Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (статья 299 уголовного кодекса Российской Федерации): правовая неопределенность состава и ее преодоление

Симоненко Андрей Александрович

прокуратура Советского района г. Воронежа

Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (статья 299 Уголовного кодекса Российской Федерации): правовая неопределенность состава и ее преодоление

На основании проведенного исследования в статье констатируется неопределенность положений ч. 1 ст. 299 УК РФ, которая дополняется их неоднозначным доктринальным толкованием и противоречивой судебной практикой по уголовным делам о привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности; обосновывается, что разрешить эту неопределенность можно только посредством законодательного совершенствования ст. 299 УК РФ; предлагаются конкретные рекомендации в этом направлении.

Ключевые слова: привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, привлечение в качестве обвиняемого, неопределенность уголовного закона.

A.A. Simonenko, Prosecutor's Office of the Soviet District of the City of Voronezh; e-mail: andrey181183@yandex.ru

Attraction of obviously innocent to criminal responsibility (article 299 of the Criminal Code of the Russian Federation): legal uncertainty of the composition and its overcoming

Based on the research in the article stated uncertainty of the provisions of art. 299 of the Criminal Code, which is complemented by their ambiguous doctrinal interpretation and inconsistent jurisprudence in criminal cases involving obviously innocent to criminal liability; substantiates that allow this uncertainty can only be through legislative improvement of art. 299 of the Criminal Code; specific recommendations in this regard.

Key words: attraction of obviously innocent to a criminal liability, attraction to prosecution, criminal law uncertainty.

Приступая к уголовно-правовому анализу состава привлечения заведомо невиновного к уголовной ответственности, отметим, что ст. 299 УК РФ - это одна из немногих статей Особенной части, которая имеет простую (назывную) диспозицию. Часть 1 ст. 299 УК РФ содержит лишь наименование преступления («привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности»), т.е. воспроизводит название статьи, не раскрывая при этом признаки состава соответствующего преступного деяния.

Принято считать, что простые диспозиции используются в тех случаях, когда признаки преступного деяния очевидны и не нуждаются в подробном описании в тексте статьи Особенной части УК РФ. Однако, по справедливому замечанию А.В. Наумова, «изучение ошибок в квалификации преступлений, предусмотренных "простыми" диспозициями, и наличие споров в теории и на практике по вопросу по-

нимания некоторых признаков состава, упоминаемых в них, позволяют усомниться в простоте простых диспозиций» [1, с. 83]. Сказанное полностью относится и к диспозиции ч. 1 ст. 299 УК РФ. Ее «простота» порождает неопределенность в плане толкования (доктринального и судебного) многих обязательных признаков состава привлечения заведомо невиновного к уголовной ответственности, что неизбежно отражается на правоприменительной практике.

Дополнительно умножают эту неопределенность грубые нарушения технико-юридического характера, допущенные при конструировании ст. 299 УК РФ. Несмотря на очевидную нормативную взаимосвязь признаков состава рассматриваемого преступления с уголовно-процессуальным законодательством, законодатель по непонятной причине не использовал бланкетный прием формулирования диспозиции, а предпочел включить в нее понятия, которые не имеют нормативного определения

46

(уголовная ответственность, привлечение к уголовной ответственности, невиновный).

Отмеченная неопределенность в первую очередь проявляется в признаках объективной стороны состава преступления, которая в соответствии с ч. 1 ст. 299 УК РФ выражается в привлечении к уголовной ответственности. Как известно, категория «уголовная ответственность», несмотря на ее базовый, фундаментальный для уголовно-правового регулирования характер, законодательно не определена. В доктрине уголовного права представлено множество несовпадающих подходов к пониманию сущности уголовной ответственности, что делает крайне затруднительным толкование производного понятия «привлечение к уголовной ответственности», используемого в ч. 1 ст. 299 УК РФ.

Практика попыталась найти выход из этой затруднительной ситуации, создав прецедент судебного толкования, т.е. судебное решение по конкретному делу, содержащее определенное понимание уголовно-правовой нормы, обязательное для последующего применения [2, с. 56-58]. В постановлении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу У. разъяснялось, что «под привлечением к уголовной ответственности... следует понимать процессуальный акт о привлечении лица, совершившего преступление, в качестве обвиняемого, а не момент вынесения обвинительного приговора» [3].

