Уголовное законодательство как средство противодействия экономической преступности: история развития и перспективы совершенствования

УДК 343.9 ББК 67.51

В.Ф. Лапшин

УГОЛОВНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КАК СРЕДСТВО ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПРЕСТУПНОСТИ: ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ

Аннотация: Отсутствие стабильной государственной политики в области противодействия экономической преступности уголовно-правовыми средствами влечёт за собой регулярное внесение изменений и дополнений в соответствующие нормы Уголовного кодекса России.

Ключевые слова: экономическая преступность; уголовная политика; налоговые преступления; освобождение от уголовной ответственности.

V.F. Lapshin

CRIMINAL LAW AS A PREVENTIVE MEASURE AGAINST ECONOMIC CRIME: HISTORY AND PROSPECTS FOR IMPROVEMENT

Summary: The lack of stable state policy in the sphere of economic crime prevention leads to regular amendments to existing rules of the Russian Criminal Code.

Key words: economic crime; criminal policy; tax crimes; release from criminal responsibility.

Уголовная политика как один из видов государственной деятельности осуществляется на основе специальных принципов - основополагающих идей или фундаментальных начал, предопределяющих её цели, задачи, а также систему мер проведения уголовной политики в жизнь. Современная доктрина в качестве принципов уголовной политики называет: социальную обусловленность, научную обоснованность, сочетание частных и публичных интересов, устойчивость и предсказуемость, экономию уголовной репрессии и др. [3, с. 43]. Анализ современной уголовной политики по противодействию экономической преступности позволяет сделать вывод о том, что далеко не все перечисленные принципы строго соблюдаются при формировании положений уголовного законодательства и практики его применения.

На момент разработки и принятия российского уголовного закона было достаточно проблематичным определить исчерпывающее и в то же время достаточное для обеспечения уголовно-правовой защиты интересов хозяйствующих субъектов минимально необходимое количество видов экономических преступлений. В этот же период времени существенно обновлялось и гражданское за-

Криминология

ВЧЕРА СЕГОДНЯ ЗАВТРА

конодательство, что создавало объективные трудности для формулирования и объекта уголовно-правовой охраны от экономических преступных посягательств, в том числе и тех, которые совершаются в сфере осуществления экономической деятельности (гл. 22 УК РФ).

Таким образом, правовой анализ содержания норм о преступлениях в сфере экономической деятельности на момент вступления УК РФ в силу свидетельствует о том, что в ряде случаев законодатель допустил ошибки технико-юридического содержания, из-за которых применение отдельных норм гл. 22 УК РФ оказалось крайне затруднительным [2, с. 29-30]. В то же время законодатель обеспечил системный и унифицированный подход к изложению базовых, юридически значимых признаков составов экономических преступлений, что облегчило процесс толкования и правоприменения.

В связи с этим можно констатировать факт того, что отечественное уголовное законодательство в части регламентации уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности преодолело этап постсоветского становления. С 1997 года оно должно было бы развиваться по пути устранения частных ошибок и неточностей

технико-правового характера, допущенных в отдельных нормах гл. 22 УК РФ: ч. 1 ст. 169, статьях 173, 195, 197 и прочих. Здесь можно было бы прогнозировать активную деятельность Пленума Верховного Суда РФ, направленную на упорядоченное единообразное толкование и применение следственными и судебными органами норм-новелл о преступлениях в сфере экономической деятельности.

Фактически деятельность по совершенствованию уголовного законодательства РФ не сводилась к устранению частных пробелов и неточностей, допущенных при описании юридически значимых признаков составов преступлений в сфере экономической деятельности. Думается, что данное утверждение характеризует весь период действия УК. Одно из первых изменений осуществлено уже в 1998 году: оно касалось расширения способов совершения преступного уклонения от уплаты налогов и введения специального условия для безоговорочного освобождения от уголовной ответственности недобросовестного налогоплательщика. В соответствии с примечанием к ст. 198 УК РФ, таковым признавалось полное возмещение установленного в процессе производства по уголовному делу ущерба, причинённого преступным уклонением от уплаты налогов и иных обязательных платежей [9, с. 48]. На практике данные нововведения привели к следующему: с этого времени любая просрочка по налоговым и иным обязательным платежам, при наличии иных юридически значимых признаков, могла влечь за собой ответственность по ст. 198 или 199 УК РФ. Налоговая и административная ответственности в данных случаях, как правило, не применялись. В то же время погашение указанной задолженности на любой стадии уголовного производства влекло за собой беспрепятственное прекращение уголовного дела [4, с. 85].

