Сравнительно-типологическая характеристика послелогов табасаранского языка и предлогов русского языка

УДК 811.351.32

СРАВНИТЕЛЬНО-ТИПОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОСЛЕЛОГОВ ТАБАСАРАНСКОГО ЯЗЫКА И ПРЕДЛОГОВ РУССКОГО ЯЗЫКА

© 2012 Курбанова Р.Г., Загиров В.М.

Дагестанский государственный педагогический университет

Статья посвящена сопоставительному исследованию служебных слов - предлогов русского языка и послелогов табасаранского языка. В ней приводится материал, являющийся доказательством отдельных соответствий, общих моментов и отличительных особенностей предлогов и послелогов в разноструктурных языках.

The article deals with the comparative research of reserved words, Russian prepositions and Tabasaran pospositions. The authors represent the information, which is the evidence of certain equivalents, common elements and distinctive features of prepositions and postpositions in different-structural languages.

Ключевые слова: служебные слова, предлог, послелог, отношения, значение.

Keywords: reserved words, preposition, the posposition, relations, meaning.

Несмотря на то что проблема частей речи в разноструктурных языках имеет давнюю историю и ей посвящены многочисленные работы в

разноструктурных языках, она до сих пор остается в языкознании малоизученной и дискуссионной.

В русском языкознании части речи сравнительно исследованы. Прежде всего следует отметить, что проблемы частей речи касались в своих работах многие авторы. Она нашла отражение в грамматике Мелетия Смотрицкого (XVII в.), «Российской грамматике» [11] М. В. Ломоносова и плодотворно

разрабатывалась в широко известных трудах Л. В. Щербы [15. С. 186], А. А. Шахматова [14. С. 489], В. В. Виноградова [3. С. 32], предложивших аргументированную классификацию частей речи в русском языкознании. В частности, А. А. Шахматов рассматривал как служебные части речи предлог, союз, префикс и частицы. В. В.

Виноградов предлагал к частям речи отнести лишь те слова, которые

являются членами предложения. Он

выделяет частицы речи (частицы, частицы-связки, предлоги и союзы). В типологическом аспекте части речи разработал М. И. Мещанинов [7], обративший внимание и на дагестанские языки. Сравнительно меньше освещены в научной литературе служебные части речи русского языка.

В дагестанском языкознании одной из наименее изученных также остается проблема служебных частей речи. В табасаранском языке до сих пор не

получил решения вопрос об определении точной, функциональной

характеристики одной из сравнительно представительных, обширных и многозначных служебных частей речи -послелога. Ни в одной из

опубликованных специальных работ, посвященных изучению частей речи, нет системного описания сходств и

различий, касающихся послелогов табасаранского языка, особенно в

сопоставлении с предлогами русского языка. Исследования этого характера в плане русского и табасаранского языков не проводились.

В целях большей конкретизации изучаемого материала и аргументации выводов по родственным дагестанским языкам основное внимание в нашей статье концентрируется на послелогах табасаранского языка, при этом учитывается также изученность предлогов русского языка с большей степенью детализации.

Одним из важнейших и принципиальных требований к лингвистическому исследованию

является строго научное определение грамматических классов того или иного конкретного языка. В определении послелогов и предлогов в специальной литературе существуют разные точки зрения. Из множества определений послелогов для сопоставительного их изучения одним из самых ясных, содержательных в кавказоведении мы считаем следующую типологическую характеристику послелогов академика А. С. Чикобавы: «Послелоги (как и

предлоги в индоевропейских языках) соотносятся с падежными формами имен: наращиваясь на падежные формы имен, вносят определенную

конкретизацию в обозначение пространственных отношений.

Синтаксически связанные с именами, послелоги управляют падежом непосредственно или посредством глагола» [13. С. 5].

Из типологической характеристики А. С. Чикобавы вытекает, что многие выполняемые функции и синтаксические особенности послелогов табасаранского языка в большинстве своем характерны и для предлогов русского языка, что подтверждает и широко

распространенное определение

предлогов, данное В. В. Виноградовым: «Предлоги обозначают синтаксические отношения между формами косвенных падежей имен существительных, местоимений или субстантивированных прилагательных и числительных с одной стороны, и глаголами, именами существительными, местоимениями, прилагательными, реже наречиями, с другой стороны» [3. С. 31].

