Экономико-правовой анализ: методологический подход

Экономико-правовой анализ: методологический подход1

Т. Я. Хабриева

1. Актуальность экономико-правовых исследований

Право — важнейший инструмент регулирования общественных отношений, который определяет общий вектор и координаты развития общества, закрепляет основные права и обязанности государства, организаций и граждан, вводит в действие правозащитные механизмы. Отношение к праву как к важному элементу в инструментарии системы управления обществом основывается и на оценке правовых предписаний с точки зрения их влияния на экономику и общество в целом.

Право формирует нормативный эквивалент экономических отношений и является универсальным инструментом управления, способным обеспечить решение большинства поставленных задач, достижение требуемых целей, формирование необходимого баланса интересов. До начала экономической реформы в России основная задача, которую решала правовая система, состояла в том, чтобы придать юридическую силу политически мотивированному решению. В настоящее время поиск решения осуществляется на основе экономического анализа общественных отношений.

Хабриева Талия Ярулловна — директор ИЗиСП, доктор юридических наук, профессор, член-корреспондент РАН.

1Статья подготовлена на основе доклада Т. Я. Хабриевой на совместном заседании Бюро Отделения общественных наук РАН, Секции философии, социологии, психологии и права РАН и Ученого совета ИЗиСП.

Экономические науки, в свою очередь, вносят свой вклад в познание общества. Однако на определенном этапе развития общественных отношений для поиска новых форм управления потребовалось объединение усилий юристов и экономистов.

Обращение юристов и экономистов к анализу одних и тех же общественных явлений несомненно является плодотворным подходом с точки зрения результативности исследований. В качестве примера можно привести формирование антимонопольного законодательства в странах Западной Европы в конце 50-х гг. прошлого столетия. В этот период одной из проблем развития международных рынков стала проблема влияния монополий на условия конкуренции. Под сенью отделения экономической теории Гарвардского университета «созвездие выдающихся ученых: Эдвард Чемберлин, Элвин Хансен, Василий Леонтьев, Йозеф Шумпе-тер и др.»2 разрабатывают экономическую теорию этого направления исследований. Их работа способствовала распространению антимонопольных законов в странах рыночной экономики, а также развитию законодательства о конкуренции Европейского Союза3.

2 Ольсевич Ю. Конкуренция и монополия в условиях рыночной и перходной экономики (Теория Э. Чемберлина шесть десятилетий спустя) // Э. Чемберлин. Теория монополистической конкуренции. М., 1996. С. 6.

3 См.: Конкурентное право Российской Федерации: учеб. пособие / под ред.

Следует признать, что экономико-правовой анализ пока еще не имеет разработанной методологической базы, а отраслевая дифференциация знаний не позволяет достичь эффективности управления общественными процессами.

Современный этап отечественного экономического развития ставит перед правовой наукой новые задачи, для решения которых требуются иные методы регулирования, чем для административно-командной системы. Большую роль в постановке новых задач играет также и технический прогресс. «В техногенной цивилизации научно-технический прогресс постоянно меняет типы общения, формы коммуникации людей, типы личности и образ жизни»4.

В настоящих условиях право характеризуется тем, что методы дозволения, предписания и запрещения все чаще вытесняются диспозитив-ными методами регулирования, экономическими способами стимулирования поведения субъектов правоотношений, например с помощью предоставления гарантий, режима льготного налогообложения, тем самым осуществляется косвенное регулирование рынка. Все более широкое распространение получают различного вида договоры, отражающие организационную самостоятельность участников рынка. При этом правовые методы регулирования рынка, основанные на экономическом стимулировании поведения его участников, не заменяют методы прямого государственного вмешательства в случаях, когда этого требует сложившаяся на рынке ситуация. Дифференциация методов управления общественными отношениями могла бы быть продолжена на основе эконо-

Н. И. Клейн, Н. Е. Фонаревой. М., 1999. С. 350— 415; Конкуренция и антимонопольное регулирование: учеб. пособие / под ред. А. Г. Цыганова. М., 1999.

4 Степин В. С., Горохов В. Г., Розов М. А.

Философия науки и техники. М., 1995.

мико-правового анализа. Эффективность права повышается в результате применения принципа диспозитивно-сти в сочетании с прямым административным предписанием. Основания применения того или иного метода регулирования могут быть определены на базе экономического анализа и экономико-правового исследования конкретной ситуации.

В условиях рынка все более расширяется поле самостоятельности субъектов права, особенно в экономической сфере. Право предусматривает большую вариативность поведения, многообразие организационно-правовых форм его осуществления. Метод административной регуляции (включая административное, уголовное право, а также налоговое, бюджетное, финансовое регулирование) постепенно «уходит», оставляя место для гражданско-правового, как более эффективного. Участники гражданско-правовых отношений все чаще обращаются к договорным способам организации собственных хозяйственных связей. При обращении к наиболее эффективным формам саморегулирования повышается роль гражданско-правовых договоров, регулирующих экономические и организационные отношения, которые также возникают между государством и участником рыночных отношений. Развиваются различные формы государственно-частного партнерства. Однако это не означает отстранение государства от регулирования рыночных отношений. Особенно остро вопросы применения прямых методов государственного регулирования ставятся в условиях кризиса, когда «невидимая рука рынка» не может оказать необходимого воздействия на поведение его участников. Все это влечет изменение границ правового регулирования5.

5 См. подробнее: Интеллектуальные ресурсы нации: возможности и пределы правового регулирования: науч. док. / Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ. М., 2009.

Изменение условий хозяйствования повышает роль экономико-правового анализа, а потребность в едином методологическом подходе возрастает. В то же время по-прежнему специальные методы, используемые в экономической и юридической науках, а также их терминология не совпадают, что делает актуальным работу в указанном направлении.

Проведение экономико-правовых исследований необходимо в первую очередь в целях развития конкурентного права. В связи с интенсивным ростом рыночной экономики, в частности финансового рынка, регулятор рынка (уполномоченный орган государства, который все чаще выступает в роли «сторожевой собаки» (watchdog)) должен наблюдать за рынком и одновременно решать конфликты между его участниками. По мнению экономистов, «если дать самое краткое определение рыночной экономике, то это строй конкуренции... Государство принимает меры по поощрению конкуренции, например путем совершенствования законодательства о конкуренции... однако, что касается мер, направленных на создание структурных основ конкурентного рынка, то они почти отсутствуют»6. Чтобы восполнить этот пробел, юристы должны создать правовые условия функционирования рынка с использованием новейших достижений юридической техники, опираясь на закономерности действия юридической нормы, т. е. знаний, из правовой сферы.

Участие экономистов представляется плодотворным не только в области конкурентного права, но и при совершенствовании гражданского законодательства. Президентом РФ утверждена Концепция развития гражданского законодательства7,

6 Ольсевич Ю. Указ. соч. С. 27.

7 Одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 7 октября 2010 г.

которая предполагает существенную модернизацию, прежде всего, Гражданского кодекса РФ. Реформа затронет главным образом законодательство о юридических лицах, о вещных правах, об обязательствах, о ценных бумагах и финансовых сделках, об интеллектуальных правах. При подготовке соответствующих законопроектов очевидна необходимость в исследованиях экономистов, поскольку эта часть российского законодательства направлена на закрепление основ экономического оборота. Только совместными усилиями юристов и экономистов могут быть найдены оптимальные правовые формы, способствующие динамичному развитию экономических отношений8.

2. Общетеоретическая база и современное состояние экономико-правовых исследований

Развитию метода экономического анализа способствовала так называемая деполитизация экономической науки. В классической политической экономии праву уделялось мало внимания. Иозеф А. Шумпетер и его работа «История экономического анализа», как признают российские ученые, «внесли значительный вклад в изучение истории своей науки. Конкуренцию ему мог бы составить разве что Карл Маркс с его «Теориями прибавочной стоимости», но охват исследуемого материала у Маркса был несравнимо меньше»9. Ситуация изменилась начиная с 70-х гг. прошлого столетия с появлением исследований, направленных

8«Присутствие конкурентного рынка, как утверждают некоторые экономисты, заставляет его участников более качественно исполнять свои гражданско-правовые обязательства по заключенным договорам» (см. об этом: R. Whish, B. Sufrin. Competition Law. L., 1993. С. 9).

