Способы перевода фразеологических единиц c национально-культурной коннотациейв рассказах А. П. Чехова (на материале французского языка)

11. Федоров, А.В. Обладает ли современная молодежь стихийно сформированным высоким уровнем медиакомпетентно-сти? // Медиаобразование - 2014 - № 2 - С. 82-88.

12. Эйзенштейн, С.М. Избранные произведения. В 6-ти томах - М.: Искусство, 1964-1971. Т. 3.

В.А. Лавриненко

СПОСОБЫ ПЕРЕВОДА ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ C НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ КОННОТАЦИЕЙВ РАССКАЗАХ А.П. ЧЕХОВА

Аннотация. Анализируя переводческие соответствия русских фразеологизмов, автор приходит к выводу, что наличие национально-культурной коннотации в структуре значения русского фразеологизма объясняет отсутствие фразеологического эквивалента во французском языке, а дословные или описательные переводы, передающие смысл исходных фразеологизмов, значительно уступают оригиналу в эмоциональности и экспрессивности.

Ключевые слова: Фразеологизм, национально-культурная коннотация, переводческие соответствия, фразеологический и нефразеологический переводы, фразеологический эквивалент, безэквивалентный фразеологизм, контекст, калькирование, описательный перевод.

V.A. Lavrinenko

THE WAYS OF TRANSLATION OF FRASEOLOGICAL UNITS WITH NATIONAL AND CULTURAL CONNOTATION IN THE STORIES BY A.P. CHEKHOV

Abstract. Analyzing translation equivalents of the Russian phraseological units the author comes to a conclusion that the existence of a national and cultural connotation in the structure of meaning of the Russian phraseological unit explains the lack of a phraseological equivalent in French, and the literal or descriptive translations conveying meaning of initial phraseological units considerably concede to the original in emotionality and expressivity.

Key words: phraseological units, a national and cultural connotation, translation equivalents, phraseological and non-phraseological translations, phraseological equivalent, nonequivalent phraseological unit, context, calquing, descriptive translation.

Фразеологизм - это особый знак языка, у которого есть не только языковое значение, но и культурная коннотация, которая, как считает Е.Ф. Арсентьева, проявляется на трех уровнях: 1 - в совокупном фразеологическом значении; 2 - в значении отдельных лексических компонентов; 3 -в прямом значении свободного словосочетания, которое было образно переосмыслено [1, 52]. Рассмотрим кратко проявление национально-культурной коннотации на каждом из трех уровней. Отсутствие эквивалента в сопоставляемом языке объясняется национально-культурной спецификой совокупного значения фразеологизма, что является результатом избирательности фразеологической номинации народа - носителя языка. Национально-культурная коннотация второго уровня создается наличием специфических для данного народа слов в компонентном составе фразеологизма. Национальная специфика фразеологизмов третьего уровня отражает историю народа, традиции, обычаи, характер

Предметом нашего исследования являются переводы на французский язык фразеологизмов с национально-культурной коннотацией, обнаруженных в таких рассказах А.П. Чехова, как «Ионыч», «Попрыгунья», «Степь», «Дом с мезонином», «Человек в футляре» и некоторых других в переводах В. Волкоффа, Дени Роша и Колетт Стоянов. Образное основание фразеологизма часто отражает особенности национального менталитета, нравов, обычаев. Ассоциативные представления, закрепленные за предметами реальной действительности, обусловлены национальными и культурными традициями, а это часто порождает несоответствие метафорического переноса в разных языках. Среди фразеологизмов, возникших на национальной почве в разных языковых сообществах, С. Флорин и С. Влахов выделяют две группы ФЕ: (1) ФЕ, созданные на одном и том же образе, и (2) на разных образах, иногда до полного несоответствия метафоричности [5, 189]. Путем анализа переводческих соответствий ФЕ с национально-культурным компонентом мы попытаемся определить, какими приемами и способами пользовались переводчики, чтобы добиться адекватного перевода исходной ФЕ.

