Человек, вера и смысл бытия в культуре ислама

  Человек, вера и смысл бытия в культуре ислама

Сеидова Г. Н.

Кафедра ЮНЕСКО по компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их культур и межрелигиозного диалога по Северному Кавказу

Аннотация. В статье предпринята попытка рассмотреть вопросы, изначально занимавшие мусульманских мыслителей - человек, вера и смысл бытия. Для этого анализируется феномен религиозной веры как ценности культуры, её проявлений в жизни мусульманского сообщества, вопросов бытования мира ислама на фоне глобальных вызовов современности. Показывается, что основу множества религиозных, философских и мистических учений составляет призыв к познанию столь сложного существа, каковым является человек. Постижение же человека - человековедение на Востоке традиционно существовало в рамках религиозных учений. Показывается, что именно разнообразие подходов к познанию человека на Востоке отражает разнообразие религий. Обосновывается необходимость изучения человека, как величайшей загадки, жизненного целеполагания, религиозного фактора с точки зрения ко-ранического вероучения, их роли и влияния на формирование нового социокультурного пространства бытия народов.

Ключевые слова: ислам, человек, религиозная вера, духовная культура, ценности культуры, человековедение, смысл бытия.

Для цитирования: Сеидова Г. Н. Человек, вера и смысл бытия в культуре ислама. Коммуникология. Том 5. №4. С. 147-157 DOI 10.21453/2311-3065-2017-5-4-147-157

Сведения об авторе: Сеидова Гюльчохра Надировна, канд. философских наук, доцент; зав. отделением кафедры ЮНЕСКО по компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их культур и межрелигиозного диалога по Северному Кавказу. Адрес: (368600, Россия, Республика Дагестан, г. Дербент, ул. Рзаева, 7); профессор кафедры юридических и гуманитарных дисциплин филиала ДГУ в г. Дербент (368600, Россия, Республика Дагестан, г. Дербент, ул. Г.Алиева, 11). E-mail: gseidova@ yandex.ru

Определённые духовные традиции соотносятся с конкретными культурами, выражая и порождая как их особенности, так и особенности культуры в целом. Человек же и его верования с точки зрения исламской доктрины - вопрос особого внимания для исследователей. Пристальный интерес к означенным проблемам во многом детерминирован необходимостью поиска ответов на современные «вызовы». Они связаны с вопросами формирования общей цели и ценностей культуры как решающего фактора сохранения устойчивости и гармонизации современного общества. По мнению мусульманских мыслителей: «Основополагающие убеждения и мысли составляют фундамент любой системы ценностей и идеологии, осознанно или не вполне осознанно оказывая влияние на формирование норм человеческого поведения»[Мухаммад: 13]. Как нельзя злободневно на сегодняшний день предупреждение профессора Ф.И. Шаркова:

«Разобщение людей, противопоставление национально-этнических, конфессиональных идентичностей в глобальном масштабе может привести к ускоренному движению и гибели цивилизаций и культур. Противостоять этому пути развития может лишь способ существования земных цивилизаций, в котором нравственность поставлена во главу угла в действиях всех стран, народов и их правителей и лидеров» [Шарков,2015: 175]. Именно задача выстраивания коммуникации между представителями разных форм духовности стояла перед авторами при написании Международной коллективной монографии «Мировые религии в контексте современной культуры: Новые перспективы диалога и взаимопонимания» в рамках программы Сети кафедр ЮНИТВИН/ЮНЕСКО «Межрелигиозный диалог в целях межкультурного взаимопонимания». Была предпринята попытка разработки фундаментальных основ межрелигиозного диалога в современном мире, в котором существуют самые разные религиозные и духовные традиции, обобщение и апробация «лучших практик», сложившихся в этой области и выработка практических рекомендаций, как для академического сообщества, так и учащейся молодёжи. В частности, мусульманско-христианскому диалогу на примере шиитской общины Дагестана была посвящена наша глава монографии [Сеидова: 183-189].

