Features reports Egon Erwin Kish

Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева №4, том 2, 2016

УДК: 070:654

ББК: 76.01/031

Туманов Д.В., Баканов Р.П.

ОСОБЕННОСТИ РЕПОРТАЖА ЭГОНА ЭРВИНА КИША

Tumanov D. V., Bakanov R.P.

FEATURES REPORTS EGON ERWIN KISH

Ключевые слова: журналистика, художественно-аналитический репортаж, метод, оценка, Эгон Эрвин Киш, личный опыт, эффект присутствия, документализм, художественность, достоверность, Прага.

Keywords: journalism, artistic and analytical reporting, method, evaluation, Egon Erwin Kisch, personal experience, the effect of presence, documentalism, artistry, truthfulness, Prague.

Аннотация: авторы данной статьи изучили творческий метод работы одного из самых известных в мире в первой половине XX века журналистов-репортёров Эгона Эрвина Киша - основоположника художественно-аналитического репортажа. Только небольшая часть его творческого наследия в настоящее время переведена на русский язык и осмыслена в России. Все его репортажи обязательно включали личный опыт, а потому в них всегда ощущался эффект присутствия. Этот автор вступил в журналистику в период, когда в творчестве нарастало повышенное внимание к документу, к жизненной подлинности, к факту, взятому из сиюминутной действительности. Вымысел всё чаще казался беспомощным и неинтересным перед реальностью; возникла «литература факта», «киноправда», «жизнь врасплох». По мнению Киша, просто запротоколировать увиденное - поверхностно, пафосно и приближается к демагогии. Поднимая репортёра до уровня литератора, он подчёркивал, что репортаж обязательно должен быть верен научной и доказуемой правде, сочетаясь с высокой художественностью. Описание событий через детали, наглядность, обращение к статистике как документу, показ правды жизни - вот основные слагаемые творческого метода репортера Эгона Эрвина Киша.

Abstracts: the authors of this article have studied the creative method of creative of one of the most famous in the world in the first half of the XX century journalists and reporter Egon Erwin Kisch - the founder of the artistic and analytical reporting. Only a small part of its creative heritage translated into Russian and comprehended in Russia currently. All his reports necessarily include personal experience, but because they always felt the effect of presence. This author has entered into journalism when in the creative grew more attention to the document, to the life of authenticity, a fact taken from the immediate reality. Fiction seemed helpless and uninteresting to the reality increasingly; there was "literature of fact", "Kinoprav-da", "life guard". Kish thought, a documentary record what he has saw - superficial, pompous and close to demagoguery. Raising the reporter to the level of a writer, he thought the report must be true and scientifically demonstrable truth, combined with high artistry. Description of events through the details, visibility, access to statistics as a document showing the truth of life - these are the basic terms of the creative method Egon Erwin Kisch as a reporter.

Существующие в современных российских СМИ тенденции смешения жанров, сокращения объёмов публикаций, доминирования информационного подхода к освещению событий над аналитическим и тем более художественно-публицистическим осмыслением реальности в угоду сиюминутным интересам аудитории, на наш взгляд, вряд ли способствуют тому, что корреспонденты печатных и аудиовизуальных медиа полно и качественно репрезентируют факты и происходящие в современном обществе процессы. Наблюдаемая некоторыми исследователями журналистики [2, 7, 11, 12, 15] инфляция жанров - следствие увеличивающегося внимания редакций в сто-

рону контента, создаваемого обычными пользователями Интернета в социальных сетях. В погоне за оперативностью подачи информации корреспонденты часто обращаются к различным пабликам, блогам, страницам соцсетей отдельных людей. Создавать медийный контент - сегодня уже не привилегия, не способ самовыражения, не бонус и даже не что-то очень значимое, как всего несколько лет назад, - это обыденность. В связи с этим на первый план в редакциях выходят вопросы проверки полученных от обычных граждан сведений и привлекательной для аудитории подачи информации. Как написать так, чтобы тебя прочитали в первую очередь?

Думается, что на помощь в очередной раз может прийти классика. Нет сомнений, что без знакомства с лучшими произведениями отечественных и зарубежных авторов вряд ли можно подготовить умеющего ясно и образно излагать мысли журналиста. Обращение как начинающего, так и профессионального журналиста к классической литературе можно рассматривать в качестве мастер-класса по совершенствованию их творческих навыков.

Целью данной статьи является выявление и изучение особенностей репортажа одного из известнейших в мире в первой половине ХХ века чешского писателя и публициста, основоположника художественно-аналитичес-кого репортажа Эгона Эрвинга Киша.

Объектом исследования стало творчество Эгона Эрвина Киша, предметом - особенности его публикаций в жанре репортажа.

Эмпирической базой исследования стали переведённые на русский язык и изданные в СССР в виде отдельных сборников репортажи данного автора, всего 84 произведения. Большая часть из них увидела свет в сборнике «Приключения на пяти континентах», опубликованной в оригинале в 1935 году и увидевшей свет в СССР в 100-летию писателя в 1985 году [8]. В этот сборник также включены фрагменты таких его изданий, как: «Американский рай» (1930 г.), «Азия - совершенно преображённая» (1932 г.), «Рассказы об Испании» (1938 г.) и «Ярмарка сенсаций» (1942 г.). Помимо данной книги, авторы статьи изучали также его репортажи, собранные в изданные в нашей стране сборники «Три коровы» (1939 г.) [10] и «Репортажи» (1964 г.), почти целиком составленной из старых переводов [9]. Первая часть этого сборника даёт представление читателю об основных работах Э.Э. Киша. Во второй части тексты подобраны так, чтобы хотя бы фрагментарно показать развитие политических и художественных воззрений публициста. Здесь читатель может познакомиться с раздумьями Киша о репортаже, с тем, как он собирал материал для своих очерков и чего ему это порой стоило. Тексты расположены по хронологии их издания.

