Китайские заимствования в языке русского Харбина

Филологические науки / Philological Science Оригинальная статья / Original Article УДК 81.06

DOI: 10.31161/1995-0667-2018-12-4-114-121

Китайские заимствования в языке русского Харбина

© 2018 Цзян Сюехуа

Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия, e-mail: xuehuajiang2010@163.com

РЕЗЮМЕ. Целью данного исследования является анализ заимствований из китайского языка в языке русского зарубежья XX века, в языке русского Харбина. В ходе исследования использовались методы наблюдения, семантического анализа, описательный метод. Материалом для исследования послужила трилогия Е. М. Анташкевича «Харбин». Результаты. В статье раскрываются причины заимствования и выделяются лексико-тематические группы заимствованных слов; рассматриваются основные смысловые значения корпуса примеров; анализируются такие группы лексики, как топонимы, антропонимы, названия лиц, наименования природных объектов, объектов бытовой сферы. Выводы. Анализ материала позволяет проследить процессы адаптации в русском языке наиболее популярных китайских заимствований.

Ключевые слова: китайский язык, заимствованная лексика, язык русского зарубежья, Харбин, лек-сико-тематические группы, адаптация.

Формат цитирования: Цзян Сюехуа. Китайские заимствования в языке русского Харбина // Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Общественные и гуманитарные науки. 2018. Т. 12. № 4. С. 114-121. DOI: 10.31161/1995-0667-2018-12-4-114-121.

Chinese Borrowings in the Language of Russian Harbin

© 2018 Jiang Xuehua

St. Petersburg State University Saint-Petersburg, Russia, e-mail: xuehuajiang2010@163.com

ABSTRACT. The aim of this study is to analyze borrowings from the Chinese language in the language of Russian abroad of the XX century, in the language of Russian Harbin. During the research methods of observation, semantic analysis, descriptive method were used. The material for the study was the trilogy of E. M. Antashkevich "Harbin". Results. The article reveals the reasons for borrowing and identifies lexical-thematic groups of borrowed words. The basic semantic meanings of the examples are considered, such groups of vocabulary as toponyms, anthroponyms, names of persons, names of natural objects, objects of household sphere, etc. are analyzed. Conclusions. The analysis of the material makes it possible to trace the adaptation processes in Russian of the most popular Chinese borrowings.

Keywords: the Chinese language, borrowed vocabulary, language of Russian diaspora, Harbin, lexical and thematic groups, adaptation.

For citation: Xuehua Jiang. Chinese borrowings in the language of Russian Harbin. Dagestan State Pedagogical University. Journal. Social and Humanitarian Sciences. 2018. Vol. 12. No. 4. Pp. 114-121. DOI: 10.31161/1995-0667-2018-12-4-114-121.

Введение

Изучение заимствованной лексики -одна из постоянных задач лингвистики применительно к любому языку, поскольку контакты с другими языками способствуют пополнению словарного состава за счет заимствований. При этом лексические

единицы, которые уже признаны языковым коллективом, могут отсутствовать в словарях иноязычных слов. В таких обстоятельствах значимая роль отводится анализу заимствования как лексического явления. Эти слова неисконного происхождения, перенесенные из одного языка в

другой, являются элементом потока новых слов, который приходит в язык постоянно.

Начиная с конца XIX века, лингвисты обратили внимание на проблему заимствований. Значительным вкладом в решении этой проблемы стали труды С. К. Бу-лича «Заимствованные слова и их значение для развития языка» (1886 г.) [10], Л. П. Крысина «Иноязычные слова в русском языке» (1968 г.) [13], а также исследования в этой области В. В. Колесова, В. Г. Костомарова, А. И. Соболевского, Ю. С. Сорокина и др. Причины заимствований анализируют Н. С. Валгина, М. Н. Крылова, Д. С. Лотте, Е. В. Маринова и др. Современные лингвисты чаще всего рассматривают экстралингвистические и внутрилингви-стические причины заимствований. Д. С. Лотте утверждает, что экстралингвистические причины заимствования кроются в культурном влиянии одного народа на другой [14, с. 112]. В работах Н. С. Валги-ной указаны две основные причины активизации процесса современного заимствования: «с одной стороны, это действительно потребности в корне изменившейся жизни (смена политических, экономических, идеологических ориентиров), с другой - американомания, когда привлекательными оказываются не только технические новшества, но и стандарты жизненного уровня, манера поведения и общения, вкусы» [11, с. 108]. Е. В. Маринова отмечает, что «одной из возможных типологий иноязычных неологизмов может быть типология с опорой на признак наличие/отсутствие эквивалента в системе заимствующего языка» [15, с. 42]. Отсутствие в родном языке эквивалентного слова и понятия составляет основную внутрилинг-вистическую трудность заимствований.

