Административная ответственность в законодательстве зарубежных стран

Солдатов Александр Петрович

доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры конституционного и административного права Краснодарского университета МВД России

Административная ответственность в законодательстве зарубежных стран

Автор проводит в работе комплексный сравнительный анализ ряда законодательных норм об административной ответственности зарубежных стран и Российской Федерации, касающихся административных наказаний, в том числе, и за управление транспортными средствами в состоянии опьянения.

Ключевые слова: административное правонарушение, административная ответственность, административно-правовое регулирование, состояние опъянения, штраф, лишение специального права.

A.P. Soldatov, рrofessor, рrofessor of the chair of constitutional and administrative law Krasnodar University of the Ministry of internal Affairs of Russia, doctor of legal sciences; tel.: 88612581426.

Administrative liability in the legislation of foreign countries

The author puts in the work of a comprehensive comparative analysis of a number of norms of the legislative norms of administrative responsibility of foreign countries and the Russian Federation on administrative punishments, including, and for the management of the means of transport in a state of intoxication.

Key words: administrative offence, administrative responsibility, administrative-legal regulation, state alcohol, fine, deprivation of a special right.

Щ остижение вопросов

Щ административно-правового регулирования администра тивной ответственности в Российской Федерации,

невозможно в полной мере без сравнительного анализа с законодательством об административной ответственности других государств. Поэтому актуальным является сопоставление национального и зарубежного аспектов законодательства об административной ответственности, что мы попытаемся сделать в настоящей статье.

Проблемы установления административной ответственности являются актуальными для всех государств, поскольку она выступает действенным рычагом государственного управления.

Во Франции административная ответственность представляется как ответственность, в том числе публичных служащих. Ответственность этой категории лиц небезусловно связана с контрактами и может быть вызвана: во-первых,

несоблюдением обязательств, вытекающих из заключенных контрактов; во-вторых, ущербом, причиненным вне контрактных обязательств.

Небезынтересен опыт установления начал

административной ответственности во Франции на примере дела Бланко (наезд на девушку вагонеткой на территории табачной фабрики Жиронды).

Постановление по указанному делу сыграло важную роль в закреплении внедоговорной ответственности публичных лиц, а также самостоятельности регулирующих эту область правил по отношению к гражданскому кодексу и его положениям о гражданской ответственности частных лиц.

Самостоятельность характера регулирующих эту область правил определяют два момента: если в законодательных документах не сказано иное, внедоговорная ответственность публичных лиц регулируется административным правом, применяющим требования административной деятельности и контроля над соблюдением частных прав при условии, что такие нормы были выделены административным судьей;

если спор о внедоговорной ответственности публичного лица регулируется административным правом, рассматривать иск об ответственности компетентен административный судья [1]. Своеобразием административной

319

ответственности Франции служит неоднозначность трактовки вины как необходимого элемента ответственности. Можно выделить ряд критериев ответственности, в частности, основанных на определении вины. Так, вина при определении административной ответственности публичных служащих может иметь несколько видов.

1. Административная ответственность, основанная на служебной вине.

Она возникает в случае ущерба от неправильного функционирования публичной службы. Служебная вина вменяется не агенту, а публичному лицу, несущему соответствующую ответственность, и ответственность, основанная на личной вине, ставшая возможной благодаря службе (данный вид вины не связан с проявлениями службы, может быть вызван стремлением к личному обогащению и т.д.).

2. Административная ответственность, не связанная с виной.

Такая ответственность может быть основана на риске, который несет ряд видов административной деятельности и причиняет ущерб частному лицу (деятельность добровольных сотрудников, опасное оружие и т.д.).

Помимо риска ответственность администрации без ее вины может быть предметом иска в случае нанесения ущерба законодательной мерой или регламентирующей мерой небольшому числу лиц; неисполнением по мотивам общих интересов судебного решения; наличием шумного и загрязняющего публичного объекта, причиняющего ущерб живущим по соседству и тд[2]

Ближнее зарубежье имеет ряд особенностей в формировании законодательства об административной ответственности. В частности, ряд особенностей имеет законодательство об административных правонарушениях республики.

