Чукотские ярмарки в отчётах и донесениях царских чиновников (конец xix - начало XX века)

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2016. № 3

О. П. Коломиец

ЧУКОТСКИЕ ЯРМАРКИ В ОТЧЁТАХ И ДОНЕСЕНИЯХ ЦАРСКИХ ЧИНОВНИКОВ

Публикуемый архивный материал представляет собой три отчёта колымских чиновников Якутскому губернатору о ежегодных чукотских ярмарках конца XIX - начала XX в. Представленные документы хранятся в Национальном архиве республики Саха (Якутия). Уникальность отчётов состоит в том, что они содержат описания непосредственных участников ярмарок, ассортимент товаров, специфику взимания ясака с коренного населения северо-востока России. В отчётах и донесениях содержатся сведения о ценах на ввозимые русскими купцами, а также чукчами и ламутами (эвенами) товары; анализируются причины упадка ярмарочной торговли на рубеже веков.

Ключевые слова: чукотские ярмарки; торговля; коренное население; ассортимент товаров; цены.

O. P. Kolomiets

THE CHUKCHI FAIRS IN THE REPORTS OF THE TSAR'S OFFICIALS

The published archival material represents three reports of the Kolyma officials to the Yakut governor on the Chukchi annual fairs of late XIX - early XX centuries. The documents are stored in the National Archives of the Republic of Sakha (Yakutia). The uniqueness of the report is in the description of the participants in the fairs, its product range, and the specificity of the tribute collection from the indigenous population of the North-East of Russia. The reports contain information on prices imported by the Russian merchants, as well as on the Chukchi and Lamut (Evens) products; are analyzed the causes of the fair trade decline at the turn of the centuries.

Keywords: Chukchi fairs; trade; indigenous population; range of products; prices.

Публикуемый архивный материал представляет собой три отчёта колымских чиновников Якутскому губернатору о ежегодных чукотских ярмарках конца XIX - начала XX в. Представленные документы хранятся в фондах Национального архива республики Саха (Якутия). Вышеперечисленные документы имеют удовлетворительную сохранность и несомненную источниковедческую ценность, проливают свет на проблему торговли между аборигенным населением Чукотки и купечеством в конце XIX - начале ХХ в. Якутские и колымские купцы вели активную торговлю с коренными жителями северо-востока России, в том числе с чукчами, юкагирами, эскимосами. Уникальность отчётов состоит в том, что в них описываются непосредствен-

© Коломиец О. П., 2016

ные участники ярмарок, ассортимент товаров, специфика взимания ясака с коренного населения северо-востока России. В отчётах и донесениях содержатся сведения о ценах на ввозимые купцами, а также чукчами и ламутами (эвенами) товары; анализируются причины упадка ярмарочной торговли на рубеже веков. Использование в научной работе публикуемых исторических документов позволит более глубоко осветить вопросы торговли, административного регулирования ярмарочной торговли. Благодаря введению в научный оборот нового корпуса документальных источников появится возможность глубже исследовать торговые отношения не только на Чукотке, но в целом на северо-востоке России в конце XIX - начале ХХ в.

Ярмарочная торговля на северо-востоке России возникла во второй половине XVII в. Она проводилась в Якутске, Среднеколымске. Купцы-землепроходцы обнаружили существование у аборигенов и своих мест традиционного обмена, так называемых собраний и лагерей. В 1763 г. специальной инструкцией Правительства в Сибири были организованы первые «туземные» ярмарки [1, с. 12].

История чукотских ярмарок начинается в конце XVIII в. Индигирский исправник И. И. Баннер послал чукчам подарки с приглашением завести меновую торговлю. Ярмарка в Анюйской крепостце начала существовать с 1788 г., когда «своё обещание выхлопотать им (чукчам. - О. К.) от правительства подарок Баннер исполнил; в 1788 г. последовала ежегодная ассигновка в 143 рубля, на которые потом постоянно до 1869 г. покупали в Якутске различные товары в роде табаку, железных котлов и т. п. и отсылали их чукчам через колымскаго исправника» [2, с. 82]. Анюйская ярмарка проходила по меньшей мере в двух местах. В источниках упоминается устье р. Ангарки и на острове (местечко Островное). Скорее всего, крепость переносилась один раз в 1810 г.

В конце XVIII - первой половине XIX в. были учреждены ярмарки в Каменском и Гижиге, в Тауйске, Ямске, на Парапольском долу и в Марково. В последующем они возникали в Ерополе, Вакарёве, Усть-Белой, Туманской (район с. Ваеги). В 1781 г. была открыта Чукотская, в 1788 г. - Анадырская ярмарки. Чукотская проводилась, как правило, в марте в 100-250 вёрстах от селения Каменного в зависимости от того, где располагались прибывшие чукчи. Для участия в ней приезжало до 300-400 аборигенов, русских купцов, мещан и казаков. Анадырская ярмарка проходила в феврале на р. Анадырь примерно в 35 вёрстах ниже уничтоженного Анадырского острога. В 1788 г. рыльский купец Кречевцев поставил здесь для торговли с чукчами небольшое селение, обнесённое высокими деревянными стенами. Позднее инициатива в проведении ярмарок перешла к Российско-американской компании. Ежегодный торговый оборот их достигал 15 тыс. руб. Анадырская и Чукотская ярмарки являлись исключительно меновыми, деньги на них не использовались [3, с. 121-122].

