Культурно-историческая трансформация паломнического ритуала (на примере христианских культур)

удк2 522 Е. В. КАЛУЖНИКОВЛ

Гуманитарный университет, г. Екатеринбург

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ ПАЛОМНИЧЕСКОГО

РИТУАЛА

Статья посвящена актуальной и пока малоисследованной теме — явлению паломнического ритуала. Данное явление рассматривается на примере христианских культур. Наряду с религиозным паломничеством автор впервые заостряет внимание на явлении светского паломничества. В работе выявлены типологические и структурные признаки паломтческого ритуала, прослежена культурно-историческая трансформация данного феномена.

Паломничество, зародившееся в глубокой древности в религиозной практике разных народов, приобрело к рубежу XX — XXI вв. всемирные масштабы как одна из сложных форм современной социально-культурной жизни, не ограниченных сферой религии.

В последние годы этот культурный феномен привлекает внимание культурологов, историков, теологов, специалистов по туризму. Но, как ни парадоксально, в публикациях крайне фрагментарно отражен ритуальный — по сути, ключевой — аспект паломнических путешествий. Вместе с тем изучение различных материалов приводит к выводу о наличии генетических связей паломничества с ментальными основами и ритуальной практикой политеистических и монотеистических религий. В силу этого целесообразно рассматривать данное явление сквозь призму теории и истории ритуала.

Цель настоящей работы — проследить культурно-типологическую трансформацию паломничества с точки зрения теории ритуала.

На наш взгляд, фундирующим началом паломничества является его ритуальная основа с присущими ей планами содержания и выражения.

План содержания паломнического ритуала обусловливается картиной мира его участников, мыслимой как относительно целостная совокупность их воззрений на мироздание, где объединяются бессознательные и социально обусловленные жизненные установки, ценностные ориентации, мыслительные схемы, образные комплексы. В контексте данной работы наибольшую методологическую значимость имеет разделение картин мира на религиозные, философские, научные, художественные, что проецируется на предлагаемую нами историческую типологию паломничества (языческое, христианское, светское). Важна также дифференциация картин мира по конфессиональному признаку, чем обусловлен выбор в качестве объекта изучения паломничества в ареале христианской культуры.

Каковы бы ни были конкретные исторические формы паломничества и лежащие в его основе картины мира, содержательный план ритуала всегда принадлежит к сфере сакрального и является проекцией Абсолюта.

План выражения ритуала в этнографической и лингвистической литературе рассматривается с точки зрения его символических языков («кодов»), посредством которых раскрывается содержание действа [А. К. Байбурин, Г. А. Левинтон, Ю. М. Лотман, С. М.

Толстая, В. Н. Топоров, В. Я. Пропп и др.]. Среди символических языков ритуала можно выделить акцио-нальный (магические действия, совершаемые участниками), персонажный (адресаты — объекты ритуала и участники — его субъекты), пространственный (символически отмеченные локусы), временной (связанный с противопоставлением «сакрального» и «профан-ного» времени), предметный (объекты, орудия или продукты действий субъекта ритуала), вербальный (сакральные словесные тексты, имена, термины, которые произносятся участниками действа на разных его этапах), музыкальный (пение, игра на музыкальных инструментах), изобразительный (разного рода иконические символы, фиксирующие сакральный смысл ри туала). Функционируя параллельно, эти языки обеспечивают ритуалу определенный «запас прочности», способствуя его наибольшей эффективности. Отметим, что в рамках этнографического материала специалистами, прежде всего, исследуются отдельные типы кодов, указывающие на смысловое ядро того или иного ритуала: чаще всего в фокусе внимания оказываются предметный, вербальный или музыкальный коды. Паломничество является синкретической ритуальной системой, в которой значимыми предстают все коды. Все эти положения служат методологической основой для рассмотрения паломнических ритуалов в данной работе.

Как было сказано выше, путешествия с целью поклонения святыням возникли задолго до возникновения христианства - в языческих культурах. Одним из факторов, способствовавших появлению паломничества в условиях язычества, явилось формирование представления о том, что достижение связи с божественным миром или миром духов возможно только посредством совершения определенных обрядов в строго определенных местах, вынесенных за пределы обычной среды проживания людей, — в храмах, священных рощах, у святых родников и т.д.

