Методологические аспекты соотношения исполнения гражданско-правовой обязанности и гражданского регулятивного обязательства

Г.В. Колодуб

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СООТНОШЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОБЯЗАННОСТИ И ГРАЖДАНСКОГО РЕГУЛЯТИВНОГО ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

В статье предложено концептуальное обоснование выводов о структурной и функциональной зависимости гражданско-правового обязательства и самостоятельной единицы цивилистики — исполнения гражданской субъективной обязанности. Приводится перечень методологических приемов, которые использовались при построении понятийной, содержательной базы правовой конструкции «исполнение гражданско-правовой обязанности».

Ключевые слова: гражданские обязанности, исполнение обязанностей, механизм исполнения обязанностей, методология исследования.

G.V. Kolodub

METHODOLOGICAL ASPECTS OF A RATIO OF EXECUTION OF A CIVIL DUTY AND CIVIL REGULATORY OBLIGATION

In contents of article conceptual justification of conclusions about structural and functional dependence of the civil obligation and independent unit of civil law — executions of a civil subjective duty is offered. The list of methodological receptions which were used at creation of conceptual, substantial base of a legal design "execution of a civil duty" is provided.

Keywords: civil duties, fulfillment of duties, mechanism fulfillment of duties, research methodology.

Такая категория российского цивилистического права, как «исполнение гражданско-правовой обязанности», не является вновь образованной. Напротив, при проведении исследования1 было обнаружено множество подтвержденных фактов, которые, очевидно, свидетельствуют о распространенном применении данной правовой конструкции. Одновременно с этим получил свое обоснование вывод, что «проблемы исполнения субъективных гражданских обязанностей продолжают оставаться центральными, во многих случаях требующими комплексного, системного научно-теоретического и практического подхода с целью усовершенствования действующих юридических механизмов и правовых средств (правовых инструментов)»2.

Содержание настоящей статьи направленно на решение двух задач: во-первых, на основании общепринятого и достаточно качественно описанного явления гражданского права (обязательства) отразить характерные особенности самостоятельного элемента частноправовых отношений — исполнения обязанности;

во-вторых, предложить частные методологические приемы, использование которых способно сформировать востребованное в среде научной общественности понимание о структурных связях обязательственного правоотношения.

Объективируемый (т. е. действительный) процесс, а также результат реализации требуемого поведения субъекта обязательственного правоотношения заслуживает критического анализа как с позиции их общего статусного определения,

© Колодуб Григорий Вячеславович, 2013

Кандидат юридических наук, преподаватель кафедры гражданского и международного частного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: kolodub-ssla@lenta.ru

так и с позиции использования данных образований при внутриструктурном построении базовой системы цивилистики — обязательства. Значимость подобной двуединой задачи опосредована важностью перспективного построения идеальных моделей состояния субъективных прав и обязанностей, правоотношения в целом в определенный зафиксированный момент времени. Представляется, что на уровне норм права должна быть заложена идеальная модель механизма осуществления субъективных гражданских прав. На уровне закона должны быть предусмотрены актуальные средства, достаточные для реализации права, а также механизмы, которые способствовали бы осуществлению субъективного права3, что без наличия четкого и проработанного подхода к определению используемых явлений будет сделать весьма проблематично.

Так как модель поведения, реализующаяся в рамках обязательства, опосредуется реальными условиями, связями контрагентов, требованиями к форме и процедурам реализации, критериями оценки деятельности с точки зрения результатов4, необходимо применительно к исполнению гражданско-правовой обязанности выделить ряд сущностных аспектов:

существует исключительно в рамках обязательственного правоотношения; актуализируется в качестве одного из ключевых оснований (наряду с правами и обязанностями) обеспечения эффективности и качественности функционирования механизма осуществления прав в сфере гражданских материально-правовых отношений;

опосредовано набором целей гражданского оборота;

определено двухуровневой системой принципов (целеполагающие и принципы-а методы5).

