К вопросу об истоках художественного образования и воспитания художника-гравёра на Златоустовской Оружейной фабрике в первой половине XIX века

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОКАХ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ВОСПИТАНИЯ ХУДОЖНИКА-ГРАВЁРА НА ЗЛАТОУСТОВСКОЙ ОРУЖЕЙНОЙ ФАБРИКЕ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Оружейная фабрика, организованная в начале XIX столетия в одном из крупных металлургических и металлообрабатывающих регионов России — на Южном Урале, стала центром, где было сосредоточено важное отечественное производство — оружейное1. Фабрика обеспечивала российскую армию и флот штатным холодным оружием, «для высоких особ» создавались редкие по красоте образцы украшенного произвольных образцов оружия.

С возведением архитектурного ансамбля Оружейной фабрики и примыкающих к нему зданий вид Златоустовского завода и заводского поселка существенно изменился. Благодаря быстрому росту производства и строительству завод и поселок вскоре превратились в завод-город. Архитектурный комплекс заводских строений определял весь облик поселка, а в ансамбле со Свято-Троицким собором приобрел вполне законченный вид крупного промышленного центра.

Зодчество Урала начала столетия никак нельзя было назвать «провинциальным», поскольку художественный уровень произведений ведущих архитекторов оказался сопоставим с работами столичных мастеров2. С Урала, сопровождавший в 1837 году цесаревича Александра Николаевича в путешествии по провинциям России, С.А. Юрьевич, писал: «Заводы — это города значительнее многих губернских городов»3.

1 Оружейная фабрика открыта с «Высочайшего утверждения в 15 день декабря» 1815 года при Златоустовском казенном заводе. Принадлежала Горному ведомству и находилась «внутри Златоустовского завода, отстоящего от уездного города Троицка в 180 верстах». Направление деятельности Златоустовской оружейной фабрики определялось рескриптом от 7 марта 1817 года, которым «поведено: потребное число белого оружия для армии приготовлять только на одной Златоустовской фабрике. Здесь сосредотачивалось производство клинкового оружия строевых и произвольных образцов, на фабрику возлагался также ремонт оружия. См. также: ЗГАО. Ф. И 24. Оп. 1. Д. 1283. Л. 213; Боков В. Немецкие оружейники на Златоустовском заводе / В. Боков // Журнал Императорского русского военно-исторического общества, 1913.—№11—12. — С.361.

2 Раскин А.М. О периодизации и местных школах архитектуры классицизма на Урале// Из истории художественной культуры Урала : Сб. науч. тр, — Свердловск : Изд-во УрГУ, 1985. —С. 34.

3 Цит. по: Иофа, Л.Е. Города Урала/ Л.Е. Иофа. —М.:

Гос. изд-во географ, лит-ры, 1951. — С. 308.

Оружейная фабрика Златоустовского завода представляла особый комплекс зданий, в которых были размещены все необходимые службы и цеха нового предприятия. Кроме собственно здания фабрики в форме каре в него входила химическая лаборатория, по одной линии с корпусом фабрики возведен Арсенал, рядом с которым — трехэтажное здание Управления горным округом. На втором этаже нового каменного Арсенала размещался заводской музей, первый в то время организованный на заводах Южного Урала. Коллекция давала представление о характере продукции фабрики, там же находилась сооруженная из оружия и его частей ротонда с бюстом царя Александра 1 в память о посещении им в 1824 году завода. Произведение, к сожалению не сохранилось, но впечатление о нем можно получить, вспомнив «Малахитовый храм», хранящийся в Эрмитаже4.

Златоуст, несмотря на удаленность от центра, был в числе особых мест российской провинции. В силу важности и особенности своего производства Златоустовский завод и фабрика «дела белого оружия» были часто посещаемы «высокими особами». Деятели европейской науки, например, профессор минералогии Дерпского Университета фон Энгель-гардт, «доктор Ерман, сын одного из славнейших берлинских академиков...», «знаменитый ученый барон Гумбольдт», английский ученый-геолог Р. Мурчисон, прибывая с экспедицией на Урал, непременно посещали Златоустовский завод и его «главнейшую достопримечательность» — Оружейную фабрику. Профессор химии Казанского университета К.К. Клаус5 в качестве приложения к отчету'

4 Идея создания храма с малахитовыми колоннами возникла у Н.Н. Демидова в 1827 году: в центре храма должен был стоять портретный бюст русского царя Николая I. Вся золоченая бронза храма -— купол, военные трофеи на нем, капители и базы колонн, рельефы фриза под куполом и обрамление купола в виде пальметок — выполнена фирмой Томира (Франция). См. также: Зек, Ю.А. Шедевры декоративной бронзы в Эрмитаже / Ю.А. Зек // Горный журнал. Специальный выпуск, 2004. — С. 105—106.

5 Клаус Карл Карлович (1796—1864), химик, фармацевт и ботаник, академик е 1839 года. Дважды путешествовал по Уралу. Его рисунки видов Урала опубликованы в известном альбоме А.Я. Купфера в 1833 году. См. также: Блох, М.А. Химики-академики М.А. Блох // Природа, 1925. — № 7—9; Козлов А.Г. Творцы науки и техники на Урале XVII — начала XX в.: Биограф, справочник / А.Г. Козлов. — Свердловск : Ср.-Урал. кн. изд-во, 1981. — С. 52.

«Путешествие на Урал, предпринятое в 1828 году» представил 12 листов, в том числе, с видами Златоуста. Первое знакомство широкой читательской аудитории с творчеством мастеров художественного металла Златоустовской оружейной фабрики осуществил П.П. Свиньин в 1826 году. Поэт В.А. Жуковский, воспитатель цесаревича, во время путешествия 1837 года выполнил несколько рисунков с видами Златоустовского завода и его окрестностей-.Российские живописцы не оставляли без внимания суровую красоту Златоустовского Урала.

Надо отметить, что в первой половине XIX столетия Златоустовский завод представлял собой один из центров культуры на Южном Урале, где были созданы благоприятные условия для развития особого вида декоративно-прикладного искусства — оружейного, а открытая при заводе чертежная мастерская действовала как школа художественного образования и эстетического воспитания местных художников-гравёров.

В условиях фабрики сформировались и творчески развились силы, которые оказались способны поднять оружейное производство до вершин искусства. Первая половина XIX века в деятельности Златоустовской оружейной фабрики поистине «золотое» время, время сложения и развития первого стиля искусства художественного металла Урала, отмеченного печатью высокого вкуса и мастерства. В данный период формируется первый творческий коллектив художников-гравёров, которые вместе с литейщиками, камнерезами, огранщиками создавали подлинные произведения оружейного искусства. Это были художники, прошедшие, в первую очередь, школу рисования при заводской чертежной мастерской. Закладываются основы Златоустовской школы авторского холодного украшенного оружия и горнозаводской графики, получившие развитие в последующие годы и особенно мощно — в последнее десятилетие XX века. Подвижническая деятельность уральских оружейников первой половины XIX столетия способствовала формированию в Златоустовском заводе школы профессиональной подготовки художников-гравёров.

Как видим, в первой половине XIX века в Златоустовском заводе-городе царила творческая атмосфера, оказавшая большое влияние на превращение производственного центра в очаг культуры, науки и искусства на Южном Урале. В условиях промышленного предприятия начался закономерный процесс формирования нового вида деятельности данного предприятия, который был органично связан с оружейным делом, а именно, подготовки художников для нужд Златоустовской оружейной фабрики.

К вопросу художественного образования мастеров фабрики обращались исследователи на протяжении всего XX века. Так, первые шаги в этом направлении сделаны искусствоведами М.М. Денисо-

вой, М.Д. Глинкиным, Б.В. Павловским1. Не обошли вниманием данной проблемы исследователи коллекций Златоустовского холодного украшенного оружия ведущих (столичных) музеев России Т.Н. Абольская, Ю.А. Миллер, И.П. Суханов2. Несмотря на важность вопроса художественного образования гравёров в услових промышленного предприятия, исследование и изучение деятельности Златоустовской школы XIX века в настоящее время находится лишь на начальном этапе. До настоящего времени не проведено глубокого, фундаментального исследования данного вопроса, который, как показывают изыскания последних лет, является немаловажным в искусстве художественного металла современного Златоуста. В последние годы арсенал сведений пополнили «открытия» сделанные исскус-ствоведом и краеведом J1.B. Лаженцевой, тему в той или иной степени в своих исследованиях освещали B.C. Боже, Г.С. Трифонова., Е.А. Аликина, С.Н. Куликовских, К.А. Поляков3.

1 Денисова, М.М. Художественное оружие XIX века Златоустовской оружейной фабрики / М.М. Денисова // Труды Государственного Исторического музея. — Вып. 18. — М., 1947. — С. 207—251; Глинкин, М.Д. Златоустовская гравюра на стали / М.Д. Глинкин. — Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд-во, 1967; Павловский, Б.В. Декоратив-но-прикладное искусство промышленного Урала / Б.В. Павловский. — М.: Искусство, 1975.

