Жизненный сценарий как бытийное пространство личности

ПСИХОЛОГИЯ ЛИЧНОСТИ

Петросьян С.Н.

ЖИЗНЕННЫЙ СЦЕНАРИЙ КАК БЫТИЙНОЕ ПРОСТРАНСТВО ЛИЧНОСТИ

1. Личность и ее бытие как предметная область психологии

В последние десятилетия в отечественной психологической науке происходят кардинальные изменения. Эти изменения связаны не только с переосмыслением основных задач и методологии психологии, но и с переосмыслением самого предмета психологии. Главным образом это связано со смещением исследовательской парадигмы от объектной, где определяющей линией считалась заданность психики условиями и характеристиками социальной среды, к субъектной, признающей в человеке активное преобразовательное индивидуальное начало.

Вместе с категорией субъектности, в психологию вошли категории осуществления и бытия (Рубинштейн), как бытия созданного человеком согласно его внутренним запросам и смыслам. Появилось представление о взаимной имплицированности бытия и человека, о свойственной человеку как субъекту способности порождать новые формы бытия, объективируя в нем свое субъективное.

Проблема субъекта в отечественной психологии разрабатывалась в русле различных научных подходов

Постнеклассическая научная парадигма [13] внесла существенные изменения в понимание психологии как науки: (1) была признанна многопредметность психологической науки, (2) проекция синергетических идей в психологию предположила признание за человеком и его психикой статуса открытой саморазвивающейся системы.

Это обусловило запрос на появление более широкого поля научного исследования, более обобщающего понятия, позволяющего рассмотреть

личность как живую функционирующую целостность, включенную в бытие, и обладающую собственной бытийностью. И таким максимально интегрированным понятием становиться «бытие личности» (З.И. Рябикина).

З.И. Рябикина подходит к анализу бытия в диаде «личность - бытие», подразумевая, что речь идет об определенном качественном состоянии (характеристике, свойстве) человека, обозначаемом как «личность» и в отношении к этому качеству рассматривается «бытие».

2. Отечественные и зарубежные подходы к исследованию жизненного сценария личности

Пафос процесса гуманизации психологии захватил воображение многих ученых. Гуманистические идеи признания самоценности человека, его прав на свободу, счастье, развитие и проявление своих способностей органично легли на советскую гуманистическую традицию, согласно которой любые улучшения положения людей могут являться лишь результатом человеческих усилий. В то же время философия экзистенционализма (Ж.-П. Сартр, Р. Мэй и др.) привнесла в современное прочтение гуманистических идей признание глубины и уникальности человеческого переживания, ввела в поле психологии эмоциональное и духовное измерение человека.

Некоторая идеализация человека, характерная для гуманистического направления развития психологии, отражена, на наш взгляд, в следующих словах Н.В.Гришиной: «Общепризнанным для современной гуманитарной литературы является представление об обретении человеком в современной реальности уникальных возможностей раскрытия своей индивидуальности, что связано с имевшим на протяжении последнего столетия беспрецедентным изменением условий жизни людей, расширением их возможностей свободного выбора. Создаются условия, усиливающие процесс самодетерминации, связанные с ростом самосознания индивидуальности, стремлением человека к реализации собственных целей и смыслов существования. В силу этого человек оказывается перед необходимостью выстраивания собственной жизни, осуществления «жизнетворчества» как преобразования структуры бытия в мир конкретного субъекта. Данные тенденции являются следствием фундаментальных изменений в жизни человеческого сообщества, для которого на протяжении тысячелетий задачи выживания составляли основное содержание жизни, занимая все ее время и энергию» [4].

А.Г. Асмолов говорит о том, что по мере перехода личности «от режима потребления, усвоения культуры в режим созидания и творчества» биологическое и историческое время, в котором живет человек, «все более превращается в психологическое время жизни личности» [2, с. 380]. В сущности, как отмечает Н.В. Гришина, речь идет об индивидуализации жизненного сценария и возможном снижении роли нормативных компонентов [4, курсив авт].

Но за увлечением идеей индивидуализации и свободного жизнетворчества

стоит опасность потерять те закономерности, благодаря которым наука получила статус науки как области человеческой деятельности, направленной на выработку и систематизацию объективных знаний о действительности, позволяющей не только описывать наблюдаемые явления, но и строить причинно-следственные связи с конечной целью прогнозирования.

