Алтайские слова на других континентах

АЛТАЙСКИЕ СЛОВА НА ДРУГИХ КОНТИНЕНТАХ

Ареал распространения языков алтайской семьи занимает пространство двух больших частей света, а именно Азии и Европы, преимущественно первой из них. В области сравнительного изучения лексики алтайских языков можно упомянуть всего несколько работ, касающихся проблематики предлагаемой статьи. Алтайские (конкретнее — тюркские) слова в языках коренных жителей Американского континента освещены в статьях татарского ученого А.Г. Каримуллина [7], Э.Г. Никитиной [8] и др. Сходства лексики японского языка (по современным представлениям — члена алтайской языковой семьи) с языками ауст-роазиатской семьи, ареал которых включает как материковые, так и островные территории в бассейне Тихого океана, исследованы в монографии японского языковеда Н. Матцумото [29]. Датский ученый В. Шумахер описал сходство эскимосско-алеутских языков (также причисляемых к уралоалтайским) с австронезийскими [34].

Цель настоящей статьи — дать эскизное освещение вероятных изоглосс — обозначений существ женского пола в алтайском праязыке — *kele ‘невестка, невеста’ (вариант *käli(n) ‘жена младшего брата или сына, свойственница’), *kune ‘одна из нескольких жен’, *gämo ‘наложница’, *g!ra ‘девушка’, *goli ‘самка жвачного (животного)’. Этот фактический материал взят из «Этимологического словаря алтайских языков», составленного отечественными учеными СА. Старостиным, А.В. Ды-бо и О.А. Мудраком [36]. Масштаб сравнения охватывает языки таких континентов, как Евразия, Америка, Африка и Австралия.

Сравнительный лексический материал дан в рамках гипотетических, однако довольно признанных языковых филий и / или макросемей.

Евразия

Бореалъная sive ностратическая сверхсемъя

Ностратическое (ностр.). *kälU ‘свойственница’ [6, с. 295]. Родственные основы (корни) состав-

ляют сеть изоглосс, которые проходят по всем языковым семьям, входящим в «классическую» ност-ратическую общность: алт. *Geli — ‘свойственница, свойственник’ [I, с. 18], была предложена исходная праформа ностр. *kälü ‘женщина другой фратрии’ [23, № 862].

Тюркские языки имеют многочисленные рефлексы этого алтайского слова: баш. килен, ст. кыпч. kelin, чуваш. kin ‘невестка’, сары-югур-ское kekn ‘жена’ и т.д. [6, с. 295, 296]. В литературе известны сопоставления тюркского обозначения невестки с ее аналогами в ностратических языках, например, тюрк. kelin ‘невестка, невеста’ : литов. glos ‘золовка’, рус. золовка; фин. kaly ‘жена брата; сестра жены’ и т.д. [17, с. 209]; слав. *Zbly ‘золовка’ — родственное слово с санскр. kula ‘род’, kulam ‘потомство’, хеттское kul ‘семья, потомство’, тохарское А kuli ‘женщина’ [6, с. 295; 9, с. 141]. В таком понимании этимологических связей тюрк. kelin когнатом его следует считать баш. кулэн в составе композита курше-кулэн ‘соседи’, ср. тюрк. külä ‘дом, домочадцы’ [6], ностр. кюле ‘община, род’ [18, с. 63].

Эризированные (эровые) формы данной бо-рейской (и алтайской) основы видим в алт. *gira ‘девушка’ [36, с. 522] и в пратюрк. *Куг ‘девушка’ [32, с. 269] *Кагу ‘старуха’ [15, с. 84—85], ср. баш. кыз-кыркын (собир.) ‘девчата, девушки’, кортка ‘старуха’.