Подобно другим обрядовым действам паломнический ритуал полифункционален. В языческих культурах наряду с доминантными для всей обрядовой практики функциями: мировоззренческой, социальной, психологической паломнический ритуал выполнял целительную, охранительную, инициационную (посвятительную) функции и функцию получения пророчества.

В плане содержания языческого паломнического ритуала Абсолют соотносился с рядом ключевых идей, воплощавших основы традиционного мифопо-

этического менталитета: это идея умирания - нового рождения как залог плодородия; представление о магическом взаимообмене между людьми и высшими силами как основном принципе бытия; вера в сверхъестественные свойства стихий, растений, животных, предметов, наличие между ними всеобщих связей и др.

Поскольку, согласно представлениям древних, сфера сакрального внеположна сфере обитания людей, для достижения Абсолюта необходимо реальное или символическое передвижение в пространстве к святым местам. Святые места мыслились как локу-сы, связанные с рождением, чудесными деяниями или кончиной священного объекта; не случайно они стали ключевой категорией паломничества у всех народов древности, как земледельцев, так и охотников/ скотоводов.

План выражения языческих паломнических ритуалов составляют традиционные для архаических обрядов символические языки (коды).

Согласно мифопоэтической оппозиции «свои — чужие» персонажный план паломнического ритуала представлен, с одной стороны, сверхъестественными существами, воплощающими сакральные идеи язычества (объекты паломнических ритуалов), с другой — людьми, совершающими обрядовые действия (субъекты).

В языческой культуре каждого этноса складывается свой круг высших сил, отвечающий особенностям природно-климатических условий обитания людей, их жизненного уклада и трудовой деятельности. Наиболее заметные различия обнаруживаются в «пантеонах» земледельческих и охотничье-скотоводчес-ких народов.

В качестве субъектов общинных паломнических ритуалов земледельцев выступают представители всех половозрастных групп населения (за исключением маленьких детей), у охотников и скотоводов — только мужчины. В роли посредников между миром людей и миром сакральных существ выступают медиаторы — «знающие люди» обычно преклонного возраста.

Основными фазами в развертывании трехчастно-го опционального кода рассматриваемых паломнических ритуалов являются: фаза разделения — разрыва с повседневной средой обитания и условиями быта; движение к сакральному объекту, в ходе которого совершаются определенные магические действия (например, очищение) - по Ван Геннепу, это фаза отчуждения; контакт со священным объектом, включающий жертвоприношение и просьбу паломника (транзит); наконец, уход из сакрального места и возвращение в новом качестве в исходное (профан-ное) состояние (инкорпорация).

Пространственный код языческого паломнического ритуала выражается через символическое осмысление как святых мест, так и пути (дороги) к ним. В качестве святых мест выступают священные рощи и отдельные деревья, водные источники, болота, горы, камни. Нередко они отмечаются капищами и храмами, где совершаются моления и жертвоприношения духам и богам.

Стержневым пространственным символом в языческих паломнических ритуалах является дорога, отмечающая границу между «тем» и «этим» мирами и потому чреватая многими опасностями для идущего по ней. Но прохождение этой пограничной зоны является непременным условием достижения Абсолюта и соприкосновения с ним. Преодолевая трудности путешествия, паломник повторяет путь священных героев, символически отождествляется с ними.

Временной ход соотнесен с хозяйственной деятельностью участников паломнического ритуала. У земледельцев сроки массовых паломнических путешествий определяются аграрным календарем — датами поклонения определенным божествам и предкам, от которых зависели плодородие земли и жизненная сила членов общины. В культуре охотников и скотоводов общинные ритуалы обычно приурочиваются к началу и концу охотничьего периода.

Предметный код включает самые разнообразные сакральные предметы — деревья, камни, специальные постройки, где происходит контакт с божеством, и др. Подобные предметы, сверхъестественные свойства которых связываются с их чудесным происхождением, входят в кр/г языческих святынь.

