Психофизиологическая проблема в современной западной философии

УДК 14:159.91

З.В. Макарова

ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА В СОВРЕМЕННОЙ ЗАПАДНОЙ ФИЛОСОФИИ

Пермский государственный университет

Психофизиологическая проблема является одной из точек соприкосновения философии с группой частных наук и в первую очередь с физиологией высшей нервной деятельности животных и человека и психологией человека. По нашему мнению, ключ к решению психофизиологической проблемы находится в недрах философской науки, так как философия выполняет особую мировоззренческую и методологическую функции, которые сами по себе не могут осуществлять ни отдельные специальные науки, ни совокупность конкретнонаучного знания в целом. Выполнение этих функций предполагает наличие не просто суммы способов понимания мира, а системы идей, которые выражают некие отношения человека к миру и мира к человеку и тем самым определяют совокупность исходных ориентиров, обусловливающих в конечном счете программу социального поведения человека.

Особую остроту психофизиологическая проблема приобрела уже в ХУ11 в., когда сложилась механистическая картина мира, исходя из которой Р. Декарт предпринял попытку объяснить поведение живых существ по образцу механического взаимодействия. Необъяснимые, исходя из этой трактовки природы, акты сознания были отнесены к бестелесной непространственной субстанции. Вопрос об отношении этой субстанции к работе «машины тела» привел Р. Декарта к концепции психофизического взаимодействия.

В ХУШ в. Й. Прохаска, чешский физиолог и мыслитель, дал понятие рефлекса. По нашему мнению, с формулировки данного понятия психофизическая проблема получает физиологический характер и занимает важное место в истории развития материалистической теории психики нового времени. Таким образом, начиная с работ Й. Прохаски проблема «души и тела» получает свое научное определение как психофизиологическая.

В Х1Х в. отечественным физиологом И.М. Сеченовым была разработана формула физиологических основ психики, в которой впервые физиологические явления рассматривались «как основа более сложных - психических» [1]. Ученый выдвинул идею о рефлекторной природе нервных физиологических путей, физиологических основ, спосо-

ба происхождения психики. Однако в 50-х гг. ХХ в. в ходе дискуссии о соотношении психического и физиологического был выявлен, с нашей точки зрения, серьезный крен в сторону отождествления психических процессов с физиологическими: психическое рассматривалось как сторона физиологического процесса и психика как высшая форма физиологических процессов. Начинает формироваться концепция «рефлекторной природы психического» [2].

Согласно концепции И.П. Павлова, психическое и физиологическое являются двумя качественно различными, высшей и низшей функциями или деятельностями мозга. Необходимо отметить, что значение теории И. П. Павлова для научной психологии заключается в том, что она (теория) раскрывает чисто физиологическую деятельность материального мозга, лежащую в основе более сложной, психической функции. Однако структура мозга не может быть полностью объяснена только с физиологической точки зрения. Мозг как материальный орган животной психики проявляет свою материальную природу именно в психической деятельности и поэтому должен описываться как материальный орган через свою психическую функцию. Отсюда следует, что важнейшие структурные особенности мозга могут быть поняты только при учете особенностей его психической деятельности, в основе которой лежат физиологические процессы, также требующие своего объяснения.

Исходя из данных современных естественных и гуманитарных наук в последние два-три десятилетия ХХ в. появились некоторые новые тенденции в исследовании психофизиологической проблемы. На Западе среди ученых, занимающихся нейронауками и психофизиологией, наиболее распространенной остается теория тождества психического и физиологического. К началу 70-х гг. данная теория дала основные положения для сменивших ее теорий: перевод рассуждения о психическом и телесном на семантический уровень и физикалистское, материалистическое мировоззрение с верой в единство науки.

На наш взгляд, суть семантической проблемы -понять происхождение значения общеупотребляе-мых терминов для умственных состояний. И, сле-

Вестник ТГПУ. 2007. Выпуск 11

довательно, что можно считать адекватным значением специальных концепций, которые мы относим к себе и другим созданиям, обладающим интеллектом. Согласно П. Черчленду, материалисты сводят «умственные (mental) состояния»1 к физическим, которые состоят в причинно-следственных связях друг с другом. А дуалисты исходят из субъективного опыта, которому изначально присуще своего рода знание, лежащее вне чисто физического объяснения. Автор, не без основания, настаивает на том, что проблема души и тела не может быть решена без серьезного исследования семантики языка.

