Учение о всеедином сущем в метафизике В. С. Соловьева

УДК 1

УЧЕНИЕ О ВСЕЕДИНОМ СУЩЕМ В МЕТАФИЗИКЕ В.С. СОЛОВЬЕВА

I С.В. Кузнецова

Аннотация. Статья посвящена анализу проблемы соотношения сущего и бытия в метафизике В.С. Соловьева. Подчеркивается, что в философии русского мыслителя категории сущего и бытия не являются тождественными. В статье подробно проанализированы категории всеединого абсолютного и всеединства в метафизике Соловьева. Автор статьи указывает на то, что в учении Соловьева о двух абсолютных заметно влияние на него идей Шеллинга. В статье отмечается, что Соловьев понимал абсолютное в двух значениях: как тождественное самому себе и как отношение к другому. Автор статьи раскрывает смысл соловьевской трактовки абсолютного, которое, с одной стороны, как обладающее всяким бытие есть все, а с другой стороны, как лишенное всякого бытия, абсолютное - есть ничто. В этом просматриваются пантеистические элементы метафизического учения Соловьева об абсолютном. Можно сказать, что русский философ в учении об абсолютном следовал идеям Дионисия Ареопагита, Мейстера Экхарта, Шеллинга. В статье подчеркивается, что Соловьев, в отличие от неоплатоников, считавших, что сущее непознаваемо, предпринял попытку дать ему логическое определение.

Ключевые слова: сущее, бытие, абсолютное, всеединое, всеединство.

237

THE DOCTRINE OF ALL-UNITY IN V.S. SOLOVYOV'S METAPHYSICS

I S.V. Kuznetsova

Abstract. The article analyzes the problem of the relation between existence and essence in Solovyov's metaphysics. The author emphasizes that in the philosophy of the Russian thinker categories of essence and existence are not identical. The article reviews in detail the categories of all-unity absolute and all-unity in Solovyov's metaphysics. The author indicates that Solovyov's doctrine of two absolutes is markedly influenced by the ideas of Schelling. The article notes that Soloviev understood the absolute in two meanings: as identical to itself, and as the relation to the other. The author of the article reveals the essence of Solov'ev's interpretation of the absolute, which, on the one hand, as with every Genesis has it all, on the other hand,

as devoid of all existence, the absolute is nothing. Pantheistic elements of Solovyov's metaphysical doctrine about the absolute are seen. It is possible to say that the Russian philosopher in the doctrine about the absolu te followed Dionysius the Areopagite, Meyster Eckhart and Schelling's ideas. The article emphasizes that Solovyov, unlike the neoplatoniks considering that the essence isn't learned, made an attempt to give it the logical definition.

Keywords: existence, existence, the absolute, United, all-unity.

В философском учении B.C. Соловьева различные его аспекты: онтологические, гносеологические, софиологические, этические — представляют собой целостное единство, основанием которого является учение о всеедином сущем. Именно категория всеединого сущего является тем ключевым понятием, которое позволяет раскрыть философское учение Соловьева об абсолютном.

В «Критике отвлеченных начал» Соловьев определяет абсолютное как безусловно-сущее, которое составляет основу всякого бытия. Абсолютное, с одной стороны, есть единое, а с другой — в нем заключено все, следовательно, Абсолют — это и есть Всееди-ное. Здесь обратим внимание на то, какой смысл вкладывал Соловьев в понятие «абсолютное». Для него абсолютное, — это, во-первых, отрешенное от чего-нибудь, освобожденное, а, во-вторых, завершенное, законченное, полное, всецелое [1, с. 231]. Исходя нз этого, он заключает, что уже в словесном значении заключено два определения абсолютного. В первом понимании абсолютное рассматривается само по себе, отдельно от всего другого, а значит, отрицательно ко всему конечному, частному, множественному. Абсолютное определяется как «свободное от всего, как безусловно единое». Во втором значении абсолютное следует

понимать как обладающее всем, то есть положительно по отношению к другому. Весьма показательно, что Соловьев объединяет оба значения в понятии абсолютно-сущего, делая акцент на том, что они являют собой неразрывные стороны одного определения и не мыслятся друг без друга.

