Этические и правовые принципы профессиональной деятельности журналиста в глобализирующемся пространстве

О. В. ФЕДОТОВА ЭТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ

ПРИНЦИПЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖУРНАЛИСТА В ГЛОБАЛИЗИРУЮЩЕМСЯ ПРОСТРАНСТВЕ

Ключевые слова: глобализация, тенденции, журналистика, Кодекс профессиональной этики журналиста, международные принципы журналистской деятельности, региональные СМИ, средства массовой информации

Key words: globalization, trends, journalism, code of professional ethics of journalists, international principles of professional ethics in journalism, regional media, mass media

В статье рассматривается проблема соблюдения печатными СМИ Поволжского региона этических и правовых норм в условиях глобализации информационного пространства, анализируются положения Кодекса профессиональной этики журналиста и международных принципов журналистской деятельности.

The paper considers the issue of observance of ethical rules and legal regulations by the print media in the Volga region under the circumstances of globalization of information space, and analyzes the provisions of the Code of Professional Ethics of journalists and the International Principles of Professional Ethics in Journalism.

Моральный характер свойствен практически всем видам человеческой деятельности. В одних ситуациях это проявляется более иллюзорно, неощутимо, в других — весомо и реально. Средства массовой информации (СМИ) здесь также не являются исключением. Ежедневно в них собирается и представляется на суд аудитории определенная «социальная выжимка» из моральных устремлений, понятий, бытующих в обществе, что позволяет говорить о регулярном мониторинге общественных нравов, осуществляемом силами масс-медиа и являющемся отправной точкой для научных выводов.

Более того, журналистика имеет право как осуждения, так и одобрения отдельных явлений, событий окружающей действительности, вынесения им определенного морального приговора. Цель журналистики — дать аудитории четкие нравственные ориентиры, которыми можно руководствовать-

ФЕДОТОВА Ольга Викторовна, доцент кафедры журналистики Мордовского государственного университета, кандидат философских наук.

ся в жизни, в конкретных поступках, что представляется особенно важным в процессе развития современного универсума. Подобное положение не должно означать откровенного манипулирования общественным мнением со стороны СМИ, но это утверждение будет справедливым лишь в том случае, если целью СМИ станет исключительно общественное благо.

Необходимо иметь в виду, что вердикты СМИ (в виде медийных продуктов) не обладают реальной юридической силой. Например, пресса может только осудить или одобрить тот или иной поступок, событие, явление. Иных возможностей у нее нет. Но на практике нередко сам факт публичного осуждения вызывал у провинившихся гораздо больший страх и оказывался более действенным, чем процедура суда, основанная на строгости закона. К сожалению, в 90-х гг. XX в. авторитету СМИ был нанесен непоправимый урон — «злободневных», как казалось, выступлений стало настолько много, что общественность просто устала обращать на них внимание. Последствия подобной «перекормленности» негативной информацией мы ощущаем до сих пор.

Сегодня большинство государственных изданий в регионах стали гораздо спокойнее как по тематике, привлекающей внимание журналистов, так и по форме подачи новостной информации. В то же время не всегда соответствующие этическим нормам публикации в региональных СМИ пока можно обнаружить сравнительно легко. «Группу риска», по результатам нашего исследования печатной прессы Поволжского региона, по-прежнему составляют так называемые «криминальные материалы».

Например, заметка «Табор в кредитах», вышедшая в газете «Советская Чувашия» (Республика Чувашия) 19 августа 2008 г. Поводом для написания медиа-текста послужило судебное разбирательство, связанное с долгами нескольких цыган перед банком. Автор публикации иронизировал над сложившейся ситуацией: «Стоило одному из представителей кочевого народа из Южного поселка Чебоксар взять кредит на покупку навороченного смартфона, как в торговые центры косяком потянулись его соплеменники. Вполуха слушая объяснения менеджеров об условиях кредитования, мужчины и женщины с легкостью заполняли необходимые бумаги и брали по три-четыре кредита на покупку различной дорогостоящей техники»1.

Вполне вероятно, что автор текста находился под воздействием стереотипа: слово «цыган» является синонимом слова «мошенник», тем не менее ему явно не стоило переносить этот криминальный эпизод на всех представителей нации. Еще одна цитата доказывает, что журналист в данном случае весьма невнимательно с этической точки зрения подошел к изложению добытой информации: «Какую-то сумму "ромалэ" вносили в качестве первоначального взноса, и на этом считали себя абсолютно свободными от банковских обязательств»2. Говорить о том, какое отношение сложится у аудитории к цыганам как к нации после прочтения подобной заметки, представляется излишним.