Сино-кавказская sive палеоевразийская макросемъя

Изоглоссы, содержащие основу, схожую с алт. *kele ‘невеста’ [36, с. 659], пролегают по территориям распространения языков еще более древних, чем бореальные, а именно палеоевразиатс-ких языков, распространенных от Пиренейского полуострова до Северной Америки. Ср. аринское bi-kala ‘дочь’, bi-kal ‘мальчик, сын’, где bi — местоименный элемент ‘моя, мой’, пумпокольское pi-kola ‘дети, дочь’: эйак (на Тихоокеанском побережье Канады) дё ‘сын’ [35, с. 74]. Известный

Нафиков Шамил Валеевич, кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Института истории, языка и литературы Уфимского научного центра РАН

©Нафиков Ш.В., 2010

американский макрокомпаративист М. Сводеш [12, с. 290, 301, 306, 309] рус. женщина и англ. queen ‘королева’ сравнил с кетским qim ‘женщина’ и хайда (Тихоокеанское побережье Канады) kit ‘сын’. Нижеследующие слова из языков смежного ареала: квакиутль qi, хайда qu’an ‘женщина’, тлинкит qha, цимшиан ket ‘человек’ ученый считал родственными с названными выше и с япон. onna и греч. ‘женщина’ (в русской передаче гине), ср. алт. *kune (~ g-) ‘одна из нескольких жен (при полигамии)’ [3, с. 46], баш. квндэш ‘жены одного мужчины по отношению друг к другу (при многоженстве)’, ср. шумерское gen ‘девушка, женщина’1, тюрк. *guq ‘рабыня’ [36, с. 742].

Слово xir ‘женщина, жена’ [16, с. 239] из северо-кавказского агульского языка можно сравнить с пратюрк. *kyr ‘девушка’ [32, с. 269].

Праенисейское *?alit (~ /-) ‘женщина’ С.А. Старостин сопоставил с даргинским xade ‘женщина’ (Северный Кавказ) [14, с. 226], ср. аринское kem-ela ‘женщина’ [14, с. 168]. Объединяющими элементами здесь выступают корень с ларингалом, который мог отпасть в анлауте в результате диахронических изменений, ср. тунгусское *(х)щ- ‘глава рода’ [36, с. 807].

Американский континент

Америндская макросемья

Изучение научной литературы по американистике дает немало примеров соответствия алтайским словам слов, обозначающих существа женского пола в различных языках аборигенов Американского континента.

Так, в весьма архаичных языках индейцев Калифорнии из семьи пенути встречаются такие слова, как майду диал. kyle, kyle, kule, озерный мивок kulla ‘женщина’, kylo ‘женщины’ [33, с. 271—273] при праформе *kVle ‘женщина’ [31, с. 187]. М. Сводеш русское слово жена, тохарское kuli, авестийское graa ‘женщина’ сопоставил с однокоренными словами из различных языков индейцев Северной и Южной Америки, среди них — мивок диал. бодега kuley, мивок, костано kola ‘женщина’, kule ‘жена’, южн. диал. (нисе-нан) Kile ‘женщина’, майду kono ‘жена’, чолон-

ское (Южная Америка) cala, мапуче (Южная Америка) kure ‘жена’, сапотекское (Мексика) *kuna ‘женщина’, отмечая при этом, что k“el , «возможно, является уменьшительной формой» [37, с. 922].

Америндская праформа слова для одного из обозначений ребенка *?я// (рефлекс в пенутиан-ском языке винту ila, ela) [26, с. 49] имеет сходство со словом ‘женщина’ в енисейских языках, а именно с праенисейским ‘,:'ïalit.

Обозначение сестры или брата в некоторых индейских языках Южной Америки *kani, как, например, в языке кулли (андская семья) или kani ‘брат’ из языка луле (семья макропано) [26, с. 188] по своей фонетической форме близко к алт. *kune ‘одна из нескольких жен’ : америндское *kuan ‘женщина’, равно как и пратюрк. *eii ‘женщина’ [36, с. 175, 598], и к телугу (Индия) äl ‘женщина’ [28, с. 244] и к винту ila, ela < америндское ‘ребенок’, ср. также алт. *kugi ‘дитё’ [36, с. 742].

В южноамериканском языке чарруа (семья макро-пано) есть слово calo-na ‘девочка’, где na ‘ребенок’. Его считают рефлексом америндского *kuna ‘женщина’. Этот корень находим также в афразийских, индоевропейских и алтайских языках (по Иллич-Свитычу) [26, с. 266].