9 Автономов В. С. История от Шумпе-

тера (предисловие к русскому изданию) //

A. Иозеф Шумпетер. История экономиче-

ского анализа: в 3 т. / пер. с англ.; под ред.

B. С. Автономова. СПб., 2001. С. IX.

на «постижение механики функционирования и развития общества в котором всем нам предстоит существовать». Толчком для появления таких исследований стало включение в 1969 г. экономических наук в ряд дисциплин, за выдающиеся заслуги в развитии которых шведская Королевская Академия присуждает с 1901 г. свою высшую награду — Нобелевскую премию10. В этом году Нобелевская премия по экономике была присуждена исследованию, посвященному анализу рынка труда и поиску решений по борьбе с безработицей, в частности мерам по регулированию рынка труда, которые при определенной степени информатизации могут снять эту проблему11.

Присуждение Нобелевской премии за экономические исследования социальных отношений подняло престиж экономических наук. С этого момента разрыв между экономическими и правовыми исследованиями стал постепенно сокращаться. В основу нового направления были положены труды экономистов начала прошлого века (Т. Веблен12). Обращение к вопросам права характерно для школы институцио-нализма (Д. Гэлбрейт13). В правоведении вопросы экономики исследовались в рамках социологической

10 См.: Иноземцев В. Л. К читателю // Нобелевские лауреаты по экономике. Джеймс Бью-кенен. Конституция экономической политики. Расчет согласия. Границы свободы. М., 1997.

11 См.: Новые известия. 2010. 20 окт.

12 См.: Veblen T. Theory of Business Enterprise (1904); Idem. The Theory of the Leisure Class: A Theory of Institutions; Idem. Imperial Germany and the Industrial Revolution (1915). Selected Writings of Thorstein Veblen. Edited by Wesley С. Mitchell (1936).

13 См.: Гэлбрейт Дж. Экономические теории и цели общества. М., 1976; Galbraith J. K. American Capitalism: The Concept of Countervailing Power (1952); Idem. The New Industrial State (1967); Idem. Economics and the Public Purpose (1973); Idem. A Short History of Financial Euphoria (1994).

школы права (М. М. Ковалевский14, Ч. Бирд15).

В 60—70-х гг. XX в. в США развивается экономическая теория права (Г. Беккер16, Г. Калабрези17, Р. Коуз18, Р. Познер19), послужившая формированию чикагской школы экономики права, введению в университетах учебной дисциплины «Экономика права», а также изданию научных и научно-практических журналов, посвященных экономическому анализу различных аспектов правовой системы. Право оценивается экономистами как система неявных цен, создающих стимулы для позитивных форм поведения и подавления негативных форм поведения. В свою очередь с учетом фактического колебания цен осуществляется государственное регулирование экономических отношений в праве20. В экономике такое направление исследований получило свое развитие в институциональной и неоинституциональной экономических теориях права, австрийской школе экономики права и др. Это направление распространилось в Европе (Авст-

14 См.: Ковалевский М. М. Происхождение современной демократии. Т. 1—4. СПб., 1895—1897; Он же. Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства. Т. 1—3. СПб., 1898—1903; Он же. Современные социологи. СПб., 1905.

15 См.: Beard Ch. An Economic Interpretation of the Constitution of the United States (1913); Idem. Economic Origins of Jeffersonian Democracy (1915).

16 См.: Беккер Г. Человеческое поведение: экономический подход. М., 2003.

17 См.: Calabresi G. Some Thoughts of Risk Distribution and the Law of Torts // The Yale law Journal. 1961. Vol. 70. No 4. P. 499—533.

18 См.: Коуз Р. Фирма, рынок, право. М., 1993.

19 См.: Познер Р. Экономический анализ права: в 2 т. СПб., 2004.

20 См., например: Journal of Law and Economics; Journal of Legal Studies; Research in Law and Economics; International Review of Law and Economics; Journal of Law, Economics and Organization.

рия, Нидерланды, Великобритания, Франция, Германия, Италия, Испания, Швеция). Однако данные теории изначально были приспособлены к анализу общего права и имели сложности применения их к системе континентального права21.

В советской науке интерес к экономико-правовым исследованиям выразился в изучении социального контекста действия правовой нормы и привел к разработке соответствующих приемов определения ее эффективности (П. И. Стуч-ка, В. П. Казимирчук, И. Н. Петров, В. Н. Кудрявцев22 и др.). В этот период большое значение приобретают исследования Института государства и права, проводимые в аспекте изучения экономических функций государства под руководством Р. О. Хал-финой, и ВНИИСЗ, сотрудники которых (И. Н. Петров, В. В. Глазырин, В. И. Никитинский) в своих трудах отстаивали ценности гражданско-правового метода регулирования общественных отношений23. Большую

21 См. подробнее: Одинцова М. И. Экономика права. М., 2007. С. 16—22; 54—63.

22 См., например: О теоретическом наследии П. Стучки в советской правовой науке. Рига, 1965; Никитинский В. И. Эффективность норм трудового права. М., 1971; Право и социология / под ред. Ю. А. Тихомирова, В. П. Казимирчука. М., 1973; Никитинский

B. И., Глазырин В. В., Казаринова С. Е. О методике измерения эффективности правовых норм (опыт конкретных социально-правовых исследований) // Советское государство и право. 1975. № 9; Лаптев В. В. Экономика и право: Теория и практика правового регулирования хозяйственных отношений. М., 1981; Экономико-правовые проблемы совершенствования хозяйственного механизма. М., 1984.

23 Особо важную роль в отстаивании цен-

ностей гражданского права сыграли труды

C. Н. Братуся (Предмет и система советского

гражданского права. М., 1963), И. Н. Петро-

ва (Ответственность хозорганов за нарушение обязательств. М., 1974), Н. И. Клейн (Организация договорно-хозяйственных связей. М., 1976).

роль в развитии экономической реформы 60-х гг. ХХ в. сыграли ленинградская24 и свердловская25 школы права.

В проводимых исследованиях применяются логико-семантические, историко-генетические, социологические, статистические методы, методы корреляционного и факторного анализа и др. Юридическая и социологическая науки создали теоретические основы и методики исследования эффективности права как в аспекте действия отдельных его элементов, так и в аспекте поиска основных интегративных показателей.

Однако следует констатировать, что наука еще недостаточно продвинулась не только в общих вопросах методологии, но и в разработке конкретных методик проведения совместных исследований. Нельзя забывать и о специфичности понятийно-категориального аппарата правовой и экономической наук.

Отсутствие методологии совместных научных исследований оказалось существенным препятствием в реализации Институтом законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ исследовательского проекта по эко-

24 См.: Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л., 1959. Иоффе О. С., Толстой Ю. К. Основы советского гражданского законодательства. Л., 1962. Иоффе О. С. Избранные труды по гражданскому праву: Из истории цивилистической мысли. Гражданское правоотношение. Критика теории «хозяйственного права» М., 2000.

25 См. об этом в трудах: Алексеев С. С. Предмет советского социалистического гражданского права. Ученые труды. Ч. 1. Свердловск, 1959; Он же. Гражданское право в современную эпоху. М., 1999; Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972; Он же. Россия: экономика, гражданское право (вопросы теории и практики). Академия социальных наук. М., 2000; Красавчиков О. А. Категории науки гражданского права. Избранные труды: в 2 т. Т. 2. М., 2005.

номико-правовой оценке муниципальной реформы в России (происходящих на муниципальном уровне процессов, тенденций, связанных с существенным изменением компетенции органов управления, территориальных, организационных и экономических основ местного самоуправления)26. В основном оценки юристов и экономистов совпали, и большинство предложений по дальнейшему развитию реформы было выработано ими совместно. Однако сохранились и принципиальные расхождения по существенным элементам системы местного самоуправления, например его финансово-экономической основе (в части налогообложения, имущественного комплекса и др.), и в таком ключевом вопросе, как место местного самоуправления в системе публичного управления. Конституционная конструкция не позволяет, как это виделось экономистам, «вмонтировать» местное самоуправление в иерархию государственных органов в целях оптимизации управления экономикой страны.

Опыт экономико-правовых исследований был связан с изучением региональных аспектов государственной политики привлечения иностранных инвестиций в экономику Российской Федерации27, в том числе с проведением «полевых» исследований в субъектах Российской Федерации (Ленинградской, Московской, Тверской, Липецкой и других областях).

