Механизмы развития значения существительных синкретических форм

УДК 81'23

О. И. Просянникова O. I. Prosyannikova

Механизмы развития значения существительных синкретических форм

Mechanisms of semantic shift in the nouns of syncretic forms

В статье рассматриваются семантические механизмы обеспечивающие развитие значения в синкретических формах существительных. Автор приводит обоснование выявленным механизмам развития значения по сходству и по функции. Новые значения возникают в результате в результате сенсорного и логического взаимодействия человека с окружающей его действительностью.

The article is devoted to the problem of semantic change also known as semantic shift. It describes the mechanisms which act in the process of change in the meanings of words. The two mechanisms that change a meaning of a word have been identified: the mechanism of similarity and the mechanism of function.

Ключевые слова: семантические механизмы, синкретические формы, развитие значения.

Key words: semantic mechanisms, syncretic forms, semantic change.

Вопрос о том, как происходят изменения значения слова, какие механизмы задействованы в процессе возникновения нового значения поднимались неоднократно в лингвистике такими учеными, как Е.Л. Боярская, М.В. Никитин, М.А. Стернина, М.Г. Шкуропацкая. В зависимости от поставленных целей авторы рассматривали процессы изменения значения в различных грамматических классах, с различных точек зрения на содержательную составляющую эволюционных процессов.

В работах М.В. Никитина речь идет о семантических механизмах конверсии, явлении, рассматриваемом с точки зрения словообразовательного средства. Ученый ставит вопрос о моделировании семантических отношений конверсионных дериватора и деривата,

© Просянникова О.И., 2012

об упорядоченности и прогнозируемости их семантических отношений. С точки зрения М.В. Никитина, семантика конверсионного деривата имеет не жесткую модель, и наибольшая семантическая свобода наблюдается в моделях с вектором V - N (глагол-существительное) и Adj - N (прилагательное - существительное), наименьшая - в моделях Adj - V (прилагательное - глагол), N1 - N2 (существительное - существительное), что предполагает предсказуемость значения конверсионного деривата. Предложенные ученым базовые модели семантических изменений включают четыре типа: 1) орудийно-средственная модель основывается на функции класса (вещей) - wall - стена / обносить стеной; 2) поведенческая, основывается на конститутивном характере действия денотата (cook - повар/готовить пищу), 3) метаморфная (hook - крючок/скрючиться, crowd - толпа/толпиться), 4) результативноследственная: выполнение действия, обозначаемого конверсионным глаголом, имеет следствие или результатом наличие D (N) у субъекта этого действия (действовать так, чтобы имелось «She dressed quickly - she had a dress on»). В основу каждой модели был положен прототипический образ, который обобщает обширный класс явлений. Разрабатывая модели семантических изменений в конверсных парах, М.В. Никитин стремился определить направление, в котором возникает значение производного слова, и сделал вывод о размытости семантических структур, что не дает надежной опоры для направления деривации [6, с. 455-462].

В работах М.Г. Шкуропацкой механизмы семантической деривации строятся на двух типах содержательных связей между любыми видами дериватов - импликационных и классификационных [11]. Эти два универсальных способа организации концептуальных структур сознания были определены М.В. Никитиным, который признавал за импликационными связями когнитивный аналог реальных связей сущностей объективного мира. Классификационные связи -это мыслительный аналог распределения признаков в вещах и явлениях, поэтому они отражают не какую-то реальную связь, а общность присущих им признаков [6, с. 225-227].

М. Г. Шкуропацкая разделяет два типа механизмов семантической деривации - гипергипонимический и метафорический. В основе механизмов лежат семантические отношения, которые строятся на

94

принципе подобия и ориентированы на выражение парадигматических отношении. В основе этих отношении находятся связи значений по общности - различию содержащихся в них признаков. По мнению М.Г. Шкуропацкой, весь объем лексического значения образует базу для развития значения. Интенсиональная сфера значения является базой для развития значений по линии гипергипонимиче-ских и метонимических связей, импликациональная сфера, принципиально открытая сфера семантики слова, позволяет ему реализовать свои потенции по линии подобия (метафора) [11, с. 296-298].

