Дело мастера боится

КАДРЫ ДЛЯ БИЗНЕСА

дело мастера

боится -

^ Я  югрин

Вопреки кризису, спрос на бизнес-образование в России растет. Это нормальная тенденция: в период спада наемные менеджеры и предприниматели обращаются за знаниями, которые помогут их бизнесу эффективнее справиться с экономическими неурядицами. «Спрос на программы бизнес-образования всегда асинхронен с экономическим циклом: он растет в период кризиса и падает в период подъема, — подтверждает президент Российской ассоциации бизнес-образования, директор Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС Сергей Мясоедов. — Набор на различные программы бизнес-образования, в том числе MBA, вырос в 2015 году примерно на 10%. В ведущих бизнес-школах рост еще значительнее: например, мы набрали почти на четверть больше слушателей». Пиковые российские показатели примерно соответствуют общемировым: в школу менеджмента Йельского университета в прошлом году на программы MBA поступило на 25% больше студентов, чем годом раньше, в бизнес-школу Кенан-Флаглер Университета Северной Каролины — на 23%. Впрочем, в абсолютных величинах российские программы MBA безусловно проигрывают западным: у нас по ним обучается около 15 тыс. человек ежегодно, в то время как в США, по данным Bloomberg, 250-300 тыс.

Рост популярности MBA, о котором бодро рапортуют крупнейшие отечественные университеты, далек от объективной реальности, полагает ректор школы бизнеса «Синергия» Григорий Аветов. «Никто точно не знает размеры рынка — а значит, не может оценить объемы спроса, — говорит он. — Но ряд школ в кризис точно просел и в наборе слушателей, и в доходах». Тем не менее, отмечает эксперт, сильные игроки быстро адаптировались и смогли резко увеличить показатели за счет гибкого ценообразования и внедрения новой продуктовой линейки. Например, в Московской международной школе бизнеса «МИРБИС» ввели формат обучения «уик-энд раз в месяц», который ориентирован на менеджеров из регионов и стран СНГ; его выбрала половина осеннего набора 2015 года. «В программу на 2017 учебный год мы включили курсы по бизнес-аналитике и «большим данным»,

Программы MBA — самый дорогой и сложный продукт российских бизнес-школ. В последние годы они столкнулись с естественным притоком слушателей, для которых обучение на Западе стало недоступным. Однако о результативности таких программ до сих пор ведутся споры. Одни выпускники добиваются карьерного роста, другие признаются в бесполезности обучения. Почему российская степень «мастера делового администрирования» не считается «знаком качества» управленца?

риск-менеджменту, управлению потребительской ценностью и другим направлениям, — рассказывает директор по маркетингу и развитию «МИРБИС» Фёдор Фёдоров. — Приходится актуализировать программу дважды в год, перед весенним и осенним наборами».

ОБРАЗОВАНИЕ ЦЕН

Самая очевидная проблема программ MBA — их дороговизна: средняя стоимость двухгодичного обучения составляет около 550-600 тыс. рублей. У топовых бизнес-школ, лидирующих в рейтингах, она в полтора-два раза выше. Как отмечают эксперты, в последние три-четыре года цены росли довольно медленно и увеличивались соответственно официальным показателям инфляции. «Цена программы — вполне точный критерий для ее выбора, — утверждает Сергей Мордовин, ректор Санкт-Петербургского международного института менеджмента (ИМИСП). — Чем дешевле программа, тем с большей долей вероятности качество ее окажется ниже. При этом самые дорогие программы включают множество дополнительных, не всегда полезных опций: преподавание на иностранных языках, изучение экзотических для менеджера

40 бизнес-журнал | сентябрь | #9 2016

СЛУШАТЕЛИ ПРОГРАММ MBA

15 тыс. 250-3(

В РОССИИ В США

СРЕДНЯЯ СТОИМОСТЬ ОБУЧЕ[ ПО ПРОГРАММАМ МВА (ДВА Г

Р 550 тыс. $12

В РОССИИ В США (СРЕ

дисциплин, зарубежные модули, приглашение иностранных преподавателей и прочее».

