Заимствование образов и форм исторического костюма в Высокой моде конца ХХ начала ХХI века

М. А. Нестерова

Заимствование образов и форм исторического костюма в Высокой моде конца ХХ - начала ХХ1 веков

Постмодернизм - современное культурное течение, охватывающее философию, эстетику, искусство, гуманитарные науки. Теория деконструкции, господствующая в эстетике постмодернизма отвергает классическую гносеологическую парадигму репрезентации полноты смысла, «метафизики присутствия» в искусстве, перенося внимание на проблему дисконтинуальности, отсутствия первосмысла, трансцендентального означаемого. Концепция несамотождественности текста, предполагающая его деструкцию и реконструкцию, разборку и сборку одновременно.

Поэтому для постмодернисткого искусства, характерного для «усталой», «энтропийной» культуры конца ХХ века, характерны эсхатологические настроения, эстетические мутации, диффузии больших стилей, эклектическое смешение художественных языков.

Авангардистской установке на новизну, что отличало искусство и культуру первой половины ХХ века, в конце столетия противостоит стремление включить в современное искусство весь опыт мировой художественной культуры путем ее ироничного цитирования.

Эстетика постмодерна переплавляет в единое целое современное искусство, художественные достижения предшествующих эпох, вырванные из контекста цитаты и двусмысленные символы. Поэтому характерной особенностью этого направления в искусстве стало объединение в рамках одного произведения стилей, образных мотивов и приемов, заимствованных из арсенала различных эпох, регионов и субкультур.

Интерес к прошлому возрождается в начале 70-х годов ХХ века, после угасания молодежного бунта в Европе, когда леворадикальные настроения уступают место «новому консерватизму». Идеи новизны, питавшие искусство и политику, оцениваются как исчерпавшие себя. Вместо желания «рая немедленно» нарастает ощущение того, что «будущее было вчера». Современные произведения могут быть построены как сеть аллюзий на другое произведение искусства, как совокупность цитат, компиляция, коллаж. Наступает «эра эксгумации», поиска культурных корней и возрождения традиций в стиле ретро. Интерпретации вытесняют инновации, особую популярность приобретают исторические романы, мемуарная литература, биографический жанр, переиздание классики, классические оперы,

старый рок. В науке, искусстве, моде меняется само представление о новизне.

Именно поэтому в эпоху постмодерна такое значение приобретает цитата, игра в контекст и смысл. В концепции постмодерна каждый текст, в том числе и изобразительный текст костюма, представляет собой некую новую ткань, сотканную из старых цитат. При этом цитатой в постмодернистской эстетике понимается заимствование не только (и не столько) непосредственно текстового фрагмента, но главным образом функционально-стилистического кода, репрезентирующего стоящий за ним образ мышления или традицию.

Искусство конца ХХ - начала XXI веков, в том числе и искусство костюма, представленного в основном моделями т. н. Высокой моды, легко играет с формами и образами предшествующих эпох, заимствуя и трансформируя их, используя цитирование как художественный прием.

Возвращение к уже созданным в предшествующие эпохи формообразующим костюмам, комбинирование и интерпретация исторических стилей в современной моде является отличительной чертой культуры конца ХХ - начала XXI века. В поисках новых форм и образов современные дизайнеры обращаются к историческому наследию европейского костюма как источнику вдохновения, основе для творческой интерпретации и стилизации.

Обращение к некоторым видам и жанрам постмодернистского искусства последнего двадцатилетия свидетельствует о том, что эстетическая специфика постмодернизма связана, прежде всего, с неклассической трактовкой классических традиций далекого и близкого прошлого, их свободным сочетанием с ультрасовременной художественной техникой. Широкое понимание традиции как богатого и многообразного языка форм разных эпох, находит отражение в концепции постмодернизма как своего рода фристайла в искусстве, продолжившего эстетическую линию маньеризма, барокко, рококо. Не классическая интерпретация классического проявляется как пастиш1, предполагающий их абсолютно свободное соединение и цитирование, что ведет к возникновению новых смыслов. Это дополняется иронически-пародийным переосмыслением традиций, ностальгией по утраченному центру, культурной целостности. Кризис принципа репрезентативности, характерный для искусства постмодернизма, заключается в том, что искусство не воспроизводит, а «разыгрывает» реальность, а художественный образ превращается в симулякр, способствует стилевому синкретизму, проявляющемуся в имитации контрастных художественных стилей. Языковая игра, цитатность, неопределенность, фрагментарность и принцип монтажа становятся основными методами художественного творчества.

Именно такое «вольное» отношение к историческим стилям и направлениям в искусстве, использование выразительных средств коллажа и эклектического комбинирования различных стилей, существующее в рамках эстетической концепции постмодерна отразились в своеобразной «игре в эпоху»2, которую демонстрируют в конце ХХ - начале ХХ1 в. коллекции Высокой моды дизайнеров Ж.-П. Готье, Дж. Гальяно, В. Вествуд и пр3.

