Роль национальных движений в политических процессах Дагестана в 90-гг. Xx В. 

РОЛЬ НАЦИОНАЛЬНЫХ ДВИЖЕНИЙ В ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССАХ ДАГЕСТАНА В 90-ГГ. XX В.

2011 Эмирова М.Н., Умалатова Т.Х.

Дагестанский государственный педагогический университет

В статье анализируется роль национальных движений в политических процессах Дагестана в 90-гг. XX в.; рассматриваются последствия их деятельности, степень их влияния на ход общественно-политического развития Дагестана; освещаются взаимоотношения с властными структурами республики; характеризуется политическая линия республиканского правительства по урегулированию межнациональных отношений, крайне обостренных деятельностью национальных движений.

The authors of the article analyze the role of the national movements in the political process in Dagestan during the 90s of the 2(f century. They consider the consequences of their activities, the degree of their influence upon the course of the socio-political development of Dagestan; bring into the light the relations with the governmental structures of the republic, characterize the political line of the republic government upon the settlement of the inter-ethnic relations, highly amplified by the activities of the national movements.

Ключевые слова: национальные движения, общественные объединения, политический процесс, конфликт, национальные отношения, радикализация, национальность, национализм, этнополитические проблемы, демократия, демонстрация.

Keywords: national movements, public associations, political process, conflict, national relations, radicalization, nationality, nationalism, ethnopolitical problems, democracy, demonstration.

Демократические преобразования в России в последние десятилетия ознаменовались активизацией

политической жизни, что

подтверждается появлением

большого количества политических партий, объединений и движений и их ролью в жизни страны.

За короткий период и в Дагестане возникли многочисленные движения, общественные организации,

политические партии, общественные фонды. Об активизации политической жизни в республике свидетельствует и динамика роста общественных объединений. Если в 1993 г. число зарегистрированных в Министерстве юстиции РД различных общественных

организаций достигало 139, то к началу 2006 г. число общественных объединений достигает 1090, религиозных организаций - 663,

региональных отделений политических партий - 30.

Политическая жизнь обогатилась разнообразными подходами,

взглядами на решение

общественных вопросов.

Общественные организации

занимаются идеологической и разнообразной политической

деятельностью, пытаются влиять на развитие политической обстановки в республике. Растет роль

общественных организаций и

движений в решении конкретных

задач экономического, социального и духовного развития Дагестана. Политическая жизнь обогащается разнообразными подходами,

взглядами на решение назревших общественных вопросов.

Наибольшую активность в общественно-политической жизни республики в 90-е годы XX в. проявляли национальные движения. Не являясь в строгом смысле политическими объединениями, они весьма заметно влияли на общественно-политические процессы в республике. Среди них

наибольшую активность проявляли Аварское народное движение (АНД), кумыкское народное движение «Тенглик», лакское - «Кази-Кумух», лезгинское - «Садвал», ногайское -«Бирлик», Кизлярский круг Терского казачьего войска.

Зародившись на первоначальном этапе с благородными задачами возрождения национальной

культуры, языка и литературы, защиты лучших национальных обычаев и традиций, многие из национальных движений в последующей деятельности под лозунгом защиты этнических интересов скатились на позиции национализма. Их деятельность обостряла общественно-

политическую обстановку и межнациональные отношения в Дагестане.

Тем не менее национальные движения внесли в жизнь республики небывалое многообразие идей, возродили демократические формы борьбы за реализацию собственного мнения, в том числе и по проблемам, болезненным для устоявшихся политических и социальноэкономических структур, таким, как массовые митинги, демонстрации, выдвижение собственных кандидатур в структуры политической власти, новые подходы к решению социально-экономи-ческих проблем республики, участие в обсуждении актуальных вопросов экономического и

культурного развития на сессиях Народного Собрания Дагестана и заседаниях Правительства

Республики. Однако по мере углубления кризисных процессов во всех сферах общества, нарастания социальной напряженности лидеры некоторых движений встали на путь конфронтации, противопоставления одних народов другим,

провозглашения образований

национальной государственности, нарушения конституционных норм, перешли на язык ультиматумов и угроз применения силы [11].