Африканский континент

По данным современной науки, Африка есть колыбель современного вида Homo sapiens, откуда предки всех современных людей — представителей главных человеческих рас расселились по всей Ойкумене, по различным оценкам, 50 000—100 000 и более лет тому назад.

Бореалъная макросемъя

По мнению ряда ученых, афразийская ветвь (устар. семито-хамитская) с ареалом обширных областей Северной Африки, преимущественно вдоль Северного тропика, есть одна из древнейших ветвей ностратической сверхсемьи, если не отдельная языковая семья per se. В этих языках отмечено достаточно слов, которые можно считать изоглоссами к алт. *kälin ‘невестка, сноха, свояк’ [5, с. 97]. Примеры: чадское *kal- ‘невестка’, араб. kanna @< *kalna) ‘невестка’ [6, с. 295] и т.п.

1 Пример по Дж. Бенгтсону, который считает шумерский язык членом сино-кавказской сверхсемьи.

Австрийский компаративист начала XX в. А. Дрексел нубийское слово kare ‘самка’ сопоставлял со словом kir ‘рабыня’ из языка канури, по современной классификации причисляемого к нило-сахарской макросемье аборигенов Африки [24, с. 60]; известная французская африканистка Л. Омбюрже обозначение женщины al в африканских языках фуль (фульбе) и серер сравнила со словом äl ‘женщина’ из дравидийского языка телугу (Южная Индия) — члена восточной ветви ностратических языков [28, с. 244].

Африканские языки к югу от пустыни Сахара

Макросемъя Нигер-конго: нанди (Восточная Африка) korko ‘самка; женщина’, гьола ar-a в том же значении, мн. число k-ära [28, с. 244, 265]. Надо полагать, что тот же корень содержится в фульбе gor-ko ‘человек’, в серер kor и в тула kwarta ‘человек’ [25, с. 12, 26, 27].

Нило-сахарская макросемъя: канури kwa ‘человек’, мабан kai ‘люди’, кунама ka, динка koi и пр., что может соотноситься с кадугли (семья нигер-конго) ka ‘женщина’, прабанту *-ka [27, с. 75].

Койсанская языковая фила

Предположим, что возможно установить изоглоссу между словами, приведенными выше, и словом //gai ‘самка’ в южноафриканском (аборигенном) языке хоан, глосса из [14, с. 38].

Континент Австралия и ареал Индо-Пацифика

В современной компаративистике высказывались мнения о глубокой древности языков аборигенов острова-континента Австралия, которая превышает таковую даже столь «живых реликтов», как индейские языки Америки. Во всяком случае, правомерно вести речь о возрасте порядка нескольких десятков тысяч лет. Папуасские языки с острова Новая Гвинея также считаются древними. Обозначения женщины и других существ женского пола в упомянутых языках позволяют говорить о довольно больших сходствах с такими алтайскими глоссами, как *kiure ‘го-сть(я), соседка’ и *kele (~ i, ~ о) ‘невестка, невеста’ [4, с. 46]. Сравни различные, но схожие обо-

2 Перевод (с итальянского). — Ш.Н.

значения жены kourta на языках аборигенов таких местностей Австралии, как равнины южного штата Виктория, что близко к kardo (юго-запад, берег Тихого океана); на северо-востоке и на юге отмечено слово korda, в районе округа Кент оно имело форму koart. Компаративист Дж. Моррис сопоставляет эти слова с тасманийским kroatta ‘жена’, а такие обозначения женщины, как kare и kolokolo считает родственным к папуасскому gali на языке манникам (бывшая германская Новая Гвинея) [30]. Фонетически и семантически к этим словам близки др.-тюрк. qurta, qurt/a ‘бабка, старуха’ и баш. кортка ‘старуха’ [II, с. 221].

