Илья Злотников в программе с доктором Ахтуба

Илья Злотников в программе с доктором Ахтуба

Стоматология

Илья Злотников

Cтоматологический консультант, основатель проекта «Стоматологика», организатор учебных программ для российских стоматологов в США

Дмитрий Ахтуба:

Здравствуйте, дорогие друзья! С вами «Мединвестклуб с доктором Ахтуба». И, как обычно, мы говорим про интересные проекты в области медицины и про все то, что так или иначе связано со здоровьем человека. И сегодня нам будет помогать в этом Илья Злотников. Добрый вечер, Илья!

Илья Злотников:

Добрый! Для меня это большая честь, спасибо!

Дмитрий Ахтуба:

Илья к нам прибыл из города Портленд.

Илья Злотников:

Это штат Орегон на западном побережье Соединенных Штатов.

Дмитрий Ахтуба:

Западное побережье?

Илья Злотников:

Западное побережье, если на самолете, примерно час полета на юг от Сиэтла и около полутора часов на север от Сан-Франциско.

Дмитрий Ахтуба:

Илья занимается тем, что консультирует стоматологов, в основном владельцев клиник, по управлению бизнесом.

Илья Злотников:

По управлению, маркетингу и в какой-то степени даже затрагиваю немного лечебный процесс, поскольку это настолько взаимосвязанные вещи, что эффективно одно без другого существовать не может.

Дмитрий Ахтуба:

Илья – основатель проекта «Стоматологика», автор более 70 статей о повышении эффективности работы стоматологических клиник, профессиональный стоматологический переводчик и организатор учебных программ для российских стоматологов в США. Ты уже более 40 российских делегаций отправил туда?

Илья Злотников:

Думаю, что даже больше. В какой-то момент я просто перестал считать, потому что было тяжело.

Дмитрий Ахтуба:

В одной из таких поездок я и познакомился с тобой. Очень этому рад, спасибо.

Илья Злотников:

Я тоже, спасибо. Каждая из них запоминается, и поездка твоя с доктором Фридманом и коллегами была значимой.

Дмитрий Ахтуба:

У нас так принято, что немного мы говорим о тебе, а госте нашей сегодняшней программы, поэтому расскажи, как ты пришел к этому. Не каждый из нас становится стоматологическим консультантом.

Илья Злотников:

Но некоторым даже не совсем понятно, чем занимается стоматологический консультант. Дело в том, что в Соединенных Штатах есть достаточно специализированные области, связанные даже не с самой стоматологией, а с людьми, которые помогают стоматологам, потому что есть специалисты, которые могут оценить стоимость клиники на момент ее продажи, если необходимо продавать, есть юристы, которые специализируются на сопровождении стоматологических клиник, есть стоматологические консультанты, отдельные компании, которые занимаются маркетингом и продвижением, и поэтому есть большое количество ниш. И вот стоматологический консалтинг – это совершенно официальная специальность. Есть даже такой географический центр стоматологического консалтинга в Соединенных Штатах, он находится в городе Скотсдейл (штат Аризона), и это распространено.

Дмитрий Ахтуба:

Там много фирм по консалтингу?

Илья Злотников:

Да, там есть очень крупные фирмы по консалтингу, потому что есть индивидуальные консалтеры и есть достаточно крупные фирмы, которые занимаются консалтингом в масштабе всей страны.

Дмитрий Ахтуба:

А как ты к этому пришел? С чего начиналось? Ты где получал образование?

Илья Злотников:

Достаточно случайно, потому что по образованию я лингвист и переводчик. И в тот момент, когда я переехал в Соединенные Штаты (это было в середине 90-х годов), так получилось, что я начал свою работу именно с медицинских переводов. И в тот момент, когда я начал работать с организацией, которая стала переводить стоматологов, мне сказали: «Поскольку ты разбираешься в медицинской терминологии, будешь сопровождать стоматологов». И, честно говоря, то, что касается профессионального перевода, то невозможно знать всего, поэтому я никогда бы не поехал переводить на геологический конгресс, я в этом очень плохо понимаю. А то, что касается стоматологии, мне было всегда интересно, поэтому я не только заучил термины, а в какой-то момент стал хватать людей за руку, ходить с ними в клиники и спрашивать: «А почему так, а почему нельзя сделать по-другому?»

Мне сложно объяснить, почему меня так зацепила стоматология, но я очень рад, что это произошло. Это произошло более 20-ти лет назад, поэтому в какой-то момент, когда я посетил с различными группами, с которыми я работал, и со стоматологами сотни и сотни клиник в Америке, я начал замечать, что есть определенные закономерности, что есть клиники, которые вроде делают все точно так же, как остальные, но у них плохо получается, а есть те, у которых наоборот. И вот когда я эти закономерности для себя выявил и систематизировал, я сел и в течение 2-х лет писал статьи, которые касались различных аспектов работы стоматологических клиник: как правильно подобрать персонал, как правильно построить программу маркетинга, на что обратить внимание. И эти статьи потом появились в закрытом доступе, нашлось достаточное количество людей, которые сделали этот проект для меня рентабельным, и таким образом они получили эти знания. То есть вот с этого начался мой момент стоматологического консалтинга.

