Женевская конвенция ООН о статусе беженцев в общей системе международного права

ЖЕНЕВСКАЯ КОНВЕНЦИЯ ООН О СТАТУСЕ БЕЖЕНЦЕВ В ОБЩЕЙ СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

UN GENEVA CONVENTION ON THE STATUS OF REFUGEES IN THE COMMON SYSTEM OF INTERNATIONAL LAW

УДК 342.951

Аннотация: в статье подробно рассматривается принятая в 1951 году Женевская конвенция Организации Объединенных Наций о статусе беженца, предпосылки её принятия, круг задач, которые она должна была решать. В Конвенции выделено лишь пять причин оснований преследования, по которым иностранному гражданину или лицу без гражданства в государстве -члене Конвенции может быть предоставлен статус беженца. В то же время за почти семьдесят лет, прошедших со времени принятия данного международного документа, появились новые причины преследования и другие основания, в том числе не связанные с преследованием, по которым люди бывают вынуждены покинуть государства своей гражданской принадлежности или постоянного места жительства. Но проведенный в статье анализ показывает, что Женевская конвенция Организации Объединенных Наций не содержит всеобъемлющей защитной концепции, а рекомендации Управления Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев о необходимости расширительно подходить к трактовке понятий «беженец», «преследование» не носят обязательного характера. Поэтому в статье делается вывод о том, что для полноценной работы с беженцами, попадающими под расширенное понятие, необходимо принятие Организацией Объединенных Наций нового международного документа, например, дополнительного протокола к Конвенции.

Ключевые слова: мигрант, беженец, правовой статус беженца, преследование, причины преследования.

Для цитирования: Прокопенкова И.П. Женевская конвенция ООН о статусе беженцев в общей системе международного права // Вестник Белгородского юридического института МВД России имени И.Д. Путилина. 2018. № 4. С. 71-74.

Abstract: the article discusses in detail the Geneva Convention of the United Nations on the legal status of refugees, the prerequisites for its adoption, the range of tasks that it was to solve, adopted in 1951. The Convention identifies only five reasons for persecution on which a foreign national or stateless person in a state party to the Convention may be granted refugee status. At the same time, in the nearly seventy years since the adoption of this international instrument, new causes of persecution and other grounds have emerged, including non-persecution, for which people are forced to leave their state of nationality or permanent residence. But the analysis conducted in the article shows that the Geneva Convention of the United Nations does not contain a comprehensive protective concept, and the recommendations of the Office of the United Nations High Commissioner for refugees on the need to broaden the interpretation of the concepts of «refugee», «persecution» are not binding. Therefore, the article concludes that in order to fully work with refugees falling under the expanded concept, it is necessary to adopt a new international instrument by the United Nations, for example, an additional Protocol to the Convention.

Keywords: migrant, refugee, the legal status of a refugee, persecution, reasons for persecution.

For citation: Prokopenkovа I.P. UN Geneva Convention on the status of refugees in the common system of international law // Vestnik of Putilin Belgorod Law Institute of Ministry of the Interior of Russia. 2018. № 4. P. 71-74.

И.П. ПРОКОПЕНКОВА,

IRINA P. PROKOPENKOV^

магистрант

77712@live.ru

master's student

Женевская конвенция ООН о статусе беженца1, принятая в 1951 году, была призвана решать в первую очередь те проблемы, которые сложились в послевоенной Европе: это сотни тысяч перемещенных лиц, бежавших от военных действий, разрухи, голода, оккупации; насильно угнанных с мест постоянного проживания и т.д. [1]. То, что данная Конвенция своим принятием подразумевала необходимость решения именно вы-шеобозначенных проблем, было отражено в статье первой Конвенции, в соответствии с которой она распространяла свое действие только на события, происшедшие «...до 1 января 1951 года». Данное ограничение впоследствии было снято Нью-Йоркским протоколом 1967 года2.

Соответственно, данный международный документ зафиксировал основные принципы международно-правового регулирования правового статуса беженца и стержневую позицию по защите от преследования, отражающие взгляды международного сообщества, типичные для середины ХХ века [2].

В нее включены лишь пять причин, которые могут послужить основанием для преследования:

- принадлежность к определенной расовой группе;

- религиозная непримиримость;

- национальные противоречия;

- принадлежность к другой социальной группе;

- несовпадающие с официально признанными политические убеждения.

В то же время с принятия Конвенции прошло почти семьдесят лет. Практика применения Конвенции и национальных нормативных актов, принятых на её основе, показывает, что Конвенция не учитывает многих факторов, которые реально становятся причиной преследования человека в своей стране, причем как на государственном уровне (только такого рода преследования являются, в соответствии с Конвенцией, основанием для предоставления статуса беженца), так и со стороны различного рода организаций и учреждений, а также сформированных неформальных групп внутри государства [3]. Например, в Конвенцию не включены преследования по признаку:

- сексуальной ориентации;

- инвалидности;

- ухудшения внутриполитической обстановки, гражданской войны и т.д.

