Демографическая политика государства в области рождаемости: пути преодоления кризиса

СОЦИОЛОГИЯ

СОЦИОЛОГИЯ СЕМЬИ И ДЕМОГРАФИЯ О. Н. Безрукова

ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА В ОБЛАСТИ РОЖДАЕМОСТИ: ПУТИ ПРЕОДОЛЕНИЯ КРИЗИСА*

Разработка активной демографической политики в области рождаемости может быть основана на понимании и преодолении причин, факторов и условий, определяющих ее снижение за последние 17 лет. Существуют разные точки зрения как на роль социальных, экономических и политических факторов в процессе модернизации общества и семьи, так и на роль государства в этих процессах. Один из подходов связывает низкую рождаемость с системой ценностей постиндустриального общества, в котором значение семьи и детей уступает современным экономическим ценностям. Аналогичные процессы происходят и в благополучных европейских странах, поэтому снижение рождаемости напрямую не связывается с социально-экономическим кризисом и снижением качества жизни населения в России 1. Главные факторы, детерминирующие динамику рождаемости в условиях трансформации многих сфер жизни российских семей, как показали исследования А. И. Антонова2, В. Н. Архангельского3, Н. В. Зверевой 4, обусловлены изменениями в системе ценностных ориентаций и места в ней ценностей, связанных с семьей и родительством, притязаниями в отношении более высоких жизненных стандартов и моделей потребления.

Другой исследовательский подход акцентирует внимание на снижение роли государства в развитии социально-демографической структуры общества. В работе «Низкая рождаемость и государство: эффективность политики» Петер МакДональд (Peter McDonald) объясняет «...резкое снижение рождаемости в европейских странах с периодом ‘‘социального либерализма’’, характерного для общественного развития в 1960-1970 гг. Этот этап означает ликвидацию существовавших общественных догм и стереотипов, стандартов мышления, действий и поведения; господство индивидуализма, личной независимости; забвение традиционных социальных норм и значимости социальных институтов, а также ослабление роли государства и увеличение рисков неблагополучия для жизнедеятельности человека и общественного развития. Параллельно с этим процессом отмечается прогресс для женщин в достижении гендерного равенства в трудоустройстве и видах занятости, оплате труда и карьерном росте, требующих постоянного совершенствования образовательного и профессионального уровня на фоне усиления контроля за своей брачностью и фертильностью. Следствием этого явился быстрый переход в 80-90 гг. к дерегулированию рынка труда и ‘‘новому капитализму’’, стержневой основой которого является господство свободного рынка, управляющего социально-экономическим развитием общества» 5. По мнениям Е. В. Андрюшиной,

* Исследование проведено при поддержке РГНФ, грант №07-03-00470а «Семейные ценности и репродуктивные установки родителей и детей как факторы будущего демографического развития России»

© О. Н. Безрукова, 2008

И. П. Катковой, В. И. Каткова, главной причиной низкого уровня рождаемости как в России, так и в развитых странах, является трансформация социально-экономических принципов общественного развития, когда семья, рождаемость и дети не относятся к его главным приоритетам 6. К этому же подходу можно отнести взгляды Н. И. Ловцовой, Е. Р. Смирновой-Ярской, которые демографическую политику в области рождаемости связывают с общим вектором развития социальной политики и ориентацией на расширение зоны доверия к государству через повышение достатка, возможностей трудовой занятости, доступности качественного обслуживания в области здравоохранения, образования и социальной защиты 7.

Объединяющим два первых можно считать подход известных демографов и социологов А. И. Антонова и В. А. Борисова, который опирается как на возрождение семейных ценностей и потребности иметь детей в семьях, так и на изменение приоритетов государственной политики в сторону пронаталистской идеи (направленной на увеличение рождаемости), фундаментальную переоценку критериев распределения национального продукта, пересмотр приоритетов государственного бюджета в пользу инвестиций в семейную сферу 8.

В центре одного из этапов нашего исследования роль государства и власти в преодолении кризиса рождаемости рассматривается через категории социальной ответственности и эффективности управления сферой социальной защиты детей. Основная цель исследования состоит в анализе мнений и оценок родительской общественности о ценности детей и семьи для государства и власти. Задачи данного этапа исследования заключались в определении основных социальных и психологических проблем и потребностей родителей с детьми, представлений и мнений родителей об отношении государства к семье и детям, путях выхода из демографического кризиса. Индикаторами отношения власти к социальному институту детства и семьи были выбраны объективные показатели, такие как уровень материального положения семей, размер детских пособий, жилищные условия семей с детьми, доступность социальных услуг для детей в области образования и здравоохранения, развитие социальной инфрастуктуры для детей, уровень заболеваемости среди детей и подростков и др. Качественная методология в данном случае представляется нам наиболее релевантной для изучения мотивации и аттитюдов, представлений и мнений респондентов. Эмпирической основой раздела стали транскрипты 15 фокус-групп, проведенных с 52 родителями (44 женщинами и 8 мужчинами) от 35 до 50 лет, представителями полных и неполных многодетных семей, 28 одинокими матерями и 58 родителями (40 женщинами и 18 мужчинами), представителями полных семей с одним или двумя детьми.

Структура семей и рождаемость в Санкт-Петербурге

В последние десятилетия, как показывают социологические исследования, в семейной структуре населения в Санкт-Петербурге, как и в России в целом, отмечаются те же явления, которые начали возникать в большинстве европейских стран под влиянием второго демографического перехода. Современная российская семья во многом не справляется с выполнением репродуктивной функции. Демографы предлагают семейную структуру, достаточную для сохранения достигнутой численности населения в будущем, а именно, наличие 2 % семей с 5 и более детьми, 14 % — с 4 детьми, 35 % — с 3 детьми, 35 % — с 2 детьми, 10 % — с одним ребенком и 4 % бездетных. Реальная структура семей по детности в России, где уровень рождаемости упал ниже границы простого воспроизводства населения и соответствует

1,4 ребенка на семью, означает чрезмерное преобладание малодетных семей с 1-2 детьми. Сейчас таковых в России 95 %. Семей с 5 и более детьми (многодетных) — меньше 1 %, семей с 3-4 детьми (среднедетных) — около 5 % 9. Таким образом, структура семей по дет-

ности резко искажена: многодетных семей в 20 раз меньше, среднедетных — в 10 раз, тогда как однодетных в 5 раз больше, поэтому рождаемость не компенсирует смертности. Более того, начиная с 1992 г. уровень смертности превышает уровень рождаемости, обнаруживая процесс депопуляции, происходящий из-за начавшегося в 1960-е гг. в России роста смертности 10. Последняя перепись населения РФ в 2002 г. зафиксировала в составе домохозяйств более 6,5 % домохозяйств с 3 и более детьми, или 1396 тыс. домохозяйств с детьми. В таких многодетных домохозяйствах России проживает почти 5 млн детей11. В Санкт-Петербурге малодетные семьи также доминируют: доля домохозяйств с 1-2 детьми в 1994 г. составляла 95 %, в то время как доля семей с 3 и более детьми не достигала и 5 % 12. В 2006 г. численность многодетных семей уменьшилась и составляет 9728 (2 % от всех семей с детьми), в которых проживает 32 053 ребенка (4,6 % от всей численности детского населения)13. Одинокие родители с детьми составляют около 15 % в общей структуре домохозяйств в Санкт-Петербурге, в то время как в целом по России их около 13 %14.

