Трансгрессия как процесс развития экономической системы государства в условиях глобализации

форм для динамизации предприятий // Проблемы теории и практики управления. 2001. № 6. С. 106-109.

21. Паринов С.И. Экономика ХХІ века на базе интернет-технологий // Информац. об-во. 1999. Вып. 2.

22. Эдвиссон Л. Корпоративная долгота. Навигация в экономике, основанная на знаниях. М., 2005.

23. Радаев В.В. Социология рынков: к формированию нового направления. М., 2003.

24. Клейнер Г.Б. Эволюция институциональных систем. М., 2004.

25. Бурдье П. Социальное пространство и генезис классов // Социология политики. М., 1993.

Поступила в редакцию 2.03.2009 г.

Chistyakov S.V. The network form of economic interactions and its characteristics. In the given article the competitive advantages of the network form of the organization of economic interactions are presented. It is shown that within the limits of the network approach for compensation of the traditional and abolished organizational-administrative principles a number of substitutes is developed, the main things from which are principles of network culture, reciprocity and, first of all, a climate of trust.

Key words: networks, network form of the economical interactions, network approach, network organizational culture, network communities.

УДК 300.331

ТРАНСГРЕССИЯ КАК ПРОЦЕСС РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВА В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

© Е.М. Дрышлюк

В статье рассматриваются особенности трансгрессионного процесса в экономической системе государства. Определено влияние глобализации на формирование экономических интересов государства. Ключевые слова: трансгрессия, трансгрессионные процессы, экономические интересы государства.

В условиях глобализации особое значение приобретают национальные интересы государства, связанные с положительной трансгрессией развития экономической системы страны. Они оказывают существенное влияние на реальные процессы глобализации, и не учитывать это было бы ошибочным. Трансгрессионный процесс в экономической системе национального государства -это процесс качественных переходов, требующий рыночно ориентированных методов организации стратегического управления экономикой страны.

Трансгрессия (лат. йаш - сквозь, через, за и gressus - приближаться, переходить, нападать, transgressio - переход) - понятие, обозначающее ситуацию достижения субъектом внешней позиции по отношению к чему-либо в процессе пересечения границ и выхода за пределы, по ту сторону явлений, состояний или объектов, которые, в свою очередь, также являются внешними, чуждыми субъекту и не способствуют свободному проявлению его истинной сущности. При

этом главным условием возможности осуществления трансгрессии становится не только дополнение об автономности и самостоятельности субъекта, но и наличие самой границы, которую необходимо преодолеть и которая является демаркационной линией, отделяющей внешнее от внутреннего, сущность от явления, власть от воли к власти и т. д. Акт трансгрессии призван снять эти противопоставления за счет устранения критериев самого различия [1].

Впервые понятие «Аи&еЬи^», аналогичное трансгрессии, было предложено Гегелем в «Феноменологии духа», где оно означало выход за пределы социального бытия и достижение позиции внешнего наблюдателя по отношению к рассматриваемым феноменам [2]. Наиболее полно понятие трансгрессии разработано у Батая, который последовательно обосновывает философскую, литературную, экономическую, теологическую стратегии преодоления не только социальных запретов, культурных традиций, мо-

ральных регулятивов, но и самих условий существования мышления [2].

В нашем понимании трансгрессия - это процесс пересечения границ количественного роста и формирования качественных изменений в структуре национально-государственной экономической системы, где потеря устойчивости ее развития создает предпосылки развития кризисных событий - это отрицательная трансгрессия, преодоление которой находится в области обеспечения экономических интересов страны условиям глобализации. Отсюда важнейшей задачей национального государства является формирование и развитие таких ее экономических интересов в условиях глобализации, которые обеспечат достижение положительной трансгрессии. На наш взгляд, чрезвычайно важным условием, необходимым для формирования положительной трансгрессии в экономической системе страны, является разработка новой парадигмы экономических интересов национального государства в условиях глобализации. Как известно, для практики ничего нет лучше хорошей теории.

Новая парадигма экономических интересов предполагает включение факторов глобализации, влияющих на формирование интересов страны, позволяющих обеспечить положительную трансгрессию экономических систем национального государства. Определение пороговых значений отрицательной и положительной трансгрессии способствует повышению качества управляемой системой, хозяйствующими субъектами, анализу функционально-технологической структуры в рамках формирующих ее экономических интересов экономической системы, соответствующих требованиям процесса глобализации.

