Этноязыковая специфика наименований выпечных изделий в говорах Костромской области (на материале названий пирогов, мотивированных видом начинки)

ловека к высказыванию // Вопросы когнитивной лингвистики. - 2006. - .№2. - С. 90-100.

4. Романова Т.В. Взаимосвязь категорий модальность - оценочность - эмоциональность в текстовой репрезентации (по материалам современной исповедальной прозы) // Вопросы когнитивной лингвистики. - 2006. - J№3. - С. 71-77.

5. Теория функциональной грамматики. Тем-поральность. Модальность / А.В. Бондарко, Е.И. Беляева, Л.А. Бирюлин, Е.Е. Корди. - Л.: На-

ука, 1990. - 262 с.

6. Шмелева Т.В. Смысловая организация предложения и проблема модальности // Актуальные проблемы русского синтаксиса / Под ред. К.В. Горшковой, Е.В. Клобукова. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. - С. 78-100.

7. Alexander L.G. Longman English Grammar. -Longman Publishing, New York, 2004. - 374 p.

8. Virginia Evans Round-up Grammar Practice 6. -Pearson Education Limited, England, 2003. - 268 p.

УДК 808.2

П.П. Виноградова ЭТНОЯЗЫКОВАЯ СПЕЦИФИКА НАИМЕНОВАНИЙ ВЫПЕЧНЫХ ИЗДЕЛИЙ В ГОВОРАХ КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

Для русских говоров характерно многообразие названий пирогов, мотивированных видом начинки: картофельник, рыбник, грибник, ягодник и т.д. Большинство исследуемых наименований, зафиксированных в костромских говорах, имеет междиалектный характер. Однако прослеживается ряд лексико-семантических особенностей (в основном в северо-восточных районах области), связывающих костромские говоры с более архаичными говорами Русского Севера.

Ключевые слова: диалектология, лексикология, этнолингвистика, лингвистическая география.

Сваты ходят по кругам, приглашают к пирогам. Полинарье - луковик, а Одарье - муковик, Предьке - с земляничкою, Светке - с черничкою...

Ефим Честняков

Исследуя наименования выпечных изделий, Л. Китицына, член Костромского общества по изучению местного края (КНОИМК), писала, что в Костромской губернии «основным видом печенья из муки является ржаной кислый хлеб. Кроме того, имеется масса разных печений кислых, полукислых, пресных различных форм и размеров» [2, с. 92]. Среди них особое место занимают пироги - самые желанные гости на крестьянском столе, особенно праздничном. Основным атрибутом пирогов является наличие начинки. Именно в значении ‘выпечное изделие с начинкой’ слово пирог зафиксировано современными словарями русского литературного языка [6, т. 5, с. 1211; 9, с. 446].

Для Костромского края, как и для всей центральной территории Европейской части России, важной особенностью является многообразие начинок, делающее пироги питательной и разнообразной пищей. «В пирог всё завернёшь», - говаривал русский крестьянин [7, т. 3, с. 112]. И действительно, в зависимости от сезона начинкой для

пирога могут служить любая каша, варёные или жареные овощи, фрукты, ягоды, грибы, рыба, мясо, яйца, творог, каша [4, с. 104]. В Костромской губернии начала XX века «в обыкновенные дни пироги “чинили” мятым картофелем, луком, капустой, грибами сухими, солёными, брюквой, морковью, кашей пшённой, гречневой и ячной, крупой мочёной или смешанной с вытопками от сала» [2, с. 95-96]. Поэтому и для говоров Костромской области, и для других русских говоров характерно название всего пирога по начинке.

В данной статье исследуются структурно-семантические особенности и ареальная дистрибуция наименований пирогов, получивших своё название по начинке, в говорах Костромской области с опорой на этнографические данные.

Среди исследуемых наименований самой многочисленной в костромских говорах (под костромскими говорами в данной статье понимаются говоры Костромской области) является группа лексем, мотивированных названиями овощей, служащих начинкой для пирога: картофельник,

картдвник, картдзник, картдсник; капустник, капустничек; луковник, луковик, луквенник; гала-ношник, галанник. Согласно историко-этнографическим данным именно картофель, капуста, лук и брюква - овощи, дающие высокий урожай даже в севернорусской зоне и хорошо хранящиеся зимой, - были самыми распространёнными в Костромской губернии [5, с. 35].

