Семантика прохибитива в хантыйском языке

УДК 49 ББК 81.66

С.В. Онина, Ф.М. Лельхова

семантика прохибитива в хантыйском языке

В данной статье впервые описывается отрицательный императив, определяется сущность семантики прохибитивных глагольных форм в хантыйском языке, рассматривается специфика прохибитива как семантического подтипа императива.

Ключевые слова: хантыйский язык, прохибитив, глагольная форма, отрицательная частица, семантика.

S.V. Onina, F.M. Lelkhova semantics of prohibitive in the khanty language

This article is the first attempt to describe the negative imperative, determined by the nature of semantics prohibitive verb forms in the Khanty language is considered as the semantic specificity prohibitive subtype imperative.

Key words: Khanty language, prohibitive, verbal form, negative particle, semantics.

На материале хантыйского языка прохибитив в описательных грамматиках упоминается в разделе "Императив" в качестве отрицательных форм императива [3, с. 125]. Или при описании повелительного наклонения наравне с предостережением указывается и запрет. Изредка отмечается, что «частица а1/ал 'не' закреплена исключительно за императивом» [2, с. 104]. Подробных описаний прохибитива на материале хантыйского языка не имеется. В настоящей статье сделаем попытку представить запретительные формы и их семантические особенности на примере диалектов (шурышкарского - далее шур., казымско-го - далее каз., сургутского - далее сург., ваховского - далее вах.), отмеченные в статье как полевые материалы авторов (далее в тексте - ПМА).

В хантыйском языке имеется своеобразный аналитический способ для выражения запрета, который, как правило, не употребляется за пределами прохиби-тивных конструкций.

Однако в зависимости от формального статуса отрицательных глагольных форм существуют разные возможности отрицания в хантыйском языке. Отрицательные предложения типа: (б) шур. Nay at wer-l-эп u/sf 'Ты не делаешь нарту' [ПМА], являются производными по от-

ношению к утвердительным предложениям типа: (а) шур. Nay wer-l-эп u/sf 'Ты делаешь нарту' [ПМА]. Отрицательная частица шур. at, каз. an 'не', сург snts (или аналог типа шур. anta, каз. ant 'не/ нет') зависит синтаксически от глагола и является экспонентом оператора отрицания. Отрицательная частица имеет в своей «сфере действия как предикат, так и любой другой элемент предложения. В любом случае частица занимает позицию перед главным предикатом, в том числе и тогда, когда в предложении отрицается не предикат» [3, с. 181]. шур.: [ПМА] Ma anta takan ari-l-эт. я Ptcl.Neg сильно петь-Praes-lSg 'Я не пою громко'. Nay x°lp~a at man-l-sn! ты сетки-Lat Ptcl.Neg идти-Praes-2Sg 'Ты сети проверять не поедешь!' каз.: [ПМА] Ma sijay-a an ari-X-эт. я звучно-Lat Ptcl.Neg петь-Praes-lSg 'Я не пою громко'.

Nay x°Xup-X-an wan-ti an man-X-an! ты сетки-Pl-2Sg смотреть-Inf Ptcl.Neg ^™-Praes-2Sg

'Ты сети проверять не поедешь!' сург.: [ПМА] Ma süjeyqs snts arsy-X-эт. я звучно Ptcl.Neg петь-Praes-lSg

ф

-О

to к

о

О

-О IX

го

X ей

го ей S IS

ю

S

X

о ^

с

го

S IX

го ф

о

го m о х

л ц

ф

го

X X

о

QD

С)

'Я не пою громко'. Nuy qaXap X 'ot'-t'a ants man-X-an! ты сеть проверять-Inf Ptcl.Neg идти-Praes-1Sg

'Ты сети проверять не поедешь!' В этих конструкциях встречаются два типа отрицательных частиц. Одна из них - частица типа шур., каз. anta 'не' (ср.: шур. anta/oXna, каз. anta/uXna 'еще не'), употребляется в ограничительной функции и участвует в формировании «ограничительных отрицательных форм глагола» [2, с. 104]. Вторая из них - шур. at, каз. an, сург. anta 'не' выражает побудительное значение, и располагается в препозиции к глагольной форме в индикативе.

Для выражения отрицания в прохи-битивных конструкциях используется отрицательная частица шур. at, каз., сург. aX, вах. aX 'не'.

шур.: [ПМА] At toy-a!

Ptcl.Proh войти-Imp.2Sg 'Не входи!' сург.: [ПМА]

AX man-a!

Ptcl.Proh ехать-Imp.2Sg 'Не езжай!'

