Гэсэриада культурное наследие бурятского народа

УДК 398

ББК 82.3

Е.О. Хундаева

ГЭСЭРИАДА - КУЛЬТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ БУРЯТСКОГО НАРОДА

Статья посвящена символическим представлениям, которые играют большую роль в понимании национальной самоидентификации и этнокультурных детерминантов. Содержание героического эпоса бурятского народа, которое хранит в себе его культурное наследие, связано с условиями жизни, традициями и обычаями, национальными стереотипами, специфическим образным мировосприятием, культовыми верованиями. Стилеобразующие факторы, стилевые черты и формально-стилистические приемы, использованные в эпосе, представляют интерес в плане исследования особенностей поэтики произведения.

Ключевые слова: этнокультурные детерминанты; национальная самоидентификация; символические представления; образность; стилеобразующие факторы

Ye.O. Khundaeva

GESERIADE AS CULTURAL HERITAGE OF THE BURYAT PEOPLE

The article is devoted to comprehension of symbolic ideas that play a great role in understanding national self-identification and ethno-cultural determinants. The content of the heroic epic of the Buryat people which contains its cultural legacy is connected with life conditions, traditions and customs, national stereotypes, specific poetical outlook, cult beliefs. Style-forming factors, style features and stylistic devices employed in the epic are of great importance in the study ofpoetics of the work.

Key words: ethno-cultural determinants; national self-identification; symbolic ideas; imagery; style-forming factors

Бурятский эпос «Гэсэр» - большое произведение, до 20 тысяч строк и более, но, несмотря на крупные масштабы, текст легко запоминается благодаря повторяемости речевых формул, текстовых знаков. Именно знаковостьэтого произведенияспособствовала его формированию, циклизации, легкости восприятия и запоминания. Числовая символика эпоса представляется интересной темой, поскольку она отражает внутреннюю суть мироздания в понимании того или иного народа. Дискурсный подход выявляет очень интересный слой числовой символики, связанный с дихотомией: женское - мужское; положительное-отрицательное; добро - зло; небо-земля - небо, земля - подземелье; запад-восток; верх - низ и т. д. Представлены и сакральные триады. Исследователи приводят интересные высказывания по поводу чисел, например, пяти, семи, двенадцати. Число пять ассоциируется с пятью элементами витальности - пятью первоэлементами: сознание - небо; дыхание - ветер; тепло -

огонь; кровь - вода; мышцы - земля. При упоминании числа семь можно вспомнить, что форма «пинды» - шарика из вареного риса с добавлением молока, масла, семян сезама, меда, используемого в обряде кормления души умершего, символизирует зерно, состоящее из семи рекреационных компонентов, восстанавливающих жизненные силы. Число двенадцать ассоциируется с двенадцатью компонентами тела.

Числа, помогающие определению смысла, не следует понимать просто как счетные множества. Они чаще всего не обозначают количество, а дают общую схему мира, чувственно воспринимаемого в его сложных взаимодействиях и переплетениях.

План содержания эпоса сложен, он связан с условиями жизни, основными занятиями, традициями и обычаями, национальными стереотипами бурята, его специфическим образным мировосприятием, любовью к высокому слогу, обрядностью, культовыми верованиями, метафизическим осмыслением окружаю-

Вестник ИГЛУ, 2013

© Хундаева Е.О., 2013

щего мира. Отголоски первобытнообщинного строя еще ощущаются, когда индивидам родовой группы запрещалось вступать в брак внутри своего рода, поскольку существовала экзогамия. Родственники по материнской линии были ближе, чем родственники по отцовской линии. Отголоском материнского права является и то, что главной над западными тенгриями является Манзан Гурмэ бабушка. Об этом говорит также и то, что Гэсэр остается жить у тестя некоторое время после женитьбы на Алу Мэргэн. В тексте эпоса часто упоминается «сила плеча», что подразумевает состязания в единоборстве; «сила большого пальца» - стрельба из лука. План содержания осложняется космогоническими, анимистическими, тотемистическими, оборотническими, магическими представлениями.