о

? Этимологическое значение слова «исполнить», заимствованного из старославянского языка (исконное «выполнить») и буквально означающего «сделать

И что-либо полностью» (до конца)6, проясняет сущностную значимость исполнения

| обязанности в целом для обязательства. При этом следует учитывать, что осу-

| ществление прав и исполнение обязанностей возможно лишь при условии, что

£ объективно существует исполнимость прав и обязанностей за счет соответствую-

0

| щих правовых средств, т. е. наличествует механизм реализации содержания. В

у

| данном случае содержание исполнения обязанности следует связывать с волевой £" реализацией интереса7 — стремлением фактически прекратить (устранить) не-

1 свободу в выборе практического поведения, т. к. сущность обязанности состоит « в связанности и обременении лица.

| Поддерживая обнаруженный в специальной научной литературе взгляд на

ё содержание обязательства как реализацию прав и обязанностей, с учетом ис-1 пользованной методологии отметим, что гражданское правоотношение (обяза-| тельственное) можно рассматривать с позиции юридического содержания, когда д субъективные права и субъективные обязанности анализируются в «апогее» I своего существования, т. е. непосредственной реализации (осуществление прав I и исполнение обязанностей).

Использование и отождествление правоотношения в качестве границ исполнения обязанности в методологическом смысле имеет важное значение не только для описания субъективных гражданских прав и обязанностей, но и для анализа их реализации (исполнения) в конкретных состояниях, т. е. анализ исполнительских процедур «отражает в единстве внутреннее и внешнее взаимодействие 100 осуществления субъективного права и исполнения субъективной обязанности»8.

Самостоятельность отдельных элементов системы (обязательства) весьма условна, в частности, применительно к исполнению обязанности, как в рамках теории, так и особенно практики. Очевидно, что невозможна реализация обязательства без единства данной системы, структурным элементом которой являются соотносимые в данной статье исполнительские процедуры. По нашему мнению, система объемна и организационно разнообразна, но не разрозненна. Обязательство как система, механизм как связующее и объединяющее основание функционирования затронутой обязательственной системы в своем органическом единстве должны позволить раскрыться частному элементу (исполненной обязанности), который наиболее приближен к субъекту права (ему передается предмет обязательства, производятся необходимые действия и т. п.), а также осознаваемому и желаемому конкретным лицом правовому результату.

При этом необходимый правовой результат достигается в определенных временных и пространственных рамках, что не поддается сомнению. Подобный вывод важен как с практической, так и доктринальной стороны вопроса, т. к. позволяет определить следующее:

базовое значение для построения и последующей реализации гражданско-правового обязательства и составляющих его процедур исполнения обязанности, действительного получения блага субъектом правоотношения (получение (предоставление) блага);

порядок, благодаря которому с большой долей вероятности достигается процедурная реализация соответствующего поведения.

Любая обязанность становится обязанностью по существу только тогда, когда она обеспечена своим следствием, т. е. исполнением со стороны уполномо-

го

ченного лица, где инструментом оценки исполнения становится социальная и т государственная реакция на произведенные (непроизведенные) действия. Оценка С степени реализации императивов поведения при обязательной адекватности и т соотносимости с фактическими обстоятельствами действительности происходит к не только в сознании контрагентов, но и фактически (норма права — единство г субъективного и физического — поведение), где правовой результат (установление Д

а

его наличия или отсутствия) будет становиться основным критерием необходи- т

в

мой юридической проверки. нн

Желаемого и необходимого правового результата еще следует добиться, за |

счет «окончания» обязательства и обязанности. Д Справедливым

становится сделанный в этой связи вывод о том, что если с

для исполнения обязанности достаточно одного действия, то для прекра^це- й

а

ния обязательства необходим ряд действий в зависимости от числа отдельных Д обязанностей, составляющих его содержание9 (не просто действий, а вспомога- и тельных сделок, сопряженных с образованием секундарных последствий своей • реализации). Обычное действие, осуществляемое лишь фактически, не имею- 9 щее юридического значения, никогда не вызывает юридических последствий10 т и не способно образовать требуемый правовой итог, поэтому проблема видится 3 не в отсутствии действий контрагентов как таковых (оценивая качественность реализации обязательств), а в недостаточности действий особого значимого и развивающего систему характера.

