Структура судебных органов Тамбовской губернии в период осуществления новой экономической политики

СТРУКТУРА СУДЕБНЫХ ОРГАНОВ ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ В ПЕРИОД ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ

Е. А. СОСЕДОВ

Исследование посвящено анализу малоизученных проблем структурного устройства судов Тамбовской губернии в контексте осуществления новой экономической политики.

Ключевые слова: судебная система, структура судов, губернский суд, уездный суд, новая экономическая политика.

Одной из определяющих характеристик формирования судебной системы Тамбовской губернии в период осуществления новой экономической политики является проблема организационного устройства судебных органов.

В соответствии с Положением «О судоустройстве РСФСР» от 1922 г., количество участков народного суда в губернии и границ участков определялось постановлением губернского суда и утверждалось губисполкомом и НКЮ РСФСР, который в случае несогласия с распределением районных участков имел право требовать установления определенного минимума участков народного суда для данной губернии.

По существу, первоначально после введения в действие Положения о судоустройстве районирование судебных участков народных судов в уездах основывалось на уже существующих судебных районах в том или ином уезде Тамбовской губернии. В дальнейшем в зависимости от экономических возможностей конкретного уезда создавались новые участки народного суда или сокращались существующие с перераспределением судебных полномочий между оставшимися.

Районирование судебных участков предварительно происходило на заседаниях пленума Губ-суда и оформлялось соответствующими протоколами. Периодичность решения таких вопросов Губсудом была разной.

Например, в июле 1923 г. на очередном заседании пленума Губсуда было принято решение об увеличении на два судебных участка числа «районов нарсудов Кирсановского уезда», ранее сокращенных с 9 до 6 решением Губисполкома. Также признана нецелесообразной организация Дежурной камеры в г. Липецке [7].

Иными словами, проблемы судоустройства в данный период представляли собой компетен-

цию как государственных, так и судебных органов. В частности, в феврале 1924 г. на совещании судей города Тамбова было принято постановление о распределении города по четырем районам народных судей, при этом были указаны конкретные улицы, площади, хутора, закрепляемые в обслуживание того или иного участка [8]. В дальнейшем, вопрос районирования судебных участков города Тамбова был рассмотрен и одобрен пленумом Губсуда [9], а затем утвержден на заседании президиума Тамбовского Губисполкома [10].

Таким образом, вопросы организационного устройства судов в Тамбовской губернии представляли собой проблемы, регулируемые как органами государственной, так и органами судебной власти.

Учитывая тот факт, что районирование судебных участков, их организация и содержание зависели от финансирования местными органами власти, необходимым представляется привести некоторые данные, характеризующие социальноэкономическое положение Тамбовской губернии и ее уездов.

Поскольку экономическое положение Тамбовской губернии в 20-х гг. прошлого столетия было плачевным, количество судебных участков постоянно сокращалось, на что обращалось внимание как местных, так и центральных органов власти.

При этом местные органы власти активно вмешивались в судебное строительство, по всей видимости, исходя из финансового положения губернии, давали указание Губсуду о принципах построения сети судебных учреждений.

Так, например, в сентябре 1924 г. Губиспол-ком предложил Губсуду установить твердую сеть судебно-следственных участков и там, где можно, увеличить ее, к началу нового 1925-1926 хозяйст-

венного года закончить составление нового проекта районирования судебно-следственных участков и внести в президиум Губисполкома [1].

Особый характер приобретали в данный период проблемы нормирования нагрузки на одного судью. Примечательно, что попытки руководства губернского суда установить норму нагрузки на одного судью, исходя из количества населения, проживающего на судебном участке, потерпели неудачу. Президиум Тамбовского Губисполкома в сентябре 1924 г. принял постановление об исключении из предложенной губсудом резолюции фразы о 30-тысячной норме населения на судебный район «и признать необходимым установить твердую сеть судебно-следственных участков и там, где нужно принять меры к увеличению ее» [11].