Если в отечественной психологии жизненный сценарий рассматривается как социально-психологический феномен, связанный со способностью планирования, конструирования и структурирования жизни (М. В. Розин, И. С. Кон, С. Л. Рубинштейн, В. И. Слободчиков, К. А. Абульханова-Славская, И.А. Мизинова и др.), то для представителей зарубежной школы психологии традиционным является положение о бессознательном характере формирования и реализации человеком своего жизненного сценария (А. Адлер, Э.Берн, С. Гроф, Л. Л. Schutzenberger и др.).

В многочисленных зарубежных исследованиях, посвященных проблеме жизненных сценариев личности, неоднократно подчеркивалось, что жизненный сценарий личности не всегда обусловлен сознательным выбором человека (Ф.Перлз, А.А. Шутценбергер, С. Гроф и др.),

С позиций экзистенциального подхода человек ежедневно выбирает и подтверждает свое существование, свое бытие. Но западные исследования жизненных сценариев и сценарного поведения показывают, что природа сценарного поведения инстинктивна: независимо от контекста, обстоятельств и даже содержания ситуаций, распознаваться и трактоваться ситуация будет типичным для индивида образом. Каждый раз по завершении сценарного цикла личность делает из состоявшегося события одни и те же выводы, подкрепляет одни и те же когнитивные и эмоциональные установки, способствуя тем самым закреплению модели сценарного поведения (Э. Берн, Й. Стюарт, В. Джойнс, К.Штайнер, и др.).

Практически общепризнанным является посулат о том, что детерминанты формирования жизненного сценария относятся к раннему детству. Например, типичным для западной традиции изучения происхождения жизненного сценария личности является вывод С. Вуллэмса о двух важнейших особенностях формирования жизненного сценария: 1) сценарные решения представляют собой наилучшую стратегию ребёнка с целью выживания в мире, который часто кажется ему враждебным и даже угрожающим его жизни, 2) сценарные решения принимаются в соответствии с эмоциями ребёнка и его способом тестирования реальности. Причем чаще всего человек входит в свой сценарий: а) когда ситуация «здесь и теперь» воспринимается как стрессовая, б) когда имеется сходство между ситуацией «здесь и теперь» и стрессовой ситуацией в детстве (Э. Берн, Й. Стюарт, В. Джойнс, К.Штайнер, и др.).

Таким образом, мы имеем четыре положения, выдвинутые и доказанные западными исследователями:

1. Жизненный сценарий формируется в детстве.

2. Жизненный сценарий связан с проживанием стрессовой ситуации.

3. Жизненный сценарий связан с воспроизведением когда-то сформированного поведенческого паттерна (сценарное и повторяющееся поведение), по сути - способа реагирования на стрессовую ситуацию.

4. Жизненный сценарий может не совпадать с волевым намерением человека.

Резюмируя вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что на сегодняшний день существует две противоречивые точки зрения на феномен жизненного сценария личности. Отечественные психологи в большей степени признают за личностью право и возможность выбора своего жизненного пути, присваивая человеку статус творца своего жизненного сценария. Для представителей зарубежной психологии более традиционным является представление о жизненном сценарии как следствии тех впечатлений и установок, которые были получены в детстве и оформились в неосознанную рефлекторную модель поведения.

Безусловно, ценные результаты, полученные с обеих сторон, тем не менее не позволяют в достаточной мере системно рассмотреть детерминанты жизненного сценария личности и построить четкий прогноз относительно возможных тенденций развития и способа реализации человеком своего жизненного сценария.

3. Жизненный сценарий как способ личностной бытийности

Поворот современной психологии в сторону изучения проблем бытия можно назвать поворотом психологии в сторону человека. З. И. Рябикина пишет о том, что категория «бытие» - философская, но необходимость ее включения в новом качестве в категориальный аппарат психологической науки на современном этапе ее развития неоднократно обосновывалась и ею, и многими другими авторами [9]. Например, В.И.Слободчиков утверждает, что «.. .исходным основанием для психологии человека является. учение. о ценности и смысле самого бытия человека» [12, с. 20].

Психология человеческого бытия как новое предметное поле исследования открывает перспективы перехода «от гносеологического анализа познания субъектом мира к онтологическому исследованию его существования в мире» [6 с. 32-33], позволяет, в терминологии В.В.Знакова, ввести в научный дискурс «проблему пространственно-временной развертки бытия, включая проблемы предметности, реальности и действительности мира» [6, с. 47, курсив наш].