Анализ данных, отражающих состояние института семьи и рождаемости в Санкт-Петербурге, подтверждает общероссийские тенденции. Большинство из них оценивается негативно. Главной причиной постоянного уменьшения численности населения города является крайне низкая рождаемость. На протяжении многих десятилетий уровень рождаемости в Санкт-Петербурге остается ниже уровня, обеспечивающего простое замещение родительского поколения поколением детей. Минимальные уровни рождаемости наблюдались в Санкт-Петербурге в 1990-е гг., когда суммарный коэффициент рождаемости снижался до 0,9, т. е. был вдвое ниже, чем в 1986-1987 гг. (1,8). В 2006 г. суммарный коэффициент рождаемости в Санкт-Петербурге (1,15) был ниже, чем во всех субъектах Российской Федерации, за исключением Москвы (1,11) и Ленинградской области (1,12). Уровень рождаемости в Санкт-Петербурге на 14 % ниже, чем в целом по стране и по-прежнему остается самым низким, несмотря на положительную тенденцию роста рождаемости. В 2006 г. родилось 40 079 детей. В 2004 году родилось детей больше, чем в предыдущие годы — 40 859 человек (в 2005 г. — 39462, в 2003 г. — 40194 ребенка, в 2002 г. — 37213, в 2001 г. — 33 759, в 2000 г. — 31 970, в 1999 г. — 29 500). Важно отметить, что в Санкт-Петербурге из-за низкой рождаемости более десятилетия не обеспечивается численное замещение поколения родителей их детьми. Численность детской популяции Санкт-Петербурга с 1991 по 2006 гг. сократилась на 415,8 тыс. человек (на

37,4 %) и составляет на 1 января 2007 г. 675 тыс. человек. В среднем, ежегодное уменьшение численности детей составило 27,7 тыс. человек (3,1 %) в год 15. Таким образом, разработка демографической политики, адекватной происходящим процессам в Санкт-Петербурге, является чрезвычайно актуальной.

Материальное положение и жилищные условия семей с детьми

Как показывают данные статистики, состояние семьи в современной России во многом определяется экономическим потенциалом этой семьи (наличием жилья, трудовой занятостью, денежными ресурсами, состоянием домохозяйства). По показателю обеспеченности жильем Россия значительно отстает от многих стран мира. В 1998 г. обеспеченность одного жителя в среднем составила 18,9 кв. м общей площади, в то время как в Швеции этот показатель равен 43 кв. м, в США — 45 кв. м, в Норвегии — 74 кв. м. В 1998 г. среди полных семей с 1-2 детьми доля малоимущих составляла 42 %, а среди семей с 3 и более детьми — 67,1 % 16.

Наибольшая концентрация бедности отмечается в группах временно неработающих,

детей и молодежи от 16 до 24 лет, мужчин и женщин в возрасте от 25 до 45 лет, имеющих семью. В настоящее время, по мнению правительства РФ, за чертой бедности находится 25 % населения России. По оценкам Министерства экономического развития по состоянию на 2007 г. уровень бедности будет снижаться, однако темпы этого снижения не превысят нескольких процентов в год, что говорит о перспективе увеличения разрыва между доходами высоко- и низкооплачиваемых групп 17. Как отмечают эксперты, наиболее существенными причинами снижения уровня реальных денежных доходов всех групп семей с детьми являются кризисные явления в экономике, инфляция, низкий уровень оплаты труда в бюджетной сфере, безработица в явной и скрытой формах, высокая доля семей, не сумевших адаптироваться к условиям переходного периода.

В нашем исследовании тема бедности также была доминирующей. В результате экономических реформ в Санкт-Петербурге ликвидированы многие предприятия военнопромышленного комплекса, сокращены социальные программы и услуги на крупных предприятиях, увеличилась безработица среди женщин, имеющих несколько детей. Среди безработных в Санкт-Петербурге в 2006 г. 70 % составляли женщины и 21 % — молодежь в возрасте от 16 до 29 лет 18. Основными факторами, определяющими трудовую занятость, являются уровень образования и возраст. При наличии высшего образования возможность найти работу значительно выше, в то время как среднее и среднее профессиональное образование не гарантируют женщине получение рабочего места и достойной оплаты труда. Так, по данным государственной статистики РФ доля женщин, имеющих высшее образование, официально зарегистрированных как безработные, в 1995 г. составляла 10,6 %, среднее профессиональное — 34,9 %, а полное среднее — 38,8 %. В 2001 г. безработные женщины с высшим образованием составляли 12,2 %, со средним профессиональным — 29,4 %, а с полным средним — 32,3 %. Данная тенденция сохранилась и в 2005 г.: каждая десятая женщина с высшим образованием была безработной (11,5 %), в то время как среди женщин со средним профессиональным образованием — каждая четвертая (25 %), а с полным средним — каждая третья (31,5 %)12. В нашем исследовании треть матерей, имеющих среднее образование, также являлись безработными либо перебивались случайными заработками. Ни одна из участниц исследования на момент проведения интервью не имела высшего образования, найти хорошо оплачиваемую работу многие самостоятельно не могли. Возможности большинства участниц исследования, так же как и отцов многодетных семейств, ограничены недостаточным образованием, что в рыночных условиях не позволяет иметь хорошо оплачиваемую и стабильную работу.

Обсуждение причин бедности семей с детьми вызвало бурную реакцию во всех группах родителей. По мнению участников исследования, семья при рождении второго ребенка практически переходит в разряд «бедной и очень бедной». Основной стратегией жизни семьи становится «выживание», которое чаще всего связано с экономией финансовых средств, продуктов питания, времени на семейный досуг и общение с детьми, жизненных сил самих родителей. При существующей системе оплаты труда, низком уровне доходов даже при наличии двух работающих взрослых в семье и ничтожно малом прожиточном минимуме для детей и взрослых бедность становится хронической. Надежд на ее преодоление у многих просто нет. Многие женщины жаловались и на размер детских пособий: ««Для того чтобы получить пособие, на которое тапочки можно купить, на самом деле нужно представить целый пакет документов. Нужно ноги истоптать, чтобы детское пособие получить, хотя говорят, что петербуржцы в выгодном положении. Кроме того, оно привязано к прожиточному минимуму, а минимум занижен до небывалых низин». Как справедливо замечают Т. Н. Поддубная

и А. О. Поддубный, многодетные семьи являются наименее обеспеченными, с низким доходом на одного члена семьи. В структуре доходов пособия на детей занимают лишь небольшую часть. Доля затрат на продовольствие выше, а структура питания менее разнообразная, чем в других типах семей. В связи с постоянным ростом цен в многодетных семьях отмечаются крайне ограниченные возможности удовлетворения потребности детей и родителей в самых

необходимых предметах: обуви, одежде, лекарствах, школьно-письменных принадлеж-

20

ностях .