Для понимания заимствованного слова важно отнести его к той или иной тематической группе. В каждой тематической группе наблюдается единство лексем, характерных для определенной предметной сущности. Классификация этих групп осуществляется с учетом внеязыковых критериев, что непосредственно отражается на специфике семантических признаков. Лингвистом Ф. П. Филиным рассмотрены «нейтральные» или «нулевые» связи лексем в тематических группах [22, с. 84]. При выделении конкретной тематической группы учитывается единство предметов или явлений внешнего мира, которые объединены определенным признаком и выражены

различными словами. М. Л. Апажев в своем исследовании рассматривает более пятидесяти тематических групп слов, подчеркивая главный лингвистический фактор в лексико-тематической системе, - группы являются самыми первыми объединениями, которые были выявлены учеными в языке и которые «наиболее изучены в словарном составе развитых литературных языков» [5, с. 2]. Основой для выделения лексико-тематической группы служит «системность окружающего пространства, проявляющаяся в объединении лексем с учетом тематики реалий, «отражающих сходство, смежность, назначение, устройство, функции» [1, с. 120].

Е. В. Опельбаум при характеристике заимствований в лексической системе языка определяет, что классификация лексических групп позволяет исследователю формулировать выводы о влиянии заимствованных слов из языка-источника на другие языки. Группы тематических слов отражают характер и область употребления заимствований, уровень восприятия и понимания знаний реалий при чтении текстов иностранного языка. Носители языка могут точно определять источник заимствованных слов и количество усвоенных исконных и заимствованных лексем в конкретной тематической группе в сопоставлении с другими тематическими группами» [20, с. 228].

К анализу языка русского Зарубежья чаще всего обращаются исследователи в странах Европы и Америки. В монографиях и статьях Е. А. Земской, М. Я. Гловин-ской, А. Зеленина, Е. А. Оглезневой, Н. Л. Пушкаревой и других исследователей была разработана методика лингвистического описания языка, истории, культуры русского зарубежья. При этом заимствования из китайского языка в русский изучались недостаточно как в Китае, так и в России. В китайской русистике чаще всего исследуются особенности речи русских эмигрантов (русского языка в Китае) в историческом, историко-культурном, литературном аспектах.

Цель и методы исследования

Объектом нашего исследования являются китайские заимствования, функционирующие в языке русского зарубежья XX в. Географическая близость Китая и России, дипломатические, экономические и культурные связи между двумя странами влияют на заимствования, отражаются,

прежде всего, на заимствованиях лексического уровня. В период строительства Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) в Харбине появилось большое количество русских. В процессе совместного проживания и трудовой деятельности китайского и русского народов происходит создание оригинального культурно-языкового гибрида. Появление заимствований из китайского языка произошло под влиянием межкультурного активного взаимодействия, в частности диалогового общения, необходимого в процессе труда. Именно в этот период благодаря контакту между Китаем и Россией в русский язык проникли китайские заимствования, характеризующие названия новых предметов, понятий и явлений.

Цель статьи - рассмотреть китайские заимствования в языке русского Харбина, выделить лексико-тематические группы заимствованных слов, оценить степень их адаптации русским языком.

В ходе исследования использовались методы наблюдения за лингвистическим материалом, за функционированием заимствованных слов в языке и в художественном тексте; семантического анализа при работе с семантикой заимствованного слова, а также описательный метод.

