Социокультурная природа семьи и родительства

Социокультурная природа семьи и родительства

УДК 009

С. В. Асриева

Смоленский государственный институт искусств

Статья посвящена актуальной социопедагогической проблеме — семье. Она обретает в современной ситуации семейной неустойчивости, возрастания факторов её распада — особое значение. В статье поднимаются вопросы генезиса семьи и родительства, её основной функции и содержания. Родительство рассматривается в трёх ипостасях: как биологический, как психологический и как социокультурный феномен. Этим и определена задача публикации. Исходным моментом здесь выступает институт отцовства и материнства, формирующих родительство. Автор анализирует концептуальные позиции широкого круга зарубежных и отечественных учёных по вопросам семьи и родительства. Здесь же отмечается наличие двух основных точек зрения на данную проблему в отечественной педагогике. В статье делается вывод о том, что феномен семьи, родительства возник на ранних ступенях рабовладельчества, он по своей природе тесно связан с общественной потребностью в воспроизводстве поколений, в обеспечении преемственности норм, санкций, регулирующих заботу о детях. При этом в социокультурном аспекте семья, наполненная отцовством, материнством и детьми, ассоциируется в сознании человека с личным и общественным процветанием, а родительству при этом принадлежит реализация важнейших функций: репродукции, социализации, общего развития и воспитания детей — будущего общества.

Ключевые слова: семья, родительство, отцовство, материнство, дети, социальное, биологическое, психологическое.

S. V. Asrieva

Smolensk State Institute of Arts, Administration of Smolensk Region, Rumyantseva str., 8, 214020, Smolensk, Russian Federation

social and cultural nature of the family and parenthood

The article raised questions the Genesis family and parenthood. Parenthood is addressed in three guises: as a biological, psychological and sociocultural phenomenon. The starting point is the institution of fatherhood and motherhood. The author analyses the conceptual positions of a wide range of foreign and domestic academics on family and parenting. The article notes that this phenomenon arose in the early stages of slave society, it is by its nature is closely linked to the public need to reproduce generations continuity rules, sanctions, regulating the care. It is noted that in the social and cultural aspect of family, filled with fatherhood, motherhood and children associated in the mind of the person with the personal and public prosperity. Keywords: family, parenting, fatherhhood, motherhood, children, social, biological, psychological.

Феномен родительства существовал всегда. в основе этой потребности, сложно. Именно

В основе природы родительства лежит поэтому данный феномен рассматривается

потребность человека иметь детей. Однако с биологической и психологической точек

однозначно определить, какой фактор лежит зрения. Родительство в качестве социаль-

АСРИЕВА СНЕЖАНА ВЯЧЕСЛАВОВНА — преподаватель кафедры социально-культурной деятельности, аспирант кафедры теория, методика и организация социально-культурной деятельности Смоленского государственного института искусств

ASRIEVA SNEZHANA VIACHESLAVOVNA — teacher of Department of social and cultural activities, doctoral student the Department of theory, methodology and organization of social and cultural activities, Smolensk State Institute of Arts

e-mail: snezhana.smolensk@gmail.com © Асриева С. В., 2016

ISSN 1997-0803 ♦ Вестник МГУКИ ♦ 2016 ♦ 1 (69) январь-февраль ^

ного института требует характеристики материнства и отцовства — как двух его составляющих. Кроме того, следует отметить, что оно имеет органические предпосылки и культурно-историческую природу, что не всегда учитывается в публикациях на данную тему [1, с. 177].

Однако родительство в первую очередь необходимо рассматривать с природно-био-логических позиций, и здесь оно представляется формой самореализации родителей, данной от природы. На этой основе складываются первичные биологические отношения системы «родители — ребёнок», которые определяются кровным родством. Это, безусловно, связано с выполнением родителями своей репродуктивной функции, но является в то же время основой для юридического установления родительства.

Кроме того, родительство имеет глубокие социологические предпосылки. Оно предстаёт в человеческой культуре как сформированный в процессе исторического развития общества социальный заказ, который, по сути, есть опосредованная деятельность, определённые отношения между людьми, формирующие вполне конкретное социальное пространство.

Следовательно, как социокультурный феномен родительство удовлетворяет социальную потребность — стремление личности к самореализации и воплощению себя в потомстве, в отношениях преемственности [5, с. 108].