В ходе выполнения исследования авторы статьи применили следующие методы.

1. Биографический метод, с помощью которого были уточнены факты и детали творческой биографии Э.Э. Киша, а также выявлены примеры трансформации его профессиональных навыков и взглядов на жизнь и творчество в зависимости от нахождения в той или иной жизненной ситуации.

2. Структурный анализ публикаций

Э.Э. Киша, позволивший определить их композиционные особенности, а также наличие возможных стилистических приёмов привлечения внимания, способствующих быстрому восприятию их содержания аудиторией.

3. Содержательный анализ текстов Э.Э. Киша, с помощью которого авторы данной статьи смогли выявить проблемно-тематическое своеобразие его раннего и позднего творчества.

4. Лексико-стилистический анализ написанных в разные годы репортажей данного автора, с помощью которого мы установили авторскую подачу информации, а также приёмы работы с аудиторией, характерные для творчества Эгона Эрвина Киша: наличие / отсутствие средств художественной выразительности и других авторских приёмов привлечения и удержания внимания аудитории к описываемым в произведениях событиям, их авторской оценке, дальнейшему осмыслению, формированию образов героев.

5. Сравнительно-сопоставительный анализ творческих приёмов исследуемого автора: Киша «раннего» и «позднего» С помощью данного метода мы постарались установить изменения и трансформацию его творческих приёмов подачи информации, стилистики её изложения, а также совершенствование взглядов и отношения к описываемым фактам и явлениям в зависимости от постепенно приобретаемого автором жизненного опыта.

Судьба чешского писателя и публициста Эгона Эрвина Киша и уникальна, как у любого активно живущего человека, и типична, поскольку он шагал в ногу с веком в самом буквальном смысле этого слова.

«Именно потому, что в первой охоте за истиной истина от меня ускользнула, мне захотелось <...> гнаться за ней по пятам»1. Так он напишет о своём кредо, сделавшем его самым ярким репортёром первой половины XX века. Но, как это ни странно, критическая литература, посвящённая публицистике этого журналиста, до сих пор на русский язык не переведена. Да и биография его мало известна русскоязычной аудитории. В полной мере понять масштаб этой личности могут лишь те, кто владеют немецким или чешским языками. Между тем, исследователи его творчества отмечают, что до Киша литература фактически не знала даже самого понятия художественно-аналитический репортаж.

1 Киш Э.Э. Дебют на пожаре мельниц // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - С. 160.

Эгон Эрвин Киш родился 29 апреля 1885 года в тихом городке австро-венгерской провинции, а умер 31 марта 1948 года в столице социалистической Чехословакии. Но это одно и то же место - Прага.

Сын торговца сукном Эгон окончил реальное училище и почти сразу же занялся журналистикой. Он стал сотрудничать в газетах «Prager Tagblatt», «Bohemia», «Berliner Tagblatt». Рассказывая об этом времени, Киш писал: «Моя новая профессия сразу показалась мне детской игрой. Чего уж проще - сходить в полицию и на нашу биржу за новостями, потом записать всё это поскладнее, только и всего. Чем больше заковыристых выражений удастся ввернуть, тем больше шансов, что мои заметки сойдут за литературное произведение. Так я и работал - вплоть до той ночи, когда мне впервые пришлось попробовать свои силы в репортаже с места событий»1.

Репортёрские способности Киша сразу же были оценены по достоинству: его материалы стали перепечатываться в столичных газетах. На основе своей еженедельной рубрики «Пражские прогулки Киша» Киш издал сборник репортажей «Пражские улицы ночью», а его рубрика «Пражские новеллы» составила книгу «Пражские дети». Среди других сборников репортажей Киша того периода - «Пражские картинки», «Запрещённые заведения и другие картинки», «Приключения в Праге». Изучая жизнь города в её самых разнообразных проявлениях, Киш, как утверждают чешские исследователи его творчества, буквально внедрялся в живой организм Праги. Его репортёрский метод зачастую сродни авантюрным приключениям: он откликался на брачные объявления, жил в ночлежках, обедал в народных кухнях для бедных, исследовал тюремное кладбище, нанимался на уборку хмеля, посещал ночные заведения с сомнительной репутацией и общался с обитателями пражского «дна». Все его репортажи обязательно включали личный опыт, а потому в них всегда ощущался эффект присутствия.

В 1912 году в «Bohemia» опубликован материал Киша о забастовке трамвайщиков, в котором Киш впервые соединил художественный метод и строгое социологическое исследование, совершенствуя искусство социально-политического репортажа, делая его культурологически значимым. С тех пор этот метод постижения действительности и отражения его в публицистических материалах стал для Киша основным. Киш включал в сферу своего твор-

1 Там же. - С. 152.

чества культуру улиц, трактиров, злачных мест, делая их обитателей персонажами своих произведений. Трактиры и злачные места Праги того времени были средоточием демократической общественной и политической городской жизни, и потому в работах Киша, как в энциклопедии, отразилась вся пражская жизнь, полная суровых реалистических и натуралистических, художественных и романных сюжетов.

Солидная научная историческая база репортажей, с одной стороны, и газетная мимолетность публикаций, с другой стороны, превратили творческое наследие Киша в ценный исторический источник эпохи, связанный прежде всего с историей Праги.

