Институциональные факторы государственного воздействия на инвестиционные отношения в социальной сфере

Р.М. Ахмадуллин

кандидат экономических наук,

преподаватель кафедры административного права, административной деятельности и управления в ОВД КЮИ МВД России

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ИНВЕСТИЦИОННЫЕ ОТНОШЕНИЯ В СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЕ

В современной науке в рамках экономики общественного сектора исследуются сущность и формы государственного регулирования экономики, а также способы определения эффективности вмешательства государственных органов в экономические процессы. Особое внимание уделяется влиянию государства на поведение частных фирм и домашних хозяйств, на уровень благосостояния общества и его отдельных индивидов.

Представители неоклассического направления рассматривали неэффективность распределения ресурсов как ситуацию, не соответствующую критерию Парето, и в связи с этим формулировали аргументы необходимости корректирующего воздействия государства, состоящие в:

1) идентификации условия неэффективности рынка и его несовершенства (market failure);

2) определении при этом характера государственного вмешательства и его целесообразности.

В соответствии с подходом, предложенным Ф. Бейтором [1], в качестве основных форм проявления несовершенства рынка в рассматриваемой нами плоскости выделялось два обстоятельства:

1) экстерналии собственности (ownership externality);

2) экстерналии общественных благ (public good externality).

В труде Р.Масгрейва «Теория общественных финансов» [2] были рассмотрены факторы, обусловливающие государственное вмешательство в экономику, а именно:

- размещение (allocation) ресурсов в ситуациях, когда несовершенство рыночного механизма распределения этих ресурсов ведет к неэффективности по Парето;

- распределение (distribution) ресурсов в ситуациях, когда результаты на отдельных рынках оставляют некоторых людей с неприемлемо низкой долей доходов от продукта экономики в целом;

- стабилизация рыночного равновесия, когда в результате действий на частных рынках некоторые ресурсы недо- или перепроизводятся, причем издержки могут ложиться на третьих лиц, а выгоды -потребляться теми, для кого они не предназначены и кем они не оплачиваются (случай экстерналий).

Определение форм и масштабов государственного вмешательства для преодоления неэффективности рынка исходит из понимания характера общественных благ и их принадлежности к той или иной группе в рассмотренной нами классификации.

Эффективность рыночного механизма повышается в случае интернализации экстерналий, порождаемых общественными благами. В этом случае исключается возможность для субъектов

экономических отношений, не

участвующих непосред-ственно в процессе воспроизводства общественных благ,

получать выгоду.

В экономической теории имеется целый ряд моделей, в которых делается попытка предложить механизм для решения проблемы «зайцев». Любой из этих

механизмов следует оценивать с точки

зрения трех критериев: общественное

благо должно предоставляться в Парето-оптимальном объеме, выявление истинных предпочтений должно быть в интересах самих индивидов и, наконец, затраты на предоставление общественного блага должны быть равны совокупным выплатам индивидов на эти цели.

В модели Линдаля индивиды договариваются о расходах на предоставление общественного блага и о доле каждого в этих расходах. В условиях равновесия (его в свою очередь называют равновесием по Линдалю) цены устанавливаются на таких уровнях, что все индивиды предъявляют спрос на одно и то же количество общественного блага, которое и является оптимальным объемом его предоставления. Речь, по сути, идет об имитации действия рыночного механизма, но цены Линдаля (так называемые налоговые цены), конечно же, не являются ценами реального рынка - они представляют собой доли от общей величины налогового сбора на финансирование общественного блага, которую должны внести отдельные индивиды.

Рассмотрим простейший вариант модели Линдаля (рис.1) [3], когда общественное благо потребляется только двумя индивидами. Надо сказать, что сам Линдаль рассматривал не случай двух индивидов, а более близкую к реальной жизни ситуацию: в условиях

парламентской демократии действуют две политические партии, представляющие два однородных класса (две однородные группы населения). Необходимое условие достижения равновесия по Линдалю -равная сила партий (индивидов) в процессе переговоров. На рис.1 по оси ординат (У) отложена общая величина общественных расходов, по оси абсцисс - доля от этой суммы, которую платят индивид А и индивид В.

Рис. 1 Модель Линдаля

В точке К индивид А не несет никаких расходов, 100 % необходимой суммы вносит индивид В. По мере движения к точке L доля индивида А растет, а индивид В пользуется общественным благом бесплатно.

Предположив снижение предельной полезности от потребления общественного блага, построим обычные линии спроса с отрицательным наклоном DA для индивида А и DB для индивида В. Точка Е, находящаяся на пересечении двух линий спроса, представляет точку равновесия по Линдалю. Именно в этой точке полезность от потребления последней единицы общественного блага равна налоговой цене одновременно для двух индивидов.

Положим, первоначальное распределение долей затрат между индивидами в точке М не соответствует равновесному и уровень общественных расходов, о котором договорились индивиды, равен V. Внося долю КМ от общей суммы расходов, индивид А предпочел бы более высокий уровень общественных расходов, а именно Q, но на рост расходов при сохранении существующих долей не согласится индивид В. Более высокий уровень расходов может быть достигнут только при взаимном согласии увеличить долю А и уменьшить долю В. Отметим, что движение может происходить только в сторону равновесия - уровень расходов V в любом случае более предпочтителен для обоих индивидов, чем меньшая величина расходов. В этом смысле равновесие по Линдалю устойчиво.