В соответствии с «Основными направлениями государственной семейной политики» (1996 г.) было предусмотрено «дальнейшее развитие системы семейных пособий, охватывающей поддержкой все семьи с детьми; поэтапное увеличение доли расходов на семейные пособия, включая пособия по беременности и родам и по уходу за детьми в возрасте до полутора лет в валовом внутреннем продукте до 2,2 процентов». На деле же отношение расходов на семейные и материнские пособия к величине валового внутреннего продукта ВВП сократилось с 0,98 % в 1996 г. до менее чем 0,3 % в 2004 г. 21 Важно отметить, что компенсации и детские пособия не спасают от бедственного положения семей и детей, да и получить их бывает достаточно сложно. По данным исследований В. В. Елизарова, руководителя Центра изучения проблем народонаселения экономического факультета МГУ, «за последние годы резко упал уровень реальной помощи семье. Все больше и больше семья вынуждена рассчитывать только на собственные ресурсы. Размер ежемесячного пособия на ребенка с 1996 г. вырос лишь в 1,32 раза. В то время как прожиточный минимум детей увеличился в 5 раз. В результате доля прожиточного минимума ребенка, покрываемая ежемесячным пособием, сократилась в 4 раза и составила в 4 квартале 2004 года менее 3 %. Пособие по уходу за ребенком до 1,5 лет, несмотря на номинальный рост в 2002 г., составило в 2004 г. лишь около 7 % от средней зарплаты, в то время как в 1996 г. — 19,2 %. Соответственно сократился вклад этих пособий в доходы семьи, их значимость для поддержки семей с детьми»22.

С 2006 г. ежемесячное пособие для детей в Петербурге было увеличено. В возрасте от года до 7 лет, в том числе детям из многодетных семей, оно составляет 450 руб., 650 руб. для детей из неполной семьи и 900 руб. для ребенка-инвалида. В возрасте от 7 до 16 лет — 300 руб., 500 руб. детям из неполных семей и 900 руб. на ребенка-инвалида. В то же время прожиточный минимум для детей в конце 2006 г. составил 3101,6 руб., таким образом, детское пособие в настоящее время составляет лишь 10-14 % от прожиточного минимума 23.

Как показал анализ высказываний респондентов, доминирующими стратегиями семьи в условиях мегаполиса становятся стратегия выживания по принципу экономии на всем, пассивного приспособления к обстоятельствам, выжидательные стратегии, опора на собственные силы и стратегии с ориентацией на помощь государства. При этом под стратегией семьи понимаются «обобщенные механизмы формирования поведения семьи в различных сферах жизнедеятельности и различных ситуациях», а под стратегиями выживания семьи — «стратегии семьи, направленные на предупреждение и преодоление экономического кризиса»24. По мнению Ирины, выживание многодетных семей во многом зависит от собственных усилий — доходов семьи, трудовой занятости родителей и старших детей в семье. Например, Елена, скорее склонна к пассивному приспособлению с понижением социального статуса и отказа от работы по специальности. Она, несмотря на среднетехническое образование и профессию радиомонтажницы, ради детей вынуждена работать уборщицей: «Когда-то у меня была ситуация, что меня попросили с работы, потому что у меня пятеро маленьких детей. Я очень долго плакала и сказала: “Ну что делать, дети, придется маме всю оставшуюся жизнь работать со шваброй”». Светлане свойственна надежда

на помощь государства. Женщина рассказала, что всегда надеялась, что государство вспомнит про многодетных. Но за все время ее материнской биографии не было периода, когда семья имела бы относительный достаток, и ни разу никто не оказал семье существенную помощь: ««Не могла я их с мужем обеспечить никогда, я работала санитаркой в поликлинике за копеечку. Государство забыло про нас». Татьяна занимает выжидательную позицию, надеется на Бога и ждет лучшего в будущем. Она рассказала о ситуации хронической бедности в своей семье, что не позволяет приобрести необходимые детям одежду и продукты питания: ««В этом году я отказалась от покупки курток, потому что я не смогу купить их. Будем донашивать старые. Надеюсь, Бог даст в следующем году. Финансовая сторона нас очень сильно подбивает». Для Ольги стратегией выживания стала экономия на всем и отказ в удовлетворении потребностей детей в развитии, обучении: «Потребности у моей семьи большие — дети от 14 до 4 лет. Ну, все надо, чего не коснись. И обувь надо, компьютер нужен, все упирается в эти несчастные, пресловутые деньги. Были бы деньги, купила бы я этот компьютер да заплатила я бы за все за это, не ходила, не унижалась и не тратила бы свои нервы и все время посвящала детям».

Для многих многодетных родителей характерна частая смена мест трудовой деятельности, занятость тяжелым физическим трудом. Традиционной практикой становится ситуация, когда многодетных и одиноких матерей не берут на работу или увольняют, поэтому чрезвычайно актуальна проблема трудоустройства. В то же время предлагаемая работодателями заработная плата настолько мала, что, с одной стороны, не покрывает потребности семьи из нескольких человек, а с другой, делает трудовую занятость женщины просто бессмысленной. Поэтому многие матери не имеют постоянной работы, перебиваются временными заработками или предпочитают вовсе не работать: ««У меня пятеро детей от 16 до 4 лет. Та же самая проблема. Материальная обеспеченность. Все завязывается на этом. А, представьте себе, мне 42 года. Даже с одним ребенком женщине трудно найти нормальную работу. Да? А у меня их пятеро. А если даже я прихожу, по рекомендации биржи, на какую-то работу, то мне говорят, что возрастной ценз, и что у меня пятеро детей, и они будут болеть. А если я работаю, то целый день и за копейки, а дети в это время болтаются на улице». Практически все участницы говорили о том, что не имеют возможности устроиться на хорошо оплачиваемую работу, поскольку много времени посвящают воспитанию детей и домашней работе: «Я не могу себе позволить высокооплачиваемую работу по той причине, что я не могу двенадцать часов работать где-то. Значит, они у меня будут брошены».