Общеизвестно, что целью перевода художественного текста является не механическая подстановка единиц переводящего языка вместо единиц исходного языка, а передача своеобразия стиля автора средствами своего языка. Для семантизации любых языковых единиц, а особенно для

семантизации фразеологизма, огромную роль играет контекст, так как значение ФЕ реализуется в контексте, и именно в контексте многозначный фразеологизм употребляется в одном из своих значений, в прямом или в переносном смысле. Общеизвестно, что фразеологизмы занимают одно из первых мест среди трудностей перевода. В своем известном труде «Непереводимое в переводе» С. Флорин и С. Влахов обозначили основные проблемы, связанные с переводом фразеологизмов: 1 - распознавание фразеологизмов в тексте; 2 - трудности восприятия распознанной единицы; 3 -недостаточное владение иностранным языком [5, 181-182].

Героями рассказов А.П. Чехова являются люди из разных социальных слоев, от представителей дворянства до неграмотного крестьянина. Их речь насыщена эмоционально -экспрессивной лексикой, встречаются просторечные выражения, архаизмы, фразеологизмы, грубые слова, различные метафоры. Этот пласт лексики и составляет наибольшие трудности для переводчика. Употребление фразеологизмов в речи объясняется тем, что они отражают систему общенациональных моральных ценностей, которые традиционно определяют восприятие мира человеком. О.И. Глазунова подчеркивает, что обращение к традиции всегда превалировало и что фразеологизмы всегда употребляются в качестве обоснования или подтверждения какого-либо высказывания, или же для его смягчения [6]. Обладая стилистической направленностью, маркированностью лексических компонентов и эмотивным значением, фразеологизмы выполняют функцию воздействия на собеседника. Отрицательная или положительная коннотации значения фразеологизма помогают персонажу выразить свое отношение к происходящему.

Но трудности перевода ФЕ обусловлены не только их лингвистической природой, но и тем, что одним из компонентов значения многих фразеологизмов является национально -культурный или этнокультурный компонент. Поэтому для эквивалентного воспроизведения образных фразеологических единиц и выбора соответствия в ПЯ необходимо учитывать национально-этнический компонент значения фразеологизма. Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров подчеркивают, что национально-культурная семантика языка присутствует на всех языковых уровнях, но наиболее ярко она представлена у так называемых строевых единиц языка - слов, фразеологизмов и языковых афоризмов [4, 89]. В.Н. Телия пишет, что культурная память образа, мотивирующего значение фразеологизма, служит той «нишей», в которой культура живет во фразеологизмах как языковых знаках [9, 781]. Уточним, что связь языка с национальной культурой осуществляется через национально-культурную коннотацию значения ФЕ. Национально-культурная коннотация присутствует прежде всего в семантике тех фразеологизмов, которые отражают конкретную страноведческую информацию и в составе которых имеются безэквивалентные национально маркированные элементы. Без страноведческого или этимологического комментария внутренняя форма подобных ФЕ остается неясной представителям других языковых сообществ. Например: Демьянова уха, ободрать как липку, не поминать лихом и др.

Следует отметить, что не все фразеологизмы одинаково отражают культуру: так как существуют универсальные концепты, известные всем лингвокультурным сообществам, и национальные концепты, известные лишь некоторым лингвокультурным сообществам, а также универсальные концепты с национальной окраской. Итак, не все фразеологические единицы могут стать носителями культурно-национальной информации: речь идет о тех фразеологизмах, которые, будучи национальными в плане выражения, в плане содержания являются достоянием мировой культуры и цивилизации [7, 81].

В переводческой практике традиционно выделяют две группы перевода фразеологизмов: I - фразеологический перевод, или эквиваленты, когда исходный фразеологизм переводится фразеологическим соответствием в переводящем языке или аналогом; эквиваленты могут быть полными, частичными или выборочными; II - нефразеологический перевод, или безэквивалентный, когда в ПЯ нет фразеологического соответствия, и значение соответствующего фразеологизма передается дословным переводом (калькируется), описательным переводом, свободным сочетанием слов или лексическим переводом. Особо выделяется контекстуальный перевод фразеологический единицы. Большое значение при переводе фразеологизмов играет контекст, так как только в контексте проявляется одно из значений многозначных фразеологизмов, и только контекст позволяет переводчику подобрать необходимое соответствие оригиналу.

