Исследование типологической близости параметрических ядер карачаево-балкарского и других тюркских языков

УДК 811

ИССЛЕДОВАНИЕ ТИПОЛОГИЧЕСКОЙ БЛИЗОСТИ ПАРАМЕТРИЧЕСКИХ ЯДЕР КАРАЧАЕВО-БАЛКАРСКОГО И ДРУГИХ ТЮРКСКИХ ЯЗЫКОВ

И. Д. Семенова

Воронежский государственный университет

Поступила в редакцию 26 января 2017 г.

Аннотация: в статье исследуется типологическая близость параметрических ядер карачаево-балкарского и других тюркских языков: тофаларского, турецкого и узбекского.

Ключевые слова: лексико-семантическая типология, параметрические ядра лексики карачаево-балкарского, тофаларского, турецкого и узбекского языков.

Abstract: the paper presents results of the research of typological proximity of the parametric cores of Kara-chay-Balkar and other Turkic languages: Tofalar, Turkish and Uzbek.

Key words: lexical-semantic typology, parametric cores of Karachay-Balkar, Tofalar, Turkish and Uzbek vocabulary.

В настоящем исследовании для сравнения с карачаево-балкарским языком, представляющим кипчакскую группу, взяты параметрические ядра (ПЯ) лексики трех тюркских языков: из огузских - турецкого [1], из карлукских - узбекского [2], из саянских - тофаларского [3].

Для обеспечения максимальной полноты данных методика сравнения была нами модифицирована по сравнению с использовавшейся ранее [4]: дефиниции значений слов сравниваемых языков были разделены на полнозначные составляющие, что обеспечило учет всех метаслов, независимо от порядка их следования и количества слов в дефиниции (метаязыковой части тюркско-русского словаря).

Эту методику уместно назвать упрощенной (и, если здесь позволительна метафора, - семантически укрупненной).

При сравнении значений нами не рассматривались служебные слова и несловарные словоформы, а также такие дискурсивные и грамматикализованные значения, как 'быть', 'делать', 'содержащий', фазовые метаслова 'кончать-кончить', родовое мериологиче-ское значение 'часть' и т. д.

Поскольку частота появления метаслова в нашем материале может рассматриваться как показатель грамматичности, считаем полезным привести эти «грамматические» (или «технические») метаслова с их частотами: 'в' - 9216, 'о' - 5929, 'на' - 4624, 'быть' - 2601, 'из' - 1296, 'для' - 1024, 'делать' - 900, 'с' - 784, 'часть' - 576, 'вид' - 529, 'или' - 484, 'не' -441, 'и' - 400, 'становиться' - 400, 'давать' - 361, 'имеющий' - 225, 'род' - 196, 'без' - 121, 'к' - 121, 'у' - 100, 'за' - 81, 'по' - 64, 'от' - 49, 'во' - 36, 'как' -

© Семенова И. Д., 2017

36, 'при' - 36, 'об' - 25, 'весь' - 16, 'до' - 16, 'кончать' - 16, 'кончить' - 16, 'со - 16, 'что' - 16, 'всех' -9, 'каждый' - 9, 'так' - 9, 'тот' - 9, 'вниз' - 4, 'где-л.' -4, 'навстречу' - 4, 'после' - 4, 'равно' - 4, 'части' - 4.

Для слияния было взято 6807 карачаево-балкарских слов с максимальным параметрическим весом, 695 тофаларских, 1057 турецких и 1535 узбекских. Для карачаево-балкарского ядра взято в 6-7 раз больше слов, чем для остальных языков.

Если каждый из родственных языков представлен параметрическим ядром, близким к 1000 слов, то для карачаево-балкарского языка взято ПЯ Большого словаря. Сделано это для обеспечения максимально полного сравнения карачаево-балкарской лексики с лексикой ПЯ других тюркских языков.

Такая диспропорция не должна оказать существенного влияния на результаты исследования, потому что Коэффициент Типологической Близости (КоТиБ) параметрических ядер тюркских языков вычисляется по формуле, учитывающей размеры сравниваемых ядер:

Ч П Ч

КоТиБ =-' 1 1 2 ч ,

0,5

где Ц - сравниваемое ПЯ первого языка; Ь2 - сравниваемое ПЯ второго языка. Символ П в данной формуле имеет не совсем традиционное значение: он указывает на количество общих для сравниваемых множеств лексико-семантических пар.

Поскольку единицей измерения типологической близости параметрических ядер тюркских языков является лексико-семантическая пара, есть необходимость раскрыть содержание этого термина.

