Промышленность на основе кустарного производства Черноземного юга России второй половины xix - начала XX веков: особенности развития

Душкова Н. А. Промышленность на основе кустарного производства Черноземного Юга России второй половины XIX — начала XX веков: особенности развития / Н. А. Душкова, В. А. Григорова // Научный диалог. — 2016. — № 10 (58). — С. 197—207.

Dushkova, N. A., Grigorova, V. A. (2016). Industry Based on Handicraft Production of Chernozem of Southern Russia in the Second Half of XIX — early XX Centuries: Features of Development. Nauchnyy dialog, 10(58): 197-207. (In Russ.).

ERIHJMP

Журнал включен в Перечень ВАК

и I к I С н' s

PERKXMCALS DIRECIORV.-

УДК 94

Промышленность на основе кустарного производства Черноземного Юга России второй половины XIX — начала XX веков: особенности развития

© Душкова Наталия Александровна (2016), доктор исторических наук, профессор кафедры истории и политологии, Воронежский государственный технический университет (Воронеж, Россия), dushkova_vstu@mail.ru.

© Григорова Виктория Александровна (2016), кандидат исторических наук, доцент кафедры истории и политологии, Воронежский государственный технический университет (Воронеж, Россия), vagrigorova@ramler.ru.

На примере отдельного региона исследуется процесс развития промышле-ности на основе кустарного производства. Актуальность обусловлена отсутствием комплексных работ, касающихся выявления региональных особенностей процесса развития кустарной промышленности на территории Черноземного юга России, несмотря на признание важности развития предпринимательства для эффективного экономического роста государства. Авторы выявили пять специфических черт обозначенного процесса. К их числу они отнесли рост промыслового населения, изменение соотношения мелких кустарных предприятий и крупных фабрик, однотипность возникающих крестьянских заведений, географическую неравномерность их размещения и изменение социального состава непосредственных товаропроизводителей. Поднимается вопрос о классификации отличий мелких кустарных предприятий от крупных фабрик и заводов. Анализируются такие критерии отличий, как численность работников, наименование установленного механического оборудования, величина прибыли и капитала. Поясняется, что каждый показатель в отдельности не может являться свидетельством капиталистического характера производства на мелких кустарных предприятиях, отличающихся от обычного товарного производства. Утверждается необходимость совокупного учета всех выявленных критериев. Научная новизна исследования видится в доказательстве значительной роли мелких кустарных

предприятий в становлении и развитии промышленности в пореформенный период и на этапе монополистического капитализма.

Ключевые слова: кустарная промышленность; мелкие кустарные предприятия; фабрики; заводы; кустари; Черноземный юг России.

Сегодня, в условиях признания важности развития предпринимательства для эффективного экономического роста государства, изучение процесса становления и развития кустарной промышленности, на основе которой оно возникало, представляет практический и научный интерес.

В пореформенный период мелкие кустарные предприятия составляли базу всей промышленности Черноземного юга России. Здесь осуществлялась подготовка квалифицированного состава работников фабрично-заводской промышленности и превращение кустарных промышленных заведений в крупные предприятия региона. Однако несмотря на это данный процесс в исторической литературе рассматривался лишь поверхностно. До сих пор отсутствует комплексное исследование по данной проблематике. Поэтому выявление региональных особенностей процесса развития кустарной промышленности на современном этапе представляется важным и актуальным.

При исследовании данных особенностей в первую очередь важно выявить критерии классификации промышленных заведений, позволяющих отличать мелкие предприятия непосредственных товаропроизводителей от фабрично-заводской промышлености. Во второй половине XIX века их разделяли по численности работников и по установленному механическому оборудованию. В то время все заведения, на которых работали менее 16 человек, относились к кустарным. В них отсутствовали машины, приводимые в движение паром или водой. Подобный порядок учета промышленных предприятий имел недостатки, основным среди которых являлось отсутствие стоимостного показателя выпускаемой продукции. Несмотря на это долгое время исследователи промышленного потенциала страны дореволюционного и советского периодов опирались именно на учет численности работников и наличие механического оборудования [Рыбаков, 1976, 25].

Позже число критериев классификации промышленных предприятий увеличивалось и конкретизировалось. Были выявлены показатели, по которым предприятия мелких товаропроизводителей отличались от простого товарного производства [Сметанин, 2002, с. 110—111]. Помимо численности наемных работников, к ним относились величина прибыли и величина капитала. Они позволяли определить капиталистическую направленность существовавших в то время промышленных заведений.