План выражения - символика, синонимия, иносказание, гиперболизация, словесная избыточность, эмоциональная окрашенность, лексика, связанная с военным делом, скотоводством, отношениями родства. Сказитель-автор интуитивно выбирал поэтические средства, выражающие разные идеи, связанные с коллизиями, борьбой материнского и отцовского права, дихотомией понятий и психологией бурята - носителя эпоса.

В эпосе средством сообщения часто служит символ, знак, комплексное, дискурсное исследование которого оказывается продуктивным способом познания макромира бурят.

У протобурят существовали религиозная магия, культ животных, культ предков. Обнаруженные в погребениях кружки-диски, кольца, а также содержание эпоса свидетельствуют о существовании культа неба, солнца. Большое место в духовной жизни протобурят занимали шаманские представления. Пришедший значительно позднее буддизм потеснил устои шаманства. Началась борьба между этими двумя религиозными направлениями. Поскольку эпос «Гэсэр» несет на себе отпечаток шаманских воззрений в силу своего архаического происхождения, буддийское духовенство не всегда относилось к нему благосклонно. Это поддерживалось и отрицательным отношением к эпосу крупного деятеля буддизма XVIII в. Сумба-хамбо Дорждашийн Ишбал-жир (1704-1788), монаха из Гонлунского мо-

настыря [Дамдинсурэн, 1957, с. 184-200; Рад-наев, 1976, с. 176-177]. Буддийские элементы в эпосе носят характер не вполне органичных вплетений, напластований. Сущность «Гэсэ-ра» остается политеистической, имея в виду различные культы ранних сообществ, шаманские элементы, буддийские напластования, но главным образом она мифологична и эпически героизирована.

В эпосе широко представлены традиции протобурятского и бурятского общества. Они даны на фоне основных занятий бурят: охоты, скотоводства. Большое место занимает описание состязаний, сватовства, пиров и битв, а также доспехов, одежды, жилища. Развертываются подробные картины гигиенической процедуры по утрам, еды, подготовки ко сну, угощения. Описаны интересные обычаи, связанные с речевым этикетом, играми, открыванием двери, переступанием через порог. Обычай аккуратного переступания порога, очевидно, обусловлен существованием божеств внешних и внутренних дверей, т. е. хранителей внешней и внутренней силы: у домашнего очага, в подворье и за его пределами.

Эпос показывает терпимое отношение к убогим, что связано, вероятно, с кармическими воззрениями о перерождении. Даны картины очищения шаманских тайлганов с брызганием, воскурениями. Ярко обрисованы дидактические начала, отношение к природе, детям, колыбельной родине, своим обязанностям. На фоне традиций проступает образ главного героя Гэсэра, который вобрал в себя лучшие черты своего народа. Он берется за трудные дела, почитает старших, уважает решение совета тэнгриев, человечен. Народ его уважает и любит, потому что он щедр и великодушен, не мстителен и справедлив.

Поэтика на уровне лексики, фразеологии, фоники, грамматических средств, фольклорноэпических форм представляет чрезвычайный интерес не только красотой звукообразов и их комбинаторикой, но и связью языка с историей народа, социальными проявлениями, идейноэстетическими установками. Привлекают внимание такие языковые явления, как конверсивы (реляционные противочлены), гипонимические и гиперонимические отношения, фоника и фонэстетические слова,

парадигматико-синтагматические отношения. Все эти явления характеризуются большим своеобразием и представляют определенный интерес для обсуждения вопроса о богатстве бурятского языка в целом и, в первую очередь, поэтики эпоса.

Внимание привлекают межкультурные эпические традиции, выявленные в Гэсэриаде. Наиболее тесные связи наблюдаются с монгольской версией, поэтому особое

внимание можно обратить на связи и риторику монгольского эпоса о Гэсэре.

