Открытие девонской нефти «Второго Баку»

М.А. Камалетдинов, Д.В. Постников

Институт геологии УНЦ РАН, Уфа

ОТКРЫТИЕ ДЕВОНСКОЙ НЕФТИ «ВТОРОГО БАКУ»

Сейчас, стоя у кромки «моря» девонской нефти Вол-го-Урала, питавшей многие десятилетия одну из крупных нефтедобывающих индустрий мира, и окидывая мысленным взором 60-летнюю панораму нефтепоискового процесса, мы должны отметить, что его участниками были многие тысячи нефтяников-специалистов всех отраслей нефтяного дела, организаторов производства и ученых. Но, говоря словами Д.И. Менделеева, «указующим перстом» нахождения нефтяных богатств в недрах Предуралья были геологи-нефтяники. Их деятельность дала поучительный пример достижения блестящего результата в сжатые сроки.

После подтверждения наличия промышленной нефтеносности палеозойских отложений открытием в мае 1932 г. Ишимбайского нефтяного месторождения в нижнепермских карбонатных породах Предуральского краевого прогиба в марте 1939 г. было принято решение о создании в Урало-Волжском регионе мощной нефтяной базы «Второго Баку», сопоставимой по масштабам с самыми крупными нефтедобывающими центрами мира. Для выполнения этой грандиозной задачи сюда были переброшены огромные материально-технические, научные и людские резервы со всех промышленно развитых краев СССР. Среди специалистов нефтяников и мастеров по бурению глубоких скважин особенно много было приезжих с Кавказа, которые обучали этой трудной профессии местные кадры. Напомним, что такими же суперфорсированными методами и почти синхронно создавались атомная промышленность и ракетная система Советского Союза. Названные глобальные инфраструктуры акселирировались на пределе возможностей народного хозяйства и населения страны.

Решение о создании «Второго Баку» зиждилось на научном прогнозе геологов конца XIX - первой трети XX вв. Г.Д. Романовского, A.A. Штукенберга, А.П. Павлова, А.П. Иванова, Ф.И. Кандыкина, А.Д. Архангельского, А.Н. Розанова, И.Н. Стрижева и И.М. Губкина, считавших, что отложения карбона и девона Урало-Поволжья могут содержать промышленные запасы углеводородов. Одним из важных оснований тому служила общая аналогия Предуралья с богатым нефтью Предаппалачьем Северной Америки.

Сочетание поверхностных нефте- и битумопроявлений с предполагаемыми большими мощностями палеозойских отложений и наличием благоприятных антиклинальных структур позволили И.М. Губкину, возглавившему нефтяную эпопею на Востоке страны, ориентировать поисково-разведочные работы в районе Татарского свода. Важную роль в геолого-съемочных работах и изучении структуры района сыграли экспедиции ленинградских (Н.И. Форш) и казанских (Е.И. Тихвинская, Н.П. Герасимов, В.И. Троепольский и др.) геологов. На южной вершине Татарского свода были проведены геологосъемочные и геофизические работы под руководством К.Р. Чепикова. Именно он выявил в 1933 г. к востоку-северо-востоку от нефтепро-явлений Сокско-Шешминского района Муллинскую (Туй-мазинскую) структуру и высказал мнение о том, что нефть здесь может содержаться в карбоне и девоне. Структур-

ную карту этой площади составил П.С. Чернов, установивший огромные размеры Туймазинской антиклинали.

Инициатором и организатором глубокого бурения на Туймазинской структуре был В.П. Скворцов - первый главный геолог геолого-поисковой конторы треста «Башнефть».

В мае 1937 года в ходе поисково-разведочного бурения здесь были установлены промышленные залежи нефти в терригенных слоях угленосной свиты и в карбонатных отложениях кровельной части турнейского яруса нижнего карбона. В результате впервые было доказано существование нефтяных залежей не только в ранней перми рифовой зоны, но и в нижележащих отложениях палеозоя в западной платформенной части республики. По инициативе И.В. Бочкова в Туймазах была заложена глубокая скважина №148, с целью вскрытия доманиковых отложений верхнего девона и выяснения их нефтеносности.

Одновременно с этим было решено ввести в глубокое бурение примыкающую к Туймазинской Ардатовскую структуру, на которой была заложена скважина №1.

К концу 1939 года в Туймазах и Ардатовке была вскрыта верхняя часть девонских карбонатных отложений, и тем самым впервые фактически доказано наличие пород этого возраста в платформенной части республики.

Начальник геологического кабинета Центральной научно-исследовательской лаборатории (ЦНИЛ) «Башнеф-ти» К.Р. Тимергазин, занимавшийся детальным исследованием нефтеносности Туймазинского района, уже тогда настаивал на углублении Ардатовской скважины №1 для вскрытия ожидаемых терригенных отложений девона. Его инициативу поддержал главный геолог «Главвостокнеф-тедобычи» Г.Л. Гришин.