Начало Первой мировой войны в чешских землях ознаменовалось отчаянными попытками германизации по крайней мере «фасада» общественной жизни (запрет чешских надписей и книг с патриотической тематикой, закрытие памятника Яну Гусу). Киш на время расстался с журналистикой, он мобилизован в австрийскую армию и участвовал в боях на сербском фронте. Там, по его признанию, он увидел изнутри то, «что было в сто крат важнее всего публикуемого прессой»2. Здесь он впервые осознаёт, что «высшими ценностями являются человек и его жизнь; ему, его бытию и сознанию и должна служить наша литерату-

ра»3.

В окопах Эгон сумел осознать ценность личного наблюдения, схваченного факта, запечатленного мига. Через деталь он учится видеть масштаб происходящего, через судьбу конкретного человека - строгую логику жизни, захваченной «врасплох». Самое страшное в произведениях Киша о войне - их бесстрастность, лаконизм и даже некоторая сухость в констатации фактов.

«Я веду патрульных в расположение соседней роты и спрашиваю ефрейтора, справляющего малую нужду в сторонке, где найти командира роты. Он тычет пальцем в нужном направлении.

Почти в ту же секунду земля встаёт дыбом, комья залепляют мне лицо, набиваются в рот. Вновь обретя зрение, я вижу на земле перед собой тело ефрейтора; из шеи фонтаном бьёт кровь. Снаряд снёс ему голову и зарылся в

2 Киш Э.Э. Репортёр становится солдатом // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - С. 176.

3 Киш Э.Э. Репортаж как форма искусства и форма борьбы // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М. Прогресс, 1985.- С. 318.

землю, не разорвавшись.

<...>

З-з-з-бум! - первый снаряд врезается в хозяйственную площадку; з-з-з-з-бум! - второй рвется уже ближе к нам; з-з-з-з-бум! - третий сносит с лица земли нашу уборную. Ждем четвёртого»1.

Записки, которые капрал Киш вёл в течение военных лет, послужили документальной основой сборника «Запиши это, Киш!» Так, например, дневниковая запись от 10 сентября 1914 года, сделанная в Дольнем Броде в Боснии, содержит подробное описание переправы через реку Дрину. Обезумевшие от страха люди мечутся по берегу, бросаются вплавь, в панике топят друг друга. Эти наблюдения вошли в очерк «Репортёр становится солдатом», где Киш воссоздает объёмную картину действительности через детали, которые видит человек на войне: светло-голубые глаза парня, отрывающего руки тонущего Киша от понтона так методично, словно лущит орехи; солдат, спасший ему жизнь, но отказавшийся угостить сигаретой; растекшиеся фиолетовым соусом по страничке записной книжки чернила.

Но вся эта апокалипсическая история -всего лишь крохотный эпизод в масштабах войны. Киш лаконично сообщает об этом читателю: «В военной сводке сообщается кратко и самоуверенно: "Наша южная армия усилила свои береговые позиции в устье Дрины". На самом же деле это выглядело так.» И далее крупным планом он воссоздает обстоятельства гибели тысяч человеческих жизней. Но даже когда свидетели трагедии воспроизводят эти обстоятельства, им не верят. «Сплошные выдумки, - заявил мой брат. - Ничего подобного в газетах не было»2.

Анри Барбюс так охарактеризовал творчество Эгона Эрвина Киша: «Он превратил репортаж в искусство непосредственного наблюдения, в картины и фрески, выхваченные из великой панорамы своей жизни, в полноценный литературный жанр3. В своих произведениях он сумел показать в единичном происшествии и его прошедшее, и будущее. При всей зримости и выпуклости отдельного события у Киша всегда ощущается закадровое пространство. В этот период Киш формируется как со-

1 Киш Э.Э. Репортёр становится солдатом // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - C. 178.

2 Там же. - С. 183.

3 Цит. по: Живов М.С. Мастер художественного слова // Киш Э.Э. Годы и люди: избранные рассказы и очерки / Сост. М. Живов. Пер. с нем. А. Ариан, В. Гуревич. - М.,: Госполитиздат, 1936. - С. 5.

циальный мыслитель.

В российских энциклопедиях идёт сухое перечисление дальнейшей биографии Киша: с 1917 года он работает в Штабе военной прессы в Вене, в 1918 году стал одним из руководителей нелегальных солдатских комитетов, командиром Красной гвардии в Вене, годом позже вступил в коммунистическую партию Австрии.

Между тем, именно в этот период формируется мировоззрение публициста.

К концу войны штат «Военной пресс-квартиры» насчитывал 890 человек, в её работе в разное время участвовали поэт и драматург австрийского декадентства Гуго фон Гофман-сталь, венгерский драматург Ференц Молнар, романист Роберт Музиль, художник-экспрессионист Оскар Кокошка, архитектор Оскар Ласке, киносценарист Лайош Биро. В «литературную группу» при Военном архиве входили Стефан Цвейг и Райнер Мария Рильке. Такой интерес военного руководства к деятелям культуры не случаен: создавалась система медиапропаганды, и требовались лучшие силы для работы в ней. Ставилась задача показать варварские бесчинства противника и героизировать смерть во имя родины.

Первая мировая война привела к расцвету пропагандистского плаката и карикатуры, представляющей противника в уничижающем и расчеловеченном виде. Именно тогда окончательно в западной пропаганде утвердился живучий образ агрессивного русского медведя, поглощающего Европу. Известна и австрийская карикатура, основанная на сходстве в немецком языке слов «русский» и «селёдка», где австрийский солдат упаковывает в бочки мёртвых «русских».

