Пореформенный дореволюционный этап развития организационно-правовых форм оказания квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве

Вестник Самарской гуманитарной акалемии. Серия «Право». 2013. № 2

ПОРЕФОРМЕННЫЙ ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЙ ЭТАП РАЗВИТИЯ ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫХ ФОРМ ОКАЗАНИЯ КВАЛИФИЦИРОВАННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

© А. В. Закомолдин

Закомолдин Алексей Валериевич

кандидат юридических наук доцент кафедры уголовного права и процесса

филиал Самарской гуманитарной академии в г. Тольятти

Статья посвящена олному из знаковых этапов развития институтов алвокатуры и квалифицированной юрилической помощи в России, который был ознаменован сулебной реформой 1864 тола и завершен в 1917 толу в связи с законолательными новеллами со-ветското периола. Также анализируются основы профессиональной правозащитной леятельности в лан-ный исторический периол.

Ключевые слова: утоловное сулопроизволство, квалифицированная юрилическая помощь, алвокатура, алво-кат, защитник, присяжные поверенные, сулебная реформа 1864 тола, Устав утоловното сулопроизволства, пореформенный лореволюционный периол.

Безусловно, современное состояние комплекса правоотношений, объединенных под общим наименованием «квалифицированная юридическая помощь участникам уголовного судопроизводства» есть результат длительной эволюции. Анализ соответствующего исторического процесса позволяет уяснить сущность тенденций и перспективы развития таких современных правовых институтов, как «адвокат-защитник», «квалифицированная юридическая помощь» и т. д.1

Обратимся к одному из самых ярких периодов развития организационно-правовых форм оказания квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве России, а именно — к пореформенному дореволюционному периоду.

1 Подробнее см.: Закомолдин А. В. Проблемы оказания квалифицированной юридической помощи в уголовном процессе России. М. : Юрлитинформ, 2009.

Состоявшаяся в 1864 г. судебная реформа явилась выражением прогрессивных либеральных правовых идей общества и стала началом европейского публичного права в России. Посредством данной реформы были заложены основы компетентной и самоуправляемой организации адвокатов, которой предоставлялись широкие полномочия в рамках судопроизводства.

Ввиду стремительного развития новых экономических отношений (бурный рост промышленных предприятий и др.) в результате отмены крепостного права в России правительством Александра II в середине 60-х гг. XIX в. был осуществлен ряд реформ, судьбоносных для России, практически во всех отраслях жизнедеятельности общества. Это реформы: военная, крестьянская, земская, печати, школьная и др.

В этом ряду Судебная реформа 1864 г. заняла достойное место, оказавшись самой прогрессивной и наиболее последовательной, так как осуществленные ею преобразования просуществовали с небольшими изменениями до 1917 г.

Эта стабильность объясняется осознанием обществом адвокатуры как института, необходимого для обеспечения реальной независимости суда, поддержания принципов законности в ходе судопроизводства, и оказания людям, не сведущим в правовых вопросах, профессиональной помощи.

И до 1864 г., и после адвокатура существовала в нескольких формах, но ее деление на присяжную и частную очень условно. Просто судебными уставами 1864 г. была введена присяжная адвокатура — высшая форма организации адвокатуры из существовавших в России.

Судебные установления 1864 г. целью деятельности присяжных поверенных определили «занятие делами по избранию и поручению тяжущихся, обвиняемых и других лиц, в деле участвующих, а также по назначению в определенных случаях Советов присяжных поверенных и председателей судебных мест»2.

Судебные реформы шестидесятых годов 19-го столетия, конечно, способствовали увеличению количества правозащитников по стране. Однако, как полагает В. Ф. Домбровский, «их все равно не хватало для нужд населения»3, что в свою очередь говорит о том, что необходимость в оказании профессиональной юридической помощи продолжала расти.

Представляется целесообразным рассмотреть более подробно гарантии квалифицированности правовой помощи по уголовным делам, оказываемой по действующему законодательству того исторического периода.

