Роль геолого-геоморфологических и климатических условий Андийского хребта в формировании растительного покрова

УДК 581.9:911.2

РОЛЬ ГЕОЛОГО-ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКИХ И КЛИМАТИЧЕСКИХУСЛОВИЙ АНДИЙСКОГО ХРЕБТА В ФОРМИРОВАНИИ РАСТИТЕЛЬНОГО ПОКРОВА

© 2011 Джамалдинова М.А., Теймуров А.А.

Дагестанский государственный университет

В статье рассмотрены некоторые геологические, геоморфологические и климатические особенности Андийского хребта, определяющие флористические и геоботаническиеразличия растительного покрова его южных и северных макросклонов.

The authors of the article consider some geological, geomorphological and climatic features of the Andian ridge defining floristic and geobotanical distinctions of the vegetation cover of its southern and northern macroslopes.

Ключевые слова: Андийский хребет, геология, геоморфология, климат, растительный покров, границы флор.

Keywords: Andian ridge, geology, geomorphology, climate, vegetation cover, borders of florae.

Орографическая система Андийского хребта, хоть и имеет относительно небольшую протяженность (около 60 км в длину), в силу своего субширотного расположения выполняет несколько барьерных функций. В гидрологическом отношении он представляет собой водораздел между бассейнами крупнейших рек Северного Кавказа -Терека и Сулака. В климатическом плане создает эффект «дождевой тени» в

прилегающих аридных котловинах Дагестана (табл. 1). В ботанико-

географическом аспекте, по Н. И. Кузнецову [1], к югу от хребта располагается провинция ксерофитов Внутреннего Дагестана (Х.Б.), к северу -Терская (лесная) провинция (8.Т.), а гребневая часть хребта отнесена к Альпийской провинции Восточного Кавказа (А.О.).

Таблица 1

Климатическая характеристика северных и южных склоновАндийского хребта

Климатические данные Северный склон

Сумма температур выше 10°С 2 о О о 3131°

Средняя годовая температура 8,4° 9,9°

Средняя температура января -4,0° -2,9

Средняя температура июля 19,6° 20,7°

Сумма осадков за год 843 мм 489 мм

По характеру литолого-структурных условий, в которых происходит

формирование рельефа, исследуемая территория относится к Дагестанской и Чечено-Ингушской геоморфологическим подобластям в пределах области

Восточного Кавказа Крымско-

Кавказской горной страны [4].

Среди аридных территорий Северного Кавказа природным своеобразием выделяется Внутреннегорный Дагестан. Он в геоморфологическом отношении представляет собой структурное

продолжение Северо-Юрской депрессии. Ландшафты Внутреннегорного

Дагестана формируются в условиях сухого и сравнительно теплого климата, возникающего в специфических

По физико-географическому

районированию А. Е. Фединой [2] исследуемая область относится к Терско-Андийскому и Андийско-Аварскому округам Северо-Кавказской провинции, а по геоморфологическому районированию Н. А. Гвоздецкого [5] - к району Среднегорного Дагестана Большого Кавказа. В геоморфологическом районировании Северного Кавказа И. Н. Сафронова [6], которое выполнено с учетом возраста морфоструктур и их иерархической соподчиненности,

Андийский хребет отнесен к

средневысотным структурно-

денудационным горам и плато в области развития коробчатых складок

геоморфологической провинции

Большого Кавказа.

Фрагменты Андийского хребта, прорезаемого долинами притоков рек Андийское Койсу и Аргун,

представляют собой в рельефе самостояте ль ны е мор ф оструктурны е

единицы (рис. 2).

Все эти хребты, ориентированные в различных направлениях, сложены известняками и доломитами верхней

условиях «дождевой» или «барьерной» тени. Поэтому на общем ландшафтном фоне отчетливо представлены ксероморфные природные комплексы (рис. 1).

юры и валанжина. В общих очертаниях названных хребтов явно

просматривается асимметричность их противолежащих склонов. Северные склоны относительно пологие, а южные образуют крутые, местами отвесные высокие обрывы, поднимающиеся над днищами долин рек на 1000-1500 метров. Севернее гребня Андийского хребта располагаются также

фрагментированные пересекаемые их малыми и большими реками хребты Петердук и Планивук, сложенные верхнеюрскими и нижнемеловыми известняками. Их отдельные вершины имеют абсолютные отметки порядка 1200-1500 м, редко более [4].

