Процесс колонизации провинции Africa в эпоху римской республики

Процесс колонизации провинции Africa в эпоху Римской республики Лебато Т. Л. Э.

Лебато То Летисия Эдит /Lebato Toh Laetitia Edith - аспирант, кафедра истории и права,

Тульский государственный педагогический университет им. Л. Н. Толстого, г. Тула

Аннотация: данная статья посвящена процессу колонизации римской провинции Africa, который был начат в 123 г. до н. э. народным трибуном Гаем Гракхом, желавшим улучшить условия жизни своих беднейших сограждан. К сожалению, проект трибуна завершился полным провалом, который автором данной статьи в значительной степени объясняется ловкостью и превосходством римских элит, яростно выступавших против политики Гая Гракха.

Ключевые слова: Provincia Africa, эпоха Римской республики, колонизация, deductio oppidorum, Гай Грах, сенат, Lex agraria, холм Byrsa.

После разрушения Карфагена Римской республикой в 146 г. до н. э. римский сенат решил (по причинам, которые можно назвать стратегическими) [1] аннексировать территорию древнего пунического города в северо-западной Африке. Эти земли были немедленно превращены в римскую провинцию, которая получила название «Provincia Africa» (Caes., Bell. Afric, VIII, 5). Так провинция Africa стала первой римской провинцией на африканском континенте. На западе и юге пограничный ров Fossa regia отделял доставшиеся ей в наследство земли Карфагена от царства Нумидия (Plin., NH, V, 25), на юго-востоке Филеновые алтари (arae philaenorum) обозначали границу с греческой колонией Киренаика (Strabo, XVII, 3, 20), а с севера и востока эта территория омывалась водами Средиземного моря.

Вскоре после создания провинции Africa здесь началась реализация проектов Римской республики, которая уже давно понимала, что у этого региона имеется огромный потенциал. Так, с первых же лет существования провинции римские власти проводили здесь политику территориальной организации в целях обеспечения использования богатых природных ресурсов региона. Это проявлялось в форме двух основных мер: уточнения границ провинции и размежевания пахотных земель в соответствии с римскими стандартами.

Как только провинции были определены, а земли организованы, Рим смог теперь подумать о начале настоящей политики колонизации провинции, самым важным этапом которой явилась deductio oppidorum или создание колоний [2, c. 174]. По мнению Б. Паза, этот процесс является «самым символическим актом римского укоренения в провинции» [3, c. 144]. В противоположность пуническим колониям (которые в реальности были лишь коммерческими конторами), римские колонии являлись учреждениями или заведениями, основанными высшими лицами государства и предназначенными для контроля над провинциями или новыми завоеванными приобретениями [4, т. 7, c. 58].

По сведениям, которые нам удалось получить из литературных источников, первая попытка установления колонии в провинции Africa восходит к эпохе Гракхов, к второй половине II-го века до н. э. (Plut., Caius Gracchus, XXIX). В то время Рим и Италия испытывали серьезный социально-экономический кризис, в значительной степени вызванный перенаселенностью и неравномерным размещением пахотных земель (Appi., Libyca, CXXXVI). Население беднело, в частности, мелкие крестьяне. Плебейский трибун Гай Гракх пытался продолжить дело старшего брата Тиберия Семпрония Гракха и положить конец этому кризису. Для этого он восстановил в силе предложенный Тиберием закон Sempronia, внеся в него некоторые поправки, в том числе о создании римского поселения на месте бывшего города Карфаген. Его целью было, во-первых, дать плодородную землю тысячам семей римлян и латинян, чтобы помочь им выбраться из нищеты. Во-вторых, согласно Павлу Орозию, размещение римской колонии на территории бывшего Карфагена имело целью также повышение численного состава римских военных в провинции Africa (Oros., Hist. cont. pag., V, 11, 4). Напомним, что за два года до этого значительная часть солдат, расквартированных в Утике, умерла в результате разразившейся здесь эпидемии чумы. В 123 г. до н. э. аграрный закон Рубрия о создании колонии был принят (Plut., Caius Gracchus, X, 2).

К сожалению, план Гая Гракха не удался, поскольку через два года после принятия закона Рубрия (lex Rubria) Гай был убит сенатом, яростно сопротивлявшимся его законопроекту(Appi., Bell. civ., I, 26). После этой неудачи лишь в 46 г. до н. э. при Юлии Цезаре и в 27 г. до н. э. при Октавиане Августе к проекту реконструкции бывшего Карфагена возвратились и на этот раз с большим успехом. При этом возникают два основных вопроса. Первый вопрос: почему во времена Гая Гракха проект колонизации римской провинции Africa, целью которого было лишь улучшение условий жизни римского плебса, вызывал столь враждебную реакцию римской элиты и, в частности, партии оптиматов? Второй вопрос: чем проект восстановления Карфагена, подхваченный Юлием Цезарем и завершенный Октавианом Августом почти век спустя, отличался от первоначального проекта Гая Гракха, чтобы быть принятым на этот раз с несколько большим воодушевлением? Чтобы ответить на эти вопросы, мы решили обратиться главным образом к греколатинским авторам, многие из которых писали о неудачной попытке Гая Гракха создать колонию на территории бывшего Карфагена.

