Естественные красители для тканей у аварцев в xix - начале XX вв. 

ЕСТЕСТВЕННЫЕ КРАСИТЕЛИ ДЛЯ ТКАНЕЙ У АВАРЦЕВ В XIX - НАЧАЛЕ XX ВВ.

2010 Гамзатова П.К.

НОУ СПО «Морской колледж»

В статье рассматривается применение естественных красителей для окраски пряжи и материала в кустарно-ремесленном производстве Дагестана в XIX - начале XX вв.

The author of the article considers the use of natural dyes for colouring a yarn and a fabric in Dagestan domestic craft industry during the period of the 19th century and in the beginning of the 20th one.

Ключевые слова: краситель, материал, пряжа, нитки, мастерицы, растения, корни, стебли, листья.

Keywords: dye, fabric, yarn, thread, expert women, plants, roots, stalks, leaves.

Аварцы, знавшие способы

выработки тканей из шерсти, конопли, льна, шелка, были знакомы с применением естественных красителей для окрашивания пряжи и готовых тканей. О. В. Маргграф отмечал, что Дагестану принадлежит первое место на Кавказе по выработке шерстяных изделий и их окраске [3. С. 129].

Аварцы умели придавать ткани и пряже самую богатую гамму цветов и оттенков. Из всего многообразия красителей, применявшихся в

народе, особое место занимала марена («кани»). Это растение, корни которого при специальной обработке дают высококачественный краситель для текстильного дела. То, что использование этого красителя было старой традицией аварцев, нашло отражение в устном народном творчестве. Так, например, в шуточном куплете, адресованном девушке, парень поет:

Выкапывая марену и высушивая ее, Чтоб украсить наряд и соткать ковер,

Не забывай, что в этом наряде

ты войдешь в мой дом,

А ковер будет украшать нашу с тобой комнату.

Упоминается марена и в другом куплете народной песни:

Серебряный лоб и щеки цвета марены,

Говоря, «не выйду за тебя», не иссушай мое сердце.

Широко известно, что

мареноводство сыграло важную роль в экономике Дагестана, что было обусловлено колоссальным спросом на нее развивающейся

хлопчатобумажной промышленности России, спросом на мировых рынках, особенно в 40-70-х годах XI в. «Мареновый бум», при котором под эту культуру стали отводиться громадные площади, ранее занятые под выращивание злаков,

пастбищами, виноградниками и прочими, наблюдался главным образом в Южном и Северном Дагестане, в приморских регионах страны, а аварцев непосредственно коснулся слабо. В этот период у них участки под марену

целенаправленно отводились только

в Салатавии. Оптовой скупкой высушенных корней дикой марены и их реализацией у аварцев и лакцев занимались, по полевым данным, Магомедгаджи, сын Дибир-али из Гергебиля, Джабраил, сын Камиля из Караная, Кебедали из Гоцатля и, надо полагать, другие.

Основной цвет, даваемый мареной, ярко-красный. Его получали из корневища растения, а именно из сердцевины. Сердцевина же в соединении с кожицей коры при соответствующей обработке давала насыщенно-коричне-вый оттенок. Вообще, это растение давало множество оттенков красного цвета, в зависимости от качества и свойства окрашиваемого материала, метода окраски, сезона сбора растения и др. По имеющимся сведениям, разнообразие оттенков получали путем смешивания в определенной пропорции корней растения с его же листьями, ветками, с кожурой грецкого ореха «ц!улакьо», ягодами бузины, корнями или ягодами барбариса «сани, «сано» и др. Наши информаторы утверждают, что в окрашенной ткани, особенно в пряже можно было насчитать до 10 цветов и оттенков, полученных при обработке марены.

Кроме марены, аварки-мастерицы знали множество и других естественных красителей. Так, отжимая и обрабатывая

определенный вид молочайника «гьолрах», получали лаково-

блестящий колер. Табачно-теплый и более светлые тона получали из коры диких яблонь «рохьилМеч», а специально приготовленный отвар из весенних корней этого дерева давал бледно-желтый цвет. Красили пряжу и материал также краской из коры дерева грецкого ореха, лиловыми цветами кустарника «шам», темнолиловыми цветами придорожного сорнякового растения «къац!ицо», посредством специально

приготовленного настоя на медных и

железных опилках, медным и железным купоросом и др.

