Проблемы квалификации преступлений по признаку субъективной стороны (на примере отдельных преступлений против жизни)

7.14. ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПО ПРИЗНАКУ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ

Лебедев Максим Владимирович, бакалавр. Место учебы: Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова. Подразделение: кафедра уголовного права и криминологии. E-mail: 3g4g@mail.ru

Аннотация: В статье рассматриваются актуальные проблемы, возникающие при квалификации преступлений против жизни, в частности по признаку субъективной стороны. Анализируются примеры из судебной практики.

Цель статьи: Настоящая работа ставит перед собой цель изучение проблемы ошибочной квалификации на примере конкретных преступлений против жизни. Для этого необходимо раскрыть содержание и признаки субъективной стороны, ее обязательных признаков, провести разграничение форм и видов вины, выявить правила, которыми необходимо пользоваться при квалификации указанных преступлений по признакам субъективной стороны.

Методология и методы: в статье используется сравнительно-правовой метод исследования, а так же метод толкования правовых норм, которые позволяют лучше осмыслить институты уголовного права и определить основные направления их развития.

Выводы: проблема квалификации преступлений по признаку субъективной стороны, является актуальной для изучения, о чем свидетельствуют многочисленные решения по уголовным делам и труды ученых правоведов. Специалисты в области уголовного права, в своих исследованиях, обращают наше внимание на то, комплексность института вины, в связи с чем правоприменитель должен знать, безошибочно определять и разграничивать все без исключения составляющие субъективной стороны преступления против жизни.

Область применения полученных результатов: данная статья может представлять интерес для студентов, аспирантов исследующих данную область уголовного права, а так же может быть использована в качестве дополнительного учебного материала для дознавателей, следователей, прокуроров и судей.

Ключевые слова: Россия, уголовное право, субъективная сторона преступления, вина, преступления против жизни, квалификация преступлений, ошибки.

PROBLEMS OF QUALIFICATION OF CRIMES ON THE BASIS OF THE SUBJECTIVE SIDE

Lebedev Maksim Vladimirovich, bachelor's degree student. Place of study: Moscow state university named after M. V. Lomonosov. Department: criminal law and criminology chair. E-mail: 3g4g@mail.ru

Annotation: The article concerns topical problems arising at qualification of crimes against life, in particular on the

basis of the subjective side. Analyzes examples from judicial practice.

The purpose of the article: the Present work aims at studying the problem of incorrect qualification on the example of specific crimes against life. It is necessary to reveal the contents and characteristics of the subjective side, its essential characteristics, to distinguish forms and types of guilt, to identify the rules that you want to use in the classification of these crimes on signs of the subjective side.

Methodology and methods: the article uses a comparative legal research method, and the method of interpretation of legal norms that allow you to better comprehend the institutions of the criminal law and to determine the main directions of their development.

Conclusions: the problem of qualification of crimes on the basis of the subjective side is relevant for the study, as evidenced by numerous decisions in criminal cases and the writings of scholars lawyers. Experts in the field of criminal law, in their research, draw our attention to the complexity of the Institute of guilt in connection with what law enforcers need to know to accurately identify and differentiate without exception, all components of the subjective side of crimes against life.

The scope of application of the obtained results: this article may be of interest to students researching this area of criminal law, and can be used as additional training material for the interrogators, investigators, prosecutors and judges.

Keywords: Russia, criminal law, the subjective aspect of the crime, fault, offence against life, qualification of crimes, mistakes.

Проблема правильной квалификации преступления зависит от правильного установления всех признаков состава преступления, среди которых, пожалуй, самую большую сложность представляют признаки субъективной стороны.

Ошибкой квалификации преступления по признаку субъективной стороны могут быть: неправильное толкование правоприменителями нормы права. Именно это обычно указывает суд высшей инстанции в случае переквалификации преступления. Я считаю, что при уделении должного внимания данной проблеме и применении правоприменителями результатов данного исследования на практике, должно сократиться количество ошибочно квалифицированных уголовных дел, а следовательно сократится объем трудозатрат направленный на устранение ошибок квалификации.

