Россия, Турция и Иран нашли работу для ООН в Сирии

Внеочередная, уже третья за полтора месяца встреча министров иностранных дел РФ, Ирана и Турции, посвященная ситуации в Сирии, прошла в Москве. Главы МИДов впервые получили шанс поговорить «на троих» после ударов США и их союзников по Сирии. И разговор обещал быть непростым, с учетом того, что Анкара эти удары поддержала. Темой встречи была заявлена подготовка к девятому раунду переговоров в Астане. Однако практически вся пресс-конференция по итогам переговоров стала своеобразным ответом спецпосланнику генсека ООН по Сирии Стаффану де Мистуре, который заявил несколько дней назад, что форматы «Астаны» и «Сочи» себя исчерпали. С такой постановкой вопроса не согласились ни в Москве, ни в Анкаре, ни в Тегеране. Сергей Лавров рассказал ООН, чем организация должна заняться для продвижения мирного урегулирования в Сирии вместо «странных» политических заявлений.

В ходе состоявшихся в субботу переговоров главы внешнеполитических ведомств России, Турции и Ирана Сергей Лавров, Мевлют Чавушоглу и Мохаммад Джавад Зариф приняли очередное совместное заявление и договорились, как сказал российский министр, «о конкретных шагах, которые все три наши страны и коллективно, и индивидуально будут предпринимать» для реализации резолюции СБ ООН 2254 по урегулированию в Сирии. О каких шагах речь, которые в начале переговоров анонсировались как «новые меры», во время пресс-конференции министры не рассказали.

Субботняя встреча стала третьей за последние полтора месяца. Ей предшествовали двусторонние российско-турецкие и российско-иранские переговоры. На тех и других стороны говорили о крепости связей, подчеркивали частоту встреч на разных уровнях и старались избежать острых тем, по крайней мере на публике.

«Мы согласились провести эту внеочередную встречу на уровне министров иностранных дел астанинского процесса, чтобы обсудить весьма непростую, скажем прямо, сложную ситуацию, которая складывается в Сирии и вокруг нее»,— сказал глава Сергей Лавров, открывая переговоры.

Москве было важно согласовать «коллективные меры» для достижения мира в Сирии в «очень сложных условиях».

Сергей Лавров подчеркнул, что «мир в Сирии, как показывают события последних недель, наверное, нужен не всем». «Каждый раз, как в сирийском урегулировании появляется надежда, по ней, по надежде, наносится удар»,— сказал он.

К упомянутым событиям можно отнести удар, который нанесли по Сирии 14 апреля США, Франция и Великобритания. А также усилия этих стран по выработке альтернативных планов по урегулированию в Сирии, исключающие из этого процесса Россию и Иран.

Также неожиданными для Москвы и ее партнеров стали заявления спецпосланника ООН по Сирии Стаффана де Мистуры. Будучи в Брюсселе на донорской конференции по Сирии, он заявил радиостанции BBC Radio 4 Today, что «инициативы под эгидой России достигли своего предела», отметив, что формат «Астаны» включает в себя только трех переговорщиков — Россию, Турцию и Иран, и их действия привели к эскалации, а не деэскалации конфликта. «Сочи» же так и не привело, по словам господина де Мистуры, к формированию комитета по разработке сирийской конституции, как предполагалось.

На это заявление очень жестко ответил в субботу глава МИД РФ Сергей Лавров. «У меня есть что сказать по этой теме»,— сказал он журналистам на просьбу прокомментировать слова спецпосланника ООН. Российский министр напомнил, что ООН с самого начала была приглашена к участию в переговорах в Астане и сам спецпосланник либо его заместитель участвовали во всех раундах переговоров.

ООН может многое сделать, чтобы «астанинский процесс развивался по всем направлениям эффективно», подчеркнул российский министр и фактически составил для ООН план работы.

Первое направление — зоны деэскалации. Министр пообещал, что борьба с террористами в Сирии «будет абсолютно бескомпромиссной», где бы они ни скрывались. «Отряды вооруженной оппозиции, которые являются патриотически настроенными, которые хотят мира своей стране, должны незамедлительно отмежеваться от террористов, изгнать их из этих зон деэскалации»,— отметил Сергей Лавров. Он подчеркнул, что ООН, которая имеет контакты со всеми основными вооруженными группировками и основными политическими силами сирийской оппозиции, а также теми, кто направляет их работу, могла бы донести до них четкую мысль — «не надо путаться с террористами, не надо создавать с ними некие, пусть даже ситуативные союзы и альянсы». Российский министр при этом тактично не упомянул, что часть вооруженных группировок активно сотрудничает с Анкарой и некоторые из их лидеров находятся на территории Турции.

