Актуальная коммуникация: типология взаимодействия в пространстве музея современного искусства

ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ / ARTS

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.61.005 Бакиева Д.А.

ORCID: 0000-0002-0151-5837, магистр, Государственный Русский музей АКТУАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ: ТИПОЛОГИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В ПРОСТРАНСТВЕ МУЗЕЯ

СОВРЕМЕННОГО ИССКУССТВА

Аннотация

Статья посвящена осмыслению различных типов коммуникации в пространстве музея современного искусства, которые вносят новые формы диалога и общения между посетителем и арт - объектом. Освещается вопрос становления актуального искусства в контексте искусствознания. Показано, что появление новых форм произведений искусства формирует креативное, сотворческое мышление зрителя. Автор приходит к выводу, что актуальные художественные практики развиваются в русле поликультурного подхода, которому свойственны синергетические, диалогические и коммуникативные аспекты.

Ключевые слова: коммуникация, актуальное искусство, перфоманс, зритель.

Bakieva D.A.

ORCID: 0000-0002-0151-5837, Master, State Russian Museum

ACTUAL COMMUNICATION: TYPOLOGY OF INTERACTION IN THE SPACE OF THE MUSEUM

OF MODERN ART

Abstract

The paper is devoted to the comprehension of various types of communication in the space of the Museum ofModern Art, which introduce new forms of dialogue and communication between the visitor and the object of art. The issue of the formation of modern art in the context of an art history is discussed. It is shown that the emergence of new types of art works forms the creative thinking of the spectator. The author comes to the conclusion that actual artistic practices develop in the context of a multicultural approach, which is characterized by synergistic, dialogic and communicative aspects.

Keywords: communication, modern art, performance, spectator.

Современная социокультурная ситуация характеризуется изменением самого социо- и культурного пространства, глобализацией, сменой мировоззренческих и морально-этических ориентаций. Усложняется общественная жизнь человека - активно меняющиеся условия существования, развитие технологий, коммуникаций, увеличение количества «потребляемой» информации - вышеперечисленные факторы требуют соответствия «новому миру» от субъекта. В этой связи искусство как один из основополагающих видов человеческой деятельности не только отражает общие тенденции, имеющие влияние на общественное сознание в целом, но и оказывает сильное давление в обратном направлении: под напором искусства Культура (как совокупность всех человеческих достижений), в итоге, меняет свою установку и сложившиеся с течением времени сюжетно-художнические нормы. Благодаря этим процессам и влиянию современных коммуникационных технологий на инновационную художественную практику предоставляется возможность переосмысления и новой интерпретации вопросов самого искусства, в частности актуального.

Несомненно, вышеуказанные процессы глобализации меняют парадигму актуального искусства: происходит уход от монокультурности (имеются в виду «закрытые» в рамках одной страны культурные процессы, влияющие на искусство), размывание границ стран и социумов, что влияет на развитие новых коммуникационных связей и появление поликультурного пространства. Необходимо отметить, что коммуникация сегодня понимается гораздо шире, чем общение между людьми. Теория, начатая М. Макклюэном, в художественной среде получила широкое развитие, в контексте которой коммуникация понимается как взаимодействие всех субъектов и объектов искусства между собой. В таком случае прямая коммуникация является взаимодействием художника, публики, материального и нематериального культурного наследия, культурных и этических координат.

Культура, в частности искусство, веками копила знания о человеке и человечестве, о взаимодействии людей друг с другом, с окружающим миром, исследовала и протаптывала пути и способы духовного развития и саморазвития. Способность искусства менять внутренний мир человека; создавать новые ценностные координаты, системы смыслов и идеалов, задающих человеку векторы самореализации, по сути, является задачей искусства и сегодня.

