Письма святителя Филарета, митрополита Московского, из архива епископа Никодима (Казанцева)

Редакционная коллегия «Филаретовского альманаха» приглашает к сотрудничеству специалистов по богословию, русской истории, культуре и литературе XVIII—XIX вв., заинтересованных в исследовании разнообразной проблематики Филаретовской и — шире — Синодальной эпохи.

Наш адрес: 115184, Москва, ул. Новокузнецкая, д. 236, Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет; факс: (8-495) 953-56-97, e-mail: pstgu@pstgu.ru.

ПУБЛИКАЦИИ

Г. В. Бежанидзе

ПИСЬМА СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА, МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО, ИЗ АРХИВА ЕПИСКОПА НИКОДИМА

Рукописное наследие епископа Никодима (Казанцева) достаточно обширно: богословские труды, переводы, статьи, письма и дневники. Свои бумаги епископ Никодим завещал Красноярскому кафедральному собору. В советское время рукописи были переданы в Государственный архив Красноярского края, где были объединены в личный фонд № 561 «Никодим — первый епископ Енисейский и Красноярский». Фонд включает несколько десятков рукописных томов и составляет 229 единиц хранения1.

Многие годы епископ Никодим вел дневник, на страницах которого фиксировал свои впечатления от встреч с митрополитом Филаретом (Дроздовым). В 1868 г., после кончины Московского святителя, на основании своих дневниковых записей Красноярский епископ написал пространные воспоминания о святителе под заглавием «О Филарете, митрополите Московском, моя память». В 1877 г. воспоминания епископа Никодима были изданы одним из биографов святителя Филарета архим. Еригорием (Воиновым)2.

Кроме того, епископ Никодим в 1874 г., незадолго до своей кончины, составил другой, менее пространный сборник своих воспоминаний под заглавием «О Филарете», который частью совпадает с

1 См. подробнее: Антипов М. А. Новые источники по истории российской иерархии XIX в. (по материалам архивов) // Вторые Димитриевские чтения. Материалы научной конференции 9—10 ноября 1996 г. СПб., 1997. С. 93—105.

2Никодим, еп. О Филарете, митрополите Московском: Моя память. Записки Никодима, епископа Красноярского, с предисл. и примеч. архим. Григория. М., 1877.

первым собранием, частью дополняет его. Записка Красноярского архиерея была издана И. К. Марковым в 1915 г.1

Таким образом, основной массив дневниковых воспоминаний епископа Никодима о митрополите Филарете был обработан уже самим автором. Но в рукописях остается еще ряд документов, связанных со святителем Филаретом, которые отложились в многотомном наследии Красноярского епископа. Для публикации выбраны два письма святителя Филарета к самому епископу Никодиму и Т. Б. Потемкиной. Все они представлены в архиве в виде черновых копий, переписанных с оригинала епископом Никодимом. При публикации сохранены особенности орфографии и пунктуации оригинала.

Письма святителя Филарета епископу Никодиму датируются 1863 г. Поводом к переписке между митрополитом Филаретом и епископом Никодимом послужил проект учреждения в каждой епархии свечного завода. При этом предполагалось установить церковную монополию на производство свечей и жестко контролировать свечной доход приходских церквей и монастырей. Проект был составлен, для того чтобы компенсировать недостаток свечных доходов для финансирования духовных школ. Еще в начале XIX в. все свечные доходы составляли неприкосновенный капитал, проценты с которого использовались для содержания духовных учебных заведений, но к середине XIX в. свечных доходов стало не хватать для пополнения духовно-учебного капитала.

Епископ Никодим получил составленный в синодальной канцелярии проект вскоре после своего вступления на Красноярскую кафедру. В своем пространном отзыве красноярский епископ не только раскритиковал свечной проект, но и дал оценку синодальному управлению в целом, причем в таких выражениях, что обер-прокурор А. П. Ахматов не счел возможным представлять этот отзыв в Синод, а предварительно отправил его митрополиту Филарету (Дроздову)2.

Московский святитель послал своему младшему собрату отеческое увещание, предлагая не выходить из пределов своей компетен-

1 Марков И. К. Неизданная статья епископа Никодима (Казанцева) о митрополите Московском Филарете // Русская Старина. 1915. № 1. С. 89—116.

2 Там же. С. 113-114.