Наименования пирогов с картофельной начинкой в костромских говорах представлены целым рядом наименований: картдфельник, картдвник, картдзник, картдсник: «Самый простой пирог - картофельник, и канители с ним меньше - только картошку размять» (Нерехт. р-н.); «Напекла пирогов с грибами да картовешни-ков» (Шарьин.; Мантур., Красн., Межев., Судисл., Антроп., Буйск. р-ны). В юго-западных районах Костромской области так называют как закрытые, так и открытые пироги, на северо-востоке области это обычно открытые пироги: «Раскатывали небольшой пласт теста и выкладывали на него варёную толчёную картошку с луком. Края немножко загибали. Вот и картовники» (Вохом. р-н). Это же значение ‘лепёшка с загнутыми краями и картофельным верхом, ватрушка’ встречаем в вологодских говорах у лексем картдвник, картовнуха, картовуха, картонушка, картдфельник [10, 1987, с. 41]. Южнее подобных номинаций гораздо меньше: в ЯОС исследуемые наименования не представлены, по данным СОГ в орловских говорах только в одном районе фиксируется номинация картдшечник ‘пирог, начинённый картофелем’ [12, вып. 5, с. 21; 16, вып. 5, с. 22]. СРНГ область бытования рассматриваемых лексем в значении ‘пирог с картофельной начинкой’ очерчивает северными и северо-восточными регионами [14, вып. 13, с. 101-103].

Пирог с капустой в костромских говорах называют капустник, капустничек: «В капустники завёртываем прожаренную капусту» (Павин. р-н); «Заверни капустничков-то, тёпленькие» (Шарьин. р-н); «Лучше всего у меня капустники получаются» (Пыщуг.; Кологр., Мантур. р-ны). Лексема капустник в значении ‘огород, засаженный капустой’ встречается в памятниках письменности с 1150 г. [13, т. 1, с. 1195]. ГВ. Судаков отмечает, что это же наименование в значении ‘пирог с капустой’ упоминается в севернорусских текстах с конца XVI века: «Капустники да пиво сыченое» (1590 г.), «Спросила её Ксенью для чего де ты капусту сечёшь и она Ксенья ей вдове Федо-

сье сказала, что на капустники» (1703 г.) и предполагает изначальную территориальную ограниченность этого слова [4, с. 105]. Действительно, согласно данным СРНГ лексема капустник в значении ‘пирог с капустой’ встречается только на территории севернорусских и среднерусских говоров [14, вып. 13, с. 60].

Повсеместно в говорах Костромской области распространены наименования луковник, луко-вик, луквенник: «На праздник-от готовки много было: соленья припасёшь, луковник испекёшь, зимой-то и студени сваришь, брусёны поставишь» (Красн. р-н); «Луковники на сенокос готовили» (Судисл. р-н), «Луковики-ти нынце какие вкусныёудались» (Вохом.; Антроп., Мантур., Межев., Поназ., Шарьин., Нерехт., Костр. р-ны). Впервые наименование луковник встречается в «Домострое»: «А на Великий пост среди мучного постные блюда: блины да луковники, да ле-вашники, да пироги подовые с маком» [4, с. 105]. Согласно данным СРНГ эти лексемы распространены повсеместно в русских говорах [14, вып. 17, с. 189]. Однако областные словари отражают неоднородность ареального распространения этой лексемы. Например, в Словаре орловских говоров наименования пирогов с корневой морфемой -лук- не фиксируются, по данным Ярославского областного словаря в ярославских говорах встречается лексема луковенник, в Словаре же вологодских говоров мы находим несколько наименований пирогов с луком: луковик, лу-коватик, луковечник, луковичник, луковник с указанием на широкий ареал распространения этих лексем [16, вып. 6, с. 18; 10, 1990, с. 54]. В Костромском крае луковником называют разнообразные блюда из лука: похлёбку из одного лука, из лука и ягод (брусники, клюквы); бруснику, запаренную в печке с луком; холодный квас с луком; «пареный» (запечённый) лук, но чаще всего это наименование используют при номинации пирогов с луком.

