Репрезентация полисемических структур в вербальной системе человека

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ

ИССЛЕДОВАНИЯ

Т.Н. Ушакова, Т.В. Сметанина УДК 81'23

РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ПОЛИСЕМИЧЕСКИХ СТРУКТУР В ВЕРБАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ЧЕЛОВЕКА1

Исследование имеет лингвопсихологический характер: его задача состоит в анализе лингвистических данных для описания психологических структур и процессов, осуществляющих вербальные операции. В качестве лингвистического объекта в работе избраны полисемические структуры существительных и глаголов английского языка. В результате проведенного анализа выявлены не описанные ранее с лингвопсихологической точки зрения формы обобщенных вербальных структур, связанных общим именованием и включающих различные лексические элементы, каждый из которых поддерживает общую («ядерную») идею всего вербального полисемического поля. Такого рода организация поля, функционирующего по принципу распределенной сети, позволяет объяснить механизм хранения семантических образований абстрактного, обобщенного характера.

Ключевые слова: Лингвопсихология, репрезентация полисемических полей, обобщенные вербальные структуры, когнитивные процессы, семантическая распределенная сеть.

Tatiana N. Ushakova, Tatiana V. Smetanina

THE REPRESENTATION OF POLYSEMIC STRUCTURES IN HUMAN VERBAL SYSTEM

The goal of the research consisted in analyses of polysemic linguistically described fields from the point of view of their realization by psychological structures and processes. As a result of the linguistic-psychological analyses, the forms of generalized verbal structures are described where the components of the field are connected by the common name of the field and at the same time maintain the "nuclear" abstract idea of the whole field.

Key words: Linguistic and psychological analyses, generalized verbal structures, verbal polysemic fields, abstract ideas.

1 Исследование поддержано грантом РГНФ (проект № 11-06-01113а) 16 Вопросы психолингвистики

Т

ема представления и сохранения знаний (репрезентации) в познающей (когнитивной) системе человека заняла многие страницы современной литературы по когнитивной науке. Среди исследований по этой теме значительное место отводится работам, изучающим репрезентацию вербального материала, или, по существующей терминологии, - внутреннего лексикона человека. Экспериментальное изучение этой области, имеющее психофизиологическую направленность, обозначилось еще в 1930-х годах, когда был обнаружен факт связанности вербальных единиц, соответствующих словам, имеющим то или иное семантическое сходство [см. Ушакова 2011: 92-107]. К настоящему времени совокупность работ, направленных на изучение связей между вербальными структурами, привела к представлению о существовании «вербальной сети», семантических полей, концептуальных полей и других функциональных образований в когнитивной системе человека. Эти материалы стали фактическим обоснованием более поздних модельных разработок сетевой организации вербальных структур [Collins & Quillian, Collins & Loftus и др.]. Данный аспект исследования продолжается и в наши дни в рамках темы языкового сознания, опирающейся на экспериментальные работы с применением метода свободных ассоциаций [Караулов, Тарасов, Уфимцева и др. 1994-1999].

Одним из существенных результатов исследований внутреннего лексикона оказалось обнаружение универсальных операций, связанных с обработкой вербального материала. К их числу следует отнести операцию обобщения. Термин обобщение понимается в науке по-разному. В логике и гуманитарных областях с ним связывается представление об акте мышления и переходе от одного уровня понимания к другому более высокому. В естественнонаучном контексте обобщение трактуется с иным акцентом, как объединение объектов, имеющих общие признаки. Применительно к области вербальных явлений обобщение с этой пози-

ции изучалось М.М. Кольцовой [Кольцова, 1967]. Проведенные в ее лаборатории эксперименты показали, что выработка обобщения в отношении воспринимаемых впечатлений является необходимым условием усвоения слов маленьким ребенком.

По мере разработки темы идея значимости явления обобщения получила развитие. Утвердилось понимание того, что оно представляет собой универсальную психическую операцию, необходимую для ориентировки субъекта в мире. На основе этой операции в когнитивной системе происходит упорядочение необозримого множества поступающих от действительности впечатлений и сведение их числа к возможному для восприятия и запоминания объему [Григорьев 2004: 40].