В результате совместного участия в Программе Президиума РАН «Экономика и социология знания» были выявлены различные подходы экономи-

26 См.: Проблемы и перспективы муниципальной реформы в Российской Федерации: науч. док. М., 2008; Муниципальная реформа в Российской Федерации: правовое и экономическое исследование / под общ. ред. Т. Я. Хабриевой. М., 2010.

27 См.: Нарышкин С. Е. Привлечение иностранных инвестиций: экономическая стратегия и развитие регионов России. М., 2009.

стов и юристов к определению понятия «инновация». При изучении правовых механизмов инновационной деятельности в юридической литературе основной акцент делается на защите прав, возникающих в отношениях, связанных с передачей интеллектуальной собственности. В экономической науке основной акцент ставится на эффекте нововведений.

Нынешний исследовательский этап пока еще не дает возможности сформулировать точное легальное определение инноваций28, а это, как известно, является достаточно серьезным препятствием в развитии поддержки инновационных процессов в экономике.

Нехватка методологической базы для совместной работы сопровождается отсутствием крупных исследований по значительному числу общетеоретических и совместных прикладных проблем, например о влиянии права на экономическое развитие; о правовых механизмах недопущения кризисных явлений и преодоления их последствий; о государственно-частном партнерстве в решении экономических задач; об экономической оптимизации государственного и муниципального управления; об экономическом обосновании территориальной организации местного самоуправления.

Мировоззренческая позиция исследователя складывается из трех взаимосвязанных компонентов: во-первых, из общего отношения к объектам познания; во-вторых, из специального отношения к объектам познания, определяемого принадлежностью к тому или иному научному направлению; в-третьих, из методов, приемов и средств, избираемых самим исследователем для познания соответствующих объектов29.

28 Интеллектуальные ресурсы нации: возможности и пределы правового регулирования: науч. док.

29 См.: Керимов Д. А. Методология пра-

ва: Предмет, функции, проблемы филосо-

фии права. М., 2009. С. 65.

Экономическая и правовая науки имеют свое видение общественных процессов, обладают самостоятельными научным инструментарием и языком научного общения. Тем не менее экономическая теория и правоведение как общественные (социальные) науки связаны единством их всеобщего и общенаучных методов. Специфика методологических подходов к комплексным (экономико-правовым) проблемам заключается в композиции специальных (частных) методов научного познания: специально-юридических ме-тодов30, методов экономической науки31 и методов других наук. При этом общенаучные и частнонаучные методы не действуют изолированно, между ними существует органическая связь, взаимозависимость: всеобщие методы должны быть применены для познания конкретных объектов, ча-стнонаучные методы — основываться на всеобщих законах.

В советское время при подготовке экономико-правовых работ использовался диалектико-материалисти-ческий подход, который считался единственным подлинно научным и всеобщим способом познания действительности и объективного решения научных проблем.

В настоящее время экономическая теория и теория права используют широкий спектр общенаучных методов познания: анализ и синтез; индукцию и дедукцию; метод научной абстракции; исторический метод; логический метод; сравнительный метод и др. Это та платформа, на которой должны строиться комплексные экономико-правовые исследования.

Вместе с тем необходимо учитывать специфику методологии ком-

30 См.: Сырых В. М. Метод правовой науки. М., 1980.

31 См.: Фридмен М. Методология позитивной экономической науки // THESIS. 1994. Т. 2. Вып. 4; Блауг М. Методология экономической науки, или Как экономисты объясняют. М., 2004.

плексных экономико-правовых исследований, которая определяется расхождениями в специальных методах научного познания правовой науки и экономической науки и требует продолжения изучения возможностей взаимозаимствования специальных методов.

Примером успешного заимствования специальных экономических методов в юриспруденции являются статистические и математические методы32. Они находят использование во многих современных юридических исследованиях33. Но этим, по сути, дело и ограничивается, хотя очевидно, что необходимо более широкое использование специальных экономических методов в правовом анализе.

Прежде всего, речь идет о методе экономико-математического моделирования, который позволяет в формализованном виде определить причины изменений экономических явлений, их закономерности и последствия, возможности и издержки влияния на ход изменений. С помощью этого метода может быть создана комплексная модель определения действительного состояния и прогнозирования развития экономико-правовых процессов (явлений). Методы экономико-математического моделирования очень широко применяются в законопроектной работе парламентов и правительств зарубежных стран. Прежде всего, речь идет о разработке законов о бюджете, финансировании социально-экономических

32 См., например: Селезнев Л. И. Математические методы в юриспруденции. М.,

2007.

33 Об использовании статистического метода, математического анализа, экстраполяции, метода экспертных оценок при прогнозировании развития законодательства см., например: Радченко В. И., Иванюк О. А., Плюгина И. В. и др. Практические аспекты прогнозирования законодательства и эффективности применения прогнозируемых норм // Журнал российского права.

2008. № 8.

программ, повышении минимального уровня заработной платы и т. д. В обоснование таких законопроектов приводятся расчеты, схемы и графики с моделированием последствий их принятия в среднесрочной и часто долгосрочной перспективе34.

Методы экономико-математического моделирования используются и для оценки правоприменительной практики, о чем свидетельствуют многие материалы Исследовательской службы Конгресса США35. Исследования с целью выявления не только дефектов, но и допустимого уровня правового регулирования проводят и многие общественные объединения36.

34 См.: House of Commons Business and Enterprise Committee. Enterprise Finance Guarantee scheme. Tenth Report of Session 2008-09 with formal minutes, oral and written evidence. L., 2009; Concurrent Resolution of the Budget for Fiscal Year 2009. Conference Report to House of Representatives. Wash., 2008 и т. д.

35 См.: Jeffrey W. Seifert. Data Mining and Homeland Security: CRS Report for Congress. Washington, 2008. P. 2—15; John F. Sargent (Coordinator), Christine M. Matthews, John D. Moteff, Daniel Morgan, Robert Esworthy, Wendy H. Schacht, Pamela W. Smith, Wayne A. Morrissey. Federal Research and Development Funding: FY2009. CRS Report for Congress. Washington, 2008. P. 1—43.

36 Так, в США в 2004 г. Американская ас-

социация администраторов сферы образо-

вания и Национальная ассоциация советов школ выступили с инициативой проведения исследования по оценке допустимого уровня правового регулирования учебных заведений. Основной вывод исследования, изданного под заголовком «Сверхрегулирование: воздействие правового бремени на публичные школы», — сфера образования находится под чрезмерным бременем всевозможных бюрократических правил и инструкций, исполнение которых отнимает невероятно много времени и сил.

Представленные в исследовании экономико-математические модели и графики показывали, что для увольнения несоответ-

ствующего своей должности преподавате-

Видится перспективность внедрения в сферу правовых исследований и других экономических методов. В современной зарубежной экономической науке все больше внимания уделяется методам прикладных исследований и экономической социологии, которые, по мнению некоторых экономистов, вытесняют методы экономико-математического моделирования. Это результаты так называемых field studies, различного рода мониторингов, опросов, анкетирований и проч.37

Методы экономической социологии находят свое применение при разработке актов и оценке правоприменительной практики трудового, пенсионного, уголовного и миграционного законодательства, законодательства о здравоохранении, образовании и культуре.

В последние годы все более активно внедряются методы программного анализа, обеспечивающие комплексное исследование общественных явлений. Согласно Закону США 1993 г. «О деятельности правительства и ее

ля требуется исполнить до 83 действий и согласований с различными инстанциями, что занимает по времени около года. Замещение вакантной должности преподавателя осуществляется в ходе 38 действий и согласований. А при организации спортивных соревнований число таких действий и согласований возрастает до 99. При такой бюрократической нагрузке времени на занятие собственно преподавательской деятельностью остается немного (см.: Over Ruled: The Burden of Law on America's Public Schools. N. Y., 2004).

37 Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ имеет давние традиции в их применении. Примерами могут служить труды Института, опубликованные более 80 лет назад по проблемам экономических и социальных причин преступности (см. выпуски сборников «Проблемы преступности», изданные Институтом в 1926, 1927, 1928 и 1929 гг.; Гернет М. Н. Моральная статистика. М., 1922; Он же. Преступность за границей и в СССР. М., 1931).