Данные изменения, думается, были продиктованы сложнейшей экономической ситуацией: именно в 1998 году, спустя два месяца после внесения указанных изменений в УК РФ, Правительство России официально заявило об отсутствии средств для оплаты ранее выпущенных государственных краткосрочных облигаций. Государственный дефолт сопровождался стремительным ростом цен, падением курса национальной валюты, резким снижением уровня материального благо-

состояния населения. Критические ситуации, связанные с сомнительной платежеспособностью государства перед такими кредиторами, как Международный валютный фонд и Парижский клуб, неоднократно возникали после дефолта 1998 года, так как по данным аналитиков общая сумма внешнего долга России превышала в 1,1 раза размеры валового внутреннего продукта.

Впоследствии внешнеэкономическая ситуация, особенно на рынке углеводородов, стала складываться весьма благоприятно для России, как одного из крупнейших экспортёров полезных ископаемых. Устойчивый рост мировых цен на нефть и газ обеспечил приток иностранной валюты в отечественную экономику, что позволило не только ликвидировать кризисные последствия 1998 года, но и погасить задолженность перед указанными выше международными организациями-кредиторами.

В этой ситуации уголовное законодательство, в части возможности чрезмерно агрессивного внеэкономического воздействия на представителей бизнеса, оказалось не соответствующим новым экономическим условиям. По этой причине в декабре 2003 года значительное количество положений уголовного закона было пересмотрено. Глава 22 УК была дополнена ст. 1991 и 1992, которые устанавливали уголовную ответственность за неисполнение обязанностей налогового агента и сокрытие денежных средств и иного имущества, за счёт которого могло производиться взыскание налогов и (или) сборов. Этим же законом устранялась возможность привлечения налогоплательщика к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов и иных обязательных платежей «безобманным» способом, а равно - специальные основания освобождения от уголовной ответственности за налоговые преступления, предполагающие погашение в полном объёме доначисленных сумм обязательных платежей, т.е. - ущерба по уголовному делу.

Данное решение можно было бы прокомментировать следующим образом: государство отказалось от возможности использования уголовно-правовых инструментов для решения проблемы пополнения доходной части бюджетов различных уровней, а равно - государственных внебюджетных фондов. С декабря 2003 года в отношении лиц, со-

вершивших налоговые преступления, действовал общий порядок производства по уголовному делу, в том числе и порядок его прекращения.

Возмещение лицом ущерба, причинённого в результате совершения налогового преступления, с декабря 2003 по декабрь 2009 года могло быть оценено судом лишь в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. Разумеется, данное обстоятельство не стимулировало совершивших преступление граждан добровольно возмещать ущерб в сумме налоговой задолженности и штрафных санкций. С учётом динамично растущих мировых цен на нефть и газ указанные дополнительные источники финансирования бюджетов и государственных внебюджетных фондов существенного интереса не представляли. В целом, российская экономика периода 20042008 годов по ряду объективных показателей: создание Стабилизационного фонда, принятие в течение нескольких лет подряд профицитных государственных бюджетов и проч., - отличалась положительной динамикой развития.

Уголовное законодательство данного периода не отличалось внесением значительного количества изменений и дополнений, уточняющих и (или) дополняющих юридически значимые признаки деяний, совершаемых в сфере экономической деятельности. С декабря 2003 по декабрь 2009 года было принято девять Федеральных законов, которые, в основном, незначительно корректировали диспозиции норм главы 22 УК РФ.

Однако благоприятная ситуация в отечественной экономике длилась недолго. Последствия мирового финансового кризиса стали распространяться на экономику России уже в начале 2009 года, что повлекло за собой понижение всех показателей производственного сектора, увеличение безработицы, уменьшение доходов большей части населения. По этим причинам государство было вынуждено предпринять комплекс антикризисных мер, в том числе, пересмотреть подходы в определении преступности и наказуемости деяний, совершаемых в сфере экономической деятельности. В первую очередь, речь идёт о повторном введении в УК РФ специального основания освобождения от уголовной ответственности, предусмотренной за совершение налоговых преступлений.

