Уссурийский короед на территории России

но отчетливо дистанцируются от штаммов PPV-D, PPV-M и РРМ-ЕА.

Комплекс изученных свойств позволяет сделать предварительный вывод о принадлежности изолятов PPV из Самарской области к ново-

му, ранее неизвестному штамму этого вируса. Окончательное подтверждение открытия нового штамма PPV станет возможным после получения полных сиквенсов РНК этих изолятов.

УДК 632.92

Уссурийский

Ю.И. ГНИНЕНКО, заведующий лабораторией Всероссийского НИИ лесоводства и механизации лесного хозяйства М.С. КЛЮКИН, младший научный сотрудник e-mail: gninenko-yuri@mail.ru

Уссурийский короед Polygraphus proximus Blandford (1894) сравнительно недавно проявил себя как опасный вредитель пихты в ряде регионов европейской части страны и в Сибири.

Первоначально он был обнаружен близ Санкт-Петербурга в 1999 г [2], но это не вызвало тревоги у специалистов и фактически прошло незамеченным. Лишь после того, как короед стал причиной гибели пихт в окрестностях Москвы, опасность стала очевидной [4].

В 2009 г. очаги уссурийского короеда были выявлены в Красноярском крае [3]. В 2010 г. в результате специального обследования пихтарников Кемеровской области, в которых с 2005 г отмечались очаги «пальце-ходного лубоеда», нами было установлено, что это тоже очаги уссурийского короеда. Из-за ошибочного определения видовой принадлежности фитофага, повреждающего пихтарники, время для разработки адекватных мер защиты было упущено [1].

Как теперь установлено, очаги уссурийского короеда на площади более 5,2 тыс. га «действовали» в Кемеровской области еще в 2005 г. (табл. 1). Обнаружение очагов на такой большой площади свидетельствует о том, что фитофаг проник сюда значительно раньше. Установить дату его проникновения в настоящее время вряд ли возможно, но с высокой долей уверенности можно утверждать, что это произошло не менее, чем за 10 лет до 2005 г После завоза короеда с лесом из регионов Дальнего Востока в середине 1990-х годов должно было пройти не менее 3-5 лет, чтобы фи-

ЛИТЕРАТУРА

1. Приходько Ю.Н., Чирков С.Н., Метлицкая К.В., Цубера Л.В. Распространенность вирусных болезней косточковых культур в европейской части России // Сельскохозяйственная биология, 2008, № 1, с. 26-32.

2. Приходько Ю.Н., Живаева Т.С,. Шнейдер Ю.А, Шероколава Н.А. Распространенность и диагностика вируса шарки слив (PPV) в Российской Федерации // «Биоресурсы и вирусы», тезисы докладов VI международной конференции. - Киев, 2010, с. 238-239.

3. Candresse T., Macquaire G., Lanneau M., Bousalem M., Quiot-Douine L., Quiot J.B., Dunez J. Analysis of plum pox virus variability and development of strain-specific PCR assays // Acta Horticulturae, 1995, № 386, р. 357-369.

4. Fanigliulo A., Comes S., Maiss E., Piazzolla P., Crescenzi A. The complete nucleotide sequence of Plum pox virus isolates from sweet (PPV-SwC) and sour (PPV-SoC) cherry and their taxonomic relationships within the species // Arch. Virol. 2003, vol. 148, p. 2137-2153.

5. Glasa M. A large scale effort to analyze the Plum pox virus diversity worldwide. Abstracts of the SharCo Research Workshop. September 6-7, 2010, Sofia, Bulgaria, p. 17.

6. EPPO, 2006. Current status of Plum pox virus and sharka disease worldwide // Bulletin OEPP/EPPO, 2006, vol. 36, p. 205-218.

7. James D., Varga A. Nucleotide sequence analysis of Plum pox virus isolate W3174: Evidence of a new strain // Virus Research, 2004, vol. 110, p. 143-150.

8. Mavrodieva V., Mock R., Levy L. Molecular characterization of PPV isolates from plum germplasm illegally imported from Ukraine. Abstracts of the 20th International Symposium on Virus and Virus-like Diseases of Temperate Fruit Crops, May 22-26, 2008, Antalya, Turkey, p. 112.

