Проблема соотношения текста и аудитории на примере периодики для детей и юношества

2. Кастельс, М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура /М. Кастельс. - М., 2000.

3. Лопатина, Н. В. Информационная культура как условие эффективности информационных технологий : уч.пособие / Н.В. Лопатина. - М.: МГУКИ, 2002. - 81 с.

4. Манхейм, К. Идеология и утопия / К. Манхейм // Диагноз нашего времени. - М., 1994. - С. 7-164.

5. Роджерс, К. Взгляд на психотерапию / К. Роджерс. - М., 1999.

6. Соколова, И. В. Социальная информатика и социология: проблемы и перспективы взаимодействия / И.В. Соколова. - М.: Союз, 1999. - 228 с.

7. Тоффлер, Э. Третья волна /Э. Тоффлер. - М.: АСТ, 1999.

су проблема соотношения текста и аудитории на примере периодики для детей и юношества

Е. В. Гайманова

Московский государственный университет культуры и искусств

Автор статьи на основе анализа художественных текстов периодики для детей и юношества первой половины XIX века показывает динамику изменения образа аудитории, используя методику, предложенную Ю.М. Лотманом в статье «Текст и структура аудитории».

Ключевые слова: Ю.М. Лотман, текст, облик аудитории, периодические издания для детей и юношества.

The author, based on the analysis of literary texts of periodicals for children and youth of the first half of the XIX century shows the dynamics of change in the image of the audience, using the method proposed by Y.M. Lotman in his article "The text and structure of the audience". Key words: Y.M. Lotman, a text, image of the audience, periodicals for children and youth.

В 1977 году выдающийся филолог и историк русской культуры и искусства Ю.М. Лотман написал статью «Текст и структура аудитории», в которой рассмотрел текст как семиотическую проблему. В данной работе Ю.М. Лотман утверждал, что каждое сообщение как коммуникативный акт ориентировано на определенную аудиторию и только в ее сознании может быть реализовано. Ю.М. Лотман анализировал разные виды культурных текстов, обращал внимание на конкретные механизмы взаимоотношений текста и его адресата.

Ю.М. Лотман отмечал, что в практике общения невозможно полное совпадение кодов адресата и адресанта, поэтому

«текст сообщения деформируется в процессе дешифровки его получателем» (7, с. 169). Лотман в своей работе обращал основное внимание на другую сторону этого процесса: на то, как само сообщение (в первую очередь, художественный текст) воздействует на адресата, меняя его облик.

Ю.М. Лотман в своей статье провёл семиотический анализ конкретного культурологического материала. Он иллюстрировал взаимоотношения текста и аудитории на нескольких примерах из русской поэзии XVIII - начала XIX века: стихах В. Майкова, А. Пушкина, лапидарной надписи Г. Державина, предлагая исследова-

52 1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 2 (46) март-апрель 2012 52-57

телям продолжить эту работу на других примерах.

Представляется интересным рассмотрение проблемы соотношения текста и аудитории применительно к периодическим изданиям для детей, которые начали свою историю с момента появления первого журнала для детей и юношества в 1785 году.

Журнал назывался «Детское чтение для сердца и разума», издавался известным русским журналистом того времени -Н.И. Новиковым при активном содействии историка и писателя Н.М. Карамзина. Журнал представлял собой новый для России способ организации коммуникативной системы и передачи с ее помощью определенной культурно-исторической информации, предназначенной для детей и юношества, представителей будущих поколений.

О значении процесса передачи культурной информации писал Ю.М. Лотман в статье «Люди и знаки». Он отмечал, что «без получения, хранения и передачи информации невозможна жизнь человека - ни познание мира, ни организация человеческого общества» (6, с. 7-8).

