Контрастивный анализ национально-специфических концептов в институциональном политическом дискурсе Великобритании и США

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 32 (213).

Филология. Искусствоведение. Вып. 48. С. 62-70.

КОНТРАСТИВНЫЙ АНАЛИЗ НАЦИОНАЛЬНО-СПЕЦИФИЧЕСКИХ КОНЦЕПТОВ В ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ ВЕЛИКОБРИТАНИИ И США

В статье обсуждается взаимосвязь концепта и дискурса, проявляющаяся в реализации национально-специфических понятий в коммуникации профессиональных политиков Великобритании и США. Устанавливаются дискурсивные репрезентации концептов ‘the British way of life ’ и ‘the American dream ’ в национальных вариантах политического дискурса, разрабатывается методика контрастивного описания, позволяющая выявить внутривариант-ные процессы категоризации и провести их межвариантное сопоставление в англоязычном политическом дискурсе.

Ключевые слова: концепт, национальный ный анализ, процесс концептуализации.

В англоязычной политической коммуникации сосуществуют и взаимодействуют два ведущих варианта политического дискурса -британский и американский, представленные соответствующими дискурсивными практиками и культурными традициями этих стран. Дискурс является особой формой существования языка, способом выражения ментальности народа1. Трактуя «ментальность» и «менталитет» как синонимичные понятия2, исследователи подчеркивают, что менталитет не идентичен общественному сознанию и характеризует лишь специфику этого сознания. Под менталитетом, таким образом, понимается образ мышления, определяющий восприятие мира в соответствии с этносоциогенезом человека и фиксируемый посредством языка, отражающего духовные качества народа, говорящего на данном языке3.

Политический дискурс ведущих англоязычных стран - Великобритании и США -отражает образ мышления, присущий носителям англо-американской политической культуры - особого типа в классификации мировых политических культур. Как в Великобритании, так и в США сложился национальный политический дискурс, фиксирующий не только общие черты англо-американского образа мышления, но и особенности ментальных характеристик англичан и американцев, специфику их лингвокультурного сознания в данной сфере. Опорными элементами для сопоставления менталитетов, которые в силу своей неуловимости и подвижности с трудом поддаются анализу, могут быть концепты, понимаемые как основные ячейки культуры в

вариант политического дискурса, контрастив-

ментальном мире человека4. Лингвокультурному концепту и его связи с дискурсом уделяется особое внимание в рамках дискурсивнокогнитивного подхода, исследующего в числе прочих проблем концептообразовательные возможности дискурса. Формирование концепта в дискурсе оказывается возможным потому, что «дискурс отражает процессуальное единство вербального и невербального мышления. В итоге образуется мыслительный дискурс, или дискурсивное мышление, в котором органически сочетаются вербальные и невербальные факторы когниции. В единстве этих факторов дискурсивное мышление и порождает культурный концепт, в котором переплетаются предметные смыслы, определяющие ценностно-смысловые параметры лингвокультурного сознания»5.

Концептообразовательные возможности дискурса изучаются в данной статье в ходе контрастивного анализа концептов, функционирующих в профессиональной публичной коммуникации политических лидеров Великобритании и США, т. е. в институциональном политическом дискурсе. Объектом анализа являются те единицы концептосфер британского и американского политического дискурса, которые отличает национальная специфика. Как национально-специфические (или национально-специфичные) принято определять концепты, которые не имеют эквивалентов в других лингвокультурах. Для обозначения данной категории единиц лингвисты - наряду с общепринятым термином

- предлагают различные варианты: «этноспе-цифические»6, «лакунарные»7, «националь-

ные» или «этноцентрические»8. Развернутое определение данных ментальных образований предлагает О. А. Леонтович: «Будучи национально-специфичными, они в наибольшей степени отражают особенности менталитета, когнитивный и ценностный подходы к материальному миру, способы освоения действительности и ее моральной оценки»9. Доказательством национальной специфичности концептов принято считать то обстоятельство, что имя концепта, существующее в одном языке, не имеет прямого соответствия в другой языковой системе.

