Бурятские народные праздники в контексте теории аккультурации

6/2013

УДК 394.2 (=512.31) З.А. Будаева

БУРЯТСКИЕ НАРОДНЫЕ ПРАЗДНИКИ В КОНТЕКСТЕ ТЕОРИИ АККУЛЬТУРАЦИИ

Данная статья посвящена изменениям в праздновании Сагаалгана, Сурхарбана как важнейших компонентов традиционной культуры бурят в контексте теории аккультурации.

Автор отмечает появление новых форм празднования под влиянием глобализационных процессов, также указывает на стремление бурятского этноса перейти от ассимиляции к адаптации в новых условиях сохранения культурной идентичности.

Ключевые слова: аккультурация, глобализация, этническая культура, народные праздники.

Z.A. Budaeva

BURYAT NATIONAL HOLYDAYS IN THE CONTEXT OF THE THEORY OF ACCULTURATION

This article is devoted to changes in the celebration Sagaalgan, Surharban as important components of traditional culture of Buryats in the context of the theory of acculturation. The author points out appearance of new forms of celebration under the influence of globalization processes. She also points at aspiration of the Buryat ethnos to pass from assimilation to adaptation to new conditions of preservation the cultural identity.

Key words: acculturation, globalization, ethnic culture, national holydays.

В сегодняшнем мире, сверкающем яркими красками различных культур, невозможно не заметить нарастающий процесс их взаимодействия, взаимовлияния и его следствие - явление аккультурации. В современной культурологии данное явление анализируется через понятие культуры, с одной стороны, а, с другой, - через ее типы, виды, модели, стратегии и модусы.

В данной статье мы попытаемся проследить изменения в бурятских народных праздниках, являющихся важнейшими компонентами традиционной культуры бурят, определить их характер сквозь призму теории аккультурации. Изучение праздников позволяет подойти к пониманию тенденций в развитии культуры бурятского этноса; к выявлению того, что в данный момент преобладает - сохранение любой ценой старых традиций или обновление, поиск новых форм, приводящих к выбору определенного модуса аккультурации. Безусловно, праздники занимают особую нишу в этническом развитии. Наряду с национальным языком, религиозными верованиями они составляют один из главных факторов этнической идентификации, признаков этнического своеобразия.

В ходе исследований бурятские и монгольские этнологи, лингвисты, историки пришли к выводу, что в основе каждого бурятского национального праздника лежат архаические, календарные ритуалы, определенным образом отмечающие важные вехи сезона - пик сезона дождей, пробуждение природы, «перелом» года» и соответствующие им этапы хозяйственного цикла рода и племени.

Ученые определили многообразие типов праздников монголоязычных народов. Ц.Е. Рен-

чинова, И.Г. Балханов выделили весенне-летние (даага дэллэлгэ - праздник стрижки грив и хвостов лошадей, нэмэри - прибавка, тайлган, обоо тахиха - обряд жертвоприношения духам предков, эрын гурбан наадан - три игры мужей, ёхор

- хороводы) и осенне-зимние праздники (урилга

- приглашение, зэгэтэ аба - облавная охота, зо-хэй наадан - сметанный праздник, тохомой найр - катание войлока, Сагаалган - Белый месяц) [1].

Народные праздники аккумулируют ценности этнической культуры, формируют и сохраняют нравственные идеалы общества, нормы общения, стабилизируют межличностные и общественные отношения, вносят эмоциональность, одухотворенность, сплачивают общество. Они отличаются стихийностью, естественностью, органичностью, проявляются в свойственных только им традициях. Возникнув в глубокой древности, многие обряды и традиции были тесно связаны с религиозными представлениями и вызвали к жизни народно-религиозные праздники, ориентирующие людей на осуществление обрядов сакрального, магического содержания. При этом элементы светской культуры всегда присутствуют, а на некоторых этапах мероприятия доминируют.

Праздники, основанные на традициях, способствуют сохранению традиционной культуры народа. Вместе с тем, являясь своеобразным зеркалом динамичных социальных отношений, они постепенно и постоянно меняются по содержанию и форме. Значительные изменения происходят под влиянием учащающихся контактов с другими культурами, т.е. аккультура-ционных процессов.