При квалификации преступлений необходимо помнить о том, что виновность лица, это обстоятельство, требующее обязательного доказывания. При исследовании субъективной стороны преступления необходимо тщательное исследование волевого и интеллектуального моментов. При отсутствии в приговоре указания на доказанность волевого момента умысла, вывод суда о наличии умысла следует признать не обоснованным и не мотивированным. Такой приговор подлежит отмене или изменению в пользу осужденных. Так же важна правильная юридическая оценка действий обвиняемого. Говоря о проблемах квалификации, необходимо отметить одну распространенную ошибку правоприменителя, касающуюся необоснованности субъективной стороны преступления. Например: в мотивировочной части не приводится необходимых доказательств, свидетельствующих о наличии у обвиняемого прямого или косвенного умысла на совершение преступления.

Так 06.03.2007 года коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации рассматривала надзорную жалобу по делу № 16-Д07-1 о пересмотре приговора Октябрьского районного суда Волгоградской области от 27.08.2001 года, определения судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 16.10.2001 года и постановления президиума Волгоградского областного суда от 15.06.2005 года. Судебная коллегия установила, что виновный, находясь в алкогольном опьянении, стал приставать к Я., затем нанес ей множественные удары руками и ногами в различные части тела, в том числе и в голову, причинив тяжкий вред здоровью, отчего потерпевшая скончалась. В надзорной жалобе осужденный просит изменить приговор суда и решения вышестоящих судебных инстанций, и в связи с отсутствием у него умысла на убийство просит переквалифицировать его действия с ч.1 ст.105 УК на ч.4 ст.111 УК РФ.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, находит жалобу осужденного подлежащей удовлетворению по следующим основаниям:

Что касается действий осужденного, связанных с наступлением смерти потерпевшей Я., то они по ч. 1 ст. 105 УК РФ судом первой инстанции квалифицированы неправильно. В описательной части приговора К. стал приставать к Я., а затем нанес ей множественные удары руками и ногами в различные части тела, в том числе и в голову, причинив тяжкий вред здоровью, отчего потерпевшая скончалась. При этом в приговоре не указано, что осужденный наносил удары с целью убийства потерпевшей. Так же в приговоре не приведены доказательства, свидетельствующие о наличии у осуждённого, наносившего Я. удары, прямого или косвенного умысла на лишение ее жизни. Так же отсутствуют и сведения об этом и в приведенных в приговоре показаниях самого осужденного. Поэтому все судебные решения в указанной части подлежат изменению, действия К. следует переквалификации со ст. 105 ч. 1 УК РФ на ст. 111 ч. 4 УК РФ, поскольку он умышленно причинил тяжкий вред здоровью потерпевшей, повлекший по неосторожности ее смерть.

Данные обстоятельства произошли в связи ошибкой правоприменителя, квалифицировавшего содеянное и производящего предварительное следствие. Так же данные обстоятельства были оставлены без должного внимания со стороны лиц, осуществляющих контроль за деятельностью следственных органов, после чего оставлены без внимания судами кассационной и надзорной инстанции.

По смыслу уголовного закона, если при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, то при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

Определенные ошибки при квалификации возникают и в том случае, когда совокупность объективных признаков указывает нам на умышленное убийство, а так же в следствии неправильной юридической оценки действий обвиняемого.

Так 22.06.2005 года Президиум Верховного суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорной жалобе осужденного Э. на приговор Энского областного суда от 19.01.2004 года и кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.06.2004 года, указал: Гражданин Э. был осужден по п. «з», ч. 2 ст.105 УК РФ. В надзорной инстанции осужденный Э.

ставит вопрос об изменении состоявшихся по делу судебных постановлений вследствие неправильной юридической оценки его действий. Просит переквалифицировать его действия по эпизоду смерти потерпевшего с п. "з" ч. 2 ст. 105 на ч. 4 ст. 111 УК РФ и смягчить наказание, поскольку умысла на убийство потерпевшего он не имел. Нанося В. в темноте удары кулаком, он не только не желал смерти потерпевшего, но и не предвидел ее наступления.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев материалы дела, установил, что 14.08.2003 гражданин Э, имея умысел на хищение денежных средств, проник в дом. Находясь в доме, Э. прошел в спальню. Завладев деньгами, Э. решил причинить потерпевшему тяжкий вред здоровью, для чего нанес удар кулаком в область передней поверхности шеи потерпевшего В., от полученной травмы потерпевший скончался. В надзорной жалобе осужденный Э. просит поставить вопрос о переквалификации его действий с п. «з» ч.2 ст.105 на ч.4 ст. 111 УК РФ, в связи с тем, что умысла на убийство потерпевшего у него не было. Он не желал и не предвидел возможности наступления смерти потерпевшего при нанесении тому удара кулаком в область шеи.