Одна из форм действия обобщения состоит в автоматически протекающей категоризации воспринимаемых человеком впечатлений. С 1970-х годов ментальные категории стали объектом систематического изучения в психологии и психолингвистике, на основе этой темы развился большой круг исследований, в который вошли такие авторы, как Дж. Лакофф, Э. Рош с сотр., и мн. др. В этой области получены богатые фактические данные, обнаружившие значимость категоризации в психологическом функционировании. Описана внутренняя структура образующихся категорий: наличие прототипических представителей, градуированность элементов категории по отношению к прототипу, нечеткость границ категорий.

При исследовании вопроса о формировании категорий затрагивается область организации не только вербального лексикона, но и обозначаемых словом впечатлений. Тем самым, тема категоризации обращает исследование внутреннего лексикона к более широкой области психического функционирования. К этой области непосредственно примыкает тема построения ментальных моделей и ментальных образов [Anderson, Johnson-Laird, Fodor, Kintsch и мн. др.]. Во всех упомянутых случаях исследуются операции, включающие вербальный материал, и

это обнаруживает связанность темы вербальной репрезентации с темами категоризации и ментальных процессов. В зависимости от того, какие задачи решаются исследователем, можно поставить акцент на организации вербальных структур (например, выявлении особенностей структур, обобщающих круг слов, сходных по семантике) или на решаемой когнитивной задаче (например, на понимании текста, как в известной модели Кинча и Ван Дейка).

Задача настоящей работы состояла в расширении области исследования, направленного на изучение обобщающих вербальных («вербально-перцептивно-ментальных») структур, репрезентированных во внутреннем лексиконе человека. Материалом для решения этой задачи стали полисемические образования языка.

В лингвистике термином полисемия обозначается способность лексических единиц иметь несколько значений [Реформатский 1967: 74; Розенталь и др. 1995: 30]. Такие описания не выходят за рамки внешней характеристики полисемии. С нашей точки зрения, в явлении полисемии можно видеть один из видов обобщения, когда одно слово, называя разные объекты действительности, фактически объединяет их под определенным углом зрения. При таком видении полисемические образования могут рассматриваться как обобщенные структуры вербальной системы, стоящие в одном ряду с другими формами обобщенных структур внутреннего лексикона. Тогда находит объяснение факт широко распространенного применения полисемического принципа в разных языках мира, что, видимо, свидетельствует о продуктивности этого принципа в жизни языка. Отметим также, что структуры полисемического поля представляют собой удобную для семантического анализа исследовательскую модель, поскольку при сохранении физической формы обозначающего слова в полисемическом поле обнаруживается изменение («передвижение») ментального (семантического) содержания при переходе от одного элемента поля к другим.

Тем самым открывается естественная форма функционирования семантики в вербальной сфере человека. Поэтому структура полисе-мического поля может рассматриваться как статичная модель функционирования обобщенных структур вербальной системы, сформировавшихся в истории становления языка и зафиксированных в словарях.

Разработанная нами в исследовании методика изучения полисемии в теоретическом плане опиралась на подход, который мы характеризуем как лингвопсихологиче-ский, использующий для анализа стабильно существующие языковые феномены с целью описания психологических структур и процессов, осуществляющих вербальные операции. В рамках этого направления рассматривается вопрос о связи психических явлений с особенностями языка, и объектом исследования становится собственно языковой материал. Примером яркой идеи и формулировки в рамках лингвопсихоло-гического направления можно считать тезис Дж.Сепира и Б.Уорфа о лингвистической относительности, согласно которому используемый человеком язык оказывает давление на его психику, формируя в сознании соответствующие языку семантические структуры (двоичности, троичности и т.п.). Интересный вариант анализа рассматриваемого типа предложен Дж. Лакоффом в известной статье «Мышление в зеркале классификаторов» [Лакофф 1988: 12-52], где автор развивает суждения о выработке у человека мыслительных категорий в соответствии со структурой действующего в его среде языка. Обусловленные особенностями родного языка проявления в психике человека прослеживаются в экспериментальных исследованиях современной американской исследовательницы Леры Бородитской [М., 2008]. Лингвопсихология, имея своим объектом лексику и грамматику языка, отражает совокупный сложившийся в истории продукт осмысленной вербальной деятельности поколений людей. Этот материал, можно думать, свидетельствует о значительных процессах вербальной сфе-

ры, соответствующих логике многих его носителей - «народной мысли», что говорит о значимости стоящих за ним вербально-ментальных механизмов.

