Проблемы развития и эффективного использования экономического потенциала приграничных регионов (на материалах Амурской области)

Лазарева В.В.

старший преподаватель Амурского государственного университета, г. Благовещенск

Дьяченко В.Н.

к.филос.н., с.н.с. Института экономических исследований ДВО РАН, г. Хабаровск

ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ И ЭФФЕКТИВНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА ПРИГРАНИЧНЫХ РЕГИОНОВ

Ключевые слова: экономический потенциал, регион, приграничное положение, специфический потенциал приграничного положения, развитие экономического потенциала.

Keywords: economic potential, the region, cross-border provision of cross-border potential of specific provisions, the development of economic potential.

Введение

Особое значение для развития региона имеет возможность использования его экономического потенциала. Под экономическим потенциалом понимают ресурсы, источники, средства и запасы территории, а также механизмы (пути и формы) их вовлечения в хозяйственный оборот в настоящее время или предстоящий период для достижения конкретных целей. Важной составляющей экономического потенциала территории является геополитический потенциал, определяемый географическим положением, общественно-политическими условиями и факторами развития.

Приграничные регионы обладают большим геополитическим потенциалом, чем регионы, не имеющие этих преимуществ. Принятие Правительством Российской Федерации «Концепции развития приграничных территорий субъектов Федерации Дальневосточного федерального округа» является важным свидетельством признания приграничных территорий в качестве самостоятельного объекта государственного управления, обладающего существенной спецификой, требующей использования специальных форм и методов регулирования.

Исследование феномена потенциала приграничного положения региона

Государственная граница способна влиять на социально-экономическое состояние приграничных территорий через свои фундаментальные свойства.

Так, авторы Л.Б. Вардомский и Н.С. Мироненко, выделяют три основные функции границы: контактную, фильтрующую и барьерную1. Шувалов В.Е. в своих работах говорит о двух функциях границы: барьерной и контактной. «Функцию границы ослаблять или прекращать взаимодействие между географическими объектами (районами) называют барьерной, способствовать такому взаимодействию - контактной»2. Сочетание контактной и барьерной функции характерно практически для любой границы любого государства или региона.

Примыкание к государственной границе, прежде всего, усиливает влияние на регион ее барьерности, изолирующего воздействия, вытекающего из требований обеспечения безопасности страны, ее территориальной целостности, решения оборонных задач. Одним из следствий этого является закрепление в развитии приграничных территорий черт периферийности, экономической слабости, инфраструктурной отсталости, ограниченности трудового потенциала.

Формирование добрососедских отношений между сопредельными государствами, развитие партнерских отношений способствует усилению функции контактности границы, расширению и углублению внешнеэкономических связей, развитию различных форм и направлений сотрудничества, создающих дополнительные возможности для социально-экономического развития приграничных территорий.

Уровень проявления ограничительной и стимулирующей тенденций и их сочетание на разных участках приграничья в разные периоды могут существенно различаться, определяя особенности складывающейся ситуации, потенциал приграничного положения и возможности его использования в целях развития региона.

Одной из важнейших задач для государства в сфере развития международных отношений и для региона в контексте максимально эффективного использования потенциала приграничного положения в целях социально-экономического развития территории является определение оптимального баланса между контактной и барьерной функциями каждого конкретного участка границы.

1 Вардомский Л. Б., Мироненко Н. С. К проблеме изучения границ экономико-географических систем. Географические границы. - М., 1982. - С. 40.

2 Шувалов В.Е. Географическая граница как фактор районообразования. Географические границы / Под ред. Б.Б. Родомана и Б.М. Эккеля. - М., 1982.

Амурское приграничье

Дальневосточные приграничные территории являются важнейшим ресурсом страны, развитие которого связано не только с внутриполитическим курсом Российской Федерации, но и с особым геополитическим положением этих территорий, спецификой международных связей и приграничного сотрудничества1.

К субъектам Российской Федерации, входящим в состав Дальневосточного федерального округа, на территории которых расположены дальневосточные приграничные территории, относятся Приморский и Хабаровский края, Амурская область и Еврейская автономная область.

В амурское приграничье в настоящее время входят административно-территориальные образования, включающие в себя 3 городских округа и 10 муниципальных районов. Они занимают четверть территории области, на которой проживает 59,5% численности населения. В городских округах проживает 63,1% населения, 36,9% - в муниципальных районах. Доминирующую роль в численности населения играет областной центр - 47,7% общей численности населения. Сельские жители составили 26,2% населения приграничья, или 47,6% от общей численности сельского населения области2.