К примеру, у нас есть изосемантический, т. е. соотнесенный с одним и тем же русским словом (мета-

словом), ряд: карабалк. кёк_11 'небо', тофалар. буът-_П' небо', турецк. gдk ' небо' и узбек. /а1ак ' небо'. Эти 4 слова образуют 6 пар: 1) карабалк. кёк_11 - тофалар. буът-; 2) карабалк. кёк_11 - турецк. gдk; 3) карач.-балк. кёк_11 - узбек.^а1ак; 4) тофалар. буът- -турецк. gдk; 5) тофалар. буът-- узбек./а1ак; 6) турецк. gдk - узбек. /а1ак. Эти пары и подсчитываются для каждой из 6 пар исследуемых языков, фигурируя в виде величины Ц П Ь2 в указанной формуле.

Упрощенная методика вычисления КоТиБл включает следующие операции:

1) совмещение ПЯ четырех сравниваемых языков на одном листе электронных таблиц Эксель;

2) расщепление метаязыкового столбца, содержащего русские эквиваленты и дефиниции по числу

Абсолютное количество семантичI

тестовых слов (с тем, чтобы каждый столбец содержал одно слово);

3) создание новой версии больших ПЯ четырех языков с однословным русским эквивалентом;

4) совмещение новых версий ПЯ на одном листе электронных таблиц Эксель;

5) сортировка русских эквивалентов по алфавиту;

6) подсчет посредством функции «СЧЕТЕСЛИ» слов с одинаковым эквивалентом;

7) фильтрование материала: удаление неполно-значных эквивалентов и несловарных форм;

8) разбиение рядов на языковые пары и подсчет связей в каждой паре языков (табл. 1);

9) суммирование связей в каждой паре языков (табл. 2);

Т а б л и ц а 1

их связей в парах тюркских языков

^\Кол-во \слов Пары 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 Всего

К.-балк.-Тоф. 234 319 267 213 147 202 232 154 143 81 62 35 28 26 67 33 59 96 42 20 67 2631

К.-балк.- Тур. 119 217 315 267 309 161 200 143 128 104 71 97 29 63 56 43 26 28 18 50 106 71 2621

К.-балк.-Узб. 236 475 540 442 355 196 308 273 178 141 177 84 156 63 98 98 92 43 61 98 136 109 4359

Тоф .-Тур. 16 39 52 40 72 48 44 32 13 15 20 19 6 13 7 12 4 2 9 5 8 13 489

Тоф .-Узб. 45 73 122 65 68 57 65 94 23 36 44 31 18 13 10 11 14 5 30 11 14 59 908

Турк.-Узб. 65 120 157 97 132 95 82 119 69 53 62 78 36 40 43 21 19 4 24 25 64 19 1424

Примечание. В верхней строке таблицы указано количество слов (лемм) во всех четырех языках.

Т а б л и ц а 2 Абсолютное количество семантических связей в параметрических ядрах тюркских языков

Язык К.-балк. Тоф. Тур. Узб.

К.-балк. 2631 2621 4359

Тоф. 2631 489 908

Тур. 2621 489 1424

Узб. 4359 908 1424

Всего: 9611 4028 4534 6691

10) вычисление КоБл по указанной выше формуле;

11) представление результата в табличной форме.

Т а б л и ц а 3

Коэффициент типологической близости параметрических ядер тюркских языков

Язык К.-балк. Тоф. Тур. Узб.

К.-балк. 0,70 0,67 1,05

Тоф. 0,70 0,56 0,81

Тур. 0,67 0,56 1,10

Узб. 1,05 0,81 1,10

Всего: 2,41 2,07 2,32 2,96

Исходя из данных табл. 3 видно, что в отношении карачаево-балкарского ко всем тюркским языкам лексическая пара КараБалк./Узбек. параметрическим ядрам типологически наиболее близка; второе-третье место делят тофаларский и чуть-чуть отставший от него турецкий язык. Наглядно это представлено на рис. 1.

Как видим, карачаево-балкарский язык демонстрирует большую типологическую близость к кар-лукскому узбекскому языку и наименьшую - к огуз-скому турецкому языку. Справедливости ради отметим, что саянский тофаларский типологически не намного ближе к кипчакскому карачаево-балкарскому, чем турецкий.

Для тофаларского языка картина другая (рис. 2). Самым близким оказывается узбекский язык, а самым удаленным - турецкий.

Близость к турецкому языку представлена на рис. 3. И тут картина остается неизменной: ближе всего узбекский язык, дальше всего - тофаларский, между ними - карачаево-балкарский.

Близость к узбекскому языку представлена на рис. 4.

