Общие принципы права, признанные цивилизованными нациями, в Российской и зарубежной научной литературе

П.Е. Земскова

ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА, ПРИЗНАННЫЕ ЦИВИЛИЗОВАННЫМИ НАЦИЯМИ, В РОССИЙСКОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ НАУЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Ст. 38 Статута Международного Суда Организации Объединенных Наций определяет круг источников международного правосудия. Необходимо сразу оговориться, что в данном случае речь идет об источниках, предназначенных для применения Международным судом ООН. В перечень, включающий в себя международные конвенции, международный обычай, судебные решения и доктрины (в качестве вспомогательного средства), также входят «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями». Данная формулировка, будучи достаточно общей и обтекаемой, имеет большой потенциал для разнообразных трактовок, а потому стала предметом острой дискуссии в отечественной и зарубежной научной литературе. В центре данной дискуссии отчетливо выделяются два ключевых вопроса. Какова природа общих принципов права, признанных цивилизованными нациями? Каковы причины их выделения в отдельном параграфе Статута в качестве самостоятельного источника?

Итак, какова же природа общих принципов права, признанных, цивилизованными нациями? Подразумеваются ли под данным термином основные принципы международного права или принципы национальных правовых систем?

Можно выделить три основных взгляда на данную проблему, существующие в научной литературе.

Ряд ученых полагает, что под общими принципами права, признанными цивилизованными нациями, следует понимать основные принципы международного права, которые лишь впоследствии могут стать частью национального права. Такую точку зрения разделяет профессор Г. Кельзен. Он исключает возможность существования принципов права, общих всем цивилизованным государствам (прежде всего, этому препятствуют идеологические - политические, культурные - различия). Для

него общие принципы права зарождаются и действуют только в рамках международного права, при этом будучи частью договора или обычая. В связи с этим Г. Кельзен не соглашается признавать общие принципы права в качестве самостоятельного источника международного права. «Можно... утверждать, что «общие принципы права» могут быть применяемы, только если они являются частью международного права, о котором упоминается в параграфах «а» и «b» ст. 38»1.

Для академика В. М. Корецкого понятие «общие принципы права» также равнозначно понятию «общие (основные) принципы международного права»2.

Профессор В. Н. Дурденевский утверждал, что общие принципы права «по своей природе суть наиболее основные положения международного обычного права»3.

Для профессора Д. Б. Левина общие принципы права включают в себя «основные начала международного права». Данный термин он расшифровывал как «нормативные идеи, лежащие в основе системы международного права»4. Вероятнее всего, Д. Б. Левин понимал под используемым им термином «основные начала международного права» «принципы международного права». Поэтому допустимо говорить о том, что Д. Б. Левин также приравнивал общие принципы права, признанные цивилизованными нациями, к общим принципам международного права.

В другой, и даже несколько более распространенной, трактовке под общими принципами права понимаются нормы, существующие в большинстве национальных систем права. Такие нормы признаются регуляторами в сфере международных отношений уже в силу факта своей идентичности.

Например, Р. Филлимор относил общие принципы права к принципам национальных правовых систем цивилизованных государств. По его мнению, это принципы, «принятые всеми государствами in foro domestico»5.

А. Лапрадель также полагал, что общие принципы права - это «принципы, на которых основывается национальное право»6.

А. Фердросс говорит о том, что было бы неверным ставить знак равенства между общими принципами права и принципами международного права. Общие принципы права не отражены в полной мере ни в договоре, ни в обычае, поэтому представляют собой более широкое понятие. Скорее, общие принципы права - это принципы национальных правовых систем цивилизованных государств, то есть «принципы, которые уже получили позитив-

ное выражение в действующих правовых системах государств»7. При этом общие принципы права - это не просто совпадающие нормы в праве различных государств; в их основу должны быть положены общие правовые идеи.

Л. Лефюр определяет общие принципы права как естественное право, выраженное в позитивном праве «цивилизованных государств»8.

П. И. Лукин называет общими принципами права «принципы, закрепленные в законодательстве всех государств-членов ООН или в законодательстве большинства самых значительных государств в каждой отдельной из основных правовых систем мира»9.

