«Мое исследование будет… для тюркологии не бесследно» письма Н. Ф. Катанова к Э. К. Пекарскому. 1900-1916 гг

Р.М. Валеев

«МОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ БУДЕТ... ДЛЯ ТЮРКОЛОГИИ НЕ БЕССЛЕДНО»

Письма Н.Ф. Ка ганова к Э.К. Пекарскому. 1900-1916 гг.

Научные и просветительские заслуги Э.К. Пекарского и Н.Ф. Катанова в истории российской тюркологии воистину неоценимы.

Э.К. Пекарский (1858-1934) известен как выдающийся ученый - тюрколог и языковед, крупный исследователь-этнограф. Сосланный за пропаганду народничества на поселение в Якутию, он стал заниматься изучением языка, фольклора и этнографии якутского народа. Вошел в историю мировой и отечественной тюркологии фундаментальным «Словарем якутского языка», был составителем и редактором академического издания серии «Образцы народной литературы якутов» (т. 1-111, 1907-1916). Его участие в экспедиции, организованной в 1894-1896 гг. Восточно-Сибирским отделением Русского географического общества, сыграло исключительную роль в сборе лингвистических, этнографических и фольклорных материалов якутского народа.

В 1905 г. Э.К. Пекарский получил разрешение жить в Санкт-Петербурге, работал в Этнографическом отделе Русского музея (1905-1910 гг.) и в Музее антропологии и этнографии им. Петра Великого (с 1911 г.). В 1914-1917 гг. он был секретарем отделения Русского географического общества (образовано в 1845 г.) и редактором журнала «Живая старина». В 1927 г. Э.К. Пекарский был избран членом-корреспондентом АН СССР ив 1931 г. - почетным академиком.

Биография и наследие Н.Ф. Катанова (1862-1922) также имеют огромное значение для истории отечественной тюркологии. Его педагогическая и научная деятельность - неоспоримое свидетельство крупных достижений российской тюркологии, развития отечественных гуманитарных исследований на рубеже Х1Х-ХХ вв.

Важным событием жизненного и профессионального пути Н.Ф. Катанова стало

его научное путешествие в 1889-1892 гг. в Центральную Азию с целью изучения языков и этнографии тюркских народов, организованное и поддержанное Русским географическим обществом, Петербургской Академией наук и Министерством народного просвещения. По значимости собранных общегеографических, лингвистических и историко-культурных материалов эта экспедиция стоит в ряду других известных путешествий в Среднюю Азию, Монголию, Сибирь и Восточный Туркестан, предпринятых во второй половине XIX - начале ХХ в. Среди участников этих масштабных экспедиций были Ч.Ч. Валиханов, Г.Н. Потанин, Н.М. Пржевальский, братья Г.Е. и М.Е. Грумм-Гржимайло, В.И. Роборовский, В.В. Радлов, П.И. Лерх, В.А. Обручев, П.К. Козлов, Г.Н. Цыбиков, Н.И. Веселовский, В.В. Бартольд, В.А. Жуковский,

К.Г. Залеман и др.1

Назначение Н.Ф. Катанова 9 ноября 1893 г. преподавателем восточных языков императорского Казанского университета открыло новый этап его научно-педагогической и общественной деятельности2. В целом заслуги Н.Ф. Катанова состоят в исследовании языков, традиционных и новых форм экономической и социальной жизни, быта, фольклора и духовной жизни тюркских народов Саяно-Алтая, Синьцзяна, Поволжья и Приуралья.

Особый интерес представляет многообразное эпистолярное наследие Н.Ф. Катанова. Первые письма, которые он написал своим наставникам, друзьям и коллегам, датируются 1884 г. Переписка продолжалась до его смерти в 1922 г. Письма дают возможность осветить и оценить многие значимые события творческой биографии ученого, которые долгие годы оставались вне поля зрения многих исследователей, изучавших жизненный путь

студента, путешественника и профессора Н.Ф. Катанова.