Лица, которые могли осуществлять защиту по уголовным делам должны были соответствовать ряду критериев. Отправлять обязанности поверенного не могли:

1) неграмотные и несовершеннолетние;

2) монашествующие и служители белого духовенства;

3) признанные несостоятельными должниками;

2 История отечественного государства и права : хрестоматия. М. : МГУ, 1996. С. 336.

3 Домбровский В. Ф. Вопросы адвокатской этики // Традиции адвокатской этики. Избранные труды российских и французских адвокатов (XIX — начало XX в.). СПб. : Юридический центр Пресс, 2004. С. 335.

4) находящиеся под опекой;

5) состоящие на службе по судебному ведомству;

6) незакончившие обучение;

7) отлученные от церкви по приговору духовного суда;

8) лишенные всех прав состояния;

9) состоявшие под следствием за совершение проступков и преступлений, которые влекут такое наказание и не оправданы судом;

10) исключенные за пороки службы из сословия или общества, к которому они принадлежали;

11) лица, которым ходатайство по судебным приговорам запрещено (ст. 44, 565 Устава уголовного судопроизводства — УУС)4.

Присяжными поверенными могли стать лица:

имеющее высшее юридическое образование и пятилетний стаж работы по судебному ведомству, при исполнении обязанностей по которым оно могло приобрести «практические сведения в производстве судебных дел» или не менее девяти лет состоявшее кандидатом на должности по судебному ведомству (ст. 407 Учреждений судебных установлений - УСУ)5; также таковыми могли быть лица, занимавшиеся судебной практикой под руководством присяжных поверенных в качестве их помощников (ст. 354 УСУ).

Присяжные поверенные не имели права совмещать свою деятельность со службой. Исключение составляли почетные и общественные должности, за которые не платилось жалование. Кроме этих условий, к присяжным поверенным предъявлялись такие же требования, как и к любому лицу, которому разрешено ходатайствовать по чужим делам (ст. 355 УСУ).

Первое время Положение «О введении в действие Судебных уставов» 20 ноября 1864 г. в гл. 5 допускало включение в число присяжных и лиц, не соответствовавших вышеперечисленным требованиям, если они соответствовали следующим условиям:

1) не имеющие диплома о юридическом образовании, но окончившие курс юридических наук в высших учебных заведениях, если они прослужили в судебном ведомстве не менее четырех лет или пять лет, вели дела в качестве поверенных;

2) лица, окончившие курс в высших учебных заведениях, хотя и не по юридическому факультету, или же не получившие воспитания в высших учебных заведениях, но прослужившие по судебному ведомству не менее пяти лет и в течение этого времени занимавшие не менее года должность секретаря Сената или прочие должности не ниже седьмого класса, где могли приобрести практические сведения в производстве и решении судебных дел.

Право избирать защитника из столь широкого круга лиц было вынужденным явлением, поскольку:

1) число поверенных было недостаточным;

4 Устав уголовного судопроизводства 1864 г. // Российское законодательство X—XX вв. М. : Юрид. лит. 1991. Т. 8.

5 Учреждения судебных установлений 1864 г. // Российское законодательство X—XX вв. М. : Юрид. лит. 1991. Т. 8.

2) подсудимый мог выразить желание видеть в защитнике лицо, которому он доверяет, а таким лицом не всегда может быть профессиональный адвокат;

3) подсудимый мог выразить желание иметь не одного, а нескольких защитников (ст. 391 УСУ).

Помимо требований, связанных с возрастом, гражданством, стажем и образованием, как отмечают в своей работе В. М. Ануфриев и С. Н. Гаврилов, к кандидату предъявлялись требования морально-этического характера, что, безусловно, следует расценивать как дополнительную гарантию соответствия кандидата данному высокому статусу 6.

Согласно ст. 380 УСУ Совету предоставлялось право отказа в звании присяжного поверенного такому лицу, которое хотя и удовлетворяло требованиям закона, но не имело нравственных качеств, необходимых для правильного исполнения обязанностей адвоката. Существовало правило, согласно которому определения Совета о непринятии, основанные на нравственной оценке личности, обжалованию в суд не подлежали.