Предложенное судебное толкование имеет важнейшее значение, поскольку оно фактически восполняет отсутствующую в законе бланкетную «привязку» ст. 299 УК РФ к уголовно-процессуальному законодательству. Из процитированного решения высшей судебной инстанции с очевидностью следует то, что содержание признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, определяется положениями УПК РФ, регламентирующими порядок привлечения лица в качестве обвиняемого.

Однако при всей важности этого прецедента судебного толкования, который был взят за основу субъектами правоприменительной деятельности и воспринят уголовно-правовой наукой, он окончательно не решил вопрос о содержании объективной стороны привлечения заведомо невиновного к уголовной ответственности. Дело в том, что с позиции действующего уголовно-процессуального законодательства (ст. 171-172, 225, 226.7 УПК РФ) процедура привлечения лица в качестве обвиняемого состоит из двух последовательных этапов:

а) вынесение (составление) процессуального акта (постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, обвинительного акта, обвинительного постановления), в котором сформулировано обвинение; б) ознакомление обвиняемого с этим процессуальным актом. Отмеченная особенность процедуры привлечения лица в качестве обвиняемого создает предпосылки для существования различных подходов к толкованию объективной стороны исследуемого преступления.

Первый из них сводится к тому, что привлечение к уголовной ответственности - это вынесение (составление) процессуального акта, в котором сформулировано обвинение [4, с. 306; 5; 6], т.е. постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, обвинительного акта, обвинительного постановления. При таком подходе привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности предлагается считать юридически оконченным с момента вынесения (составления) соответствующего процессуального акта.

Сторонники второго подхода полагают, что привлечение к уголовной ответственности «имеет сложный характер и состоит в вынесении постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого или составлении обвинительного акта с последующим предъявлением соответствующих процессуальных документов заведомо невиновному лицу» [7, с. 44-46; 8]. Соответственно, вынесение (составление) соответствующего акта, например постановления о привлечении в качестве обвиняемого, предлагается квалифицировать как неоконченное преступление. «Если было вынесено только постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, то состав преступления не будет считаться оконченным, так как без предъявления этого обвинения привлечения еще не произошло» [9].

Противоречия в интерпретации объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, наблюдаются и в судебной практике, причем даже на уровне высшей судебной инстанции.

Так, например, в кассационном определении Верховного Суда РФ от 19 мая 2011 г. № 80-О11-7 отмечается, что объективная сторона ст. 299 УК РФ выражается в действиях, направленных на привлечение заведомо невиновного в качестве обвиняемого. Подобные действия заключаются в вынесении постановления о привлечении в качестве обвиняемого.

Нетрудно заметить, что в основу этого решения положен первый подход к толкованию

47

объективной стороны рассматриваемого преступления. Однако в решении по другому уголовному делу Верховный Суд РФ занял иную позицию.

В определении Верховного Суда РФ от 13 сентября 2007 г. по делу № 47-007-46 указывается, что действующее законодательство (п. 2 ч. 1 ст. 47, ст. 225 УПК РФ) к процессуальным основаниям признания лица обвиняемым относит не только постановление о привлечении в качестве обвиняемого, но и обвинительный акт, который составляется по окончании дознания по делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, в том числе по ч. 1 ст. 158 УК РФ, как это имело место в отношении К. и М.

Обвинительный акт является формой объединения в одном документе постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения. Однако официальным процессуальным документом он становится после его предъявления обвиняемому, поскольку в силу ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе знать, в чем он обвиняется, получить копию обвинительного акта, возражать против обвинения, а в соответствии с п. 22 ст. 5 УПК РФ обвинение -это утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном УПК РФ.

Само по себе составление обвинительного акта не может рассматриваться как оконченное преступление, предусмотренное ст. 299 УК РФ, поскольку на данной стадии возможен предусмотренный ст. 31 УК РФ добровольный отказ, исключающий уголовную ответственность.

В этой связи не могут быть признаны состоятельными доводы кассационного представления о том, что Т. была полностью выполнена объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 299 УК РФ, которое, по мнению государственного обвинителя, окончено с момента изготовления и утверждения обвинительного акта.

Таким образом, единообразная правоприменительная практика по делам о привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности до настоящего времени не сложилась. Причины противоречивой судебной практики достаточно очевидны. Они кроются в неопределенности положений ч. 1 ст. 299 УК РФ, которая дополняется их неоднозначным док-тринальным толкованием. Разрешить эту неопределенность можно только посредством законодательного совершенствования ст. 299 УК РФ. Однако прежде чем предлагать конкрет-

ные рекомендации в этом направлении, необходимо вначале определиться с тем, какой из существующих вариантов толкования ч. 1 ст. 299 УК РФ является более предпочтительным.

