Особенности восприятия жизненного пути в разные периоды зрелости

Е. Н. Чуева

ОСОБЕННОСТИ ВОСПРИЯТИЯ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ В РАЗНЫЕ ПЕРИОДЫ ЗРЕЛОСТИ

Восприятие жизненного пути в разные периоды зрелости рассматривается в единстве прошлого, настоящего и будущего. Для периода поздней зрелости характерна большая, по сравнению с ранней зрелостью, целостность, осмысленность и субъективная значимость своей жизни. Пожилых людей отличает структурированность и дифференцированность в описании жизненного пути, эмоциональная насыщенность воспроизводимых образов, связность и логика воспроизведения жизненных событий.

Ключевые слова: субъективное восприятие жизненного пути, целостная картина жизненного пути, временная перспектива, смысл жизни

E. N. Chuyeva

COURSE OF LIFE PERCEPTION IN VARIOUS PERIODS OF MATURITY

The perception of course of life in various periods of maturity is accounted as the unity of the past, the present, and the future. The period of late maturity in comparison with the early one is characterized by greater wholeness, meaningfulness, and subjective importance of own life. Elderly people are distinguished by structured and differentiated description of the life way, emotional saturation of the reproduced images, coherence and logic in the reproduction of the life events.

Key words: subjective perception of the life course, integral picture of the life course, temporal perspective, sense of life

В настоящее время распространенным является мнение, что лучшим способом изучения развития личности является изучение уникальности ее жизненного пути, в основе периодизации которого могут стать конкретные жизненные (биографические) события, в которых социальные явления и психофизиологические процессы переживаются самой личностью. По мнению сторонников событийно-биографического подхода (Л. Ф. Бурлачук, Е. Ю. Коржова, Е. И. Головаха, А. А. Кроник и др.), именно способ переживания событий и определяет психологическую судьбу личности.

Проблему жизненного пути личности изучают представители разных школ и направлений. Представители биодромальной теории личности (Р. Лернер и Дж. Тьюбмен) указывают на разнонаправленность и прерывность жизненного пути, обращая внимание на роль как прошлого, так и будущего человека на протяжении всей его жизни. В психоаналитических исследованиях большое внимание уделяется событиям детства. В отечественной психологии данные вопросы исследуются в рамках направления, известного как «жизненный путь личности», развиваемого С. Л. Рубинш-

тейном, Б. Г. Ананьевым и их учениками, где личность рассматривается как субъект жизненного пути, а события как поворотные этапы жизни, на которых принимаются важные решения на длительное время.

Отличительной особенностью зрелой личности является способность восприятия жизни как целостного явления, «где пространство бытия обращено одновременно в прошлое, настоящее и будущее, где внешние события воспринимаются как этапы духовного развития, имеющие определенную ценность с точки зрения единого жизненного процесса как целостности» [8, с. 253].

Любое явление в жизни взрослого человека включается в целостный жизненный контекст. Любое событие анализируется «сверху» — это своеобразный взгляд на частное с высоты общего. «В зрелом возрасте границы временного радиуса раздвигаются до пределов жизни в целом и даже выходят за пределы индивидуального бытия... На смену линейной концепции жизни как движения к определенной социальной перспективе приходит рассмотрение жизни как сложного многомерного пространства объект-субъектного бытия.

Жизнь приобретает не только рациональный, но и чувственный смысл. Зрелость, таким образом, выступает как этап одухотворения жизни, наполнения ее смыслом. Жизнь не просто становится объектом анализа: человек превращается в творца собственной жизни, осознающего не только субъективную, но и объективную ее ценность в рамках общего человеческого пространства и времени» [8, с. 253-255].