Второе направление, по мнению министра, где ООН могла бы приложить свои усилия,— гуманитарное. «Мы призываем ООН, чтобы она избегала давления на себя с целью политизировать гуманитарные поставки, гуманитарную помощь. И ООН, конечно, не имеет права подыгрывать тем, кто заявляет, что помощь будет оказываться только тем районам, которые находятся под контролем оппозиции»,— подчеркнул Сергей Лавров.

В заключение министр еще раз выразил удивлением словам господина де Мистуры. «Бывает немножко странно, когда на него пытаются воздействовать, чтобы он выступал с критикой астанинского процесса и результатов сочинского конгресса»,— сказал он. По его словам, «сочинская декларация — главное подспорье, которое есть у де Мистуры, чтобы он успешно выполнил мандат, заложенный резолюцией 2254 по Сирии». И, как бы отвечая господину де Мистуре, что конституционный комитет до сих пор не сформирован, министр констатировал попытки помешать его формированию, как и «попытки помешать налаживанию диалога между сирийцами».

В совместном заявлении Россия, Турция и Иран условились чаще проводить совместные консультации высоких представителей с генсекретарем ООН и его спецпосланником по Сирии с целью способствовать запуску работы Конституционного комитета.

В противовес тем, кто считает астанинский формат исчерпавшим себя, три министра подтвердили планы провести 9-й раунд переговоров в Астане в середине мая. Также они объявили, что параллельно в Астане состоится заседание рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести.

Кто из сирийцев приглашен в Астану, министры не сообщили, однако рабочая группа предполагает участие вооруженной оппозиции. В то же время в ходе переговоров в Москве глава МИД РФ Сергей Лавров в очередной раз подчеркнул, что участники астанинского формата считают «деструктивными» некоторые заявления отдельных представителей внешней оппозиции о предварительных условиях для переговоров в любых форматах. Среди них — требования смены режима и предания руководителей Сирии суду как военных преступников. «Такие походы не только противоречат сути и букве резолюции Совета Безопасности ООН 2254, но и откровенно направлены на то, чтобы максимально осложнить работу по возобновлению переговорного процесса с учетом тех прорывных итогов, которые были достигнуты на сочинском Конгрессе сирийского национального диалога»,— сказал Сергей Лавров.

Со своей стороны Мохаммад Джавад Зариф подчеркнул, что «Астана» — это «единственный процесс, который смог принести чуть-чуть спокойствия Сирии, и это единственный процесс, который при участии ООН может привести ситуацию к справедливому миру».

В том же духе про «Астану» высказался и Мевлют Чавушоглу. «Это единственная эффективная международная инициатива»,— указал он. Его заявлений журналисты, да и российский и иранский министры ожидали с особым интересом, с учетом поддержки Анкарой ударов по Сирии и заявлений со стороны США и ЕС о необходимости сблизить позиции с Турцией и оторвать ее от России и Ирана. Но пока Турция остается верна партнерству с Россией и Ираном.

Господин Чавушоглу не оставил без комментария «усилия по изоляции» астанинского формата. «Считаем, что это абсолютно никак не соотносится с понятиями справедливости»,— сказал он и подчеркнул, что работа в трехстороннем формате будет продолжена. На фоне этих слов мерк особый взгляд Турции по ударам США, а также ее видение ситуации на севере Сирии, в первую очередь относительно будущего курдской партии «Демократический союз», которую в Анкаре называют террористической и продолжают с ней активно бороться. Тогда как Москва и Тегеран считают, пусть и не произнося это вслух, террористами некоторые отряды вооруженной оппозиции, близкие Турции. Зато «астанинская тройка» пока нерушима.

«Иран, Турция и Россия во всех своих действиях, при всех нюансах в наших подходах (мы их не скрываем) ориентируются на то, чтобы помочь найти конкретные пути урегулирования, помочь самим сирийцам договориться о национальном примирении, о том, как возвращать свою страну к мирной жизни и сделать это в рамках принципов, заложенных в Уставе ООН»,— заключил Сергей Лавров.