Таким образом, отдельные участки народного суда в уездах обслуживали территории с проживавшим на них населением от 20-30 до б0-70 тыс. чел., что давало разную нагрузку на одного судью, причем в некоторых случаях разница была довольно значительная.

В качестве подтверждения подобных суждений представляется необходимым привести статистические данные, характеризующие количество жителей определенных волостей Тамбовской губернии на одного судью, в частности в 1924 г. (табл. 1).

Таблица 1

Количество жителей волостей Тамбовской губернии на одного судью

Анализ представленных статистических данных позволяет установить значительный разброс в количестве жителей, приходящихся на одного

судью, в зависимости от определенной волости Тамбовской губернии. Например, судья Лысогорской и Горельской волости был призван обслуживать 59.397 жителей, а соответственно судьи Каменской волости работали с населением, составляющим 24.165 жителей [16].

Позже подобное положение дел сохранит означенную тенденцию. В частности, исходя из данных отчета Тамбовского Губсуда за 1926 г., общая месячная нагрузка по уездам на одного судью составляла: в Тамбовском уезде - 168 дел (54 уголовных и 114 гражданских); в Козловском -153 (64 и 89); в Кирсановском - 180 (74 и 106); в Моршанском - 138 (60 и 78); в Липецком - 156 (74 и 82); в Борисоглебском - 220 (75 и 145). Причем, нормальной считается нагрузка в 100 дел» [5].

В свою очередь, в докладе члена Тамбовского Губплана Орловского в июле 1927 г. было отмечено, что судебных участков в губернии 70, нормальной нагрузкой на участок нарсудьи считается 100 дел в месяц. Средняя месячная нагрузка на одного судью в месяц составляла: по Липецкому уезду - 220 дел (75 уголовных, 145 гражданских); Моршанскому - 180 (74 и 106); Тамбовскому -168 (54 и 114); Кирсановскому - 156 (74 и 82); Козловскому - 153 (64 и 89); Борисоглебскому -138 (50 и 78) [13].

Вопрос о принципах районирования вызывал жаркие споры между руководством судебных органов и органов власти Тамбовской губернии. Предметом дискуссии являлась необходимость учитывать экономическое положение конкретного уезда, возможность размещения судебного участка в том или ином волостном центре.

В частности, на совещании в Тамбовском Гу-бисполкоме в апреле 1925 г. в ходе обсуждения доклада о районировании судебно-следственных органов губернии, представители власти критически отнеслись к предлагаемому Губсудом районированию, так как «оно неравномерно обслуживает население, не учтена преступность по тому или иному уезду, многие судебные органы свои камеры имеют в городах, что создает неудобство для населения». Возражая означенным доводам, председатель Губсуда Брук, отметил, что этот вопрос согласован с местными органами власти «и с бюджетными возможностями». Результатом дискуссии явилось решение в соответствии с которым, было принято представленное Губсудом районирование судебно-следственных органов губернии, исходя из бюджетных возможностей для текущего бюджетного года. В дальнейшем предлагалось районирование в корне изменить, положив в основу принципы целесооб-

№ Название волости Тамбовского уезда Количество жителей

1 Лысогорская 59.307

2 Г орельская 59.307

3 Больше-Липовицкая 43.892

4 Новосельская 43.892

5 Покровско-Пригородная 41.519

б Сосновская 40.б20

7 Покрово-Марфинская 40.б20

S Токаревская 37.948

9 Паново-Кустовская 45.783

10 Федоровская 45.783

11 Каменская 24.1б5

12 Коптевская 4б.839

13 Знаменская 4б.839

14 Сампурская 32.707

15 Рассказовская 47.б95

1б Саюкинская 31.275

17 Бондарская 48.470

18 Пахотно-Угловская 48.470

19 Мордовская 30.3б0

разности и равномерного обслуживания населения судебно-следственными органами, учтя при этом территорию, население, размеры преступности, бытовые условия и волостные единицы [12].