В XVI или XVII веке из Голландии на север России была завезена брюква [14, вып. 6, с. 105]. В словаре Фасмера указывается, что название этого овоща заимствовано в славянские языки из немецкого языка, но в разных местностях он мог называться немка (моложск.), галанка (олонецк.), шведка (костромск.) [15, т. 1, с. 224]. Согласно данным картотеки КОС наименования с корнем -галан- (галаношник, галанник) характерны для северо-востока Костромской области: «Галанош-

ники-то сладкие получаются» (Павин. р-н), «Делали галанники: галанку парили в пече, потом толкли толчком в чугунке, потом в тесто закручивали» (Вохом. р-н). В СРНГ названия брюквенных пирогов с корневой морфемой -галан- не отражены. Там, однако, в значении ‘пирог с начинкой из брюквы или репы’ зафиксировано наименование брюковник с пом. Волог., Арх., Перм. [14, вып. 3, с. 222]. В костромских говорах встречается только адъективное сочетание брюквенный (брюквечный) пирог: «Пирог-то брюк-вечный какой вкусный» (Нерехт. р-н). Видимо, пироги с брюквой характерны в основном для севера Европейской части России, в центральных регионах из этого овоща готовили запеканки, супы, каши. В словарях южнорусских говоров слова с корнем галан- и брюкв- практически не фиксируются, а в Словаре воронежских говоров оговорено, что говорам известна лексема брюква, «но сам овощ практически не сеют и чаще брюквой называют свёклу» [11, вып. 1, с. 150].

Пирог с начинкой из моркови в костромских говорах называют морковником: «Морковники-ти часто пекли» (Костр. р-н). Так же в костромских говорах называют запеканку из моркови и морковный суп. Другие областные словари, за исключением Словаря Даля, данное наименование не фиксируют. Даль в словарной статье «Постный стол» приводит и другие наименования пирогов с овощной начинкой: репник, свекольник [7, вып. 3, с. 345]. Пироги с такими начинками известны и в Костромском крае, хотя и не зафиксированы их специальные названия: «Лепёшки печь -всякие... Пироги тоже всякие, особенно хорошие, если муки положить немножко, а побольше галани, да репы и ягод» (Е. Честняков. Шаб-ловский тарантас) [1, с. 23].

Иногда в качестве начинки использовали варёный горох, и тогда пироги называли гороховики (Чухл., Шарьин. р-ны). В СРНГ значение ‘пирог с начинкой из гороха’ имеют также наименования гороховичок, горохоёк, горошечник [14, вып. 7, с. 66, 69]. Хотя чаще гороховиками, видимо, называли небольшие хлебцы из гороховой муки [7, т. 1, с. 382; 14, вып. 7, с. 66].

В лесной зоне, к которой относится и территория Костромской области, начинкой, особенно летом, часто служат грибы и лесные ягоды. Пирог с грибами в Костромской области называли грибник, грибовник, грибовик: «Летом грибов-ники печём разные» (Антроп.; Галич., Нерехт.

р-ны). Эти наименования характерны для севернорусских и среднерусских говоров [14, вып. 7, с. 141; 16, вып. 3, с. 108]. На территории Русского Севера пироги с грибной начинкой часто называют губники (от губы - ‘грибы’) [10, 1990, с. 54]. Эта лексема встречается и в северо-восточных вохомских говорах Костромской области. По данным областных словарей специальные наименования для пирогов с грибной начинкой характерны в основном для северной и северо-восточной территорий Европейской части России. В СВГ и ВОС, например, мы видим целую систему производных с корневыми морфемами -губ- и -гриб-, имеющих широкую зону распространения. В костромских говорах фиксируются в основном лексемы с корнем -гриб-. В СРНГ локализация «грибных» наименований пирогов достаточно чётко очерчивается территорией Архангельской, Вологодской, Псковской, Тверской, Новгородской областей [14, вып. 7, с. 141]. Эти данные могут быть дополнены сведениями о фиксации этих наименований в говорах Костромской области.

Одним из популярных видов «летних» пирогов в Костромском крае, как и других регионах лесной зоны, являются я годники, которые обычно пекли открытыми: «Уж ягодник не стряпаешь, одни грибы в лесу» (Межев. р-н), «Мы ягодник летом пекли, когда всё соспеет: и клубника, и малина, и сморода» (Сусан.; Павин. р-ны). Л. Китицына пишет, что в Костромской губернии начинкой ягодного пирога служат «ягоды свежие, пареные и сушёные: малина, черника, рябина, калина, брусника и черёмуха» [2, с. 96]. В Словаре Даля встречаются такие наименования ягодных пирогов, как малинник, брусничник, калинник, черничник. В картотеке Костромского областного словаря зафиксировано название пирога с черникой - черничник: «Шипко уж я черничники люблю» (Вохом. р-н).

