«Интрига сохраняется»

В Кремле рассчитывают на мировое соглашение между «Роснефтью» и АФК «Система». Президент Владимир Путин во вторник заявил, что лично общался с главами обеих компаний. Ранее Арбитражный суд Башкирии удовлетворил иск нефтяной компании к АФК «Система», но сократил сумму требований со 170 млрд до 136 млрд рублей. Президент Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в беседе с ведущим «Коммерсантъ FM» Маратом Кашиным отметил, что в споре двух компаний даже после комментариев президента рано ставить точку.

— На ваш взгляд, почему Владимир Путин все-таки решил вмешаться в этот процесс? На каком этапе это произошло, учитывая, что Дмитрий Песков ранее неоднократно заявлял, что Кремль дистанцируется от процесса, не вмешивается в него?

— Конечно, самое главное в сегодняшнем признании Владимира Путина — это даже не факт того, что он призывает стороны примириться, а то, что он признал, что беседовал с Евтушенковым лично, причем не когда-то там давно, а именно сейчас относительно этого конфликта. Это дело длится не так давно, и это означает, что Путин тем самым публично заявил, что участвовал в этой истории. Хотя, естественно, он сейчас об этом говорить не может с точки зрения формальных процедур. Почему он вмешался в эту историю, тоже легко предположить — конфликт этот зашел слишком далеко, он вызвал реакцию недопонимания у многих представителей российской элиты. Речь шла, по большому счету, об отмене тех негласных правил, по которым российская политическая система существовала, и именно поэтому была некоторая растерянность: как тогда сейчас функционировать, по каким правилам, если некоторые игроки могут действовать столь агрессивным образом? Я думаю, что и активность Игоря Сечина у многих вызывает вопросы, наверняка определенные сомнения транслировались Путину. И все это привело к тому, что Путин не мог игнорировать эту историю. В публичном пространстве он, конечно, мог сказать, что есть суд, он все решает. Но поскольку, видимо, число этих сигналов, обращений в том или ином виде оказалось довольно серьезным, и близкий круг Путина стал аккуратно интересоваться, как вообще все это трактовать и какие им выводы делать, я думаю, что президент осознал, что может оказаться слишком серьезным влияние этого судебного разбирательства на людей, которые составляют российский правящий класс и которые не понимают, как функционировать, если правила игры разрушаются на их глазах.

— Раз Владимир Путин уже высказался и призвал стороны примириться, как вы думаете, как дальше будет развиваться эта история? Мы знаем, что есть решение суда, но сумма претензий снижена.

— Получается, если «Роснефть» откажется от обжалования решения суда, то вроде как это и есть компромисс. Но большой вопрос, согласна ли АФК «Система» с таким компромиссом, потому что компания всячески апеллировала к тому, что играла по тем правилам, которые были предложены, и вдруг ей еще предъявляют иск на сумму более 100 млрд. Да, сумму снизили, но в целом это не выглядит как компромисс. Поэтому «Система» будет решение суда оспаривать — это очевидно. И исход, кстати говоря, неясен — как арбитражный суд воспримет слова Путина, означает ли это, что АФК «Система» вообще ничего не будет платить. Пока это далеко не так однозначно. Интрига сохраняется.

— Коль существует уже решение суда, и существует размер требований, как на практике может выглядеть этот откат назад?

— Очень просто. АФК «Система» подает апелляцию на решение арбитражного суда Башкирии, эта апелляция рассматривается в другом суде, например, московском, и суд там присуждает, скажем, какую-то сумму, о которой как раз АФК «Система» и «Роснефть» должны договориться. Вопрос в том, сойдутся ли они на какой-то сумме, потому что Игоря Сечина решительно не устроит, если АФК «Система» не заплатит ничего — это довольно очевидно. В этом и будет, конечно, интрига, но при этом слова Путина не означают, конечно, что АФК «Система» одержала там какую-то победу. Путин показывает, что вынужден вмешаться, но это вовсе не гарантирует того, что АФК «Система» не будет платить.

Михаил Леонтьев, официальный представитель компании "Роснефть"

Ничего не изменилось. Президент абсолютно корректен. Если две крупные компании договорились мирно – это гораздо лучше, чем если они воюют. Я тоже так считаю. Арбитражный суд по сути своей подразумевает возможность мирового соглашения. У нас есть судебное решение, со стороны ответчика мы не получали никаких мирных предложений никогда, подчеркиваю. Мы имели грязный пиар, включая оскорбление российской власти, президента, судебной системы российской, больше ничего. Если "Роснефть" получит официальное предложение, оно будет нормально рассмотрено. Что мы, плакать должны от счастья, если мы получим от людей, которые ободрали наш актив, мирное предложение?