Игра в воспоминаниях жителей Пермского края о традициях семейного воспитания в 1960-1980-е годы

Гилева А. В. Игра в воспоминаниях жителей Пермского края о традициях семейного воспитания в 1960—1980-е годы / А. В. Гилева, Е. В. Протасова // Научный диалог — 2016. — № 9 (57). — С. 258—271.

ЕМ НИШ-4

Журнал включен в Перечень ВАК

и I к I С н' Б Р1ВКИЖЛ1Ч (ЛКСТОКУ-

УДК 37.018.1

Игра в воспоминаниях жителей Пермского края о традициях семейного воспитания в 1960—1980-е годы1

© Гилева Анжела Валентиновна (2016), кандидат педагогических наук, доцент кафедры педагогики и психологии, Соликамский государственный педагогический институт (филиал) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Пермский государственный национальный исследовательский университет» (Соликамск, Россия), a_gileva@mail.ru.

© Протасова Елена Владимировна (2016), кандидат педагогических наук, доцент кафедры социальных и гуманитарных дисциплин, Соликамский государственный педагогический институт (филиал) федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Пермский государственный национальный исследовательский университет» (Соликамск, Россия), elena-protasova5@yandex.ru.

Статья посвящена традициям семейного воспитания в их тесной взаимосвязи с культурным пространством детства уральской провинции в 1960—1980-ы годы. Выделен такой педагогический феномен культуры, как игра, обеспечивающая многообразие видов деятельности и успешное развитие детей дошкольного и младшего школьного возраста. Привлечены к рассмотрению материалы традиционной культуры воспитания, элементы которой сохранялись в изучаемый период в сельских районах Верхнекамского региона. Основными источниками для анализа практики семейного воспитания в её историко-педагогическом контексте послужили воспоминания жителей Пермского края, документы из семейных архивов, продукты творческой деятельности детей, предметы материальной культуры детства. На их основе рассматриваются способы внутрисемейной социализации, игровые формы взаимодействия детей с социальным окружением, условия формирования качеств, обеспечивающих нравственное благополучие человека. Раскрыты личностные смыслы освоения детьми культурных реалий окружающего мира. Приведены воспоминания о семейных традициях, в которых игра являлась средством общения и творческой

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Министерства образо-

вания и науки Пермского края в рамках научного проекта № 16-16-59601 «Культурное

пространство детства уральской провинции: история и современные проблемы региона-

лизации образования».

самореализации. Выделены педагогические идеи, актуальные для расширения пространства личной свободы и детской культуры, современной практики семейного воспитания, реализации существующих программ, нацеленных на духовно-нравственное воспитание личности.

Ключевые слова: история детства 1960—1980-х годов; традиции семейного воспитания; культурное пространство детства; игра; дошкольный и младший школьный возраст; Пермский край; ценности детства.

1. Введение

К числу важнейших условий, оказывающих влияние на нравственное воспитание личности, относят социальную среду, где происходит становление человека. Её неотъемлемой частью является культурное пространство, в котором дети так же, как и взрослые, выступают участниками социального процесса, имеющими собственный взгляд на мир. Известно, что освоение окружающего мира первоначально происходит в семье, формирующей основы личности и существующей через воспроизводство традиций, унаследованных от предшествующих поколений. К их числу следует отнести традиции семейного воспитания, связанные с игрой, отвечающей потребностям детей в различных видах деятельности, среди которых — общение и творчество.

Цель данной статьи — проанализировать в историко-педагогическом аспекте традиции семейного воспитания 1960—1980-х годов, связанные с игрой и её ролью в освоении дошкольниками и младшими школьниками культурного пространства детства. В исследовании мы опирались на концептуальные идеи о роли игры как средства развития личности, представленные в работах В. М. Григорьева, С. А. Шмакова, Д. Б. Эльконина [Григорьев, 1996; Шмаков, 1994; Эльконин, 1999]. Чрезвычайно важными являются идеи исследователей о детстве как о периоде жизни, имеющем для каждого человека и общекультурное, и индивидуальное измерение [Безрогов, 2003]. Культурологический и аксиологический подходы к рассмотрению темы определили выбор основных источников — воспоминания жителей Пермского края, документы из семейных архивов, продукты творческой деятельности детей, предметы материальной культуры детства. Их сбор и анализ осуществлялся в ходе историко-педагогических экспедиций в районы Пермского края в период проведения семинаров по истории детства и организации тематических выставок в Соликамском государственном педагогическом институте в процессе реализации исследовательской программы по изучению культурного пространства детства уральской провинции.