Вероятно, проблема души и тела также тесно связана с эпистемологией (исследованием того, каким знание является, и откуда это прибывает) и имеет двойственный аспект: 1) исследование идентичности испытываемых людьми чувств и 2) способности к самоанализу. Таким образом, задаваясь вопросом, как в наступившем столетии будет решаться поставленная проблема и с привлечением какой методологии ученый опирается на эмпирические исследования, чтобы доказать, что природа разума - не просто философский, но также конкретно-научный вопрос. Между тем данная проблема выглядит менее академичной, когда серьезно задаются вопросом об интеллектуальных способностях животных - человекоподобных обезьян, домашних собак или дельфинов.

И наконец, последние открытия в исследовании компьютерных технологий переводят проблему души и тела в новую плоскость, ставя вопрос о возможностях искусственного интеллекта.

П. Черчленд видит два или три альтернативно возможных решения проблемы души и тела, которые находят выражение в двух особенно активных программах исследования познавательного феномена. Первая относится к недавно сформированной области искусственного интеллекта, вторая -к области неврологии (т.е. науки, занимающейся эмпирическим исследованием мозга и нервной системы). На наш взгляд, даже сравнительно небольшая область эмпирических исследований, приведенных им в качестве примеров, является явным доказательством опоры эмпирического опыта на философское видение обсуждаемой проблемы взаимосвязи души (психического) и тела (физиологического).

Заметим, что П. Черчленд, написав книгу с привлечением значительного большинства профессио-

нальных философов и ученых, работающих в данной области, не учел опыта англо-саксонской школы, одним из представителей которой является

Ч. Шеррингтон. Характерно, что П. Черчленд фактически проигнорировал яркую концепцию «отца дуализма» ХХ в. Ч. Шеррингтона, считавшего, что психика не может быть деятельностью мозга, а является деятельностью души, так как мозг - это физико-энергетическая система, которая принципиально ниже духовной деятельности.

Важно подчеркнуть, что основная идея функционализма состоит в том, что виды ментальных состояний следует считать не видами физического (вообще не какими-либо свойствами, материальными или идеальными), а функциональными состояниями или отношениями. Следовательно, делается вывод о необходимости использовать не сущностную, а реляционную методологию. Существует множество вариантов функционализма (Д. Деннет, Х. Патнэм, Дж. Фодор и др.), но все они имеют более или менее общие точки соприкосновения.

Согласно У. Куайну, говорить о существовании ментальных сущностей - неправомерно, так как все фиксируемые в мире различения - есть различия в позициях, состояниях и изменениях физических тел. Принципиальными для него были два момента: установка на простоту, на теорию холизма и онтологическую относительность теоретических схем. Исходя из данных установок ученый считал менталъный2 уровень исследований тупиковым, а физиологический - приоритетным.

Как следствие неудачи радикального физика-лизма появились концепции нередуктивного типа: теория психофизического тождества, эмерджен-тизм и др. Заметим, что эмерджентизм возродился с обновленной проблематикой, техникой и языком по сравнению с его классической формой 20-30-х гг. Но современные эмерджентисты, отвергающие теолого-метафизические понятия

(идея Бога-творца Вселенной), оказываются в затруднении.

С нашей точки зрения, Т. Нагель пессимистично оценивает ситуацию, сложившуюся в западной философии после полувековых усилий решить проблему души и тела. В решении этой проблемы возник «тупик»: между сознанием и мозгом существует связь, остающаяся для ученых загадкой. Т. Нагель подробно анализирует трудности, встаю-

1 «Ментальное состояние» - это понятие относится к числу неопределенных, меняющих свою предметную отнесенность в зависимости от понимания природы мышления, сознания и особенно способов репрезентации структур мышления и сознания. Данное понятие приводим по [3, р. 240].

2 «Ментальность» - совокупность готовностей, установок и предрасположенностей индивида или социальной группы действовать, чувствовать и воспринимать мир определенным образом. Она формируется в зависимости от традиций культуры, социальных структур и среды проживания человека и сама, выступая как порождающая сознание, формирует их. Даем из [4, р. 280].