Полевой материал, собранный в районах расселения аварцев проф. С. Ш. Гаджиевой в середине 80-х годов, показывает, что жители Гумбетовского, Ботлихского,

Ахвахского, Цумадинского,

Цунтинского, Тляратинского и Советского районов для получения красного красителя и его оттенков пользовались дикорастущей

мареной, добываемой на кутанах, а также привозной из

южнодагестанских плантаций. Корни привозной марены здесь преимущественно не продавались, а обменивались на продукцию животноводства, главным образом на шерсть, сушеное мясо и топленое масло. Согласно устоявшейся традиции, лицо, прибывшее для реализации марены,

останавливалось в селении у своего кунака. Приезжий сам

непосредственно сбытом и обменом не занимался, эту работу за него выполняли жена, взрослые дочери, сестры, мать, тетки хозяина дома. Вознаграждение за оказанные услуги не полагалось, однако в обход традиции, приезжий перед отъездом оставлял у родственника или соседа хозяина дома небольшие подарки для занимавшихся реализацией женщин: набор иголок и наперстков, гребни, вязаные носки, платочки, сахар, сухофрукты и проч. Нередко приезжий, оставив привезенный им товар у кунака, отправлялся в соседнее селение, оттуда - дальше и получал все вырученное от обмена на обратном пути. Впрочем, наши информаторы сходятся во мнении, что гость привозил для обменных операций только марену в исключительно редких случаях, реализуя на местах также ткани, платки, сухофрукты и проч.

Здесь, в указанном регионе, для получения красного красителя население приобретало у чеченцев кору «макъар» какого-то дерева.

Какого точно, установить пока не удалось. Для получения желтого цвета использовались корни барбариса, зеленые иглы ели «нак1и-гъвет1», кора яблони «г!ечугьвет1». Коричневый цвет давала кора алычи «ч1анч1ур», «г1исинпих», черный цвет получали из кожуры незрелого грецкого ореха. Протравой для красильщиц служили квасцы, кислое молоко, закрепляли окрашенные ткани и пряжу мочой крупного рогатого скота.

С 70-х годов XIX в. мареноводство в Дагестане пошло на убыль, не выдержав конкуренции с дешевыми фабричными анилиновыми

красителями. Из обихода ткачих и ковровщиц марена постепенно стала исчезать и у аварских мастериц. В конце XIX - первые десятилетия XX вв. женщины-аварки, наиболее приверженные к традиционным производственным приемам, все еще собирали дикорастущую марену в поле или приобретали ее у лакцев, где она в диком виде произрастала в изобилии. В этот период на внутренних рынках Дагестана марена стоила в 15 раз дороже, чем искусственные фабричные красители.

Переход на более дешевые фабричные красители привел, в частности, к ухудшению качества аварских безворсовых ковров и ковровых изделий - хурджинов, молитвенных ковриков, торб, мешков, чепраков, лент для водоносных кувшинов, наспинных подкувшинников и проч.

Ализариновые красители быстро линяли, орнамент стал более грубым и расплывчатым. В этот период аварки стали пользоваться также привозными немецкими

«байеровскими» фабричными

красителями. Они имели то преимущество, что не линяли, но их блеклость, невыразительность,

неспособность сочетаться в одном изделии с естественными красителями снижали им цену и, в конечном счете, стоимость изделия.

В конце XIX в. по селениям Дагестана стали разъезжать красильщики, в основном из Южного Дагестана - дагестанские азербайджанцы, евреи, терекеменцы, лезгины. Они за плату окрашивали на местах ткани и пряжу в зеленый и синий, реже в красный и коричневый цвета неплохими минеральными красками [4].

У народов аварской группы Западного Дагестана вплоть до предвоенных и послевоенных лет для окрашивания пряжи и готового материала также служили главным образом естественные красители: дикая марена, кожура лука «пер», грецкого ореха, кора и ягоды барбариса, кора дуба «микк», корни боярышника, плоды и корни шиповника «г1инт1и», стебель и корни рододендрона и эдельвейса, весенние корни вереска и др. Красную краску и бордо давали смесь марены с другими растениями. Коричневую краску получали из коры алычи, ореха, дуба и листьев некоторых растений. Для получения желтой краски обрабатывали кожуру репчатого лука, ромашку «мах1квеш», растения «къвет1еч», «т1укар» и др. Черную краску получали из ивовой «риц1», ореховой, дубовой коры, нередко с применением железного купороса, а также из листьев нескольких видов колючих кустарников.