Там был второй виток, я про него тоже могу рассказать. Дело в том, что эти идеи были гораздо более концептуальными, чем людям хотелось, потому что там было много информации по поводу того, как правильно сделать web-страницу или как правильно построить программу маркетинга. Но в конечном итоге все уперлось в те города, где они осуществляют деятельность, потому что я консультировал в тот момент больше все же российские клиники, исходя из американского опыта, и, может быть, пытаясь его перенести на российскую действительность, что полностью не переносится, но я понимал, где это можно нивелировать.

В конечном итоге, они стали сталкиваться с непосредственными исполнителями этих заданий, и начало получатся не очень хорошо, потому что они приносят эту статью, они приносят информацию, говорят: «Нам нужно вот это», – а получается на выходе что-то другое. И я взялся за голову, потому что я людей, по большому счету, провел по этой дороге, и мне пришлось заниматься больше какими-то индивидуальными проектами. То есть я не делаю, например, web-страницы сам, но я могу выступить в качестве арт-директора, сесть с клиентом или с владельцем стоматологической клиники и вместе прописать все необходимое для того, чтобы дальше можно было выполнить очень точное техническое задание.

То, что касается программы продвижения клиники, маркетинга, даже структуры первичного приема – это все делается сейчас индивидуально, поскольку концепция понятна, как ее применить в жизни – это вот то, чем я занимаюсь сейчас.

Дмитрий Ахтуба:

Вот то, что ты говоришь про сайты, то, что ты делаешь для клиник, это ты делаешь для российских клиник или для американских тоже?

Илья Злотников:

И для американских. Мне пришлось с этим впервые столкнуться в прошлом году, и в Портленде, где я живу, нашлась клиника, где есть очень хороший продвинутый русскоязычный врач, поэтому мы говорим иногда на английском, а иногда на русском, и контингент там тоже состоит из как бывших выходцев из России, Украины, так и американцев. Поэтому это для меня достаточно интересный опыт. То есть всегда я пытался занять определенную нишу и не конкурировать напрямую с другими американскими консалтерами (потому что их, как я уже сказывал, предостаточно) и специализировался на работе с российскими клиниками. Но вот сейчас есть и клиент в Соединенных Штатах.

Дмитрий Ахтуба:

А еще география какая?

Илья Злотников:

Казахстан, в Украине было несколько клиентов, и то, что касается России, то географический охват достаточно большой. То есть это и Пермь, и Новосибирск, Санкт-Петербург, Ростов-на-Дону в свое время, Москва – достаточно много.

Дмитрий Ахтуба:

Ты себя считаешь в какой области консалтинга лучше других?

Илья Злотников:

Это очень интересный вопрос, потому что в тот момент, когда я начинал свою деятельность (это был 2008 год), стоматологического консалтинга в России, по большому счету, не существовало. Поэтому я ни в коем случае не говорю, что я был на этом поле первым, но тем не менее. Тем более, что он не был таким масштабным проектом. Сейчас все кардинально изменилось. Я знаю очень много людей, которые занимаются консалтингом, занимаются очень вразумительным консалтингом. И я не считаю их прямыми конкурентами, потому что каждый из них специализируется на чем-то. Мы хорошо знаем Александра Семенова, которого я уважаю изо всех сил, и даже несмотря на то, что в каких-то вопросах мы и конкурируем, ни тот, ни другой, я думаю, этого не чувствует.

То, что касается финанализа, это, опять же, специализированная вещь, которой я не занимаюсь. А вот то, что касается нахождения сути того, что из себя представляет стоматологическая клиника, и как правильно это оформить и преподнести для пациентов, потому что очень часто бывает так, когда маркетинговая программа составляется, клиника до конца сама не понимает, что для нее является конкурентным коньком, или чем она отличается от других. И вот это всем нужно прорабатывать.

Дмитрий Ахтуба:

Ты помогаешь это найти?

Илья Злотников:

Да, абсолютно!

Дмитрий Ахтуба:

А в какой форме? Интервью с менеджерами?

Илья Злотников:

На первом этапе я высылаю список примерно из 70-ти вопросов, и я говорю: «Пожалуйста, не отвечайте на них сразу», – потому что они составлены таким образом, что на них почти невозможно ответить «да» или «нет», нужно подумать, и я обычно клиентам даю около 2-х недель. Это вещь, которая делается совершенно бесплатно на уровне ознакомления для того, чтобы я мог понять, в чем я могу им помочь и могу ли я им помочь вообще. Потому что были случаи, когда приходил человек и говорил: «Чем ты мне можешь помочь?» Вот после того, как он отвечал эти вопросы, я понимал, что, наверное, ничем. А в некоторых случаях наоборот.

