Мониторинг социально-трудовой сферы сельского хозяйства Самарской области: его обоснование и значение для развития региона

заметного улучшения ситуации в социальнотрудовой сфере села и в целом на сельском рынке труда, к сожалению, не отмечается. Однако нужно признать как положительный факт, что государство оставляет за собой право осуществления контрольно-надзорных функций по выработке политики и нормативно-правовому регулированию рынка труда. При этом финансирование перечисленных полномочий государства предусматривается в виде субвенций из федерального бюджета, зачисляемых на бюджетные счета субъектов Федерации. Объем субвенций зависит от численности населения субъекта Федерации и соответствует утвержденной Правительством РФ «Методике расчета нормативных затрат».

Негативные явления, продолжающиеся в социально-трудовой сфере, на сельском рынке труда и отсутствие там явных положительных сдвигов, несмотря на некоторые усилия государства по изменению положения, например, разработанную в последние годы Министерством здравоохранения и социального развития «Концепцию о регулировании рынка труда», подтверждают необходимость более энергичного воздействия государства и, в определенных рамках, частного вмешательства в процессы его регулирования.

Нужно отметить, что пределы государственного вмешательства в деятельность аграрной отрасли должны быть таковы, чтобы у экономически активного и занятого сельского населения сохранялся и развивался интерес к производству сельскохозяйственной продукции высокого конкурентоспособного качества, чтобы был постоянный приток трудовых ресурсов в отрасль, особенно молодых специалистов, рос профессионализм работников, повышалось благосостояние экономически активного населения, обеспечивалась социальная защита мало- и неимущих слоев сельского населения.

Государственное регулирование настоящего времени отличается от бывшего государственного управления системы исполнительной власти большей широтой и возможностями, так как представляет собой практическую реализацию функций всех ветвей власти: законодательной, исполнительной и судебной. Принятие ФЗ

«О местном самоуправлении» также дает возможность местным органам власти разрабатывать и применять собственные нормативные документы, регулирующие процессы на сельских рынках труда, хотя в определенном смысле следует признать несовершенство этого документа при реализации политики развития сельской территории.

Радикальные экономические и политические реформы, произошедшие в течение последних 16 лет в стране и направленные на становление рыночных отношений в экономике, привели, в частности, к тому, что в системе ее регулирования произошли изменения институционального характера. Это макроэкономическое явление коснулось деятельности правительства, управления объектами государственной, коллективной и частной собственности, финансовой, кредитноденежной системы. Регулирование экономики принимает системный, устойчивый характер, подкреплено нормативно-правовой базой и механизмом санкций за невыполнение.

В определенной степени регулирование сельского рынка труда заложено в федеральных законах, федеральных и региональных социально-экономических программах развития села, кратко-, средне- и долгосрочных национальных проектах. Такое же значение имеют ФЗ № 264-ФЗ от 29.12.2006 г. «О развитии сельского хозяйства», программа развития АПК «Социальное развитие села до 2010 г.», завершенный ПНП «Развитие АПК», ПНП «Здоровье», «Образование», ряд других проектов и принятая в 2007 г. Государственная программа «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2008-2012 гг.». Тем не менее на государственном уровне не прослеживается четкая кадровая политика, позволяющая корректировать, регулировать сельский рынок труда в экономике.

Требуются огромные усилия приближения основных положений концепции «достойного труда», разработанной и обсуждаемой экономистами в странах ЕС, к трудовым отношениям в сельской экономике России, что необходимо предпринимать при вступлении страны во Всемирную торговую организацию.

МОНИТОРИНГ СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВОЙ СФЕРЫ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ: ЕГО ОБОСНОВАНИЕ И ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ РАЗВИТИЯ РЕГИОНА

В.Ю.Бочаров, доц. Самарского государственного университета, А.В. Лазарев, доц. СаГА

Известно, что рыночные реформы на селе между различными сферами АПК, породили

привели к разрыву установившихся экономиче- неуправляемость в развитии социально-тру-

ских, технологических и социальных связей довой сферы на селе. Результаты многих социо-

логических исследований подтверждают, что аграрные преобразования в 90-е гг. не привели к достижению изначально поставленных целей. Так, например, по данным одного из исследований, 3/4 опрошенных (75%), считают, что реорганизации хозяйств в стране не произошло и что необходима земельная реформа [1]. А ведь Россия ХХ1 в. - это по-прежнему страна с преобладанием крестьянских традиций и обычаев сельской культуры. Однако этот момент к сожалению, не учитывался при формировании концепции рыночного реформирования страны.