Аналогичными публикациями регулярно отличается и газета «Столица С» (Республика Мордовия). В рубрике «Шок номера» 10 января 2012 г. опубликована корреспонденция «Я сражался с нечистой силой», повествующая о жестокой расправе безработного И. Федосейкина с 77-летней матерью. В медийном тексте в изобилии «красочные» подробности: «Как затем укажут в официальном сообщении, "смерть женщины наступила от травматического шока и множественных переломов", "Буквально, плясал не ней! — рассказывают соседи. — Все косточки переломал. И она, обездвиженная, ничего поделать не могла. У Марии Ефимовны ведь только одна рука работала!", "Я там был понятым! — произносит мужчина по имени Григорий. — Но даже не смотрел, а только отворачивался... Такая картина, что даже вспоминать не могу! Ужасное зрелище."»3.

Автор явно хотел создать сенсацию из убийства на бытовой почве, совершенного к тому же неадекватным человеком, состоящим на учете в психиатрической больнице, ужаснуть аудиторию, так как больше ничем нельзя обосновать необходимость присутствия в этой публикации жутких подробностей убийства. А о том, что подобное «творчество» в некоторых случаях (когда речь идет о психически неуравновешенных людях) само провоцирует преступления, журналист как-то забыл.

Регулирование подобных криминальных ситуаций однозначно находится в ведении права. В предназначении журналистики присутствует социально-управленческое начало, так как СМИ недвусмысленно участвуют в формировании общественного мнения, которое призвано выполнять функцию

социального контроля, определенным образом регулируя и воздействуя на решения и действия общественных институтов и органов власти. Таким образом, долгом СМИ является поддержка законов как главных защитников общественных интересов. Но, как показывают описанные примеры, взаимоотношения журналистов и редакций с правом еще не настолько безоблачны.

Как правило, в большинстве исков, поданных против СМИ, журналисты обвиняются в нанесении персонажам своих текстов морального вреда. Немаловажной причиной подобной правовой малограмотности становится нежелание владельцев, редакторов региональных СМИ приглашать на работу людей, получивших профессиональное образование и, следовательно, имеющих необходимую для журналистской деятельности сумму правовых знаний. Это связано в основном с финансовыми причинами, а именно с вполне понятным предпринимательским желанием сэкономить на заработной плате, так как представляется совершенно очевидным, что неспециалист, жаждущий любой ценой «засветиться» в СМИ, и недоучившийся студент будут «стоить» явно дешевле и предъявлять меньше требований, чем уверенный в себе профессионал.

Подобная ситуация характерна практически для всего Поволжского региона. В Республике Мордовия, например, где уровень заработной платы сравнительно невысок, журналистика постепенно становится откровенно «детской» — средний возраст работников СМИ составляет за малым исключением 18—25 лет, в результате проблема регулирования журналистской деятельности остается по-прежнему открытой, и здесь немаловажную роль должна играть профессиональная этика.

Этика с точки зрения регуляции и саморегуляции журналистики в определенном смысле дополняет то, что по тем или иным причинам оказывается за рамками права, и эта функциональная нравственно-юридическая синкретичность является вполне закономерной по всем канонам прогрессивного общественного развития. При этом право в большей степени задействовано в целях регуляции деятельности прессы, а этика — ее саморегуляции.

Однако в российских условиях подобный механизм пока еще не функционирует в полную силу. В немалой степени это объясняется определенной подвижностью российского

законодательства в целом. Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации» также подвержен постоянным изменениям и совершенствованию, как и любой другой, и далеко не всегда и не все его положения выполняются беспрекословно.

Что касается профессиональной этики, то здесь все обстоит еще более сложно, так как система гражданского общества в России, от существования которой напрямую зависит и дееспособность механизма регуляции и саморегуляции журналистской деятельности, находится пока в зачаточном состоянии. Кроме того, моральные нормы профессионального поведения в общих процессах глобализации также «стремятся» к единому знаменателю.

Эта ситуация в полной мере отражается на деятельности региональных СМИ. На их примере можно четко проследить две противоположные тенденции глобализационного процесса: стремление к единению и унификации, с одной стороны, и отстаивание местных, региональных интересов — с другой.

Факт принятия отечественными СМИ Кодекса профессиональной этики российского журналиста может свидетельствовать о включении наших СМИ в глобализационный процесс. Традиционно отечественные СМИ не имели четко оформленного свода нравственных предписаний, хотя положительная моральная ориентированность и ответственность за своего читателя, зрителя, слушателя, как правило, сохранялись. Кодекс профессиональной этики полностью согласован и перекликается с международными принципами журналистской деятельности, которые обсуждались и были утверждены международными журналистскими организациями в период с 1978 по 1983 г. Общие нормы и правила поведения описаны в таких документах, как Международная декларация принципов поведения журналистов (принята Конгрессом Международной федерации журналистов в 1954 г. и отредактирована на сессии Конгресса МФЖ 1986 г.) и Международные принципы профессиональной этики журналиста (приняты на консультативной встрече международных и региональных журналистских организаций в Париже 20 ноября 1983 г.).