Именно исходя из этого, при рассмотрении родительства как социокультурного феномена некоторые российские учёные (Е. Г. Смирнова, О. А. Карабанова, В. С. Садовская, Т. В. Христидис) обращают внимание на то, что родительство, как особая деятельность, является социально предписанной, опосредованной культурным опытом, традициями и общественно значимой деятельностью [см.: 7, с. 118; 8, с.1 07]. Вместе с тем А. А. Абрамов обращает ещё внимание и на то, что структура мотивации родительства определяется различной ценностью ребёнка в семье.

Данное положение несколько расширяет проблему в пространстве аксиологии.

Сегодня многие западные исследователи считают, что в истории развития взглядов на феномен родительства можно выделить две эпохи — до XVIII века и после него.

Французский историк и демограф Филипп Арьес пришёл к выводу, что материнство и связанный с ним феномен детства (то, как мы их понимаем сегодня) возникли в странах Запада где-то в середине XVIII века. В его трудах обращается внимание на то, что осмысление социальной роли ребёнка появляется тогда, когда семейное производство заменяется капиталистическим, а отнюдь не в момент наивысшей ценности детей для общества и семьи. Причём этот процесс заходит столь далеко, что разрушает ценность детей и ребёнка [9, с. 66]. Иными словами, в Европе период до середины XVIII века определяется как «период материнского безразличия» (Э. Бадинтер). Это связывается с социальным развитием, когда богатые имели возможность «тешиться» с детьми, в то время как бедные и в последующие десятилетия продолжали «страдать от отсутствия положительных эмоциональных связей» [6, с. .93].

Большую роль в становлении феномена материнства сыграла книга Ж.-Ж. Руссо «Эмиль, или О воспитании» (1792). Именно благодаря этой работе материнская любовь превращается в признанную педагогико-культурную ценность.

Изменения модели детско-родительских отношений во многом связаны с идеями М. Мид о последовательной смене культур: постфигуративной, кофигуративной, пре-фигуративной. В одном случае дети учатся у предшественников, в другом у сверстников, в последнем случае взрослые учатся у своих же детей [3, с. 144].

Во второй половине XX века наметилась тенденция перехода человечества к постпре-фигуративной культуре, которая подразумевает иные формы взаимоотношений детей и взрослых.

Эти идеи о принятии другого человека как личности, обладающей собственной ценностью, развивает гуманистическая психология. Она позволяет обосновать главную мысль: об отношении к ребёнку взрослого как о «заботе, но заботе не собственнической» (К. Роджерс).

Распад нуклеарной семьи, по мнению Р. Шпица, является одним из важнейших факторов изменения детско-родительских отношений. Во-первых, это связывается с ослаблением патриархальных авторитетов в результате распространения протестантизма. Во-вторых, — с развитием индустриальной промышленности, что привело к ухудшению связей матерей и детей. Именно это и стало условием для распада традиционной западной семьи [2, с. 143].

Таким образом, с XVIII века в западных странах под влиянием индустриализации и промышленного производства произошёл переход ряда функций семьи к другим социальным институтам. Эта смена функций превратила семью в хозяйственно-потребительскую ячейку, где каждый из её членов вовлекается в некую деятельность, в процессе осуществления которой семейные связи утрачивают своё прежнее значение. Данное положение в каком-то смысле является итоговым и продолжается в современных реалиях.

Изучение такого феномена, как институт родительства, в историческом контексте позволяет говорить о том, что в начале развития общества индивидуальное роди-тельство не существовало как таковое. Уход за детьми, их воспитание, подготовка к жизни были прерогативой общины. В период феодализма распространился феномен «вос-питательство», то есть обычай обязательного воспитания детей вне семьи. Это было характерно для знати.

Традиционная семья в России, например, являлась основным транслятором культурных и семейных ценностей, норм поведения и мировосприятия. Она имела своё прошлое, свою историю, обеспечивала порядок и развитие будущих поколений.

Существенным отличием русской культурной модели семьи от организации семейно-брачных отношений в западной культуре был приоритет женского (материнского) начала. Как свидетельствуют исследования, особенностью развития традиционной русской семьи был патриархат, однако, как отмечают учёные, его всё же нельзя в полной мере назвать классическим. Это связано с тем, что приоритетными чертами в нём выступали материнство и семья.