1 Конвенция ООН о статусе беженцев (заключена в г. Женеве 28.07.1951) // Бюллетень международных договоров. 1993. № 9. С. 6-28.

2 Протокол, касающийся статуса беженцев (подписан в г. Нью-Йорке 31.01.1967) // Бюллетень международных договоров. 1993. № 9. С. 28-31.

Кроме того, массовый характер приобретает массовая вынужденная миграция по экологическим причинам - так называемая экологическая миграция - вследствие произошедших техногенных или природных катастроф или вследствие других причин, создавших в определенных районах непригодные для жизни людей условия окружающей среды [4].

В последние годы неоднократно предпринимались шаги в том числе Организацией Объединенных Наций для того, чтобы Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев и непосредственно государства - члены ООН расширительно подходили к трактовке понятий «беженец», «преследование» и в рамках компетенции данной Конвенции рассматривали в том числе дела «...перемещенных лиц, находящихся в ситуации, сходной с ситуацией беженцев».

Но такого рода пожелания носили только рекомендательный характер, а сама Женевская конвенция не содержит всеобъемлющей защитной концепции. Поэтому для полноценной работы с беженцами, попадающими под расширенное понятие, представляется необходимым принятие ООН нового международного документа, например, дополнительного протокола к Конвенции.

Одними из основных принципов защиты беженцев и гарантированности их правового статуса международным сообществом и принимающими их государствами являются закрепленный в Конвенции принцип запрета принудительного возвращения беженцев в страны, из которых они прибыли (принцип non-refoulement), и вытекающий из него принцип запрета уголовного и административного преследования иностранных граждан и лиц без гражданства в случае их нелегального прибытия на территорию государства, в котором они обратились с ходатайством о признании их беженцами.

В то же время практика работы с беженцами в Российской Федерации (здесь необходимо отметить, что принятый в 1992 году Закон Российской Федерации «О беженцах» практически воспроизводит на национальном законодательном уровне все положения Конвенции) показывает, что не все положения данного международного документа в полной мере соответствуют требованиям настоящего времени [6].

Дискуссионным является сам вопрос о праве беженца на въезд в государство, где он собирается подать ходатайство о признании его беженцем, так как Конвенция начинает рассматривать работу с беженцем только на стадии его нахождения на территории государства - участника Конвенции.

Спорным остается также вопрос об уголовной и административной ответственности лиц,

содействующих незаконному перемещению иностранных граждан и лиц без гражданства на территорию государства, где они впоследствии обращаются с ходатайством о признании беженцем. Ведь, как правило, такого рода ходатайства отклоняются миграционными органами, и единственная их цель - путем долгих судебных и административных проволочек и обжалований остаться на территории более благополучной в экономическом и социальном плане страны [7]. А тот, кто им покровительствует, зачастую, несмотря на громкие заявления о милосердии и человеколюбии, просто наживается на таком не слишком благовидном виде бизнеса.

Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев в отношении сферы действия запрета принудительного перемещения беженцев в одной из своих рекомендаций устанавливает следующее: «...запрет принудительного перемещения включает в себя любые принимаемые государством или подчиненными ему лицами или органами меры, в ходе которых соискатель убежища или беженец может быть перемещен к границам района, где его жизни или свободе может угрожать опасность или где он может подвергнуться преследованию. К перечню запрещенных мер относятся выдворение за пределы государственных границ, перехват и непрямое перемещение, вне зависимости от того, является ли конкретная ситуация единичным случаем или же лишь одним проявлением в ходе массовой миграции» [8]. Но и в данном

случае речь идет об иностранных гражданах и лицах без гражданства, которые уже пересекли или почти пересекли государственную границу. Физически отсутствующие в стране обращения беженцы остаются таким образом за пределами действия Конвенции ООН о статусе беженца [9].

Если рассматривать Европейскую конвенцию о правах человека, то данный международный документ признает все обозначенные Всеобщей декларацией права человека, но в то же время не рассматривает такое важное в наше время право, как право на получение убежища от преследования в других странах. И в ситуациях, когда ни национальные процедуры признания человека беженцем, ни государственная система судопроизводства не в состоянии в полной мере оценить риск, которому подвергается лицо, которому отказано в предоставлении статуса беженца, при возвращении в ту страну, из которой он был вынужден бежать, только Европейский суд по правам человека остается последней инстанцией, которая в состоянии защитить права беженцев [10]. И данная функция Европейского суда по правам человека приобретает особое значение в связи с массовым прибытием беженцев в европейские страны в 2015-2018 гг., которое продолжается и поныне.

