Великолукское железнодорожное училище (1902-1918 гг. )

ия образования

Р. А. Волховский

Великолукское железнодорожное училище

Важнейшую роль в жизни страны, начиная с XIX века и до настоящего времени, играет железнодорожный транспорт, для успешного функционирования которого помимо материально-технической основы требуется большое количество квалифицированных работников — машинистов, электротехников, путевых обходчиков, связистов и др. Подготовкой их занимаются средние специальные учебные заведения железнодорожного ведомства. Одним из них является техникум железнодорожного транспорта в Великих Луках — одно из старейших учебных заведений Псковской области: предшественником его было железнодорожное техническое училище, открытое в 1902 г.

Согласно «Положению о железнодорожных училищах» все они находились в ведении Министерства путей сообщения, которое на содержание Великолукского училища ежемесячно выделяло 3500 руб.1 Помимо этого каждый месяц отпускался аванс в сумме 75 руб. на «хозяйственные и мелочные расходы», например, на приобретение керосина, мыла, воска, дров, оплату за уборку помещений, очистку крыш и др.2 Первоначально училище не имело собственного здания и размещалось в арендованных помещениях. Фактически его история началась с того, что в мае 1902 г. Общество Московско-Виндаво-Ры-бинской (МВР) железной дороги арендовало сроком на два года каменный дом с надворными постройками (сараем, погребом и ледни-

Волховский Роман Алексеевич — студент исторического факультета ПсковГУ.

ком) у мещанина Т. И. Суетова на Долгой улице. В 1905 г. начальник училища арендовал у владельца в этом же доме еще одну квартиру, в которой разместили один из классов, и еще две квартиры во флигеле для размещения в них столярной мастерской. В результате этого выросла арендная плата: если раньше она составляла в год 750 руб., то теперь — 1242 руб. Помимо этого в 1903 г. у Троице-Сергиева монастыря было арендовано каменное здание на Сергиевской улице, в котором разместились столярная и слесарная мастерские (арендная плата за него составляла 350 руб. в год)3.

Все эти помещения являлись для училища временными, потому что вскоре началось строительство собственного здания на Подо-лешкинской улице, введенное в эксплуатацию в 1906 г. Оно было двухэтажным, каменным, под железной крышей, с электрическим освещением (хотя некоторые помещения освещались все же керосиновыми лампами), водяным отоплением, канализацией, подвальным помещением и пристройкой для кузницы. Снаружи здание было обшито досками и окрашено, а внутри стены оштукатурены и оклеены обоями. В нем разместились классы и кабинеты, при училище же располагались квартиры служащих и начальника училища, а также учебные мастерские (слесарная, столярная, кузнечная). Строительство здания обошлось в сумму 98300 руб.4 Теперь училище располагало всем необходимым для своей успешной деятельности. В последующие годы возводились дополнительные пристройки. Так, в 1908 г. было расширено машинное

отделение, к которому пристроили кабинет заведующего мастерскими, над кузницей надстроили второй ярус, в котором разместилась комната для прислуги и др. В том же году была благоустроена прилегающая территория: замощена часть Подолешкинской улицы перед зданием училища, вокруг него высажены деревья и разбиты газоны5.

С постройкой собственного здания началось обустройство и переоснащение учебных мастерских: в них установили керосиновый двигатель, динамо-машину, паровой котел; в 1906 г. свыше 7 тыс. руб. было израсходовано на приобретение оборудования — двух токарных станков, строгального станка и двух сверлильных машин. В 1908 г. мастерские были оборудованы пилами, приобретен наждачный станок, три кузнечных горна и др. Приобретение инструментов и механизмов продолжалось и в последующие годы6. Помощь училищу оказывали Великолукские Главные железнодорожные мастерские, где заказывались инструменты, изготовлялись запасные детали для учебных станков, различные макеты для учебных практических работ7. В 1906 г. значительно пополнился склад землемерных инструментов (были приобретены нивелиры, гониометры и др.), в 1908-1910 гг. в связи с необходимостью обу чения учащихся телеграфной азбуке закупили два аппарата Морзе8.