Для качественного анализа вербального и музыкального кодов языческого паломничества материалов явно недостаточно, так как специальная запись относящегося к нему фольклора не проводилась. Поэтому можно лишь предположить, что текстам, звучавшим в паломнических ритуалах, были свойственны в целом те же признаки, что и другим обрядовым жанрам: криковая манера произнесеиия, опора на краткие вербальные и интонационные формулы возгласной природы.

Изобразительный код. Языческие святыни нередко содержали изображения божеств, магических животных, разнообразных графических символов (круг, спираль, зигзаг и др.), сделанных на дереве или камно.

Следует отметить, что многие черты языческого паломничества не исчезают бесследно с принятием христианства. Наиболее явно это проявилось в рамках народного христианства, а также находи т свое развитие в рамках современных неоязыческих верований.

Возникновение христианской паломнической традиции было обусловлено расширением географических границ христианского мира и необходимостью пространственной консолидации паствы в определенных сакральных локусах; потребностью в унификации обрядности и организации института церкви. Примерно с XI века карта христианского паломничества приобрела современные черты.

Культурно-историческая трансформация паломнического ритуала происходит на уровне плана содержания, сохраняя почти в неизменном виде структурную ритуальную основу, присущую языческому паломничеству.

Паломнический ритуал является частью развитой обрядовой практики, сложившейся в христианстве. В качестве его ведущих функций, так же, как и в языческой практике, выступают мировоззренческая (упрочение духовных первооснов христианства через приобщение к сакральному), социальная (преодоление кризиса веры как внутри одного человека, так и в среде целого сообщества через духовное обновление, «оживление» иукреплениеверы), психологическая (понимание паломничества как духовно-очистительного подвига, традиционной формы искупления грехов).

В плане содержания рассматриваемого ритуала отражаются доминантные аспекты христианской картины мира, которые изложены в Священном Писании, а также в жизнеописаниях святых, чью жизнь и духовные подвиги верующие считают образцами для подражания. Поскольку смысл жизни христианина - достижение царствия небесного путем очищения, отказа от греховной жизни, то паломничество мыслится как повторение «крестного пути Христова». В то же время путь паломника уподобляется земной жизни человека, таящей в себе множество бед, невзгод и испытаний.

Важным содержательным аспектом христианского паломничества является реализация концепта «вручения себя» (термин Ю. М. Лотмана12) сакральным объектам, то есть бескорыстного поклонения и служения им, своего рода личного жертвоприношения. Свойственная христианству идея «вручения себя» с характерной для нее однонаправленностью, безвозмездностью, отсутствием конвенциональное™ во многом противоположна языческому взаимообмену. Важным содержательным фундаментом христианского паломничества становится мотив обретения «царствия небесного» на земле или хотя бы временный контакт с ним, Святые места — реальные и полумифические - символически отождествлялись с небесными, божественными чертогами. Смысл контакта с Богом и святыми в сакральных локусах — это не только укрепление христианской веры, но и экзистенциальный мотив личного перерождения, очищения в процессе паломнического ритуала. Одна из важнейших задач паломника — вернуться домой преображенным, неся внутри частичку божественного.

В плане выражен ия сакральные смыслы воплощаются посредством круга тех же символических языков.

Сакральными персоналиями (объектами) паломнических ритуалов в христианской традиции являются Иисус Христос, Богородица, святые, манифестирующие основные сакральные идеи христианской картины мира — жертвенность во имя веры, жизнь как духовный подвиг, любовь и сострадание к ближнему и др.

В качестве субъектов выступают паломники — представители разных социальных и половозрастных групп населения (люди высших сословий, духовенство, крестьяне, нищие богомольцы-странники). Следует назвать также «нетипичных» паломников, которые отправляются в путешествие «вместо кого-то»,

Акциональный аспект христианского паломничества включает в себя типичные для обрядов перехода этапы. Фазе отчуждения соответствуют а) действия, подготавливающие к путешествию (получение благословения священника, сбор денежных средств, организация партии паломников, выбор даты путешествия); б) процесс передвижения богомольцев к месту поклонения (пешком, в исключительных случаях — с помощью транспортных средств), в ходе Которого происходит очищение верующих (пост, омовение). Момент соприкосновения со святыней — это «транзит», в ходе которого происходит контакт с миром Абсолюта, обусловливающий пограничное состояние паломника (его символическую смерть в прежнем качестве и переход в новое состояние). Фазой восстановления является возвращение субъекта в земной мир, но уже в ином, преображенном качестве. На каждом этапе путешествия соблюдаются определенные нормы поведения (молиться, помнить о цели своего путешествия, не злословить, не предаваться увеселениям, держать себя в религиозном настроении и т. п.). Данные фазы и их ритуальное выражение в целом одинаковы в православном и католическом паломничестве.

