Правомерное насилие в ракурсе глобального кризиса семьи

УДК 343.9 ББК 67.51

С.Ф. Милюков

ПРАВОМЕРНОЕ НАСИЛИЕ В РАКУРСЕ ГЛОБАЛЬНОГО КРИЗИСА СЕМЬИ

Аннотация: Межличностные отношения, в том числе в семейно-бытовой сфере, невозможно урегулировать без правомерного принуждения (насилия). Оно должно быть предусмотрено в законодательстве, в частности уголовном.

Ключевые слова: семейная криминология; правомерное насилие; кризис семьи; реформа уголовного законодательства; «шар терпимости».

S.F. Milyukov

LAWFUL VIOLENCE IN THE GLOBAL FAMILY CRISIS PERSPECTIVE

Summary: Interpersonal relationships, including those in the family and everyday life, cannot be resolved without lawful coercion (violence). It should be provided for in legislation, particularly, in criminal legislation.

Keywords: family criminology; lawful violence; family crisis; reform of criminal legislation; «ball of tolerance».

Нам в целом импонирует обоснованная критика проекта Федерального закона «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» (далее по тексту - ПФЗ или законопроект), изложенная в докладе А.В. Швабауэр. Она справедливо полагает, что таковой «является юридически несостоятельным, нарушает конституционные права граждан, игнорирует основные начала уголовного и административного права и процесса, противоречит принципам семейного права, имеет криминогенный характер, создаёт предпосылки для разрушения института семьи и обострения социальных противоречий в обществе» [8, с. 20-21].

Заметим лишь, что действующий УПК РФ, вопреки сказанному Анной Викторовной, не содержит принципа равенства участников уголовного процесса перед законом (см. ч. 4 ст. 15 УПК РФ), что даёт, на наш взгляд, изрядные преимущества состоятельным и влиятельным преступникам, их адвокатам и целому сонму ангажированных «правозащитников» в плане воспрепятствования поиску истины в ходе уголовного преследования.

Убедительные возражения разработчикам ПФЗ даны большим числом специалистов [2; 5; 9], а также широкой общественностью [6]. Методологически ущербной выглядит сама концепция данного и иных подобных законо-

Криминология

ВЧЕРА СЕГОДНЯ ЗАВТРА

проектов, заключающаяся в том, что физическое и психическое насилие над волей человека якобы изначально и сугубо общественно опасно и потому противоправно. Между тем насилие (принуждение) способно быть общественно полезным, следовательно, правомерным [4], в том числе в семейной сфере.

В связи с этим уместно вспомнить историю феминистского вопроса в нашей стране. Как указывает Д.А. Шестаков, «в России четверть века конкурируют два законопроекта: доктринальный диалектический (1996), основанный на отечественных - более чем двадцатилетних - исследованиях проблемы насилия в семье, и американо-феминистский, привнесённый из США в законодательство ряда стран и международные соглашения. В основу доктринального проекта положена используемая в семейной криминологии диалектическая концепция, учитывающая интересы обеих сторон конфликта. Американский же подход подменяет проблему развивающихся в обществе взаимоотношений полов односторонним стремлением при любых обстоятельствах встать на сторону женщины» [9, с. 24].

Известная допустимость насилия в семье обусловлена её назначением как производственно-бытовой ячейки общества, возникшей на определённом этапе эволюции человечества. Нам уже приходилось обращать

внимание криминологов на две главные функции семьи:

1) производство материальных благ в областях сельского хозяйства (земледелия, животноводства, отчасти охоты, рыболовства и собирательства) и промышленности (ремесленничества, добычи полезных ископаемых, лесозаготовок);

2) воспроизводство детей (потомства), которые были нужны, опять же, прежде всего для трудовой деятельности (в первую очередь физической) [3].

Третья функция, соединяющая две первые, - обеспечение жизнедеятельности объединившихся в семьи людей (постройка и содержание жилища, приготовление пищи, производство ткани и кож для пошива одежды и обуви, лечение недугов народными средствами, наконец взаимная охрана от агрессивных чужаков, да и притязаний государственной власти).

