Я. В. Абрамов в истории русской общественной мысли

ш

В. М. Головко

f Я. В. Абрамов в истории русской общественной мысли

Я. В. АБРАМОВ В ИСТОРИИ РУССКОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ МЫСЛИ

В. М. Головко

J.V. ABRAMOV IN THE HISTORY OF THE RUSSIAN PUBLIC THOUGHT

Golovko V. М.

The intellectual and public-literary activity of J. V. Abramov as an ideologist of democratic mission affirming the necessity of "work in folk" in order to ensure peaceful, gradual social-cultural progress is considered in the context of ideological struggle of the two last decades of the 19th century and the interaction of different philosophical-sociological conceptions concerning the ways of further historical development of Russia.

Key words: "gradualness from below", democratic enlightenment, the narodnik movement, "small" and "great" deeds.

В контексте идейной борьбы двух последних десятилетий XIX века и взаимодействия различных философско-социологических концепций путей дальнейшего исторического развития России рассматривается интеллектуальная и общественно-литературная деятельность Я. В. Абрамова как идеолога демократического просветительства, утверждавшего необходимость «работыi в народе» в целях обеспечения мирного, постепенного социокультурного прогресса.

Илючевые слова: «постепеновство снизу», демократическое просветительство, народничество, «малые» и «великие» дела.

УДК 82.09-3:947

Художественные и социологические концепции Я. В. Абрамова, как и других крупных представителей национальной культуры, обосновывавших идею эволюционного развития общества, рассматривавших проблему толерантности в качестве центрального вопроса либеральной традиции (12), до сих пор не были предметом специального исследования. У истоков этого течения общественной мысли стоял великий русский писатель И. С. Тургенев, который в 1870-е - начале 1880-х годов утверждал приоритет программы «постепеновства снизу» перед всеми другими концепциями обустройства России после реформ 1860-х годов.

Философско-социологическая прогностика общественно-литературных деятелей, пропагандировавших программу «скромной деятельности» «полезных... народных слуг» (15, т. 10, с. 296), в историко-функцио-нальном аспекте может восприниматься сегодня как продуктивная идея социальных преобразований, в своё время дискредитированная хранителями «наследства» шестидесятников, некоторыми народническими идеологами, марксистскими теоретиками. На фоне революционных событий их времени эта прогностика «мирных сторонников прогресса и свободы» (8, т. 2, с. 163) предстаёт как нереализованная в исторической практике концепция «постепеновства», к осознанию значимости которой российское общество подошло только сейчас.

Изучение идеологического и культурно-философского контекста формирования по-

зиции Я. В. Абрамова, процессов приближения и отталкивания по отношению к идеям народнических теоретиков, социологов и публицистов имеет первостепенное (в условиях, когда архив писателя остаётся научно не обработанным) значение для уяснения его места в общественно-литературном движении «переходной эпохи», для определения генезиса его взглядов и характеристики социально-эстетического идеала. Это, в свою очередь, диктуется необходимостью создания объективной научной картины «борьбы идей» и социокультурной ситуации одного из самых сложных периодов исторического развития России.

Созданные исторической и филологической наукой метанарративы с их универсальными и по этой причине схематичными парадигмами стадиального развития не содержат в себе условий и предпосылок для объективного - без идеологического нажима - анализа всей сложности, плюралистич-ности подходов к эпохальному вопросу времени Я. В. Абрамова - «чем нам быть?» (см., напр.: 10; 17), а следовательно, для аутентичного освещения различных филиаций и типологических разновидностей в идеологическом и социокультурном пространстве времени, «когда всё переворотилось и только укладывалось» (Л. Н. Толстой). Но Я. В. Абрамов и в подобных метанарративах не идентифицировался: он отождествлялся с социологами и публицистами «Недели», апологетами «теории малых дел», причём, на основании биографических данных и чисто внешних перекличек. В изучении «теории малых дел» наука в последнее время продвинулась вперёд (7), но по-прежнему её рассматривают в качестве «одного из симптомов идейного кризиса народничества, его либерального перерождения», а Я. В. Абрамова считают «идейным выразителем» и даже «создателем» этой теории (11). Публицистическое и художественное наследие Я. В. Абрамова - «властителя дум» целого поколения второй половины 1880-х -начала 1890-х годов - было ещё его современниками сведено до уровня «абрамовщи-ны» (см., напр.: Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А. Русский биографический словарь. М.,