13 мая 1940 года на глубине 1660 м Ардатовская скважина №1 вскрыла под доманиковыми отложениями тер-ригенную толщу девона с пластом пористых песчаников, сильно насыщенных нефтью в верхней части.

В отчете, посвященном исследованию этой скважины, в мае 1940 г. К.Р. Тимергазин первым написал: «Открыт новый нефтеносный горизонт, еще неизвестный не только в Башкирии, но и за пределами ее». Отсутствие притока нефти в скважине он объяснил тем, что скважина была пробурена в краевой, пониженной части структуры.

3 июня 1940 г. А.А. Трофимук и К.Р. Тимергазин опубликовали в республиканской газете «Красная Башкирия» статью «Новые данные о нефтеносности недр Башкирии», в которой предложили для ускорения открытия девонской нефти углубить разведочную скважину №142, расположенную в своде Туймазинской структуры. Если бы эта рекомендация была реализована, уже тогда, в 1940 году, состоялось открытие большой девонской нефти.

К сожалению, серьезным препятствием на пути ее осуществления стал не геологический, а психологический фактор. Напомним, что ситуация в стране в то время была крайне сложной - «большой террор» безжалостно перемалывал человеческий материал, особенно специалистов и интеллигенцию, которым большевики не доверяли.

•— научно-технический журнал

ШЪ Георесурсы

В 1936 - 1938 гг. были репрессированы многие крупные руководители нефтяной отрасли, среди которых управляющие трестом «Башнефть» С.М. Ганшин, Петерсон, Р.З. Бучацкий, И.Н. Опарин, К.И. Астафьев, А.И. Акули-нин, И.Ф. Мележников. Последние трое проработали лишь по несколько месяцев, а Петерсон - несколько дней. В 1937 г. расстреляли главного геолога «Башнефти» Я.Л. Давидовича и главного геолога ГПК В.П. Скворцова, репрессировали геологов Б.Я. Аврова, С.А. Харитонова, А.П. Бул-масова, Г.Е. Егера, В.А. Кирова, Г.Ф. Маркаряна и многих других. Пострадал и К.Р. Чепиков - первооткрыватель Туй-мазинской структуры, а в последующем девонской нефти.

Абсурдность террора усугублялась тем, что он проходил на фоне крупного успеха, достигнутого нефтяниками - открытия каменноугольной нефти в Туймазах.

После смерти Сталина все репрессированные специалисты были реабилитированы. И хотя о них сегодня редко вспоминают, их роль в освоении нефтяных богатств, в том числе открытии девонской нефти, была очень весомой. Забывать или умалчивать эти имена, значит, искажать историю.

Политико-административные репрессии предвоенного периода значительно ослабили кадровый состав специалистов нефтяников, посеяли среди них страх, подозрительность, растерянность. Беспрерывно сменявшиеся руководители треста «Туймазанефть», объединения «Башнефть» и управления «Главнефть» опасались бурить на девон, понимая, что если он окажется пустым, их обвинят во вредительской деятельности, отвлечении средств на бесперспективные объекты с целью ослабления экономики СССР.

Поиски нефти в девоне поддерживали в основном местные геологи - туймазинские и цниловские: Е.А. Граб-лин, А.Д. Никитин, И.П. Николаев, М.В. Мальцев, В.А. Ба-лаев, А.Я. Виссарионова - те, кто каждодневно занимался изучением геологии района. Их мнению не придали значения, и разведка на девонскую нефть в Туймазах до войны так и не была начата. Как писал К.Р. Тимергазин, «верное дело получения девонской фонтанной нефти было отодвинуто на задний план».

С началом войны существенно ухудшилось снабжение нефтяной отрасли буровыми станками, техникой, оборудованием. На фронт ушли многие работники нефтяной отрасли. Среди геологов на передовой сражались выдающиеся нефтяники и убежденные сторонники девонской нефти К.Р. Тимергазин и Н.И. Мешалкин.

Нерешительность геологов проявилась особенно наглядно на крупном совещании в Наркомате нефтяной промышленности СССР, проведенном в начале 1942 года в Уфе и собравшем почти всех ведущих геологов-нефтяников страны во главе с наркомом И.К. Сединым и его заместителем Н.К. Байбаковым. Совещание сочло, что бурение на терригенный девон не имеет надежного обоснования.

Это решение было созвучно с пессимистическим мнением, бытовавшим среди геологов-нефтяников о том, что с глубиной количество нефти в недрах Земли существенно сокращается. Ошибочные теоретические предпосылки, как известно, неоднократно тормозили поисково-разведочные работы в Волго-Уральской области.

