Роль отца в психическом развитии ребенка

УДК 159.9:316.356.2

ЛД. Старостина

РОЛЬ ОТЦА В ПСИХИЧЕСКОМ РАЗВИТИИ РЕБЕНКА

Отцовство как институт родительства давно привлекает внимание исследователей из числа этнографов, социологов, психологов. В одной только психологии феномен отцовства изучается в рамках различных научных подходов и направлений. В частности, основное внимание в работе уделяется анализу исследований, в которых изучено влияние роли отца на психическое развитие ребенка.

Ключевые слова: родительство, роль отца, кризис отцовства, «включенные» отцы, половая идентификация, эмоциональная сфера, когнитивная сфера, неврозы, модель идентификации, модель родительского поведения отцов.

Для семьи, к какой бы эпохе и к какой бы культуре она не относилась, важной социальной функцией всегда было и остается воспитание подрастающего поколения. Семья призвана обеспечивать ребенку условия, необходимые для его первичной социализации, благодаря которым он приобретает первые навыки взаимодействия и общения, осваивает первые социальные роли, осмысливает первые нормы и ценности [1]. В семье именно родители несут правовую, материальную и моральную ответственность за воспитание и обучение детей вплоть до обретения ими статуса взрослых членов общества, что связано с отмечаемым фактом удлинения периода детства [2]. С распространением гуманистических идей, начиная со второй половины XX века, во многих обществах произошла кардинальная перестройка социального предназначения воспитания и смысла родительства, когда основой детско-родительских отношений становится приоритет ценности родительской любви, эмоциональной поддержки и принятия. Именно эти обстоятельства определяют норму современной семьи и вместе с тем указывают на историческую изменчивость и социокультурную обусловленность феномена родительства.

Родительство как социокультурный феномен определяется системой норм и правил, предписываемых обществом. Соответственно специфика распределения внутрисемейных обязанностей, моделей ролевого поведения, функции ухода за детьми и воспитания в целом может варьировать от культуры к культуре. Поэтому можно утверждать, что отцовство и материнство представляют собой два разных института родительства, также имеющие свои специфические функции в зависимости от исторических и культурных особенностей общества. Следовательно, роли

СТАРОСТИНА Любовь Дмитриевна - к. психол. н., ст. преподаватель факультета психологии ЯГУ.

E-mail: lyudmira@inbox.ru

матери и отца как главных социализаторов ребенка зависят от социальной структуры общества, культурных норм и традиций.

Вопрос о соотношении материнства и отцовства, детерминантах их различий и специфических функций остается актуальной задачей психологии семьи. Как известно, до недавнего времени детско-родительские отношения в психологии изучались в пределах диадического взаимодействия матери и ребенка, и это привело к тому, что «родительство» почти стало синонимом понятия «материнство».

Отцовство и материнство необходимо рассматривать как два разных социальных института родительства. В этой связи встает задача определения их различия и специфических функций. Наиболее подробный и широкий анализ работ, затрагивающих проблему соотношения роли отца и матери в воспитании ребенка, приводит И. С. Кон [3].

В качестве объяснительного ключа для разграничения специфики роли отца и матери в той или иной культуре американским социологом A. Russell был предложен биосоциальный подход. В отличие от чисто социологического он хотя и не утверждает генетического предопределения полового разделения труда, но указывает, что биологические предпосылки так или иначе определяют социальное научение и влияют на то, как мужчины и женщины обучаются нормативному для их пола поведению [4]. Этим и объясняют A.J. De Casper, W.P. Fifer значительно тесную связь матери с ребенком, которая, начиная с внутриутробной фазы развития, в первые 5-7 лет имеет характер симбиоза, а также большую экспрессивность материнской роли, большую ее способность к эмпатии [5]. Благодаря этим особенностям материнство получило наиболее четкие и определенные социальные характеристики, чем отцовство. В результате родительская роль мужчины во многих культурах выглядит более проблематичной, как это указано в работе J. Martin, O. Nitschke [6]. Однако при детальном анализе проблемы соотношения роли отца и матери наиболее

правомерным оказывается сравнение материнского и отцовского вкладов не столько количественно, сколько качественно [7].