Жизненно важным вопросом для училища было оборудование общежития для учащихся. Сразу после постройки нового учебного здания было намерение оборудовать общежитие на 20 чел. в одной из частных арендованных квартир с уплатой за проживание по 10 руб. в месяц за каждого ученика, но из-за отсутствия средств решение вопроса пришлось отложить. Общежитие на 16 мест было учреждено в здании Общества МВР железной дороги только к началу 1914/15 уч. года, правом проживания в нем пользовались только дети служащих этой дороги, а плата составляла 6 руб. в месяц. В течение всего времени до оборудования общежития учащиеся проживали на съемных квартирах, чаще всего по 6 чел. в квартире, уплачивая за нее по 14-15 руб. в месяц. Квартиры находились в разных частях города, порой — на значительном расстоянии от училища9.

В училище принимались юноши в возрасте 14-18 лет («русские подданные»), исключение делалось для детей железнодорожных служащих, которые могли приниматься и в возрасте 18-19 лет. Поступавшие должны были иметь образование в объеме двухклассного сельского, уездного или городского училища МНП, или же двухклассного цер-ковно-приходского училища, подвергались обязательному медицинскому осмотру, и в августе, т. е. перед началом учебного года, сдавали вступительные экзамены по русскому языку и арифметике (в устном и письменном виде)10. Принимались на обучение не только дети железнодорожных служащих, но и представители других групп населения, и таковые численно преобладали. Так, к началу 1908/09 уч. года в училище обучалось в общей сложности 86 чел., из которых детьми железнодорожных служащих были всего 28 чел. Такая же тенденция сохранялась и в последующие годы. Например, в 1913 и 1914 гг. ежегодно принималось по 44 чел., в числе которых детей железнодорожных служащих было только по 15 чел.11 Следовательно, социальный состав учащихся был неоднородным, но большинство являлось детьми мещан и крестьян, и очень немногие — детьми дворян, чиновников и почетных граждан. Ученики носили форменную одежду и ежемесячно вносили плату за обучение в размере 2 руб.

Учебные дни в училище были чрезвычайно насыщенными: занятия начинались с 8 час. утра и заканчивались в 18 час. вечера, в первой половине дня — теоретические занятия, во второй — практические занятия в учебных мастерских. В течение трех лет учащиеся изучали естественно-научные и специальные технические дисциплины: чистописание, геометрию, арифметику, физику, черчение, физику, железнодорожное дело, геометрию; в 1903 г. было расширено изучение курсов механики и технологии, введен новый предмет — электротехника, в 1904/05 уч. году добавились строительное искусство, черчение по механике, строительству и землемерному делу. На третьем году обучения изучались технология, железнодорожное дело, счетоводство, паровая механика и паровозы, телеграфное дело. Помимо этого, все три года велись уроки гимнастики,

пения и Закона Божьего. Последний предмет велся для учеников православного вероисповедания, но по мере поступления в училище католиков, лютеран, протестантов и др. вводились специальные уроки с учетом специфики этих вероучений. В ноябре 1905 г. от изучения Закона Божьего были вообще освобождены учащиеся-старообрядцы.

В конце каждого учебного года учащиеся в течение трех недель проходили летние практические работы, в течение которых они выполняли задания по плотницкой, землемерной и строительной части, чаще всего — значимые для материально-хозяйственных нужд училища. Например, в 1908 г. силами учащихся был построен каменный ледник и возведена котельная машинного отделения, летом 1915 г. ученики соорудили бетонный колодец, исправили цементный пол в котельной, возвели каменную надстройку над кузницей, укрепили дымовые каналы в кузнечной ма-стерской12. Ученики, не участвующие в летних практических занятиях без уважительных причин, не переводились в следующий класс, а иногда дело заканчивалось даже отчислением из училища. С 20 декабря ученики отпускались на рождественские каникулы, весной — на пасхальные, и в течение их обязаны были посещать церковь, представив по окончании каникул специальное свидетельство приходского священника о «говении»13.