Киш оказывается в Штабе военной прессы после тяжёлого ранения на фронте в марте 1915 года и работает в качестве цензора печати. За время своего цензорства Киш знакомится с различными идеологическими течениями -пацифистами, анархистами, демократами. Он, на собственном опыте испытавший, по его словам, «какая пропасть лежит между днём на фронте, изображённым в газете, и днём, про-

4

житым в окопе» , лишь укрепляется в критическом отношении к власти. Вот почему в 1918 году Киш становится одним из руководителей нелегальных солдатских комитетов, командиром Красной гвардии в Вене и даже одним из основателей Коммунистической партии Ав-

4 Киш Э.Э. Репортёр становится солдатом // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - С. 179.

стрии.

Киш вступает в журналистику в период, когда в творчестве нарастает повышенное внимание к документу, к жизненной подлинности, к факту, взятому из сиюминутной действительности. Вымысел всё чаще кажется беспомощным и неинтересным перед реальностью; возникает «литература факта», «киноправда», «жизнь врасплох» и другие явления мощного и многообразного течения XX века - документа-лизма.

На 1920-е годы приходится расцвет журналистской деятельности Эгона Эрвина Киша. Хотя он и состоял в «Союзе пролетарско-революционных писателей», но отвергал примитивную роль журналиста только как агитатора. В эти годы он разрабатывает теорию репортажа, правда, не в строго научном смысле, а скорее как практик. Работы Киша, посвящён-ные журналистскому творчеству, публицистичны и образны. В статье «Сущность репортёра», написанной в 1918 году, Киш утверждает, что любое изучение жизненной среды есть репортаж1. Он не ставил себе научной цели сформулировать определение жанра и чётко обозначить его признаки, он полагал, что «репортёр - сочинитель баллад в прозе»2.

В речи на Конгрессе в защиту культуры в Париже в 1935 году, опубликованной под названием «Репортаж как форма искусства и форма борьбы», Киш подчёркивает, что недостаточно в удивляющей репортёра ситуации просто зафиксировать режущую глаза действительность. Всякий репортёр стремится, по словам Киша, лишь «предоставить <...> груде фактов говорить самой за себя»3, но в настоящем репортаже нужно «изобразить мрачный жизненный материал, подбирая краски и углы зрения так, чтобы получилось художественное произведение и в то же время обвинительный акт»4. Просто запротоколировать увиденное, по мнению Киша, - поверхностно, пафосно и приближается к демагогии. Поднимая репортёра до уровня литератора, Киш подчёркивал, что репортаж обязательно должен быть верен научной и доказуемой правде, сочетаясь с высокой художественностью.

Репортёр должен быть интеллектуально

1 Киш Э.Э.Сущность репортёра // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - С. 172-175.

2 Там же. - С. 173.

3 Киш Э.Э. Репортаж как форма искусства и форма борьбы // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М. Прогресс, 1985. - С. 318.

4 Там же.

и духовно развитым человеком, иначе даже в самых необычных жизненных обстоятельствах он не уловит важного, интересного и не сможет передать суть. А потому важнейшими для репортёра качествами Киш считал «логическую фантазию», дар анализа, обобщения, воображение и особую восприимчивость, чувствительность к увиденному.

Под «логической фантазией» публицист понимал способность репортёра так домыслить внешние связи между отдельными собранными им фактами, чтобы в результате получалась «кривая», соединяющая «точки» фактов плавно, но максимально близко к «ломаной линии», то есть к действительности. Факты репортёру приходится домысливать, потому что, как пишет Киш, «из осмотра места действия или происшествия, из подхваченных на лету слов участников <...> никогда не складывается безупречно точная и полная картина события»5.

Репортаж для Киша - отчёт о фактах, который публицистически выделяет в текущих событиях неповторимое, со всеми его своеобразными особенностями, и критически воспроизводит современность в её актуальных проявлениях. Репортёр-очеркист, по его мнению, -не просто наблюдатель, он - борец. И в этом смысле он больше, чем хроникёр, он выполняет квалифицированную подготовительную работу для будущего историка.

В 1923 году Киш составил антологию «Классическая журналистика», в которую вошли произведения 150 авторов от древнейших времён до начала ХХ века. В этой антологии он изложил своё видение журналистики: «Конечно, факт - это лишь компас репортёра. Отправляясь в путешествие, репортёр нуждается в подзорной трубе - логической фантазии. Потому что с помощью исследования места события, рассказов участников и свидетелей события и высказываемых при этом предположений никогда нельзя получить целостную картину положения вещей. Репортёр должен сам воссоздавать ход события и переходы от причин к следствиям, следя лишь за тем, чтобы линия его поведения ни на волос не отклонялась от известных ему фактов»6. Кроме того, Киш считал своей репортёрской обязанностью способность прогнозировать тенденции, делать выводы на основе фактов. В европейской журналистике именно за этот талант он и был при-

5 Киш Э.Э.Сущность репортёра // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - C. 173.

6 Klassischer Journalismus. Die Meisterwerke der der Zeitung, gesammelt und herausgegeben von Egon Erwin Kisch. - Berlin: R. Kaemmerer, 1923. - P. 15.

знан основоположником аналитического репортажа.