Историческая и социокультурная обусловленность родительства указывает на вариативность соционорматив-ных предписаний применительно к роли отца от культуры к культуре. В этом контексте содержание отцовской роли может варьировать в зависимости от сочетания следующих элементов: количества жен и детей, за которых он от -вечает; степени власти над ними; количества времени, проводимого в непосредственной близости, и качества контактов; меры его непосредственного участия в уходе за детьми; меры его ответственности за обучение детей навыкам и ценностям; степени его участия в ритуальных событиях, связанных с детьми; от того, сколько он трудится для обеспечения семьи и сколько прилагает для этого усилий. Соотношение и значимость этих факторов, в свою очередь, зависят от преобладающего вида хозяйственной деятельности, полового разделения труда и типа семьи. При этом было выявлено, что кросскультурные различия незначительны при первичном уходе за маленькими детьми. В большинстве традиционных обществ физический контакт отца с детьми незначителен [8].

Однако в современном обществе происходит неотвратимая ломка традиционной системы половой стратификации, с чем связано появление стереотипа о снижении отцовского авторитета и его вклада в воспитании, что особенно заметно с усилением процесса урбанизации. Это, в свою очередь, отражается на восприятии детьми роли родителей, на характере семейного воспитания [9, 10]. Причина этого заключается не в изменении психологического облика мужчины-отца, а, скорее, в изменении его культурных образов и установок, в результате ослабления поляризации мужских и женских, отцовских и материнских ролей и образов.

Специфика материнского и отцовского стилей отношений, хотя и определяется половыми различиями (приобретаемыми в результате разной социализации), но все же не является биологически неизменной. Как этнографические наблюдения, таки специальные экспериментальные исследования взаимодействия отцов с детьми грудного возраста выявляют чрезвычайную пластичность родительского поведения [8, 11, 12].

Однако вопрос о степени заменяемости, обратимости отцовских и материнских ролей, а также о соотношении их биологических и социокультурных детерминант остается наиболее спорным в теории родительства. Ответить на вопрос о том, как влияют исторические и социокультурные вариации на реальную величину отцовского вклада в воспитание, также представляется сложным. На этот счет И.С. Кон [13], настаивая на корректной постановке проблемы роли отца, предлагает произвести предварительную их дифференциацию с учетом следующих вопросов: 1) в чем заключается отличие положения и поведения сегодняшних отцов от прежних; 2) чем отличается нынешний сте-

реотип (нормативный образ отцовства) от «традиционного»; 3) какова степень совпадения стереотипа отцовства и реального поведения сегодняшних отцов; 4) является ли степень совпадения стереотипа и реального поведения отцов такой же большей или меньшей, чем прежде; 5) как связаны реальные и воображаемые различия с исторической эволюцией половой стратификации и стереотипов маскулинности и фемининности; 6) каковы психологические последствия предполагаемых сдвигов в характере отцовства, как они влияют на личность и психологические качества ребенка.

Обсервационные исследования W.C.A. Mackey [14], направленные на изучение особенностей взаимодействия мужчин и женщин с детьми в 18 разных культурных средах, хотя и подтвердили существование этнокультурных особенностей в контактах с детьми, но в качественном отношении не обнаружили существенных гендерных различий в способах взаимодействия с ними. Этими исследованиями также отмечен факт рассогласованности нормативного (стереотипа) и реального поведения родителей. Поэтому традиционно существующее разделение отцовских и материнских функций, по сути, условно.

Вплоть до второй половины XX в. исследования в области детско-родительских отношений велись преимущественно в рамках диады «мать-ребенок». Лишь во второй половине 1970-х годов роль отца стала предметом изучения психологии. Причиной того, что фигура отца в воспитании ребенка до этого времени полностью игнорировалась, были стереотипы общества, согласно которым уход за ребенком и его воспитание являются исключительно женскими обязанностями. Однако, начиная со второй половины XX века, в обществах многих стран произошла ломка традиционной системы ценностей, повлекшая за собой свободу и равенство прав женщины в обществе и семье.

