Особенности политики идентичности в России

ГОСУДАРСТВО И РЕЛИГИЯ

А. И. Овчарова ОСОБЕННОСТИ ПОЛИТИКИ ИДЕНТИЧНОСТИ В РОССИИ

В статье предпринята попытка проанализировать особенности российской политики идентичности в различных ее аспектах: национальном, культурном, миграционном и других. Кроме того, автор стремится показать, что государства и политические партии пытаются управлять идентификацией граждан и учитывать ее в политике и идеологии как неинституциональный политический ресурс.

Ключевые слова: политическая идентичность, политика идентичности, политическая власть, государство, общество, политическая система.

В современной политической теории понятие идентичности становится одним из важнейших при объяснении причин и предпосылок политического выбора граждан, особенностей их партийных предпочтений, склонностей к определенному типу политического поведения. Очевидно, что и характер политических интересов зависит от осознания гражданами собственной принадлежности к социальной группе, выступающей в роли субъекта политических отношений. Политическая идентичность человека складывается в процессе политической социализации личности, что связано с особенностями существующего политического режима, норм правопорядка, ценностей, идеалов государственного устройства и т. п., а также представляет собой желание индивида принять участие в решениях власти с помощью публичной демонстрации своей политической воли.

Происхождение термина «политика идентичности» связано с историей афроамериканского движения 1960-1970 гг. Перевод на русский язык с английского данного термина неточно передает его содержание, т.к. в нем сливаются два английских термина: identity politics (политика властей в отношении различных социальных групп и меньшинств) и politics of identity (политика «снизу», ситуативное, прагматичное, тактическое и стратегическое изменение идентичности членов этих групп в зависимости от политической, экономической и социальной ситуации) [1, с. 82].

Следует отметить, что, если ранее политика идентичности растворялась в национальной,

культурной, миграционной политике, то теперь она приближается к выделению в самостоятельное направление.

Смысл рассматриваемого нами определения «политика идентичности» заключается в том, что государства и политические партии пытаются управлять идентификацией граждан и учитывать ее в политике и идеологии как не институциональный политический ресурс. Данное обстоятельство позволяет результативно формировать национальную идентичность для поддержания социального равновесия, символов государственной власти, ослабления политических оппонентов, изоляции радикализма, экстремизма, терроризма и пр.

Сама политика идентичности тесно связана с миграционной политикой и включает в себя несколько направлений и элементов, среди которых можно выделить: территориальный, демографический, духовно-культурный, производственный. Следует отметить и такие взаимосвязанные составляющие политики идентичности, как: индивидуализирующая (преобладающая в культурах с сильной рыночной ориентацией), организационная, государственническая, международная.

Зачастую этническая идентичность тесно переплетается с конфессиональной либо с общегражданской, кроме граждан европейских стран - потомков выходцев с африканского или азиатского континентов, у которых в любом случае сохраняется доминирование этничности над гражданством.

В России, как и в современной Европе, имеется серьезный конфликтный потенциал этнической идентичности вопреки стремлению политической власти создать солидарное общество с единой наднациональной моделью идентичности. Однако российская ситуация осложняется стремлением национальных элитных групп в субъектах Федерации сохранить в качестве значимых моделей и национальные, и региональные, которые позволяют контролировать формирование общественного мнения и даже управлять им; европейская же - фактически провалившейся политикой мультикультурализма.