Когда весной 1926 года Киш побывал в Государственном институте журналистики в Москве, он вновь говорил о необходимости специальной подготовки репортёра: «Я побывал во многих европейских школах журналистики. Лучшей из них считаю лейпцигскую. Слушатели её являются в школу два-три раза в неделю на короткий срок, чтобы выслушать лекцию по истории, организации и технике прессы, выполнить практическое задание. Остальное время они заняты личными и служебными делами. И я был очень обрадован тем, что нашёл, наконец, здесь в Москве специальное учебное заведение, студенты которого в течение всего срока обучения заняты исключительно учебной и общественной рабо-той»1. Киш готов был делиться своими практическими наработками создания публицистического текста и даже в 1931 году преподавал журналистику в Харьковском университете.

Однако несмотря на то, что в 1930-е годы некоторые из произведений Эрвина Эгона Киша переводились на русский язык, его революционная «методология репортажа» советской журналистикой была принята не сразу. Скорее всего, оттого, что в советской периодике тех лет ежедневный поиск сенсаций считался неприемлемым.

А вот в Германии главная журналистская премия названа в его честь - «Egon-Erwin-Kisch-Preis». Этот приз - оценка работы журналиста, для которого не существует запрещённых мест и секретов.

В результате его нескольких поездок в Россию в 1925-1931 годах вышли сборники статей «Цари, попы, большевики» и «Азия основательно изменилась», где он раскрывает тёмную сторону советского коммунизма: преследования Русской Православной Церкви, исправительно-трудовые лагеря, голод. «Красная империя» (такое название у первой книги было в процессе создания) предстаёт как взрыв контрастов - по наблюдениям Киша, восторги по поводу коммунистической идеологии соседствуют у большинства россиян с лояльным отношением к старому режиму.

В 1928-1929 годах Киш под чужим именем путешествовал по США, чтобы рассказать об Америке в канун Великой депрессии. Книга называлась претенциозно: «Эгон Эрвин Киш имеет честь представить вам американский рай».

1 Таловов В.П. Журналистское образование в СССР. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1990. - С. 32-33.

Специфической особенностью его репортажей стало обращение к статистике как к неопровержимому документу. Так, рассказывая о потогонной системе на предприятиях Генри Форда, Киш пишет: «Если рабочий получает увечье, то ему оказывают медицинскую помощь, и он тотчас же опять становится на работу. Если он сломал правую руку, то ему дают такую работу, при которой нужна только левая рука: он становится одним из многочисленных substandard-men. 3 595 отдельных манипуляций (всего их на заводе Форда 7 882) могут быть выполнены рабочими с пониженной трудоспособностью: 670 манипуляций могут выполнять безногие, 2637 - одноногие, 2 - безрукие, 715 -однорукие и 10 - слепые. Рабочие по металлу продолжают свою работу даже в больнице: над кроватью черная затянутая клеенкой доска изображает станок, пациенты на ней прикрепляют шурупы к болтам. <...> Ни одна секунда рабочего времени не теряется понапрасну, день и ночь бежит лента конвейера, в которую как бы вплетены люди»2.

Один из последователей Киша немецкий публицист Теодор Балк образно охарактеризовал творческую манеру Эгона-репортера того периода: «Он вдохнул жизнь в точные цифры, сделал осязаемым всё страдание и всю нищету, всю роскошь и всё мотовство»3.

В ноябре 1934 года в Мельбурне, где должен был состояться антифашистский конгресс, ему не разрешили даже сойти на берег с корабля, применив «Акт 1901 об ограничении иммиграции», дававший право устраивать въезжающим диктант по любому из европейских языков. Поскольку Киш был полиглотом, ему предложили диктант по кельтскому языку, давно вышедшему из употребления. Возмутившись произволом, он самовольно прыгнул с борта корабля на дебаркадер, сломал ногу и оказался в австралийской больнице. Власти за нарушение иммиграционных законов арестовали Киша. Тот подал в суд и выиграл дело, так как язык, по которому его экзаменовали, не был разговорным европейским языком.

Австралия в произведениях Киша - отнюдь не экзотика. Очерк о непривычных для европейца животных в австралийском зоопарке, он назвал «Об акулах, а также о другом,

2 Киш Э.Э. У Форда в Детройте // История зарубежной журналистики. 1800-1929: Учебно-методический комплект (учебное пособие, хрестоматия) / Г.В. Прутцков; Под ред. Я.Н. Засурского. - М.: Аспект Пресс, 2010. - С. 381, 383.

3 Balk T. Egon Erwin Kisch and His Reportage: On the 50th Year of a Noted Revolutionary Reporter. -Internationale Literature, 1935. - P. 215.

частью допотопном, зверье». Акула - кровожадное и опасное существо - оказывается ещё не самым страшным зверьём в этом мире.

«Джеймс Смит, владелец бильярдной в Сиднее, бывший уголовник, сказал 8 апреля своей жене: "Я иду с приятелем удить рыбу". Затем он вышел из дому и больше не возвращался.

Спустя десять дней у Куги-Бич была поймана полосатая акула длиной четыре с половиной метра и доставлена в аквариум. <...> Она носилась по бассейну с неописуемой быстротой, яростно била воду хвостом, подпрыгивала, <...> вдруг поднялась на дыбы и извергла, к всеобщему ужасу, человеческую руку с глубоко врезавшейся в тело верёвкой.

Пониже локтя были вытатуированы два стоящих против друг друга боксёра, но это ничего не говорило о владельце руки. Лишь когда полиция натянула кожу руки и сняла отпечатки пальцев, она установила: рука принадлежит пропавшему без вести владельцу бильярдной Джеймсу Смиту.