Одним из любимых пирогов в речном, озёрном Костромском крае является пирог с рыбой -ры бник. Эта лексема имеет в костромских говорах два значения: 1) ‘большой пирог из дрожжевого теста, внутри которого рыба запекается целиком’: «Из крупной рыбы пекли рыбники. Обязательно запекали леща в ржаном тесте. Тесто клали на капустный лист, а леща помещали так, чтобы выставлялись из теста голова и хвост. Рыбник ели горячим: от пирога поднимался вкусный пар, пахло и рыбой, и хлебом ржаным. Съешь - и пальчики оближешь» (Ант-

роп.; Гвалич., Поназ., Вохом. р-ны); 2) ‘закрытый пирог с рыбной начинкой’: «Загни-ко рыбник» (Вохом. р-н); «Сперва тесто раскатают, потом рыбу наложат, рыбы-то не жалели, чтобы вкусней были» (Шарьин.; Поназ., Парф., Вохом., Костр., Нейск., Пыщуг., Кологр., Буйск. р-ны). В костромских говорах встречаются описательные наименования пирогов с рыбой - рыбник из леща (Антроп. р-н),рыбник из щурёнка (Вохом. р-н). То же - в литературном языке: рыбник из сёмги, тресковый рыбник [6, т. 12, с. 1608].

Лучшей начинкой для пирога, наряду с рыбной, считалась в Костромском крае начинка из мяса. Пирог с мясной начинкой назывался мясник: «У соседки ела мясник, только она его с ливером делала» (Сусан. р-н), «Колька мой цай любил с картофельниками или мясниками кушать» (Межев. р-н), «Забьём хрюху - мясник сделаем» (Судисл.; Костр. р-ны).

Однако более распространены в Костромском крае наименования пирогов с начинкой из куриного мяса - курник, куричий пирог, куреник, курень: «А если в начинку курятины бросить -куреники будут» (Макар.; Костр., Нерехт. р-ны)»; «Я в начинку-то лук кладу, так курник вкусней» (Чухл.; Судисл., Галич., Буйск. р-ны). ГВ. Судаков указывает, что слово курник существует в русском языке с конца XVI века и уже в старые времена начинкой для этого пирога могло быть любое мясо [4, с. 105]. Сейчас лексема широко распространена в говорах.

Хотя для русских говоров характерно название всего пирога по начинке (пирог с капустой - капустник, пирог с луком - луковник, пирог с картофелем - картовник), можно согласиться с И. С. Лу-товиновой, отмечающей, что в говорах наиболее распространены двусоставные названия пирогов, где определение выполняет основную роль в названии выпечного изделия [3, с. 118]. Это справедливо и для говоров Костромской области: «К столу гости приходят. Пироги в перву очередь. Напечёт бабка, бывало, целый угол пирогов. Три начинки: с грибами, с капустой и сладких» (Костр. р-н); «Белые-ти делали тожо со всем. Изуму раскатаешь, насыплешь да и сделаешь пироги. А ржаные с луком-от пекли. Со всем раньше-то пекли: из моркови, с ягодами с какими-от наносим. Там всё брусника большо-от идёт. С ягодам-то ватрушкой, то так» (Макар. р-н).

В целом можно сказать, что большинство зафиксированных в костромских говорах названий

пирогов, мотивированных видом начинки, имеет междиалектный характер. Однако прослеживается ряд лексико-семантических особенностей (в основном в северо-восточных районах области), связывающих костромские говоры с более архаичными говорами Русского Севера.

Библиографический список

1. Живое поунженское слово: Словарь народно-разговорного языка Е.В. Честнякова / Под ред. Н.С. Ганцовской. - Кострома, 2007.

2. Китицына Л. Хлеб: Из материалов по народному питанию Костромского края // Труды КНО. - 1927.

3. Лутовинова И. С. Слово о пище русской. -СПб.: Авалон, 2005.

4. Судаков Г.В. Живое русское слово. - Вологда, 2002.

5. Федосов А. Огородничество Костромского края: Труды Костромского научного общества по изучению местного края. Вып. XXXIII. Кострома. 1924 г. Стр. 81-86 // Губернский дом. - 1998. -№3. - С. 33.

6. Словарь современного русского литературного языка. Т. 1-17. - М., Л., 1948-1965.

7. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 1-4. - М., 1995.

8. Картотека Костромского областного словаря (Рукопись, хранится на кафедре русского языка КГУ им. Н.А. Некрасова).

9. Ожегов С.И. Словарь русского языка. - М., 1985.

10. Словарь вологодских говоров. Вып. 1-8. -Вологда, 1983-1999.

11. Словарь воронежских говоров. Вып. 1. -Воронеж, 2004.