Исходя из приведенных выше определений, следует отметить, что послелоги табасаранского языка, как и других дагестанских языков, в значительной степени находятся в соответствии с предлогами русского языка как служебные слова, имеющие идентичные синтаксические функции.

Очень сложным и по-разному решаемым оказался вопрос о значениях предлогов русского языка: предлоги

имеют лексические значения - предлоги не имеют их; значения предлогов не лексические и неграмматические или лексические и грамматические одновременно и т.п. Не обсуждая эти вопросы и разные точки зрения лингвистов, следует отметить, что предлоги имеют значения.

Неспособность предлогов

самостоятельно выражать свои значения не означает, что они лишены лексического значения. Эта точка зрения поддерживается и в научной грамматике: «Лексическим значением

предлога как отдельно взятого слова является значение того или иного

отношения. Это отношение может быть или максимально абстрактным, широким, или более конкретным и определенным, узким. Однако в любом случае предлог имеет лексическое значение, различна лишь степень его абстрактности. Семантически «пустых» предлогов не существует» [11. С. 710].

Лексические значения предлогов

выступают как их индивидуальные признаки и находятся в прямом

соответствии с лексическими значениями послелогов. Например, полностью

идентичные во всех своих составных элементах выражения, кроме

использования в них предлогов, имеют разные значения: положил (ручку) в стол

- столин айитI, на стол - столин зиин, под стол - столин исикк.

Особенностью предлогов в русском языке и послелогов в табасаранском языке является то, что они имеют специфические функциональные

оттенки, дополняют и уточняют

значения падежных форм, и с их помощью выражаются различные

отношения в данных языках. С помощью предлогов русского языка и послелогов табасаранского языка выражаются пространственные, временные,

причинные, целевые, сравнительные, определительные, объектные и другие отношения. Судя по выражаемым ими отношениям, табасаранский язык, как и некоторые другие дагестанские языки, обладает развитой системой послелогов. Как отмечает З. Х. Мусаева, «даргинский язык обладает развитой системой послелогов, среди которых основную массу составляют послелоги, сформировавшиеся в результате грамматикализации знаменательных слов и их отдельных форм» [10. С. 8]. Послелоги в аварском языке в зависимости от выражаемых ими отношений и лексической семантики делятся на 4 типа: выражающие

пространственные отношения;

выражающие временные отношения; выражающие целевые и причинные отношения и указывающие на предмет мысли [12. С. 8]. В семантическом отношении послелоги лакского языка И. Х. Абдуллаев [1. С. 70-80] и З. Р. Базманова [2] делят на: пространственные (местные) и непространственные (неместные).

Непространственные

предлоги в лакском языке находят широкое применение при выражении целевых, причинных, сопроводительных, сопоставительных, определительных и других абстрактных значений [2. С. 40].

В табасаранском языке наиболее многочисленной представляется группа послелогов, которые в сочетании с родительным падежом обозначают различные пространственные отношения между предметами и соответствуют предлогам русского языка: около, у, близ, подле, за, в, над, под, перед, сверху и т.д. Общим для всех этих послелогов является то, что все они характеризуются как застывшие имена в форме одного из местных падежей, которому эти послелоги по выполняемым функциям соответствуют. Например: таб. багахь, к1улиъ - русск. около, близ, у; таб. гъвалахъ, гъирагъдихъ

- русск. с краю, с боку; таб. к1анакк -русск. под; таб. зиин, машниин - русск. над, на, сверху; таб. арайиъ - русск. между; таб. кьялаъ - русск. посреди; таб. гъаншариъ - русск. напротив; таб. айит1

- русск. внутри, в; таб. улихь - русск. перед, впереди.

Временные отношения выражают табасаранские послелоги и

соответствующие им предлоги русского языка: таб. айит1 - русск. в течение; таб. арайиъ, кьялаъ - русск. между, меж; таб. улихь - русск. до, перед.