Съезд народов Дагестана, состоявшийся в 1992 году, оценил ситуацию, сложившуюся в республике в результате деятельности национальных движений, следующим образом: «Заметное влияние на

общественно-политическую обстановку в республике оказывают возникшие в последние годы многонациональные движения и другие общественные объединения. Хотя в целом они играли определенную роль в повышении активности населения, своими выступлениями они побуждали органы власти и управления критически оценивать свои действия, нельзя умалчивать и то, что неконструктивные, противозаконные действия, инспирируемые лидерами некоторых движений, не раз ставили под серьезную угрозу мир и спокойствие в Дагестане [5].

В середине 1992 г. лидеры национальных движений и оппозиционные власти

«демократических» организаций объединились с целью низвергнуть «власти старой партийной номенклатуры» Если это общая цель как-то объединяла их, то

существенные разногласия между программными установками этих организаций по вопросу о формах будущего политического устройства в республике делали их

организационные усилия

малоэффективными. Власть

воспользовалась этим и перехватила у них инициативу проведения «Съезда народов Дагестана», который, по замыслу новых «национальных лидеров», должен был взять себе всю полноту власти и избрать новые органы

республиканской власти [8. С. 51]. «Съезд народов Дагестана» состоялся 13 ноября 1992 г. Вопреки тревожным ожиданиям возможного переворота, разновекторные

устремления лидеров оппозиции в сочетании с направляющими усилиями многонациональной

правящей группировки привели к тому, что съезд принял решение о необходимости принятия новой Конституции Дагестана, в которой «многонациональный фактор»

республики должен был получить свое «справедливое» разрешение.

Заметное оживление

национальных движений в республике и их попытки скоординировать свою деятельность проявлялось во время

электорального цикла. Так, во время выборов в Государственную Думу РФ они образовали «Общественный блок», в который вошли: Кумыкское народное движение «Тенглик», «Межрегиональное Общество

Ногайского народа «Бирлик», «Кизлярский круг Терского казаческого войска», Славянское общественное движение «Россия». Основная задача нового блока заключалась в объединение усилий в предвыборной кампании. Была определена единая команда кандидата, в которую вошли

следующие лица: С. Алиев,

председатель КНД «Тенглик», выдвинут блоком в Совет

Федерации, М. Заргишев, депутат бывшего ВС РФ и Ю. Кульчик - в Государственную Думу. Активисты блока развернули сбор подписей в пользу выдвинутых кандидатур.

Кандидатура И. Умаханова на выборах в Госдуму РФ в 1993 г. была поддержана Народным фронтом

имени Шамиля и Даргинским народным движением «Цадеш».

Национальные движения стали фактом политической жизни Дагестана и заполнили те ниши в обществе, которые должны были быть заняты организациями гражданского общества и политическими партиями. Более того, в условиях ослабления и паралича власти отдельные лидеры этих движений и криминальные авторитеты брали на себя функции параллельного правосудия.

Возникала угроза, что всякий конфликт (хозяйственный или бытовой) мог быть переведен на межнациональную почву [1. C. 17].

В Республике Дагестан, как в начале 1990-х годов, так и в начале XXI века сохраняются

этнополитические проблемы,

нерешение или половинчатое решение которых потенциально

взрывоопасно и потому требует повседневного внимания всех дагестанцев и руководства РД.

Национальные движения и их руководители своими действиями обостряли этнополитическую

ситуацию в республике, часто

использовали существующие

проблемы в своих интересах и для достижения целей политического характера.

Так, в своем интервью газете «Дагестанская правда» в 1997 г. лидер ЛНД «Кази-Кумух» сказал: «В Дагестане существует ряд проблем, которые оптимально разрешаются именно силами национальных движений. Официальная власть не принимает адекватных мер для решения проблемы переселения Новолака, и единственная структура, пытающаяся сегодня защитить интересы переселенцев - это Лакское народное движение» [6].