Методика

В исследовании разработана и использована методика анализа полисемических структур, направленная на их психологическую характеристику, в том числе семантических отношений, сложившихся между различными полисемическими полями, а также между элементами каждого полисе-мического поля. Эти отношения в известной мере выявляются при аналитической установке исследователя. В каждой полисеме (полисемическом поле) может быть выявлено семантическое содержание, присущее основной части составляющих элементов поля - «ядерная идея», а также оценены ее модификации в отдельных элементах. В результате сравнения многих выделенных по-лисемических полей возможно выделение

типичных форм их ядерного содержания. В более точной формулировке наш подход может быть оценен как лигво-психо-семантический.

В полной форме операция выявления ядерной идеи состоит в осознании исследователем совокупности семантических признаков, присущих каждому элементу поля; последующему сопоставлению выделенных признаков (сравнению) и выделению общего для них элемента. В действительности, при анализе перебор элементов, входящих в состав полисемического поля, не всегда производится полным образом, и решение в отношении ядерной идеи может приниматься с учетом семантики отдельных элементов поля. Это обстоятельство может рассматриваться как одна из причин того, что ядерный семантический компонент не всегда легко и единообразно выделяется при анализе выделяется разными людьми.

Рассмотрим в виде примера схему анализа полисемического поля английского существительного Point на Рис.1.

Рис. 1. Полисемическая структура английского слова POINT.

Обращение к элементам конкретного ряда: точка, пункт, острие, наконечник, игла, резец, стрелка (часов), мыс, вершина горы, легко обнаруживает ядерную идею: это обозначение объектов, имеющих в своей форме заостренную часть, вершину, примечательную точку. Выступают и другие особенности семантической структуры по-лисемического поля. Каждый элемент поля, включая общий с другими семантический компонент («ядерную идею»), одновременно имеет свой набор семантических признаков. Так, в приведенном примере английской полисемы Рoint в каждом элементе поля содержатся семантические компоненты, связанные с разными признаками того или иного объекта - иглы (например, сделана из метла), вершины горы (например, снежной), мыса (например, песчаного) и т.п.

Ядерное обозначение в элементах по-лисемического поля оборачивается разными, порой прихотливыми, вариантами. Эта прихотливость обнаруживается, например, при обозначении словом Point кружева и шнурков. Объяснение такого случая может состоять в том, что эти объекты, хоть и не воспроизводят названную форму, но связаны с действием заостренного конца предмета: кружево плетется иглой или острым на конце крючком; шнурок вдевается острым концом в отверстие. Тем самым, идея обозначения предмета с заостренным концом проступает здесь через посредство совершаемых с ним действий. Прихотливость выражения ядерной идеи проявляется также в глаголах производного ряда: показывать пальцем, направлять оружие, ставить знаки препинания, заточить, придавать остроту (оживлять). Здесь выделяется же-стовая составляющая семантики элементов конкретного ряда. Интересен характер слов абстрактного ряда: преимущество, достоинство, особенность, главное. Как слова, не обозначающие конкретные объекты, они не могут иметь какой-либо физической формы, но в своей семантике содержат идею значимой точки, концентрации сил и возможностей, а также воспроизводят слабую ассоциа-

тивную связь с выделяющим направленным вверх жестом.

Рассмотренный пример показывает, что в элементах полисемической структуры семантическое ядро выражено в не одинаковой степени, с разными смысловыми оттенками и ассоциациями, в результате возможных предварительных трансформаций. В ряде других примеров обнаружена возможность смены в полисемической структуре одной ядерной идеи на другую. Из совокупных данных следует, что за лингвистическими описаниями полисемии стоит большая область функционирования семантики вербальной сферы человека. Эта семантика разнообразна, тонко дифференцирована; возможно, переменчива и индивидуально вариативна. Ее исследование с привлечением широкого лингвистического материала может дать возможность на основе фактов описать особенности вербальной (связанной со словом) семантики: принципы ее организации, усвоения (при овладении языком) и др.

В данную статью включено две серии проведенных исследований. В 1-й из них решалась задача экспертной оценки семантики полисемических структур существительных английского языка. Во 2-й серии по тем же основаниям анализировались глаголы английского языка. Общая теоретическая задача состояла в том, чтобы с психолингвистической точки зрения приблизиться к пониманию того, каковы правила и пути функционирования вербальной семантики в области полисемии, а также каким образом семантические отношения связываются с когнитивными и ментальными элементами вербальной сферы человека.