В данной статье речь идет о национальноспецифических концептах особого рода, формирование и бытование которых происходит, главным образом, в общественнополитической сфере. К числу данных концептов нами отнесены единицы, фиксирующие в своем имени принадлежность к определенной национальной культуре. В британском политическом дискурсе (БПД) к национальноспецифическим мы относим такие концепты, как ‘Englishness’, ‘British genius’, ‘the spirit of Britain’ и ‘the British way of life’. В американском политическом дискурсе (АПД) в их число входят ‘American spirit’, ‘the American promise’, ‘American way of life’ и ‘the American dream’. Названные концепты связаны с осмыслением национальной идентичности, с самохарактеристикой нации и представляют собой аксиологические единицы. Наряду с онтологическими и идеологическими концептами аксиологические концепты относятся к числу дискурсообразующих в политической коммуникации10. Политики обращаются к заключенным в концептах ценностям как явлениям общественного сознания и ориентирам в социальной действительности, добиваясь у аудитории согласия с партийными целями, программами и мероприятиями.

Изучение лингвокультурной специфики концептуализации в общественнополитической сфере ограничено в данной статье концептами ‘the British way of life’ и ‘the American dream’. Выбор данных лингвокультурных концептов обусловлен их ядерной позицией в концептосфере национального варианта политического дискурса, значимостью для самоидентификации нации в последние десятилетия, т. е. их принадлежностью к ключевым концептам культуры. В ходе сравнительного анализа репрезентации данных концептов в британском и амери-

канском вариантах политического дискурса мы ставили задачи выяснить: а) характер их вербализации в речи; б) признаки, раскрывающие общую идею некоего явления, которое представляется национально-значимым для представителей британской и американской лингвокультур; в) соотношение ядерных и периферийных признаков концепта в дискурсе. Традиционно структуру концепта представляют в виде поля, ядром которого является системно-языковая, инвариантная часть, а периферией - текстовая. Сопоставление ядерных и периферийных признаков национально-специфических концептов позволяет выявить дискурсивные возможности модификации их содержания в британской и американской политической коммуникации.

В современных исследованиях анализ лингвокультурных концептов проводится на материале двух, реже трех языков11. В этой связи теоретически значимым представляется разработать методику анализа, включающего в сферу сопоставительного изучения лингвокультурных концептов не только ментальные образования, репрезентируемые разными языками, но и единицы, вербализуемые одним языком, однако представляющие разные менталитеты. При контрастивном изучении национально-специфических концептов политической коммуникации мы сначала рассматриваем их содержание и динамику в каждом из национальных вариантов дискурса, затем выявляем сходства и различия между процессами концептуализации в меж-вариантном плане.

Основной характеристикой концептосфе-ры, по мнению лингвокультурологов, являются те возможности совместного «творения смыслов», которые она открывает перед носителями языка. Однако в институциональном дискурсе, к которому относится политический, «творением смыслов» занимаются не отдельные языковые личности, а представители властных структур. Политические лидеры пользуются правом определять и, тем самым, контролировать содержание ключевых понятий культуры и политики, к числу которых, безусловно, относятся национально-специфичные концепты. «Конечной целью политика является не столько уточнение понятийного содержания ключевых терминов, сколько провоцирование желаемой реакции адресата»12.

Концепт ‘the British way of life’ входит в ядро концептосферы БПД, объединяя пред-

ставителей англосаксонской лингвокульту-ры. Лексическая репрезентация данного концепта в дискурсе ограничивается его именем, в то время как концепты других категорий фиксируются через различные семантикосмысловые исполнения (антонимы, синонимы и т. д.). Как показал анализ, номинирующее концепт словосочетание, активно используемое политической элитой страны, не получает определения ни в монолингвальных (а), ни в лингвострановедческих (б) словарях, где даются дефиниции словосочетания ‘way of life’: (a) “1 a typical way in which a person or group lives. 2 if something is a way of life, it is considered to be what people normally do or have”13; или (б) “1 daily behaviour typical of a group of people, or chosen by someone: the British way of life. 2 the most important thing in one’s life”14. Таким образом, отсутствует определение концепта, характерное для лингвокультурного сообщества в целом и указывающее на специфические признаки образа жизни британцев.