Сравнения в масштабе языков Земного шара

Впервые подобные сопоставления стали известны науке из трудов А. Тромбетти [38; 39]. Обозначения существ женского пола в языках Старого и Нового Света имеют вид: «груз. khali ‘женщина, дева, дочь’, лазское khale ‘девушка’ — ивритское kallä ‘супруга, няня’, арамейское kallelä, ассирийское kallä-tu ‘супруга’... — нубийское kare, karre, karrd‘женский’; протобанту kali ‘женский’ (по К. Майнхофу)..., сходные слова в Океании: сесаке koroi, goroi, уганата kur-ani; Австралия kore и т.д. Турец. kary — другого происхождения», — писал ученый [38, ч. 2, с. 155, №196]2. Также в работе Тромбетти праформой названа глосса KALI ‘женщина’, ср. KOL ‘взрослый (человек)’, КО, KU ‘человек’, дериват qor, qol [39, с. 63, 66, 114, 115].

Некоторые наблюдения из области семантики

Этимон — первоначальное значение лексем для обозначения существ женского пола — представляет для исследователей довольно сложную задачу.

В своей известной монографии ностратисты из США А. Бомхард и Дж. Кернс в качестве этимона для обозначения понятий ‘невеста, жена младшего брата’ в различных языках нострати-ческой сверхсемьи предложили праностратичес-кое *kal — ‘to suckle, nourish, rear’ [21].

Другое толкование находим в публикации известного российского алтаиста и ностратика А. Дыбо [4, с. 855]. В комментарии к одному из названий женщины в тюркских языках видим

сопоставление пратюрк. *uraq — ‘самка’, ср. игу,асу ‘самка’ в ряде языков, в т.ч. и в баш. лит. и диал. оргасы ‘самка’, с тунгусо-маньчжурским *огип ‘сноха’, которое иногда связывают с гипотетическими глаголом *иг — ‘рождать’ (ср. *иг-uq, *ur-lak ‘семья, род’, *игу ‘сын’; ср. осетинское кигуп ‘рожать’ [9, с. 141]) и фонетически сходное название женщины в африканском языке мака-ри (группа чадских языков) — gerim и напоминающие алтайские примеры выше обозначения знатной женщины в сомали (язык кушитской семьи) óori и в кафа (хамито-семитская семья) иге [19, с. 308]. В. Иллич-Свитыч [6, № 211] значение ностр. ^апл передавал как ‘рожать’. Русский рефлекс этимона женщина означает таким образом — ‘рожающая’ < индоевроп. *gen — ‘женщина, рождать’ [9, с. 141].

Из других возможных этимонов отметим версию, предложенную болгарским компаративистом Ст. Младеновым [10, с. 98]: индоевроп. корень *qha- ученый видел в др.-верх.-нем. qwti ‘vulva’ и в готском qithrn ‘матка’3, сходную семантику видим в алт. *ки$‘У ‘rump, anus’ [36, с. 742—743].

Немалую роль играют и различные сдвиги в значении. Так, В. Иллич-Свитыч [6, с. 296], комментируя ностр. *kalU ‘свойственница’, отмечал семантический сдвиг в алтайском (рефлексе) от ‘свойственница’ к ‘свойственник’, ср. ностр. küda ‘свойственник’ [6, с. 296], ср. также такой сдвиг, как тюрк. *güq ‘рабыня’ < алт. *küyi ‘ребенок’ [36, с. 742].

Несколько слов о морфологической структуре и колебаниях в фонологическом облике рассмотренных в статье лексем

Сопоставление алтайских названий существ женского пола *kele ‘невеста’, *goli ‘самка жвачных’, Bgira ‘девочка, девушка’, *gámo ‘наложница’, *kalin ‘невестка, сноха, свояк’, *kme, *gme ‘одна из жен при многоженстве’ позволяет сделать логическое умозаключение о том, что корневым элементом перечисленных слов выступает некоторый односложный корень (моносиллаб) **KV, а второй согласный следует признать суффиксальным элементом, неким расширением диахронически более первичного моносиллаба.

Сами вокалические различия, в непервых слогах и консонантные различия в анлауте, например, в *kele и *goli, могли в древнейшую эпоху служить в целях различения, дифференциации значений, смыслов соответствующих первичных лексем в духе теории фоносемантики и других сходных гипотез. Этимологическая связь между алт. *glra и пратюрк. *Kyr, чуваш. хёр ‘девочка, девушка’, баш. хы^-хырхын ‘девчата’ и им подобных тюркских словах возникла вследствие общеизвестных в алтаистике закономерных диахронических звуковых изменений. Формы с вокалическим анла-утом, наподобие тунгусо-маньчжурского *orun ‘сноха’ и пратюрк. *eii ‘женщина’, можно было бы разъяснять как появившиеся в результате диахронического фонетического изменения — отпадения бывшего в начале слова согласного звука (например, ларингала, твердого приступа гласных); ср. отпадение в ауслауте на примере пра-япон. *kua ‘ребенок’ < алт. *kUgi в том же значении [36, с. 742].