Самым экономически ненадежным критерием являлся учет количества наемной рабочей силы. В качестве основной причины можно указать зависимость данного показателя от отрасли производства. Тяжесть производственного процесса и его сезонная направленность обусловливали различное количество рабочих. Например, на табачных предприятиях, где работа сводилась только к резке и фасовке табака, требовалось минимальное количество рабочих рук. Максимально высоким по численности рабочих было стекольное производство. Здесь в среднем работали от 10 до 15 человек.

Наиболее стабильными показателями отличия кустарных предприятий от мелкого товарного производства были величина прибыли и величина капитала. Здесь существовала четкая градация. Кустарное предприятие считалось капиталистическим, если владелец занимался исключительно предпринимательскими функциями, связанными с заготовкой сырья, сбытом изготовленной продукции и наймом рабочей силы. При этом его прибыль должна была покрывать все расходы семьи. Учитывая, что средний прожиточный минимум во второй половине XIX века на территории Черноземного юга России составлял 294 рубля, размер минимальной прибыли кустарного предприятия равнялся приблизительно 300 рублям в год [ГАБО, ф. 20, оп. 1, д. 491, л. 1—14].

Следующий критерий — величина капитала — был связан с размером производственных затрат, которые составляли не менее 90 % от прибыли. Поэтому годовая прибыль в 300 рублей могла быть обеспечена капиталом не менее 3000 рублей в год.

Учитывая обозначенные нюансы расчетов каждого показателя в отдельности, мы считаем необходимым пояснить, что только в совокупности они могли свидетельствовать о капиталистическом характере производства на мелких кустарных предприятиях, отличающихся от фабрично-заводской промышлености и обычного товарного производства.

Процесс становления кустарной капиталистической промышленности на территории Черноземного юга России происходил в пореформенный период. В это время отмечалось перерастание кустарных промыслов в мелкие и средние предприятия. Некоторые из них при наличии определенных условий становились крупными фабриками и заводами, которые в совокупности с другими формировали промышленный потенциал региона [Душкова и др., 2008, с. 24—28; Григорова, 2013, с. 59—61] Ярким примером можно считать механический завод «Столль и К°» — одно из самых известных предприятий в сфере металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности, основанное в 1869 году как кустарная мастерская по производству сельскохозяйственных орудий и машин. Уже

в начале XX века производительность завода многократно увеличилась, появилось несколько филиалов в других городах России.

Важно обозначить, что перерастание мелких кустарных заведений в крупные фабрики и заводы во многом обеспечивалось за счет протекционистской направленности государственной политики. Поощрение и оказание поддержки развитию кустарных промыслов выражалось в совершенствовании системы налогообложения мелких товаропроизводителей, в регулировании внутренней торговли в интересах кустарей, а также в формировании системы обучения непосредственных товаропроизводителей.

Процесс становления и развития кустарной промышленности за период с середины XIX до начала XX веков имел свои специфические особенности. Одна из них была связана с небывалым ростом промыслового населения региона в пореформенный период. Например, с 1880-х годов до 1890-х годов в Воронежской губернии оно увеличилось на 242 839 человек, в Тамбовской губернии — на 257 436 человек, в Курской губернии — на 106 016 человек, а в Орловской губернии — на 295 677 человек. В целом по Черноземному югу России за одно десятилетие увеличение промыслового населения составило 961 908 человек, что являлось следствием буржуазных реформ 1860-х годов. Социально-экономическая ситуация в пореформенный период в России усиливала интенсивность промысловой деятельности крестьян. В условиях нерешенности аграрного вопроса и наличия свободы предпринимательской деятельности крестьяне искали дополнительные заработки для обеспечения жизни своей семьи и уплаты государственных налогов [Сводный сборник..., 1897, с. 172—174, 176—178, 184—219, 229—235, 237—243; Сборник., 1890, с. 198—210; Курская губерния., 1887, с. 177; Свод., 1913, с. XLШ, XLIV, XXXV, XXXVI, XXXVII; ПВП, 1904, IX, с. 220—230; ПВП, 1904, XLП, с. 222— 230; Материалы., 1901, с. 216—219; Города., 1904, с. 338; 342—344]

Второй региональной особенностью процесса становления и развития кустарной промышлености можно считать быстрый рост мелких кустарных предприятий по сравнению с крупными предприятиями. Имея небольшой торговый оборот и налаженный сбыт изготавливаемой продукции, владельцы мелких предприятий могли варьировать. В случае стагнации в развитии кустарных промыслов они легко переориентировали свое производство. Поэтому именно мобильность кустарного производства наряду с другими социальными и культурными факторами обеспечивали быстрый рост мелких заведений кустарей.