По мере включения бурятского населения в более развитое в экономическом, политическом планах российское общество, сначала аграрное, а затем индустриальное, некоторые праздники хозяйственно-бытового назначения (даага дэл-лэлгэ, нэмэри, зэгэтэ аба, зохэй наадан) стали уходить в прошлое.

Главным национальным праздником современных бурят остается Сагаалган - Новый год (Белый месяц). В древности он был сугубо народным календарным праздником хозяйственнобытового содержания всех монголоязычных племен Центральной Азии. С XIII в. Новый год отмечается в феврале, когда близится к концу зима, начинается массовый прием приплода, поступление обильной молочной пищи. Понятие «Саган эдеэн» - белая пища, молочная пища -относящееся к хозяйственно-бытовой сфере, лежит в основе происхождения названия праздника. К исконно народным и ныне живым приметам праздника относятся торжественные проводы всей семьей уходящего года за праздничным столом в «буту удэр» (последний день старого года), обильное застолье, придание сагаал-ганской пище магического значения как средству процветания и долголетия людей; культ белого цвета, «ожидание» Саган Убгэна (Белого Старца - добуддийского божества); хождение в гости, благопожелания; обмен подарками; игры, вождение хоровода-ёхора.

Многие буряты продолжают совершать обряды, относящиеся к группе наиболее архаичных ритуалов, восходящих к инициальной магии. Это обычай «первого выхода» из дома в первый день праздника, «первого шага» при выходе из жилища утром, «первого слова» и связанные с ним табу на плохие, неблагозвучные слова.

Любой праздник включает игры. Бурятские игры основаны на кочевом характере быта и ведении скотоводческого хозяйства. Предметом игр и состязаний являются кости и шкуры животных. Подобные действия можно рассматривать как отголоски древних ритуальных игр, символизирующих плодородие скота.

Самой яркой, массовой сагаалганской игрой было катание всех жителей улицы, улуса с горы на необработанных шкурах домашних животных - своего рода обряд очищения. Массовые катания с горы в дни Сагаалгана, если и происходят где-либо, то утрачивают первоначальный сакральный смысл. Игры в лодыжки (таранную кость), «Шагай» (бабки), <Лээр шааха» - разбивание хребтовой кости ребром ладони, забытые в новейшее время, сегодня в ряде муниципальных образований возрождаются.

С утверждением в XVIII в. в Бурятии буддизма в форме ламаизма Сагаалган был включен в буддийскую религиозно-культовую систему и признан первым из шести самых важных ежегодных праздников - хуралов (молебнов). С той поры Сагаалган представляет собой синтез религиозного и светского начал, официального дацанского и народного праздника. Новая религия и церковь включили в свой пантеон ряд до-буддийских культов, героев (матери-прародительницы, эжинов, Белого старца), придав им иное значение.

Буддийские мотивы пронизывают все этапы праздника (предновогодний, новогодний, после-новогодний); существенным образом они проявляют себя и в сугубо народном компоненте праздника. В их числе: молебен, посвященный докшитам - десяти божествам-защитникам Учения, прежде всего богине Балдан Лхамо; обряд очищения Дугжууба; ритуал подношения бали-на, назначаемого в жертву докшиту (Сахюуса-ну); ритуал вывешивания молитвенного флажка «Хий Морин», пятнадцатидневный Хурал после наступления Нового года.

Буддийские мотивы праздника сохраняли большое значение на протяжении как XIX, так и XX веков уже в условиях индустриального светского общества. Осознавая, что буддизм является мировой религией, большинство бурят тем не менее рассматривали и рассматривают ритуалы и ценности буддизма (ламаизма) прежде всего как важнейшие духовные этноконсолидирую-щие, этноидентифицирующие факторы.

Мы объясняем это, во-первых, особенностью менталитета восточного человека, обусловленного своеобразием исторического развития азиатских народов. Г.Гегель в «Философии религии» отметил: «...на Востоке же религия целиком связана с национальностью» [2].

Во-вторых, в условиях развивающегося индустриального общества буряты оказались территориально разобщенными. Хозяйственные связи как нациеобразующие элементы у бурятского этноса слабели, а факторы деэтнизации и аккультурации усиливались. На первый план в качестве этноконсолидирующих факторов выступили социокультурные и духовные ценности, среди которых буддийские занимают особую нишу.