По окончании же трехлетнего теоретического курса учащиеся проходили обязательную двухлетнюю железнодорожную практику, для чего определялись либо в службу пути, или же в службу тяги на любую железную дорогу, а также в Великолукские Главные железнодорожные мастерские. С начала прохождения практики учащиеся зачислялись на работу по месту ее прохождения в качестве временных рабочих, им выплачивалось жалованье (в службе пути — 80 коп. в день, в Великолукских мастерских — 1 руб.), они обязаны были подчиняться установленным порядкам и др. Завершалась практика представлением отчета о ней, после чего сдавались выпускные экзамены и ученики получали свидетельства об окончании училища.

Всего за дореволюционные годы своего существования (1902-1917 гг.) Великолукское железнодорожное училище окончи-

ли 300 чел. Первый выпуск состоялся после прохождения теоретического курса в 1905 г. и составил 25 чел., в последующем училище оканчивали: в 1906 г. — 19 чел., в 1907 и 1908 гг. — по 26, 1909 г. — 30, и т. д., т. е. ежегодно в среднем по 24 чел. (Фактический выпуск производился на два года позже изучения теоретического курса, т. е. после прохождения двухгодичной практики. Поэтому первые выпускники получили свидетельства в 1907 г.). Ежегодный же прием новых учащихся не превышал 30 чел.14

Всеми делами училища ведал коллегиальный орган, состоявший из начальника училища, штатных преподавателей и надзирателя — педагогическое совещание. В заседаниях его постоянно участвовали также законоучитель и заведующий учебными мастерскими. Совещание не только решало все важнейшие вопросы, связанные с учебным процессом, но и занималось организацией досуга учащихся. Так, например, с большим размахом были проведены мероприятия в честь 300-летия Дома Романовых: публичные чтения по истории царской династии, торжественные выступления ученических хоров, музыкальные вечера, в связи с чем были отменены даже учебные занятия15. Для учащихся регулярно устраивались познавательные экскурсии: на предприятия Великих Лук — в Главные железнодорожные мастерские, на кирпичный завод, а также крупные заводы Москвы и Петербурга, например, на Невский судостроительный, Обуховский, Путиловский, фарфоровый и др.16 Заботилось педагогическое совещание и о «духовно-нравственном» воспитании учащихся. В 1908 г., например, оно ходатайствовало перед псковским губернатором о «недопущении в пивные и буфетные со спиртными напитками» учеников училища, а также предлагало наложить штраф на владельца пивной в Великих Луках и закрыть таковую на Никольской улице, где «ученики в форменной одежде училища были допущены к употреблению пива»17.

За успехи в учебе и прилежное поведение существовали различные формы поощрения учащихся, в том числе награды трех степеней: I степени — Похвальный лист, книга, подарок (для учеников, получивших в течение года только отличные оценки); II — по-

хвальный лист, книга (с оценками «хорошо» и «отлично»); III — похвальный лист (для получивших только хорошие оценки). За плохую учебу и неудовлетворительное поведение ученикам грозило отчисление из училища, о чем заранее извещались их родители — с целью, чтобы они могли повлиять на своих детей с целью исправления положения. За грубое обращение с преподавателями и несоблюдение учебной дисциплины учащихся могли подвергнуть аресту, который заключался в запрещении провинившимся в течение определенного времени покидать здание училища. Чаще всего арест налагался в дни, свободные от занятий — в выходные и каникулы.