Материалом для исследования послужила трилогия Е. М. Анташкевича «Харбин» [2-4]. Евгений Анташкевич - китаист. За роман «Харбин» в 2011 г. он был удостоен I премии ФСБ России за лучшие произведения литературы и искусства о деятельности органов Федеральной службы безопасности. В содержании трилогии заложены реальные события конца XIX в. и длившиеся до середины XX в. между двумя странами - Россией и Маньчжурией. В статье на материале лексики из трилогии Е. М. Анташкевича рассматривается лексическое значение заимствованных слов, формируются их лексико-тематические группы, дается представление о китайских заимствованиях в языке русского зарубежья и анализируются их значения.

Результаты исследования

Мы выделили следующие лексико-тематические группы слов, заимствованных из китайского языка, в тексте романа.

I. Топонимы.

1. Названия городов.

Маньчжурия - историческое наименование современной северо-восточной части

Китая. Данное слово произошло от Мань-чжу, отражающее название раннефеодального государства, которое существовало в 1-й половине XVII в. на этой территории [9, с. 762]. Китайские историки считают, что это слово происходит от тунгусо-маньчжурского и монгольского языка Manchuria, и означает страну удачи, счастья и мира.

Сахалян - слово происходит от манчьжурского языка, где saghalien - 'Черная (речка)'. Это название китайского города Хэйхэ во время маньчжурской династии Цин [16, с. 88].

Фугдин - это название городского уезда городского округа Цзямусы провинции Хэйлунцзян (КНР) имеет тунгусо-маньчжурское происхождение. Оно появилось путем сокращения слова Фукэцзинь, что в переводе с нанайского означает «высокий берег реки»; в старых русских источниках это слово транскрибировалось как Фугдин.

Тяньцзинь - по-китайски Tianjin. Это слово означает 'переправа, через которую прошел император', имеется в виду император Чжули династии Мин. Город на севере Китая протянулся по берегу реки Хай-хэ, близко от залива Бохай. В Древнем Китае зафиксировано точное время строительства города - 23 декабря 1404 г.

Шанхай - по-китайски Shanghai. Слово означает 'верховья моря' или 'вступить в море'. Самый большой город в Китае и один из крупнейших в мире, расположен в дельте Янцзы, в слиянии рек Янцзы и Ху-анпу. В первой половине ХХ в. многие русские эмигранты приехали в Шанхай.

Цицикар - слово происходит из Даурского языка, где означает 'граница' или 'естественное пастбище'. Этот город находится в Северо-Восточном Китае, в провинции Хэйлунцзян, на реке Нуньцзян [7, с. 1482].

Айхунь - слово происходит из маньчжурского языка. Одно из названий китайского города Хэйхэ (1858-1956 гг.), значит «соболь». Свое имя город получил по названию р. Айхунь.

Шэньян - по-китайски Shenyang. Город получил название в период процветания и правления династии Юань (XIII-XIV вв.). Он расположен на северном берегу реки Хуньхэ, это местечко в древности называлось Шэньшуй. Традиционно для Древнего Китая любая местность, находящаяся на

севере реки или озера, называлась Ян, отсюда произошло название Шэньяна. В 1621 г. город был покорен маньчжурами, поэтому в период с 1625 по 1912 гг. имел маньчжурское название Мукден (по-китайски Шэнцзин). С 1908 г. по 1931 г. город приобрел статус административного центра трех Северо-Восточных провинций (Маньчжурии) [7, с. 377-378].

Хутоу - по-китайски НМоы. Слово означает «тигриная голова». Место, где было последнее сражение в период Второй мировой войны. В современное время город представляет маленький уезд в провинции Хэйлунцзян, находящийся на склоне горы Хутоушань.

Суйфэнхэ - наименование города тесно связано с названием р. Суйфун (Раздольная). Само слово заимствовано из маньчжурского языка, в котором оно имело похожее звучание - вш/ыи: в дословном переводе «шило, пробойник». Город расположен на северо-востоке Китая, на юго-востоке граничит с провинцией Хэйлунц-зян, недалеко от российской территории. Во время строительства Китайско-Восточной железной дороги в 1898-1903 гг. началось бурное развитие культуры и промышленности города.