Глобализация мировой экономики стала важнейшим фактором, влияющим на формирование экономических интересов в экономике страны. В этой связи необходимо разобраться в сущности процессов, происходящих в мировой экономике, с тем чтобы иметь возможность использовать полученные знания в развитии экономики страны.

Желательно по-новому взглянуть и на интересы государства, которое призвано защищать интересы «оседлого», живущего на данной территории населения (по Аристотелю). По Конфуцию, сила государства стоит

на трех китах: уровень жизни народа, мощь государства и доверие к правительству. Этим должен определяться интерес государства. В действительности все гораздо сложнее. Мощный современный бюрократический аппарат разделил государственный интерес на общенациональный (интерес национальной экономики) и интерес бюрократического аппарата. Так возникла «новая политическая экономия», изучающая поведение бюрократического аппарата. А проблема интересов -одна из главнейших проблем экономической теории, ибо именно интересы побуждают к тем или иным действиям хозяйственных субъектов.

Государство, выступавшее на разных этапах исторического развития в качестве преобразующего и упорядочивающего начала общества, в своем нынешнем состоянии стало недостаточно эффективным инструментом для достижения глобальных целей.

Под национальным государством нами понимается сформировавшаяся на основе традиций политическая организация общества, легитимность которой обеспечивается представлением и защитой интересов включенных в нее индивидов на основе идей и ценностей социокультурной, духовной, исторической, языковой, территориальной сплоченности и единого уровня экономического развития. При взаимодействии с внешней средой оно выступает как единое целое.

Исследуем в рамках данного подхода мотивацию субъектов национального государства и, прежде всего, индивидов в определении и формировании своих интересов.

В связи с тем, что индивиды - скорее общественные существа, для которых значительную роль играют их взаимодействия, необходимо выяснить, что мотивирует их действовать в интересах других.

Базовой предпосылкой поведения является то, что индивиды обычно действуют в своих собственных интересах, причем могут стремиться к своим целям любыми возможными путями, не заботясь о других. Так, стремление не оставаться голодным может найти применение в выращивании зерна, покупке-продаже, или же воровстве. Однако опыт показывает, что воровство (и другие виды оппортунистического поведения) ведет к дорогостоящим конфликтам и расходам, поскольку общество воров достигает более

низкий уровень удовлетворения, чем общество, в котором все честно кооперируют. Поэтому необходимо выяснить, как должна быть ограничена индивидуальная автономность действий, чтобы контролировать такого рода оппортунизм. Этот вид ограничений поведения людей является функцией институтов.

В принципе, существуют три способа побуждения людей делать усилия в интересах других:

а) любовь, солидарность и другие разновидности альтруизма;

б) принуждение под угрозой, применения силы (команда);

в) действие по собственной доброй воле, но на основе мотивации собственным интересом в ожидании существенной награды. В данном случае то, что делается для других, является побочным эффектом эгоизма.

Первая мотивация хорошо работает в маленьких группах, таких как семья, мелкое сообщество и друзья, заслуживает общественного признания и вознаграждается престижем; способствует разделению труда и знаний в маленьких сообществах при низких издержках координации и наблюдения. Такая мотивация являлась жизненно важной для выживания маленьких племен наших предков в течение сотен тысяч поколений, поэтому большинство людей инстинктивно считает альтруизм благородным и похвальным качеством. Альтруизм - это отношение, ставящее интересы других выше собственных, он контрастирует не только с эгоизмом (как своекорыстным стремлением), но также с рациональным интересом в стремлении к собственным целям.

То, что работает в маленьких группах в силу достаточного знания друг друга и взаимного контроля, регулируемого личным сопереживанием, невозможно переносить на большие группы, такие как современное макрообщество с массовым промышленным производством и массовыми коммуникациями. Большинство людей принадлежит множеству постоянно растущих сообществ, от микро- до макрогрупп: семья, родственники, местное сообщество, район, профессиональная группа, другие добровольные группировки гражданского общества, а также нация, глобальное сообщество.