В связи с этим среди учёных существует две точки зрения. И. С. Кон утверждает, что русские жёны и матери до революции были сильными, уверенными в себе личностями. Другой точки зрения придерживается С. М. Шпилевский. Он полагает, что в славянской патриархальной семье отец-муж не имел полных прав, община ограничивала власть главы семьи. Но все дети и обвенчанная с ним женщина были его собственностью [2, с. 27—28].

Отметим, что первая и вторая точка зрения, по сути, не противоречат друг другу. Да, как убеждает исторический опыт, в русской семье женщина была способна и коня на скаку остановить, и в г орящую избу войти. Но вместе с тем она не имела избирательного права и была подчинена мужчине.

Таким образом, на протяжении длительного исторического периода семья имела патриархальный характер. Признаками такой семьи являются чёткое ролевое распределение в семье между супругами и детьми при доминирующей роли мужчины, экономическая зависимость жены и детей от мужа — главы семьи, двойной стандарт в отношении женщин: подчинение её сексуальности репродуктивным функциям и отрицание её как таковой. Эти черты традиционной семьи характерны для разных народов. И именно в традиционной патриархальной семье появилась индивидуальная потребность в детях. Здесь — чем больше детей, тем шире возможность семьи в производстве и взаимной материальной поддержке поколений семьи.

Любая культура успешно развивается благодаря не только изменениям, но и преем-

ISSN 1997-0803 ♦ Вестник МГУКИ ♦ 2016 ♦ 1 (69) январь-февраль ^

ственности, взаимосвязи между всеми ее ценностными элементами.

Революция в 1917 году и Гражданская война в России во многом разрушили ценности патриархальной семьи. Отмена частной собственности и новая политическая система привели к разрыву между поколениями. Идея «многопоколенной семьи», целомудренность, уважение к отцу и матери, подготовка молодого поколения к семейной жизни, которые так ценились в российском менталитете, во многом были утрачены или лишь декларировались.

В семейной модели советского общества еще больше укрепился институт материнской семьи. Это находило свое отражение в Конституции, принимавшейся в разные годы, и свое развитие в семейном законодательстве. Главная роль не только в воспроизводстве, но и в воспитании детей отводилась матери, что не способствовало развитию отцовства как самостоятельного феномена в жизни семьи.

В советской семье процветал культ матери, что, в принципе, соответствовало ее институциональной природе. В то же время институт отцовства в структуре семейных ролей и отношений оставался недоразвитым. Отец в большинстве случаев был оторван от семейно-бытовых проблем и опосредованно участвовал в системе воспитательных и иных отношений с детьми. Трансформация общества, произошедшая в 1990-е годы, привела к тому, что в большинстве постсовет-

ских семей женщина стала не только духовной, но и материальной опорой семьи.

Однако реальность сегодняшнего дня изменяет данное положение. Можно сказать, что за короткое историческое время произошёл переход от многопоколенной семьи к нукле-арной; патриархат уступил место другим формам, где отношения строятся на демократических началах; изменились роли в семье: женщина больше стремится реализовать себя в профессиональной сфере; супруги сами планируют, когда и сколько детей иметь; мужчины сегодня активнее участвуют в процессуальной жизни семьи, в заботах о детях.

Большинство исследователей предполагает, что изменения в супружеско-родительских отношениях будут продолжаться, как следствие незаконченного перехода от «традиционной» семьи к «современной» [4, с. 169].

Итак, социокультурный феномен, именующийся семьёй, возникает на ранних стадиях рабовладельческого строя, но семья не отождествлялась с родительством, которое возникло в результате развития общественной потребности в воспроизводстве будущих поколений. Отсюда именно родительству принадлежали функции репродукции и социализации детей. Семья, родительство есть развивающиеся феномены. Сегодня в России происходит активное изменение семьи и ро-дительства в аспектах демократизма, функциональной взаимной поддержки, усиления родительской роли отцовства и социальной роли матерей, их индивидуальности.

Примечания

1. Абрамова А. А. Базовые детерминанты культуры родительства // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2010. № 6. С. 177—180.