Исследованию когнитивных механизмов, лежащих в основе порождения и развития новых значений, посвящена работа Боярской Е.Б. [2]. Автор использует процедуру анализа полисеманта на основе понятий QUALIA структуры и процедуры наследования, предложенной Дж. Пустейовским. Полисемант представляет сложную структуру - трехуровневый макрофрейм, состоящий из фреймов и подфреймов. Когнитивная структура новых значений существительных представлена набором четырех типов подфрей-мов: конститутивного, формального, целевого и прагматического. Каждый из подфреймов содержит определенную информацию, которая наследуется и влияет на процесс формирования и развития новых значений. Информация конститутивного подфрейма отражает отношения часть-целое, включает данные о величине, форме, качественных характеристиках, цвете, весе и т. п., т. е. информацию, получаемую сенсорно, а также получаемую в результате подсознательных мыслительных операций, направленных на обобщение и анализ полученного опыта. Содержание формального подфрейма зависит от информации предыдущего, так как вывод о категориальной принадлежности понятия делается на основании анализа совокупности признаков, предлагаемых в конститутивном подфрейме. Два типа концептуальной информации: данные о возможных действиях объекта и о возможных действиях над ним или с его помощью входят в целевой подфрейм. Прагматический подф-рейм хранит данные о внешней и внутренней прагматике слова, контекстах его употребления и ограничений на употребление. Для анализа образования новых значений были определены области-доноры, послужившие реципиентами при образовании нового

95

значения. Процессы инференции и наследования рассматриваются на различном концептуальном уровне: на уровне макрофрейма, между фреймами и на уровне подфреймов. Механизм возникновения нового значения заключается в наследовании концептуальной информации из различных подфреймов областью-реципиентом [2, с. 193, 178].

Все упомянутые исследования вносят свой вклад в решение вопроса о механизмах возникновения дополнительного, производного значения. В работах Л.Е. Боярской анализируются новые значения многозначных существительных, появившиеся в английском языке в период с 1963 по 1998 годы. Таким образом, объем исследования составило ограниченное число лексического состава. Исследования М.Г. Шкуропацкой выявили системность деривационных процессов с точки зрения инновационного содержания в дериватах, образованных семантическим способом. Наиболее значимой для настоящей диссертации является работа М.В. Никитина по изучению эволюционных процессов в семантике конверсивов. Механизмы семантических связей слов, одинаковых по форме, но представляющих разные грамматические классы, рассматриваются автором с точки зрения словообразовательной деривации, дающей разные слова, каждое со своей семантической структурой и грамматической парадигмой.

В работе М.А. Стерниной слова, принадлежащие к различным грамматическим классам, но имеющие одинаковую форму рассматриваются в рамках лексико-грамматической полисемии. Для настоящего исследования важным является утверждение автора о том, что решающими условиями для сохранения тождества слова являются общность материальной формы в плане выражения и наличие отношений семантической производности между семемами в плане содержания. Поскольку сама полисемия основана на наличии единой лексемы и семантической производности, то оба эти критерии соблюдаются в случае лексико-грамматической полисемии. Автор рассматривает взаимоотношения лексико-грамматической полисемии и лексико-грамматической вариантности, определяя следующие различия. В лексико-грамматической вариантности одному набору лексических сем соответствуют две и более лексикограмматические семы, находящиеся в отношениях дополнительной

96

дистрибуции и реализующиеся в зависимости от контекста. При лексико-грамматической полисемии слова каждому набору лексических сем соответствует отдельная лексико-грамматическая сема [9, с. 12, 14].

В настоящей статье речь идет о развитии значения в существительных синкретических форм, т.е. таких, которые имеют одинаковую форму, но относятся к различным грамматическим категориям, например, coat - пальто / покрывать, shore - берег/сходить на берег. Механизм развития значения существительных в синкретических формах имеет свои основания и представляет совокупность мыслительных операций. Само понятие механизм связано с техникой и обозначает устройство, приводящее в действие. В ходе исследования синкретических форм были определены механизмы, приводящие к возникновению нового значения: механизм развития по сходству и механизм развития по функции. Оба механизма, на наш взгляд, являются универсальными, что подтвердилось большим материалом выборки. Такой фактор как сходство, будь то предметов или явлений, наблюдается часто не потому, что так много одинаковых вещей, а в связи с тем, что они могут совпадать частично по каким-либо отдельным параметрам, и такой параметр дает возможность сравнивать и находить общее, а значит давать развитие по сходству. Все, что мы воспринимаем зрительно, дает нам возможность сравнивать, находить аналогии, соизмерять, примерять на другие предметы, факты, явления. Далее приводятся примеры существительных, в которых развитие значения происходит в соответствии с механизмом по сходству: crane - журавль, подъемный кран, fleece - овечья шерсть, «барашки», перистокучевые облака, густо падающий снег, густая копна волос, начёс, ворс, goose - гусь, портновский утюг, hook - крюк, секач, серп, закорючка (при обучении письму), хук (короткий боковой удар в боксе), шип, излучина (реки), horse - лошадь, рама, козлы, mop -швабра, копна волос, космы, nail - ноготь, гвоздь, шпилька, сигарета ««гвоздик», paste - тесто, паста, мастика, паштет, сл. мозги, scallop - гребешок, патиссон, shrimp - креветка, морщинистый человек, tar - смола, негритянское происхождение. Зрительно воспринимаемые параметры включают в себя форму, величину, цвет, движение.