По убеждению суда, Э. действовал с прямым умыслом на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, так как, нанося потерпевшему, удар в шею с достаточной силой, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желал этого. Он же действовал с косвенным умыслом на причинение смерти потерпевшему, поскольку осознавал общественную опасность своих действий, причиняя тяжкий вред здоровью потерпевшего, предвидел возможность наступления смерти потерпевшего, не желал, но относился к наступлению смерти безразлично.

Осужденный Э. в ходе предварительного следствия и в судебных инстанциях последовательно утверждал, что, нанося в темноте удар кулаком потерпевшему, он не предвидел возможности наступления от этих действий смерти. О том, что он не желал и не предвидел наступление смерти потерпевшего, свидетельствуют обстоятельства совершения преступления. Никакого орудия для совершения убийства Э. не брал. Чтобы не быть опознанным, свет в квартире не включал. Удар, нанесенный потерпевшему в темноте, не мог гарантировать наступления смерти. Эти показания осужденного ничем не опровергнуты. О наличии у Э. более опасного намерения и предвидения наступления смерти потерпевшего ничего не говорит. Более того, из материалов дела следует, что осужденный никаких предметов для лишения жизни потерпевшего не применял, нанес лишь один удар кулаком в область шеи, специальным приемам единоборства не обучался, специальными навыками не владел. Характер действий Э., его последующее поведение также свидетельствуют об отсутствии у него прямого или косвенного умысла на лишение потерпевшего жизни.

Следовательно, вывод суда о предвидении Э. наступления от его действий смерти потерпевшего голословен и опровергается материалами уголовного дела. Отношение к смерти потерпевшего у него выразилось в форме неосторожности. При таком положении его действия подлежали квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

На основании изложенного Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил: Удовлетворить надзорную жалобу гражданина Э. и переквалифицировать его действия с п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ,

В данном случае проблема квалификации преступления заключается в том, что на этапе предварительного следствия была неправильно установлена субъективная сторона относительно направленности умысла виновного. При решении данного вопроса следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного, учитывать способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Необходимо так же помнить, что наличие возможности предвидения наступления смерти устанавливается применительно к конкретному лицу с учетом его индивидуальных психологических особенностей, жизненного и профессионального опыта, уровня образования, состояния здоровья и т.п., конкретной объективной ситуации, в которой оказалось данное лицо. В данном случае, с учетом приведенного выше примера, мы видим, что гражданин Э. не мог предвидеть наступление смерти потерпевшего В.

Умышленное же причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ), следует отличать от состава причинения смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ). В обоих случаях отношение виновного к смерти выражается в неосторожности (в форме легкомыслия или небрежности). Но принципиальная разница состоит в том, что для вменения ч. 4 ст. 111 УК РФ необходимо установить не только неосторожность по отношению к смерти потерпевшего, но и прямой или косвенный умысел на причинение тяжкого вреда его здоровью. Установление вида умысла очень важно для правильной квалификации преступления, что подтверждается многими примерами судебной практики.

Рассмотрим уголовное Дело №1-29/2010 г. по обвинению Тулебаева Р.Р. в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ. Тулебаев Р.Р. в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений с потерпевшим Н. нанес последнему не более двух ударов в область головы. От полученных ударов потерпевший упал и ударился затылочной частью головы о батарею. «В результате указанных воздействий причинен тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни в виде закрытой черепно-мозговой травмы, кровоизлияния в мягкие ткани затылочной области, кровоизлияний под твердой мозговой оболочкой лобной, теменной, затылочной, височных областях справа и слева /100 куб. см/, кровоизлияния под мягкими мозговыми оболочками лобных, височных, теменных, затылочных долей, ушибов головного мозга, ушибленных ран лица, кровоподтеков, ссадин лица, стоящие в прямой причинной связи со смертью потерпевшего. Органами предварительного следствия действия подсудимого были квалифицированы по ст. 111 ч. 4 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей». Подсудимый Тулебаев Р.Р. свою вину по ст. 111 ч. 4 УК РФ не признал, а признал по ст. 109 ч. 1 УК РФ.