Сами образовательные учреждения считают свою ценовую политику вполне обоснованной. По их уверениям, зарабатывают бизнес-школы на МВА не так уж и много. Больше того, себестоимость программ из года в год растет, а прибыль биз-нес-школ сокращается. Основную статью затрат составляет зарплата преподавателей. «На хороших программах работают практики, пришедшие из бизнеса, руководители именитых тренинговых центров, консультанты с большим опытом, — объясняет Сергей Мясоедов. — А их труд обычно оценивается рынком в несколько раз выше, чем труд вузовских профес-соров-теоретиков, «заслуженных деятелей» науки. Поэтому качественные программы МВА дороги и будут продолжать дорожать — как в России, так и во всем мире». Помимо преподавательского состава, школы тратятся на методические материалы, выдаваемые слушателям, техническое оснащение аудиторий. «Если делать сильную программу, она обязательно будет дорогой, — соглашается Григорий Аветов. — В «Синергии» мы тратим десятки миллионов рублей на спикеров, программное обеспечение, методическое сопровождение. При этом набрать в группу сотню человек нельзя: тогда обучение потеряет всякий смысл. Если разделить себестоимость на количество слушателей, вы как раз и получите цену, которую выставляет школа; ни о каких сверхприбылях в этом сегменте говорить не приходится». По мнению Сергея Мордовина, ситуация даже хуже: многие качественные программы МВА на российском рынке недооценены. «Поэтому именно они и дорожают, несмотря на кризис», — добавляет эксперт.

В таких условиях приходится лезть из кожи вон, чтобы привлечь аудиторию. Снижая затраты, многие бизнес-школы прибегают к очевидным «антикризисным» мерам: сокращают

ния

ОДА)

5 тыс.

;дитоп-ю БИЗНЕС-ШКОЛ)

СЕРГЕЙ МЯСОЕДОВ

ПРЕЗИДЕНТ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ БИЗНЕС-ОБРАЗОВАНИЯ, ДИРЕКТОР ШКОЛЫ БИЗНЕСА ИБДА РАНХИГС

Программа МВА не имеет государственного статуса. Здесь вам не дадут «государственных корочек» и не напишут за вас липовую докторскую диссертацию для визитной карточки. Сюда идут за практическими знаниями, обменом самым последним опытом и его структурированием, за новыми деловыми связями с себе подобными. Гарантия качества диплома МВА — это многолетние наборы на программы, каждая из которых стоит как недорогая иномарка. Во всех ведущих бизнес-школах России 80-85% наборов идет через «сарафанное радио», когда выпускники приводят своих друзей, убедившись, что программа нужна. Чтобы понять, нужна ли вам программа, надо проработать как минимум пять-семь лет в реальном бизнесе. Тогда вы, вероятно, почувствуете потребность в структурировании собственного опыта. А пока эта потребность не пришла, программа МВА вам не нужна. Лучше заняться плаванием, йогой или записаться на курсы кройки и шитья.

КАДРЫ ДЛЯ БИЗНЕСА

СЕРГЕИ

мордовин

РЕКТОР имисп

Безусловно, «знаком качества» работника не может быть никакой диплом учебного заведения. Работодателю нужна эффективная работа — и ее может обеспечить только сам человек, а не бизнес-школа. Но диплом об окончании качественной (не любой!) программы MBA, разумеется, является неким свидетельством наличия у его обладателя комплексных знаний по общему менеджменту.

сроки программ, закладывают в них больше практических занятий и урезают теорию, предлагают все большее количество материала к самостоятельной проработке. Лидеры рынка такой стратегии, как правило, избегают, а вот в сегменте сравнительно недорогих программ оптимизация затрат и последующий демпинг — единственный способ стимулировать приток слушателей. Три года назад президент Российской лиги MBA Юрий Тазов оценивал нижний порог стоимости очной программы MBA в столице в 400 тыс. рублей; этой весной планка стоимости «приемлемой по качеству» программы, по его словам, опустилась до 300 тыс.

— Не стоит забывать о том, что МВА — это программа дополнительного образования, которая что-то дает только тем, кто уже имеет опыт работы в бизнесе, — добавляет Сергей Мясоедов. — Успешный бизнесмен — это тот, кто умеет делать прибыль. Высокими ценами программы МВА всех стран мира отсекают тех, кто не умеет много зарабатывать. МВА помогает развить талант к предпринимательству, но не может обеспечить его появление, если человек изначально не склонен к этой области деятельности. Это как консерватория для музыканта: без слуха в нее идти не надо. Для тех, кто еще не подтвердил талант к бизнесу на практике, не научился зарабатывать деньги, существуют вузовские программы магистратуры по менеджменту, которые намного дешевле.

