«Пробуждение спящей красавицы»: программа PESCO между атлантизмом и европеизмом

Ю.В. НИКУЛИЧЕВ, 2018 © NICKULICHEV YURIJ

«ПРОБУЖДЕНИЕ СПЯЩЕЙ КРАСАВИЦЫ»: ПРОГРАММА PESCO

МЕЖДУ АТЛАНТИЗМОМ И ЕВРОПЕИЗМОМ

«THE AWAKING OF THE SLEEPING BEAUTY»:

THE PESCO PROGRAM BETWEEN ATLANTISM AND EUROPEANISM

Аннотация. В статье рассматривается процесс возникновения и эволюции инициативы PESCO. Исследуются основные направления деятельности данного механизма, перспективы и трудности их реализации. Выделяются сценарии будущего PESCO в зависимости от состояния евро-атлантических отношений. Делается вывод о роли и месте этой платформы в архитектуре безопасности Европейского союза.

Abstract. The article addresses the process of emergence and evolution of the PESCO initiative. Analyzing the most pressing problems of the military cooperation between the EU members, the author describes the possible scenarios of PESCO's development in the years to come, focusing on the prospects of political and military relations between the European Union and the USA.

Ключевые слова: PESCO, ЕС, военное сотрудничество, Германия, Франция, Трамп.

Keywords: PESCO, the EU, military cooperation, Germany, France, Trump.

Когда в декабре 2016 г. Совет ЕС принял решение об учреждении программы Постоянного структурированного сотрудниче-

ства по вопросам безопасности и обороны (Permanent Structured Cooperation - PESCO), нашлись наблюдатели, в том числе на Западе, которые поспешили поставить это в связь с теми внутриатлан-тическими противоречиями, которые принесла с собой администрация Д. Трампа. Конфликтное начало, присущее нынешним властям США, хорошо известно, но в отношении PESCO оно могло стать разве что катализатором - катализатором тех процессов, которые давно идут в общеевропейском военном строительстве. «Прямым текстом» PESCO было анонсировано еще в 2007 г. как отдельное положение Лиссабонского договора ЕС, ст. 42(6) которого устанавливала: «Государства-члены, которые отвечают более высоким критериям военных потенциалов и приняли на себя в этой сфере более жесткие обязательства с целью выполнения максимально сложных миссий, устанавливают постоянное структурированное сотрудничество в рамках Союза»1 [Consolidated texts.., 2008]. Наконец, следует помнить, что PESCO складывалось в последние годы как часть определенного целого - глобальной стратегии Европейского союза в вопросах внешней и оборонной политики, объявленной еще в 2016 г., - программы принципиально долгосрочного характера и слишком обширной, чтобы усматривать в ней какую-либо прямую и непосредственную реакцию на эксцессы нынешней администрации США [Brattberg, 2018].

Другое дело, что, объявляя установку на «стратегическую независимость», европейские военно-политические инициативы последнего времени явно или неявно - это опять-таки легко прочитывается как в документах, так и в соответствующих аналитических работах - реагируют на всю сумму внутриатлантических противоречий, сегодня очевидных в ретроспективе чуть ли не с первых лет создания НАТО, но особенно с 1990-х годов. Возникает

1 В русском переводе текста договора «структурированное» переведено как «организованное». На английском языке эта часть договора изложена следующим образом: «Those Member States whose military capabilities fulfil higher criteria and which have made more binding commitments to one another in this area with a view to the most demanding missions shall establish permanent structured cooperation within the Union framework [см.: Consolidated texts.., 2008].

центральный для всей этой темы вопрос: как PESCO концептуально соотносится с НАТО и в какие практические формы выльется это соотношение в будущем? Декларативно новые европейские внешнеполитические и военные инициативы вполне ожидаемо никак не противопоставлены ни НАТО, ни США как ее основному центру влияния. Однако контент-анализ документов сразу же показывает, что уже сегодня Североатлантический альянс воспринимается как нечто весьма и весьма «внешнее» по отношению к PESCO и выделяется в соответствующих дискуссиях и аналитике больше «отсутствием», чем «присутствием». Но это в риторике, лексике и подтексте: ниже рассмотрим возможные сценарии того, как эта проблема может развиваться в плоскости практической политики.