В других языках исторические изменения фономорфологического облика родственных по сути слов (когнатов) можно (и нужно) толковать в свете известных в каждой частной области компаративистики научных данных. Так, слав. *zbly ‘золовка’ и рус. жена ad4 ностр. *Шл ‘свойственница’ и ст. слав. челядь ‘семья, домочадцы’ ad ностр. кюле ‘община, род’ [18, с. 63] — результаты действия фонетического закона смягчения анлаутных смычных в ареале славянских языков группы satem, также как и женщина из индоевроп. ken- ‘родиться’ [6, № 211]. Араб. kanna ‘невестка’ есть результат инлаутного уподобления согласных, диахронически из *kalna (по Ил-лич-Свитычу) [6, № 211]. Африканистика (конкретнее, бантуистика) может объяснить, почему прабанту *-ka может иметь отношение к суахили -ke в mke ‘женщина’ [27, с. 75] и т.д.

Некоторые статистические подсчеты

Для повышения информационной ценности фактического языкового материала вниманию читателей предлагаю некоторые статистические выкладки. Общее число лексем на уровне реконструкций, содержащихся в статье, равно 42. «Эловых» форм, чему примером алт. *kele, насчитывается

3 Ср. дравидийское *kolli ‘vulva’ и примеры из чадских языков: бачама guie ‘vagina’ и музгу gilí, ‘vulva’ [20, с. 189].

4 ad лат. — к (чему-либо относящееся). — Ш.В.

Сравнительная таблица лексем

иВ

ч

я

»о

о

ч

и.

8

о

вд

О

&

К

и

X

СЄ

X

5

а

-8-

<

Й и 1 Й * ^ н

I

<3

ю

<3

о.

с

V

К

В

О

а

0І

£

Й Й

<Й Й

м 2

* м

>

м

*

си О \4 о \4 си

X О 1 С _

<Й КИ

со

*

с

г

ей

§

я

и

а>

В

о

м

се

Й

02

св

а

4>

О

О

>¡5

а>

0 с

1

а>

О-  с *

0)

К

£4

и

г>

ВТ

15

Н

се

а

Н

о

О

:сй

*

:сЗ

М

*

ей

чЗ

*

*

с

о

Он

РЗ

0^

о

4

к

к

N

*

РЗ

ей

Р1

о

ей

м

*

0^

о

14

о

«

л

ЇҐ

ей

л

*3

м

*

Ю

ей

Р-

оЗ

И

О

се

н

с=2

<

О

л

I

!з

*

, їм ^

^¿.3 ?

о © * ?-, *5

сю СЮ СЮ ^

•х- * * * * н

§ .

* *

!з

0>

а

и ^

Я -и &

& >* ей- .^Н

2 ^ ¿4 13

н * * *

вд

ей

—

*

5 3

6 -с

і

&

3

*

Е

ев

Ю

а

3 £ £ ^ 'V * ^

(вместе с фономорфологическими вариантами) 17, тогда как «эровые» формы составляют цифру 11.

Форм с инлаутом на -п, что символизирует “архи”праформа KUNA в известной современной глобальной сводке Дж. Бенгстона и М. Рулена [19], насчитывается восемь. Формы с инлаутом на -т-и -d- две, вокалический анлаут имеют семь реконструкций, таковых с ларингалом (твердый приступ гласного) две, форму моносил-лаба имеют шесть слов, остальные входят в разряд дисиллабов. Ввиду специфики и цели статьи основное число реконструктов (20) приходится на алтайскую ветвь ностратической макросемьи (9).