Рассмотрев дело по существу, суд не согласился с первоначальной квалификацией и пришел к выводу, что, согласно исследованиям показаний подсудимого

Тулебаева Р.Р., показаний свидетелей, потерпевшего и защиты, а так же свидетелей со стороны обвинения и защиты, подсудимый не имел умысла на причинение тяжких телесных повреждений потерпевшему. Учитывая результаты экспертизы и показания эксперта, суд пришел к мнению о том, что имеет место неосторожное причинение смерти. Из-за отсутствия доказательств того, что подсудимый умышленно причинил тяжкий вред здоровью потерпевшему, повлекшему смерть по неосторожности, возникают обоснованные сомнения в виновности Тулебаева Р.Р. по ч.4 ст.111 УК РФ.

Поскольку все сомнения виновности обвиняемого в случае невозможности устранения толкуются в его пользу, то суд пришел к мнению, что данное деяние необходимо переквалифицировать с ч.4 ст.111 на ч.1 ст. 109 УК РФ по признакам причинения смерти по неосторожности. По нашему мнению, данный пример иллюстрирует ситуации, когда органы предварительного следствия при квалификации деяния исходят из принципа объективного вменения. Свое решение они мотивировали на основании свидетельских показаний, фактически наступившего результата и игнорировании квалификации по признаку субъективной стороны. Исследуя заключение по уголовному делу, мы пришли к выводу о том, что органами следствия при составлении обвинительного заключения, был допущен ряд следственных ошибок, повлекших неправильную квалификацию. В частности: не были в полном объеме исследованы все признаки субъективной стороны, а именно в заключении не были раскрыты и доказаны: мотив, цель, умысел виновного, а так же установлены интеллектуальные и волевые моменты обвиняемого. Иными словами не была доказана вина в совершении умышленного преступления по ч.4 ст.111 УК РФ. Так же следователь допустил ошибку при учете собранных по делу доказательств. Представляется, что добытые следователем доказательства по данному уголовному делу не могут свидетельствовать о наличии в деянии умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, которое затем повлекло смерть по неосторожности. По нашему мнению, суд высшей инстанции, рассмотрев уголовное дело по существу, правильно указал следствию о допущении следственной ошибки в квалификации преступления по принципу субъективной стороны, и квалифицировал содеянное по ч.1 ст.109 УК РФ, чем обоснованно, на наш взгляд. смягчил наказание обвиняемого и восстановил справедливость.

Наряду со следственными ошибками, можно выделить судебные ошибки, связанные с квалификацией преступления. «Судебная ошибка - это осуждение невиновного и оправдание виновного, случаи неправильной квалификации деяния и назначение несправедливого наказания»[9, с.105]. На стадии рассмотрения уголовного дела по существу судьи так же допускают ошибки квалификации преступления. Можно выделить такие распространенные ошибки судей, как отсутствие профессионального опыта, сознательное допущение нарушения, например (конфликт интересов, человеческий фактор), а так же неправильное толкование судьями нормы права. А.Д.Назаров приводит пример, что «в подавляющем большинстве случаев ошибка судьи предопределяется первоначальной ошибкой следователя, которую «пропустили» (не заметили) начальник следственного отдела, прокурор». [9, с.11].

Исследуя типичные ошибки квалификации. можно выделить случаи, при которых суды, квалифицируя действия подсудимого, допускают серьезные нарушения. Речь идет о случаях явного превышения полномочий и сверх лояльных определений. К примеру, суд переквалифицирует с. ч 4 ст. 111 на ч.1 ст. 109 УК РФ, при том, что материалы дела указывают на факты совершение умышленного преступления. Это происходит тогда, когда виновный, действуя умышленно, относится к смерти потерпевшего неосторожно, то есть не предвидит ее наступление, хотя и должен ее предвидеть. Козаченко Е.Б. указывает на факты лжегуманности суда на основании исследования уголовных дел. «Похоже, что есть обстоятельства, которые лишают судей возможности принимать справедливое и взвешенное решение, и заставляет переквалифицировать деяние с. 4 ст. 111 на ч.1 ст.109 УК РФ» [5, с. 148]. Как отмечает Е.Б. Козаченко, в таких случаях сложно объяснить истинную причину переквалификации, если в деянии, наряду с умышленными действиями, присутствует преступное легкомыслие или небрежность по отношению к смерти потерпевшего. Поскольку виновный предвидит наступление смерти, о чем свидетельствует характер совершаемых им преступных деяний, то это должно исключать вменение подсудимому ст. 109 УК РФ. Казус заключается в том, что при общей схожести признаков преступного легкомыслия и косвенного умысла, суды «... на свой страх и риск подменяют ч.4 ст.111 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ» [5, с.149].