PESCO: эволюция идеи

В конце 2017 г. Евросоюз принял решение («уведомление» стран-участниц) об официальном запуске PESCO. На начало 2018 г. о своем участии в программе заявили 25 государств: это все страны бывшей «Европы-28» за исключением Дании, Мальты и Великобритании, осуществляющей Брекзит. 20 государств - участников программы состоят в НАТО; к ним добавились традиционно условно нейтральные Австрия, Финляндия, Ирландия и Швеция. Из государств - членов НАТО в PESCO не участвуют Албания, Исландия, Черногория, Норвегия, Турция, Канада и США1.

К моменту объявления программы был наработан уже широкий круг идей (эксперты говорят примерно о 50 возможных проектах), вокруг которых могло бы строиться дальнейшее сотрудничество стран-участниц. По состоянию на весну 2018 г. сформировано 17 крупных проектов (см. приложение). Это, среди прочего, разработка сети логистических центров для поддержки

1 Соответственно, государствами - участниками PESCO стали Австрия, Бельгия, Болгария, Чехия, Хорватия, Кипр, Эстония, Финляндия, Франция, Германия, Греция, Венгрия, Италия, Ирландия, Латвия, Литва, Люксембург, Нидерланды, Польша, Португалия, Румыния, Словения, Словакия, Испания и Швеция. - Прим. авт.

49

военных операций, унификация механизмов стратегического командования и контроля, стандартизация военного транспорта, создание специальной радиосистемы, обеспечивающей совместимость различных радиоплатформ, организация центра передового опыта для учебных подразделений вооруженных сил стран - участниц ЕС [Permanent Structured... projects, 2018].

Предусмотрен строгий контроль в отношении того, как участвующие государства будут исполнять взятые на себя обязательства: это будет ежегодная «оценка», осуществляемая службой Верховного представителя Союза по иностранным делам и политике безопасности с ее руководителем (с 2014 г. - Ф. Могерини) и Европейским оборонным агентством1. Для оценки чисто военных («операционных») аспектов исполняемых проектов предусмотрено участие других структур Европейского союза.

Предполагается, что для достижения поставленных целей страны-участницы будут наращивать свои военные расходы (до уровня не менее 2% от объема ВВП). При этом инвестиции в проекты оборонного значения должны держаться на уровне не менее 20% от общего уровня военных расходов, а в военно-технические НИОКР - на уровне 2% от того же общего уровня военных расходов. Наиболее приоритетной областью должны стать совместные проекты («проекты сотрудничества»), финансирование которых может осуществляться, среди прочего, через Европейский оборонный фонд2. Государствам-членам при этом предлагается участвовать, как минимум, в одном из проектов PESCO, в будущем же они

1 Европейское оборонное агентство - основанное в 2004 г. агентство Европейского союза, орган его внешней политики и политики безопасности, главными функциями которого являются развитие оборонного потенциала, содействие европейскому сотрудничеству в области вооружений, повышение конкурентоспособности европейского рынка военной техники и усиление эффективности европейских оборонных исследований и технологий. - Прим. авт.

2 Европейский оборонный фонд - фонд, созданный в 2017 г. в целях координации и увеличения национальных инвестиций в оборонные НИОКР и механизмы по отработке совместимости между национальными армиями. - Прим. авт.

могут предлагать к рассмотрению любой новый проект, отвечающий целям «структурированного сотрудничества». Был образован секретариат программы с координирующими функциями. Декларирована «инклюзивная направленность» и транспарентность PESCO в отношениях с теми европейскими государствами, которые на сегодняшний день не присоединились к программе [Notification on permanent.., 2018].