Пространственный код объединяет два измерения — горизонтальное (план повседневного, витального, физического пространства) и вертикальное (духовное восхождение паломника к сакральному пространству, которое находится в святых местах).

В эпоху Средневековья символическая география христианства подразделилась на мир христианский, освященный причастностью к святому писанию, де- . яниям Христа и святых, и мир «темный», нехристианский — мир язычников, мусульман, иудеев и т.д.

Путь паломника проходил через земли, населенные как христианами, так и представителями иных религиозных культур. И одной из задач христианского путешественника было не просто уцелеть во враждебном мире, но и привнести в «чужой мир» свет христианства.

Среди сакральных мест общехристианского значения центральное значение имеет Святая земля, расположенная на территории современного государства Израиль (ее главные паломнические центры — Иерусалим, Вифлеем, Вифания, Назарет); в период Средневековья центром притяжения паломников был Константинополь, где находилось множество христианских реликвий.

В католическом мире складываются «большое» паломничество (регедгтаЬопеБ рптапае), предписывающее путешествия в Святую землю, и «малое» (регедппаиопеБ 8есипс1апае), связанное с посещением собственно католических святынь. Главной католической святыней считается Папская область (Ватикан), где объектами поклонения являются мощи св. Петра и фигура понтифика; испанский город Сантьяго-де-Компо-стелло, куда приходят на поклонение св. Иакову; французское аббатство Сен-Мишель — место поклонения св. Михаилу; собор Сан-Дженнаро в Неаполе, где хранятся реликвии св. Януария; итальянский город Бари, где находятся мощи св. Николая, и др.

В православной культуре нет официального деления на более и менее значительные паломнические акцйи, однако среди верующих существует иерархия святынь по их значимости для православного мира. Первоначально центрами православного паломничества считались Святая земля и Константинополь, со временем к ним присоединились другие святыни: в Греции — гора Афон с ныне действующими монастырями; Патры, где хранятся мощи св. апостола Андрея Первозванного и крест, на котором он был распят; Фивы с гробницей св. апостола Луки; Салоники с мощами св. великомученика Димитрия Солунско-го; на побережье Кипра — город Ларнака с церковью св. Лазаря и др.

С XV в! после падения Константинополя произошло разобщение православного мира, отчего возросло значение локальных святынь, в числе которых — лавры и крупнейшие монастыри.

Временной код, В официальной православной традиции паломнические путешествия приурочивались к крупнейшим христианским праздникам (Пасхе, Двунадесятым праздникам), а также к дням поминовения святых или памяти о каком-либо важном событии.

В предметной сфере христианского паломничества различаются вещи как объекты поклонения и как символы сакрального путешествия. В христианском мире почитаемыми предметами считаются мощи святых, священные реликвии, чудотворные иконы, книги.

Обычные предметы в рамках паломнического путешествия также получали символическую трактовку. Одним из атрибутов паломника, удостоверявшим «истинность совершенного паломничества», являлась пальмовая ветвь, которую привозили первые паломники из Палестины. Предметными символами католических пилигримов выступали дорожная сума, плащ-пелерина и простая палка; в Сантьяго-де-Компостелло это паспорт пилигрима как свидетельство его благочестивых намерений. На Руси калики перехожие одевались в простые одежды и имели при себе только узелок с едой и палку. Важное символическое значение имела обувь калик перехожих — калиги.

Словесные и словесно-музыкальные тексты, характерные для христианских паломнических ритуа-

лов, - ЭТО читавшиеся молитвы и певшиеся соло или

ансамблем в унисон херувимские песни, акафисты, псалмы, стихиры, духовные стихи.

