«Евроскептики фокусируются на национальной повестке, где РФ не играет большой роли»

Аналитик Deutsche Bank и автор исследования «Евроскептицизм набирает обороты» НИКОЛАУС ХАЙНЕН рассказал корреспонденту “Ъ” ГАЛИНЕ ДУДИНОЙ, как повлияет на Европу успех крайних правых на выборах.

— В СМИ понятия «евроскептики» и «крайне правые» часто становятся синонимами. Насколько это верно?

— На фоне кризиса евро именно правые партии быстрее других уловили общественные настроения и громче кричат о национальном суверенитете. Но евроскептиков хватает и среди левых: с этих позиций все чаще выступают коммунистические партии, утверждающие, что под удар конкуренции в еврозоне и на европейском рынке первыми попадают простые трудящиеся.

— Критика со стороны евроскептиков шире сферы экономики?

— До кризиса евро развитие еврозоны и внутреннего рынка ЕС были главными козырями, синонимом успеха единой Европы, теперь же руководители стран ЕС попали в замкнутый круг. На фоне низких показателей роста экономики политики не решаются проводить реформы — а это приводит к дальнейшей стагнации и падению показателей. В итоге под сомнение ставятся и перспективы евро, и легитимность всей европейской системы.

— Чем отличаются умеренные и радикальные евроскептики?

— Граница между ними размыта, ведь у каждой партии евроскептиков главную роль играет национальная повестка, а не общая европейская. В целом умеренные евроскептики (французский «Национальный фронт», «Вперед, Италия!», Партия независимости Великобритании, «Левые» в ФРГ) выступают против отдельных аспектов европейской интеграции. Например, против евровалюты, как «Альтернатива для Германии».

Радикальные евроскептики (греческая «Золотая заря», Национальная британская партия, венгерский «Йоббик») в принципе отвергают интеграционный процесс вплоть до призывов к выходу из ЕС. Нередко они играют на страхах сограждан перед внешними и внутренними угрозами, опираются на ненависть и инстинкт толпы, призывающей: «Мы покажем этим, в Брюсселе!» Впрочем, реального влияния на политику они этим пока не добились.

— Как изменится национальная политика в случае успеха крайних сил на выборах в Европарламент?

— Успех в Европарламенте не может стать серьезным рычагом влияния на развитие в Европе. Европарламент не имеет права выступать с законодательными инициативами: он обсуждает только те законы, что предлагает Еврокомиссия. В ряде вопросов, например, в политике спасения евро, многие решения и вовсе принимаются напрямую между правительствами.

Другое дело, что до сих пор традиционные партии стремились обособиться от евроскептиков. Теперь же есть риск, что, если последние покажут убедительные результаты на евровыборах, правительства могут пойти на поводу у популистов и начать выступать с более жестких позиций на переговорах в ЕС.

Но в любом случае умалчивать о проблемах ЕС нельзя, евроскептики ведь не зря набирают популярность — они отражают общественные настроения. И устоявшиеся партии должны воспринять серьезно эту проблему. Одним из рецептов является популяризация евроинтеграции: многие граждане ЕС до сих пор не вполне представляют себе, что такое Евросоюз и его институты.

— Могут ли крайне правые и левые партии, симпатизирующие Москве, стать лоббистами России в ЕС, как это предполагают некоторые эксперты?

— В последние месяцы позиция России вызывает много вопросов в ЕС. Так что в условиях предвыборной борьбы пугающее избирателей сравнение евроскептиков с пятой колонной, выступающей за Россию, неудивительно. Это, конечно, ерунда: евроскептики фокусируются на национальной повестке, в которой Россия не играет большой роли. Так что, учитывая в остальном хорошие отношения России и ЕС, играть на текущих настроениях безответственно — с популизмом надо бороться не популизмом, а более убедительными аргументами.