Подобные рекомендации в процессе судоустройства в большинстве своем не были учтены, что было опосредовано социально-экономическими условиями развития Тамбовской губернии. В качестве яркого подтверждения означенных процессов представляется необходимым указать на материалы, проходившего в сентябре 1925 г. в Тамбове седьмого съезда судебно-следственных работников и народных заседателей Тамбовской губернии, в соответствии с которыми, «до сего времени сельское хозяйство все еще не оправилось от голода и бандитизма. В связи с этим местному бюджету приходилось ломать сеть, которая у нас была. Если раньше имели 80 с лишним участков по губернии, то в прошлом году ... их уже 68. Попытки сохранить сеть судов не увенчались успехом, потому что Губисполком нашел хорошую поддержку во ВЦИКе в вопросе сокращения [4].

Структурная нестабильность судебной системы Тамбовской губернии сохранялась и в дальнейшем. В частности в докладе на совещании в НКЮ РСФСР в июле 1926 г. председатель Тамбовского губсуда Брук отметил, что «сеть судебных участков в течение года изменялась три раза. На 1 января 1925 г. в губернии было 70 судебных участков (16 городских, 51 сельский и 3 смешанных); на 1 января 1926 г. - 75 (17 городских, 56 сельских и 2 смешанных); на 1 апреля 1926 г. -снова 70 (16 городских, 51 сельский и 3 смешанных)» [2].

Стремясь преодолеть подобные деструктивные явления, Совет Народных Комиссаров РСФСР в постановлении от 20 июля 1926 г. признал не-

обходимым в целях территориального приближения суда к населению дальнейшее плановое увеличение количества судебно-следственных участков до нормы: один народный суд на каждую волость и один народный следователь на две волости [3].

Вышеозначенные предписания центральных органов не получили своего осуществления в Тамбовскогой губернии, о чем свидетельствуют материалы объединенного совещания Управления Прокуратуры Республики, Отдела судебного управления НКЮ РСФСР, Верховного Суда РСФСР, проводившегося в апреле 1927 г., где особо рассматривался доклад о деятельности Тамбовского губернского суда. Поводом такого рода внимания послужило то, что в Тамбовской губернии «судебно-следственная суть, будучи и без того недостаточной, уменьшилась в 1926 г. на 5 участков нарсуда. Губсуду было предложено добиться увеличения судебно-следственной сети по расчету, который указан в резолюции СНК по докладу о работе НКЮ [14].

Однако в апреле того же года секретариат президиума Тамбовского губисполкома отказал Губсуду в увеличении числа судебных участков «ввиду того, что по бюджету текущего года увеличение судебной сети не предусмотрено и свободных средств на это нет» [6].

Таким образом, судебная сеть Тамбовской губернии к середине 1928 г., когда наметились зримые тенденции отхода от осуществлявшейся новой экономической политики, состояла из 78 участков и представляла собой достаточно пеструю картину. Яркой иллюстрацией подобного положения могут служить статистические данные, характеризующие сеть судебных учреждений Тамбовской губернии [15] (табл. 2).

Таблица 2

Статистические данные, характеризующие сеть судебных учреждений Тамбовской губернии

№ Уезд Площадь

1 Тамбовский 10.328 565.794 15 686,5 37 387

2 Борисоглебский 8.514 468.082 14 608,2 33 434

3 Козловский 8.203 553.462 13 631,0 42 574

4 Моршанский 7.736 399.984 12 644,7 33 332

5 Липецкий 5.617 371.698 10 561,7 37 159

6 Кирсановский 6.342 317.989 8 792,8 39 749

7 г.Тамбов 70.093 6 11 682

Представленные данные позволяют заключить, что основные элементы судебной сети Тамбовской губернии в период свертывания новой экономической политики имели неоднородный

характер, что в свою очередь оказывало существенное влияние на функционирование судебной системы в целом. В качестве подтверждения подобных рассуждений представляется возможным

указать на тот факт, что средняя численность населения участка колебалась от 11 682 чел. в г. Тамбове, до 42 574 чел. на участках Козловского уезда. Иными словами, речь может идти о непроду-манности судебной сети Тамбовской губернии в данный период, и о ее не полном соответствии положениям, принятым центральными советскими органами.

