Проблемы инновационного развития российской экономики в условиях «Новой нормальности»

ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИИ И ПЕРЕХОДА К ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ

ПРОБЛЕМЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ В УСЛОВИЯХ «НОВОЙ НОРМАЛЬНОСТИ»

Т.Л. Харламова,

профессор Международной высшей школы управления Института промышленного менеджмента, экономики и торговли

Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого,

доктор экономических наук Kharlamova_t@list.ru

В статье анализируются современные проблемы, связанные с необходимостью построения инновационной экономики в России в условиях новой нормальности. Рассматривая изменения, происходящие сегодня в мире, автор подчеркивает значимость инновационных процессов в мировой экономике и политике и доказывает, что активизация инновационного развития представляется сегодня наиболее адекватным ответом на вызовы «новой нормальности» (New Normal). С учетом неоднородности инновационного потенциала российских регионов и их позиций в инновационном рейтинге, исследуются направления развития посредством использования технико-внедренческих особых экономических зон и кластеров. Особое место уделено процессу государственного управления на основе интеграции усилий центра и регионов в целях преодоления противоречий, возникающих в процессе перехода к инновационному развитию.

Ключевые слова: инновационное развитие, «новая нормальность», экономический кризис, экономические противоречия, регионы, экономическая политика

УДК 338.23 ББК 65.05

Наступившее тысячелетие во всем мире стало эпохой существенных изменений, затрагивающих все области и сферы жизни. Преобразования происходят и в нашей стране, что трансформирует всю систему взаимоотношений между хозяйствующими субъектами на государственном, региональном и местном уровне, а также в рамках взаимосвязей, объединяющих различные регионы. Минувшее десятилетие было связано с относительно бурным экономическим ростом (за исключением периода кризиса 2008-2009 гг.), а также с возрастанием уровня экономической свободы и самостоятельности хозяйствующих субъектов. Следствием этого стали прогрессивные изменения в характере всех экономических процессов, а также в действии обеспечивающих их факторов и инструментов на фоне высоких цен на нефть и другие природные ресурсы.

Устойчивые темпы экономического роста сохранялись вплоть до 2014 г., когда события в геополитической и экономической сфере привели к кризисным явлениям, серьезно затронувшим нашу страну. Сегодня российская экономика переживает кризис. И, несмотря на то, что, по оценкам правительства, уже можно говорить о прохождении его нижней точки [1], не следует полностью исключать возможность дальнейшего падения. При этом можно обнаружить отдельные позитивные тенденции в российской экономике, в частности, пусть незначительный, рост заинтересованности бизнеса и домашних хозяйств в получении кредитов, а также в использовании инноваций и инновационных продуктов.

Интерес к инновациям, помимо прочего, свидетельствует о наметившейся тенденции смены мировых лидеров темпов экономического развития. Если ранее их место принадлежало экономически развитым странам во главе с США, то сейчас пальма первенства постепенно переходит к развивающимся странам, прежде всего, к Китаю и Индии (как известно, некоторое замедление темпов экономического развития Китая в последние два года вызвало значительные проблемы в развитии всей мировой экономики). © ПСЭ, 2016

Современными теоретиками и практиками для характеристики современного положения мировой экономики стало все чаще использоваться понятие «новая нормальность». Для его характеристики используют ряд статистических показателей, отражающих процесс экономического роста в развивающихся странах, который приводит к качественным изменениям в их экономике. Так, например, если десятилетие назад инвестиционная привлекательность развивающихся стран во многом базировалась на дешевой рабочей силе, то сейчас этот фактор практически остался в прошлом. Это произошло, в том числе, благодаря увеличению доли средне- и высокотехнологичных производств в этих странах и повышению качества трудовых ресурсов. Сегодня три четверти зарубежных инвестиций получают страны Азии. Вложения в эти страны только в 2015 г. увеличились на 15,6%, по сравнению с предшествующим годом, и достигли 0,5 трлн долл., причем каждый четвертый доллар был направлен в китайскую экономику. В то же время, в странах, экономика которых строго ориентирована на добычу полезных ископаемых и энергоресурсов, произошло снижение объема зарубежных инвестиций, в частности, спад инвестиций в африканские страны составил 7,0%, в Латинскую Америку — 1,6%.