Но когда люди отвечают на эти вопросы, иногда они мне звонят, потом говорят: «Илья, ты знаешь, у нас волшебным образом 30% тех вопросов, которые были, отпали, потому что мы начали сейчас больше понимать, ты дал нам возможность немножко посмотреть на эту ситуацию со стороны, вот в этом ключе мы об этом никогда не думали». А дальше, когда мы садимся и начинаем разбирать ответы на эти вопросы, опять же: «Есть ли у вас философия клиники, в чем она заключается, знают ли ее ваши сотрудники, зачем они приходят на работу каждый день и прочее». Потому что это кажется, что знают, а на самом деле нужно разбираться, и если нет, я с удовольствием подключусь и помогу ответить на эти вопросы.

Дмитрий Ахтуба:

Ну что ж, как говорится, зубы даются человеку два раза бесплатно, в третий раз за них нужно платить. И мы переходим к проекту «Стоматологика». Что это такое?

Илья Злотников:

Это как раз то, о чем мы и начали говорить, потому что этот платный ресурс, где находились эти статьи и находятся до сих пор, как раз он и назывался «Стоматологика». Поэтому то, что я делаю сейчас, и тот курс, который я читаю, приезжая в Россию, тоже в какой-то степени основан на этой информации. Курс называется «Интегрированные маркетинговые коммуникации», и это не совсем маркетинг в чистом виде, потому что маркетинговая коммуникация – это понятие гораздо более широкое. Потому что все, что делает клиника, начиная от ее внешнего вида и заканчивая каким-то сообщениями, которые она вербально/невербально осознает или доносит – это все является маркетинговой коммуникацией. Поэтому за нее отвечают не маркетологи, за нее отвечают все люди, которые имеют хоть какое-то отношение к этой клинике, включая, может быть, поставщиков услуг, которыми эта клиника пользуется.

Дмитрий Ахтуба:

Ты большую часть времени проживаешь в США?

Илья Злотников:

Да.

Дмитрий Ахтуба:

Ты гражданин США?

Илья Злотников:

Я гражданин России, но с видом на жительство в США.

Дмитрий Ахтуба:

Ты изнутри знаешь и российское здравоохранение в части стоматологии, и американское?

Илья Злотников:

Да.

Дмитрий Ахтуба:

Где ты видишь самую большую разницу, и если мы похожи, то в чем?

Илья Злотников:

Это очень интересный вопрос, потому что я никогда не считал себя эмигрантом, я не уезжал навсегда. То есть я уехал на некоторое время, и получилось так, что оно затянулось. И судьба эмигранта очень необычна, потому что это должен быть осознанный выбор. Для некоторых это некомфортно, для некоторых наоборот, потому что что бы я не делал и сколько, потому что я живу в Соединенных Штатах уже больше 20-ти лет, я никогда не буду полноправным американцем. То есть для американцев я всегда буду тем самым русским парнем, который хорошо говорит по-английски и вроде понимает какие-то реальные вещи. И в какой-то степени я уже недостаточно русский для тех людей, с которыми я общаюсь в России.

Поэтому у меня есть уникальная возможность посмотреть на ту и на другую систему и со стороны увидеть то, что американцы считают совершенно нормальным и приемлемым, и понять, что, может быть, не совсем так; и в какой-то степени в России тоже. Но то, что касается стоматологии, преимущество России заключается в том, что по статистике 70% американцев получают стоматологические услуги, не оплачивая их сами, потому что это происходит либо через коммерческие страховые компании, либо через государственные программы, и тут есть свои особенности.

Дмитрий Ахтуба:

Но у нас тоже есть система государственной стоматологии.

Илья Злотников:

Есть система государственной стоматологии, и она существует достаточно отдельно от частной стоматологии. В Америке фактически нет ни государственных стоматологических клиник, ни даже медицинских учреждений. Они есть, но только на территории индейских резерваций, и их можно считать государственными, если они относятся к военной системе – для американских ветеранов или участников всех военных действий. Поэтому в данном случае – да, потому что это люди, которые получают свою зарплату от государственных структур. Для всех остальных все частное, но определенный процент из тех денег, которые они получают через эти частные структуры, могут к ним прийти через государственные программы.

Дмитрий Ахтуба:

Давайте тогда поговорим просто о частной стоматологии. Частная стоматология в России и частная стоматология в США – что общего?

Илья Злотников:

Может быть, стоит начать с разницы, а потом перейти к общему. Разница заключается в том, что 90 % американских стоматологов были одиночками в том смысле, что это человек, который является врачом общей практики, это очень распространено, что по-английски называется general dentist, то есть он фактически по своей лицензии может делать все, при условии, что он это делает с таким же качеством, как специалист, поэтому многие из этих людей занимаются и терапией, и ортопедией, и пародонтологией в какой-то степени. Но есть и более узкие специалисты, к которым они могут направить в случае, если они понимают, что это более сложный случай, если он выше уровня их компетенции. Или иногда это имеет экономическую составляющую, потому что может ли он пройти канал этому пациенту? Да, но если он потратит на это 4 часа, а за это время он бы мог сделать какую-то другую, более дорогостоящую, работу, лучше отправить к специалисту.