Наличие подобного требования говорит о качественном развитии законодательства об адвокатуре по сравнению с дореформенным периодом, однако использование такого рода категорий, носящих оценочный характер, для отказа в звании присяжного или отстранения его от практики может иметь и обратные последствия, поскольку такой формулировкой можно было отстранить от ведения дел любого неугодного властям поверенного.

Защита по уголовному делу предоставлялась:

1) по избранию и поручению лиц обратившихся к поверенному за юридической помощью,

2) по назначению в случае необходимости Советом присяжных или председателем суда.

Положения о добровольной и обязательной защите по назначению были закреплены в ст. 557, 558, 561, 566-1, 882 УСУ.

Защитник по назначению определялся председателем суда из лиц, являющихся присяжными поверенными или кандидатами на судебные должности, известных своей благонадежностью и не обремененных другими обязанностями (ст. 416 УСУ, ст. 566 УУС).

Добровольная защита по назначению возлагалась при наличии просьбы подсудимого о предоставлении ему защитника. Суд был обязан уведомить подсудимого в течение семи дней с момента получения копии обвинительного акта и списка лиц, вызываемых в суд, о его праве избрать защитника или просить о его назначении суд (ст. 558, 561, 563 УУС).

Только добровольная защита была предусмотрена по делам, рассматриваемым в мировых судах; в общих судах были предусмотрены все указанные виды защиты. Добровольную защиту могли осуществлять как присяжные, так и частные поверенные, а также любое лицо, которому законом не воспрещено ходатайство по чужим делам (ст. 44, 565 УУС).

6 Организация и деятельность адвокатуры в России / В. М. Ануфриев, С. Н. Гаврилов. М. : Юриспруденция, 2001. С. 58.

Обязательная защита по назначению, безусловно, является показателем демократичности процесса. Ее наличие подчеркивает понимание защиты по уголовным делам не только в интересах обвиняемого (подсудимого), но и в интересах общества как средства более полного и последовательного разделения процессуальных функций, что улучшает постановку уголовного процесса в целом.

Как писал К. В. Васьковский, «легко может случиться, что многие из лиц обвиняемых не найдут себе адвоката, вследствие ли своей бедности, или по какой-нибудь другой причине. Как же быть? Может ли общество равнодушно относиться к беззащитности? Нет, в интересах общественного блага оно должно принять меры к устранению таких вредных для себя случаев. А этого можно достигнуть только одним путем: создать институт назначения адвокатов на обязательные защиты, причем лицам, пользующимся правом бедности, адвокаты должны быть назначены бесплатно»7.

Приведенное мнение, высказанное более 100 лет назад, не теряет своей актуальности и сегодня. Более того, найдя свое отражение в постреформенном законодательстве, институты добровольной и обязательной защиты по уголовным делам стали прообразом современных демократических законоположений.

Как пишет Ю. А. Филиппова, в рамках осуществления защиты по уголовным делам существовала практика назначения присяжных поверенных судом для защиты неимущих обвиняемых8.

В обязательном порядке на практике защитником обеспечивались несовершеннолетний подсудимый, подсудимые, имеющие физические недостатки (глухие, немые, слепые), психические заболевания и т. д. Обязательное назначение защитника несовершеннолетнему подсудимому впоследствии получило законодательное закрепление (ст. 566 УУС).

Защита по назначению могла осуществляться только присяжными поверенными или кандидатами на должности по судебному ведомству. Закрытый перечень лиц, которые могли осуществлять защиту по назначению, объяснялся тем, что в таких случаях государство принимало на себя дополнительные обязательства по предоставлению квалифицированной юридической помощи.

В процессе составления Судебных уставов предлагалось допустить защитника на предварительное следствие, но данное предложение было отклонено из-за опасения того, что «защитники будут содействовать обвиняемым избегать уголовной ответственности»9.