Известный исследователь С. А. Шмаков видит проявление феноменальной сущности игры в многообразии значимых педагогических смыс-

лов. По его мнению, она выступает в жизни детей явлением многогранным и, что особенно важно для рассмотрения семейных традиций, связанным с досугом: «Игра представляет собой наиболее активную часть досуговой деятельности, обеспечивая связь досуга с другими важными формами жизнедеятельности людей — общением, познанием, трудом, фиксируя лишь те их аспекты, которые связаны с творческой активностью, добровольностью, свободой» [Шмаков, 1997, с. 3]. Как показало исследование, именно с активным досугом соотносится организация ролевых игр, в которых отражены сюжеты, связанные с искусством («на концерт», «в кино», «в театр», «в музей», «в цирк»); с творческими профессиями, требующими обращения к музыке, изобразительному искусству, художественному слову; с устным народным творчеством, литературными произведениями и кинофильмами.

2. Роль игры в семейных традициях жителей Пермского края в 1960—1980-х годах ХХ века

В воспоминаниях жителей Пермского края, чьё детство пришлось на изучаемый период, преобладали яркие впечатления от игр-драматизаций, открывающих простор для детской импровизации, творчества и фантазии. Разыгрывание басен, стихов, сказок осуществлялось в разных вариантах, объединяло в коллективном творчестве, часто, начавшись в одной семье, выходило за её пределы и становилось достоянием дворовых концертов и выступлений в образовательных учреждениях. Ирина Викторовна Юр-кина (1977 г. р.) вспоминала, что особенно нравились театрализации под пластинки, когда звучали стихи Агнии Барто, а участники представления их обыгрывали. Запомнились выступления в детских садах с музыкальной сказкой «Волк и семеро козлят»: Я играла роль мамы Козы. Надела мамино кримпленовое платье, гольфы, под пятку положила кубики, чтобы было похоже на каблуки, ленточкой подпоясала великоватый костюм. На голове из волос соорудила рожки-култышки. В сетке авоське была капуста. Мы отрепетировали сказку у меня дома, показали моей сестре и сёстрам подруги, а затем отправились на «гастроли» в детские сады выступать под проигрыватель, который носили с собой. Нравилось, как дети сопереживали, хлопали в ладоши, а после спектакля подходили и трогали актёров за костюмы, за волосы. Позже ставили «Репку», основные сцены из сказки С. Т. Аксакова «Аленький цветочек», в которых сочеталось чтение произведения и театрализация [Юркина, 2016].

Оптимизмом и положительными эмоциями были наполнены семейные вечера, новогодние праздники, дни рождения с музыкально-танцевальны-

ми играми, в которых дети принимали на себя роли известных исполнителей, демонстрировали достижения в освоении музыкальных инструментов, участвовали в семейных спектаклях. Свободный выбор игрушечных или настоящих музыкальных инструментов, костюмов и обуви, часто из родительского гардероба, атрибутики для создания сценического пространства, а главное, — поддержка взрослых способствовали самовыражению детей и реализации их желания играть «в кого-то», «во что-то». Игра, наполненная для детей особым смыслом, впоследствии могла перерасти рамки собственно игры, привести от развлечения к развитию, стать профессиональной деятельностью. Вот как об этом в педагогическом эссе размышляет Елена Францевна Рерих (1973 г. р.):

На протяжении многих лет дарить праздник — это моя жизнь и любимая работа. С чего же всё началось? С музыки. В нашей семье не было профессиональных музыкантов, но в доме всегда звучали песни. Папа играл на гитаре, мама напевала любимые мотивы. Инструментов дома было предостаточно: три гитары, балалайка, аккордеон и ... пианино. Пробуй и твори! А самое большое впечатление от музыкальных часов в семье — занятия с моей бабулей, ветераном тыла, штурманом-судоводителем Евдокией Алексеевной Турковской. Несмотря на мужественную профессию, бабушка — творческий человек. В молодости играла в театре, выйдя на пенсию, издала восемь книг: стихи, рассказы, повести. Бабушка превосходно играла на гитаре, пела и в 94 года продолжает петь. В два года она посадила меня за фортепиано. Маленькими пальчиками я нажимала на тугие клавиши, поставив на пюпитр детский журнал, не помню точно — «Веселые картинки» или «Мурзилка»? Это была воображаемая нотная партитура. Никто и не подозревал, как быстро начнут бегать клавиши под этими руками через несколько лет.