ции: «Вам видится светское “вмешательство, сдвигающее духовную власть с ее апостольской кафедры и поставляющее себя на место ее”. Правда ли это? Не оскорбляете ли вы сим Святейший Синод, так же как и Государственную власть?» Митрополит Филарет вернул епископу Никодиму его записку, посоветовав переписать отзыв, «не выходя из пределов предложенного вопроса»1. Вняв словам своего учителя, епископ Никодим переслал в Москву новый отзыв, более соответствующий предложенному Синодом вопросу. «Благодарствую митрополиту. Славлю Бога, милующего меня. Постараюсь тщательнее наблюдать за собою в бумагах моих», — писал в своем дневнике по поводу этого случая епископ Никодим2.

Сам святитель Филарет негативно относился к свечному проекту. По мнению митрополита Филарета, церковная монополия на производство свечей породит лишь рост нелегальной свечной торговли и даст дополнительные выгоды производящим свечи раскольникам. Приходской священник вынужден будет преследовать нелегальных торговцев свечами: «Оставя церковь, идти в суд, вести тяжбу и вместо поучения говорить адвокатскую речь. На церковных монополистов-преследователей народ, вероятно, будет так же неприятно смотреть, как на бывших винных откупщиков и их поверенных»3.

Святитель Филарет признает, что приходские церкви не сдают прибыль в епархии: «Вероятно, в большей части церквей большая половина свечной прибыли переходит в кошельковую сумму; но священник, зная сию неверность церковных старост пред законом, принужден терпеть ее потому, что без сего многие церкви не могли бы удовлетворять своим потребностям, а также и потому, что неудобно преследовать за сие церковных старост и при таком преследовании не нашли бы желающих принимать должность церковной старосты». Часть утаиваемых свечных денег можно было бы «извлечь без вреда для церкви, если духовенство, церковные старосты и прихожане до-

1 Государственный архив Красноярского края (далее: ГАКК). Ф. 561. Оп. 1. Д. 156. Л. 88-89.

2 Там же. Л. 87 об.

’См.: Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского по учебным и церковно-государственным вопросам: В 5 т. / Изд. под ред. преосвягц. Саввы, архиеп. Тверского и Кашинского. СПб.; М., 1885— 1888 (далее: Филарет (Дроздов), митр. Собрание мнений). Т. 5. Ч. 1. С. 383—384).

статочно поймут церковную нужду и решатся действовать верно и с усердием»1.

Таким образом, митрополит Филарет, с одной стороны, не замалчивает очевидных нарушений установленного порядка, с другой — показывает, что и сама система финансирования духовных школ несовершенна и при строгом соблюдении может нарушить хрупкую гармонию приходской жизни.

Доводы святителя Филарета оказали решающее влияние на судьбу свечного проекта, который был отвергнут Синодом.

Другой документ, извлеченный из бумаг епископа Никодима, — письмо митрополита Филарета к Т. Б. Потемкиной, которое было написано по поводу учреждения миссионерского общества. Кавказский наместник князь А. И. Барятинский представил в начале декабря 1857 г. императору проект миссионерского общества, которое учреждалось для восстановления Православия на Кавказе. Председателем этого общества предполагалось назначить кавказского наместника, общество было устроено по светским принципам. Средства предполагалось собирать путем пожертвований частных лиц. Император, ознакомившись с проектом, наложил следующую резолюцию: «Предмет этот нахожу весьма важным, но мне кажется, что можно того же достигнуть без учреждения подобного братства, несовместимого с нашими учреждениями. Записку эту можно внести в Кавказский комитет»2.

Благодаря влиянию А. И. Барятинского дело продвигалось довольно быстро. Кавказский комитет в целом одобрил инициативу князя, предложив принять общество под покровительство одному из членов императорской фамилии, и уже 10 декабря 1857 г. последовала одобрительная резолюция Александра II: «Государыня императрица Мария Александровна с удовольствием примет это общество под свое покровительство»3.

В сентябре 1858 г. Барятинский представил проект устава нового общества, который был передан Кавказским комитетом обер-

1 Собрание мнений и отзывов Филарета... С. 385—386.

2 Государственный архив Российской федерации (далее: ГА РФ). Ф. 722. Оп. 1. Д. 545. Л. 5-5 об.

3Там же. Л. 6 об.