Как показано в работах И. Е. Калабихиной, преобладающее большинство неполных семей также имеют характеристики «бедных» и «зависимых от пособий». В России доля «бедных» семей составляет 60,9 % от неполных, а доля «зависимых от пособий» — 18,9 % от их числа 25. В нашем исследовании тема бедности материнских семей артикулирована всеми участницами исследования. Существенно сократилась доля семейных и материнских пособий в общих доходах семьи, их значимость для поддержки семьи с детьми. Наташа считает, что мизерный размер пособия и небольшая пенсия по потере кормильца не позволяют ни накормить, ни одеть ребенка: ««Вот у меня ребенку 3,5 года. И, естественно, размер пособия — маленький, хотелось бы, чтобы он был побольше. Меня бы устроил, ну хотя бы в три раза больше. Сейчас — 500рублей. Я еще плюс получаю пенсию по потере кормильца. Пенсия тоже минимальная — 2000, но там тоже от стажа считается, у человека должен быть стаж 25 лет, чтобы у него была пенсия нормальная, а как может быть стаж 25 лет у человека, который умер в 25 лет». По мнению Анны, перевод детских пособий на карточки в Санкт-Петербурге снижает возможности матерей купить необходимые для ребенка вещи по более низким ценам: «Проблема в том, что детские пособия теперь стали на карточке,

а не наличными деньгами выдаются. Для меня это проблема, потому что в детских магазинах не всегда есть то, что нужно».

Многие женщины сталкиваются с трудностями получения пособия и алиментов из-за отсутствия нужных документов, а также нежелания отцов принимать участие в воспитании ребенка. И. Е. Калабихина показала, что существующая «инерция распределения семейных ролей, характерная для советского времени, когда, несмотря на высокую занятость, женщины практически полностью несли ответственность за воспитание детей, и сегодня продолжает формировать отношения отцов и детей» 26. В случае Надежды женщина не может получить ни алименты, ни детское пособие, потому что бывший муж стал безработным: «У меня не оформлено денежное пособие, потому что папа бывший наш не работает, и я не могу предоставить документы в собес, какую зарплату папа получает, потому что он вообще ничего не получает, алиментов тоже нет». Таким образом, в настоящее время многие отцы практически освобождены от ответственности за материальное содержание и воспитание детей, а государство также отстранилось от выполнения обязательств по отношению к женщинам и детям.

Родители полных семей в большей степени не довольны низким уровнем зарплат, на которые содержать семью с детьми в условиях постоянного роста цен становится очень тяжело. Действительно, минимальный размер оплаты труда МРОТ, равный с 1 мая 2006 г. 1100 руб., и его повышение с сентября 2007 г. до 2300 руб., коснувшееся только зарплат чиновников, покрывает лишь 30 % прожиточного минимума трудоспособного человека. В то же время в соответствии со статьей 2 Трудового кодекса РФ «Основные принципы правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений» предусматривается «обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда». При этом Россия отстает от рекомендованного Европейским Союзом норматива-минимума оплаты труда, составляющего 60 % от средней заработной платы в экономике 27. Неудовлетворенность родителей материальным положением семьи, связанная с низким уровнем оплаты труда как в бюджетной, так и коммерческой сферах занятости, приводит к неуверенности в завтрашнем дне, к страхам и опасениям по поводу возможности обеспечить семью в будущем, дать образование детям. Особенно болезненно переживают трансформацию социально-экономических отношений в условиях капитализма мужчины, которые находятся в состоянии хронического стресса.

Важной проблемой семей с детьми является улучшение жилищных условий. Данные Комитета по труду и социальной защите населения администрации Санкт-Петербурга показывают, что на 1 января 2007 г. в городе проживало 9360 многодетных семей, из них 9030 стояли на очереди по улучшению жилищных условий, и только 330 семей в ней не нуждались. Многодетные семьи по закону должны обеспечиваться безвозмездными субсидиями на приобретение жилья, размер которых зависит от количества детей, и льготами по оплате коммунальных услуг 28.

Анализ высказываний респондетов демонстрирует крайне неблагополучную картину обеспеченности жильем как многодетных семей, как материнских, так и полных семей с детьми. Собственные ресурсы семей ограничены. Жилищные условия не отвечают городским нормативам и слишком медленно улучшаются за счет муниципального жилья, а приобретение жилья на собственные средства невозможно. Рост платы за жилищно-коммунальные услуги еще больше осложняет материальные проблемы многодетных семей. По мнению

Екатерины, у родителей нет средств на ремонт квартиры, оборудования, бытовой техники, даже при большом желании невозможно создать нормальную обстановку для полноценного воспитания детей: ««Прокормить мы еще в состоянии, но вот была бы хотя бы раз в год компенсация значительная, чтобы приобрести что-то. У нас, например, из-за того, что маленькая площадь, спальных мест не хватает. У нас как в купе из-за двухъярусных кроватей. Поэтому такая помощь денежная или мебель нужна. Или хотя бы приходила бы какая-нибудь организация смотреть, в чем нуждаемся». Следствием хронического материального неблагополучия являются отсутствие перспектив в решении жилищной проблемы, невозможность изменить условия жизни, например, выехать из коммунальной квартиры в отдельную. Лидия рассказала о своей трудной жилищной ситуации, изменить которую самостоятельно семья не может. Семья состоит из девяти человек (двое родителей и 7 детей разного возраста и пола) и занимает всего лишь две комнаты в коммунальной квартире. Скученность, проживание детей разного возраста и пола в одной комнате порождают множество конфликтов и ссор как между детьми, так и с соседями по квартире: ««У меня четыре дочки и три сына живут в одной комнате. 21,31,16, 8 — девочкам, и сыновьям 12 и 14. Мы не ладим с нашими соседями. И дети между собой никак не могут поладить. Я каждому стараюсь угодить, подойти. Мне очень трудно».

Таким образом, результаты исследования показывают, что получить реальную поддержку власти в улучшении жилищных условий семьи практически невозможно. Отсутствие перспектив в решении жилищной проблемы останавливает многие семьи от рождения детей либо формирует стратегию достижения и опоры на собственные силы и средства с риском остаться вовсе без детей. В настоящее время практически половина петербургских семей с детьми (238,9 тыс. семей от 490 тыс. имеющихся семей) нуждается в улучшении жилищных условий и состоит на учете более 10 лет 29. Изменить ситуацию возможно, только если государство будет социально ответственным по отношению к своим гражданам, если будет проводиться политика жилищного строительства в интересах семей с детьми. Как показывают наши расчеты, строительство социального жилья для многодетных семей требует инвестирования 25-30 млрд рублей из городского бюджета, что вполне возможно было бы сделать, если отказаться от финансирования крупных инвестиционных проектов в интересах крупного бизнеса и монополий и направить деньги на поддержку семей с детьми.