Из всех ярмарок наибольшее экономическое значение имела Анюйская ярмарка. По подсчётам Ф. П. Врангеля, в 1821 г. торговый оборот Анюйской ярмарки составил 200 тыс. руб., и это притом, что исследователи отмечают, что купцы сознательно занижали свои доходы от торговли [1, с. 13]. Ярмарка ежегодно открывалась в марте. В первые годы её проведения люди съезжались в начале месяца, постепенно сроки ярмарки сдвинулись к концу марта. Анюйская крепостца была обитаема только во время ярмарки. Сюда собирались главным образом чукчи, приезжали также юкагиры, эвенки, эвены и коряки. Люди съезжались за 1 000-1 500 вёрст на оленях, собаках, лошадях. Для встречи с ними приезжали купцы из Якутска, русские обыватели из колымских зимовий. Они привозили с собой листовой крепкий табак южнорусского происхождения (так называемый черкасский) -главный предмет торга, всякого рода металлические изделия (ножи, топоры, железные и медные котлы), оружие, порох, свинец, бусы, некоторые хлопчатобумажные изделия, чай, сахар. Коренные жители меняли шкуры лисиц (красных, чернобурых, серебристых), песцов, рысей, росомах, выдр, речных бобров, медведей, моржовые клыки, одежду из шкур оленя [4, с. 118]. Единицами обмена в торговле с русскими являлись папуша табака и плитка кирпичного чая, к их стоимости приравнивались остальные товары.

На ярмарке действовали «Правила иноверческого управления», разработанные в 1810 г. иркутским гражданским губернатором Н. И. Трескиным. Одним из пунктов этих правил явилось учреждение ярмарок со строгой регламентацией торговли. Все торговые операции должны были производиться только на ярмарках и разрешались лишь после того, как был внесён ясак. Запрещалось под страхом лишения прав торговли ввозить и продавать на ярмарках спиртные напитки. Однако эти правила часто нарушались. Обязательным элементом Анюйской ярмарки были подарки для чукчей [5, с. 28]. В 1869 г. барон Г. Л. Майдель отменил «трескинские правила» торговли с чукчами. Однако «вольная торговля» просуществовала недолго. В 1872 г. колымский исправник Иващенко составил и ввёл в действие новые правила меновой торговли [Там же, с. 33].

В 1860-80-х гг. XIX в. центр торговли с чукчами переместился с Анюя в с. Марково, значительно упало и число плательщиков ясака; возросла активность американских китобойных судов. Торговые обороты ярмарки заметно уменьшились - до 3-5 тыс. руб., а в перечне товаров возросли объёмы продуктов оленеводства: оленьи шкуры, выпоротки, ровдуги, кухлянки и пр. В 90-х гг. XIX в. обороты ярмарки снова выросли до 10-12 тыс. руб. Среди товаров, привезённых чукчами, ценных мехов было немного, преобладала белка и оленьи шкуры. Русские торговцы, напротив, привозили более широкий ассортимент: чай, табак, сахар, топлёное масло, сухари, пряники, фарфоровую посуду, железные изделия, платки, сукно. Водка на ярмарке продавалась и вывозилась на Анадырь. Носовые чукчи приходили не каждый год и в небольшом количестве [6, с. 128]. Н. Гондатти так характеризовал торговлю на Анюйской ярмарке применительно к середине 80-х гг.: «Если бы на Анюйской ярмарке не продавался спирт, то можно с уверенностью сказать, что туда стали бы ходить лишь

ближайшие чукчи. Теперь же, благодаря этой приманке, которой в анадырской округе нет, туда продолжают ходить иные и дальние, но, в общем, Анюйская ярмарка, по словам торгующих, стала год от году падать» [7, с. 174].

В 1904 г. Чукотскую ярмарку из Анюйской крепости перенесли в деревню Панте-леиху в 45 вёрстах от г. Нижне-Колымска. Объясняя Якутскому губернатору причины переноса ярмарки, земской заседатель Попов утверждал, что раньше торговлю с чукчами необходимо было отнести подальше из-за опасений перед их дикостью, а сейчас это не имеет никакого значения и сильно удорожает дорогу [6, с. 128].

В 1908 г. ярмарку посетил якутский губернатор И. И. Крафт. По итогам поездки Крафт предложил меры по политическому и экономическому урегулированию отношений с чукчами [5, с. 34].

В документах, представленных в данной статье, отражается состояние ярмарочной торговли с коренным населением северо-востока России в конце XIX - начале XX в. Орфография и пунктуация источника соблюдены.

Ф. 12 и. Якутское областное управление

Оп. 1. Д. 10284. Записка Колымского окружного исправника о ходе Чукотской ярмарки в Анюйской крепости Колымского округа в 1893 г.

(Л. 22) Копия

Колымский окружной исправник.

Донесение с представлением записки о ходе Анюйской ярмарки.

Мая 31 дня 1893 г.

№ 83

г. Средне-Колымск.

По отделению Стол.

Господину Якутскому Губернатору.

Имею честь представить при сем на благоусмотрение Вашего Превосходительства записку мою о ходе Анюйской ярмарки и происходившей на ней меновой торговле Русских с Чукчами в сём 1893 году.

При этом считаю долгом доложить Вашему Превосходительству, что 1) отчёт в расход подарков присланных для выдачи диким Носовым Чукчам в поощрение за отдалённый приход их в Анюйскую крепостцу для меновой торговли с Русским купечеством в 1893 г. мною, вместе с сим представлен на благоусмотрение Вашего Превосходительства; и 2) собранные мною с Носовых и Оленных Чукоч и других бродячих инородцев вверенного мне округа в ясак, а сей год рухлядь и деньги сданы мною в Колымское Окружное Полицейское Управление для отсылки по принадлежности.

Кроме сего имею честь донести Вашему Превосходительству, что состоявший при мне переводчик чукотскаго языка Егор Лыкчин, волею Божию, в начале сего года умер, а потому мною на место Лыкчина нанят переводчиком отставной станичный Казак Сафрон Кандаков, который в ярмар- (Л. 22 об.) ку сего года и находился при мне в Анюйской крепостце, исполняя свою обязанность переводчика при моих переговорах с чукчами, и, согласно предписания Господина

Якутского Губернатора, от 15 февраля 1885 года за № 369, представит при сём послужной его, Кандакова, список.