Как видно, для плотской, а тем более романтической, любви в этой борьбе за выживание оставалось не так уж много места. Не случайно семьи создавались зачастую не любящими друг друга юношами и девушками, а их родителями, придирчиво оценивавшими их физические кондиции (мышечную силу и выносливость, отсутствие телесных дефектов, покорность старшим, бережливость, религиозность, а также способность к деторождению) и наличие достаточного приданого у невесты. С сочным этническим юмором это наглядно отражено в повести Майю Лассила «За спичками» (см. также талантливую её экранизацию - одноимённый советско-финский кинофильм 1979 г.), а в форме драмы - в романе-эпопее Михаила Шолохова «Тихий Дон».

Ясно, что соединение в семье на долгие годы разновозрастных и разнохарактерных людей, иногда ранее совершенно незнакомых, вызывало необходимость жёсткого управления ими со стороны отца (деда), дядей и тёток, старших сестёр и братьев. Для обеспечения порядка повсеместно применялись физические наказания. Лодыри и непокорные подвергались насмешкам и угрозам. Насилие процветало и в подростковой среде, служа своего рода закалкой мальчиков для последующей воинской службы.

С течением веков названные выше функции семьи деградировали, угасали. В особенности это касается производственной функ-

ции. Сейчас даже на селе многие семьи не разводят скот и птицу, не обрабатывают поля и большие огороды, тем более не занимаются какими-либо промыслами. Рождение и воспитание детей для изрядного числа брачных пар и неофициальных сожителей также не является обязательным. Гедонизм возводится в абсолют.

Теряет своё основополагающее значение и третья функция. Большинство населения живёт ныне не в отдельных домах (избах) с надворными постройками, а в квартирах городского типа: с центральным отоплением, водо-, электро- и газоснабжением, организованным вывозом мусора. Люди всё меньше нуждаются во взаимной поддержке, предпочитают жить вдвоём, а то и поодиночке, с приходящим половым партнёром (не обязательно противоположного пола, способного к зачатию ребёнка).

На этой почве всё чаще возникают противоестественные однополые союзы, чреватые педофилией. Геи, лесбиянки, трансвеститы стремятся усыновлять (удочерять) малолетних детей и воспитывать их в своих сексуальных вкусах. Не за горами официальное признание «браков» с животными и даже неодушевлёнными устройствами (роботами-киборгами). Ясно, что насилие в таких группах отнюдь не исключение, а иногда и правило (садомазохистские пары).

Доказательством истинности сказанного служит, например, информация о противоправной деятельности художницы Ю. Цветковой. В социальной сети <^асеЬоок» она разместила рисунок с подписью «Семья там, где любовь. Поддержите ЛГБТ+семьи». В отношении неё заведено несколько административных дел, в том числе за картинку в Сети, на которой изображена мужская пара с ребёнком. Одновременно она привлекается к уголовной ответственности за распространение порнографии в виде рисунков в паблике «Монологи вагины».

Порнохудожницу активно поддерживают писательница Л. Горалик, скандально известная Н. Толоконникова, иные «общественные деятели» подобного толка. Против преследования ЛГБТ-активистки выступают в Петербурге и Москве: устраивают различные акции, стоят с плакатами и читают стихи.

Крайне важно понимать, что в межличностных отношениях невозможно вовсе отказаться от принуждения (сиречь насилия). Оно

1(56)2020

может быть нужным для общества (та же необходимая оборона, крайняя необходимость, силовое задержание правонарушителей и, конечно, оборона Родины от чужеземной агрессии). В определённой толике принуждение следует применять в семье, школе. Криминологи и правоведы должны определить ту грань, что разделяет разумное, допустимое насилие и общественно опасное, правонару-шающее.

В этом им будет полезной модель «шар терпимости» [1]. Если законопроект примут, в обществе начнёт накапливаться неумеренная терпимость (к неподобающему поведению ребёнка по отношению к родителям, безосновательному выселению из квартиры супруга «пострадавшей» стороной и др.), разрушающая семью и сам социум. Умеренная нетерпимость к ПФЗ - работа нашего Клуба, направленная на непринятие данного проекта.