Модель Линдаля показывает, каким образом добровольный обмен и система цен (в специфической форме налоговых цен) приводят к принятию решений об оптимальном объеме предоставления общественного блага. Свою модель Линдаль формулировал как нормативную, а равновесие называл фискальным оптимумом. Далее он сравнивал реальную политическую систему с моделью, определяя природу и направление отклонений от фискального оптимума.

Следует признать, что модель Линдаля не решает проблему «зайцев». В модели предполагается, что, сталкиваясь с

определенной налоговой ставкой, индивид выявит свои истинные предпочтения, но сущность проблемы «зайцев» как раз и состоит в том, что для потребителя может быть выгодно дезинформировать общество о своих предпочтениях. Кроме того, нет никакой гарантии, что даже при соблюдении очень жесткой предпосылки о равной силе индивидов в процессе переговоров переговоры будут продуктивными и стороны придут к какому-то решению.

Модель Линдаля была предложена в 1919 г., а ее значение для экономики благосостояния было показано более чем через 40 лет после формулировки самой модели, когда было доказано, что равновесие Линдаля является эффективным по Парето. В современной формулировке равновесие Линдаля играет ту же роль при рассмотрении экономики с общественными благами, внешними эффектами и правительственным вмешательством, какую играет равновесие Вальраса при изучении экономики, в которой эти факторы отсутствуют. С оптимумом Линдаля сопоставляется, например, кто и сколько платит налогов. В то же время модель Линдаля уже не имеет того значения при изучении реальных политических систем и процессов принятия решений, которое предполагалось ее автором. Это предопределило необходимость построения альтернативных моделей, среди которых, на наш взгляд, наибольший интерес вызывает модель Кларка.

Налог Кларка представляет собой попытку построения механизма, который делает поведение «зайца» невыгодным и заставляет индивидов выявлять истинные предпочтения [4]. Однако и в этом случае возникает ряд проблем, а именно:

1. Индивиды в ходе голосования могут формировать коалиции, что будет препятствовать или даже сделает невозможным выявление истинных предпочтений. Более того, мы опирались на предположение о желании всех индивидов принять участие в голосовании. Однако при наличии большого числа голосующих часть индивидов сочтет, что

их личные выгоды от участия в голосовании несоизмеримы с затратами на участие в нем (например, на получение подробной информации об альтернативах и т. п.), и вообще откажется голосовать (более подробно о процедурах голосования, влиянии коалиций на его результаты, а также о «рациональном неведении».

2. Предположение, что решения

относительно потребления частных и общественных благ можно рассматривать как независимые, не соблюдается на

практике.

3. Нет никаких гарантий, что индивиды имеют материальную возможность заплатить налог Кларка, если он будет на них возложен.

4. И, наконец, главный, как теоре-

тический, так и практический, аргумент против использования налога Кларка.

Выше были сформулированы три критерия, которым должны отвечать механизмы решения проблемы «зайцев». Первым двум из них - общественное благо должно предоставляться в Парето-эффективном объеме и выявление

истинных предпочтений должно быть в интересах самих индивидов - схема действия налога Кларка соответствует (если, конечно, не принимать во внимание три предыдущих пункта). Но налог Кларка не согласуется с критерием сбалансированности расходов на общественное благо с уровнем налоговых изъятий. Собственно расходы

покрываются за счет подушного налога, равного стоимости предоставления общественного блага, деленной на число жителей. Сборы по налогу Кларка создают бюджетный профицит, причем эти «лишние» деньги нельзя вернуть индивидам - это может привести к изменению их поведения.

Таким образом, и в модели Линдаля, и при взимании налога Кларка общественное благо предоставляется в Парето-эффективном объеме. В ситуации равновесия по Линдалю бюджет сбалансирован (затраты на предоставление общественного блага равны налоговым сборам на эти цели), но индивиды не

имеют стимулов к выявлению своих истинных предпочтений. Механизм действия налога Кларка решает проблему стимулирования, но приводит к постоянному бюджетному профициту. Как в отношении модели Линдаля, так и относительно налога Кларка может быть высказано и много других практических возражений.

Принципиальная невозможность

«избавления» от «зайцев» приводит нас к выводу о необходимости вмешательства государства в предоставление и финансирование общественных благ. Принудительный характер налогообложения может быть оправдан выгодой индивидов от потребления общественного блага, которую они не могли бы получить при отсутствии государственного вмешательства.

Рассмотренная нами проблема «бесплатного проезда» имеет непосредственное отношение к чистым локальным и национальным общественным благам (обороне, общегосударственным про-

граммам вакцинации населения от болезней, правоохранительным органам, диспетчерской службе авиалиний и т.д.). При этом необходимо отметить, что принудительное налогообложение в целях формирования средств на их производство сочетается с государственными и общественными формами организации предоставления и использования этих благ.