Отсутствие словарной дефиниции компенсируется концептуализацией ‘the British way of life’ в смысловом пространстве политического дискурса. Толкование концепта властными структурами представлено текстовыми дефинициями, оппозиционными и метафорическими схемами. Политические лидеры страны обращаются к определению образа жизни британцев, уточняя само понятие в новых политических условиях и формируя идею данного концепта в сознании народа. Так, М. Тэтчер определяет ‘the British way of life’ через его оппозицию чуждому британской демократии коммунистическому режиму. В новых политических условиях Т. Блэр заменяет лексему ‘коммунизм’ на ‘терроризм’ в оппозиционной схеме: “Terrorism struck most dramatically in New York but it was aimed then, and is aimed now, at us all, at our way of life” (T. Blair, 27.09.2005). Констатируя необходимость защищать образ жизни британцев от внешних врагов, Т. Блэр выступает с иной концепцией на внутриполитической арене, ратуя за его пересмотр и изменение. Ключевыми словами оппозиционного ряда в его тексте становятся ‘traditions, past, custom’. Идеологические коннотации, связанные в речи Блэра с концептом, сопровождаются достаточно прозрачными оценочными импликациями, противопоставляющими партийные концепции лейбористов и консервато-

ров: «перемены - хорошо, традиции - плохо». Дискурсивная стратегия премьер-министра основывается на общей положительной оценке обществом перемен и, как следствие, провоцировании положительной оценки реформ в самых разных областях социальной жизни британцев: “We are trying to fight 21st century crime - ASB, drug-dealing, organized crime -with 19th century methods, as if we still lived in the time of Dickens” (T. Blair, 27.09.2005).

Блэр-реформатор стремится кардинально изменить представление нации о самой себе, образ «себя», т. е. автостереотип нации, намеренно акцентируя отрицательный имидж страны, погруженной в прошлое. Нападки Т. Блэра на Ч. Диккенса и его эпоху неслучайны, так как именно в этот период сложились и укрепились многие традиции английской культуры (культуры быта, отдыха, путешествий, торговли). Это был период правления королевы Виктории (1837-1901). По мнению исследователей викторианской Англии, «... именно в Викторианскую эпоху были заложены и стали массовыми едва ли не все особенности нынешнего уклада жизни англичан, которые воспринимаются иностранцами как “чисто английские”»15. Исследователи подчеркивают, что национальная самобытность англичан заключается в соблюдении традиций. «Стремление сохранить все как есть, доведенное порой до абсурда, пронизывает все стороны английской жизни и заметно нарастает как способ сохранения национальной са-мобытности»16. Национальную самобытность англичан определяют также через «консерватизм», который, по мнению других народов, выступает в качестве типичной этнической характеристики англосаксов. Например, «американцам, с их быстрым ритмом жизни и отсутствием древних исторических традиций, англичане кажутся консервативными; эта черта почти всегда фигурирует в американском стереотипе англичанина»17.

Если Т. Блэр использует для актуализации концепта и модификации его ядерных признаков тактику критики чуждых лейбористам идей консерваторов, то его приемник, Г. Браун, прибегает к ориентационной стратегии, реализуемой за счет дефиниций. Его цель

- уточнение и разъяснение содержания концепта в новых социальных условиях. Описательные определения, которые дает Г. Браун, вводят целый ряд признаков анализируемого концепта: (1) порядок, безопасность граждан,

сильное самоуправление и (2) забота об окружающей среде, (3) толерантность:

1. And for families insecure because they see their communities changing so fast around them, elderly citizens anxious about crime and the British way of life - wanting us to respond not just to their hopes but to answer their fears

- I want us to put more power in the hands of the people to make their streets safe and secure (G. Brown, 17. 05.2007).

2. Advancing and protecting the British way of life means taking seriously the stewardship of our environment and countryside, building stronger rural communities.

3. But let us affirm also that no matter your class, colour or creed every individual citizen has the right to rise as far as your talents take you. That is why our way of life is to reject the prejudice and discrimination practised by those who preach xenophobia and racism (G. Brown, 17.05.2007).