Криминология

ВЧЕРА СЕГОДНЯ ЗАВТРА

Данное основание, как и до декабря 2003 года, закреплялось в примечаниях к статьям 198 и 199 УК РФ и фактически сводилось к необходимости полного возмещения сумм ущерба, определяемого в соответствии с действующим налоговым законодательством. В отличие от предыдущей редакции соответствующих положений примечаний к статьям 198 и 199 УК РФ, в настоящее время общая сумма ущерба, причинённого в результате совершения налогового преступления, определяется не только размером недоимки по налогам и иным обязательным платежам, но и суммами дополнительно начисляемых налоговыми органами пеней и штрафов за несвоевременную уплату налогов и (или) сборов.

С декабря 2009 года официально объявлен курс на целенаправленную либерализацию действующего уголовного законодательства в части установления и реализации уголовной ответственности за экономические преступления. В этой связи с апреля 2010 года принимается ряд законов об изменении и дополнении некоторых норм, содержащихся в гл. 22 УК РФ [6, с. 96-98].

Изменения касаются примечания к ст. 169 УК РФ. В шесть раз были увеличены размеры общих кримообразующих признаков составов преступлений в сфере экономической деятельности, которые определяют последствия совершённого деяния в материальном выражении или характеризуют размах противоправной (преступной) деятельности: с 250 000 рублей до 1 500 000 рублей (крупный размер, крупный ущерб и др.); с 1 500 000 до 6 000 000 рублей (особо крупный размер или особо крупный ущерб и др.).

В данном случае можно наблюдать действительное ослабление уголовно-правового воздействия, поскольку с декабря 2003 по апрель 2010 года показатели инфляции в российской экономике, при учёте всех негативных последствий мирового финансового кризиса, не могли составлять 600 %. В соответствии с результатами аналитических исследований, основанных на официальных статистических показателях Росстата, годовые уровни инфляции периода 2004-2009 гг. включительно приблизительно составляли чуть больше 65 % [7].

Таким образом, степень криминализации большинства деяний, совершаемых в сфере

экономической деятельности, была увеличена более чем в 5 раз, по сравнению с аналогичным показателем декабря 2003 года, что, безусловно, свидетельствует об ослаблении уголовно-правового воздействия на лиц, совершающих противоправные деяния в процессе осуществления экономической деятельности.

Ещё одной разновидностью указанного выше процесса либерализации можно признать решение законодателя об исключении уголовной ответственности за совершение нарушений лицензионных требований, что прежде рассматривалось, при наличии иных юридически значимых признаков, в качестве уголовно наказуемого незаконного предпринимательства (ст. 171 УК РФ).

Частично были декриминализированы составы налоговых преступлений (статьи 194, 198-1991), а также - легализация имущества, приобретённого лицом в результате совершения им преступления (ст. 1741). Это было достигнуто путём увеличения размера минимальной суммы умышленно неуплаченных налогов, сборов и (или) иных обязательных платежей. Аналогичное решение принято по поводу кримообразующего признака «крупный размер», предусмотренного диспозицией ст. 1741 УК РФ, стоимостное выражение которого увеличено на 500 000 и в настоящее время определяется суммой свыше 1 500 000 рублей.

Обособленной составляющей либерализации уголовной политики в части ответственности за совершение преступлений в сфере экономической деятельности можно признать решение законодателя об исключении нижней границы размера или срока наказания, предусмотренного в санкциях значительного числа норм гл. 22 УК РФ. Это привело к уравниванию соответствующих размеров и сроков наказаний до той минимальной границы, которая определяется нормами Общей части УК РФ. Также Федеральным законом от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ гл. 11 УК РФ дополнена статьёй 761, предусматривающей самостоятельный вид освобождения от уголовной ответственности [5, с. 70].

Кроме этого, из УК РФ в период с декабря 2003 по декабрь 2009 года были исключены нормы об уголовной ответственности за совершение лжепредпринимательства (ст. 173) и контрабанды (ст. 188), однако, в этом слу-

чае вести речь о либерализации уголовного законодательства не представляется возможным. Утрата юридической силы ст. 188 УК РФ ни в коей мере не означала декриминализацию контрабандных общественно опасных посягательств: в УК РФ были введены специальные виды контрабанды, дифференциация которых осуществлялась на основании предмета преступления: ст. 2261, 2291 и 2001.