После отъезда НКНП СССР из Уфы и возобновления деятельности объединения «Башнефть» вопрос о разведке девонских отложений на Туймазинской структуре вновь был поднят в конце 1942 г. В октябре 1942 г. главный геолог «Башнефти» А.А. Трофимук и начальник геологического

отдела «Туймазанефти» М.В. Мальцев на геологическом совещании в «Башнефти» инициировали следующее решение: «Промышленную разведку девонской нефти Мул-линской (Туймазинской) структуры считать необходимой, для чего наметить скважину - точку в профиле скважин 97 - 142 по сетке к югу от последней».

Однако и на сей раз бурение девонской скважины, которой был присвоен номер 100, затянулось из-за административно-организационных неурядиц. Согласование и утверждение проекта, монтаж бурового станка и котель-ни заняли два года. Лишь в конце февраля 1944 г. было начато бурение. Место заложения скважины выбрал главный геолог «Туймазанефти» Т.М. Золоев, а проект этой исторической скважины составил М.Е. Торяник.

Но и в этот раз бурение чуть было не сорвалось. В 1944 г. началось восстановление нефтепромыслов Краснодарского края, где все скважины были ликвидированы в 1942 г. из-за наступления немцев. Поступило распоряжение о переброске буровых станков из Башкирии в Краснодар, и, в частности, о снятии бурового станка со скважины № 100.

Спасла положение скважина, открывшая в июле 1944 года нефть в терригенном девоне на Самарской Луке (Яблоневый Овраг). При ее испытании был получен фонтан нефти с дебитом 200 тонн в сутки. Это придало башкирским геологам уверенности в борьбе со скептиками, которые несмотря ни на что продолжали отрицать высокую перспективность девонских пластов и требовали отправить буровые станки на Кавказ, где дебиты скважин значительно превышали туймазинские.

В это время произошел еще один инцидент, который мог отдалить ожидаемое открытие. При проходке скв. 100 доманикового горизонта, залегающего выше терригенно-го девона, порвались бурильные трубы. Из Уфы поступило распоряжение прекратить бурение и вернуться к эксплуатации нефтяной залежи в угленосном горизонте. Но М.В. Мальцев, на свой страх и риск, решил добуриться до терри-генного девона вторым стволом. Последовал приказ об отстранении его от работы и передачи дела в суд. Однако скважина в интервале 1620-1730 м успела вскрыть пласты девонских песчаников общей мощностью около 40 м.

Один из этих пластов, перфорированный в пределах 6 м, дал 26 сентября 1944 года мощный нефтяной фонтан с суточным дебитом 250 тонн, что равнялось дебиту семидесяти скважин, работавших на нижний карбон.

Так было открыто самое крупное в СССР в те годы Туймазинское месторождение девонской нефти.

Сделаем еще одно уточнение, восстанавливающее историческую истину. Во всех справочниках сообщается, что нефтеносный девон в скважине № 100 вскрыла буровая бригада мастера А.Т. Трипольского, заменившего бурового мастера В.Н. Андрияшина.

При этом причину замены мастера объясняют болезнью В.Н. Андрияшина, а некоторые авторы литературных произведений изображают его сильно больным пожилым человеком. В действительности Андрияшину в то время было 33 года, он был совершенно здоров и считался одним из лучших буровых мастеров треста «Туймазанефть».

Дело в том, что открытие девонской нефти в Яблоневом Овраге многих убедило в существовании ее и в Туйма-зах, и местное руководство решило, что беспартийный Ан-дрияшин может испортить впечатление от победной реляции в Москву. Ему срочно предложили подать заявление о

научно-технический журнал ^шя—^та

Георесурсы ШШ

вступлении в КПСС, но он отказался, и его сняли с должности мастера, несмотря на то, что бурение шло успешно.

В.Н. Андрияшин в своих воспоминаниях пишет: «Бурить скважину мы начали в самый последний день февраля. Зима в тот високосный год была суровой и бураны сильными. До мая пробурили 1200 м. Каждая вахта работала по 12 часов, без выходных. Часто выходил из строя инструмент, рвались трубы. Вспоминаю своих бурильщиков Антохина, Туровского, Дойникова, женщин, которые были в то время в каждой вахте. Не жалели сил все».

В.Н. Андрияшин после данного случая уехал в Ишим-бай и еще долгие годы работал буровым мастером. Мастер коммунист А.Т. Трипольский за вскрытие девонских пластов был награжден орденом Ленина, квартирой и автомашиной. С.И. Кувыкин, А.А. Трофимук, Т.М. Золоев, К.Р. Чепи-ков и М.В. Мальцев стали лауреатами Сталинской премии.