Основные черты рельефа системы Андийского хребта сильно зависят от особенностей залегания и

литологического состава

мезокайнозойских пород. В отличие от области с относительно пологим залеганием пород в центральной и западной частях северного склона Кавказа (Приэльбрусская и Кубанская куэстовые подобласти) здесь

значительно суженная (до 20-30 км) зона

развития мезокайнозойских толщ подверглась довольно интенсивным складчато-надвиговым деформациям. Общее более крутое падение пород к северу осложняется несколькими запрокинутыми к югу широтными антиклинальными складками. Их крылья срезаются системой довольно пологих надвигов с общим смещением масс к югу, от Терского краевого прогиба в

сторону поднятия Большого Кавказа, придавая всей структуре чешуйчатый характер [7].

К зоне Андийского хребта приурочено распространение форм рельефа, связанных с гравитационными процессами (обвалами, оползнями).

Крупные обвалы на южном склоне хребта создали мощную толщу брекчиевидных карбонатных отложений у его основания.

Рис. 2. Орогидрографическая схемаАндийскогохребта

Эти явления в большом масштабе происходили здесь в течение всего плейстоцена во время интенсификации оледенений. В начале позднего плейстоцена на участках сужения речных долин в результате оползания огромных блоков и обвалов глыб верхнеюрских известняков, происходило

подпруживание рек с образованием крупных озер, в которых накапливались ленточные алевритоглинистые осадки [7].

Крупные обвалы на Андийском хребте нередко вызываются сильными землетрясениями. Широкое развитие получают крупные структурные

оползни, которые приурочены, так же как и обвалы, к линиям тектонических разломов и интенсивной

трещиноватости горных пород. На

крутом южном склоне Андийского хребта современные и гораздо более крупные плейстоценовые оползни-обвалы связаны с выходами глинистых сланцев, по которым сползают оторвавшиеся блоки верхнеюрских известняков. Сместившиеся блоки известняков нередко достигают очень крупных размеров [8]. Обвальнооползневые гряды располагаются параллельно склону, создавая местами участки своеобразного холмисто-западинного оползневого ландшафта.

Характерной особенностью

описываемой подобласти является широкое развитие карстовых явлений, связанных с выходом на поверхность карбонатных пород верхней юры и нижнего мела. На северных склонах

хребта, сложенных трещиноватыми известняками, наблюдаются

разнообразные формы карста: воронки, западины, колодцы, пещеры, а вдоль южного эскарпа хребта и в обрывах каньонов - закарстованные трещины, пещеры, ниши и навесы [9].

Флористически северные склоны Андийского хребта являются частью Терской лесной провинции, причем с явными чертами лесов Западного Кавказа, несмотря на то, что эти леса располагаются в пограничной области, ибо по Андийскому хребту проходит граница с Дагестаном, относящимся к другой, дагестанской, провинции -области ксерофитов. Последнее обстоятельство может быть объяснено лишь устойчивой разнотипностью современных климатов и наличием климатического барьера между этими территориями [10]. На южном склоне Андийского хребта характер

растительного покрова приобретает типичный для Внутреннегорного Дагестана ксерофильный характер.

В специфических условиях

«дождевой», или «барьерной», тени находится значительная площадь аридных южных склонов Андийского хребта. Поэтому на их общем ландшафтном фоне отчетливо

представлены ксероморфные природные комплексы, что совершенно не характерно для противоположных северных склонов. Ландшафтные особенности северных и южных склонов могут быть как общего, так и частного характера. Общие особенности свойственны обоим склонам. Они проявляются в принципиальном сходстве условий

ландшафтообразования. Частные

особенности свойственны каждому отдельно взятому хребту и находят выражение в отличиях в спектре

высотной поясности, в структуре ксероморфных ландшафтов и их пространственном распределении. Эти особенности определены влиянием местных факторов, например, усложняющим воздействием

мезорельефа, особенностями горных барьеров и конфигурацией самих хребтов. Наибольшего внимания с точки зрения пространственной

дифференциации ландшафтов и растительности заслуживают склоны,

окаймляющие Ботлихскую аридную котловину. Склоны, составляющие борта котловины, расчленены ущельями многих рек и временных водотоков. Это создает известную экспозиционную пестроту и неоднородность рельефа, что проявляется в ландшафтноклиматических различиях

противолежащих склонов. Так, на южных и смежных склонах преобладают аридные и полуаридные комплексы. Господство горно-лесных и горнолуговых ландшафтов наблюдается на соседних северных и западных склонах или в верхних высотных поясах.