2007. С. 6). Даже в новейших исследованиях он относится (без всякой критической проверки) к числу тех народнических идеологов, которые заложили традицию недооценки социальных ролей русской интеллигенции (Г. П. Сазонов, В. П. Воронцов, И. И. Каблиц-Юзов, А. С. Пругавин, С. Н. Южаков, Н. А. Демерт) (13), и это несмотря на то, что во многих своих произведениях Я. В. Абрамов писал об «обязанности каждого интеллигентного человека... работать над облегчением материальной нужды народной массы и духовным просветлением её» (3, с. 224). Приверженцы «теории малых дел» проблемы народной жизни рассматривали «с опорой на самобытные социальные институты русской деревни», «с учётом моральной природы русского крестьянства, то есть в свете теории „почвы"» (5). Но апелляция к крестьянской общине, к идеям «почвы», а также нигилистическое отношение к интеллигенции не свойственны Я. В. Абрамову (если иметь в виду и его художественное творчество, и публицистику), не характерны для его программных установок. «Теория малых дел» И. И. Каблица-Юзова, С. Н. Южакова и других либерально-народнических социологов «почвеннической» ориентации (см.: 13; 18; 22), с одной стороны, и просветительские установки Я. В. Абрамова, рассматривавшего «скромную деятельность» «полезных людей» как один из факторов социокультурного прогресса, - с другой, вытекают из разных мировоззренческих источников, имеют различный генезис, укоренены в таких социальных и культурных традициях, которые в отдельных моментах даже противоположны друг другу. На основании внешних перекличек отдельных элементов разнородных, по сути, идеологических систем, можно прийти к весьма недостоверным выводам (что, по нашему мнению, имеет место в истории изучения «абрамовщины»).

Если, например, рассматривать автономно, то есть за пределами внутренних связей всех элементов системы «постепеновст-ва снизу» И. С. Тургенева (к которой максимально приближался Я. В. Абрамов), одно из его программных высказываний, то мо-

В. М. Головко

Я. В. Абрамов в истории русской общественной мысли

жет сложиться впечатление, что великии писатель и мыслитель является апологетом «теории малых дел». Приведем отрывок из его письма А. П. Философовой от 11 (23) сентября 1874 г.: «Времена переменились; теперь Базаровы не нужны. Для предстоящей общественной деятельности не нужно ни особенных талантов, ни даже особенного ума - ничего крупного, выдающегося, слишком индивидуального; нужно трудолюбие, терпение; ... нужно уметь смириться и не гнушаться мелкой и тёмной и даже низменной работы. Я беру слово: низменной - в смысле простоты, бесхитростности, «йегге а 1егге'а». Что может быть, например, низменнее - учить мужика грамоте, помогать ему, заводить больницы и т.д. На что тут таланты и даже учёность? < ...> .Это всё теперь неуместно — и смешно толковать о героях или художниках труда. <...> Всё так, но примириться с этим фактом, с этой серенькой средою, с этой скромной деятельностью многие не могут сразу» (15, П., т. 10, с. 295-296). Великий писатель подчеркивал, что наступила эпоха «только полезных людей», определяющая характер общественной деятельности «помощников» народа. Суждения И. С. Тургенева о «скромной деятельности» «полезных рабочих и народных слуг» (15, П., т. 10, с. 296) (везде курсив И. С. Тургенева. - В.Г.) ничего общего не имели с «теорией малых дел». Он вообще, как отмечали современники, был «человеком, не способным уложиться в тесные рамки какой-нибудь исключительной политической доктрины» (8, т. 2, с. 163). Эти суждения были откликом писателя на дискуссии о том типе общественного деятеля, который востребован «периодом. разложения и сложения, переживаемым народной жизнью» (15, П., т. 10, с. 296). Попыткам «насильственно вламываться в народную жизнь с чуждыми ему (народу. - В.Г.) принципами и теориями», И. С. Тургенев, как и Л. А. Полонский, а позже - Я. В. Абрамов, противопоставлял (это отмечал в своих воспоминаниях Г. А. Лопатин (8, т. 2, с. 385-395)) стратегию постепенного «созревания» предпосылок для проведения идеалов справедливости и свободы в жизнь (8, т. 1, с. 368). Идеология