Наиболее сильное падение прямых иностранных инвестиций (ПИИ) ощущается российской экономикой. В 2015 г. они составили 0,6% от всех мировых ПИИ, тогда как, например, в среднем за 2004-2014 гг. они находились на уровне 2,7%. Что касается 2016 г., то в его первом квартале ПИИ не превысили 1,0 млрд долл., что втрое меньше, чем в соответствующем периоде 2015 г.. Это можно квалифицировать как практически полное исключение нашей страны из сферы интересов инвесторов, занимающихся ПИИ [2].

Такое положение дел должно активизировать процессы разработки и использования инноваций в развивающихся странах, включая как традиционные, так и новые секторы экономики. Сегодня — это условие их существования в условиях глобализации, на что обращалось внимание еще в начале нового столетия [3, с. 66]. Такое требование не может не вли-

ять на структуру экономики развивающихся стран, а также на процессы, связанные с развитием человеческого капитала, что, в свою очередь, отражается на проблеме экономического неравновесия.

В экономической науке используются различные трактовки, позволяющие понять его сущность и причины. Не анализируя их сейчас подробно, можно исходить из представления об экономическом неравновесии, согласно которому в рамках экономической системы в тот или иной временной период нарушается соответствие между количеством производимых и потребляемых товаров и услуг. При этом объемы производства могут превышать объемы потребления или, наоборот, отставать от них. Кроме того, должен учитываться характер потребления и различия между традиционными и инновационными товарами и услугами. Так или иначе, экономическое неравновесие сопутствует кризису, следовательно, данная проблема должна исследоваться в целях определения его причин и поиска инструментов преодоления последствий.

Что касается нашей страны, то особенностью сегодняшнего кризиса является сочетание двух фундаментальных факторов: резкого снижения цен на энергоресурсы (так, нефть марки Brent с июня 2014 г. по январь 2015 г. подешевела со 110 до 50 долл. за баррель) и обострения внешнеполитической ситуации вследствие событий на Украине, повлекших за собой введение экономических санкций.

Совокупность условий мировой экономики, влияющих на функционирование национальных хозяйственных систем, и принято называть «новой нормальностью» (New Normal). Это понятие обрело популярность на фоне предшествующего мирового финансового кризиса 2008 г. Считается, что сам термин был предложен специалистами международной инвестиционной компании PIMCO. Он подразумевает ситуацию неопределенности и высокой волатильности, которая сложилась в мировой экономике и политике. В условиях кризиса новой «нормой» для мировой экономики должны стать «выраженное замедление темпов экономического роста по сравнению с предшествующим десятилетием, высокие показатели безработицы, обострение долговых проблем, значительная неопределенность на рынках и дальнейший сдвиг глобальной экономической активности в сторону стран с развивающимися рынками [4. с. 467].

Важным параметром, характеризующим «новую нормальность», является скорость, с которой происходят изменения в мировой экономике, а также механизм адаптации к ним. К наиболее важным изменениям, на наш взгляд, следует относить:

1. Геополитическую нестабильность. Усиление разногласий между различными странами мира приводит не только к экономическим конфликтам, но и к политическому, и даже военному, противостоянию в отдельных регионах и в масштабах планеты в целом. Такой процесс порождает массу проблем, включая многотысячные потоки беженцев, социальные катастрофы и террористические акты, которые происходят даже на территории стран, напрямую не участвующих в военных конфликтах. Все это крайне негативно влияет на экономику, не позволяя обеспечивать ее эффективное развитие и отвлекая колоссальные ресурсы на безопасность.

2. Усиливающиеся риски нестабильности валютной системы вследствие изменения сил в глобальной экономике.

3. Наблюдающуюся тенденцию роста избыточного государственного регулирования экономики и зависимость экономического суверенитета отдельных стран от международных договоренностей и соглашений [5, с.122].