Слагаемые понятийно-ценностной составляющей концепта раскрываются через прием дефиницирования, который приводит к языковому воплощению концепта в предикативных комплексах публичной речи. Актуализация концепта в смысловом пространстве БПД указывает на изменение его понятийного содержания, отказ от ядерных признаков, связанных с «устаревшими» национальными различиями. Процесс концептуализации представляет собой введение новых ядерных признаков, относящихся к общечеловеческим ценностям. Как результат, толкование концепта лейбористами не содержит признаков, типичных для автостереотипа англичан вплоть до начала XXI века. Британские лидеры «новой волны», выступающие за реформирование различных сторон английской действительности, намеренно не включают в свои определения концепта ‘the British way of life’ признаки, которые исследователи связывают с «исторической характеристикой английского национального сознания и быта: соблюдение традиций и уважение к прошлому, превалирование в системе ценностей понятий “законность”, “правота”, “честная игра”»18.

Изменение содержания концепта в БПД осуществляется как за счет введения национально немаркированных ценностных характеристик, так и благодаря апелляции к политическим универсалиям, которые в политике нередко используются в качестве главного аргумента при комментировании обществен-

ных явлений: “First, it is the British way to stand up for freedom of assembly, speech and press. And it is the British way to insist that we do all we can to protect individual citizens and their rights” (G. Brown, 25.10.2007). Введение прав и свобод демократического общества в понятийно-ценностную составляющую ‘the British way of life’ можно рассматривать как инволюцию данного абстрактного концепта, превращение его в недифференцированное оценочное образование с положительным знаком. «Инволюция абстрактных концептов имеет место в случае растворения определенных идей или теорий, осмысленных под именем того или иного концепта»19. Недифференцированное употребление понятий ‘the British way of life’ и ‘democracy’ становится предельно очевидным в следующем контексте: “But this new world faces a new threat of disorder and chaos born either of brutal states like Iraq, or of extreme terrorist groups. Both hate our way of life, our freedom, our democracy” (T. Blair, 20.03.2003). Таким образом, процесс инволюции концепта ‘the British way of life’ свидетельствует о разрушении традиционной системы ценностей британцев.

Изменению содержания концепта служит и процесс уточнения его исходных признаков. Например, столь важный для британцев вопрос о законности правительство современной Великобритании рассматривает лишь применительно к экономической сфере: “But for workers undercut by employers in this country who break the law by paying less than the minimum wage we will act - new protection for vulnerable workers. That's what I mean by safeguarding and advancing the British way of life” (G. Brown, 17. 05.2007).

Наряду с дефинициями осмыслению концепта в БПД служат метафорические модели, поддерживающие его в языковом сознании. К таким моделям относится, прежде всего, метафора персонификации. Другой моделью, раскрывающей содержание концепта, является образно-схематическая модель ‘OBJECT’, согласно которой образ жизни британцев представляет собой ценный объект, нуждающийся в защите и развитии: “Citizens yearning for stronger families and stronger communities and ready to help build them - and elderly citizens seeing the fast pace of change around us and anxious to know how we can protect and strengthen the British way of life” (G. Brown, 17. 05.2007).

Итак, толкования концепта ‘the British way of life’, предлагаемые властными структурами Великобритании, указывают на определенную инволюцию концепта, превращение его в нечеткое ментальное образование. Детальные обозначения и осмысления признаков концепта лейбористами не раскрывают специфики содержания концепта, который позиционируется в БПД как один из главных идентификаторов своеобразия национальных ценностей британцев. Вместо ядерных признаков, исторически значимых для британцев, в структуру концепта вводятся общечеловеческие ценности и политические универсалии. Отказ от традиционных ценностей нации приводит к нивелировке понятийнооценочных признаков, раскрывающих особенности лингвокультурного содержания концепта ‘the British way of life’. Данный национально-специфический концепт превращается в современной политической коммуникации Великобритании в расплывчатое образование, содержание которого обусловлено характером эпохи глобализации и положениями партийной программы.