Определенной основой для формирования взгляда на содержание процедур исполнения обязанности выступает принципиальное многоаспектное понимание содержания обязательства в целом, представляющееся единством частей. Как точно указал 101

Ю. Барон, правовое явление (обязанность) рассматривается с двух точек зрения: с точки зрения кредитора и с точки зрения должника11 при органическом единстве начал и сути поэтому «в сложном процессе реализации обязательств необходимо различать исполнение каждой отдельной обязанности, входящей в его состав, и исполнение обязательства в целом, которое представляет собой многоэтапный и порой длительный процесс. По этой причине эти два аспекта реализации обязательственных правоотношений исследуются отдельно»12. Одновременно с этим возникает логичное предположение о возможности рассмотрения реализации обязательства с универсальной позиции, позиции необходимости обязательного, действительного получения блага и той роли, которую играют в этом частные образования.

Развитие обязательства связывается не со всяким действием, если, конечно, исследовать истинную суть данного правового явления. Требуются последовательные действия, способные не просто реализоваться в действительности, а побуждающие качественное изменение системы, непосредственно влияющие на динамику обязательственного правоотношения. Важны действия не просто наполняющие, а развивающие и направляющие правовое отношение. Именно выделение, закрепление, реализация и охрана подобных действий становятся перспективной задачей при исполнении гражданско-правовой обязанности, поэтому мы разделяем позицию, согласно которой «действие (динамика) сложного механизма осуществления прав и исполнения обязанностей обеспечивается совершением участниками правоотношений последовательности вспомогательных сделок, порождающих соответствующие секундарные права (либо обязанности) другой стороны на совершение ответных вспомогательных сделок. Вспомогательная сделка представляет а собой минимальное необходимое звено механизма, выпадение которого влечет ? остановку, неизменное «торможение» всей конструкции в целом»13. а. Последнее утверждение выглядит логичным, т. к. свойственная субъектив-

| ным правам и субъективным обязанностям статичность создает фундамент для

1 активного процесса реализации, образование и существование которого напря-| мую связывается с процедурным качеством вспомогательных сделок. «С точки

го

| зрения динамики имущественных отношений, чтобы довершить обязательство

| до состояния статики, обеспечивать нужно не только исполнение самого обя-

| зательства, но и юридический факт, лежащий в основании обязательства»14.

2 Таким образом, без субъективных прав и обязанностей динамика реализации ° немыслима, т. к. данные составляющие являются ее предшествующими усло-£ виями — условиями-требованиями, выдвигаемыми в качестве универсального | регулятора общественных отношений, с наличием или отсутствием которых е связывается и выполнение соглашения сторон, но которые сами по себе не спо-1 собны реализоваться в действительности.

0

° В связи с этим содержание гражданско-правового обязательства в контексте

(Го

¿5 вопроса исследования можно представить состоящим из двух крупных блоков

1 формирования. Первый блок характеризуется усилиями сторон, которые направ-| лены на точное определение круга необходимых и желанных вспомогательных

сделок в рамках конкретного обязательственного правоотношения. Второй блок связывает стороны необходимостью «воспринять» результат, который образовался при исполнении (стадийном прекращении) вспомогательных сделок.

Таким образом, существует необходимость в создании правовых условий, которые: 1) заинтересовывали бы контрагента в выгодности активных действий; 2) обе-

102

спечивали бы удобство осуществления прав и исполнения обязанностей; 3) подтал-

кивали бы к осуществлению прав и исполнению обязанностей за счет наличия и эффективного применения принудительно-обеспечительных (заставляющих) мер. Совокупность подобных условий — залог результативной правовой деятельности.

Вспомогательные сделки сторон сами по себе не служат целью обязательства, т. к. они непосредственно не могут быть средством удовлетворения потребности человека. Кроме того, осуществляемые в действительности вспомогательные сделки не должны существовать хаотично, потому что необходимо добиться формирования определенной линии поведения, свидетельствующей о стремлении надлежаще исполнить возложенные на себя обязанности или наоборот. Иначе говоря, «действия участников обязательственного правоотношения клонятся к приобретению тех или других ценностей, являясь способом приобретения вещи»15, поэтому они совокупно скреплены целевым основанием и спецификой осуществления (исполнения). Вспомогательные сделки сторон по исполнению гражданско-правовой обязанности в рамках процессов обязательства следует рассматривать не как то, что удовлетворяет потребности, а как то, с помощью чего контрагенты в конечном итоге получают благо, которое необходимо сторонам обязательства, т. к. за счет факта своего реального привнесения в имущественную массу способно создавать чувство материального и нравственного удовлетворения результатом как целого обязательства, так и частного исполнения обязанности, зачастую не разделяемых на практике.