Первыми в психологии появились исследования, посвященные изучению ситуации развития детей, в семьях которых по той или иной причине отсутствовал отец [15, 18]. Сравнивалисьособенностипсихическогоразви-тия детей из неполной (внебрачной, разведенной) и контрольной (полной) семей. Так, лонгитюдное исследование Й. Лангмейер и 3. Матейчек показало, что внебрачные дети так или иначе чаще характеризуются большим числом неблагоприятных признаков развития по сравнению с детьми, родившимися в браке. Установлено, что среди детей с ослабленным здоровьем больше тех, кто растет без отца, они чаще попадают в больницы, их заболевания в целом бывают более тяжелыми. Причину данного явления эти исследователи объясняют тем, что материнство без мужа приносит молодой женщине много ограничений и трудностей, которые постепенно отдаляют мать от ребенка. А дефицит образца маскулинности, в свою очередь, обрекает мальчика на трудности освоения поло-ролевого поведения.

Как показали исследования V.Trnka [18], в несколько иной ситуации находится ребенок из распавшейся семьи.

Во многих разведенных семьях (а также в семьях с «аффективным разводом») дети растут психически здоровыми и общественно хорошо адаптированными, но все-таки к жизни они приспособлены хуже, чем дети из полной семьи. Значительно чаще они оказывались нелюдимыми, боязливыми, недисциплинированными, склонными к конфликтам. При этом недисциплинированность оценивается как результат потери авторитета, а склонность к дракам как компенсаторное проявление чувства неполноценности.

Достаточно глубоко изучена проблема патернальной депривации, где отец хотя и присутствует физически, но в воспитательном или стимулирующем отношениях либо бездействует, либо же действует искаженно [15, 18, 20]. Среди детей пьющих отцов (алкоголиков) часто встречалась неуспеваемость в учебе, в группе сверстников они оказывались в числе «отвергаемых». В таких семьях обычно наблюдается инверсия ролей, имеющих компенсаторный характер - строгий авторитет здесь чаще представляет мать. В результате этого нарушается положительная идентификация ребенка с родительскими моделями. Возникает реальная опасность переноса внутренних условий психической депривации на дальнейшее поколение [16].

По справедливому замечанию И.С. Кона [16], первые социологические и психологические исследования, посвященные не столько отцовству, сколько эффекту безотцовщины убедительно показали значение отца в психическом развитии ребенка. Оказалось, что «невидимый», «некомпетентный» и часто невнимательный родитель на самом деле очень важен.

Фактически вместе с поворотом исследователей в сторону фигуры отца психология детско-родительских отношений вышла на ранее игнорированную специалистами область - изучение здоровой личности, здоровой семьи (где так или иначе мать и отец вместе воспитывают ребенка). Это стало возможным благодаря привлечению отцов к психологическим обследованиям и активному участию с их стороны.

В психологической литературе набралось множество красноречивых фактов, выделяющих специфику отцовского влияния на развитие личности и эмоциональной сферы ребенка. Рассмотрим некоторые из них.

Обычно в семье существует разделение обязанностей в вопросах, касающихся воспитания подрастающего поколения. Например, к матери младенец «склонен обращаться» в ситуациях, когда он чувствует дискомфорт или недовольство, если голоден, устал, испытывает легкое недомогание. Громкий крик ребенка при этом является призывом к матери, просьбой о помощи. Благодаря функции матери осуществлять уход за младенцем у последнего формируется базовое чувство привязанности, и именно от матери он вправе ожидать поддержки. Но, когда у ребенка хорошее настроение, а его непосредственные потребности удовлетворены, он с удовольствием вступает в контакт с отцом. Сами отцы берут детей на руки чаще всего для того, чтобы поиграть с ними. Обычно они играют с детьми в более

эмоциональные игры, требующие от ребенка больших затрат сил. В отличие от отцов матери предпочитают спокойные игры типа «пряток». Потому малыши при предоставлении возможности выбора партнера по играм, как правило, предпочитали отцов. Это предпочтение можно объяснить большей подвижностью, эмоциональностью игр с отцами. Подобное разделение функций объясняется тем, что в настоящее время мужчины склонны считать игру с малышом своей родительской обязанностью, когда как женщины полагают, что, прежде всего, они должны осуществлять уход за детьми [21].