Таким образом, защитник мог принимать участие в процессе по делам, рассматриваемым в мировых судах с начала разбирательства дела (ст. 90 УУС), а по делам, подведомственным общим судам, — после приготовительных к суду распоряжений (ст. 557 УУС).

7 Васьковский Е. В. Основные вопросы адвокатской этики 1895г. // Традиции адвокатской этики. Избранные труды российских и французских адвокатов (XIX -начало XX в.). СПб. : Юридический центр Пресс, 2004. С. 292—293.

8 Филиппова Ю. А. Из истории русской адвокатуры // Адвокатская практика. 2005. № 5. С. 3.

9 Невядомский Д. Вечные вопросы адвокатуры. 1886 г. // Традиции адвокатской этики. Избранные труды российских и французских адвокатов (XIX - начало XX в.). СПб. : Юридический центр Пресс, 2004. С. 262.

Присяжный поверенный, назначенный для производства дела Советом присяжных поверенных или председателем судебного места, не мог отказаться от исполнения данного ему поручения без уважительной причины.

Доверитель имел право обозначить, доверяет ли он присяжному поверенному хождение по своему делу во всем его объеме до полного его окончания или уполномочивает его только на какое-либо определенное действие.

Процессуальное положение защитника в уголовном судопроизводстве определялось следующими правами и обязанностями:

• независимо от вида представительства (добровольное или по назначению), защитник «принимал на себя хождение по делу» (ст. 383 УСУ). Для успешной реализации этой обязанности он был наделен с момента допуска в процесс следующими правами: присутствовать при получении судом до судебного следствия объяснения от подсудимого (ст. 562 УУС);

• иметь свидания наедине с подсудимым, содержащимся под стражей (ст. 569 УУС);

• знакомиться в любое время в канцелярии суда с материалами уголовного дела и выписывать из него все нужные сведения (ст. 570 УУС);

• оказывать содействие подсудимому при реализации права на защиту — участвовать в исследовании доказательств и представлять их, при этом заявлять ходатайства, отводы; составлять жалобы и т. д. (ст. 630 УУС).

Исключительным правом присяжных поверенных было представительство в верховном уголовном суде по подведомственным этому суду делам (ст. 1064 УУС).

Как отмечает в своей работе A.B. Верещагина, «защитнику, по всей видимости, не возбранялось предпринимать все меры, способные дополнить материалы уголовного дела (например, проведение дополнительного осмотра, если в протоколе встречаются неясности или неточности; истребование документов; обращение за помощью к полиции для получения нужных данных и т. д.)».10

Безусловно, основной обязанностью защитника являлось исполнение возложенной на него функции защиты. При этом он должен был:

• воздерживаться от недозволенных средств защиты, в противном случае возможно было его привлечение к дисциплинарной, гражданской или уголовной ответственности (ст. 368-378, 404 УСУ);

• уважительно относиться к закону, религии, не употреблять оскорбительных выражений в чей-либо адрес (ст. 745 УУС);

• соблюдать порядок судебного разбирательства, подчиняться распоряжениям председательствующего в судебном заседании (ст. 617 УУС).

B контексте рассмотрения процессуальное положение защитника в уголовном судопроизводстве дореволюционного периода заслуживают внимания высказывания Д. Невядомского: «во-первых, защитник может и должен защищать подсудимого, не стесняясь своим личным мнением о виновности его; во-

10 Верещагина А. В. Защита в формальном смысле в России (дореволюционный период) // Правоведение. 2004. № 4. С. 239.