Организация исследования

На материале английского языка производился анализ словарного состава поли-семий существительных (Т.Н. Ушаковой) и глаголов (Т.В. Сметаниной). Обращение к английскому языку продиктовано тем, что из доступных нам языков английский имеет наиболее богатую систему полисемии и

представляет к тому же в каждом полисеми-ческом поле полную идентичность формы слов при различиях их значений. Использовался англо-русский словарь в 60 тыс. слов, в некоторых случаях - компьютерная система ABBYY Lingvo 11.

В анализ включались полисемиче-ские группы существительных и глаголов, структура которых имела не менее 6-ти производных элементов. Это условие позволяло применить анализ к наиболее богатым и разнообразным языковым образованиям, а также ограничить объем анализируемого материала, который при более мягком критерии становится необозримо большим. По англо-русскому словарю (60 тыс. слов) от первой до последней буквы алфавита на основе формального признака (количества производных элементов) было отобрано и подвергнуто анализу 205 случаев полисем существительных и 363 случая глагольных полисем.

Результаты исследования

При классификации семантических ядер полисемических структур существительных (1-я серия данных) в полученном материале было выделено сравнительно немного вербально-семантических типов. Наиболее объемным из них оказался тот, где объединены полисемические структуры, сформированные на основе сходства зрительно выраженных признаков называемых объектов, их формы. Например, полые внутри предметы, такие, как мешок, сумка и вообще форма полости, получают именование Bag; шарообразные предметы маленького размера - Bead и т.п. Второй по многочисленности вербально-семантический тип субстантивных полисем образован на основе наблюдения за движениями, жестами и действиями называемых объектов. Здесь используются порой наглядные признаки, жесты, в других случаях - абстрактные характеристики движений и действий. Большинство же полисем имеют, скорее, смешанный, сложный состав. Так, Flight

- обозначение полета, применимое к множеству объектов; Stroke - наглядный жест, взмах, удар; Wind - это и ветер, и вздох, и пустые слова и др. Третий значительный по объему тип полисем построен на основе выделения функции объектов, к которым относится социальное функционирование; выполнение ручных операций; обеспечение комфорта. Bridge - функция соединения в виде моста, трапа, балки; Gate - функция защиты, препятствия, в виде ворот, шлагбаума, клапана; Seat функция расположения в некотором месте: сиденье, должность, место действия.

Кроме трех основных вербально-семантических типов полисем, встречаются другие существенно менее частые варианты, на рассмотрении которых мы здесь не будем остановиться. В сокращенной форме полученные данные показаны в Табл. 1. Наглядная диаграмма, отражающая количественное соотношение всех выделенных категорий, представлена на Рис. 2. Более подробный анализ материала можно найти в ранее опубликованной статье [Ушакова 2009].

Таблица 1. Основные типы полисемических структур существительных

№ Вербально- Приме- % от об-

п\п семантическое ры щего чис-

содержание ла

полисемиче- рассмо-

ской структу- тренных

ры случаев

1 Зрительно Bead, 38

выраженные pot, tail

признаки

объектов, их

форма

2 Динамические Flight, 33

признаки: stroke,

действия, wind

движения,

жесты

3 Функции Bridge, 19

объектов gate,

seat

ставляющих элементов поля). В результате анализа выделилось большее число вербально-семантических типов в сравнении с данными анализа полисем существительных. Основные результаты анализа представлены в Таблице 2, где показана: характеристика, отражающая основное содержание выделенной глагольной группы; приведены примеры глагольных полисем, входящих в данную группу; помечено число полисемических групп, вошедших в данную категорию. В отношении части материала (46 случаев) провести квалификацию не удалось.

По аналогии с материалами 1-й серии приводится круговая диаграмма (пай-график), в наглядной форме показывающая соотношение категориального содержания полисемических структур глаголов.

