Проблема парадигмы современного обществознания (методологический аспект)

УДК 101.1 : 316

В. Е. Кемеров

Проблема парадигмы современного обществознания

В статье дан анализ методологии современного обществознания. Анализируя историю ее формирования, автор раскрывает особенности трех методологических парадигм, показывает их обусловленность развитием науки, философии и социальных практик.

The article is devoted to the analysis of the methodology of contemporary social sciences. Analysing the history of its development, the author argues that its three specific methodological paradigms are caused by the development of science, philosophy and social practices.

Ключевые слова: социальные науки, гуманитарное знание, методологический дуализм, теория систем, редукционизм, антиредукционизм, полисубъ-ектность.

Key words: social sciences, humanitarian knowledge, methodological dualism, theory of systems, reductionism, antireductionism, multiple subjectivity.

Проблема методологии обществознания. Существует взгляд, что есть некая современная парадигма (парадигма познания, парадигма философии). Ее нужно определить и далее ей по возможности соответствовать. Но можно рассудить иначе: парадигмы меняются, и сейчас мы присутствуем при появлении совершенно новой парадигмы. Черты ее не очень ясны. Ясно одно: предшествующие парадигмы предстают как череда черт, зависящих от ряда условий. От каких? Это и формирует задачу определения типов методологии. Современная социальная философия предлагает ряд предпосылок. «Нелинейная» логика этих предпосылок довольно сложна. Определяя черты парадигмы обществознания, мы тем самым касаемся вопроса о типе современного познания, более того, - о типе современного мировоззрения. А обозревая эти вопросы, мы уточняем наши представления об установках современного обществозна-ния. Тем не менее попытка подобного рода представляется весьма полезной. Ее мы и предпримем в этой статье. Конечно, это эскиз, но эскиз, достаточный для того, чтобы почувствовать изменение образного строя и динамики современного обществознания, и косвенным образом определить и влияние этой динамики на другие аспекты деятельности людей.

© Кемеров В. Е., 2014

Итак, основные характеристики парадигмы обществознания определяются его отношениями к а) философии; б) естествознанию; в) обыденному опыту; г) формам разделения и связи дисциплин об-ществознания; д) доминирующей методологии.

Представляем схему трех парадигм обществознания, сменявших друг друга за последние 150 лет.

Основные понятия и их связи

Парадигма I Парадигма II Парадигма III

Классическая философия Классическая наука Взаимодействие различных познавательных форм

Образцы Объектность Взаимодействие разных форм человеческого опыта

Универсалии

Идеологическая общность дисциплин Интеграция дополнительности Проблемное взаимодействие

Философский редукционизм Научный редукционизм Антиредукционизм

Парадигма философская. Философская методология исследования общества, человека, истории, культуры, природы задается «в общем виде». Образцы и модели, используемые в классической философии, «накладываются» на описание конкретной жизни и деятельности людей. Это во многих случаях делает излишним исследование социальной, культурной, исторической конкретики. Естествознание работает в согласии с классическими образцами философской методологии. Философская методология мало обращает внимания на обыденный опыт людей; ее больше интересуют абстрактные субъекты, их мыслительные и познавательные формы.

Классические образцы (истории, человека, культуры) некоторое время выполняют интегрирующую роль в методологии зарождающегося научного обществознания. Однако к середине XIX столетия противоречия научного и философского компонентов в методологии формирующихся дисциплин обществознания начинают сказываться. Философия абстрактно-общих характеристик и научный редукционизм, идущий из классической механики, приходят в противоречие. Завершается период методологического господства абстракций.

Парадигмы научная: неклассический тип. Формирование второй парадигмы связано с кризисом философской классики и становлением научного обществознания. Позицию философии занимает «классика» научного обществознания. В плане философском на первое место выходит позитивизм (О. Конт). Возникает проблема

общезначимости, объективности и абстрактности стандартов деятельности. Намечается проблема «неклассических» ситуаций и объектов. Сначала она выглядит довольно тривиально, но к концу XIX в. становится определяющей в методологическом смысле.

«Экстравагантные» объекты - поля, волны, частицы - смещают внимание с объектов классики, т. е. вещей, делают сомнительным тезис о «логике вещей» и призыв изучать отношения людей, как изучали отношение вещей. Поскольку объект далее не трактуется только как вещь, постольку и субъект становится важен не как аппарат отражения объекта, но как создатель средств освоения объектов, в том числе и «неклассических».

Другим важным мотивом второй парадигмы оказывается попытка опровергнуть тезис о единстве знания. Этот тезис фактически постулировался, так как не базировался на научных исследованиях. После кризиса классической философии в середине XIX в. претензию на его обоснование взяло естествознание, в частности, классическая механика. Ее методология распространялась на все познание. Однако в конце столетия появились направления, отрицающие значение этой методологии в исследованиях общества, культуры, истории и человеческой личности. Так возникла основа для разделения методологии на два вида и, соответственно, для обоснования двух видов познания.