На территории области находится значительный по размерам участок проходящей по р. Амур российско-китайской границы, составляющей 1254 км.

В соответствии с приказом ФСБ России от 08 апреля 2013 года № 189 «О внесении изменений в приказ ФСБ России от 14 апреля 2006 года № 157 «О пределах пограничной зоны на территории Амурской области» внесены изменения в пограничной зоне на территории Амурской области, прилегающей к Государственной границе РФ с КНР, установлены пределы пограничной зоны во всех 10 муниципальных районах3.

В пограничную зону вошло 60 населенных пунктов, расположенных непосредственно на границе, где на 01.01.2015 г. проживало 30,7 тыс. человек. Тем самым, фактически на всей приграничной территории Амурской области, кроме областного центра граница носит закрытый характер.

Оценка развития приграничного сотрудничества в Приамурье

Формирование российско-китайских отношений строилось по пути развития приграничных связей, которые стали играть значительную и возрастающую роль в развитии регионов.

Начальная стадия развития приграничного сотрудничества РФ и КНР складывалась при значительном экономическом преимуществе российской стороны, достигаемом за счет развития посреднических связей, использования в приграничных связях потенциала других регионов страны.

Главное место в развитии приграничных связей изначально занимала приграничная торговля. Рост прозрачности границы вызвал взрывной рост челночной торговли. В наиболее сложные кризисные 90-е годы осуществляемый на бартерной основе, с участием широких слоев населения товарообмен позволил во многом снять напряжение на рынке товаров народного потребления. Важнейшую роль в этом процессе сыграли развитие безвизового режима пересечения границы.

Складывающееся взаимодействие последовательно охватило туризм, инвестиции, образование, культуру, экологию, совершенствование банковских расчетов, страхование, арбитраж, взаимодействие правоохранительных, миграционных и статистических служб. Новой формой сотрудничества стало создание совместных предприятий занятых преимущественно в торгово-посреднической деятельности и сфере обслуживания, строительстве и сельском хозяйстве4.

Влияние внешнеэкономических связей на складывающуюся в регионе ситуацию трудно переоценить. При оценке состояния внешнеэкономического сотрудничества необходимо, прежде всего, учитывать насколько критически важными они являются.

Если оценивать значимость китайского экспорта, то она является важной в целом для России по широкому кругу товарных групп. Китайская обувь, одежда, электроника и другие товары народного потребления составляют большинство импорта в Россию.

Что касается Дальнего Востока, то импорт из Китая критически важен по широкому кругу товарных групп и прежде всего товаров народного потребления. Регион на 60-70% зависит от китайского продовольствия (мясо, овощи, фрукты), обеспечивая поддержание благосостояния населения в регионе.

Менее значительное влияние на складывающуюся в регионе ситуацию оказало сотрудничество в строительстве и сельском хозяйстве. Практически за пределами совместных интересов оказалось создание в регионе новых и модернизация имеющихся обрабатывающих производств.

Близость поселений к границе не оказывала стимулирующего воздействия на развитие инвестиционной активности. Реализуемые в регионе крупные инвестиционные проекты безотносительны и к отрицательному влиянию фак-

1 Об утверждении концепции развития приграничных территорий субъектов Федерации Дальневосточного федерального округа: распоряжение Правительства № 2193-р от 28.10.2015 г.

2 Дьяченко В.Н. Пространственная дифференциация условий жизни как фактор привлекательности российско-китайского приграничья. - http://uecs.ru/uecs-91-912016/item/4085-2016-09-08-11-20-44

Приказ Федеральной службы безопасности Российской Федерации от 8 апреля 2013 г. N 189 г. Москва «О внесении изменений в приказ ФСБ России от 14 апреля 2006 г. № 157 «О пределах пограничной зоны на территории Амурской области» // Российская газета - Федеральный выпуск. - М., 2013. - № 6118 (142), 3 июля.

4 Дьяченко В.Н., Джомидава О.Р. Российско-китайское приграничье: использование потенциала сотрудничества // Экономика и предпринимательство. 2015. - № 4-2 (57-2). - С. 100-103.

тора приграничности. Создание новых производственных мощностей осуществлялось в регионе, главным образом, в сырьевых отраслях, территориальное размещение которых определялось расположением сырьевых ресурсов. Наличие природных условий определило и развитие мощностей гидроэнергетики.

Областной центр, сочетающий в себе столичные функции региона и функцию единственного в области активно используемого пограничного перехода, не вызвал, на протяжении десятилетий развития сотрудничества, интереса крупных инвесторов. Тем самым, роль основного проводника приграничных контактов с соседним государством, не оказала значительного воздействия на развитие региона.