Формы государственного воздействия в целях интернализации внешнего эффекта зависят от объема и интенсивности экстерналии, а также от степени делимости, исключаемости, свободы выбора потребителя, возможности

количественного измерения.

При незначительном объеме внешнего эффекта, четком определении прав

собственности и небольшой численности субъектов экономических отношений, на который распространяется внешний

эффект, непосредственные участники экономической сделки или самоуправляемая общественная организация в состоянии самостоятельно без

государственного вмешательства обеспечить его интернализацию.

Исключаемые общественные блага перегружаемого характера (мосты, туннели, шоссейные дороги), являющиеся источником внешнего эффекта, могут стать объектом налогообложения. Мостовые, дорожные и туннельные пошлины в этом случае выполняют функцию цены, так как взимаются с тех субъектов рынка, которые при наличии альтернативы в форме пользования окружной дорогой или бесплатным мостом избирают платную услугу.

При потреблении коллективных (клубных) благ происходит добровольная кооперация денежных средств их участников. В рамках подобных

институтов общественного сектора

действует механизм общественного принуждения, который позволяет соотнести размер и наличие платы с возможностью потребления данного вида смешанного общественного блага.

Смешанные общественные блага с признаками частного блага, обладающие одновременно значительным внешним эффектом (положительным или

отрицательным) подвластны действию рыночного механизма производства, распределения, обмена и потребления. В то же время государство, учитывая указанные особенности, использует налоговые регуляторы (в случае отрицательных экстерналий) или субсидии и дотации (в случае положительных экстерналий) для интернализации

внешнего эффекта в цену такого рода благ.

В отношении благ отраслей естественной монополии государство

устанавливает временные границы действия (в случае с правом на интеллектуальную собственность), регламентирует объем их эксплуатации (в случае с природными ресурсами) или контролирует процесс ценообразования (в случае с сетевыми благами - с природными ресурсами) или контролирует процесс ценообразования (в случае с сетевыми благами - услугами железнодорожного транспорта, телекоммуникационной связи, коммунальных служб снабжения

населения электроэнергией, водой, газом, теплом, предоставления благ

государственными и частными

монопольными структурами).

Воспроизводство социально значимых общественных благ смешанного характера (услуг образования, здравоохранения, культуры) связано с невозможностью объективной оценки огромного по масштабам положительного внешнего эффекта и роли отдельного человека в его создании. Это порождает проблему «бесплатного» проезда, которая может быть преодолена путем обязательного налогообложения и государственных институтов принудительного потребления. Однако в отличие от чистых

общественных благ особенности благ коллективного пользования смешанного

характера создают условия для

функционирования не только государственного, но и рыночного начала. Сочетание методов государственного и рыночного регулирования достигается

различными путями. Например,

государство устанавливает общественно

необходимый объем потребления данного

блага, как правило, закрепленный в

нормативных документах (например,

образовательный минимум, закрепленный в Конституции). Негосударственная форма предоставления данных благ может быть использована относительно того объема, который превышает указанный

минимальный уровень. При этом в полной мере могут использоваться рыночные

механизмы ценообразования. Кроме того, для производства социально значимых благ могут использоваться средства обязательных фондов (например, фонда социального страхования), которые создаются в принудительном порядке через механизм налогообложения. При этом указанные средства предоставляются конкретному субъекту экономических отношений с учетом его вклада в формирование соответствующего фонда, что находит отражение в соответствующих документах (например, страховое свидетельство). Наконец, социально значимые блага смешанного характера могут производиться и на основе контрактации, что подразумевает выполнение некоторых функций государственного сектора частными предприятиями за определенную плату, оговоренную контрактом [5].

Исследование сущности и форм общественных благ позволяет сделать вывод, что государство воспроизводит как исключаемые, так и чистые общественные блага. Тот факт, что смешанные общественные блага возможно (в той или иной степени) обеспечивать как общественным, так и частным образом, позволяет говорить о сотрудничестве государства с рыночными структурами, поскольку предоставление таких благ государством не требует их непосредственного производства при прямом участии правительства или тотального огосударствления экономики [6].

СОЦИОЛОГИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

ЛИТЕРАТУРА

1. Bator F.M. The Anatomy of Market Failure // The Quarterly Journal of Economics. - 1958. - Vol. 72. -August. - № 3. - Pp. 351 - 380.

2. Musgrave R.A. A Brief History of Fiscal Doctrine // Handbook of Public Economics. Ed. by Man J. Auerbach,M. Feldstein. - Amsterdam: Elsevier, 1985.- Vol. 1. - Pp. 1 -59.

3. Lindahl E. Die Gerechtigkeit der Beesteuerung. Lund: Gleerup und H.Ohlsson, 1919.

4. Clark P. В. and J.Q. Wilson. Incentive Systems: a Theory of Organizations // Administrative Science Quarterly. -1961. - Vol. 6 (September). - Pp. 129 - 166.

5' Samuelson P. Foundations of Economic Analysis. Enlarged ed. // Cambridge, Mass.: - Harvard Economic Studies. - Vol. 80. - 1983.

6. Там же.