Принципиально иной характер носят процессы, направленные на концептуализацию ‘the American dream’ в институциональном дискурсе США. Целенаправленное конструирование содержания данного национальноспецифичного понятия отличают эволюционные процессы. Об этом можно судить на основе сопоставления ядерных и периферийных признаков концепта. Ядерные признаки, характеризующие лингвокультуру страны, фиксируют следующие словарные определения: “American dream isan American ideal of social equality and esp. material success”20; “American dream is the idea that the US is a place where everyone has the chance of becoming rich and successful. Many immigrants to the US in the early 20th century believed in the American dream”21. Словарные дефиниции отражают три ценностно-смысловых признака («равные возможности для всех», «богатство» и «успех»), а также указывают на период наибольшей притягательности американской мечты для иммигрантов. Как показал анализ, данный концепт не утратил своего значения для политической коммуникации на рубеже ХХ-ХХ1 веков, так как в последние тридцать лет каждый из президентов США давал свое определение американской мечты. Таким образом, имела место намеренная актуализация

концепта в смысловом пространстве институционального политического дискурса США.

Внимание политиков к идее американской мечты закономерно, так как она неразрывно связана с концепцией социальной и культурной «избранности» США, мнением об особой социально-исторической судьбе американской нации. Стремление населения Америки к самоидентификации нашло выражение в выработке национальных ценностей и идей, одной из которых стала идея американской мечты. Развитие и переосмысление содержание концепта получило, прежде всего, в риторике Мартина Лютера Кинга: “I still have a dream. It is a dream deeply rooted in the American dream that one day this nation will rise up and live out the true meaning of its creed: “We hold these truths to be self-evident, that all men are created equal” (M. L. King, 28.08.1963). Американская мечта для М. Л. Кинга - это недостижимая мечта о расовом равенстве в США в период, когда борцов за гражданские права негров убивали в южных штатах страны. Через два года Кинг вновь обращается к определению американской мечты, дополняя идею равенства граждан триадой ценностей, записанных в Декларации: “It wouldn’t take us long to discover the substance of that dream. It is found in those majestic words of the Declaration of Independence, words lifted to cosmic proportions: “We hold these truths to be self-evident, that all men are created equal, that they are endowed by God, Creator, with certain unalienable Rights, that among these are Life, Liberty and the pursuit of Happiness”. This is a dream. It’s a great dream” (4.07.1965). Как результат, содержание концепта у М. Л. Кинга определяют четыре понятийно-оценочных признака, каждый из которых номинирует права американских граждан, зафиксированные в главном политическом документе страны. При этом лишь признак ‘equality’ (с определенными ограничениями) совпадает со словарными характеристиками концепта.

Толкование М. Л. Кинга не нашло поддержки у представителей политической элиты США, придерживающихся традиционного понимания американской мечты и сохраняющих ядерные признаки концепта в своих интерпретациях. Вместе с тем, набор признаков концепта, представленный в речах четырех президентов США, отличается определенным варьированием, направленным на дальнейшее развитие его содержания. Так, концеп-

туализация американской мечты Р. Рейганом принимает следующее выражение: “What is the American dream? Surely it is different for everyone. For some it is wealth and power. For others it is religious freedom and justice. For others it may be a roof over their heads” (R. Reagan, 01.1985). В дефиниции президента, подчеркивающего неоднозначность понятия, происходит уточнение американской мечты в трех примерах-определениях. Наряду с характеристиками, близкими к словарным, Р. Рейган вводит дополнительные ценностные признаки: а) типичные для американской культуры (‘religious freedom’, ‘justice’); б) противопоставленные словарному определению, так как речь идет о минимальном материальном благополучии (‘roof over their heads’). Обращение к периферийным признакам, расширяющим и усложняющим содержание концепта, указывает не только на стремление сохранить концепт, укоренившийся в национальном сознании американцев, но и подчеркнуть его национальную специфику. Вводимые признаки представляют собой, во-первых, ценности культуры иммигрантов, стремившихся к свободе вероисповедания, и, во-вторых, черты, соотносимые с американской моделью менталитета: индивидуализм и автономность личности22. В данном случае, на наш взгляд, можно говорить об эволюции национально-специфического концепта. Эволюция проявляется в том случае, «если концептуализируемая область важна для языкового сообщества, если имеется потребность дробно и дифференцированно обозначать оттенки концепта»23.