В 5 лет бабушка повела меня в студию звукозаписи. Репертуар был совсем недетский, любимые песни нашей семьи: «Гитара семиструнная», «Листья желтые», «Есть только миг», «Деревенька моя». Записали четыре пластинки. В детском саду часто приходилось исполнять сольные партии на праздничных утренниках. На выпускном выступала с хитом того времени — только что вышедшей песней нашего земляка Евгения Павловича Крылатова «Крылатые качели» из кинофильма «Приключения Электроника». Сегодня эта песня в репертуаре ансамбля «Жемчужинка», которым руковожу в детском саду. А в студию звукозаписи сейчас привожу своих воспитанников. Были в детсадовском творчестве и грустные моменты. Во время подготовки к новогодним праздникам разучивала роль Снегурочки, но ... заболела. Придя на утренник, переживала, что в расши-

том блёстками, белоснежном кокошнике исполняла эту роль другая девочка. Наверное, поэтому в театральной студии «Талисман», режиссером которой являюсь, никогда не бывает дублеров.

Вспоминаю начальные классы школы. Все время что-нибудь и с кем-нибудь репетировала. Помимо занятий в музыкальной школе, посещала хор в школе общеобразовательной. Как мне все это нравилось! В средних классах начала писать сценарии, а в старших — школа уже не нуждалась в организаторах новогодних праздников для младших детей — их готовила по собственной инициативе, привлекая к этому одноклассников. В школе мечтала стать актрисой и теперь, вместе с маленькими актёрами, каждый раз проживаю роли Дюймовочки, Бабы Яги или Мышиного Короля ... Через месяц после окончания 11 класса устроилась музыкальным руководителем в детский сад. А вскоре посчастливилось попасть в Народный театр, где сбылись мои детские мечты. Вот уже 25 лет работаю музыкальным руководителем. Уверена, что любовь к делу родилась с моей семьёй, в удивительном детстве, с детским садом и школьными увлечениями, наполненными музыкой и сценой [Рерих, 2016].

Информантами отмечены игры и забавы, связанные с изобразительной деятельностью. Не вызывает сомнения их роль в развитии воображения: дети стремились наделить изображаемых персонажей монологами или диалогами, верили в реальное существование этих героев. Положительные эмоции вызывала сама возможность передачи впечатлений от восприятия мира природы и людей через рисунки, которые многие родители сохраняли в семейных коллекциях. Для творчества дети могли использовать всё, что их окружает, что питало фантазию и создавало настроение. Виктория Евгеньевна Гребешкова (1976 г. р.) вспоминает, что любила рисовать на стекле автобуса, мелками на асфальте, на мокром камском песке во время семейных выездов на природу. Яркие впечатления детства связаны с поддержкой взрослыми желания рисовать, с оформлением мамой папки для ручного труда в детский сад авторскими рисунками ребёнка, с демонстрацией работ и их дарением самым близким людям. Праздником становилось всё, что могло использоваться для творчества, например, альбом и цветные карандаши, привезённые из Москвы: Альбом оказался с листочками формата А3 (в то время это было редкостью), а карандаши назывались «Искусство», и в них было не 12 цветов, как обычно, а 24 цвета. Альбом зарисовала сначала в одну сторону, а потом перевернула и зарисовала все листочки с другой стороны. На обложке было написано красным цветом «Альбом для рисования» и этим же цветом нарисованы цветы. Яраскра-сила обложку в разные цвета и с обратной стороны тоже нарисовала

яркие цветы. Получился двусторонний альбом. Карандаши всегда точил папа, и я просила его стачивать аккуратно, чтобы ими можно было рисовать и рисовать! [Гребешкова, 2016].

Ещё до начала систематического обучения многие дети обладали элементарными навыками чтения, счёта, письма. Этому способствовали познавательные и предметно-трудовые игры: загадки, головоломки, кубики, строительные игры, конструкторы, мозаики, лото по разным областям знаний, электровикторины, настольные игры, связанные с содержанием сказок и известных детских произведений, с приключениями, кругосветными и космическими путешествиями. Во многих семьях выписывали литературно-художественные иллюстрированные журналы, адресованные детям: «Весёлые картинки», «Мурзилка», «Костёр», «Юный натуралист», «Пионер», «Юный техник». В них были настольно-печатные игры, занимательные опыты, интеллектуально-творческие задания. Популярностью пользовался «Уральский следопыт», издаваемый в Свердловске и освещающий туристско-краеведческие вопросы.