Профессор М. Бартош понимает под термином «общие принципы и общие юридические институты, признанные цивилизованными нациями»10 принципы национальных правовых систем. Однако как только данные принципы входят в международное право, они сразу же «порывают» с внутренним правом и становятся неотделимой частью международного права.

Профессор Э. Д'Амато также относит общие принципы права к принципам, зарождающимся в недрах национального права. Свою точку зрения он иллюстрирует следующим примером: «Все цивилизованные нации признают право на брак, а также тот правовой статус, который приобретают супруги, вступая в брак... Право на брак и сопутствующее право на невмешательство государства в брачные отношения стали частью международного права»11. Однако необходимо отметить, что Э. Д'Амато очень тесно соотносит обычай и общие принципы права. Они в его логике рассуждений практически неразличимы.

Некоторые ученые представляют компромиссную, умеренную точку зрения, заключающуюся в тесном взаимодействии международного и внутригосударственного права при возникновении и дальнейшем развитии общих принципов права. Д. Анцилотти говорит о том, что общие принципы права - это, в первую очередь, принципы международного права, но при этом к числу общих принципов права также можно отнести и ряд принципов, «признаваемых в законодательстве всех стран»12. И хотя такие принципы не могут быть отнесены к принципам международного права, Международный Суд может использовать их как «материал» для создания новой нормы.

Г. Морелли утверждает, что общие принципы права не являются принципами международного права; скорее, общие принципы

права - это критерии, «которыми должен руководствоваться Суд при вынесении решения в случае, если он констатирует, что не существует ни обычной, ни конвенционной нормы, применимой к рассматриваемому случаю»13. Указанные критерии формируются на основании принципов национального права. Таким образом, Г. Морелли прямо подчеркивает взаимозависимость норм национального и международного права.

Ш. Руссо придает общим принципам права особое значение. Для него общие принципы права - это самостоятельный источник права, включающий как принципы национальных правовых систем цивилизованных государств, так и принципы международного права, «не совпадающие ни с обычными, ни с конвенционными нормами». Это принципы «общие внутреннему правопорядку и международному правопорядку».14

Приверженность ученых одной из трех указанных точек зрения определяется тем, какую концепцию разделяет каждый в вопросе соотношения международного и внутригосударственного права: монистическую или дуалистическую. Говорить о преобладании в природе общих принципов права международно-правового или, напротив, национально-правового компонента склонны приверженцы монистической концепции, признающие единство систем международного и внутригосударственного права. Соответственно, часть сторонников этих концепций исходят из примата внутригосударственного права (а значит и корни общих принципов права видят в национальных правовых системах), часть - из примата международного права (а значит, ставят знак равенства между общими принципами права и основными принципами международного права).

Приверженцы дуалистической концепции, базирующейся на идее о том, что международное и внутригосударственное право рассматриваются как два различных правопорядка, не абсолютизируют независимость двух правопорядков, отмечая устойчивую связь международного права с внутригосударственным. Напротив, они подчеркивают: для того чтобы международное право могло выполнять свою задачу, оно постоянно должно обращаться за помощью к внутригосударственному праву. Именно поэтому ученые, разделяющие дуалистические научные воззрения, подобно Д. Анцилотти, говорят об общих принципах права, национально-правовых нормах и принципах международного права как о звеньях единой правовой цепи.

Таким образом, нельзя однозначно ответить на поставленный нами вопрос о природе общих принципов права, соотнося их либо исключительно с основными принципами международного права, либо видя в них квинтэссенцию норм национально-правовых систем. Поэтому гипотеза Ш. Руссо о единстве общих принципов права для внутреннего и международного правопорядка представляется вполне логичной. С такой, компромиссной, точки зрения, общие принципы права можно определить как национально-правовые нормы, которые через обычаи и договор вошли в международное право. Профессор Г. И. Тункин говорит о том, что «наличие внешне одинаковых принципов и норм в различных системах национального права нередко ведет к появлению соответствующих принципов и норм международного права»15. Однако он также отмечает, что наличие общих принципов, свойственных национальным правовым системам, не означает, что они тем самым автоматически становятся общими принципами в международном праве. По мнению Г. И. Тункина, войти в состав международного права они могут не иначе, как путем согласования воль государств, то есть через международный договор или международный обычай. Очевидно, что для того, чтобы та или иная норма, значимая для всех национальных правовых систем цивилизованных государств, приобрела статус общего принципа права, она в первую очередь должна быть признаны государствами в качестве «применимой в международном праве»16.