Сущность вспомогательных сделок обязательства видится как правовое явление, которое на всем протяжении своего существования находится (переходит) в определенном состоянии. Здесь прослеживается тонкая связь гражданско-правового обязательства и фактических отношений, обусловливающих теорию явления.

При использовании правовых состояний отмечается переход возможности в непосредственные действия, действий — в юридический факт, который в свою очередь является результатом или приводит к определенному результату, т. е. обязательство реализуется стадийно. Применение вспомогательных сделок и их проекция на правовые состояния в рамках исполнения гражданско-правовой обязанности подтверждает стадийность развития. Для обязательства выделяются свои состояния, но с чем связываются разность и дифференцированность того или иного состояния, а самое главное, применим ли подобный подход к исполнению гражданско-правовой обязанности?

На последний вопрос следует дать положительный ответ. При всей разности осуществляемых вспомогательных сделок, отчасти связанной с субъектным составом и целевыми установлениями (не учитывая одной единой для всех), очевидно то, что любые вспомогательные сделки (для простых обязательств), группы вспомогательных сделок (для сложных) позволяют выделять стадии в механизме осуществления прав, непременным элементом которого является процедура исполнения гражданско-правовой обязанности. Сторона обязательства при исполнении обязанности заинтересована не в самой активизации поведения должника, а в том благе, которое, возможно, будет получить в результате подобного. «Возникновение обязательства влечет необходимость его исполнения. Под исполнением обязательства понимается совершение должником определенных действий, направленных на достижение юридически значимого результата (цели реализации обязательства) — установления права собственности на вещь, погашения долга, создания литературного произведения, возмещения вреда и т. д.»16, т. е. заинтересованность существует в смене правового состояния, однако все не так просто.

Фактическая смена состояния не представляет больших сложностей на практике, однако (и это мы еще раз подчеркнем) необходимы не простые изменения, а отвечающие ряду качественных характеристик, изначально сформулированных для содержания исполнения обязанности и в конечном итоге для целого гражданско-правового обязательства.

Таким образом, под реализацией гражданско-правового обязательства следует понимать стадийно динамичную последовательность смен правовых состояний, образованную юридическими процессами (возникновения, изменения и исполнения), которые имеют направленность на действительное (в формальном и фактическом аспекте) получение блага. В свою очередь более частное содержание исполнения гражданско-правовой обязанности консолидирует в себе набор (процедуру) стадийно-реализующихся вспомогательных сделок, которые при наличии динамики своего развития способны качественно прекратиться, обусловив действительное получение блага.

Вспомогательные сделки обязательственных юридических процедур отражаются в конкретных процессах, обусловливая наряду с правовыми состояниями необходимость выделения в правоотношении тех значимых (иерархичных) отрезков, наличие и качество реализации которых как раз и является задачей исполнения гражданско-правовой обязанности (в теории), отражением динамики гражданско-правового обязательства (на практике).

В завершение статьи предложим уточненное понятие гражданско-правового обязательства — относительное, динамичное гражданское правоотношение, содержанием которого становятся процедуры и процессы активной и пассивной деятельности сторон (должника и кредитора), формирующие действительный (формально и фактически) правовой результат.

В свою очередь исполнение гражданско-правовой обязанности, отождествляемое в качестве универсально применимой юридической категории, включенной в механизм осуществления гражданских прав, описывается нами в качестве индивидуально интересующей стороны обязательства юридической процедуры, направленной на прекращение вспомогательной сделки, обеспечивающей действительное получение блага.

1 См.: КолодубГ.В. Исполнение гражданско-правовой обязанности: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2012.

2 Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2009. С. 32.

3 См.: Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав: тенденции развития законодательства // Известия вузов. Правоведение. 2007. № 5. С. 211.