Отец значительно влияет на половую идентификацию как сына, так и дочери. Для мальчика он является своеобразным примером, моделью для подражания и, следовательно, значительно влияет на процесс половой идентификации. В тех случаях, когда мать являлась главой семьи, маскулинность сыновей в возрасте трех лет была очень слабо выражена. Так, пассивные отцы мало влияют на формирование собственно мужских черт у своих сыновей. Таким образом, недостаточный опыт общения с отцом и отсутствие приемлемой модели идентификации ослабляет формирование отцовских чувств у мальчика и юноши, что неблагоприятно сказывается в дальнейшем на воспитании своих собственных детей [16].

Влияние отца на половую идентификацию девочки наиболее значительно начинает проявляться в период юности [22]. Половая идентичность для девочки есть одобрение себя самой как достойной представительницы женского пола. Именно в этом возрасте (13-15 лет) она должна получать признание своей значимости как будущей женщины, в основном, от отца. Так, отец помогает дочери выработать о себе хорошее мнение тем, что сам одобряет ее. Для девочек же, воспитываемых без отцов, в результате отсутствия реальной модели отношений между мужчиной и женщиной, может сформироваться нереалистическое отношение к лицам мужского пола.

В эмоциональной сфере развития мальчика установлена связь ме^ду отсутствием или слабостью отцовского начала и гипермаскулинным или агрессивным поведением мальчиков [23]. Установлено, что чрезмерная враждебность по отношению к окружающим возникает как бунт против излишней зависимости от матери, ее феминизирующего влияния на протяжении всего детского возраста, для которого в отсутствие отца нет мужской компенсации. Агрессивность, таким образом, есть выражение поиска своего мужского «Я». Мальчики, продолжающие быть односторонне привязанными к матери, также могут испытывать затруднения в общении со сверстниками.

В работе А.И. Захарова [24] приведены психологические характеристики отцов, чьи дети страдают неврозами. По сравнению с нормой эти отцы более робки, застенчивы, сдержанны в общении, чувствительны к угрозе, осторожны, молчаливы и серьезны, замкнуты, негибки в суждениях, консервативны, больше ориентированы на собственные суждения, чем на мнение группы. При этом

такие отцы склонны отрицать личные проблемы и чувство вины. Психомоторная нестабильность (импульсивность) отца способствует как один из факторов более частому проявлению у мальчиков неврозов в форме энуреза, тика, заикания. Мнительность, выражающаяся постоянными сомнениями, колебаниями в правильности своих действий, или педантизм отца также указываются как одни из факторов невротизации ребенка. Излишняя строгость отца может спровоцировать у сына появление страхов. Такой же эффект наблюдается у дочери в случае отсутствия четких требований и вседозволенности со стороны отца.

Относительно влияния роли отца на развитие когнитивной сферы ребенка можно выделить несколько работ [25, 26, 27]. Так, установлено преимущественное развитие гуманитарных способностей у детей, растущих без отца. При сравнении влияния отцовского и материнского стилей воспитания было обнаружено, что авторитарность отца оказывает, в основном, положительное влияние на когнитивные характеристики детей, а авторитарность матери -отрицательное [25]. Интеллектуальные характеристики отца более тесно коррелируют с когнитивным развитием детей независимо от их пола [26]. Также обнаружена положительная корреляция между одаренностью детей и уровнем сложности отцовской профессии [27].