Механизм развития по функции - второй по значимости в развитии значений, область его применения связана с действиями, которые выполняют предметы или объекты, а также субъекты и их свойства. Выявленные механизмы участвуют и в образовании переносного значения. Функция любого предмета есть та работа, которая им выполняется, либо реализуемые свойства: churn -маслобойка, мешалка, сильная тряска (функция «трясти»), comb -расческа, гребень, скребница (функция «чесать»), crutch - костыль, поддержка, опора (функция «не дать упасть»), fan - веер, опахало, вентилятор, фен, сушилка для волос (функция «создавать движение воздуха»), file - напильник, слесарная пила, пилочка для ногтей, шлифовка (функция «стачивать»), harness - упряжь, сбруя, вожжи, поводок (для ребёнка), ремни безопасности (в автомобиле), снаряжение, спорт. мягкое крепление, мор. рангоут и такелаж (функция «сдерживать»), key - ключ, гаечный ключ, ключ, кнопка, рычажный переключатель, ключ ( к упражнениям, решению задач и т.п.) (функция открывать»), lance - пика, копье, острога, (функция «колоть), lock - замок, запор, затвор, шлюз, плотина, перемычка, захват ««на ключ» (приём в борьбе), мёртвая хватка, тиски (функция «запирать»), manacle - наручники, ручные кандалы, путы, оковы, препятствие (функция «ограничить движение»), mop - швабра, тампон (функция «промачивать»), oar - весло, гребец (перенос функции предмета на выполняющего эту функцию), plane - рубанок, струг, калевка, гладилка, мастерок (функция ««стругать, сглаживать»), rake - грабли, кочерга, лопаточка крупье (функция «сгребать»), shear - ножницы, стрижка (шерсти, овец), настриг (перенос функции предмета на выполняемое им действие), shovel - совок, лопатка, черпак, экскаватор, механическая лопата, сошник (функция копать, загребать»), screw - винт, пропеллер, гребной винт, прыжок винтом (функция «кругового движения».

Для обоснования природы этих механизмов необходимо обратиться к концепту. Многие ученые считают, что концепт в языке представлен словом [3, с. 77-79; 4, с. 434-484; 1, с. 543-640], на этом основании составлен и словарь концептов Ю.С. Степанова [8]. Слово в этом случае получает статус имени концепта - языкового знака, передающего содержание концепта наиболее конкретно, концентрированно и адекватно. Концепт материализуется посредством

98

слова, приобретая языковое выражение и выступая условной единицей, связующей мышление и речь. Являясь основной и элементарной понятийной данностью, концепт не существует изолированной единицей, а взаимодействует с окружающими его семантическими единицами, обращенными к тому же понятию, но дополняющими его содержательно, стилистически и хронологически.

Описывая способы формирования концепта, исследователи сходятся во мнении, что концепты возникают в результате сенсорного и логического взаимодействия человека с окружающей его действительностью Основополагающими источниками возникновения концептов считаются следующие: непосредственный чувственный опыт, который приходит как результат восприятия действительности органами чувств; непосредственные операции человека с предметами, результат его предметно-практической деятельности; экспериментально-познавательная деятельность; мыслительная деятельность, результаты которой отражаются в умозаключениях, суждениях, выводах; вербальный и невербальный опыт, результат познания человеком значений языковых единиц, усваиваемых в процессе жизни.