демократического просветительства, суть которой раскрывалась в программных высказываниях И. С. Тургенева (см.: 20), публициста «Вестника Европы» и «Страны» Л. А. Полонского (4), К. Д. Кавелина, вбирала в себя либеральные ценности (в духе «демократизма 1840-х годов», как о том говорил И. С. Тургенев в 1879 г. (15, С., т. 15, с. 58)), многие черты просветительства 1860-х годов, освобождённого при этом от революционно-радикального пафоса. Речь шла о принципиально ином, мирном пути общественного развития в целях кардинального изменения (но в рамках реально сложившихся отношений) социального бытия широких слоев крестьянства и трудового народа. Справедливости ради следует сказать о том, что в отдельных суждениях о прогрессе, о необходимости «работать в народе» (16, с. 400), о роли просвещения масс и т. д. Я. В. Абрамов во многих моментах сближался с В. П. Воронцовым, а также И. И. Каблицем (Юзовым) и другими теоретиками «малых дел», но его сущностное отличие от «почвенников» заключалось в отрицании той роли крестьянской общины, которую отводили ей либеральные народники, социологи и публицисты «Недели». В отличие от многих из идейного окружения Я. В. Абрамова у него не было исторических иллюзий относительно позитивных и носящих в себе «зародыши будущего» сторон крестьянского уклада жизни (как и у Тургенева). Герои его художественных произведений («В степи», «Ищущий правды», «Бабушка-генеральша» и др.), становившиеся очевидцами разложения крестьянского «мира», по сути, были «оппонентами» многих основополагающих идей апологетов «почвы», «эмоционального» начала, этнокультурной и социально-психологической специфики русского народа. В рассказе «Ищущий правды» крестьянин Афанасий Лопухин, адепт крестьянской общины и «большой идеалист», на собственном опыте убеждается, что общины как «мира справедливости и равенства, где "каждый за всех и все за одного", давно не существует» (2, с. 36, 37). «Старый строй, — пишет автор, — стал рушиться, старые обычаи стали исчезать.

«Мир» мало-помалу превращался в собрание людей, ничем не связанных друг с другом, людей, интересы которых не только не солидарны, но часто прямо противоположны. <...> Усиливалась нужда; как грибы росли и множились кулаки. Нужда заставляла гнаться за копейкой, а погоня за копейкой разрывала всякие связи. В Шалашной начинался культ золотому тельцу» (2, с. 37). Отсутствие иллюзий в отношении крестьянского «мира», «опчества», то есть общины, резко отделяло Я. В. Абрамова как прозаика и публициста от «почвенников» типа

B. П. Воронцова, И. И. Каблиц-Юзова,

C. Н. Южакова, А. С. Пругавина, Н. Ф. Да-ниельсона и др. Всё это приводит к выводу о необходимости дифференциации течений и идеологических разновидностей в либеральном народничестве, актуализации идентифицирования мировоззренческих и общественно-литературных позиций Я. В. Абрамова, заметно отличавшегося от мыслителей его круга и, прежде всего, от сторонников «теории малых дел» в решении проблем социального и культурного прогресса России. Кстати, ещё Л. Н. Толстой в «Анне Карениной» (1873-1877) и Н. Н. Златовратский в «Золотых сердцах» (1877) ставили вопрос о сомнительности результатов «муравьиного труда» (Н. Н. Златовратский), то есть «малых дел». Эти произведения современной ему литературы Я. В. Абрамов знал так же хорошо, как и роман И. С. Тургенева «Новь».

«Теория малых дел» на практике оказалась упрощением даже «особых доктрин народничества» И. И. Каблица-Юзова, В. П. Воронцова, С. Н. Южакова, Н. Ф. Да-ниельсона и т. д. В повести А. П. Чехова «Дом с мезонином» (1896), например, «художник» - один из главных оппонентов этой теории - доказывает, что «земство», «медицинские пункты, школы, библиотечки, аптечки, при существующих условиях, служат только порабощению. Народ, - по его словам, - опутан цепью великой», и тактика «малых дел» «лишь прибавляет новые звенья» в этой цепи, поскольку ориентирована не на «вечное и общее», а на «временные, частные цели»: «причины. болезней» об-

щества она не затрагивает (19, с. 184, 186). Но именно такие «причины» являются предметом рефлексии Я. В. Абрамова - и прозаика, и публициста, в центре внимания которого был именно «строй общественных отношений» (2, с. 36). По этой причине его, как и другого писателя-народника - С. Ка-ронина (Н. Е. Петропавловского), в большей мере интересовали не «типы людей», а «типы общественных явлений».