результатах» программный анализ определяется как «оценка посредством объективного исследования и систематического изучения вопроса о том, каким образом и насколько федеральные программы достигают поставленных целей»38. Закон обязывает большую часть правительственных ведомств разрабатывать пятилетние стратегические планы и ежегодные рабочие планы, в которые должны включаться описание целей и индикаторов их оценки. Подробные методики таких оценок изложены в рекомендациях федерального Отчетного управления39.

В то же время и экономическая наука должна дополнить методы экономического анализа методом нормативного анализа (нормативным методом), основанным на исследовании надлежащего порядка, установленного, прежде всего, действующим законодательством. С его помощью право изучается как целостная нормативная система, выявляются составные элементы этой системы, определяются связи и отношения между ними. Он позволяет установить, из чего состоит право и как оно функционирует, выявить своего рода анатомию и физиологию права40. Пренебрежение им ведет к тому, что целый ряд экономически обоснованных предложений по нормативному регулированию различных областей экономических отношений не воспринимается законодательной практикой в силу их юридической некорректно-

38 Government Performance and Results Act (P. L. 103-62; 107 Stat. 285, at 288).

39 См.: U. S. Government Accountability Office, Performance Measurement and Evaluation: Definitions and Relationships, GA0-05-739SP, May 2005; Joseph S. Wholey, Harry P. Hairy, and Kathryn E. Newcomer, eds. Handbook of Practical Program Evaluation. 2nd ed. San Francisco, 2004; Peter H. Rossi, Mark W. Lipsey, Howard E. Freeman. Evaluation: A Systematic Approach. 7th ed. Thousand Oaks, CA: Sage Publications. 2004.

40 См.: Лукич Р. Методология права. М., 1981. С. 191.

сти, поскольку они часто не учитывают принципов построения не только системы национального законодательства, но и российской правовой системы в целом. В частности, так было со многими предложениями экономистов по изменению территориального устройства страны, организации системы органов местного самоуправления, оптимизации налогообложения и т. д.

Примером успешного применения нормативного анализа в российской экономической науке могут служить работы В. А. May41, В. Л. Тамбовце-ва42, С. Д. Валентея43, С. Е. Нарышки-на44, широко использующих в своих исследованиях нормативный материал российского права.

В рассматриваемом контексте уже оправдало себя апробирование результатов экономико-правовых исследований в ходе экспериментов45, позволяющих искусственно воспроизвести экономические явления и процессы с целью их изучения в наиболее благоприятных условиях и дальнейшего практического применения, и постоянное обобщение такого опыта на каждом этапе исследовательской цепи.

41Мау В. А. Экономика и власть: промежуточные итоги. М., 1994; Он же. Экономика и власть. Политическая история экономической реформы в России (1985—1994 гг.) М., 1995; Он же. Макроэкономическая стабилизация, тенденции и альтернативы экономической политики России. М., 1996; Он же. Экономика и право. Конституционные проблемы экономической реформы в России. М., 1998; Он же. Экономическая реформа: сквозь призму конституции и политики. М., 1999.

42 См., например: Тамбовцев В. Л. Формальное и неформальное в управлении экономикой. М., 1990; Он же. Государство и переходная экономика: пределы управляемости. М., 1997.

43 См., например: Валентей С. Д. Федерализм: российская история и российская реальность. М., 1998.

44 См., например: Нарышкин С. Е. Указ. соч.

45 Экономический эксперимент и право /

отв. ред. М. Г. Карпунин. М., 1986.

Следует отметить достаточно широкое применение за рубежом экономико-правовых экспериментов в разных сферах и на разных уровнях. Наиболее распространенным является принятие локальных актов, ограничивающих применение законодательных норм рамками отдельных регионов или местностей с целью выявления их достоинств и недостатков. Наиболее широко такие эксперименты проводятся во Франции. Так, в 2009 г. было принято два декрета о проведении экспериментов в различных сферах правового регулирования: по деконцен-трации порядка рассмотрения индивидуальных просьб о получении французского гражданства и регулированию правил ухода за больными при амбулаторном лечении46.

Очень широко экономико-правовые эксперименты проводятся в Китае. Обосновывая их необходимость, Дэн Сяопин писал на заре экономических реформ: «Некоторые регламенты местных органов власти необходимо сначала попробовать создать, а после, учитывая опыт их примене-

46 См.: Décret по 2009—1671 du 28 décembre 2009 sur l'experimentation de la déconcentration des décisions individuelles relatives aux demandes d'acquisition de la nationalité française; Décret по 2009—1173 du ler octobre 2009 déterminant les modalités de mise en œeuvre des expérimentations concernant la permanence de soins en médecine ambulatoire. В США экономико-правовые эксперименты проводятся на всех уровнях власти с целью воссоздания или искусственного конструирования экономического явления или процесса для его изучения и дальнейшего внедрения. Так, еще в 1978 г. Закон о реформе государственной службы предоставил Агентству по управлению кадрами права проводить эксперименты, направленные на совершенствование федеральной государственной службы. При этом были установлены следующие рамки: срок действия экспериментов ограничивается пятью годами; одновременно может проводиться не более 10 подобных экспериментов; они могут охватывать не более 5000 служащих.

ния, принять соответствующий закон для всего государства. Опыт правоприменения может определить последующие изменения и дополнения статьи закона... Быстро лучше, чем медленно»47.

Такие эксперименты редко проводятся в нашей стране. В частности, в городах Великом Новгороде и Твери в 1997—2006 гг. проводился эксперимент по исчислению налога на недвижимость исходя из оценки рыночной стоимости объектов недвижи-мости48, региональную апробацию проходил ЕГЭ.

Формирование единых методологических подходов в экономико-правовых исследованиях не может осуществляться лишь умозрительным путем. Сам процесс выработки методов и их композиции не должен носить форсированный характер. Наиболее продуктивным представляется путь совместной разработки конкретных методик комплексных исследований. Подобная методика, например, была использована при подготовке правовых актов, направленных на повышение эффективности ресурсосбережения, а также потенциальных возможностей совершенствования законодательной базы в целях создания условий для оптимального природопользования49, в Ленинградской области в 2009 г.

В разработке такого рода методики экономико-правовых исследований проблем государственного и муниципального управления участвуют сотрудники Центра экономико-правовых исследований ИЗиСП50.

47Дэн Сяопин. Избранное. Т. 2. Пекин, 1994. С. 147.

48 Федеральный закон от 20 июля 1997 г. № 110-ФЗ «О проведении эксперимента по налогообложению недвижимости в городах Великом Новгороде и Твери».

49 См.: Дубов В. И. Экономико-правовые аспекты ресурсосбережения: дис. ... канд. эконом. наук. М., 2000.

50 Муниципальная реформа в Российской Федерации. Правовое и экономическое исследование / под ред. Т. Я. Хабриевой.

Ими изучаются также механизмы повышения инвестиционного и инновационного потенциала субъектов Российской Федерации.

Современные экономическая и правовая доктрины обладают высокоразвитым понятийно-категориальным аппаратом, оправдывающим себя в ходе как теоретических, так и прикладных исследований.

Развитие понятийного аппарата является неизбежным следствием развития отраслевой специализации науки. Идет постоянное обогащение устоявшихся понятий и категорий (например, рынок, конкуренция, инвестиции, предпринимательство и др.). Вместе с тем существуют общенаучные понятия и категории, отражающие основные явления и процессы реального мира. Экономическая и правовая доктрины оперируют общими категориями собственности, управления, ответственности и др. Каждая из них должна иметь четкое и неизменное смысловое значение, иначе будет размыт фундамент науки как таковой и наступит, как это было в одном из библейских сказаний, великое «вавилонское» смешение языков, когда каждый перестает понимать другого.

Общая терминология появляется и путем «юридизации» экономического знания и «экономизации» правового знания. В этом процессе они трансформируются, модифицируются, преобразуются согласно специфике исследуемых объектов в рамках обеих отраслей знания, усиливается взаимовлияние формируемого научного аппарата друг друга: все больше «проникает» экономических понятий в законодательство (появляются легальные определения)51.

Антимонопольное, налоговое, другое так называемое экономическое законодательство — пример «правового заимствования» экономической терминологии. В то же время в экономической науке все чаще оперируют не абстрактными, а легальными понятиями, особенно из частноправового блока российского законодательства.