Для настоящей работы принципиальными являются эти положения, так как обозначенные в них процессы и результаты их деятельности ложатся в основу предлагаемых в исследовании механизмов эволюции значения. Чувственный опыт, который мы приобретаем благодаря пяти органам чувств - зрению, слуху, вкусу, обонянию и осязанию, позволяет определить сходство. Глядя на предмет, например, трубу, человек воспринимает форму - пустотелый круглого сечения предмет. Подобную форму имеют музыкальные инструменты (дудки, свирели), курительные трубки, сигары, трубы различного назначения. Все эти предметы имеют общее имя труба, поскольку объединяет их один признак формы, а основанием для называния одним словом, одним именем стал механизм развития значения по сходству, который задействуется в ходе чувственного опыта. В английском языке слово pipe имеет все перечисленные значения. Мы воспринимаем зрением не только форму, но и размер, и цвет, эти параметры или признаки присутствуют в различных предметах и явлениях. Например, глядя на вспышку, мы фиксируем ее яркий свет и характер свечения, что

99

дает основания назвать этим словом и другие внешне схожие явления: flare - яркий неровный свет; сверкание, вспышка или язык пламени, взрыв, осветительная ракета или бомба, блик, диффузный ореол. Восприятие горького вкуса отразилось в названии пива в английском языке: bitter - горечь, горькое пиво. Человек находит сходство и в воспринимаемых звуках: blare - блеяние, мычание, звук трубы, автомобильный гудок, lisp - шепелявость, шёпот, roar - грохот, хохот, snort - храп, фырканье. Так наш чувственный опыт отражается в развитии значения, становясь источником этого развития, задействуя операцию сравнения и устанавливая сходство с помощью особого механизма.

Второй этап, влияющий на развитие значения, - предметнопрактическая деятельность как результат логического взаимодействия человека и окружающей его действительности. Во время такого вида деятельности происходит познание человеком назначения, возможности употребления разного рода предметов и объектов. В результате манипулирования предметами, использованием объекта, употреблением на практике становятся понятными функции объектов и реалий: нож, чтобы резать, дом, чтобы жить в нем, крыша, чтобы защищать от осадков. Результаты познания отражаются в сознании как операции, действия, совершаемые человеком с помощью предмета, предметом, на предмет, в сфере предмета. Человек различает свои действия и действия, совершаемые предметами и объектами. Представляется важным подчеркнуть эти операциональные моменты с опорой на классификацию типов действий, предложенную С.Л. Чарековым. Классификация строится на общих закономерностях, лежащих в основе выделения глагола в самостоятельную грамматическую категорию. Анализ глагольных значений позволил выявить пять типов действий: а) действие при помощи предмета, б) действие, направленное на предмет, в) действие самого предмета, г) действие, обозначающее производство предмета, д) действие в сфере предмета [10, с. 9]. Принцип такого разделения не семантический, как видим, а основанный на предметнопрактической деятельности человека. В нашей работе рассматриваются синкретические формы типа существительное/глагол, анализ которых полностью подтверждает убедительность данной классификации: crutch - костыли/ходить на костылях, nail -

гвоздь/ забивать гвоздь, mold - плесень/плесневеть, crumb -крошка/крошить, pocket - карман/класть в карман. Именно предметно-практическая деятельность человека фактически связана с применением различного рода предметов: орудий, инструментов, объектов различного назначения. Находясь в постоянном контакте со средой обитания, человек находит и другие предметы, объекты и явления, которые совпадают по функции, т.е. в общем виде выполняют одни и те же функции. Мы замечаем, например, что одетое на ребенка сплетенное из шнуров устройство выполняет ту же функцию, что лошадиная упряжь (harness - сбруя, поводок, ремни безопасности); что и веер, и опахало, и вентилятор создают поток воздуха (fan - веер, опахало, вентилятор). Все названные в качестве примеров предметы отличаются по внешнему виду, но, тем не менее, называются одним и тем же словом. В этом случае функция становится основанием для номинации уже имеющимся словом. Таким образом, механизм отбора по функции задействуется в поиске других предметов с такой же функцией, и совмещает на этом основании в одном слове несколько значений: harness - упряжь, вожжи, поводок для ребенка, fan - веер, опахало, вентилятор, nose - нос, чутье, cap - шапка, колпачок, shower - ливень, душ, tower - башня, крепость.