Любой власти, в том числе политической, требуется поддержка граждан и общества, а главным элементом политической жизни выступает индивид, без которого политическая система не может эффективно действовать, обеспечивать собственную жизнеспособность. В связи с тем, что человек не рождается с политическим опытом, определенными социальными качествами и культурой, он приобретает их на протяжении всей своей жизни. Для того, чтобы жить в рамках конкретного общества или группы, он должен усвоить существующие ценности, ориентиры, позиции, позволяющие ему адаптироваться к социальной среде. Политическая социализация означает процесс усвоения индивидом политических ценностей, идеалов, знаний, чувств, опыта, позволяющих ему успешно выполнять различные политические роли. Все перечисленное тесно взаимосвязано с политической идентичностью личности. Она в свою очередь определяется индивидуальными политическими интересами, предпочтениями и убеждениями человека, влияющими на понимание и отношение к существующей власти, воздействующими на представление о месте и роли данной личности в политической жизни общества и государства. Кроме того, компонентом индивидуальной идентичности является и социальная групповая идентичность: чаще всего человек отождествляет себя с представителем определенной политической силы, направлением в политическом движении, за которыми стоят реальные политические субъекты (партии, организации, объединения и т. п.). Поэтому его личностное восприятие политики и своего места в ней формируется под воздействием определенных коллективных установок, идеологии, ценностей, которые встраиваются в политическое самосознание человека не без влияния политических элит.

Так, В. В. Кочетков, комментируя особенности сложившейся политической ситуации в нашей стране, справедливо отмечает, что «...к сожалению, все сценарии, которые сейчас выдвигаются различными элитными группами, рассматривают политическую динамику российского общества только в контексте уровня мировых цен на нефть или газ, от которых зависит наполнение федерального бюджета. В них полностью отсутствует анализ политической и экономической ситуации в соотношении с основными трендами развития современной цивилизации, и поэтому все их прогнозы носят исключительно вероятностный (в виде различных сценариев), а не целеполагающий характер [2, с. 4].

К сожалению, кроме вышеназванного, игнорируются и особенности российской идентичности. По словам Президента РФ В. В. Путина, национальная идея не появится, если государство не станет над этим работать, самоустранится. Россия, согласно его заявлению, не может двигаться вперед без культурного и духовного самоопределения [3]. Конечно, это ни для кого не является тайной и ничего нового выдумывать не надо. Мы солидарны с мнением В. Ю. Верещагина, утверждающим, что традиционным стержнем русской идеи является русский вопрос, выражающий ее практическую сторону и касающийся реального состояния русского этноса, его многообразных проблем (экономических, политических, социокультурных, духовных, демографических и т. д.) [4, с. 112].

В настоящее время то, что репрезентируется в российском обществе как поиск государственной идеологии, по мнению Г. Зверевой, скорее представляет собой опыт конструирования информационной сетевой системы в целях упрочения опять-таки политической власти. Практический результат подобной работы выглядит как создание некой матрицы, сложного информационного продукта, адресованного обществу и способного обеспечивать функционирование государственной власти в тех параметрах, которые для нее представляются оптимальными [5]. В соответствии с выбранной позицией усваивается и мысль о том, что информационные технологии создают новые формы отношений в системе «государство - политика - экономика - общество», качественно меняют облик политической, социальной, экономической культуры.

Таким образом, поля взаимодействия производителей и потребителей нового брэнда матри-

Философия права, 2013, № 6

цы - информационно-медийное, социально-культурное, бытовое, публичное, приватное - рассматриваются как сложные сети его продвижения и потребления [5].

Согласно исследованию О. А. Судоргина, если власть действительно заинтересована в адекватном представлении своих интересов в обществе, то одной из главнейших задач, стоящих перед ней, будет создание и организация функционирования специализированных институтов. Эти институты должны представлять и реализовы-вать интересы власти в информационном пространстве. Основными каналами воздействия власти на информационное пространство сегодня могут быть связи с общественностью и средства массовой информации: электронные, печатные и интернет-СМИ [6, с. 14].

Политика лидерства в центре, воспроизводимая в различных формах в субъектах Федерации, имеет в своей основе структуры старой элиты и нарождающегося социально-экономического порядка. Такой режим не является волюнтаристским правлением, он функционирует в соответствии с логикой «дворцовой» политики, совмещенной со сложностями современной экономической системы.