Следует оговорить, что в отдельных случаях некоторые категории и понятия, в равной степени используемые в обеих науках, могут иметь свои различия применительно к конкретным правоотношениям. Так, категория инвестиций в экономической теории может рассматриваться как денежный капитал, а в правоведении — как предприятие, договоры лизинга, факторинга, коммерческой концессии.

Было бы неправильным попытаться прервать традицию каждой из отраслей знания и искусственно конвергировать новые понятия. Это почти предсказуемо сделает их нежизнеспособными. Оперирование понятиями в целях правового оформления экономических явлений должно быть допустимо только при выработке их единого смыслового значения. В первую очередь речь идет о понятиях, предполагаемых к закреплению в законодательстве. Противоречивая правоприменительная практика из-за разного понимания смысла законодательного определения способна не только исказить целевое назначение закона, но и полностью нивелировать его регулятивный потенциал. Достижение согласованности понятий для последующего их законодательного закрепления возможно по мере нако-

51 См., например, федеральные законы от 27 июля 2010 г. №» 224-ФЗ «О противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», от 28 декабря 2009 г. №» 381-Ф3 «Об основах государственного регулирова-

ния торговой деятельности в Российской Федерации», от 30 декабря 2006 г. №» 271-ФЗ «О розничных рынках и о внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации», от 25 февраля 1999 г. № 39-Ф3 «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме

капитальных вложений».

пления такого рода научных знаний. Их поэтапное обобщение позволило бы достичь высокой степени гармонизации понятийно-категориальных аппаратов52.

3. Критерии измерения эффективности права и актуальные направления экономико-правовых исследований

Соприкосновение права и экономики, предполагающее необходимость комплексных исследовательских подходов, общепризнанно проявляется в теме эффективности права. Это направление, как уже отмечалось, имеет сложившуюся научную традицию в правовой доктрине.

Первый этап совпадает с периодом становления социалистического права. Проблема эффективности права в том виде, в каком она имеет место сейчас, еще не становится объектом специального рассмотрения, отсутствует система основных понятий, призванных описать данную проблему в целом, а также система методов анализа и оценки. В условиях неразвитости законодательства основным критерием соответствия преобразований новой системе отношений являлось правосознание представителей политических учреждений. В самой формирующейся юридической практике обращалось внимание прежде всего на социально-политические результаты принимаемых решений и деятельности правоохранительных структур. Отсюда акцент на психологические методы исследования53.

Вторая половина 30 — начало 60-х гг. прошлого столетия знаменуют второй этап в развитии представлений об эффективности пра-

52 Такой процесс, например, в настоящее время идет при доработке в Государственной Думе Федерального Собрания РФ проекта федерального закона «Об инновационной деятельности в Российской Федерации» (законопроект № 344994-5).

53 См. подробнее: Эффективность дейст-

вия правовых норм. Л., 1977. С. 41—45.

ва, характеризующийся разработкой проблем действенности правового регулирования. Эффективность действия сравнительно развитой правовой системы требовала соответствия ей эффективности действия отдельных ее звеньев. Однако под влиянием ряда факторов, главным образом субъективного свойства, исследовательский интерес был привлечен к формально-нормативной стороне права, проблемам непротиворечивости и полноты системы права, правильности и единообразия применения закона. Уже не правосознание, а развивающаяся система правоотношений начала определять развитие права, однако юридическая наука практически не учитывала этого, особенно в сфере экономики. Используемые методы, преимущественно статистического характера, не позволяли отразить действительный социальный эффект правовых норм.

Третий этап, начавшийся в 60-х гг. и продлившийся до конца 80-х гг. XX в., был ознаменован многоаспектным изучением проблемы, интеграцией всех ранее разработанных методов и формированием теории эффективности права, которая тесно связана с трудами ученых ИЗиСП54. Исследования были направлены как на выяснение того, в какой мере нормами права достигается преследуемая законодателем цель, так и на выявление социального контекста действия правовых норм во всем объеме их связей и опосредовании. В этот период были развиты основные понятия теории, специфические приемы и методы выявления эффективности.

В связи с проведением экономической реформы 1965 г. возросла

54 Никитинский В. И. Указ. соч.; Кудрявцев В. Н., Никитинский В. И., Самощен-ко И. С. и др. Эффективность правовых норм. М., 1980; Эффективность закона. Методология и конкретные исследования / отв. ред. В. М. Сырых, Ю. А. Тихомиров. М., 1997.

роль гражданского законодательства в системе преимущественно административного регулирования экономических отношений, в результате чего предметом широкого обсуждения стали вопросы экономической эффективности права. «Изданные акты подлежали оценке исходя из конкретных норм, принятых за последние годы, а также с учетом общих решений об осуществлении экономической реформы и перестройке управления по отраслевому признаку»55.

Для создания рациональной системы актов хозяйственного законодательства требовался научный подход. Он был создан трудами выдающихся цивилистов того времени, которые подчеркивали значение института собственности как основной имущественной предпосылки хозяйственных отношений56.

С конца 80-х гг. прошлого века активная фаза исследовательского интереса к эффективности права пошла на спад. Однако развитие новой правовой системы, обусловленное новыми социальными детерминантами, создало определенные предпосылки для нового этапа развития данной проблемы, новых подходов ее рассмотрения.

55 Материалы научной конференции «Вопросы систематизации хозяйственного законодательства в СССР» (26—27 мая 1969 г.). М., 1969. С. 22.

56 Особенно следует выделить труды И. Н. Петрова, исследовавшего проблему экономической эффективности правовых норм, регулирующих экономические, или, как было принято в то время говорить, хозяйственные, отношения. Им была выявлена закономерность увеличения споров в арбитражной практике, установлены критерии оценки экономической эффективности норм о поставках товаров и продукции хозяйственного назначения. Выводы, к которым пришел И. Н. Петров, касаются корреляции норм об ответственности участников хозяйственных отношений и количества возникающих в хозяйственной практике споров.

Характеризуя исследовательский уровень в сфере определения эффективности, в том числе экономической эффективности права, необходимо отметить достигнутое понимание соотношения между фактическим результатом действия правовых норм и теми социальными целями, для достижения которых эти нормы были приняты57.

Имеется также определение понятия экономической эффективности права с позиций радикального экономизма как величины, обратно пропорциональной той доле совокупных общественных издержек, которая связана с правовым регули-рованием58. Недостаток такого подхода заключается в том, что эффек-

57 См.: Самощенко И. С., Никитинский В. И., Венгеров А. Б. К методике изучения эффективности правовых норм // Советское государство и право. 1971. № 3. С. 70— 71; Кудрявцев В. Н., Никитинский В. И., Самощенко И. С., Глазырин В. В. Указ. соч.

B. И. Никитинский отмечал: «Термин «эффект» употребляется в русском языке в значении результата, следствия чего-нибудь. Отсюда эффективность органически связана с результативностью, действенностью мероприятий, правил, систем. Об эффективности конкретной нормы права нельзя также судить абстрагируясь от ее цели. Именно цель правовой нормы является эталоном оценки ее эффективности. Таким образом, можно сделать следующий вывод, что эффективность правовой нормы есть не просто результат, эффект ее действия, а соотношение между этим результатом и социальной целью, положенной в основу правового предписания» (Никитинский В. И. Указ. соч.

C. 12—13). В. В. Лапаева, развивая концепцию эффективности права, определяет ее исходя из основной, как она полагает, функции права — быть средством объективного, общесправедливого для конфликтующих сторон разрешения социальных конфликтов (см.: Лапаева В. В. Социология права / под ред. В. С. Нерсесянца. М., 2000).

58 См.: Добровольский А. Критерии эф-

фективности хозяйственного законодатель-

ства // Адкрытае грамадства 1нфамацыйна-

аналггычны бюлетэнь. 1998. № 5.

тивность правового регулирования напрямую зависит от сокращения расходов на правоприменительную деятельность, на содержание государственного аппарата и т. п.

Правы авторы, которые объясняют, что эффективность права или какой-либо его отрасли не равна простой совокупности эффективности отдельных правовых норм и институтов, поскольку она не сводится к их сумме59. При применении этого подхода к экономике эффективность права и правоприменительной практики реализуется в достигнутом уровне социально-экономического развития страны в сравнении с другими странами, величины национального богатства, благосостояния населения с учетом его численности, размеров территории и роли добывающей промышленности в создании национального дохода.