Образование и воспитание детей, доступность дополнительного образования

Решение важных проблем петербургских семей с детьми — доступности детских дошкольных учреждений и дополнительного образования для детей, расширения бесплатного дошкольного и школьного образования детей, развития сети социальных услуг для семей — также будет способствовать повышению рождаемости. Как показывает анализ региональной статистики, темпы роста дошкольных учреждений не соответствуют потребностям населения. Практически во всех районах города существуют очереди на устройство детей в детские сады, в имеющихся детских садах — высокая наполняемость групп, не хватает ночных и круглосуточных групп для детей. Динамика количества дошкольных учреждений демонстрирует их постоянное сокращение. Так, по данным Комитета по труду и социальной защите населения, в 2006 г. работало 1024 детских сада, в 2005 г. — 1069, в 2001 г. — 1195, в 1995 — 1450, а в 1990 г. — 1729, что, по мнению экспертов, свидетельствует о явных просчетах в социально-экономическом прогнозировании и планировании развития социально-экономической инфраструктуры для детей 30. Уровень оплаты труда в системе образования ниже среднего по городу — 13528 руб. и составляет 8125 руб. — в дошколь-

ном и школьном образовании, 10704 руб. — в общем среднем образовании, в среднем профессиональном — 11195 руб., 13417 — в системе высшего образования, что в определенной мере снижает мотивацию трудовой деятельности, препятствует привлечению в сферу образования, здравоохранения и социальной защиты населения квалифицированных кадров

31

и молодых специалистов .

Как показывают результаты исследования, у матерей постоянно возникают проблемы с совмещением материнских и профессиональных обязанностей, поскольку не хватает мест в детских садах. Услуги коммерческих фирм одиноким женщинам просто не по карману. Например, Екатерина, устроившаяся работать в справочную ночную службу телефонисткой, вынуждена оставлять ребенка ночью под присмотром: ««У меня проблема, мне не с кемребенка оставлять, потому что у нас в садике нет ночной группы. У меня есть сестра, у которой двое детей, которая специально маму мужа вызвала откуда-то, чтоб только она сидела, а они работали бы оба». Многие мамы сталкиваются с аналогичной проблемой — невозможностью доверить своего ребенка или оставить на время, в ночные часы: ««Проблемно всегда в детские сады и школы устроиться. Бедные родители должны в детские сады за год записываться, а потом им скажут, что там, оказывается, ночной группы, которую вы хотели, нет, и вообще никогда не будет».

По мнению Ангелины, бедность ее семьи связана с несоответствием зарплаты потребностям матери с ребенком и платностью социальных услуг для детей в городских дошкольных учреждениях: ««Каждый месяц сборы на группу, на праздники. У меня получается, если ребенка не кормить, не одевать, на сборы в месяц — 3500рублей, у меня слишком маленькая зарплата, меньше чем эти сборы в садике. Поэтому я бы сказала, что мне пособие нужно минимум 3500 тысячи, остальное бы я заработала, чтобы ее прокормить». Юлия перечисляла предстоящие расходы при поступлении дочери в школу, вступительные взносы в детские учреждения города, ежемесячные взносы в садах и школах, сборы за безопасность детей: ««В школу мы идем в этом году, а девочка умная, и, конечно, хочется в хорошую школу попасть, вступительный взнос от трех тысяч и выше, не знаю еще, сколько в этом году будет. Как наскрести эти деньги? Тоже неизвестно, где их брать. Плюс надо покупать все к школе: форму, учебники, а со следующего года будет обучение платное, и неизвестно, как будет ребенок учиться, в садике собирают на домофон, на обеспечение детей». Недоступность качественного образования, по словам Елены, связана с высокой оплатой и постоянным дорожанием социальных услуг, кружков и дополнительных занятий: «Уменя дочка во второй класс ходит, поэтому у нас большие поборы в школе и платные уроки. “Не хотите платить — переводите в худший класс”. Стоит 800рублей английский и информатика, ну плюс наремонт, плюс помощь школе, плюс взносы всякие. Набегает тысяча или полторы, а это для меня нож к горлу. Придется оставить без английского». Во многом дополнительное образование для детей из многодетных и неполных семей недоступно, что воспринимается родителями особенно болезненно. Так, Наташа, пытаясь организовать образовательное пространство для своих детей, столкнулась с проблемой платы за образовательные услуги. Никаких скидок для детей из многодетных семей по оплате кружков и секций не предусмотрено, но если они есть, то добиться их получения бывает достаточно сложно.

Таким образом, дети и подростки в современных городских семьях нуждаются помимо биологических родителей в умном и компетентном «социальном родителе» — системе общественного воспитания и патронажа, которую могло бы создать общество в лице учителей и социальных работников, психологов, педагогов и тренеров учреждений дополнительного образования. Но резкое сокращение количества учреждений культуры, развал

системы профессионально-технических училищ, спортивных объектов и ограниченное финансирование имеющихся, свертывание воспитательной работы в школах и вузах, уменьшение количества секций и кружков, оздоровительных клубов, работающих на бесплатной основе, удаленность объектов досуга от новых жилых районов, единичные случаи организации новых клубов в только что построенных спальных районах приводят к тому, что большая часть детей и подростков не включена в систему организованных форм общения и досуга. За последние годы в три раза уменьшилось количество подростково-молодежных клубов. В 2006 г. функционировало 320 клубов (в 2001 г. — 346, в 1991 — 1042), в них действовало 2680 кружков и секций (из них платных — 835), занималось 57 052 человека, по сравнению с 2001 г., когда в кружках и секциях занималось 78 700 человек. 32

Как показывают материалы региональной статистики, государственные учреждения дополнительного образования детей, находящиеся в ведении Комитета по культуре, включают в себя 19 музыкальных и 12 художественных школ, музыкально-гуманитарную гимназию, 10 школ-искусств, в которых в 2006 г. обучались 19128 учащихся на бюджетном финансировании, что составляет всего лишь 2,83 % от общей численности детей в Санкт-Петербурге. Данные характеризуют явную недостаточность государственных учреждений для духовного и интеллектуального развития петербургских детей 33. В настоящее время имеются серьезные проблемы и в организации доступного и качественного спортивного досуга детей и подростков по месту жительства. Общая численность спортивных учреждений в многомиллионном Санкт-Петербурге составляет 4336 и только 276 спортивных учреждений приспособлено для детей. В городе для детей работают всего лишь 15 плавательных бассейнов, 3 лыжных базы, 3 крытых футбольных манежа, 8 легкоатлетических манежей, 148 спортивных залов, 3 летних оздоровительных лагеря, 58 малых спортивных залов и катков, 41 плоскостное сооружение (футбольные поля и спортивные площадки), что представляется совершенно недостаточным для детского населения. В городских районах имеется 2024 спортивные площадки, но состояние большей части из них оценивается неудовлетворительно, нет освещения, отсутствует спортивное снаряжение и оснащение, нет тренеров для организации спортивной работы 34.