Перемены в культуре и искусстве, произошедшие в ХХ-ХХ1 вв., их характер и особенности, привели к появлению новых сложных художественно-этических проблем. Во-первых, актуальное искусство создается и выдвигается художником как «новообразование, т.е. предполагается, что в результате возникнет более усложненная реальность» [1, С. 7]. Во-вторых, - современное постмодернистское мировоззрение художников, язык которых в большей степени основан на языке масс-медиа и массовой культуры, привело само искусство к потере «якоря» — историзма в понимании данного термина как основы проективного мышления, необходимого для создания нового. В-третьих, -актуальные художественные практики не являются статичными, они созидают проблемные ситуации, задачи, ориентированные на поиски смыслового и эмоционального содержания, но не на готовую интерпретацию.

Таким образом, актуальное искусство, будучи явлением многогранным, ставит посетителя перед выбором: остаться слепым к вееру смыслов наблюдателем или стать сотворцом арт - объекта. Преломляя имеющиеся у него границы, любой зритель стремится к интерпретации художественного произведения сквозь призму приобщения к объекту, наделения последнего смыслом, откликающимся на имеющиеся у наблюдателя ассоциации и знания.

Взаимодействие различных трактовок, неоднозначность оценки, множественность цитат арт - объектов позволяет почти любому посетителю стать сопричастным к трактовке искусства не только путем поиска заложенного художником смысла, но и придания произведению собственного истолкования. В этом активном процессе смысл произведения актуального искусства становится достоянием как автора, так и зрителя как сотворца и одновременно соучастника постижения искусства. Здесь аксиологический компонент понимания актуального искусства занимает большую роль, позволяя обогатить посетителя глубинной связью не только с объектом искусства, но и с художником как партнером, а также культурой и ее феноменологической составляющей.

Позиция, обозначенная Т. Курентзисом: «В каждую эпоху и в каждом социуме существуют вещи, считающиеся недопустимыми, нарушение которых двигает время вперёд...» [4, С. 59] на сегодняшний день не теряет своей актуальности. Современный посетитель с имеющимися под рукой гаджетами способен сориентироваться в смысловом пространстве произведения актуального искусства без помощи посредников в виде экскурсоводов и медиаторов. В данной классификации мы обозначили его как «Зритель — вторичный участник». Этот тип посетителя, «считывая» образный строй произведения, выстраивает ассоциативный ряд; обращаясь к интернет-источникам находит исходные цитаты и соотносит итоговую интерпретацию с имеющимися у него знаниями. Примером может служить среднестатистический посетитель галерей современного искусства или арт - фестивалей. Следует отметить, что, анализируя данную модель поведения гостей, кураторы все чаще используют QR-коды в качестве технологических подсказок: на выставке «Авангарденс» в Михайловском саду (Часть фестиваля «Императорские сады России» (09.06.2017 - 18.06.2017), Государственный Русский музей) на каждом шагу были помещены стойки с такого рода элементами.

Следует отметить, что вышеописанный тип относится в большей степени к статическим арт - объектам. Однако многообразие направлений и форм произведений искусства (инсталляции, видео - арт, биологическое искусство и проч.) создает вариативность и в коммуникативном художественном процессе. Многочисленные перфомансы и акции, проводимые мастерами, затрагивают умы различных категорий посетителей. Для наглядности следует привести пример акций Сантьяго Сьерра, который использует в своих перфомансах людей из низших слоев общества, нуждающихся в деньгах. За мизерные вознаграждения они выступают в роли «живых произведений», выполняя все указания художника: держать на протяжении нескольких часов доски, сидеть в коробке и проч. Взаимодействие посетителей акции и объектов, в данном случае, людей как части художественного замысла, происходит одновременно на нескольких уровнях интерпретации. Зритель в первую очередь пытается постичь художественный замысел, привнося в разобщенные образы собственный смысл. Важной составляющей является уяснение внутренней реакции художника на окружающую его действительность, его эмоционального состояния; соотнесения собственного «Я» с авторским видением реальности. Процессуальный компонент приобщения к искусству в данном случае играет немаловажную роль, становясь более ценным, нежели поиски цитат или сюжетной подоплеки создаваемого арт -объекта. В этой же связи зритель задается вопросом этичности использования людей в качестве экспонатов, специально нацеленных на унижение их человеческого достоинства. Наконец, радикальное отличие художественных акций от искусства, хранимого в традиционных музеях, поднимает тему не только пристрастий и вкусов публики, но и обвинений в адрес актуального искусства в его некорректности и обмане ожиданий. Такой обширный анализ художественного объекта (не имеет значения, с положительной или отрицательной оценкой) позволяет выделить в классификации субъектов коммуникативного процесса в условиях актуального искусства тип «Зрителя - первичного участника».