Изучение эффективности права в целом или отдельной отрасли является весьма сложным процессом, поэтому при проведении конкретно-социологических исследований определяется эффективность отдельных норм права. Когда говорят об изучении эффективности права, имеют в виду теоретические вопросы, такие как сущность, общие критерии оценки и элементы эффективности правовых норм. Оценить же качественно эффективность права можно лишь на основе анализа практики применения норм права60.

Существенным продвижением по пути ухода от чисто «атомистического» анализа закона к определению его влияния на регулируемые общественные отношения является цикл исследований, проводимых под руководством Ю. А. Тихомирова61. Закон анализируется в систе-

59 См.: Сырых В. М. Социология права. М., 2001. С. 37, 354.

60 См.: Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Современная социология права. М., 1995. С. 163.

61 См., например: Тихомиров Ю. А. Правовое регулирование: теория и практика. М., 2010.

ме других регуляторов и в широком социально-экономическом контексте.

Анализ комплекса средств реализации права сочетается с новой трактовкой содержания и циклов правового регулирования в соответствии с этапами социально-экономического развития. Корреляции внутри правовой системы отражают ее корреляции с внешней средой и сложные каналы взаимного воздействия. Учеными были проведены полезные исследования критериев эффективности закона в экономической сфере, позволяющие сделать следующий шаг к выявлению последствий правовых актов62.

Впервые обосновано формирование и использование института правового мониторинга, который позволяет не только получать и анализировать информацию о процессах в правовой сфере, но и своевременно корректировать правовые акты, функции и деятельность публичных институтов и бизнес-структур. Но еще предстоит немало сделать, чтобы мониторинг стал мощным каналом обратной связи от обществ к правотворческой системе63.

Развитием этих теоретических наработок можно считать постановление Правительства РФ о введении в практику деятельности федеральных органов исполнительной власти обязательной оценки регулирующего воздействия принимаемых актов64. Она предполагает выявление в проектах нормативных правовых актов положений, вводящих избыточные администра-

62 См.: Тихомиров Ю. А. Действие закона. М., 1992; Правоприменение: теория и практика. М., 2008; Эффективность закона в экономической сфере. М., 2010; Тихомиров Ю. А. Правовое регулирование: теория и практика.

63 См.: Правовой мониторинг. М., 2009.

64 См.: Постановление Правительства РФ от 15 мая 2010 г. № 336 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации».

тивные и иные ограничения и обязанности для субъектов предпринимательской и иной деятельности или способствующих их введению, а также положений, способствующих возникновению необоснованных расходов субъектов предпринимательской и иной деятельности и бюджетов всех уровней бюджетной системы Российской Федерации. Это прежде всего проекты актов, которыми регулируются отношения в области организации и осуществления государственного контроля (надзора), установления, применения и исполнения обязательных требований к продукции или связанным с ними процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, в области оценки соответствия и в области безопасности процессов производства.

Эффективность права была в поле зрения и экономической науки. Ученые обратились к экономическому анализу права еще в начале 60-х гг. прошлого века, т. е. приблизительно в то же время, когда проблема оценки эффективности правовых норм стала основательно изучаться и в отечественном праве65. При этом под экономической эффективностью понимались результаты, достигнутые введением соответствующего правового регулирования. «В качестве результата, или цели, права могут быть использованы совокупная полезность (предпочтения людей относительно того или иного блага) и совокупное богатство общества»66. В связи с этим в отечественной практике оценки экономической эффек-

65 См.: Хейнман С. А. Экономические проблемы организации промышленного производства. М., 1961; Мендельсон Л. А. Теория и история экономических кризисов и циклов: в 3 т. М., 1959—1964; Кваша Б. Избранные труды: в 3 т. Т. 3: Факторы развития экономики. М., 2003.

66 Одинцова М. И. Указ. соч. С. 30.

тивности законопроектов преобладает узко «ценовой» подход67.

Расхождение позиций экономистов и юристов в общем подходе к проблеме изучения эффективности правовых норм заключается в том, что экономисты базируют свою оценку на критерии полезности, который хотя и исходит из сравнения полезностей (например, строительство автострады вызывает протест жителей, по территории участков которых проходит новая дорога, однако в строительстве проявляют заинтересованность жители близлежащих территорий), но не учитывает другие аспекты, влияющие на регулирование избранного круга отношений. В свою очередь методика определения эффективности права, используемая в юриспруденции, позволяет обратиться к более широкому кругу критериев оценки действия правовой нормы, в основе которых лежит принцип справедливости, и включает систему оценки распределения полученных благ. Таким образом, существует потенциальная возможность более точного измерения эффективности правовых норм.

В основу аналитического синтеза экономики и права целесообразно положить результаты правовой и экономической практики, состоящей по сути в прибыльном правоприменении. Поэтому такая методология должна объединять методы анализа экономической эффективности права с правомерностью получения экономических выгод и правовой квалификацией состояний и политики со-

67 Узкий подход хорошо отражен в отечественной практике оценки экономической эффективности законопроектов. Анализу подвергаются прямые и косвенные издержки и затраты, возможные финансовые последствия. В то же время в США «денежная» составляющая не является единственной в финансово-экономическом обосновании законов. Оценке подлежат издержки и преимущества, которые не могут быть оценены количественно.

циально-экономического развития. В связи с этим существенное значение имеет не только полезность закона, но и рыночность закона, и его реализованность.

Смысл анализа экономической эффективности права состоит в том, чтобы отыскать ту единственную и необходимую связь, которая существует между конкретным правовым решением и желаемым экономическим результатом.

Критерий полезности закона был сформулирован М. М. Сперанским в начале XIX в. во «Введении к Уложению государственных законов», раскрывался в формуле: «Закон должен быть полезен каждому человеку». Это вовсе не означает установления законом привилегий, когда закон оказывается полезен лишь некоторым наперед заданным лицам — юридическим или физическим. Такая привилегия противоречит не только доктринам сложившейся современной демократии и влечет отвержение законопроекта парламентом, как только привилегия обнаруживается, но и пресловутому римскому праву периода республиканского Рима. Федеральные законы о государственных корпорациях — образец законоустанов-ления привилегий.

Критерий полезности закона может применяться для характеристики нормативных правовых актов на основе подхода, сформулированного знаменитым ученым-экономистом Вильфредо Парето. Нормативный правовой акт соответствует критерию, если он улучшает положение хотя бы одного субъекта частного права, не ухудшая положения остальных. Для актов публичного права должно соблюдаться требование улучшать положение по меньшей мере одного субъекта как частного, так и публичного права, не ухудшая положения остальных.

Критерий «рыночности» закона означает, что закон способствует созданию условий для формирования рыночной цены, что связано с ростом товарооборота по объему

и номенклатуре, а также с увеличением количества конкурирующих на этом рынке поставщиков. Критерий применим к рынкам любого типа, монополизированным или высококонкурентным, будь то рынки услуг жилищно-коммунального хозяйства, публичных услуг, драгоценных металлов, автомобильный и авиационный рынки, рынок рабочей силы, монополизированный профсоюзом, или, как его давно называют в странах лидирующего развития и только начинают именовать в России, политический рынок68.

Критерий реализованности закона — жесткий критерий, означающий, что для любого фактического правоотношения любых субъектов, находящихся под определенной национальной юрисдикцией, очевидны регулирующие это отношение законы; что формы реализации этого правоотношения либо соответствуют закону и правомерны, либо не соответствуют и квалифицируются на этой основе как правонарушение.

Судебная практика не всегда может дать объективную картину эффективности нормативного предписания, так как увеличение числа споров может быть связано исключительно с простым фактом изменения режима деятельности, хотя большое количество споров может свидетельствовать о недостатках правового регулирования (пробелах в законодательстве, неправильном правовом решении).

Исполнение правовых предписаний обусловливается качеством закона, эффективностью правореа-лизации и в необходимых случаях правоприменением, уровнем правосознания и правовой культуры граждан, действующих в качестве частных либо должностных лиц. В этом контексте едва ли не на первый план

68 Лауреат Нобелевской премии в области экономики Джеймс Бьюкенен дал определение политику как товару, который сам себя продает (см.: Бьюкенен Дж. Нобелевские лауреаты по экономике. М., 1987).

выдвигается фактор ресурсной обеспеченности законодательства (финансовой, материальной, организационной, информационной и др.), кстати, наименее разработанный в науке и практике69.