2. Названия рек и озер.

Сунгари - название имеет оригинальный перевод - «река соснового цветка», что подразумевает окрестность реки, на берегу которой цветут сосны. Однако в мире природы никто из ученых никогда не наблюдал цветение сосен, поэтому лингвисты иначе объясняют происхождение слова. Слова Сунгари заимствовано из маньчжурского языка - Быщап-ыО. (Сунгари-ула), что обозначает «Млечный путь».

Ханка - в китайском языке это название имеет официальное название Синкайху. Озеро находится на границе Приморского края России и провинции Хэйлунцзян Китая. Это название озера имеет корни в маньчжурском языке - произошло от лексемы ханхай, в переводе - «впадина». В китайском языке этим словом называется любое низинное место. При заимствовании и употреблении в речи в русском языке это слово получило другое название - в Ханка [6, с. 50]. После заключения пекинского договора озеро Ханка стало пограничным водоемом между Китаем и Россией.

Туманган - корейское название реки Тумыньцзян (Туманная) в Восточной Азии

[8, т. 26, с. 298]. В 1972 г. в связи с русификацией географических объектов Приморья река получила несколько другое наименование. Это название с переосмыслением на основе корня туман- восходит к монгольскому тумен. Течет река большей частью в узкой долине между СевероКорейскими и Восточно-Маньчжурскими горами, впадает в Японское море.

Нуньцзян - это название происходит от маньчжурского Non ula, записывалось по-русски как Нонни, означает «зеленый». Эта река находится на северо-востоке Китая, является левым притоком реки Сунгари.

Муданьцзян - название реки, означающее «извивающаяся река», является переводом на китайский язык с маньчжурского словосочетания Мудань ула. Маньчжурское слово му-дань означает «кривой, извилистый», а ула -«река». В 1903 году была построена станция Муданьцзян, и городок с таким названием начал постепенно развиваться.

3. Названия гор.

Маоэршань - название происходит от китайского maoershan и означает «гора Шапочка». Гора Маоэршань находится в окрестностях поселка Маоэр города Шан-чжи в южной части провинции Хэйлунцзян, близко от Харбина.

Хинган - с эвенкийского «горный хребет с крутыми, обрывистыми склонами; волнистая местность». Горы разделены на большой Хинган и Малый Хинган на рубеже реки Нуньцзян. Большой Хинган -(по-китайски Дасинъаньлин) - горная система на северо-востоке Китая, главным образом в автономной области Внутренней Монголии, а также на востоке Монгольской народной республики. Длина горного хребта составляет около 1200 км, ширина -до 400 км [8, т. 3, с. 547].

Малый Хинган - название горы в России, находящейся на территории Хабаровского края и Амурской области России и на северо-востоке Китая, имеет китайское название - Сяосинаньлин. Вся длина с северо-востока на юго-запад горы имеет протяженность около 500 км. Та часть Малого Хингана, находящегося в Китае, имеет ограничения долинами двух рек -Нуньцзян и Сунгари, двумя равнинами -Сунляо и Саньцзян [8, т. 15, с. 295].

II. Антропонимы.

Сунь Ятсен (в китайском литературном произношении Сунь И-сянь, другие имена: Сунь Чжун-шань, Сунь Вэнь) - китайский революционер-демократ [8, т. 25, с. 79].

Чан Кайши (по-китайски Цзян Цзеши) -данный антропоним принадлежит великому политическому деятелю Китая, который в 1925 году стал руководителем партии Гоминьдан. Этот пост он занял после ухода из жизни Суня Ятсена.

Чжан Цзолин - имя принадлежит китайскому генералу, главе фынтяньской клики милитаристов. В период русско-японской войны 1904-1905 годов являлся руководителем вооруженной группы, которая действовала против русских войск в Маньчжурии на стороне Японии [7, с. 16-17].

Ш. Названия социальных объектов.