Их писем мы узнаем, например, что отсутствие в Казанском университете и в Казанской духовной академии полноценных условий для изучения восточных языков предопределило окончательное решение Н.Ф. Катанова поехать поступать на Восточный факультет Санкт-Петербургского университета. В принятии этого решения важную роль сыграли первые наставники будущего ученого Н.И. Ильминский и В.В. Радлов3.

По прибытии в Петербург Н.Ф. Катанов 20 августа 1884 г. написал Н.И. Ильминско-му: «Так как мне желательно изучать восточные языки, факультета которых нет в Казани, я решился 16 ч[исла] уехать от Вас в Питер. Ректор университета д[окто]р медицины] Андреевский. Он зачислил меня в студенты и обещал дать стипендию на первом же курсе, что весьма желательно для меня. Столица очень нравится мне. Итак, если надо Вам навести кое-какие справки насчет минусинских наречий, я готов к Вашим услугам»4.

Письмо студента Н.Ф. Катанова другу Арсению Арсениевичу Ярилову (18681948) от 16 октября 1884 г. передает свежие впечатления о пути из Красноярска в столицу Российской империи. «Был я в Томске, будущем рассаднике сибирского просвещения, был и в столице древнего Казанского царства - Казани. Оба города, а затем обе столицы произвели изумительное впечатление, паче всего последняя. Там, а больше всего здесь, в столице, замечательное сочетание изящества с художественным в архитектуре и прочих произведениях ума чело-веческого»5.

Огромный интерес представляют неопубликованные письма Н.Ф. Катанова, написанные известным отечественным востоковедам - В.В. Радлову (1837-1918), В.Р. Розену, Э.К. Пекарскому, С.Ф. Ольденбургу (1863-1934), К.Г. Залеману (18491916) и другим ученым. Опубликованы письма Н.Ф. Катанова академику В.В. Радлову в период с 17 апреля 1889 г. по 12 ноября 1892 г., написанные в ходе комплексной этнографической и лингвистической экспедиции из основных центров южной

полосы Сибири и Восточного Туркестана. В сентябре 1893 г. в своем предисловии к изданию этих писем путешественника Н.Ф. Катанова его учитель В.В. Радлов отмечал, что в них «немало сведений, новых и интересных для этнографии и турколо-гии» (тюркологии. - Р.В.). Основоположник комплексных историко-этнографических и лингвистических экспедиций в места проживания тюркских народов Сибири второй половины XIX в., В.В. Радлов обращал внимание читателя на то, что письма его ученика «представляют особый интерес потому, что написаны на местах исследований и под свежим впечатлением»6. Именно Н.Ф. Катанову было суждено продолжить в 1889-1909 гг. комплексные тюркологические лингвистические, фольклористические и этнографические исследования в Центральной Азии.

К сожалению, до настоящего времени не опубликованы многие письма ученого-тюр-колога и не сформировалась комплексная историко-научная и источниковедческая традиция введения в научный оборот эпистолярного наследия профессора Н.Ф. Ка-танова. Не менее важное значение для истории российской тюркологии представляют письма Н.Ф. Катанова к Э.К. Пекарскому, написанные в первые десятилетия ХХ в. и ныне хранящиеся в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН.

№ 1

Казань.

22 мая 1900 г.

В город Якутск,

Его Высокородию Э.К Пекарскому.

Извещая о получении Вашего прекрасного во всех отношениях «Словаря якутского языка» (Якутск, 1899), содержащего слова на букву «а», а - ахсат (стр. 1-128), имею честь выразить Вам за присылку сего ценного издания сердечнейшую благодарность.

Жаль только, что печатание его тянется так долго и что Академия наук не взялась за его издание, тогда как словарь и по замыслу, и по исполнению заслуживает полной похвалы и всяческого поощрения.