Следующей культурно-исторической формой паломнических путешествий, на наш взгляд, является светское паломничество, зародившееся в новое время и наиболее полно проявившееся в XX — начале XXI вв. Подобные путешествия сформировались в городской культуре, где происходит генерирование новых идей, социальных, эстетических, религиозных веяний, создается и ретранслируется большинство современных мифов.

Истоки исторической трансформации паломничества следует, на наш взгляд, искать в кризисе религиозного сознания, наметившемся в эпоху Реформации и окончательно утвердившимся в европейской культуре в XX столетии. Идеологи Реформации не просто отрицали сакрально-посредническое значение церкви и священства, отрицалась ритуализиро-ванность общения с Богом. По мнению Л.Г. Ионина, «воинствующий антиритуализм, борьба против устаревших форм на самом деле всегда (или почти всегда) есть борьба против содержания, заключающегося в этих формах. Революции начинаются с антиритуалистического протеста и завершаются тотальным сломом соответствующих институтов»2. Тотальное «обмирщение» культуры выдвинуло новых «богов», новых идеологов и ретрансляторов вечных истин. Ими стали мыслители, философы, ученые, писатели и поэты, которые воспринимались обществом как личности, причастные к Абсолюту, трансляторы новой системы миропонимания. Можно выделить две группы современных светских паломнических ритуалов: 1) ритуалы официально-общественного значения и 2) ритуалы неформальных объединений молодежи.

Сакральный смысл официально-политических святынь — это этические, культурные, духовные ценности, объективируемые конкретной социальной группой. В России большинство подобных святынь возникло в рамках идеологии советской эпохи. Главным условием закрепленности того или иного культурного локуса в официальной системе ценностей была его «освящен-ность» в соответствии с марксистко-ленинской идеологической основой. При этом, уничтожая старые святыни, советское государство творило по их образу и подобию свои «святыни-новоделы».

Функциональный план светского паломничества идентичен религиозному.

В плане содержания позиционируются ведущие политические идеи или культурные императивы (термин С.Б. Адоньевой;') различных социальных слоев общества.

План выражения рассма триваемого вида светского паломничества представлен традиционным ритуальным набором символических языков.

Персонажный. В качестве общественно признанных сакральных фигур, воплощающих духовный Абсолют (объекты почитания), в ритуалах такого рода выступают герои, наделенные не свойственными рядовому человеку нравственными качествами и верностью высшим идеям. Все эти герои, обеспечившие обществу светлое будущее благодаря мифопоэ-тической операции «смерть (героическая или трагическая - от рук «врагов») - новое (духовное) рождение», позиционируются в мифологическом ключе и становятся объектами советской «канонизации». Таковы «великий пролетарский стратег» Ленин, «отец народов Сталин», пионеры-герои, герои революции, Гражданской и Великой Отечественной

войн и др., пожертвовавшие жизнью ради светлого будущего советского народа.

Другой круг культовых персоналий образуют личности любимых писателей, музыкантов, художников, актеров. Еще в конце XVII] века почитатели творчества Вольтера совершали путешествия по местам, связанным с героями его произведений. А после смерти Вольтера местом поклонения становится его могила. При этом почитатели Воль тера, мнившие себя вольнодумцами и атеистами, вполне серьезно называли свои путешествия «паломничествами» (сейчас к культовым фигурам относят A.C. Пушкина, Л.Н. Толстого, A.A. Тарковского и т.д.).

Зерном опционального плана (он, как и в других ритуалах такого рода, трехфазен) является самодвижение к сакральному объек ту и от него — в крайних фазах, его благоговейное созерцание, побуждающее к внутреннему литоту с сакральной личностью и благодаря этому к созданию психологической атмосферы сопричастности ей — в средней. В особо почитаемых местах используются такие ритуальные средства, как почетный караул, нионерский салют и т.п.

Культовые площадки общественно-политического значения соответствуют пространственному коду ритуала. В советской культуре это территории, связанные с официально «канонизированными» персоналиями, — Ленинские места, места боевой и революционной славы, а также локусы, связанные с именами всенародно признанных писателей и поэтов (например, Пушкинские места). Подобные локусы отмечаются мавзолеем, памятником, мемориальной доской, Вечным огнем, стелой и т. п., что напоминает о языческих и христианских ритуалах.