Можно выделить ряд наиболее острых проблем, отражающих содержание сегодняшнего положения на селе.

1. Приватизация предприятий в перерабатывающей промышленности, проводившаяся в 1990-е гг., имела значительные негативные последствия, так как усилилась власть монополий, приводящая к занижению закупочных цен в сельском хозяйстве и тем самым к росту убыточности хозяйств и загруженности мощностей перерабатывающих предприятий лишь на треть.

2. Несмотря на то, что земельная реформа идет уже более 15 лет, рынок имущественных прав, ценных бумаг на селе находится еще в зачаточном, диком (теневом) состоянии, и, к сожалению, бюрократия пытается сделать все для сохранения такого положения.

3. Доля расходов на сельское хозяйство в российском бюджете за последние десять лет сократилась в 10 раз, 80% сельскохозяйственной техники изношено, внесение удобрений сократилось в 8 раз.

4. Долги сельскохозяйственных предприятий превышают объем производимой продукции. А регистрируемый в последние годы рост сельскохозяйственного производства в решающей степени обеспечивается отнюдь не рыночными факторами. Он обеспечен, в первую очередь, истощением сельскохозяйственных угодий и сокращением личного потребления сельскохозяйственных производителей. Нынешняя рентабельность сельскохозяйственного производства, по мнению авторов, - величина во многом дутая. Она достигается, прежде всего, посредством занижения оплаты труда работников сельского хозяйства (как в абсолютном, так и в относительном выражении), урезанием соответствующих статей затрат. В 1990 г. зарплата в сельском хозяйстве (при том, что 97% сельскохозяйственных предприятий были прибыльными) практически равнялась средней зарплате в народном хозяйстве, сегодня она втрое ниже . Если произвести пересчет только с

* Так, например, по данным Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по

учетом средней зарплаты, рентабельных хозяйств (которых формально около половины) практически не останется. То же самое верно и в отношении многих статей материальных затрат: налицо тенденция упрощения технологий, сокращения применения техники и минеральных удобрений, привлечения дешевого труда сезонных рабочих-мигрантов и т.д. Поэтому трудно ожидать серьезного изменения ситуации, если государство в среднесрочной перспективе, до 2010 г. не собирается увеличивать долю расходов на сельское хозяйство (даже в рамках национального проекта развития АПК), а сельское хозяйство уже истощено до предела, 90% работников (по данным мониторинга, проведенного в Самарской области в 2005 г.) не устраивает оплата труда.

Но, несмотря на существование целого ряда проблем (а перечень можно продолжать), до недавнего времени отечественная наука мало обращала внимания на их изучение. В трудах социологов и экономистов не было специального анализа эволюции сельского общества в условиях перехода к рыночной экономике, а проводившиеся исследования, как правило, носили фрагментарный характер.

Из наиболее известных современных отечественных исследований, пожалуй, можно лишь упомянуть, что еще в начале рыночных преобразований, в 1992-1994 гг. Аграрный институт РАСХН (директор А. В. Петриков) вел «социальный мониторинг» отношения работников сельского хозяйства к земельной реформе. Выяснялось их отношение к частной собственности на землю, фермерству, реорганизации колхозов и совхозов, а также самооценки их социально-экономического положения. Было опрошено около 10 тыс. сельских жителей в пяти регионах Европейской России и Сибири. Однако в последующие годы эти исследования прекратились.

Также можно отметить работу коллектива саратовских авторов, под руководством П.П. Великого осуществивших проект «Старики российской деревни». Изучая лишь категорию сельчан пожилого возраста, эти исследователи рассмотрели довольно широкий круг вопросов, касающихся социального самочувствия, уровня жизни и стратегии «выживания» сельчан на примере коллективных и фермерских хозяйств Саратовской области [2].

Самарской области в 2006 г. средний размер зарплаты в сельском хозяйстве области составлял около 43% от среднеобластного значения, что едва дотягивало до официально установленного прожиточного минимума, а в 2005 г. средний размер зарплаты сельчан был вообще ниже прожиточного минимума.