Первое, что обращает на себя внимание при посещении района Ботлихской, Тлохской и других котловин по Андийскому Койсу, -

своеобразие растительного покрова, резко отличный его характер по сравнению с другими аридными районами Дагестана. Здесь господствуют заросли кустарников - типичный шибляк. Растительный покров указанных аридных котловин по видовому составу и классификационным признакам растительных сообществ скорее всего сближается с некоторыми вариантами растительности армянопереднеазиатских нагорий, чем с ксерофитами остальной части

Восточного Кавказа. При этом шибляк представлен здесь не фрагментарно, не в виде обедненных комплексов, а флористически богатыми зарослями, занимающими значительные площади. Помимо шибляка, в районе Ботлиха представлены фрагменты так

называемых горных степей,

фриганоидные группировки, небольшие лесные массивы на склонах северной экспозиции, луга (склоны северной экспозиции долины Андийского Койсу), растения скал, галечников. На первом же месте стоит шибляк. В целом здесь очень обычны формации с видами Stipa, Festuca, Koeleria, Teucrium, Scutellaria, Botriochloa, горностепная

растительность и фриганоидные комплексы.

Шибляк этого района можно охарактеризовать как смешанный, состоящий из разных видов кустарников, роль которых почти одинакова. Выделяются, однако, и участки с преобладанием какого-то одного вида. Наиболее обычны на скалистых местах

заросли Tragacantha denudate (Stev.) Stev., Dendrobrychis cornuta (L.) Galushko, Paliurus spina-christi Mill., Rhamnus pallasii Fisch. et C.A. Mey., Berberis vulgaris L, местами господствуют заросли Colutea orientalis Mill., Spiraea hypericifolia L. Кое-где относительно плотные насаждения образуют Cotinus coggygria Scop. и Celtis glabrata Stev. ex Pianch. Вместе с основными видами всегда имеются второстепенные. Ими бывают как отмеченные выше кустарники, которые в соответствующих местах встречаются относительно редко, так и другие типа Ephedra procera Fisch. et C.A. Mey., Cerasus incana (Pall.) Spach., Cotoneaster meyeri Pojark., C. integerrimus Medic., Crataegus monogyna Jaq., иногда Juniperus oblonga Bieb., Amelanchier ovalis Medic.

Помимо кустарников, здесь обычны Salvia daghestanica Sosn., Astragalus haesitabundus Lipsky, Thymus

dagestanicus Klok. et Shost., Xanthobrychis bobrovii (Grossh.) Galushko, Medicago daghestanica Rupr. ex Boiss., Convolvulus lineatus L.,

Vincetoxicum funebre Boiss. et Kotschy, Teucrium chamaedrys L. Достаточно много Teucrium polium L., Galium ruthenicum Willd., Botrhiochloa ischemum (L.) Keng. и даже такие, как Stipa capillata L., Koeleria cristata (L.) Pers., Festuca valesiaca Schleich. ex Gaudin, Medicago falcate L., Chondrilla juncea L., Herniaria incana Lam., Cleome daghestanica (Rupr.) Tzvel., Scleranthus annuus L., Euphorbia szovitsii Fisch. et C.A. Mey. На скалистых местах обычны Parietaria judaica L., Scrophularia rupestris Bieb. ex Willd., Galium brachyphyllum Roem. et Schult., Onosma caucasica Levin ex M.Pop., Rumex hastifolius Bieb. и некоторые другие. Привлекает внимание слабое участие в формировании зарослей кустарников видов Rosa и вообще бедность шиповниками всего этого района.

Указанные травы и кустарнички редко образуют типично фриганоидные группировки. Они встречаются среди шибляка, в изреженных его вариантах и на прогалинах. Особенно богаты травами заросли Tragacantha denudata. На хорошо прогреваемых скалистых склонах южной экспозиции и на скалах растут Fumana procumbens (Dun.) Gren.

et Godr., Stipa caucasica Schmalh., Hypericum asperuloides Czern. ex Turcz., Symphyandra pendula (Bieb.) A. DC., Gypsophila tenuifolia Bieb.

Степные виды, упомянутые выше, образуют горно-степные фитоценозы. Они встречаются выше шибляка и лучше представлены на более или менее пологих участках рельефа. Довольно часто небольшие фрагменты образуются среди кустарников.

Доминирующим типом на северных склонах Андийского хребта является лесная растительность. Леса здесь простираются от низких предгорий (150 м) до высокогорий (2800 м) на расстоянии около 140 км. Лесообразующими породами являются Fagus orientalis Lipsky, Carpinus caucasica Grossh., Querqus petraea Liebl., Q. robur L., Betula litwinowii Doluch., B. pendula Roth (реже Betula raddeana Trautv.), Pinus sosnowskyi Nakai, Acer trautvetteri Medw., Alnus incana (L.) Moench, A. glutinosa (L.) Gaertn. Общая площадь лесных массивов достигает примерно 230 тыс. га. Наибольший удельный вес занимают буковые и буково-грабовые (более 50%). В качестве примесей в этих лесах часто встречаются Tilia begoniifolia Stev., Fraxinus excelsior L., Acer platanoides L., A.campestre L. Дальше этот типично широколиственный лес сменяется березняками, сосново-березовыми

группировками, а по южным склонам -дубравоскумпиевыми насаждениями, которые обеднены лесными видами - в них больше степных элементов. Сосновые леса составляют примерно 40% лесопокрытой площади. Остальные 10% площади приходятся на дубовые, березовые, ольховые, кленовые или смешанные леса этих пород. На хорошо освещенных солнцем полянах пойм рек густые заросли образует Hippophae rhamnoides L. Единично и группами могут встречаться деревья алычи,

барбарис обыкновенный и виды Rosa.