При сравнении данных 1-й и 2-й серий обнаруживаются заметные различия в организации полисемических структур

Таблица 2. Основные типы полисемических структур глаголов

№ п\п вербально-семантическое содержание полисемического поля Примеры % от общего числа (314) рассмотренных случаев

1 Действие, выражающее изменение чего-либо, переход из одного состояния в другое или перемещение (в прямом и переносном смысле) Change, follow, walk 41

2 Оказывать (физическое) воздействие (в прямом и переносном смысле) Bite, prick, touch 9

3 (Воз)действовать резко; решительно или значительно Beat, kick, whip 6

4 Нарушать целостность (собственную или чью-л.) Break, quarter, tear 5

5 (При)соединять (ся) в прямом и переносном смысле Attach, join, rope 5

6 Систематизировать и/ или ограничивать или быть систематизированным; ограниченным Arrange, measure, seal 5

7 Инициировать действие (часто - с помощью тех или других средств) Bait, plant, start 4

8 Входить в контакт с другим объектом в прямом и переносном смысле Clash, meet, snap 3

Рис. 2. Распределение 162-х полисем-существительных английского языка в соответствии с «ядерными идеями» по-лисемической структуры

Анализ полисемических структур английских глаголов во 2-й серии работы проведен на материале рассмотрения 363 случаев полисем, отвечающих принятому критерию (не менее 6-ти со-

Рис. 3. Распределение 314-ти глагольных полисем английского языка в соответствии с «ядерными идеями» полисемической структуры

существительных и глаголов, хотя в обоих случаях использовались одни и те же критерии анализа. Так, по материалу одного и того же словаря при работе с существительными удалось выделить 205 случаев, с глаголами - 363 случая. Это обстоятельство дает основание предположить, что образование полисем на основе глагольного материала более востребовано или допустимо языковым механизмом. Показательны различия между глагольными и субстантивными полисемами в характере образуемых вербально-семантических типов. Полисе-мические структуры существительных в 90% всех рассмотренных случаев ориентированы на признаки формы, функции или движения именуемых объектов (т.е. воспринимаемых впечатлений). Совсем другая картина наблюдается в организации глагольных полисемических структур. Здесь 41% материала связан с неконкретно обозначенным действием: изменение чего-либо, переход из одного состояния в другое, перемещение (в прямом и переносном смысле). Остающаяся часть материала, почти 60%, «распылена» по неярко выраженным семантическим основаниям на

множество групп (18), для содержательной характеристики которых по нашему материалу пока нет достаточных оснований. В настоящий момент авторы пытаются найти дополнительные основания для сравнительной характеристики полисемических структур существительных и глаголов. Наглядное проявление обсуждаемых различий проступает при сравнении графиков на Рис. 2 и Рис. 3.

Обсуждение полученных результатов

При рассмотрении результатов исследования необходимо провести четкую грань между лингвистическим понятием полисемия и психологическим понятием вербальные структуры, лежащие в основании полисемических образований. В первом случае имеется в виду феномен многозначности слов, проявляющийся в ходе использования языка. Во втором мы обращаемся к характеристике структурной организации связанных с полисемией вербальных элементов в когнитивной системе человека. В этом втором случае мы будем использовать термин вербальные полисемические элементы.

При лингвистических описаниях по-лисемические образования обычно характеризуются как группы. В отличие от этого, вербальные полисемические элементы, с нашей точки зрения, образуют не группы, а локальные обобщенные структуры, обеспечивающие взаимосвязанность функционирования ее составляющих частей. Эти структуры можно называть вербальными полисемическими полями. Их внутренняя связанность вытекает из особенностей функционирования мозга человека. Так, согласно теории векторного кодирования [Соколов 2003], при восприятии вербального сигнала, единого для различных элементов поля, все члены вербальной полисе-мической структуры отвечают активацией и включаются в функционирование. Оказывается, таким образом, что рассматриваемые образования - это не совокупность разрозненных элементов, а целостная функциональная единица вербальной системы. Она имеет психофизиологическую организацию, формирующуюся у каждого человека в индивидуальной истории развития его языкового механизма. Данная точка зрения находит подтверждение и в исследовании морфофизиологического характера. Так, согласно недавней публикации, применение метода магнитоэнцефалографии показало привязанность полисемических образований к анатомическим отделам мозга [L. Pylkkanen, R. Llinas, G.L. Murphy 2006]. Вербальные полисемические образовани-яя представляют собой «психологически реальные» явления когнитивной системы человека, объединяющие вербальные элементы разного функционального значения и происхождения. В пользу такого понимания свидетельствуют данные экспериментального исследования [Ушакова, Белова, Валуева 201: 83-97], где показана возможность осознания обозначенных семантических отношений испытуемым, а также зависимость такого осознания от степени его владения используемым языком.