В 2003 году в Республике Беларусь был принят Кодекс об административных правонарушениях [3], призванный регулировать меры административной ответственности данного государства. Названный документ во многом схож с Кодексом об административных правонарушениях Российской Федерации, однако в ряде вопросов он обладает качественным своеобразием.

Так, в Республике Беларусь меры административной ответственности именуются административными взысканиями и могут применяться:

только в качестве основных (предупреждение,

штраф, исправительные работы, административный арест);

в качестве как основных, так и дополнительных (лишение специального права, предоставленного физическому лицу, лишение права заниматься определенной деятельностью, депортация);

только в качестве дополнительных (конфискация, взыскание стоимости предмета административного правонарушения).

Интересным представляется анализ такого вида взыскания, как лишение специального права. В законодательстве об административных правонарушениях Республики Беларусь выделено лишь лишение права управления транспортным средством на срок от шести месяцев до трех лет [4].

Небесспорными и, безусловно, нуждающимися в освещении являются исправительные работы как вид административных взысканий. Исправительные работы предусмотрены анализируемым законом в качестве основного вида взыскания, назначаемого на срок от одного до двух месяцев, отбываются по месту работы физического лица, освобожденного от уголовной ответственности и привлеченного к административной ответственности в порядке, предусмотренном нормами Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Данная мера ответственности является реакцией государства на совершение преступления, не представляющего большой общественной опасности, и применяется к лицам, освобожденным от уголовной ответственности за их совершение и возместившим ущерб либо иным образом загладившим нанесенный преступлением вред [5]. Следовательно, этот вид взыскания не может быть применен к лицам, совершившим административные правонарушения.

Лишение права заниматься определенной деятельностью установлено законодательством об административных правонарушениях Республики Беларусь в ст. 6.9. КоАП. Оно выражается в запрещении заниматься определенной деятельностью, на осуществление которой требуется специальное разрешение (лицензия), если будет признано невозможным сохранение за физическим или юридическим лицом права заниматься таким видом деятельности. Назначается этот вид взыскания с учетом характера совершенного административного правонарушения, связанного с занятием специальным (определенным) видом деятельности. Срок данного взыскания - от шести месяцев до одного года.

Характеристика анализируемого вида

320

взыскания позволяет сделать вывод о том, что оно является симбиозом двух видов наказаний, имеющих место в числе административных наказаний, предусмотренных Кодексом об административных правонарушениях Российской Федерации: дисквалификации и административного приостановления деятельности.

В КоАП РФ дисквалификация применяется к должностному лицу, деятельность которого связана с управлением юридическим лицом, а административное приостановление деятельности применяется к юридическому лицу. В законодательстве об административной ответственности Республики Беларусь лишение права заниматься определенной деятельностью ориентировано как на физических, так и на юридических лиц, причем категория управленца как должностного лица не рассматривается, что образует некоторое противоречие.

Кодекс об административных правонарушениях Республики Беларусь содержит такие виды административных взысканий, которые не выделены в качестве наказаний в КоАП России. Речь идет о взыскании стоимости предмета административного правонарушения (ст. 6.12. КоАП) и депортации (ст. 6.11. КоАП). Первая из названных мер административной ответственности по нормам Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях поглощается понятием административного штрафа (ст. 3.5. КоАП РФ), а вторая по смыслу норма закона является административным выдворением, применяемым в отношении иностранного гражданина и лица без гражданства.

Исследуя опыт установления административной ответственности в зарубежных странах, считаем необходимым охарактеризовать такой вид нарушения и реакцию законов этих стран на них, как управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

Анализируя зарубежный опыт по установлению и применению санкций за правонарушения, связанные с состоянием опьянения водителей [6], можно прийти к выводу, что управление транспортным средством в состоянии опьянения признается зарубежными законодателями одним из наиболее опасных нарушений правил дорожного движения. Соответственно наказания, налагаемые на виновных в его совершении, характеризуются высокой степенью жесткости. Основные виды наказаний за управление транспортным средством в состоянии опьянения: штраф,

временное лишение права на управление транспортными средствами, тюремное заключение.

