Шведская модель пенсионного накопления

Сегодня на своем очередном заседании правительство собирается рассмотреть последний из пакета пенсионной реформы законопроект "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в РФ". О том, что будет происходить с пенсионными накоплениями граждан после начала реформы, корреспонденту Ъ КОНСТАНТИНУ Ъ-АНОХИНУ рассказал автор законопроекта, первый замминистра экономического развития и торговли МИХАИЛ ДМИТРИЕВ.
       
       — Насколько кардинально отличается представленный вариант законопроекта об инвестировании пенсионных накоплений от тех, которые ранее отправлялись на доработку?
       — Эти варианты мало чем отличаются. Принципиальная схема движения средств, когда деньги идут от налогоплательщика в ПФР, а оттуда в управляющие компании под контролем спецдепозитария, остается. Что действительно изменилось, так это участие застрахованных лиц в процессе инвестирования. Последняя редакция закона делает застрахованных лиц активными участниками этого процесса и позволяет выбирать управляющие компании, а вместе с ними и инвестиционный портфель.
       — Когда же возникает у застрахованного гражданина такое право?
       — С самого начала действия этого закона, то есть с 1 января 2002 года. Но механизм его реализации таков, что впервые по заявлениям застрахованных лиц средства на счета управляющих компаний смогут быть направлены только в конце 2003 года.
       Связано это просто с особенностями учета пенсионных накоплений на счетах застрахованных, поскольку механизм персонифицированного учета не позволяет разносить средства по счетам граждан в режиме реального времени. Предлагаемая нами модель управления пенсионными накоплениями похожа на шведскую: она предполагает только ежегодное разнесение всех страховых взносов, уплаченных за застрахованное лицо в течение года. Соответственно, до тех пор, пока мы не узнаем, сколько денег за конкретного человека было уплачено в прошлом году, мы не в состоянии перечислить по его заявлению какие-то средства, потому что они обезличены. А в окончательном виде такая информация по итогам года, когда были уплачены взносы, может появиться не ранее середины следующего. Отсюда и возникает этот 18-месячный, если хотите, карантин, в течение которого средства, уплаченные в виде накопительных взносов за очередной год, инвестируются особым способом. То есть в этот период они не могут быть направлены управляющей компанией по выбору застрахованного, поскольку неизвестно, кому они начислены, к кому из застрахованных они относятся. Поэтому в эти 18 месяцев средства должны инвестироваться в максимально надежные, может быть, не очень высокодоходные, но достаточно ликвидные инструменты. Естественно, это будут государственные ценные бумаги. А уже по окончании этого срока все эти средства могут быть изъяты из государственных ценных бумаг и переведены в ту управляющую компанию, в которой застрахован гражданин.
       Таким образом, впервые наши застрахованные граждане смогут подать заявление с пожеланием размещения их накопленных средств только в начале 2003 года, то есть ближе к тому моменту, когда у нас появится полная информация об объеме накоплений, перечисленных работодателями на накопления в течение 2002 года.
       — А сколько времени займет сам процесс размещения денег застрахованного?
       — В принципе, конечно, между подачей заявления и началом перечисления средств может пройти относительно небольшой срок. Но здесь возникает достаточно сложная проблема, которую нельзя игнорировать. Дело в том, что в этой системе у нас возникает некоторая цикличность перечисления средств на инвестирование. Грубо говоря, взносы у нас поступают почти непрерывно, а передача их управляющим компаниям на инвестирование происходит всего лишь раз в год. Получается, что ежегодно довольно значительная сумма средств (по итогам 2002 года она будет примерно равна $1 млрд) должна быть перечислена на счета управляющих компаний. А те, в свою очередь, разместят их в какие-то финансовые активы. Понятно, что такая сезонность или цикличность, конечно, может отразиться на конъюнктуре финансовых рынков. Именно поэтому вопрос о сроках пока оставлен открытым. С точки зрения предотвращения таких конъюнктурных всплесков на финансовых рынках, возможно, имеет смысл подумать о том, чтобы средства перечислять постепенно. Но этот вопрос пока в законе оставлен открытым в виде отсылочных норм.
       — Насколько широк у гражданина выбор инвестиционного портфеля для размещения своих накоплений?
       — Сейчас в законопроекте на этот счет содержатся достаточно либеральные нормы. Там есть перечень разрешенных и запрещенных активов. Перечень разрешенных активов достаточно широк. При этом ограничения по структуре портфеля (структуре вложения одной управляющей компании, которая содержится непосредственно в законе) напрямую касаются только инвестиций за рубежом. Не более 20% от портфеля. По всем остальным объектам закон ограничений не устанавливает. Они в принципе могут быть установлены правительством России, но я не думаю, что эти ограничения будут слишком жесткими. С появлением у граждан права выбора инвестиционного портфеля в этом нет особой необходимости.
       — Одной из причин недовольства представителей РСПП законопроектом было, по их словам, обилие в нем отсылочных норм. Удалось ли как-то учесть эти замечания?
       — Совершенно верно. Буквально на днях у себя в Минэкономразвития мы уже провели совещание и сейчас имеем конкретные предложения, какого рода положения могут быть превращены в нормы прямого действия. Прежде всего, это касается пожеланий непосредственно в законе сформулировать большинство требований к участникам процесса инвестирования из негосударственного сектора. Такого рода требования у нас уже сформулированы в виде правовых норм, и нам нетрудно их вставить в закон. Если, конечно, на то будет согласие правительства.
       — То есть предложенный Минэкономразвития законопроект пока все же рано называть компромиссным, удовлетворяющим все стороны финансового рынка?
       — Учитывая то, что этот законопроект завизирован без замечаний всеми ведомствами, которые участвовали в его разработке, я думаю, что острых дискуссий уже не будет. Основные нарекания и вопросы вызывает со стороны НПФ и страховых компаний то, что возможность их участия в качестве посредников реинвестирования накопленных средств содержится лишь в виде отсылочных норм. То есть это требует принятия отдельных федеральных законов.
       — Что же помешало и здесь избежать отсылок?
       — Предложения прописать это в виде норм прямого действия в данном законопроекте были. Но, скажу честно, технически мы просто к этому не готовы. Сейчас параллельно с законом об инвестировании идет другой закон — о профессиональных пенсионных системах, который мыслился как некий пилотный проект или экспериментальная площадка для экспериментальной отработки участия частного сектора в обязательных накопительных системах. И на примере этого закона мы видим, сколько там подводных камней и сложностей. Поэтому посчитали, что детально прописывать в законе об инвестировании нормы прямого действия для НПФ и страховых компаний сегодня было бы довольно рискованно. Все-таки они пока не в полной мере готовы к такого рода масштабным операциям.