прокурору Синода графу А. П. Толстому, а он в свою очередь отправил бумаги на рассмотрение митрополиту Московскому Филарету Святитель Филарет в ответном письме к обер-прокурору обратил внимание на то, что уставом общества даются слишком обширные полномочия его председателю, светскому сановнику, что противно правилам церковным, «ибо общество имеет предметом дело, по божественному установлению принадлежащее церковной иерархии». Кроме того, ограничение деятельности общества Кавказским краем не отвечает потребностям православной миссии1.

Святитель Филарет предложил учредить «Российское общество распространения православного христианства» и возглавить его трем первенствующим членам. Первым председателем должен быть иерарх, желательно член Синода, вторым — светский сановник и третьим — кто-либо из духовных или светских лиц, по обстоятельствам. «В их единодушии, — утверждал святитель, — не позволяет сомневаться цель их действования — служить распространению царства Христова»2.

Московский святитель предполагал, что его аргументы могут быть не услышаны. «Не думаю, чтобы предначертавшие план Кавказского общества легко согласились изменить свои мысли. Чту людей и благонамерения, но пред делом Божиим паче благоговеть должно», — писал он в сопроводительном послании обер-прокурору. Действительно, согласовать мнения святителя Филарета и А. И. Барятинского не удалось, и учреждение общества было отложено3.

В начале 1860-х гг. одной из ревностных последовательниц идеи учреждения миссионерского общества под покровительством императрицы становится состоящая в дружеских отношениях с царской четой Татьяна Борисовна Потемкина. Пережив духовный переворот в молодости, Т. Б. Потемкина в петербургском обществе имела репутацию человека, углубленного в духовную жизнь. Ее дом был приютом для разного рода «странников» и «убогих», устраивались приемы для духовенства. Потемкина, из-за своего влияния при дворе, считалась устроительницей церковных дел, зачастую весьма важных4.

1 Филарет (Дроздов), митр. Собрание мнений. Т. 4. С. 376—377.

2 Там же. С. 378-379.

3 ГА РФ. Ф. 722. Оп. 1. Д. 545. Л. 19 об. - 24 об.

4См.: Мемуары графа С. Д. Шереметьева. М., 2001. С. 56-61.

Теперь миссионерское общество возглавлялось советом под председательством архиепископа Василия (Лужинского). В состав совета входила Т. Б. Потемкина.

Святитель Филарет, не возражая против учреждения миссионерского общества, не одобрял присутствие в его руководящем совете женщины. «Сия последняя особа, — писал он митрополиту Петербургскому Исидору, — известна как искренне преданная православию и благорасположенная с чистым усердием служить всякому доброму делу. Но сомнению и рассуждению предлежит здесь не достоинство лица, а состав совета». «Сей совет, — продолжал святитель, — в своем высшем направлении есть собрание церковное, духовное, учительное. А святой Павел говорит: жене учити не повелеваю: жены в церквах (и в собраниях церковного характера) да молчат. Потому допустил ли бы он в сие собрание в качестве члена особу женского пола?.. Не надобно ли остеречься от сего особенно в такое время, когда одни и те же люди признают, что христианство освободило женский пол, и в тоже время домогаются для него какой-то новой свободы, которой не поставляют никаких пределов?»1

Увещательное письмо митрополит Филарет послал и самой Потемкиной, предлагая ей отказаться от участия в руководстве деятельности миссионерского общества. Впрочем, новоучрежденное общество так не смогло организовать миссионерское дело в России, и 10 августа 1868 г. императрица решила перенести управление общества в Москву под председательство митрополита Иннокентия (Вениаминова). Святитель Иннокентий, однако, не захотел возглавить существующее общество и разработал устав нового православного миссионерского общества, которое наконец было утверждено на церковных началах и имело значительный успех2.

1 Филарет (Дроздов), митр. Собрание мнений. Т. 5. Ч. 2. С. 884—886.

2 См.: Никольский А., прот. Православное миссионерское общество: историческая записка о деятельности Общества за истекшее двадцатипятилетие (1870— 1895 гг.). М., 1895.

Два письма митрополита Филарета Московского епископу Никодиму (Казанцеву)1

Преосвященный Владыка,

Достопочтенный о Господе брат!

Попечение о том, чтобы дела производились мирно, доставило мне случай видеть Ваше отношение о свечном проекте, и Ваши на него замечания.