Колымский Окружной Исправник

Записка

Колымского Окружного Исправника о ходе Чукотской ярмарки в Анюйской крепостце, Колымского Округа, в 1893 году.

В 250-ти вёрстах к востоко-северо-востоку от селения Нижне-Колымска, Колымского округа, при реке малом Анюе, впадающем в р. Колыму, против Нижне-Колымска, на склоне безлесной крутой покатости одного из отрогов Анюйскаго горнаго хребта приютилась одиноко стоящая Анюйская крепостца. Крепостца эта была прежде в десяти вёрстах выше теперешняго ея места и находилась одном из островов р. Анюя, почему и носила названия «Островное»; имя это отчасти, сохранилось за нею и до сих пор. На настоящее своё место Анюйская крепостца перенесена в 1810 году, когда быстрыя воды р. Анюя разлили остров, на котором она была устроена. Окружающие крепостцу горные кряжи, покрытые по падям тонкою низкорослою лиственницею, вместе с непривлекательным видом самой крепостцы, производят на наблюдателя тяжёлое удручающее впечатление. Всё кругом кажется как-то мертвящим, безотрадным. Сама Анюйская крепостца, по своему устройству, носит одно только название крепостцы, так как не имеет никаких приспособлений для прикрытия и самозащиты съезжающихся в неё людей, в случае если бы на неё сделано самое простое нападение с целью грабежа и убийства, даже и такими дикарями как Носовые Чукчи, в ней нет не только бойницы, но даже и простого блокгауза. В сущности Анюйская крепостца ничто иное как маленькая кучка также маленьких, жиденьких и ветхих домиков и лавочек, кое-как сколоченных из местнаго тонкаго листвиничнаго леса и обнесённых полуразвалившимся невысоким деревянным забором, срубленным зигзагообразно из таких же тонких лиственничных брёвен, и в общем вся крепостца имеет довольно унылый и даже жалкий вид.

На ежегодно бываемую в Анюйской крепостце ярмарку съезжаются русский торгующий люд для сбыта своих товаров и бродячие инородцы: ламуты, чуванцы и преимущественно оленные и дикие Носовые Чукчи для обмена на русские товары продуктов своего (Л. 23 об.) зверинаго промысла: разной пушнины, мамонтовой кости, моржоваго зуба ремней из моржовых и китовых кож и т. п. предметов. В нынешнем году съезд такой разноплеменной толпы выразился в следующих цифрах: русских было 240 душ обоего пола, ламутов и юкагирей до 150 душ обоего пола, Оленных и Носовых Чукоч до 200 душ обоего пола и ездовых собак под нартами приезжающих русских до 1 000 штук, что и указывает на то, что Анюйская ярмарка сего года, в сравнении с предшествовавшими годами была малолюднее. Причины малолюдства сказанной ярмарки сего года кроются в том, что большинство зажиточных чукоч прежде бывавших в Анюйске в зиму сего года запаслось необходимыми для них товарами в Анадырске, где, как слышно, ими приобретены товары по гораздо низшим ценам, чем таковыя обыкновенно существуют в Анюйской ярмарке.

Ярмарка сего года в Анюйской крепостце, благодаря более раннему чем в предшествовавшие годы приезду Колымского купечества в Анюйскую крепостцу, была не так запоздалою, как в прежние годы, а именно с 31-го Марта по 13-е Апреля. Главною причиною запоздалости (хотя и на несколько дней) открытия Анюйской ярмарки в текущем году, как и прежде, послужило неудобство пути между Якутском и Анюйской крепостцою, характеризующееся тем, что следующие как на эту ярмарку, так и вообще в Колымский округ, купеческие транспорты доставляются обычным в этом крае вьючным способом, по всему Якутско-Колымскому тракту, неудобства которого на всём его протяжении (2 315 вёрст), вынуждают купечество переносить не мало трудностей, предоставляемых самою местною природою, так как тракт этот пролегает большею своею частию по топям, болотам, горным ручьям рекам и чрез довольно трудные для перевала горные хребты. Но не смотря на то, что ярмарка открылась в этом году позднее своего срока, а именно 31-го Марта, вместо 25 Марта, назначеннаго Правительством для обычнаго открытия ярмарки, Носовые и Оленные, а также и другие бродячие инородцы, бывающие на ярмарке, не понесли от этого для себя никакого ущербы, так как свыкшись с этим фактом, что ярмарка в Анюйской крепостце, по трудности доставки на неё купеческих кладей, не может быть открываема своевременно и что большею частию торговля производится в конце первой половины Апреля, начали и сами прикочёвывают в крепостцу к этому (Л. 24) времени. Так было и в текущем году.

Выждав отправку из Средне-Колымска товаров для Анюйской ярмарки, я выехал из Сред-не-Колымска 19 Марта и 22 того же Марта прибыл в Нижне-Колымск, где пробыл до 29 числа, употребив это время на прямыя свои обязанности по службе, касающиеся до Нижне-Колымской части ввереннаго мне Округа, наблюдение за скорейшею отправкою купеческих товаров в Анюйскую крепостцу и отъездом самих купцов, которые могли выехать из Нижне-Колымска только днём, 28 Марта. Здесь, в Нижне-Колымске, я, между прочим, узнал, что переводчик Чу-котскаго языка Егор Лыкчин, постоянно состоявший при мне при моих переговорах с чукчами в Анюйской крепостце, волею Божиею умер; по сему и был тут же нанят новый переводчик Чукотского языка отставной станичный казак Сафрон Кандаков. В Анюйскую крепостцу я прибыл 30 Марта и на другой день открыл ярмарку, приступив вместе к сбору ясака за 1893 год с Олен-ных Чукоч и других бродячих инородцев, а также и приёму Носовых Чукоч, угощению их и обмену на их подарки правительству правительственных отдарков.