Во многих семьях были книги, выпускаемые Пермским книжным издательством и отличающиеся высоким уровнем оформления. В сельских районах, где в книжных магазинах районных центров в основном продавали учебники, книги были лучшим подарком для детей. Их привозили из городских магазинов. Поколение 1960—1980-х годов без труда может назвать имена пермских писателей В. И. Воробьёва, Л. И. Давыдычева, А. М. Домнина, Л. И. Кузьмина, Е. А. Пермяка. Их произведения объединяли членов семьи, способствовали сохранению традиций семейного чтения, коллективного обсуждения прочитанного. На воплощение творческих замыслов вдохновляли и детей, и взрослых уральские сказы, очерки, повести П. П. Бажова — любимого писателя нескольких поколений. В домашних библиотеках хранились книги для детей, справочные издания, чаще орфографические словари, календари школьника с разнообразной информацией.

Сельские и городские библиотеки Пермской области были настоящими центрами культуры, в них приходили с родителями, со старшими братьями и сёстрами, самостоятельно. Новых книг ждали с нетерпением, записывались в очередь, чтобы их получить. Многие отмечают, как любили играть «в библиотеку». Для игры заводили читательские формуляры или использовали для записей свободное место заполненных учётных карточек, взятых в библиотеке. Книги нумеровали, разбирали по условным разделам. Разыгрывался сюжет, связанный с приходом читателя, диалогом с библиотекарем при выборе книги и её записи в формуляр, уходом из би-

блиотеки. Наряду с книгами «выдавали» открытки с иллюстрациями и текстами сказок, стихов, детских произведений. Играющий роль библиотекаря спрашивал о содержании прочитанного произведения, просил назвать героев, высказывал пожелания при выборе новой книги.

Организации досуга во многом способствовали телевизионные передачи «Главной редакции программ для детей». Для коллективного просмотра первых передач дети из нескольких семей объединялись, собираясь в доме, где был телевизор. На Центральном телевидении выходили «Выставка Буратино», «В гостях у сказки», «Детский час», «Умелые руки», «Веселые нотки», которые вели известные актёры и популярные радио-и телеведущие. В редакцию программ можно было отправлять творческие работы, рисунки, фотографии. Семейные просмотры телевизионной юмористической игры «Клуб весёлых и находчивых» способствовали объединению детей нескольких домов. Ирина Николаевна Левченко (1960 г. р.) вспоминала, что в начале 1970-х годов в КВН играли, соревнуясь подъездами. Выбирали капитана, придумывали приветствие, разминку, различные конкурсы на «злобу дня». Каждый раз команды в составе 5—6 человек были разными («кто вышел погулять, тот и в игре»), как и жюри, которое выбиралось детским сообществом. Любили устраивать семейные просмотры игры, для чего развешивали объявления на подъездах, приглашали родителей и всех желающих [Левченко, 2016].

С 1958 года начинается деятельность «Пермьтелефильма», который выпускал документальные, художественные, музыкальные и мультипликационные фильмы. Юлия Баяндина в книге «Люди и куклы. История пермской анимации» отмечает следующие факты: «На Пермской студии телевизионного кино был снят знаменитый, ставший гордостью пермяков фильм "Три с половиной дня из жизни Ивана Семёнова, второклассника и второгодника" (1966 год, режиссёр К. А. Березовский). В качестве режиссёра-оператора "Пермьтелефильма" создавал свои выдающиеся киноочерки о природе Урала легендарный документалист М. А. Заплатин. Пермскому телевидению было что предложить в сетку всероссийского и всесоюзного вещания. В том числе по центральным каналам показывали и пермские мультфильмы» [Баяндина, 2012, с. 8].

Вариативность сюжетов и игровых форм увеличивалась по мере взросления детей. Например, игра «в школу» создавала условия для реализации разных социальных ролей; самостоятельного придумывания новых сюжетов, которые воспроизводили урочную и внешкольную деятельность, проведение экскурсий, организацию праздников; использования игровой атрибутики, изготовленной собственными руками: открыток, тетрадей, днев-

ников, рисунков, всевозможных средств наглядного обучения. «В школу» играли с куклами, с младшими членами семьи, одноклассниками и друзьями. Дети воспроизводили манеру поведения любимого учителя, его творческие находки, методические контуры организации урока. В творческих работах, посвящённых воспоминаниям о первых учителях, студенты отмечают, что игры «в школу» во многом были связаны с желанием детей быть такими же красивыми и строгими, как их педагоги, уметь петь и рисовать, мастерить игрушки, любить книги и выразительное чтение. Дети нередко были гостями в семьях учителей, помогали играть с младшими детьми, выполняли небольшие поручения.