За отличную учебу, примерное поведение и в случае трудного материального положения родителей учащихся им могла назначаться стипендия. В Великолукском училище стипендии существовали трех видов: имени Александра III, имени князя М. Хилкова и имени инженера Н. Михайлова, но ими пользовалась весьма незначительная часть учащихся. Так, за 1902-1906 гг. стипендия имени Александра III была назначена всего 7 раз, имени Хилкова — только два раза, а имени Михайлова один; за 1913-15 гг. — соответственно 3, 5 и 4 раза. Один и тот же ученик не мог получать несколько стипендий одновременно, но одна из них могла присуждаться ему из года в год. Поэтому, из 7 раз в 19021906 гг. три раза стипендия им. Александра III три раза присуждалась одному и тому же уче-нику18. Помимо назначения стипендии педагогическое совещание могло оказать помощь малообеспеченным ученикам, освободив их от платы за учебу. Но число таких учеников, как и получавших стипендии, тоже было крайне невелико. Например, в 1902/03 уч. году от внесения платы были освобождены всего 5 учеников (из 30), в 1906/07 уч. году — 15 учеников всех трех классов19.

Главная же роль в руководстве училищем принадлежала его начальнику. За время существования Великолукского училища эту должность последовательно занимали четыре человека: И. А. Никольский (с июля 1902 по сентябрь 1906 гг.), И. С. Мозжухин (с сентября 1906 по октябрь 1910 гг.), Е. А. Шпи-гельман (с октября 1910 по июнь 1915 гг.) и И .Е. Горбачев (с июня 1915 по сентябрь

1918 гг.). К кандидатам на должность начальника училища предъявлялись высокие требования, прежде всего, в отношении их образовательного уровня: они должны были иметь высшее техническое образование и специальность инженера-механика. И. С. Мозжухин, например, окончил Московское Императорское техническое училище, а затем получил высшее образование на физико-математическом факультете Московского Императорского технического университета. Е. А. Шпигельман окончил Петербургский инженерно-технологический институт имени императора Николая I, а И. Е. Горбачев—Московское Императорское техническое училище. Помимо высшего образования кандидату на должность начальника требовалось иметь безукоризненную репутацию и состоять на железнодорожной службе в МПС. Смена начальников происходила в результате перевода их в другие железнодорожные училища: И. С. Мозжухин был переведен в Липецкое железнодорожное училище, Е. А. Шпигель-ман — в Бендерское20.

Квалифицированным был и преподавательский состав училища. Так, оно начинало свою деятельность в 1902 г. со следующим составом: И. А. Никольский, начальник училища и преподаватель железнодорожного дела; В. И. Михайлов, инспектор, инженер-механик, воспитанник Московского Императорского технического училища; К. И. Савицкий, воспитанник Пензенского технического железнодорожного училища, преподаватель черчения и чистописания; М. А. Кляровский, законоучитель училища, выпускник Псковской духовной семинарии; В. А. Тульничев, надзиратель училища, занимавшийся с учащимися гимнастикой и маршировкой, а также несколько служащих (врач, письмоводитель, сторожа и др.).

Кадровый состав постоянно менялся вследствие перехода сотрудников в другие места работы или отставки. Изменения в штатном составе начались уже со следующего учебного года. Так, в 1903 г. на должность заведующего учебными мастерскими был принят Г. И. Почепцов, окончивший сначала ремесленное училище цесаревича Николая и получивший звание подмастерья, а после продолжения образования — звание мастера.

В 1907 г. он получил чин коллежского секретаря. В сентябре 1904 г. училище покинул К. И. Савицкий, вместо него помощником заведующего мастерскими стал П. А. Михайлов. В январе 1906 г. ушел врач В. В. Булычев, вместо которого был принят Е. Л. Ру-жицкий, в ноябре того же года после отставки

B. А. Тульничева новым надзирателем был принят Н. И. Аксенов. В январе 1907 г., когда коллежский ассесор В. И. Михайлов был назначен на должность инспектора Путивльско-го ремесленного училища и отбыл к новому месту работы, встал вопрос о кандидатуре инспектора училища — второго после начальника должностного лица. С 16 января 1907 г. к исполнению обязанностей преподавателя Великолукского училища был допущен инженер-механик С. П. Ткаченко, прибывший из Чернигова. Он окончил полный курс Московского Императорского технического училища, а до этого — Императорский университет им. Св. Владимира, и уже через месяц после прибытия в Великие Луки, с 13 февраля был назначен инспектором училища21. Аналогичные изменения происходили и в дальнейшем.