Зародившаяся в России детская журналистика как специфический социальный институт с самого первого издания осуществляла следующие социально-культурные функции: коммуникативную, познавательную, эстетическую, развлекательную, функцию социализации, но доминирующие позиции всегда занимали культурно-образовательная и воспитательная функции. С помощью специально подобранной издателями и редакторами информации в виде статей и художественных текстов, которые дети и подростки получали с характерной для журналов периодичностью, осуществлялся процесс инкуль-турации подрастающего поколения, процесс их органичного вхождения в мир русской и мировой культуры, принятие этого мира как своего.

Журнальные публикации создавали так называемый образ аудитории, формировали и пропагандировали идеальный образ русских мальчиков и девочек, юношей и девушек. О формировании такого образа писал в своей работе «Текст и структура аудито-

рии» Ю.М. Лотман. Он отмечал, что «всякий текст (в особенности художественный) содержит в себе то, что мы предпочли бы назвать образом аудитории, и что этот образ ... активно воздействует на реальную аудиторию, становясь для нее некоторым нормирующим кодом. Этот последний навязывается сознанию аудитории и становится нормой ее собственного представления о себе, переносясь из области текста в сферу реального поведения культурного коллектива» (7, с. 169).

Тексты периодических изданий, предназначенных детско-юношеской аудитории, опирались на культурные традиции, нормы и ценностные ориентации, доминировавшие в каждый конкретный период в русском обществе. Детско-юношеская журналистика была предназначена для выполнения общественно значимой задачи воспитания будущих граждан своей страны, формирования того образа поколения, который соответствовал бы культурно-историческим условиям своего времени и в то же время был бы в определенном смысле идеальным.

О глубоком воздействии публикаций детско-юношеской периодики на сердца и умы, на формирование представлений о себе и мире свидетельствовали многие юные читатели, ставшие взрослыми и известными людьми. Среди них С.Т. Аксаков, который в своих воспоминаниях писал о результатах чтения журнала Новикова: «В детском уме моем произошел совершенный переворот, и для меня открылся новый мир.» (1, с. 5).

Исследователь творчества Н.М. Карамзина А. Старчевский писал в XIX веке о роли детской периодики в процессе формирования облика поколения: «Чистые, нравственные правила, изложенные увлекательным для того времени языком, незаметно проникали в душу читателей, особенно читательниц, и мало-помалу дали совершенно иной колорит всему обществу» (9, с. 26).

В 80-е годы XX века исследователи детской литературы и журналистики З.И. Свиридова и М.И. Холмов, анализируя детскую периодику, отмечали огромное влияние уже «первого отечественного журнала

для юного читателя... на воспитание подрастающего поколения» (8, с. 8).

Воздействуя эстетически на ум и сердце ребенка, издатели детско-юношеской периодики устанавливали своеобразный диалог с детьми посредством журнальных публикаций. Они обращались к детям с непосредственным призывом, как, например, в небольшой зарисовке на нравственную тему под названием «Весна» в журнале «Детское чтение для сердца и разума»: «К вам, отроки! Обращаюсь я к вам, чувствительные и нежные души, могущие живее ощущать красоты Природы! Идите за мною, юные чело-веки! Рассматривайте те картины, которые я буду писать в глазах ваших.» (3, с. 197). Издатели устанавливали обратную связь с юными читателями посредством публикации их писем, ответов на вопросы, творческих опытов (например,в журнале «Задушевное слово» и других изданиях). Многие знания сообщались детям в традиционной для детской литературы и журналистики форме бесед, непринужденного разговора между взрослыми и детьми. Установлению диалога с юными читателями служило также создание образа доброго, умного, много знающего взрослого, который, беседуя с детьми, ненавязчиво внушал им нравственные заповеди, объяснял непонятное. Таков, например, образ Добросерда в журнале Новикова «Детское чтение для сердца и разума».

Издатели как представители русской культуры опирались в журнальных публикациях на общую культурную память, отсутствие которой, по мнению Ю.М. Лотмана, делает любой текст «недешифруемым». Эта память формировалась у юных читателей в процессе общения с родителями, окружением семьи, в результате чтения книг и журналов. Конечно, при этом издатели ориентировались на определенный тип памяти детей и подростков, учитывали различия в объеме и структуре памяти взрослой и детско-юношеской аудиторий.