Хорошо развитое ткачество, необходимость специальных знаний и навыков в сборе нужных

естественных красителей, их

обработке, в специфике

окрашивания тканей, пряжи и их сортов способствовали частичному выделению крашения в

самостоятельный промысел и у кумыков, особенно во второй половине X - начале XX вв. В отдельных северных селениях (засулакские, хасавюртовские) и средних (буйнакские) кумыков появляются мастера-специалисты, занятые исключительно крашением и

имеющие для этого специальное оборудование. Эти специалисты помимо своего населения

обслуживали и аварцев, живущих по

соседству: северные кумыки -

салатавцев, средние кумыки -жителей Аркаса, Манасаула,

Верхнего Казанище, Верхнего

Дженгутая, Верхнего и Нижнего

Караная и др. О. В. Маргграф еще в конце XIX в. отмечал в частности, что в районах расселения кумыков есть семьи, занимающиеся добыванием красителей и умеющие работать с ними. Мастера эти имели котлы, специальные очаги, инструменты и оборудование. Они были заняты окрашиванием тканей и пряжи, которые к ним приносили женщины соседних селений [1. С. 63-64].

Подобного рода взаимоотношения складывались и в других районах Дагестана. Так, в сел. Акуша, Цудахар, Хаджалмахи, Урахи, Кубачи и др. были небольшие специальные красительные мастерские, куда женщины соседних аулов приносили для окраски ткани и пряжу [2. С. 197, 316]. Услугами даргинцев в этом деле по материалам, приводимым А. Г. Булатовой, пользовались и лакцы. Полевые материалы показывают, что даргинцы получали приблизительно такие же цвета теми же средствами. Готовые пряжу и ткань они окрашивали чаще всего в черный, терракотовый, желтый, синий, коричневый и красный цвета. Материалом для окрашивания им служили марена, кора дуба, ореха, ольхи, кожура лука, бузина, сажа из дымохода, медный купорос. Даргинцы, так же, как и аварцы, протравливали ткани и пряжу квасцами, иногда перекисшим молоком. Закрепление

производилось в моче крупного рогатого скота или во фруктовых кислотах.

Богатые традиции по окраске пряжи и готовой ткани сложились в отдельных центрах ткачества аварцев, известных с давних времен

выработкой высококачественных сукон. Так, например, марену «хуну» как растение, корни которого дают высококачественную красную

окраску с множеством оттенков, издавна знали каратинцы. Они так же, как и другие горцы Дагестана, пользовались как местной дикорастущей, так и привозной мареной: дикой из Чечни или

выкопанной в окрестностях селения и культивированной из Южного Дагестана. Для окрашивания тканей и пряжи в ярко-желтый или светлозеленый цвета они пользовались разновидностью молочая «п1иж». Обработанная соответствующим образом его соком белая ткань или пряжа приобретали ярко-желтый цвет, а краситель, полученный из корня растения, давал зеленоватый колер. Последнего эффекта можно было добиться также окрашивая сероватую ткань красителем из молочного сока растения. Густой зеленый цвет получали

использованием зеленых ягод

растения «кукушкины сережки» -«гагил к!илик!».

Для получения синего цвета

каратинки, как и лачки [1. С. 91], протравленные мочой ткань или пряжу выдерживали в моче же с добавлением покупной синьки, приобретаемой у торгующих вразнос горских евреев. Богатая практика в красильном деле приводила местных мастериц к оригинальным приемам крашения. Так, например, по местным наблюдениям, если свежевыкрашенное сукно или

шерстяные нитки три дня подряд выносить на росу, а с наступлением заморозков на иней, то от этого цвет окраски станет ярче и краситель не будет линять. Жители сел. Ингиши и других соседних селений красили ткани и шерстяные нитки в коричневый цвет с помощью коры дерева «адали». Подкорковый слой веток барбариса «сан» давал багулалкам, в частности

хуштадинкам, зеленый цвет «г1ачуб»,

а подкорковый слой веток дерева «беркъа» давал кванадинкам черный цвет и его оттенки. Тиссинки, тиндинки и мастерицы из других селений тиндинцев для получения красного цвета использовали корень дикорастущей марены «квани», а листья кустарника «дабагъата Али» давали им черный цвет. Чамалинки из сел. Гигатли для получения багровых тонов ткани или шерстяных ниток кипятили их в соленом отваре коры кустарника «кьет1у», а корень кустарника «гоби» давал им коричневый цвет. Бледно-синий цвет получали кипячением

перезимовавших корней Иван-да-Марья - «т1огьилдах1а».