Вот, пожалуй, за редким исключением (можно вспомнить еще исследовательский проект начала 1990-х, осуществленный под руководством Т. Шанина ) практически все наиболее значимые исследования современного российского села.

И хотя в различных регионах страны отдельные социологи проводят локальные социо-лого-экономические исследования села, им, по большому счету, присущи следующие недостатки:

— фокусирование проблематики не на макро-, а на микрообъектах; исследования базируются не на «большой статистике» и не на массовых опросах, а на данных, полученных с помощью интервьюирования сравнительно небольших по численности совокупностей жителей села, а также включенных наблюдений;

— фрагментарность исследований, не позволяющая судить об институциональных перспективах происходящих изменений в жизни жителей сельских поселений;

— несистемность исследований, не позволяющая постоянно отслеживать динамику настроения и самочувствия сельчан;

— отсутствие четкой методологии исследований, которая вынуждает авторов обращаться к наработкам этнографов, экономистов и статистиков.

Таким образом, самарским исследователям необходимо было разрешить перечисленные проблемы. И накопленный за десять лет опыт позволяет говорить об успешном выполнении многих поставленных задач. Начиная с 1995 г. в Самарской области по инициативе областной администрации осуществляется информационно-исследовательский проект, обеспечивающий регулярный сбор и анализ данных о состоянии социально-трудовой сферы промышленных предприятий в режиме мониторинга. С 1997 г. проект распространен и на сферу сельскохозяйственного производства.

Следует заметить, что сама идея организации подобного мониторинга родилась не в Самаре. Попытка создать систему сбора и анализа информации о состоянии социальнотрудовой сферы в масштабах страны была предпринята Министерством труда РФ еще в 1992 г. Специальным Указом Президента Рос-

Этот проект был основан на «включенном наблюдении» за повседневной жизнью отобранных сел. В каждом селе группа из двух исследователей работала в течение восьми месяцев, после чего переезжала в следующее село. Такие «социологические десанты» действовали в разных регионах России, а также в селах Казахстана, Армении, Киргизии, Узбекистана. См.: Великий незнакомец. Крестьяне и фермеры в современном мире / ред. Т.Шанин. -М.: Прогресс, 1992.

сии этому новшеству был придан статус важного государственного мероприятия. Оно начало осуществляться в ряде субъектов Российской Федерации [3]. Некоторое время соответствующие задания поступали и в Самарскую область. Но затем по разным причинам (и не в последнюю очередь из-за отсутствия финансирования) эта работа была прекращена.

Руководство Самарской областной администрации связывало с осуществлением российского мониторинга надежды на получение оперативной информации о социально-экономических и социальных проблемах в сфере производства. Хорошо известно, что действующая система статистической отчетности располагает очень ограниченным объемом подобных сведений. Интерес органов исполнительной власти области к динамике социальной ситуации был обусловлен их неординарным для того времени подходом к целенаправленному решению проблем развития территории. Поэтому рассчитывалось максимально использовать возможности нового канала обратной связи для оценки эффективности региональной социальной и экономической политики.

Однако уже с первых шагов непродолжительной жизни мониторинга, организованного Министерством труда РФ, стало очевидным, что он не был рассчитан на удовлетворение потребностей регионального управления. Он был ориентирован на более общий уровень анализа данных. Это и послужило, в первую очередь, причиной того, что самарским руководством было принято решение об организации своего аналогичного проекта в масштабах области.

Правда, полной аналогии при этом не получилось. Разработчики программы мониторинга в Самаре существенно изменили его направленность с тем, чтобы максимально удовлетворить потребности областного уровня управления. Был существенно пересмотрен подход к выбору объектов мониторинга, к перечню экономических и социальных показателей, отслеживаемых в нем. Изменилась система получения первичных данных, включая внедрение новых принципов взаимодействия органов статистики с предприятиями негосударственных форм собственности [4]. В связи с этим была усилена социолого-экономи-ческая составляющая анализа социально-трудовой сферы, что потребовало дополнительной методологической разработки содержания этого нетрадиционного понятия и его операционализации.