Один и тот же способ социального контроля, осуществляемый матерью или отцом, по-разному воспринимается подростками. Так, в исследовании Б. ВаишйМ [28] было установлено, что подростки, скорее, согласны принимать наказания со стороны отца, чем матери. В случае, когда мать наказывала ребенка, это воспринималось как эмоциональное отвержение, проявление нелюбви и враждебности.

Модель родительского поведения отцов существенно меняется в зависимости от пола ребенка, начиная с их дошкольного возраста, и максимально различается в подростковом возрасте. В работе О.А. Карабановой [29] приводится исследование М. 81е§а1, основанное на методе контент-анализа особенностей взаимодействия родителей с детьми, что позволило ему выявить специфику поведения матери и отца в воспитании дочерей и сыновей. Полученные результаты также говорили в пользу существования статистически значимых различий между способами взаимодействия отцов с детьми разного возраста. Отцы чаще, чем матери были склонны придавать значение половому воспитанию ребенка.

Стиль общения отцов с мальчиками дошкольного возраста уже отличался большей строгостью, директивностью и сдержанностью, но зато отцы с ними общались чаще, поощряли физические игры и исследовательскую деятельность. Благодаря этой особенности отцовского воспитания у мальчика формируются маскулинные черты характера - стремление к независимости, самостоятельности, склонность к конкуренции (соревновательность), направленность на достижения (мотивация успеха). Напротив, мягкость стиля воспитания, отзывчивость и эмоциональ-

ность отцов в общении с дочерьми уже в дошкольном воз -расте формируют у последних фемининные качества: эмпатию, заботливость, коммуникативность. В связи с особенностями роли отца в воспитании детей М. Siegal выделяет следующие факторы, по которым можно определить качество выполнения мужчиной своей родительской роли: доступность отца для ребенка, включенность в совместную деятельность с ребенком, ответственность за материальное обеспечение семьи и организацию образовательно-воспитательной сферы ребенка.

Сравнение «включенных отцов» с «включенными матерями» (активно участвующих в воспитании) позволило A. Ninio, N. Rinott [27] сделать вывод о том, что такие отцы успешнее влияют на развитие ребенка, чем матери.

Интересным представляется факт участия отцов в процессе рождения ребенка и о том влиянии, которое оказывает на мужчину-отца переживание им периода до и после рождения ребенка. Так, по наблюдениям этнографа М. Мид [30] у 18 племен тихоокеанских островов существует обычай - коувад, который заключается в своеобразном сопереживании мужем всех состояний жены после зачатия. Подчас эти симптомы настолько были реальны , что отец ложится рядом с женой и отдыхает, как после родов. Этот же автор пишет, что в одном из азиатских регионов путешественником М. Поло было записано интересное наблюдение. Женщина, родив ребенка, сама купает и пеленает его, после чего муж забирает новорожденного к себе в постель, кладет рядом с собой и не встает в течение 40 дней. По предположению М. Мид, коувад усиливает столь необходимое ощущение причастности отца к рождению ребенка. И.С. Кон [3] добавляет, что это дает мужчине эмоциональное удовлетворение, поскольку ему не суждено рожать детей. Данные М. Мид находят подтверждение и в исследованиях R. Kano, T. Shibasawa, свидетельствующих о послеродовом психозе, наблюдаемом у японских мужчин-отцов [31].

К. Флэйк-Хобсон, Б. Робинсон, П. Скин [32] приводят следующие примеры. В Восточной Исландии мужья принимают непосредственное участие в родах жен, которые используют мужей в качестве своеобразной опоры при потугах. А в Швеции более 60% отцов используют предоставленную законом возможность брать оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком. В свою очередь, вышеупомянутые авторы провели опрос среди американских мужчин. По результатам опроса выявилось, что большая часть будущих отцов высказала желание участвовать в рождении своих детей. А 62% мужчин-отцов признались, что в этот период они испытывали аналогичные состоянию жен переживания.

Все это указывает на то, что отцы первенцев также могут переживать своеобразный «кризис отцовства», а формирование отцовской любви, так же как и принятие роли отца - процесс сложный и достаточно длительный [29], который, однако, может быть активизирован и стимулирован специальными тренингами [33].