Изначальной целью PESCO, как отмечают аналитики, было запустить процесс, который сообщил бы Европейскому союзу способность «без содействия со стороны США» справляться с кризисами, которые возникают за пределами ЕС, но так или иначе воздействуют на Союз [EU Defence.., 2018]. Более конкретно речь шла о таких проблемах, как сопровождавшийся вооруженными конфликтами процесс распада Югославии в 1990-е годы или более поздние очаги организованного насилия и нестабильности в Ливии (с 2011 г.), Сирии (с 2011 г.) и Мали (с 2012 г.). Предполагалось, что для этого необходима прогрессирующая интеграция, в конечном итоге ведущая к состоянию, понимаемому как общая оборона, «не дублирующая НАТО» [Permanent Structured... Policies, 2017, p. 7]. Если PESCO определить одним словом, пишет один из аналитиков, - это процесс. «Это институциональный процесс, инициированный авангардом ЕС, с тем чтобы Европейский союз приобрел «автономный военный потенциал», где последний - это нечто, находящееся в состоянии независимости от США [Idid., 2017, p. 8].

В публикациях отмечаются следующие особенности PESCO, отличающие проект от прежних оборонных инициатив, в разное время выдвигавшихся в Западной Европе.

В PESCO заложен инкрементальный (постепенно-пошаговый) подход к европейскому военному строительству. Программа, воплощая в себе идею тактики «малых шагов», популярной еще при начале организации европейских сообществ (1950-е годы), рассчитана на долгосрочный период, а не на немедленную реализацию.

Решения в рамках PESCO имеют обязательную силу: коль скоро государство присоединилось к «структурированному сотрудничеству», оно обязано следовать его декларированным

принципам, рекомендациям и решениям, принимаемым структурами управления программой.

Весь процесс структурирован: это ответ на вопрос, что значит «структурированное» в концепции и названии PESCO. Программа имеет в виду четкую организацию (структурирование) всего того, чем на сегодняшний день располагает европейское оборонное сообщество - финансы, вооружения, механизмы планирования, операционный потенциал. В таком подходе должны проявиться «пробелы в возможностях и потенциалах» (англ. Capability gaps), затем подлежащие заполнению мерами военного строительства. Для «структурированного сотрудничества» принципиальное значение имеет унификация вооружений. «До сих пор европейцы могли себе позволить 17 типов танков, 29 типов фрегатов и эсминцев и 20 типов боевых самолетов» [Permanent Structured... Policies, 2017].

Проекты PESCO планируют пересмотреть подобный подход» [PESCO и НАТО.., 2017]. Согласно логике программы, принципиальное значение имеет улучшение транспортной инфраструктуры гражданского и двойного назначения - мостов, шоссейных и железных дорог, взлетно-посадочных полос аэродромов и портов. «Изначально во время холодной войны операционный театр снабжения и транспортировки войск НАТО был достаточно ограничен - от крупных портов на побережье в Северной Франции, Бельгии, Голландии и в Германии в низовьях Рейна до территории за этой рекой. Ключевую роль как тогда, так и теперь играли морские коммуникации в Атлантике. Теперь коммуникации НАТО протягиваются далеко на восток - за Эльбу, до восточной границы Польши и Прибалтики включительно. Фактически речь идет об улучшении логистики и военных перевозок на территории всех новых государств - членов НАТО в Центральной и Восточной Европе на близких подступах к России. По-видимому, новые исходные центры военной логистики скоро разместятся в Германии и Польше» [PESCO и НАТО.., 2017].

Дальняя цель всего этого - выйти за пределы «сотрудничества», как оно понималось прежде, к «подлинной интеграции», к «общей обороне» и в перспективе к построению «европейской ар-

мии». Как часто подчеркивается, для европейской обороны PESCO -это то, чем был Маастрихтский договор (1992) для еврозоны, т.е. своего рода «оборонная еврозона».