Большой активностью отличилась деятельность национальных движений вокруг проблемы репрессированного чеченского народа, депортированных

дагестанских народов и их реабилитации.

В связи с этим бурный протест со стороны кумыкского народа и КНД вызвало решение III съезда народных депутатов по «восстановлению Ауховского района». Согласно этому решению было постановлено переселить лакское население Новолакского района на территорию севернее Махачкалы [4]. Весной 1992 г. это привело к обострению кумыкско-лакских противоречий, которые также могли привести к столкновениям, чреватым

перерастанием в серьезный конфликт с участием не только лакцев и кумыков, но и аварцев, чеченцев, представителей других

национальностей Дагестана.

Причиной противостояния стало восстановление Кумторкалинского района и воссоздание на новой территории Новолакского района.

Следует подчеркнуть, что для ЛНД был характерен конструктивный подход при решении сложных проблем межнациональных

отношений. Так, руководство ЛНД «Кази-Кумух» проявило трезвый подход и тогда, когда руководство КНД «Тенглик» выступило против создания на указанной территории, которая считается кумыкской, лакского района [12. С. 58].

Чрезвычайный сход лакского народа в феврале 1993 г. снял требования об обязательном создании для лакских переселенцев отдельного района и выразил согласие войти в состав вновь создаваемого Кумторкалинского района.

Не последнее место в перечне этнополитических проблем в РД занимают национально-кадровые, национально-языковые проблемы, проблемы малочисленных этносов, проблемы взаимосвязи и

взаимодействия этнического и религиозного факторов. Фактически во все эти проблемы оказались

втянутыми и национальные движения.

В октябре 1991 г. Республиканский комитет КНД «Тенглик» направил в ВС РД телеграмму об объявлении всеобщей бессрочной забастовки в городах и районах республики и, как указано, «в знак протеста попыткам Верховного Совета и правительства Дагестана назначить министром внутренних дел ДССР М. Абдуразакова, который в течение нескольких лет уже руководил министерством (при нем, по мнению КНД, рост террористических актов стал стремительно увеличиваться, а раскрываемость их упала практически до нуля) а в Конституционный суд - С. Т. Гаджимагомедова» [3].

В телеграмме предупреждалось, что «в случае утверждения верховным советом ДССР их кандидатур будут перекрыты все автомобильные и железнодорожные пути и пикетированы все учреждения и организации с требованием немедленной отставки Председателя Совмина ДАССР» [3].

22 октября 1991 года были перекрыты железная дорога и автотрасса Ростов-Баку.

Прекращена работа ряда предприятий и организаций в Хасавюртовском, Бабаюртовском, Кизилюртовском и Буйнакском районах. Вблизи г. Хасавюрта был создан и долго функционировал многотысячный лагерь сторонников «Тенглик». Требования бастующих носили политический характер и сводились к следующему:

1) отставка руководителей всех

правоохранительных органов,

прежде всего министра внутренних дел М. Г. Абдуразакова;

2) назначение даты досрочных выборов в двухпалатный Верховный Совет ДАсСр;

3) формирование правительства народного доверия с включением в его состав представителей демократических организаций [10].

По некоторым данным, в лагере бастующих ежедневно пребывало около 30 тыс. человек. Действовала радиостанция «Тенглик»,

выходившая в эфир три раза в день.

Противозаконные действия КНД привели к противостоянию между кумыкским народным движением «Тенглик» и Народным фронтом им. Шамиля.

Руководитель Народного фронта Дагестана им. Шамиля (НФД), народный депутат РД Г. Махачев на очередной сессии Верховного Совета РД 22 октября 1991 г. в ультимативной форме заявил, что он сам проведет акцию по снятию блокады, если в течение трех часов это не сделает КНД. Члены НФД, мобилизованные Г. Махачевым,

заполнили всю центральную

площадь г. Махачкалы. Затем, возглавив автоколонну, он с ними выехал в район расположения

лагеря, чтобы осуществить свою угрозу. В ответ на эти действия кумыки и решившие проявить

солидарность с ними чеченцы,

вооружившись, встретили

автоколонну Г. Махачева. По

существующим данным, НФД в этот период собрал до 30 тыс.