Неприменение ст. 173 УК РФ было вызвано не отсутствием общественной опасности соответствующего преступного посягательства, а явной погрешностью законодательной техники описания преступного посягательства. Буквальное толкование ст. 173 УК РФ позволяло сделать вывод о том, что уголовная ответственность устанавливалась за факт регистрации юридического лица [8, с. 68-70].

Разумеется, что при таком описании признаков объективной стороны состава преступления, данная статья была обречена на неприменение. В то же время попытка уточнения юридически значимых признаков лжепредпринимательства была реализована путём введения в декабре 2011 года норм об уголовной ответственности за незаконные: образование, создание и (или) реорганизацию юридического лица (ст. 1731) и использование документов для образования, создания и (или) реорганизации юридического лица (ст. 1732). Данное решение исключило пробел в уголовном законодательстве в части привлечения к ответственности лиц, использующих правовой статус юридического лица как средство совершения противоправных действий экономического характера.

Законотворческий процесс по изменению и дополнению положений гл. 22 УК РФ не был направлен исключительно на либерализацию уголовных правоотношений в экономической сфере. В частности, за период с октября 2009 г. по настоящее время данная глава была дополнена рядом норм, предусматривающих ответственность за неправомерные действия на рынке ценных бумаг, в том числе, в области соблюдения правил учёта прав владельцев ценных бумаг (ст. 1701, 18521855), незаконные действия, связанные с оборотом немаркированной продукции (ч. 3, 4 ст. 1711), осуществление незаконных операций и контрабанды валютных ценностей (ст. 1931, 2001), уклонение от уплаты налоговых платежей (ч. 3, 4 ст. 194) и прочее.

Всего за данный период в гл. 22 УК РФ были введены нормы-новеллы, предусматривающие 14 основных и квалифицированных составов преступлений. Подобная репрессивная активность законодателя явно свидетельствует, как минимум, о нестабильности российской экономики, для преодоления которой используются различные средства, в том числе и уголовно-правового характера.

Последовательного реформирования уголовного законодательства в экономической сфере в настоящее время не наблюдается. Подавляющее большинство норм-новелл о преступлениях, совершаемых в сфере экономической деятельности, относятся к категориям небольшой или средней тяжести. Наличие данного обстоятельства в совокупности с соответствующими положениями Общей части УК РФ об основаниях освобождения от уголовной ответственности и наказания позволяет прогнозировать неприменение реальных мер уголовно-правового воздействия в отношении лиц, признанных виновными в совершении соответствующих преступных посягательств. Низкое качество и несоблюдение правил законодательной техники при формулировании диспозиций новелл уголовного законодательства в сфере экономической деятельности существенно сокращают возможности их применения в уголовно-процессуальной деятельности следственных и судебных органов [1, с. 33].

По этим причинам можно признать неэффективной защиту экономических отношений, осуществляемую путём дополнения гл. 22 УК РФ нормами о новых видах экономических преступлений. Аналогичной оценки заслуживает и проводимая в настоящее время уголовная политика по противодействию совершению экономических общественно опасных посягательств.

Принимаемые решения о криминализации и декриминализации уголовно-наказуемых деяний, предусмотренных нормами гл. 22 УК РФ, отличаются крайней противоречивостью. Сравнительный анализ экономической ситуации в стране и изменений гл. 22 УК РФ свидетельствует не о последовательно проводимой реформе уголовного законодательства об ответственности за экономические преступления с целью предупреждения их совершения, а о стремлении государства получить дополнительную имущественную выгоду от применения отдельных норм указанной главы.

Это не только умаляет превентивное значение уголовного закона, но и способствует росту совершения преступлений, уголовной ответственности за которые можно избежать на законных основаниях даже при наличии добротной доказательственной базы по делу. Дополнительным аргументом в пользу данного мнения может выступать введение специальных оснований для освобождения от уголовной ответственности за совершение налоговых и некоторых иных экономических преступлений, поскольку данные основания являются небезупречными как с теоретической, так и с практической точки зрения.