I. Естественно, почти не возникает трудностей при переводе интернациональных фразеологизмов, которые имеют в ПЯ фразеологические эквиваленты, полные, выборочные или частичные, а также аналоги. Проанализируем несколько примеров:

1. Людей одиноких по натуре, которые как рак отшельник или улитка стараются уйти в свою скорлупу, на этом свете немало [12, 248]. - Les êtres humains solitaires par nature, qui comme le bernard-l'hermite ou l'escargot cherchent à rentrer dans leur coquille, ne manquent pas dans ce bas monde [15, 857]. Фразеологизм rentrer dans sa coquille соответствует контексту и являет собой наглядный образец полного эквивалента, совпадающего с оригиналом семантически, структурно, лексически, по образности и стилистически.

2. А оттого .... Матернее молоко на губах еще не обсохло. Купить-то купил шерсть, а чтоб продать - ума нет, молод еще [11, 775]. - Parce que. Si on lui pressait le nez, il en sortirait du lait. La laine, il l'a bien achetée, mais pour la vendre, il ne sait pas, il est trop jeune [15, 431]. Несмотря на структурные, лексические отличия и другую внутреннюю форму мы рассматриваем французскую ФЕ si on lui pressait le nez, il en sortirait du lait (досл. если бы ему сдавили нос, из него бы потекло молоко) как частичный эквивалент, так как ее фразеологическое значение полностью совпадает со значением русской ФЕ. В основе образа этих фразеологизмов лежит метафора, уподобляющая неопытного, несамостоятельного и безответственного молодого мужчину грудному ребенку, который питается грудным молоком и который своим поведением вызывает ироничное отношение к себе. Фразеологизм раскрывает также представление о мужчине, слишком рано занявшем ответственный пост, некомпетентность которого вызывает насмешки коллег [3, 373; 18, 547]. Однако Де-ни Рош при переводе данного фразеологизма использует калькирование: Pourquoi? Il a encore le lait de sa mère sur ses lèvres (досл. на его губах еще молоко матери) [17, 37]. Это делает речь персонажа менее выразительной, образность фразеологизма частично сохранена, и носитель французского языка воспримет правильно смысл, заключенный в данной ФЕ.

Наибольшие трудности возникают при переводе фразеологизмов, отражающих универсальный концепт, образность которых основана на культурно-национальном компоненте, через который проявляется национальный менталитет. Подобрать фразеологическое соответствие в ПЯ трудно, но возможно. Например:

3. - Хлеб да соль, братцы [11, 307]! - Bon appétit, les gars [14, 772]! В. Волкофф и Дени Рош дают одинаковый перевод данного приветствия, подобрав ему словарное соответствие. Оба фразеологизма имеют одинаковое значение: пожелание приятного, хорошего аппетита тому, кого застали за столом. Только русская формула пожелания, национально-культурный компонент, которой выражен словами «хлеб» и «соль», больше соответствует ситуации (ужин у костра в поле) и историческому контексту (конец 19 века, простые крестьяне не могли употреблять формулу «Приятного аппетита!»). Формула «Хлеб да соль» более важна и значима для крестьян, она заключает в себе также пожелание того, чтобы эти продукты всегда были на столе, так как они являются гарантом защиты от голода. Мы можем констатировать, что данный эквивалент, несмотря на то, что он предлагается в словарях, совершенно не подходит данному контексту, и переводчикам следовало бы искать другие пути перевода устоявшейся формулы приветствия хлеб да соль.

II. Возрастает роль контекста при переводе безэквивалентных фразеологизмов, которые имеют ярко выраженную культурную специфику. А.М. Червоный называет такие фразеологизмы «русские прецедентные тексты» [13, 147-148]. В этом случае переводчики используют нефразеологические соответсвия, цель которых - передать на французском языке содержание русского фразеологизма. Вот несколько примеров:

1. Не поминать лихом - вспоминая не думать и не говорить плохо о ком-либо.

а) - Я буду о вас думать. вспоминать - говорила она. - Господь с вами, оставайтесь. Не поминайте лихом. Мы навсегда прощаемся, ... [12, 309]. - Je vais penser à vous, me souvenir...disait-elle. Dieu vous garde. Restez. Sans rancune. Nous nous quittons pour toujours, ... [15, 912]. Sans rancune -лексический перевод, (досл. без злопамятства). Можно также перевести устоявшимся выражением «Забудем прошлое!».