Из бесед своих с дикими Носовыми Чукчами я узнал, что у них в прошлом 1892 году никаких эпидемических болезней не было; промысел рыбы, тюленей и моржей, служащих им главною пищею, был удовлетворительный, почему и голодовок у этого племени не было; промысел же пушных зверей и в особенности бобров был довольно скудный потому именно, что прибыльности этого промысла препятствуют чукчам главным образом американцы, которые год от года всё более и более увеличивают свою самопроизвольную промышленность и контрабандную торговлю между Чукотскими лагерями и всю свою энергию сосредоточили на возможно большей добычи пушных зверей и в особенности истреблений бобров, а также на обирании и спаивании самих Чукоч. Последнее обстоятельство довольно подробно охарактеризовано в моих отчётах об Анюйской ярмарке за предшествовавшие годы.

Ярмарка сего года в Анюйской крепостце хотя и не была особенно оживлённою но приезд Чукчей, анадырских торговцев и других бродячих инородцев, по местным условиям, можно назвать удовлетворительным. Стечение народа на ярмарке было, как сказано выше до 620 душ обоего пола, как русских, так и инородцев, вклю- (Л. 24 об.) чая в то число Оленных и Носовых Чукчей. Столкновений и недоразумений торгующего класса с Чукчами и другими инородцами не было и в общем ярмарка закончилась очень миролюбиво. Запасшись на сколько для каждого было возможно табаком и другими товарами Носовые и Оленные чукчи и другие инородцы спокойно откочёвывали в свои стойбища. Нераспроданных товаров купечеством вывезено обратно в Нижне-Колымск самое незначительное количество. По окончании торговли, я, закрыв 13-го апреля ярмарку, в тот же день выехал из Анюйской крепостцы в селение Нижне-Колымск, в котором и пробыл по делам службы до 19 числа, а 22 Апреля благополучно возвратился в г. Средне-Колымск.

Колымский Окружной Исправник Подпись

(Л. 25 об.-26)_

Наименование русских Сумма Оборот товаров Сумма

товаров П.* Ф. Р. К. на ярмарке П. Ф. Р. К.

В Апреле месяце 1893 101 4 040

года торгующими лицами

было привезено товаров на Анюйскую ярмарку: Табаку черкасского Разных товаров, как то: железных, скобяных, Променено на ярмарке: Табаку черкасского Других разных товаров Вывезено обратно с яр- 97 3 880 20 000

медных, мануфактурных, колониальных и галанте- марки и продано жителям Нижне-Колымской

рейных 22 000 части Округа 2 160

26 040 26 040

* Здесь и далее: П. - пуды; Ф. - фунты; Р. - рубли; К. - копейки.

Окружной исправник Подпись

Ф. 12 и. Якутское областное управление

Оп. 2. Д. 1877. Отчёт Колымского окружного исправника по Анюйской ярмарке в 1903 г.

Колымский окружной исправник С представлением отчёта по Анюйской ярмарке 1903 г.

Мая 23 дня 1903 г. № 836 г. Колымск.

Господину Якутскому Губернатору. Представляя при сём отчёт по Анюйской ярмарке на благоусмотрение Вашего Превосходительства имею честь донести, что мотивы, изложенные Земским Заседателем по вопросу платежа ясака бродячими родами вполне достоверны и вызывают необходимость изменения порядка раскладки ясака, подразделив бродячие роды на чукчей, ламутов, юкагиров, тунгусов и чуванцев без наименования участков и собственных имён, как то: Большая тундра, Каменный род, Дельянский и т. п., так как такое подразделение на практике встречает следующия затруднения: регистрация платящих ясак чукчей, ламутов и прочих по участкам и местностям не достигает цели успешности поступлений ясака, ибо чукчи во первых те имеют понятия о писанных причислениях их к тому или другому участку или месту, во вторых, постоянно перекочёвывая из рода в род и не редко за границы Колымскаго округа, (Л. 1 об.) они, а также ламуты и другие бродячие роды, естественно входят в регистрацию платящих того рода и округа, где в данное время бродят, вследствие чего и является недоимка за перекочевавшими родами и переплата за теми родами, в которых в данное время находятся перекочевавшие, так например объяснилась к 1 Января 1903 г. недоимка за чукчами: II участка - 67 р., III участка - 348 р. 49 к., Ана-дырскаго хребта - 200 р. И переплата: - Большой тундры 168 р. 50 коп. И I участка - 54 р. Чу-ванцы Хатылинскаго рода давно перекочевали на р. Анадырь и свой ясак платят Анадырскому Окружному Начальнику.

В виду выше изложеннаго является желательным упрощение окладного деления бродячих родов, заменив участки и названия мест простым разграничением, по платежу ясака, на чукчей, ламутов, чуванцев, тунгусов и юкагиров Колымского округа.

Окружной Исправник Секретарь Аргунов

Отчёт по Анюйской ярмарке 1903 года.

Время открытия ярмарки и причины запоздания. Анюйская ярмарка в 1903 г. была открыта лишь 4-го Апреля. Причины запоздания те-же, что и в минувшем году, т. е. позднее прибытие купеческих транспортов в с. Нижне-Колымское и затем на Анюй. Весьма глубокие снега, выпавшие в зиму 1902-1903 гг., много препятствовали успешному передвижению тяжёлых нарт с товарами. Нарты, по дороге, описанной мною в минувшем году, можно (Л. 2 об.) сказать, не ехали, а плыли, беспрестанно сваливаясь то на одну, то на другую сторону.

Ход и торговые обороты. Ярмарка продолжалась пять дней (исключая перваго дня Пасхи, в который торговли не было) и была по оборотам несколько лучше, нежели в прошлом годе, не достигнув, однако-ж, цифры оборотов ни одного из предшествующих 1902-му годов. Таким образом, постепенный упадок ярмарки по причинам, изложенным мною в отчёте 1902 года, подтверждаются. Чукоч и ламутов явилось на ярмарку 179 человек, считая оба пола, русских 105 человек (в этом числе 4 женщины) и якутов 14. Чукоч было несколько менее, а ламутов несколько более, чем в 1902 г. (Табл. I). Все русские и якуты принадлежали к Колымскому Округу, за исключением двух якутов, прибывших для торговли с р. Индигирки.