В результате особой внутренней деятельности личности, которая заставляет человека подняться над своей жизнью, оглядеть ее в целостном контексте, складывается Целостная субъективная картина жизненного пути. К. Левин такое восприятие назвал «психологическим полем в данный момент» [9]. Это поле включает в себя не только теперешнее положение индивида, но и его представления о своем прошлом и будущем: желания, страхи, мечты, планы и надежды. Все части поля, несмотря на их хронологическую разновременность, субъективно переживаются как одновременные и в равной мере определяют поведение человека [9, с. 30].

Выделяя то или иное событие своей прошлой жизни, человек так или иначе связывает его со своим настоящим и будущим. Событие в жизни человека всегда включено в межсобы-тийную цепь его жизни. Указывая на какое-либо событие, человек указывает на его субъективную значимость, на его причинную или целевую связь с другими событиями. Более весомыми в жизни человека являются те события, которые обусловливают дальнейшую специфику развития личности, которые связываются не только с настоящим, но и с будущим человека.

Для людей старшей возрастной группы существенным является резкое изменение структуры их психологического времени. Как отмечают Е. И. Головаха и А. А. Кроник, с возрастом, и особенно старением, человек все глубже и острее переживает течение времени, и проблема времени, его быстротечности приобретает большое значение [9, с. 34].

На протяжении почти всего жизненного пути человек привык жить планами, близкими и отдаленными целями, проектами будущего. «Привлекая для решения задач, связанных с будущим, свое прошлое, смыкая будущее с прошлым, личность формирует собственное настоящее как поле актуальных мотиваций и активных действий» [5, с. 101].

В то же время «третий возраст» для многих людей связывается с потерей временной перспективы, с потерей будущего. Дальнейшая жизнь представляется неопределенной, бесперспективной и бессодержательной. «Прошлое, не будучи оттесняемым будущим, начинает господствовать над жизненным миром индивида. Только психологическое будущее с его перспективами и программами, позволяет развиваться личности в поздний период жизни и обогащает ее настоящими, новыми мотивациями» [5, с. 101].

Согласно данным исследований для пожилого человека характерно болезненное переживание временной перспективы — отношения к будущему. Некоторые авторы связывают это с ощущением завершения жизни, называя старость «динамичным процессом действий и реакций, происходящих между психикой, телом, меняющейся ситуацией в мире и приближающейся смертью» [2, с. 58]. В то же время Е. И. Головаха и А. А. Кроник считают, что «отношение к смерти — это вместе с тем и отношение личности к жизни в ее целостности, во взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего» [9, с. 36]. Ученые, опираясь как на западные исследования, так и на свои собственные, установили существенный факт, заключающийся в том, что в сознании людей «представление о будущих событиях жизни, само будущее время человека не является чистым феноменом индивидуального сознания, а обусловлено объективными факторами социальной среды личности». Таким образом, считают ученые, «вполне правомерным является рассмотрение будущих (еще не произошедших) событий жизни в единой реальной связи с прошлыми (уже происшедшими) событиями, направленное на изучение реальной связи прошлого, настоящего и будущего в структуре психологического времени» [9, с. 34].

В ряде исследований [3, 7, 11, 13 и др.], посвященных событийно-ситуационному анализу жизни, отмечается, что жизненная концепция носит субъективный характер, она не равна событийному ряду, так как включает только те событийные фрагменты, которые для личности являются значимыми. Часто события достраиваются самой личностью. Даже если этого не было внешне, но внутри личности это произошло, то некоторые события могут мистифицироваться.

Акцентируя внимание на значении прошлого опыта в развитии личности, А. Н. Леонтьев [11] писал: «Прошлые впечатления, события и собственные действия субъекта не выступают для него как покоящиеся пласты его опыта. Они становятся предметом его отношения, его действий, и потому меняют свой вклад в личность. Одно в этом прошлом умирает, лишается своего смысла и превращается в простое условие и способы его деятельности: сложившиеся способности, умения, стереотипы поведения; другое открывается ему в совсем новом свете и приобретает прежде не увиденное им значение; наконец, что-то из прошлого активно отвергается субъектом, психологически перестает для него существовать, хотя и остается на складках его памяти. Эти изменения происходят постоянно, но они могут и концентрироваться, создавая нравственные переломы. Возникающая переоценка прежнего, установившегося в жизни, приводит к тому, что человек сбрасывает с себя груз своей биографии... Как и прошлое, будущее составляет наличное в личности. Открывшаяся человеку жизненная перспектива есть не просто продукт «опережающего отражения», а его достояние. Личность создается объективными обстоятельствами, но не иначе, как целокупно-стью его деятельности, осуществляющей его отношение к миру» [11, с. 193].