Эти модельеры тонко прочувствовали эстетику современной им культуры постмодернизма и создали целое направление в Высокой моде, которое можно условно охарактеризовать как ретроспектива исторического костюма. Относительно творчества Дж. Гальяно, К. Лакруа, В. Вествуд и др., Т. О. Бердник справедливо отмечает: «При всем разнообразии авторских стилевых почерков и используемых ими образно-выразительных композиционных приемов, в творчестве этих дизайнеров прослеживается общая тенденция - обращение к костюму ушедших эпох, эклектичное комбинирование исторического материалами, как результат, создание новой образности современного костюма, несущего в себе след истории»4.

Дизайнеры используют различные исторические образы, придавая им современное звучание, новый контекст и характер.

Так, например, рафинированно-утонченная женщина-цветок эпохи рококо предстает в современном варианте этого стиля как прекрасное, но хищное растение, своего рода цветок зла (Дж. Гальяно коллекция «Ватто», Музей Метрополитен, Нью-Йорк). Образы английской моды ХУ1-Х1Х вв. стали основой для ряда коллекций ведущих дизайнеров мира ХХ-ХХ1 вв. В. Вествуд (коллекция «Пять веков назад» осень/зима 1998-1999 гг., коллекция осень 2006 г.), Ф. Трейси (коллекция осень/зима 2001-2002 гг.), А. Маккуин (коллекция весна/лето 2005 г.), Дж. Гальяно (коллекция осень/зима 2005-2006 г.). Модельеры творчески переосмысливают и смело экспериментируют с историческим наследием английского придворного костюма, внося в него характерный для культуры последней трети ХХ века элемент иронии и гротеска. Образы аристократической английской моды в коллекциях современных дизайнеров В. Вествуд, А. Маккуина, Дж. Гальяно, в соответствии с настроем современной культуры, становятся более агрессивными и воинствующими.

Творческий метод дизайнеров, работающих в таком «историческом» направлении, может быть определен триадой: «собирание, изменение, совмещение»5. Дизайнеры «играют» с образами и формами костюма, комбинируют и переосмысливают их, придавая исторически сложившимся формам иное содержание, расширяя тем самым палитру образных метафор костюма. При этом «историческая цитата» это не только и не столько слепое «копирование» формы, силуэта, кроя одежды

и пр., но прежде всего потоки кодов, жанровые связи, тонкие парафразы, изящные ассоциативные отсылки, едва уловимые аллюзии и мн.др.

Это может быть проиллюстрировано на примере коллекции «От Мадонны к Мадонне» (Высокая мода, 2007) французского мастера Ж. П. Готье, который удивительно точно передает «дух» готической эпохи, подтверждая тем самым репутацию модельера как «великого интерпретатора эпох»6. В ней дизайнер трансформирует образ готической Мадонны. Интерпретируя алтарные изображения Девы Марии и католических святых, в своих костюмах дизайнер предлагает зрителям интригующее сочетание иллюзии и реальности. Искусная имитация витража на ткани чередуется в костюме с обнаженным телом. Причудливые головные уборы, напоминающие то нимбы, декорированные перьями, то золоченые «сияющие» венцы, обрамляют замкнутые, отрешенные лица моделей. Длинные волнистые волосы манекенщиц контрастируют с мерцающими нитями бисера и стекляруса, придавая всему облику еще большую театральность. Образ современной женщины Ж. П. Готье парадоксальным образом соединяет в себе противоречивые черты: с одной стороны это робкая «Христова невеста» в кружевном наряде, белой пеной окутывающем фигуру и недоступная «Царица небесная», с другой стороны за ее холодно-бесстрастным ликом скрывается тоска, одиночество и обреченность современной женщины.

Провокационный дизайнер Ж. П. Готье в своей коллекции «Платья, которые ускользают» (весна/лето 2001) «играет» с палитрой и кроем корсета XIX века. Концепция данной коллекции основана на традиционном для европейской культуры понимании корсета как некого «суррогата», заменителя естественной фигуры. Подчеркивая характерные достоинства женской фигуры - грудь, талию и бедра, эти «исчезающие» платья то практически сливаются с человеческим телом, то резко контрастируют с ним. Такая пикантная игра в «почти обнаженность» придает всему женскому облику завораживающую чувственность и интимность.