Временем отправления рассматриваемых ритуалов становятся дни рождения или смерч и «культурного героя», даты революции, важнейших сражений и т. д. Однако нередко эти даты фигурируют лишь в сознании современного паломника, в реальности приходящего к названным святыням в разное время.

При поклонении святыням официального значения фигурируют следующие предметы, имеющие символическое значение: на культовую площадку приносят знамена, цветы, венки. Иногда, наоборот, уносят нечто, являющееся частью «святыни» (горсть земли, памятный значок и т.д.).

Вербальный, музыкальный. В одних случаях ритуальные тексты отсутствуют (благоговейное молчание), в других используются типовые словесные формулы: «Вечная память!», «Вечная слава!», «Да здравствует!». При этом вербальные обороты, функционально родственные обрядовым заклинательным формулам, произносятся небытовым гоном, п повышенном эмоциональном ключе. Могут исполняются также песни или другая музыка, связанные с объектом поклонения или общей эмоциональной атмосферой обрядовой ситуации.

Изобразительный код составляют имеющиеся на могиле культового персонажа фотографии, графические портреты, барельефы, скульптурные изображения либо изобразительные символы, связанные с деятельностью сакральной личности (звезды, флаги, книги, музыкальные инструменты и др.).

Современные паломнические ритуалы бытуют и в среде неформальных объединений молодежи, прежде всего в молодежной «системе» (хиппи, панки, металлисты, байкеры).

В плане содержания молодежных ритуалов позиционируются сакрализуемые неформалами идеалы и ценности: протест против официальной идеологии, утверждение ценности свободы и неповторимости инди-

видуальности, человеческого общения и т.п. Выразителями подобных умонастроений и идеалов неформалы считают своих кумиров — рок-музыкантов, знаменитых актеров, поэтов и писателей, чья жизнь служит для них воплощением Абсолюта, истины, идеалов.

Ключевыми функциями молодежных паломнических ритуалов являются мировоззренческая (выработка идейных основ бытия), социальная и психологическая (достижение участниками путешествий социокультурной и психологической самоидентификации).

Традиционное строение имеет план выражения в паломничестве неформалов.

Персонажный код репрезентируют, с одной стороны, сакральные фигуры (объекты поклонения), с другой стороны — участники путешествий (субъекты). В качестве объектов поклонения за рубежом выступают легендарная ливерпульская четверка «Битлз», Элвис Пресли, в России 1970 —90-хгг. — звезды отечественной рок-культуры Борис Гребенщиков (БГ)г Виктор Цой, Александр Башлачев и др. Субъектами являются представители разнообразных молодежных объединений, для которых одним из способов самореализации становится духовное общение с кумиром.

Действия, совершаемые в паломнических ритуалах неформальной молодежи (акциональный код), разнообразны. В самом общем виде они предполагают сам процесс передвижения в пространстве по направлению к сакральному объекту (автостоп, езда «на собаках» — перекладных электричках), зажигание свечей, возложение на место паломничества предметов, наделяемых магическим значением, произнесение или слушание символических текстов, чтение стихов, исполнение песен.

В картине мира и ритуальной практике неформалов центральное место занимает пространственный код, в котором выделяется два рода объектов, имеющих символическое значение: культовые места и сам путь к святыне.

Значение сакральных локусов имеют мемориальные места и могилы духовных лидеров (сакральная география, связанная с группой «Битлз», жизнью и творчеством Элвиса Пресли, культовые места Ленинграда — Петербурга — сердца российской рок-культуры, могилы молодежных кумиров и др.).

Культ дороги и других пространств перехода связывается с доминирующим в самосознании неформалов образом странника. Странническое самосознание объективируется в практике трассы (путешествий автостопом, «на собаках» и прочими способами), которую Т.С. Щепанская считает аналогом инициации4.

Временной код. Как правило, это даты рождения либо смерти кумира, хотя подобным ритуалам свойственна нестрогая временная прикрепленность.