Для русского мыслителя было важно показать, что его понимание абсолютно-сущего отличается от понятия «абсолютного» рационалистической философии. Соловьев подчеркивает, что в рационализме абсолютное понимается только в одном нз двух приведенных им значений, то есть, по сутн, под ним ничего не мыслится. Можно сказать, что оно представляет собой «пустое» слово, наряду с другими понятиями рациональной философии — бытие, ничто и другие. Такое абсолютное наполняется содержанием и становится действительным, с его точки зрения, только генетически, путем саморазвития в диалектическом процессе. В противоположность такому пониманию абсолютного Соловьев предлагает свое: «Истинное же абсолютное необходимо н вечно заключает в себе все бытие и все действительности, всегда оставаясь, таким образом, выше этого бытия и этой действительности. В нем самом не может быть никакого процесса» [там же,

с. 232]. Свою позицию он аргументировал тем, что любой процесс или развитие, любой диалектический переход от общих, абстрактных и потенциальных понятий к конкретным понятиям есть ничто иное, как процесс мышления. II если наше мышление обнаруживает содержание понятия во временной последовательности, то в самом абсолютном оно существует как одни вечный акт. Мыс.'ih о том, что Абсолютное имеет в себе бытие как другое, встречается еще ранее у Шеллинга, и, по замечанию E.H. Трубецкого, «даже выражения Соловьева чрезвычайно напоминают его формулы» [2, с. 271].

Для Соловьева было вне всяких сомнений то, что абсолютно-сущее является необходимостью, то есть выступает одновременно требованием разума, чувства и воли. Однако дает ли этот право говорить о собственной объективной действительности абсолютно-сущего, а если нет, то на каком основании мы можем ее утверждать? Философ доказывает, что человек обладает непосредственным ощущением абсолютной действительности, в котором действие абсолютного непосредственно нами воспринимается, и в котором, по его выражению, мы соприкасаемся с «са-мо-сущнм». Он поясняет свою мысль, подчеркивая, что «всякая действительность сводится к той, которую мы имеем в себе самих в непосредственном образе» [1, с. 233]. Именно этим непосредственным чувством, с его точки зрения, нам дается единое во всем, но, что очень важно, необходимо также познать и все в едином. Абсолютное в понимании Соловьева — это не только действительность или существование, оно, как он отме-

чал, наполнено содержанием. Поэтому нельзя ограничиваться только одним утверждением собственной действительности абсолютного на основании непосредственного ощущения, следует познать его осуществление в другом, то есть его проявление плп, по словам философа, познать Логос н идею. В этом философ видел необходимый переход к философии, а более точно к абсолютной логике.

Русский мыслитель определял абсолютное первоначало как обладающее положительной силой бытия, причем в этом определении он implicite утверждал следующее: во-первых, абсолютное первоначало само по себе свободно от всякого бытия. С другой стороны, оно заключает в себе всякое бытие именно в его положительной силе или производящем начале. Выше мы отмечали, что у Соловьева это две стороны одного определения, где свобода от всякого бытия (положительное ничто - С. 1С) предполагает обладание всяким бытием. Здесь, с нашей точки зрения, четко видны те неоплатонические пантеистические элементы учения об абсолютно-сущем, которые будут подвергнуты впоследствии критике Е.Н. Трубецким. Абсолютное, по утверждению Соловьева, свободно от всяких определений именно потому, что, заключая их в себе, оно не исчерпывается ими, а остается самим собой. При этом он подчеркивает, что абсолютное обладает бытием, ибо в противном случае, оно не могло быть свободным от него, а напротив, бытие было бы для абсолютного необходимостью. Таким образом, абсолютное в понимании философа, одновременно есть ничто и все: ничто, как он пояснял, поскольку оно не есть что-нибудь, и все, поскольку оно не может быть