Хунхуз - название произошло от китайского слова хунхуцзы, в переводе «красно-бородый» - так называли участников вооруженных группировок, которые активно действовали в Маньчжурии с середины XIX века до победы народной революции в Китае (1949) [8, т. 28, с. 426].

Гоминьдан - китайская национальная народная партия, являлась крупнейшей революционной политической организацией Китая до конца 1930-х годов. В китайском языке в дословном переводе го -«нация», минь - «народ», дан - «партия».

IV. Названия объектов природной сферы.

1. Названия растений.

Чумиза - слово происходит от китайского чоумицзы; травянистое растение семейства злаковых, зерновая и кормовая культура [7, с. 1506].

Женьшень - слово заимствовано в XIX веке из китайского языка: оно произошло от лексемы жень: дословно «человек». Само растение получило название по корню, который по форме символически похож на человека [23, с. 6].

2. Названия природных явлений.

Тайфун - слово заимствовано в XIX в.

из немецкого языка, где Taifun от английского typhoon, передающего китайское taifung - «сильный ветер» [23, с. 311].

V. Наименования предметов бытовой сферы.

1. Названия предметов одежды.

Ципао - красное узкое длинное шелковое платье с разрезом от самого бедра, традиционное женское платье. Произносится в Китае как qipao. Слог ци- подсказывает знатокам китайского языка, культуры и истории, что происхождение этого слова связано с этнонимом ци. Так во времена династии Цин называли манчжуров. Соот-

ветственно, одежда, которую носили женщины ци, называлась ципао.

2. Названия ценных предметов.

Жемчужина, так же жемчуг - заимствовано в XII веке из тюркского языка, оно стало модернизацией сложного слова -гончу: гон - в переводе «настоящий» и чу -«жемчуг» [23, с. 86].

3. Названия книг.

Военное искусство Суньцзы (по-китайски Сунь-цзыбин фа) - это наиболее древнее военно-теоретическое произведение, состоящее из 13 глав (пянь). Основой в трактате является текст «школы военной философии» (бин цзя). В книге выделено пять главных элементов войны: «путь» (единодушие народа и верхов), «небо» (соответствие времени), «земля» (соответствие месту), «полководец» (правильное руководство), «закон» (организованность и дисциплинированность). Автором книги был китайский полководец и философ Сунь Цзы, живший в VI веке до н. э. [18, т. 4, с. 670].

VI. Наименования божеств.

Чаншоусин - В переводе с китайского языка его имя обозначает «звезда долголетия». Шоусин - это божество долголетия в китайской мифологии, бог древнекитайского народа, который призван дарить людям здоровье и долголетие. Согласно древнему астрологическому прогнозу, эта звезда, появляясь на небе, предвещает долгожительство императору (руководителю) и стране; ее отсутствие на небосводе означает, что государство и всех его жителей ждут войны и бедствия [17, с. 1103].

В процессе совершенствования языка постепенно вырабатываются особые принципы и способы познания, освоения и закрепления заимствованных слов. Чаще всего они связаны с фонетическими, графическими, грамматическими, семантическими особенностями языка. Лингвистом Ю. С. Сорокиным отмечено, что успешность усвоения иноязычной лексики зависит от принятых в языке готовых образцов, традиционных и привычных в языковой системе конкретного народа [21, с. 160]. Как известно, русский язык построен на звукобуквенном письме, а китайские иероглифы представляют собой комбинации идеограмм, и эти значительные отличия отражаются на процессе адаптации иноязычной лексики. Наблюдаются следующие способы адаптации:

1. Фонетическая и графическая адаптация.