вооруженных «не менее чем карабином» аварцев. Несколько

менее, около 15-20 тыс. бойцов, были способны выставить кумыки [9].

Руководство Верховного Совета и Совмина РД совместно с другими руководителями и народными

депутатами, выехав в

Хасавюртовский район, сумели

предотвратить кровопролитие.

Деятельность КНД также привела к обострению межнациональных противоречий вокруг Духовного управления мусульман Дагестана. Так, в январе 1991 г., когда был создан Чрезвычайный съезд кумыкского движения, его активными участниками стали не только некоторые влиятельные фигуры политической элиты, депутаты

представительных органов власти всех уровней, в нем приняли участие муфтий ДУМД Багаудин-хаджи Исаев и его заместитель Ильяс-хаджи Ильясов - кумыки по национальности. Это было замечено религиозными деятелями других национальностей и не могло не вызвать межэтнического обострения вокруг руководства ДУМД.

Итоговыми событиями этого кризисного процесса, который в то время особого внимания

общественности не привлек, стали прямое силовое смещение муфтия Багаудин-хаджи Исаева, обвиненного в том, что он, вместо того чтобы заниматься вопросами веры, является активным участником всех акций КНД и противником прихода к власти в ДУМД религиозных деятелей аварской национальности. Это произошло в феврале 1992 г. Муфтием стал без каких-либо религиозных процедур избрания аварец Саидахмед Дарбишгаджиев [7. С. 62].

Национальные движения активно включились в решение проблемы разделенного государственной

границей (Россия и Азербайджан) лезгинского народа и разделенного между тремя субъектами РФ (Дагестан, Ставропольский край, Чечня) ногайского народа. Причиной возникновения Лезгинского народного движения «Садвал» и Ногайского народного движения «Бирлик» как раз и явилась проблема их разделенности.

В начале 1990-х годов ЛНД «Садвал» объявил о начале

формировании Республики Лезгистан на юге Дагестана и севере Азербайджана, что привело к

обострению противоречий в этом регионе.

Следует отметить, что в поддержку требований лезгинского народа выступили почти все

национальные движения. В сентябре 1991 г. эти проблемы стали предметом обсуждения

Координационного комитета

национальных и демократических движений Дагестана на специально созванном по данному поводу заседании, на котором было сформировано специальное

обращение к Верховному Совету ДАССР.

Со стороны движения «Садвал» отмечались призывы и даже действия, противоречащие нормам Конституции, ущемляющие

гражданские права других народов, проживающих в регионе. Так, тезис «О консолидации лезгин, проживающих во всех регионах страны и за рубежом и оказание материальной, финансовой,

технической помощи для

восстановления государственности лезгинского народа», призывы к массовым акциям протеста и т.д. могли привести к нарушению мира и межнационального согласия в Дагестане. Имели место и многочисленные выпады, резкие оценки, проповедующие вражду и пренебрежение в адрес властных структур Дагестана и Азербайджана [13].

Проблема разделенного

ногайского народа также негативно сказывалась на этнополитической стабильности в Дагестане. В начале 1990-х годов движением «Бирлик» на третьем съезде была провозглашена Ногайская республика в составе Российской Федерации. Однако затея окончилась неудачей из-за категорического нежелания

Дагестана, Ставропольского края и Чечни предоставить ногайцам право на отделение и образование самостоятельной области или республики. На последнем 5-ом съезде было решено обратиться в Конституционный суд Российской Федерации на предмет

правомочности Указа 1957 г. в части, касающейся ногайцев. В Дагестане ногайское движение «Бирлик» претендовала на возврат себе тех территорий Ногайской степи,

которые были заселены аварцами и даргинцами. Эта проблема вполне могла стать детонатором возможного этнополитического взрыва и дестабилизирующим фактором в Дагестане.