Краткие выводы

1. Алтайские слова, точнее соответствия, сближения с последними, обнаруживаются на всех территориях расселения человека разумного (Homo sapiens), будь то континенты в Восточном полушарии (Старом Свете), либо в Западном полушарии (Новом Свете).

2. Присутствие изоглосс наподобие алт. *kele ‘невеста’ в окраинных ареалах, “на краю света” (Австралия, юг Африки или Американского материка) свидетельствует о глубокой древности и устойчивости данного разряда базисной лексики человеческого языка, где алтайский материал сохранился в довольно устойчивом виде.

3. Основной денотат лексем сохраняет свое первообразное значение ‘существо женского пола’ и сближения выступают в виде производных от единого пракорня **QV с расширением в виде аффиксального форманта на некоторый, весьма древний плавный — **R/L...5

ЛИТЕРАТУРА

1. Долгопольский А. Б. Гипотеза древнейшего родства языков Северной Евразии (проблема фонетических соответствий) // VII Международный конгресс антропологических и этнографических наук. — М., 1964.

2. Древнетюркский словарь. — Л.: Наука, 1969.

3. Дыбо А. А. 2000. Мир праалтайцев: Wörter und Sachen // Проблемы изучения дальнего родства языков на рубеже третьего тысячелетия: докл. и тез. науч. конф. / Рос. гос. гуманит. ун-т, Ин-т восточных

культур, Центр компаративистики, Рос. акад. наук, Ин-т языкознания, Еврейский ун-т в Москве. Проект «Вавилонская башня»; сост. Г.С. Старостин, С.А. Старостин. — М., 2000.

4. Дыбо А. В. Лексикостатистические списки тюркских языков // Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Пратюркский язык — основа. Картина мира пратюркского этноса по данным языка. Т. 7. — М., 2006. — С. 560—577.

5. Иллич-Свитыч В.М. Материалы к сравнительному словарю ностратических языков (индоевропейский, алтайский, уральский, дравидский, картвельский, семито-хамитский) // Этимология 1965. — М., 1967. — С. 321—373.

6. Иллич-Свитыч В.М. Опыт сравнения ностра-тических языков. Сравнительный словарь (I 3). Т. 2. — М.: Наука, 1976.

7. Каримуллин А.Г. О возможном родстве отдельных индейских языков с тюркскими // Вопросы тюркского языкознания. — Казань, 1976. — С. 135—152.

8. Никитина Э.Г. О родстве маясских и тюркских языков: (Фонетические и лексические аспекты). — М., 1995.

9. Маковский М. Теория языка Ф. Ницше и современные лингвистические концепции // Вопросы языкознания. — 1991. — № 1. — С. 135—144.

10. Младенов Ст. Етимологически и правопи-сен речник на български книжовен език. — София, 1941.

11. Рассадин В.И. Фонетика и лексика тофаларс-кого языка. — Улан-Удэ, 1971.

12. Сводеш М. Лингвистические связи Америки и Евразии // Этимология 1964. — М., 1965. — С. 271—322.

13. Старостин С.А. Праенисейская реконструкция и внешние связи енисейских языков // Кетский сборник. — Л., 1982. — Вып. 1 — С. 144—237.

14. Старостин С.А. Избранные труды по языкознанию. — М., 2007.

15. Э. Тенишев, Г. Благова, И. Добродомов, А. Дыбо, И. Кормушин, Л. Левитская, О. Мудрак, К. Мусаев. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Лексика / под ред. Э.Р. Тенишева. — М., 1997.

16. Трубецкой Н.С. О звуковых изменениях русского языка и распаде общерусского языкового единства // Трубецкой Н.С. Избранные труды по филологии. — М., 1987.

17. Шайкевич Л.Я. Введение в лингвистику: учеб. пособие. — М.: РОУ, 1995.

5 L как древнейшая ретрофлексная артикуляция R ? — Ш.Н.

18. IHaKypoea 0.A., Tapunoe T.M. Eme pa3 k Bon-pocy o cy^ecTBOBaHHH ropo^oB y paHHHX KoneBHH-kob // ÆqKHp. - 1996. - № I (13). - C. 62-65.