Не будет преувеличением сказать, что открытие девонской нефти на Самарской Луке и в Туймазах ознаменовало начало эры большой девонской нефти СССР. Значение этого открытия трудно переоценить, ибо оно, с одной стороны, подтвердило достоверность основных положений нефтяной науки, с другой - привело в 1948 г. к открытию еще более крупного девонского нефтяного месторождения - Ромашкинского (на южной вершине Татарского свода), до сих пор входящего в первую десятку уникальных по запасам месторождений мира.

Туймазинское месторождение, эксплуатация которого продолжается и по сей день, дало почти четвертую часть добытой к настоящему времени башкирской нефти, составляющей полтора миллиарда тонн.

Туймазинское нефтяное месторождение, которому более 60 лет, является подлинной нефтяной академией, где впервые в стране проходили апробацию буквально все новшества нефтяной отрасли и науки - от бурения до эксплуатации. Через Туймазинские «университеты» прошли многие тысячи специалистов-нефтяников, которые поднимали нефтяную целину по всей нашей стране и за ее рубежами.

Завершим наше небольшое историческое повествование словами одного из первооткрывателей Туймазинско-

Уфа: Гилем, 2007. 320 с.

Академия наук Республики Башкортостан Отделение наук о Земле и природных ресурсов

Ученые и время

Камалетдинов М.А.

М.А. Камалетдинов - известный российский ученый, академик АН РБ, анализирует отношение тоталитарной власти к науке, создает портреты ученых, которые, несмотря на жесткие идейные установки, находили в себе силы и мужество отстаивать научную истину. Автор убедительно показывает, что одаренность настоящего ученого всегда сочетается с высокими нравственными качествами - добротой, порядочностью, преданностью своему делу. Потеря же нравственности оборачивается невосполнимыми утратами в науке. Книгу предваряет статья о жизни и туДппп деятельности автора.

ISBN 978-7501-0814-5

го месторождения девонской нефти - профессора Кады-ра Рахимовича Тимергазина: «Башкирия, явившаяся по существу первооткрывательницей «Второго Баку» и его центром, может и должна стать первооткрывательницей додевонской нефти». От себя добавим: и поднадвиговой нефти на Урале. Следовательно, можно надеяться, что впереди нас ожидает эпоха новых нефтяных открытий!

Литература

Башкирская нефть. Коллектив авторов: Шакиров М.З. и др. М. Недра. 1982.

Губкин И.М. Урало-Волжская нефтеносная область (Второе Баку). М.-Л.: АН СССР. 1940.

Тимергазин К.Р. Очерки по истории башкирской нефти. Уфа: Баш. книг. изд-во. 1956.

Тимергазин К.Р. Додевонские образования Западной Башкирии и перспективы их нефтегазоносности. Уфа: БФАН СССР. 1959.

Тимергазин К.Р. Терригенныге отложения девона Бавлинско-Туй-мазинского нефтеносного района. Изб. тр. Кн. 1. Уфа: Гилем. 2000.

Тимергазин К.Р., Трофимук А.А. Новые данные о нефтеносности недр Башкирии. Красная Башкирия (Уфа). 3 июня, № 125. 1940. 2.

Трофимук А.А. Урало-Поволжье - новая нефтяная база СССР. М.: Гостоптехиздат. 1957.

Уфа: Гилем, 2007. 448 с.

Академия наук Республики Башкортостан Отделение наук о Земле и природных ресурсов Уфимский научный центр РАН Институт геоэкологии

Додевонские образования Западной Башкирии и перспективы их нефтегазоносности

Избранные труды. Книга вторая

Тимергазин K.P.

Эта книга, которую автор опубликовал в 1959 г., стала первым фундаментальным трудом по геологии древнейших осадочных и кристаллических толщ восточной окраины Русской платформы. Вскрываемый и по сей день весьма дискретно единичными глубокими поисково-разведочными скважинами разрез додевонских осадочных образований был уже тогда - в середине двадцатого века - им скрупулезно литологически описан и скоррелирован. Крупнейшим достижением К.Р. Тимергазина является первое установление на этой обширной территории перерывов в осадконакоплении между нижнепалеозойскими, вендскими, рифейскими и архейскими образованиями. Автором составлена первая стратиграфическая схема нижнебав-линских (ныне рифейских) отложений платформенного Башкортостана. В основу схемы был положен принцип расчленения рассматриваемых отложений по седимента-ционным циклам и литологическим особенностям пород. Такой подход прошел испытание временем и сейчас остается основным при проведении стратиграфического расчленения и корреляции разрезов рифея. Современные исследования подтвердили правильность научных взглядов К.Р. Тимергазина на строение фундамента. Этот фундаментальный труд стал настоящим настольным пособием для всех исследователей докембрия Русской платформы и его потенциальной нефтег

ISBN 978-5-7501-0815-2

|— научно-технический журнал

I еоресурсы з (26) 2008