Ю.М. Лотман в работе «Текст и структура аудитории» выделял два типа речевой деятельности: один из них обращен к абстрактному адресату, чей объем памяти представляется наиболее обобщенным; вто-

рой тип деятельности обращен к конкретному собеседнику, «объем индивидуальной памяти которого адресанту прекрасно известен» (7, с. 169). Лотман отмечал, что тексты, относящиеся к первому типу деятельности, должны отличаться подробностью изложения, отсутствием «сокращений и намеков», так как объем памяти адресата в этом случае конструируется как наиболее обобщенный, «обязательный для любого говорящего» на конкретном языке. Тексты, обращенные к лично знакомому адресату, могут формироваться с помощью «домашней», «интимной» лексики, использования намеков, понятных только автору и читателю деталей.

Лотман указывал, что особенное значение приобретает этот вопрос в отношении к художественным текстам. В частности, анализируя поэзию XVIII столетия, он отмечал, что в то время наиболее ценной была поэзия, которая обращалась к наиболее абстрактному адресату как носителю общекультурной и общенациональной памяти, как члену «единого государственного коллектива» и носителю одного языка. Таковы, на его взгляд, стихи В. Майкова, обращенные к З.Г. Чернышеву, лапидарная надпись на гробнице Суворова, составленная Г.Р. Державиным. По мнению Лотмана, иным являлось структурирование аудитории, которое осуществлял в своих текстах А.С. Пушкин. Исследователь считал, что поэт делил свою аудиторию на две части: на тех, кто все знал и понимал в силу общности интересов дружбы, и тех, кто намеки чувствовал, но дешифровать не мог. Но вторую многочисленную категорию читателей Пушкин ставил в позицию «интимных» друзей автора, обладающих общностью памяти с ним. То есть, как писал Ю.М. Лотман, автору удавалось изменить «объем читательской памяти, поскольку, получая текст произведения, аудитория, в силу конструкции человеческой памяти», могла «вспомнить то, что ей было неизвестно» (7, с. 174). Ю.М. Лотман считал, что внимательный исследователь, читая тексты, может проанализировать, как автор «навязывает аудитории природу ее памяти», и в то

же время рассмотреть «облик аудитории», который хранит в себе созданный текст.

Семиотический анализ текстов публикаций в дореволюционных журналах, предназначенных для детско-юношеской аудитории, помогает выявить следующую существенную их особенность. На наш взгляд, данные тексты не имели принципиального различия по типу «официальность - интимность». Будучи, в основном, художественными по своему характеру, тексты журнальных публикаций, обращенные к детям, с одной стороны, были обращены к любому ребенку и подростку, и в этом смысле имели «официальный» характер; с другой стороны, тексты были личностно ориентированы на определенную возрастную аудиторию: младший, средний или старший возраст. Авторы, создавая данные тексты, учитывали психофизиологические особенности каждого возраста, тот объем памяти, который был характерен для каждой возрастной группы. Авторы как бы реконструировали образ аудитории и именно для этой хорошо знакомой им аудитории создавали конкретное произведение. В то же время данная аудитория представлялась им идеальной, такой, какой они хотели ее видеть. Журнальные публикации способствовали формированию тех качеств, которые казались важными с точки зрения культуры и ценностных ори-ентаций данного периода.

На наш взгляд, является допустимой реконструкция обобщенного образа аудитории в результате анализа совокупности текстов, опубликованных в журналах для детей и юношества конца XVIII - первой половины XIX века.

Анализ многообразных художественных материалов дает возможность проследить за динамикой изменения «образа аудитории», который прослеживается в текстах этого периода.