Предметный код в ритуалах неформалов образуют детали одежды (джинсы, феньки, цветные ленточки, колокольчики, значки у хиппи, кожанки у байкеров, кожаная одежда с металлическими украшениями у металлистов и др.), атакже предметы, приносимые к месту паломничества (цветы, сигареты, свечи, напитки, гитары). Поклонники могут также оставлять кумиру письма, в которых они обращаются к нему как к живому, либо листки с посвященными ему стихами.

В культовом месте неформалы обычно читают стихи, исполняют песни, как правило, принадлежащие кумиру либо посвященные ему (вербальный, музыкальный коды]. Нередко в таких ситуациях звучат фонозаписи песен в исполнении самих знаменитых певцов. Кроме того, произносятся словесные формулы, представляющие собой обращения паломников к сакральной фигуре либо выражающие отношение к ней. Все эти тексты имеют типологические соответствия в архаических ритуалах.

Изобразительный. Обычно значимые точки ритуального пространства маркируются типичными для фольклора и граффити неформалов символами (дорожные знаки, пацифики и др.), а могилы кумиров

— их фотографиями, графическими портретами, изображениями гитары и т.п.

Таким образом, в светском паломничестве обнаруживаются те же структурно-типологические черты ритуала, что и в паломничестве религиозном.

Итак, изложенные наблюдения позволяют сделать следующие выводы.

1. Сущностью паломничества (как религиозного, так и в светского), обособляющей его от других видов путешествий, является наличие в содержательном и формальном аспектах сакрального начала.

2. На всех исторических этапах своего развития паломничество представляет собой ритуал со свойственными ему планами содержания (идеи, имеющие для социума сакральное значение) и планами выражения (символические языки, посредством которых эти идеи выражаются). Это дает основание считать все подобные путешествия разными историческими формами единого явления.

3. Паломнические ритуалы могут быть дифференцированы на два типа — религиозные и светские, каждый из которых имеет свои разновидности.

4. В историческом развитии паломничества об-наруж ивается преемственность, проявляющаяся вопреки тому, что за свою многовековую историю оно значительно видоизменилось и приобрело новые формы.

5. В настоящий момент культурно-исторические типы паломничества существуют и развиваются параллельно, взаимодополняя друг друга.

Библиографический список

1. Лотман Ю. М. «Договор» и «вручение себя» как архети-пические модели культуры // Лотман Ю.М. Избранные статьи: В трех томах. - Т. 3. - Таллин, 1993. - С. 345-355.

2. Ионин Л.Г. Социология культуры: путь в новое тысячелетие: Учеб. пособие для студентов вузов. - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Логос, 2000. - 431 с. // Цит. по http://www.auditorium.ru/ Ьоокз/301/ЮЫ1Ы

3. Адоньева С. Б. Категория ненастоящего времени: (антропологические очерки). — СПб.: «Петербургское востоковедение», 2001.

4. Щепанская Т. Система: тексты и традиции субкультуры.

- М.: О.Г.И., 2004.

КАЛУЖНИКОВА Екатерина Владимировна, старший преподаватель.

Дата поступления статьи в редакцию: 26.10.2006 г. © Калужникова Е.В.

УДК 008.2

Е. В. АЛЕКСЕЕВА

Ленинградский областной колледж культуры и искусстве

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ПРАЗДНИКИ В КОНТЕКСТЕ ПРАЗДНИЧНОЙ КУЛЬТУРЫ

В статье рассматриваются традиции профессиональных праздников в системе ценностей культуры, проанализированы их истоки в Средневековье, описаны современные праздники, их смыслы, «легенды», «сценарии» в России и за рубежом. Приведены конкретные примеры возрождения трудовой морали и обычаев в России, намечены перспективы изучения феномена профессиональных праздников. Тема праздничной культуры в настоящее время

привлекает все большее внимание как специалистов, так и широкой общественности. Многие исследователи отмечают необходимость систематизации праздников, что позволило бы сориентироваться в широком спектре праздничных красок в религиозной, семейной, социальной, трудовой, бытовой сферах жизни человека. На наш взгляд, для исследования праздника как «зеркала человеческой жизни» целесообразно в первую очередь рассмотреть систему профессиональных праздников ввиду их наибольшей значимости.