Именно буддийские элементы праздника явились главной причиной негласного запрета Сагаалгана в советский период российской истории. Атеистическое советское государство, стремящееся утвердить новые советские государственные праздники с ярко выраженным идеологическим содержанием и строгим регла-

6/2013

ментом, объявило данный праздник сугубо религиозным, ламским, феодальным, вредным для строителя коммунизма. К тому же новые социалистические праздники, по замыслу коммунистов, должны были способствовать консолидации всех народов СССР в единую советскую нацию.

В постсоветский период начался активный пересмотр мировоззренческих позиций, приведший, в частности, к религиозному, национально-культурному ренессансу, к изменениям государственной политики в духовной сфере.

24 января 1990 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета Бурятской АССР о придании Сагаалгану статуса народного праздника.

17 января 1991 г. Постановлением Верховного Совета республики день народного праздника объявили нерабочим. Большую роль в возрождении праздника сыграли бурятские ученые и общественные деятели: Ш.Б. Чимитдоржиев, Т.М. Михайлов, Р.Е. Пубаев, президент ВАРК Д.-Н. Дугаров, вице-президент Б. Баяртуев.

Такой поворот в государственной политике обусловил не только восстановление всех его элементов как буддийских, так и светских, но и дальнейшее развитие, обретение новых масштабов, форм и красок.

За последние 20 лет масштабы празднования значительно расширились. Развитие телекоммуникационных технологий позволило с 2012 г. вести в первый день Сагаалгана прямую трансляцию из Иволгинского дацана молебна «Балдан Лхамо».

Публикуются различные материалы по Сага-алгану (сценарии его проведения, этнографические зарисовки, рецепты блюд, стихи, песни и др.). Министерство культуры и агентство по туризму курируют общие мероприятия - театрализованные представления на площади Советов, конкурсы «Дангина», «Гэсэр». Реализуется проект приглашения бурятским Саган Убугуном Дедов Морозов из различных регионов страны, из зарубежных стран (главного Деда Мороза России со Снегурочкой из Великого Устюга, эвенкийской матушки Тугэни Энекен, якутского Чысхаана, тувинского старца Соок Ирея, японского Одзи Сана). Министерство образования содействует организации праздничных мероприятий в учебных заведениях. В дни Сагаалга-на активизируются землячества, устраивающие встречи, концерты, конкурсы. К празднованию подключаются бурятские землячества в Москве, Петербурге и других российских городах, а также в Мадриде (Испания), Париже. Второй год проводится Всемирный флеш-моб «Глобальный

ёхор». В этом 2013 г. он прошел 11 февраля в

18 ч по улан-удэнскому времени, ёхор танцевали буряты на площадях 31 города мира [3].

Общественность и представители власти изыскивают новые формы проведения Сагаалга-на - предлагают проводить больше мероприятий не по землячествам, а объединенных, подобных 1000-летию Гэсэра; приурочить к празднику ярмарки по продаже мяса, молочных продуктов; координировать усилия учебных, культурнодосуговых заведений, коммерческих фирм; инициировать новые конкурсы, например, конкурсы между землячествами по сбору типовой юрты, шитью и ношению национальной одежды [4].

Ставится задача по созданию межведомственной программы проведения Сагаалгана с участием под эгидой министерства культуры и агентства по туризму с участием министерства сельского хозяйства, промышленности и др. Раскручивание бренда Сагаалгана, наряду с другими праздниками - Сурхарбан, Алтаргана -рассматривается бурятским сообществом (как бурятами, так и представителями других наций, признающих Бурятию своей малой родиной) как важное средство и направление реализации концепции создания туристско-рекреационной особой экономической зоны в Бурятии.

Ярким самобытным событием в культурной, спортивной жизни бурятского общества остается Сурхарбан, относящийся к группе весеннелетних праздников. В период господства традиционного общества празднование проводилось в масштабе селений. На соревнования по стрельбе из лука, борьбе бухэ-барилдаан, конным скачкам выставлялись команды улусов. Составляющими культурной программы праздника были чествование знатных скотоводов, землепашцев, охотников, многодетных семей; интеллектуальные игры; исполнение фольклорных песен, танцев; демонстрация национальных костюмов. В советский период Сурхарбан был адаптирован к массовым спортивным играм, дополнен играми в волейбол, легкой атлетикой; вовлекал не только бурятское население, но и всех жителей городов, районов, независимо от национальности. В последние годы в рамках реализации концепции развития национальных видов спорта началась работа по возрождению древних обычаев, ритуалов, правил игры. Так, стрельба ведется только из национальных луков, к соревнованиям допускаются спортсмены в национальной одежде. Активную роль в этом процессе играют дацаны, инициируя «Эрын Гурбан Наадан» - Три игры мужей.