Однако, возможности художественной коммуникации не исчерпываются вышеперечисленными типами. Актуальное искусство выходит за рамки «субъект-объектных» отношений и пытается привнести в художественное пространство возможность «субъект-субъектной» деятельности. Из чего следует последний тип посетителя: «Зритель - сотворец». В этом случае зритель напрямую взаимодействует с художественной инсталляцией, имеет возможность менять сам арт - объект, перемещать его, вовлекаться в творческий процесс создания работы. Примером послужит интерактивная инсталляция "Художник", созданная медиа-художником К. Храбрых [5]. В центре зала был помещен мешок, набитый кирпичами, с нанесенными на них надписями «портфолио», «имидж», «личный блог» и т.д. Посетитель мог прочувствовать тяжесть ноши творчества современного художника; опробовать роль арт -перфомансиста; привнести собственное содержание в инсталляцию; видоизменить объект; ощутить себя мастером, таковым, по сути, не являясь. Названный вид взаимоотношений между зрителем и объектом носит наиболее полный характер, позволяет говорить о совершившейся коммуникации и является крайним в данной классификации.

Искусство сопровождает человечество на протяжение времени его культурного становления, однако осмысление актуального искусства и вопросов взаимодействия с ним осуществляется только сейчас, когда происходит поиск самого места актуального искусства в контексте искусствознания. Очевидно, что существующая во всем мире коммуникативная система основана на одних и тех же принципах, поэтому существенные изменения в этой области не предвидятся. Но даже сегодняшнем виде она дает достаточно информации для того, чтобы систематизировать типы взаимодействия субъектов коммуникативного процесса актуального искусства.

Список литературы / References

1. Булатов Д. Коэволюция, избыток, дестабилизация. О современных стратегиях в области scince art / Булатов Д. // Философско-литературный журнал Логос. - 2006. - №4 (55). - С. 4-19

2. Ерохин С. В., Биологическое искусство / С.В. Ерохин, А.С. Мигунов // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2014. - № 12 (50). - C. 69-78.

3. Петровская Е.В. Круглый стол «Этика и современное искусство» / Петровская Е., Аронсон О., Туркина О., Колдобская М., Лидерман Ю., Скидан А., Булатов д. // Международный журнал исследований культуры. - 2011. - №2 (3). - С. 6-27.

4. Полякова С. «О границах «Tерритории» / С. Полякова // The New Times. - 2007. - № 36. - С. 59

5. Храбрых К. Художник [Электронный ресурс] / К. Храбрых. - Мастерская интерактивного искусства - 2017. -URL: https://i-a-w.org/project/the-artist (дата обращения: 26.06.2017).

Список литературы на английском языке / References in English

1. Bulatov D. Kojevoljucija, izbytok, destabilizacija. O sovremennyh strategijah v oblasti scince art [Coevolution, excess, destabilization. About modern strategies in the field of scince art]/ Bulatov D. // Filosofsko-literaturnyj zhurnal Logos. - 2006. - №4 (55). - 4-19 p. [in Russian]

2. Erohin S. V., Biologicheskoe iskusstvo [Biological art]/ S.V. Erohin, A.S. Migunov // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i juridicheskie nauki, kul'turologija i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2014. - № 12 (50). - 69-78 p. [in Russian]

3. Petrovskaja E.V. Kruglyj stol «Jetika i sovremennoe iskusstvo» [«Ethics and Contemporary Art» round-table discussion] / Petrovskaja E., Aronson O., Turkina O., Koldobskaja M., Liderman Ju., Skidan A., Bulatov d. // Mezhdunarodnyj zhurnal issledovanij kul'tury. - 2011. - №2 (3). - 6-27 p. [in Russian]