В силу высказанных соображений структурные особенности построения судебных органов Тамбовской губернии в период Нэпа, наряду с принципиальными чертами, свойственными для всего советского государства и нормативно закрепленными в действовавшем законодательстве, характеризовались определенными отличиями, опосредованными социально-экономическими и политическими чертами, свойственными именно для Тамбовской губернии в данный исторический период.

Подобное обращение к рассмотрению особенностей структурного устройства судебных органов в определенном регионе в период реформирования судебной системы в 20-е гг. XIX в., позволит создать наиболее целостную картину исследуемого явления и оценить опыт правовой жизни, обрести возможность развивать, совершенствовать отдельные элементы современной правовой системы, наполняя их новым правовым смыслом.

Литература

1. Директивы V пленума Губисполкома 20-24 сентября 1924 г. Губсуду // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 797. Л. 1-1 об.

2. Доклад предгубсуда Брука на ревизионном совещании при НКЮ рСфСр 28 апреля 1926 г. //ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 571. Л. 32-32 об.; Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 571. Л. 32-32 Об.

3. Копия постановления СНК РСФСР от 20.07.26 г. «По отчетному докладу Народного Комиссариата Юстиции РСФСР» // ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 587. Л. 274-276.

4. Материалы 7-го съезда судебно-следственных работников и народных заседателей Тамбовской губернии от 19-21.09.1925 г. // ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 368. Л. 20-21.

5. Отчет Тамбовского Губсуда о работе судебноследственных учреждений губернии за 2-ю половину

1926 г. //ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 576. Л. 45.

6. Письмо председателя Тамбовского губиспол-кома председателю Тамбовского губсуда от 14 апреля

1927 г. //ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 1680. Л. 8.

7. Протокол № 6 заседания пленума Тамбовского губернского суда от 9 июля 1923 г. // ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 1. Л. 29.

8. Протокол совещания народных судей г. Тамбова от 21 февраля 1924 г. // ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 13. Л. 46-47.

9. Протокол заседания пленума Тамбовского Губсуда № 3 от 26 февраля, 2-3 марта 1924 г. //ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 167. Л. 6-7 об.

10. Протокол № 47 заседания президиума Тамбовского Губисполкома от 16 апреля 1924 г. // ГАТО. Ф.Р-1. Оп. 1. Д. 640. Л. 189.

11. Протокол № 111 заседания президиума Тамбовского Губисполкома от 19 сентября 1924 г. // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 640. Л. 489-489 об.

12. Протокол совещания при Организационном отделе Тамбовского Губисполкома от 23 апреля 1925 г. // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 967. Л. 67

13. Распределение нагрузки на один судебный участок (судью) на 20 июня 1927 г. (доклад-заключение члена Губплана Орловского) // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 1680. Л. 32 об.

14. Резолюция объединенного совещания Управления Прокуратуры Республики, Отдела судебного управления НКЮ, Верховного Суда РСФСР от 20 апреля 1927 г. по докладу о деятельности Тамбовского Губсуда и работе прокуратуры Тамбовской губернии // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 1680. Л. 5.

15. Сеть судебных учреждений Тамбовской губернии по состоянию на 1 июня 1928 г. //ГАТО. Ф. Р-524. П. 1. Д. 851. Л. 3.

16. Список районирования народных судов Тамбовской губернии на 1924 год // ГАТО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 797. Л. 2-9.

* * *

STRUCTURE OF JUDICIAL BODIES OF THE TAMBOV PROVINCE IN REALIZATION OF NEW ECONOMIC POLICY

Ye. A. Sosedov

The research is devoted to the analysis of little known problems of the structural device of courts of the Tambov province in a context of realization of new economic policy.

Key words: judicial system, structure of courts, provincial court, the district court, new economic policy.