Пустой холодильник страшнее ракеты

Рост цен и дефицит товаров волнуют россиян сильнее, чем возможное обострение ситуации в ходе специальной военной операции на Украине. Это следует из «Национального индекса тревожностей», подготовленного агентством КРОС за первые три месяца спецоперации (24 февраля — 31 мая). Также сильны страхи, вызванные блокировкой западных соцсетей и уходом иностранных брендов, а вот эпидемия, еще недавно господствовавшая в умах россиян, перешла в разряд «псевдофобий», говорится в исследовании. Эксперты поясняют, что люди привыкли жить в условиях спецоперации, но не хотят менять свои вкусы и привычки, и их все больше волнует то, что касается их непосредственно.

По оценкам экспертов, пустые полки пугают россиян гораздо больше, чем спецоперация на Украине и западные санкции

Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ

Несмотря на всеобъемлющий характер военной спецоперации в информационном пространстве, главной фобией россиян по итогам ее первых трех месяцев оказались вовсе не боевые действия. Согласно исследованию КРОС, наибольшую тревожность спровоцировали рост цен и дефицит товаров (суммарный индекс тревожности — 1873,16), а также бурная общественная реакция на события, произошедшие после 24 февраля, в том числе отъезд звезд шоу-бизнеса и западные санкции (1678,16). Сам по себе ход спецоперации оказался только на третьем месте (1654,43).

Напомним, КРОС ранжирует фобии россиян на основе анализа сообщений в СМИ и социальных сетях. Суммарный индекс показывает масштаб «информационной волны» той или иной темы, а индекс «приживаемости» — насколько сильно она взволновала рядовых интернет-пользователей. Если какая-то проблема активно тиражируется СМИ, но не находит отклика в соцсетях, то этот страх авторы исследования относят к «псевдофобиям». Таковой в этот раз стала боязнь эпидемии: согласно выводам КРОС, коронавирус уже потерял былую актуальность, а в угрозу оспы обезьян пользователи не верят.

В свою очередь, ход спецоперации стал безусловным лидером по индексу «приживаемости»: боевые действия обсуждаются в социальных сетях в 5,5 раза чаще, чем в СМИ.

По данным КРОС, пользователи пристально следят за развитием ситуации и выражают опасения из-за ее дальнейшего обострения — вплоть до угрозы применения ядерного оружия. Они активно обсуждают потери и темпы проведения спецоперации, а также обстрелы приграничных российских территорий, говорится в исследовании: «Тревожность подогревается регулярным продлением ограничений на полеты в южные аэропорты страны, что дает людям основания предполагать, что спецоперация еще далека от завершения».

Второй по уровню «приживаемости» стала фобия, связанная с усилением ограничений в интернете, а именно с блокировкой Facebook и Instagram (принадлежат Meta, которая признана экстремистской организацией и запрещена в РФ). В соцсетях ее обсуждали в 3,6 раза чаще, чем в СМИ, подсчитали исследователи. Примерно на том же уровне находится «приживаемость» страха, связанного с бурной общественной реакцией.

Далее в порядке убывания индекса «приживаемости» КРОС зафиксировал страхи, вызванные уходом иностранных компаний с российского рынка, диверсиями на территории России (в том числе «хлопками» и пожарами), ростом цен и дефицитом товаров, реакцией западных СМИ на действия российской армии, потенциальной мобилизацией, эскалацией конфликта с Западом и, наконец, финансовой нестабильностью (в том числе колебанием курса рубля и отключением карт Visa и Mastercard).

Директор по аналитике КРОС Андрей Лебедев говорит, что люди привыкают жить в условиях спецоперации, однако тревожность, вызванная рядом факторов, пока остается стабильно высокой:

«В основном она касается меняющейся структуры потребления, например, усиления ограничений в медиа и интернете. Все привыкли свободно общаться в разных соцсетях, а теперь для этого стало меньше возможностей. Также это уход иностранных брендов — перспективы их замещения для людей непонятны, а менять сложившиеся вкусы и привычки многим не хочется».

Директор по политическому анализу Института социального маркетинга (ИНСОМАР) Виктор Потуремский полагает, что исследование достаточно точно отражает тревожности россиян: «В первую очередь людей волнует то, что происходит непосредственно с ними, в том числе личная экономическая ситуация. Отсюда и расставленные приоритеты». При этом господин Потуремский обращает внимание на потенциальный характер ряда тревожностей. «Зачастую люди опасаются того, что может и не произойти»,— обращает внимание эксперт.