Преподаватели и служащие училища происходили из разных социальных слоев, но большая часть их была дворянами. Из дворян происходили все четыре начальника, преподаватели А. А. Юхно, Я. С. Трояновский,

C. И. Петропавловский, Е. Л. Ружицкий,

B. И. Михайлов, крестьянское происхождение было у П. А. Михайлова, Г. Г. Порета,

C. П. Ткаченко, мещанское — у А. П. Пузи-кова и П. Т. Трифонова22.

Размеры жалованья служащих училища зависели от занимаемой должности и объема выполняемых учебных поручений. Самое высокое жалованье имел начальник, минимальное — преподаватель телеграфного дела. Так, в 1905 г. начальник училища И. А. Никольский получал 1000 руб. жалованья и 400 руб. столовых денег в год; преподаватели В. И. Михайлов, И. Н. Федоров, заведующий учебными мастерскими Г. И. Почепцов и П. А. Михайлов — по 750 руб. жалованья, а Г. И. Почепцов и П. А. Михайлов — вдобавок к нему и столовые деньги (по 500 и 100 руб. соответственно), законоучитель М. А. Кля-ровский — 400 руб. жалованья, надзиратель Н. И. Аксенов — 600 руб., в то время как пре-

подаватель телеграфного дела И. Г. Лебедев

— всего лишь 120 руб. 23 Помимо этого служащие ежегодно получали доплаты за ведение уроков: начальник училища — 360 руб., штатные преподаватели — 660 руб., надзиратель 200 руб., заведующий учебными мастерскими — 1200 руб., его помощник — 840 руб. в год. В результате полное годовое жалованье начальника училища составляло 1760 руб., преподавателей — 1410 руб., надзирателя — 800, заведующего учебными мастерскими — 1700, его помощника — 1140 руб. Преподавателям делались доплаты и за ведение летних практических работ. С начала 1907 г. ежегодное жалованье всех начальников технических железнодорожных училищ было увеличено путем добавления 400 руб. к сумме столовых денег, и, таким образом, с учетом доплат за ведение уроков оно достигло 2160 руб. — весьма высокого размера24. В то же время сторож училища получал годовое жалованье в размере 144 руб.

К праздникам — Рождеству и Пасхе

— служащим училища за усердную работу обычно выдавались денежные вознаграждения (от 250 до 100 руб.). Например, к Пасхе 1907 г. заведующему учебными мастерскими Г. И. Почепцову за «труды по оборудованию учебных мастерских двигателями и приводами» была выдана награда в размере 150 руб. В 1908 г. вознаграждения получили «за добросовестный и усиленный труд» П. А. Михайлов (150 руб.), И. Н. Федоров (125 руб.), В. Е. Савельев (100 руб.) Начальник училища И. С. Мозжухин в 1908 г. был награжден орденом Св. Анны 3 ст.25 При уходе служащих в отпуск они получали за счет училища отпускные, преподаватели и члены их семей имели право на бесплатный проезд и провоз багажа по линиям МВР железной дороги (начальник училища получал проездной билет 1-го класса, его подчиненные — 2-го класса)26.