Своё отношение к трактовкам «теории малых дел» Я. В. Абрамов выразил в статье «Малые и великие дела» (1896), написанной после появления в печати рассказа А. П. Чехова «Дом с мезонином». Смысловой центр статьи находится в поле притяжения не народнического активизма (С. Н. Кривенко, например, излагая своё понимание программы «служения народу» в статье «По поводу культурных одиночек» (1893), говорил о необходимости оказания реальной помощи крестьянам (9)) и не идей «малых великих дел» В. П. Воронцова, связывавшего цели «народного производства» с организацией «новых социально-культурных сил и распространением знаний и идей в массе населения» (6), а программы «постепеновства снизу» И. С. Тургенева и Л. А. Полонского. Я. В. Абрамов в статье «Малые и великие дела» отказывался от приписываемого ему авторства лейбла «малые дела» (3, с. 214215), а в позиции критиков «малых дел» фиксировал самый главный недостаток -отсутствие не только конструктивного начала в бинарной оппозиции «великие / малые дела», но и самой оппозиции как таковой, потому что в их суждениях отсутствует содержательный комплекс концепта «великие дела»: «. Мы всё не видим тех великих дел, которые должны бы совершаться этим сортом людей, - писал он. - Как ни скромна деятельность тех, которые занимаются «малыми делами», она уже даёт результаты.; но что делают и чего достигают противники «малых дел», этого до сих пор ещё никому не удалось заметить» (3, с. 216). Я. В. Абрамов упрекал «гонителей "малых дел"» за то, что они отказались от «исканий правды», что своей критикой работы в «народно-просветительских учреждениях» тех, кого

к В. М. Головко

Я. В. Абрамов в истории русской общественной мысли

упрекают в «прибавлении новых звеньев цепи», опутывающей народ, они лишь «прикрывают собственное убожество, собственную неспособность к чему бы то ни было» (3, с. 214, 220).

Это вовсе не означало, что Я. В. Абрамов выступал с проповедью «малых дел». Он, как и герой А. П. Чехова, осознавал, что надо людям «дать... возможность "подумать о душе", реализовать "призвание каждого человека в духовной деятельности"» (3, с. 223). Именно этим целям, с его точки зрения, служат люди, «работающие над просвещением народа» (3, с. 220). Подобная деятельность является конкретно-исторической, а не универсальной формой решения основной «задачи человеческой цивилизации», суть которой «в том и состоит, чтобы освободить человека от материальных условий существования и дать простор его духовным способностям. Дело заключается в том, - писал Я. В. Абрамов, -чтобы найти путь, каким всего вернее можно достичь этой цели» (3, с. 224). В то же время в своей статье «Малые и великие дела» он подчеркнул, что при решении глобальных проблем «правды и смысла жизни» нельзя абсолютизировать и, тем более, фетишизировать тактику «малых дел»: «Не будем. останавливаться на удивительном способе отыскивания правды и смысла жизни: слишком очевидно, что отыскать то и другое не так легко и возможно и не при помощи тех же приёмов, как починить дорогу» (3, с. 225). Как видим, Я. В. Абрамов мыслил широко, перспективно, масштабно, имея в виду «высокие цели» или, говоря словами его идейного оппонента Н. В. Шелгунова, -«идеи высшего порядка» (21, с. 1091).