Исследования, посвященные общению отцов с маленькими детьми, показали ранее отрицавшуюся чувствительность мужчины к разнообразным сигналам детей и правильному пониманию их значения [7]. Отмечается, что мужчины, которые помогали и сопереживали рождению своего малыша, впоследствии оказывались более нежными и понимающими мужьями и отцами. Их связь с ребенком была теснее, а воспитательный эффект выше, чем у других. Было также выявлено, что в семьях, где родители «рожали вдвоем», гораздо чаще обходятся без физических наказаний.

Интересное лонгитюдное исследование было проведено R.Parke, D. Sawin [33]: согласно контракту на участие в этом эксперименте, отцам было предложено взять трехлетний отпуск по уходу за ребенком. Сравнение динамики психического развития детей показало, что «папины» дети, развивались с опережением, чем дети, уход за которыми традиционно осуществлялся матерями. Оказывается, отцы меньше времени уделяли кипячению бутылочек, выглаживанию пеленок (что более свойственно матерям), а предпочитали большее внимание уделять игре с малышом, проявляя в ней незаурядную выдумку и творчество. Дальнейшие наблюдения показали, что подростковый возраст детей таких отцов проходил менее болезненно, а конфликты с родителями не достигали такого накала как в обычных семьях.

Исходя из теоретического обзора экспериментальных и эмпирических данных, полученных исследованиями из различных областей наук (социологии, культурантрополо-гии, социальной антропологии, этнографии), направлений психологии (бихевиоризма, психоанализа, когнитивной психологии), отраслей психологии (социальной психологии, психологии развития, психологии семьи, психотерапии семьи, психологии родительства), можно вывести следующие теоретические положения.

Проблема соотношения материнского и отцовского вкладов в воспитание детей впервые была представлена в биосоциальном подходе (Russell). В нем подчеркивалась необходимость рассмотрения этой проблемы не столько количественно, сколько качественно. Антропологический подход (West & Konner) указывает на вариативность роли отца в зависимости от преобладающего в той или иной культуре вида хозяйственной деятельности, полового разделения труда, типа семьи. Социологический подход (Goldman & Goldman, Bankart & Bankart) утверждает изменение культурных образов и установок на роли матери и отца под влиянием урбанизации, ломки традиционной системы половой стратификации, что позволило выявить чрезвычайную пластичность родительского поведения отцов.

Для корректной постановки проблемы роли отца И.С. Кон предложил определить величину отцовского вклада в воспитание ребенка в традиционной и современной культурах, настаивая на важности междисциплинарной кооперации психологической науки со смежными социогу-манитарными дисциплинами. Им фактически были зало-

жены методологические основы кросскультурного исследования с опорой на теоретико-психологический синтез данных истории, этнографии, социологии.

Отдельным разделом можно выделить многочисленные социологические и психологические работы, посвященные сравнению психического развития детей из полных и неполных семей. Как правило, психическое развитие внебрачных детей протекает в менее благоприятных условиях и отражается на трудностях социальной адаптации, половой идентификации, неадекватной самооценке ребенка. Социальная адаптация у детей разведенных родителей может быть нарушена склонностью ребенка к конфликтам и недисциплинированностью, в результате утраты авторитета родителей.

Влияние на психическое развитие ребенка личности слабого, пассивного отца в семейной психотерапии обозначено термином «патернальная депривация». Следствием данного вида психической депривации являются появление у детей агрессивности (форм девиантного поведения), социально-психологической и школьной дезадаптации, нарушение половой идентификации, возникновение неврозов. Наличие у отца комплекса таких личностных ха -рактеристик, как педантизм и мнительность; робость, застенчивость, осторожность, конформизм, эгоцентризм; психомоторная нестабильность (импульсивность); излишняя строгость - являются факторами невротизации ребенка (психоэмоциональных расстройств).