9. Myrta A., Varga A., James D. The complete genome sequence of an El Amar isolate of plum pox virus (PPV) and its phylogenetic relationship to other PPV strains // Archives of Virology, 2006, vol. 151, p. 1189-1198.

10. SzemesM., KalmanM., VertaA., BosciaD., NemrthM., KolberM., DorgaiL. Integrated RT-PCR/nested PCR diagnosis for differentiating between subgroups of plum pox virus // Journal of Virological Methods, 2001, v. 92, p. 165-175.

Аннотация. Проведена идентификация штаммов вируса шарки сливы (PPV), выявленных на косточковых культурах в различных регионах Российской Федерации. Для этого были использованы штаммспецифичные моноклональные антитела и праймеры, PCR-RFLP и сиквенирование полученных продуктов амплификации. Констатировано широкое распространение штамма PPV-D. Изоляты штамма PPV-M выявлены лишь в Краснодарском и Ставропольском краях на персике и сливе. Штамм PPV-C идентифицирован на вишне в Белгородской и Самарской областях. Ранее считающийся малораспространенным штамм PPV-W выявлен в Белгородской, Воронежской, Московской областях и Ставропольском крае. В Самарской области обнаружены изоляты PPV, отличающиеся по серологическим и молекулярным свойствам от всех известных штаммов этого вируса.

Ключевые слова. Вирус шарки сливы, косточковые культуры, штаммы PPV, ИФА, ПЦР, праймеры, RFLP, сиквенирование.

Abstract. It was to study the prevalence of the Plum pox virus strains (PPV), detected on stone fruit crops in different regions of the Russian Federation. The strain specific monoclonal antibodies and primers, PCR-RFLP and sequencing of the obtained amplification products was used for this purpose. Stated widespread of the PPV-D strain. Isolates PPV-M strain was detected only in the Krasnodar and Stavropol regions on peaches and plums. PPV-C strain was identified on the cherry plants in the Belgorod and Samara regions. Previously considered to be less common strain of PPV-W was detected in Belgorod, Voronezh, Moscow and Stavropol regions. In Samara region it was detected the unusual isolates of the PPV, differed by serological and molecular properties of all known strains of this virus.

Keywords. Plum pox virus, stone fruits, strains PPV, ELISA, PCR primers, RFLP. sequencing.

S2

короед на территории России

тофаг освоился в новых местах обитания. В этот период из-за невысокой численности он мог повреждать только отдельные деревья пихты. Такие повреждения остались незамеченными специалистами. Позднее короед распространился в лесах более широко, но даже повреждения деревьев на сотнях гектаров не привлекли внимание работников лесного хозяйства. И только после того, как очаги охватили огромные площади лесов, это было замечено. Однако видовая принадлежность фитофага была определена неверно, что привело и к неверно выбранной стратегии защиты лесов.

В Красноярском крае очаги «паль-цеходного лубоеда» были выявлены впервые в 2004 г., но в отчетных документах их не выделяли из общей массы очагов стволовых вредителей, площадь которых в этом регионе в те годы составляла около 120 тыс. га. Зарегистрированы очаги уссурийского короеда на небольшой площади в Томской области [1].

Распространение этого насекомого будет продолжаться, в ближайшие годы он расширит свой ареал в Сибири, расселившись в пихтарниках Хакасии, Иркутской и Тюменской областей. В дальнейшем он может проникнуть в леса Европы и в пихтарники Северного Кавказа, где нанесет огромный урон пихтовым дре-востоям.

Таким образом, первоначально проникнув в новые регионы с грузами, перевозимыми по транссибирской железной дороге, уссурийский короед будет далее распространяться уже самостоятельно, перелетая из одних лесных массивов в другие. Распространение в Сибири и в северо-восточных регионах европейской части страны будет проходить быстрее потому, что пихта там более широко распространена.

В пределах своего естественного ареала(Япония, Корейский полуостров, восток Китая и российский Дальний Восток) этот вид не является значимым вредителем. Его очаги известны в Японии, где он заселяет пихты, поврежденные хвоегрызущими вредителями [5, 6]. В лесах на новыхтерриториях обитания он сразу же стал опасным вредителем, что объясняется отсутствием устойчивости к нему у местных видов пихты и отсутствием комплекса его энто-мофагов.