2. Антонов А. И. Семья и дети // Педагогический вестник. 2012. № 4.

3. Педагогический энциклопедический словарь / [Абдуллин Э. Б. и др.]. Москва : Большая Российская энциклопедия : Дрофа, 2003. 528 с.

4. Подгузова Е. Е. Творческий потенциал как системное качество личности педагога // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2007. № 2. С. 167—171.

5. Ремизов В. А. Социальная экология культуры личности : монография / Министерство Российской Федерации по делам гражд. обороны, чрезвычайн. ситуациям и ликвидации последствий стихийн. бедствий, Акад. гражд. защиты. Москва : МГУКИ, 2005. 140 с.

6. Садовская В. С. Лабиринты культуры быта: исследование реальности : монография. Москва : МГУКИ, 2003. 251 с.

7. Садовская В. С. Родительские инвестиции в образование детей: опыт исследования // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2015. № 3. С. 187—193.

8. Христидис Т. В. Культура общения — путь к оптимизации межнациональных отношений // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2015. № 3. С. 102—106.

9. Шведова Д. В. Эволюция американских семейных отношений в историческом и социально-культурном контексте конца XX — начала XXI века // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2011. № 5. С. 65—70.

References

1. Abramova A. A. Bazovye determinanty kul'tury roditel'stva [Basic determinants of parenting culture]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts], 2010, No. 6, pp. 177—180.

2. Antonov A. I. Semya i deti [Family and children]. Pedagogicheskii vestnik [Pedagogical bulletin]. 2012, No. 4.

3. Abdullin E. B., ets. Pedagogicheskii entsiklopedicheskii slovar' [Pedagogical encyclopedic dictionary]. Moscow, DROFA publishers, Publishing house of "Big Russian encyclopedia", 2003. 528 p.

4. Podguzova E. E. Tvorcheskii potentsial kak sistemnoe kachestvo lichnosti pedagoga [Creative potential as system quality of the identity of the teacher]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2007, No. 2, pp. 167—171.

5. Remizov V. A. Sotsial'naia ekologiia kul'tury lichnosti [Social ecology of culture of the personality]. Moscow, Publishing house of the Moscow State University of Culture and Arts, 2005. 140 p.

6. Sadovskaya V. S. Labirinty kul'tury byta: issledovanie real'nosti [Labyrinths of culture of life: research of reality]. Moscow, Publishing house of the Moscow State University of Culture and Arts, 2003. 251 p.

7. Sadovskaya V. S. Parental investment and children's education: research experience. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2015, No. 3, pp. 187—193.

8. Khristidis T. V. The culture of communication — a way to optimize inter-ethnic relations. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2015, No. 3, pp. 102—106.

9. Shvedova D. V. Evoliutsiia amerikanskikh semeinykh otnoshenii v istoricheskom i sotsial'no-kul'turnom kontekste kontsa XX — nachala XXI veka [Evolution of the American family relations in a historical and welfare context of the end of XX — the beginning of the 21st century]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2011, No. 5, pp. 65—70.

УДК 792.03

Л. Л. Агаджанян

Московский государственный институт культуры

В данной статье на примере постановки «Идиота» по Ф. М. Достоевскому выдающегося режиссёра Георгия Александровича Товстоногова в Большом драматическом театре имени М. Горького рассмотрена проблема взаимоотношений в театральной труппе, где режиссёр и актёры путём проб и ошибок, противодействия и методов «жёсткой руки» идут по пути создания субстанции, которую и принято называть Театром. В основе статьи объективно лежат два взаимосвязанных феномена: одарённость (в данном случае художественная интуиция режиссёра Товстоногова, способность увидеть талант в человеке, выявить его какие-то принципиальные особенности) и творчество.

Ключевые слова: театр, режиссура, драматургия, актёрское мастерство, спектакль.

АГАДЖАНЯН ЛЕОН ЛЕОНОВИЧ — аспирант кафедры истории, истории культуры и музееведения социально-гуманитарного факультета Московского государственного института культуры 147

AGHAYANYAN LEON LEONOVICH — doctoral student of Department of history, cultural history and museology, Faculty of Social Sciences and Humanities, Moscow State Institute of Culture

e-mail: ralfsifareto@mail.ru © Агаджанян Л. Л., 2016