Общение с отцом играет важную роль в развитии эмоциональной сферы ребенка уже в раннем возрасте. Как правило, игра отца с ребенком носит более динамичный (подвижный), познавательный характер, что требует от последнего больших энергетических затрат, стимулируя физическое и психическое развитие ребенка.

Авторитарный стиль, чаще свойственный отцовскому воспитанию, положительно коррелирует с когнитивными характеристиками ребенка. Уровень интеллекта отца также влияет на когнитивное развитие ребенка независимо от его пола.

Модель родительского поведения отцов меняется в зависимости от возрастных и половых особенностей ребенка. Отец оказывает влияние на формирование адекватной половой идентификации у сына - в дошкольном возрасте и у дочери - в юношеском возрасте.

Качество выполнения мужчиной своей родительской роли зависит от следующих факторов: степени доступности отца для ребенка; «включенности» в совместную деятельность с ребенком; ответственности за материальное обеспечение семьи; участия в организации образовательно-воспитательной сферы ребенка.

Близкая эмоциональная связь ребенка с отцом, установленная еще в раннем возрасте, способствует более гармоничным отношениям отцов и детей в кризисном подростковом возрасте.

Развитие психологической науки на современном этапе характеризуется тенденцией слияния теории с практикой.

В этой связи научные знания, добытые многочисленными исследованиями, служат толчком для развития прикладных и практических областей психологии. Проблема роли отца теперь является предметом изучения относительно новой отрасли психологии - психологии родительства.

Тема о роли отца и о ее влиянии на психическое развитие детей, на супружеские отношения и семейный климат представляет собой новую, многообещающую и перспективную область изучения личности и семьи. Данные из исследований роли отца имеют не только теоретическую, но и большую практическую ценность при работе с родителями и детьми, позволяют дифференцированно подходить к проблеме семейного воспитания. Проблема роли отца в воспитании ребенка всегда будет оставаться актуальной для общества, пока будет существовать социальный институт семьи.

Несмотря на широкую представленность в зарубежной литературе информации по роли отца, изысканий, проведенных в рамках различных направлений и исследовательских подходов, эта тема до сих пор остается несистематизированной и не может считаться исчерпанной. Естественно, что многие факты и предположения нуждаются в проверке на универсальность. Российские данные, учитывающие исторические, социальные и культурные особенности страны и народов, могли бы дополнить эту тематику, вводя ее в сферу этнопсихологических, кросскультур-ных исследований. В этой связи необходимо выявить и описать культурные модели отцовства у коренных народов Якутии, а также специфику влияния роли отца на психическое развитие детей. Эти задачи можно решить с методологических позиций междисциплинарного подхода (И.С. Кон) [13], предполагающего применение психологического анализа данных из области этнографии, этнопеда-гогики, этносоциологии. Важно отметить также, что в психологии отцовство, будучи социокультурным феноменом, может быть раскрыто и понято только в контексте сравнительного культурно-исторического подхода, предложенного Л. С. Выготским [2].

Литература

1. Андреева Г.М. Социальная психология. М.: МГУ, 2002. 416 с.

2. Выготский Л.С. Собрание сочинений. М., 1983. Т. 3. 641 с.

3. Кон И.С. Ребёнок и общество. М.: Просвещение , 1988. 255 с.

4. Russell A., Russell G. Mother’s and Father’s Explanations of Personal Histories. Psychological Review, 1989, 96: 341-357

5. De Casper AJ. , Fifer W.P. Of Human Bonding: New borns Prefer Their Mothers’Voices. - Science. 1980, vol. 208, 1174-1176 p.

6. Martin J., Nitschke O. Einleitung - Zur Sozialgeschichte der Kindheit, Hrsg. Von.J.Martin und A.Nitschke. Freiburg - Munchen,

1986, 20-23 p.