Направление, действие, движение выражают следующие падежные формы послелогов табасаранского языка, которым соответствуют

самостоятельные предлоги русского языка: таб. гъвалхъан, к1улхьан, багхьан, патхъан (хив.) - русск. от; таб заълан, машналан - русск. с (поверхности); таб. к1анккан - русск. из-под; таб. арайиан -русск. из (между); таб. кьял'ан - русск. из (с середины); таб. кьялхъян - русск. из-за; таб. улхьан - русск. спереди; таб. айт1ан - русск. из (изнутри).

Целевые отношения выражают следующие послелоги табасаранского

языка и соответствующие им предлоги русского языка: таб. бадали - русск. за, для, ради; таб. дилигну - русск. смотря на; по причине; ввиду того, что.

Отношения тождества, сравнения, сопоставления выражает табасаранский послелог сир (сиб) и соответствующие ему предлоги русского языка с, вроде, подобно. Отношения заместительства выражают следующие табасаранские

послелоги и соответствующие им

предлоги русского языка: таб. ерина -русск. вместо; таб. йишв'ин - русск. взамен.

Соответствия между предлогами русского языка и послелогами

табасаранского языка обнаруживаются также и по происхождению. Предлоги в русском языке формируются и за счет знаменательных частей речи. Эти непервообразные предлоги «имеют мотивационные отношения с наречиями, существительными и деепричастиями». По морфологическому характеру предлоги делятся на: наречные (позади,

впереди), отыменные (наподобие, посредством) и отглагольные (невзирая на, кончая). Послелоги в табасаранском языке также формируются за счет перехода знаменательных частей речи и подразделяются на: наречные (гъвалахъ «рядом», зиин «над», айит1 «внутри»), отыменные (к1улиан «в начале», йишв’ин «вместо»), глагольные (дилигну «судя по», ттевну «по сравнению»). Общим для предлогов русского языка и послелогов табасаранского языка является также то, что они не употребляются с именительным падежом. Можно привести и некоторые другие общие моменты и функции предлогов и послелогов в изучаемых языках.

Таким образом, предлоги в русском языке и послелоги в табасаранском языке имеют одинаковые

функциональные оттенки и выражают одинаковые отношения в данных языках.

Отмеченное отнюдь не означает, что между предлогами русского языка и послелогами табасаранского языка нет типологических расхождений. При сравнении конкретных языковых систем послелогов табасаранского языка и предлогов русского языка выявляются также определенные различия.

1. Роль послелогов табасаранского

языка шире, чем роль русских предлогов. Послелог табасаранского языка выражает не только отношения существительных к другим

знаменательным частям речи, но показывает и отношение придаточного предложения к главному, является связующим элементом придаточной части с главной частью

сложноподчиненного предложения, предлоги русского языка употребляются только с косвенными, объектными падежами имен существительных и других субстантивированных слов.

2. К послелогам именного

происхождения в табасаранском языке могут присоединяться некоторые словообразовательные аффиксы (-ди: к1анакк-ди «под», -на: айит1-на «во внутрь» и др.), а предлоги русского языка имеют специфические

грамматические свойства, у них нет грамматических форм и категорий, нет словоизменения и формообразования, они не принимают формообразующих аффиксов.

3. Между предлогом и

определяющим словом

(существительное) можно вставить другое слово (напротив дома -напротив большого дома), а между послелогом и сочетающимся с ним словом (именем) в табасаранском языке другого слова вставить нельзя (хулан гъаншарнаъ «напротив дома»).

4. Предлоги русского языка, за

исключением производных, как служебные слова не имеют самостоятельного лексического

значения, их лексические значения тождественны с грамматическими. Они отдельно от других слов не употребляются, а послелоги стоят очень близко к знаменательным словам, и некоторые из них не совсем утратили своего лексического значения.

Например, послелоги к1анакк «под», зиин «над», багахь «около», гъвалахъ «рядом» характеризуются

семантической прозрачностью и смысловой связью со знаменательными частями речи.

5. Производные послелоги в

табасаранском языке выражают

конкретное понятие и отвечают на

определенный вопрос, обладают лексической значимостью. Эти особенности послелогов послужили основанием рассмотреть послелоги в

разряде наречий в табасаранском, лакском и других дагестанских языках. Так, в известной монографии А. А. Магометова «Табасаранский язык» [6. С. 324-331] наречия и послелоги не различаются, рассматриваются вместе. В исследовании автора в качестве примеров послелогов приводятся

следующие наречия-послелоги с конкретными формами: улихь / улигь «впереди», кьяляхъ «позади», кьялаъ «посреди», багахь «около» и др. Послелоги и наречия рассматриваются вместе или же послелоги рассматриваются в составе наречий Л. И.