<...>

Но в какое время, каким образом, где и почему был убит Джеймс Смит? Увидел ли Смит, когда он, связанный, опускался на морское дно, акулу и пожаловался ли ей на то, что убит... Если так, то следует признать, что акула добросовестно дала делу ход. <.>

Нет, в отличие от шиллеровских баллад наша не кончается торжеством справедливости. Она завершается, наоборот, параграфом английского уложения о наказаниях, согласно которому процесс об убийстве не может состояться до тех пор, пока не найдено тело убитого. И как ни верти, рука - это ещё не тело. Напрасно полосатая акула пыталась привлечь к себе внимание столь драматическим способом <...>. Рука, взывающая о мщении, не привлекла мстящую руку»1.

Обратите внимание на то, как подробен рассказ Киша, как много деталей и уточняющих предложений в его репортажах. Так почти кинематографическими методами создается достоверность истории.

В 1920-е - начале 1930-х годов Киш много путешествовал по миру, публикуя результаты своих поездок в публицистических сборниках. Именно тогда за ним закрепилось прозвище «неистовый репортёр». Так называлась культовая для последующих поколений репор-

1 Киш Э.Э. Об акулах, а также о другом, частью допотопном, зверье // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. -М.: Прогресс, 1985. - С. 62-64.

теров книга Эгона Эрвина Киша 1924 года -«Неистовый репортёр», сборник репортажей из разных уголков Европы. Ему присущи ироничность, резкость и особая экспрессивность.

Прочтем ещё один фрагмент из его репортажа: «Он цепенеет. Не сверкнуло ли там что-то красное?

Красного он на дух не выносит. "Красными тряпками вечно размахивают те, кому не по нутру, что нам хорошо живётся. Спят и видят, как бы запрячь нас и заставить навоз возить. Да только мы не волы, чтобы гнуть шею под ярмом, и не убойный скот, чтобы подставлять её под нож мясника. На то есть другие, мы же - раса господ, мы - благородных кровей."

<...> Бешеный бросок. <...> И все - "кто в восторге, а кто страшится" - бросаются наутёк, едва к ним приблизишься. "Ну, чем не социал-демократы, - хрипит сеньор Н. - Сперва нагло размахивают красным, а чуть что - де-

ру"»2.

Это Киш описывает испанскую корриду глазами быка, названного им сеньором Н.

«Поскольку сеньор Н. с неожиданной силой, громоподобным рёвом и клочьями пены на морде бросается прямо на матадора, так что земля дрожит под его копытами, матадор всё же приканчивает его»3.

Для Киша это логичное завершение жизни всякого, кому не по нраву красный флаг.

Любое описываемое явление Киш ставит в неожиданный контекст, придавая ему символические черты. Так, например, в очерке «Шестидневные гонки», посвящённом велоспорту, при описании состязания перед читателем возникает страшный, уродливый, бессмысленный мир.

«Шесть дней и шесть ночей тринадцать ездоков не глядят ни вправо, ни влево, а только прямо перед собой; они рвутся вперед, а между тем они всё на том же месте, всё на том же овале беговой дорожки, на продольных её сторонах или на почти перпендикулярных кривых её поворотов. <...> Смертельно серьёзная, убийственная карусель. <... >

Мерно вращается земля, чтобы улавливать свет солнца, мерно вращается луна, чтобы быть ночником земли, мерно вращаются колёса, производя ценности, только человек бессмысленно вертится, неравномерно ускоряя свой бег по произвольной, совершенно произвольной эклиптике, впустую, целых шесть

2 Киш Э.Э. Бык и его противники // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985. - С. 70-71.

3 Там же. - С. 75.

дней и шесть ночей. <...> Разве беда, что голландец-фермер во вторую ночь слетел крутой параболой с велосипеда прямо в публику? Нет, это просто "аут". Разве что-нибудь меняется от того, что Тиц падает замертво? Нет, ничего не меняется. Если кто-нибудь убьётся насмерть, какое тебе до этого дело? Что ж, случайность. <...>

Зрители уже не сдвинутся с места, безразлично, получили ли они отпуск у начальника, сказались ли на службе больными, заперли ли свои лавки, предоставили ли заместителям распутывать дела, пропустят ли назначенное клиенту свидание. Только в виде исключения бывает, что их удовольствие прерывается до срока, как случилось, например, со спортолю-бивым господином Вильгельмом Ганке из дома № 139 по Шенхаузер-штрассе. На третий день гонок упомянутый герольд возвестил в мегафон направо, налево, направо, налево, семитысячной толпе зрителей:

- Господину Вильгельму Ганке, с Шен-хаузер-штрассе, 139, надо идти домой: его жена скончалась»1.

Национал-социалистическая рабочая партия Германии пришла к власти с молниеносной быстротой. Если на выборах в Рейхстаг 1924 года она получила лишь 3 процента голосов, то на выборах 1932 года нацисты завоевали уже 33 процента голосов, оставив позади все остальные партии. 30 января 1933 года президент Германии Пауль фон Гинденбург назначил рейхканцлером (главой правительства) Германии Адольфа Гитлера.

27 февраля, менее чем через месяц после назначения Гитлера, произошёл пожар в здании парламента. Официальная версия случившегося гласила, что в этом виноват голландский коммунист Маринус ван дер Люббе, схваченный во время тушения пожара. Гитлер объявил о заговоре Коммунистической партии с целью захвата власти.

Через несколько часов после поджога Рейхстага коммунист Эгон Эрвин Киш был арестован гестаповцами в своей берлинской квартире на Гюнцельштрассе. Ещё нераспроданный тираж его книг был брошен в костер, сам автор попал в тюрьму. Об этом он напишет в репортаже «В казематах Шпандау». Только иноземное подданство и всемирная известность спасли Киша от верной гибели. По за-

1 Киш Э.Э. Шестидневные гонки // История зарубежной журналистики. 1800-1929: Учебно-методический комплект (учебное пособие, хрестоматия) / Г.В. Прутцков; Под ред. Я.Н. Засурского. - М.: Аспект Пресс, 2010. - С. 385-388.