Представляется, что дальнейшее эволюционное развитие приграничных связей в Приамурье не позволяет рассчитывать на достижение таких результатов, которые бы позволили переломить имеющиеся негативные тенденции в развитии региона. Это, в первую очередь, относится к слабости экономики, непрекращающемуся снижению численности населения, деградации значительной части сельских поселений, формированию зон бедности. Более того, по таким важным направлениям сотрудничества, как приграничная торговля, туризм, создание совместных предприятий наметилась тенденция их свертывания.

Сложившаяся тенденция отставания в социально-экономическом развитии российского приграничья от сопредельных территорий со стороны Китая свидетельствует о значительно меньшей эффективности используемых механизмов государственного регулирования по формированию и развитию конкурентных преимуществ, созданию условий и стимулированию хозяйственной активности, привлечению инвестиций. Это объективно ведет к проигрышу российских регионов китайским в межрегиональной конкуренции со всеми вытекающими последствиями.

Тем самым, несмотря на достигнутые успехи в развитии приграничного сотрудничества, к настоящему времени сложилась ситуация, когда используемые формы и направления приграничного сотрудничества не отвечают региональным и национальным интересам, исчерпывают свой ресурс и нуждаются в кардинальном их совершенствовании.

Импортозамещение в сельском хозяйстве региона

Представляется, что особого внимания заслуживает существенное расширение сотрудничества в развитии сельского хозяйства в российском приграничье. Достаточно широко распространено представление о том, что конкурентные преимущества Китая в этой сфере таковы, что развитие продовольственного комплекса Дальнего Востока неминуемо столкнется с существенными ограничениями.

В реализуемой практике это нашло свое проявление в фактическом сведении производства сельскохозяйственными предприятиями к производству сои и узкого спектра зерновых. Практически полностью прекращено производство плодоовощной продукции. Картофель и овощи производятся преимущественно населением.

С этих позиций малоперспективным представляется и российско-китайское сотрудничество в производстве сельскохозяйственной продукции в российском приграничье.

Нам представляется, что с этой логикой трудно согласиться. Практика показывает, что возможности провинций Китая, граничащих с Россией по производству многих видов сельскохозяйственной продукции на экспорт, практически исчерпаны в силу ограниченности земельных ресурсов. Более того, китайской стороной в значительных масштабах уже в настоящее время осуществляется закупка сои в пограничных регионах России.

Очевидно, также, что с обострением ситуации на рынке нефти и резким падением курса рубля цены на китайские продовольственные товары на внутреннем рынке России неминуемо существенно возрастут.

Такое положение требует принятия неотложных мер по защите населения и при этом создает условия для экстренного решения задач по импортозамещению в сельскохозяйственном производстве региона. Осуществить его, используя потенциал сельскохозяйственных предприятий региона, практически не представляется возможным. При наличии свободных пахотных земель организовать производство плодоовощной продукции невозможно в силу отсутствия как материальных, так и, прежде всего, трудовых ресурсов. Будучи главным тормозом в развитии экономики региона, низкий трудовой потенциал особенно болезненно проявляется в селе1.

Значительные объемы производства этих видов трудоемкой продукции в советских колхозах и совхозах осуществлялось исключительно за счет сезонной рабочей силы, в качестве которой выступали студенты, школьники, рабочие и служащие городских предприятий. За счет этого в колхозах, совхозах и других государственных хозяйствах области производилось в 1989 году 970 тыс. ц. картофеля, или 30,6% от общих валовых сборов. Овощей ими производилось 528 тыс. ц., или 73,1; от общих валовых сборов по области2.

В современных условиях такая практика трудообеспечения сельского хозяйства не представляется возможной, оставляя единственным источником трудовых ресурсов внешние миграции.

Организация переселения из других регионов страны представляется в настоящее время мало перспективной. Прошлый опыт показывает, что обеспечить приток населения на Дальний Восток можно было только за счет введения надбавок (коэффициентов) к заработной плате и предоставлением многих льгот работающему там населению (льготный пенсионный стаж, возможность внеочередного приобретения предметов длительного пользования, бронирование жилья в регионах выезда, бесплатный проезд к местам отдыха, лучшее снабжение продуктами питания и т.п.)3.

1 Дьяченко В.Н., Лазарева В.В. Импортозамещение в сельскохозяйственном производстве региона: демографический аспект (на примере Амурской области) // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. - М., 2016. - № 9(342). - С. 129-138.

2 Дьяченко В.Н. Перспективы модернизации регионального продовольственного комплекса на Дальнем Востоке // Управление экономическими системами: электронный научный журнал. 2015. - № 4 (76). - С. 15.