Словно вступая в диалог с подобными оппонентами, в той же статье Я. В. Абрамов писал: «Мы спросим только: неужели же сказать, что нужно, чтобы все принялись за физический труд (в принципе - любое конкретное, «физическое» дело. - В.Г.), значит разрешить вопрос» (о «правде и смысле жизни». - В.Г.) (3, с. 225)? На данном этапе общественного развития необходима «тихая, малозаметная, но великая по своим последствиям работа» (3. с. 227). Как и Тургенев,

Абрамов не рассматривал такую работу в качестве главной цели, оценивая её результаты с точки зрения социально-исторической ситуации периода «разложения и сложения», с высоты идеалов демократического просветительства. Это, по его убеждению, «неизбежный» этап духовного и социального становления личности и общества в целом, который должен рассматриваться в системе «движения. народа вперед», соотносится с перспективами общественного развития, а не абсолютизироваться, не рассматриваться локально как некое самодостаточное и самоценное явление, не противопоставляться задачам принципиального изменения «строя жизни» (3, с. 215, 224). «Серьёзная сторона состоит в мысли, -писал Я. В. Абрамов, перекликаясь с тургеневским суждениями о закономерности "созревания... технических, экономических и моральных предпосылок" для движения к высшим формам "социального развития человечества" (8, т. 1, с. 388), - о необходимости облегчения труда путём технического улучшения его приёмов и посвящения возникающего отсюда досуга на всеобщее занятие науками и искусствами и в особенности на отыскивание "правды и смысла жизни"» (3, с. 226). Россия, по сути, стоит на пороге «великих дел». Я. В. Абрамов занимался именно «идейными вопросами», «не оставляя в покое "идеи высшего порядка", имел в виду задачи кардинального изменения самого социального устройства во имя утверждения идеалов свободы, правды и гуманизма, высших ценностей человеческого бытия средствами его постепенного, мирного совершенствования. Герои художественных произведений писателя, «ищущие правды» («В степи», «Среди сектантов», «Мещанский мыслитель», «Корова», «Ищущий правды», «Механик» и т. д.), не случайно (как и сам автор в своей публицистике) пытаются разглядеть в жизни народа формы её самоорганизации, возникающие на основе не российской государственности, а представлений о необходимости нравственного (в евангельском смысле) обеспечения социально-исторического прогресса («Программа вопросов для собирания сведений о рус-

ском сектантстве», «Среди сектантов», «В степи» и другие произведения писателя).

Я. В. Абрамовым тургеневская концепция «помощников народа» воспринималась в социопсихологическом контексте модальности. Идеи «мирного прогресса», осуществляемого средствами развития всех сторон общественных отношений, требования «предоставить народу полную свободу устраиваться самому» (8, т. 2, с. 163), порождённые временем так называемой «второй революционной ситуации», очень чутко улавливались им. Как известно, М. Е. Салтыков-Щедрин, привлекая Я. В. Абрамова к работе в «Отечественных записках», противопоставлял его другим сотрудникам редакции - С. Н. Кривенко и С. Н. Южакову (14, т. 19, кн. 1, с. 278). Этот факт говорит о многом. Первый из них представлял в «Отечественных записках» радикальную часть народнической интеллигенции 1870-х-1880-х годов, второй, делавший ставку на «сельскую общину» и «артель», - тех народников, которые в концепциях общественного прогресса главную роль отводили этическому фактору, то есть примыкали к субъективной школе социологии (по терминологии С. Н. Южакова - «этико-социологической школе»). Две крайности в народнических программах персонифицировали С. Н. Кри-венко и С. Н. Южаков. М. Е. Салтыков-Щедрин, как видим, предпочтение отдавал Я. В. Абрамову, мировоззренческие позиции которого позволяли рассматривать вопросы «народной жизни» в свете «общечеловеческой правды и справедливости» (5), исходя не из «готовых идей», а из закономерностей и факторов естественно-исторического развития.

Как писатель и общественный деятель, Я. В. Абрамов заметно отличался и от «ле-

гальных марксистов», взявших из «наследства» шестидесятников идею революционных преобразований. Позиции сторонников «постепеновства снизу», этики ненасилия принципиально противопоставлялись концепциям русских «последовательных марксистов», которых, как писал Я. В. Абрамов, «Маркс трижды проклял бы» (1, с. 77). Альтернативная идее радикализма концепция постепенного мирного прогресса стала реальным выражением идеи толерантности, репрезентации открытого для всех идейного течения, которое не боялось сравнения с другими точками зрения и не избегало духовной, идеологической, партийной конкуренции.