В приветствии к участникам Международной научно-практической конференции «Дербент - город трёх религий» профессор Д.Л. Спивак сказал: «В юбилейный год своего двухтысячелетия, город Дербент - подлинный перекрёсток цивилизаций - предоставляет площадку для широкого обсуждения тематики диалога религий и культур на самом высоком представительном уровне» [Спивак, Венкова, Степанов: 12]. В ходе работы конференции состоялась презентации Отделения кафедры ЮНЕСКО по компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их культур и межрелигиозного диалога по Северному Кавказу, действующей на базе факультета востоковедения Дагестанского государственного университета и ГБУ Дербентский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник. Работа Северокавказского отделения осуществляется в рамках исследовательских проектов Международной сети кафедр ЮНИТВИН/ ЮНЕСКО по межрелигиозному диалогу для межкультурного понимания. То, что само отделение находится в древнейшем городе России, не только включённом в Список мирового культурного наследия ЮНЕСКО, но и ставшего обладателем Почётного Диплома и премии ЮНЕСКО за распространение идеалов толерантности и ненасилия, - закономерно. Происходит гармоничное переплетение стратегических направлений деятельности ЮНЕСКО в сфере культуры и целого кластера научных дисциплин, изучающих формы и пути включения мировых религий в контекст современных обществ. Всё это в конечном счёте упирается в проблемы человеческой личности, ведь все коммуникационные связи выстраиваются отдельными людьми. Мы воочию наблюдаем ситуацию уважительных взаимоотношений между тремя авраамическими религиями: исламом, христианством и иудаизмом в нашем регионе в разнообразных формах, начиная с религиозных лидеров и кончая контактами на уровне земляков, сосе-

дей, сослуживцев. Ф.И. Шарков отмечает: «Для Российской Федерации значимость исламо-православного диалога возрастает многократно, потому что ислам на её территории не привнесён иммигрантами из традиционно исламских государств, он органичен, исторически укоренён среди народов-автохтонов задолго до православного христианства» [Шарков, 2016: 178].

Актуальность исследования в значительной мере обусловлена необходимостью изучения человека, как величайшей загадки, философии шиитского ислама, жизненного целеполагания, религиозного фактора с точки зрения корани-ческого вероучения, их роли и влияния на формирование нового социокультурного пространства бытия народов, волею судеб оказавшихся в лоне исламской цивилизации. Речь не просто о новой сфере исследований или новых возможностях для прироста научного знания, но у данной проблематики есть и чётко выраженный практический аспект.

По мнению иранских исследователей, необходимо в большей степени воспользоваться уникальными научными и культурными достижениями страны Толстого и Пушкина, а самой России, после устранения искусственно созданных барьеров, следовало бы активней использовать достижения в области философии, мистицизма и исламских воспитательных традиций мусульманских стран [Ах-мади: 3]. Указывая на аристотелевское деление наук, мусульманские мыслители употребляли либо слово «фалсафа», либо «хикмат» («мудрость»), подразделяя философию или рациональную науку на теоретическую и практическую. Полагается, что теоретическая философия изучает и представляет вещи таковыми, как они есть, а практическая философия рассматривает то, какими должны быть поступки человека [Основы исламской...: 11].

Один из самых блестящих знатоков Ирана и шиизма, французский исламовед, историк религий и философ Анри Корбен убеждён: «Первое и последнее объяснение феномена шиизма можно извлечь только из самого шиитского сознания, мироощущения и мировосприятия. Восходящие к самим Имамам тексты свидетельствуют о заботе понять подлинный смысл Божественных Откровений, так как эта подлинность удостоверяет, в конце концов, и подлинность человеческого существования: смысл его происхождения и грядущей судьбы» [Корбен: 41-42].

Основные вопросы, изначально занимавшие мусульманских мыслителей -это человек, вера и смысл бытия. Основу множества религиозных, философских и мистических учений составляет призыв к познанию столь сложного существа, каковым является человек. Постижение человека, человековедение, на Востоке традиционно существовало в рамках религиозных учений. Сущность человека, его начало, конец, судьба и место в системе бытия имели разные интерпретации в монотеистических и политеистических религиях. Именно разнообразие подходов к познанию человека на Востоке отражает разнообразие религий. Мусульманские мыслители, исследуя западное человековедение, обращают внимание на то обстоятельство, что сегодня там большая часть научных исследований в разных отраслях социальных наук ведётся без должного внимания к до-

стижениям философского и религиозного человековедения, религиозной и философской антропологии [Человек...: 6].