7. Parke R.D. , Sawin D.B. The Father’s Role in Infancy: A ReEvaluation - The Family Coordinator, 1976, vol.25, 365 p.

8. West M.M., Konner M.J. The Role of the Father: An Anthropological Perspective. - The Role of the Father in child Development, p. 197

9. Goldman J.D.G, Goldman R.J. Children’s perseptions of Parents and their Roles: A Cross National Study in Australian, England, North America and Sweden. - Sex Roles, 1985, vol.13, p.791-812

10. Bankart C.P., Bankart B.M. Japaniese Childrens Perseptions of their Parents - Sex Roles, 1985, vol.13, p.679-690

11. Lamb M.E. The Father-Child Relationship: A Synthesis of Biological, Evolutionary and Social Perspective. - Parenting: Its Causes &Consequences, 1980. p.55-73.

12. Fatherhood and Family Policy. Ed.by M.E.Lamb & A.Sagi. Hellsdale, 1983.

13. Кон И.С. Этнография родительства. М.: ИЦ Академия, 2000. 255 с.

14. Mackey W.CA. Cross-Cultural Perspective on Perseptions of Paternalistic Deficiencies in the Unated States: The Myth of the Derelict Daddy. - Sex Roles, 1985, vol.2 №5, p. 513.

15. Лангмейер И., Матейчек 3. Психическая депривация в детском возрасте. Прага, 1984. 460 с.

16. Алешина Ю.Е., Воловик А.С. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины // Вопросы психологии. 1991. № 4. С. 33-34

17. Кон И.С. Психология половых различий // Вопросы психологии. 1981. № 2. С. 71-80.

18. Trnka V. Deti a razvody. Praha: Avisenum, 1974. - 215 s.

19. Захаров А.И. Неврозы у детей и поростков. Л.: Медицина, 1988. 248 с.

20. Бронфенбреннер У. Два мира детства: Дети в США и в СССР. М.: Прогресс, 1976. 523 с.

21. Титаренко В.Я. Семья и формирование личности. М.,

1987. 352 с.

22. КэмпбеллР. Как на самом деле любить детей. М., 1992. 189 с.

23. БютнерК. Жить с агрессивными детьми. М., 1991. 189 с.

24. Захаров А.И. Неврозы у детей и психотерапия. СПб.: Издательство Союз, Лениздат, 2000. 336 с.

25. Тэкэкс К. Одаренные дети. М.: Прогресс, 1991. 376 с.

26. Кован Ф.А., Кован К.И. Взимоотношения в супружеской паре, стиль родительского поведения и развитие ребенка // Вопросы психологии. 1989. № 4. С. 110-118.

27. Ninio A., Rinott N. Father’s Ivolvement in the Care of Their Infant’s and Their Attribution’s of Cognitive Competence to Ifants. // Child Development, 1988, 59: 652-663

28. Baumrind D. The Development of instrumental competence through socialization. // Pick A.D. (ed) Minnesota Press, 1973, 7 p.

29. Карабанова O.A. Психология семейных отношений. Самара: Изд-во СИОКПП, 2001. 122 с.

30. Mud М. Культура и мир детства. М., 1988. 295 с.

31. Kano R., Shibasawa T. Психотерапия отец - мать - ребенок на примере случая послеродового психоза у отца // Мать, дитя, клиницист. М., 1994. С. 101-110.

32. Флэйк-Хобсон К., Робинсон Б.Е., Скин П. Развитие ребенка и его отношений с окружающими. М.: Центр общечеловеческих ценностей, 1993. 511 с.

33. Parke R.D., Sawin D.B. The Father’s Role in Infancy: A ReEvaluation - The Family Coordinator, 1976, vol.25, 365 p.

L.D. Starostina

A role of a father in psychological development of a child

Fatherhood as a parental institution has been of great interest for ethnographers, sociologists, psychologists. In the sphere of psychology a phenomenon of fatherhood has been studied in the framework of different research approaches and fields. In particular, a significant attention is given to research analyses where a role of father that influences on psychological development of a child has been studied.

Key-words: parents, role of a father, fatherhood crises, “inclusive” fathers, gender identification, emoitional sphere, cognitive sphere, neuroses, identification model, model of parental beehaviour for fathers.