Из содержания служащих ежемесячно делались вычеты в пенсионную кассу (4 % от жалованья, 2 % — из столовых денег), в инвалидный капитал (8 % из жалованья и 2 % из столовых денег), на уплату квартирного налога. Последний составлял 10 % от стоимости квартиры, его платили все лица, имеющие на свое имя квартиры в Великих Луках. Квартира начальника находилась непосредственно

при училище, многие же преподаватели жилье снимали. В период русско-японской войны 1904-1905 гг. и Первой мировой войны из жалованья служащих делались вычеты на военные нужды — по 2 %27.

Не миновали Великолукское железнодорожное училище и бурные события начала ХХ века, например революция 1905-1907 гг. В течение двух недель — с 18 октября по 1 ноября 1905 г. вследствие забастовки учеников и их участия в манифестациях в училище был перерыв в занятиях, поэтому 1905/06 уч. год пришлось сократить до трех четвертей. По этому поводу педагогическое совещание сделало ученикам выговор и заявило, что при повторении подобных акций будет направлено ходатайство в Учебный отдел о немедленном отчислении их участников. После этого в квартирах учащихся с целью поиска нелегальной литературы был произведен обыск, запрещено издание ученического журнала без предварительной редакции начальника или одного из преподавателей. Первый начальник училища — И. А. Никольский за то, что не смог предотвратить забастовки учеников, был уволен с занимаемой должности28.

Серьезные последствия для училища имела начавшаяся в 1914 г. Первая мировая война. С 1 августа 1915 г. по распоряжению начальника Митавского тылового эвакуационного пункта и Великолукского этапного коменданта в училище разместился запасный военный госпиталь, и оно стало быстро приходить в негодность. Как следует из отчета училища за 1914/15 г., «наружный карниз здания во многих местах обвалился и требует ремонта. Ощущается недостаток помещений для служащих при училище... Оборудование столярной мастерской требует ремонта вследствие сильного износа.». В том же 1915 г. из мастерских училища для нужд армии были затребованы станки, поэтому потребовалось приобретение нового оборудования, тем более что стали поступать военные заказы. В августе 1916 г. училище поступил срочный заказ от Московского Военно-промышленного комитета на изготовление слесарной мастерской некоторых деталей, который было поручено выполнять ученикам 3-го класса. Мастерские выполняли заказ в течение 1916/17 уч. г., вследствие

чего остались невыполненными намеченные слесарно-сборочные работы29.

Происходили изменения и в преподавательском составе. Обязанности начальника училища в мае 1915 г. исполнял заведующий учебными мастерскими А. П. Пузиков, т. к. прежний начальник Е. А. Шпигельман был уже переведен на новое место службы, а инспектор С. П. Ткаченко болел. В июне того же года начальником был назначен И. Е. Горбачев, выпускник Московского Императорского технического училища. Вследствие перевода в июле 1915 г. П. А. Михайлова в Тульское железнодорожное училище и С. П. Ткаченко в такое же училище в Вологду, инспектором с 1 августа был назначен статский советник Л. С. Вержховский. Преподаватель П. Т. Трифонов в ноябре 1915 г. был призван на военную службу30. До 1916 г. МПС никаких повышений содержания работникам железнодорожных училищ не производило, но обстановка военного времени все же вынудила пойти на введение чрезмерных сверхсметных кредитов для оказания помощи персоналу учебных заведений.

Еще в сентябре 1915 г. инспектор Л. С. Вержховский докладывал начальнику училища, что ввиду нахождения в районе Великих Лук войск, вследствие переноса сюда некоторых тыловых частей действующей армии и переполнения города беженцами в нем не оказалось свободных квартир, «установилась непомерная дороговизна содержания и местной жизни». Положение было настолько серьезным, что с осени 1915 г. некоторые служащие училища стали просить бесплатные билеты до станции Рыбинск на случай эвакуации. За год (с сентября 1916 г. по октябрь 1917 г.) Великолукскому железнодорожному училищу учебный отдел МПС перечислил для выплаты сверхсметных надбавок к жалованью служащих 4295 руб., но средств все равно не хватало. Поэтому в мае 1917 г. учебный отдел внес на рассмотрение Временного правительства представление о выделении за счет чрезвычайных сверхсметных ассигнований 48940 руб. для выдачи дополнительных надбавок служащим училищ МПС — «ввиду исключительно тяжелого их материального положения». Предлагалось всем служащим добавить на 70 руб. в месяц размер