Наконец, программа в общем и целом ориентирована на страны, которые идут в авангарде европейских процессов, и в этом смысле PESCO ассоциируется с широко обсуждаемыми сегодня идеями «разноскоростной европейской интеграции», «концентрических кругов» и «ядра» Европы. Собственно, именно ориентация на государства, «которые отвечают более высоким критериям военных потенциалов», и была заложена в Лиссабонском договоре ЕС, впервые в развернутом виде декларировавшем идею «структурированного сотрудничества» [Consolidated texts.., 2008]. Предполагается, что «прогресс, достигнутый немногими, пойдет на пользу всем». Принцип «авангарда», однако, не исключает открытости программы в отношении менее развитых стран, хотя, как отмечают многие аналитики, ситуация изначально ставила перед организаторами «структурированного сотрудничества» сложную дилемму - понизить уровень требований, чтобы привлечь как можно больше стран-участниц, или повысить его и свести число государств-членов к небольшому компактному «ядру». Как вопрос «разделения труда и усилий» эта дилемма, конечно, сохранится и в будущем. Пока очевидно одно - PESCO будет (или не будет) выстроено только на одном фундаменте - на германо-французской оси военного сотрудничества: собственно, именно по этой линии и шла организация программы в последнее время. К «внутреннему кругу» PESCO также относят Италию и Испанию. Наблюдатели также отмечают сильную мотивацию к участию в ней со стороны Финляндии, Эстонии, Чехии, Словакии, Греции и менее выраженную - со стороны Бельгии, Люксембурга и Нидерландов (всего блока Бенилюкс), а также Швеции, Португалии, Румынии, Болгарии, Латвии, Литвы и Кипра; пока не до конца определенной остается позиция Польши.

Итак, в концепции PESCO присутствует два основных компонента, определяемых как «обязательства» и «проекты». Присоединяясь к программе, государства берут на себя четко определенные обязательства - увеличить свои военные расходы, привести

стратегически значимые элементы своих вооруженных сил в соответствие с определенными стандартами, участвовать в общих программах по модернизации (закупкам) военной техники, в частности под эгидой Европейского оборонного агентства. Одновременно страны-участницы должны участвовать как минимум в одном конкретном проекте.

По мнению аналитиков, PESCO принесла с собой радикальный разрыв с прежними концепциями и практиками военного строительства в ЕС. В каких именно отношениях? Со времен Маастрихтского договора и по положениям ряда последующих договоров (Амстердамского, Ниццкого, Лиссабонского) ответственность за коллективную безопасность Европейских сообществ возлагалась на Западноевропейский союз (ЗЕС), учрежденный еще в 1948 г. То была исторически первая попытка создать единые вооруженные силы Европы. Проблемой ЗЕС, однако, изначально стало то, что европейские члены НАТО долгое время именно с Альянсом и связывали свои представления об общей обороне. Но поскольку за пределами Североатлантического блока оставался целый ряд европейских государств, в объединенной Европе со временем осознали необходимость в чисто европейской политике безопасности: результатом стало то, что сегодня называется Общей политикой безопасности и обороны - концепция и институция, учрежденная Лиссабонским договором и целиком находящаяся под юрисдикцией ЕС. ЗЕС сделался «излишним», в 2011 г. его упразднили, а все функции передали новым европейским структурам. Но появился вопрос, как все эти изменения, собственно, соотносятся с НАТО? И следующий вопрос: как в плоскости военной политики и военного строительства объединить европейские страны с различающимися военными потенциалами и «уровнями притязаний»?

Что касается второго вопроса, если начать с него, то на различных форумах скоро установилось общее согласие в том, что европейская оборона отныне требует усиленного сотрудничества государств друг с другом, взаимодействия и особой гибкости как в принятии решений, так и собственно в акциях военного характера. Проект конституции ЕС (2004) впервые изложил идею «струк-

турированного сотрудничества» между государствами, обладающими «более развитым военным потенциалом», позволяющим им решать «задачи, требующие особого внимания» в военной сфере: позже это положение будет более развернуто воспроизведено в ст. 42.6 и 46 Лиссабонского договора [Consolidated texts.., 2008].

Движение к осуществлению этих целей в ближайшие годы, однако, оказалось столь медленным, что за PESCO прочно закрепилось прозвание «спящей красавицы Лиссабонского договора». Поворотной точкой, возможно, стали украинские события 2014 г., объективно поставившие перед ЕС вопрос, как ему реагировать на события вблизи своих границ [Fiott, Missiroli, Tardy, 2018, p. 20]. Эксперты указывают и на другие факторы: «Террористические атаки в Европе, продолжающиеся конфликты в Сирии и Ливии (оба из которых обернулись миграционным кризисом 2015-2016 гг.), шок от референдума по Брекзиту в Великобритании и неожиданного избрания Д. Трампа президентом США - все эти факторы сошлись воедино, чтобы европейцы наконец-то прониклись серьезностью в отношении собственной безопасности - и собственной обороны тоже» [Idid., 2018, p. 20]. Наконец, резко обострились новые вызовы и угрозы - в первую очередь, проблемы киберпре-ступности, незаконного оборота оружия, организованной преступности - PESCO призвано реагировать и на них.