лишено чего-нибудь. Весьма схожие мысли мы встречаем у Плотина, в трактовке которого Первоеднный есть все н вместе с тем ни одно нз существ. Аналогичное представление об абсолютном можно встретить в трудах Дионисия Ареопагита, Августина, Мей-стера Экхарта, Шеллинга, на что обращал внимание E.H. Тру попкой в работе «Миросозерцание Вл.С. Соловьева» [2, с. 491]. Говоря об абсолютном, Соловьев, вслед за Шеллингом, указывал, что абсолютное для того, чтобы быть таковым, должно быть единством себя и своего противоположного. Он писал: «абсолютное первоначало по самому определению своему есть единство себя и своего (принят in» [1, с. 234]. По этому поводу сам философ пояснил, что он лишь в отвлеченной форме повторил слова апостола: «Бог есть .любовь». Любовь, как он настаивал, исключает эгоизм, она всегда есть самоотрицание. В таком стремлении к другому абсолютному, то есть к бытию, .любовь предстает как начало множественности. Формально это можно выразить так: абсолютное есть .любовь, то есть единство «Я» и другого «Я». Вслед за Соловьевым эту же мысль будет развивать С.Н. Трубецкой, представляя абсолютное существующим не только для себя, но и для своего другого. Характерно, что оба русских философа при определении абсолютного используют, помимо прочего, и этические категории.

В абсолютном в вечности с необходимостью Соловьев различал два полюса или центра: первый полюс — это начало безусловного единства, начало свободы от .любых форм, проявлений и бытия. Второй полюс есть начало или производящая сила бытия, то есть множественность форм. При этом он

обращает внимание на то, что, с одной стороны, абсолютное выше всякого бытия, оно есть безусловное единое или положительное ничто. С другой стороны, оно есть непосредственная потенция бытия, или, по словам философа, первая материя. Этот второй полюс Соловьев называет сущностью или prima materia абсолютного. Первый полюс - это само абсолютное как таковое, нлн, по выражению философа, положительное ничто (эн-соф). Соловьев использует каббалистическую терминологию, противопоставляя эн-соф каббалистов гегелевскому отрицательному ничто, то есть чистому бытию. Заметим, что это очень древняя формула, восходящая к доктрине древнего Египта: «Я есмь Тот, Кто есть». Отечественный исследователь Владимир Шмаков высказал по этому поводу весьма интересную мысль: «Зародившись в Египте, эта формула с одной стороны через Тору вошла в Каббалу, а с другой была воспринята философами Греции» [3, с. 69]. Шмаков в своем исследовании делает ссылку на средневекового мистика и кабба-листа Гейхлина, установившего абсолютное тождество во взглядах Платона н Каббалы относительно понимания трансцендентального бытия.

Следуя многовековой традиции, Соловьев пытается показать, что, с одной стороны, абсолютное само по себе не может быть определено, а с другой - оно «определяет себя, проявляясь как безусловное единое через положение своего противного» [1, с. 235]. Философ неоднократно обращал внимание на то, что истинно единое есть такое, которое не исключает множественности, а напротив, ее предполагает, при этом, не нарушаясь ею. Соловьев акцентирует

внимание на том, что единое остается самим собой, доказывая тем самым, что оно есть, безусловно, единое, которое не может быть уничтожено никакой множественностью.

Из двух полюсов абсолютно-су-щего философ счел важным уделить внимание второму, в силу его двусмысленности и многообразии характера. Соловьев различает понятия «сущее» и «бытие» именно поэтому, философия, с его точки зрения, имеет своим предметом не бытие вообще, а то, чему это бытие вообще принадлежит. Иными словами, внутренним началом всякого бытия является сущее, отсюда и предметом философии должно стать безусловно-сущее. Здесь Соловьев, как мы видим, повторяет мысль, высказанную Аристотелем: «...наука философа исследует сущее как таковое вообще, а не какую-то часть его...» [4, с. 276].

Начало всякого бытия, согласно Соловьеву, не может пониматься ни как бытие, ни как небытие. Небытие, по сути, есть ничто, то, что лишено бытия. Напротив, безусловно-суще-му принадлежит всякое бытие, следовательно, ему нельзя приписывать небытие. Сущее, в понимании философа, не тождественно бытию, но оно ему принадлежит. Сущее, тем самым, должно определяться как положительная возможность бытия. Сущее обладает производящей силой бытия, то есть оно, по замечанию Соловьева, проявляется. Однако, проявляясь в бытии, сущее как таковое не исчезает. Здесь следует обратить внимание на то, что в учении Соловьева сущее не переходит всецело в бытие, оно имеет только силу бытия.