До настоящего времени понятие «социально-трудовая сфера» встречалось, главным образом, в экономической литературе. Оно использовалось и используется для того, чтобы

выделить из общего комплекса производственной деятельности те ее направления, которые касаются трудовых ресурсов предприятия. К этим направлениям обычно относят организацию и охрану труда, использование рабочего времени, повышение стабильности персонала, а также развитие социальной инфраструктуры предприятия (под этим понимаются системы медицинского обслуживания, общественного питания, организации отдыха). В более поздних изданиях появились попытки дополнить такое понимание ссылкой на некоторые социальные процессы и проблемы в работе с персоналом [5]. Такой подход ограничивает возможность социологического анализа проблем персонала предприятий, представляющих собой объекты мониторинга. Поэтому было разработано новое определение понятия «социально-трудовая сфера». С подачи Б.Г. Тукумцева он рассматривается в исследовательском проекте как специфическая «область связей и отношений, складывающихся между субъектами трудовой деятельности на предприятиях и в учреждениях, по использованию возможностей и способностей участвующих в совместной работе лиц, а также по воспроизводству и развитию их трудового потенциала» [6]. Исходя из этого социально-трудовая сфера включает в себя, прежде всего, взаимодействие участников производственного процесса (в том числе разных форм собственности), связанного с решением проблем институциализации договорных трудовых и управленческих отношений, с восстановлением здоровья, физических сил, с ростом профессионально-квалификационного уровня работающих, с повышением качества их жизни и социального самочувствия. Она охватывает также многоаспектные отношения формирования трудового поведения, отвечающего потребностям производственной организации; по поводу степени использования рабочего времени, квалификации, мотивационного потенциала, по поводу состояния стабильности персонала. В развитии социально-трудовой сферы находит свое отражение социально-экономическая политика управления предприятием.

Нетрудно заметить, что приведенное выше определение понятия «социально-трудовая сфера» стремится следовать логическому развитию «сферного подхода», характерного для научных дискуссий о структуре общества 70-80-х гг. ХХ в. По своему содержанию оно согласуется с определением социальной сферы общества, представленном Г.И. Осадчей в ее монографии [7].

Новый подход к толкованию понятия «социально-трудовая сфера» стал одной из теорети-

ко-методологических предпосылок исследований, выполненных в Самаре в рамках мониторинга. На основе интерпретации основного понятия стало возможным определить «проблемное поле» мониторинга. В исследовательском проекте оно представлено шестью блоками.

1. Состояние, развитие и использование трудового потенциала предприятий. Здесь анализируются динамика численности работающих и их возрастная структура, состояние здоровья (по субъективным оценкам) и уровень заболеваемости. Дается оценка изменения профессионально-квалификационного уровня персонала, организации его подготовки и повышения квалификации. Оценивается состояние потенциальной текучести и мотивационного потенциала. Завершает этот блок анализ проблем использования трудового потенциала на предприятиях (объем административных отпусков, использование рабочего времени, уровня квалификации).

2. Социально-трудовые отношения и уровень социальной напряженности. В этом блоке наряду с оценкой состояния социальной напряженности на предприятиях и возможности возникновения открытых трудовых конфликтов осуществляется анализ процесса институциали-зации договорных трудовых отношений. Рассматриваются состояние переговорного процесса между сторонами договорных трудовых отношений, позиции сторон, уровень солидарности работников наемного труда, роль профсоюзных организаций, отношение работников к деятельности работодателя.

3. Оплата труда и уровень жизни работников. Главное внимание в этом блоке уделяется анализу дифференциации работающих по уровню оплаты труда, соотношению этой оплаты с величиной прожиточного минимума. Выясняются объемы вторичной занятости и доля семей работников, живущих за гранью бедности. На основе субъективных оценок определяется реальный объем задержки с выплатой заработной платы. Определяется отношение работников к уровню оплаты своего труда, а также к его динамике.

4. Соблюдение условий и охраны труда. Наряду с общей оценкой условий труда здесь выясняется отношение работающих к состоянию отдельных элементов условий, уточняются основные замечания к этим условиям. Комплексно оцениваются меры руководителей предприятий по улучшению условий и охраны труда. Выясняется содержание политики руководителей в этой области производства, а также состояние социальной инфраструктуры.

5. Социальное самочувствие работников предприятий. Социальное самочувствие анали-

зируется на основе таких показателей, как удовлетворенность работой, жизнью, уверенность в завтрашнем дне, уровень потенциальной текучести, материальное положение работников [8]. Для оценки социального самочувствия применяется также используемый ВЦИОМом индекс терпения. Обобщаются и анализируются наиболее острые жизненные проблемы, отрицательно влияющие на самочувствие работников предприятий.