вторых, он может и должен воздерживать его от заявлений, которые могли бы быть вредны для интересов защиты, и, в-третьих, самым грубым нарушением долга защиты было бы признание обвинительных доказательств, опровергаемых самим подсудимым».11

Очевидно, что нормы, регулирующие процессуальное положение защитника в уголовном судопроизводстве после реформ 1864 года стали огромным шагом вперед, логично закрепляя необходимый для полноценного оказания юридической помощи в уголовном судопроизводстве комплекс правомочий защитника. При этом, указанные формулировки прав защитника были столь удачны, что в конечном итоге были адекватно восприняты современным, постсоветским законодательством (ст. 53 УПК РФ). Помимо этого, обозначенные выше этические принципы деятельности защитника в уголовном судопроизводстве, были реализованы в ч. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Эффективность профессиональной правозащитной деятельности значительно повысилась после 1864 г. благодаря изменениям процессуального права, составлявшим основу судебной реформы. Во вновь созданных на окружном и более высоком уровне общих судах были введены процессуальные принципы, придающие особое значение в судебной защите устности и гласности.

По уголовным делам, входившим в юрисдикцию этих судов, адвокаты хотя и не имели доступа к предварительному следствию, однако пользовались всеми процессуальными правами в судебном разбирательстве и при обжаловании судебных решений. Впервые в русской истории адвокаты могли выступать перед судом присяжных в открытом заседании. Им также разрешалось иметь свидания с обвиняемым, находящимся под арестом, а в одном из судебных округов Совет присяжных поверенных даже рекомендовал своим членам максимально использовать это право при ведении любых дел.

В 1874 г. был издан закон, учредивший наряду с присяжной адвокатурой институт частных поверенных. Для того чтобы стать частным поверенным и получить право на участие в судопроизводстве, необходимо было иметь особое свидетельство. Оно выдавалось судами в округе, где частный поверенный осуществлял ходатайства по делам.

Подробно правовое положение частных поверенных было регламентировано значительно позже. Следует отметить, что запрещалось получать звание частного поверенного женщинам.

Частными поверенными становились в основном те, кто работал адвокатами в дореформенный период. Естественно, что первое поколение частных поверенных составили адвокаты, которые практиковали до реформы 1864 г. и продолжили эту деятельность.

Организация института частных поверенных имела серьезные недостатки. Так, Е. В. Васьковский считал, что она «не гарантировала в достаточной степени ни юридических познаний, ни нравственных качеств, ни независимости частных поверенных»12.

11 Невядомский Д. Указ. соч. С. 273.

12 Васьковский Е. В. Организация адвокатуры. Ч. 1-2. СПб, 1893. С. 351.

Функции присяжных поверенных и частных поверенных, были схожи. Разница состояла лишь в том, что в отличие от присяжных поверенных, имевших право выступать в любом суде Российской империи, частные поверенные могли выступать только в судах, выдавших им такое разрешение. В каждом суде существовала своя сертификационная процедура, включавшая в некоторых случаях даже письменный экзамен. Но для занятия индивидуальной частной адвокатской деятельностью не обязательно было иметь специальное образование и проходить стажировку, и суды очень часто допускали к участию в процессе малоквалифицированных частных поверенных.

И после принятия Закона 1874 года частные поверенные сохранили свой дореформенный статус. Это была фактически неорганизованная, формально незарегистрированная группа. Все вопросы, касавшиеся деятельности частных адвокатов, включая членство и дисциплинарные вопросы, решались в первую очередь судами. Более общий контроль осуществлялся Министерством юстиции.

На частных поверенных государство не возлагало обязанность, в отличие от присяжных поверенных, вести дела по назначению суда. В местах, где не хватало присяжных поверенных, представлять интересы подзащитных назначались помощники присяжных поверенных, а не частные поверенные. Для помощников присяжных поверенных, чей статус не был формально определен, а был лишь обозначен в законе (ст. 354 УСУ), устанавливался стаж работы в данной должности, они были обязаны посещать конференции, делать доклады по практическим вопросам права, осуществлять определенное число защит по уголовным делам. Предлагались проекты регламентации и реорганизации данного института, но законодательного закрепления они не получили так же, как и сложившаяся практика. Формальным критерием приема в помощники стало наличие высшего юридического образования.

Если помощники самостоятельно вели уголовные дела, то обо всех делах, которые находились у них в производстве, они обязаны были уведомлять присяжных поверенных, при которых состояли, и раз в полгода Совет присяжных поверенных. Совет осуществлял надзор за ведением дел помощниками.