Существенным условием моделирования ребёнком социальных отношений выступал предметно-вещественный мир — сюжетные игрушки, детские музыкальные инструменты, книги, открытки, пластинки, самодельные костюмы и головные уборы. Во многих семьях были фабричные игрушки, изготовленные в Перми и Краснокамске: куклы, матрёшки, буратино, кони-качалки, строительные наборы, мебельные уголки и другие. Анализ материалов семейного архива и беседа с Людмилой Адамовной Крапивиной (1934 г. р.), работавшей бригадиром на краснокамской фабрике детской игрушки в 1950—1960-е годы, позволяют говорить о востребованности игровой продукции более 23 видов не только на Урале, но и во многих городах страны. Качество игрушек достигалось постоянным совершенствованием их эстетической выразительности, освоением новых видов росписи, привлечением к «мониторингу» самих детей [Записи беседы..., 2012].

Яркие впечатления детства связаны у информантов с заграничными игрушками, подаренными им родственниками или знакомыми. Эти игрушки отличались от отечественных аналогов по внешнему виду, что воспринималось детьми как настоящее чудо. В начале 1970-х годов на прилавках городских магазинов появились германские резиновые куклы. Анжела Валентиновна Гилева (1961 г. р.) рассказывала, что такие куклы были редкостью, а их стоимость оказывалась не по карману многим семьям: Я подходила к витрине магазина и любовалась куклой, а по пути домой выстраивала разные сюжеты игры, связанные с выбором имени, уходом за игрушкой, любовью к ней. В памяти осталось ожидание дня покупки куклы и радость от того, что она, в конце концов, пришла в наш дом. Кукла стала семейной реликвией и много лет спустя украсила свадебную машину [Гилева, 2016].

В сельских районах поддерживались традиции изготовления самодельных игрушек, для которых использовали дерево, глину, лыко, ржаную солому, стебли растений, полые кости, лоскутки ткани и цветные нитки.

В ходе экспедиционной работы в Косинском и Юсьвинском районах Пермского края было аннотировано более ста разновидностей игрушек, сохранившихся в музеях образовательных учреждений и семьях. Большая часть игрушек — самодельные куклы в национальных костюмах, одежда и обувь для них; атрибутика сюжетно-ролевых игр — мебель, колыбели, лоскутные одеяла, посуда, орудия труда; духовые, ударные и другие музыкальные инструменты; расписные матрёшки, вязаные игрушки, домики и персонажи кукольного театра, маски из папье-маше, новогодние украшения из фольги и посеребрённого картона [ЭМА, 2008—2016].

Для изготовления игрушек широко использовалось дерево. Александр Михайлович Антипин (1980 г. р.) вспоминал, что вместе с дядей они смастерили экскаватор размером 25х20х35 сантиметров на гусеницах, которые крутились. Из фанеры были сделаны ковш и кабина с рулём, на колёсах — резина. Стрела экскаватора свободно двигалась вверх, вниз, в разные стороны. Впоследствии в кружке юных техников был сделан ещё один экскаватор, но уже на электрическом ходу [Антипин, 2016]. Для моделей боевой техники использовались плотная бумага и картон, которые затем раскрашивались. Вот как об изготовлении таких самодельных игрушек написал Игорь Валерьевич Мальгин (1974 г. р.), который вспоминал следующее: Больше всего мне запомнились модели самоходной артиллерийской установки ИСУ-152 и космический модуль «Союз-Аполлон». Чертежи моделей приходили в журнале «Юный техник», который выписывала наша семья. Я копировал эти чертежи на плотную бумагу, вырезал и склеивал модели. В свои игрушки встраивал микроэлектродвигатели, что позволяло машинке двигаться самостоятельно. Однажды сделал Луноход. Взял старую мыльницу. От четырёх старых зубных щёток отрезал ручки, затем щетинку щетки опустил в кипяток, а когда она стала эластичной, загнул её. Во внутрь мыльницы приклеил электродвигатель, на штиф которого прикрепил ластик, но не по центру, а с небольшим смещением в сторону. Когда электродвигатель включался, в модельке возникали колебания и она ехала вперед. Разбирая старые сломанные модели автомобилей, паровозиков, доставал из них редукторы и пытался установить их на новые машинки [Мальгин, 2016].