суточных денег — при наличии квартиры, и на 90 руб. — при отсутствии таковой. Представление было рассмотрено на специально образованном при Министерстве финансов межведомственном совещании, и оно решило удовлетворить просьбу. Однако Министерство финансов предложило начать выдачу надбавок только с 1918 г., и учебный отдел решил не дожидаться помощи министерства. На съезде представителей железнодорожных технических училищ он одобрил выдачу надбавок из наличных денежных остатков, имевшихся в его распоряжении, а также предложил выплачивать вознаграждение за счет прибылей от исполнения военных заказов31.

Решил пойти навстречу служащим училища и распорядительный комитет продовольственной части МВР железной дороги,

который весной 1916 г. решил выдавать им заборные книжки и карточки для получения продуктов. Заборные книжки давали возможность получить продовольствие и топливо из вагонов поездов и железнодорожных складов в кредит32.

И даже при всех трудностях училище продолжало функционировать и производило очередные выпуски: в 1915 г. училище окончил 21 чел., в 1916 г. — 16, а в 1917-м — 2733.

После Октябрьской революции Великолукское железнодорожное училище было преобразовано в профессионально-техническую школу железнодорожного транспорта с трехгодичным сроком обучения. Первый прием в школу был произведен в сентябре 1918 г., а в 1923 г. она была преобразована в техникум, действующий до настоящего времени.

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10 11 12

13

14

15

16

17

18

19

20 21 22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

ГАПО Там же. Там же, Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же Там же

ф. 661. оп.1. д.22. л.3-4. Л. 58-76. Л. 9-15.

Д. 13. л. 1-12; д. 7. л. 23; д. 50. л. 18.

Д. 7. л. 69, 63.

Д. 13. л. 23; д. 6. л. 35-36; д. 65. л. 20.

Д. 94. л. 2-32; д. 80. л. 1-65.

Д. 1. л. 75-76; д. 29. л. 97.

Д. 15. л. 1, 15, 55, 79; д.47. л. 38; д. 29. л. 34.

Д. 37. л. 21; д. 29. л. 188; д. 86. л. 87.

Д. 29. л. 257; д. 56. л. 1; д. 65. л. 5.

Д. 1. л. 7, 9-10, 16, 29, 62, 72; д. 20. л. 4-7; д. 65. л. 35.

Д. 24. л. 47; д. 1. л. 37, 54, 74-78.

Д. 37. л. 3; д. 1. л. 20, 26; д. 86. л. 46.

Д. 55. л. 12-13.

Д. 77. л. 10; д. 47. л. 14-16.

Д. 29. л. 24-25.

Д. 1. л. 2, 13, 26, 38, 47, 58, 80; д. 56. л. 3; д. 75. л. 14; д. 65. л. 9.

Д. 1. л. 3-4, 35.

Д. 19. л. 29; д. 78. л. 156.

Л. 1-26, 31; д. 1. л. 16, 34; д. 29. л. 165; д. 28. л. 49; д. 65. л. 6. Д.

78. л. 4, 156. 17. л. 1-4.

Д.

л. 8.

Д. 19. л. 20; д. 28. л. 14. Д. 78. л. 4-5, 73. Л. 190; д. 24. л. 24. Д. 1. л. 32-34, 71-73. Л. 61; д. 86. л. 78; д. 84. л. 3. Д. 86. л. 47.

Д. 65. л. 207; д. 92. л. 12, 17, 23, 55, 62. Д. 93. л. 1, 16-17, 37. Д. 86. л. 46; д. 1. л. 26.

Здание Великолукского железнодорожного училища