Если концептуализация Р. Рейгана связана с усилением национальной составляющей ‘American dream’, то определение Б. Клинтона в целом воспроизводит лингвокультурную дефиницию, повторяя два основных признака (‘success’) и (‘wealth’). Президент заменяет рейгановское ‘power’ на столь же абстрактное и неопределенное ‘fame’. Вариативная часть в дефиниции Б. Клинтона конкретизирует способ достижения американской мечты -бережливость и упорный труд: “Traditionally, Americans have sought to realize the American Dream of success, fame and wealth through thrift and hard work” (W. J. Clinton, 20.01.1993). В новых социальных условиях президент напоминает об исторических ценностях нации, объединявших ее в период становления и развития. “Thrift and hard work” являлись цен-

тральными составляющими традиционной американской этики труда, которая начала формироваться еще во времена колониальной Америки. Б. Франклин призывал сограждан к бережливости и труду, со временем его идеи сложились в своеобразную идеологию (“a labor ideology”), чему во многом способствовала протестантская религия. Как результат, центральным мифом американского общества стал миф о том, что каждый может добиться материального благополучия, если он трудится не жалея сил24.

К этому мифу апеллировал Б. Клинтон, напоминая американцам слова отцов-основателей. Однако концепция американской мечты Б. Клинтона, традиционная по своему содержанию и провозглашающая идею «тяжелого труда», оказалась совсем неактуальной: во второй половине ХХ века в Америке произошла революция в жизни классового общества - «культура изобилия» проникла во все сферы жизни среднего класса, оказав влияние на социальную жизнь общества в целом25. Уже в период президентства Р. Рейгана страна вступила в «эпоху потребления» (“a consumer epoch”). Фактор свободного времени, досуга, постоянный и стабильный финансовый достаток населения в целом, непрерывное производство культурных артефактов - все это требовало пересмотра прежних образцов поведения и ценностных моделей. Отказ от концепции тяжелого труда, характерной для американского общества вплоть до середины ХХ века, привел к пересмотру условий достижения американской мечты: “The result of this shift in work ethic has actually spurred rather than lessend the people’s desire to achieve the American Dream... Many Americans no longer entertain a vision for the future that includes time, sweat, and ultimate success. Rather, they covet the shortcut to wealth. Many people believe that wealth can be obtained quickly and easily”26.

Следует отметить преемственность концепции американской мечты, разрабатываемой руководством демократической партии США. Б. Обама, как и его предшественник Б. Клинтон, апеллирует к «тяжелому труду» и «самопожертвованию» как условию достижения американской мечты: “It is that promise that has always set this country apart - that through hard work and sacrifice, each of us can pursue our individual dream but still come together as one American family, to ensure that the

next generation can pursue their dreams as well” (B. Obama, 28.08.2008).

Специфика «национальной идентичности» и «культура потребления», характерная для Америки на рубеже веков, объясняют характер концептуализации ‘the American dream’ в риторике Дж. У. Буша. Сорок третий президент США выбирает для определения содержания концепта лишь один признак: он не только выделяет и конкретизирует главную составляющую американской мечты, но и представляет соответствующие статистические данные: “And now our country has entered its second year of economic growth. More Americans are buying and building houses

- a central part of the American Dream. The ho-meownership is now 68 %, close to the highest ever” (G. W. Bush, 11.2002). В данной интерпретации имеет место сужение шкалы ценностей: собственный дом признается основой американской мечты. Процентные показатели создают впечатление полной объективности президента. Однако «политик - это всегда заинтересованная сторона, стремящаяся к воздействию на политический процесс, на его поддержание или изменение, а заинтересованная сторона по определению не может и не должна быть объективна»27. Манипулятив-ный характер определения ‘American dream’ Дж. У. Бушем проявляется не только в упрощенной конкретизации содержания понятия, в фактической замене абстрактной сущности предметной. Толкование Буша фокусирует внимание на материальном признаке американской мечты, исключая из поля зрения адресата политические и морально-этические ценности, которые вводят в содержание концепта другие политики. Декларируя реализацию американской мечты для подавляющей части населения США, Буш стремится сформировать позитивное отношение к проводимой им внутренней и внешней политике в начальный период войны с терроризмом.