Это то, что сложилось исторически, но в последнее время в связи со всеми экономическими и технологическими изменениями появляется определенное количество сетевых структур, которые дают стоматологам отдушину, потому что стоматологическое образование в Америке достаточно дорогое. То есть нужно сначала закончить университет, получить степень бакалавра, потом уже с ним поступать на стоматологический факультет. Конкурс достаточно большой, и к тому моменту, когда люди его заканчивают, они остаются должны за свое обучение вплоть до 500 тысяч долларов. И поэтому этому молодому человеку, который только что закончил университет, он знает, что этот долг на нем висит, пойти и открыть свою клинику крайне сложно. Это дополнительные инвестиции, которые должны откуда-то взяться, и появляются структуры, которые говорят: «Пожалуйста, не беспокойтесь, у нас есть система маркетинга, у нас есть система управления, у нас есть все необходимое, есть оборудование, которое мы закупили, поэтому вы хотели лечить пациентов – пожалуйста, мы вам предоставим такую возможность». Да, может быть, вы будете зарабатывать чуть меньше, но это стабильный и гарантированный доход. И для тех людей, которые только начинают свою карьеру, особенно для девушек, которые думают о планировании семьи, это может быть привлекательным. Поэтому становится все больше и больше таких сетевых структур, которые для Америки не были совершенно распространены, это новое веяние.

Дмитрий Ахтуба:

Это сколько лет назад началось?

Илья Злотников:

Я думаю, что в районе 10-ти лет назад.

Дмитрий Ахтуба:

И какие сети самые-самые крупные?

Илья Злотников:

Я бы не стал их сейчас называть в эфире, но общенациональных сетей я фактически не знаю.

Дмитрий Ахтуба:

То есть там региональные?

Илья Злотников:

Да, региональные, то есть у них может быть 25 клиник в 5-ти различных штатах на западе Соединенных Штатов. Я не знаю ни одной, которая бы оперировала 50-ю клиниками в 50-ти разных штатах.

Дмитрий Ахтуба:

Там законодательство очень разнится от штата к штату.

Илья Злотников:

Да, более того, стоматологи получали индивидуальную лицензию на право осуществлять стоматологическую деятельность на территории определенного штата. И сейчас существует система, которая позволяет на уровне западных штатов засчитывать друг другу эти лицензии, и на востоке тоже, но не все так просто. То есть получив лицензию стоматолога, вы, имеете право работать на какой-то определенной территории, и есть особенности. Они недаром называются Соединенными Штатами Америки, потому что есть федеральное правительство, но роль федерального правительства в некоторых случаях второстепенна по отношению к тому, как выглядит законодательство штата, так что требования очень разные, вплоть до того, что может делать средний медицинский персонал, требования очень разные в каждом штате.

Дмитрий Ахтуба:

Я знакомился в штате Флорида (город Санкт-Петербург) с коллегой, у него было на тот момент 60 клиник, но это все образовывалось вокруг страховых программ.

Илья Злотников:

Да, и в этом нет ничего страшного, потому что есть бутиковые клиники, и есть клиники, которые могут работать за счет страховых программ. Есть очень интересное понятие по поводу того, как достичь баланса между страховыми пациентами и пациентами, которые оплачивают услуги из собственного кармана, и теми пациентами, за которых вообще платит государственная программа. Если правильно и эффективно построить свою работу, то это не означает, что это убыточно, на этом можно зарабатывать достаточно неплохие деньги.

Дмитрий Ахтуба:

Как ты оцениваешь уровень стоматологии в России и в США?

Илья Злотников:

Есть особенности. Дело в том, что американские стоматологи достаточно консервативны. И это очень-очень интересный аспект, поскольку там не работает схема, когда приходит человек и говорит: «Вы будете первым в Санкт-Петербурге (во Флориде), первым в Нью-Йорке и первым в США, у кого будет вот такой-то лазер». Нет, не работает. То есть они говорят стандартную заученную фразу по поводу того, что предоставьте мне информацию о тех моих коллегах, которые уже в течение пары лет используют, поговорите немного со мной об эффективности того, как они окупили свои вложения. Есть определенный консерватизм, есть определенная боязнь внедрения сверхновых технологий. Это не означает, что их не существует.

Есть огромное количество компаний, которые производят новые технологии, и понятно, что они используются, и цифровые в том числе. Но в России к этому всегда относились с большим энтузиазмом. Есть еще одна особенность, которая мне была видна со стороны, потому что в 90-е годы в Москве было очень тяжело поставить домашнюю телефонную линию. Были очереди, это достаточно дорого стоило, и это в конечном итоге привело к тому, что люди сказали: «А оно нам надо?» – пошли и купили себе мобильные телефоны. И уровень вот этой мобильной телефонизации в середине и конце 90-х годов был выше в России, чем в США, потому что там-то телефоны работали, и там не было проблем с тем, чтобы поставить телефонную линию. И эта волна докатилась позже.