Прохибитивная форма в современном хантыйском языке сводится к комбинации "сочетание специальной императивной частицы шур. at, каз., вах. aX, сург. aX 'не' + императивная глагольная форма". Данным сочетанием положительной формы императива с препозитивной запретительной частицей at/ aX/ал выражается запрет, например: шур.: [ПМА] Па ад йув-а!

ещё Ptcl.Proh идти-Imp.2Sg 'Больше не приходи!' В чем же заключается семантика про-хибитивных глагольных форм в хантыйском языке в отличие от отрицательных предложений представленных выше. Рассмотрим этот вопрос с учетом существующих достижений в лингвистике по данной проблематике. Согласно В.С. Хра-ковскому, среди повествовательных предложений различаются «соотносительные утвердительные (типа Сосед строит дом) и отрицательные (типа Сосед не строит дом) предложения. Такая же корреляция

наблюдается и среди повествовательных предложений, где соотносятся друг с другом предложения типа Сосед, строй дом и Сосед, не строй дом. ... Предложения первого типа называют просто повелительными (побудительными, императивными), а предложения второго типа принято называть прохибитивными (запретительными, отрицательно императивными). ... При формальном подобии семантические отношения между соотносительными утвердительными и отрицательными предложениями не вполне идентичны семантическим отношениям между повелительными и прохибитивными предложениями» [5, с. 210].

Например, в русском языке прохи-битивные предложения являются «се-мантико-синтаксическими дериватами исходных повелительных предложений, в которые введен оператор отрицания, представленный частицей не» [6, с. 91]. В императиве при отрицании по-иному употребляются виды глагола:

а) ты купишь vs ты не купишь;

б) купи У8 не покупай.

Отрицательный коррелят к купи будет не не купи, что ожидалось бы по общему правилу (не купи - это превентив), а не покупай.

По мнению одних исследователей, «особый прохибитив существует только у глаголов совершенного вида; глаголы несовершенного вида образуют отрицательный императив по общему правилу -с помощью частицы не» [1, с. 56].

По мнению других, «важная формальная особенность прохибитивных предложений, ... заключается в том, что употребляются только императивные формы НСВ. Эти формы в сочетании с частицей не можно условно назвать прохибитив-ными формами» [5, с. 211]. Мы далее не будем полемизировать по данной проблематике [подробно см.: 1].

В родственном хантыйскому языку венгерском при прохибитивной форме императива используется «не обычная отрицательная частица пет, а специальная императивная пе» [1, с. 57], свидетельствующая о том, что в венгерском языке имеется прохибитивная конструкция с императивом запретительно-

го глагола. Ср. прохибитив венгерского языка:

ir-j 'пиши' vs ne ir-j 'не пиши'. В венгерских примерах (ir-j 'пиши' vs ne ir-j 'не пиши') или русских (купи vs не покупай) оператор отрицания введен в повелительное предложение так, чтобы смысл 'волеизъявление' не входил в сферу его действия. Это условие соблюдается в прохибитивных предложениях: «сферу действия оператора отрицания составляет всё предложение за исключением смысла 'волеизъявление', выражаемого императивной глагольной формой» [5, с. 210]. В повелительных предложениях выражается адресованное слушающему волеизъявление говорящего относительно исполнения действия. В прохибитивных конструкциях выражается «адресованное слушающему волеизъявление говорящего относительно невыполнения / неисполнения действия» [5, с. 211].

Как уточняет В.А. Плунгян, «побуждение направлено не на совершение, а на не-совершение действия. Это отрицательное побуждение следует отличать от обычного отрицания» [4, с. 438-439].

Следовательно, каждая форма, входящая в императивную парадигму, выражает адресованное слушающему волеизъявление говорящего относительно выполнения называемого действия. Соответственно, если исходить из того, что прохибитив является отрицательным коррелятом императива, то каждая из форм, входящих в парадигму прохибитива, выражает адресованное слушающему волеизъявление говорящего относительно невыполнения называемого действия. Ср.: каз. [ПМА] Nay ernas-en al pus-e! ты платье-2Sg Ptcl.Proh стирать-

Imp.2Sg.Obj

'Ты платье не стирай!' сург.: [ПМА] Nüy jarnas-sn al pos-e! ты платье-2Sg Ptcl.Proh стирать-Praes-2Sg.Obj

'Ты платье не стирай! Различие между императивом и про-хибитивом заключается в том, что:

• формы императива выражают волеизъявление относительно выполнения действия, ср.:

шур.: [ПМА]

Я, щи, опс-а, лёхыт-л-ай-н! ну Ptcl сидеть-Imp^Sg мыть-Praes-Pass-2Sg

'Ну, всё, садись, помоют (тебя)!' • формы прохибитива выражают запрет относительно невыполнения действия, например: каз.: [ПМА] At tuw-ati!