6. Участие работников в собственности. Здесь выясняется доля работников, имеющих акции предприятия, и их отношение к своему участию во владении предприятием. Дается оценка соблюдения прав мелких акционеров, выявляется степень влияния владения акциями на производственное поведение и отношение к предприятию.

При организации работы в 1997 г. объектами мониторинга социально-трудовой сферы сельского хозяйства Самарской области стали предприятия трех сельских районов области (18 сельскохозяйственных предприятий). В дальнейшем количество базовых районов расширилось, а помимо коллективных хозяйств стали изучаться проблемы социально-трудовой сферы фермеров («Труд и жизнь фермера»). Последние пять лет значительное внимание стало уделяться экономическим проблемам: трансформации коллективных предприятий, росту экономического влияния личных подсобных хозяйств, перспективам развития фермерских хозяйств.

Начиная с 2000 г. ежегодно объектами мониторинговых исследований становятся коллективные и фермерские хозяйства пяти-шести районов Самарской области, представляющих все природно-географические зоны, которые различаются по результатам экономической деятельности (относительно благополучные и слабые внутри каждого района), а также характеризуются разной степенью удаленности от областного центра.

Статистическая информация по программе мониторинга собирается как по базовым предприятиям, так и по Самарской области в целом. Используются также данные, полученные по программе обследования семейных бюджетов жителей области.

Инструментом получения субъективной информации являются повторные социологические исследования. Выборка двухступенчатая, квотно-целевая. Объем выборки по коллективным хозяйствам колеблется в зависимости от целей и задач исследования от 450 до 750 человек, а объем выборки по программе «Труд и жизнь фермера» - 250 человек. Опросы проводятся в виде формализованных интервью. На-

ряду с этим проводятся свободные (неформализованные) интервью с руководителями предприятий, специалистами, руководителями муниципальных органов власти. Кроме того, в зависимости от задач исследования проводятся анализ коллективных договоров предприятий, формализованные интервью с фермерами и неформализованные интервью с руководителями фермерских объединений.

Важной методологической особенностью самарского мониторинга является возможность получать с его помощью комплексное представление о динамике социально-экономических процессов в трудовой сфере. Это достигается благодаря тому, что результаты статистических и социологических исследований по итогам каждого этапа представляются, прежде всего, в виде двух самостоятельных отчетов. Затем информация, полученная совместными усилиями социологов статистиков, экономистов, сопоставляется, объединяется и ложится в основу третьего (конечного) итогового документа - доклада о результатах очередного этапа мониторинга. Этот доклад имеет минимум текста (в пределах авторского печатного листа) и некоторое количество приложений в виде таблиц, дающих представление о динамике анализируемых показателей социально-трудовой сферы. Именно он предназначен для первых руководителей области, руководителей областных министерств и руководителей сельских районов области.

Рост «стажа» мониторинга увеличивает возможность использования его данных для прогнозирования изменений ситуации в социально-трудовой сфере сельского хозяйства.

Благодаря использованию мониторинга правительство Самарской области имеет более точное, конкретное представление о социальном самочувствии и уровне жизни работников коллективных и фермерских хозяйств, о действительном уровне скрытой безработицы, о реальных масштабах задержки заработной платы и степени дифференциации оплаты труда, получает конкретные рекомендации. В ходе социологического исследования на базе субъективных оценок респондентов проводится социально-экономический анализ положения дел в коллективных и фермерских хозяйствах, состояния личных подсобных хозяйств сельчан, состояния трудового потенциала работников сельскохозяйственного производства, их материального положения, и оценок перспектив своей дальнейшей деятельности.

Располагая результатами исследований, выполненных в рамках мониторинга, правительство области получает возможность более адекватно корректировать свою социальную

политику, а также влиять на деятельность коммерческих структур, связанную с использованием трудовых ресурсов территории. Разумеется, прямых каналов такого влияния в современных условиях нет. Но используются иные пути воздействия: от рекомендаций, принимаемых на заседаниях Самарской областной трехсторонней комиссии по социальному партнерству, до так называемого административного ресурса. Заметим, что Самарской областной трехсторонней комиссии по регулированию социальнотрудовых отношений также в 2007 г. исполняется десять лет. И не последнюю роль в ее успешной деятельности (а опыт ее работы рекомендован другим субъектам Российской Федерации) играет проводимый мониторинг социально-трудовой сферы [9].