2 Абольская, Т.И. Златоустовское художественное оружие XIX в. / Т.И. Абольская. — JI. : Художник, 1986; Миллер, Ю.А. Художественное оружие Златоуста XIX — начала XX века: Каталог-путеводитель по выставке. Государственный Эрмитаж / Ю.А. Миллер. —JI., 1988; Juri

A. Miller. Stahl. Glanz. Gold. Munster: Ardey-Verlag, 2000; Суханов, И.П. Оружейные реликвии Российского Флота: Из коллекции Центрального военно-морского музея / И.П. Суханов. — СПб. : Фортекс, 2002.

3 См.: Лаженцева, Л.В. История одного открытия / Л.В. Лаженцева// Автограф. Челябинск, 1999. —№ 5; Лаженцева, Л.В. Тележниковы и Златоустовская чертежная мастерская / Л.В. Лаженцева // Выдающиеся представители научной, общественной и духовной жизни Урала: Материалы IV Региональной науч. конф. — Челябинск : Изд-во ЧГА-КИ, 2004.—С. 72—76; Лаженцева Л.В. Бояршиновы в Златоусте // Выдающиеся представители научной, общественной и духовной жизни Урала. Сборник материалов. — Челябинск : Изд-во ЧГАКИ, 2002. — С. 27—29; Лаженцева, Л.В. Феномен наборных образов / Л.В. Лаженцева // Вторые Бушуевские чтения: Сборник материалов / под ред. проф. В.И. Чуманова — Челябинск : Изд-во ЮУрГУ, 2004.

— С. 237—242; Боже, B.C. Художник-медальер Павел Уткин / B.C. Боже // Художественный металл Урала: Материалы конференции. — Екатеринбург : Внешторгиздаг, 1993.

— С. 39—43; Трифонова, Г.С. К вопросу об истоках стиля Златоустовской гравюры / Г.С. Трифонова // Первые Бушуевские чтения: Сборник материалов. — Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2003. — С. 17—20; Куликовских, С.Н. Архитектор Федор Тележников; Живописец Бояршинов / С.Н. Куликовских // Наследие славы / авт.-сост. Н.В. Верзаков. — Златоуст : Газета, 1994; Куликовских, С.Н. Клинки металлурга Аносова — синтез науки, искусства, ремесла / Современная жизнь старинного оружия: Второй Царскосельский се-

Воспитанию художников «из детей служащих» Оружейной фабрики первой половины XIX столетия, способных самостоятельно разрабатывать эскизы, знающих искусство «вытравки и позолоты» клинков, в Златоустовском заводе уделялось серьезное внимание. Профессиональная подготовка и начальное художественное образование будущих художников-граверов, оружейников, скульпторов, резчиков по дереву и кости были сосредоточены в стенах Оружейной фабрики.

Вновь стала необходимой «приближенная к производству» система обучения и при фабриках и заводах открывались школы1, где готовили мастеров для конкретного производства, иногда это были просто рисовальные классы, цель которых — дать мастерам элементарное художественное образование2. Надо заметить, что еще в XVIII веке В.Н. Татищев видел для Урала необходимость художественного образования «для пользы мануфактур и ремесел»3.

Девятнадцатый век упразднил понятие единого центра, каким являлась Академия художеств, осуществлявшая подготовку художников и контроль за их деятельностью4. В эти годы появляются первые частные художественные школы, в основу организации которых был положен академический принцип. Так, например, провинциальная школа, открытая в начале

XIX века А.В. Ступиным в Арзамасе (Нижегородская губерния), для этой эпохи явилась «по примеру, хотя в миниатюре, академическому», отдаленным, но все же сколком Академии художеств5. Составляя и система-

минар/С.Н. Куликовских.—СПб.: Атлант, 2001.—С. 13— 16; Куликовских, С.Н. Художественный металл Златоуста

XIX — началаXXI вв.: синтез технологии и искусства / С.Н. Куликовских // Первые Бушуевские чтения: Сборник материалов. — Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2003. — С. 95—98; Куликовских, С.Н. Художественный металл Златоуста XIX—

XX вв. Искусство технологии / С.Н. Куликовских, К.А. Поляков // Вторые Бушуевские чтения: Сборник материалов / под ред. проф. В.И. Чуманова. — Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2004. — С. 300—304.

' Более подробно см.: Ситников, И.В. Процесс формирования системы общего и специального горного образования на Урале в XVIII — первой половине XIX столетий / И.В. Ситников // Пятые Татищевские чтения. Тезисы докладов и сообщений. — Екатеринбург: ИИиА УрО РАН, 2004. — С. 259—263.

2 Пронина, И.А. Декоративное искусство в Академии художеств / И.А. Пронина. — М. : Изобразительное искусство, 1983. —С. 126.

3 Максяшин, А.А. Рисование как дисциплина в учебных заведениях Урала XVIII — начала XX века / А.А. Максяшин. — Екатеринбург : Полиграфист, 1994. — С. 22; см. также: Юхт, А.И. Государственная деятельность

В.Н.Татищева в 20-х — начале 30-х годов XVIII века / А.И. Юхт. — М., 1985. — С. 266—267.

4 Максяшин, А.С. Рисование как дисциплина в учебных заведениях Урала XVIII — начала XX века / А.С. Максяшин. — С. 12.

5 Корнилов, П. Арзамасская школа живописи I пол. XIX

века / П. Корнилов. — Л.; М.: Искусство, 1947. — С. 49.

тизируя курс для своей школы, художник рекомендовал обогащать себя науками. Особенно они нужны при изображении предметов, «не предстоящих пред его (художника— С. К.) глазами». Перечислял науки, которые «соприкасаются с рисованием и живописью: перспектива, анатомия, архитектура, священная история, светская, естественная, баснословие, иконология, археология, геометрия, физика и химия»6.

Урал не оставался в стороне от общероссийского процесса реформ в области образования, новый век стал для него веком просвещения и новым этапом в становлении художественного воспитания. В первой половине столетия здесь, как и в столицах, открываются школы и учебные заведения7. Оригинальным явлением культурной жизни русской провинции рассматриваемого периода была школа живописи, созданная в Нижнем Тагиле по приказу владельца заводов Н.Н. Демидова выпускником Императорской Академии художеств В.И. Албычевым8.

Важность квалифицированных кадров для развивающейся промышленности Урала отмечает искусствовед Б.В. Павловский. В формировании культуры и искусства уральского региона особую роль он отводит школе, подчеркивает значение Академии художеств в утверждении в уральском искусстве эстетических требований классицизма9. Необходимо заметить, что в начале XIX века Академия художеств уже не ставила задачи подготовки мастеров декоративного профиля, но, как и в прежние времена, ее роль в обеспечении фабрик и заводов России крупными специалистами, направляющими развитие русского декоративного искусства в первой половине столетия, была значительна10. Новое оружейное производство Златоуста нуждалось в квалифицированных кадрах художников, поэтому для полу-

(| Там же. С. 54.

7 Мастеров росписи железных изделий с 1806 года готовило Выйское заводское училище, при Трехгорной мануфактуре в 1816 году действовала «приготовительная к мастерствам школа», также известна Юсуповская школа в Архангельском 1818 года, школа мебельного искусства в селе Марьино 1825 года, Нижне-Тагильская школа 1806—1820-х годов, Школа рисования в отношении к искусствам и ремеслам С.Г. Строганова 1825 года, Рисовальные школы Е.Ф. Канкрина и К.Х. Рейссига 1839 года. В 1815 году при народном училище Чермозского завода открыт рисовальный класс. См. также: Пронина И.А, Декоративное искусство в Академии художеств. —

С. 126; Максяшин А.С. Рисование как дисциплина в учебных заведениях Урала XVIII — начала XX века. — С. 29.

8 Силонова О.Н. Проблемные вопросы истории Демидовской школы живописи в Нижнетагильских заводах (1806—1820). Женская школа живописи / О.Н. Силонова // Художественный металл Урала XVIII—XX вв.: Материалы конференции. — Екатеринбург : Внештогиздат, 1990, — С. 133—143.

’ Павловский Б.В. Декоративно-прикладное искусство промышленного Урала. М. : Искусство, 1975,- С. 22.

10 Пронина И.А. Декоративное искусство в Академии художеств. — С. 128.

чения академического образования в караванах с оружием и металлическими изделиями направлялись в Петербург в качестве пенсионеров воспитанники уральских горных заводов.

Для успешной деятельности Оружейной фабрики, еще до ее открытия, администрация приступила к подбору специалистов, владеющих секретами технологии художественной обработки металла, а именно литья, ковки, нанесения узора на клинок, гравирования, золочения. Несмотря на то, что в России было достаточно умельцев, на уральский завод были приглашены подданные Пруссии, изъявившие желание переселиться в Россию. Согласно заключенному с каждым из иностранных мастеров договору, им вменялось в обязанность обучение «своим мастерствам» русских.