Итак, «спящая красавица» постепенно пробуждалась. В 2011 г. к «структурированному сотрудничеству» призвали Италия и Испания. С 2016 г. работа в этом направлении активизировалась в Европейском совете: последовал еще целый ряд инициатив. В июле 2017 г. тема была основательно проработана на встрече Франко-германского совета по безопасности и обороне, после чего Франция, Германия и Испания организовали специальную рабочую группу для потенциальных участников PESCO. Остальное известно: в течение ноября-декабря 2017 г. все уведомления были подписаны и официальные решения приняты.

Итак, что сегодня отличает PESCO от прежних оборонных начинаний Евросоюза (и от того, как национальная оборона осуществляется в странах, не присоединившихся к программе)? Это перевод процесса военного строительства в четкие институцио-

нальные рамки. Собственно говоря, сказать что-либо сверх этого о PESCO на данный момент нечего. Вопрос, следовательно, стоит так: чем и как будут заполнены эти институциональные рамки? И как «новая оборонная идентичность» Европы соотносится с НАТО? Ниже даны сценарии возможного развития процессов в этом плане.

Сценарии будущего платформы PESCO

Сценарий I. «PESCO не состоится». Этот сценарий стоит рассматривать ввиду тех все более острых противоречий внутри ЕС, которые обозначились в последнее время и касаются, как всегда, вопросов экономики, согласования решений по внутренней политике и границ. Насколько концепция «структурированного сотрудничества» осуществима, когда сама Европа «структурируется» на ядро и периферию? Данный сценарий тем более вероятен после Брекзита и начала президентства Д. Трампа, а также все более широкого распространения влияния популистских сил, ставящих под вопрос само существование объединенной Европы. ЕС при развитии этого сценария будет постоянно терять в своей способности эффективно координировать общую оборонную политику, особенно если при этом он утратит и сильных политических лидеров уровня А. Меркель. Тогда неизбежен возврат к прежнему положению дел и установкам, т.е. роли НАТО и США как фундамента.

Сценарий II. «Business as usual, сохранение статус-кво».

В этом сценарии общая оборонная политика ЕС будет двигаться по уже давно определившейся траектории, - возможно, с незначительными улучшениями в том, что касается потенциалов и качества принятия решений. Серьезных успехов «структурированному сотрудничеству» это, однако, не гарантирует, как не обещает и заметного прогресса в продвижении Евросоюза к «стратегической автономии». На видимую перспективу отношения с НАТО остаются тоже в ситуации статус-кво - без серьезных улучшений и ухудшений. В этом сценарии, необходимо подчеркнуть, есть много факторов неопределенности. Что, собственно говоря, на практике будут означать концепции «авангарда» и «миссий, требую-

щих особого внимания»? Миссии какого характера имеются в виду? Удастся ли обеспечить движение единым фронтом для государств-участников, широко различающихся своими военно-стратегическими культурами, восприятием угроз, уровнями экономики?

Сценарий III. «На пути к успеху». Это сценарий существенного, хотя в каких-то отношениях пока еще ограниченного, продвижения Евросоюза к более эффективной оборонной политике. Фактором этого успеха, собственно говоря, может стать сама PESCO, если будет развиваться так, как это заложено в сегодняшних планах. Надлежащее исполнение технических проектов «структурированного сотрудничества», увеличение расходов и числа НИОКР по разработке военной техники, общий рост затрат на оборону, более эффективное их использование через расширение кооперации и более четкую специализацию между участниками - все это может создать кумулятивный эффект. Он может серьезно усилить возможности общеевропейской политики в сфере обороны и безопасности, хотя, возможно, и не приведет к полной стратегической независимости ЕС от США. Вряд ли Европейский союз собственными силами сумеет создать тот объем потенциала сдерживания различных угроз, которые объединение считает для себя актуальными. Некоторые эксперты находят именно такой сценарий наиболее вероятным, указывая при этом на то, что он, однако, может привести и к существенному обострению противоречий между ЕС и США: «Если Европа сможет зайти столь далеко, почему бы ей не пройти и весь путь до конца» [Howorth, 2017].