Итак, по данным античной литературы, против законопроекта Гая Гракха выступала консервативная римская аристократия по одной главной причине, которую Плутарх донес до нас такими словами: «Однако, так как его враги [речь идет о врагах Гая], добившиеся назначения консулом Опимия, отменяли многие законы Гая и ставили под сомнение меры, принятые в отношении карфагенской колонии, организовывая провокации, которые вызывали его гнев и должны были обеспечить им предлог для его убийства, первое время он ждал» (Plut., Caius Gracchus, XXXIV). Из всех мер, на которые здесь ссылается Плутарх, вне всякого сомнения, самой спорной был выбор места размещения колонии. Действительно, вскоре после падения Карфагена римский полководец Сципион Эмилиан и комиссия из десяти магистратов приняли решение о том, что «всё, что еще оставалось [от города], будет до основания разрушено Сципионом, и запретили кому-либо поселяться здесь, особенно прокляв холм Бирсу» (Appi., Libyca, CXXXV). По мнению некоторых современных авторов, ритуал проклятия заключался в посыпании территории Карфагена солью [5, c. 651-676], чтобы сделать город непригодным для жилья, а его землю бесплодной [3, c. 104]. Другие считают, что ритуал полного уничтожения земли города (Servius, In Vergilii Aeneidem commentarii, IV, 212) скорее представлял собой прохождение по ней плугом [6, c. 144]. Вторая гипотеза подтверждается знаменитым римским юристом III в. н. э. Модестином. Модестин называет Карфаген в ряду других древних городов, испытавшим на себе такой мистический обряд (Modestinus, Digest, 7, 4, 21), к которому римляне прибегали, похоже, не один раз (Propertius, Elegiae, III, 9, 41; Horace, Odes, I, 16, 21). Таким образом, мысль о расселении колонистов на проклятой земле Карфагена была воспринята многими римлянами как оскорбление адских богов, которым это место было отдано за 23 года до этого. Историк Аппиан, относившийся именно к этой категории римлян, не преминул, в свою очередь, высказаться по этому вопросу. По его словам, инициаторы этого проекта «не обратили никакого внимания на то, что, разрушив Карфаген, Сципион завещал впредь использовать эту землю лишь для выпаса скота» (Appi., Bell. civ., I, 24). Между тем следует отметить, что, по мнению современных авторов, «колонисты должны были обосноваться не на проклятой земле [то есть не на холме Бирса, как ясно сказано в тексте Плутарха], а за ее пределами» [3, c. 154].

Если это действительно так, и особенно если этот факт был в то время общеизвестным, то почему же Сенат по-прежнему враждебно относился к процессу колонизации Римской провинции Africa?

Мы думаем, вновь опираясь на античные источники, что римские элиты не боролись против самого проекта колонизации римской провинции Africa как такового. Они скорее использовали его как оружие в борьбе против политика Гая Гракха, который слишком сочувствовал римским и италийским плебеям, поставив перед собой целью ограничение привилегий богатых ради улучшения условий жизни бедных (Plut., Caius Gracchus, XXVI). Следует отметить, что закон о создании карфагенской колонии (Colonia Iunonia Karthago) был лишь звеном целой серии законов (каждый из которых был направлен против интересов богатых сенаторов), которые Гаю Гракху удалось протолкнуть в сенате, опираясь, в основном, на плебс и всадников, и с помощью которых он надеялся реформировать всю римскую социальную систему в целом. Сильно опасаясь постоянно растущей популярности Гая Гракха и того, что тот вскоре мог стать совершенно непобедимым, римский сенат стремился любыми средствами уменьшить его влияние на народы Италии. В 121 г. до н. э. римляне, приплывшие вместе с Гаем Гракхом в провинцию Africa с целью подготовки поселения Colonia Iunonia Karthago, столкнулись с определенными трудностями, которые привлекли внимание сенаторов, поскольку те нашли в этом прекрасную возможность для дискредитации народного трибуна. В самом деле, после размежевания территории, выбранной для размещения 6000 семей колонистов (Appi., Bell. civ., I, 24), Гай вернулся из Африки в Рим, а в его отсутствие, как утверждает Аппиан, установленные им межевые столбы были вырваны из земли и разбросаны волками (Appi., Libyca, CXXXVI). Плутарх добавляет, что ураганным ветром был вырван символ легиона, принимавшего участие в церемонии основания, а размещенные на алтарях внутренности жертв рассеяны и унесены за пределы вех, обозначавших границы новой колонии (Plut., Caius Gracchus, XXXII). Узнав обо всех этих событиях, сенаторы распространили слух о том, что проект колонизации Карфагена проклят силами ада (Appi., Bell. civ., I, 24). Несмотря на долгие годы, прошедшие с момента проведения Сципионом в 146 г. до н. э. ритуала проклятия земель пунической столицы, память об этом была еще столь жива, что Сенату удалось почти мгновенно поднять римское население (сильно страшившееся гнева богов) против народного трибуна, которого оно до сих пор поддерживало. Так Гай Гракх потерял поддержку основных союзников, и после убийства трибуна и еще трех тысяч его сторонников (Plut., Caius Gracchus, XXXIX) закон, разрешающий колонизацию римской провинции Africa, был отменен (Appi., Bell. civ., I, 27; Floras, II, 3, 6; Oros., V, 12, 5). Это был первый случай, когда Рим был охвачен такой волной насилия из-за политических разногласий.