Вопрос об упорядочении ведения помощниками уголовных дел впервые возник в 1870 году. При существовавшем порядке назначения на уголовные защиты помощнику только в редких случаях приходилось исполнять обязанности защитника.

Он получал возможность выступать по уголовному делу лишь тогда, когда присяжный поверенный, назначенный судом, отказался от защиты и предлагал подсудимому услуги своего помощника.

11 июня 1870 года Совет Петербургского округа издает постановление ходатайствовать перед председательствующим в уголовных отделениях суда о назначении помощников на защиты в таком же порядке, как назначаются присяжные поверенные, и предоставить им права входить в зал заседания в места, предназначенные для лиц судебного ведомства13.

13 Черкасова Н. В. Формирование и развитие адвокатуры в России 60-80х гг. XIX века / отв. ред. Е. А. Скрипилев. М. : Наука, 1987. С. 66.

Совет полагал, что для помощников следует установить общий порядок назначения на уголовные защиты — аналогичный порядку назначения присяжных поверенных.

Ходатайство Совета было удовлетворено, и председательствующие в уголовных отделениях суда стали назначать помощников присяжных поверенных защитниками подсудимых при согласии на то последних. Но вскоре этот порядок перестал действовать вследствие отказа одного из помощников от исполнения поручения, возложенного на него судом. Это послужило поводом для прекращения назначения помощников защитниками подсудимых.

Обсуждая в 1877 году вопрос о допущении к приему в число присяжных поверенных помощников, Совет постановил принимать в присяжные поверенные только тех из них, которые участвовали не менее как в десяти делах, решаемых с участием присяжных заседателей в качестве защитников, поверенных гражданских истцов или частных обвинителей. Как видно, данный подход обусловлен стремлением повышения качества оказания правовой помощи.

В целом следует признать, что положения Судебных уставов, закрепляющие нормы о предоставлении большего объема прав обвиняемому (подсудимому) для осуществления защиты, участие защитника в судопроизводстве, закрепление института обязательной защиты и т. д. в достаточной степени не гарантировало право обвиняемого (подсудимого) на защиту. Это связано с тем, что нормативное закрепление случаев обязательной защиты было ограничено, присяжных поверенных было недостаточно и они распределялись неравномерного по территории Российской империи, при этом у обвиняемых (подсудимых) зачастую не хватало материальных средств на оплату их услуг, а со стороны властей создавались препятствия организации Советов присяжных поверенных и т. п.

Однако следует констатировать, что в целом институты оказания квалифицированной юридической помощи в реформированном законодательстве 1864 года были значительным образом проработаны, что позволяло обозначенным правовым формам долгие годы сохранять свою актуальность.

Все перечисленные формы правозаступничества просуществовали вплоть до 1917 г. и были упразднены Декретом № 2 «О суде».

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Васьковский, Е. В. Организация адвокатуры. Ч. 1-2. — СПб, 1893.

2. Верещагина, А. В. Защита в формальном смысле в России (дореволюционный период) // Правоведение. — 2004. — № 4.

3. Закомолдин, А. В. Проблемы оказания квалифицированной юридической помощи в уголовном процессе России. — М. : Юрлитинформ, 2009.

4. История отечественного государства и права : хрестоматия. — М. : МГУ, 1996.

5. Организация и деятельность адвокатуры в России / В. М. Ануфриев, С. Н. Гав-рилов. — М. : Юриспруденция, 2001.

6. Российское законодательство X—XX вв. — М. : Юрид. лит., 1991. — Т. 8.

7. Традиции адвокатской этики. Избранные труды российских и французских адвокатов (XIX - начало XX в.). — СПб. : Юридический центр Пресс, 2004.

8. Филиппова, Ю. А. Из истории русской адвокатуры // Адвокатская практика. — 2005. — № 5.

9. Формирование и развитие адвокатуры в России 60-80х гг. XIX века / Н. В. Черкасова; отв. ред. Е. А. Скрипилев. — М. : Наука, 1987.