Характеристика народных светских, религиозных основ Сагаалгана, Сурхарбана, новых

элементов, пластов в их структуре позволяет сделать определенные выводы.

Налицо стремление бурятского сообщества к возрождению и сохранению, т.е. соблюдению старинных обычаев, ритуалов, внешних форм праздников как светских, так и религиозных. Сохранению народных обычаев способствует политика правительства Республики Бурятия в области культуры, направленная на «сохранение культурного наследия, обеспечение условий для развития национальной культуры, поддержание «баланса традиций и современности» [5].

Вовлечение человека в орбиту народных праздников позволяет, если не преодолеть, так смягчить «кризис этнической идентичности» личности. По мнению большинства ученых, «кризис идентичности» можно рассматривать как наиболее полное влияние глобализации в области культуры. Участие в народных праздниках укрепляет духовные связи личности с этносом, демонстрирует ее принадлежность к этносу и его культуре.

Обновление отдельных культурных элементов, расширение масштабов празднования Сага-алгана, Сурхарбана и др. происходит под влиянием современной массовой культуры, преимущественно европейской, телекоммуникационных и информационных технологий. Большинство современных бурят осознает, что простое воспроизведение всех элементов праздничных культурных комплексов не гарантирует их сохранения, не предотвратит их архаизацию, «переселение» в музеи. Традиции должны быть направлены в будущее. Новые масштабы празднований, активное внедрение в праздничные комплексы народных промыслов, достижений художественного декоративного творчества превратит их в одну из статей дохода.

Развитие новых форм при бережном сохранении духовных ценностей, основ народных праздников, творческое развитие других сфер традиционной культуры позволяет бурятскому народу переломить тенденции ассимиляции, появившиеся в индустриальную эпоху и усилившиеся в советский период. Тогда типичной

реакцией человека на межкультурные контакты была минимизации культурных различий, когда ценностное содержание национальной культуры оказывалось скрытым общесоветскими символами.

Большинство современных бурят при организации народных праздников адаптируется к новым условиям развития своей культуры, сохраняя при этом собственную культурную идентичность.

С определенной долей осторожности можно говорить и о тенденции интеграции как избираемой стратегии аккультурации. Интеграция предполагает позитивное восприятие личностью межкультурных различий, межэтническую толерантность в мультикультурной среде, социализацию личности как в доминирующую, так и традиционную культуру своего народа, тесный эмоциональный контакт с представителями иных культур [6]. Она открывает новые перспективы для развития традиционных культурных комплексов, важнейшими из которых являются народные праздники.

Литература

1. Бурятия. - 2012. - №16(4575). - С. 4.

2. Гегель Г. Философия религии: в 2 т.. - М., 1977. - Т. 2. - С. 113.

3. Информ-полис. - 2013. - № 7. - С. 3.

4. Постановление Правительства РБ №396 от 01.08.2011 (ред. от 04.12.2012) «О Республиканской целевой программе «Сохранение и развитие культуры и искусства Республики Бурятия на 2012-2015 гг.».

5. Ренчинова Ц.Е., Балханов Г.И. «Сагалгаан» в духовно-нравственной культуре бурят: традиция и современность. - Улан-Удэ: изд-во Вост.-Сиб. гос. акад. культуры и искусств, 2007. - С. 67-68.

6. Ушанова И.А. Перспективы развития теории аккультурации в глобализованном мире - Вестник Новгород. гос. ун-та. - 2003. - №24. - С. 67.

Будаева Зоригма Аркадьевна, аспирант Института монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения РАН, г. Улан-Удэ.

Budaeva Zorigma Arkadievna, postgraduate student, Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies, Siberian Branch of Russian Academy of Sciences, Ulan-Ude.