Поэтому с точки зрения технологического развития в стоматологии происходит нечто подобное, когда российский рынок наполняется вот этими новыми технологиями. Люди с таким энтузиазмом относятся к их применению, что раньше я думал, что Россия догоняет в какой-то степени, потому что был достаточно большой зазор между общемировым уровнем в стоматологии. И когда произошел этот резкий подъем до того же уровня, что и все остальные, мне казалось, что у людей немножко вскружилась голова, потому что они думали, что с такой же скоростью ракеты они будут взлетать дальше, а на самом деле они просто выровнялись со всеми остальными. Я долго был в этом убежден, потому что 10 лет назад было невозможно найти медицинских или стоматологических аппаратов, которые производились бы в России, которые люди с энтузиазмом покупали. А сейчас я знаю российские компании, которые совершенно новые технологии внедряют и продвигают на мировом рынке.

А то, что касается общего, есть общечеловеческие вещи, которые не зависят от того, американец или россиянин, потому что у американских стоматологов, в принципе, есть те же самые проблемы по поводу того, что человек мог позвонить и не явиться в назначенное время. Люди чуть более сознательные с точки зрения уважения ко времени врача, но это существует. И с точки зрения управления персоналом. Многие из этих вопросов, которые приходится на каждодневной основе решать американским врачам, очень похожи на те, которые приходится решать российским врачам. И поэтому можно перенести часть американского опыта для того, чтобы помочь россиянам решать свои проблемы, и в некоторых случаях наоборот.

Дмитрий Ахтуба:

Это как раз то, что ты говорил на конференции?

Илья Злотников:

Да, потому что это связано с психологией человека и с психологией потребителя, в том числе любых услуг, включая стоматологические.

Дмитрий Ахтуба:

Если мы перейдем от более общих тем к частным вопросам, как ты считаешь, что важнее для стоматологической клиники –технологические аспекты, врачебные навыки либо сервис?

Илья Злотников:

Очень интересно, что ты упомянул Санкт-Петербург во Флориде, потому что там находится известный учебный центр постдипломного образования доктора Питера Доусона, которому сейчас уже далеко за 80 лет, но, тем не менее, он находится в светлом уме до сих пор, читает лекции, и у него есть очень известная цитата по поводу того, что необдуманное использование технологий в стоматологии позволяет тиражировать ошибки быстрее.

Дмитрий Ахтуба:

Золотые слова!

Илья Злотников:

Тиражировать ошибки быстрее, потому что нужно фундаментально понимать и основы окклюзии, и функциональной стоматологии. То есть можно ли повысить эффективность производства за счет использования цифровых технологий? Абсолютно! Кто-нибудь особо сожалеет по поводу того, что больше нет пленочных рентгеновских аппаратов? Я думаю, что абсолютно нет! Но, с другой стороны, есть какие-то базовые вещи, которые должны выходить на первый план, поэтому это палка о двух концах.

Никто не призывает быть луддитами и отказываться от того, что этот технический прогресс идет, потому что он идет и развивается настолько быстро, что с каждым годом все меняется. 10 лет назад многое из того, что показывается сейчас (искусственный интеллект, 3D-технологии, которые укрупняются постоянно), это все казалось научной фантастикой, а сейчас это реально. Но это не означает, что нужно полностью забыть про основу подготовки врачей и какие-то базовые вещи, поэтому должен быть очень здоровый баланс. И то, что касается психологии людей, тоже, потому что во многом самая высокотехнологичная клиника может столкнуться с тем, что они неправильно подходят к человеческим вопросам, которые важны для пациентов. То есть я не уверен, готов ли я пойти в клинику, где работают исключительно роботы (робот-администратор, робот-диагност), хотелось бы какого-то человеческого общения.

Дмитрий Ахтуба:

Как говорится, а придется рано или поздно, но будем надеяться, что нам еще хватит времени поработать с живыми людьми.

Илья Злотников:

Когда-нибудь эта программа будет вестись двумя роботами, но будем надеяться, что нескоро.

Дмитрий Ахтуба:

Я всегда привожу в пример автомобильные аналоги. Если посадить раздолбая на великолепный автомобиль – он быстрее разобьется, чем мы на «пятерке», поэтому технологии – это не всегда добро.

Илья Злотников:

А потом, наверное, это все же какая-то взрослость и понимание того, что технология не заменит мышление, технология не заменит нестандартного подхода в тех ситуациях, которые иногда возникают. А в работе с людьми они возникают постоянно, особенно в работе с теми людьми, которые приходят к стоматологу, потому что они приходят очень часто с какими-то опасениями, с грузом того, что происходило с ними в детстве, когда стоматология выглядела совершенно по-другому – с тем, что им может быть больно. Поэтому они приходят туда не в лучшем настроении, и к нему нужно находить общечеловеческий подход. Поэтому это ни в коем случае не заменяет всего остального и базовых знаний тоже.

Дмитрий Ахтуба:

Илья, вот я вспоминаю эту поездку, когда мы с тобой познакомились. У нас был очень интересный визит к коллегам в Калифорнийскую ассоциацию стоматологов. И вот там масса инсайтов была. Во-первых, ассоциация настолько сильна, настолько большое ее влияние на отрасль – по-моему, никакие госорганы не сравнятся по влиянию ассоциации на стоматологов.