Статистические данные показывают также, что только 10 % от общего количества детей и подростков в городе занимаются в системе организованной досуговой деятельности, остальные 90 % молодых петербуржцев организуют свой досуг самостоятельно. Таким образом, потребность детей в детско-молодежных центрах удовлетворена только на одну десятую. По нашим данным, до 80 % молодежной аудитории не удовлетворены организацией досуга в своем микрорайоне, для большей части опрошенных характерной особенностью проведения досуга является его пассивно-созерцательные и потребительские формы. Просмотр телепередач, компьютерные игры занимают у половины опрошенных до 2,5 часов в день, каждый четвертый подросток таким образом занимает свое время в течение пяти часов ежедневно. Приведенные данные, прежде всего, характеризуют неблагополучие в сфере семейного общения и слабость социализирующего влияния общества 35.

Анализ системы дополнительного образования для детей и подростков в Санкт-Петербурге показывает, что существуют объективные и субъективные причины сложившееся ситуации:

• недостаточное количество молодежных центров и клубов;

• крайне скудное финансирование детской инфраструктуры по месту жительства;

• отсутствие досуговых центров в районах новой жилой застройки;

• низкий статус педагога-организатора (низкий уровень оплаты труда, отсутствие признания и уважения в обществе социально-значимой деятельности педагога);

• распространение индивидуалистических и потребительских ценностей как среди подростков, так и среди педагогов;

• ограниченные возможности повышения квалификации и переобучения для социальных педагогов клубов;

• отстраненная позиция школы и системы здравоохранения от воспитания молодого поколения;

• недостаточное внедрение инновационных форм работы с детьми и социальных услуг для семей;

• отсутствие социологического мониторинга потребностей, интересов, ожиданий и запросов семей и детей в сфере досуга.

Приведенные данные свидетельствуют о передаче государством полной ответственности за судьбу детей в руки родителей, что способствует формированию индивидуальных и общественных рисков по рождению и воспитанию детей в семьях, приводит к снижению рождаемости. Анализ проблем дошкольного и дополнительного образования и воспитания требует изменения роли государства и его более активного участия в социальной защите детей и семей.

Трудовая занятость детей и подростков

Вопросы трудовой занятости несовершеннолетних также должны стать темой для более активной государственной политики в интересах семей и детей. Многие родители из разных типов семей говорили о проблеме трудоустройства подростков во второй половине дня и летнее время. В городе подросткам ««просто некуда деваться»: ни муниципальными советами, ни районными администрациями не решается вопрос о трудовой занятости подростков и их досуге; ««подростки стаями болтаются по улице, пьют, курят, сквернословят, слоняются без дела». По данным сборника «Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге» в 2006 г., было организовано 1730 рабочих мест для подростков в трудовых лагерях на уборке урожая, 6880 мест — по благоустройству дворов и улиц. В целом, только каждый двадцатый подросток (8610 человек) в возрасте от 14 до 17 лет смог устроиться на работу. Низкая заработная плата от 1700 до 2000 руб. за 21 рабочий день, небольшой выбор мест для работы также не способствовали привлечению подростков к труду. В 2006 г. осталась нереализованной и закрыта программа квотирования рабочих мест для молодежи и подростков групп социального риска из семей безработных, малообеспеченных, неполных многодетных семей, потерявших кормильца, детей-сирот и оставшихся без попечения родителей, испытывающих трудности с поиском работы 36. Почти все участники исследования были единодушны во мнении о том, что необходимо воспитывать в детях чувство дисциплины, организованности, приучать их к труду. Городской семье с немногочисленными домашними обязанностями мотивировать ребенка к трудовой деятельности особенно сложно. Поэтому в школах важно иметь специальные программы с уроками трудового обучения и овладения профессиональными навыками. Было бы разумно также создавать специальные курсы и программы трудового воспитания и обучения профессиональным навыкам, как это делается во многих европейских странах. Профессиональное образование в школах особенно интенсивно развивается в Чехии, Венгрии, Швеции, где 82 %, 70 % и 60 % детей соответственно осваивают рабочую профессию 37. Каждый третий ребенок получает специальность, обучаясь в школе в Финляндии, Великобритании, Австрии, Португалии 38.

Многие петербургские родители работают целый день и обеспокоены безнадзорностью детей во второй половине дня. Для большинства матерей совмещение родительских

и профессиональных обязанностей представляется неразрешимой задачей. Некоторые родители, имея полную занятость, фактически теряют контроль над поведением ребенка. Например, Вера предлагает школам работать и во второй половине дня, в то время, когда дети предоставлены сами себе: «Может быть, нужны такие школы, чтобы дети там были сутра и до пяти часов вечера. Потому что если родителиработают, такой ребенок болтается на улице. У меня ребенок проблемный, сложный, и его просто выгнали из группы продленного дня, т. е. не хотят заниматься. А если будут существовать такие школы, то ребенок будет целый день занят, будет сыт, пускай там даже будут трудовые занятия. Не все школы должны быть такими, но должна быть возможность и для наших детей».

Таким образом, одна из насущных проблем и потребностей современной городской семьи состоит в организации досуга детей и подростков (во второй половине дня) и трудовой деятельности как основы нравственного отношения к труду.

Проблемы социального неравенства

В нашем исследовании социальная поляризация была выделена как одна из проблем, волнующих детей и родителей, которая помимо экономических трудностей приводит к сниженному эмоциональному самочувствию, и в целом, снижает мотивацию к рождению детей. Дети из малообеспеченных, многодетных и материнских семей часто конфликтуют с детьми и родителями из состоятельных семей и школьными учителями. Практически каждая мама жаловалась на сборы по оплате вневедомственной охраны, домофона, уборки помещений в школе. Данная ситуация беспокоит родителей не только в связи с финансовой несостоятельностью семьи, но и в связи с формирующимся негативным отношением учителей, представителей родительского комитета школы и учеников к детям из малообеспеченных семей: «Целенаправленно школа сама разделяет нас и детей, если есть, допустим, какие-то материальные поборы, уборки, подарки, охрана. Просто приходит человек из родительского комитета, в школе директор и преподаватели сами не могут деньги взымать, придумали такой родительский комитет, где якобы на добровольной основе родителями это собирается». Матери отмечали черствость и равнодушие педагогов, которые не замечают агрессивности сверстников по отношению к детям из многодетных семей: «Вторая на инвалидности, старшая, потому что в школе побили, потому что многодетная. Вообще, многодетные семьи — это изгои, я Вам скажу. Не только дети, но и матери». Подростки из многодетных семей испытывают затруднения на уроках, потому что родители не могут обеспечить их спортивной обувью и одеждой, учебниками и письменными принадлежностями: ««У сына в школе проблемы с физкультурой. У него одни двойки по физкультуре. Требуют обувь. Я не могу ему купить. Объясняю, что у меня нет денег. “Как это у Вас нет денег?” Я говорю: “Да, нет денег’”. Учительница говорит: “Как к вам не обратишься, у вас всегда нет денег”. У него поэтому по физкультуре — одни двойки. И даже не к кому обратиться! Кто поможет?». Отношение учителей, детей и родителей к многодетным семьям часто недоброжелательное. Матерей попрекают многодетностью и нищетой, которые раздражают других. Медицинские работники, по мнению матерей, негативно относятся к детям из многодетных семей, недостаточно внимательны и добры: «В поликлинике такое отношение: “Вы ихрожали, вы с ними и сидите!»