При взаимодействии с незнакомыми людьми индивидам нужна иная, чем любовь и солидарность, мотивация. Особенно это ощущается, когда модель солидарности маленьких групп переносится на целое общество с «социалистической идеей». Перспектива коммунистического распределения под лозунгом «от каждого по способностям, каждому - по потребностям» ведет к массовому оппортунизму и, соответственно, к низкому уровню жизни. Попытки реформировать людей и создать нового человека, который бы бескорыстно трудился на благо общества из чистого альтруизма, оказались неудачными. Следовательно, приходилось использовать принуждение, что нам хорошо известно из нашей недавней советской истории.

Третий возможный мотив поведения -собственный интерес, реализующийся посредством добровольного обмена на рынке. Индивиды разделяют общее знание и помогают друг другу, поскольку желают взамен получить то, что могут друг другу предложить. В массовом обществе такое взаимовыгодное сотрудничество является побочным эффектом эгоистичного стремления к обогащению. Разные люди с разными навыками и активами действуют в интересах собственной выгоды и таким образом направляются «невидимой рукой» на производство благ для других. По образному выражению одного африканского лидера, можно ли заставить людей «производить, обращаясь к альтруизму, который в большом дефиците? Или вы заставите их производить, используя эгоизм, которого в изобилии?»

«Невидимая рука» рыночного механизма должна на практике дополняться институциональными ограничениями, такими, например, как исполнение профессиональных обязанностей (в медицине, праве и пр.) и поддержание незапятнанной репутации в целях реализации долговременных интересов.

Очевидно, что индивиды мотивированы оказывать услуги, только если вознаграждение остается у них и они не принуждаются делиться заработанным. Это означает, что они должны иметь право на частную собственность, включая использование собственного труда. Без соблюдаемого и защищаемого права обладать собственностью (которое также влечет за собой право распоряжаться по своему усмотрению и исключать других

от ее использования) у большинства специалистов в современном массовом обществе не будет достаточной мотивации производить товары и услуги. Полезное знание, содержащееся у миллионов разных людей, может эксплуатироваться по максимуму человеческих возможностей, лишь только если имеется набор институтов (правил), защищающих частную собственность. Итак, необходимо подчеркнуть ряд важных моментов:

- любовь и альтруизм, занимающие существенное место в мотивации в маленьких группах, не работают в современном массовом обществе, где индивиды не знают и не могут контролировать друг друга напрямую;

- использование только принуждения обладает серьезным недостатком: власти не располагают знанием, необходимым для оптимального использования всех наличных ресурсов, а принуждаемые индивиды чаще всего отвечают оппортунистическим поведением;

- система использования наличного знания и накопления новой информации как движущая сила экономического прогресса нуждается в стимулах, направленных на собственные интересы индивидов и полагающихся на их добровольные действия. Желаемые результаты таких действий часто являются побочным продуктом эгоистического стремления людей к собственным целям.

Таким образом, координация малых групп (например, внутри семьи) основана в значительной степени на неявном знании и неформальном контроле над поведением (обычно авторитетом, чья власть регулируется симпатией масс). Координация макрогрупп требует общих, разделяемых всеми, институтов, поскольку должно координироваться большое число людей, и никто не владеет всем специфическим знанием и способностью контролировать всех и вся посредством предписывающих команд.

Поскольку альтруистическая мотивация ограничена рамками малых групп, а принуждение требует затрат и неэффективно, то возникает проблема взаимодействия индивидов, недостаточно знакомых друг с другом. Широкое распространение получило взаимодействие, когда определенные индивиды действуют от имени принципала в качестве агентов: например, когда собственники фирм нанимают персонал, менеджеры осуществ-

ляют оперативное управление бизнесом, принадлежащим акционерам, или когда граждане избирают политиков для решения от их имени определенных задач.

Но здесь возникает т. н. «проблема аген-та-принципала», когда одни индивиды (агенты) действуют от имени других (принципалов) и когда агенты обладают лучшей информацией, чем принципалы (асимметричная информация). Проблема агента-принципала является центральной в институциональной экономике, ей часто адресуются соответствующие институты. Много усилий было потрачено на поиски способов ее решений, однако пока она остается одной из наиболее сложных в современном обществе.