4 «Зачастую процедуры в обязательственном праве нормативно устанавливаются лишь в самых общих чертах. гражданским правом конкретным субъектам гражданских правоотношений предоставляется возможность на соответствующей нормативной основе наполнить юридическую процедуру собственным содержанием с учетом особенностей конкретной ситуации» (Давыдова Г.Н. Юридические процедуры в гражданском праве. Общая характеристика: дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2004. С. 153).

5 С позиции действия механизма осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей выделяются концентрированные подходы к правореализации и правоприменению. Подробнее об этом см.: Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2009. С. 191-192.

6 См.: Шанский Н.М., Боброва Т.П. Этимологический словарь русского языка. М., 1994. С. 113.

7 Ю.П. Егоров справедливо отмечает: «.Воля проявляется в действии, а значит, ее суть состоит в регулирующей функции» (Егоров Ю.П. Волевой процесс в сделке // Российский юридический журнал. 2004. № 4. С. 87).

8 Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. С. 147.

9 См.: Толстой В.С. Исполнение обязательств. М., 1973. С. 25.

10 См.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 153.

11 См.: Барон Ю. Система римского гражданского права. Кн. 4: Обязательственное право. СПб.,1910. С. 49.

12 Толстой В.С. Проблемы исполнения обязательств по советскому гражданскому праву: автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 1976. С. 75.

13 Вавилин Е.В. Механизм осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей: автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 2009.

14 Красавчиков О.А. Указ. соч. С. 50.

15 Нерсесов Н.И. Русское гражданское право: обязательственное право: лекции. М., 1892-1893. С. 3.

16 Боднар Т. Исполнение договорных обязательств (сравнительный анализ законодательства Республики Казахстан, Российской Федерации и Украины) // Гражданское законодательство. Статьи. Комментарии. Практика. Вып. 21 / под ред. А.Г. Диденко. Алматы, 2004. С. 152.

Д.Ю. Пратьков

ФИНАНСОВЫЙ ИНСТРУМЕНТ СРОЧНЫХ СДЕЛОК, НЕ ОБРАЩАЮЩИЙСЯ НА ОРГАНИЗОВАННОМ РЫНКЕ

В статье исследуется специфический объект осуществления инвестиций на основании договора инвестиционного товарищества. Проводится общий анализ действующего законодательства, регулирующего сложные договорные конструкции, обращающиеся на финансовом рынке, посредством которых возможно извлечение прибыли в рамках совместной инвестиционной деятельности на основании договора инвестиционного товарищества.

Ключевые слова: финансовый инструмент срочных сделок, договор инвестиционного товарищества, производный финансовый инструмент, организованный рынок, опционный договор, фьючерсный договор, форвардный договор, своп договор.

D.Yu. Pratkov

THE FINANCIAL INSTRUMENT FUTURES CONTRACTS ARE NOT TRADED ON AN ORGANIZED MARKET

The article is devoted to the research of the specific object of the implementation of the investment based on the investment partnership contract. The author analyzes the current legislation regulating the complex contractual constructions traded on the financial market. Through these contractual constructions may be a profit in the joint investment activity based on the investment partnership contract.

Keywords: financial instrument futures contracts, investment partnership contract, derivative instrument, organized market, option contract, futures contract, forward contract, swap agreement.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 28 ноября 2011 г. № 335-ф3 «Об инвестиционном товариществе»1 (далее — Закон об инвестиционном товариществе) одним из объектов инвестирования, осуществляемого товарищами в рамках совместной инвестиционной деятельности на основании договора инвестиционного товарищества, являются финансовые инструменты срочных сделок, не обращающиеся на организованном рынке.

В научной литературе для обозначения финансового инструмента срочных сделок часто используются следующие названия рассматриваемого правового явления, что, однако, не меняет его юридической сущности: производный финансовый инструмент2, дериватив3 (дериват4), срочная сделка5, срочный инструмент (срочный контракт)6, финансовый инструмент (стандартный контракт)7 и другие (например, биржевая сделка8).

В соответствии с подп. 3 ст. 2 Закона об инвестиционном товариществе финансовый инструмент срочных сделок, не обращающийся на организованном рынке, — это договор, являющийся производным финансовым инструментом

© Пратьков Дмитрий Юрьевич, 2013

Аспирант кафедры гражданского и семейного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: pratkov.d.y.1@mail.ru