Позиция матерей в конфликтных ситуациях тоже не всегда конструктивна. Поэтому каждая семья, сталкиваясь с проблемой социального расслоения и негативного отношения к себе окружающих, решает ее по-своему. В то же время каждая из женщин, описывающих свою ситуацию, страдает от бедноси, унижения, потери авторитета в глазах своих детей

и детей обеспеченных родителей. Одна из позиций матерей в психологическом противостоянии — активная, борющаяся, но почти всегда конфликтная. Например, Ольга, занимающая активную позицию борьбы за права своих детей в школе, вступает в открытый конфликт как с родителями, так и учителями, при этом постоянно дискриминируется администрацией школы: «В школе берут с нас большие суммы: на питание, на материальную помощь школе, на новую дверь, крыльцо слепить и т. д. Я написала заявление, что вся сумма, которая пойдет в школу, могла бы пойти на фрукты и питание детям. В школе получила такой “втык” от директора. Меня стыдили при всем родительском комитете, обвинили в том, что у меня дети оборванцы, они плохо одеты. Ну я им тогда устроила». У Надежды скорее примиренческая позиция по отношению к давлению на детей. По ее мнению, общим для многих работающих в социальной сфере специалистов является негативное отношение к многодетным матерям и детям: «Никто не идет навстречу. Особенно обидно то, что иногда слышишь: “Она сама виновата, она сама себе проблемы эти сделала”, Я говорю детям: “Опустите голову, чтобы вы были незаметны, невидимы, тогда можно выжить”». Для другой позиции характерно избегание трудных ситуаций взаимодействия. Женщины оберегают своих детей и стремятся избегать неприятных ситуаций оскорбления или приклеивания ярлыков «нищих и бедных». Поэтому готовы взять на себя психологические трудности, возникающие при адаптации детей из многодетной семьи в обществе. Так, для Веры характерно альтруистическое стремление «принять огонь на себя»: еще больше трудиться, не жалея сил и здоровья, чтобы решить финансовые проблемы семьи: ««Да Бог с ними, со ста рублями! Я где-нибудь еще полы помою, заработаю, отдам, только чтобы ребенка моего не трогали».

В основном именно с невозможностью родителей быть платежеспособными во многих сферах жизни современных детей и подростков, недоступностью качественного образования и досуга, спортивных занятий связано воникновение особой зоны отчуждения между детьми разных социально-экономических групп населения. Участницы исследования обратили внимание на ограниченность коммуникаций детей из многодетных семей, они общаются только в своей среде, часто испытывают насмешки и унижение от своих более обеспеченных ровесников: «Помогают только знакомые, которые скажут что, где проходит. Я тоже, если иду в музей, обязательно звоню другим семьям и беру их детей. Только так. Взаимовыручкой можно выжить». Ограниченность в межличностных контактах, замкнутость только в мире своей семьи не способствуют развитию личности ребенка. Многодетным семьям из-за высокой стоимости услуг для всей семьи не доступны посещения музеев, театров, выставок: «Я не смогла отправить младшего ребенка на экскурсию, сославшись на то, что ее просто укачивает в автобусе. А на самом деле финансовые проблемы. Нужно было заплатить всего 130 рублей, но их у меня не было». Аналогичные проблемы характерны и для детей из неполных и малообеспеченных семей.

Здоровье детей и проблемы детского здравоохранения

Кризисное состояние детского здравоохранения является не последним фактором, влияющим на снижение рождаемости в Санкт-Петербурге. В нашем исследовании основная проблема, наиболее часто упоминавшаяся родителями, связана с состоянием здоровья детей и невозможностью получить качественную и бесплатную медицинскую помощь. Многие дети подросткового возраста имеют последствия родовых травм в виде минимально-мозговых дисфункций мозга (ММД), которые проявились достаточно поздно, при поступлении ребенка в школу. Симптомы нервно-соматического неблагополучия ребенка, на которые ссылались участницы исследования, выражаются в повышенной возбудимости, гиперактивности,

агрессивности либо в утомляемости и заторможенности детей. Плохое самочувствие подростков приводит к сниженной успеваемости, конфликтам с учителями и сверстниками. Срочные диагностические медицинские обследования должны оплачиваться родителями, лекарства в настоящее время доступны, но дороги. Если ребенок имеет хронические заболевания, то надежды на полное восстановление функций организма у родителей нет.

Еще более дискриминирующей представляется ситуация с лечением детей из многодетной семьи, которая также отражает расслоение общества по материальному принципу: «Почему ребенку ставят диагноз, нужно массаж, нужно томограмму головы. Как дело касается того, что платить, то “ах, вы многодетные, вам этого не надо. Этого не надо, мы вам и так поставим’». Какой у нас тогда диагноз будет ? И так гоже. Иди отсюда. Если ты платежеспособный — оближут с ног до головы, а если ты не платежеспособный, то тебя будут затирать по-всякому».

Часть родителей сетовала на имеющиеся хронические заболевания у подростков, которые не позволяют полноценно выдерживать учебную нагрузку. Заболевания трудно диагностировать, а лечить невозможно из-за платности медицинских услуг и бедности родителей. Родители также отметили, что в настоящее время растет количество детей с множественными дисфункциями и нарушениями в состоянии здоровья. В то же время получить квалифицированную, своевременную и бесплатную медицинскую помощь затруднительно, а порою просто невозможно. Таким образом, обсуждение родителями данной проблемы показало, что уровень индивидуальной ответственности за свое здоровье и здоровье детей достаточно низок. Стратегия родителей в отношении здоровья детей достаточно пассивна, и в основном ориентирована на помощь медицинских учреждений и социальных служб. Родители активно занимаются здоровьем своих детей, но главным образом с помощью «выбивания» направлений на диагностические обследования и походы к специалистам.

Заключение

Как показало обсуждение, психологические и социальные ресурсы семей крайне ограничены. Большинство участников согласилось с тем, что необходимо выработать особую государственную политику относительно семей с детьми. Нужна современная дето-центристская политика в отношении тех, кто уже имеет семью и детей или готовится стать родителями. С болью участники исследования говорили о том, что в условиях демографического кризиса жизнь каждого ребенка должна иметь особое значение. По мнению Лидии, необходимо формировать стратегию развития семьи в обществе, поддерживать разные типы семей, тогда и детей будет рождаться больше: ««Унас нет никакой идеологии, нет пионеров, нет октябрят — мы ни к чему не стремимся, мы ничем не живем. Почему это не надо нашему государству? В каком духе мы учим наших детей, и очень жалко, что они кроме своих родителей никому не нужны. Это просто обидно!». Духовные и нравственные ресурсы женщины-матери нуждаются в постоянной подпитке, но в бездуховном обществе восполнять их становится все сложнее: ««Мало того, что ты все отдала материально, ты отдаешь еще духовно. И в итоге от тебя ничего не остается. Это называется жить на износ».