Подобный подход следует признать наиболее логичным: лишь совместное волеизъявление государств позволяет той или иной норме приобрести международно-правовой характер, что еще раз подтверждает согласительную природу международного права. Можно сделать вывод о том, что категория «общие принципы права»/, скорее, отражает не формальную, а содержательную сторону правовых установлений.

Итак, проанализировав различные точки зрения, мы, с большой долей вероятности, можем утверждать, что путь общих принципов права в международное право лежит через международный договор или международно-правовой обычай. И связь между ними столь тесна, что порой доходит до смешения, особенно когда речь идет о разграничении общих принципов и обычных норм. Кроме того, как правило, нормы конвенционного и обычного международного права считаются достаточным основанием для вынесения решения Международным Судом.

В таком случае возникает вопрос, насколько обоснованно выделение общих принципов права, признанных цивилизованными нациями, как самостоятельного источника международного правосудия в отдельном параграфе ст. 38 Статута Международного Суда ООН?

И этот вопрос тем более обоснован в связи с тем, что ряд ученых не считают необходимым рассматривать общие принципы права как самостоятельный источник. Более того, они полагают, что упоминание об общих принципах права в ст. 38 Статута Международного суда ООН - излишне.

Г. Кельсен утверждает: структура международного права такова, что она не предполагает возникновения «пробелов» -любой спор международного характера можно разрешить, используя нормы обычая или договора17. А значит, параграф «с» ст. 38 Статута - избыточен.

Сходную точку зрения выражает и профессор П. Гуггенхайм: «... при рассмотрении вопроса о пробелах нет никакой технической необходимости для. расширения законодательной процедуры. Несомненно, что все общие принципы права, применение которых прямо предусматривается в соглашениях об арбитраже и судебном разбирательстве, входят в конвенционное право. Но даже в тех случаях, когда этого не было, некоторые международные арбитры по своей инициативе применяли общие принципы права из области национального частного или публичного права. Валидитарность этих принципов в таких случаях может быть доказана в рамках обычного права»18. «Таким образом, общие принципы права основываются или на конвенционном, или же на обычном праве»19.

Другие авторы готовы видеть в общих принципах права отдельный самостоятельный источник права. Однако при этом они несколько смещают акценты и, скорее, указывают на ценность общих принципов права не как самостоятельного источника, но как правовой основы для придания Международному Суду ООН нормотворческих функций. Д. Анцилотти говорит о том, что принципы, «признаваемые в законодательстве всех стран» могут быть использованы Международным Судом как «материал» для создания новой нормы20. Для Г. Морелли общие принципы права, существующие в рамках внутригосударственного права, также, в первую очередь, выполняют функции правовых критериев, которыми должен руководствоваться международный суд, в случае отсутствия соответствующей обычной или договорной

нормы21. И все же подобная трактовка не имеет под собой достаточных оснований. Г. И. Тункин объясняет невозможность наделения Международного суда ООН функциями создания новых норм, апеллируя к тексту п. 1 ст. 38 Статута Международного Суда ООН: «Суд... обязан решать переданные ему споры на основании международного права.» Такую формулировку следует трактовать, как: «суд не творит международное право, он его применяет»22.

В правовой теории также распространена еще одна точка зрения, заслуживающая внимания. Считается, что общие принципы права, устанавливаемые путем выделения общего в различных правовых системах, имеют в основном технико-юридический характер. Например, правила lex specialis derogat generali - специальный закон/договор имеет приоритет над общим, lex posterior derogat priori - последующий закон/договор имеет приоритет над предыдущим, закон/договор обратной силы не имеет и другие. Так, профессор К. Шреер пишет: «Общие принципы права являются важным источником международного права... Обычно они менее охватывают вопросы политического и более технического характера, чем нормы обычного международного права»23.