19. Bengtston John D., Ruhlen Merritt. Global Etymologies // Ruhlen, M. On the Origin of Languages: Studies in Linguistic Taxonomy. — Stanford: Stanford University Press, 1994. — Issue 6. —P. 277—336.

20. Blazek V The new Dravidian-Afroasiatic Lexical parallels // Mother Tongue. — 2005. — Issue 6. — P. 180—193.

21. Bomhard A.R., Kerns J. The Nostratic macrofamily: A study in distant genetic relationship. — N.Y.; Berlin, 1994.

22. Bomhard A. The glottalic theory of proto-Indo-European and its implications for Nostratic sound correspondencies // Mother Tongue. — 2007. — Issue 12. — P. 33—98.

23. Dolgopolskiy A.B. A Nostratic Dictionary. — Cambridge, 2008.

24. Drexel A. Parallèles soudanais // Bibliotheka Africana / ed. Albert Drexel. — Innsbruck, 1924. — Bd. 1, Nr. 1. — P. 56—61.

25. J. Greenberg. The languages of Africa. — Bloomington, 1966.

26. Greenberg J., Ruhlen M. Amerind Etymological dictionary. — Stanford, 2007.

27. Gregersen, Edgar A. Kongo-Saharan // Journal of African Languages. — v. 2, No. 1. — 1972. — P. 69—89.

28. Homburger L. Le langage el les langues: Introduction aux études linguistique. — Paris, 1951.

29. Matsumoto N. Le japonais et les langues austroasiatiques. — Paris, 1928.

30. Morris J. Trombetti, Gatti and the birth of the Indo-Pacific Concept // Mother Tongue. — 2006. — Issue 11. — P. 91—123.

31. Pitkin H., Shipley W A comparative survey of California Penutian // International Journal of American Linguistics. - 1958. - Vol. 24, No 3. - P. 174-189.

32. Räsänen M. Versuch eines etymologischen Wörterbuchs der Türksprachen (Lexica Societatis Fenno-ugricae, XXIII, 1). — Helsinki: Suomalais-Ugrilainen Seura, 1969.

33. Shipley William. Some Yukian-Penutian Lexical resemblances // International Journal of American Linguistics. - 1957. - Vol. 23. - P. 269-274.

34. Schuhmacher W. W. ‘Ado about nothing’ or ‘Evidence’: Austronesian and Eskaleut // ZPSK. - Bd. 44, Nr. 3. - 1991. - P. 290-294.

35. Starostin, Sergei A. and Ruhlen Merritt. Proto-Yeniseian, with Extra-Yeniseian Comparisons // M. Ruhlen. On the Origin of languages: Studies in linguistic Taxonomy. - Stanford: Stanford University Press, 1994. - P. 70-92.

36. Starostin S., Dybo A., Mudrak O. An Etymological Dictionary of Altaic Languages. V. 1-3. - Leiden; Boston, 2003.

37. Swadesh M. On interhemisphere linguistic connections // Culture in history. Essays in honor of P. Radin / ed. D. Hymes - N.-Y., 1960. - P. 894924.

38. Trombetti, Alfredo. Delle relazioni delle lingue caucasiche con le lingue camito-semitiche e con altri gruppi linguistici // Giornale della Societa asiatica italiana. 1-2. - 1902-1903. - Vol. 15-16.

39. Trombetti, Alfredo. Saggi di glottologia generale comparata: III. Comparazioni lessicali // Memorie della R. Accademia della Scienze dell’Istituto di Bologna. -1919. - Ser. 1, T. 9-10; Ser. 2, T. 1-4.

Ключевые слова: тюркские языки, алтайская семья, термины родства, сверхдальнее сравнение языков, языки мира.

Key words: Turkic languages, Altaic family, kin terms, long-range comparison, languages of the World.

Shamil V. Nafiqoff

ON THE INTERCONTINENTAL DISTRIBUTION OF ALTAIC WORDS

This cross-linguistic study discusses certain isoglosses associated with the Altaic words for ‘bride, female’ and the like. An analysis of lexical data from 50 languages tackled in 6 sections leads to the conclusion that possible cognates of Altaic *kele ‘bride’, etc. can be found in all major super phyla of the world’s languages. With I chart and 39 references.