Анализ взаимосвязанных положений уголовного и уголовно-процессуального законодательства приводит к выводу, что предъявление обвинения (ознакомление лица с процессуальным актом, в котором сформулировано обвинение) находится за рамками объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ. Иными словами, привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности юридически окончено уже с момента принятия процессуального решения о придании лицу статуса обвиняемого. В обоснование этой позиции можно привести следующие уголовно-процессуальные и уголовно-правовые аргументы.

1. В соответствии с ч. 1 ст. 47 УПК РФ обвиняемым признается лицо, в отношении которого: 1) вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого; 2) вынесен обвинительный акт; 3) составлено обвинительное постановление. Таким образом, лицо получает статус обвиняемого с момента принятия перечисленных в ч. 1 ст. 47 УПК РФ процессуальных решений, даже если обвинение ему не предъявлено. Это подтверждается и предписаниями ч. 2-6 ст. 172 УПК РФ, согласно которым лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого, именуется обвиняемым еще до предъявления ему обвинения («следователь извещает обвиняемого о дне предъявления обвинения...» и т.д.).

2. Между принятием процессуального решения о признании лица обвиняемым и предъявлением обвинения может пройти довольно длительное время, а в некоторых случаях, например когда лицо скрывается от следствия, предъявить ему обвинение фактически невозможно. По этому поводу в ч. 6 ст. 172 УПК РФ указывается, что в случае неявки обвиняемого или его защитника в назначенный следователем срок, а также в случае, когда место нахождения обвиняемого не установлено, обвинение предъявляется в день фактической явки обвиняемого или в день его привода при условии обеспечения следователем участия защитника. Следовательно, увязывать момент окончания преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, с предъявлением обвинения нелогично, т.к. возможность совершения этого процессуального действия не всегда зависит от воли следователя или дознавателя.

48

3. Уже с момента принятия процессуального решения о признании лица обвиняемым к нему могут быть применены меры процессуального принуждения. В частности, обвиняемый, место нахождения которого неизвестно, до предъявления ему обвинения может быть объявлен в розыск (ч. 1-2 ст. 210 УПК РФ); при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, в отношении разыскиваемого обвиняемого может быть избрана мера пресечения, в том числе и заключение под стражу (ч. 4 ст. 210 УПК РФ).

4. Процессуальное решение о признании обвиняемым заведомо невиновного лица причиняет вред основному непосредственному объекту рассматриваемого преступления, даже если невиновный не был ознакомлен с этим решением. Придание заведомо невиновному лицу уголовно-процессуального статуса обвиняемого само по себе посягает на интересы правосудия, искажает его суть, грубо нарушает нормальную деятельность органов предварительного расследования по обеспечению целей и задач правосудия, т.к. с момента принятия это процессуальное решение изменяет существующие уголовно-процессуальные отношения, направляет их в незаконное русло. Деформирует оно и дополнительный непосредственный объект, т.е. права и свободы заведомо невиновного лица, признанного обвиняемым, поскольку, как упоминалось ранее, признание лица обвиняемым само по себе ограничивает статус личности.

5. Отстаиваемая нами трактовка объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, создает предпосылки для адекватного уголовно-правового реагирования на все возможные варианты и процессуальные формы привлечения заведомо невиновного в качестве обвиняемого. Если же моментом юридического окончания этого преступления считать предъявление обвинения, то должностное лицо органа предварительного расследования может избежать уголовной ответственности по ч. 1 ст. 299 УК РФ лишь по той причине, что не ознакомило заведомо невиновное лицо с процессуальным актом о признании его обвиняемым. Показательным в этом отношении является следующее уголовное дело.

Приговором Оренбургского областного суда от 26 июня 2007 г. старший дознаватель Т. оправдан по двум преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 299 УК РФ, за отсутствием в его действиях составов указанных преступлений.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил отменить приго-

вор, полагая, что суд необоснованно оправдал Т. по двум преступлениям, предусмотренным ст. 299 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления, Судебная коллегия Верховного Суда РФ указала, что выводы суда, связанные с оправданием Т. по ст. 299 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, мотивированы.