Илья Злотников:

Очень интересно, что они находятся в городе Сакраменто – это столица Калифорнии, потому что мы были в Калифорнийской стоматологической ассоциации, которая, в свою очередь, входит в Американскую стоматологическую ассоциацию. И у них офис находится в небоскребе, и вид из окна вниз на Капитолий, то есть они сидят выше, чем местные политики, и смотрят на них свысока.

Дмитрий Ахтуба:

Да, я помню, кто-то из американских коллег говорил, что мы специально выбираем человека, который будет ходить туда.

Илья Злотников:

На самом деле, лоббизм как таковой, немного в России в свое время это понятия было искажено, но оно существует, это тоже официальный род деятельности. Есть люди, которые являются лоббистами интересов стоматологов, они приходят к местным политикам и говорят, что вот тот законопроект, который сейчас обсуждаете, поскольку вы не в теме, поскольку вы не знаете стоматологической отрасли, мы вам объясним, что это может негативно сказаться на деятельности стоматологов, поэтому давайте подумаем о том, чтобы, может быть, как-то его пересмотреть, и к ним прислушиваются. То есть в данном случае там нет речи о какой-то коррупционной составляющей, просто это очень большая сила, потому что то, что касается стоматологов – я старался подготовиться к этому эфиру, поэтому посмотрел, сколько же их вообще в Соединенных Штатах, и выяснил, что примерно 200 тысяч…

Дмитрий Ахтуба:

200 тысяч стоматологов?

Илья Злотников:

200 тысяч. Из них 80% – это стоматологи общего профиля; 20 % – это те люди, которые относятся к категории специалистов, официально признанных, имеют специальности, то есть это эндодонтисты, которые ведут только эндодонтический прием. Тоже одна особенность – в России в клиниках очень часто все вот эти специальности представлены под одной крышей.

Дмитрий Ахтуба:

Терапевты.

Илья Злотников:

Терапевты, но тут же есть и ортодонды, тут же есть и ортопеды, и все остальные, и поэтому пациенту не приходится перемещаться с места на место. В Америке очень часто бывает так, что есть отдельный эндодонтический кабинет или клиника, и там работает эндодонт. Но в тот момент, когда он говорит: «Я хочу специализироваться в эндодонте», – фактически, он отказывается от оказания каких-либо других видов услуг. Поэтому к нему направляют пациента, он проходит этот канал, закрывает его временной пломбой, его присылают назад, и дальше уже в клинике общего стоматолога будет осуществляться дополнительная работа.

Есть специалисты пародонтологи и прочие. Но из общей массы это примерно 20%, а 80% – это стоматологи общего профиля. И интересно, что в течение долгого времени стоматология в России была женской профессией, было очень большое количество женщин-стоматологов. В Америке только сейчас количество стоматологов-женщин составляет около 30%, 20 лет назад их было меньше 10%. Поэтому как-то исторически сложилось, что в Соединенных Штатах стоматология всегда была более мужской профессией, и только в последние годы примерно 50 на 50 мужчин и женщин.

Дмитрий Ахтуба:

А профессия стоматолога – это престижная профессия?

Илья Злотников:

Она престижная профессия, и существует достаточно много иллюзий по поводу того, сколько же американцы зарабатывают. Если говорить о стране в целом, то больше, чем 100 тысяч долларов в год, потому что у нас всегда считается доход в год, зарабатывает чуть больше 10% населения. А то, что касается стоматологов, врачей, юристов, руководителей крупных производственных компаний, вот они как раз входят в эти 10%, поэтому это зависит от специализации, и там разница может быть в разы. Например, если этот человек является опытным челюстно-лицевым хирургом, то его доход может составлять иногда 300 и 400 тысяч долларов в год. То, что касается начинающего врача общей практики, потому что там нет терапевта в чистом виде, то, я думаю, что от 100.

Дмитрий Ахтуба:

В любом случае, это богатые люди, даже если он начинающий?

Илья Злотников:

На самом деле, не все так просто. Я видел людей, у которых были очень красивые клиники с хорошим оснащением, но, судя по всему, все деньги ушли туда, поэтому то, что касается их личного жилья и доходов, им приходилось отдавать долги. И я видел клиники, которые были достаточно скромными, то есть это не означает, что там был полный раздрай, но не было сверхсовременных отделочных материалов, и при этом, когда начинаешь разбираться, доход этого стоматолога очень-очень высокий. Поэтому, я думаю, что это зависит от личных качеств человека и ориентиров. Но бедными их назвать тоже нельзя.

Дмитрий Ахтуба:

У нас тоже стоматологи, пожалуй, выделяются в лучшую сторону по заработку.