В конце XVIII - начале XIX столетия читателями первых журналов были в основном юные представители дворянского круга, жившие в крупных российских городах. Русские дворянские дети получали, как правило, домашнее образование, росли в эстетически организованной среде. Многие из

них уже были знакомы с художественной литературой, в большинстве случаев представленной переводными произведениями, так как в значительной части русских семей были свои библиотеки и дети довольно рано начинали знакомиться с литературой для взрослых. Дворянские дома и усадьбы были в большинстве своем наполнены художественными произведениями, что также способствовало формированию вкуса. Искусство классицизма воспитывало их в духе гармонии и идеализма. Бытовое поведение родителей, а соответственно, и детей в XVIII веке строилось по моделям «поэтики поведения», заимствованным из произведений литературы, живописи, театра. Это подготовило «культ театра и театральности» в начале XIX века (4, с. 234). В журналистике это выразилось в появлении специализированного журнала под названием «Детский драматический вестник», в произведениях которого находят отражение особенности детско-юношеской аудитории данного периода.

Детско-юношеская аудитория в этот период не делится по гендерному признаку, по возрастным категориям.

В юных читателях еще сильны сословные предрассудки, не изжито преклонение перед иностранным, в частности перед французской культурой, в ущерб национальным традициям. Но зародившийся в этот период сентиментализм как художественное направление начинает влиять на изменение облика аудитории, развивая её чувствительность, мечтательность, склонность к уединенным размышлениям, способность сострадать ближнему, уделять много внимания простым людям. Мальчики и девочки искренне верят в Бога, признают Божественное как первооснову всего сущего, верят в любовь и дружбу, в существование строго разграниченных норм добра и зла. Идеалом для них является большая дружная семья, где все любят и заботятся друг о друге.

Начало XIX века ознаменовалось ростом национального самосознания в связи с победой в Отечественной войне 1812 года. Эта гордость за свой народ, а также события,

последовавшие затем - восстание декабристов, прямо или косвенно отражались в публикациях, опосредованно формировали характер поколения юных читателей этого периода. Показательным для того времени является образ Николеньки Болконского -возвышенного, целеустремленного, романтичного. Образ этого подростка нарисует позднее Л.Н. Толстой в романе «Война и мир».

Первая четверть XIX века - недолгий, но очень важный период влияния романтизма, поэзии на детские души. Духовно-нравственный потенциал, культурные образцы, заложенные в текстах, опубликованных на страницах детской периодики начала XIX века, формировали облик истинных патриотов, граждан своего отечества. О влиянии чтения рассказов и статей, повествующих о подвигах древних греков, римлян, русских воинов на юных читателей в одной из своих работ по истории культуры напишет Ю.М. Лотман: «У Никиты Муравьева (будущего декабриста) и его сверстников было особое детство - детство, которое создает людей, уже заранее подготовленных не для карьеры, не для службы, а для подвигов. Людей, которые знают, что самое худшее в жизни - это потерять честь. Совершить недостойный поступок - хуже смерти. Смерть не страшит подростков и юношей этого поколения: все великие римляне погибали героически, и такая смерть завидна. Люди живут для того, чтобы их имена записали в историю» (5, с. 64).

Таков в общих чертах портрет детско-юношеской аудитории конца XVIII - первой четверти XIX столетия, который возникает при внимательном чтении журнальной периодики данного периода.

На вторую четверть XIX века приходится взлет русской художественной мысли, который создает другое поколение юных читателей. Реалистичность изображения, которая начинает отличать журнальные публикации в этот период, интерес к национальной культуре, истории своей страны - все это способствует формированию нового облика читательской аудитории. Грамотных, самостоятельно читающих де-

тей становится все больше, в стране развивается школьное образование.

Эта аудитория различается издателями и авторами по гендерному признаку, в соответствии с этим возникают журнальные публикации в специализированных изданиях, предназначенных для мальчиков, таких, например, как «Журнал для чтения воспитанникам военно-учебных заведений», и для девочек (журнал «Звездочка»). Характерно для этой аудитории деление на возрастные категории: младший, средний и старший возраст. Образ младших и старших читателей детской периодики реконструируется при чтении в первую очередь художественных текстов.