МАСТЕРА И ПОДМАСТЕРЬЯ

Гибкость бизнес-школ в вопросах ценообразования, продолжительности и наполнения программ MBA — прямое следствие прекращения в 2012 году их государственного регулирования. Со школ сняли обязанность соблюдать установленные стандарты для образовательных программ типа MBA, но при этом лишили их права выдавать по итогам обучения диплом государственного образца. С одной стороны, бизнес-школы стали значительно легче подстраиваться под изменения рынка и получили огромное конкурентное преимущество перед традиционными вузами. С другой — отмена стандартов привела к засорению сегмента некачественными программами и появлению множества суррогатов. Под видом нового формата MBA нередко подаются тренинги или курсы

повышения профессиональной квалификации. Например, программа «мини-MBA» — очень краткий управленческий ликбез, который с реальной MBA роднят лишь три буквы в названии. Сертификаты о прохождении таких программ чаще всего не признаются вузами или работодателями за пределами России. Не стоит путать их с довольно популярным гибридом «магистратура плюс MBA», появление которого на свет также связано с отменой госрегулирования. В этом комбинированном продукте слушателям выдается государственный диплом магистра, но практические знания и управленческие навыки они получают из полноценной программы MBA.

За неимением отечественных надзорных структур сильнейшие школы с программами MBA вынуждены проходить аккредитацию своих программ за рубежом. Соответствие одному из самых престижных в мире стандартов AMBA подтверждается Международной ассоциацией MBA со штаб-квартирой в Лондоне. Как отмечает Сергей Мясоедов, в России по нему аккредитовано лишь 13 программ из почти 200 присутствующих на рынке. Кроме этого, можно получить национальную независимую аккредитацию Национального совета по оценке качества делового образования, который три года назад учредили крупнейшие объединения работодателей. Ее имеет и того меньше — всего 12 программ. Остальные ищут обходные пути. «Под видом престижной западной аккредитации AMBA, AACSB или EFMD бизнес-школы могут подсунуть вам свидетельство о членстве в этих ассоциациях, — рассказывает Юрий Тазов. — Или того лучше — показывают красиво выполненные свидетельства об аккредитации программ некими (якобы известными) международными структурами — какой-нибудь, условно говоря, «Ассоциацией бизнес-школ Западного Нила».

Такая ситуация отчасти подмочила репутацию MBA. Отсутствие единых стандартов во многом объясняет претензии к качеству российских программ MBA. Однако, по мнению Юрия Тазова, корни проблемы уходят глубже в историю. На российскую почву успешные западные программы MBA начали переносить в конце 1990-х годов — и изначально сделали ставку на обучение менеджменту, но не предпринимательству. Преподавателей, которые могли бы донести до слушателей практические основы создания и развития собственного дела, не хватало: «учителя» тогда еще сами набивали шишки в организации бизнеса. В итоге программа неплохо срабатывала на наемных менеджерах, но буксовала на предпринимателях. По данным исследования Российской лиги MBA, проведенного в 2012 году, 57% закончивших MBA предпринимателей (а не корпоративных работников) заявили, что обучение им ничего не дало, и только 9% посчитали полученные знания полезными в работе. Справедливости ради стоит добавить, что с аналогичной проблемой сталкивается и западный мир: согласно прошлогоднему исследованию Bloomberg, только 4% студентов американских программ MBA запустили свой бизнес по окончании обучения, еще 5% начали работать в стартапах.

Скепсис в отношении программ MBA нарастает и среди наемных менеджеров. Опрос, проведенный исследовательским центром портала Superjob в 2015 году среди управленцев среднего и высшего звена, показал, что 15% респондентов вообще не видят смысла в получении этой степени. Результаты другого исследования, проведенного исследовательским институтом Talent Equity Institute, вообще подвергают сомнению наличие корреляции между бизнес-образованием и эффективностью работника. Сотрудники института изучили

42 бизнес-журнал | сентябрь | #9 2016

прошлогодние списки Harvard Business Review самых эффективных руководителей компаний в России и за рубежом. В среднем по миру степень MBA имеет каждый третий успешный руководитель. В России 18% всех исполнительных или генеральных директоров имеют степень MBA. При этом в списке самых эффективных директоров обладателей степени меньше — всего 17%.