Соловьев выстраивает следующий понятийный ряд: «сущее, сущ-

ность, бытие, нлн мощь, необходимость, действительность пли Бог, идея, природа» [1, с. 241]. Здесь философ соотносит бытие с природой, а сущность — с идеей, при этом у них есть нечто общее по отношению к сущему нлн Богу — они, по выражению Соловьева, — «суть его другое». По отношению к сущему, все другое есть бытие, в таком случае, сущность — только вид бытия. Противопоставляя сущее бытию, русский мыслитель различает в бытии две части: «1) его способ или модус (бытие под-лежательное, природа) и 2) его содержание (бытие объективное, идея, сущность)» [там же, с. 241]. Сам Соловьев подчеркивал, что он проводит четкое различие между двумя видами бытия — бытием (природой — С.К.) н сущностью.

Соловьев, в отличие от неоплатоников, считавших, что сущее непознаваемо, пытался его определить, апеллируя при этом к логике. Интересно, что логику он называл «наукой, химией мыслимого мира», определения которой не зависят от алогичного материала нашей реальности. Философ исходил нз того, что логика имеет дело с мыслимыми определениями как чистыми выражениями абсолютного Логоса, а не с явлениями материального мира, которые, с его точки зрения, могут давать только примеры, но не основания. II здесь Соловьев близок не только греческому обоснованию Логоса, как всемирного божественного Разума, но и его христианскому пониманию. Именно поэтому, он подчеркивал, что через Логос абсолютное определяется как сущее, материя — как сущность, отношение между ними — как бытие нлн образ бытия.

Соловьев выделяет три самостоятельных субъекта бытия нлн сущих, где каждому принадлежат три основных способа бытия, но в различном отношении. Первый субъект или первую определенность сущего он называет духом, второй - умом, третий — душой. Соотношение этих сущих можно представить следующим образом:

Дух — сущее как субъект волн и носитель блага —> субъект представления истины и чувства красоты.

Ум - сущее как субъект представления н носитель истины —> субъект волн, блага и чувства красоты.

Душа - сущее как субъект чувства н носительница красоты —> подлежащее воле блага и представлению истины.

Отсюда мы можем сказать, что все три сущих представляют собой триединство, так как в первом есть проявления второго и третьего, во втором проявления первого и третьего, в третьем проявления первого и второго. Это хорошо нам знакомое божественное триединство, в котором ипостаси Бога не нарушают его целостности и единства. Сам Соловьев говорит о том, что эти три субъекта или ипостаси — единоначальные, поскольку исходят из одного абсолютного первоначала. Они также — единосущные, так как имеют одну общую сущность нлн первую материю. Помимо прочего, эти сущности, по словам философа, «единобытные» нлн «однопрнрод-ные». Объясняет он это тем, что абсолютное первоначало, проявляясь посредством своего Логоса, тем не менее, не переходит в свое явление.

Содержанием этих трех субъектов является, по Соловьеву, идея, которая «есть объективное единство трех субъ-

ектов, субстрат которого есть сущность или первая материя» [там же, с. 253]. Идея, как другое сущего, в понимании философа, есть лишь чистая потенция нлн более точно materia prima. Здесь Соловьев близок Аристотелю, в понимании которого материя сама по себе не есть нечто, она являет собой возможность, но не действительность [4, с. 394]. Кстати, как справедливо заметил E.H. Трубецкой, учение Соловьева невыгодно отличается от учения Аристотеля тем, что «оно неизбежно переносит временное в вечное, вносит схему временного генезиса в Абсолютное» [2, с. 278].