Выписанные специально из Европы иноземные художники и мастера украшения холодного оружия, как предполагалось, привезут на Урал не только технологию, но и художественно-декоративные принципы украшения стальных изделий. Не вызывает сомнения, что первоначально рисунки «составляли» немцы'. Почерк художественного убранства образцов оружия 1816,1817 и единичных изделий следующих лет говорит о том, что авторами были золин-генцы, которые, «импортировали» на Оружейную фабрику известные им способы и мотивы украшения клинкового оружия. Характер соотношения частей и элементов орнамента, их графическое решение, отсутствие композиционного и смыслового единства в убранстве клинка могут свидетельствовать либо о приверженности традициям украшения клинка, выработанным в их отечестве, либо, что более вероятно, об отсутствии у иностранных граверов систематического художественного образования и чувства изящного. При более углубленном изучении Златоустовского оружия становится очевидным несоответствие в некоторых случаях авторства стилю, манере и эстетике исполнения декора изделий. Анализ некоторых предметов оружия той поры М.М. Денисовой, М.Д. Глинкиным, Т.И. Абольской, И.П. Сухановым и другими исследователями также поддерживают эту мысль.

Надо заметить, что «учениками при мастерах Шафах при вытравке и позолоте клинков обращались» унтер-шихтмейстеры 3-го класса Петр Тележников и Иван Бушуев, маркшейдерские ученики: Ефим Бушуев, Федор Стрижов, Максим Тележников, Иван Бояршинов, Архип Лепешков, Осип Тележников, Федор Тележников и Михайло Черепанов2, которые приходили в цех уже имея серьезную подготовку в «рисовке». Золингенские «учи-

1 В материалах «Выборки из годовых отчетов Златоустовской оружейной фабрики о долгах за май 1817—май 1826 гг.» показаны выданные Шафам суммы «следующих им в награждение за обучение учеников и рисовке на клинках». См. также: ЗГАО. Ф. И24. Оп. 1. Д. 47. Л. 41.

2 ЗГАО. Ф. И24. Оп. 1.Д. 99; Д. 101; Д. 132.

теля» обучили местных плохо, не спешили раскрывать секреты украшения клинковой поверхности. Однако, молодые художники, не уступавшие в искусстве германским, в 1818 году, спустя всего три месяца обучения мастерству у немцев, представили девятнадцать клинков, которые в «весеннем караване» были отправлены в горный Департамент. Украшенные, т. е. рисованные, травленые и позолоченные, русскими учениками Шафов «без всякой поправки сих мастеров» клинки были первым свидетельством незаурядного художественного таланта, профессиональной подготовки и неиссякаемой творческой энергии Златоустовских художников начала XIX века. Первые работы, выполненные учениками немецких граверов, свидетельствуют о том, что по уровню подготовки в области рисунка и композиции они не уступали своим учителям. Шафы в большей степени были ремесленниками, в совершенстве владевшими лишь приемами вытравки и золочения3.

«Творческая миссия» Шафов на Урале завершилась в 1823 году, когда они оставили Златоустовский завод, перебравшись в Санкт-Петербург. Надо сказать, что к этому времени отношение к иностранным мастерам на уральских заводах, как и в России вообще, совершенно изменилось: их все больше старались заменить русскими4. Тем более, по верному замечанию искусствоведа Б.В. Павловского, Шафы сыграли важную роль в развитии Златоустовской гравюры на стали, но не определили ее развития и художественного звучания5.

Таким образом, новое оружейное производство Златоуста остро нуждалось в квалифицированных кадрах художников-граверов. Прибывшие из-за рубежа специалисты не проявили себя как учителя русских по части украшения клинкового оружия. Им было не под силу организовать на Оружейной фабрике, (фабрику, думается, они хотели, видеть прообразом подобной оставленной ими в Золингене), школы подготовки молодого поколения уральских оружейников. Шафы, оставаясь ремесленниками, возможно, обладали хорошими организаторскими способностями, но не художественным вкусом и талантом. Их русские «ученики» в непродолжительном времени показали себя профессиональными художниками-гравёрами, что впоследствии вынуждены были признать и сами «учителя».

В цех под руководство Вильгельма-Николауса Шафа русские подмастерья приходили, уже имея художественную подготовку. В Златоустовском заводе

3 Абольская ,Т.И. Златоустовское художественное оружие XIX в. / Т.И, Абольская. — С. 11.

4 Например, в 1822 году Академия художеств ответила отказом венскому скульптору на просьбу принять его в штат. См. также: Пронина, И.А. Декоративное искусство в Академии художеств / И.А. Пронина. — С. 129—130.

3 См.: Павловский Б.В. Декоративно-прикладное искусство промышленного Урала / Б.В. Павловский. — С. 83.

в те годы действовала чертежная мастерская, где под руководством местных грамотных живописцев подростки обучались «рисовке». Предприятию необходимо было иметь в штате высокообразованных специалистов. Право на получение образования в заводских школах и училищах предоставлялось в первую очередь «слудительским детям». Для художников эта система обучения состояла из нескольких ступеней: школа, обучение в местной мастерской или у цеховых мастеров, в редких случаях — у выпускников Академии художеств

Первое упоминание о чертежной мастерской относится к 1805 году и связано с «немецкой фабрикацией» А.А. Кнауфа2. Выполняла ли она в то время образовательную функцию сказать затруднительно, поскольку за короткий срок владения заводом Кнауфу удалось лишь наладить выпуск изделий из металла, в основном, инструмента. Организация чертежной мастерской или чертежни имела целью разработку чертежей или снятие с последних копий. Это могли быть планы строений, чертежи новых образцов оружия. Работа требовала твердой руки, аккуратности и знание законов композиции, цветоведения, поскольку все «рисунки» выполнялись в цвете.

В 1813 году при обучении живописному искусству в чертежной3 записаны Иван Бушуев и Петр Тележников, оба — представители талантливых семейств Златоуста, внесших большой вклад в развитие искусства промышленного Урала XIX века. Бушуев И. — художник-гравер, автор великолепных образцов украшенного холодного оружия, руководитель первого коллектива художников Оружейной фабрики и создатель первого стиля Златоустовского художественного металла. Иван Николаевич Бушуев, чье имя прочно вошло в историю Златоуста, по праву является основоположником классических основ и традиций Зла-

1 Егорова, Е.И. Обучение крепостных живописцев в прикамских имениях Строгановых и Лазаревых / Е.И. Егорова // Художественная культура Прикамья и ее связи. — Пермь, 1992. — С. 78.

2 Кнауф Андрей Андреевич, немец, московский купец 1-й гильдии, принявший российское подданство, третий и последний владелец Златоустовского железоделательного, чугуноплавильного и сталелитейного вододей-ствуемого завода на реке Ай с 1798 по 1811 год. В начале XIX века арендовал у Лугининых Златоустовские, у графа Г.А.Строганова Кыновские заводы, у разорившегося И.П.Осокина пять заводов (в т. ч. и Иргинский), где решил провести серьезную техническую модернизацию и завести собственное оружейное дело. См. также: Неклюдов, Е.Г. Иностранцы на частных заводах Урала в начале

XIX века / Е.Г. Неклюдов // Четвертые Татищевские чтения: Тезисы докладов и сообщений. — Екатеринбург : ИИиА УрО РАН, 2002. — С. 283.

3 Тогда как И.А. Пронина, перечисляя школы, которые в начале XIX века открывались при фабриках и заводах, указывает: «школа при Златоустовском заводе белого оружия 1820-х гг.». См. также: Пронина И. А. Указ. соч.—С. 126.

тоустовской школы авторского холодного украшенного оружия и горнозаводской графики.

В этой же чертежной мастерской обучались живописи и будущие воспитанники Академии художеств Ефим Бушуев и Павел Уткин, «был приставлен к черчению планов» будущий заводской скульптор, автор замечательных по пластике эфесов, Семен Фетисов. Если у Шафов подростки постигали лишь ремесло вытравки и позолоты, то «искусству, те есть умению выражать чувства, мысли и свое отношение к жизни в художественных образах», учились у заводских живописцев4. В 1819 году, как гласят документы, уже действовала заводская чер-тежня, где обучением «рисовке» занят был Бояршинов. У него ученик Аким Чукмасов5.

Следует заметить, что с 1804 года во исполнение нового школьного Устава обучение рисованию становится обязательным в общеобразовательной системе России. Рисование становится обязательной дисциплиной в уездных училищах с двухгодичным обучением, где учащимся давали «необходимые познания, сообразные состоянию их и промышленности»б. Рисованию в чертежной мастерской Златоустовской оружейной фабрики также уделялось первостепенное значение. По завершении обучения в чертежне молодые люди в течение 2—3 лет под руководством своих учи-телей-живописцев А.Е. Тележникова и Н.Н. Бушуева работали в той же заводской чертежне, оттачивая полученные навыки и приобретая мастерство 7.

