Итоги губернских выборов

Итоги губернских выборов

И белые, и "красные" — все центристы

       Осенне-зимняя кампания по выборам глав исполнительной власти в регионах практически завершилась. В наступающем году губернаторы и президенты будут избраны еще в нескольких субъектах федерации, однако главные выводы можно сделать уже сейчас. Во-первых, "красный" реванш за поражение на президентских выборах так и не состоялся: выдвиженцы НПСР победили лишь в 13 регионах из 42. А во-вторых, еще раз доказано, что губернатора выбирают не за принадлежность к белым или "красным", а за профессионализм и готовность к конструктивному сотрудничеству с центром. С той самой властью, на критике которой многие из них победили на выборах и критиковать которую им теперь уже ни к чему.
       
       В последнее время оценки ходу губернаторской кампании давались особенно часто. Оценка итогов выборов Кремлем была дана вчера первым заместителем главы администрации президента Александром Казаковым. Он заявил, что в целом успех "партии власти" не вызывает сомнений: 20 глав исполнительной власти из 42 переизбраны на новый срок (хотя именно действующие главы регионов, по выражению Казакова, "приняли на себя главный удар реформ"), еще в 14 субъектах федерации к власти пришли опытные руководители, готовые к сотрудничеству с Москвой. "Определенное неудобство", по словам первого заместителя главы администрации президента, связано с выбором только восьмерых губернаторов, на месте которых Кремль был бы не прочь видеть более искушенных в управлении людей.
       Для стороннего наблюдателя такие выводы, возможно, звучат не очень убедительно: официально Москва почти повсеместно поддерживала действующих глав администраций, более половины из которых испытания выборами не выдержали. Однако легкость, с которой большинство новых губернаторов нашло общий язык с федеральными властями, наводит на мысль, что такая тактика была вполне сознательной, даже если она была взята на вооружение не сразу, а лишь после ряда чувствительных поражений "партии власти". С одной стороны, недостаточный профессионализм некоторых глав администраций был очевиден еще до выборов. С другой — явная поддержка Кремлем внешне оппозиционных кандидатов могла лишить их популярного ореола оппозиционности и привести к победе других, менее охотно идущих на контакт с центром претендентов. А тот факт, что оппозиция считала победителя своим, имеет для Москвы гораздо меньшее значение, нежели уверенность в его "правильном" поведении после выборов.
       Коммунисты, в свою очередь, приписывают победу на выборах себе, утверждая, что им удалось туже прежнего затянуть "красный пояс" вокруг Москвы. Хотя их политическая арифметика также требует некоторых комментариев. Будучи основательно деморализованы итогами провальной для них президентской кампании, они не нашли достаточного числа кандидатур, чтобы противопоставить их людям "партии власти". Но чтобы симулировать свою активность в регионах, левые шли на такой трюк: выбирали наиболее "проходного" кандидата в том или ином регионе и объявляли его своим, нимало не заботясь о его к этому отношении. Примеров тому достаточно, и самый яркий — новый губернатор Ленинградской области Вадим Густов. (Кстати, именно поэтому к "чистым" победам НПСР в таблице отнесены только успехи кандидатов, выдвинутых этим блоком на начальной стадии предвыборной кампании.) Бывало и другое: патентованный, казалось бы, коммунист вдруг отказывался от поддержки единомышленников и шел искать ее на Старую площадь, в администрацию Ельцина. Таких примеров тоже достаточно. Особенно сильно коммунисты были разочарованы поведением избранного в Краснодаре Николая Кондратенко.
       Впрочем, даже в тех случаях, когда партийная принадлежность губернаторов не вызывает никаких сомнений, говорить об их оппозиционности президенту и правительству преждевременно. Во всяком случае пример оппозиционера из оппозиционеров Александра Руцкого, начавшего свою деятельность на посту курского губернатора с запрета профсоюзных акций протеста, в этом смысле весьма красноречив. Более того, процесс прихода видных оппозиционеров во власть может привести к вымыванию из оппозиции ее лучших умов. А значит, и победа, даже если бы таковая и оказалась в 1996 году за коммунистами, оказалась бы для них пирровой. Впрочем, и в компартии ныне все чаще произносится слово оппозиция в сочетании с другим — "конструктивная".
       
       НАТАЛЬЯ Ъ-АРХАНГЕЛЬСКАЯ, ДМИТРИЙ Ъ-КАМЫШЕВ