Сценарий IV. «Внутриатлантическое размежевание». Этот сценарий, даже если на сколько-нибудь обозримую перспективу он и малореалистичен, стоит рассматривать ввиду тех противоречий между США и объединенной Европой, которые инспирируются по другую сторону Атлантики - в Вашингтоне. В США не только эпизодически раздаются голоса о том, что ЕС должен стать более независимым и «зрелым» игроком в международных делах, -сегодня это стало уже устоявшейся традицией определенного аналитического дискурса. Когда Д. Трамп говорит, что «США сыты по горло тем, что приходится кормить европейцев, привыкших ез-

дить зайцем, и необходимо переосмыслить самые основы Альянса» [Howorth, 2017], это далеко не только его личная позиция: примерно так же в президентской кампании 2016 г. высказывались Б. Сандерс и Р. Пол, а в исследовательском сообществе США появилась не одна книга на тему о том, что «союзники обходятся куда дороже, чем они того реально стоят» [Idid., 2017]. Пишут даже о том, что Вашингтон должен четко определить срок прекращения членства США в НАТО и отозвать свои войска из Европы. Например: следующая администрация должна «в первый же свой день» послать европейским государствам-партнерам четкий сигнал: «Занимайтесь сами своей обороной - мы возвращаемся домой» [Bacevich, 2016].

В период формирования НАТО ее генеральный секретарь лорд Г.Л. Исмей говорил: предельно общая задача НАТО - «держать русских [советских] - вне [Альянса], американцев - внутри, а немцев [ФРГ] - под контролем» [LORD ISMAY.., 2018]. Сегодня Германия вместе с Францией активнее всех участвует в европейском военном строительстве, США критикуют НАТО и чуть ли не собираются «возвращаться домой»... Да, много же воды утекло под мостами Сены, Рейна и Потомака!

Приложение

Военно-технические проекты PESCO Описание и распределение проектов между участниками [Permanent Structured... projects, 2018]

1 2

Организация европейского медицинского командования (European Medical Command) Германия Цель - создать систему надежного медицинского обеспечения военных миссий и операций силами многонациональных медицинских подразделений, легко развертываемых для оказания первой медицинской помощи, включая обнаружение пострадавших и их эвакуацию. Собственно Европейское медицинское командование должно осуществлять планирование, управление и координацию в данной области, а также гармонизацию национальных медицинских стандартов, подготовку и сертификацию кадров.

1 2

Создание европейской программно-определяемой радиосистемы (European Secure Software Defined Radio) Франция Цель - создание радиотехнологической системы, которая позволяет с помощью особого программного обеспечения координировать действия военных подразделений независимо от того, какие собственные радиоплатформы они используют. Система призвана обеспечить безопасность коммуникаций, значительно улучшая передачу данных и голосовой информации.

Организация сети логистических хабов в Европе для поддержки операций (Network of logistic Hubs in Europe and support to Operations) Германия Сеть логистических хабов для поддержки военных операций призвана усовершенствовать логистическое обеспечение миссий и операций европейских вооруженных сил. Цель проекта - найти трансграничные решения для организации единого логистического «зонтика». Проект нацелен на улучшение логистического планирования и установление единых стандартов в этой области для осуществления самых сложных миссий.

Военная мобильность (Military mobility) Нидерланды Цель проекта - стандартизация и упрощение процедур трансграничных перемещений военных подразделений. Акцент ставится на устранение бюрократических процедур в отношении перемещения военных подразделений по железнодорожным путям, шоссейным магистралям, по воздуху и по морю.

Организация Центра передового опыта для учебных миссий ЕС (European Union Training Mission Competence Centre) Германия Задача Центра - готовить высококвалифицированные кадры для работы в национальных учебных центрах ЕС, где они, в свою очередь, должны обучать инструкторов в странах деятельности. Несколько таких учебных центров уже создано.

Организация Центра «сертифицированного» европейского тренинга для европейских армий. (European Training Certification Centre for European Armies) Италия Задача Центра - содействовать стандартизации различных процедур, принятых в европейских армиях. Ориентирован преимущественно на средний и более высокий командный состав, который должен владеть всем спектром функций командования и контроля. Ставятся также задачи обучения для таких сценариев, как «гуманитарное содействие населению», «стабилизация ситуаций в военное время» и «постконфликтное урегулирование».