щие перед философами при попытках решения проблемы:

1) невозможность приписывать ментальным явлениям пространственные свойства, которыми непременно обладают физические явления (в том числе нейрофизиологические процессы в головном мозгу); 2) невозможность приписывать ментальным явлениям в равной степени массу и энергию. Тогда возникает вопрос: как может физиологическое воздействовать на ментальное, вызывать его изменения и наоборот, как может ментальное вызывать физиологические, телесные изменения, хотя взаимодействия такого рода эмпирически несомненны. Полагая, что нет ответа на вопрос о взаимосвязи духовного и телесного, ученый между тем выдвигает свой проект поиска решения проблемы души и тела: создание третьего понятия, из которого бы непосредственно вытекало и ментальное и физиологическое. Одновременно Т. Нагель призывает создавать новые альтернативы редукционистским концепциям. «... В настоящее время такое решение проблемы духа и тела в буквальном смысле невообразимо, но оно может быть не невозможным» [5].

Необходимо отметить, что в настоящий момент имеются «концептуальные возможности». Они предложены Д. И. Дубровским, который в качестве «третьего понятия» выдвигает понятие информации [6]. Положительным моментом информационной концепции является то, что она коррелирует с материалистическим мировоззрением и служит, в определенной степени, его обоснованию, так как показывает, что духовное выступает в качестве функционального свойства высокоорганизованных материальных систем, и развитие этого свойства прослеживается в ходе биологической эволюции.

Согласно концепции физиологических основ психической деятельности, сторонником которой является В.В. Орлов, психическое находится в глубокой зависимости от физиологического, но в той же мере подчиняет физиологическое, поскольку является высшим регулятором человеческого поведения. Вопреки некоторым обвинениям в дуали-

стическом характере такой концепции, на наш взгляд, она таковой не является, так как психика, рассматриваемая как высшая функция материального мозга, подчиняет себе более простую функцию - физиологическую. Рассматривая взаимоотношение психического и физиологического, как подчиненного всеобщим законам соотношения высшего и низшего, следует, однако, учесть, что психическое - идеально, а физиологическое - материальная функция мозга.

В заключении отметим, что психофизиологическая проблема, поставленная в традиционной форме, не может быть решена, так как она формулируется как взаимодействие механизмов психофизиологических соответствий различных по уровню и эмпирическому содержанию явлений. С нашей точки зрения, выдвинутый Б.И. Беспаловым1 функционально-структурный подход, согласно которому психические и физиологические взаимодействия человека с миром имеют одинаковую логическую универсальную форму, присущую взаимодействиям других уровней (внутри уровневых координаций, межуровневых субординаций), открывает возможности решения психофизиологической проблемы, сохранив ее по содержанию, но изменив по форме. Ученый предлагает рассматривать психофизиологическую проблему не в традиционной формулировке: как соответствие, влияние на, превращение материальных, объективно наблюдаемых физических и биохимических явлений в теле и мозгу человека в идеальные, субъективно представленные явления человеческого сознания, а как утверждение относительно общности форм и теоретической сущности психических, физических и других взаимодействий человека с миром. Общность форм данных взаимодействий заключается в том, что они имеют опосредованную структуру и выполняют одинаковую функцию по поддержанию равновесия между функционально-структурными единицами каждого уровня (физического, химического, биологического, психического, социального).

Поступила в редакцию 07.09.2006

Литература

1. Сеченов И.М. Избранные труды. Т. 1. М., 1952.

2. Орлов В.В. Психофизиологическая проблема. Философский очерк. Пермь, 1966.

3. Churchland P.M. Matter and consciousness. The MIT Press Cambridge, 2001.

4. Quin W.O. Facts of the Matter. Essay on the Philosophy. Norman, 1979.

5. Нагель Т. Мыслимость невозможного и проблема духа и тела // Вопр. филос. 2001. № 8.

6. Дубровский Д.И. Проблема духа и тела: возможности решения // Там же. 2002. № 10.

7. Беспалов Б.И. Генезис, структура и функционирование психических образов в системе взаимодействий человека с предметным миром // II Международные Ломоносовские чтения (тезисы докладов). М., 1994.

1 Вызывает интерес тема доклада [7].