Социокультурные и природные потребности детей в игре определяли использование различных предметов: обувь родителей становилась машиной, в которой можно было возить кукол или домашних животных, на чернильницу «шили» платья из бумаги и разрисовывали их карандашами, в домике-шалаше готовили обед из огородных овощей, «варили морс», рассказывали страшные истории про «чёрный-чёрный ящик» и другие сверхъестествен-

ные объекты. В игры охотно включали природный материал — ягоды, цветы, водные и болотные растения, хвойные деревья, кустарники. Людмила Васильевна Кирхинрейдер (1974 г. р.) вспоминала, что для изготовления кукол использовали необычный материал, например чеснок. Из грядки вырывали самую большую головку чеснока, а если попадалась маленькая, то сажали обратно, такой вариант «куклы» не подходил. Перья представляли собой туловище и ноги; головка чеснока служила головой куклы, на которой рисовали глаза, нос и губы; корень был волосами. На кукол надевали разную «одежду», а чтобы она держалась — закалывали булавкой. Получившиеся природные игрушки сравнивали между собой, выбирали «у кого красивее», а потом «водили их на дискотеку» [Кирхинрейдер, 2016].

Предметно-вещественный мир детей 1960—1980-х годов расширялся за счёт такого семейного увлечения, как коллекционирование значков, марок, открыток, карманных календарей, грампластинок, игрушек и других предметов. Коллекционирование развивало познавательный интерес, расширяло кругозор, формировало определённый вкус. В Пермской области проводились мероприятия общесоюзного значения, которые сопровождались определенной атрибутики. В коллекциях были значки, выпущенные к юбилейным датам уральских городов, с туристических слётов, театральных и танцевальных фестивалей. Способы пополнения коллекций были разными. Например, открытки покупали на почте и в киосках «Союзпечати», получали в подарок от родственников, выменивали у одноклассников и друзей. Коллекционирование могло начаться с необычного предмета, подаренного кем-то из взрослых или детей, и объединяло членов семьи в желании создать хорошую коллекцию. На серии выставок по истории детства, организованных в 2015—2016 учебном году в Соликамском государственном педагогическом институте, студентами были представлены старинные книги, коллекции пластинок, игрушек, новогодних украшений, открыток, значков, марок. Многие предметы являются формой сохранения памяти о советском детстве и об истории конкретной семьи. Реликвии представлены боевыми наградами и медалями родственников, спортивными кубками, дипломами за достижения в соревнованиях и конкурсах, что для многих является особой гордостью [Выставки, 2015—2016].

Анализ воспоминаний жителей Пермского края показал, что традиции семейного воспитания во многом связаны с народной культурой, носителями которой были старшие родственники — бабушки и дедушки. Именно с ними ассоциируется организация летнего отдыха, традиции рукоделия и декоративного украшения жилища, чтение духовной литературы, знакомство с народными праздниками. Формированию нравственных пред-

ставлений детей способствовали образцы поведения взрослых, владение словом и понимание его роли в воспитании, разнообразие факторов и способов воздействия на сознание, чувства и поведение человека. Эмоциональные впечатления детства связаны с уральской природой, её деревьями и травами, с рассказыванием сказок, шуточных историй, случаев из жизни, с особым укладом деревенского быта. Материалы показали, что воспитание осуществлялось путём последовательного включения детей в различные формы хозяйственной и ритуальной деятельности. Очевиден и тот факт, что, несмотря на определённые различия, обе системы воспитания — народная и религиозная — смыкаются в подходах к общечеловеческим ценностям, в ряду которых особое место занимают любовь, вера, милосердие, терпение, взаимное прощение. Вот как об этом пишет Татьяна Васильевна Соломатина (1970 г. р.):

Я росла в семье, где верующей была бабушка. Часто видела, как она встаёт рано утром и, прежде чем что-либо делать, молится на коленях перед иконкой. Мне это было интересно, и я подсматривала за бабушкой из-за шторки. Она потом говорила, что, молясь, просила у Бога прощения, благословения на весь день, на всю работу, которую будет делать. Затем трижды кланялась Господу, говорила непонятные стихи-псалмы, крестилась три раза. Бабушка была родом из-за Камы, из деревни Вави-лово. Иногда она смешно говорила, когда звала обедать: «Робяты, идите исть» или «Ты что в сырых испотках-то бегаешь?» («испотки» — это варежки), «Переодень-то чуни» (т.е. валенки), «Лопоть надо прибрать» («лопоть» — одежда). Нам, маленьким ребятам, непривычно было слышать такие слова, и мы смеялись тихонечко, чтобы бабушка не видела.

