Здорова корова

"Ъ-Юг" стали известны подробности судебного спора с участием ООО «Кубанский молочно-товарный комплекс (КМТК)», который требует с администрации края, Минфина РФ и прокуратуры компенсацию ущерба в сумме 774 млн руб. Животноводческая компания, подконтрольная структурам известного предпринимателя Олега Макаревича, получила крупные убытки, поскольку партия импортных коров в течение семи лет находилась на карантине по катаральной лихорадке, но суд в итоге признал заражение недоказанным.

Приобретенных КМТК коров так ни разу и не подоили

Фото: Александр Чиженок, Коммерсантъ

Арбитражный суд Краснодарского края назначил на 29 июня первое слушание по иску ООО «Кубанский молочно-товарный комплекс (КМТК)», которое требует солидарно взыскать 774 млн руб. с администрации Краснодарского края, Минфина РФ, прокуратуры Калининского района и прокуратуры края, информация размещена на сайте суда. Как рассказали "Ъ-Юг" в КМТК, компания требует компенсировать ущерб, возникший в ситуации с приобретением и ввозом в Россию крупной партии коров.

ООО «Кубанский молочно-товарный комплекс» (входит в холдинг Олега Макаревича) управляет одной из крупнейших молочных мегаферм на юге России (18 тыс. голов, из них 7 тыс. голов продуктивного стада), молоко поставляется на Кореновский молочный комбинат, Семикаракорский и Ленинградский сыродельные комбинаты и другим крупным участникам рынка.

В 2014 году компания КМТК приобрела в США 750 коров высокопродуктивной голштинской породы. Доставка животных в Россию была разрешена Россельхознадзором, однако вскоре после ввоза коров специалисты краевого управления ветеринарии сообщили руководству КМТК о выявлении в крови животных антител опасного вируса катаральной лихорадки (блютанг). Постановлением тогдашнего губернатора Кубани Александра Ткачева от 30 июня 2014 года на ферме был введен карантин. Кроме того, краевое управление ветеринарии обязало КМТК осуществить убой животных и переработать мясо на консервы, подвергнув его термической обработке.

Руководство предприятия сочло предписание об убое незаконным и невыполнимым, оспорило его в суде и отказалось исполнять, из-за чего у КМТК начались многолетние тяжбы с участием органов прокуратуры.

«Мы считаем, что органы государственной власти проявили незаконное бездействие: после введения карантина специалисты управления ветеринарии должны были дообследовать коров, затем отменить карантин или, в случае подтверждения заболевания, выкупить животных и произвести убой и утилизацию в специализированной организации с соблюдением мер безопасности, а не возлагать эту обязанность на КМТК», – рассказал "Ъ-Юг" представитель компании.

Пока шли суды, партия коров продолжала находиться на ферме в карантине, получать от них и использовать молоко было запрещено.

В апреле 2021 года Калининский райсуд после многочисленных возвратов дела из вышестоящих инстанций отказал прокурору района в обязании КМТК устранить нарушение ветеринарного законодательства и осуществить убой животных.

Изучив заключения экспертиз, суд пришел к выводу, что заражение животных катаральной лихорадкой не было доказано. В октябре 2021 года карантин был отменен, после чего животных сдали на мясо (коровы голштинской породы могут использоваться для производства молока не более пяти лет).

«Кубанский молочно-товарный комплекс» считает виновниками ситуации органы госвласти и требует компенсировать стоимость коров, а также недополученный доход из-за запрета продавать молоко, всего 774 млн руб.

В администрации Краснодарского края не смогли прокомментировать ситуацию, краевая прокуратура и Минфин РФ на запрос "Ъ-Юг" не ответили.

По мнению оценщика, судебного эксперта группы Veta Александра Терентьева, ситуация с возмещением убытков агрокомпании является понятной, но противоречивой.

«Если ограничительные меры, наложенные на собственника актами уполномоченных органов исполнительной власти, будут признаны необоснованными, то это позволит взыскать ущерб в размере упущенной выгоды от реализации молочной продукции. При этом следует учесть, что решение о забое поголовья было принято и осуществлено уже после снятия ограничительных мер самим собственником, то есть уже после того, как соответствующее требование управления ветеринарии потеряло свою силу. На мой взгляд, в сложившейся ситуации уместно требовать у ответчиков возмещения ущерба, связанного именно с невозможностью реализации молока в течение действия карантинных мер, однако возмещение стоимости скота я бы назвал маловероятным», – сказал эксперт.