Один из важных выводов исследования заключается также в том, что родители, отцы и матери, особенно в многодетных семьях, испытывают потребность в уважении общества, в признании социального статуса родительства и многодетности как значимого и ценного вклада в демографическое развитие общества. Например, Лидия отметила, что в советское время многодетные семьи пользовались большим вниманием, уважением и заботой со стороны государства: «Внимание было в советское время. Я рожала с 77 по 96 г. Мои дети были маленькие, сейчас они уже взрослые, и они вспоминают — действительно была помощь. И с одеждой, и мате-

риальная помощь, когда третьего, четвертого рожала. 10 и 11рублей, так я тогда могла на эти деньги много себе позволить. Это была жизнь. Эта помощь была ощутимой. И моральная, да! И уважение тоже было». Наше исследование показало, что в современных условиях многие городские семьи с детьми и, прежде всего, многодетные не справляются с многочисленными проблемами и, более того, служат объектом насмешек и унижения в поляризованном обществе. В то же время сегодня как никогда в условиях демографического, нравственного и культурного кризисов стране нужна крепкая многодетная, физическая и нравственно здоровая семья, способная вырастить и воспитать своих детей как будущих полноценных граждан России 39. Поэтому многодетным семьям требуются забота и поддержка общества, реальная помощь в воспитании детей.

Подводя итоги исследования, важно отметить, что сегодня необходимо найти баланс между индивидуальной ответственностью родителей за своих детей и ответственностью государства за проводимую социальную политику. Необходимо от декларации о намерениях переходить к государственной политике, ориентированной на реальную поддержку рождаемости, материнства, отцовства и детства.

1 Вишневский А. Г. Демографическое будущее России // Отечественные записки. 2004. № 4.

2 Антонов А. И. Кризис семьи как жизненной ценности и экономические аспекты семейной политики // Семья в новых социально-экономических условиях. Нижний Новгород, 1998. Т. 1. С. 7-13.

3 Архангельский В. Н. Факторы рождаемости. М., 2006.

4 Зверева Н. В. Система ценностей и рождаемость // Рождаемость и семья в России: Материалы научнопрактической конференции «Демографическое развитие России в XXI веке»: Стратегический выбор и механизмы осуществления / Под ред. В. Н. Архангельского, Г. И. Осадчей. М., 2006. С. 5.

5 Цит. по: Андрюшина Е. В., Каткова И. П., Катков В. И. Рождаемость и общественное здоровье // Народонаселение. 2007. № 2. С. 58-59.

6 Андрюшина Е. В., Каткова И. П., Катков В. И. Указ. соч. С. 58.

7ЛовцоваН. И., Смирнова-ЯрскаяЕ. Р Демографическая проблема: Кто виноват и что делать? // Мир России. 2005. № 4. С. 102-103.

8 Антонов А. И., Борисов В. А. Динамика населения России в XXI веке и приоритеты демографической политики. М., 2006. С. 8.

9 Состав семьи, доходы и жилищные условия семей рабочих, служащих и колхозников. М., 1990. С. 176.

10 Социология семьи: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. А. И. Антонова. М., 2005. С. 59.

Материалы от 10.04.2007 с официального сервера Госкомстата РФ // http://www.gks.ru/free_doc/2006/

b06_13Z05-16.htm.

12 Сафарова Г. Л., Клецин А. А., Чистякова Н. Е. Семья в Санкт-Петербурге: Демографические, социологические, социально-психологические аспекты. СПб., 2002. С. 15.

13 Данные на 30.03.2007, предоставлены Комитетом по труду и социальной защите населения администрации Санкт-Петербурга.

14 Сафарова Г. Л., Клецин А. А., Чистякова Н. Е. Указ. соч. С. 11.

15 Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге (2006 г.) / Комитет по труду и социальной защите населения Администрации Санкт-Петербурга. СПб., 2007. С. 5.

Социальное положение и уровень защиты населения России. М., 2000.

17 Панкратова Н. В., Дармодехин С. В. Изменения доходов семей с детьми // Мониторинг социальноэкономического потенциала семей. М., 1996. С. 194.

18 Материалы официального сервера Госкомстата РФ...

19 Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге.

20 Поддубная Т. Н., Поддубный А. О. Управление системой социальной защиты детства. Ростов-на-Дону, 2005. С. 200.

21 Гендерные бюджеты в структуре социальной политики: Учеб. пособие: В 2 ч. / Под общ. ред. Н. А. Волгина. М., 2006. Ч. 1. С. 154.

22 Елизаров В. В. О совершенствовании демографической и семейной политики // Политика народонаселения: Настоящее и будущее: Четвертые Валентеевские чтения. М. 2005. С. 10—11.

23 Социальная поддержка семей с детьми / Комитет по труду и социальной защите населения... С. 13-20.

24 Мироненко А. А. Стратегии выживания семьи в условиях экономического кризиса в современной России // Материалы Всероссиийской научно-практической конференции «Семья в России: Теория и реальность», 29-30 октября 1999 г. Тверь, 1999. С. 120-119.

25 Калабихина И. Е. Российская неполная семья: Перспективы и реалии // Теоретический и практический аспект экономического развития. М., 1997. С. 95.

26 Калабихина И. Е. Теоретические направления гендерного анализа домохозяйств и некоторые вопросы социальной политики // Гендер и экономика: Мировой опыт и экспертиза российской практики / Отв. ред. и сост. Е. Б. Мезенцева. М., 2002. С. 102.

27 Елизаров В. В. Указ. соч. С. 10-11.

28 Данные на 30.03.2007, предоставлены Комитетом по труду и социальной защите населения администрации Санкт-Петербурга.

29 Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге. С. 29-30.

30 Там же. С. 89.

31 Там же. С. 22.

32 Там же. С. 127.

33 Там же. С. 117.

34 Там же. С. 117-123.

35 Безрукова О. Н. Досуг детей, подростков и молодежи. Молодежь Санкт-Петербурга: реалии, проблемы, тенденции. Положение молодежи Санкт-Петербурга. Ежегодный доклад. СПб., 2003.

36 Аналитические материалы о положении детей в Санкт-Петербурге. С. 145—148.

37 Focus on European Lifestyles // EU Report. 1999. 24 June. P. 12.

38 Bowers N., Sonnet A., Bardone L. Giving young people a good start: The experience of OECD countries. 2000. P. 17 // http://www.oecd.org/els/pdfs/Londonconf/washconf. pdf.

39 Семья как объект социальной работы / Под общ. ред. Е. П. Тонконогой. СПб., 2006. С. 180.