Илья Злотников:

Так и должно быть, потому что это очень непростая специальность, она нервная, может сказаться на здоровье и сказывается на здоровье, поэтому есть очень много статей, курсов по поводу эргономики. Я знаю людей, которые говорят, что я буду заниматься стоматологией всегда, мне будет 80 лет, я будут заниматься стоматологией. Тот же Питер Доусон, который до сих пор, может быть, не стоит у кресла, но он читает лекции, и ему интересно общаться с молодыми людьми. Я знаю людей, которые хотят инвестировать в стоматологию, и через 2 года, даже если он когда-то начинал сам, как врач, отойти от дел. И то, и другое имеет право на существование. Что комфортно, то и хорошо. У меня нет здесь каких-то универсальных рецептов.

Дмитрий Ахтуба:

Я слышал такую историю, что Марку Цукербергу дал первые деньги стоматолог.

Илья Злотников:

У него отец стоматолог.

Дмитрий Ахтуба:

Я деталей, к сожалению, не знаю. Но давай оставим в сухом остатке, что стоматолог дал денег на Facebook. Как ты считаешь, стоматологи очень активные инвесторы в Америке?

Илья Злотников:

Они достаточно инвестируют. И есть люди, которые занимаются в том числе и консалтингом с точки зрения инвестиций именно для стоматологов. То есть в некоторых случаях нужно разобраться, стоит ли покупать помещение, или взять его в аренду, стоит ли его купить и оформить, как отдельную организацию, которая себе же будет сдавать в аренду, или вообще инвестировать эти деньги куда-нибудь еще.

Очень интересный факт заключается в том, что в России за все время обучения стоматологов почти никто не учит их бизнесу, и в Америке их никто не учит бизнесу, поэтому стоматологический консалтинг не возник ниоткуда – есть пробелы, есть бреши, которые нужно заполнять. Потому что этих людей бросают и говорят: «Теперь ты можешь работать как врач, а все остальное ты должен каким-то образом наработать сам». А наработать самому слишком дорого и долго, потому что можно, конечно, через 20 лет прийти к каким-то определенным моментам, связанным с эффективностью, потеряв деньги, набив шишек и, может быть, сделав все это не совсем так, как хотелось. Либо нанять специалистов, которые могут поставить эти процессы сразу.

Удивительный момент заключается еще в следующем (то, что касается и академии Доусона, про которую мы говорили, и другого центра доктора Койса, который находится в Сиэтле): 5, 7, 10 лет назад люди, которые туда приезжали за этим постдипломным образованием, это были уже сложившиеся стоматологи, средний возраст составлял 45-50, даже иногда 55 лет. Сейчас все больше и больше молодежи. Это люди, которые закончили американские стоматологические факультеты, и не только американские, потому что люди приезжают со всего мира, и им не хватает. Как только они заканчивают стоматологический факультет, они сразу же понимают, что им не хватает знаний, и они идут туда и пытаются получить то, чего недополучили на базе своих университетов.

Дмитрий Ахтуба:

Профессиональные объединения, которых мы немного коснулись, вообще нужны? В России нужно развивать эту тему?

Илья Злотников:

В обязательном порядке! Потому что любое объединение, на мой взгляд, полезно. Если мы говорим про инвестиции и бизнес в чистом виде, есть понятие закупочной группы, когда вот эти разрозненные клиники объединяются и говорят: «А почему бы нам вместе не закупать?»

Дмитрий Ахтуба:

Это ты про американский опыт сейчас говоришь?

Илья Злотников:

Сейчас я говорю больше про американский опыт, потому что я долгое время пытался с разных сторон разным людям рассказать про эту концепцию в России, и вот только сейчас это сложилось, потому что существуют компании, существуют определенные структуры, которые делают нечто подобное. Смысл заключается в том, что нет никакой общей бухгалтерии, но понятно, что лучше закупить контейнер перчаток, которые в любом случае производятся в Малайзии, привезти и потом разбросать на клиники. Для каждой из них это становится очень-очень выгодно. И что самое интересное, когда я начал разбираться в этом вопросе, думал, что это для частников, что это для небольших клиник, а потом выяснилось, что крупные американские стационары, в которых есть 400, 500 и так далее коек, есть бюджеты для того, чтобы закупать все эти расходные материалы, инструменты, они тоже входят в свои закупочные группы. То есть это один аспект, который касается именно экономии и повышения эффективности тех вложений, которые делаются в свой бизнес.

А то, что касается отстаивания общих интересов, есть много печальных историй по поводу того, как начинаются какие-то определенные действия, направленные на одного из стоматологов, и если он действительно не отклонялся от общепринятых клинических стандартов, то есть если 9 из 10-ти здравомыслящих стоматологов поступили на его месте точно так же, в Америке это решенный вопрос. То есть это не означает, что у пациента не будет возможности пойти в суд, это означает, что, скорее всего, он там ничего не выиграет.

Дмитрий Ахтуба:

Да, к сожалению, у нас здесь существенный пробел, но он касается даже не столько объединения стоматологов, сколько самой судебной системы.

Илья Злотников:

Судебная система, в том числе и отстаивание прав стоматологов. Потому что подавляющее большинство стоматологов, которых я лично знаю, это люди, которые настолько переживают за то, что они делают, что они ни в коем случае не готовы ни допускать ошибки, ни умышленно идти на какой-то преднамеренный обман.