Реагировать на эти изменения довольно сложно, т.к., на них, в большинстве случаев, не могут оказывать влияние отдельно взятые страны, в том числе Россия, тем более — отдельные хозяйствующие субъекты, включая транснациональные корпорации. Единственным выходом может стать не противодействие глобальным изменениям, а использование новых технологий в производстве и управлении, сопровождающих трансформацию бизнес-моделей, как на национальном, так и на международном уровне.

Ускорение инновационного развития предполагает соблюдение двух условий: наличие политической воли к проведению

институциональных реформ, в том числе в области государственного регулирования, и обеспечение необходимого объема средств для разработки и внедрения инноваций. С этих позиций необходимо проанализировать состояние инновационного процесса в нашей стране и ее отдельных регионах.

Рейтинговая оценка инновационного развития российских регионов проводится в нашей стране относительно недавно, тем не менее, объектами являются все субъекты нашей страны, кроме Крыма и Севастополя, данные по которым остаются неполными [6].

В 2016 г. соответствующий рейтинг впервые возглавил Татарстан, оттеснив на второе место Москву, которая занимала первую строчку в рейтинге, начиная с первого, проведенного в 2008 г. К наиболее сильным регионам также были отнесены Мордовия, Калужская, Нижегородская, Томская области, Чувашия, Хабаровский край, а также Пензенская область и Санкт-Петербург.

Обращает на себя внимание резкий рост показателей в республике Марий Эл (+18 позиций), Карелии (+15), Мордовии (+14), Ростовской области (+14) и Кабардино-Балкарии (+13). Напротив: снижение позиций отмечено в Курганской (-36), Магаданской (-34), Ленинградской (-25) областях и Камчатском крае (-18).

Эти сведения, характеризующие уровень инновационного развития, указывают на наличие глубокой проблемы, связанной с асимметрией в развитии различных регионов нашей страны. Это проявляется не только в деятельности, связанной с инновациями, но и в большинстве процессов, относящихся к экономической и социальной сфере, а также в институциональных и правовых аспектах российского федерализма. Приоритеты межрегиональной конкуренции за инновации требуют отказа от практики опоры регионов в инновационном развитии только на собственные силы. Сфера межрегиональной конкуренции сегодня охватывает области инвестиций, собственности, права, финансовых и товарных потоков, трудовых ресурсов, внешних связей и т.д. В то время как одни из регионов за счет инноваций получают определенные конкурентные преимущества на товарных, финансовых и инвестиционных рынках, позиции других ослабляются, что сопровождается реорганизацией пространственной структуры хозяйственной системы. Такие процессы усиливают степень экономических противоречий, существующих между регионами России. [7, с.58]. Речь идет о противоречиях двух видов.

К первому относятся противоречия, связанные с усилением значимости отдельных регионов для инновационного развития национальной экономики. Они проявляются в углублении дифференциации населения по таким параметрам, как уровень жизни, уровень занятости, образовательный уровень, мобильность, доступность инновационных и высокотехнологичных товаров и услуг и др. Инновационно активные регионы обеспечивают более высокий уровень социально-экономического развития, что в масштабах страны порождает проблему, связанную с необходимостью выравнивания территорий за счет реализации соответствующей социально-экономической политики и стимулирования центров инновационного роста.

Ко второму типу можно отнести отраслевые противоречия, выражающиеся в обострении конкурентной борьбы в случае опережающего развития тех или иных отраслей инновационной направленности, осуществляющих высокотехнологичную деятельность. Возникающие при этом диспропорции могут сопровождаться производственными и финансовыми потерями, а также утратой рыночной доли региональными предприятиями. При укреплении позиций отдельных инновационно развитых предприятий изменяется структура регионального рынка, ряд сегментов которого лишается ресурсной базы и институциональной поддержки со стороны органов регионального и местного управления. В конечном счете, это способствует обострению существующих противоречий и углублению социально-экономической неоднородности регионов. Если динамично развивающиеся регионы, предприятия которых активно внедряют инновации, обеспечивают постепенное снижение степени регулирующего воздействия со стороны

государственных органов, то в отстающих регионах сохраняется преобладание административных инструментов над рыночными [8, с. 402-404].

