Как СМИ заморозили зарплаты граждан

Нет в России прибора важнее испорченного телефона. А когда по нему обсуждают экономические прогнозы, результаты получаются самые неожиданные. Не стоит, правда, надеяться, что это поможет выходу из кризиса и росту зарплат. Скорее, помешает.

Если вы надеялись на рост доходов в ближайшие годы, рассчитывать придется только на собственные силы. Ни роста экономики, ни сколько-нибудь заметного увеличения доходов до 2019-го не будет. Даже при самом удачном расположении звезд. Это главный вывод, который стоит сделать среднему россиянину, интересующемуся планами правительства, из опубликованного в начале мая прогноза Минэкономики.

На несколько более формальном языке он называется так — "Сценарные условия, основные параметры прогноза социально-экономического развития Российской Федерации и предельные уровни цен (тарифов) на услуги компаний инфраструктурного сектора на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов" и, как всегда, содержит три сценария.

Базовый (исходя из него будут планировать бюджет): нефть — $40, темпы роста ВВП доходят аж до 2,2% к 2019 году, инфляция снижается с 6,5% в 2016 году до 4% в 2019-м, реальные (с поправкой на инфляцию) доходы и зарплаты к 2018 году выходят на рост около 1% в год.

Консервативный (на тот случай, если средняя цена на нефть все-таки упадет к $25 за баррель) предполагает, что в 2017 году спад в экономике продолжится, а какой-то — почти не отличимый от нуля — рост возобновится только после президентских выборов 2018 года, инфляция снизится лишь до 5,1% в 2019 году, а изменение реальных доходов и зарплат будет практически нулевым. Могло бы быть и хуже, но в прогноз заложено "масштабное... увеличение государственного долга", то есть относительная стабильность оплачивается будущими доходами.

И целевой (раньше он назывался "оптимистичный"), обозначающий "смену ориентации экономики на инвестиционную модель развития", эта формулировка кочует из одного правительственного документа в другой лет, наверное, двадцать. В этом случае темпы роста ВВП будут слабо отличимы от нуля в 2017 году, а к 2019-му разгонятся до 4,5% в год (средний уровень 1999-2008-го — 6,9%). Впрочем, значимого роста реальных доходов и зарплат до 2019-го ждать тоже не стоит: за три года они вырастут примерно на 3,5% и 5% соответственно, то есть провал 2015 года и близко не будет компенсирован.

Описание целевого сценария, впрочем, содержит важную оговорку: "...при сдерживании в первые годы прогнозного периода роста расходов на потребление и социальных обязательств государства и бизнеса". За нее — совершенно логично — ухватились многие СМИ и некоторые политики, причем "за время пути собачка могла подрасти".

На какое-то время новость о довольно рутинном документе — "подложке" для работы правительственной бюрократии — стала одной из главных, а заметки о "планах" ведомства оказались самыми читаемыми.

Причем из осторожной аппаратной формулировки оговорка превратилась в "рецепт" Минэкономики — притормозить с ростом доходов населения, призывы "затянуть ремни", а затем и утверждения, что ведомство требует заморозки зарплат на два года. Вице-спикер Госдумы Андрей Исаев даже успел заявить, что будет добиваться по этому поводу отставки Алексея Улюкаева.

А само Минэкономики включило в анонс публикации документа еще одну разъясняющую формулировку — как говорится, "для детей и солдат": "Сценарные условия — это не предложения Минэкономразвития, а аналитический прогноз, который не предлагает каких бы то ни было непопулярных мер".

Ирония в том, что сама по себе "новость" была весьма относительной. Предположить, что для того, чтобы вернуться на траекторию экономического роста ВВП, придется увеличивать инвестиции, а значит, сокращать потребление, мог любой школьник, освоивший курс арифметики, а любой первокурсник экономического факультета — просто должен был. Более того, эта идея, а точнее, констатация неизбежного развития событий, уже не раз обсуждалась — в том числе и на уровне высокопоставленных чиновников правительства.

Вот, например, что говорил в интервью "Деньгам" в декабре 2015 года замглавы Минфина Максим Орешкин: "Два важных момента. Первое — это во многом выбор между потреблением сейчас и уровнем жизни через несколько лет. Надо определиться, что мы будем пытаться максимизировать. Второе — важен источник этого структурного сдвига, важно, чтобы в первую очередь сокращалось наименее эффективное текущее потребление: госсектор, чиновники. И госкомпании".

Собственно, именно — и только — этот подход может лежать в основе любого плана выхода страны из застоя. Важно лишь, чтобы "испорченный телефон" российских коммуникаций не превратил его во что-то совершенно иное — скажем, действительно в идею замораживать зарплаты простых работников.