После смерти народного трибуна, на протяжении столетия, предшествовавшего падению Республики, процесс восстановления Карфагена стал символом противоборства между оптиматами (optimates) и популярами (populares).

Аппиан сообщает нам о том, что во время африканской кампании Цезарю приснился сон, подтолкнувший его к продолжению начатого Гаем Гракхом процесса колонизации провинции Africa (Appi., Libyca, CXXXVI). Хотя, принимая такое решение, Цезарь преследовал те же цели, что и братья Гракхи (то есть наделить ветеранов и римских граждан плодородными землями, дать римскому плебсу средства к существованию и тем самым обеспечить спокойствие в Риме), за этим решением необходимо видеть и чисто политический акт, который ставит Цезаря и его преемника Октавиана Августа в одну линию с Гракхами,

яростного противодействовавшими интересам сената. Суть продолжения процесса колонизации римской провинции Africa, прерванного в 121 г. до н. э., находится в точке пересечения личных амбиций Цезаря и общественных потребностей Рима.

В 44 г. до н. э. начались работы по реконструкции карфагенской колонии [7, т. 8, с. 174]. Они велись до тех пор, пока Цезарь, в свою очередь, не был убит. Через несколько лет после смерти диктатора Октавиан Август с гораздо большей живостью возобновил проект своего приемного отца и наконец довел его до логического конца. Таким образом, процесс колонизации римской провинции Africa был удачно завершен лишь при Октавиане Августе. По данным античных источников, успех этого проекта во многом был связан с мерами, принятыми римскими властями, которые оказались вовлечены в процесс его реализации в эпоху правления Юлия Цезаря вплоть до Октавиана Августа. Благодаря Аппиану нам известно, например, что Юлий Цезарь планировал разместить свою колонию к северо-западу и западу от холма Бирса, избегая таким образом земель, расположенных в центре холма, над которыми висело проклятие Сципиона Эмилиана (Appi., Libyca, CXXXVI). Дион Кассий в свою очередь сообщает, что после смерти Цезаря триумвир Лепид приказал разрушить некоторые из поселений, частично располагавшихся на проклятой территории Карфагена (Cassius, LII, 43, 1). Пришедший за Лепидом Октавиан Август стремился к тому, чтобы его колония могла воспользоваться всеми преимуществами территории бывшей пунической столицы, и приказал снять проклятие, висевшее над центральной частью холма Бирса, посредством специального обряда, который был проведен магистром коллегии жрецов quindecemviri sacrisfaciundis Сентием Сатурнином [3, с. 158].

Как видно, проект восстановления Карфагена, подхваченный Юлием Цезарем и завершенный Октавианом Августом, ничем не отличался от планов Гая Гракха вековой давности, поскольку, как и его преемники, тот также предполагал проследить за тем, чтобы африканская колония не затрагивала проклятых земель Карфагена. Из всего сказанного следует, что в 121 г. до н. э. процесс колонизации римской провинции Africa потерпел неудачу лишь потому, что в то время партия оптиматов, противившаяся его осуществлению, оказалась сильнее и хитрее партии популяров, в которую входил Гай Гракх.

Литература

1. Лебато Т. Л. Э. К вопросу об образовании римской провинции Africa // Классическая и византийская традиции: Материалы IX межд. науч. конф. - Белгород, 2015. С. 31-34.

2. Moattic C. Archives et partage de la terre dans le monde remain (IIe siecle avant - Ier siecle apres J.-C.). Rome: Ecole frangaise de Rome, 1993. 174 p.

3. Pasa B. Recherches sur l’Africa Vetus, de la destruction de Carthage aux interventions cesaro-augusteennes. These de doctorat, sciences de l’antiquite. Universite Toulouse le Mirail: Toulouse II, 2011. 529 p.

4. Gsell S. Histoire ancienne de l’Afrique du Nord. Paris: Librairie la Hachette, 1927. Tome VII. 308 p.

5. Bertrand L. «Les villes africaines, III. Constantine-Carthage» // Revue des deux mondes. 1905. № 28. Pp. 651676.

6. Warmington B. H. «The destruction of Carthage. A retractatio» // Classical Philology. 1988. № 83 (1). P. 144.

7. Gsell S. Histoire ancienne de l’Afrique du Nord. Paris: Librairie la Hachette, 1928. Tome VIII. 299 p.