Работа клинкового рисовальщика считалась одним из важных участков. Прежде чем нанести узор на клинок, приступить к «разрисовке» клинка, граверы долго работали над составлением эскиза, который после окончательной доработки наносился на сталь клинка8. К сожалению, до настоящего времени не обнаружено ни одного листа эскизного проекта, но, высокий художественный и технологический уровень исполнения украшения клинковой, поверхности не оставляет сомнений в тщательной подготовительной работе художника-гравёра.

Важную роль в процессе подготовки будущих специалистов художественной металлообработки играла библиотека Оружейной фабрики. Для ознакомления с «новейшим вкусом» Златоустовский казенный завод выписывал новейшие по тем временам иллюстрированные издания по истории, мифологии, прикладному искусству. Это в немалой степени способствовало расширению кругозора молодых людей, их творческому самосовершенствова-

4 Материалы по истории Златоуста: Сборник исторических очерков. -— Златоуст, 1958. — С. 134.

5 ЗГАО. Ф. И 24. Оп.1. Д. 101. Л. 169.

6 Максяшин, А.С. Рисование как дисциплина в учебных заведениях Урала XVIII — начала XX века / А.С. Максяшин. — С. 13.

7 Глинкин, М.Д. Златоустовская гравюра на стали / М.Д. Глинкин. — С. 6.

* Павловский Б.В. Указ.соч. — С.82.

нию, наконец, формированию местной художественной школы обработки металла, следовавшей в едином с отечественным искусством направлении развития. Русские граверы изучали традиции оружейного дела по образцам, хранившимся в Златоустовском Арсенале.

Известно также, что для художников Оружейной фабрики приобретались необходимые инструменты и материалы. В ходу были, например, дорогостоящие кисти: хорьковые, колонковые, беличьи1. Карандаши для них закупали в Москве «лутчие, средние, французские и аглинские» по нескольку дюжин. «На рисунки отдельно» брали бумагу и краски на солидные по тем временам суммы2. Начиная с 1817 года в Златоуст для «здешней чертежной» поставляли все требуемое, например: «готовальню в ящике красного дерева..., для особого в добавок Архитектурного инструмента: циркулей троеножных 2, к оным перьев медных 2, рейсфедеров 2, кранциркулей 2... и красок один ящик...»3.

С «художественной» школой, каковой являлась в тот период времени заводская чертежная мастерская, полагаем, неразрывно связано сложение и развитие школы горнозаводской графики. Деятельность чертежни по формированию у подростков эстетических приницпов, чувства прекрасного, воспитание их в атмосфере духовности, в любви к малой родине и Отечеству, была огромна. Уместно сказать, что в начале столетия повсеместно в России пробуждается интерес к русскому, к познанию своей страны, что находит прямое выражение в массовом развитии видовой графики4. Закономерно появление в творчестве Ивана Бушуева, Ивана Бояршинова, Ефима Абабкова, Егора Бояршинова жанровых акварелей, в которых все правдиво, четко и ясно нарисовано. Эта «четкость» однако смягчена лирическим чувством, поэтичностью изображения реалистических видов заводского поселка. А.Н. Бенуа, размышляя о работах русских литографов, отмечал «очарование наивности», ту «прелестную тщательность», называл их «истинными поэтами...»5, ду-

1 ЗГАО. Ф. И 24. Оп. 1. Д. 23. Л. 58об.

2 ЗГАО. Ф. И 19. Оп. 1. Д. 56. Л. 267—269.

3 ЗГАО. Ф. И 19. Оп. 1. Д. 128. Л. 84.

4 Художники часто стали совершать поездки по России для зарисовок местностей и городов. В 1818 году по старинным городам совершает путешествие П.П. Свиньин. Свое стремление «знакомить со всем русским» он начинает осуществлением издания «Достопамятности Санюгпетер-бурга и его окрестностей» (1821—1826). Видовой литографией с успехом занимаются А.Е. Мартынов, С.Ф. Галактионов, К.П. Бегров, М. Махаев. См. также: Александрова, Н.И. Русская гравюра XVIII —• начала XX века // Очерки по истории и технике гравюры / Н.И. Александрова—М.: Изобразит. искусство, 1987. — Кн. 13. — С. 564.

5 Цит. по: Александрова, Н.И. Русская гравюра XVIII

— начала XX века / Н.И. Александрова // Очерки по ис-

тории и технике гравюры. — С. 566. См. также: Алек-

сандр Бенуа размышляет... — М., 1968. — С. 152.

мается, это же можно сказать и о художниках Златоустовского завода первой половины XIX века. Многоплановость и глубина созданных ими графических листов свидетельствют о владении не только вопросами технологии, но и законами световоздушной перспективы, с помощью лаконичных деталей авторы создавали естественную, а не условную обстановку происходящего действия.

Развитие изобразительного искусства начала века отличается усиливающимся интересом к жизни народа. Выполненная Златоустовскими художниками графика передает убедительную правдивость чувств. Так, Альбом Горного округа6, который был «рисован с натуры» И.П. Бояршиновым вместе с братом Василием в 1827 году, изображает многие заводские работы, например, такие как «Добычи руды», «Выжигание угля». Из 49 графических листов Атласа четыре имеют авторские подписи. Акварели «Вид Златоуста с пруда» и «Большая Немецкая улица» передают особенности архитектуры и быта завода-города той поры7. Это были первые графические работы заводских художников. Известно, что Иван Николаевич Бушуев изобразил «Площадь в Златоусте»8, а при «огненном освещении» в ночное время показал железоделательную фабрику Златоустовского завода Егор Бояршинов, за что удостоен Академией художеств звания уездного учителя рисования. По мнению специалистов, «рисунки Златоустовских рисовальщиков грубее, реалистичнее, правдивее»9.

Сюжетная графика листов, иллюстрирующих процесс изготовления оружия, таких как «Дело холодного оружия», «Испытание холодного оружия», «Дело закалки изделий» и другие, связана со стремлением к демократизации искусства. Графика и гравюра развиваются как искусство неофициальное. Упомянутые мотивы получили новое звучание, но уже в гравюре на стали, в авторской интерпретации И.П. Бояршинова в 1834 году10, преодолевшего классицистические каноны. Надо заметить, что впервые к жанру производственного «бытописания» обратился еще в 1824 году И.Н. Бушуев".

6 «Атлас Горного округа» ныне хранится в библиотеке Горного института имени Г.В. Плеханова в Санкт-Пе-тербурге.

7 Серебренников, Н.И. Урал в изобразительном искусстве / Н.И. Серебренников. — Пермь, 1959. — С. 30.

8 Место нахождения оригинала, созданного в 1832 году не выявлено. См.: Иофа, Л.Е. Города Урала / Л.Е. Иофа.

— М.: Гос. изд-во географ, лит-ры, 1951. — С. 359.

9 Каменский В.А. Художники крепостного Урала/В.А. Каменский. — Свердловск, 1957. — С. 48.

1,1 ЦВИМАИВиВС. Бояршинов И.П. Сабля офицерская, 1834 год. Инв. № 114/ 435. См. также: Абольская, Т.И. Златоустовское художественное оружие / Т.И. Абольская. — С. 98—101. — Ил. 96—99;

11 ГЭ. Бушуев И.Н. Сабля, 1824. Инв. № 3. О. 7023. См. также: Миллер, Ю.А. Художественное оружие Златоуста XIX — начала XX вв.: Каталог-путеводитель по выставке Ю.А. Миллер. — Л., 1988. — С. 33—34.

Местные художники пробовали свои силы и в жанре портрета. Напомним, что развитие малого графического портрета, общее направление которому дают карандашные рисунки Ореста Кипренского, падает на начало века. Всеобщим увлечением было рисовать портреты знакомых или родственников. Облик многих людей того времени дошел до наших дней именно в рисунке или литографии. В интимном, обыденном, частном находили русские художники свой возвышенный поэтический образ, «души неясный идеал». Так и унтер-шихтмейстер Оружейной фабрики Ефим Семенович Абабков, чьи акварельные виды Златоустовского завода передают классический облик архитектуры заводского поселка той эпохи, сохранил для нас также образ выдающегося русского металлурга, ученого, исследователя, администратора П.П. Аносова1, начальника Горных заводов В.А. Глинки и другие2. Для графика важно было передать общее обаяние личности, подчеркнуть светлые стороны натуры3.

Позже, уже в конце XX — начале XXI века, традиции местной школы графики получат новое развитие.

Таким образом, чертежная мастерская выполняла функцию не только «чертежной», но в непродолжительное время она стала и школой «живописи» Златоустовского завода и Оружейной фабрики, где развивались таланты и формировались художественные принципы южноуральской школы графики и украшенного оружия. Под руководством местных грамотных живописцев в заводской чертежной мастерской сложилась художественная школа, где была определенная система образования и обучения «рисовке». Благодаря чертежной мастерской, выполнявшей функцию не только «чертежной», но и «живописной» школы, в Златоустовском заводе сложилась особая культурная среда, атмосфера духовности и единства с русской национальной школой изобразительного искусства первой половины XIX века.