просу чешского Министерства иностранных дел он был выслан в Прагу, откуда вскоре переехал в Париж.

В Париже собрались тогда многие немецкие антифашисты-эмигранты. Киш активно участвовал в работе «Союза пролетарских революционных писателей». Он отредактировал тайно пересылаемый в Германию журнал «Der Schriftsteller» и еженедельник «Der Gegenangriff» - «Контратака». Название этого еженедельника обыгрывало антифашистскую направленность издания: «Der Angriff» - «Атака» - так называлась газета, созданная гауляй-тером Берлина Йозефом Гёббельсом, которая нужна была ему в качестве личной трибуны как рейхсляйтера по вопросам партийной пропаганды.

В 1936 году по предложению Вильгельма Пика после детального обсуждения был выработан и опубликован так называемый «Призыв к борьбе за свободу, за хлеб и за мир». Впервые под документом, призывавшим к совместной борьбе против Гитлера, стояли подписи видных социал-демократических деятелей, таких, как Рудольф Брейтшейд и Тони Зендер, руководящих деятелей коммунистической партии, таких, как Вильгельм Пик и Вальтер Ульбрихт и представителей прогрессивной литературы, науки и искусства, таких, как Лион Фейхтвангер и Генрих Манн. Свою подпись под этим документом поставил и Эгон Эрвин Киш.

В Париже Киш читал лекции молодым журналистам, устраивал экскурсии по Версальскому дворцу, выпустил «Рассказы о семи гетто» об истории евреев от Тридцатилетней до Второй мировой войны и сборник «Вход воспрещён», за материалом для которого он ездил в Бельгию, Голландию и сражался в составе Интернациональной бригады в гражданской войне в Испании против режима Франко.

В репортажах этого периода он остался верен своей методике выпуклого показа деталей, использованию статистических данных и проведения аналогий, чтобы читатель мог явственнее ощутить масштаб описываемых событий. Так, например, воссоздавая картину военного Мадрида, Киш пишет: «Многочисленно было твое семейство, Мадрид, и обширно его жилище. Ты владел двадцатью тысячами домов, и в каждом ты поселил несколько десятков своих детей. Около двухсот тысяч авиабомб обрушилось на тебя с ноября прошлого года. И если бы каждый снаряд (способный унести сотни жизней) убил всего лишь пятерых, ни одного из твоих детей не осталось бы в живых. И если бы каждая десятая авиабомба

(способная превратить в дым и пепел целый квартал) уничтожила хотя бы один дом, от жилища твоего, Мадрид, ничего бы не осталось.

<...>

Если бы все превращённые в руины дома Мадрида поставить рядом, то получился бы город, по величине и числу жителей равный Ганноверу. И вот этот Ганновер целиком разрушен. Но для Мадрида, который по величине равен Гамбургу, эти раны ещё не смертельны, и город продолжает жить своею жизнью с её буднями и праздниками»1.

Создаваемые им образные картины очень эмоциональны. Так в годы Второй мировой войны будут писаться репортажи и Константина Симонова, и Бориса Горбатова, и Ильи Эренбурга. Вот когда уроки Эгона Эрвина Киша окажутся востребованными в России.

Всего лишь три предложения, а апокалипсическая картина войны оказывается завершённой: «Улыбка стёрта с твоего изуродованного лица, Мадрид. Твои светлые одежды темны от крови, изорваны в клочья, под ними нарывы и струпья. Внутренности вывалены из твоего чрева»2.

После разгрома испанских коммунистов Киш вернулся в Париж. Начало Второй мировой войны застало его во Франции. В октябре 1940 года он перебрался через Нью-Йорк в Мексику. Пять с половиной лет он прожил на американском материке.

Книга «Открытия в Мексике» - чуть ли не единственное его сочинение, на страницы которого прорываются возвышенно-скорбные раздумья. Так выразилась его тоска по родине. В невероятной смеси тем и стилей, в нарушении всяческих журналистских канонов, в «моментальных снимках» мексиканских городов и развалин цивилизации майя, восхождениях к вулканам и обращении к историческим персонажам и мифам возникает образ неведомой европейцам страны.

Киш пародирует в книге не только университетский лекционный стиль, повествуя о культурной истории кактуса, но и иронически представляет журналистский труд, задавая нарочито-глубокомысленный тон в интервью с пирамидами. Рассказывая о традициях, он на полном серьёзе описывает используемый индейцами очень оригинальный метод лечения: «Ужаленный скорпионом должен плясать, чтобы вылечиться. В Сан-Мигель де Альенде -

1 Киш Э.Э. Дома и дворцы Мадрида // Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой.- М.: Прогресс, 1985. - С. 76, 78.

2 Там же. - С. 76.

городе, где так много дворцов в колониальном стиле, группа музыкантов - мариачи - специализируется только на этих плясках, исполняя песни, мексиканские варианты тарантеллы. Один из этих музыкантов, с которым я познакомился, рассказывал, что их приглашают играть довольно часто, и не дольше чем два дня назад они целых шесть часов играли тарантеллу для девушки, укушенной чёрным алакра-ном. Девушка без перерыва танцевала, обливаясь потом, до изнеможения, пока не упала. И уже на другой день была здорова»3.