Никакие веяния времени не девальвируют значение традиционных ценностей в общественном развитии мусульманских сообществ. Здесь для мыслителей стало закономерным изложение концепции философии и цели жизни в полемике с теми западными учениями, для которых стало нормой показывать бессмысленность, абсурдность земного существования, нацеленного лишь на обеспечение повседневных жизненных нужд и потребностей. В культуре ислама подход совершенно иной. Организаторы и составители издания трудов известного философа и мыслителя алламы Джа'фари отмечает: «Насколько удивителен человек и насколько бытие окутано величием и тайной, настолько жизнь полна неузнанного и несказанного, так что может заявить о её непознанности и даже непознаваемости. Эволюция взглядов мыслителей, философов и учёных на жизнь, её многоразличные определения в каждую эпоху - естественным образом предопределены и берут начало в самой сущности жизни» [Джа'фари: 6].

Типичная для запада ситуация постмодерна характеризуется инверсией таких культурных феноменов, как религия, наука и эзотерическая традиция. Человек эпохи постмодерна стремится к новым смыслообразующим горизонтам, не отказываясь от науки, но, уже не наделяя её своеобразной религиозной миссией только через неё преодолевать противоречия своего времени [Теоретическая.: 83]. Как полагает Д. Мухетдинов: «Если смотреть в исторической плоскости, то с VII в. ислам не существовал в отрыве от конкретной культуры и, попадая на новую почву, давал оригинальные ростки, формируя локальные способы поклонения, или практики ислама» [Мухетдинов: 84]. XX же век стал свидетелем распада «культурной вертикали», показав, что нет единой европоцентристской вертикали, а есть множество культур и они не просто равноправны, но каждая из них может выстроить свою маленькую вертикаль [Теоретическая.: 5]. Для большинства простых людей, не приобщённых к пониманию сущности мусульманского Священного писания в условиях террористической деятельности запрещённого в России так называемого Исламского государства, представляется противоестественным то насилие, которое стало сутью исламистов, только себя считающих мусульманами. В качестве ответа на подобные обвинения мусульманские мыслители стремятся показать, что священный Коран, обращаясь к людям и направляя их, не может не знать истинного облика человека, а айаты этой книги прямо или косвенно содержат ответы на важнейшие вопросы о сущности человека. В качестве отличия коранической антропологии от рационально-эмпирической, приводится, во-первых: достоверность, так как истинный облик человека показывается Творцом. Второй особенностью полагается универсальность, так как здесь раскрываются бытийные стороны человека, выходящие за рамки и полномочия разума и опыта. И, наконец, третья особенность - видение человека. Кардинальное отличие позиции в следующем: «Научная антропология и западная философия сходятся в том, что человек есть феномен и поэтому он изучается в отрыве от Его творца и безотносительно смысла человеческого существования и конеч-

ной цели человеческой жизни. В религиозной антропологии иначе: человек предстаёт как существо, имеющее с Богом экзистенциальную связь и стремящееся к определённой цели. Коран не однажды говорит об этом, называя человека самым приближённым к Богу творением» [Человек.: 23].

Ислам часто интерпретируют в качестве политической религии, которая основывается не только на вере, но и на культурной системе ценностей с универсальными претензиями. Размышляя о смысле человеческого бытия, задаёшься вопросом: «Почему человек так настойчиво ищет смысл жизни?» Наверное, потому, что его жизненный срок ограничен, и это заставляет его искать как оправдание своим поступкам, так и пытаться приподнять завесу будущего. А, может быть, человек как существо мыслящее, полагающее себя возвышающимся над всеми другими живыми созданиями, не может (или не хочет?) согласиться с тем, что не имеет никакого особого предназначения во Вселенной?