В подтверждении теории Козаченко Е.Б. приводит пример из практики, когда во время ссоры на личной почве, переросшей в драку, Р. нанес Н., находившемуся в состоянии алкогольного опьянения, множество ударов ногами, руками и различными предметами, в том числе в жизненно важные органы. После этого Р. с силой толкнул потерпевшего с лестницы, тот упал, ударился головой о ступени, в результате чего был причинен тяжкий вред его здоровью, от которого наступила смерть. В своих показаниях Р. утверждал, что, толкая потерпевшего, он был уверен, что Н. "крепко стоит на ногах". Это утверждение не было опровергнуто материалами уголовного дела.

Следственные органы квалифицировали действия Р. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Суд, вынося приговор, согласился с доводами следственных органов о том, что Р., толкая Н. с лестницы, самонадеянно рассчитывал, что тот не упадет с нее, однако расчет его оказался необоснованным. Вместе с тем вопреки фактическим обстоятельствам уголовного дела и законам логики суд переквалифицировал действия Р. по ч. 1 ст. 109 УК РФ. В данном случае, на наш взгляд, правоприменитель, в частности суд первой инстанции, допустил явное нарушение при квалификации указанного деяния. В частности, для того чтобы вменить неосторожное причинение смерти, необходимо доказать, что лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий. К тому же в (ч.2 ст.24 УК) указаны признаки отнесения деяния в разряд неосторожного причинения смерти. В указанном примере, правоприменитель предпочел не учитывать тот факт, что толкая потерпевшего с лестницы, виновный не мог не предвидеть наступление общественно опасных последствий. В подтверждении к этому можем лишь отметить тот факт, что между Р и Н состоялся конфликт, который свидетельствует о наличие личных неприязненных отношений. О желании Р. на причинение вреда здоровью Н. свидетельствуют предшествовавшие, в ходе ссоры, многочисленные удары ногами, руками и

различными предметами, в том числе в жизненно важные органы. Так же необходимо учесть тот факт, что Р «с силой толкнул» находившегося в состоянии алкогольного опьянения потерпевшего Н. с лестницы, что исключает расчет на то что Н. «крепко стоял на ногах». В связи с этим, мы исключаем в субъективной стороне данного деяния признаки неосторожного причинения смерти и квалифицируем деяние как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью повлекшего смерть по неосторожности, что соответствует решению суда высшей инстанции, которая переквалифицировала данное дело по ч.4 ст.111 УК РФ. На наш взгляд, допущение судом первой инстанции указанной ошибки при квалификации деяния совершенного Р. произошла, возможно, вследствие того, что правоприменителем недостаточно были исследованы обстоятельства данного дела, дана неправильная правовая оценка совершенного деяния, допущена явная ошибка при раскрытии субъективной стороны данного деяния. Немногочисленные факты выявления «конфликта интересов» в судейском сообществе дают возможность предположить, что для выявления такого вида судебных ошибок необходимо относиться к фактам явных и сверх лояльных определений суда, фактам «лжегуманности суда».

В заключении хотелось бы отметить, что судебная практика по уголовным делам, указывает на то, что значительная часть уголовных дел, подлежит обжалованию в судах вышестоящих инстанций, с переквалификацией на другие статьи уголовного кодекса. В ходе написания данной статьи нами были исследованы конкретные уголовные дела из судебной практики и выявлены типичные ошибки, которые послужили причиной ошибочной квалификации. Так мы выяснили, что одной из самых распространенных ошибок является объективное вменение, которое запрещено в соответствии со ст.5 УК РФ, и является грубым нарушением уголовного закона. Неправильная квалификация возникает вследствие следующих причин, таких как: отсутствие у правоприменителя должного уровня профессиональных знаний и опыта, вследствие перегруженности территориальных отделений следственных органов, «палочной системы» мешающей полному и объективному расследованию, а так же человеческий фактор и конфликт интересов.