Сложившийся общественный порядок имеет глубокие корни в отечественной институциональной и политико-культурной традиции моносубъективности власти, т. е. сосредоточении властных ресурсов в одном персонифицированном институте при сугубо административных функциях всех других институтов.

Готовность действовать определенным образом предполагает наличие сформированной политической культуры индивида, которая выражается, прежде всего, в сложившихся у него политических позициях в отношении к политической власти. Наиболее сложно сформировать устойчивые образцы политического поведения в обществах, где политическая культура отличается неоднородностью и взаимодействием политических субкультур. Тем более, учитывая, что идентификационные формы политической власти довольно разнообразны (социальная идентификация, территориальная, социально-демографическая, этническая, конфессиональная, а также профессиональные идентификационные формы, из которых следуют и особенности включения разных субъектов в политику).

В изучении политической идентификации важную роль играют антиномии (состояния соз-

нания, проявляющие противоречия, полюса которых не могут быть устранены). Антиномич-ность выражается в том, что мышление использует понятийные бинарные оппозиции как неустранимое противоречие познания. Например, антиномии «стабильность - изменчивость», «Восток - Запад», «локализм - глобализм», «партикуляризм - универсализм», «рационализм - иррационализм» и т. д. Отношение «полюсов» предполагает их неустранимость и поиск неких взаимодействий, синтезов, компромиссов [7].

Указанные противоречия вскрывают суть политической идентификации. У человека неистребима историчность мировосприятия, сохранение в сознании принадлежности к определенной общности как относительно стабильной величине, важной для жизни людей. Стабильность смягчает дискомфорт восприятия постоянно меняющегося мира. Тем не менее Э. Эриксон подчеркивал устойчивость идентичности как фактор сохранения личной и общественной стабильности. Утрата идентичности в результате социальных изменений бывает очень болезненной. Трагичные последствия влечет искусственный, навязанный людям отказ от представлений и убеждений, которые еще значимы для большинства населения. Такой отказ нередко выливается в кровавые межэтнические и социальные конфликты [8].

В современной ситуации резкого изменения всей жизнедеятельности российского общества идентификация населения по религиозному или национальному признакам носит очевидный политический характер. Сейчас россияне, ощущающие себя этнически русскими, действительно переживают кризис идентичности, что выражается в их аполитичности и неспособности или нежелании поддерживать своих этнических «братьев» в отличие, например, от обычной практики солидарности живущих в России народностей Кавказа. У большинства русского населения новые политические ценности не сформированы, а его политическая самоидентификация не соответствует системе их политических ценностей. На этом фоне неопределенности идентификационного образа российских граждан, позиционирующих себя русскими, и амбивалентности национальной политики правящей элиты заметно усилилось влияние Русской православной церкви, которая не скрывает своих намерений сблизиться с официальной властью и помочь в выработке политического

консенсуса идеологических и религиозных предпочтений россиян. Данная проблема требует скорейшего решения и должна получить оценку в контексте исторического момента и существующей политической ситуации.

Литература

1. Соколовский С. В. Современный этногенез или политика идентичности. Об идеологии натурализации в современных социальных науках // Этнографическое обозрение. 2012. № 2.

2. Кочетков В. В. Российская элита и модернизация политической системы. М., 2013.

3. Минин С. Россия без идентичности // НГ-политика. 2013. 20 сентября.

4. Верещагин В. Ю. Лекции по русской культуре. Ростов н/Д, 1998.

5. Зверева Г. Построить Матрицу: дискурс российской власти в условиях сетевой культуры. URL: http://polit.ru/article/2007/04/11/zvereva/

6. Судоргин О. А. Современная информационная политика государства: мировой опыт и российская практика: автореф. дис. ... д-ра полит. наук. М., 2011.

7. Щупленков О. В., Щупленков Н. О. Политическая социализация и идентичность в условиях трансформации российского общества // NB: Проблемы общества и политики. 2013. .№ 6.

8. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М., 1996.