Speeches, Testimony, Papers. - 1999. - P. 1-5.

14. Biais, V., Foucault, T., Hillion P. Microstructures des marches. - Paris: Presses Universitaires de France, Collection Finance, 1997. - P. 1025.

15. Biais V., Hartmann P., Manna M. The Microstructure of the Euro Money Market // ECB Conference «Operational structure of the Euro-system and financial markets», May 5-6, 2000. Frankfurt;

16. Bonpasse M. The Single Global Currency -Common Cents for Commerce. - Newcastle, ME: Single Global Currency Assn., 2008. - P. 1-8.

17. Bowles P. National Currencies and Globalization: Endangered Specie? - London: Routledge, 2007.

18. Cooper R. Proposal for a Common Currency Among Rich Democracies // Oesterreichische Nationalbank Working Paper. - 2006. - № 127. - P. 5-18.

19. Glick R., Rose A. Does a Currency Union Affect Trade? The Time Series Evidence // European Economic Review. - 2002. - Vol. 46. ??- № 6. - R. 1125-1151.

20. Krugman P. Will Globalization Cause Currency Unification ?. - 2006. - November 17. // economistsview.typepad.com.

21. McCallum B. Theoretical Issues Pertaining to Monetary Unions // NBER Working Paper. -1999. - No. 7393. - P. 1-3.

22. Obstfeld M. The Six Major Puzzles in International Macroeconomics: Is there a Common Cause ?. One World, One Currency: Destination or Delusion? // IMF Economic

Forum, 2000, November 8 // www.imf.org.

23. Roggof K. On Why Not A Global Currency // American Economic Review. - 2001. - Vol. 91. - № 2. - P. 243-247.

24. Rose A. Dollar Illiquidity and Central Bank Crisis / A. Rose, M. Spiegel // Federal Reserve Bank of San Francisco. - August 2011. - Working Paper 2011-18. - 69 p.

25. Rose A., Engel Ch. Currency Unions and International Integration // NBER Working Paper. - 2000. No. 7872. // www.nber.org.

26. Schmukler S. Exchange Rate Arrangements and Disagrements: Prospects for a World Currency // Oesterreichische Nationalbank Working Paper. - 2006. - № 127. - P. 45., P. 46.

27. Strauss-Kahn M.-O. Regional Currency Areas: The CFA; - BIS Paper. - 2003. - № 17. - P. 43-58.

СЧ c«j £

6

2 ©