В то же время более оптимальным и практичным представляется создание соответствующего апелляционного суда по данной категории дел в рамках самого Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Литература

1. Алиев О.Ф. Историко-правовои обзор проблем вынужденной миграции // Евразииская адвокатура. 2017. № 5 (30). С. 17-25.

2. Евтушенко В.И. Основы правового регулирования миграционных процессов. - Белгород: ИД «Белгород» НИУ «БелГУ», 2016. 140 с.

3. Евтушенко В.И. Реализация конституционного права человека и гражданина на свободу перемещения, миграции, выбор места пребывания и жительства: теоретический аспект // Современное право. 2010. № 10. С. 38-41.

4. Евтушенко В.И. Правовой статус экологического мигранта как реализация права человека и гражданина в Российской Федерации на благоприятную окружающую среду при экологических катастрофах природного и техногенного характера: монография. - Белгород: ИД «Белгород» НИУ «БелГУ», 2013. 292 с.

5. Евтушенко В.И. Правовой статус беженца в Российской Федерации: монография. - Белгород: БГТУ, 2006. 113 с.

6. Евтушенко В.И. Место и роль миграционной деятельности в системе национальной безопасности Российской Федерации // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Право. 2017. № 3 (252). С. 84-88.

7. Иванов Д.В. Международное сотрудничество государств в области защиты прав лиц, перемещенных внутри страны // Московский журнал международного права. 2011. № 1 (81). С. 15-30.

8. Дрейпер Ж. Развитие международного гуманитарного права / Международное гуманитарное право: сборник научных трудов. - Москва, 1991. С. 123-124.

9. Гудвин-Гилл Г.С. Статус беженца в международном праве / пер. с англ. под ред. М.И. Левиной. - Москва, 1998. 647 с.

10. Ермолаева Н.В. Практика и результаты применения Европейским судом по правам человека временных мер в российских делах о высылке и выдаче // Международное правосудие. 2014. № 4. С. 18-23.

References

1. Aliev O.F. Istoriko-pravovoi obzor problem vynuzhdennoi migratsii // Evraziiskaya advokatura. 2017. № 5 (30). S. 17-25.

2. Evtushenko V.I. Osnovy pravovogo regulirovaniya migratsionnykh protsessov. - Belgorod: ID «Belgorod» NIU «BelGU», 2016. 140 s.

3. Evtushenko V.I. Realizatsiya konstitutsionnogo prava cheloveka i grazhdanina na svobodu peremeshcheniya, migratsii, vybor mesta prebyvaniya i zhitel'stva: teoreticheskii aspekt // Sovremennoe pravo. 2010. № 10. S. 38-41.

4. Evtushenko V.I. Pravovoi status ekologicheskogo migranta kak realizatsiya prava cheloveka i grazhdanina v Rossiiskoi Federatsii na blagopriyatnuyu okruzhayushchuyu sredu pri ekologicheskikh katastrofakh prirodnogo i tekhnogennogo kharaktera: monografiya. - Belgorod: ID «Belgorod» NIU «BelGU», 2013. 292 s.

5. Evtushenko V.I. Pravovoi status bezhentsa v Rossiiskoi Federatsii: monografiya. - Belgorod: BGTU, 2006. 113 s.

6. Evtushenko V.I. Mesto i rol' migratsionnoi deyatel'nosti v sisteme natsional'noi bezopasnosti Rossiiskoi Federatsii // Nauchnye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Filosofiya. Sotsiologiya. Pravo. 2017. № 3 (252). S. 84-88.

7. Ivanov D.V. Mezhdunarodnoe sotrudnichestvo gosudarstv v oblasti zashchity prav lits, peremeshchennykh vnutri strany // Moskovskii zhurnal mezhdunarodnogo prava. 2011. № 1 (81). S. 15-30.

8. Dreiper Zh. Razvitie mezhdunarodnogo gumanitarnogo prava / Mezhdunarodnoe gumanitarnoe pravo: sbornik nauchnykh trudov. - Moskva, 1991. S. 123-124.

9. Gudvin-Gill G.S. Status bezhentsa v mezhdunarodnom prave / per. s angl. pod red. M.I. Levinoi. - Moskva, 1998. 647 s.

10. Ermolaeva N.V. Praktika i rezul'taty primeneniya Evropeiskim sudom po pravam cheloveka vremennykh mer v rossiiskikh delakh o vysylke i vydache // Mezhdunarodnoe pravosudie. 2014. № 4. S. 18-23.

530130314801