Установка на «работу в народе» сближала Я. В. Абрамова с идеологами «посте-пеновства снизу», позиционировавшими себя в качестве особого течения русской общественной мысли, «отличающегося и от славянофилов («почвенников». - В.Г.), и от революционеров, и даже от самого правительства» (письмо И. С. Тургенева К. Д. Кавелину 26 февраля (10 марта) 1881 г. (15, П., т. 13, кн. 1, с. 68)). Русская история не предоставила «партии» «постепеновцев снизу» (15, т. 13, кн. 1, с. 68) шанса для реализации её программы. Но философско-социо-логическое и художественное наследие представителей течения демократического просветительства, Я. В. Абрамова в том числе, является феноменом отечественной интеллектуальной истории, который необычайно актуализируется в условиях современных исканий путей инновационного развития страны, социального, культурного и нравственного совершенствования и обновления России.

ЛИТЕРАТУРА

1. Абрамов Я. В. Гамлеты - пара на грош (Из записок лежебока) // Устои. - 1882. - № 12. - С. 53 - 80.

2. Абрамов Я. В. (Федосеевец). Ищущий правды // Отечественные записки. -1882. - Т. ССЬХК - № 5. - Отд. 1. - С. 33- 72.

3. Абрамов Я. В. Малые и великие дела //Книжки Недели: Ежемесячный литературный журнал. - 1896. - Июль. - С. 214-227.

4. Головко В. М. Идея исторической роли русской интеллигенции в теории эволюционизма второй половины XIX века (И. С. Тургенев и Л. А. Полонский) //Интеллигенция в России:

В. М. Головко

Я. В. Абрамов в истории русской общественной мысли

история и судьбы. - Ставрополь, 1999. -С. 3-18.

5. Жвания Д. Д. Полемика народников-реформистов с легальным марксистом П. Б. Струве //www.history.dux.ru/jvan07.htm.

6. Жвания Д. Д. В. П. Воронцов и И. И. Каблиц в освещении дооктябрьской историографии // http://www .history.dux.ru/jvan02.htm.

7. Зверев В. В. Эволюция народничества: теория «малых дел» // Отечественная история. -М, 1997. - № 4. - С. 86-94.

8. Тургенев И. С. в воспоминаниях современников: в 2 т. - М, 1983.

9. Кривенко С. Н. По поводу культурных одиночек // Русское богатство. - 1893. - № 12.

10. Кавелин К. Д. Чем нам быть? - СПб., 1875.

11. Малых дел теория // www.islam.ru/pressclub /analitika/dela/

12. Николсон П. Толерантность как моральный идеал // Толерантность: Вестник Уральского межрегионального института общественных отношений. - 2001. - Вып. 1. - С. 129-146.

13. Павлова Н. Г. Теоретические источники марксистской концепции интеллигенции // http://irbis.asu.ru/mmc/melnik/23.ru.shtml.

14. Салтыков-Щедрин М. Е. Собр. соч.: в 20 т. -М, 1965-1977.

15. Тургенев И. С. Полн. собр. соч. и писем: в 28 т. - Соч.: в 15 т.; Письма: в 13 т. - М.; Л., 1960-1968.

16. Успенский Г. И. Собрание сочинений: в 9 т. -Л., 1957. - Т. 9.

17. Фадеев Р. А. Русское общество в настоящем и будущем: «Чем нам быть?» - СПб., 1874.

18. Харламов В. И. Теория «малых дел» Юзова в оценке читателей-современников // Из истории общественно-политической мысли России XIX в. - М, 1990.

19. Чехов А. П. Полн. собр. соч.: в 30 т. - Сочинения: в 18 т. - Т. IX. -М, 1977.

20. Шаталов С. Е. Тургенев и наша современность // И. С. Тургенев в современном мире. -М., 1987. - С. 12-30.

21. Шелгунов Н. В. Очерки русской жизни. -СПб., 1895.

22. Южаков С. Н. //http://ru.wikipedia.org/

Об авторе

Головко Вячеслав Михайлович, ГОУ ВПО

«Ставропольский государственный университет», доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой истории русской и зарубежной литературы, теоретик, историк русской литературы и литературный критик. Автор 12 монографий и более 280 статей, опубликованных в академической, центральной, региональной и зарубежной научной печати. Действительный член Schopenhauer-Gesellschaft (Deutschland). Член Союза российских писателей и Литфонда РФ. Лауреат общероссийских и региональных литературных премий и профессиональных конкурсов. vmgolovko@ mail.ru