Суд со ссылкой на нормы закона обоснованно признал, что в соответствии со ст. 225 УПК РФ привлечение лица к уголовной ответственности определяется обвинительным актом. При этом обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с обвинительным актом и материалами уголовного дела, о чем делается соответствующая отметка в протоколе ознакомления с материалами дела.

В судебном заседании на основе исследованных материалов установлено, что К. и М. не были ознакомлены с обвинительными актами и формулировками их обвинения по ч. 1 ст. 158 УК РФ. Как следует из их показаний в суде, они не были осведомлены о вынесенных в их отношении названных процессуальных документах и о привлечении их к уголовной ответственности.

Изготовление обвинительных актов Т. суд в приговоре расценил как приготовительные действия, ответственность за которые наступает только относительно тяжких и особо тяжких преступлений. При таких обстоятельствах судом сделан обоснованный вывод о том, что привлечение потерпевших по данному делу лиц к уголовной ответственности фактически не имело места, поэтому в содеянном Т. отсутствуют два преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 299 УК РФ.

С учетом изложенного Судебная коллегия Верховного Суда РФ признала обоснованным вывод суда об оправдании Т. по ч. 1 ст. 299 УК РФ за отсутствием состава преступления (определение Верховного Суда РФ от 13 сентября 2007 г. по делу № 47-007-46).

Оценивая этот оправдательный приговор, отметим, что в его основу положено неверное толкование объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, которое не соответствует действующему уголовно-процессуальному законодательству (как минимум, положениям ч. 1 ст. 47 УПК РФ), не учитывает содержание непосредственного объекта рассматриваемого преступного деяния и механизм причинения ему вреда. Руководствуясь ошибочным толкованием ч. 1 ст. 299 УК РФ, суд признал, что имело место всего лишь

49

приготовление к привлечению двух заведомо невиновных к уголовной ответственности, т.е. приготовление к преступлению средней тяжести, которое ненаказуемо в силу предписаний ч. 2 ст. 30 УК РФ. И это притом, что дознаватель не только умышленно создал условия для привлечения заведомо невиновных к уголовной ответственности, но и принял юридически значимое процессуальное решение, на основании которого двое невиновных лиц получили статус обвиняемых. То обстоятельство, что обвиняемые не были ознакомлены с обвинительными актами, не делает это преступление неоконченным. Параллели с преступлениями против личности, которые признаются оконченными только после причинения вреда потерпевшему, здесь неуместны, т.к. предусмотренное ч. 1 ст. 299 УК РФ преступление посягает, в первую очередь, на публичные интересы правосудия. А им, безусловно, был причинен вред.

Итак, вышеизложенные аргументы не оставляют сомнений в том, что объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, выражается в принятии процессуального решения о признании заведомо невиновного лица обвиняемым, т.е. в вынесении (составлении) постановления о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительного акта или обвинительного постановления. Именно с момента принятия указанного процессуального решения преступление следует считать юридически оконченным. Дальнейшие действия, направленные на предъявление обвинения, т.е. ознакомление с процессуальным актом, в котором сформулировано обвинение, находятся за рамками состава оконченного преступления.

Разумеется, этот общий вывод требует конкретизации применительно к различным формам предварительного расследования. Однако прежде чем приступить к рассмотрению специфики различных проявлений исследуемого преступления, следует подчеркнуть, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительный акт, обвинительное постановление - это не просто листы бумаги с текстом соответствующего содержания, а именно процессуальное решение. Таковыми признаются «правовые акты, выраженные в установленной законом процессуальной форме, в которых государственный орган или должностное лицо в пределах своих полномочий в определенном законом порядке дает ответы на возникшие по делу правовые вопросы, основанные на установленных фактических обстоятельствах дела и предписаниях закона, и

содержащие властное волеизъявление о действиях, направленных на достижение назначения уголовного судопроизводства» [10, с. 26]. Это общее замечание является крайне важным в плане установления момента юридического окончания преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ.

В частности, нужно учитывать, что в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством обвинительный акт и обвинительное постановление, в которых формулируется обвинение при производстве дознания в общем порядке и в сокращенной форме, должны быть утверждены начальником органа дознания (ч. 4 ст. 225, ч. 2 ст. 226.7 УПК РФ). Следовательно, до того момента, пока начальник органа дознания не утвердит составленный дознавателем обвинительный акт (обвинительное постановление), этот документ не имеет юридического значения, не порождает никаких уголовно-процессуальных последствий, в связи с чем его нельзя считать процессуальным решением о признании лица в качестве обвиняемого. И если начальник органа дознания по тем или иным причинам не утвердит обвинительный акт (обвинительное постановление), которым обвиняется заведомо невиновное лицо, действия дознавателя следует расценивать как покушение на преступление, предусмотренное ст. 299 УК РФ.