Отметим, что в языке русского зарубежья некоторые китаизмы существуют в двух графических вариантах, и это отразилось на страницах рассматриваемого произведения. Например: Чан Кайши [2, с. 201] - Цзян Цзеши [3, с. 58], Сунгари [2, с. 71] -Сунхуацзян [4, с. 72], Цицикар [2, с. 84] -Цицихаэр [2, с. 168]. Слово Чан Кайши произносится по английскому языку Chiang Kai-shek, а слово Цзян Цзеши как литературная форма было заимствовано позже непосредственно из китайского языка. Слово Сунгари заимствовано из маньчжурского языка. По-китайски река официально именуется Сунхуацзян. Слово Цицикар происходит из даурского языка, а Цицихаэр произносится по китайскому языку. Таким образом в русский язык пришла сначала диалектная форма посредством другого языка, а в настоящее время большинство русских предпочитает использовать варианты Чан Кайши, Сунгари и Цицикар.

Иная ситуация наблюдается в результате транслитерации, при ориентации на буквенный состав китайского фонетического алфавита, например, Чаншоусин (changshouxing), Хутоу (hutou) и другие. Заметим, что большинство названий такого типа - имена и топонимы, а также то, что у данных слов нет эквивалентов в русском языке и они не входят в словарь русского языка. Когда они употребляются в русском языке, то передаются с помощью транслитерации. Например: сяо паньцзы (xiaopangzi) [2, с. 95] - «хороший, маленький, толстенький», шатоу (shatou) [2, с. 172] - «рубить головы», фаца (facai) [2, с. 212] - «военная добыча, серебро», саньгэ (sange) [4, с. 5] - «третий старший брат», лаобайсин (laobaixing) [2, с. 194] - «крестьянин, простой человек».

2. Грамматическая адаптация китайских слов.

Грамматическая адаптация китайских лексем осуществляется на основании всех особенностей грамматики русского языка. Каждое заимствованное слово, согласно грамматической системе русского языка, приобретает все категории частей речи: например, имена существительные и имена прилагательные в процессе заимствования лексем из китайского языка приобретают грамматические категории рода, числа, падежа. Некоторые китайские заим-

ствования проходят также словообразовательную адаптацию путем присоединения суффиксов. Например, Маньчжурия — маньчжурский (маньчжурский город); Харбин — харбинский (харбинский дом); Хутоу

— хутоуский (хутоуский особый пограничный округ); Сунгари — сунгариский. Суффикс -ский образует относительные прилагательные, которые имеют соответствующие грамматические признаки. Такие прилагательные согласуются с именами существительными в роде, числе и падеже.

3. Семантическая адаптация.

В процессе семантической адаптации бывает такая ситуация, что старые русские слова получают новые значения. Данный языковой феномен называется семантической калькой. Например, боксеры [2, с. 92]. В 1899-1901 годы в Северном Китае массовое антизападное восстание китайцев под лозунгами защиты суверенитета страны и изгнания всех иностранцев-христиан называются Ихэцюань. Поскольку в названии общества входил иероглиф цюань («кулак»), трансформировали слово кулак в бокс, и образовалось другое название -«Боксерское восстание». Потом было переименовано в Ихэтуань (буквально «отряды согласия и справедливости»). Восстание подняли китайские бедные ремесленники без оружия, и их называли боксеры. Другой вариант этимологии: многие участники организаций регулярно занимались физическими упражнениями (цюань-кулак), напоминавшими кулачный бой, за что впоследствии иностранцами были прозваны «боксерами», отсюда произошло другое неправильное название - «Боксерское восстание» [12, с. 57]. В русском языке боксер

- «спортсмен, занимающийся боксом» [19, с. 54].

Кроме лексических калек, важную роль в процессе заимствований из китайского играют фразеологические кальки. Например, бамбуковые палочки [3, с. 43] - традиционный столовый прибор, пара небольших палочек для еды, квадратная у основания, в Китае называют куайцзы. Река черного дракона [3, с. 75] - в китайском языке в дословном переводе означает Хэйлущзян от хэй -«черный», лун - «дракон», цзян - «река», где дракон - мифологическое божество воды. Китайское название реки Амур. Красный бумажный фонарь [3, с. 120] - в праздник Весны китайцы любят вывешивать красные фонари, сейчас это не просто украшение, но и один из символов китайской культуры.