Общая площадь пихтовых лесов в России составляет около 14 млн га с общим запасом древесины 2 млрд м3. Большая часть пихтовых лесов произрастает вне естественного ареала уссурийского короеда. Именно эти леса стали объектом заселения фитофага, и в ближайшие годы им будет угрожать частичная или полная гибель в результате вредоносности короеда.

Уникальные пихтовые леса произрастают на северных склонах Кавказского хребта. Об устойчивости пихты кавказской к повреждению уссурийским короедом данных нет, однако вероятность этого крайне мала. Поэтому и для пихтовых лесов Кавказа уссурийский короед представляет большую опасность.

Кроме регионов, указанных в таблице 2, пихтовые леса имеются в Тюменской, Челябинской, Новосибирской, Омской, Архангельской, Вологодской, Кировской областях и республиках Удмуртия, Марий Эл, Татарстан и Тыва, но площади их невелики.

Таблица 2

Площадь пихтовых лесов в регионах РФ (вне естественного ареала уссурийского короеда)*

Регион Площадь

Красноярский край 7,0

Иркутская область 1,6

Кемеровская область 2,2

Алтайский край и Республика Алтай 0,7

Томская область 0,5

Свердловская область 0,2

Пермский край 0,2

Республика Коми 0,2

Республика Башкортостан 0,1

* По данным Лесной энциклопедии (1986).

Данных о скорости гибели древо-стоев пихты в результате повреждений уссурийским короедом нет, однако только в Кемеровской области площадь «расстроенных»* из-за повреждений короедом пихтарников превышает 20 тыс. га. Если верно наше предположение, что впервые в Кемеровской области этот фитофаг появился в середине 1990-х годов, то за первые 10 лет своего обитания он к 2005 г. сформировал очаги повреждений на 5,3 тыс. га. За следующие пять лет площадь его очагов увеличилась в 4,3 раза и составила 22,8 тыс. га. Если принять, что такая скорость развития очагов сохранится и в дальнейшем, то через следу-

* Сильно поврежденные, но не погибшие

леса.

Таблица 1

Очаги массового размножения уссурийского короеда в лесах Сибири

Площадь очагов (га) на 1 января

Регион Год

2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010

Кемеровская область* 56 5350 6449 10508 27738 22861 22827

Красноярский край ** 43 23 - - - 1953 ?

Примечание: * в 2004 г. и с 2006 по 2008 г. указана общая площадь очагов стволовых вредителей, но площадь очагов уссурийского короеда существенно преобладала над площадью очагов всех остальных вместе взятых вредителей, в 2005 г. и 2009 г. -указана площадь очагов только уссурийского короеда.

** в Красноярском крае в 2006-2008 гг. очаги «пальцеходного лубоеда» не выделялись из общей площади очагов стволовых вредителей.

ющие пять лет в этой области очаги охватят не менее 98 тыс. га, а еще через пять лет - более 400 тыс. га.

Из-за повреждений, наносимых уссурийским короедом, в ближайшие 10 лет могут погибнуть пихтовые леса на площади около 50 тыс. га, и этот процесс будет продолжаться, если не будут найдены и предприняты эффективные меры их защиты.

Таким образом, мы прогнозируем минимальные площади гибели пихтарников - 5 тыс. га в год. Если предположить, что запас древесины погибших пихтарников минимален и равен 150 м3 на 1 га, тогда ежегодно от вредной деятельности уссурийского короеда будет погибать 750 тыс. м3 пихтовой древесины. При минимальной цене в 200 руб. за 1 м3 стоимость погибшей древесины составит 150 млн руб. в год.

Экономическая значимость уссурийского короеда складывается из разницы между затратами на разработку мер фитосанитарного контроля и ущерба, который эти меры помогают предотвратить.

По-видимому, невозможно с помощью химических обработок ликвидировать жука в тех древостоях, в которые он проник. Реально снизить его вредоносность и сократить потери может завоз комплекса энто-мофагов из мест естественного обитания уссурийского короеда. Повысить внимание к вредоносности короеда может придание ему статуса карантинного организма. Для этого нами по методике А.Д. Орлинского (2003) был проведен анализ фитосанитарного риска.