Первыми истинными учителями будущих мастеров художественного металла Оружейной фабрики были художники-живописцы Николай Никитович Бушуев, Петр Климентьевич Бояршинов и Александр Евтихиевич Тележников. Еще в середине XVIII века их деды и отцы были переселены из Пермских владений графов Строгановых. Живописцы сохранили прочные связи со строгановской школой иконописания, где сложилась «своя техника и свой стиль», порожденные вкусами и энергией Строгановых 4. Это самобытное явление развивалось преж-

1 Портрет 1834 года хранится в фонде дореволюционного рисунка ГРМ, другой, датированный 1844 годом,

— в ГАПО. Ф. Р-790.

2 См.: Художники народов СССР. Словарь. — М,, 1970—1972, — Т. 1, — С. 16.

3 Александрова, Н.И. Русская гравюра XVIII — начала

XX века / Н.И. Александрова // Очерки по истории и технике гравюры. — С. 566.

4 Парфентьев, Н.П. Усольская (Строгановская) школа в

русской музыке XVI — XVII веков / Н.П. Парфентьев, Н.В.

де всего в иконных мастерских вотчин5. Оттуда представители старшего поколения Златоустовских иконописцев и принесли на Южный Урал традиции составления наборных образов, тщательности миниатюрного письма, богатства орнаментации, что найдет продолжение и яркое своеобразное выражение в творческой манере молодых представителей талантливых семейств—художников-граверов Оружейной фабрики первой половины XIX века.

На Златоустовском заводе семьи Бушуевых, Бояршиновых и Тележниковых значатся при чертежной мастерской. Пишут картины — «копии с живописных итальянских произведений»6, создают иконы, составляют и исполняют планы и чертежи. В 1826 году для церкви Горного кадетского корпуса Н.Н. Бушуев и П.К. Бояршинов выполнили иконы из ювелирных и поделочных камней. Отправленные из Екатеринбурга наборные образа «Воскрешение» и «Преображение Господне» предписано раскупорить Ефиму Бушуеву, находящемуся в Академии художеств7. Созданный живописцем Николаем Никитовичем Бушуевым в начале столетия образ «Воскресение Христа Спасителя», в настоящее время находится в музее Горного института (г. Санкт-Петербург).

Бушуев Н.Н. в 1815—1817 годах «служил» главным чертежником фабрики, за эти годы обучил основам рисования и композиции большую группу молодых людей, которые несколько позже составили ядро первого коллектива художников-граверов цеха украшения оружия. В канун открытия оружейного производства Николая Никитовича командировали в столицу для обучения «составлению лаку». Видимо, ему предстояло обучать подростков не только выполнению эскизов, работе карандашом на бумаге, но и владению стальной иглой или кистью на металлической поверхности.

Его сыновья увековечили свои имена в шедеврах оружейного искусства первой половины XIX столетия и принесли славу Златоусту.

Род Бояршиновых также известен не только на Урале. Петр Климентьевич Бояршинов был иконо-писцем-живописцем. Согласно формулярному списку П.К. Бояршинов совершенствовал свое искусство в Москве и Твери. В январе 1800 года вместе с Александром Тележниковым, как «знающие живописное искусство», получили направление в Екатеринбург «для снятия портретов Государя Императора» 8. Известно, что работа П.К. Бояршинова —

Парфентьева. — Челябинск : Книга, 1993. — С, 20.

5 Более подробно см.: Парфентьев, Н.П. Строгановская икона или «Строгановская школа» в русской иконописи (XVI—XVII вв.)? / Н.П. Парфентьев // Культура и искусство в памятниках и исследованиях: Сб. науч. тр.

— Челябинск : Изд-во ЮУрГУ, 2001. — С. 53—63.

6 Лаженцева, Л.В. Феномен наборных образов / Л.В. Лаженцева. — С. 237—242.

7 См.: Лаженцева Л.В. История одного открытия// Автограф. Челябинск, 1999. — № 5 (2). —С. 13.

* ГАЧО. Ф. И-170. Оп. 1. Д. 25; см. также: Лаженцева, Л.В. Феномен наборных образов/Л.В. Лаженцева.—С. 240.

наборный образ иконы «Преображение» ныне хранится в музее Горного института Санкт-Петербур-га. Икона великолепна, а. камни: аметисты, бериллы, малахит и другие хорошо скомпанованы, как по колориту, так и по композиции. В самом низу на яшме оставлена надпись: «Рисованъ в Златоустов-скомъ заводе шихтмейстеромъ 13 класса Петромъ Бояршиновымъ 1826 г.»1.

Сыновья П.К. Бояршинова достойно продолжили семейные традиции, вписав свои имена в историю искусства Урала.

Александр Евтихиевич Тележников, известный на Урале художник-самородок живописец, в 1801— 1811 годах находился в Екатеринбургском живописном классе, «числясь в Миасском заводе»2. Его сыновья были прочно связаны с фабрикой «дела белого оружия» Златоустовского казенного завода и оставили заметный след в искусстве.

Таким образом, у воспитанников Златоустовской оружейной фабрики были достойные учителя. Живописцы-иконописцы приобщали молодежь к мировому искусству, сообщали им своеобразное ускорение в обретении собственного художественного почерка, развивали в каждом из них личностные начала. Центром художественного и эстетического образования и воспитания молодых людей Златоуста первой половины XIX столетия была чертежная мастерская, где в условиях промышленного производства закладывались основы не только уникального искусства — оружейного, но и художественного образования. В том, что оружейное дело в Златоусте переросло в искусство также, несомненно, заслуга учителей чертежной мастерской. Семьи талантливых художников создали в Златоустовском заводе оазис творчества, в котором формировались личности будущих мастеров оружейного дела. Местные художники, прошедшие школу «чертежни», получали серьезную подготовку, приобщались к истокам русского изобразительного и декоративноприкладного искусства. Учителя чертежной мастерской стали первыми, кто осуществлял связь Златоуста с другими художественными центрами Урала и России. Совокупность данных явлений способствовала формированию в начале XIX века эстетических традиций искусства Златоустовской школы авторского холодного украшенного оружия, художественного металла и горнозаводской графики.

Как отмечали выше, среди учеников заводской чертежни были дети семей служителей Оружейной фабрики: Бушуевых, Бояршиновых, Тележниковых, Уткиных, Южаковых и других. На фундаменте обретенных знаний, их талантливые дети-ученики, заложили основу здания Златоустовской школы пла-

1 Лаженцева, Л.В. Бояршиновы в Златоусте / Л.В. Ла-женцева // Первые Бушуевские чтения: Сборник материалов. — Челябинск : Изд-во ЮУрГУ, 2003. -— С. 13.

1 Козлов, А.Г. Творцы науки и техники на Урале / А.Г. Козлов. —С. 139.

стических искусств, сообразуя ее с тенденциями отечественного и мирового искусства. Освещая вопрос художественного образования на Оружейной фабрике, особо следует сказать и об учениках чертежной мастерской — воспитанниках Академии художеств.

Высокий уровень начальной подготовки, природные данные определили судьбы некоторых выходцев Златоустовского завода. Еще в 1822 году худож-ник-оружейникПетр Тележников и скульптор-само-родок Семен Фетисов вольнослушателями посещали Академию художеств. В 1827 году И.Н. Бушуев для получения образования и «усовершенствования по искусственной части исторической живописи и прочих предметов» был направлен в Академию художеств. Однако пробыл там он недолго: скорый его отъезд из Петербурга связан, видимо, со смертью младшего брата Ефима, воспитанника Академии. За счет казны пребывали в Санкт-Петербургской Академии художеств воспитанники Златоустовского казенного завода и Оружейной фабрики Ефим Бушуев, Федор Тележников и Павел Уткин.

По предписанию Департамента горных и соляных дел, последовавшем в 1823 году, от Златоустовских горных заводов требовалось направить в Императорскую Академию художеств Санкт-Петербурга группу мальчиков в качестве пенсионеров для обучения «рисовальному искусству». Оружейная фабрика, «дабы не упало искусство» украшения оружия и «для восполнения недостатка вкуса»3, командирует в столицу трех подростков — учеников цеха вытравки и позолоты клинков — Павла Уткина, Федора Тележникова и Ефима Бушуева4.

К моменту поступления предписания изделия оружейников и живописцев, представителей старшего поколения, Златоустовской фабрики были хорошо известны в Петербурге. Самостоятельно работали русские «ученики» иностранных специалистов Шафов.

Получив направление в Академию художеств, Ефим Бушуев, Федор Тележников и Павел Уткин прошли в столице испытание и «оказались способными к принятию в Академию» сразу в «третьем возрасте». Спустя полгода очередным предписанием Департамента сверстники были размещены по различным художественным классам. «Признавая полезным для заводов, — писал директор горного Департамента Е.В. Корнеев, — усовершенствовать означенных воспитанников не по одной какой-либо искусственной части, а разделить сообразно склонностям их по особенной части каждого, я прошу Ваше превосходительство приказать поместить Бу-

3 Глинкин М.Д. Указ. соч. — С. 29.