Экспериментально-познавательная деятельность человека -это этап сенсорного и логического взаимодействия человека с окружающей его действительностью, на котором соединяются два предыдущих. Познавательная деятельность - процесс весьма сложный и многоступенчатый, если исходить из того, что он не ограничивается получением знаний в абсолютном виде, а происходит практическое использование и преобразование материальных предметов и социальных явлений, то есть конкретных явлений окружающего мира. Человек в своей деятельности осуществляет контакт с миром материальных объектов, полученные знания позволяют переходить от частного к общему, выделять универсальность, общезначимость. Представляется, что именно на этом этапе чувственный опыт и предметно-практическая деятельность, соединяясь, становятся фундаментом, на котором формируется полученное порознь универсальное знание. Можно назвать этот этап и предметно-чувственной деятельностью, в ходе которой человек

обобщает познания и при этом механизмы развития по сходству и по функции становятся способами такого обобщения. Чувственная форма познания реализуется в ощущениях, восприятиях и представлениях, логическая - в понятиях, суждениях и умозаключениях. Процесс познания человеком окружающей действительности осуществляется в единстве и взаимосвязи его ступеней - чувственной и логической. Но не всякое явление доступно непосредственному чувственному восприятию, и тогда познание происходит опосредованным путем, путем мышления. Мышление - это обобщённое и опосредованное отражение человеком действительности в её существенных связях и отношениях, результат переработки не только опыта отдельного человека и его современников, но и предшествовавших поколений. Мыслительная деятельность как «процесс сознательного отражения действительности» связана с целенаправленным логическим познанием, с умственным отражением [5, с. 21]. В процессе мыслительной деятельности происходит обобщение, в том числе и тех результатов, которые получены на предыдущих этапах, в нашем случае речь идет о механизмах по сходству и по функции.

Мышление как социально обусловленный психический процесс неразрывно связано с речью (и языком), поэтому пятый этап связан с вербальной и невербальной репрезентацией концептов. Концепт как ментальное образование и продукт когниции имеет для экспликации своего содержания лексические единицы, а значит - значения многих слов. Значение, таким образом, является коммуникативно релевантной частью концепта, вербализованной частью концептуальной информации и выступает в виде стороны языкового знака в актах коммуникации [7, с. 39].

Таким образом, механизмы развития значения, выявленные при изучении синкретических форм типа существительное /глагол отражают результат сенсорного и логического взаимодействия человека

w W п

с окружающей его действительностью. В одном случае изменения происходят на основе действия механизма по сходству: cave - пещера, впадина, scallop - гребешок, патиссон, в другом случае значение развивается по функции: brain - головной мозг, рассудок, разум, cage - клетка, тюрьма.

Список литературы

1. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. - М.: Школа «Языки рус. культуры», 1999. - 895 с.

2. Боярская Е.Л. Когнитивные основы новых значений полисемантичных существительных современного английского языка: дис... докт. филол. наук: 10.02.04. - Калининград, 1999. - 217 с.

3. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. - М.: Рус. слов., 1996. - 411 с.

4. Вежбицкая А. Семантические универсалии и описание языков. - М.: Яз. рус. культуры, 1999. - 777 с.

5. Красных В.В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность?. - М.: Гно-зис, 2003. - 375 с.

6. Никитин М.В. Курс лингвистической семантики. - Изд.2-е. - СПб.: Изд-во РГПУ им.А.И. Герцена, 2007. - 819 с.

7. Попова З.Д., Стернин И.А. Лексическая система языка: Внутренняя организация, категориальный аппарат и приемы описания: учеб. пособие. - Изд. 3-е. - М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. - 176 с.

8. Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры: Опыт исследования. - М.: Шк." Яз. рус. культуры", 1997. - 824 с.

9. Стернина М.А. Лексико-грамматическая полисемия в системе языка: опыт разработки интегральной теории полисемии: автореф. дис док. филол. наук. - 10.02.19. - Воронеж, 2000. - 38 с.

10. Чареков С.Л. Эволюционная морфология. Часть II. Очерки формирования и эволюции категории глагола в алтайских языках. - СПб.: Наука, 2000. -166 с.

11. Шкуропацкая М.Г. Деривационная системность лексики (на материале русского языка): дис. ... док. филол. наук: 10.02.19. - Кемерово, 2004. - 442 с.