Жирковым [4. С. 123], Г. Б. Муркелинским [8. С. 247; 9. С. 183-187] в лакском языке. В более поздних исследованиях [1. С. 69-90] в лакском языке приводятся критерии

разграничения послелогов и наречий, т.е. выявлены послелоги, образованные от наречий. Предлоги русского языка не выражают конкретного понятия, они обозначают синтаксические отношения, не отвечают на определенные вопросы. В русском языке также выделены наречные предлоги (вблизи, внутри, накануне, позади и др.), сформированные на базе наречий.

6. Номинативная функция послелогов в табасаранском языке гораздо шире, чем у предлогов. В русском языке легко можно заметить различие между предлогом и словом, а между послелогом и словом в табасаранском языке - не всегда.

7. Многие предлоги русского языка, особенно непроизводные (первичные), характеризуются многозначностью. Например, предлог в может указать на место (учиться в университете), срок (в этом году), сходство (весь в отца), внешний вид, одежду (ходить в костюмах) и т.д. Он употребляется с винительным и предложным падежами; имеет, по данным словаря С. И.

Ожегова, 13 значений; предлог до — 6, по -13, с — 8, за - 16 и т.д. Послелоги табасаранского языка, как правило, однозначны.

8. Предлоги в русском языке всегда употребляются перед именем, т.е. имеют модель «предлог» + «имя» (в лесу, на улице, за родину), а послелоги в табасаранском языке используются после имени, т.е. имеют модель «имя» + «послелог» (столин зиин «на столе», адашдин улихь «перед отцом»). При этом послелоги выполняют те же функции, что и русские предлоги.

Ограниченный объем статьи не позволил нам остановиться на всех теоретических и практических сторонах сопоставительно-типологической характеристики предлогов русского языка и послелогов табасаранского языка и описать все их функции. Поэтому мы ограничились доказательством отдельных соответствий, общих моментов и отличительных особенностей предлогов и послелогов в разноструктурных языках. Комплексное сопоставительное изучение предлогов русского языка и послелогов табасаранского языка на функциональном, семантико-синтаксическом и

структурном уровнях является перспективным как с точки зрения лингвистической теории, так и с точки зрения методики русского языка.

Примечания

1. Абдуллаев И. Х. Морфологическая структура служебных частей речи в лакском языке // Морфологическая структура дагестанских языков (Структурные и материальные свойства речевых единиц). Махачкала, 1981. 2. Базманова З. Р. Служебные слова в лакском языке в сопоставлении с русским. Махачкала, 2010. 3. Виноградов В. В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. Издание 2-е. М., 1972. 4. Жирков Л. И. Лакский язык. Фонетика и морфология. М., 1955. 5. Ломоносов М. В. Российская грамматика // Полн. собр. соч. Т. VII. М.-Л., 1952. 6. Магометов А. А. Табасаранский язык. Тбилиси, 1965. 7. Мещанинов И. И. Члены предложения и части речи. Л., 1978. 8. Муркелинский Г. Б. Грамматика лакского языка. Ч. 1. Махачкала, 1971. 9. Муркелинский Г. Б. О послелогах-наречиях, выражающих пространственное отношение в лакском языке // Система превербов и послелогов в иберийско-кавказских языках. Черкесск, 1983. 10. Мусаева З. Х. Служебные части речи в даргинском и английском языках: Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. Махачкала, 2010. 11. Русская грамматика. Т. 1. М., 1982. 12. Сурхаева С. А. Служебные части речи в аварском языке: Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. Махачкала, 2007. 13. Чикобава А. С. Превербы и послелоги в истории грузинского языка // Система превербов и послелогов в иберийско-кавказских языках. Черкесск, 1983. 14. Шахматов А. А. Синтаксис частей речи // Синтаксис русского языка. 2-е изд. Л., 1941. 15. Щерба Л. В. О частях речи в русском языке // Избранные работы по русскому языку. М., 1957.

Статья поступила в редакцию 25.04.2012 г.