Чтобы отблагодарить Вас за внимание, посылаю Вам со своим близким знакомым,

иеромонахом Алексием (в мире Оконешни-ковым), природным якутом, часть своих трудов, печатанных в Казани и Сибири. Не могу послать своих казанских изданий, уже разошедшихся, и изданий столичных, которых также теперь нет. Прошу принять посылаемое в дар и знак признательности за Ваше внимание.

Если бы Вы пожелали печатать у нас в Казани какие-либо статьи по истории или этнографии якутов и др[угих] инородцев, для Ваших этих статей места нашлось бы везде много, напр[имер]: в «Учен[ых] записках] Казан [ского] унив[ерситета] или «Известиях» Общ[ества] арх[еологии],

ист[ории] и этн[ографии], председателем которого я состою.

Свидетельствуя Вам свое почтение и преданность, остаюсь Вашим покорным слугою.

Н. Катанов

Санкт-Петербургский филиал Архива РАН, ф. 202, оп. 2, д. 195, л. 1-2. Подлинник.

№ 2

Казань, 30 ноября 1901 года.

Многоуважаемый Эдуард Карлович!

Сим имею честь уведомить Вас, что и статья В.Ф. Трощанского7 «Эволюция черной веры у якутов», и сопроводительное к ней Ваше письмо от 26 октября с.г. мною вчера в исправности получены. Ожидая от Вас присылки остальных 2/3 работы Тро-щанского, пока займусь чтением присланной вчера части. Меня очень интересовала его программа, которую я печатал и корректировал несколько лет тому назад в «Известиях» Общества археологии, истории и этнографии, где я состою председателем. Настоящая работа покойного В[асилия] Ф[илипповича], по-видимому, меня заинтересует еще больше, так как в ней я нахожу много сходного с чертами шаманства юж-но-сиб[ирских] тюрков и урянхайцев Сев[ерной] Монголии, быт, язык и верования которых я исследовал в 1889-1892 годах. Так как Вы вполне научно и основательно занимаетесь якут[ским] яз[ыком], то мне будет весьма приятно принести Вам весною, а может и раньше, в дар мое обширное исследование об урянхайском язы-

ке (приписка Э.К. Пекарского: «Просить 1 экземпляр для В.М. Ионова»8. - Р.В.), который, по мнению моему, вместе с карагас-ским9 сходен с якутским, а потому мое исследование будет Вам, быть может, не бесполезно (приписка Э.К. Пекарского: «даже очень». - Р.В.) и для тюркологии не бесследно, так как Вы можете, глядя на него, многое осветить иначе, ибо Вы стоите у источника, мало исчерпанного, и к тому, чтобы черпать из него, обладаете лучшими средствами, чем многие наши рус[ские] ученые.

Что Вам не отвечают из СПб. Академии наук, то для меня ничуть не удивительно, ибо, как я могу судить по случаям, бывшим неоднократно и со мною, людям дорога своя копейка, свой досуг и свой труд, а до других им мало дела. Несмотря на это, Вы не отчаивайтесь и не бросайте дела, так хорошо начатого. Мне в качестве председателя приходится вести упорную борьбу с общепринятым здесь мнением, что инородцы обречены на вымирание, а потому (!) не следует ими заниматься. Зато честь и слава иностранцам, к[отор]ые беспристрастно и издавна изучают наших инородцев много лучше самих русских.

Преданный Вам Н. Катанов

Санкт-Петербургский филиал Архива РАН, ф. 202, оп. 2, д. 195, л. 4-5 об. Подлинник.

№ 3

8 января 1904 г.

Многоуважаемый Эдуард Карлович!