К. Лакруа, основываясь на историческом наследии европейской корсетной индустрии, «обыгрывает» ее, создавая элегантную, утонченную моду с легким эротическим подтекстом. Для его творчества характерны «игровое» отношение к моде, использование многочисленных «цитат» из истории костюма, юмор и ирония, обилие декора, смелые сочетания рисунков, цветов и фактур. Источником вдохновения для модельера в разное время служили Восток, эпоха Средневековья, и период правления Наполеона, крестьянский костюм Монголии и пр. Он смело балансирует на грани кича и вызывающей роскоши, предлагая пышные драпировки, платья с завышенной талией, силуэты, подходящие скорее далекой исторической эпохе, нежели веку технического прогресса.

Это может быть показано на примере вечерних платьев коллекции Высокой моды, созданными кутюрье в 1996, 1997, 2001 и 2005 гг. Подчеркивая в своих моделях женственность, дизайнер умело балансирует на грани прямого исторического цитирования и откровенного фетишизма. Создаваемые им женские образы отличает романтичность, чувственность, но не сексуальная агрессивность. Корсет, который в ряде случаев является основой модели, служит для подчеркивания характерных особенностей женской фигуры, не являясь при этом элементом фетишной культуры7.

Так, в коллекции Высокой моды 1997 г., роскошный корсет, вопреки моде и традициям «Прекрасной эпохи», является «видимым», что придает современным костюмам К. Лакруа соблазнительность и эротичность. Женщина в таком костюме ассоциируется со сказочной принцессой, Спящей красавицей, заснувшей много веков назад. Его платья, благодаря умелому совмещению исторического костюма с тенденциями современной моды, очаровательно старомодны и удивительно современны одновременно. Откровенная театральность моделей дизайнера, вносит в современную моду элемент праздничного мироощущения и дает возможность человеку примерить на себя разные «маски», что представляется ценным качеством с точки зрения современного дизайна одежды.

В заключение можно сказать, что грамотное восприятие такого сложного изобразительного текста как современный костюм Высокой моды, построенного больше на ассоциациях, требует как высокопрофессионального дизайнера, так и подготовленного зрителя -субъекта, для которого обязательно знание культуры различных времен и народов, что обеспечивает «интертекстуальную компетенцию», позволяет узнавать цитаты не только в смысле формальной констатации их наличия, но и в их содержательной идентификации.

Через подобную т.н. «интертекстуальность», а в сфере костюма -возвращения к историческому костюму, в современной Высокой моде происходит «реактуализация» форм и образов, чья ценность была девальвирована, т.е. «переоткрытие» утраченных значений.

Дальнейшие перспективы постмодернизма как в искусстве так и в костюме пока неясны. В конце ХХ столетия исчезла футуристическая ориентация культуры, пафос новых времен и им на смену пришло чувство неопределенности и растерянности. Следствием этого стало констатация тотального кризиса, «исчерпанности» культуры, «конца истории», пародирование традиций давнего и недавнего прошлого, скепсис и самоирония. Однако постмодернизм как культура, не может ограничиться «самодеконструкцией», а должен искать новые пути. Избранная им стратегия «инвентаризации культуры», включения в активный обиход забытых, запретных или маргинальных тенденций

создает реальную возможность дальнейшего развития культуры - «после постмодернизма»8.

1 Пастиш (от ит. Pasticcio - стилизованная опера-попурри) - прием работы с историческим и художественным материалом прошлого и настоящего.

2 Icons of fashion the 20th century. - Munich; London: N.Y.: Prestel, 1999. - С.170; Chenoune F. Jean-Paul Gaultier. Thames and Hudson, 1998. - С. 11.

3 Гальяно Дж. для Модного Дома «Кристиан Диор» коллекция «Мария-Луиза»; коллекция «Кристиан Диор» (осень/зима 2005-2006); Маккуин А. (Коллекция весна/лето 2005); Лагерфельд К. для «Модного дома Шанель» (Высокая мода весна 2006); Мюра З. Коллекция осень/зима 2006 г.; Кацура Ю. Коллекция 2007 г.; Лакруа К. Коллекция Высокая мода 2007 г.

4 Бердник Т.О. Мода эпохи постмодернизма // Мода и дизайн: исторический опыт новые технологии: Материалы 9-й международной научной конференции /под. ред. Калашниковой Н.М. - СПб.: Изд-во СПГУТД, 2006. - С. 174-178.

5 Chenoune F. Op. cit. - С.7.

6 Ibid. - С.11.

7 Фетишная культура, близкая по духу садо-мазохической субкультуре, основана на агрессивной сексуальной провокации и эротическом подчеркивании эрогенных зон тела. Ее основными атрибутами являются одежда из кожи, латекса и нейлона, резинового и поливинилхлоридного, спандекса и рыболовной сети, металлические украшения ассоциирующиеся с орудиями пытки (ошейники, наручники и т.п), обувь на высоких тонких каблуках, пирсинг и татуировка и пр.

8 Рязанцева Л.В. Культура ХХ века - от модерна к постмодерну / http://www.jourclub.ru/22/291.