В перспективе предлагаем ввести обязательные курсы повышения профессионального уровня, направленные на более углубленное изучение субъективной стороны преступления. Так же хотим обратить внимание органов осуществляющих предварительное следствие, на актуальность данной проблемы, и на необходимость создания в собственных структурах СК РФ, МВД, ФСКН и ФСБ, специального отдела по правовому контролю за правильностью квалификации, обучению личного состава теоретическим основам квалификации, а также соблюдения иных прав и свобод человека и гражданина при осуществлении предварительного следствия. Создание в указанных структурах отдела правового контроля, исходя из целесообразности, значимости и остроты проблемы исследования, считаем обоснованным.

Список литературы:

1. Бастрыкин А.И. Уголовное право России. Практический курс. Москва. 2007г.

2. Горбуза А.Д. Смешанная форма вины по Советскому уголовному законодательству. Автореферат кандидатская диссертация Москва. 1972г.

3. Дагель П.С., Котов Д.В. Субъективная сторона преступления и ее установление. Воронеж, 1974г.

4. Дуюнов В.К., Хлебушкин А.Г. Квалификация преступлений: законодательство, теория, судебная практика. Москва. 2012г.

5. Козаченко А.Б. Лжегуманность суда или о чем свидетельствуют казусы. Российский юридический журнал. Екатеринбург. 2014г.

6. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. Под ред. Комиссарова В.С., Крыловой Н.Е., Тяжковой И.М. Москва 2012г.

7. Макашвили В.Г. О разграничении эвентуального умысла и самонадеянности. Москва. 1965г.

8. Назаров А.Д, Влияние следственных ошибок на ошибки суда. Москва. 2002г.

9. Питецкий В. Сужение понятия косвенного умысла ведет к ужесточению репрессии. Красноярск 2012г.

10. Платонов К.К. Краткий словарь психологических понятий. Москва. 1984г.

11. Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. Москва. 2001г.

12. Сычева О.В. Судебная ошибка в уголовном судопроизводстве. Ульяновск.2013г.

13. Трайнин А. М. Составы преступлений по советскому уголовному праву. Москва, 1951г.

14. Антонова Г.И., (2014), Криминальный анализ личности преступника и жертвы по преступлениям, предусмотренными ст.111 УК РФ. Пробелы в российском законодательстве, 1: 179-182.

15. Боровиков В.Б., (2014), Вопросы квалификации насильственных преступлений. Пробелы в российском законодательстве, 3: 108-111.

16. Шелегов Ю.., (2015), О специфике оценки косвенных доказательств в уголовном судопроизводстве. Пробелы в российском законодательстве, 6: 167-171.

Рецензия

на статью бакалавра кафедры уголовного права и криминологии МГУ им. М.В. Ломоносова Лебедева Максима Владимировича «Проблемы квалификации преступлений по признаку субъективной стороны (на примере отдельных преступлений против жизни)»

Тема, избранная Лебедевым М.В. для своей статьи, весьма актуальна. Она представляет не только теоретический, но и большой практический интерес, особенно в связи с тем, что судебная практика по уголовным делам показывает на значительный рост дел оспариваемых в суде апелляционной инстанции по вопросам ошибочной квалификации преступлений против жизни.

Особую ценность статье придает то, что она отличается самостоятельностью, многосторонностью исследования проблем, связанных с имеющейся судебной практикой по конкретным уголовным делам. Лебедевым М.В. определены и выявлены типичные проблемы, которые послужили причиной ошибочной квалификации, указаны меры по выявлению и противодействию указанных нарушений в органах исполнительной власти РФ.

Достоинством работы является также и то, что автор не только анализирует соответствующие нормы законодательства, но так же изучает практику по уголовным делам и высказывает собственную обоснованную точку зрения по рассматриваемым дискуссионным вопросам.

Данная статья ранее не публиковалась и рекомендуется к публикации.

д.ю.н. профессор кафедры уголовного права и криминологии МГУ им. М.В. Ломоносова Серебренникова А.В.