«Это все равно что приватизировать обозначение бензина АИ-95»

Гендиректор корпорации «Российский учебник» (объединяет издательства «Вентана-Граф», «Дрофа» и «Астрель») Александр Брычкин рассказал “Ъ” о позиции компании и о том, как решение суда повлияет на ее деятельность.

— Стало ли решение суда неожиданным, если учесть, что все предыдущие аналогичные споры с конкурентами «Просвещение» выигрывало?

— Этот спор не окончен, да и право в нашей стране не носит прецедентного характера. Удивили три момента: скорость вынесения и оформления решения — судья вышла из совещательной комнаты с готовым решением меньше чем через десять минут, нежелание рассмотреть все представленные нами аргументы и выслушать важных свидетелей и согласие с требованиями истца, которые не были подтверждены документально. К примеру, суд не учел, что некоторые книги «Вентаны-Граф», включенные в размер компенсации, вовсе не содержали обозначения ФГОС. Для нас очевидны процессуальные нарушения и необоснованность решения, мы подадим апелляцию и, если потребуется, оспорим решение во всех вышестоящих судах.

— Сколько книг, по вашей оценке, учтено некорректно?

— Не менее 15–20% наименований, фигурирующих в иске, не подтверждалось кассовыми чеками. Неясно, когда книга находилась в обороте, «Просвещение» даже не представило эти пособия в суде. При определении компенсации суд должен сопоставлять ее с размером реально понесенного ущерба. По крайней мере, такова позиция высших судов. В прошедшем процессе вопрос реального ущерба вообще не рассматривался, и мы считаем, что его не было вовсе. Но дело даже не в этом: когда мы говорим об обозначении ФГОС, речь идет о знаке соответствия стандарту, а не о средстве индивидуализации, которое может как-то влиять на выбор потребителя, о чем свидетельствует представленное суду исследование «Левада-центра». Это все равно что приватизировать обозначение бензина АИ-95, такая приватизация нам кажется некорректной.

— В суде ваши юристы говорили о вероятном банкротстве компании. Вы действительно рассматриваете такую возможность?

— Нет, не рассматриваем, речь шла о необходимости для суда соизмерять размер компенсации с масштабом деятельности компании и реальными убытками истца. Компенсация не должна носить карательный характер и вести к тому, что ответчику будет нанесен значительный ущерб. А у нас складывается ощущение, что цель процесса состоит скорее в нанесении ущерба, нежели в том, чтобы решить вопрос якобы незаконного использования товарного знака.

— Ответчику «Просвещения» по другому иску — «Интеллект-Центру» — снизили компенсацию почти в два раза. Ждете ли вы подобного пересмотра и в вашем случае?

— У «Интеллект-Центра» снижение компенсации связано с тем, что они часть своих учебных пособий изъяли из оборота и уничтожили. У нас другая ситуация: мы выпускаем учебники, которые почти не распространяются через магазины.

— В вашем встречном иске нет денежных требований?

— В нем мы требуем признать использование «Просвещением» товарного знака недобросовестной конкуренцией. Дело в том, что сам знак появился в рамках госконтракта, который «Просвещение» получило через Российскую академию образования. В нем речь шла о разработке и сопровождении интернет-портала для Федерального государственного образовательного стандарта второго поколения. Однако издательство «Просвещение» не передало результаты выполнения контракта госзаказчику, как того требует закон, и впоследствии каким-то образом зарегистрировало это обозначение на себя. Кроме того, наши юристы обращали внимание суда на то, что в материалах дела нет доказательств перехода исключительного права на значок ФГОС от первоначального правообладателя ОАО «Издательство "Просвещение"» к АО «Издательство "Просвещение"», заявившему иск. Поэтому мы полагаем, что основания для владения этим знаком у истца отсутствуют.

— Вы говорили, что с июля 2017 года не ставите знаки ФГОС на свои пособия. Тогда об иске еще не было известно?

— Нет.

— «Просвещение» с вами связывалось в досудебном порядке?

— Это нельзя было назвать попыткой урегулирования: поздней осенью 2017 года от нас потребовали выплатить почти 5 млрд руб. в претензионном порядке. Издательство «Просвещение» не выходило с инициативой провести переговоры.

— Как скажется решение суда на деятельности компании?

— Мы строим свою деятельность, исходя из наиболее вероятного сценария развития ситуации. Поскольку иск и решения являются необоснованными и в пользу этого есть необходимые аргументы, мы уверены, что они дадут результаты. Говорить о том, что решение вообще вступит в силу, сейчас не приходится, мы готовы к долгому процессу.

— Деятельность «Вентаны-Граф» продолжится? Вы не планируете выпускать пособия под брендом «Российского учебника»?

— Это независимый процесс. В мае 2017 года мы вывели на рынок бренд «Российский учебник» и сейчас действительно хотим объединить разработки «Дрофы», «Вентаны-Граф» и «Астрели» под одним брендом. Этот процесс не может быть быстрым, потому что педагоги привыкли к сложившимся брендам и изменение этой привычки требует определенного времени. С июля 2017 года логотип «Российского учебника» стал появляться на наших обложках, в дальнейшем названия импринтов уйдут, останется единый бренд.