В рам ках указан ных п роти воречий форми руются п роцессы, связанные с изменением региональной специализации. В условиях «новой нормальности» при направлении возрастающих объемов затрат на обеспечение инновационного типа развития, как самих регионов, так и отдельных отраслей и предприятий, изменяются хозяйственные приоритеты субъектов рынка. Это требует реализации программ стратегического планирования на основе современных, научно обоснованных, теоретических и методологических разработок.

Как известно, в условиях рыночной экономики расходы на инновации должны осуществляться заинтересованными хозяйствующими субъектами, планирующими получение доходов от их внедрения в производственно-хозяйственную деятельность. Однако, следует понимать, что выгодоприобретателем при этом становится конечный потребитель инновационных товаров и услуг, в роли которого выступают домохозяйства и государство. Если домашние хозяйства, использующие инновации, повышают уровень технической и информационной оснащенности и повышают собственное благосостояние за счет экономии всех видов ресурсов, то преимущества, получаемые государством, связаны с реализацией инвестиционных проектов, увеличением налогооблагаемой базы, ростом объемов спроса и предложения, созданием соответствующей инфраструктуры, совершенствованием человеческого капитала и т.д. В конечном счете, это способствует повышению уровня конкурентоспособности национальной экономики в условиях глобализации и обеспечивает экономическую и другие виды безопасности.

Безусловно, в нынешней ситуации кризиса возможности российского государства, связанные с выделением больших объемов бюджетных и внебюджетных средств на стимулирование инноваций, существенно ограничены. Вместе с тем, существуют возможности гибкого подхода к распределению средств, исходя из приоритетов инновационного развития. Они должны опираться на местную инициативу и существующие региональные хозяйственные связи. Даже в условиях кризиса, сопровождающегося дефицитом федерального и региональных бюджетов, следует исходить из необходимости и важности государственного регулирования, не только не сковывающего, но и стимулирующего хозяйственную инициативу, в том числе — в вопросах генерирования и аккумулирования финансовых потоков, направляемых на создание инновационных товаров и услуг. Не следует забывать и о том, что колоссальные размеры нашей страны, вместе с ее сложной территориальной и региональной структурой, природными, климатическими и национальными особенностями, не позволяют одинаково эффективно управлять всеми регионами из центра. Наша недавняя экономическая и политическая история служит подтверждением этого [9, с. 14].

В условиях «новой нормальности» также необходим учет специфики территориальных особенностей в процессе инновационного развития. Речь при этом должна идти о центрах такого развития, роль которых принадлежит инновационным кластерам и особым экономическим зонам. Деятельность подобных структур можно рассматривать как важный инструмент, постепенно устраняющий различия между регионами по уровню инновационного развития и инновационной значимости в национальной, а в перспективе — и в мировой экономике.

Говоря о поддержке инновационных инициатив, нельзя упускать из виду и различные формы контроля, которые реа-

лизуются как на федеральном, так и на региональном уровне. Очевидно, в ближайшее время в ведении федерального центра будут оставаться вопросы, связанные с обеспечением безопасности, выбором приоритетов развития, охраной национальной экосистемы, добычей полезных ископаемых и т.п. За счет этого будет формироваться инновационная среда, способствующая эффективному поиску, разработке и коммерциализации инновационных идей.

Соотношение между полномочиями центра и регионов зависит от таких параметров, как территориальные или социально-экономические особенности регионов, доминирующая форма собственности, институциональная поддержка инновационного процесса и др.

Переход к устойчивому инновационному развитию экономики России и ее отдельных регионов предполагает наличие эффективного механизма, обеспечивающего взаимодействие и координацию управленческих усилий на всех уровнях. Это обеспечит интеграцию интересов федерального центра и регионов в процессе обеспечения стабильного социально-экономического развития и обеспечения всех видов безопасности [10, с. 30].