1 2

Энергетическое обеспечение операций (Energy Operational Function) Франция У проекта двойная цель. С одной стороны, он нацелен на развитие новых систем энергообеспечения для военных лагерей, развертываемых в ходе совместных операций. С другой - закладывается установка на то, чтобы энергетическая проблематика учитывалась на всех стадиях планирования операций - от начала до конца.

Пакет комплекса мер в отношении стихийных бедствий (Deployable Military Disaster Relief Capability Package) Италия Предусматривает организацию специального учебно-тренировочного центра для содействия операциям, осуществляемым как ЕС, так и государствами за пределами Союза. Ориентирован на борьбу с природными бедствиями, эпидемиями и любыми чрезвычайными ситуациями среди гражданского населения.

Проект по развитию полуавтономных противоминных технологий (Maritime (semi-) Autonomous Systems for Mine Countermeasures) Бельгия Цель проекта - развитие особых подводных технологий полуавтономного типа для обнаружения мин под водой и на суше для защиты судов, гаваней и любых офшорных систем. Нацелен на широкое использование самых современных подводных минных детекторов и беспилотных летательных аппаратов.

Организация системы портового и морского наблюдения (Harbour & Maritime Surveillance and Protection) Италия Цель - создать систему наблюдения и защиты морских пространств - от гаваней до приморских территорий и морских коммуникаций. Планируется организация единой системы сенсорного оборудования, соответствующего программного обеспечения и технологий наземного, подводного и воздушного наблюдения -системы, которая позволит обнаруживать широкий спектр морских угроз. Будет включать в себя пункты командования и контроля, размещаемые в гаванях и на прибрежных территориях.

Усовершенствование системы морского наблюдения (Upgrade of Maritime Surveillance) Греция Проект нацелен на модернизацию систем морского наблюдения с интеграцией наземных, морских и воздушных платформ, что позволяло бы осуществлять передачу информации в режиме реального времени. Ставится цель расширить возможности анализа морской обстановки и реагирования на возникающие угрозы, в том числе относящиеся к энергетической и экологической безопасности.

1 2

Создание базы обмена информацией в ответ на кибернетические атаки и угрозы (Cyber Threats and Incident Response Information Sharing Platform) Греция Главная задача - разработка более активных защитных механизмов противодействия кибернетическим атакам, которые использовали бы не только традиционные защитные экраны, а гораздо более продвинутые меры. Предполагается также построение широкой сети обмена разведывательной информацией в области кибернетической безопасности между государствами-участниками.

Организация сети взаимодействия для обеспечения кибернетической безопасности и формирования команд быстрого реагирования на кибернетические угрозы (Cyber Rapid Response Teams and Mutual Assistance in Cyber Security) Литва Планы по организации команд быстрого реагирования на кибернетические угрозы позволят участникам обеспечить более высокие уровни защиты в этой области. Предполагается, что такие команды смогут действовать не только для помощи другим государствам-членам, но и институтам ЕС, а также любым государствам, с которыми у ЕС установлены партнерские отношения. Разрабатывается специальный программный пакет, позволяющий обнаруживать, идентифицировать и устранять кибернетические угрозы.

Разработка системы командования и контроля для миссий и операций Общей политики обороны и безопасности (Strategic Command and Control (C2) System for CSDP Missions and Operations) Испания Проект ориентирован на усовершенствование командных и контрольных систем для стратегического уровня миссий и операций ЕС. Должен содействовать процессу принятия военных решений в ЕС, более четкому планированию и осуществлению боевых операций, а также координации вооруженных сил ЕС. Интеграция информационных систем объединит функции разведки, наблюдения, командования и контроля и логистики.

Производство бронированных боевых машин пехоты, амфибийных машин, легких транспортных средств (Armoured Infantry Fighting Vehicle / Amphibious Assault Vehicle / Light Armoured Vehicle) Италия Предполагается разработка и производство прототипов нового поколения боевых машин на универсальной платформе, что позволит поддерживать задачи быстрого развертывания, маневра, разведки, логистики, командования и контроля и медицинской помощи. Новые средства передвижения также должны усилить мероприятия в рамках общей оборонной политики ЕС, содействуя более строгой координации действий между европейскими армиями.

