В сетях не нашли иностранцев

Суд поддержал структуры крупного рыбодобытчика ГК ФЭСТ в споре с Федеральной антимонопольной службой (ФАС), которая обвиняла компании в незаконном иностранном контроле. Участникам рынка в большинстве случаев удается оспаривать подобные претензии ФАС, но споры вынуждали их и продавать бизнес. ФЭСТ уже интересовала Русскую рыбопромышленную компанию (РРПК) Максима Воробьева и Глеба Франка.

Арбитражный суд Москвы признал недействительными заключения ФАС о незаконном иностранном контроле в АО «Стрелец» и АО «Таурус» (входят в ГК ФЭСТ), говорится в картотеке дел. Решение по аналогичному спору еще одной компании группы — АО «Эридан» на вечер вторника не было опубликовано. Как следует из решения по спору «Стрельца» с ФАС, служба обнаружила, что компанию контролирует ЗАО «Северная флотилия». По данным на май 2015 года, 21,5% ЗАО принадлежит Юрию Пруткову, 18,9% — Виталию Пруткову, 0,034% — Ирине Прутковой. Еще по 20,6% компании владеют Светлана Ахмедова и Тамара Митрофанова. По информации ФАС, Юрий и Ирина Прутковы проживают в Швейцарии и имеют гражданство Мальты. Вид на жительство в республике также есть у остальных указанных акционеров. Их в службе считают одной группой иностранных инвесторов, незаконно контролирующих «Стрельца», поэтому компания должна быть лишена права на добычу рыбы.

ФЭСТ ежегодно добывает более 150 тыс. тонн трески, скумбрии, сардины, сельди и пр. Совокупная выручка трех компаний ГК в 2016 году составила 9,65 млрд руб., чистая прибыль — 1,47 млрд руб.

Представитель «Стрельца» отметил, что ФАС не учла наличие у Юрия и Ирины Прутковых наряду с гражданством Мальты паспортов РФ. Факт имеющихся видов на жительство вообще не имеет правового значения, поскольку не закреплен законодательно, указал он. Суд согласился, что господа Прутковы не подпадают под понятие иностранных инвесторов. В решении поясняется, что российский гражданин, также имеющий иностранный паспорт, рассматривается только как гражданин РФ, если между Россией и иностранным государством нет специального договора. С Мальтой подобных соглашений не заключено. Кроме того, понятие иностранного инвестора как гражданина РФ с паспортом иностранного государства применимо только к сделкам, заключенным после 30 июля 2017 года. Тогда начала действовать соответствующая редакция закона «Об иностранных инвестициях». Договоры «Стрельца» на добычу были заключены с мая 2015 года по январь 2017 года.

Партнер юридической компании «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Горбунов считает мотивировку суда абсолютно обоснованной. По его мнению, ФАС может попытаться обжаловать решение, представив новые сведения для поддержки своей позиции, которые повлияют на спор, однако тогда службе придется обосновать, почему аргументы не были изложены ранее. Пока совокупность доказательств выглядит не в пользу ФАС, резюмирует юрист. У службы есть право обжаловать решение в течение месяца со дня принятия.

Претензии ФАС могли вынудить бенефициаров ФЭСТ продать бизнес, говорили собеседники “Ъ” в рыбной отрасли. Активом уже интересовалась РРПК Максима Воробьева и Глеба Франка, но переговоры прекратились осенью 2017 года. В 2013–2014 годах РРПК приобрела четырех добытчиков минтая, которых ранее ФАС подозревала в незаконном контроле со стороны китайской Pacific Andes. После сделок претензии службы были сняты. По оценке собеседника “Ъ” в отрасли, из десятка заключений ФАС о незаконном иностранном контроле, выданных в последние годы, рыбодобытчики оспорили более половины.

Решение суда в пользу «Стрельца» и «Тауруса» может повысить стоимость ФЭСТ, если РРПК сохраняет интерес к активу, а бенефициары группы не исключают продажи бизнеса, считает топ-менеджер крупного рыболовного холдинга. Ранее источник “Ъ” утверждал, что РРПК хотела купить ФЭСТ за $110 млн при рыночной стоимости на уровне $350 млн. Получить оперативный комментарий в РРПК во вторник не удалось. Ранее в компании говорили, что рассматривают любые возможные сделки M&A в Северо-Западном бассейне.

В ФАС и ФЭСТ во вторник не предоставили оперативный комментарий.