Как уже упоминалось выше, среди инструментов активизации инновационного развития в условиях «новой нормальности» выделяется создание особых экономических зон, которые представляют собой территории с особым режимом осуществления хозяйственной деятельности, регулируемым Положением «Об особых экономических зонах в Российской Федерации».

Наибольшее значение для развития национальной и региональной экономики сегодня имеют технико-внедренческие особые экономические зоны, назначение которых заключается в создании и развитии объектов хозяйствования, обеспечивающих высокую производительность труда и достижение инновационных целей за счет поддержки высокотехнологичного, наукоемкого производства, при объединении усилий федерального центра и регионов. Их функционирование, помимо прочего, должно стать катализатором кластерного процесса в российских регионах, охватывающего наиболее перспективные инновационные направления хозяйственной деятельности. Действие механизмов функционирования особых экономических зон таково, что они, помимо прочего, позволяют увеличить показатели темпов инновационного развития, по сравнению с теми, которые достигаются по стране в целом [11, с. 10]. Возможности технико-внедренческих особых экономических зон, а также кластеров, требуют согласования действий регионов, особенно — территориально близких друг другу или имеющих тесные экономические связи, по ключевым вопросам инновационного развития. В результате этого должна сформироваться эффективная интегрированная система взаимовыгодных обменов инновационными идеями и разработками, предполагающая производственную кооперацию и тесное сотрудничество инновационных предприятий, как на региональном, так и на национальном уровне. С учетом современных тенденций развития национальной экономики в условиях «новой нормальности» это будет способствовать переходу к инновационному типу экономического развития [12].

Таким образом, инновации следует рассматривать как адекватный ответ на вызовы «новой нормальности». Важность этого для российской экономики не только не ослабляется, но и, напротив, актуализируется кризисной ситуацией, требующей скорейшего перехода на инновационный тип развития с целью преодоления отставания от экономически развитых и развивающихся стран.

Литература

1. Улюкаев А.В. Нижняя точка спада российской экономики пройдена [Электронный ресурс] / http://www.rosbalt.ru/business/ 2016/06/16/1523519.html (дата обращения: 29.08.2016 г.).

2. Кувшинова О. 15-летний минимум // Ведомости. — 2016. — 23 июня. — С. 5.

3. Структурная трансформация экономики: соотношение плановых и рыночных механизмов реализации — СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2001. — 336 с.

4. Дынкин А.А. В поисках новой нормальности // Научные труды Вольного экономического общества. Юбилейное издание к 250-летию ВЭО России. 2015. Т. 195. С. 466-480.

5. Харламов А.В., Харламова Т.Л. Глобализация и системные изменения в управлении российской экономикой // Проблемы современной экономики. — 2015. — № 2(54). — С. 121-124.

6. В рейтинге инновационного развития регионов сменился лидер [Электронный ресурс] / https://issek.hse.ru/news/185758234. html (дата обращения: 7.09.2016 г.).

7. Слива С.В. Базовый и вспомогательный элементы институционального ядра российской рыночной системы // Проблемы современной экономики. — 2010. — № 4(36). — С. 56-60.

8. Кузнецов И.С. Политика активизации развития экономики региона // Проблемы современной экономики. — 2007. — № 4. — С. 400-403.

9. Харламов А.В., Харламова Т.Л. Особенности государственного управления национальной экономикой в период глобализации // Вестник НГУЭУ. — 2015. — № 1. — С. 10-17.

10. Луговской Р.А. Использование методов стратегического анализа при формировании системы государственного планирования // Научно-технические ведомости Санкт-Петербургского государственного политехнического университета. — 2014. — №3 (197). — С. 28-37.

11. Осеевский М.Э. Модернизация экономики Санкт-Петербурга и реальная региональная инновационная стратегия // Вестник ИНЖЕКОНА. Сер.: экономика. — 2010. — Вып. 6(41). — С. 5-19.

12. Кротов М.И., Мунтиян В.И. Об антикризисной монетарной стратегии экономического развития России // Проблемы современной экономики. — 2015. — №3. — С.17-26.