Тот же контекст, но другой переводчик: - Je penserai... je repenserai à vous, fit-elle. Dieu vous garde... N'ayez pas trop mauvais souvenir de moi. Nous nous quittons pour toujours, il le faut,... [16, 309]. Переводчик Колетт Стоянов также использует описательный перевод ne pas avoir trop mauvais souvenir de qn (досл. не иметь слишком плохих воспоминаний о ком-то).

Еще пример перевода этого же фразеологизма, но в другом контексте.

б) А хозяйка, баба-то, глядит на нас и говорит: «Вы же, добрые люди, не поминайте нас на том свете лихом и не молите бога на нашу голову, потому мы это от нужды» [11, 305]. - Et la bonne femme, la patronne, elle nous regarde et elle dit : « Vous autres, bonnes gens, quand vous serez de l'autre monde, ne dites pas de mal de nous et ne priez pas le bon Dieu contre nous, parce que c'est le besoin qui nous fait agir » [15, 470]. В данном контексте В. Волкофф употребляет описательный перевод ne pas dire mal de qn (досл. не говорить плохо о ком-либо).

В переводе Дени Роша мы имеем следующий описательный перевод: La patronne nous regarde et dit : »Bonnes gens, n'allez pas dans l'autre monde vous souvenir de nous en mal, et ne priez pas pour que Dieu nous punisse, ce que nous faisons, c'est par nécessité » [17, 102]. Se souvenir de qn en mal (досл. Вспоминать о ком-либо плохо). В трех описательных переводах мы констатируем наличие слов с отрицательной коннотацией - mauvais, mal (дважды).

Небольшую смысловое различие в описательных переводах можно объяснить контекстом: а) диалог любовников в момент расставания навсегда; б) речь хозяйки дома перед предполагаемым убийством постояльцев.. Все три переводчика дают переводы ФЕ не поминать лихом, соответствующие контексту, но они не передают эмоциональности и экспрессивности, заложенной в

русской ФЕ, так как компонент лихо соотносится с демоническим кодом культуры. Это персонифицированное воплощение злой доли, горя, зла [3, 472-473]. Фразеологизм поминать лихом не имеет фразеологических эквивалентов во французском языке.

2. Ехать за семь верст киселя хлебать - без особой нужды отправляться в дальнюю дорогу [8, 223].

Иногда встречаются фразеологизмы, которые переводчик не переводит, считая, что логика изложения не пострадает. Например: -Хочешь вернуться? - спросил Кузьмичев.

- Хо... хочу... - ответил Егорушка, всхлипывая.

- И вернулся бы. Все равно попусту едешь, за семь верст киселя хлебать [11, 259].

Последняя реплика Кузьмичева полностью отсутствует в переводе В. Волкоффа [15, 411], а ведь она раскрывает ироничное отношение персонажа к учебе: за семь верст киселя хлебать, то есть далеко и попусту идти, ехать, тащиться куда-то.

Переводчик Дени Рош прибегает же к дословному переводу, или калькированию, данного фразеологизма: - Et bien, reviens! -... Car c'est là faire un voyage inutile; comme on dit, c'est tout juste faire sept verstes pour manger de la gelée [17, 7]. Дословный перевод в данном случае не передает стилистическую и эмоционально-экспрессивную окраску значения фразеологизма. Сравните: просторечное хлебать (есть жидкое, черпая ложкой, или пить большими глотками, причмокивая) и нейтральное manger; кисель (студенистое жидкое кушанье) и gelée (блюдо, приготовленное на основе желатина, т. е. не кисель в нашем понимании); verste - заимствование в русском языке. Но благодаря контексту, а именно словосочетанию un voyage inutile (бесполезная поездка) смысл данной кальки становится понятным читателю.

3. Вывести в люди - принимая деятельное участие в судьбе кого-либо, помогать ему достичь прочного или высокого положения в жизни [10, 90]; устар. помочь занять хорошее общественное положение [8, 269]; устар. растить, воспитывать кого-либо достойным членом общества [20]. На все четыре стороны - куда угодно, куда только захочется (идти, убираться, отпускать и т. п.) [10, 458]; отпускать, уходить куда-угодно, куда только захочется; на свободу; с миром [9, 399]. Проанализируем теперь переводы этих исконно русских фразеологизмов.

Дочек за хороших людей определил, сынов в люди вывел и теперь свободен, свое дело сделал, хоть на все четыре стороны иди [11, 275].