В последние годы в период активного формирования организационной культуры предприятий, развития малого и среднего бизнеса термин «профессиональный праздник» расширился, с ним стали связывать также корпоративные торжества, праздничные акции рекламного характера — иными словами, мероприятия, направленные на достижение практического или коммерческого эффекта. Как рутинное слово «работа» превратить в поэтическое «дело всей жизни»? «Можно фиксировать противоречие между тяготением к практике, к производству материальных благ, с одной стороны, и к поведению, исключающему всякое стремление к пользе, к практическому эффекту — с другой. Возможно, каждый человек хочет эти стремления уравновесить, гармонизировать...»! 1]. Это уравновешивание, безусловно, находит место в трудовом празднике. «Праздник не поддается никакому утилитарному осмыслению (как отдых, разрядка и пр.). Праздник как раз и освобождает от всякой утилитарности и практицизма; это — временный выход в утопический мир. Нельзя свести праздник и к определенному ограниченному содержанию (например, к отмечаемому праздником историческому событию) - он вырывается за пределы всякого ограниченного содержания...»[2].

Трудно сказать, когда из праздничной системы выделились профессиональные праздники, но можно утверждать с уверенностью - они, вопреки существующему мнению, не принадлежат советской идеологии. Во многих странах на протяжении веков люди пытались через сакрализованное праздничное действие оценить результаты своего труда, объявить об удачах, попытаться застраховаться от напастей.

В Японии с 1873 года отмечается Праздник труда. Он объединяет все виды трудовой деятельности. В основе праздника лежит почитание труда - японцы благодарят друг друга за ту посильную помощь, которую они внесли в развитие общества. Они искренне радуются своим успехам и желают другим многих лет достойной и долгой жизни. В Австралии с 1856 года 3 октября празднуют День восьми часов. Исто-

рия этого прйзднрка восходит к учению британского социалиста-утописта Роберта Оуэна, по мнению которого идеальная человеческая жизнь уравновешивается и трудом, и отдыхом. В Болгарии 14 февраля — Трифон Зарезан, Праздник виноградарей, уходящий своими корнями в античные времена. По традиции в этот день подрезали лозу, чтобы получить осенью большой урожай, поэтому святого Трифона в Болгарии и называют Зарезан (Подрезанный). Сейчас День святого Трифона празднуют не только виноградари, но и садовники, огородники и владельцы винных таверн. Подобные праздники веками существуют во многих странах виноделов.

В Испании в провинции Кадис проходит ежегодный Праздник коней, существующий со времён Средневековья. Сегодня разведение коней и верховая езда в этих местах активно культивируются: Королевская андалузская школа искусства верховой езды, конезавод в Картухе, военный конезавод и многие другие передают мастерс тво новым поколениям профессионалов. Ежегодно в городе Херес де Ла Фрон-тера вручается премия «Золотой копь» в знак признания заслуг по сохранению чистоты конных пород и продвижению верховой езды как вида спорта, к празднику часто приурочиваются Международные соревнования верховой езды.

Безусловно, возникновение профессиональных праздников связано с выделением из общего трудового процесса отдельных ремёсел, профессиональных занятий и специальностей.

Варианты понимания слова «профессия» в научных и научно-практических текстах разнообразны и диктуются сферой исследования. В психологии она осмысливается как область приложения физических и интеллектуальных сил человека, как определенная квалификация, опьггносгь специалиста, в истории - как общность людей, занимающаяся конкретным ремеслом в определённый период исторического развития, в социологии - как система выполняемых человеком трудовых функций, как социально фиксированный трудовой пост. Но этот термин невозможно отделить от нравственных корней, от духовной составляющей. Этимологически слово «профессия» восходит к латинскому ргоШеоп — «говорить публично», что осмысливалось в свое время как «объявлять другим о своем деле, занятии, специальности». Уже в наименовании скрыт нравственный смысл - публично можно заявлять только о том, с чем у человека связано чувство гордости, чтобы привлечь внимание общества, чтобы кто-то узнал в продукте деятельности предмет своей потребности, чтобы состоялся диалог, обмен ценностями. Таким образом, в становлении феномена профессии исконно заложены и культурологические смыслы.