Наряду с дефинициями, понятие ‘the American dream’ вербализуется в метафорических моделях, среди которых превалирует метафора персонификации. Метафорические реализации концептуализируют американскую мечту в ритуальных жанрах (например, инаугурационная речь, речь на национальном съезде демократической партии) в рамках стратегии интеграции, формируя у адресата определенный эмоциональный настрой, воодушевляя его:

1) May those generations whose faces we cannot yet see, whose names we may never know, say of us here that we led our beloved land into a new century with the American Dream alive for all her children

2) Martin Luther King’s dream was the American Dream. His quest is our quest: the ceaseless striving to live out our true creed. Our history has been built on such dreams and labors (Clinton, 15.01.2001).

Метафора персонификации (1) и строительная метафора (2) создают образы, направленные на сплочение нации. Дискурсивная репрезентация ‘American dream’ может служить ярким примером сохранения ядерных признаков концепта в политическом дискурсе. Современные политики США осознают необходимость укоренять в сфере национального сознания ценности, провозглашенные «великими американцами». Это обусловлено тем, что в Америке «национальная идентичность» основана на гражданстве и политических правах, но не на общности происхождения, культуры, языка - то есть не на общности этнических корней28. Как результат, сохранение национальной идентичности во многом зависит от тех понятий, которые превалируют в системе национальных ценностей.

Подводя итоги изучению национальноспецифических концептов, призванных выступать индикаторами своеобразия британской и американской лингвокультур, отметим различия в процессах изменения содержания концептов в каждом из национальных вариантов дискурса. В БПД сопоставление лингвокультурных и контекстуальных дефиниций ‘the British way of life’ указывает на инволюцию концепта. Целенаправленно конструируя содержание концепта с помощью описательных дефиниций, оппозиционных и метафорических схем, представители правящих институтов создают определения, направленные на нивелировкуего национально-специфических признаков. Выступая за глобализацию и унификацию, лидеры лейбористов в полной мере используют право определять и - тем самым контролировать - содержание ключевых концептов культуры. В результате подобной интерпретации национально-специфический концепт превращается в расплывчатое образование с положительным оценочным знаком. Отличительной особенностью реализации концепта в БПД является присваивание ему

идеологических коннотаций в рамках ориентационной и агональной стратегий. Таким образом, концепт ‘the British way of life’ получает в современной политической коммуникации Великобритании новое толкование, обусловленное характером эпохи глобализации и содержанием партийных программ.

В АПД анализ дискурсивых реализаций концепта ‘the American dream’ указывает на эволюцию концепта. В определениях президентов США не только сохраняются ядерные признаки концепта, зафиксированные в словарных дефинициях (‘wealth’ и ‘success’), но и вводятся дополнительные ценностные признаки, обусловленные историей Америки и провозглашенные отцами-основателями. Таким образом, национально-специфические признаки намеренно сохраняются и подчеркиваются в политическом дискурсе США. Особенностью эволюции анализируемого концепта в АПД является также то, что дифференциация оттенков концепта осуществляется исключительно в рамках интеграционной стратегии, призванной объединить американцев и создать определенный автостереотип нации, который активно внедряется в сознание членов политической общности.

Межвариантное сопоставление репрезентации национально-специфических концептов в БПД и АПД свидетельствует о целенаправленной модификации содержания концептов с целью изменить или уточнить доминирующие установки и понятия в общественно-политической сфере. Как результат, тенденция к изменению содержания концепта может касаться как переосмысления ядерной части его структуры, например, в концепте ‘the British way of life’, так и периферийной в концепте ‘the American dream’. Наряду с общей тенденцией динамики смысла у концептов данного вида контрастивный анализ позволяет зафиксировать специфические черты концептуализации анализируемых ментальных образований в каждой из лингвокультур. В БПД основные признаки концепта указывают на изменение сущностной концепции образа жизни британцев, которую британские лидеры представляют как значимую для личного опыта политического адресата. В АПД концепция американской мечты, понимание одного из важнейших аксиологических концептов американского общества, уточняется и эволюционирует.

Примечания

1 Степанов, Ю. С. Между системой и текстом : выражения фактов // Язык - система. Язык

- текст. Язык - способность. М. : ИРЯ, 1995. С. 38-43; Кубрякова, Е. С. О понятиях дискурса и дискурсивного анализа в современной лингвистике // Дискурс, речь, речевая деятельность : сб. обзоров. М. : ИНИОН, 2000. С.7-25.