В. Волкофф - Mes filles, je les ai casées auprès d'hommes de bien, mes fils, j'en ai fait des messieurs, et maintenant je suis libre, j'ai fait mon travail, je peux m'en aller aux quatre vents [15, 432]. Faire des messieurs de qn - досл. сделать господина

Дени Рош - ... j'ai casé mes filles à de braves gens; j'ai fait de mes fils des hommes, et à présent, je suis libre; j'ai accompli ma tâche et puis aller aux quatre points cardinaux [17, 38]. Faire des hommes de qn - досл. сделать мужчин из кого-либо; aller aux quatre points cardinaux — идти в четыре страны света.

Поскольку во французском языке отсутствуют эквиваленты и аналоги ФЕ вывести в люди, оба переводчика используют контекстуальный перевод, который передает основной смысл фразеологизма в данном контексте - важную роль отца в воспитании сыновей людьми достойными уважения общества. Второму фразеологизму идти на все четыре стороны оба переводчика подбирают сходные французские аналоги, образная основа которых имеет лексические отличия и которые не совсем точно передают значение данной ФЕ. Авторы БФСРЯ толкуют значение этой ФЕ следующим образом: отпустить, уходить куда-угодно, куда только захочется; на свободу; с миром. Фразеологизм идти на все четыре стороны характерен для русского фольклора, в частности для русских народных сказок, часто упоминается в ситуациях, связанных с покиданием родного дома, с выходом в «чужой мир». Фразеологизм содержит метафору, выражающую безразличие говорящего к конкретному направлению движения [9, 399-400].

4. Ломать дурака - вести себя вызывающе глупо, часто досаждая своими выходками; веселиться, слегка дурачиться, потешать кого-либо своими выходками. Выражение собственно русское, одно из значений слова дурак - «шут, промышляющий дурью, шутовством» [9, 100-102].

Я теперь жид пархатый и нищий, все на меня смотрят как на собаку, а если бы у меня были деньги, то Варламов передо мной ломал бы такого дурака, как Мойсей перед вами [11, 279]. В. Волкофф - Maintenant je suis un Juif galeux et misérable, tout le monde me considère comme un chien, mais si j'avais de l'argent, Varlamof ferait le pitre devant moi comme Moisséi devant vous [11 :436]. Faire le pitre - паясничать.

Дени Рош - Je suis maintenant un juif galeux et pauvre; tous me regardent comme un chien. Mais si j'avais de l'argent, Varlâmov ferait autant de contorsions stupides devant moi que Moissèy devant vous [17, 46]. Faire des contorsions stupides - досл. делать дурацкие кривлянья.

Французский аналог faire le pitre гармонично вплетается в стилистику текста, нежели описательный перевод ФЕ ломать дурака, который употребил переводчик Дени Рош.

5. День да ночь - сутки прочь: русская пословица - так говорят про размеренную жизнь, когда возникает ощущение, что жизнь однообразна и пролетает быстро [19].

Старимся, полнеем, опускаемся. День да ночь - сутки прочь, жизнь проходит тускло, без впечатлений, без мыслей . [12, 248]

В. Волкофф - Nous vieillissons, nous grossissons, nous nous négligeons! Un jour suit l'autre, la vie se passe dans la grisaille, sans impressions, sans reflexions ... [14, 853]. Un jour suit l'autre - досл. один день следует за другим.

Колетт Стоянов - Nous vieillissons, nous engraissons, nous nous laissons aller. Les jours passent, la vie s'écoule, terne, sans impressions, sans pensée.... [16, 296]. Les jours passent - досл. дни проходят.

Прежде всего нужно отметить, что во французском языке не существует слова, обозначающего понятие сутки. Русско-французские словари дают следующий перевод этого понятия -vingt-quatre heures (досл. сорок восемь часов). Поскольку переводчики не смогли подобрать эквивалент или аналог данной пословице, они используют оба описательный перевод, который разъясняет значение пословицы, но, к сожалению, не несет эмоциональности и экспрессивности русской пословицы.

6. Держать в руках - иметь во владении, под контролем [9, 73]. . однако же этот человечек, ходивший всегда в калошах и с зонтиком, держал в руках всю гимназию целых пятнадцать лет [12, 249].