Уведомляя Вас о получении письма от 10 декабря 1903 г., благодарю Вас за него и за Ваше доброе расположение ко мне, радуясь, что Вы моим изданием сочинения Тро-щанского остались довольны. Ко всем сочинениям, которые я редактирую и которые в каком-либо отношении касаются любимой мною моей родины - Сибири, я прилагаю возможное старание, чтобы они вышли в свет получше. Так я действую в противовес Петербургу, в котором я не нашел приюта благодаря старательным проискам некоторых ориенталистов, которые боялись найти во мне соперника. В.В. Радлов, как и всегда, обещался устроить мою судьбу по-

лучше, но не устроил. Теперь я должен служить за 2000 руб. в Казани и иметь каких-н[ибудь] 2-4 слушателей с разных факультетов, и только. В начале декабря я защищал на степень магистра турецко-та-тар[ской] словесности диссертацию и получил таковую, но надежды на переход в СПб. никакой нет, хотя бы на ту же должность, как и здесь (VI класса). Там я виделся с Клеменцом10, Радловым11 и Залема-ном12. Последние двое просят Вас прислать материалы словаря для печатания возможно больше, чтобы сразу печатать 10-12 печатных] листов, не меньше. Пока часть набирается, другая будет в дороге, а третья в корректуре у Вас. Радлов говорит, что Вам послано пособия около 500 руб., о получении коих Вы даже будто не известили никого. Я отстаивал крепко Ваши интересы и доказывал им, что такого знатока якут[ско-го] яз[ыка], как Вы, нигде нет, и что, если Вы не получите от них удовлетворения, я поищу для печатания другое место и надеюсь, что найду таковое легко, напр[имер] в Гельсингфорсе, Будапеште или Казани. Затем я резко говорил с ними о том, что они, петербургские ученые, свысока смотрят на провинциалов, эксплуатируют труды их под предлогом помощи им и никогда не принимают к сердцу чужих исследований, подлежащих к печати, если за это не будет особого вознаграждения, и доказал им это исторически, а затем выразил сожаление, что провинциалы зря обращаются к петербуржцам и тратят время на выжидание. Я лично был командирован Академией наук в разные страны Азии и собрал столь много материала, что за 15 лет Академия наук едва, при моих постоянных напоминаниях, напечатала 1/6 часть. На печатание остального понадобится еще 75 лет? Как Вам нравится? Собирал я 4 года, а будет печататься 90 лет. Из-за последнего я долго говорил с академиками, но не добился ничего, кроме упрека, зачем я так много собирал. Тогда я заявил, что более в СПб. печатать не буду. Вот почему я стараюсь относиться к разным печатаниям о Востоке со всею душою. Обо всем этом я сообщаю Вам для сведения и руководства. Если печатание всецело поручите петербуржцам, то Ваш словарь ожидает та же участь, что и мои материалы,

т.е. 10-15 лет. Академикам я ставил в упрек, что они печатают такой, в сравнении с Вашим словарем, ничтожный материал, как записи гг. Мошкова и Рыбакова, не стоящие, по-моему, ни копейки.

Дай Бог Вам успехов во всем! Если есть у Вас мелкие вещи, листов на 2-3-4, не более, то я с удовольствием проведу в печать сейчас же. H откладывайте далеко того, что можно печатать сейчас же.

Вышлите мне для академика В. Munkacsi13 в Будапешт 1-й вып. «Словаря якут[ского] яз[ыка]» налож[енным] платежом, и я хочу сделать ему презент, так как он интересуется якут[ским] яз[ыком].

Свою диссертацию об урянхайском языке я доставлю Вам сейчас же, как только получу из переплета. Прошу принять ее от меня в дар и в знак глубочайшей признательности Вам за образцовые, истинно академические исследования якут[ского]

яз[ыка].

Ваш H. Станов

Санкт-Петербургский филиал Архива PAH, ф. 2Q2, оп. 2, д. 159, л. 2Q-24 об. Подлинник

№ 4

10 апреля 1910 г.

Глубокоуважаемый Эдуард ^рлович!