12. Словарь орловских говоров. Вып. 5-10. -Орёл, 1992-1999.

13. СрезневскийИ.И. Материалы для Словаря древнерусского языка по письменным памятникам. Т. 1-3. - СПб., 1893.

14. Словарь русских народных говоров. Вып. 1-41. - М.; Л., 1965-2007.

15. ФасмерМ. Этимологический словарь русского языка. Т. 1-4. - М., 1965-1973.

16. Ярославский областной словарь. Вып. 110. - Ярославль, 1981-1991.

Принятые сокращения названий районов Костромской области

Антроп. - Антроповский, Буйск. - Буйский, Вохом. - Вохомский, Галич. - Галичский, Ко-

логр. - Кологривский, Костр. - Костромской, Красн. - Красносельский, Макар. - Макарьев-ский, Мантур. - Мантуровский, Межев. - Межев-ской, Нейск. - Нейский, Нерехт. - Нерехтский,

Парф. - Парфеньевский, Поназ. - Поназыревс-кий, Пыщуг. - Пыщугский, Судисл. - Судиславс-кий, Сусан. - Сусанинский, Чухл. - Чухломский, Шарьин. - Шарьинский.

УДК 811.111 '367

Т.Г. Волошина

ФОРМАЛЬНАЯ И КОММУНИКАТИВНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПОЛИПРЕДИКАТИВНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПАРАТАКСИСОМ И ГИПОТАКСИСОМ В ДИАЛОГИЧЕСКИХ ТЕКСТАХ КИНОСЦЕНАРИЕВ

В рамках данной статьи предпринимается попытка рассмотреть полипредикативное предложение с паратаксисом и гипотаксисом с точки зрения соотношения формального и коммуникативного аспектов синтаксиса в диалогических текстах киносценариев США. Результаты исследования проиллюстрировали продуктивные модели полипредикативных предложений с паратаксисом и гипотаксисом, которые реализуют обширный информационный потенциал в текстах киносценариев.

Ключевые слова: полипредикативное предложение, паратаксис, гипотаксис, текст киносценария, диалог.

Цн

очки зрени

елью данной статьи является исследование полипредикативного предложения с паратаксисом и гипотаксисом с точки зрения соотношения формального и коммуникативного аспектов синтаксиса. Актуальность исследования обусловлена необходимостью дальнейшего изучения полипредикативного предложения, как в рамках собственной парадигматики, так и текстовой синтагматики.

С середины XX века появилось много работ, посвященных исследованию различных аспектов сложноподчинённого и сложносочинённого предложения (В.В. Бабайцева, В.А. Белошапкова, И.А. Василенко, Л.Л. Иофик, Б.А. Ильиш, И.П. Крылова, Г.П. Уханов, Н.Н. Холодов, В.В. Щеулин и др.). Разновидности полипредика-тивных предложений, в частности конструкции, основанные на сочетании паратактических и гипотактических связей, не получили должного освещения как в отечественной, так и в зарубежной лингвистической литературе.

Для того чтобы выявить соотношение синтаксических и коммуникативных типов полипреди-кативного предложения с паратаксисом и гипотаксисом и понять сложную природу этой конструкции следует рассмотреть её функционирование не только в монологическом, но и в диалогическом текстах.

Вслед за К.И. Раковой, мы рассматриваем по-липредикативное предложение с сочинением и подчинением как конструкцию, состоящую из

двух комплексов: паратактического и гипотактического. Паратактический комплекс может быть минимальным, состоящим из одной предикативной единицы, и расширенным, объединяющим более двух предикативных единиц.

Гипотактический комплекс представляет собой минимальную конструкцию (трёхчастную, состоящую их главной и придаточной части) и расширенную, которая построена посредством одной или сочетания двух и более типов синтаксической связи.

Исходя из количества компонентов, характера связи полипредикативные предложения с паратаксисом и гипотаксисом рассматриваются как конструкции, способные к дальнейшему расширению: предложения с расширенным паратактическим и минимальным гипотактическим комплексами, предложения с расширенным гипотактическим и минимальным паратактическим комплексами, предложения с расширенными паратактическими и гипотактическими конструкциями, предложения с отдельными гипотактическими комплексами и предложения с отдельными гипотактическими комплексами, объединённые с паратактическими блоками [4, с. 27].

В настоящее время активно развивающаяся прагмалингвистика и лингвистика текста требуют исследования механизма функционирования в диалогическом тексте, так как именно в этой коммуникативной среде ярко проявляются доминантные свойства языковых единиц.