Статистические показатели данного соотношения можно проиллюстрировать на примере таблицы (табл. 1), составленной на основе ав-

торских расчетов по сведениям Центрального статистического комитета МВД, Департамента торговли и мануфактур, а также других ведомств [[Города..., 1904, с. 338, 342—344].

Таблица 1

Изменение соотношения мелких и крупных предприятий Черноземного юга России со второй пол. XIX в. до н. XX в.

Наименование районов 2 пол. XIX в. начало XX в.

Число предприятий фабр.-завод. промыш-лен. /численность рабочих Число кустарных заведений/ численность рабочих Число предприятий фабр.-завод. промыш-лен. /численность рабочих Число кустарных заведений/ численность рабочих

Тамбовская губерния 409 ед./ 10 242 чел. 1 305 ед./ 4 020 чел. 162 ед./ 4 713 чел. 456 ед./ 7 155 чел.

Воронежская губерния 807 ед./ 8 139 чел. 1 242 ед./ 4 242 чел. 420 ед./ 4 303 чел. 2 741 ед./ 22 178 чел.

Орловская губерния 531 ед./ 16 777 чел. 3 377 ед./ 6 735 чел. 567 ед./ 14 907 чел. 1970 ед./ 21 416 чел.

Курская губерния 634 ед./ 12 459 чел. 1 841 ед./ 6 475 чел. 208 ед./ 2 437 чел. 1 484 ед./ 10 507 чел.

Итого: 2 318 ед./ 47 617 чел. 7765 ед./ 21 472 чел. 1357 ед./ 28 797 чел. 6651 ед./ 61 256 чел.

Таким образом, анализ сведений таблицы 1 позволяет высчитать, что в пореформенный период отмечался приоритет мелких кустарных предприятий над крупными фабриками и заводами в три раза. Если суммарная численность количества крупных предприятий в регионе равнялась 2381 единицы, то мелких кустарных заведений насчитывалось 7765 единиц.

Важно заметить, что данная тенденция не являлась постоянной. Уже в начале XX века в регионе наблюдалось сокращение промышленных предприятий непосредственных товаропроизводителей на 1114 единиц. Это было связано с переходом крупного сектора промышленности на стадию технической модернизации, при которой в мелком производстве продолжала сохраняться преимущественно низкая машинная оснащенность кустарных предприятий. Заводы и фабрики укрупнялись, поглощая кустарные предприятия, которые не выдерживали конкуренции с ними.

Сокращение числа кустарных предприятий сопровождалось ростом численности работников, занятых в обслуживании их производственного

процесса. Здесь в начале XX века наблюдался устойчивый рост по сравнению с занятостью рабочих на крупных фабриках и заводах в два раза.

В качестве третьей особенности процесса становления и развития кустарной промышлености можно назвать однотипность возникающих мелких кустарных предприятий. Сельскохозяйственная направленность Черноземного юга России определяла размещение промышленных заведений в отраслях обработки и переработки продукции сельского хозяйства. Они были представлены преимущественно крупорушками, ветряными и водяными мельницами, кузницами, слесарными, сапожными, столярными и портновскими мастерскими.

В соответствии с архивными документами это были небольшие крестьянские предприятия, сосредоточенные в специальном производственном помещении. Их среднегодовой доход составлял менее одной тысячи рублей в год. Однако известны случаи и более крупных размеров дохода непосредственных товаропроизводителей. Например, в «журнале о проверке торговых и промышленных предприятий, и личных промысловых занятий в сл. Томаровке и Томаровской волости за 1899 г.» упоминается торгово-промышленное заведение по обработке кожи и торговая лавка с кожевенным товаром крестьян Павла Карпова сына Василенко и его сына. Здесь ежегодный оборот равнялся 20 000 рублям [ГАБО, ф. 30, оп. 1, д. 1, л. 1]

Четвертой особенностью процесса становления и развития кустарной промышлености в регионе являлась неравномерность распределения мелких крестьянских промышленных предприятий. Это было обусловлено различными природно-климатическими и географическими условиями отдельных губерний Черноземного юга России. В качестве примера можно привести Тамбовскую губернию, где обозначенный процесс проявлялся наиболее активно в сфере мукомольного производства. Здесь наивысшая концентрация ветряных мельниц прослеживалась в Усманском, Спасском и Шацком уездах. Из 43,8 % единиц в обозначенных уездах размещалась половина от общего количества по всей губернии. Однако если в Усмансом уезде было 23 %, то в Спасском — всего лишь 1,4 %.