Повсеместно в мире крушение прежних парадигм и ценностей приводит к реакции «самосохранения». В поисках собственной идентичности, своего «Я» люди всё чаще вынуждены обращаться к вере. Многие незападные общественные системы, и мусульманские не являются исключением, даже впитывая опыт других цивилизаций, усиливают основные ценности своих культур. В сегодняшнем пёстром мире универсальные тенденции интеграции и дезинтеграции представлены парадигмами глобализации и постмодернизма [Пелипенко: 70-74]. Когда учёные из исламских стран обращаются к вопросам глобального переустройства мира, они концентрируют внимание на принципах социальной справедливости, уважения самостоятельности и самобытности национально-культурных образований. При этом нельзя сбрасывать со счетов мирской контекст бытия религии, её социальную обусловленность. Ведь любые религиозные идеи и образы возникают и существуют исключительно только в человеческом сознании. В религиозных понятиях происходит освоение и усвоение всего, что связано с человеческой деятельностью: «Религия действительно «творит» культуру, но лишь в качестве одной из разновидностей целенаправленной человеческой деятельности. Наряду с религией в культурно-историческом движении общества действует множество других, не менее важных факторов. Специфика религиозного сознания проявляется, скорее, в особой «расстановке» идей и представлений, посредством которых мыслится мир человека» [Смирнов: 26].

Проблема человеческой личности была одной из центральных и в средневековом арабском мире. Внимание арабских мыслителей привлекали онтологические, гносеологические и этические аспекты проблемы человека. Делались попытки выстраивания модели идеального человека и поиска путей к достижению подобного совершенства. По мнению Н.В. Ефремовой: «Впервые после эпохи Александра Македонского объединившая эллинистическое Средиземноморье с индо-иранским миром арабская империя - Халифат - стала новым центром взаимодействия и взаимообогащения различных культурных традиций, который в течение более пяти веков определял уровень мировой цивилизации, как материальной, так и научно-философской» [Ефимова: 3].

Развитие социально-политической ситуации с самого начала формирования исламской мысли заключалось в поисках некоего надрелигиозного общественного идеала, предполагавшего уничтожение любых антагонизмов во всех сферах, а не только исключительно вероисповедной. Имеющие место противоречия должны были быть вытеснены отношениям взаимопомощи и сотрудничества в рамках утопического социального идеала - Града. Несмотря на национально-географические и временные различия, в сущности, едины устремления, как мыслителей, так и простых обывателей - к общему социальному прогрессу, к счастью всех людей. Подобные вопросы и сегодня как нельзя актуальны для мусульманских исследователей.

Катастрофическое ухудшение состояния окружающей среды, терроризм, ставший бичом современности, приводят к осознанию того, что тернистый путь к Новому человечеству предполагает ряд моментов: 1) возвращение вновь к пониманию взаимозависимости человека, природы и мироздания, 2) установление нового рода единства людей, 3) обновлённый взгляд на понимание важности «Я» [Розе: 486]. С точки зрения современных культурологических воззрений: «Одновременность различных культур бьёт в глаза и умы, оказывается реальным феноменом повседневного бытия современного человека. Эта культура способна жить и развиваться (как культура) только на грани культур, в одновременности, в диалоге с другими целостными, замкнутыми «на себя», на выход за свои пределы культурами» [Теоретическая. 39].

Идея «надприродного», «сверхъестественного» выводит религию из запредельной для культуры инстанции, но вне человека, вне его интеллекта и духовных запросов этот смысл просто теряется. По мнению мусульманских мыслителей, на протяжении истории ни отдельному человеку, ни какому-либо социальному классу, за исключением Божественного законодательства (пророков) и тех выдающихся мудрецов, которые обозначали для людей цели жизни, всё же не удалось разъяснить людям истину жизни, её философию и цель законотворческим путём [Джа'фари: 32].

Вера, как смыслообразующая ценность, созвучна с таким представлением, что религия даёт абсолютную основу для наших идеальных оценок, согревает и освещает высшим смыслом всю нашу жизнь. Основополагающим, как нам представляется, должна быть серьёзность попыток осмысления феномена религиозной веры как такового в жизни отдельной личности и государства. По мнению Ш.Р. Кашафа, сегодня со всей очевидностью становится ясно, что обеспечение религиозной безопасности общества выступает одним из условий национальной безопасности [Кашаф: 47]. Религия имеет относительно различный удельный вес в повседневной человеческой жизни и культуре, но религиозная сфера сама по себе никогда не перестанет ставить перед человечеством открытые вопросы. Потому мысль человеческая порождает такие рефлексивные практики, как религиоведение, теологию, философию религии. Для одухотворённой личности приобщение к вере обретает смысл высшей жизненной необходимости, весомость религиозных ценностей возрастает по сравнению со всеми осталь-

ными, а смысл жизни и культуры - в Боге и вере в Него, воплощённые в форме конкретной религии. Современная наука, всё дальше раздвигающая горизонты мироздания, часто приходит к выводу о некоей общей идее, лежащей в основе всего. Создателя, выразителя этой идеи в религиях принято называть Творцом.