Принципиальная новизна личностно-бытийного подхода (З.И. Рябикина) заключается в том, что основным механизмом, детерминирующим развитие психики, выдвигается не противоречие «индивид - среда», или «личность -среда», предполагающая некое третье опосредующее звено, например личность - (деятельность) - среда, или, личность - (система когниций) - среда (характерное для российских и западных исследований личности предыдущего этапа); а взаимообусловленная дуальность «личность и ее бытие».

Рассмотрение в качестве предметной области психологии категориальной целостности «личность и её бытие» (З.И.Рябикина) создают возможность принципиально нового подхода к изучению проблемы формирования и реализации жизненного сценария личности.

Уточним категориальное наполнение понятий «личность» и «бытие» для выделения наиболее важных аспектов личностно-бытийного подхода для нашего исследования.

Предпосылками к появлению бытийного подхода в психологии послужили философия экзистенционализма (С.Кьеркегор, М.Хайдеггер, К.Ясперс, Ж.П.Сартр, А.Камю, Г. Марсель, Х. Ортега-и-Гассет и др.), а также философско-антропологическая концепция С. Л. Рубинштейна. На западе идеи философии экзистенционализма были подхвачены психологами гуманистического направления (в частности, посулат К. Роджерса о том, что мир существует только в связи с человеком его воспринимающим), затем они получили развитие в трансперсональном направлении (С. Грофф, А. Минделл, С. Крипнер, Ч. Тарт и др.). В России философско-антропологическая концепция Рубинштейна послужила основанием для разработки бытийного направления в психологии, в частности, личностно-бытийного направления (З.И. Рябикина). З.И. Рябикина определяет бытие как «психическое (как идеальное) и его субъект», а также как «следствия внутренней жизни, объективированные субъектом в материальном мире» и иллюстрирует данное определение словами Селиванова о том, что пока человек жив и «существует как субъект, наделенный сознанием, он «бытийствует», он есть бытие» [11, с.148].

Таким образом, категория «бытие» была привнесена в психологию из философии в ее трактовке не как объективной реальности, существующей независимо от человека, но как бытия самого человека в собственном восприятии и самовосприятии (по К. Роджерсу: «Я реагирую не на некую абсолютную реальность, а лишь на свое восприятие этой реальности»).

Категория личность является собственно психологической. И неоднозначность трактовок понятия «личность» обусловлена множественностью концептуальных схем или теорий личности, в которых понятие «личность» обслуживает определенные исследовательские установки. К.Роджерс описывал личность как организованную, субъективно воспринимаемую сущность (Self), которая является ядром эмоционального опыта человека. Г.Олпорт определял личность как внутреннее «нечто», определяющее сущность взаимодействия человека с окружающим миром. Для Э.Эриксона личность является функцией результата пережитых ею жизненных кризисов. По Дж. Келли - термин «личность» относится к конструктам, используемым человеком для прогнозирования будущих событий. А. Бандура определял личность как модель, в которой человек, поведение и ситуация непрерывно влияют друг на друга и т.д. В отечественной психологии также существует ряд определений личности: «личность - это носитель сознания» (К. К. Платонов); «личность - это целостная система, возникающая в процессе жизни человека и выполняющая

определенную функцию в его взаимодействии со средой» (Л. И. Божович); «личность - это субъект деятельности, т. е. совокупность общественных отношений, определяющих положение человека в обществе» (Б. Г. Ананьев); личностъ - это человек в совокупности его социальных приобретенных качеств (Р.С. Немов).

Если обратиться к психологическим словарям, мы также встречаемся с крайне неоднозначными толкованиями слова «личность». Нет смысла перечислять их все. Самыми употребимыми значениями являются 1) человек, обладающий сознанием. 2) человек, обладающий таким уровнем психики, который делает его способным управлять своим поведением и психическим развитием. Индивидом рождаются, а личностью становятся (А. Н. Леонтьев, С. Л. Рубинштейн), 3) совокупность устойчивых психологических качеств человека, составляющих его индивидуальность, 4) динамическая организация психофизических систем внутри индивидуума, определяющая его уникальное поведение и мышление.