НАУЧИ СЕБЯ САМ

Лидеры рынка, тем не менее, отвергают критику в свой адрес. «Вокруг бизнес-образования сложилось много мифов и неверных утверждений, — считает Сергей Мясоедов. — Упреки в теоретичности, оторванности от практики, нехватке сильных преподавателей относятся в первую очередь к ряду известных остальным игрокам вузов, которые устремились в бизнес-образование за деньгами. В ведущих бизнес-школах страны работают команды высокопрофессиональных преподавателей, теснейшим образом связанных с практикой». В список лидеров (помимо ИБДА РАНХиГС) эксперт заносит Высшую школу менеджмента СПбГУ Школу бизнеса «Сколково», «МИРБИС», Казанскую школу MBA, Калининградскую школу бизнеса, Школу менеджмента МИСиС, Школу бизнеса РУДН, Высшую школу экономики и других.

— Российским бизнес-школам нужно законодательное признание, — продолжает Мясоедов. — В законе РФ «Об образовании» нет ни слова об управленческом или бизнес-образовании. Во всех российских классификаторах оно считается частью экономической специальности, что неверно. Менеджмент, например, складывается из прикладных знаний в области психологии, социологии, юриспруденции и уже затем — экономики. Отсюда путаница в умах части делового сообщества, которое искренне не понимает, почему отличный вуз часто не может создать даже посредственную программу MBA. По большей части неудовлетворенность выпускников связана с тем, что они поступают на MBA в известный с советских времен вуз, а получают все то же второе высшее образование по конспектам двадцатилетней давности.

По мнению Сергея Мордовина (ИМИСП), винить в невысоких результатах обучения стоит не разработчиков или преподавателей, а приемные комиссии: на программы MBA часто набирают слабо подготовленных слушателей, да и в процессе обучения предъявляют к студентам крайне низкие требования. Между тем прохождение программы требует не только реального опыта управления, но и солидной внутренней дисциплины: чем больше ты вложишься в обучение, тем лучшим будет результат. «Программы MBA, — говорит Мордовин, — нужны далеко не всем управленцам, а лишь тем, кто достиг уровня, на котором требуются комплексные, а не только функциональные знания основ управления. MBA дает в первую очередь знания, а плюсом к ним — практические управленческие инструменты. Что касается навыков, то тут не следует питать никаких иллюзий: управленческие (как, впрочем, и любые другие) навыки возникают в процессе реальной работы, но не учебы. Хотя некоторые очень полезные навыки на программах MBA все-таки отрабатываются: командная работа, анализ сложных ситуаций, принятие решений и прочее».

Для тех, кто проактивен в обучении, получение степени MBA может действительно сыграть позитивную роль в продвижении по службе или развитии бизнеса. Исследование

Фёдор Фёдоров

директор по маркетингу и развитию «мирбис»

Можно порекомендовать следующий алгоритм для выбора школы бизнеса и программы обучения. Определитесь с целью обучения и специализацией (функциональной или отраслевой). Проведите исследование: изучите предложения на рынке, сравните рейтинги бизнес-школ и цены, узнайте, как долго игроки работают на рынке. Проверьте, имеет ли выбранная вами программа MBA международную аккредитацию AMBA. Изучите состав преподавателей и учебный план — и, самое важное, сходите на день открытых дверей или на занятие.

григорий аветов

ректор школы бизнеса«синергия»

Англосаксонские бизнес-школы в сотни раз опережают российские и по качеству программ, и по уровню нетворкинга, и по стоимости. Но есть главная причина, по которой я бы, например, не поехал получать образование в Англии или США. Если цель его получения заключается в увеличении эффективности работы твоей компании, находящейся в России, то англосаксонское образование можно считать совершенно неприкладным для решения этой задачи.

Российской лиги MBA, выполненное в 2015 году, показало, что выпускники MBA в самом деле могут рассчитывать на более высокие должности и зарплаты. В среднем их доход после окончания программы растет на 65%. Тем не менее для работодателей наличие «корочки» MBA не является непременным условием найма на вакансию менеджера высшего или среднего звена, отмечает Григорий Аветов («Синергия»): «Цель MBA-образования не в показухе для хедхантеров. Оно нужно в первую очередь для решения своих собственных задач по систематизации знаний и большей эффектив- цц ности в бизнесе». НИ