Тоже попечение побуждает меня сказать о сем деле несколько слов с надеждою, что они будут приняты Вами с благорасположением и останутся между нами.

Не спорю против Вашего мнения, не одобряющего проект. И я не далек от сего мнения.

Но внимание требует не только сущность мнения, но и образ изъявления оного.

Вы обвиняете составителя проекта в «легкомыслии». Но дело идет о проекте, а не о лице. Личные оскорбления в дела не извинительны.

Вы сравниваете свечной проект с откупом, «презираемым и ненавистным». И здесь есть доля признания, которой можно было избежать без вреда для истины.

Вы находите управление Церковными капиталами не довольно «расчетливым и расточительным». Не о сем спрашивают, имеете ли Вы право произнести в лице начальству сие порицание, и при том бездоказательно?

Вам видится светское «вмешательство, сдвигающее духовную власть с ее апостольской кафедры и поставляющее себя на место ее». Правда ли это? Не оскорбляете ли Вы сим Святейший Синод, также как и Государственную власть?

Вам видится вмешательство, делающее Духовные училища «общиною, проявляющею стремления, недостойные Церкви». Можете ли Вы доказать, что это делает нынешнее начальство Духовных училищ?

Вы протестуете против покупки домов для чинов Синодских и подозреваете увеличение сего расхода. О том ли Вас спрашивают? На чем основано подозрение?

1ГАКК. Ф. 561. Оп. 1. Д. 156. Л. 88-89, 180 об.

Вам кажется Духовно-учебное управление отделенным от Св. Синода «на две дистанции». Что это за дистанции? Св. Синод непосредственно дает предписания и поручения Духовно-учебному управлению.

Вы жалуетесь, что Духовно-учебное управление составлено из светских лиц. А канцелярия Вашей консистории? Не хотите ли составить ее из священников и дьяконов? Найдете ли церковное правило, чтобы производить священника не к церкви, а к канцелярии?

«Пусть нас оставят, мы сами...» Кто это говорит? Преосвященный Енисейский?

Кто ему дал право так говорить против правительства? Или все епископы? Получил ли Преосвященный Енисейский от них полномочие так говорить?

Не имею времени продолжать сии указания и думаю, что сказанного довольно, чтобы Вы могли усмотреть, как ревность увлекла Вас за пределы законные. Не согласитесь ли признать более, нежели вероятным, что записка Ваша, если бы прочитана была в Св. Синоде, вызвала бы отзыв, весьма для Вас неприятный?

С моей стороны, я в том уверен и потому пользуюсь благосклонно предоставляемым случаем вывести непоконченное дело на мирный путь следующим образом:

Отношение и записка Ваша признаются еще неполученными и обращаются в Ваши руки.

Если Вы убеждены в написанном мною, то и Вы признаете Ваше отношение и записку проектами, еще не состоявшимися, и оставите у себя; и напишите и пришлите новое отношение и записку, в выражениях более умеренных, не касаясь лиц, не произнося суда над правительством, не выходя из пределов предложенного вопроса.

Если же случилось бы, чего не ожидаю, что Вы не убедились бы моими мнениями и не захотели бы умерить Вашего слова: то возвратите мне посылаемое при сем ваше отношение и замечания: они пойдут на свой путь; и да дарует Бог, чтобы последствия для Вас были лучше, нежели каких я опасаюсь.

Примите мое братское почтение.

Вашего преосвященства покорнейший слуга,

Филарет Митрополит Московский.

14 марта 1863 г.

Преосвященнейший Владыка,

Возлюбленный о Господе брат!

Как Вы доверили прочитать Ваше мнение о свечном сборе: то со взаимным доверием скажу мое мнение.

Полагаю, что суждения Ваши приняты будут со вниманием и без спора, кроме, может быть, последнего, что Вы сбор свечной и отсылку почитаете жертвою. Если же сие и подвергнется оспариванию, то без оскорбления кого бы то ни было и без неблагоприятного мнения о Вас.

Есть основания думать, что при ближайшем рассмотрении проекта признано будет неудобство его и не будет о нем настояния.

Прося молитв Ваших, с истинным почтением и любовию о Господе пребываю

Вашего Преосвященства Покорнейшим слугою.

Филарет, митрополит Московский.

22 мая 1863 г.

Москва

Письмо митрополита Филарета Московского Татьяне Борисовне Потемкиной1

Милостивая государыня Татьяна Борисовна!