Для узбекского языка, как и для турецкого, наиболее удаленный - тофаларский, средний - карачаево-балкарский. Самым близким к узбекскому оказы-

5

Й О

сп

К «

§

У 5 и

О §

с

к Н

Ё (и

К ^

-е £

1,2 1

0,8 0,6 0,4 0,2 0

Языки

Рис. 1. Ранжирование лексики тюркских языков по упрощенному коэффициенту типологической близости относительно карачаево-балкарского ПЯ лексики

и т с о

3 и л

РЧ

й ойк

с

е

4

гич

о л о п

£

т н е

и ц

и ф

ф

э £

К.-балк.

Языки

Рис. 2. Ранжирование лексики тюркских языков по упрощенному коэффициенту типологической близости

относительно тофаларского ПЯ лексики

и т с о

з

н § 5 м ий цо к « фс

эи ги

о л о п и

н

э

эоК

Узб.

К.-балк.

Тур.

Языки

Рис. 3. Ранжирование лексики тюркских языков по упрощенному коэффициенту типологической близости

относительно турецкого ПЯ лексики

5

Я

§

X

и О

ч о и в н

в в

•е •е

3

1,20

1,00

0,80

0,40

0,20

0,00

Тур.

К.-балк. Языки

Тоф.

Рис. 4. Ранжирование лексики тюркских языков по упрощенному коэффициенту типологической близости

относительно узбекского ПЯ лексики

вается турецкий язык. Тут узбекский, как и тофалар-ский, отвечает турецкому языку взаимностью.

А. В. Дыбо утверждает: «Язык, будучи средством общения, функционирует в некотором социуме, где это общение происходит. Как могут получиться с течением времени различные линии эволюции одного и того же языка? Простое предположение состоит в том, что языковые изменения (которые происходят в каждом языке постоянно из-за ряда факторов, связанных с особенностями его существования) происходят в основном однонаправленно внутри общающегося социума (просто поскольку язык должен сохранять общепонятность в этом социуме), а при разделении социума и прекращении общения между вновь образовавшимися социумами в разделившихся частях появляются разные изменения. С накоплением различий взаимопонимание между идиомами, развившимися в новых социумах, затрудняется и можно говорить о наличии нескольких отдельных языков. Тогда реконструкция праязыка, произведенная лингвистическими методами над материалом этих отдельных языков, должна свидетельствовать, в частности, о наличии в прошлом определенного социума, бывшего носителем этого реконструированного праязыка, и осмысленной задачей будет найти какие-то внешние свидетельства существования такого социума. Причем решение таких задач важно не только (и, в общем, не столько) для сравнительно-исторического языкознания (это последнее важно и как собственно лингвистическая дисциплина, в качестве более дальнего приложения своих усилий оно имеет еще и построение теории и типологии языковых изменений как части общей теории языка)» [5].

Применение метода параметрического анализа к лексике карачаево-балкарского языка и выделение его лексико-семантического ядра, сопоставление этого

ядра с ядрами узбекского, турецкого и тофаларского языков и выявление общих семантических связей между языками открывают перспективу исследования лексико-семантической близости языков в типологическом аспекте и построения типологии лексико-се-мантических изменений.

Применение параметрического анализа лексики (ПАЛ) к четырем тюркским языкам можно рассматривать как пилотный проект типологического исследования лексики (в идеале) всех или (в реальности) всех имеющих тюрко-русские словари языков. Это делает целесообразным получение хотя бы самых предварительных данных по типологической характеристике четырех тюркских языков.

Так, сумма КоТиБов, объединяющих данный язык с остальными сравниваемыми (СумКоТиБ), может рассматриваться как показатель центральности-пе-риферийности ПЯ лексики данного языка в типологическом пространстве лексики тюркских языков.

На рис. 5. представлено ранжирование тюркских языков на шкале центральности-периферийности по величине СумКоТиБа.

Таким образом, по нашим данным, максимально центральным оказывается узбекский язык, а явно периферийным - тофаларский. Кипчакский карачаево-балкарский язык занимает промежуточную лекси-ко-типологическую позицию между карлукским узбекским и огузским турецким языками.

Типологически информативным может также быть показатель доли семантически уникальной лексики в ПЯ.

К семантически уникальной лексике отнесем такие случаи, когда данному сочетанию данного слова с русским метасловом не находится эквивалента с таким же метасловом в другом тюркском языке.