Однако кроме практического значения результаты отслеживания изменений в социальнотрудовой сфере сельского хозяйства имеют и определенный научный интерес. Они дают возможность увидеть новые социальные проблемы.

Практика многолетних исследований, проводимых в режиме мониторинга, указывает на те возможности, которые открываются для более глубокого анализа социальных отношений в сфере труда и производства на селе.

В ходе мониторинга решены следующие социально-экономические задачи:

— получена оценка экономического положения коллективных, личных, фермерских хозяйств области и их перспектив;

— дана оценка ресурсного потенциала ЛПХ и фермерских хозяйств (наличие земельных наделов, скота, техники и т.п.);

— определены каналы реализации произведенной продукции и их эффективность;

— оценены степень самообеспеченности продуктами питания и уровень товарности ЛПХ;

— охарактеризовано взаимодействие ЛПХ, коллективных и фермерских хозяйств;

— дана оценка доходности крестьянских (фермерских) хозяйств;

— оценены расходы сельских жителей, выделены основные виды расходов;

— изучены проблемы развития ЛПХ (отсутствие доступного кредита, техники);

— предложены эффективные меры государственной поддержки, необходимые для развития коллективных, фермерских и личных хозяйств;

— оценена степень мобильности сельского населения в разных районах области;

— дана оценка формам и системам оплаты труда, применяемым в хозяйствах;

— проанализирована динамика изменения условий труда;

— дана оценка структуры источников дохода селян, выделены основные виды доходов, охарактеризована их динамика;

— рассмотрены проблемы занятости, трудоустройства на селе, возможности альтернативного трудоустройства;

— оценены состояние и перспективы развития рабочей силы, уровень ее квалификации, возрастные характеристики и т.д.;

— определен уровень социального самочувствия (удовлетворенность работой, жизнью), работников коллективных хозяйств, фермеров.

Помимо перечисленных выше решенных с помощью мониторинга задач полученные данные дают все основания для следующих основных выводов.

1. Подтверждается тезис о существовании хронической безработицы в аграрной сфере, отсутствии у сельчан уверенности в сохранении своего рабочего места и завтрашнем дне. При этом крайне неблагоприятна динамика возрастной структуры работников - процесс старения кадров продолжается. Причиной увольнений молодых людей являются, как правило, низкий уровень оплаты труда, условия жизни в селе (состояние социальной инфраструктуры), трудности с получением жилья, плохие условия труда в коллективных хозяйствах и состояние техники. Самая необходимая для вывода села из кризиса социальная группа - молодежь -оказывается и самой мобильной: не случайно в ходе интервью люди говорили о том, что только привычка трудиться на земле, возрастной ценз и нежелание ломать привычный уклад жизни держат их в коллективном хозяйстве. Без закрепления молодежи село лишено дальнейшей перспективы и обречено на вымирание (средний возраст работающих уже превысил 45 лет) . Поэтому не случайно обеспечение доступным жильем молодых специалистов стало важной составной частью национального проекта «Развитие АПК».

2. Если раньше ЛПХ рассматривались как вспомогательный источник сельскохозяйственной продукции, наполняющий потребительскую продовольственную корзину сельских жителей, то в 2005 г. 80% опрошенных отметили, что личное подсобное хозяйство - основной источник прямых денежных поступлений, если

* Это положение подтверждается и данными ИАП РАН, согласно которым 74,6% селян полагают, что село медленно вымирает. См.: Великий, П.П. Труд сельского наемного работника / П.П. Великий. Социология труда: теорет.-прикл. толковый сл. - СПб.: Наука, 2006. - С. 347.

не считать пенсий и других социальных пособий. При этом можно смело прогнозировать, что самостоятельное хозяйствование, работа «на себя» останутся важнейшим компонентом традиционного уклада сельского образа жизни.

Основные проблемы развития ЛПХ, как показывает мониторинг, - это недостаток техники, дорогое горючее и слабое кредитование ЛПХ (при том, что в области за последние годы на порядок увеличился объем кредитования ЛПХ).

При этом уровень товарности личных подсобных хозяйств респондентов, участвующих в мониторинге, достаточно устойчив: постоянно или периодически продают сельхозпродукцию более 65% имеющих личное подсобное хозяйство (табл. 1).