Чтобы понять дискурс эпоса «Гэсэр», необходимо глубоко проникнуть в смысл, энигматику сознания, выраженного словом, мифологемами. Но дискурсный анализ следует проводить на основе чего-то значимого, не только символов, но и знаков. Символика -это то, как эволюционировал эпос, развивался во времени и пространстве, это - герои и образы, это - возникновение различных вариантов, иначе говоря, это - процесс. Знак -это результат. Эпос - как бы «археологическая находка», обнаруженная под пластами веков.

Дискурс эпоса актуализируется в тексте-конструкте, который вбирает в себя значимый смысл из разных вариантов «Гэсэра», он выстраивается в сознании носителя этой культуры. Для этого нужны соответствующие составляющие, в древнем эпосе - это религиозные верования, обычаи и образы, своеобразный язык и стиль. Поскольку эпос представляет собой художественное произведение, в нем присутствует коллизия не только в содержании, но и в выразительных средствах: гипоним - гипероним, парадигма - синтагма, оппозиции в виде конверсивов, антонимических пар, синонимические пары с разными оттенками значений, фонические коллизии. Все вышеизложенное отражает способ отбора средств для выражения эпической идеи.

Изучение языка эпоса предполагает анализ разных уровней текстовой структуры эпоса с когнитивными, социальными параметрами его создания. Это обусловлено тем, что дискурс эпоса представляет собой не только текстовую структуру. Он является сложным коммуникативным явлением, включающим в себя социальный контекст, характеристику персонажей и различные языковые особенности организации текста.

Интерес представляет аналитическое описание специфического использования языка в дискурсе бурятского эпоса, выявление речевых комплексов на разных уровнях, которые можно описывать посредством функционально-грамматического, стилистического, семантического подходов. Так, здесь представлены свои правила выбора и актуализации единиц всех языковых уровней, свой особый стиль. Дискурс бурятского

эпоса включает, как мы выявили, следующие компоненты: стилеобразующие факторы,

стилевые черты, формально-стилистические приемы. Выявлены следующие

стилеобразующие внеязыковые факторы: сказительство как сфера деятельности, социальный статус сказителя и слушателей, отношение между сказителем и аудиторией, материальные средства в сказительском процессе [Эрдынеева, 2010].

Детальное знакомство с героическим

эпосом бурятского народа «Гэсэр» свидетельствует о сложном интегрированном органичном целом, дающем ценный материал о культуре, социальной организации, идейной направленности, образе жизни бурят, а также взаимосвязях эпоса, генетических и типологических характеристиках этих связей, о языковых знаках, свидетельствующих об оригинальном видении макро- и микрокосма, отличительных чертах менталитета.

Библиографический список

1. Дамдинсурен, Ц. Исторические корни Гэсэриады [Текст] / Ц. Дамдинсурэн. - М. : Изд-во Академии наук СССР, 1957. - 240 с.

2. Раднаев, В.Э. У истоков монгольской литературной критики [Текст] / В.Э. Раднаев // Народы Азии и Африки. - 1976. - № 3. - С. 176-177.

3.Хундаева, Е.О. Бурятский эпос о Гэсэре: символы и традиции [Текст] / Е.О. Хундаева. - Улан-Удэ : Изд-во БНЦ СО РАН, 1999. - 95 с.

4. Хундаева, Е.О. Бурятский эпос о Гэсэре: связи и поэтика. [Текст] / Е.О. Хундаева. -Улан-Удэ : Изд-во БНЦ СО РАН, 1999. - 165 с.

5. Эрдынеева, Ч.В. Стилеобразующие факторы, стилевые черты и формально-стилистические приемы в бурятских эпических произведениях [Текст] / Ч.В. Эрдынеева, Е.О. Хундаева // Языки и письменные источники монгольских народов : докл. Междунар. конф. Конвент монголов мира (Улан-Удэ, 14-18 июля 2010 г.). - Улан-Удэ : Изд-во БНЦ СО РАН, 2010. -С. 211-216.

Вестник ИГЛУ, 2013