У науки и духовных исканий на мусульманском Востоке единая цель, заключающаяся в изменении человеческого сознания. Как полагает председатель Духовного управления мусульман РФ Р. Гайнутдин, императив ислама - это универсальное и всеохватывающее знание, включающее как религиозные, так и естественнонаучные компоненты, так как в исламе отсутствует нерелигиозное знание, ибо истинное знание всегда от Бога [Гайнутдин: 29] . Человек, достигший такого уровня религиозной культуры, не отторгает и светской культуры высшего уровня потому, что в подлинно религиозной культуре главное место отведено не формальным моментам веры, текста, ритуала, а реальной очеловеченности жизни. Но, безусловно, это под силу лишь глубоко одухотворённым личностям.

Человеческая мысль сталкивается с необходимостью тщательного изучения культуры всех народов, в том числе, несомненно, мусульманских, обобщения и сохранения всего ценного и важного, что в ней имеется. Но отслеживание результатов глобализации на протяжении последних десятилетий поставили под сомнение, как сам путь «догоняющего развития», так и эффективность следования западным образцам в качестве чуть ли не идола для поклонения. А.И. Яковлев пишет: «Человеческое общество - не просто совокупность больших людских масс, а целостное органичное образование, в котором в течение длительного времени выработались своё восприятие мира, своя культура, свои системы ценностей и идеалов, своё мировосприятие и национальная психология. Мировые цивилизации - данность человеческого общества» [Яковлев: 130-136]. Потому-то в условиях риска и неопределённостей будущее социума, состоящего из отдельных личностей, зависит не только от способности общества к трансформации и модернизации, но и способности властных структур и элиты формировать новую систему ценностей. Пытаясь рассмотреть в целостности смысл бытия человеческой личности, понимаешь правоту мусульманских исследователей: «Научно-рациональное понимание человека представляет большую значимость. Несмотря на спорность научных исследований и наличие в них ошибок, эти изыскания весьма ценны, если не ожидать от них исчерпывающих ответов на все фундаментальные вопросы, касающиеся феномена человека» [Человек с точки зрения.: 24]. За сим ставим многоточие. Поле для исследований безбрежно.

Источники:

1. Мухаммад Таки Мисбах Йазди. 2016. Акыда - исламское вероучение / пер. с перс. М. Махшулова. М.: ООО «Садра». - 487 с.

2. Шарков Ф.И. 2015. Информационно-коммуникационная парадигма развития государственности: цивилизационный надкультурный и надрелигиозный аспекты // Ислам в современном мире. Т. 11. № 3.

3. СеидоваГ.Н. 2011. Шиитская община Дагестана как пример позитивного мусульманско-христианского диалога. Мировые религии в контексте современной культуры: Новые пер-

спективы диалога и взаимопонимания. Христианство и ислам в контексте современной культуры: Новые перспективы диалога и взаимопонимания в Российской Федерации и Восточной Европе, в Центральной Азии и на Кавказе / Отв. ред. Д.Л. Спивак, С. Шенкман. СПб: Санкт-Петербургское отделение Российского института культурологии/Русско-Балтийский информационный центр «Блиц».- 232 с.

4. Спивак Д.Л., Венкова А.В., Степанов М.А. 2015.Приветствие участникам Международной научно-практической конференции «Дербент - город трёх религий» / Дербент - город трёх религий. Материалы Международной научно-практической конференции (Дербент, 25 марта 2015 г.) / отв. ред. Сеидова Г.Н. Махачкала: АЛЕФ. - 392 с.

5. Шарков Ф.И. 2016. Факторы гармонизации этноконфессиональных коммуникаций в современной России // Ислам в современном мире. Т.12. № 4. С. 178.

6. АхмадиАхмад. 2011.Глубинные слои познания. М.: Научная книга.

7. Основы исламской философии (избранное из произведений Муртазы Мутаххари) /сост. 'Абд ар-Расул Убудиййат; пер. с перс. 2014. М.: Академический проект; Садра.- 278 с. (Философские технологии).