Географическая неравномерность распределения мелких заведений дополнялась взаимозаменяемостью различных видов предприятий. Так, наиболее отчетливо это прослеживалось в сфере обработки зерна, в которой отсутствие ветряных мельниц легко заменялось наличием водяных и наоборот. В качестве подтверждения можно указать процесс организации мельничного дела у воронежских крестьян. В Воронежской губернии, в Богучарском уезде было 23 водяных, 3594 ветряных и 30 прочих мель-

ниц, а также 91 рушка. Крестьяне Коротоякского уезда имели во владении 59 водяных мельниц и 120 рушек, но в тоже время только 1005 ветрянок. В пределах Новопокровской волости Бобровского уезда Воронежской губернии насчитывалось 8 мельниц и 6 крупорушек [ГАВО, ф. И—21, оп. 1, д. 1146, л. 10].

Иногда в одном крестьянском хозяйстве сочеталось несколько производств одновременно. Как правило, ветряные мельницы работали одновременно с просорушками. Например, в Липецком уезде Тамбовской губернии в 1884 году у крестьянина Е. В. Чеботарева из села Двуречки в собственности отмечалось две ветрянки и одна просорушка стоимостью 1000 рублей [ГАТО, ф. 143, оп. 3, д. 33, л. 17—17 об.]

Заключительная особенность процесса становления и развития кустарной промышлености в регионе была связана с изменением социального состава непосредственных товаропроизводителей, явившегося результатом буржуазных реформ 1860-х годов.

Во второй половине XIX века на территории Черноземного юга России происходила эволюция имущественного положения крестьян-кустарей, которая выражалась в усилении социальной дифференциации мелких товаропроизводителей Черноземного юга России. Среди них выделились обедневшие и зажиточные категории крестьян, которые концентрировались в сфере промышленного производства, принимая участие в экономическом развитии региона в качестве наемных рабочих и предпринимателей. Часть из них переходила в мещанское или купеческое сословие, а некоторые, превращаясь в обедневших кустарей, постепенно разорялись. В этом случае они становились наемными рабочими либо в пределах своего места жительства, либо на стороне. Кустари представляли собой дешевую рабочую силу, работавшую за низкую заработную плату при значительной продолжительности рабочего дня.

Таким образом, процесс становления промышленности преимущественно на основе кустарного производства на территории Черноземного юга России происходил так же, как и по всей России. Но в данном регионе он имел свои особенности. Они заключались в динамике роста промыслового населения, в изменении соотношения мелких кустарных предприятий и крупных фабрик, в однотипности возникающих крестьянских заведений, в географической неравномерности их размещения и в изменении социального состава непосредственных товаропроизводителей.

Указанные особенности свидетельствовали об участии кустарей в процессе формирования капиталистической экономики в России, выгодно конкурируя с развивавшимся крупным производством и оказывая воздействие

на формирование промышленного потенциала региона, составляя основную часть всех имеющихся здесь промышленных предприятий [Душко-ва, 2013, с. 136] Во многом данные достижения оказались возможными благодаря протекционистской направленности государственной политики в сфере мелкотоварного производства, чего так не хватает современному малому бизнесу. Поэтому именно этот опыт может оказать практическую ценность. Он поможет в процессе преодоления негативных тенденций в развитии современного предпринимательства, связанных со сложными экономическими условиями для его роста, несовершенностью системы налогообложения предпринимателей, ослабленным вниманием к их профессиональной подготовки [Смышляев, 2011, с. 34—41].

Источники и принятые сокращения

1. ГАБО — Государственный архив Белгородской области. Ф. 20. Оп. 1. Д. 491. Л. 1—14. Ф. 30. Оп. 1. Д. 1. Л. 1.

2. ГАВО — Государственный архив Воронежской области. Ф. И—21. Оп. 1. Д. 1146. Л. 10.

3. ГАТО — Государственный архив Тамбовской области. Ф. 143. Оп. 3. Д. 33. Л. 17—17 об.