Важным условием, обеспечивающим целостность восприятия картины жизненного пути, является наличие временной перспективы и цели последующей жизни. Особую роль временная перспектива играет для психологической адаптации людей пожилого возраста. Эмпирически установлено, что с возрастом стремление к будущему уменьшается, но если деятельность личности ограничивается только решением задач сегодняшнего дня, то ее психологическая организация обедняется, так как по своим творческим возможностям человек может решать более сложные проблемы.

Прогрессивное развитие личности как способ существования обеспечивается проявлением активности в разрешении противоречий между изменяющимися условиями бытия и реальными возможностями удовлетворения потребностей и интересов. Поэтому, несмотря на то что пожилым людям более свойственна ориентация на прошлое, при планировании определенной деятельности для них характерна

и ориентация на будущее. При этом длительная перспектива, по мнению Е. И. Головахи и А. А. Кроник, как правило, не имеет такого эффекта, как краткосрочная, примерно от полу-года до полутора лет. Такая перспектива позволяет пожилому человеку строить определенные планы, снимает депрессию и страх смерти, помогает преодолеть болезни, так как дает уверенность в завтрашнем дне и открывает в нем пути для достижения реальных целей [9].

В то же время Л. И. Анцыферова одним из условий благополучного старения определяет способность представителей поздней взрослости ставить не только кратковременные, но и долговременные цели, не избегать сложных жизненных проблем, но прилагать усилия для их решения. Исследователь отмечает, что, структурируя свой новый образ жизни, личность должна мысленно оперировать не только настоящим и прошлым временем, но также настоящим и будущим (прогнозируемым). Ей следует направить свои усилия на расширение границ настоящего за счет будущего. В психологическом, виртуальном будущем субъект располагает свои замыслы, намерения, цели, планы, предполагаемые события. Все эти образования обладают сильным мотивационным потенциалом, который насыщает структуру настоящего. Кроме того, они порождают поисково-исследовательскую активность личности, направленную на установление значения для реализации целей различных объектов жизненного мира человека. Аналитическая деятельность направлена и на содержание центральных и периферических областей сознания. Происходит дальнейшее развитие личности [4].

Важным условием, обеспечивающим сохранность временной перспективы и определяющим дальнейшую целенаправленность и свободу выбора стратегии адаптации к старости, в преддверии или в самом старческом возрасте ученые считают понимание смысла своей новой жизни.

В. Франкл считает, что открытие смысла в новом состоянии во многом обусловливает структуру эмоциональных переживаний пожилых людей, характеризующихся сохранением социальных связей в этом возрасте, поскольку смысл жизни именно переживается как «причастность жизни», эти переживания относительно независимы от внешних и внутренних обстоятельств жизни [14].

Б. С. Братусь отмечает, что уяснение человеком смысла того или иного отношения к миру не дается ему прямо и автоматически, но требует сложной и специфической внутренней деятельности оценивания своей жизни, решения особой «задачи на смысл» (А. Н. Леонтьев). Причем, чем выше по иерархическим ступеням смысловые образования, считает исследователь, тем труднее работа по их осознанию, поскольку все шире и неопределеннее становится область смыслопорождающей действительности, все сложнее и опосредствованнее те связи и отношения, из которых завязывается динамическая смысловая система [6].