1. Уровень товарности ЛПХ

Вместе с тем низкая товарность ЛПХ - это один из политически и экономически вредных мифов, оправдывающих отсутствие государственной поддержки ЛПХ, искажающей систему социальной поддержки на селе, перспективы развития сельскохозяйственного производства в целом. Эксперты во всех опрошенных районах отмечали значительную товарность личного подсобного хозяйства. Было отмечено, что практически 70% производимой продукции окупаются, в растениеводстве и овощеводстве практически окупаются 90% затрат. Вместе с тем нет тенденции увеличения доходов.

3. Если в начале 1990-х гг. в Самарской области наблюдалась некоторая стабилизация численности поголовья крупного рогатого скота и свиней в ЛПХ на уровне 235 тыс. голов, то в 2005 г. она составила около 157 тыс. голов. Это связано, в первую очередь, с убыточностью производства мяса свиней и говядины. Доходы падают почти у каждого третьего хозяйства (соответственно падает поголовье). Только каждый двенадцатый отметил, что у него увеличилось поголовье, это также соответствует количеству прибыльных ЛПХ. Т.е. налицо прямая зависимость изменения количества поголовья от прибыльности или убыточности ЛПХ. Не решив проблемы безубыточности производства в жи-

вотноводстве ЛПХ, мы можем столкнуться (и уже сталкиваемся) с проблемой сокращения производства в ЛПХ. Вместе с тем меры по повышению доходности за счет, в том числе, и региональной поддержки животноводства в ЛПХ, могут привести к прекращению спада и росту производства продукции животноводства в ЛПХ.

4. В российском сельском хозяйстве действуют 261,4 тыс. крестьянских (фермерских) хозяйств, причем каждое шестое фермерское хозяйство находится в Приволжском федеральном округе, их число практически не растет. Средний размер хозяйства - 73 га, он увеличился за десять лет наполовину. Наиболее жизнеспособная, эффективная часть - это всего 7% фермеров, на их долю приходится две трети предоставленной земли, их участки составляют свыше 200 га. Доля крестьянских (фермерских) хозяйств в производстве продукции - 3% (в Самарской области 7%)*, показатели продуктивности невысокие, значительная часть используемой техники сильно изношена, а 50% таких хозяйств убыточны. В лидеров аграрной экономики они не превратятся, так как условия для малого бизнеса остаются чрезвычайно сложными. Видимо, в ближайшие годы фермерский сектор будет медленно увеличиваться, но это не будет иметь существенного значения.

5. Одной из главных причин объективного порядка, оказывающих негативное влияние и на развитие ЛПХ, и на состояние фермерского сектора сельскохозяйственного производства, является отсутствие той необходимой инфраструктуры, которая была предусмотрена и обещана государственными постановлениями по развитию крестьянских хозяйств (кредитная система, система сбыта, лизинг, страховая система, продуманная система налогов). По данным мониторинга, только 8% опрошенных фермеров сообщили, что, по их мнению, в Самарской области созданы условия для работы. Каждый четвертый фермер не имеет никакого сельскохозяйственного образования, а почти 75% опрошенных фермеров хотели бы повысить свою квалификацию на краткосрочных курсах. Однако такой возможности в настоящее время нет. В условиях диспаритета цен, «дикого рынка» и отсутствия возможности легального приобретения необходимого оборудования, материалов и услуг (потребность в лизинге удовлетворена менее чем на 5%) по приемлемым ценам подавляющая часть крестьянских

* Невысокий удельный вес продукции фермерских хозяйств в общем объеме сельхозпроизводства отмечают и другие исследователи. См., например: Великий, П.П. Указ. соч. - С. 338.

Год исследования Продавали свою продукцию в целом по совокупности

1999 73,7

2000 71,7

2002 70,8

2003 65,7

2004 79,8

2005 65,5

хозяйств ушла в область «теневой экономики», стала «непрозрачной» для статистической отчетности, начала подменять деятельность по сельхозпроизводству иными видами бизнеса.