4. ПВП, 1904, IX — Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. IX. Воронежская губерния. Тетрадь 2. — Санкт-Петербург : Издательство Центрального статистического комитета МВД, 1904. — 264 с.

5. ПВП, 1904, XLП — Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. XLП. Тамбовская губерния / ред. Н. А. Тройницкий. — Санкт-Петербург : Слово, 1904. — 156 с.

Литература

1. Города России. Т 1. Города России в 1904 г / Центр. стат. ком. МВД. — Санкт-Петербург : Типо-лит. Ныркина, 1906. — 907 с.

2. Григорова В. А. Особенности развития кустарных промыслов Черноземного юга России во второй половине XIX в. / В. А. Григорова // Вестник Орловского государственного университета. Серия, Новые гуманитарные исследования, 2013. — № 5 (34) — С. 59—61.

3. Душкова Н. А. К дискуссии по вопросу об обществе будущего: постинду-стариальном или неоиндустариальном / Н. А. Душкова // Вестник Воронежского государственного технического университета, 2013. — Т. 9, № 4. — С. 136—139.

4. Душкова Н. А. Кустарная металлургия IX—XVII веков и ее значение для становления заводской базы Черноземного юга России / Н. А. Душкова, В. А. Григорова // Вестник Воронежского государственного технического университета. — 2008. — Т. 4. — № 8. — С. 24—28.

5. Курская губерния. Итоги статистических исследований. — Курск : Типография Губернского Земства, 1887. — 177 с.

6. Материалы высочайше учрежденной 16 ноября 1901 г. комиссии по исследованию вопроса о движении с 1861 по 1900 г благосостояния сельского населения среднеземледельческих губерний, сравнительно с другими местностями Европейской России. Ч. 1. — Санкт-Петербург,1903.

7. Рыбаков Ю. Я. Промышленная статистика России в XIX в. : источниковедческое исследование / Ю. Я. Рыбаков. — Москва : Наука, 1976. — 276 с.

8. Сборник статистических сведений по Тамбовской губернии. В 24 т. Т. XIV. — Тамбов : Тамбовское губернское земство, 1890. — 244 с.

9. Свод данных о числе кустарей и ремесленников в волостях и уездах Орловской губернии по отдельным производствам в 1913 году. — Орел : Типография С. А. Зайцевой, 1913.

10. Сводный сборник по 12 уездам Воронежской губернии. — Воронеж, 1897. — 454 с.

11. Сметанин С. И. История предпринимательства в России / С. И. Смета-нин. — Москва : Палеотип; Логос, 2002. — 196 с.

12. Смышляев В. А. Аксиоматика управления процессом модернизации современной России : политэкономические контуры / В. А. Смышляев // Социально-экономические процессы современности : теория, практика, управление : материалы Всероссийской научной конференции. — Воронеж, 2011. — С. 34—41.

13. Экономическое состояние городских поселений Европейской России в 1861—1862 гг. — Санкт-Петербург : Типография К. Вульфа, 1863. — Ч. 1. — 680 с.

Industry Based on Handicraft Production of Chernozem of Southern Russia in the Second Half of XIX — early XX Centuries: Features of Development

© Dushkova Nataliya Aleksandrovna (2016), Doctor of History, professor, Department of History and Politology, Voronezh State Technical University (Voronezh, Russia), dushkova_ vstu@mail.ru.

© Grigorova Victoriya Aleksandrovna (2016), PhD in History, associate professor, Department of History and Politology, Voronezh State Technical University (Voronezh, Russia), vagrigorova@ramler.ru.

By example of certain region the process of the development of industry based on artisanal production is considered. The urgency is determined by the lack of comprehensive works relating to the identification of regional features of process of development of the craft industry in the territory of the Chernozem of the South Russia, despite recognition of the importance of entrepreneurship development for effective economic growth of the state. The authors identified five specific features of the designated process. Among them there are the increase of trade population, the change in the ratio of small handicraft

enterprises and large factories, the uniformity of the emerging peasant institutions, geographical irregularity of their placement and the changing social composition of the immediate producers. The question is raised of the classification of differences between small handicraft businesses and large factories. Such criteria of differences are analysed as the number of employees, name of the installed mechanical equipment, the profit and capital. It is explained that each of the indicators separately may not be evidence of the capitalist nature of production on small-scale artisanal enterprises different from conventional commodity production. The need for comprehensive consideration of all identified criteria is proved. Scientific novelty of the research lies in evidence of the important role of small handicraft enterprises in the formation and development of industry in the post-reform period and in the stage of monopoly capitalism.