По мнению К. С. Абульхановой-Славской, наличие смысла жизни является важным критерием развития личности и определяется как способность субъекта переживать ценность жизненных проявлений своей индивидуальности, своего «Я», своей личности. «Смысл жизни — это не только будущее, не только жизненная цель, но и психологическая «кривая» постоянного ее осуществления. Поэтому, достигая конкретных целей в жизни, мы не утрачиваем ее смысла, а, напротив, усиливаем его, убеждаемся в нем, переживаем его. Способность субъекта переживать ценность жизни, удовлетворяться ею и составляет ее смысл» [1].

Смысл жизни могут придавать как настоящий момент (чувство полноты и насыщенности жизни), так и удовлетворенность итогами прожитого и наличие некоторой временной перспективы [11]. Таким образом, смысл жизни в пожилом возрасте рассматривается как обобщенное итоговое отношение к жизни, в котором отражена взаимосвязь настоящего, прошлого и будущего [15]. Осознание и принятие своей жизни являются источником дальнейшего развития личности. При негативной оценке срабатывают психологические защиты, которые не дают возможности целостно оценить и принять свою жизнь, вывести ее на уровень рефлексии. Сформированная в течение жизни система ценностей, выработанная на предыдущих этапах развития жизненная позиция выступают основной детерминантой жизненной перспективы.

Согласно результатам теоретического исследования для зрелости характерно восприя-

тие жизни как целостного явления, где внешние события ее жизни воспринимаются как этапы духовного развития, имеющие определенную ценность с точки зрения единого жизненного процесса как целостности. Целостная оценка своей жизни возможна только благодаря анализу целостной субъективной картины жизненного пути личности. В свою очередь, эта картина складывается в результате целостного восприятия индивидом своего прошлого, настоящего и будущего.

При помощи методики «Психологическая автобиография», разработанной Л. Ф. Бурла-чук, Е. Ю. Коржовой [7], нами было проведено исследование специфики восприятия жизненного пути в разные периоды зрелости.

В эксперименте приняли участие две группы респондентов: экспериментальная группа (группа А) — 90 испытуемых в возрасте от 60 лет и старше; контрольная группа (группа В) — 60 испытуемых в возрасте 25-40 лет. Обработка результатов проводилась при помощи методов математической статистики.

Анализ результатов, полученных при помощи методики «Психологическая автобиография», позволил выявить ярко выраженные особенности восприятия жизненного пути испытуемыми разных групп (табл. 1).

О большей значимости событий прожитой жизни, о более высокой степени их осмысленности свидетельствует показатель среднего времени ретроспекции — удаленности событий в прошлое (табл. 4). Согласно положению Е. И. Головахи и А. А. Кроника, чем больше удаленность событий в прошлое (среднее время ретроспекции), тем больше степень их реа-лизованности. Чем больше удаленность событий в будущее (среднее время антиципации), тем больше степень их потенциальности.

Было выявлено, что продуктивность воспроизведения жизненных образов испытуемых экспериментальной группы значительно выше, чем в контрольной группе (при p < 0,05), о чем свидетельствуют показатели общего количества выделенных событий (табл. 1). Данный показатель свидетельствует о богатстве психологического времени личности, легкости актуализации образов прошлого и будущего, широте круга значимых переживаний, а также об адекватности психического состояния и социальной адаптированности респондентов.

Испытуемых экспериментальной группы отличает высокая насыщенность воспроизведения событий прошлого. Количество прошедших событий составляет 76 % от общего числа выделенных событий, что значительно преобладает над количеством прогнозируемых будущих событий (табл. 2). Для контрольной группы также характерно преобладание восприятия событий прошлого над восприятием будущего, но продуктивность воспроизведения прошедших событий в группе пожилых людей значимо выше (при p < 0,01), чем в контрольной группе (табл. 1). Данный результат может свидетельствовать о большей субъективной значимости прожитой жизни для пожилых людей, о стремлении переосмыслить свою жизнь в целом и «разложить по полочкам».