В явной форме эта тенденция проявилась в методологическом дуализме В. Дильтея: произошло разделение на науки о природе и науки о духе. В еще более жесткой форме этот дуализм проявился в методологии Г. Риккерта: науки были разделены на номотетические и идиографические, т. е. на обобщающие и индивидуализирующие. Далее это разделение прошло уже внутри обществознания: произошло довольно жесткое разделение социальных наук и гуманитарного знания; в ХХ в. оно привело к методологическому плюрализму. Получил распространение методологический дуализм обществозна-ния: социальные науки и гуманитарное познание; методологический редукционизм и проблема логики индивидуального. Восторжествовали принципы разделения труда на основе логики взаимоисключающего дополнения дисциплин. Дополнительность признавалась, но она не вела к интеграции.

Завершая этот краткий очерк второй парадигмы, отметим две главные черты: 1) появление, а затем и доминирование «неклассических» объектов; 2) утрата методологического монизма и его философского обоснования; торжество методологического дуализма (а в перспективе - методологического плюрализма).

Парадигма постклассическая: проблемная. Примерно со второй четверти XX столетия в методологию познания возвращаются философские вопросы о субъекте, объекте, о развитии обществ, о социальном значении личностного опыта людей. Правда, возвращаются они не в традиционной классической форме, а в формах, продиктованных усложняющейся практикой ХХ в. Методология познания сталкивается с незаместимостью субъекта, поскольку работа со сложными объектами указывает на решающую роль усилий субъекта, его теоретической и аппаратной оснащенности в самом выявлении таких объектов, а затем и в их исследовании.

Конечно, в этой ситуации вопрос о субъекте выходит за рамки психологии и гносеологии, рассматривается в плане включенности субъекта в организацию и в плане социального конструирования самого субъекта, создания «многоместного» субъекта, его технической оснащенности. Сложившаяся традиция противопоставлять естествознание, с одной стороны, как знание объектное и общество-знание - с другой как знание неизбежно субъектное оказывается чрезмерным упрощением. Чем сложнее проблема, тем явственней усилия субъекта, средства его деятельности, его социальные установки, независимо от того, исследуется ли элементарная частица, экологическая система или взаимодействие между культурами.

Понятие объекта возвращается в методологию познания в новой роли; это уже не объект-вещь, представляющий «логику вещей», а объект-система, соразмерный субъекту, а возможно, и превосходящий его по сложности. Этот объект обладает специфическими формами существования и вынуждает субъекта выстраивать логику взаимодействия с ним. Традиция, разводящая методологию обществознания как установку на изучение особого и конкретного, и методологию естествознания как установку на исследование общего и абстрактного становится анахронизмом.

В этой ситуации вырабатывается методология, которая может быть охарактеризована как антиредукционистская. Она ориентирована на взаимодействие со сложными системами и их познание, на исследование особых форм их становления, воспроизведения, изменения. Такая методология задает и современную онтологию, представляющую бытие как процесс развития и взаимодействия различных систем, учитывающую представление бытия как совокупности вещей лишь в качестве одного из возможных его отобра-

KJ ТЛ KJ _ _

жений. В стилистике такой онтологии по-новому выглядит вопрос о разделении и связи наук. Предметное разделение наук оказывается необходимым как возможность описывать бытие и отдельные его

системы с разных позиций, с разных точек зрения, с использованием разных познавательных инструментов и средств. Четкое понимание этого выводит объекты из-под влияния предметнодисциплинарной зависимости. Человек не остается только носителем разума, стоимости, классовых интересов, все это может быть ему присуще, но реализуется лишь в контексте его субъектных взаимодействий с другими людьми, в его совместной и разделенной деятельности с ними. Природная система не остается только физическим пространством, вместилищем ресурсов, плацдармом для развития хозяйства, все эти аспекты ее взаимодействия с другими системами (как и другие, пока не раскрытые) не исчерпывают ее собственных форм воспроизведения и изменения.

Таким образом, речь идет о новой парадигме, которую можно назвать проблемной или системной, имея в виду, что интеграция наук образуется не на основе гносеологических постулатов и не в ходе стихийно развившегося разделения труда, а в процессе постановки и решения проблем, требующих системного видения бытия и соразмерного этому видению интегрирования различных познавательных инструментов и знаниевых средств.