В. Волкофф - ... , et pourtant cet homme, qui portait toujours des caoutchoucs et un parapluie, a tenu tout le gymnase entre ses mains pendant quinze longues années [15, 859]. Tenir entre ses mains -досл. держать в руках. Найден удачный эквивалент, который можно было бы назвать полным, если бы не разные предлоги в - entre.

Колетт Стоянов - ... ces professeurs se sont laissé mener par le bout du nez pendant quinze ans par ce petit bonhomme qui ne quittait jamais ses caoutchoucs et son parapluie [16, 251]. Mener par le bout du nez - досл. водить за кончик носа. Французский идиоматический словарь дает следующее толкование - diriger qn (руководить, управлять кем-либо) [14, 111].

Мы считаем, что В. Волкофф перевел данное сочетание удачнее, так как у русской и французской ФЕ совпадает образное основание. Образ фразеологизма соотносится с кодом культуры: рука с древнейших времен выполняла роль символа как человека, так и власти. Выбор Ко-летт Стоянов нас смущает, так как во фразеологизме находит отражение метафорическое уподобление поведения животного и человека: образ фразеологизма связан со способом управлять животными, и данный образ универсален в европейской культуре; в результате получается, что человек уподобляется животному, отсюда и отрицательная коннотация ФЕ.

Анализ выше изложенных фразеологизмов приводит к следующим выводам:

- эквивалентные соответствия интернациональных фразеологизмов, национальных по форме, но универсальных по содержанию, позволяют сохранить эмоциональную и стилистическую направленность контекста;

- при переводе фразеологизмов с национально-культурной спецификой возможны два варианта: а) подбор фразеологических соответствий целесообразен в том случае, если они совпадают по смыслу и коннотациям с исходной фразеологической единицей и органично вписываются в контекст; б) нефразеологический, т. е. безэквивалентный перевод, передающий значение исходной ФЕ при помощи лексических средств в том случае, если в ПЯ не существует фразеологических эквивалентов или аналогов, поэтому переводчики используют лексический перевод, калькирование (дословный перевод) или описательный перевод, выбор которых определяется в первую очередь контекстом. Но французские фразеологические соответствия и французский перевод, передающий содержание ФЕ, не раскрывают выразительности и самобытности речи персонажей. Весь текст также значительно проигрывает в эмоционально-экспрессивном плане.

Особенно сложно переводить русские ФЕ, в составе которых встречаются лексически маркированные компоненты, обладающие положительной или отрицательной коннотацией. Например: не поминать лихом, ехать за семь верст киселя хлебать, день да ночь - сутки прочь, вывести в люди, ломать дурака и др. При поисках перевода подобных единиц переводчик должен учитывать стиль и колорит контекста. Он должен постараться «вплести содержание ФЕ в общую ткань» контекста так, чтобы правильно были переданы все элементы текста в целом [5, 196].

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Арсентьева Е. Ф. Фразеология и фразеография в сопоставительном аспекте (на материале русского и английского язы-

ков) / Е. Ф. Арсентьева. — Казань, 2006. — 219 с.

2. Баранов, А.Н. Фразеологический объяснительный словарь русского языка / Под ред. А.Н. Баранова и Д.О. Доброволь-

ского. - М.: Эксмо,2009. - 704 с.

3. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий /

Отв.ред В.Н. Телия. 2-е изд. Стер. - М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006. - 784 с.

4. Верещагин, Е.М. Национально-культурная семантика русских фразеологизмов / Е.М.Верещагин, В.Г. Костомаров //

Словари и лингвострановедение. М.,1982.

5. Влахов С., Флорин С. Непереводимое в переводе / Под ред. Вл. Россельса. - М.: Международные отношения, 1980. - 342

с.

6. Глазунова О.И. Логика метафорических преобразований /О.И. Глазунова. СПб, 2000. - 190 с. - URL -http://philology.ru/linguistics1/glazunova-00.htm (дата обращения 05.01.2018).

7. Маслова, В.А. Лингвокультурология / В.А. Маслова. - М.: Изд. Центр «Академия», 2001.- 208 с.

8. Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. - М.: Рус. яз., 1988. - 750 с.