Размеры штрафов достаточно велики. Практически во всех странах лишение права на управление транспортными средствами применяется лишь дополнительно к другим видам наказания. Сроки лишения права на управление транспортными средствами также неодинаковы - от 1 месяца до 10 и более лет. Кроме того, в Дании и Норвегии возможно пожизненное лишение права на управление транспортными средствами. Как правило, повторное управление транспортным средством в состоянии опьянения в течение определенного периода времени влечет повышенную ответственность нарушителя [7].

Сегодня важное место занимает вопрос о том, какое воздействие могут оказать те или иные концентрации алкоголя в крови на безопасность дорожного движения. Степень изменения функций водителя находится в предметной зависимости от концентрации алкоголя в крови. По мере увеличения дозы алкоголя отклонения от нормального поведения возрастают, что проявляется в расстройстве координации движения, снижении внимания и чувства самоконтроля, уменьшении собранности, рассудительности действий, понижении способности правильно ориентироваться в окружающей дорожной обстановке, нарушении способности правильно воспринимать звуковые и световые сигналы и адекватно реагировать на них и т.п.

Исследования, проведенные в различных странах, свидетельствуют о том, что при содержании в крови водителя алкоголя на уровне

0,3 - 0,9 промилле вероятность ДТП увеличивается в 7 раз, при 1,0 - 1,4 промилле - в 31 раз, при более чем 1,5 промилле - в 128 раз [8].

Медицинские эксперты считают, что при определенной степени опьянения теряется способность самокритики, теряется самоконтроль, создается самоуверенность, преувеличиваются способности [9]. Интеллектуальные центры мозга поражаются раньше всего. С нарастанием концентрации алкоголя в крови постепенно сокращаются пределы сознания, создается "умственная путаница", ослабление ориентировки и потеря сознания. Нарушения под влиянием алкоголя и проявления опьянения в известной мере и до определенных пределов могут компенсироваться волей водителя, его напряжением внимания. Важную роль играют

321

опыт управления транспортным средством, дорожные условия.

На основе уровня содержания алкоголя в крови участников ДТП среди ученых зарубежных стран существует мнение, что низкие концентрации алкоголя в крови неопасны для вождения автотранспорта, и поэтому введено понятие о нижней границе содержания алкоголя в крови для возможности вождения автотранспорта. Одни исследователи рекомендуют содержание алкоголя в крови 0,40 - 0,60 г/л, другие - более высокие значения - до 0,80 г/л, хотя при содержании алкоголя 0,60 г/л способности к вождению снижаются на 25 - 30 %.

Необходимо устанавливать специальные границы невозможности вождения автомашин тех или иных марок (грузовых, легковых машин с прицепами, скоростных и пр.), мотоциклов, велосипедов и свои "границы" для пешеходов. Границей относительной невозможности вождения автотранспорта принято считать содержание алкоголя в крови 1,00 г/л, а абсолютной - 1,50 г/л и близкие к ним значения .

В большинстве зарубежных стран управление транспортным средством под воздействием алкоголя не запрещается, а лишь ограничивается количественным уровнем или степенью концентрации алкоголя в крови водителя. Влияние различных доз алкоголя на водительские способности человека и, как следствие, на вероятность совершения ДТП определено, по мнению зарубежных специалистов, достаточно четко. Это дало основание для широкой поддержки идеи о том, что максимально разрешаемый уровень содержания алкоголя не должен превышать 0,5 г в расчете на 1000 куб. см, или 1 литр крови (г/ л). В Европейском союзе в настоящее время обсуждается возможность введения единого для всех государств-членов максимально разрешаемого уровня 0,5 г/л, что позволит снизить количество погибших по причине повышенного содержания алкоголя. Но уже сейчас многие европейские государства приняли законодательные нормы, ограничившие допускаемый уровень содержания алкоголя в крови водителя этой величиной. Причем в них был отмечен положительный эффект такой законодательной инициативы.

Например, в Австрии после снижения максимально разрешаемого уровня содержания алкоголя в крови водителя с 0,8 до 0,5 г/л за первые 6 месяцев 1998 года количество ДТП, совершенных по вине нетрезвых водителей, уменьшилось на 15,8%, число погибших в таких ДТП - на 32,6 %, а число раненых - на 20,3 % по

сравнению с аналогичным периодом предшествующего года.