Кроме того, аварки, как и другие горянки Дагестана, широко использовали красители,

поступавшие к ним из Закавказья и Передней Азии через г. Дербент. Эти красители были и естественные, и фабричного производства.

Вытеснение последними

естественных красителей, как уже выше обмечалось, отрицательно сказывалось на продукции ткачества, особенно на качестве ковров и ковровых изделий. Беспокойство по этому поводу выражали, в частности, участники съезда деятелей кустарной промышленности Кавказа. Выступивший с сообщением «О возможных успехах в кустарных производствах» А. А. Калантар отметил, что применявшиеся ранее естественные красители,

преимущественно растительные, более дорого обходились и были сложны для производства, но во многом выигрывали по сравнению с более дешевыми, но излишне яркими, неизящными и непрочными анилиновыми красителями.

Выступивший здесь же В. К. Зеленицкий указал, что в Персии ввоз быстро выгорающих анилиновых красителей запрещен и не мешало бы предпринять подобные шаги и в России, т.к. красители эти

значительно снижают ценность

ковров [5. С. 11, 34]. Эти

высказывания в значительной мере относились именно к Дагестану, где «... можно найти лучший подбор и смешение красок, и большую прочность их, так как окраска здесь отличается от прочих и большим изяществом, и ровностью, и нелинючестью» [3. С. 129].

Таким образом, красильное дело в Дагестане, основывавшееся на богатом многовековом эмпирическом опыте многих поколений, стояло довольно-таки высоко, что, в частности, отмечено многими

исследователями, и теми, кто касался этой проблемы

поверхностно и описательно, и специалистами-знато-ками. Иного ожидать и не приходится в краю, где изготовлением тканей,

преимущественно шерстяных, так или иначе было занято подавляющее большинство хозяйств [6. С. 71]. При этом производимые здесь сукна считались лучшими на Кавказе. «Дагестанская область, - читаем мы у того же О. В. Маргграфа, - в которой изготовляют лезгинское (читай - дагестанское - авт.) сукно, может быть рассматриваема как самый главный и самостоятельный район суконного промысла на Северном Кавказе и распространено более чем где-либо на Кавказе» [3. С. 129]. «В деле суконного

производства, - уточняет ниже

исследователь, - Казикумухский,

Даргинский и Аварский округа по отношению к прочим занимают такое же положение, как столичный портной к деревенскому. В них изготовляют преимущественно

тонкие, высокие сорта сукон и ими славятся» [3. С. 139]. Понятно, что качество сукон определялось, помимо прочего, сочной и стойкой их окраской, которую давали естественные красители.

Вопрос о возврате к традиционным красителям, о восстановлении опыта многих поколений мастериц в этом деле

неоднократно поднимался

досоветскими, советскими и постсоветскими исследователями. Отрадно, что в наше время, преимущественно усилиями

энтузиастов, проводится

кропотливая работа в этом направлении. Надо думать, что безворсовые ковры, производство которых небольшими партиями налажено одним из них, ученым-этногра-фом Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН,

не случайно пользуются спросом ценителей и знатоков Кавказа, России, Передней Азии, Америки, Европы. В них в гармоническом единстве сочетаются высокие утилитарные качества, оригинальные орнаментальные композиции на традиционной основе и

великолепная цветовая гамма, достигнутая применением

естественных красителей, многие из которых восстановлены

Магомедханом Магомедовичем Магомедхановым.

Примечания

1. Булатова А. Г. Лакцы: Историко-этнографические очерки. XIX - начало XX вв. Махачкала, 1971; Она же. Лакцы: Историко-этнографическое исследование. XIX - начало XX вв. Махачкала, 2000.

2. Гаджиева С. Ш„ Османов М. О., Пашаева А. Г. Материальная культура даргинцев. Махачкала, 1967.; см. также: Гаджиева С. Ш. Некоторые виды домашних промыслов даргинцев в XIX—XX веках // УЗ ИИЯЛ (Серия общественных наук). Махачкала, 1966. 3. Маргграф О. В. Очерк кустарных промыслов Северного Кавказа с описанием техники производства. М., 1882. 4. Пасынков Л. Дагестанский ковер. Махачкала, 1926 // РФ ИИАЭ. Ф. 5. Оп. 5. Д. 50. Л. 37. 5. Труды I съезда деятелей по кустарной промышленности Кавказа. Тифлис, 1902. 6. Хашаев Х.-М. Занятия населения Дагестана в XIX веке. Махачкала, 1959.

Статья поступила в редакцию 28.05.2010 г.