Китайские шахматы [4, с. 98] - по-китайски называются Сянци, китайская настольная игра, подобная западным шахматам. На доске показано начальное положение фигур и пешек красного и черного. Фигуры, обозначаются иероглифами. Белая китайская пампушка [4, с. 65] - по-китайски бай маньтоу - паровые пампушки без начинки. Китайские булочки из дрожжевого теста, приготовленные на пару, являются основой рациона питания на севере Китая. В каждом из примеров не образовано новых слов, однако есть другое значение, репрезентирующее связь с другими понятиями.

Заключение

В течение десятилетий происходят процессы взаимного развития русского и китайского народов, взаимопроникновения культур и других областей жизни. Эти процессы отражены и в языковой сфере. В статье проанализированы заимствованные

1. Алефиренко Н. Ф. Теория языка: Введение в общее языкознание. Волгоград: Перемена, 1998. 439 с.

2. Анташкевич Е. М. Харбин. Книга 1. М.: Центрполиграф, 2014. 480 с.

3. Анташкевич Е. М. Харбин. Книга 2. Нашествие. М.: Центрполиграф, 2014. 416 с.

4. Анташкевич Е. М. Харбин. Книга 3. Освобождение. М.: Центрполиграф, 2014. 320 с.

5. Апажев М. Л. Исследование отраслевой лексики - актуальная проблема кабардинове-дения // Тезисы республиканской научно-практической конференции. Нальчик: КБГУ, 1996. С. 2-7.

6. Арсеньев В. К. В дебрях Уссурийского края. М.: Географгиз, 1951. 543 с.

7. Большая историческая энциклопедия: в 16 т. / гл. ред. Е. М. Жуков. М.: Советская энциклопедия, 1961-1976.

8. Большая советская энциклопедия: в 30 т. / гл. ред. А. М. Прохоров. М.: Советская энциклопедия, 1969-1978.

9. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. А. М. Прохоров. М.: Советская энциклопедия, 1993. 1632 с.

10. Булич С. К. Заимствованные слова и их значение для развития языка. Варшава: тип. М. Земкевича, 1886. 18 с.

11. Валгина Н. С. Активные процессы в современном русском языке. М.: Логос, 2003. 304 с.

12. Калюжная Н. М. Восстание ихэтуаней (1988-1901). М.: Наука, 1978. 365 с.

слова с точки зрения этимологии, лексикологии, семантики. Несомненно, что в случае заимствований в русский язык из китайского языка, особую роль играют русско-китайское двуязычие и маньчжурский язык как язык-посредник. Появление китайских заимствований в языке русского зарубежья является результатом языковых контактов, отражает историю, культуру и содействует развитию двуязычия. Слова и выражения, которые фиксируются в словарях иноязычных слов и имеют высокую частотность использования в языке русского зарубежья. Они не включены в словари иноязычных слов, однако постоянно пополняют словарный состав. Китайский язык нашел широкое применение в повседневной, общественной жизни русского Харбина, в художественной и научной литературе.

13. Крысин Л. П. Иноязычные слова в современном русском языке. М.: Наука, 1968. 208 с.

14. Лотте Д. С. Вопросы заимствования и упорядочения иноязычных терминов и терми-ноэлементов. М.: Наука, 1982. 149 с.

15. Маринова Е. В. Иноязычные слова в русской речи конца XX - начала XXI вв.: проблемы освоения и функционирования. М.: Элпис, 2008. 493 с.

16. Мельников А. В. Топонимический словарь Амурской области. Благовещенск: Хабарк-нигоиздат, 2009. 232 с.

17. Мифы народов мира. Энциклопедия / гл. ред. С. А. Токарев. М.: Советская энциклопедия, 2008. 1147 с.

18. Новая философская энциклопедия: в 4 т. / предс. научно-ред. совета В. С. Степин, А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, А. П. Огурцов. М.: Мысль, 2010.

19. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений. М.: ТЕМП, 2006. 944 с.

20. Опельбаум Е. В. Восточнославянские лексические элементы в немецком языке. Киев: Наукова думка, 1971. 271 с.

21. Сорокин Ю. С. Развитие словарного состава русского литературного языка в 30-90-е гг. XIX в. М.: Наука, 1995. 565 с.