У агентов появляется возможность действовать в своих собственных интересах и пренебрегать интересами принципалов (оппортунистическое поведение). В этих случаях агенты имеют соблазн действовать оппортунистически, зная, что все сходит с рук, если принципал недостаточно хорошо информирован и остается «в рациональном неведении» о деталях действий своих агентов; в условиях асимметричной информации, когда принципал, желая узнать, что в действительности делают агенты, несет высокие издержки наблюдения и агенты могут избежать наказания, пренебрегая своими обязанностями. Менеджеры, вместо того чтобы рисковать и действовать творчески и предприимчиво в интересах собственника бизнеса (принципала), имеют возможность удовлетворять свои желания и использовать ресурсы принципала в собственных интересах. Это подтверждается недавними громкими корпоративными скандалами в США. В области государственного управления рядовые граждане (принципалы) зачастую не получают от правительства и официальных лиц соответствующего качества работы, поскольку парламентарии и чиновники преследуют собственные интересы. Существует, однако, еще один достаточно редкий аспект проблемы агента-принципала, когда принципал, избегая ответственности, прячется за спиной своих агентов, настаивая на своей неосведомленности (т. н. оппортунистическое укрытие). Данное явление известно как следствие проблемы знания и естественных границ солидарности с другими.

Люди действуют оппортунистически потому, что те, кого они обманывают, не знают

или знают, что становятся жертвами «морального риска» [moral hazard]. Данный термин впервые был использован в страховании для анализа случаев, когда застрахованные индивиды, зная о компенсации при наступлении страхового события, не предпринимали все возможные шаги и меры предосторожности для избежания ущерба. В более общем значении термин «моральный риск» теперь используется для описания ситуаций, когда корыстные и эгоистичные индивиды имеют соблазн нарушать общие стандарты честности и надежности, если обстоятельства позволяют им выйти «сухими из воды». Таким образом, наличие морального риска обусловливается двумя источниками: а) неведением принципала; и б) отсутствием ограничений действий агентов соответствующими правилами (институтами).

Проблема агента-принципала часто возникает в крупном бизнесе или правительственных организациях. Оппортунистическое поведение агентов выливается в высокие организационные издержки, поскольку аутсайдеры, включая собственников фирмы и работодателей, не знают, какие издержки необходимы, а какие нет.

Мотивация агентов требует серьезного внимания. Принципалы могут применять три типа мотивации, чтобы гарантировать работу агентов с полной отдачей:

1) побуждать агентов принять цели принципала солидарно как собственные, т. е. формировать лояльность принципалу, что помогает экономить на издержках наблюдения и других трансакционных издержках;

2) контролировать агентов посредством прямого руководства и принуждения командой. Если принципал информирован о действиях агентов и потенциальном объеме действий, агенты следуют инструкциям и являются объектом санкций при нарушении инструкций;

3) побуждать агентов следовать общим правилам, создающим для них стимулы соблюдать интересы принципала из своей собственной выгоды (косвенный контроль). Так, рабочие могут способствовать прибыльности предприятия, потому что хотят плату за хо-

рошую работу, даже если прибыль принципала и не является их прямой заботой.

В целях эффективного стимулирования целесообразно обращаться к самомотивации агентов с помощью правил и стимулов, побуждающих их выполнять приказания принципалов добровольно (например, оплачивая рабочим сдельно или вводя систему участия в прибыли). Эффективный косвенный контроль над оппортунизмом агентов базируется на конкуренции: риск потерять работу способствует целям принципала.

Серьезная проблема агента-принципала, как уже отмечалось, возникла при социализме в условиях господства доктрины, утверждавшей моральную высоту и отвергавшей эгоизм. Однако солидарность с «обществом» оказалась ограниченной, и принципалам приходилось полагаться на принуждение, сталкиваясь с непреодолимо высокими издержками сбора информации и наблюдения. Принципалы в принципе не могут знать детально, какой уровень потенциального производства достижим, какие возможны инновации и экономия ресурсов. В конечном счете, в силу ограниченной возможности принуждать агентов широко распространилось оппортунистическое поведение - система развалилась из-за неспособности справиться с проблемой агента-принципала.

1. Пресняков В.Ю. Глобализация и современное государство: зарубежный и отечественный опыт // Экономика XXI века. 2002. № 6.

2. Россия в глобализирующемся мире / под общ. ред. Р.С. Гринберга, В.И. Видяпина. М., 2007.

Поступила в редакцию 3.03.2009 г.

Dryshlyuk E.M. Transgression as a development of economic system of the state in the conditions of globalization. In the article the features of transgression process in economic system of the state are considered. Influence of globalization on the formation of economic interests of the state is defined.

Key words: transgression, transgression processes, economic interests of the state.

29б