В Венгрии, Румынии, Словакии, Японии водителям вообще запрещено употребление алкоголя. В Болгарии, Латвии, Турции, Югославии, Австрии, Бельгии, Германии, Дании, Франции, Испании уровень содержания алкоголя в крови водителя не должен превышать 0,5 г/л; в Великобритании, Италии, Швейцарии - 0,8 г/л; в Швеции, Польше - 0,2 г/л. В Испании 0,3 г/л -максимально разрешенный уровень содержания алкоголя в крови для водителей грузовых и пассажирских (более 9 человек) транспортных средств, автомобилей скорой помощи и пожарной охраны.

В США рассмотрен законопроект, вынуждающий штаты снизить уровень допустимого содержания алкоголя в крови водителя до 0,8 г/л.

В настоящее время в большинстве штатов разрешается управление транспортным средством при концентрации алкоголя в крови не более 1,0 г/л, лишь в 18 из 50 штатов страны принято ограничение в 0,8 г/л. В соответствии с подписанным американским президентом законом штат, который не введет ограничение уровня содержания алкоголя в крови 0,8 г/л, ежегодно недополучит сумм, выделяемых государством на строительство и ремонт дорог. Таким образом, в большинстве стран уровень допустимого содержания алкоголя в крови водителя составляет 0,5 г/л 2.

Исходя из анализа зарубежных источников, можно сделать выводы, что страны в зависимости от того, учитывается или нет степень превышения допустимой концентрации алкоголя в законодательстве, устанавливающем ответственность за нарушение правил, условно подразделяются на две группы. Так, странами, в которых на размеры санкций оказывает влияние степень превышения допускаемой концентрации алкоголя в организме водителя, являются Великобритания, Дания, Норвегия, Франция, Швеция. К странам, где значение имеет только сам факт превышения установленного уровня содержания алкоголя, относятся Япония, Испания, Италия, Польша.

Практически во всех странах, где степень превышения допустимой концентрации алкоголя имеет значение, наказание резко увеличивается при концентрации алкоголя в крови водителя примерно с 0,8 до 1,0 г/л. Как уже ранее отмечалось, граница потери возможностей управления транспортным средством находится в пределах от 1,0 до 1,5 г/л и выше, именно с этих показателей должно быть усиление

322

ответственности. Устанавливать сроки лишения права управления транспортными средствами за правонарушения, связанные с состоянием опьянения водителей, необходимо в зависимости от степени превышения концентрации алкоголя в крови водителя, а за значительное их превышение применять уже более длительные сроки лишения права управления транспортными средствами. Этим будет создана база для дифференциации наказания, а значит, для его справедливого назначения и борьбы именно с опасными нарушениями в сфере дорожного движения.

Установление в санкции ч. 1 ст. 12.8. КоАП РФ срока лишения права управления транспортным средством на период от полутора до двух лет позволит дифференцировать ответственность водителя в зависимости от степени концентрации алкоголя в крови. Для достижения данной цели необходимо внести изменение в нормативные документы Министерства здравоохранения и социального развития в части определения предельно допустимого уровня содержания алкоголя в крови 0,5 г/л.

Таким образом, исследование опыта административной ответственности в зарубежных странах позволяет отметить, что есть востребованность его изучения и апробирования к российскому законодательству.

Предлагаем внести изменения в нормативные документы Министерства здравоохранения и социального развития в части определения предельно допустимого уровня содержания алкоголя в крови - 0,5 г/л.

Предлагаем дополнить ст. 12.8. КоАП РФ ч. 3: "Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения показатели которого превышают 1,0 г/л, влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от двух до трех лет".

В связи с этим предлагаем внести изменения в ч. 2 ст. 3.8. КоАП РФ, изложив ее в следующей редакции: "Срок лишения специального права не может быть менее одного месяца и более трех лет".

1.См.: Общие сведения об административном праве Франции (второе издание) // Российско-французская серия "Информационные и учебные материалы". 1993. № 9. С. 95-96.

2. См.: Общие сведения об

административном праве Франции (второе издание) // Российско-французская серия "Информационные и учебные материалы". 1993. № 9. С. 101.

3. Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2003. № 2/946.

4.См.: Ст. 6.8 КоАП Республики Беларусь. 2003.

5. См.: Хорьков В. Н. Меры административной ответственности в КоАП Российской Федерации и КоАП Беларусь (сравнительный анализ) / В.Н. Хорьков // Административное право и процесс. 2005. № 2. С. 42.

6.См.: Ответственность за нарушение правил дорожного движения: Обзор зарубежного опыта. Вып. 6. М.: НИЦ ГИБДД МВД России, 1997, С. 4 - 20; Выявление водителей, управляющих транспортными средствами в состоянии опьянения: Обзорная информация. Вып. 13. М.: НИЦ ГИБДД МВД России, 2001, С. 6 -12.

7.См.: Головко В.В. К вопросу об административной ответственности за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения / В.В. Головко, О.А. Иванова // Транспортное право. 2004. №2. С. 2122.

8.См.: Матишевский Л.С. Правовые и медицинские меры борьбы с пьянством и алкоголизмом /Л.С. Матишевский. Пермь, 1987. С. 7; Ястребов А.В. Алкоголь и правонарушения/ А.В. Ястребов. М., 1987. С. 40-41.

9.См.: Балякин В.А. Острое алкогольное опьянение (обоснование для истолкования и оценки данных по количественному содержанию алкоголя в крови) /В.А. Балякин. Пермь, 1961, С. 51 - 70.

10. См.: Головко В. В. Указ. работа /В. В. Головко,

О.А. Иванова. С. 23.

11.См.: Выявление водителей, управляющих транспортными средствами в состоянии опьянения: Обзорная информация. Вып. 13. М.: НИЦ ГИБДД МВД России, 2001. С. 3-11.

12.См.: Выявление водителей, управляющих транспортными средствами в состоянии опьянения: Обзорная информация. Вып. 13. М.: НИЦ ГИБДД МВД России, 2001. С. 8-9.

1. See: General information about administrative law of France (the second edition)//the Russian-French series "Information and training materials". 1993. No 9. P. 95-96.

2. See: General information about administrative law of France (the second edition)//the Russian-French series "Information and training materials". 1993. No

9. P. 101.

3. The code of Republic of Belarus about administrative offenses// National the register of

323

legal acts of Republic of Belarus. 2003. No 2/946.

4. See: Art. 6.8 of KoAP of Republic of Belarus. 2003.

5. See: Horkov V.N. Mery of administrative responsibility in KoAP of Russian Federation and KOAP Belarus (the comparative analysis) / V. N. Horkov //Administrative the right and process. 2005. No. 2. P. 42.

6. See: Responsibility for violation of traffic regulations: Review of foreign experience. Ed. 6. M: Research Center GIBDD MVD of Russia, 1997, Page 4-20; Ensuring of the drivers operating vehicles in a state of intoxication: Survey information. Ed.

13. M: Research Center GIBDD MIA of Russia, 2001. P. 6-12.

7. See: Golovko V.V. To a question of administrative responsibility for an management a vehicle the driver being in a condition of alcohol intoxication /V.V. Golovko, O.A. Ivanov //the Transport law. 2004. No. 2. P. 21-22.

8. See: Matishevsky L.S. Legal and medical measures of fight against alcoholism and alcoholism /h.p. Matishevsky. Perm. 1987. P. 7; Hawks A.V. Alcohol and offense/A. V. Hawks. M., 1987. P. 4041.

9. See: Balyakin V.A.Sharp alcoholic intoxication (justification for an and estimates of data on quantitative blood alcohol content)/ V.A. Balyakin. Perm, 1961. P. 51-70.

10. See: Golovko V.V. Ed. work/V.V. Golovko, O.A. Ivanov. P. 23.

11. See: Identification of the drivers operating vehicles in a composed definition of intoxication: Survey information. Ed. 13. M: Research Center GIBDD MIA of Russia. 2001. P. 3-11.

12. See: Identification of the drivers operating vehicles in a composed of intoxication: Survey information. Ed. 13. M.: Research Center GIBDD MIA of Russia. 2001. P. 8-9.

324