Предложенное представление о природе полисемии ставит ее в один ряд с

другими формами вербального обобщения - такими, как категоризация объектов, образование семантических полей, вербального тезауруса и др. Примечателен в данном контексте тот факт, что значимость фактора формы, особенностей движений и функций воспринимаемых объектов обнаруживается как при исследовании вербальных полисемических полей, так и прототи-пических категорий.

Находя в вербальной системе человека целый круг структур, выполняющих функцию обобщения, мы сталкиваемся с вопросом, чему служит такого рода организация? Одно из преимуществ, вытекающее из такой организации, может быть понято следующим образом. В каждом элементе вербального полисемического поля проявляется двойственный семантический состав: сохраняется относительно стабильный семантический признак, общий всем (или почти всем) другим элементам поля («ядерная идея»), а также присутствует оригинальная, часто конкретная часть, присущая только данному элементу поли-семической структуры. Конкретная часть имеет репрезентацию в виде зрительных и иных впечатлений, свои часто конкретные ассоциации и тем самым свою материальную опору в нервной системе говорящего человека. Ядерный признак представляет идею абстрактного характера, не имеющую прямого референта в действительности. Какого-либо специального, отдельного элемента поля, прямо выражающего «ядерную идею», не обнаруживается. Это значит, что абстрактная идея реализуется, «воплощается» в полисемическую структуру как некий «распределенный» по всему полю компонент. При воздействии на воспринимающую систему словом, общим для всего вербального полисемическо-го поля, каждый элемент структуры откликается на его воздействие латентной активацией. Эта активация может быть неравномерной и давать преимущество одним элементам поля перед другими. Тогда и осознание «ядерной идеи» оказывает-

ся субъективно акцентуированным. Такое реагирование создает функциональное единство всей полисемической структуры и в теоретическом плане превращает ее в коннекционистскую распределенную сеть. Можно предположить, что проявляющийся в вербальных полисемических структурах механизм «укоренения» слов с абстрактным значением является общим принципом в организации ментальной сферы человека.

Возникает также предположение, что обобщенная организация вербального материала является средством, расширяющим фиксационные возможности вербальной системы, т.е. вербальной памяти. Язык, будучи совокупностью лексических и грамматических элементов, приобретается человеком в течение жизни, а в известных случаях и теряется (болезни, травмы, старческий возраст). Составные элементы языка нуждаются в поддержании их существования и функционирования, а при определенных обстоятельствах (при обучении языкам, развитии в онтогенезе) и в наращивании их объема. В соответствии с этим фактом одной из основных функций вербального механизма становится фиксация вербальных элементов, их закрепление и удержание в нервной системе человека. Сохранение вербальных элементов по принципу их комплексирования может давать им преимущества.

Следует также придать значение тому, что описанная «обобщенная упаковка», вероятно, оказывается полезной для извлечения нужной лексической формы в ходе построения беглой речи. Возможно, мысленный поиск начинается именно с обобщенной, достаточно абстрактной идеи о том, какой вербальный элемент адекватен для выражения интенции говорящего человека [Ушакова 2006: 8-18].

Рассмотрение характеристик вербальных полисемических полей существительных и глаголов обнаруживает их заметные различия. При одном и том же критерии отбора материала по словарю количество гла-

гольных полисем оказалось почти в полтора раза больше, чем субстантивных. Анализ показал, далее, что субстантивные полисемы относительно равномерно распределены по 3-м основным их типам. В то же время большая часть глагольных полисем образует одну группу с нечетко определяемой семантикой и множество мелких подгрупп с неярко выраженной семантикой. Степень конкретности-абстрактности в двух сравниваемых типах полисемических полей также различна: субстантивные полисемы ориентированы в большой части на конкретные признаки объектов, глагольные - неконкретные признаки действительности (изменение чего-либо, переход из одного состояния в другое, перемещение и т.п.). Объяснение обнаруженных различий в организации полисемических полей существительных и глаголов представляется в настоящий момент затруднительным. Возможно, его надо связать с различием тех ролей, какие играют два названных типа полисем в организации речевого процесса. Авторы настоящей работы пытаются найти дополнительные фактические основания для их сравнительной характеристики.