Экономически эффективное законодательство не возникает сразу с применением к праву экономических критериев оценки. Напротив, эффективность как качество права и законодательства образуется постепенно, в результате осмысления и освоения истории предъявления требований эффективности к законодательству и правоприменительной практике.

Современные исследования доказывают важность для оценки экономической эффективности законодательства, его соответствия концепции развития права70. Концепция может быть выражена в законодательстве в виде основных целевых установок правового регулирования (в преамбуле, в статье, посвященной целям и задачам регулирования), в актах программно-концептуального свойства, которые позволяют прогнозировать направления, пределы и возможные способы реализации государственной политики в законодательстве (доктрины, стратегии, концепции, программы, планы). Практика показывает, что принятие отдельных актов, не сообразующихся с общей линией развития своей отрасли права, существенно снижает его эффективность. Так, долгое время гражданско-правовые отношения в сфере функциониро-

69 См.: Хабриева Т. Я. Стабильность закона, модернизация законодательства и задачи юридической науки // Закон: стабильность и динамика (Материалы заседания Международной школы-практикума молодых ученых-юристов. Москва, 1—3 июня 2006 г.) / отв. ред. Т. Я. Хабриева. М., 2007. С. XI— XXVI.

70 ИЗиСП опубликовал в октябре 2010 г.

пятое издание книги «Концепции развития российского законодательства» (под ред. Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Тихомирова).

вания финансового рынка развивались вне системной связи с основным цивилистическим законом России — Гражданским кодексом. Даже определение понятия «финансовый инструмент» изначально появилось в Налоговом кодексе РФ, что в определенной мере сдерживало формирование правовых основ финансового рынка и его развития в целом.

Видимо, целесообразно исходить из возможности взаимодополняемости используемых критериев при оценке эффективности правовой нормы71.

При оценке экономической эффективности права следует различать качественную и количественную оценки. В случае применения последней измерителями эффективности могут выступать как стоимостные, так и натурально-вещественные показатели. Качественная оценка эффективности права (строящаяся на основе количественных показателей) предполагает проводимое по итогам социально-экономического развития за период действия этой нормы изучение принятой нормы. При качественной оценке эффективности права актуализируется важность следования принципу необратимости и однонаправленности времени, согласно которому всякий следующий этап развития есть один из результатов предыдущего.

Одним из первых правил методологии измерения экономической эффективности права является правило о том, что «задачу изучения эффективности нельзя сводить к получению только качественных характеристик (эффективна или неэффективна соответствующая норма) или только количественных оценок относительно объема производства, количества споров и др.».

Неполный и (или) неточный учет законодателем базовых закономерностей общественно-экономическо-

71 См.: Кудрявцев В. Н., Никитинский В. И., Самощенко И. С. и др. Указ. соч. С. 4; Одинцова М. И. Указ. соч. С. 44.

го развития, в частности игнорирование приоритета развития промышленности, в особенности обрабатывающей, вполне способен привести к созданию законодательства, хотя и эффективного на ограниченном временно'м эшелоне количественно, но качественно неэффективного в историческом измерении.

При оценке экономической эффективности представляется возможным различать прогнозную и ретроспективную оценку эффективности того или иного правового акта или законодательства в целом. О прогнозной оценке представляется возможным вести речь на стадии подготовки законопроекта и только в тех случаях, когда существует достаточная для получения относительно точного прогноза статистическая база, дополненная информацией о существующей и прогнозируемой конъюнктуре соответствующего рынка. Не менее важной представляется возможность ретроспективной оценки законодательного акта по прошествии некоторого времени с момента его принятия: анализируя ход реализации принятой правовой нормы, законодатель получает возможность развития законодательства в необходимом направлении, сопровождаемую предпосылкой к точному прогнозированию результатов.

В условиях рыночной экономики меняется соотношение публичного и частного интереса. Речь идет не столько о характере самих правовых актов, как это было в спорах по хозяйственному праву, сколько о характере регулируемых отношений. Это важно учитывать в условиях рынка, когда отношения государства с частным лицом не должны и не могут подчиняться особому режиму, так как это приводит к нарушению условий конкуренции и разрушению самого рынка.

Основным принципом оценки эффективности правовой нормы, например в отношениях государственно-частного партнерства, явля-

ется не столько социальный эффект данной нормы, сколько удовлетворение частного интереса, присутствующего в правовых формах, используемых для достижения социальной цели.

Экономические реформы в современный период требуют частной инициативы и максимального использования частных источников финансирования. Государственно-частное партнерство опосредуется самыми разнообразными организационно-правовыми формами, регулируемыми частным правом. Обычно социальный эффект обеспечивается обращением к самой правовой форме государственно-частного партнерства, а частный интерес защищается закреплением достигнутого баланса интересов. В настоящее время в существующих правовых формах государственно-частного партнерства частный интерес не получает достаточной степени защиты.

Важным методологическим правилом оценки эффективности правовой нормы является правило о необходимости учитывать многообразие целей, которые преследуются при принятии той или иной нормы. Развитие законодательства только в свете правильно избранных устойчивых целей и целевых установок способствует наиболее полноценному раскрытию его регулятивного потенциала.

Разные стороны проблемы обеспечения целевого развития права и законодательства всегда представляли интерес для правовой нау-ки72. Согласно классической теории

72 См., например: Иеринг Р. Цель в праве. СПб., 1881; Керимов Д. А. Категория цели в советском праве // Правоведение. 1964. № 3; Орлов В. Н, Экимов А. И. Цель в норме социалистического права // Правоведение. 1968. № 5; Самощенко И. С., Никитинский В. И. Цели правовых норм — масштаб оценки их эффективности // Ученые записки. ВНИИСЗ. М., 1969. Вып. 19. С. 52; МихайловаМ. Цел и це-лесъобразност в правото. София, 1983; Чулю-

оценки эффективности правовых норм, существующей в российском праве, следует учитывать деление целей на функциональные и предметные, на материальные и юри-дические73. Это деление необходимо иметь в виду при проведении комплексных экономико-правовых исследований.

Цель как идеальное выражение будущего в настоящем пронизывает все содержание права как системы юридических норм, регулирующих соответствующие общественные отношения. Получая в нем свое отраженное выражение, цель стимулирует, организует, направляет практическую деятельность субъектов права по пути ее претворения в жизнь74.

Цели права и законодательства находятся за пределами правовой материи, хотя часть из них непосредственно формируется в ней. В советской литературе единодушно признавалось юридическое значение закрепленных в праве и пронизывающих его руководящих идей, отражающих объективные закономерности и потребности общественного развития, среди которых в конечном итоге определяющую роль играла экономика75.

При оценке целей правового регулирования необходимо ориентироваться не только на правомерность поведения людей, но также и на практический материальный результат, который получат сориентированные должным образом люди.

кин Л. Д. Природа и значение цели в советском праве. Казань, 1984.

73 См.: Кудрявцев В. Н., Никитинский В. И., Самощенко И. С. и др. Указ. соч. С. 36.

74 См. подробнее: Насырова Т. Я. (Хаб-риева Т. Я.). Телеологическое (целевое) толкование советского закона. Казань, 1988. С. 13—27.

75 См.: Мицкевич А. В. Акты высших органов Советского государства (юридическая природа нормативных актов высших органов государственной власти и управления СССР). М., 1967. С. 140—141.

Эффективность правовых норм, преследующих юридические цели, измеряется правомерностью (законностью) поведения, юридико-техниче-ским уровнем законодательства, его упорядоченностью.

При обсуждении проблемы экономической эффективности права возникает вопрос о взаимной противоречивости общественных, групповых и личных интересов. Выступая, в соответствии с демократической процедурой делегирования полномочий по государственному управлению, от имени всего общества, государство вправе предложить и законодательно проводить законопроекты в сфере экономического и социального развития. Но, подобно тому, как это происходит с кривой Лаффера (хрестоматийный график, иллюстрирующий зависимость величины собираемых налогов от ставки налогообложения), чрезмерное стремление к экономической эффективности может привести к непредсказуемым экономическим и социально-политическим последствиям.

Решение задач модернизации экономики требует дальнейшего развития исследований в области измерения экономической эффективности права с учетом имеющегося арсенала экономической и юридической наук. Это означает преодоление «узкого» подхода к составу критериев, принятому экономической наукой и ограниченности методов сугубо юридического анализа правовых актов, выработку общих требований интегративной оценки экономической результативности правовых норм и институтов.