В то же время воспроизведение событий будущего как радостных, так и грустных в контрольной группе незначительно превышает количество прогнозируемых будущих событий в экспериментальной группе. Этот показатель свидетельствует о том, что поздней зрелости, также как и другим периодам зрелости, присуще наличие жизненных планов и временной перспективы, что, по мнению исследователей (К. С. Абульханова-Славская, Е. И. Головаха, А. А. Кроник), является не только показателем личностной зрелости, но также и показателем ее прогрессивного развития.

Анализ частотного распределения событий различной эмоциональной окрашенности в прошлом и будущем также позволил выявить некоторые особенности восприятия жизненного пути испытуемых разных групп (табл. 2).

Гипотеза о равномерности частотного распределения проверялась нами при помощи Х2-критерия. Как видно из данных, представленных в табл. 2, для обеих групп характерно неравномерное распределение событий в прошлом и будущем. Соотношение частотного распределения общего количества радостных и грустных событий, выделенных респондентами разных групп не имеет значимых отличий. Для обеих групп характерно доминирование позитивной окрашенности жизни как в целом, так и в прошлом, и в будущем. Данные результаты свидетельствуют о естественном стремлении человека к опоре на радостные события жизни, независимо от возраста и индивидуальных различий, и противоречат бытующим представлениям о том,

что для пожилых людей характерно болезненное переживание временной перспективы отношения к будущему.

Кроме количественного показателя мы сопоставили оценки значимости выделенных событий для разных групп испытуемых. Анализ «весовых» показателей подтвердил предыдущие результаты. Как видно из табл. 3, общий «вес» событий у испытуемых экспериментальной группы значимо выше, чем у испытуемых контрольной группы (при p < 0,05), что также подтверждает предположение о большей субъективной значимости и дифференци-рованности жизненных событий для людей пожилого возраста.

Анализ соотношения «весового» распределения событий в прошлом и будущем показал, что в период поздней зрелости событиям прошлого придается значительно больший «вес» (при p < 0,01), по сравнению с периодом ранней зрелости. В то же время весовая значимость будущих событий у респондентов разных групп не имеет значимых отличий. Данные результаты также противоречат бытующим представлениям о том, что пожилые люди недооценивают свое будущее и игнорируют его.

При сопоставлении степени удаленности событий в прошлое и будущее между исследуемыми группами были выявлены ярко выраженные отличия ретроспекции и антиципации (предвосхищения) событий (табл. 4). Для испытуемых экспериментальной группы характерна значимо большая удаленность событий в прошлое, по сравнению с контрольной группой (при p < 0,001). Этот показатель, с одной стороны, может свидетельствовать о реализо-ванности и высокой значимости для пожилых людей своего прошлого опыта и своей жизни в целом, с другой стороны, он может являться показателем «ухода» в прошлое и поиска в нем радостных событий, обусловленного попыткой «защититься» от настоящего и будущего. В то же время незначительная разница между показателями антиципации событий в контрольной и экспериментальной группах свидетельствует о «психологической молодости» респондентов экспериментальной группы. Пожилым людям, также как и более молодым, свойственно строить планы на будущее и надеяться на их реализацию.

Таблица 1

Среднее количество событий, указанных испытуемыми

События Количество событий Достоверность различий по Г-критерию Стьюдента между группами А и В

Группа А, 60-80 лет Группа В, 25-40 лет

Общее количество 13,98 11,27 2,3 р < 0,050

Радостные 11,36 9,47 2,5 р < 0,050

Грустные 2,62 1,80 2,9 р < 0,010

Прошедшие 10,60 7,10 3,2 р < 0,010

Радостные 8,28 5,57 3,8 р < 0,001

Грустные 2,32 1,53 2,5 р < 0,050

Будущие 3,38 4,17 1,8 —

Радостные 3,08 3,90 1,3 —

Грустные 0,30 0,27 0,9 —

Таблица 2

Частотное распределение событий, указанных испытуемыми

Группа А Группа Б Вероятность

События Количество событий % Количество событий % Х2-критерий допущенной ошибки

Общее количество 1258 100 338 100

Прошедшие 954 76 213 63 9,26 6,64

Будущие 304 24 125 37 при р < 0,01

Радостные 1022 81 284 84 0,6

Грустные 236 19 54 16

Таблица 3

Средний «вес» событий, указанных испытуемыми

«Вес» событий Группа А Группа В Достоверность различий по Г-критерию Стьюдента между группами А и В