По показаниям торговавших (Л. 3) (10 человек), на ярмарку доставлено ими товаров на 8.369 р., а продано на 6.668 р. (Табл. II), т. е. увезено обратно около четверти всех привезённых

товаров. В сравнении с минувшим годом товаров привезено менее на 6.400 р., что показывает, что количество, доставляемых на ярмарку товаров, ежегодно уменьшается в зависимости от оборотов. Дорогих мехов у инородцев не было, преобладали: белка, песцы и красная лисица, мамонтовая кость и выпоротки (Табл. III). Привожу сравнительную таблицу пушнины, привезённой за три последние года:

Годы

1901 1902 1903

Бобров 29. 12. -

Сиводушек 36. 2. 13.

Красных лисиц 336. 59. 137.

Песцов 1.050. 181. 354.

Белок 4.200. 2.330 3.280.

(Л. 3 об.) Главные предметы спроса: кирпичный чай и черкасский табак составляли почти две трети стоимости всех привезённых на ярмарку товаров. Цены на товары были несколько ниже цен предшествующаго года (Табл. II). Чукчи-же, пользуясь своей малочисленностью, повысили свои требования на принесённыя меха и шкуры. Обыватели, приобретавшие на ярмарке одежду (кукашки, кухлянки, оленьи шкуры и проч.), оленье мясо и языки, ныне не могли ничего выменять вследствие двойных и тройных спросов против прежних годов. Собак, которых было 822 при 91 нарте, также не было возможности прокормить и большая часть обывателей поспешила выехать с ярмарки на третий четвёртый день ея открытия.

Объявление о перемещении ярмарки на Пантелеиху. Полученное ныне разрешение Г. Ир-кутскаго Военного Генерал-Губернатора перенести ярмарку в с. Пантелеиху обрадовало особен- (Л. 4) но беднейшую часть населения; довольны и купцы, которых это перемещение избавляет от больших затрат и невозможной дороги с Пантелеихи до крепостцы.

Ближайшие чукчи, когда им было объявлено мною о перемещении, ответили, что будут приходить на новый пункт; дальние-же (был только один представитель от них) будут предупреждены и нет основания думать, чтобы они перестали ходить на новое место, так как дорога сюда, по уверению сведующих людей, лучше, чем старая. Во всяком случае, несомненно, что посещающие ярмарку чукчи будут являться и на Пантелеиху. Ламуты довольны перемещением. Открытие ярмарки назначено на 1 Марта; возможно, что в первые годы чукчи будут запаздывать, имея смутное понятие о месяцах и числах, но постепенно привыкнут (Л. 4 об.) и будут приходить к назначенному сроку. Перемещение ярмарки, кроме указанных мною в отчёте про-шедшаго года выгод, будет иметь большое значение и в смысле более интенсивнаго влияния русских на чукоч.

Ярмарка прошла спокойно, без всяких недоразумений.

Платеж ясака чукчами и ламутами. Между прочим, на Анюйской ярмарке производится сбор ясака с являющихся на неё родоначальников ламутов и чукчей. Сбор этот представляет немалыя затруднения, главным образом, потому, что ламуты, за исключением немногих родов, не знают, к какому роду они принадлежат, а чукчи и вовсе неимеют никакого понятия о делении их на роды. Дело в том, что самыя деления искусственны, особенно в отношении чукоч, и основаны просто на фантазии. Чукчи (принявшие подданство), повидимому, первый раз были (Л. 5) обложены ясаком Бароном Майделем, который подразделил их так: чукчи 1-го участка Колымскаго Округа (12), чукчи 2-го участка Колымскаго Округа (29), чукчи 3-го участка Колым-скаго Округа (101), чукчи Большой тундры Колымского Округа (40) и чукчи Анадырскаго Округа (65). Где эта Большая тундра, когда местность, по которой бродят чукчи, представляет одну сплошную тундру? Наконец, мы ничего не знаем о Малой тундре, а если есть Большая, должна быть и Малая. Что это за участки 1, 2, и 3 Колымского Округа? Как прикрепить чукчей к известному, определённому месту, когда платящие ясак и неплатящие смешаны и бродят вместе и не желают знать, да и не слыхивали ни о каких участках? Чукчи, которые когда-то бродили близ Анадыри, давно перешли куда-нибудь (Л. 5 об.) в другое место, как ежегодно они переходят с правой тундры на левую и обратно (для этого деления границей служит р. Колыма); та и другая тундры необъятны и как в них поставить участки? Как объяснить чукчам, что они принадлежат к такому-то участку, а главное, как найти их, при платеже ясака по участкам?