Значит ли это, что для абсолютно-сущего характерна только актуальность? Соловьев считает, что подобная характеристика противоречит самому определению абсолютного. Он писал: «Поэтому оно (абсолютное) должно получить потенциальность, дать место другому, не теряя, разумеется, своей собственной действительности или своей положительной силы» [1, с. 256]. Философ, таким образом, ставит в необходимую зависимость абсолютное сущее от его другого. II далее он поясняет: «Поскольку абсолютно-сущее подлежит действию этого осуществленного нм другого нлн пден, оно является страдательным, потенциальным, материализуется: эта его материализация, или определенное проявление, и есть осуществленный Логос...» [там же, с. 256]. Логос н идея в учении Соловьева соотносительны подобно форме н материи, причем активным началом выступает Логос. Поэтому философ заключает, что все основные определения абсолютного есть ничто иное, как непосредственные проявления Логоса в идее. Сам Логос в трак-

товке Соловьева «есть абсолютное в его саморазлнченнн» [там же, с. 25].

Соловьев выделял четыре субстанциальные образующие начала: дух, ум, дуплу, идею, поскольку различны способы самого бытия. При этом различные формы идеи, с его точки зрения, это не начала, они происходят только в результате взаимоотношения трех субъектов и идеи, из чего следует, что .любое бытие и любая определенная сущность необходимо относительны. Само сущее в трех субъектах, по замечанию философа, не есть бытие, они получают бытие только в своем взаимоотношении или взаимодействии. Причем, все три субъекта — дух, ум, душа — это положительные, деятельные силы бытия, а вот идея — это сила отрицательная и страдательная. Весьма интересно, что идею Соловьев рассматривал как единство или синтез материи и формы, что, собственно, и являет собой реальность.

Итак, сущее, в трактовке русского философа, есть первоначало и это первоначало единично. Будучи безусловным началом всякого бытия, сущее по необходимости должно быть и как «сущее во всем». Только в такой полноте, с точки зрения Соловьева, сущее может быть обозначено как абсолютное. Таким образом, с одной стороны, абсолютное первоначало само по себе свободно от всякого бытия, а с другой - оно заключает в себе всякое бытие в его положительной силе или производящем начале. В сущем, следовательно, совпадают противопо-

ложности, изначально присутствуют два полюса или центра: первый — свобода от всяких форм, второй — множественность форм. Свобода от всякого бытия, по словам философа, «положительное ничто», предполагает обладание всяким бытием. Иными словами, абсолютное есть одновременно ничто и все. Соловьев, подобно Шеллингу, ставил себе задачу преодоления пантеизма, однако, полностью выполнить поставленную задачу ему, с нашей точки зрения, не удалось.

СПИСОК источников И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Соловьев, B.C. Философские начала цельного знания [Текст] /B.C. Соловьев // Соловьев B.C. Соч.: в 2-х т. - Т. 2. -М., 1990.

2. Трубецкой, E.H. Миросозерцание Вл.С. Соловьева [Текст] / E.H. Трубецкой. - Т. 1-2. -М., 1995.

3. Священная Книга Тота. Великие арканы Tapo. Абсолютные начала синтетической философии эзотеризма. Опыт комментария Владимира Шмакова [Текст]. - Киев, 1993.

4. Аристотель. Метафизика [Текст] / Аристотель // Аристотель. Соч.: в 4-х т. -Т. 1.-М., 1975.

REFERENCES

1. Solov'ev V.S., "Filosofskie nachala cel'nogo znanija", in: Solov 'ev VS., Soch. v 2 t., T. 2, M., 1990,

2. Trubeckoj E.N., Mirosozerccmie VI, S. So-lov'eva. T. 1-2, M., 1995.

3. Svjashhennaja Kniga Tota. Velikie arkany Taro. Absoljutnye Nachala Sinteticheskoj Fi-losofii Jezoterizma. Opyt kommentarija Vladimira Shmakova, Kiev, 1993.

4. Aristotle, "Metafizika", in: Aristotle, Soch. v 4t., Т. 1.М., 1975,

Кузнецова Светлана Вениаминовна, доктор философских наук, доцент, профессор, кафедра философии, Московский педагогический государственный университет, structura_mpgu@mail.ru Kuznetsova S.V., Dr. of Sc (Philosophy), Associate Professor, Philosophy Department, Moscow State Pedagogical University, structura_mpgu@mail.ru