Усугубляет ситуацию крайне низкое качество значительного количества норм об уголовной ответственности за совершение преступлений в сфере экономической деятельности. Их анализ приводит к выводу: законодатель не стремится обеспечить устранение существующего пробела в уголовном праве и стимулировать уголовно-процессуальную деятельность следственных и судебных органов, а, наоборот, создаёт значительное количество уголовно-правовых предписаний, реализация которых крайне затруднительна по причине несогласованности и конкуренции с уже действующими нормами Особенной части УК РФ.

риминология

ВЧЕРА СЕГОДНЯ ЗАВТРА

ПРИСТАТЕЙНЫЙ СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Безверхов А.Г. Современная уголовная политика в сфере экономики: в поисках адекватной модели // Российская юстиция. 2012. № 10.

2. Гарифуллина Р. Ответственность за преступления в сфере финансово-кредитных отношений // Российская юстиция. 1997. № 2.

3. Гладких В.И. О некоторых проблемах уголовной политики в сфере противодействия экономической преступности // Российская юстиция. 2012. № 3.

4. Истомин П.А. Налоговая преступность как свойство общества // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2014. № 2 (33). С. 83-85.

5. Милюков С.Ф. Лжедемократизм российской уголовно-правовой политики // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2014. № 1 (32). С. 64-74.

6. Скобликов П.А. Основания и последствия ослабления ответственности за экономические преступления в современной России // Закон. 2011. № 9.

7. Уровень инфляции в Российской Федерации. URL: Ы1р://уровень-инфляции.рф/таблица_ инфляции^рх (дата обращения: 28.04.2015).

8. Устинова Т.Д. Уголовная ответственность за лжепредпринимательство. М., 2003.

9. Яни П.С. Налоговые преступления // Законодательство. 1999. № 11.

REFERENCES

1. BezverkhovA.G. Sovremennaya ugolovnaya politika v sfere ekonomiki: v poiskakh adekvatnoy modeli. [Modern criminal policy in economy: in search for an adequate model]. Rossiyskaya yustitsiya - Russian justice. 2012, no. 10.

2. Garifullina R. Otvetstvennost za prestupleniya v sfere finansovo-kreditnykh otnosheniy. [Criminal responsibility in the sphere of financial and credit relations]. Rossiyskaya yustitsiya - Russian justice. 1997, no. 2.

3. Gladkikh V.I. O nekotorykh problemakh ugolovnoy politiki v sefre protivodeystviya ekonomicheskoy prestupbosti. [On some problems of criminal policy in the sphere of combating economic crime]. Rossiyskaya yustitsiya - Russian justice. 2012, no. 3.

4. Istomin P.A. Nalogovaya prestupnost kak svoystvo obshchestva. [Tax crime as a social trait]. Krimi-nologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow, 2014, no. 2 (33), pp. 83-85.

5. Milyukov S.F. Lzhedemokratizm rossiyskoy ugolovno-pravovoy politiki. [Pseudo-democracy of the Russian penal policy]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow, 2014, no. 1 (32), pp. 64-74.

6. Skoblikov P.A. Osnovaniya i posledstviya oslableniya otvetstvennosti za ekonomicheskie prestupleniya v sovremennoy Rossii. [The grounds and consequences of weakening responsibility for economic crimes in modern Russia]. Zakon - Law. 2011, no. 9.

7. Uroven inflyatsii v Rossiyskoy Federatsii. [Inflation rate in the Russian Federation]. URL: httpV/уровень-инфляции.рф/таблица_инфляции.aspx (date of submission: 28.04.2015).

8. Ustinova T.D. Ugolovnaya otvetstvennost za lzhepredprinimatelstvo. [Criminal responsibility for pseu-do-enterpreneurship]. M., 2003.

9. Yani P.S. Nalogovye prestupleniya. [Tax crimes]. Zakonodatelstvo - Legislation. 1999, no. 11.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ Валерий Фёдорович Лапшин - кандидат юридических наук, доцент, начальник кафедры уголовного права Академии права и управления ФСИН России (Рязань, Россия); e-mail: kapitan-44@yandex.ru

INFORMATION ABOUT AUTHOR

Valeriy Fyodorovich Lapshin - PhD in Laws, associate professor, the head of the department of criminal law of the Academy of Law and Management of the Federal Penal Service of Russia (Ryazan, Russia); e-mail: kapitan-44@yandex.ru