4 ЗГАО. Ф. И 24. Оп. 1. Д. 252. Л. 74.

5 ЦГИА. Ф. 789. Оп. 1. Ч. 2. Ед. хр. 304; см. также: Куликовских С. Архитектор Федор Тележников / С. Куликовских // Наследие славы. К 240-летию ПО «Булат» / авт,-сост. Н. Верзаков. — Златоуст: Газета, 1994. — С. 22.

шуева в отделение живописи, Тележникова — в архитектурное, а Уткина — в скульптурное, о последующем же почтить меня Вашим же уведомлением»5. Все расходы по содержанию воспитанников, конечно, несла Оружейная фабрика, что подтверждают ежемесячные доклады о «предписании Департамента горных и соляных дел о выдаче сумм по 15-ти рублей каждому на счет Златоустовских заводов с роспискою в книге»1.

О Бушуеве Ефиме Николаевиче (1807, Златоустовский завод — 1827, Ораниенбаум) известно немного. Сын унтершихтмейстера, заводского живописца и чертежника Н.Н. Бушуева, Ефим уже с 12 лет начал работать под руководством отца в Златоустовской чертежне. Затем был переведен в цех вытравки и позолоты клинков, которым руководил в те годы Вильгельм Шаф.

До отъезда в Петербург художник-гравер успел создать всего несколько изделий. Из его работ до недавних пор была известна лишь одна сабля, украшенная сценами на темы «Илиады», подписана, как было принято в тот период времени, ведущими мастерами — отцом и сыном Шафами. Долгое время именно последним приписывалось авторство, но обнаруженные исследователями вырезанные на хвостовике инициалы «Е.Б.», позволили определить имя истинного исполнителя произведения оружейного искусства2. В настоящее время сабля хранится в краеведческом музее г.Златоуста. Ефим Николаевич Бушуев автор живописных работ—«Вид, представляющий храм Аполлона» и «Вид Царево-Александровского рудника»3.

Сведения о творческом наследии талантливого художника-оружейника пополнились новыми данными. Так, сабельный клинок, находящийся в собрании Государственного Эрмитажа, также украшен хуцож-ником-гравером Златоустовской оружейной фабрики Ефимом Бушуевым На пяте клинка у хвостовика указана дата создания изделия «1818», а на оборотной стороне выгравирована хорошо читаемая надпись курсивом: «Е. Бушуевъ. Златоусть»4. Дата и автограф на клинке свидетельствуют, что автору было всего одиннадцать лет, что во многом меняет наше привычное представление о талантливых представителях семьи живописцев-иконописцев и граверов Бушуевых. Если старший брат, Иван Бушуев был, несомненно, одаренным мастером графики, то юный Ефим аккумулировал опыт всех поколений Бушуевых.

Годы, которые Ефим еще подростком провел в цехе вытравки и позолоты Оружейной фабрики, подорвали молодой и без того, по-видимому, слабый организм. Прибыв в 1824 году в Санкт-Петербург вместе со сверстниками-пенсионерами, ему, к

‘ЗГАО. Ф.И 19. Оп. 1.Д. 464. Л. 31,33. 1826 г.

2 См.: Материалы по истории Златоуста. — С. 131.

3 Глинкин М.Д. Указ. соч. — С. 29.

4 Juri A. Miller. Stahl. Glanz. Gold — С. 118—119. — № 22. — инв. №3.0. 7842.

сожалению, завершить обучение не удалось. Он умер в двадцатилетием возрасте от туберкулеза — страшного «спутника» применявшегося в те годы золочения «через огонь», сопровождавшегося испарениями ртути. Он мало жил, но, творческое наследие художника продолжает и сегодня волновать исследователей.

Архитектор Златоустовских горных заводов, автор первого генерального плана застройки поселка Златоустовского завода Федор Александрович Тележников (1804, Златоустовский завод — после 1863, Екатеринбург) принадлежал богатой талантами династии Златоустовских художников С 1819 по 1823 год Тележников «обращался в учениках» Шафов в цехе вытравки и позолоты клинков.

Азы живописи постигал вместе с братьями в заводской «чертежне». Братья Федора, Петр и Максим, работали на заводе, оба также были «при Шафах». Петр ездил в Тулу и Петербург, где изучал художественное производство «для приобретения новых идей и вообще ознакомления со вкусом». На фабрике среди русских граверов был ведущим. Позже, когда Шафы уже покинули Златоустовский завод, его поставили наблюдать за Арсеналом. Максим не отставал от брата в искусстве художественного убранства стальных клинков. Украшенное им холодное оружие стоило того, чтобы самого мастера, работавшего над ними, отметили золотыми часами5.

Федор, обладая природным даром, имея хорошую подготовку в заводской школе и чертежной мастерской, где способных мальчиков — детей ведущих Златоустовских художников учили искусству живописи, без труда постиг назначенный ему в Академии художеств курс. За время обучения был отмечен двумя серебряными и золотой медалями. В 1829 году, по завершении академического курса, проходил практику у известных архитекторов А.А. Монферрана и А.И. Посникова6.

В формулярном списке Ф.А. Тележникова, составленном в Академии художеств и подписанном ее президентом А.Н. Олениным, в графе «К продолжению статской службы способен, и к повышению чина достоин, или нет, и зачем» рукой Оленина сделана надпись «способен и достоин». В 1830 году произведен в чиновники 14 класса с присвоением звания художника. По решению министра финансов Тележников оставлен в Академии до весны 1831 года «для всякого усовершенствования»7.

5 ЗГАО Ф.И 24. Оп. 1. Д. 306. Л. 15—15 об. 1824 г.

6 Посников Александр Иванович — архитектор горного Департамента, автор проекта здания арсенала Златоустовского завода. См. также: Козлов А.Г. Творцы науки и техники на Урале. — С. 108.

7 См: Куликовских С.Н.. ШубинаИ.Б. Тележников Федор Александрович. Архитектор. 200 лет со дня рождения // Календарь знаменательных и памятных дат Челябинской области / Сост. И.Н. Пережогина, Е.В. Кузнецова, Л.А. Величкина и др. — Челябинск: «Челябинская областная универсальная библиотека», 2005. — С. 260—261.

В том же году по требованию Департамента горных и соляных дел определен по Златоустовской оружейной фабрике «исправляющим должность архитектора с тем, чтобы он заведовал и чертежною на фабрике с жалованием по 750 рублей в год»1. В эти годы началось строительство каменного корпуса Оружейной фабрики, и знания и опыт, приобретенные молодым зодчим в столице, были востребованы. Проект нового сооружения был разработан главным архитектором Уральского горного правления И.И. Свиязевым, утвержден в 1831 году, строительство велось под наблюдением архитектора Златоустовских горных заводов, выпускника «Академии трех знатнейших художеств» Федора Александровича Тележникова.

К постройке каменной фабрики приступили через два года. В ходе строительства архитекторами М.П. Малаховым2 и Ф.А. Тележниковым были внесены изменения в первоначальный проект. Постройка завершена в 1839 году. По отзыву П.П. Свиньи-на, русского писателя, путешественника и издателя ежемесячного журнала «Отечественные записки»: «Оружейная фабрика—главнейшая достопримечательность Златоуста, предмет, достойный обратить на себя внимание всей просвещенной Европы». Новое здание фабрики «дела белого оружия» «без сомнения составляет одно из замечательнейших в России, как по обширности, так и по удобству размещения всех работ»3.

1 Гарус, В. Тележников Федор Александрович / В. Гарус, С. Куликовских // Златоустовская энциклопедия / аиг-сост. А.В. Козлов, Н.А. Косиков, В.В. Чабаненко. — Златоуст: Златоустовский рабочий, 1997,-—Т. 2. — С. 174—175.

2 Малахов М.П. (ум. в 1842 году) с 1815 года архитектор Екатеринбургского завода, с 1832 года -— главный архитектор Горного правления. В ранних его работах:, таких, как проект гранильной фабрики в Екатеринбурге, в усадьбах Расторгуева — Харитонова, Рязановых, Казанцевых, сооружениях Верх-Исетского завода и многих других постройках отчетливо проявляется характерное для московского зодчества, в частности школы М.Ф. Казакова, своеобразное нарушение нормативности классицизма, которого избегали петербургские мастера: отступление от принятой системы пропорций, последовательности и чистоты ордерных форм, большая декоративность. Малаховым была выработана целая серия своеобразных композиционных приемов, вариации которых придавали постройкам стилистическое единство при разнообразии внешнего облика. Их распространение не только в Екатеринбурге, но и на всей территории Урала в

1810—1820-е годы вплоть до Златоуста на Южном Урале, включая Каменск, Кыштым, позволяет говорить о местной екатеринбургской, или малаховской, архитектурной школе. См. также: Раскин, А.М. О периодизации и местных школах архитектуры классицизма на Урале / А.М. Раскин // Из истории художественной культуры Урала: Сб. науч. тр. — Свердловск : УрГУ, 1985. — С. 32; Раскин, А.М. О школе М.Ф. Казакова в архитектуре Урала / А.М. Раскин // Из истории художественной культуры Урала: Сб. науч. тр. — Свердловск : УрГУ, 1988. — С. 48.