Например, тоф. aйaс 'вёдро' и тоф. aйaс 'погожий' содержат уникальные для рассмотренных множеств слов метаслова: 'вёдро' и 'погожий'. В тофаларско-русском словаре [6] это слово представлено следующим образом: «aйaс 'вёдро, ясный, погожий'». Из трех метаслов в других тюркско-русских словарях использовано лишь метаслово ' ясный'. Этот случай поясняет, что мы имели в виду, когда говорили не только об «упрощенной», но и об «укрупненной» методике вычисления КоТиБа: дефиниции, состоящие из одного слова, сравнивать проще, но за это приходится платить ростом («укрупнением») семантической неопределенности метаслова, не ограниченной другими словами дефиниции.

Естественно, что после расщепления дефиниций единиц, состоящих из леммы и одного метаслова, оказывается больше, чем лемм (и слов = лемма + дефиниция) в анализируемом множестве.

В лингвистической типологии вообще [7] и при пользовании параметрическим анализом лексики, в частности, уже сложилась традиция пользоваться термином уникалия для обозначения уникальных явлений (в том числе и слов, не имеющих семантических эквивалентов в ПЯЛах других языков). Следуем этой традиции, используя долю уникалий в ПЯЛах как Индекс периферийности (ИнП) (табл. 4).

3,50

8 Ь о о

ет Ц

Ш

«

§

о о №

и

О Ц

о с

н

ь

X

(О К Я

•е •е

о «

3,00

2,50

2,00

1,50

1,00

0,50

0,00

2,96

2,41 О оо

2,07

Узб.

К.-балк. Тур.

Языки

Тоф.

Рис 5. Ранжирование лексики тюркских языков по центральности-периферийности

120 % 100 % 80 %

§ 60 % К

40 %

20 %

0 %

К.-балк. Тур. Узб.

Языки

Рис. 6. Распределение тюркских языков по Индексу периферийности

Т а б л и ц а 4

Вычисление Индекса периферийности по параметрическим ядрам тюркских языков

Язык Уникалий Ядро ИнП, %

Карачаево-балкарский 2992 6807 44

Тофаларский 727 695 105

Турецкий 513 1057 49

Узбекский 1119 1535 73

На рис. 6. представлено ранжирование четырех тюркских языков по ИнПу.

Этот показатель дает несколько иную картину, помещая в центр карачаево-балкарский язык и отодвигая к периферии узбекский. Неизменной остается периферийная позиция тофаларского языка. Представленная картина, несмотря на учет размеров множеств, все же коррелирует с размерами последних. Возможно, в будущем ИнП потребуется рассчитывать с учетом количества не слов, а квази-ЛСВ -«расщепленных» единств «лемма+метаслово».

ЛИТЕРАТУРА 1. Бугаёв В. П. Параметрический анализ лексики турецкого языка : дипломная работа по специальности

Воронежский государственный университет Семенова И. Д., соискатель кафедры теоретической и прикладной лингвистики

E-mail: semjonova-i@yandex.ru Тел.: 8-926-054-34-69

«Теоретическая и прикладная лингвистика» / В. П. Бугаёв. - Воронеж, 2006. - 99 с.

2. Хайиткулова Н. Р. Параметрическое ядро узбекской лексики на фоне родственных языков : дипломная работа по специальности «Теоретическая и прикладная лингвистика» / Н. Р. Хайиткулова. - Воронеж, 2009. -113 с.

3. Воржева И. В. Параметрическое ядро тофалар-ской лексики на фоне родственных языков : дипломная работа по специальности «Теоретическая и прикладная лингвистика» / И. В. Воржева. - Воронеж, 2008. - 131 с.

4. КретовА. А. Проблемы квантитативной лексикологии славянских языков / А. А. Кретов, И. А. Меркулова, В. Т. Титов // Вопросы языкознания. - 2011. -№ 1. - С. 52-65.

5. Дыбо А. В. Семантическая реконструкция в алтайской этимологии : лексика конкретного словаря / А. В. Дыбо // Слово и язык : сб. ст. к 80-летию акад. Ю. Д. Апресяна. - М. : Языки славянских культур, 2011. - 736 с.

6. Рассадин В. И. Тофаларско-русский словарь. Русско-тофаларский словарь / В. И. Рассадин. - Иркутск : Восточно-Сибирское книжное издательство, 1994. - 288 с.

7. Шилихина К. М. Основы лингвистической типологии : учеб.-метод. пособие для студ. вузов / К. М. Ши-лихина. - Воронеж, 2007. - 63 с.

Voronezh State University

Semyonova I. D., Post-graduate Student of the Theoretical and Applied Linguistics Department

E-mail: semjonova-i@yandex.ru

Tel.: 8-926-054-34-69