Самые яркие впечатления связаны с празднованием святого дня Пасхи. Перед Пасхой бабушка постилась, не ела мясного, рыбного, молочного. В эти дни и мы с ребятами не лакомились ее вкусными шанежками и пирожками. Она жила в небольшом деревянном доме с русской печкой, и мы очень любили, когда бабушка в чугунке запаривала молоко, оно было с корочкой сверху! Или капусту с вырезанной кочерыжкой запарит в чугунке, нальет молоко, яйцо взобьет. Просто объедение! Но это после поста. Перед Пасхой мы прибирали избу: мыли утварь, убирали лишние зимние вещи из избы в сени, в сундук. Мне запомнились две дощечки, которые бабушка называла теребахами. Ими она чесала овечью шерсть, затем пряла и вязала нам «тёплые испотки». Когда все было убрано, красили яйца, которые потом лежали на столе в красивой тарелочке. Еще крашеные яйца бабушка клала за иконку, и там они лежали целый год и не портились. Затем все вместе садились, бабушка молилась, все крестились, «христо-

ствовались», разбивали яйцо об лоб рядом сидящего и смеялись! Это было чудесное время ... В том, что детство было радостным и светлым, есть большая доля бабушки. Она хранила веру, соблюдала праздники, собирала и объединяла всех нас! [Соломатина, 2013].

3. Выводы

В заключение отметим, что создание условий для развития растущего человека как духовно богатой, социально ответственной и активной личности предполагает учёт особенностей семейного воспитания, использование потенциала традиций, расширение пространства свободы и детской культуры. В изучаемый период мировосприятие уральских детей формировалось под влиянием природных и культурных особенностей региона, сосуществования городской и сельской среды социализации, сохранения народной педагогики и её многогранного влияния. Историко-педагогический анализ показал неотделимость впечатлений детства от традиций семейного воспитания, связанных с игрой и её ролью в общении и творчестве. В период 1960—1980-х годов воздействие на нравственное развитие детей и культуру досуга оказывали домашние сюжетно-ролевые игры, театрализации, семейные вечера и праздники, изобразительное творчество, совместные просмотры телевизионных передач и чтение книг, расширение предметно-вещественного мира за счёт ручного труда, изготовления игрушек и увлечения коллекционированием. Актуализация лучших традиций прошлого является определяющим условием трансляции социально-культурного опыта, упрочения семейно-родственных связей, полноценной организации жизнедеятельности детей на основе игры как безусловной ценности детства.

Источники и принятые сокращения

1. Антипин — Воспоминания Александра Михайловича Антипина. Записаны Е. В. Протасовой. Соликамск Пермского края, апрель 2016 года.

2. Выставки — Выставки по истории детства в Соликамском государственном педагогическом институте. Организатор : Е. В. Протасова. Участники : студенты СГПИ (филиала) ПТНИУ Соликамск Пермского края, 2015—2016 учебный год.

3. Гилева — Воспоминания Анжелы Валентиновны Гилевой. Записаны Е. В. Протасовой. Соликамск Пермского края, апрель 2016 года.

4. Гребешкова — Педагогическое эссе «Детское творчество» Виктории Евгеньевны Гребешковой. Предоставлено информантом. Соликамск Пермского края, июнь 2016 года.

5. Записи беседы — Записи беседы Е. В. Протасовой с Людмилой Адамовной Крапивиной, ветераном педагогического труда. Соликамск Пермского края, ноябрь 2012 года.

6. Кирхинрейдер — Воспоминания Людмилы Васильевны Кирхинрейдер. Записаны Д. В. Кирхинрейдер к семинарам по народной педагогике игры. Соликамск Пермского края, май 2016 года.

7. Левченко — Воспоминания Ирины Николаевны Левченко. Записаны Е. В. Протасовой. Соликамск Пермского края, сентябрь 2016 года.

8.Мальгин — Воспоминания Игоря Валерьевича Мальгина. Предоставлены информантом. Соликамск Пермского края, июнь 2016 года.