Как в минувшем годе, так и в нынешнем на Анюйскую ярмарку для платежа ясака являлся только один чукотский старшина Коравия, заявивший, что он вносит 10 р. Отыскивая в 1902 г. в окладных листах, к какому участку, приблизительно, он должен быть отнесён, я удивился, что по обложению он ближе подходит к 1-му (12) и спросил с него 12 р. (обложены все по 1 р.). Ко-равия категорически ответил, что долг более 10 р. он платить не намерен, что так платил раньше, что об наших окладных листах он ничего знать не хочет. То же самое произошло и с другим чукотским старо- (Л. 6) стою Эттыгином, внёсшим мне в с. Нижне-Колымском 28 р., когда я спросил с него 29 (причисляя к 2-му участку). Ныне с Коравии я взыскал 12 р., а Эттыгин не являлся. Не было также (как и в прошлом годе) представителей от 3-го участка, Большой тундры и Анадырскаго хребта, которых, вероятно, можно было бы приблизительно узнать по сумме вносимых ими денег. Ходят слухи, что некоторые чукчи, платившие ясак ранее на Анюйской ярмарке вносят его Анадырскому Исправнику, вероятно, находясь ближе к нему. Вследствие неясности, с каких именно чукоч взыскивается ясак, перепутаны цифры и в окладных их листах; так: у чукчей 1-го участка показана на 1903 г. переплата в 68 р. Тогда как у чукчей 2-го участка поставлена недоимка в 67 р. Очевидно, что взысканныя с чукчей 2-го участка деньги по- (Л. 6 об.) казаны, как взысканныя с чукчей 1-го участка. По крайней мере, Коравия сам говорит, что всегда платил по 10 р. И следовательно переплатить не мог. С ламутами произошло недоразумение по определению Каменнаго рода. Старосты этого рода в минувшем годе не было на ярмарке, а в нынешнем явился от Старшины того-же рода Семёна Карулина один из его родовичей внести ясак за 12 человек, бродящих вместе с Карулиным. Когда я спросил этого посланника, какого он рода, то он ответил - Балаганчикова, но так как в окладных листах такого рода не значится, то я спросил, не 2-го ли Дельянскаго он рода? - Ответил: «Может быть , 2-го Дельянскаго». Когда-же я, приняв во внимание названнаго им Старосту Балаганчикова, причис-ляемаго к Каменному роду, спросил: Не Каменнаго-ли рода он? Ответил: «не знаю, может быть, Каменнаго». Чтобы разобраться в этой путанице, я спросил нет ли у него (Л. 7) Карулинских квитанций в платеже ясака. К счастью, оне оказались на лицо. Разбирая квитанции я увидел, что одна из них выдана Карулину, как принадлежащему к 2-му Дельянскому роду, а четыре, как принадлежащему к Каменному!.. Очевидно, в один из платёжных годов была допущена ошибка причислением Карулина к 2-му Дельянскому роду, а потому, записав его, как принадлежащаго к Каменному, я просил посланнаго помнить об этом и передать Старшине.

Все эти недоразумения не могли-бы иметь места, если бы роды, исключая носивших уже древния названия, как-то Уяганского, Дельянскаго, были названы по именам их первых Старост, которых инородцы никогда не забывают и по которым всегда себя называют: Балаганчикова рода, Дьячкова рода (ламуты), Омрельхота, Ёльтыргина, Рёмкилина (чукчи).

(Л. 7 об.) исчезновение пушного зверя и дикого оленя совершенно разорили ламутов по словам представителя Каменнаго рода, Старшина Карулин не мог явиться лично только потому, что остался лишь с одним оленем еле-еле пропитывается со своими людьми около р. Чауна; голод испытывают уже второй год, охота плоха. Староста-же Каменнаго рода Балаганчиков вследствие сильной голодовки, оставшись всего с 2-мя оленями, в 1902 году перебрался на р. Пен-жину, где и остался, будучи не в состоянии вернуться обратно. Умирая с голоду с бывшими с ним ламутами, в числе более 30 душ, Балаганчиков только благодаря помощи Старосты 1-го Дельянского рода Дмитрия Дьячкова мог выбраться на эту, изобилующую рыбою, реку, - Дьячков прокормил и доставил на своих оленях всех их.

На ярмарке было два ламутских Старосты - Уяганскаго и 1-го Дельянскаго (Л. 8) родов, которые жаловались на общее обеднение и отсутствие пушнаго зверя. Староста Уяганскаго рода внёс в ясак 55 р., указав, что остальныя деньги (34 р. 10 к.) должен внести Старшина его рода Николай Тарабукин, бродящий с некоторой частью рода в юго-западной части Округа и приходящий ежегодно в г. Средне-Колымск. Староста 1-го Дельянскаго рода внёс всю причитающуюся сумму в ясак 1903 года, т. е. 75 р. 60 к. Тот и другой уплатили долги прошлаго года по свинцу и пороху и взяли вновь в долг: 1-ый - 36 ф. пороху и 1 п. 32 ф. свинца, и 2-й - 20 ф. пороху и 1 п. свинца.

Чуванцы Хатылинскаго рода не приходят на ярмарку уже второй год и бродят, по слухам, по р. Анадыри.

Земский Заседатель Колымскаго Округа Н. Попов Апреля «24» дня 1903 г.

Таблица I. Инородцы, посетившие ярмарку 1903 г.

Мужчин Женщин Всего

Чукчи 104. 40. 144.

Ламуты 21. 14. 35.

Итого 125. 54. 179.

Таблица II.

Перечень товаров, привезённых на ярмарку и цены на них.

№№ Наименование Привезено Продано

по товара

по- Коли- Всего Цена На сумму Коли- Всего На сумму

рядку чество чество

Пуды Фун Руб. К Руб. К. Пуд. Фунт. Руб. К.

1. Чай кирпичный 3.150. 1. 3.150 2.690. 2.690

2. -байховый 9. 10. 60. 555. 9. 10. 555.

3. Табак черкасский 79. 20. 1.580. 68. 1.360

4. -турецкий 1. 60. 60. 1. 60.

5. Сахар 26. 24. 624. 24. 576.

6. Посуда

фарфоровая 136. 118.

7. - эмалированная 138.

8. Железныя изделия

разного рода

(котлы, топоры,

ножи, и пр.) 35. 20. 836. 60 625.

9. Медныя изделия

(чайники и котлы) 2 30. 110. 20.

10. Шали бумажныя 23 57. 50 10 25.

11. Платки - 5 дюж. 36. 3 дюж. 21. 60

12. Материи, сукна

и проч.

Мануфактурные

товары 410 210.

13. Нить 2. 40.

14. Мелочи: серьги,

иглы, и проч. 636. 408.

Итого 8.369 6.668.6

Табл. III.

Перечень товаров, принесённым инородцами

№№ по Наименование товара Количество

порядку

1. Сиводушек 13.