Если провести сравнение положений последнего документа и Кодекса профессиональной этики российского журналиста, то без труда можно обнаружить сходство между некото-

рыми нормативами. Например, принцип 3 международного варианта этических норм масс-медийной деятельности декларирует социальную ответственность журналиста. Здесь подчеркивается, что информация в любом случае должна пониматься как общественное благо, а не как предмет потребления. Журналист таким образом отвечает перед обществом за передаваемые им сообщения. В п. 3 Кодекса профессиональной этики российского журналиста говорится о том, что журналист распространяет и комментирует только ту информацию, в достоверности которой он убежден, и прилагает все силы к тому, чтобы не нанести ущерба кому-либо неполнотой или неточностью передаваемых им сообщений, а также намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений4.

Принцип 4 Международных принципов профессиональной этики журналиста требует от работника СМИ высокой профессиональной честности, которая дает ему право воздерживаться от противоречащей его убеждениям работы, не раскрывать свои источники информации и уважать частную интеллектуальную собственность, т. е. не допускать в своих материалах плагиата5. В свою очередь Кодекс профессиональной этики российского журналиста рекомендует отечественным работникам прессы соответственно в п. 4, 8 и 9 «сохранять профессиональную тайну в отношении источника информации полученной конфиденциальным путем...», «уважать и заставлять уважать авторские права, вытекающие из любой деятельности... Используя каким-либо образом работу своего коллеги. ссылаться на имя автора» и «в том, что касается выполнения профессионального долга, признавать юрисдикцию только своих коллег, отвергая любые попытки давления и вмешательства со стороны правительства или кого бы то ни было».

Принцип 6 Международных этических предписаний настаивает, что работник масс-медиа должен «уважать достоинство человека и его право на частную жизнь, в соответствии с требованиями международного права и национальных законов защищать права человека и его репутацию от оскорблений, клеветы, ложных обвинений». В свою очередь российский кодекс в п. 5 предписывает журналистам «уважать честь и достоинство людей, которые становятся объектом их

профессионального внимания; безусловно избегать употребления оскорбительных выражений, могущих нанести вред моральному и физическому здоровью людей».

Принцип 8 Международных принципов профессиональной этики журналиста рекомендует всем представителям этой профессии «с уважением относиться к отличительным особенностям, ценностям и достоинству каждой национальной культуры, а также к праву народов свободно выбирать и развивать свою политическую, социальную, экономическую и культурную системы». Кодекс же профессиональной этики российского журналиста в п. 5 обращает внимание на то, что журналист, выполняя свои профессиональные обязанности, «противодействует экстремизму и ограничению гражданских прав по любым признакам, включая признаки пола, расы, языка, религии, политических или иных взглядов, равно как социального и национального происхождения».

Принимая во внимание представленные примеры, можно без труда обнаружить вполне определенное сходство между двумя документами. Это, на наш взгляд, свидетельствует о том, что отечественное медийное сообщество начало в полной мере ощущать себя частью глобализированной информационной системы и делать все, чтобы быть ее полноправным членом.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Табор в кредитах // Сов. Чувашия. 2008. 19 авг.

2 Там же.

3 Ярцев В. Я сражался с нечистой силой // Столица С. 2012. 10 янв.

4 См.: Кодекс профессиональной этики российского журналиста. URL: http://www.ruj.ru/about/codex.htm (дата обращения: 15.12.2013).

5 См.: Международные принципы профессиональной этики журналиста. URL: http://www.ruj.ru/about/codex.htmut/codex.htm (дата обращения: 10.12.2013).

Поступила 04.02.2014.

O. V. Fedotova. Ethical and Legal Principles of Professional Activities of a Journalist in the Globalized Space

A moral aspect is characteristic for all kinds of human activities. Mass media are no exception as their main goal is to give the audience clear moral guidelines that can be used in different situations.

Unlike 1990's, today, the majority of state publishers in the regions became much balanced on the subject and form of presentation of the news. At the same time, one can still relatively easily find articles in the regional press which are not corresponding to the ethical standards. In most lawsuits filed against media, journalists were accused of causing moral damage the characters of their texts. The professional ethics of journalists is designed to solve this problem, supplementing what for various reasons was left beyond the law. This functional moral and legal syncretism is well proven in the world journalist practice while there are objective difficulties with its implementation in Russia.

However, the Russian media has been actively involved in the process of globalization. This is evidenced by the fact they adopted the Code of Professional Ethics of the Russian journalist. Traditionally, Russian media had no clearly defined set of moral prescriptions, although the positive moral orientation and responsibility for the reader, viewer, listener, as a rule, remained. The Code of Professional Ethics is fully harmonized and it coincides with the international principles of professional ethics in journalism, approved by the international journalist organizations in the period from 1978 to 1983. This proves that the local media community has begun to fully feel a part of a globalized information system and to do everything to be its full member.

FEDOTOVA Olga Viktorovna, Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor at the Department of Journalism, National Research Ogarev Mordovia State University (Saransk, Russian Federation).