Только что отправил Вам поздравительное письмо, как мне принесли первую корректуру статьи Трощанского «Шброски о якутах». Боясь, как бы чтение корректуры не затянулось, посылаю Вам корректуру и оригинал (последнего 14 страниц); надеюсь, что Вы прочтете и исправите корректуру на праздниках. След[ующую] корректуру я прочту сам, согласно Вашим исправлениям. Дальнейший набор пойдет без замедления. Думаю, что с чтением корректуры и Вы не будете медлить.

Еще раз желаю Вам и глубокоуважаемой Елене Андреевне14 провести праздник в отдыхе и радости.

^к я желал видеть Вас здесь! Видно, не угодно судьбе. Проводя ст[атью] Трощан-ского чрез факультет, я указывал на то, что в прежнее время немало появлялось в «Учен[ых] зап[исках]» статей о Востоке (Банзарова, Березина, Koвaлевскoгo и др.) и

что поэтому ст[атья] Трощанского нисколько не будет лишней и т.д.; но на это мне был один смех с замечанием, что довольно нянчиться с инородцами и что таким статьям вовсе не место в «Учен[ых] зап[исках]». Если такое презрительное отношение Вы видите со стороны ученых, чего же требовать от грубых мужиков? Я думаю, что инородцами (бытом, языком, верованиями, правом и пр.), напротив, совсем мало интересуемся, а не то чтобы нянчиться с ними. Насколько силен в России интерес к инородческим языкам, можете судить, напр[имер], по тому, что своего «Опыта исследования урянх[айского] яз[ыка]» я продал в России 3 экз., в Германии 28 ив Англии - 26. Так спрашиваются и словари ино-родч[еских] яз[ыков], издаваемые миссионерским] о[бщест]вом. У меня во время путешествия по Азии набран материал для 11 тюрк[ских] диалектов. Если не найдутся издатели, придется или отправить в Западную] Европу, или бросить в печку.

Будьте здравы и благодушны оба!

Преданный Вам Н. Катанов.

дите лето? Неужели все в городе? Как здоровье Елены Андреевны? Не скучаете ли, как моя жена, по Сибири?

С 1 мая с.г. я не состою уже ни граждан [ским] цензором, ни военным, а потому буду иметь много времени для занятий наукою. Не удастся ли побывать мне опять в Петрограде? Как бы хорошо было! Вы интересовались город[ским] музеем. Но без фотограф [ических] снимков трудно сделать что-л[ибо] для Вас, а при нашей бедности фотография - редкость. Знаете ли, что я основал истор[ико]-этн[ографический] музей и при духов [ной] акад[емии], где я состою орд[инарным] проф[ессором]? Но у нас только вещи по исламу, буддизму и иудейству (идола, снимки, рисунки, костюмы и пр.). С.Е. Малов15 видел музей и может рассказать, что музей представляет из себя, по сравнению с этн[ографическим] музеем Акад[емии] Наук, 1/1000000 часть.

Мое почтение Елене Андреевне и Вам. Как жаль, что я не видал здесь А.Н. Самой-ловича (я ездил в Симбирск).

Уважающий Вас Н. Катанов.

Санкт-Петербургский филиал Aрxива PAH, ф. 2Q2, оп. 2, д. 159, л. 53-54 об. Под-

линник.

Санкт-Петербургский филиал Aрxива PAH, ф. 2Q2, оп. 2, д. 159, л. бб-б7 об. Под-

линник.

№ 5

Казань

10.07.1916 г.

Глубокоуважаемый Эдуард Карлович!

От всего сердца благодарю Вас за дорогой Ваш подарок - «Краткий русско-якутский словарь», 2-е изд. 1916 (242 стр. в 8 д.л.), в котором я нашел много интересного, что встречается только в языке урянхайцев (хотя бы напр. косун - костор). Благодарю Вас за память.

Когда я виделся с Вами в 1907 году, Вы показывали мне поправки к миссио-нер[ским] изданиям на якут[ском] яз[ыке]. Не дадите ли мне эти поправки и другие, если есть, чтобы представить их от Вашего имени в переводческую комиссию правления] миссионер [ского] о[бщест]ва для соответствующих изменений?