22. Филин Ф. П. Очерки по теории языкознания. М.: Наука, 1982. 336 с.

23. Шанский Н. М. Школьный этимологический словарь русского языка. М.: Дрофа, 2004. 400 с.

Литература

References

1. Alefirenko N. F. Theory of language: Introduction to General linguistics. Volgograd, Peremena publ., 1998. 439 p.

2. Antashkevich E. M. Harbin. Book 1. Moscow, Tsentrpoligraf publ., 2014. 480 p.

3. Antashkevich E. M. Harbin. Book 2. Invasion. Moscow, Tsentrpoligraf publ., 2014. 416 p.

4. Antashkevich E. M. Harbin. Book 3. Liberation. Moscow, Tsentrpoligraf publ., 2014. 320 p.

5. Apazhev M. L. Study of the industry vocabulary, the actual problem of Kabardino-Balkarian research. Abstracts of the Republican scientific-practical conference. Nalchik, KBSU publ., 1996. Pp. 2-7.

6. Arsenyev V. K. In the wilds of the Ussuri region. Moscow, Geografgiz publ., 1951. 543 p.

7. Great historical encyclopedia in 16 vol. Ed. by E. M. Zhukov. Moscow, Soviet Encyclopedia, 1961-1976.

8. Great Soviet encyclopedia: in 30 vol. Ed. by A. M. Prokhorov. Moscow, Soviet Encyclopedia, 1969-1978.

9. Large encyclopaedic dictionary. Ed. by A. M. Prokhorov. Moscow, Soviet encyclopedia, 1993. 1632 p.

10. Bulich S. K. Borrowed words and their meaning for language development. Warsaw, M. Zemkevich's printing, 1886. 18 p.

11. Valgina N. S. Active processes in Modern Russian. Moscow, Logos publ., 2003. 304 p.

12. Kalyuzhnaya N. M. Yihetuans' Rebellion

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРБ Принадлежность к организации

Цзян Сюехуа, аспирант кафедры русского языка, Санкт-Петербургский государственный университет (СПбГУ), Санкт-Петербург, Россия; e-mail: xuehuajiang 2010@163.com

13. Krysin L. P. Foreign words in Modern Russian. Moscow, Nauka publ., 1968. 208 p.

14. Lotte D. S. Issues of borrowing and arranging of foreign terms and term elements. Moscow, Nauka publ., 1982. 149 p.

15. Marinova E. V. Foreign words in the Russian speech of the late 20th-early 21st cc.: problems of development and functioning. Moscow, Elpis, 2008. 493 p.

16. Melnikov A. V. Toponymic dictionary of the Amur region. Blagoveshchensk: Habarknigoizdat, 2009. 232 p.

17. Myths of the world. Encyclopedia.Ed. by S. A. Tokarev. Moscow, Soviet encyclopedia, 2008. 1147 p.

18. New philosophical encyclopedia: in 4 vol. Head of scientific-ed. council V. S. Stepin, A. A. Guseynov, G. Yu. Semigin, A. P. Ogurtsov. Moscow, Mysl publ. 2010.

19. Ozhegov S. I. Russian Dictionary: 80,000 words and phraseological expressions. Moscow, TEMP publ., 2006. 944 p.

20. Opelbaum E. V. East Slavic lexical items in German. Kyiv, Naukova Dumka publ., 1971. 271 p.

21. Sorokin Yu. S. Development of the Russian literary vocabulary in the 30-90s of the 19th century. Moscow: Nauka, 1995. 565 p.

22. Filin F. P. Essays on the theory of linguistics. Moscow, Nauka publ., 1982. 336 p.

23. Shansky N. M. School etymological dictionary of Russian. Moscow, Drofa publ., 2004. 400 p.

THE AUTHOR INFORMATION Affiliation

Jiang Xuehua, postgraduate, chair of Russian, St. Petersburg State University (SPbSU), St. Petersburg, Russia; e-mail: xuehuajiang 2010@163.com

Принята в печать 20.09.2018 г.

Received 20.09.2018.