И, наконец, по мнению Л. Оппенгейма, параграф «с» в ст. 38 Статута выполняет своего рода косвенную «функцию компромисса», подразумевая на международно-правовом уровне отказ от позитивистского взгляда, согласно которому только договоры и обычай могут являться единственными источниками международного права, а международный суд «бессилен выносить решения» в случае отсутствия соответствующей конвенционной или обычной нормы. «Это равным образом означало отказ и от той естественно-правовой точки зрения, согласно которой естественное право является основным источником международного права. Дело сводится, таким образом, к принятию точки зрения, которая. воздавая должное и придавая в общем решающее значение воле государств как творцов международного права, не отрывала международного права от юридического опыта и практики человечества в целом. Косвенным результатом действия этой статьи должно быть прекращение спора между школами позитивистов и натуралистов»24.

Таким образом, общие принципы права, признанные цивилизованными нациями, предстают в теории международного права как отражение основных принципов международного

права, либо принципов, общих национально-правовым системам. Однако, с точки зрения современной науки, общие принципы права, признанные цивилизованными нациями, следует рассматривать как ряд совпадающих норм и принципов национальных правовых систем, ставших частью международного права путем «согласования воль государств», иными словами, - вошедших в международное право в форме обычая или договора. Первоначально общие принципы права зародились во внутреннем правопорядке различных государств. Государства создавали совпадающие нормы самостоятельно, а также используя типовой опыт правового регулирования. Совпадение практики различных государств привело к возникновению общей практики регулирования внутригосударственных отношений. Впоследствии некоторые из возникших общих принципов стали частью международного права. Общие принципы права нецелесообразно выделять в качестве самостоятельного источника международного права, поскольку они в полной мере находят свое воплощение в международном договоре и обычае. Однако как источник, играющий важную роль в практике Международного суда ООН, общие принципы права вполне автономны и самостоятельны.

Примечания

1 H.Kelsen Principles of International Law, 1952. P. 540

2 В. М. Корецкий. «Общие принципы права» в международном праве. -Киев: 1957. С. 45.

3 В. Н. Дурденевский. Пять принципов // Международная жизнь. 1956. № 3. С. 45.

4 Д. Б. Левин. Основные проблемы современного международного права. -М.: 1958. С. 100

5 Ch. Rousseau. Principles generaux du droit international public, 1944. T. 1. P 513

6 Там же.

7 А. Фердрос. Международное право. - М: 1959. С. 45

8 L. Le Fur. La coutume et les principles generaux du droit comme sources du droit international public // Recueil d'Etudes sur les sources du droit en l'Honneur de Francois Geny. Vol. III (1937). P.368.

9 П. И. Лукин. Источники международного права. - М.: Изд. АН СССР, 1960. С. 100

10 M. Bartos. Transformation des principes generaux en regles positives du droit international // Melanges offerts J. Andrassy, 1956. P. 11.

11 The Frolova Case: a Practioner's View, by Anthony D'Amato, 1 New York Law School Human Rights Annual 33 (1983). Code A 83 d, P. 5, 6.

12 D. Anzilotti. Corso di diritto internazionale. Roma: 1928. P. 106-107.

13 G. Morelli. Cours general de droit international public // RDC. Vol. 89 (1956). P. 470-471.

14 Ch. Rousseau. Principles generaux du droit international public, 1944. T. 1. P. 511

15 Г. И. Тункин. Теория международного права. - М.: 2000. С. 179.

16 Там же.

17 H. Kelsen. Principles of International Law. P. 540

18 Цит. по кн.: Тункин Г. И. Теория международного права. - М.: 2000. С. 170.

19 P. Guggenheim. Traite de droit international public, 1953. T. 1. P. 292

20 D. Anzilotti. Corso di diritto internazionale. Roma: 1928. P. 106-107.

21 G. Morelli. Cours general de droit international public // RDC. Vol. 89 (1956). P. 470-471.

22 Г. И. Тункин. Теория международного права. - М.: 2000. С. 169.

23 Ch. Schreuer. The ICSID Convention: A Commentary. - Cambridge: 2001 P. 614

24 Л. Оппенгейм. Международное право, т. I, п/т I. - М.: 1949. С. 15.