Эффективность права является одним из ключевых средств обеспечения инновационной экономики и модернизации. Речь идет об отказе от традиционно-общего представления об актах как таковых и о формировании такого механизма правового регулирования, в котором бы сочетались оценки регулирующего воздействия при подготовке правовых актов, анализ корреляции между

разными средствами правового воздействия и различными элементами экономической системы, действие института правового мониторинга, разработка прогнозных оценок меняющихся правовых циклов.

Практика экономико-правовых исследований ширится. Примером творческого союза ученых юридического и экономического профиля может служить деятельность Центра экономико-правовых проблем государственного и муниципального управления ИЗиСП, который провел научные исследования по темам: «Проблемы и перспективы муниципальной реформы в Российской Федерации» (2007); «Иностранные инвестиции и ключевые направления развития российской экономики» (2007); «Комментарий к Федеральному закону «О банках и банковской деятельности» (2008); «Совершенствование межбюджетных отношений на региональном уровне» (2008); «Оценка возможностей субъектов Российской Федерации по проведению активной инновационной политики» (2008); «Проблемы оплаты труда на промышленных предприятиях и механизмы реализации новых систем заработной платы» (2008); «Финансово-кредитные механизмы обеспечения экономического роста в регионах» (2008); «Интеллектуальные ресурсы нации: возможности и пределы правового регулирования» (2009); «Правовое обеспечение инновационной деятельности» (2009); «Иностранные инвестиции и развитие экономики России» (2010).

В перспективе представляется возможным перейти от узкого практицизма совместных исследований к реализации такого научного направления, как экономико-правовая прогностика, которое в дальнейшем должно стать необходимой частью механизма долгосрочного планирования и прогнозирования социально-экономического развития страны.

Это предполагает решение следующих научных задач.

1. Разработка теории и методологии экономико-правовых исследований:

установление социально-экономических факторов (условий), определяющих реальную исполняемость нормативно-правовых актов, а также меры их позитивного воздействия на хозяйственные и социальные процессы в обществе;

разработка методологии долговременного прогнозирования, предвидения социально-экономических последствий тех или иных правовых новаций;

построение модельной схемы «экономического обоснования» в законотворческом процессе;

выявление тех изменений или новых ситуаций в экономике, когда становится необходимым внесение изменений в те или иные нормативно-правовые акты;

обоснование тех новых законов, иных нормативных правовых актов (или дополнений к действующим), потребность в которых диктуется назревающими или перспективными изменениями в экономике, равно как и тех новых задач в экономике и в социальной сфере, которые должны быть решены этими нормативными правовыми актами.

2. Правовое обеспечение экономической интеграции межгосударственных объединений (СНГ, Таможенный союз и т. д.):

совершенствование порядка принятия и действия общих норм и технико-экономических нормативов;

анализ влияния общих норм на национальное законодательство и деятельность государственных органов, а также процедур рассмотрения споров.

3. Развитие экономико-правовых основ федеративных отношений:

развитие «базовой модели» российского федерализма (соотношение симметрии и асимметрии федеративных отношений, централизации и децентрализации; перспективы укрупнения субъектов Федерации; дальнейшая роль федеральных округов;

совершенствование экономико-правовых подходов оптимизации разграничения полномочий федерации, ее субъектов и органов местного самоуправления;

совершенствование финансово-бюджетных и иных механизмов экономического выравнивания среди регионов России и их отражение в федеральной политике регионального развития.

4. Экономико-правовой анализ муниципальной реформы:

ретроспективный экономико-правовой анализ этапов муниципальной реформы;

обоснование прогнозов по развитию институтов местного самоуправления, укреплению их экономической, в том числе финансово-бюджетной, базы.

5. Совершенствование экономико-правовых основ инвестиционной и инновационной политики:

анализ экономического содержания и правовой формы национальной инновационной системы в свете модернизации страны, различных видов субъектов инновационной деятельности, их экономической роли и правового статуса;

обоснование возможностей усиления роли субфедеральных органов управления в активизации всех видов инновационной деятельности, в том числе через создание региональных и местных зон (территорий) инновационного развития;

определение путей усиления роли малых форм инновационной деятельности (малых и средних инновационных предприятий).

Библиографический список

Jeffrey W. Seifert. Data Mining and Homeland Security: CRS Report for Congress. Washington, 2008.

Over Ruled: The Burden of Law on America's Public Schools. N. Y., 2004.

R. Whish, B. Sufrin. Competition Law. L., 1993.

Автономов В. С. История от Шумпетера (предисловие к русскому изданию) // А. Ио-

зеф Шумпетер. История экономического анализа: в 3 т. / пер. с англ.; под ред. В. С. Ав-тономова. СПб., 2001.

Алексеев С. С. Предмет советского социалистического гражданского права. Ученые труды. Ч. 1. Свердловск, 1959.

Блауг М. Методология экономической науки, или Как экономисты объясняют. М., 2004.

Дэн Сяопин. Избранное. Т. 2. Пекин, 1994.

Интеллектуальные ресурсы нации: возможности и пределы правового регулирования: науч. док. / Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ. М., 2009.

Кваша Б. Избранные труды: в 3 т. Т. 3: Факторы развития экономики. М., 2003.

Керимов Д. А. Методология права: Предмет, функции, проблемы философии права. М., 2009.

Ковалевский М. М. Происхождение современной демократии. Т. 1—4. СПб., 1895—1897.

Конкурентное право Российской Федерации: учеб. пособие / под ред. Н. И. Клейн, Н. Е. Фонаревой. М., 1999.

Концепции развития российского законодательства / под ред. Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Тихомирова. М., 2010.

Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Современная социология права. М., 1995.

Кудрявцев В. Н., Никитинский В. И., Са-мощенко И. С. и др. Эффективность правовых норм. М., 1980.

Лапаева В. В. Социология права / под ред. В. С. Нерсесянца. М., 2000.

Лукич Р. Методология права. М., 1981.

Мендельсон Л. А. Теория и история экономических кризисов и циклов: в 3 т. М., 1959—1964.

Мицкевич А. В. Акты высших органов Советского государства (юридическая природа нормативных актов высших органов государственной власти и управления СССР). М., 1967.

Муниципальная реформа в Российской Федерации: правовое и экономическое исследование / под общ. ред. Т. Я. Хабриевой. М., 2010.

Нарышкин С. Е. Привлечение иностранных инвестиций: экономическая стратегия и развитие регионов России. М., 2009.

Насырова Т. Я. (Хабриева Т. Я.). Телеологическое (целевое) толкование советского закона. Казань, 1988.

Одинцова М. И. Экономика права. М., 2007.

Ольсевич Ю. Конкуренция и монополия в условиях рыночной и перходной экономики (Теория Э. Чемберлина шесть десятилетий спустя) // Э. Чемберлин. Теория монополистической конкуренции. М., 1996.

Правовой мониторинг. М., 2009.

Проблемы и перспективы муниципальной реформы в Российской Федерации: науч. док. М., 2008.

Радченко В. И., Иванюк О. А., Плюгина И. В. и др. Практические аспекты прогнозирования законодательства и эффективности применения прогнозируемых норм // Журнал российского права. 2008. № 8.

Самощенко И. С., Никитинский В. И., Вен-геров А. Б. К методике изучения эффективности правовых норм // Советское государство и право. 1971. № 3.

Селезнев Л. И. Математические методы в юриспруденции. М., 2007.

Степин В. С., Горохов В. Г., Розов М. А. Философия науки и техники. М., 1995.

Сырых В. М. Метод правовой науки. М., 1980.

Сырых В. М. Социология права. М., 2001.

Тихомиров Ю. А. Правовое регулирование: теория и практика. М., 2010.

Толстой Ю. К. К теории правоотношения. Л., 1959.

Фридмен М. Методология позитивной экономической науки // THESIS. 1994. Т. 2. Вып. 4.

Хабриева Т. Я. Стабильность закона, модернизация законодательства и задачи юридической науки // Закон: стабильность и динамика (Материалы заседания Международной школы-практикума молодых ученых-юристов. Москва, 1—3 июня 2006 г.) / отв. ред. Т. Я. Хабриева. М., 2007.

Хейнман С. А. Экономические проблемы организации промышленного производства. М., 1961.

Эффективность действия правовых норм. Л., 1977.