Насилу мог я отверзть немощные уста, чтоб призвать Вам на новое лето новое благословение Божие: тем не менее усердно призываю.

Мне прискорбно, что Преосвящ. Иоанн более или менее нарушил мир Ваш. Если он сказал, что я «не доволен Вами», то это весьма не точно.

Имею право и долг — иметь и изъявлять уважение к Вашей христианской деятельности, но не имею право судить Ваши действия, и еще менее Вашу личность.

'ГАКК. Ф. 561. Оп. 1. Д. 161. Л. 62—63. Подчеркивание в тексте святителя Филарета.

И если бы я хотел судить о Ваших действиях относительно Миссионерского общества, то мне встретились бы оправдания, а не обвинения. Вы приняли участие в деле добром и полезном, которое требовало деятельного споспешествования и не легко могло найти его.

Вероятно, и потому, что пример Высокой Покровительницы Общества освещал Вам путь, вы шли по нему свободно, не думая — нужно ли где остановиться.

Но здесь я должен остановиться. Пример Высочайшей Особы, покровительствующей делам христианства, выше обыкновенного подражания. Церковь с благодарностью признает такой характер; но пример в Равноапостольной Елене, в Императрице Ирине. Сия сильным покровительством собрала и поддержала 7-й Вселенский Собор, но действовать ему предоставила в установленных издревле формах — неприкосновенно и не нововводно.

Надеюсь, признаете, что мне по моему званию и служению свойственно не без участия и заботы и заботы смотреть, так ли идут церковные дела в великом и в малом.

Одна из обязанностей Совета Миссионерского общества, по уставу его, есть возбуждение, поддержание и развитие в членах Русской Церкви сочувствия к миссионерскому делу. Проповедник общества говорит совету: «Начинаете вы дело Божие. по преимуществу, дело Христово. Нель нашего общества — содействие вере христианской. Утешайте, укрепляйте нравственными способами».

Видите, что сей совет в своем высшем направлении есть собрание церковное, духовное, учительное. Асв. Павел говорит: Жене учить не повелеваю: жены в Церквах (в собраниях церковного характера) да молчат. По сему допустил ли бы он в сие собрание, в качестве члена, особу женского пола? Христианство возвысило женский пол: но в то же время охранительно действовало в отношении к драгоценному свойству сего пола — к скромности. Они не только не смешивались с мужеским полом в должностях, заседаниях, но и на молитве в церквах занимали отдельные места. У нас частию неудобства зданий, частик» невнимательность расстроили сей обычай.

И в гражданских должностных заседаниях женский пол не смешивается с мужским. Тюремное общество — учреждение, свободно составившееся: но мужеский комитет существует особо, и женский

особо. Но для чего же [нужно], чтобы нарушение сего векового порядка началось с церковных дел?

Не надобно ли остеречься от сего, особенно в такое время, когда одни и те же люди признают, что христианство освободило женский пол, и в то же время домогаются для него какой-то новой свободы, которой не поставляют никаких пределов?

Вот о чем я думаю с заботою, и вот какая забота исторглась у меня из мысли и сердца в слово — в собеседовании, дошедшем до Вас. По моему мнению, было бы не несправедливо, если бы сию заботу имели и изъявили на деле духовныя лица и богословы перваго в России Миссионерского общества.

Споспешествовать — иное дело. К сему есть много средств и для лиц женского пола без необходимости заседать в Совете. Например, Вы открываете ваш дом для собраний общества и Вашим к нему усердием располагаете к подвигам других: прекрасное споспешествование Миссионерскому обществу. Так миссионерствовали пребывавшие в доме Лидии (Деян 16. 14—15), но они не прикасались к делу собственно Апостольскому.

Если бы Вам угодно было обратить внимание на мое мнение, то я убеждал бы Вас не отказываться от споспешествования Миссионерскому обществу, но предложивши кому следует, вновь рассудить о составе совета.

Отца архим. Владимира я призывал лично, только не довольно им пользовался, по неудовлетворительному состоянию моего здоровья.

Паки призываю Вам благословение Божие, пребывая с истинным к Вам почтением.

Филарет Митрополит Московский.

23 января 1866 г.

Неразборчиво пишу по причине поспешности и несовершенства зрения. Не угодно ли велеть переписать для прочтения.