Что же касается постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, в котором формулируется обвинение при производстве следствия, то этот процессуальный акт не требует утверждения, а приобретает все свойства процессуального решения с момента его вынесения, что следует учитывать при установлении юридического окончания рассматриваемого преступления.

Подводя итог проведенному исследованию, еще раз отметим, что основная причина противоречивого доктринального и правоприменительного толкования ч. 1 ст. 299 УК РФ и связанных с ним квалификационных ошибок заключается в неопределенности соответствующей уголовно-правовой нормы. Устранить ее можно только путем устранения просчетов, допущенных при ее законодательном конструировании, т.е. посредством внесения изменений в ч. 1 ст. 299 УК РФ.

Представляется, что в ч. 1 ст. 299 УК РФ следовало бы сконструировать описательную диспозицию с бланкетными признаками, включив в нее термины уголовно-процессуального законодательства, которые имеют четкое нормативное определение. В частности, объ-

50

ективную сторону рассматриваемого преступления предлагается изложить в следующем виде: «Вынесение процессуального решения о признании лица обвиняемым.». Предлагаемая редакция ч. 1 ст. 299 УК РФ позволит полностью устранить существующую неопределенность в плане содержания объективной стороны преступления. Во-первых, она содержит очевидную бланкетную отсылку к ч. 1 ст. 47 УПК РФ, содержащей исчерпывающий перечень процессуальных актов, на основании которых лицо может быть признано обвиняемым, а во-вторых, четко определяет момент юридического окончания преступного деяния. При этом включать в диспозицию

ч. 1 ст. 299 УК РФ перечень соответствующих процессуальных решений (постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительный акт, обвинительное постановление) нецелесообразно. Уголовно-процессуальное законодательство весьма динамично, поэтому в перспективе нельзя исключить возможность появления дополнительных форм предварительного расследования, которые будут оканчиваться составлением новых процессуальных актов. С этой точки зрения использование собирательного термина «процессуальное решение о признании лица обвиняемым» выглядит более предпочтительным.

1. Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. М., 2000.

2. Ображиев К. Судебный прецедент в уголовном праве России // Уголовное право. 2004. № 3.

3. Бюл. Верховного Суда РСФСР. 1973. № 11.

4. Бриллиантов А.В., Косевич Н.Р. Настольная книга судьи: преступления против правосудия. М., 2008.

5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. В.М. Лебедев. 14-е изд., перераб. и доп. М., 2014.

6. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. /под ред. А. В. Брил-лиантова. 2-е изд. М., 2015. Т. 2.

7. Кузнецов А. В. Специальные виды служебных преступлений // Законность. 2012. № 2.

8. Преступления против правосудия / под ред. А. В. Галаховой. М., 2005.

9. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (науч.-практ., постатейный) / под ред. С. В. Дьякова, Н.Г. Кадникова. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2015.

10. Лупинская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве: теория, законодательство, практика. 3-е изд., стер. М., 2015.

1. Naumov A.V. Russian criminal law. General part: course of lectures. Moscow, 2000.

2. Obrazhiev K. Judicial precedent in criminal law of Russia // Criminal law. 2004. № 3.

3. Bull. of the Supreme Court of the RSFSR. 1973. № 11.

4. Brilliantov A.V., Kosevich N.R. Handbook of judges: crime against justice. Moscow, 2008.

5. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation / resp. ed. V.M. Lebedev. 14th ed., rev. and augm. Moscow, 2014.

6. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation: in 2 vol. / ed. by A.V. Brilliantov. 2nd ed. Moscow, 2015. Vol. 2.

7. Kuznetsov A.V. Special types of official crime // Legality. 2012. № 2.

8. Crimes against justice / ed. by A.V. Galakhova. Moscow, 2005.

9. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation (sci. and pract., item.) / ed. by S.V. Dyakov, N.G. Kadnikov. 3rd ed., rev. and augm. Moscow, 2015.

10. Lupinskaya P.A. The decisions in the criminal trial: theory, legislation, practice. 3rd ed., ster. Moscow, 2015.

51