Общий 58,76 49,30 2,40 р < 0,05

Прошедшие 39,96 28,13 3,14 р < 0,01

Будущие 18,80 20,17 1,70 —

Таблица 4

Среднее время ретроспекции и антиципации событий у испытуемых

События Группа А Группа В Достоверность различий по Г-критерию Стьюдента между группами А и В

Прошедшие 27,6 8,6 5,95 р < 0,001

Будущие 2,5 3,1 1,70 —

По мнению исследователей (Е. И. Голова-ха, А. А. Кроник), среднее время антиципации 2,5 года является показателем прогрессивного развития личности в период поздней зрелости. Считается, что именно краткосрочная, а не долгосрочная перспектива позволяет пожилому человеку строить определенные планы, снимает депрессию и страх смерти, дает уверенность в завтрашнем дне.

При описании своего жизненного пути человек выделяет наиболее значимые для него события. Каждое событие можно отнести к той или иной сфере жизнедеятельности личности. В данной методике в модифицированном виде предлагается классификация Х. Риза и М. Смай-ера, согласно которой события делятся по типам и видам, что позволяет провести подробный содержательный анализ жизненного пути

респондента и увидеть структуру и доминирующую направленность жизненного пути.

Содержательный анализ результатов, полученных при помощи методики «Психологическая автобиография», позволил выявить особенности структурированности жизненного пути, характерные для периода поздней зрелости (рис. 1). Диаграмма показывает характер распределения частот событий по типам в разных группах испытуемых. События биологического, личностно-психологического типа и типа, связанного с изменениями социальной среды, испытуемыми экспериментальной группы представлены в равной мере, что может свидетельствовать об отсутствии доминирующего типа событий, характерного для всей выборки в целом, о большей вариативности жизненных сценариев и векторов развития в период поздней зрелости.

50

45

40

35

30

25

20

15

10

5

0

П Поздняя зрелость

В Средняя зрелость

Рис. 1. Распределение частот событий по «Типам» в разных группах испытуемых

В контрольной группе доминирующим оказался личностно-психологический тип событий (при р < 0,05), что свидетельствует о высокой сосредоточенности респондентов данной группы на себе, своем «Я», на своем внутреннем мире (сопоставление выборок по качественно определяемому признаку осуществлялось при помощи критерия углового распределения Фишера; равномерность распределения событий по типам в разных группах испытуемых проверялась при помощи Х2-критерия).

В результате исследования (табл. 5) было выявлено, что в обеих группах распределение событий по типам отличается от нормального

(при р < 0,001), в то же время отклонение от нормы в контрольной группе значительно выше, чем в экспериментальной.

Поскольку количественный анализ распределения событий для всей выборки в целом не позволяет выявить полную картину структурированности жизненного пути, нами был проведен качественный анализ распределения частот событий с целью выявления доли респондентов, имеющих тот или иной доминирующий тип. Под доминирующим типом подразумевался тип событий, имеющий более 40 % от общего веса событий, выделенных испытуемым (рис. 2).