Учебная практика и личное знакомство с А. А. Мон-ферраном, который в период обучения Ф. Тележникова в Санкт-Петербурге, возводил Исаакиевский собор (1818—1858), наложило свой отпечаток на творчество молодого уральского зодчего. Свято-Троицкий собор, построенный им в Златоусте, несм отря на меньшие размеры, имел большое сходство с величественным оригиналом. Архитектура и внутреннее убранство южноуральского собора были восхитительны. Монументальный объем здания также завершался куполом. С четырех сторон к нему примыкали шестиколонные портики коринфского ордера с фронтонами. Интерьер украшали росписи, выполненные уральскими живописцами. Местоположение было выбрано удачно на берегу заводского пруца. Свято-Троицкий собор был одним из великолепных созданий Ф.А. Тележникова, его сооружение пришлось на самый плодотворный период в деятельности архитектора. Памятник зодчества, построенный в 1835—1848 годах на пожертвования горожан и добровольные отчисления рабочих, недолго украшал центральную часть Златоуста. В 30-е годы XX столетия был варварски уничтожен.

Классический стиль, преобладавший в архитектуре, находил отражение и в творчестве художни-ков-граверов Златоуста. Памятники архитектуры, созданные Ф. Тележниковым, увековечены в акварелях и рисунках горнозаводских графиков И. Бушуева, И. Бояршинова, Е. Абабкова, Е. Бояршинова. Архитектурные элементы художники-граверы переносили на металл, украшая шедевры оружейного искусства XIX века.

Творениям Тележникова свойственна простота и строгость линий, при этом изящество и величавость. Он строго следил за тем, чтобы все дома строились «по фасадам, которые, соблюдая простоту, имели бы приличную наружность». Классическая спокойноторжественная архитектура ансамбля зданий, часть из которых была близка по своему характеру к постройкам, воздвигавшимся русскими зодчими в Петербурге и Москве, украшала город. В 1842 году Федор Александрович разработал планы застройки Златоустовского и Миасского заводов, по его проектам были построены здания в ряде уральских городов. Разрабатывая генеральный план застройки Златоуста, он учитывал и рельеф местности, и уже сложившиеся застройки заводского поселка.

В 1845 году список «каменных строений» (жилые дома, арсенал, госпиталь, католическая церковь, лютеранская церковь, мастерские и вновь построенная оружейная) пополнил новый доменный корпус, на необходимости постройки которого еще шесть лет назад настоял Ф.А. Тележников. В 1936 году домна была разобрана. Не сохранилось и здание Князе-Михайловской сталелитейной фабрики, построенной в 1858—1860 годах по проекту Тележникова.

В мае 1848 года Ф.А.Тележников был официально утвержден в должности архитектора Златоустов-

3 Цит. по: Аносов, П.П. Собрание сочинений / П.П. Аносов. — М.: Изд-во АН СССР, 1954. — С. 175.

ских заводов и Оружейной фабрики. Более трех десятилетий проработал выпускник Санкт-Петербургской Академии художеств Ф.А. Тележников архитектором в Златоусте, составил более 30 смет, планов и проектов построек. Воспитанный на лучших образцах отечественного классического искусства своими сооружениями он определил лицо города-завода. В том, что Златоуст как центр горного округа в в первой половине XIX веке, по верному замечанию известного английского ученого Родерика И. Мурчисона, «находился в более цветущем состоянии, нежели многие города, обозначенные на карте крупными буквами»1, была несомненная заслуга Федора Александровича Тележникова.

К середине XIX столетия классический ансамбль Златоустовского завода и центральной части заводского поселка окончательно сформировался. Построенные, в основном, в конце 1830-х — начале 1850-х годов, здания отражают характерные черты позднего классицизма и дополняют относительно небольшой перечень последних образцов архитектуры уходящего стиля2. Среди наиболее значительных сооружений Златоуста, возведенных по проектам Тележникова следует назвать: Свято-Троицкий собор (1835—1840), пятиярусную колокольню (1843— 1848), доменный корпус Златоустовского завода (1845), комплекс зданий Златоустовского горнозаводского госпиталя (1853—1863), Князе-Михайлов-скую сталелитейную и сталепушечную фабрику (1858—1860), плотину и, конечно, жилые дома. К сожалению, время и события отечественного прошлого не пощадили памяти и памятников архитектуры позднего классицизма как свидетельств индустриального наследия и замечательных образцов промышленного зодчества Урала.

В 1854 году Ф.А. Тележников был произведен в чин коллежского асессора со старшинством. Архитектор уральских заводов был награжден знаками отличия «За беспорочную службу» (1848, 1852), бронзовой медалью на Владимирской ленте в память Крымской войны 1853—1856 годов. В 1863 году 57-летний Федор Тележников вышел в отставку и переехал в Екатеринбург. Точная дата его смерти не установлена.

Одним из ярких представителей классицизма в русской художественной медали является Павел Петрович Уткин (1808, Златоустовский завод — 1852, Санкт-Петербург).

В «Регистре семи мальчикам... обучающимся в заводской школе» Златоуста указано имя будущего воспитанника Академии художеств — Павел Уткин3. Среди командированных в Академию художеств он оказался самым младшим.

Во время учебы П. Уткина в Санкт-Петербурге творили такие крупные мастера русского медальер-

1 Цит по: Иофа Л.Е. Города Урала. Указ. соч. — С. 308.

1 Раскин, А.М. О периодизации и местных школах архитектуры классицизма на Урале / А.М. Раскин. — С. 35.

3 ЗГАО. Ф. И 24. On. 1. Д. 101. Л. 172.

ного искусства как Федор Толстой и Карл Леберехт. Не исключено, что под впечатлением их таланта юный Уткин остановил свой выбор именно на медальерном классе Академии. Он показал себя способным учеником. Его работы отмечены тремя серебряными и золотой медалью — «за успехи в лепке с натуры и резьбу по твердым камням»4. В 1829 году за резьбу на камне «Орфей и Эвридика» получил большую золотую медаль. Своей «программой» (дипломной работой) он заслужил звания художника 14 класса и право на заграничную командировку, поскольку ему была присуждена золотая медаль первого достоинства.

В резьбе по камню его учителем был Петр Егорович Доброхотов5 (1786 — 1831), чьи произведения отличались «деликатностью резца и прекрасным рисунком». Уткин выполнил резные работы: фигуры Марса и Афины, голову Александра Македонского, голову Эскулапа.

В ноябре 1830 года Павел Уткин «выпущен из оной со званием художника 14 класса по медальерному искусству»6. Закончив обучение, однако оставлен в Академии еще на один год «для усовершенствования в своем художестве». Он остается в столице и посещает «классы», где слушает только что введенные тогда лекции по анатомии и теории изящных искусств, а затем всецело отдается преподавательской и творческой деятельности.

Весной следующего года умирает П.Е. Доброхотов, и должность преподавателя медальерного класса была поручена «пенсионеру — художнику сего искусства г. Уткину»1. На продолжительное время он становится полновластным руководителем класса: таким образом, Павел Петрович Уткин был определен в Академию художеств в новом качестве. Фактически он являлся единственным преподавателем в медальерном классе Академии художеств почти на протяжении 20 лет и выработал за эти годы свою методику обучения медальеров, близкую, по мнению И.А. Прониной, к методике обучения станковистов8. Кроме медальерного искусства П.П. Уткин преподавал еще и рисование.

С этого времени начинается его самостоятельное творчество, основным направлением которо-

4 Боже, B.C. Академик из Златоуста / B.C. Боже // Рифей: Урал, краевед, сборник. — Челябинск : Юж,-Урал. кн. изд-во, 1987. — С. 99.

5 Доброхотов Петр Егорович «посещал» Академию с 1811 года «для совершенствования», к концу первой трети века остался почти единственным педагогом в медальерном классе, где вел «резание на крепких камнях». См. также: Пронина И.А. Указ. соч. — С. 143.

6 Боже, B.C. Художник-медальер Павел Уткин (1808— 1852) / B.C. Боже // Художественный металл УралаXVIII

— XX вв. : материалы конференции. — Свердловск : Внешторгиздат, 1993. — С. 39.

7 См.: Боже B.C. Академик из Златоуста— С. 99,

8 См.: Пронина И.А. Указ. соч — С. 143.