6. Большая часть крестьянских хозяйств в настоящее время ориентируется не на модель «семейной фермы», а стремится стать малым предприятием, использующим постоянную и сезонную наемную рабочую силу. Крестьянские хозяйства становятся поставщиками рабочих мест на территории, где они действуют. Проблема в том, что лишь половина людей, работающих по найму в этих крестьянских хозяйствах, оформляются на работу документально. Остальные в нарушение закона трудятся на основе устной договоренности. Это создает неразрешимые ситуации с пенсионным и медицинскими страховыми фондами у этих работников в ближайшем и отдаленном будущем, представляет собой своеобразную «мину замедленного действия» в сфере социальной защиты населения. Более того, ситуация с превалированием устных трудовых договоренностей только обостряется. По данным мониторинговых исследований, доля заключенных трудовых договоров найма из года в год неуклонно снижается. Безусловно, это свидетельствует о существующем несовершенстве и неразвитости социального института трудового найма на селе.

7. Основная производственная ориентация крестьянских хозяйств - это производство зерновых культур, подсолнечника; за последние пять лет производство этих культур в фермерских хозяйствах увеличилось более чем в 2 раза. Животноводство распространено слабо из-за большой трудоемкости, старые технологии не позволяют сделать его даже в фермерском хозяйстве рентабельной отраслью, однако и там отмечается его рост.

8. На фоне многих проблем, с которыми сталкиваются сегодня крестьянские хозяйства, почти треть опрошенных фермеров считает, что уровень жизни их семей выше, чем у работников коллективных хозяйств, однако и они отмечают ухудшение ситуации. Более 70% из них считают, что их интересы в Самарской области никто не представляет и не защищает. Они не чувствуют себя нужными кому-либо. Более 20% не удовлетворены тем, как складывается их жизнь, и не видят перспектив. Судя по всем данным, каждый пятый фермер в ближайшем будущем прекратит борьбу за «выживание» в

своем хозяйстве и займется другой деятельностью. Таким образом, можно сделать вывод, что тенденция сокращения крестьянских хозяйств пока что не имеет признаков изменения.

Итак, мы перечислили лишь ряд проблем, поднятых в рамках наших мониторинговых исследований, и привели некоторые основные выводы, полученные на основе анализа данных. Наш авторский коллектив, понимая всю важность проводимых исследований, в настоящее время готовит к изданию рукопись монографии «Социально-трудовая сфера сельского хозяйства Самарской области: состояние, тенденции, перспективы». В этой монографии должен найти отражение наш десятилетний опыт социоло-го-экономических исследований на селе в русле аграрной социологии, базирующийся на методологии мониторинговых исследований.

Источники

1. Серова, Е. Общественное мнение о российской аграрной реформе / Е. Серова // Вопросы экономики. - 2000. - № 7. - С. 24.

2. Великий, П.П., Елютина, М.Э., Штейнберг, И.Е., Бахтурина Л.В. Старики российской деревни/ П.П. Великий, М.Э. Елютина, И.Е. Штейнберг, Л.В. Бахтурина. - Саратов: Степные просторы, 2000.

3. Антосенков Е.Г. Мониторинг социальнотрудовой сферы РФ (1992-1994) / Е.Г. Антосенков // Социс. 1995. - № 9.- С. 50-65.

4. Тукумцев Б.Г. Самарский мониторинг социальнотрудовой сферы // Социс. - 2001. - № 7. - С. 42.

5. Управление персоналом: энциклопедический словарь / под ред. А.Я. Кибанова. - М.: ИНФРА-М, 1998. - С. 347.

6. Тукумцев, Б.Г. Социально-трудовая сфера / Б.Г. Тукумцев// Социология труда: теорет.-прикл. толковый слов. - СПб: Наука, 2006. - С. 308.

7. Осадчая. Г.И. Социальная сфера общества: теория и методология социологического анализа/ Г.И. Осадчая. - М.: МГУ, 1996. - С. 39-41.

8. Боковенко, А.Ф., Бочаров, В.Ю. Материальное положение как один из показателей социального самочувствия работников (по материалам мониторинга социально-трудовой сферы сельского хозяйства Самарской области) / А.Ф. Боковенко, В.Ю. Бочаров // Материалы конференции «Пути трансформации аграрного производства в России». - Самара: САГА, 2007.

9. Хасаев, Г.Р. Система социального партнерства набирает обороты / Г.Р. Хасаев // Сайт Правительства Самарской области / ЬИр://№ж^ аёш. samara.rU/news/3/3/18309/28.05.2007.