Частота распределения событий по типам в разных группах

Таблица 5

Группы Типы событий Х2-критерий

Биологический Личностно- психологический Изменения физической среды к « а ° сп Д о о Критическое значение Х2: 11,34 прир < 0,010; 16,27 при р < 0,001

Экспериментальная группа 30,90 31,10 6,60 31,40 17,9

Контрольная группа 19,70 47,70 8,50 24,10 32,8

Критерий Фишера 1,22 1,62 0,34 0,78

Уровень значимости р — 0,053 — —

ПОЗДНЯЯ ЗРЕЛОСТЬ

СРЕДНЯЯ ЗРЕЛОСТЬ

28  Биологический

Личностно-

психологический

Изменения социальной среды

Смешанные типы

Рис. 2. Долевое распределение испытуемых разных групп в зависимости от доминирующего типа событий

В результате анализа было выявлено, что в период поздней зрелости явно определяется «доминирующая тональность, в которой пишется личностная биография» (Б. Ливехуд). Так, для 83 % испытуемых экспериментальной группы характерно наличие доминирующего типа жизненных событий, тогда как в контрольной группе явно доминирующие типы событий были выявлены только у 54 % респондентов.

В тоже время для испытуемых экспериментальной группы характерна большая диффе-ренцированность доминирующих жизненных типов, о чем свидетельствует отсутствие одного явно доминирующего типа событий (табл. 6). Как видно из табл. 6, распределение событий по типам в экспериментальной группе не имеет явной доминанты. Для респондентов экспериментальной группы характерна большая вариативность доминирующих типов по сравнению с контрольной группой. В экспериментальной группе у 28 % респондентов при описании жизненного пути доминируют события биологического типа, связанные с рождением

детей и внуков, смертью, здоровьем и болезнью как своей, так и близких. У 30 % испытуемых при построении картины жизненного пути доминируют события личностно-психологического типа, связанные с выбором жизненного пути, с использованием свободного времени, с саморазвитием; у 25 % — доминируют события, связанные с изменением социальной среды, с межличностными отношениями в семье, в обществе, в группе. Оставшиеся 17 % респондентов не имеют одной выраженной доминанты. При воспроизведении картины жизненного пути у этих испытуемых события всех типов либо распределены равномерно, либо доминируют одновременно два или три типа событий.

Сопоставление доминирующих и смешанных типов в контрольной и экспериментальной группах позволило выявить значимые отличия в характере их распределения. Так, для контрольной группы количество респондентов, имеющих смешанный тип, значительно выше, чем в экспериментальной (при уровне значимости р = 0,004).

В контрольной группе количество респондентов с доминирующим личностно-психологическим типом значительно выше, чем в экспериментальной (при уровне значимости р = 0,026).

Респонденты с доминирующим биологическим типом и типом, связанным с изменением социальной среды, значительно преобладают в экспериментальной группе (при р < 0,001).

Построение концепции жизненного пути предполагает последовательность и равномерность, связность и логику в выделении ключевых жизненных событий, а также наличие целостной эмоциональной оценки прошлых и будущих событий. Последовательность предполагает отсутствие перескоков при построении автобиографии, равномерность — равномер-

ное распределение событий по траектории жизненного пути, эмоциональную целостность — наличие одинакового эмоционального фона в оценке прошлого и будущего.

Как видно из данных, представленных в табл. 7, такие показатели, как равномерность распределения жизненных событий и уравновешенность эмоциональной оценки событий прошлого и будущего имели равновысокие значения в обеих группах испытуемых. В то же время для периода поздней зрелости характерна достоверно большая последовательность (при р < 0,05) и связанность воспроизведения событий (при р < 0,001) по сравнению с контрольной группой, что свидетельствует о стремлении респондентов к более глубокому осмыслению и структурированию своего жизненного пути.