Заключение

В исследовании выявлены не описанные ранее с психолингвистической точки зрения формы обобщенных вербальных структур, репрезентирующих полисеми-ческие отношения языка. Эти образования могут быть характеризованы как вербальные полисемические поля когнитивной сферы человека.

В структуру вербального полисеми-ческого поля входят (часто в значительном количестве, до 10-15) компоненты, имеющие характер либо конкретных именований, строящихся на перцептивных, мне-мических и ассоциативных данных, либо абстрактные признаки.

Компонент, названный «ядерной идеей» вербального полисемического поля, представляет собой семантическое обра-

зование абстрактного, обобщенного характера, в той или иной мере обозначенное в каждом элементе поля. Его функционирование может быть объяснено как результат организации вербального полисемическо-го поля по принципу распределенной сети.

Семантический компонент вербальных элементов при их не включенности в речевой или иной ментальный процесс пребывает в латентной, неосознаваемой форме, однако при определенных условиях он может быть осознан пользующимся языком человеком.

Такие признаки объектов, как особенности их формы, движений и функций, в значительном числе случаев являются компонентами субстантивных семантических структур. Это сближает природу их организации с построением прототипиче-

ских категорий. По этим же показателям субстантивные вербальные образования заметно отличаются от глагольных вербальных структур. Объяснение этих различий ожидает получения дополнительных характеристик изучаемого объекта.

Рассмотрение вербального полисе-мического поля в динамическом плане показывает, что семантика «переносится» с одного именуемого элемента на другой по определенным принципам. В основе этого «переноса» лежит когнитивный процесс, вовлекающий в свое протекание операции перцептивного и мыслительного характера. Это обстоятельство указывает на то, что процесс формирования языка как в онто-, так и филогенезе проходит совместно с развитием восприятия и понимания окружающего мира.

Список литературы

Григорьев А.А. Репрезентация лексических категорий в сознании носителя языка: Монография. - М.: Ин-т языкознания РАН. 2004. - 180 с.

Караулов Ю.Н., Сорокин Ю.А., Тарасов Е.Ф., Уфимцева Н.В. Черкасова Г.А. Русский ассоциативный словарь. Т.1-6. - М., 1994-1999.

КольцоваМ.М. Обобщение как функция мозга. - М.; Л.: Наука, 1967. Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. ХХ111. Когнитивные аспекты языка. - М. «Прогресс», 1988, С. 12-52.

Реформатский А.А. Введение в языковедение. - М. «Просвещение», 1967. Розенталь Д.Э., Голуб И.Б., Теленкова М.А. Современный русский язык. - М. «Международные отношения», 1995.

Соколов Е.Н. Нейроны сознания // Психология. Журн. Высш. школы экономики. 2004, т.1, №2, С. 2-16.

Соколов Е.Н. Восприятие и условный рефлекс. Новый взгляд. - М.: Изд-во МГУ, 2003. Сонин А.Г. Понимание поликодовых текстов: когнитивный аспект. - М., 2005 - 220 с. Уорф Б.Л. Отношение норм поведения и мышления к языку // Новое в лингвистике. Вып. 1, - М., 1960. С. 58-92.

Ушакова Т.Н. Полисемия как отражение семантических процессов вербальной сферы человека // Вопросы психолингвистики, - М., 2009, №1. С. 8-18.

Ушакова Т.Н. О встрече мысли и слова в речи человека // Вопросы психолингвистики. 2006, №4. С. 8-18.

Ушакова Т.Н., Белова С.С., Валуева Е.А. Лингвопсихологическое исследование вербальной семантики // Психол. журн. 2010, №6, С. 83-97.

Ушакова Т.Н.. Рождение слова. Проблемы психологии речи и психолингвистики. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2011, 528 с.

Boroditsky Lera. How the languages we speak shape the ways we think / Plenary lecture // Proc. Of the 3-th Intern. Conf. on cognitive science - Moscow, 2008. June 20-25, Vol. 1. P. 16.

L. Pylkkanen, R. Llinas, G.L. Murphy. The representation of рolysemy; MEG еvidence // Journal of Cognitive Neuroscience, 2006, 18; 1, p. 97-100.