Key words: artisanal industry; small-scale artisanal enterprises; factories; plants; handicraftsmen; Chernozem of the South Russia.

Material resources

Gosudarstvennyy arkhiv Belgorodskoy oblasti. F. 20. Op. 1. D. 491. L. 1—14. F. 30. Op. 1. D. 1. L. 1. (In Russ.).

Gosudarstvennyy arkhiv Voronezhskoy oblasti. F. I—21. Op. 1. D. 1146. L. 10. (In Russ.).

Gosudarstvennyy arkhiv Tambovskoy oblasti. F. 143. Op. 3. D. 33. L. 17—17 ob. (In Russ.).

Pervaya vseobshchaya perepis' naseleniya Rossiyskoy imperii, 1897 g. IX. Voronezhs-kaya guberniya. Tetrad'2. 1904. Sankt-Peterburg: Izdatelstvo Tsentralnogo statisticheskogo komiteta MVD. (In Russ.).

Troynitskiy, N. A. 1904. Pervaya vseobshchaya perepis' naseleniya Rossiyskoy imperii, 1897g. XLII. Tambovskaya guberniya. Sankt-Peterburg: Slovo. (In Russ.).

References

Dushkova, N. A., Grigorova V. A. 2008. Kustarnaya metallurgiya IX—XVII vekov i eye znacheniye dlya stanovleniya zavodskoy bazy Chernozemnogo yuga Rossii. Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta, 4/8: 24—28. (In Russ.).

Dushkova, N. A. 2013. K diskussii po voprosu ob obshchestve budushchego: postindus-tarialnom ili neoindustarialnom. Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta, 9/4: 136—139. (In Russ.).

Ekonomicheskoye sostoyaniye gorodskikh poseleniy Yevropeyskoy Rossii v 1861— 1862 gg., 1. 1863. Sankt-Peterburg: Tipografiya K. Vulfa. (In Russ.).

Goroda Rossii. T1. Goroda Rossii v 1904 g. 1906. Sankt-Peterburg: Tipo-lit. Nyrkina. (In Russ.).

Grigorova, V. A. 2013. Osobennosti razvitiya kustarnykh promyslov Chernozemnogo yuga Rossii vo vtoroy polovine XIX v. Vestnik Orlovskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya, Novyye gumanitarnye issledovaniya, 5 (34): 59—61. (In Russ.).

Kurskaya guberniya. Itogi statisticheskikh issledovaniy. 1887. Kursk: Tipografiya Gu-bernskogo Zemstva. (In Russ.).

Materialy vysochayshe uchrezhdennoy 16 noyabrya 1901 g. komissii po issledovaniyu voprosa o dvizhenii s 1861 po 1900 g. blagosostoyaniya selskogo nasele-

niya srednezemledelcheskikh guberniy, sravnitelno s drugimi mestnostyami Yevropeyskoy Rossii, 1. 1903. Sankt-Peterburg. (In Russ.).

Rybakov, Yu. Ya. 1976. Promyshlennaya statistika Rossii v XIX v.: istochnikovedche-skoye issledovaniye. Moskva: Nauka. (In Russ.).

Sbornik statisticheskikh svedeniy po Tambovskoy gubernii, 24. T. XIV. 1890. Tambov: Tambovskoye gubernskoye zemstvo. (In Russ.).

Smetanin, S. I. 2002. Istoriya predprinimatelstva v Rossii. Moskva: Paleotip; Logos. (In Russ.).

Smyshlyaev, V. A. 2011. Aksiomatika upravleniya protsessom modernizatsii sovremen-noy Rossii: politekonomicheskiye kontury. In: Sotsialno-ekonomicheskiye protsessy sovremennosti: teoriya, praktika, upravlenie: materialy Vserossi-yskoy nauchnoy konferentsii. Voronezh. (In Russ.).

Svod dannykh o chisle kustarey i remeslennikov v volostyakh i uezdakh Orlovskoy gubernii po otdelnym proizvodstvam v 1913 godu. 1913. Orel: Tipografiya S. A. Zaytsevoy. (In Russ.).

Svodnyy sbornik po 12 uyezdam Voronezhskoy gubernii. 1897. Voronezh. (In Russ.).