9. Рерих — Педагогическое эссе «На работу — как на праздник!» Елены Фран-цевны Рерих. Предоставлено информантом. Соликамск Пермского края, июнь 2016 года.

10. Соломатина — Воспоминания Соломатиной Татьяны Васильевны. Предоставлены информантом для семинаров по истории детства. Соликамск Пермского края, ноябрь 2013 года.

11. ЭМА — Экспедиционные материалы автора. Фотографии и аннотации самодельных детских игрушек в образовательных учреждениях и семейных коллекциях жителей Пермского края. Автор-составитель Е. В. Протасова. 2008—2016 гг.

12. Юркина — Воспоминания Ирины Викторовны Юркиной. Записаны Е. В. Протасовой. Соликамск Пермского края, апрель 2016 года.

Литература

1. Безрогое В. Г. Архив воспоминаний о детстве Университета Российской академии образования / В. Г. Безрогов // Развитие личности. — 2003. — № 1. — С. 186—203.

2. БаяндинаЮ. Люди и куклы. История пермской анимации / Ю. Баяндина. — Пермь : Издательство Маматов, 2012. — 128 с.

3. Григорьев В. М. Народная педагогика игры. Вопросы методологии и теории : в II ч. / В. М. Григорьев. — Москва : ОДИ — International, 1996. — 243 с.

4. Шмаков С. А. Игра учащихся как педагогический феномен культуры : автореферат диссертации ... кандидата педагогических наук : 13.00.01 / С. А. Шмаков. — Москва, 1997. — 32 с.

5. Шмаков С. А. Игры учащихся — феномен культуры / С. А. Шмаков. — Москва : Новая школа, 1994. — 240 с.

6. Эльконин Д. Б. Психология игры / Д. Б. Эльконин. — Москва : Гуманит. изд. центр Владос, 1999. — 360 с.

Game in Memories of Residents of Perm Region on Traditions of Family Education in 1960—1980-ies

© Gileva Anzhela Valentinovna (2016), PhD in Education, associate professor, Department of Education and Psychology, Solikamsk State Pedagogical Institute (branch of) Perm State National Research University (Solikamsk, Russia), a_gileva@mail.ru.

© Protasova Yelena Vladimirovna

Perm State National Research University (Solikamsk, Russia), elena-protasova5@yandex.ru.

The article is devoted to the traditions of family education in their close relationship with the cultural space of childhood in Ural province in 1960—1980-ies. Such pedagogical phenomenon of culture as a game is highlighted, that provides a variety of activities and the successful development of children of preschool and younger school age. The materials of the traditional culture of education are considered, elements of which remained in the studied period in rural areas of the upper Kama region. The main sources for the analysis of the practice of family education in its historical and pedagogical context were the memories of residents of the Perm region, the documents from the family archives, the products of creative activity of children, objects of material culture of childhood. Based on them, the ways of family socialization, the game forms of children's interaction with their social environment, conditions of formation of qualities that ensure the moral well-being are considered. The personal meanings of the development of cultural realities of the world by children are revealed. The memories of family traditions are given, in which the game is a means of communication and self-actualization. The pedagogical ideas are distinguished relevant to the expansion of the space of personal freedom and children's culture, the modern practice of family education, the implementation of existing programs aimed at spiritual and moral education of the individual.

Key words: history of childhood of 1960—1980-ies; traditions of family education; cultural space of childhood; game; preschool and younger school age; Perm region; values of childhood.

References

Bezrogov, V. G. 2003. Arkhiv vospominaniy o detstve Universiteta Rossiyskoy akademii obrazovaniya. Razvitiye lichnosti, 1: 186—203. (In Russ.).

Bayandina, Yu. 2012. Lyudi i kukly. Istoriya permskoy animatsii. Perm': Izdatelstvo Mamatov. (In Russ.).

Elkonin, D. B. 1999. Psikhologiya igry. Moskva: Gumanit. izd. tsentr Vlados. (In Russ.).

Grigoryev, V. M. 1996. Narodnaya pedagogika igry. In: Voprosy metodologii i teorii: v II ch. Moskva: ODI—International. (In Russ.).

Shmakov, S. A. 1997. Igra uchashchikhsya kak pedagogicheskiy fenomen kultury: av-toreferat dissertatsii ... kandidata pedagogicheskikh nauk: 13.00.01. Moskva. (In Russ.).

Shmakov, S. A. 1994. Igry uchashchikhsya —fenomen kultury. Moskva: Novaya shkola. (In Russ.).