Из лесных трав обычны Albovia

tripartite (Kalen.) Schischk., Doronicum macrophyllum Fisch. ex Hornem.,

Euphorbia macroceras Fisch. et C.A. Mey., Polygonatum glaberrimum C.Koch, P. verticillatum (L.) All., Viola odorata L., Primula macrocalyx Bunge и др.

Следы пояса дубовых лесов

обнаруживаются в ущелье Шаро Аргуна,

где он был развит на высоте 1420-1625 м. Судя по единичным экземплярам дубов и остаткам их пней на ныне безлесных склонах, дубравы занимали в прошлом большую площадь. К ее сокращению и дроблению на мелкие и изолированные части привела хозяйственная

деятельность человека, использовавшего древесину как топливо и для

Небольшие

древостоев

левобережном

строительных целей.

фрагменты дубовых

прослеживаются и на склоне ущелья.

Субальпийский пояс в основном образован луговыми ценозами (разнотравно-злаковыми, злаковыми, разнотравными и осоковыми). Почти повсеместно в травостое субальпийских лугов доминируют Festuca varia L. и Bromopsis variegata (Bieb.) Holub. К ним примешиваются Calamagrostis

arundinacea (L.) Roth и Phleum montanum C.Koch. Кроме злаков, встречаются Betonica macrantha C.Koch, Pyrethrum coccineum (Willd.) Worosch., Inula

orientalis Lam., Heracleum asperum (Hoffm.) Bieb., Anemone fasciculate L., Pulsatilla albana (L.) Bercht., Trollius ranunculinus (Smith) Stearn, Scabiosa caucasica Bieb., Cephalaria gigantea (Ledeb.) Bobr., Ranunculus caucasicus Bieb., Polygonum carneum C. Koch и др.

Таким образом, при сравнении общего облика характера растительного покрова северных и южных макросклонов Андийского хребта выявляется достаточно хорошо выраженная их разноликость. Это обстоятельство свидетельствует о барьерной роли хребта и на нахождение по разные стороны от него флор разного генезиса. Важнейшими факторами в

разграничении этих флор

представляются такие, как широтная протяженность хребта, его рельеф, высота над уровнем моря, характер горных пород, современное состояние климата и климатические

трансформации в историческом плане.

Примечания

1. Кузнецов Н. И. Принципы деления Кавказа на ботанико-географические провинции // Зап. Имп. АН по физ.-мат. 1909. Т. 24. № 1. 174 с. 2. Федина А. Е. Физико-географическое районирование восточной части северного склона Большого Кавказа // Ландшафтное картографирование и физико-географическое районирование горных областей. М. : Изд-во МГУ, 1972. С. 6-92. 3. Головлев А. А. Климат и агроклиматические ресурсы Горной Чечни // Самарская Лука: Бюл. 2006. № 18.

С. 6-21. 4. Милановский Е. Е., Сафронов И. Н. Приказбекская и Чечено-Ингушская подобласть // Региональная геоморфология Кавказа. М. : Наука, 1979. С. 53-57. 5. Гвоздецкий Н. А. Физическая география Кавказа: Курс лекций. М. : Изд-во МГУ, 1954. 208 с. 6. Сафронов И. Н. Геоморфология Северного Кавказа. Ростов н/Д. : Изд-во РГУ, 1969. 218 с. 7. Милановский Е. Е. Новейшая тектоника Кавказа. М. : Недра, 1968. 483 с. 8. Сафронов И. Н., Хрисанов В. А. О некоторых закономерностях проявления гравитационных процессов на Северном Кавказе // Изв. СКНЦ ВШ. Естественные науки. 1974. 9. Лилиенберг Д. А. Некоторые вопросы геоморфологии, четвертичной геологии и неотектоники Дагестана // Мат-лы Всесоюзного совещания по изучению четвертичного периода. М. : Изд-во АН СССР, 1961. Т. 2. С. 472-482. 10. Галушко А. И. К флоре аридных склонов окрестностей Итум-Кале // Флора и растительность Восточного Кавказа: Сб. статей / под ред. А. И. Галушко. Орджоникидзе, 1974. С. 5-22.

Статья поступила вредакцию 17.11.2011 г.