2. Лисиц красных 137.

3. Песцов 354.

4. Белок 3.280

5. Волчьих шкур 7.

6. Медвежьих - (белаго) 2.

7. Норников (детёныши песцов) 123.

8. Выпоротков 2.970.

9. Оленьих шкур 220.

10. Пыжиков 90.

11. Ровдуг 33.

12. Мамонтовой кости 33 п. 20 ф.

Земский Заседатель Колымскаго Округа Н. Попов

Ф. 12 и. Якутское областное управление

Оп. 2. Д. 2964. Отчёт Колымского окружного исправника о Пантелеевской ярмарке в 1905 г.

Колымский окружной исправник.

Донесение

Мая 22 дня 1905 г.

№ 693

г. Колымск.

Господину Якутскому Губернатору.

Представляя при сём отчёт о Пантелеевской ярмарке, открытой 3-го марта с./г. Земским Заседателем I участка, имею честь донести Вашему Превосходительству, что как видно из отчёта, обороты ярмарки этого и минувшего года, то есть со времени перенесения с 1904 года, согласно предписанию от 4 января 1903 года за № 36, ежегодной ярмарки из Анюйской крепостцы в с. Пантелеиху, оказываются самыми незначительными по сравнении с предшествующими годами (до 1904 года).

В настоящем году ярмарку посетили весьма немногие чукчи и то те, которые проживают недалеко от Пантелеихи, носовые и вообще дальние чукчи совершенно перестали являться с перенесением ярмарки на Пантелеиху, что, помимо других причин падения (Л. 1 об.) ярмарки, объясняется значительной удалённостью ярмарочного пункта от их кочевий (Анюйская крепостца находится в разстоянии около 200 вёрст от Пантелеихи к востоку), вызывающей затруднение при возвращении с ярмарки в места своих стойбищ.

Так как, обыкновенно, наибольший ярмарочный съезд чукчей и других бродячих инородцев приурочивается ими (по примеру прошлых лет) к 10-15 марта, а отъезд совершается 22-25 марта, т. е. в то время когда зимняя дорога - единственный путь сообщения по тундре - крайне портится, - то и представляется много помех к передвижению чукчей, идущих со своими семьями.

Что же касается до удобств купцов, привозящих товары из г. Ср. Колымска и сел. Нижне-Колымскаго, то удалённость этих пунктов от Анюйской крепостцы хотя и потребует несколько больших расходов на транспортирование товаров, но последние (расходы) с избытком могут окупиться при повышении оборотов ярмарки, находящихся в прямой... (Далее текст отсутствует. - О. К.).

Пантелеевская ярмарка в 1905 году.

В минувшем году чукчи опоздали на ярмарку, приуроченную к 1 Марта, в нынешнем пришли слишком рано: Уже с начала Февраля стали ходить слухи, что чукчи подходят к с. Панте-леиха и, действительно, к 15 Февраля стояло вокруг Пантелеихи несколько десятков чумов. На ярмарку чукчи идут обыкновенно на легке, т. е. не гонят с собою всех оленей и не берут всех чумов (у состоятельных два-три отдельных чума, в которых живут (Л. 2 об.) при стадах оленей их жены), а берут столько нарт и оленей, сколько нужно для перевозки шкур, мехов и продовольствия. Во второй половине Февраля я уже получил несколько заказов от чукоч, что их буд-то-бы, пришло много и они рискуют остаться без пищи, захватив с собою лишь небольшое число оленей, а потому просят открыть ярмарку поскорее. Ярмарка была открыта 3 Марта (накануне прибыли последния нарты с товарами) и оказалось, что чукоч вовсе не так много, как предполагалось и доносилось, а именно не более 86 человек, считая мужчин и женщин. Все они были оленные с восточной тундры и, вопреки слухам, между ними не было ни анадырщиков, ни носовых. Проверить число прикоче- (Л. 3) вавших заранее было трудно, так как они располагаются от пункта торговли в 10-15 вёрстах, в разных сторонах, а сами они, обычно, на вопрос сколько их там или тут, отвечают: «много-много, как комаров на тундре». Подсчёт обыкновенно делается на самом пункте торговли.

Представленныя купцами сведения по оборотам с чукчами, показывают, что оборот ны-нешняго года более, чем на половину превышает оборот прошлаго года: продано товаров на 3.781 р., против 2.432 р. минувшаго года. Цифра эта (3.781) однако-ж не может считаться истинной, так как кроме купцов торгует на ярмарке с чукчами почти всё окрестное население (разумеется на незначительную сумму) и купцы, по коммерческим соображениям, не показывают всей суммы оборота; цифра послед- (Л. 3 об.) няго, приблизительно, должна достигать 5.000 р. Оборот, по сравнению с прошлыми годами (лет за семьдесят назад) жалкий и указывает на постепенный упадок ярмарки; недалеко то время, когда купцы вовсе перестанут выезжать на ярмарку, так как расходы по передвижению товаров не будут оправдываться. В отчётном годе торговало лишь два купца, из которых один живёт постоянно в с. Нижне-Колымском.

Я уже неоднократно объяснял причину падения ярмарки»: 1., постепенным исчезновением зверя, 2., торговлею американцев по северо-восточному берегу и 3., мелкою торговлею с чукчами местнаго населения, в продолжении зимы посещающаго тундру, Шалагский мыс и даже более отдалённыя местности.

(Л. 4) В первые четыре дня ярмарки весь обмен с чукчами был окончен и они, в большинстве, уехали. После закрытия ярмарки (семидневная), пришли ещё трое чукчей торговали уже в с. Нижне-Колымском с местными купцами. Вероятно, мало по малу чукчи привыкнут ездить в с. Нижне-Колымское и брать здесь всё нужное им, что поведёт ещё к большему уменьшению их на ярмарке. В последние годы многие чукчи продают и покупают на деньги (на русские серебряные рубли), находя для себя это более выгодным.