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ фОРМИРОВАНИЯ ИННОВАЦИОННЫХ КЛАСТЕРОВ В РОССИИ И КАНАДЕ

О.П. Рыбакова,

аспирант кафедры региональной и муниципальной экономики, финансов и безопасности Уральского федерального университета им. первого Президента России Б.Н. Ельцина

rybakova@vsmpo-avisma.ru

В статье предлагается сравнительная характеристика и обобщение мирового опыта политики по созданию и развитию инновационных кластеров в России и за рубежом. Сделан анализ степени разработанности и выявлены основные проблемы формирования кластерной политики в России методом сравнительного анализа с основными элементами концепции кластерного развития Канады. Информационной базой исследования послужили статистические базы Рос-стата, Канадского национального статистического агентства, данные Организации экономического сотрудничества и развития, информация с официальных сайтов государственных органов и центров кластерных инициатив, инновационных кластеров и нормативно-правовые документы.

Ключевые слова: кластер, инновационный кластер, кластерная политика, кластеризация, Канада

УДК 332.1 ББК 65.9

Сегодня Россия как никогда ставит амбициозные цели по инновационному развитию. В Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ был заявлен перевод к 2020 году экономики России на инновационный путь развития, в рамках которого доля России на мировых рынках высокотехнологичных товаров и услуг достигнет не менее 5-10% в 5-7 и более секторах, а доля предприятий, осуществляющих технологические инновации, возрастет до 40-50%. Однако, несмотря на все меры по стимуляции инновационного развития имеет место серьезное отставание России в достижении запланированного уровня показателей, что обусловлено рядом проблем. Ключевые проблемы инновационного развития страны отражает глобальный индекс инноваций, рассчитываемый международной бизнес-школой INSEAD The Global Innovation Index (GIS). GIS анализирует инновационные возможности в стране, условия для их воплощения и новые пути усовершенствования государственных политик для стимулирования развития здоровой инновационной среды. При расчете индекса учитываются в общей сложности 79 показателей, наиболее полно охватывающих элементы национальной экономики. За последние годы Россия впервые вошла в число первых 50 стран мира по «инновацион-ности». По данным The Global Innovation Index за 2015 год Россия занимает 48 место. Особенно сильные позиции, начиная с 2013 года, Россия показывает по показателям «человеческий капитал и исследования» и «глобальное использование знаний и технологий», занимая по итогам 2015 года 26 и 33 позиции в рейтинге, соответственно. В то же время наша страна имеет один из самых низких показателей по развитию государственных институтов, в 2013 году — 87 место, по итогам 2015 года — 80 место после Марокко, Уругвая и Намибии. Поэтому приоритетной задачей построения российского инновационного общества является

становление инновационных институтов развития и его адаптация целям долгосрочного инновационного развития на основе обобщения и анализа мирового опыта.

В последнее десятилетие за рубежом все большее развитие получает кластерная концепция экономического развития и повышения конкурентоспособности регионов. Рост количества и качества кластеров во многих странах мира подтверждают жизнеспособность данной модели развития бизнесов и территорий. Кластерный подход даёт ряд преимуществ (институциональные, инновационные, повышение эффективности производственной деятельности), за счёт которых возможно добиться увеличения экономического роста, изменения структуры экономики регионов, привлечения прямых иностранных инвестиций, решения проблемы занятости. В последнее время кластерная тематика стала востребованной и в России. Однако, несмотря на активную деятельность региональных властей по формированию кластерных структур, лишь относительно небольшая часть проектов развития кластеров достигла стадии практической реализации [1]. В то же самое время успешный опыт зарубежных стран по реализации кластерных инициатив и развитию инновационных кластеров подтверждает необходимость обязательного наличия государственных комплексных инструментов поддержки кластеров, как на национальном, так и региональном уровне.

Актуальность данной работы обусловлена необходимостью раскрытия и разрешения противоречий между объективно существующей потребностью в государственных эффективных и комплексных инструментах управления политикой создания и развития инновационных кластеров в России и отсутствием адекватной системы по созданию, реализации и мониторингу кластерных инициатив и инновационных кластеров.