Если попытаться внести некоторую системность в многочисленные определения понятия «личность», то можно проследить две тенденции: 1) определение личности как сущности, 2) определение личности как психического органа, исполняющего определенные функции.

Этимологически слово «личность» происходит от русск. личина (личина соответствует термину persona - исходно маска, или роль, исполнявшаяся актером древнегреческого театра). То есть этимологически «личность», «персона» не совпадают с сущностью (то, что есть). З.И. Рябикина говорит о том, что личность организуется как согласованное единение психических процессов, принадлежащих единой живой субстанции - индивиду. Таким образом, в контексте личностно-бытийного подхода личность рассматривается как некий психический орган, принадлежащий индивиду.

По З.И. Рябикиной [8 и т.д.] личности предшествуют три пространства системно организующихся объективных материальных явлений (пространство организмических характеристик, включающее нейродинамические явления, пространство событий среды, пространство деятельности). Они же предопределяют ее (личности) генез на начальных стадиях. Но далее рост субъектности реализуется в стремлении личности «экстериоризировать» себя в среду, привнося в нее свое, преобразуя ее в соответствии с собственными смыслами. Возрастающая же субъектность личности (по З. И. Рябикиной), проявляется в ряде следствий.

Во-первых, в том, что «возникший психический орган (личность) в значительной степени подчиняет себе функциональную организацию нервной деятельности, что проявляется в формировании новых функциональных органов мозга в соответствии с решаемыми психологическими задачами. А поскольку, как отмечал Б.Г.Ананьев, головной мозг человека постепенно подчиняет своему контролю изменяющиеся в процессе роста и созревания функции организма [1], речь идет и о подчинении состояний организма состояниям личности».

Во-вторых, «этот орган (личность) детерминирует процесс отражения,

вкладывая в содержание отражаемого то, что выступает следствием отнесенности этого содержания к системе личностных явлений психики и что «объективно» другим наблюдателем может не фиксироваться».

В-третьих, «этот орган (личность) обеспечивает целенаправленное освоение и выработку таких способов взаимосвязи со средой или форм деятельности, которые распредмечивают действительность в соответствии с целями, запросами, потребностями личности».

Если рассматривать динамику возрастного развития с точки зрения расширения бытийности личности по мере прохождения стадий развития, в таком развитии личность осваивает позиции в отношениях Я - Мир (досознательный уровень, базовое доверие - недоверие к Миру), Я - Ты (предсознательный уровень, доверие - недоверие к другому), Я - Они (сознательный уровень, доверие -недоверие к социуму). По мере прохождения стадий развития личностью осваиваются различные позиции в отношениях - доминантная, пассивная, либо здоровая, адекватная теме возраста. Такие характерологические позиции встраиваются в структуру личности, и впоследствии на правах значимых частей личности начинают экспансироваться во внешнее пространство, организуя бытие согласно своим смыслам.

З.И. Рябикиной предлагается рассмотрение личности как реализующей в своем поведении три сопряженные базовые потребности: (а) потребность в самоактуализации, в экспансии, (б) потребность во внутренней согласованности и сохранении целостности психического, (в) потребность быть подтвержденной внешним, тем, через что объективировано ее субъективно-внутреннее (потребность в обретении и поддержании целостности внешнего и внутреннего, объективного и субъективного пространств личности).

Эти три потребности могут рассматриваться как (а) потребность реализовать позицию, занимаемую в отношениях Я - Мир, Я - Ты, Я - Они, (б) потребность сохранять устойчивость такой позиции, (в) потребность организации жизненного сценария таким образом, чтобы он, людьми и событиями, вовлеченные в него, подтверждал позицию в отношениях Я - Мир, Я - Ты, Я - Они.

Причем характерологическая позиция в отношениях, согласно личностно-бытийному подходу (З.И. Рябикина), как часть структуры личности детерминирует процесс отражения реальности и распредмечивает действительность в соответствии со своими целями, запросами и потребностями.

Такой подход заключается, говоря словами О.Г.Блока, в возможности «выделить такую систему, которая позволила бы соединить теории, раздельно описывающие бытие и диалектику психологических явлений» [3, с.35].

Если жизненный сценарий рассматривать как способ личностной бытийности, то жизненный сценарий может быть обозначен как форма экспансии и персонализации личности во внешнем пространстве, причем характерологические позиции в отношениях, освоенные личностью в онтогенезе, становятся встроенными в структуру личности, и также имеют тенденцию к экспансии и персонализации, что может служить основой развития негативного

жизненного сценария.