8. КорбенА. 2016. История исламской философии: пер. с фр. - 3-е изд. М.: Академический Проект; ООО «Садра».- 367 с. - [Ислам: классика и современность].

9. Человек с точки зрения исламской доктрины / Пер. с перс. яз. Насима Мирзоева. СПБ.: Петербургское Востоковедение, 2011. - 128 с.

10. ДжафариМухаммад Таки. 2009. Философия и цель жизни / Пер. с перс. яз. СПб: Петербургское Востоковедение.

11. Теоретическая культурология. - М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга; РИК, 2005. - 624 с. (Серия «Энциклопедия культурологии»).

12. Мухетдинов Д. В. 2015. К вопросу о российском мусульманстве // Ислам в современном мире. № 4. Т. 11.

13. Пелипенко А.А. 2010. Наброски к портрету современности. Наследие в эпоху социокультурных трансформаций: Материалы международной конференции / Министерство культуры РФ, Российский институт культурологии; редкол. Э.А. Шулепова (предс.) и др. М.: Академический проект; Альма-Матер.

14. Смирнов М.Ю. 2006. Российское общество межу и мифом и религией: Историко-социологический очерк. СПб: Изд-во С.- Петербургского ун-та.

15. ЕфремоваН.В. 2015Ислам: философия, религия, культура: учебное пособие / Н.В. Ефремова; Ин-т философии РАН. М.: Наука - Вост. лит., 2015. Ч.1.: Теолого-философская мысль. -183 с.

16. Розе Я. К новому человечеству: от эмоционального познания к духовной интуиции // Единство и многообразие в религии и культуре. Философские и психологические корни глобальных противоречий. СПб: ФКИЦ «ЭЙДОС», 2006.

17. Кашаф Ш.Р. 2015. Модернизация исламского образования как фактор религиозной и национальной безопасности России // Ислам в современном мире. № 4. Т. 11.

18. Гайнутдин (Гайнутдинов) Р.И. 2015. Принцип универсальности знания как основа исламского образования // Ислам в современном мире. № 4. Том 11.

19. Яковлев А.И. 2007.О значении традиционных ценностей в общественном развитии незападных обществ на рубеже веков// Глобализация и справедливость: Сборник статей. М.:РУДН.

 Man, faith and the meaning of being in the culture of Islam

Guylchokhra N. Seyidova

Abstract. In the article an attempt is made to consider issues that initially occupied Muslim thinkers - man, faith and the meaning of being. For this purpose, the phenomenon of religious faith as a cultural value, its manifestations in the life of the Muslim community, questions of the existence of the world of Islam against the background of the global challenges of the present is analyzed. It is shown that the

basis of many religious, philosophical and mystical teachings is the call for the knowledge of such a complex being, what a person is. The comprehension of man - human studies in the East has traditionally existed within the framework of religious teachings. It is shown that it is the diversity of approaches to human cognition in the East that reflects the diversity of religions. The necessity of studying a person as the greatest riddle, a vital goal-setting, a religious factor from the point of view of the Koranic dogma, their role and influence on the formation of a new socio-cultural space of the existence of peoples is substantiated.

Keywords: Islam, man, religious faith, spiritual culture, cultural values, human studies, the meaning of being.

For citation: Guylchokhra N. Seyidova . Man, faith and the meaning of being in the culture of Islam. Communicology. Vol. 5. No. 4. 2017. P. 147-157 DOI 10.21453/2311-3065-20175-4-147-157

Inf. about authors: Seyidova Guylchokhra Nadirovna. Dr. Sci (Philos.), ass. Professor. Chairman of the Branch of UNESCO Chair on Comparative Studies of Spiritual Traditions, their Specific Cultures and Interreligious Dialogue in the Northern Caucasus (7, Rzaev St., Derbent, Republic of Dagestan, 368008, Russian Federation); Professor of the Department of Legal Sciences and Humanities of the Derbent Branch of Dagestan State University (11., Heidar Aliyev St., Derbent, Republic of Dagestan, 368600, Russian Federation). Teacher Emeritus of the Republic of Dagestan. E-mail: gseidova@yandex.ru Mob. +79626178584.