В начале 90-х годов

определенную лепту в

дестабилизацию обстановки в Северном Дагестане внесли действия части Терского казачества. Как отмечал М. М. Гусаев, «негативное влияние на и без того сложную ситуацию в регионе оказывает решение большого круга Терского казаческого войска, претендующего на роль вершителя судеб народов Дагестана». По мнению М. М. Гусаева, стремление некоторых деятелей казачества присваивать себе полномочия властных структур могло привести к резкому нагнетанию напряженности в регионе и непредсказуемым последствиям. Об этом в частности, свидетельствует тот факт, что в одном из документов руководителей терского казачества, переданном в Правительство РФ, содержались требования о вычленении из состава Дагестана Кизлярского района, а в Северной Осетии - Моздокского района, казачьих станиц по Тереку в Чечне и Кабардино-Балкарии и определении государственно-

правового статуса казачества как субъекта федерации.

Участию в политической жизни республики казаки большого внимания не уделяли, отделяя свою проблему от других. Казачий округ выступал вместе со славянским движением «Россия» и ногайским «Бирлик» против переселения других народов в Северный Дагестан.

Последующие события в РД еще раз подтвердили, что национальные движения действительно отошли от своих основных целей и культурологических задач и оказались политизированными.

Руководство Дагестана с самого начала возникновения национальных

движений вело политику

установления с ними диалога, привлекало их лидеров к разработке решений, имеющих важнейшее экономическое, политическое и социально-культурное значение. Например, при разработке новой Конституции Дагестана на всех этапах многие из лидеров национальных движений являлись членами Конституционной Комиссии и ее рабочей группы. Они же привлекались и к подготовке и принимали активное участие в проведении в 1992 г. Съезда народов Дагестана, ставшего событием огромного политического значения в истории народов республики, оказавшего сильное влияние на стабилизацию

общественно-полити-ческой обстановки в республике в тот период [1. С. 11]. Однако признавая, что взятый руководством республики курс на сотрудничество, а не на конфронтацию с национальными движениями, хоть и послужил во многом фактором, стабилизирующим обстановку в Дагестане, все же нельзя считать оправданной

политику привлечения отдельных лидеров и активистов национальных движений, отличившихся своими националистическими взглядами, в органы государственной власти и управления республики, назначение

Примечания

их на руководящие должности, поскольку это расширяет их возможности для проведения именно угодной им политической линии.

Хотя позиция властных структур республики была направлена не на конфронтацию, а на сотрудничество с национальными движениями, однако деятельность ряда национальных движений носила характер противостояния власти, что негативно отражалось на общественно-политической жизни республики в целом. Такая политика национальных движений не имела перспектив и поддержки со стороны народа, который был заинтересован в стабилизации и обеспечении единства республики.

На сегодняшний день ни одно национальное движение не прошло перерегистрацию в Главном

Управлении Регистрационной службы РФ по РД. Активных действий со стороны национальных движений в общественно-политической жизни Дагестана не наблюдается.

Таким образом, национальные движения заметно влияли на происходящие политические

процессы, сказываясь самым негативным образом на

этнополитической ситуации, не раз ставя под угрозу мир и спокойствие в Дагестане.

1. Алиев М. Г. Программа решения проблем национальных отношений в Республике Дагестан // Возрождение. 1994. № 1. 2. Амиров С. Д. Особенности разрешения этноконфессиональных конфликтов в Дагестане // Многоэтнические сообщества. 3. Дагестанская правда. 1991. 21 октября. 4. Дагестанская правда. 1992. 15 декабря. 5. Дагестанская правда. 1992. 18 августа. 6. Дагестанская правда. 1997. 28 августа. 7. Кисриев Э. Ф. Ислам и власть в Дагестане. М., 2004. 8. Многоэтнические сообщества в условиях трансформаций: опыт Дагестана. М., 2005. 9. Московские новости. 1992. 12 июня. 10. Обращение к гражданам республики // Намус. 1991. № 2. 11. Обращение к народам ДАССР // Дагестанская правда. 1991. 28 декабря. 12. Общественные движения и политические партии Дагестана на современном этапе. Справочник. Махачкала, 1 998. 13. Черновик. 2006. № 36, 37.

Статья поступила в редакцию 27.11.2011 г.