Ptcl.Proh нести-Imp.2Sg.Pl.Obj 'Не уноси (их)! сург.: [ПМА] Os aX joyt-a!

больше Ptcl.Proh ^™-Imp.2Sg 'Больше не приходи!' шур.: [ПМА]

Щи, Сэмды, ёхат-с-ан курт-эн-а. Ptcl слепой приехать-Praet-2Sg деревня-2Sg-Lat

Ин туп апщ-ен хоща ад мйнэм! сейчас только братишка-2Sg Postp Ptcl. Proh идти-Imp.2Sg

'Всё, Слепой, (ты) приехал в деревню. Сейчас только к младшему брату не ходи!'

В прохибитивной конструкции вообще не отрицается побуждение, сфера действия оператора отрицания относится не к побуждению (волеизъявлению), а к действию, относительно которого высказано побуждение. вах.: [ПМА]

Cay-ы пут-ым ал туу-ы!

глина котёл-lSg Ptcl.Proh нести-

Imp.2Sg.Obj

'Мой котёл с глиной не уноси!' шур.: [Steinitz 1975: 88] Tam xotpet-ti unti jo/li al aykarm-a! этот дом скрыться-Part.Praes Postp обратно Ptcl.Proh оглянуться-Imp.2Sg

'Пока этот дом не скроется, ты не оглядывайся!'

Таким образом, семантика хантыйского прохибитива заключается в том, что в сферу оператора отрицания, формально выраженного отрицательной частицей al 'не', располагающейся в препозиции глагольной формы, входят, как правило, все элементы содержания прохибитивной формы, за исключением волеизъявления. Соответственно, про-хибитивные формы выражают волеизъявление говорящего относительно невыполнения каузируемого действия.

о

О

.0

н

X

го

X

СО

го ей S

н ю

S

X

о ^

с

го

S

н

X

го ф

о

Библиографический список

1. Гусев, В.Ю. Типология специализированных глагольных форм императива [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / В.Ю. Гусев. - М., 2005. - 297 с.

2. Каксин, А.Д. Казымский диалект хантыйского языка [Текст] / А.Д. Каксин. - Ханты-Мансийск: Полиграфист, 2007. - 134 с.

3. Николаева, И.А. Обдорский диалект хантыйского языка [Текст] / И.А. Николаева. - М., Гамбург: Lüneburg, 1995. - 256 с.

4. Плунгян, В.А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира [Текст]: учеб. пособие / В.А. Плунгян. - М.: РГГУ, 2011. - 672 с.

5. Храковский, В.С. Повелительность [Текст] / В.С. Храковский // Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность. - Л.: Наука, 1990. - С. 185-231.

6. Храковский, В.С. Семантика и типология императива: русский императив [Текст] / В.С. Храковский, А.П. Володин. - Л.: Наука, 1986. - 272 с.

References

1. Gusev V.Y. Typology of specialized imperative verb forms. Dis. ... cand. of sciences (Philology). M., 2005. P. 297. [in Russian].

2. Kaksin A.D. Kazym dialect of the Khanty language. Khanty-Mansiysk: Poligrafist, 2007. P. 134. [in Rus-

3. Nikolaeva I.A. Obdorsky dialect of the Khanty language. M., Hamburg: Lüneburg, 1995. P. 256. [in Rus-

4. Plungian V. A. Introduction to the grammatical semantics: grammatical meanings and grammatical system of the world's languages. Moscow: Russian State Humanitarian University, 2011. P. 672. [in Russian].

5. Khrakovsky V.S. Imperativeness. The theory of functional grammar. Temporality. Modality. L.: Nauka, 1990. P. 185-231. [in Russian].

6. Khrakovsky V.S., Volodin A P. the Semantics and typology of imperative: Russian imperative. L.: Nauka, 1986. P. 272. [in Russian].

Сведения об авторах: Онина Софья Владимировна,

кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры филологии, Югорский государственный университет,

г. Ханты-Мансийск, Российская Федерация. Ктай: OninaS@yandex.ru

Лельхова Федосья Макаровна,

кандидат филологических наук, главный научный сотрудник Обско-угорского института прикладных исследований и разработок,

г. Ханты-Мансийск, Российская Федерация. Ктай: lelhovafm@yandex.ru

Information about authors: Onina Sofia Vladimirovna,

Candidate of Sciences (Philology), Academic Title of Associate Professor, Associate Professor, Department of Philology, Ugra State University, Khanty-Mansiysk, Russia. E-mail: OninaS@yandex.ru

Lelkhova Fedosya Makarovna,

Candidate of Sciences (Philology), Senior researcher,

Ob-Ugrian institute of Applied Researches and Developments, Khanty-Mansiysk, Russia. E-mail: lelhovafm@yandex.ru