2 Лопатина, Н. В. Понятие «ментальность» в социальной истории // Познание и его возможности : тез. междунар. науч.-метод. конф. (Москва, 24-25 мая 1994 г.). М. : ИНИОН, 1994. С. 59-61; Гершунский, Б. С. Менталитет и образование : учеб. пособие для студентов. М. : Ин-т практ. психологии, 1996. 144 с.

3 Фомиченко, Л. Г. Когнитивные основы просодической интерференции. Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2005. C. 23.

4 Степанов, Ю. С. Константы : словарь русской культуры. 2-е изд. М. : Академ. проект, 2001. C. 41.

5 Алефиренко, Н. Ф. Поэтическая энергия слова : синергетика языка, сознания и культуры. М. : Academia, 2002. C. 185.

6 Карасик, В. И. Языковые ключи. М. : Гно-зис, 2009. С. 32.

7 Леонтович, О. А. Русские и американцы : парадоксы межкультурного общения. М. : Гнозис, 2005.С. 117.

8 Маслова, В. А. Когнитивная лингвистика : учеб. пособие для студентов. Минск : ТетраСистем, 2004. C. 69-70.

9 Леонтович, О. А. Русские и американцы. С. 117.

10 Шейгал, Е. И. Семиотика политического дискурса. М. : Гнозис, 2004. C. 24.

11 Зайкина, С. В. Эмоциональный концепт «страх» в английской и русской лингвокуль-турах (сопоставительный аспект) : автореф. дис. . канд. филол. наук. Волгоград, 2004.

24 с.; Солохина, А. С. Концепт «свобода» в английской и русской лингвокультурах : ав-тореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2004. 24 с.; Шевченко, Г. В. Концепт «разлука» в языковом сознании (на материале английского, немецкого, испанского и русского языков) / Г. В. Шевченко, А. В. Мачульская // Язык. Культура. Коммуникация : материалы междунар. науч. конф. (Волгоград, 18-20 апр. 2006 г.) : в 3 ч. Ч. 2. С. 353-359.

12 Green, D. Shaping the Political Consciousness : the language of politics in America from

McKinley to Reagan. Ithaca : Cornell Univ. Press, 1987. P. 2.

13 Macmillan English Dictionary for advanced learners. International student ed. Oxford, 2006. P.1621.

14 Longman Dictionary of English Language and Culture. Harlow : Longman, 1997. P. 1484.

15 Проскурин, Б. М. Почему Джордж Элиот недооценена в современной России, или О пользе зарубежного взгляда на русскую англистику // Вопр. лит. 2005. № 2. C. 239.

16 Павловская, А. В. Англия и англичане. М. : Изд-во Моск. ун-та, 2004. C. 112.

17 Кон, И. С. К проблеме национального характера // История и психология : сб. ст./ АН СССР, Ин-т всеобщ. истории, Ин-т философии. М. : Наука, 1971. С. 150.

18 Кончакова, С. В. Концепт “Fair Play” в английском национальном сознании : на примере поздних романов Ч. Диккенса // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 19. Лингвистика и межкуль-турная коммуникация. 2007. № 3. С. 92.

19 Карасик, В. И. Языковые ключи. C. 145.

20 The American Heritage Dictionary / William

Morris, editor. 2nd college ed. Boston : Houghton Mifflin, 1985. P. 102.

21 Longman Dictionary of English Language and Culture. P. 33.

22 Вежбицкая, А. Культурно-обусловленные сценарии и их когнитивный статус // Язык и культура знаний. М., 1990. С. 75.

23 Карасик, В. И. Языковые ключи. C. 143.

24 Baranova, L. L. The American Dream / L. L. Baranova. M. : MAX Press, 2006. P. 16-17.

25 Susuman, W. Culture as history : the transformation of American society in the twentieth century. N.-Y. : Pantheon Books, 1984. P. 19.

26 Warshauer, M. Who Wants to be a Millionaire : Changing Conceptions of the American Dream //American Studies Today Online. URL : http// www.americansc.org.uk.

27 Алтунян, А. Г. Анализ политических текстов : учеб. пособие. М. : Логос, 2006. С. 31.

28 Хантингтон, С. Ф. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности / пер. с англ. А. Башкирова. М. : АСТ : Транзиткнига, 2004. С. 18.