References

1. Mukhammad Taki Misbakh Yazdi. Akyda - islamskoye veroucheniye / per. s pers. M. Makhshulova. M.: OOO «Sadra», 2016. - 487 s. / Muhammad Taki Misbah Yazdi. Akyda - Islamic doctrine / trans. with the Persian. M. Makhshulov. - M.: OOO «Sadra», 2016. - 487 p.

2. Sharkov F.I. Informatsionno-kommunikatsionnaya paradigma razvitiya gosudarstvennosti: tsivilizatsionnyy nadkul'turnyy i nadreligioznyy aspekty // Islam v sovremennom mire. 2015. T. 11. № 3 / Sharkov F.I. Information and communication paradigm of the development of statehood: civilization supracultural and over-religious aspects // Islam in the modern world. 2015. T.11. No. 3

3. Seidova G.N. Shiitskaya obshchina Dagestana kak primer pozitivnogo musul'mansko-khristianskogo dialoga. Mirovyye religii v kontekste sovremennoy kul'tury: Novyye perspektivy dialoga i vzaimoponimaniya. Khristianstvo i islam v kontekste sovremennoy kul'tury: Novyye perspektivy dialoga i vzaimoponimaniya v Rossiyskoy Federatsii i Vostochnoy Yevrope, v Tsentral'noy Azii i na Kavkaze / Otv. red. D.L. Spivak, S. Shenkman. SPb: Sankt-Peterburgskoye otdeleniye Rossiyskogo instituta kul'turologii/Russko-Baltiyskiy informatsionnyy tsentr «Blits», 2011. - 232 s. 3 / Seyidova G.N. Shi'a community of Dagestan as an example of a positive Muslim-Christian dialogue. World religions

in the context of modern culture: New perspectives of dialogue and mutual understanding. Christianity and Islam in the context of modern culture: New perspectives of dialogue and mutual understanding in the Russian Federation and Eastern Europe, Central Asia and the Caucasus / Otv. Ed. D.L. Spivak, S. Shenkman. - St. Petersburg: St. Petersburg Department of the Russian Institute of Cultural Studies / Russian-Baltic Information Center «Blitz», 2011. - 232 p.

4. Spivak D.L., Venkova A.V., Stepanov M.A. Privetstviye uchastnikam Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii «Derbent - gorod trokh religiy» / Derbent - gorod trokh religiy. Materialy Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii (Derbent, 25 marta 2015 g.) / otv. red. Seidova G.N. Makhachkala: ALEF, 2015. - 392 s./ Spivak DL, Venkova AV, Stepanov MA Greetings to the participants of the International Scientific and Practical Conference «Derbent is a city of three religions» / Derbent is a city of three religions. Materials of the International Scientific and Practical Conference (Derbent, March 25, 2015) / otv. Ed. Seyidova G.N. Makhachkala: ALEF, 2015. - 392 p.

5. Sharkov F.I. Faktory garmonizatsii etnokonfessional'nykh kommunikatsiy v sovremennoy Rossii // Islam v sovremennom mire. 2016. T.12. № 4. S. 178/ Sharkov F.I. Factors of harmonization of ethnoconfessional communications in modern Russia // Islam in the modern world. 2016. T.12. № 4. P. 178

6. Akhmadi Akhmad. Glubinnyye sloi poznaniya. - M.: Nauchnaya kniga, 2011/ Ahmadi Ahmad. Deep layers of knowledge. M .: The scientific book, 2011.

7. Osnovy islamskoy filosofii

8. Korben A. Istoriya islamskoy filosofii: per. s fr. - 3-ye izd. - M.: Akademicheskiy Proyekt; OOO «Sadra», 2016. - 367 s. - [Islam: klassika i sovremennost']/ Korben A. History of Islamic Philosophy: Per. With fr. - 3rd ed. M .: Academic Project; LLC «Sadra», 2016. - 367 p. - [Islam: classic and modernity]

9. Chelovek s tochki zreniya islamskoy doktriny / Per. s pers. yaz. Nasima Mirzoyeva SPB.: Peterburgskoye Vostokovedeniye, 2011. - 128 s./ Man in terms of Islamic doctrine / Trans. With the Persian. Yaz. Nasima Mirzoyeva SPB .: Petersburg Oriental Studies, 2011. - 128 p.