Дмитрий Ахтуба:

Профессия очень сложная и эмоционально сложная, и нужно очень много учиться и постоянно быть в невероятном напряжении. И вот я заметил, что многие люди уходят из профессии, и остаются самые мотивированные, самые влюбленные в нее, которые за свои деньги ездят по разным странам, повышают свою квалификацию.

Илья Злотников:

Я согласен. Но если посмотреть на это в более широком аспекте, то это люди, которые могли бы эффективно оказывать помощь пациентам, которым требуется стоматология, и ее больше не оказывают. Это трагедия?

Дмитрий Ахтуба:

Да.

Илья Злотников:

Трагедия, поэтому нужно с этим что-то делать.

Дмитрий Ахтуба:

Как ты считаешь, что в целом происходит в России в стоматологической отрасли – спад, стагнация, рост?

Илья Злотников:

В последние годы стало менее просто, чем было в прошлом, но это не означает, что стоматологические клиники должны закрываться. Это просто возможность адаптироваться каким-то образом и понять, как существовать в условиях новой реальности.

Дмитрий Ахтуба:

Давай попробуем быстро дать какой-то рецепт нашим слушателям.

Илья Злотников:

Универсальных рецептов не существует, именно поэтому я всегда начинаю с 70-ти вопросов к каждой конкретной клинике, чтобы понять, что там происходит, где есть заторы и сбои, эффект вот этого бутылочного горлышка, который не дает ей возможность развиваться в должном объеме, или принимать должное количество пациентов, или делать что-то еще.

Но я думаю, что по поводу объединения – да, потому что открытый обмен мнениями, поскольку если каждый пытается сделать какие-то свои наработки и держать их только внутри, потому что он думает, что это конкуренция, и что если он поделится ими, он каким-то образом пострадает – как раз наоборот. Мы присутствовали на конференции, где было 500 человек, которые совершенно открыто обмениваются подобного рода информацией, которая помогает всем. Я думаю, что это очень здорово! И это маятник, который качается из стороны в сторону (любая экономика, американская экономика, потому что был кризис 2007-2008 года, который очень сильно коснулся стоматологов, сейчас определенный подъем), он в какой-то момент качнется в другую. Может быть, этот маятник где-то качается быстрее, где-то медленнее, но это все равно маятник.

А стоматологические услуги нужны всегда и, может быть, даже в большем объеме сейчас, чем когда-либо, потому что с новыми видами диагностики, которые существуют, выявляются те проблемы на более ранних этапах, с которыми люди жили и не думали, что ими нужно заниматься.

Дмитрий Ахтуба:

И еще культурологически мы растем, и какое-то время тому назад, когда человек разговаривал, у него были железные, металлические зубы, золото, и это никому не бросалось в глаза, на сегодняшний день уже это недопустимо. Особенно, если мы хотим себя причислять к определенному уровню общества.

Илья Злотников:

Это очень интересное наблюдение, потому что мне приходится часто бывать в Японии, и я там был с одним человеком, который не стоматолог. У японцев есть проблемы, в том числе ортодонтического плана. Там чуть ли не каждому второму нужно ставить ортодонтическую систему прямо сейчас. И он подходит ко мне и говорит: «А почему так? Почему эти люди ходят с такими зубами?» Я долго не мог понять, что ему ответить, а потом сказал, что нет запроса общества, потому что в Америке он есть, то есть это определенный базовый уровень: если у тебя есть красивая, ровная, привлекательная улыбка, это делает тебя человеком. Это социальный статус, причем не только для очень богатых, а на всех уровнях. Даже машина, наверное, имеет гораздо меньшее значение в Америке для большинства людей.

Дмитрий Ахтуба:

В России тоже, к счастью, одежда и машины уже не являются таким социальным маркером, каким были еще лет 10 тому назад.

Илья Злотников:

Это здорово, потому что это правильно расставленные приоритеты. Лучше вкладываться в собственное здоровье.

Дмитрий Ахтуба:

На этой оптимистичной ноте мы будем заканчивать наш эфир. Спасибо огромное, Илья! Друзья, помните о том, что зубы – это главное.! И мы ждем вас на наших страницах в социальных сетях. Вы можете задать вопросы Илье, мне. Я буду рад ответить, Илья, я думаю, тоже.

Илья Злотников:

И очень коротко: 20 лет своей жизни я потратил на то, чтобы отношения между Россией и США налаживались. Это тоже маятник, который качнулся, к сожалению, не туда, куда мне хотелось бы. Но я надеюсь, что все очень хорошо понимают, что на уровне людей, которые общаются между собой в разных странах, есть очень мало недопониманий, и если они существуют на более верхнем уровне, мы можем их преодолеть. Поэтому такие открытые разговоры, обмен мнениями в обе стороны, гражданская дипломатия – это то, во что я верю, и меня в этом невозможно переубедить. Поэтому давайте дружить, жить мирно!

Дмитрий Ахтуба:

Прекрасно! До новых встреч!

Илья Злотников:

Всего хорошего!