Разных товаров, по заявлениям купцов, привезено на 7.906 р., следовательно осталось непроданных более половины. Главными предметами сбыта, как и всегда, были: (Л. 4 об.) чай кирпичный, сахар и табак черкасский (на сумму 3.353 р.) (Табл. I). Пушнины (Табл. II) было принесено весьма немного и она покупалась дорого.

На ярмарке было только три ламута Каменнаго рода. Они рассказывают, что давно уже ушли от своего рода и проживают близ русских селений, занимаясь более рыболовством, чем звериным промыслом. О роде своём ничего не знают, т. е. не знают где он бродит. Говорят, что остались совершенно без оленей и полагают, что им остаётся единственное средство осесть между русскими и заняться рыбной ловлей. Староста 1-го Дельянскаго Ламутскаго рода переслал с посторонними людьми 45 р. В ясак и заказал, что из его рода 12 душ уплатили в Анадырь, а брат его в г. Средне-Колымск внёс (Л. 5) за 11 душ. Он же прислал и долг, состоявший за ним за порох и свинец - 21 р. 60 к. Староста Уяганскаго Ламутскаго рода также переслал в конце Марта 34 р. 50 к. в ясак. Заявления Старост сводятся к тому, что вследствие плохих промыслов, они не в состоянии вносить, как прежде, исправно ясаки. Вообще-же, нужно сказать, что бродячие инородцы, особенно ламуты, должны будут скоро осесть. Уже десятки ламутов и даже чукоч живут теперь работниками у местнаго населения, некоторые даже заводятся сами сетями.

Из чукотских Старост на ярмарке тоже не было ни одного, был только Старшина чукчей 1-го участка Колымскаго Округа, который и взнёс лишь 4 р. за 4 человек, согла- (Л. 5 об.) сив-шихся внести ясак. Остальные 8 человек, по словам Старшины, категорически отказываются платить что-нибудь. «Ничего не могу с ними сделать, ругаются и угрожают убить меня, если я буду ещё собирать ясак», прибавил он. Просил, как и в прошлом годе, уволить его с должности Старшины.

Пришедший после ярмарки в сел. Нижне-Колымское, старик-чукча Вадергин рассказывал, что он каждый год бывает у носовых чукчей, что торгует с американцами, у которых можно всё достать, а главное водки, сколько угодно, что американцы, вот уже два года, как разрабатывают золотоносные розсыпи близ губы Колычкиной, что идут широким и глубоким разрезом от самого берега до гор; построили два огромных склада для запасов; (Л. 6) приплывают, будто-бы второе лето на судах и высаживают много рабочих на берег, которые и остаются здесь на всё лето, а осенью снова уплывают, оставляя на зиму только трёх человек, из которых один говорит по русски. Место, где идёт разработка золота, чукча называет Уэллэн.

Земский Заседатель

1-го участка Колымскаго Округа Н. Попов

Апреля 4-го дня 1905 г.

С. Нижне-Колымское.

Чукотские ярмарки в отчётах и донесениях царских чиновников

Таблица I.

Перечень товаров, обменянных и проданных чукчам.

№№ по порядку Наименование товаров Количество Вес Цена На сумму

Пуд. Фун. Рубли Руб. Коп.

1. Кирпичный чай 814. 2 1.628.

2. Табак черкасский 41. 16. 75 к. - 1 р. 1.424. 40.

3. Сахар 9. 3. 75 к. - 1 р. 300. 70.

4. Железныя изделия 30. 60.

5. Медныя-------- 20. 20.

6. Разная мелочь 348. 25.

Итого 3.781. 35.

Земский Заседатель Н. Попов

Таблица

Перечень товаров, приобретённых у чукоч.

№№ по порядку Наименование товаров Количество Цена На сумму

Рубли Коп. Руб. Коп.

1. Бобров речных 16. 17. 20. 291.

2. Лисиц красных 101. 6-7. 717.

3. Сиводушек 2. 17. 50. 35.

4. Песцов 160. 5-6. 849. 40.

5. Белок 248. 20. 49. 60.

6. Чёрных медведей 1. 10 10.

7. Волков 3. 6. 18.

8. Пыжиков 103. 1 р. - 1 р. 50 к. 121.

9. Выпоротков 1.798. 70 к. - 1 р. 1.287. 75.

10. Кости мамонтовой 21 п. 30 ф. 12. 20. 386. 25.

11. Шкур оленьих 20. 80. 16.

Итого 3.781.

Земский Заседатель Н. Попов

ЛИТЕРАТУРА

1. Исаков А. Н. Краткие очерки истории русской торговли на Северо-Востоке Сибири и Аляске (ХУ11-Х1Х вв.). - Магадан : СВКНИИ ДВО РАН, 1994. - 50 с.

2. Майдель Г. Путешествие по северо-восточной части Якутской области в 1868-1870 годах (ИРАН. Записки. Т. 74. Прил. № 3). - М., 2011. - 611 с.

3. История Дальнего Востока СССР в эпоху феодализма и капитализма (XVII в. - февраль 1917 г.). - М. : Наука, 1990. - 471 с.

4. Сафонов Ф. Г. Русские промыслы и торги на северо-востоке Азии в XVII - середине XIX в. -М. : Наука, 1980. - 142 с.

5. Боякова С. И. Освоение Арктики и народы Северо-Востока Азии (XIX в. - 1917 г.) - Новосибирск : Наука, 2001. - 160 с.

6. Карих Е. В. Значение Анюйской ярмарки в межэтнической интеграции русских и чукчей // Вестник Томского государственного университета. - 2010. - № 1 (9). - С. 124-129.

7. Гондатти Н. Состав населения Анадырской округи // Записки Приамурского отдела Императорского Русского географического общества. - Хабаровск : Типо-литография при канцелярии Приамурского генерал-губернатора, 1897. - Т. III. - Вып. 1. - С. 166-178.