9. Телия, В.Н. Послесловие. Замысел, цели и задачи фразеологического словаря нового типа / Большой фразеологический

словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / Отв.ред В.Н. Телия. 2-е изд. Стер. - М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006. - 784 с.

10. Фразеологический словарь русского языка / Под ред.А.И. Молоткова. - М.:Русский язык, 1986. - 544 с.

11. Чехов, А.П. Избранные сочинения. В 2-х томах. Т. 1 / А.П.Чехов. - М.: Изд. Художественная литература, 1986. - 735 с.

12. Чехов, А.П. Избранные сочинения. В 2-х томах. Т. 2 / А.П.Чехов. - М.: Изд. Художественная литература, 1986. - 735 с.

13. Червоный, А.М. Перевод русских прецедентных текстов на французский язык / Проблемы регионального управления, экономики, права и инновационных процессов в образовании: VI Международная научно-практическая конференция. Современные проблемы психологии и филологии. Таганрог: Изд-во НОУ ВПОТИУиЭ, 2009. - 224 с.

14. Chollet, I. Précis. Les expressions idiomatique / I. Chollet, J.-M. Robert. - Paris : Clé international, 2008. - 224 с.

15. Tchekhov, Anton. Nouvelles / Anton Tchekhov. - Paris : Le Livre de Poche, 2010. - 1000 с.

16. Tchékhov, Anton. Oeuvres choisies en deux volumes. Tome 2. Nouvelles et récits / Anton Tchékhov. Moscou, Éditions « Radouga », 1988. - 374 c.

17. Tchékhov, Anton. La Steppe / Anton Tchékhov. -Paris : Librairie Plon, 1924. - 320 c. - URL : (BookSee.org) pdf (дата обра-щения:17.01.2018).

18. Rey, A. Dictionnaire des Expressions et Locutions /A. Rey, S. Chantreau. - Paris : Le Robert, 2007. - 888 с.

19. URL - http://dslov.ru/pos/p228.htm (дата обращения 30.01.2018).

20. URL - phraseology.academic.ru>1892 (дата обращения 20.01.2018).

В.В. Миргородская

ОСОБЕННОСТИ ЧЛЕНЕНИЯ СИСТЕМНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СЛОЖНОГО СИНТАКСИЧЕСКОГО ЦЕЛОГО, ОПРЕДЕЛЯЮЩЕГО КОНЕЧНОЕ МНОЖЕСТВО

Аннотация. В статье рассматривается родовидовой статус системы компонентов перечисления. Анализируется специфика двучленных и одночленных элементов подсистемы, формирующей множество как родововидовое понятие, т.е. каждый из элементов является видовым представителем целостной системы сложного синтаксического целого

Ключевые слова: множество, элементы множества, родовидовые отношения.

V.V. Mirgorodskaya

FEATURES OF THE MEMBERSHIP OF THE SYSTEM ORGANIZATION COMPLEX SYNTACTIC WHOLE, DEFINING FINITE SET

Abstract. The article considers the rhodovid status of the enumeration component system. The specificity of the two-membered and one-membered elements of the subsystem that forms the set as a generic-species concept is analyzed. each of the elements is a representative representative of an integral system of a complex syntactic unit

Keywords: set, elements of the set, generic relations.

Рассматриваемый тип множества, выраженного ССЦ, является, как правило, разновидностью синтаксических единиц, формирующихся на основе родовидовых отношений. Все рассматриваемые здесь синтаксические единицы поддаются системно организованному определению. Количество компонентов системы перечисления не обусловлено лингвистической спецификой их выражения. Оно определяется экстралингвистическими причинами, прежде всего своеобразием качества элементов определяемого множества. В этом отношении рассматриваются две структурно-семантические разновидности языковых единиц, определяющих конечное множество.

Первый структурно-сематический тип отражаемых элементов является двучленным, так как включает в свою структуру «номинацию элемента и его свойство». Семантическое единоначатие перечисленных сообщений обусловлено здесь необходимым выражением общего, указывающего на определение одного многоэлементного множества. Основная часть системы определения описывает множество с точки зрения его дискретной природы: «... каждому элементу множества индуцируется соответствующее ему свойство»[1, 169]. Таким образом, система синтаксического целого членится, как правило, на два компонента: коммуникативно-целевое предложение, содержащее неопределённый количественный аспект как нечто единое, и основную часть, перечисление

146