10. Dzha'fari Mukhammad Taki. Filosofiya i tsel' zhizni / Per. s pers. yaz. SPb: Peterburgskoye Vostokovedeniye, 2009 / 11. Jafari Muhammad Taki. Philosophy and the purpose of life / Trans. With the Persian. Yaz. - SPb: Petersburg Oriental Studies, 2009

11. Teoreticheskaya kul'turologiya. M.: Akademicheskiy Proyekt; Yekaterinburg: Delovaya kniga; RIK, 2005. - 624 s.

12. Mukhetdinov D. V. K voprosu o rossiyskom musul'manstve // Islam v sovremennom mire. 2015. № 4. T. 11/ 13. Mukhetdinov DV To the Question of Russian Islam // Islam in the Modern World. 2015. № 4. T. 11

13. Pelipenko A.A. Nabroski k portretu sovremennosti. Naslediye v epokhu sotsiokul'turnykh transformatsiy: Materialy mezhdunarodnoy konferentsii / Ministerstvo kul'tury RF, Rossiyskiy institut kul'turologii; redkol. E.A. Shulepova (preds.) i dr. M.: Akademicheskiy proyekt; Al'ma-Mater, 2010 Pelipenko A.A. Sketches to the portrait of modernity. Heritage in the era of sociocultural transformations: Proceedings of the International Conference / Ministry of Culture of the Russian Federation, Russian Institute of Cultural Studies; Rare. E.A. Shulepova (pred.), Etc. M .: Academic project; Alma Mater, 2010

14. Smirnov M.YU. Rossiyskoye obshchestvo mezhu i mifom i religiyey: Istoriko-sotsiologicheskiy ocherk. SPb: Izd-vo S.- Peterburgskogo un-ta, 2006. / Smirnov M.Yu. Russian society between myth and religion: Historical and sociological essay. St. Petersburg: Publishing House of St. Petersburg University, 2006.

15. Yefremova N.V. Islam: filosofiya, religiya, kul'tura: uchebnoye posobiye / N.V. Yefremova; In-t filosofii RAN. - M.: Nauka - Vost. lit., 2015. CH.1.: Teologo-filosofskaya mysl'. - 2015.- 183 s./ Efremova N.V. Islam: Philosophy, Religion, Culture: Textbook / N.V. Efremova; Institute of Philosophy RAS. - Moscow: Science - East. Liter., 2015. Part 1. Theological and philosophical thought. - 2015.183 p.

16. Roze YA. K novomu chelovechestvu: ot emotsional'nogo poznaniya k dukhovnoy intuitsii // Yedinstvo i mnogoobraziye v religii i kul'ture. Filosofskiye i psikhologicheskiye korni global'nykh protivorechiy. - SPb: FKITS «EYDOS», 2006/ Rosa Ya. Toward a New Humanity: From Emotional Cognition to Spiritual Intuition // Unity and Diversity in Religion and Culture. Philosophical and psychological roots of global contradictions. - SPb: FCDC «EIDOS», 2006

17. Kashaf SH.R. Modernizatsiya islamskogo obrazovaniya kak faktor religioznoy i natsional'noy bezopasnosti Rossii // Islam v sovremennom mire. 2015. № 4. T.11 / Kashaf Sh.R. Modernization of Islamic Education as a Factor of Religious and National Security of Russia // Islam in the Modern World. 2015. № 4. Vol.11.

18. Gaynutdin (Gaynutdinov) R.I. Printsip universal'nosti znaniya kak osnova islamskogo obrazovaniya // Islam v sovremennom mire. 2015. № 4. Tom 11. / Gainutdin (Gaynutdinov) R.I. The principle of the universality of knowledge as the basis of Islamic education // Islam in the modern world. 2015. № 4. Vol. 11.

19. Yakovlev A.I. O znachenii traditsionnykh tsennostey v obshchestvennom razvitii nezapadnykh obshchestv na rubezhe epokh/ Globalizatsiya i spravedlivost': Sb. statey / Pod red. N.S. Kirabayev, V.I. Yurtayev. - M.: RUDN, 2007 / Yakovlev A.I. On the importance of traditional values in the social development of non-Western societies at the turn of the ages / Globalization and justice: Sat. Articles / Ed. N.S. Kyrabaev, V.I. Yurtaev. - Moscow: RUDN, 2007.