1 2

Поддержка стрельбы с закрытых позиций (Евроар-тиллерия) (Indirect Fire Support (EuroArtillery) Словакия Проект нацелен на разработку новейших артиллерийских мобильных систем повышенной точности. Производимые платформы должны обеспечить действия в бою, использование нелетальных вооружений и универсальную систему контроля огня - все это для более четкой координации подразделений в многонациональных операциях.

Ядро оперативно развертываемых операций по реагированию на кризисные ситуации (EUFOR Crisis Response Operation Core (EUFOR CROC) Германия Цель проекта - содействовать организации полного спектра технологий и процедур для реагирования на кризисные ситуации.

Список литературы

PESCO и НАТО: Взаимодополнение военных усилий, направленных на Восток. - 2017. - 15.11. - Режим доступа: https://eadaily.com/ ru/news/2017/11/15/pesco-i-nato-vzaimodopolnenie-voennyh-usiliy-naprav lennyh-na-vostok (Дата обращения - 12.05.2018).

Bacevich A. Ending Endless War: A Pragmatic Military Strategy // Foreign Affairs [site]. - 2016. - 1.09. - Mode of access: https://www.foreig naffairs.com/articles/united-states/2016-08-03/ending-endless-war

Brattberg E. Trump's European Misstep // Carnegie [site]. - 2018. -12.02. - Mode of access: http://carnegieendowment.org/2018/02/12/trump-s-european-misstep-pub-75518 (Date of access -12.05.2018).

Consolidated texts of the EU treaties as amended by the treaty of Lisbon // UK government [site]. - 2008. - 21.01. - Mode of access: https://assets.publishing.service.gov.uk/government/uploads/system/uploa ds/attachment_data/file/228848/7310.pdf (Date of access -12.05.2018).

EU Defence and Military: An Analysis of PESCO and Other EU Security Initiatives. - 2018. - 05.01. - Mode of access: https://www.brugesgroup.com/ blog/eu-defence-military-analysis-1 (Date of access -12.05.2018).

Fiott D., Missiroli A., Tardy Th. Permanent Structured Cooperation. What's in the Name. - The EU institute for Security Studies, 2017. - 71 p. -Mode of access: https://www.iss.europa.eu/sites/default/files/EUISSFiles/ CP_142_ONLINE.pdf (Date of access -12.05.2018).

Howorth J. Strategic autonomy and EU-NATO Cooperation: squaring the circle // Security Policy Briefs [site]. - 2017. - 10.05. - Mode of access: http://www.egmontinstitute.be/strategic-autonomy-and-eu-nato-cooperation/ (Date of access -12.05.2018).

LORD ISMAY // NATO [site]. - 2018. - Mode of access: https://www. nato.int/cps/su/natohq/declassified_137930.htm_(Date of access -12.05.2018).

Notification on permanent structured cooperation / / The EU Commission [site]. - 2018. - Mode of access: https://www.consilium. europa.eu/media/31511/171113-pesco-notification.pdf (Date of access -12.05.2018).

Permanent Structured Cooperation (PESCO). - Factsheet // The EU Commission [site]. - 2018. - 5.03. - Mode of access: https://eeas.europa.eu/ headquarters/headquarters-homepage /34226/permanent-structured-coopera tion-pesco-factsheet_en (Date of access -12.05.2018).

Permanent Structured Cooperation (PESCO) first collaborative PESCO projects // The EU Commission [site]. - 2018. - 5.03. - Mode of access: https:// www.consilium.europa.eu/media/32079/pesco-overview-of-first-collaborati ve-of-projects-for-press.pdf_(Date of access -12.05.2018).

Permanent Structured Cooperation: National Perspectives and State of Play. European Parliament. Directorate General for External Policies / The EU commission, Policy Department. - 2017. - 87 p. - Mode of access: http://www.europarl.europa.eu/RegData/etudes/STUD/2017/603842/EXPO_ STU%282017%29603842_EN.pdf (Date of access -12.05.2018).