Личность не может быть понята вне пространств своей реализации. Таким образом, жизненный сценарий является глобальным бытийным пространством личности и одним из способов выражения интенции БЫТЬ, т.е. поддерживать и расширять свое бытие.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л.: Изд-во ЛГУ, 1968. -339с.

2. Асмолов А. Психология личности. Культурно-исторические понимание развития человека. М.: Смысл, Академия, 2007. -528с.

3. Блок О.Г. Методологические поиски А.В. Брушлинского в контексте проблемы интеграции психологического знания // Творческое наследие А.В.Брушлинского и О.К.Тихомирова и современная психология мышления / С. 33 - 36. Москва: Издательство «Институт психологии РАН», 2003.

4. Гришина Н.В. Жизненные сценарии: нормативность и индивидуализация // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2011. N 3(17). URL: http://psystudy.ru (Поступила в редакцию 31 марта 2011 г. Дата публикации: 17 июня 2011 г.). 0421100116/0029 Дата обращения: 8. 10.2015.

5. Гурская С.П. Программа сценарного поведения // Вестник ЮУрГУ Серия «Психология», 2013, том 6, № 1. / С. 101 - 104.

6. Знаков В.В. Психология субъекта А.В.Брушлинского, герменевтика субъекта М.Фуко и психология человеческого бытия // Личность и бытие: субъектный подход. Отв. ред. А.Л.Журавлев, В.В.Знаков, З.И.Рябикина. М.: Институт психологии РАН, 2008. С. 31-37.

7. Мизинова А.И. Жизненные сценарии личности: основные подходы к рассмотрению // Известия Саратовского ун-та. Нов. серия. Сер. Философия. Психология. Педагогика. 2013. Т. 13. , вып. 4.

8. Рябикина З.И. Личность как субъект формирования бытийных пространств // Субъект, личность и психология человеческого бытия / Коллективная монография / Под ред. В.В. Знакова, З.И. Рябикиной. Москва: Изд-во «Институт психологии РАН», 2001. URL: http://psy.su/psyche/projects/1277/ Дата обращения: 6.11.2013.

9. Рябикина З.И. Бытийный подход к рассмотрению личности и личностный подход к рассмотрению бытия // Монография «Психология личности и ее бытия.

Теория, исследования, практика». Краснодар. Изд-во Кубанского гос. ун-та, 2003. С. 5-36.

10. Рябикина З.И. Перспективы исследований личности с теоретико-методологических позиций психологии субъекта // Человек. Сообщество. Управление, 2013, № 3. С.6 - 19.

11. Селиванов В.В. Мышление и бытие субъекта // Субъект, личность и психология человеческого бытии / Под ред. В.В.Знакова, З.И.Рябикиной. М.: Институт психологии РАН, 2005. С. 146-160.

12. Слободчиков В.И. О соотношении категорий «субъект» и «личность» в контексте психологической антропологии // Личность в парадигмах и метафорах: ментальность - коммуникация - толерантность / Под ред. В.И.Кабрина. Томск: Изд-во Том. Ун-та, 2002. С. 20-29.

13. Степин В.С. О философских основаниях синергетики // Синергетика: Будущее мира и России // Под ред. Малинецкого Г.Г. / М.: ЛКИ, 2008. URL: http:// spkurdyumov.ru/philosophy/o-filosofskix-osnovaniyax-sinergetiki-v-s-stepin/ Дата обращения: 23. 10. 2015.

14. Стюарт Й. Современный транзактный анализ / Й. Стюарт, В. Джойнс . - СПб.: Социально-психологический центр, 1996. -329 с.

15. Стюарт, Й. Жизненный сценарий: как мы пишем историю своей жизни / Ian Stewart, Vann Joines. TA Today (Part IV) Lifespace Publishing. Nottingham and Chappel Hil, 1987 // Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев), пер. В. Данченко, 2000. URL: http://psylib.org.ua/ books/stewj01/ index.htm. Дата обращения: 2. 01.2016.

16. Штайнер, К. Сценарии жизни людей. Школа Эрика Берна / К. Штайнер. - СПб.: Питер, 2003. -416с.

17. Kahler, T. & Capers, H. The Miniscript (1974) Transactional Analysis Journal. V. 4. No. 1. P. 27-42.