В период, когда оживленно обсуждалась предложенная Т. Куном концепция парадигмы, одним из принципиальных был вопрос: а возможно ли применение понятия парадигмы в обществознании, правильным ли будет рассмотрение совокупности современного обществознания и естествознания как единой системы знания. Тогда (в 70-80-е гг.) большинство склонялось к тому, что концепция парадигмы применима лишь к естествознанию, где есть четко выраженный лидер, фокусирующий методологические ориентации других наук. Теперь ситуация выглядит иначе. Очевидна зависимость различных регионов познания и знания от глобальных практических проблем, от постиндустриальных тенденций, ориентирующих знание и практику на выработку качественных взаимодействий между людьми, между социальными и природными системами. Даже если учитывать традиционные подходы к определению единства знания, тема эта выглядит многоаспектной, не исчерпывающейся одной точкой зрения, одним определением, одним «измерением». Она характеризуется сходством методологической стилистики разных областей познания, общими онтологическими представлениями о процессности и полисистемности бытия при неизбежном и необходимом разнообразии дисциплинарных предметов, воплощающих традиционные установки различных наук, именно различиями своими поддерживающих возможность

многомерных и многогранных онтологических представлений. Тем более что на первый план выходит связь этой проблемы с глубинными проблемами социального воспроизводства.

Научное познание фиксирует возросшую плотность контактов и конфликтов в социальном мире. Разные регионы повседневности пересекаются и перекрывают друг друга. Их прежняя жизнь в тени Больших структур и Больших теорий заканчивается трансформацией последних. Прежние границы перестают выполнять привычные функции разделения и связывания. Социальная структура более не вещь, а социальное взаимодействие - не заранее определенная форма. Задача науки в этой ситуации, во-первых, прояснить различия между регионами повседневности. Отсюда вторая задача: проектирование и выстраивание форм, делающих возможным взаимообусловленное существование различных социальных субъектов, систем, форм деятельности. Это - задача конструирования норм, ориентиров, стандартов, обладающих некими общезначимыми («межсубъектными», «межсистемными») свойствами и вместе с тем задача экспертного анализа их возможностей и границ. Эта ситуация требует пересмотра представлений о социальности и самого методологического режима развития этих представлений1.

Наше рассмотрение методологии обществознания начинает переходить свои границы, превышать свои возможности. Стало быть, пора остановить изложение темы и подвести некоторые итоги. Однако достойно специального внимания, что это превышение методологией обществознания своих, казалось бы естественноограниченных, возможностей, проекции его в сферы общей теории познания, методологии науки, новейшего естествознания открывают некоторые новые ориентиры человеческой деятельности и новые «пространства» ее приложения. И это не случайно. Обществознание, обратившись к динамике своей методологии, проявляет повышенную чуткость ко всем сдвигам человеческой деятельности, ко всякой работе над ее формами, ко всякому переосмыслению теоретической и практической позиции человека в мире. И некоторые из этих сдвигов как раз под углом зрения методологии обществознания более отчетливо проявляют свой социально-человеческий смысл, ставятся им в определенную связь, обнаруживают общую стилистику.

1 Подробнее см. [1; 2].

Что является доминантой этой стилистики? Неотложность творческого усилия. Его нельзя отделить от решения конкретных социальных и личностных, научных и культурных проблем. Его нельзя сдвинуть за пределы исследования, работы, жизни. Только конкретное познание объекта, конкретное дело, доводимое до продуктивного результата, индивидуальная жизнь, ставшая развитием человеческих способностей, могут воплотить это творческое усилие, сделать его общественным фактом. В наше время упование на культурную традицию или общенаучный стандарт - недостаточное подспорье в деле. В мире постоянно меняющихся работ, профессий, знаний, типов объектов и коммуникаций от человека требуется вполне самостоятельная способность к осмысленному выбору и обоснованному решению. Социальный и научный догматизм не спасет в критических ситуациях, не примет на себя ответственности за бездействие, не заменит живой культуры творческого усилия человека. Реальность требует нестандартных подходов. Вызов реальности подчеркивает объективную значимость самоизменения человека и развития методологических форм. Отход от стереотипов, общих схем и абстрактных решений - это приближение к реальности, ее укрупненное видение, подробное знание, конкретное понимание.

Неоднородность и фрагментарность мира, в котором живет современный человек, делает методологичность естественным свойством его сознания. Принять мир таким, каким он предстает в восприятии, затруднительно: слишком многое остается «за кадром». Понять мир таким, каков он есть, - значит усилием своего сознания воспроизвести социальные и предметные связи, окружающие и пронизывающие твое бытие. Это - не научно-методологическая роскошь, а жизненно-практическая необходимость. На ней основано понимание человеческих связей как связей между деятельностями и их результатами. В прежние времена такое видение мира было уделом немногих. Теперь - вопрос: станет ли оно потребностью для большинства? От этого зависит полноценное понимание социального процесса со всеми его глобальными проблемами, сложностями, опасностями, стимулами и перспективами. Такова ориентация методологии обществознания. Но это и пунктирное начертание контуров современной культуры, путей сохранения и развития общества.

Список литературы

1. Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредук-ционистские стратегии // Вопр. философии. - 2006. - №2.

2. Кемеров В.Е. Общество, социальность, субъектность. - М., 2012.