Читатели младшего возраста любознательны, активно осваивают окружающий мир; детский возраст - время формирования любви к родному краю, природе, животным. Хорошее чтение в этот период заменяет любимую игрушку.

В подростковом возрасте чтение периодики - это «умное и полезное развлечение», которое может "даже заменять школу"» (2, с. 10). Это возраст изучения нравственных законов общества, стремления к самосовершенствованию, познанию самого себя и других. Для этого возраста важны культурные образцы, идеалы. И детско-юношеская периодика, предлагая в текстах эти идеалы, формирует тем самым облик юных читателей. Образцами для подражания становятся защитники родины, выдающиеся ученые, деятели культуры, подвижники веры - те люди, которые много сделали для других, а не для себя. Идея служения Отечеству формирует характер подрастающего поколения. Юношей и девушек начинают интересовать современные события, и журналы, пока нерегулярно, начинают публиковать новости общественной жизни. Эта тенденция становится все более устойчивой, формируя, в свою очередь, интерес все большей части читающей детско-юношеской аудитории к новостям общественной жизни.

Таким предстает перед нами в процессе чтения публикаций в периодической печати для детей и юношества портрет поколения юных читателей второй четверти XIX

столетия.

Завершая рассмотрение проблемы соотношения текста и аудитории на примере анализа публикаций в периодической печати для детей и юношества, необходимо отметить, что уважительное отношение к детям, их интересам отличало русских авторов журнальных публикаций. Издатель «Детского журнала» А.П. Башуцкий считал, что дети «назначены со временем со-

ставлять славу, пользу или украшение драгоценного отечества». Исходя из данных установок, издатели формировали контент периодики для детей и юношества, формировали тот образ аудитории, который казался им наиболее идеальным.

Открытые Ю.М. Лотманом закономерности соотношения текста и аудитории позволяют реконструировать «облик аудитории» в конкретный исторический период.

Примечания

1. Аксаков, С. Т. Воспоминания / С.Т. Аксаков // Собр. соч. - М., 1966. - Т. 2.

2. Васильевский, М. Н. Нужен ли детям детский журнал / М.Н. Васильевский. - СПб.; М., 1911.

3. Детское чтение для сердца и разума. - 1787. - Ч. 9.

4. Кондаков, И. В. Введение в историю русской культуры / И.В. Кондаков. - М., 1997.

5. Лотман, Ю. М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века) / Ю.М. Лотман. - СПб., 1994.

6. Лотман, Ю. М. Люди и знаки / Ю.М. Лотман // Семиосфера. - СПб.: Искусство - СПБ, 2000.

7. Лотман, Ю. М. Текст и структура аудитории / Ю.М. Лотман // История и типология русской культуры. - СПб.: Искусство - СПБ, 2002.

8. Свиридова, 3. И. Русские журналы для детей (1785-1917 г.г.) : [библиографический указатель и аннотации] / З.И. Свиридова, М.И. Холмов. - Л., 1982.

9. Старчевский, А. Николай Михайлович Карамзин / А. Старчевский. - СПб., 1849.

Специфика английской

реформации xvi века

Л. С. Хачатрян

Московский государственный университет культуры и искусств

В становлении культуры Нового времени важную роль сыграло движение Реформации. Статья посвящена анализу специфических черт английской Реформации на примере важнейшего документа Английской церкви, известного под названием«39 статей».

Ключевые слова: английская Реформация, Новое время, Английская церковь, «39 статей».

In becoming culture of New time the important role movement Reformation has played. In this article

the author considers the main features of the English Reformation, by the example of the basic doctrinal

document the Anglican Church, known as the "39 Articles".

Key words: English Reformation, New time, Anglican Church, "39 Articles".

Реформацией называют религиозное и общественно-политическое движение, протекавшее в XVI - начале XVII века в Западной и Центральной Европе, а соответствующий

временной период - «эпохой Реформации» (или «Северным Возрождением»). На первый взгляд это движение было направленно лишь на реформирование в соответствии с

1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 2 (46) март-апрель 2012 57-60 57