Темой для его репортажа становится любой сюжет, встреченный им на своём пути. Вот, например, рынок, где продают черепах: «их привозят сюда с островов близ Ямайки, один из них Isla de las Tortugas4, в своё время служил убежищем морским разбойникам - сюда они привозили награбленное, здесь делили добычу, вербовали пополнение, отдыхали и развлекались.

<...>

Расскажите, черепахи, что вы знаете о пиратах?» - внезапно задаёт свой вопрос Киш. - Расскажите мне о пиратах, друзьях моего детства, чьи следы я неожиданно отыскал здесь»5.

Ностальгия по ушедшим временам становится главным сюжетом публицистических произведений Эгона Эрвина Киша.

«Я снова смотрю на прилавок - там по-прежнему стучат черепашьи сердца. <...>

Наверное, чем дольше живет существо, тем

6

труднее его сердце расстается с жизнью» .

Тогда же Киш начал писать книгу «Ярмарка сенсаций», вызванную к жизни страхом смерти в изгнании. Он вспоминал о своём детстве и юности, анализировал своё журналистское творчество, пытался подвести предварительные итоги жизни. И, конечно же, размышлял о нацистском режиме, который создавал новую немецкую культуру.

После окончания Второй мировой войны Киш вернулся в Чехословакию по приглашению Коммунистической партии страны на её съезд. Он очень хотел написать книгу о новой Чехословакии, но его здоровье быстро ухудшается. Последний труд публициста - очерк «Карл Маркс в Карлсбаде» - не успел увидеть свет при жизни автора. Эгон Эрвин Киш умер,

3 Kisch E.E. Entdeckungen in Mexiko. - Mexico: El Libro Libre, 1945. - P. 112.

4 Остров черепах

5 Город и морские разбойники // Киш Э.Э. Приключения на пяти континентах / Пер. с нем., предисловие М. Зоркой. - М.: Прогресс, 1985.- C. 105.

6 Там же. - С. 104.

не дожив всего лишь одного месяца до своего 63-летия.

Его творческое наследие ещё ждёт своего российского исследователя, ещё далеко не все произведения великого чешского публициста

переведены на русский язык, ещё не освоены его уроки мастерства, открытый им художественно-аналитический репортаж не вошёл в стройную систему жанров российской публицистики.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Баканов, Р.П. Основы журналистской деятельности: новостная журналистика: учеб.-метод. пособие. - 2-е изд.: перераб. и доп. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2015. - 116 с.

2. Баканов, Р.П., Симкачёва M^., Туманов Д.В. Журналистика для начинающих: учеб. пособие. - 3-е издание, перераб. и доп. - M.: Аспект Пресс, 2016. - 256 с.

3. Баканов, Р.П. Приемы работы на аудиторию в творчестве телевизионных критиков «Комсомольской правды» и «Труда» II Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. - 2016. - №3, том 1. - С. 97-115.

4. Живов, M.G Mастер художественного слова II Киш Э.Э. Годы и люди: избранные рассказы и очерки I сост. M. Живов; пер. с нем. А. Ариан, В. Гуревич. - M.: Госполитиздат, 1936. - С. 5-26.

5. История зарубежной журналистики. 1800-1929: учебно-методический комплект (учебное пособие, хрестоматия) I Г.В. Прутцков; под ред. Я.Н. Засурского. - M.: Аспект Пресс, 2010. - 416 с.

6. Ким, M.H Репортаж: технология жанра. - СПб.: Изд-во Mихайлова В.А., 2005. - 221 с.

7. Ким, MÄ Новостная журналистика: базовый курс: учебник. - СПб.: Изд-во Mихайлова В.А., 2005. - 349 с.

8. Ким, MÄ Журналистика: методология профессионального творчества. - СПб.: Изд-во M^ хайлова В.А., 2004. - 495 с.

9. Киш, Э.Э. Приключения на пяти континентах I пер. с нем., предисловие M. Зоркой. - M.: Прогресс, 1985. - 352 с.

10. Киш, Э.Э. Репортажи. - M.: Изд-во Mоск. ун-та, 1964.

11. Киш, Э.Э. Три коровы. - M.: Военное издательство Наркомата обороны СССР, 1939.

12. Колесниченко, А.В. Практическая журналистика: 15 мастер-классов. - M.: Аспект Пресс, 2016. - 112 с.

13. Лазутина, Г.В., Распопова С.С. Жанры журналистского творчества. - M.: Аспект Пресс, 2011. - 320 с.

14. Лонская, А. Репортаж: от идеи до гонорара. - M.: Аспект Пресс, 2015. - 334 с.

15. Таловов, В.П. Журналистское образование в СССР. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1990. - 58 с.

16. Тертычный, А.А. Аналитическая журналистика. - 2-е изд., испр. и доп. - M.: Аспект Пресс, 2013. - 352 с.

17. Туманов, Д.В. Творим Золотым пером: Mастер-класс для начинающих журналистов. - Казань: Отечество, 2000. - 284 с.

18. Шостак, M.R Работа репортера. - M.: ИMПЭ, 2007. - 52 с.

19. Balk, T. Egon Erwin Kisch and His Reportage: On the 50th Year of a Noted Revolutionary Reporter. - Internationale Literature, 1935. - 670 p.

20. Kisch, E.E. Entdeckungen in Mexiko. - Mexico: El Libro Libre, 1945. - 293 p.

21. Klassischer Journalismus. Die Meisterwerke der Zeitung, gesammelt und herausgegeben von Egon Erwin Kisch. - Berlin: R. Kaemmerer, 1923. - 763 p.