Как поживаете и чем теперь занимаетесь? Много ли осталось до конца якут[ско]-рус[скому] словарю? Где прово-

Примечания

1 См.: Валиханов, Чокан. Избранные произведения. М., 1987; Потанин Г.Н. Очерки северозападной Монголии: Результаты путешествия,

исполненного в 1876-1877 гг. Вып. 1-4. СПб., 1881-1883; Пржевальский Н.М. Путешествие в Уссурийском крае 1867-1869 гг. СПб., 1870; Пржевальский Н.М. Из Зайсана через Хами и Тибет и на верховья Желтой реки. СПб., 1883; М., 1948; Памяти Николая Михайловича Пржевальского

по Монголии и Тибету. Экспедиция РГО. СПб., 1913; Козлов П.К Монголия и Амдо и мертвый город Хара-хото. 1907-1909: Экспедиция в Нагорной Азии. М. -Пг., 1923 и др.

2 См.: Центральный государственный исторический архив (ЦГИА). Ф. 14, оп. 1, д. 8933, л. 50; Национальный архив Республики Татарстан (НАРТ). Ф. 977, оп. Совет, д. 8904.

3 Покровский И.М. Памяти проф. Н.Ф. Катанова // Известия общества археологии, истории и этнографии. 1928. Т. ХХХП. Вып. 2. С. 247.

4 НАРТ. Ф. 968, оп. 1, д. 119, л. 11-11 об.

5 Николай Федорович Катанов. Письма. Абакан, 2006. С. 10.

6 Письма Н.Ф. Катанова из Сибири и Восточного Туркестана. Читано в заседании историко-филологического отделения 9-го января 1890 года. СПб., 1893. С. 1.

7 Трощанский Василий Филиппович (1843-1898) - деятель революционного движения в России, член центральной группы «Земли и воли», участник студенческих сходок в Санкт-Петербурге, в 1880 г. приговорен к лишению всех прав состояния и к ссылке в каторжные работы, в 1886 г. отправлен на поселение в Якутскую область, занимался исследованием быта и верований якутов.

8 Ионов Всеволод Михайлович (1851-1922) - революционер, с 1883 г. отбывал каторгу в поселении в Якутии, в ссылке близко сошелся с Э.К. Пекарским, в 1894-1896 гг. принимал участие в Якутской экспедиции Д.А. Клеменца, в 1900-1910 гг. - учитель начальной школы в Якутске, в 1908-1910 гг. редактор ряда газет в г. Якутске («Якутская мысль», «Якутский край» и др.), активный участник деятельности Якутского отделения Общества по изучению Сибири, оставил заметный след в истории отечественного якутоведения.

Карагасы - современный народ тофалары, то-фаларский язык.

10 Клеменц Дмитрий Александрович (1848— 1914) - революционер, в 1879 г. сослан в Минусинск, занимался геологией, археологией, этнографией, историей Сибири, участник ряда экспедиций Академии наук в Центральную Азию, с 1903 г. зав. этнографическим отделом Русского музея имп. Александра Ш, с 1910 г. в отставке.

11 Радлов Василий Васильевич (1837-1918) -востоковед-тюрколог, этнограф, переводчик. Один из основоположников сравнительно-исторического изучения тюркских языков.

12 Залеман Карл Германович

13 Мункачи Бернарт (1860-1937) - венгерский языковед и этнограф, академик Венгерской АН (1910). Основные труды в области сравнительно-исторического языкознания, тюркологии, иранистики и этнографии, изучал финно-угорские и тюркские народы Поволжья и Сибири.

14 Кугаевская Елена Андреевна - супруга Э.К. Пекарского.

15 Малов Сергей Ефимович (1880-1957) - выдающийся тюрколог, знаток древнетюркских рунических и уйгурских памятников, совершил научные путешествия в Китай (1909-1911, 1913— 1915 гг.).