3

Моисеенко В.М. Внутренняя миграция населения. — М.: ТЭИС, 2004. - С. 100-108.

При этом, весь этот набор не позволял решить проблему закрепления населения в регионе, сопровождаясь повсеместно сохранением высокого уровня миграционного оборота и низкой приживаемостью переселенцев.

В условиях российско-китайского приграничья, решение проблемы не вызывает затруднений только при замене сезонных работников китайской рабочей силой, привлекаемой на основе различных форм кооперации сельскохозяйственных предприятий, в рамках проектов в растениеводстве, и животноводстве на условиях генерального подряда и субподряда.

Проводимая в настоящее время политика, направленная на сокращение использования иностранной рабочей силы применительно к привлечению временных контингентов работников для проведения сезонных работ в дальневосточном приграничье нам представляется не соответствующей требованием времени и сложившейся ситуации.

Программирование развития приграничья

Представляется, что существенные результаты в социально-экономическом развитии региона могут быть достигнуты за счет более эффективного использования потенциала его приграничного положения, вытекающего из близости к сопредельным китайским территориям и удаленности от наиболее экономически развитых центров страны.

Позитивный эффект от действия этих факторов для приграничья связан с возрастающей, по мере развития российско-китайских экономических связей, заинтересованностью государства и крупных корпораций в развитии инфраструктуры региона, обеспечивающей наращивание ее транзитных возможностей, а также в размещении в непосредственной близости к границе производств, ориентированных на экспорт продукции на китайский рынок.

Значительные шаги в этом направлении уже делаются по инициативе федерального центра и крупнейших российских корпораций.

Принятая «Программа сотрудничества между регионами Дальнего Востока и Восточной Сибири Российской Федерации и Северо-Востока Китайской Народной Республики (2009-2018 годы)» содержит широкий спектр мер, направленных на развития транзитной функции приграничья за счет совершенствования транспортных коридоров, строительства и обустройства пограничных переходов.

Значительные перспективы открывает и использование приграничья для развития сотрудничества в топливно-энергетической сфере. Проекты, уже принятые к реализации на территории Приамурья, далеко не исчерпывают имеющиеся возможности и могут рассматриваться только как первые шаги, восполнение которых в немалой степени зависит от региональных инициатив.

Близость к границе открывает широкие возможности для наращивания и использования потенциала территории для развития туризма.

К числу мер, которые могут способствовать накапливанию условий для экономического развития региона, следует отнести создание территорий опережающего социально-экономического развития, промышленных зон научно-технического сотрудничества, зон приграничного торгово-экономического сотрудничества.

Однако, анализ включенных в программу проектов показывает, что декларируемая ориентация на создание высокотехнологичных производств, способных стать драйверами развития региона, не находит своей реализации. В сложившихся условиях региональные и местные власти приграничья придерживаются ориентации на добычу и первичную переработку сырья, что является прямым отражением крайней слабости научно-технического потенциала региона, исключающим попытки диверсификации экономики региона.

В этой связи представляется, что принимаемые меры, хотя и представляют собой существенный шаг вперед, тем не менее, не являются достаточными и нуждаются в дальнейшем развитии.

Концепцией развития приграничных территорий субъектов Российской Федерации, входящих в состав Дальневосточного федерального округа предусматривается, что дальнейшие шаги должны быть сделаны в ходе разработки региональных программ и систем мероприятий, которые рекомендовано разработать исполнительным органам субъектов Российской Федерации, входящим в состав Дальневосточного федерального округа, имеющим в своем составе приграничные территории.

При этом предполагается, что система мероприятий должна быть обеспечена ресурсами без участия федерального бюджета. К сожалению, следует констатировать, что, как и в кризисные 90-е годы, так и в настоящее время, по объективным причинам, было бы неоправданно рассчитывать на значительное повышение затрат государства на развитие приграничных территорий.

Трудно, однако, признать оправданным ограничение шагов по предоставлению приграничью дополнительных прав, способных существенно увеличить его инвестиционную привлекательность.

Из накопленного опыта использования приграничного положения в интересах развития региона можно сделать вывод, что без существенного изменения условий хозяйственной деятельности преодолеть тенденции экономической и социально-демографической деградации не представляется возможным.

Значительное изменение ситуации может быть достигнуто за счет изменения режима пограничной зоны, снятия изоляционных мер с приграничных населенных пунктов, значительного расширения практики использования китайской рабочей силы и создания более благоприятных условий для деятельности предприятий с использованием иностранного капитала.