Таблица 6

Частота распределения доминирующих и смешанных типов жизненного пути у респондентов

Группы Доминирующие типы событий Смешанные

Биологический Личностно- психологический Изменения физической среды Социальные изменения

Экспериментальная группа 28 30 0 25 17

Контрольная группа 0 50 0 4 46

Критерий Фишера — 1,95 — 3,05 2,55

Уровень значимости р — 0,026 — 0,001 0,004

Таблица 7

Усредненные результаты степени выраженности показателей концепции жизненного пути у испытуемых

Компоненты концепции жизненного пути Группа А, 55-75 лет Группа В, 25-45 лет Достоверность различий по f-критерию Стьюдента между группами А и В

Равномерность распределения событий 2,26 2,02 1,17 —

Последовательность событий 2,37 1,85 2,55 p < 0,050

Связность событий 2,35 1,55 4,25 p < 0,001

Уравновешенность эмоциональной оценки прошлого и будущего 2,67 2,65 0,95 —

Таким образом, результаты проведенного исследования позволили выявить нам следующие особенности:

- для периода поздней зрелости характерна большая, по сравнению с другими периодами зрелости, дифференцированность в описании жизненных событий;

- период поздней зрелости отличается значимо большей вариативностью доминирующих жизненных типов по сравнению с более ранними периодами, что свидетельствует о наличии доминирующего жизненного типа и возрастающей индивидуализации-спецификации вектора развития;

- для пожилых людей характерна высокая продуктивность и эмоциональная насыщенность воспроизведения событий жизненного пути; значительно больший, по сравнению с контрольной группой, временной охват, что, по мнению исследователей (К. Левин), является показателем широты «психологического поля» личности» и его субъективной целостности;

- для периода поздней зрелости характерны достоверно большая последовательность и связанность воспроизведения событий по сравнению с ранней зрелостью;

Библиографиче

1. Абульханова-Славская К. А. Стратегии жизни. —

М., 1991. — 235 с.

2. Ананьев Б. Г. Человек как предмет познания. —

Л., 1968. — 338 с.

3. Ананьев Б. Г. Психология и проблемы челове-

кознания. — М.; Воронеж, 1996. — 314 с.

4. Анциферова Л. И. Психология старости: осо-

бенности развития личности в период поздней зрелости // Психол. журн. — Т. 22. —

2001. — № 3. — С. 86-99.

5. Анцыферова Л. И. Новые стадии поздней жиз-

ни: время теплой осени или суровой зимы //

Психол. журн. — Т. 15. — 1994. — № 3. —

С. 99-105.

6. Братусь Б. С. Аномалии личности. — М.:

Мысль, 1988. — 301 с.

7. Бурлачук Л. Ф., Коржова Е. Ю. Психология жиз-

ненных ситуаций. — М., 1998. — 263 с.

8. Весна Е. Б. Психологические закономерности

и механизмы процесса социализации-инди-

- периоду поздней зрелости, вопреки бытующему представлению, свойственно не пассивное воспоминание о прошлом, а активное его переосмысление с позиций актуального настоящего, переоценка его и на его основе построение будущих жизненных планов и перспектив.

В то же время в результате исследования не выявлены значимые отличия в эмоциональной окраске жизненного пути респондентов экспериментальной и контрольной групп, что опровергает бытующее представление о том, что пожилым людям в большей степени свойственна негативная эмоциональная окрашенность жизни, как прошлой, так и будущей.

список

видуализации в онтогенезе: дис. ... д-ра психол. наук. — М., 1998. — 397 с.

9. Головаха Е. И., Кроник А. А. Психологическое время личности. — Киев, 1984. — 208 с.

10. Кроник А. А. Субъективная картина жизнен-

ного пути как предмет психологического исследования // Психология личности и образ жизни. — М., 1987. — С. 149-153.

11. Леонтьев А. Н. Деятельность и личность // Вопр.

философии. — 1974. — № 4. — С. 191-195.

12. Леонтьев Д.А., Калашников М. О., Калашнико-

ва О. Э. Факторная структура теста смысложизненных ориентаций // Психол. журн. — 1993. — № 1. — С. 15-25.

13. Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психоло-

гии. — М., 1976. — 416 с.

14. Франкл В. Человек в поисках смысла. — М.,

1990. — 368 с.

15. Чудновский В. Э. Смысл жизни и судьба. —

М., 1997. — 208 с.

ский