Потенциальный ущерб (ПУ) от уссурийского короеда для Российской Федерации рассчитывали по формуле:

ПУ = (ВП х ВА х ПЭВ) : 100 =

(7,23 х 6,17 х 7,18) : 100 =

320,29 : 100 = 3,2.

Результаты оценки показали высокую вероятность проникновения вредителя в новые регионы (ВП = 7,23), высокую вероятность его акклиматизации на новых территориях (ВА = 67,17) и высокий уровень потенциальной экономической вредо-

носности (ПЭВ = 7,18). Итоговая оценка потенциального ущерба равна 3,2, что существенно выше пограничного показателя, равного 1,25.

Придание уссурийскому короеду статуса карантинного организма, ограниченно распространенного на территории России, откроет возможности для его интенсивного изучения и разработки мер по защите лесов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Баранчиков Ю.Н., Кривец С.А. О профессионализме при определении насекомых: как просмотрели появление нового агрессивного вредителя пихты в Сибири // Проблемы экологии Южной Сибири. - Абакан: Хакас. гос. универ., 2010, т. 1, с. 54-56.

2. Мандельштам М.Ю., Поповичев Б.Г. Аннотированный список видов короедов Ленинградской области // Энтомол. обозр., 2000, т. 79, вып. 3, с. 599-618.

3. Обзор санитарного и лесопатологического состояния лесов Российской Федерации за 2009 г. / www.rcfh.ru, 2009.

4. Чилахсаева Е.А. Первая находка Polygraphus proximus в Московской области // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отдел биологический, 2008, т. 113, вып. 6, с. 39-41.

5. Hara H., Miyoshi H., Tokuda S. Forest decline at the damage by a typh^n in the Kubothinning experimente forest [Japan] of Todo-fir, Abies sachalinensis, and the occurrence of a fir bark beetles, Poly-grahpus proximus // Bul. of the Hokkaido

For. Research Inst., 2008, № 45, p. 21-27.

6. Tokuda M., ShoubuM., YamaguchiD., Yukawa J. Defoliation and dieback of Abies firma (Pinacea) trees caused by Parendacus abietinus (Coleoptera: Curculionidae) and Polygraphus proximus (Coleoptera: Sco-lytidae) on mountain Unzon, Japan // Applied Ent. and Zool., 2008, v. 43, № 1, p. 1-10.

Аннотация. Приведены результаты анализа фитосанитарного риска уссурийского короеда - нового инвазивного опасного вредителя пихты. Он проник в некоторые районы Сибири и европейской части России, где начал сильно повреждать местные виды пихты. В настоящее время общая площадь его очагов в Сибири превышает 30 тыс. га. Рекомендуется придать этому фитофагу статус карантинного организма, ограниченно распространенного на территории России.

Ключевые слова. Пихтарники, уссурийский короед, очаги массового размножения, фитосанитарный риск.

Abstract. The results of pest risk analysis Polygraphus proximus - a new invasive pest of fir dangerous. He penetrated into some regions of Siberia and European Russia, where he began his highly damaging native species of fir. Currently, the total area of his mass reproduction in Siberia, more than 30 hectares. It is recommended to give it the status of a quarantine organism phytophagous, restricted distribution in Russia.

Keywords. Fir, Polygraphus proximus, area of mass reproduction, phytosanitary risk.

Фузариоз салата

Fusarium oxysporum f.sp. lactucae - патоген, вызывающий увядание (фузариоз) салата, впервые описан в Японии в 1955 г. О его присутствии в странах Азии сообщалось также из Ирана (1995), Тайваня (1998), Республики Корея (2006). Гриб зарегистрирован и в США (Калифорния, 1990; Аризона, 2001). В Европе патоген впервые обнаружен в Италии (2002), в 2004 г. поступило сообщение об обнаружении болезни в Португалии.

В настоящее время описано три расы гриба в Японии. Так как наибольшее разнообразие патогена наблюдается в этой стране, можно предположить, что Азия могла быть центром происхождения этого вида. Учитывая широкое распространение гриба в мире и высокую степень его вредоносности, Fusarium oxysporum f.sp. lactucae внесен в сигнальный список ЕОКЗР

ЕРРО Reporting Service № 9, 2009 г.