4. Poljakova S. «O granicah «Territorii» [About the borders of «the Territory»]/ S. Poljakova // The New Times. -2007. - № 36. - 59 p. [in Russian]

5. Hrabryh K. Hudozhnik [The artist] [Electronic resource] / K. Hrabryh. - Masterskaja interaktivnogo iskusstva -2017. - URL: https://i-a-w.org/project/the-artist (accessed: 26.06.2017). [in Russian]

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.61.010 Голлербах Т. В.

ORCID: 0000-0002-4375-6612, соискатель, Ленинградский государственный университет имени А. С. Пушкина ХРОНОТОП ПОСТУПКА

Аннотация

В работе «Формы времени и хронотопа в романе» М. М. Бахтин с самого начала оговаривает границы своего литературоведческого исследования, и не касается хронотопа в других сферах культуры. Тем интереснее взглянуть на хронотоп со стороны естественных наук, диалектической философии, психологии, семиотики, театрального дела, барочной теории аффектов и убедиться, что хронотоп предстает точкой бытия, где сходятся время, пространство, энергия, смысл, воля и «ответственность актера и цельного человека за уместность игры, ибо вся игра в целом есть ответственный поступок». Тем самым хронотоп замыкается на поступок (обратное очевидно).

Ключевые слова: хронотоп, время, пространство, энергия, смысл, аффект, поступок.

Gollerbach T.V.

ORCID: 0000-0002-4375-6612, Postgraduate Student, Pushkin Leningrad State University CHRONOTOPE OF THE ACT

Abstract

At the very beginning of his work "Form of Time and Chronotope in the Novel," M. M. Bakhtin draws the lines of his literary research and does not consider the chronotope in other cultural fields. This makes the look at the chronotope from the point of view of natural sciences, dialectical philosophy, psychology, semiotics, theatrical business, the baroque theory of affects particularly interesting. It assure us that the chronotope is a point of existence, where time, space, energy, meaning, will and "the responsibility of an actor and person for the relevance of the game, because the whole game altogether is a responsible act" are converged. Thus, the chronotope closes at the point of an act (the reverse is obvious).

Keywords: chronotope, time, space, energy, meaning, affect, act.

То, что разыгрывает актер, — это вовсе не персонаж, а тема (сложная тема, или смысл), задаваемая компонентами события...

Жиль Делез [8 , С. 197].

Какое бы высказывание о смысле, о понимании чего-либо ни привести, - везде будет упоминание, или подразумевание некоей множественности, приводимой пониманием, и результатом его - смыслом - к синхронному единству. Сама этимология указывает на это: «по-нять» = «взять (при взгляде) сверху»; «с-мысл» = «(нечто) с мыслью»; «com-prendre» = «разом (совместно) взять» (фр.) и т. д. Синхронное смысловое единство и есть хронотоп1 (время-пространство) в свернутом виде. Синхрония предполагает диахронию, единство - множественность, свертка - развертку.

Важно подчеркнуть взаимозависимость пространственных и временных «ипостасей» хронотопа. Например, если для получения какой-то информации нужно произвести 100 однотипных испытаний, можно их все производить на одной установке (сукцессивность при локализации пространства), или один раз на ста установках (симультанность при локализации времени), а можно поставить по 20 опытов на каждой из 5 однотипных установках («размазанность» и по времени и по пространству с сохранением «объема» числа испытаний). Ясно, что здесь можно говорить и о трех хронотопах и об изменяющемся одном.

Благодаря таким способностям сознания, как интенция (намерение), ретенция (удержание), протенция (ожидание), внимание может (потенция) удерживать в своем поле одномоментно несколько объектов. Здесь уже содержится достаточное основание для интуиций пространства. Если указанные объекты имеют чисто временную природу, мы

1 [2, С. 121], [16, С. 534-535]