го является создание художественных медалей. Искусство Уткина П.П. получает всеобщее признание. Медали на открытие Александровской колонны в Петербурге, на закладку Храма Христа Спасителя, портретные восковые барельефы И.А. Крылова, Петра I и другие его произведения поставили уральского медальера в один ряд с такими признанными корифеями отечественного и мирового медальерного искусства как Ф.П. Толстой, Иван Шилов, Александр Лялин'. Успехи художника были очевидными, его неоднократно отмечали премиями.

С января 1835 года Павел Петрович стал совмещать преподавательскую деятельность с работой на Санкт-Петербургском монетном дворе с «оставлением на службе при Академии». Он создает монеты для Польши достоинством в 1,5 рубля — 10 злотых, которые считаются одними из самых красивых и редких монет в России. Талантливый медальер разместил на них восемь миниатюрных портретных изображений, что само по себе уже явление уникальное в отечественном монетном производстве. Истории и возврату унитов в православие посвящена его медаль 1839 года «Торжество православия» («Воссоединение унитов»)2.

19 сентября 1839 года «за искусство и познания в медальерном искусстве возведен в звание Акаде-

1 Лялин Александр Павлович (1802—1862) — один из лучших русских медальеров. Воспитанник Академии художеств (1813—-1824), которую окончил с малой золотой медалью. Главным наставником его «по части лепки и резьбы» был граф Ф.П. Толстой. Служил при Санкт-Петербургском Монетном дворе. За стальной медальон «Милон Кротонский, терзаемый львом» в 1834 году «возведен в звание академика». Участвовал в создании медалей в память Отечественной войны 1812 года по моделям Ф. Толстого. С 1852 года (вероятно, после смерти П.П. Уткина — С. К.) «принял на себя преподавание медальерного искусства в классах» Академии художеств. Всего им исполнено более 70-ти штемпелей для медалей. Наиболее известны медали на открытие триумфальных ворот у Нарвской заставы в Санкт-Петербурге (известно, что 31 июля 1814 года русская гвардия торжественно вступила в Петербург через Нарвские триумфальные ворота, сооружены они были из дерева по проекту известного архитектора Д.Кваренги специально для этого случая. В последствии их разобрали и в 1827—1834 годах воздвигли новые, уже каменные, по проекту архитектора Д.П. Стасова, немного изменившего первоначальный облик ворот), на закладку Пулковской астрономической обсерватории, на юбилеи Н. Уткина, князя С.М. Голицына и др. См. также: Искусство России / под ред. В. Бутромеева. — М.: Современник, 1997.

— С. 123; Отечественная война 1812 года в художественных и исторических памятниках из собрания Эрмитажа. — Л. : Изд-во Гос. Эрмитажа, 1963. — С. 80.

2 Государственный музей истории религии, Санкт-Петербург. — Инв. № А-3883-1У; см. также: Православие, армия и флот России // авт.-сост. Т.И. Абольская, Е.А. Введенская, А.И. Гладкий и др. — СПб.: ЭГО. — С. 61.

мика художеств»3. Вскоре должную оценку получает многолетняя преподавательская деятельность П.П. Уткина, и в 1842 году он возведен в звание «профессора 3-ей степени, состоящее по штату Академии в 8 классе».

Уткин был женат на Анне Степановне Галакти-оновой, дочери профессора Академии художеств Степана Филлиповича Галактионова4. Воспитанник Златоустовского завода Павел Уткин был современником А.С. Пушкина, общался с Ф.П. Толстым, вместе с А.А. Монферраном создавал медаль на возведение Александровской колонны, очевидно был хорошо лично знаком с многими деятелями культуры той поры.

В 1834 году П.П. Уткину были назначены учениками Фальк, И.И. Реимерс5 и А.И. Лютин6. Среди учеников был и его земляк Егор Андреевич Бояршинов. В 1845 году по распоряжению министра финансов в Санкт-Петербург «для осмотра» произведений Императорской Академии художеств отправляется учитель черчения и рисования по Златоустовской горной школе Е.А. Бояршинов. В течение полугода в качестве вольноприходящего он посещает классы Академии, где под руководством академика Уткина обучается «рисованию и леплению». Под наблюдением Павла Петровича Уткина живописец из Златоуста выполняет копии двух рисунков и двух картин: академика Зеленцова и художника Раева. Картины, выбранные Е.А. Бояршиновым для копирования показывают, что его симпатии были на стороне искусства, близкого к жизни — одна из них изображала старика, другая — прокатку меди на Нижне-Тагильском заводе. За работу «Вид на Златоустовский завод ночью» Е.А. Бояршинов получает от Совета Академии художеств звание уездного учителя рисования. Но на творческом пути златоус-

3 См.: Боже B.C. Художник-медальер Павел Уткин (1808—1852). —С. 40.

4 Галактионов Степан Филиппович, русский график, выпускник Академии художеств (1785—1800). Работал главным образом в технике резцовой гравюры в сочетании с офортом, одним из первых в России в начале 20-х годов XIX века овладел техникой литографии. Один из лучших граверов пушкинской поры, иллюстрировал многие известные литературные альманахи («Полярная звезда», «Северные цветы»), в 1826 году сделал первые иллюстрации к «Бахчисарайскому фонтану» А.С. Пушкина. См. также: Бабенчи-юв, М.В. С.Ф. Галактионов / М.В. Бабенчигов. — М., 1951.

5 Реимерс Иван Иванович, медальер и скульптор, пропагандист декоративного искусства, в частности керамики. См. также: Пронина И.А. Указ. соч. — С. 143.

6 Лютин Александр Иванович, академик, управляющий Екатеринбургской гранильной фабрикой и член-учредитель УОЛЕ, автор и создатель мозаики крупных форм из поделочных и ювелирных камней, один из авторов памятника А.Н. Карамзину в Нижнем Тагиле. См. также: Пронина И.А. Указ. соч. — С. 143; Боже B.C. Художник-медальер Павел Уткин. — С. 42; Голынец, Г. Академия художеств и Урал / Г. Голынец, С. Голынец // Декоративное искусство. — 2005. — № 3. — С. 28.

товского живописца ожидала неудача, поскольку художественная общественность высоким искусством признавала лишь произведения, представляющие героические сцены истории, мифологические и религиозные сюжеты. Распространение картин на сюжеты из повседневной жизни начнется в русском искусстве целое десятилетие спустя1.

Скромный и трудолюбивый, обладавший исключительной поэтической силы талантом Павел Уткин за свою короткую жизнь создал множество прекрасных изображений на крепких камнях и медалях. Среди них — мужественные портреты Петра I и И.А. Крылова, лирические виды русской зимы, торжественно-величественные архитектурные памятники, классически ясные композиции на темы греческих мифов. Несомненно, главным в жизни Павла Петровича Уткина было творчество. Его произведения обогатили русское медальерное искусство, их автору создали жизнь в искусстве.

Итак, расцвет деятельности Златоустовского завода и Оружейной фабрики как центра, где была организована школа художественного образования и воспитания будущих художников-граверов, приходится на первую половину XIX века. В «золотое время» Златоустовского искусства художественного металла, особым подъемом отмечена также деятельность художников-живописцев заводской чертежной мастерской по обучению подростков «рисовке». Они заложили основы художественной грамоты. Не меньшая заслуга и их воспитанников в формировании основ Златоустовской художественной школы, традиции и эстетические принципы которой за два столетия подтвердили свою жизнеспособность, актуальность и востребованность. Удивительным образом искусство Златоуста сплавило, соединило иконописное искусство самобытной строгановской школы и академической петербургской. Талантливая молодежь, пройдя живописную школу в Златоусте, с успехом выдерживала испытание при зачислении в Санкт-Петербургскую Ака-

демию художеств. Пенсионеры и вольноприходящие Златоустовского завода были немногочисленны, но трудно переоценить ту колоссальную пользу, которую они по окончании Академии художеств оказали Уралу. Польза была обоюдной, поскольку все пенсионеры Златоустовского завода обогатили не только уральское, но и отечественное искусство, оставив замечательные образцы графики и архитектуры, оружейного и медальерного дела. Выпускники Академии художеств несли на Урал идеи классицизма, воплощая их в произведениях изобразительного и декоративно-прикладного искусства. Несомненно, талант местных художников был «усовершенствован»: восприняв в северной столице новые художественные идеи, они создавали на Урале особую культурную среду, благодаря чему Златоустовский завод приобрел статус завода-города как одного из замечательных российских культурных центров.

Сокращения

ГАПО — Государственный архив Пермской области.

ГАЧО — Государственный архив Челябинской области.

ГИМ — Государственный Исторический музей.

ГРМ — Государственный Русский музей.

ГЭ — Государственный Эрмитаж.

ЗГАО — Архивный отдел администрации г.Зла-тоуста.

ИИиА УрО РАН — Институт истории и археологии Уральского отделения Российской Академии наук.

УОЛЕ — Уральское общество любителей естествознания.

ЦВИМАИВиВС — Центральный Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи.

ЦГИА — Центральный государственный исторический архив.

1 Вяжевич М.В. Рисовальщики Златоуста // Металло-снабжение и сбыт, 1996. — № 4. — С. 72—74.