Также следует устранить кричащее несоответствие между заголовком ст. 156 УК РФ («Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего») и её содержанием, которое, что называется, «в упор» не замечается большинством специалистов.

Дело в том, что у нас до сих пор фактически нет уголовной ответственности за неис-

полнение таковых обязанностей, даже если подобное попустительство повлекло совершение подростками преступлений, в том числе тяжких и особо тяжких. Мало того, запуганные пресловутой ювенальной юстицией родители, а также учителя и прочие воспитатели предпочитают не связываться с несовершеннолетними правонарушителями и тогда, когда они ведут себя совершенно разнузданно по отношению не только к сверстникам, но и ко взрослым (родителям, бабушкам и дедушкам, тем же учителям). И это понятно, поскольку диспозиция названной статьи запрещает отнюдь не потворство ставшим на противоправный путь подросткам, а жестокое обращение с ними даже ради их должного воспитания.

Этот порок уголовного закона перекочевал и в опубликованный проект нового Уголовного кодекса Российской Федерации [7, с. 129], что актуализирует более активное участие криминологов в его разработке, ведь и квалифицированные представители уголовно-правовой науки не замечают (или делают вид, что не замечают?) реального состояния общественно опасной активности в современной России, её научно обоснованного изменения в будущем.

ПРИСТАТЕЙНЫЙ СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Данилов А.П. Преступностиведческое положение о терпимости (криминологическая теория толерантности) // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2015. № 4 (39). С. 27-30.

2. Ефимова М.П. К вопросу о противодействии семейному насилию // Эффективность уголовно-правового, криминологического и уголовно-исполнительного противодействия преступности: материалы XI Российского конгресса уголовного права, состоявшегося 28-29 мая 2020 г. (заочно). М., 2020. С. 365-368.

3. Милюков С.Ф. Глубинные истоки кризиса российской семьи: его уголовно-правовые и криминологические последствия // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2016. № 1 (40). С. 17-20.

4. Милюков С.Ф. Насилие как средство осуществления уголовной политики // Российский криминологический взгляд. 2007. № 4. С. 107-116.

5. Понкин И.В. Заключение от 24.12.2019 на проект Федерального закона «О профилактике семей-но-бытового насилия в Российской Федерации». URL: https://soroksorokov.ru/posts/news/ponkin-i-v-zaklyuchenie-ot-24-12-2019-na-proekt-federalnogo-zakona-sbn/ (дата обращения: 16.02.2020).

6. Проект закона о профилактике семейно-бытового насилия. URL: http://council.gov.ru/services/ discussions/themes/110611/ (дата обращения: 16.02.2020).

7. Уголовный кодекс Российской Федерации (научный проект) / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2019. 320 с.

8. Швабауэр А.В. Угрозы и истоки законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2020. № 1 (56). С. 13-22.

9. Шестаков Д.А. Криминогенное законодательство в свете семейной криминологии (о проамериканском законопроекте «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации») // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2020. № 1 (56). С. 23-28.

РИМИНОАОГИЯ

ВЧЕРА СЕГОДНЯ ЗАВТРА

REFERENCES

1. Danilov A.P. Prestupnostivedcheskoe polozhenie o terpimosti (kriminologicheskaya teoriya tolerantnosti) [Criminological theory of tolerance]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow. 2015, No. 4 (39), pp. 27-30.

2. Efimova M.P. K voprosu o protivodeystvii semeynomu nasiliyu [On the issue of domestic violence counteraction]. Effektivnost ugolovno-pravovogo, kriminologicheskogo i ugolovno-ispolnitelnogo protivodeystviya prestupnosti: materialy XI Rossiyskogo kongressa ugolovnogo prava, sostoyavshegosya 28-29 maya 2020 g. (zaochno). M., 2020, pp. 365-368.

3. Milyukov S.F. Glubinnye istoki krizisa rossiyskoy semi: ego kriminologicheskie i ugolovno-pravovye posledstviya [The deep roots of the crisis of Russian family: its criminological and criminal law consequences]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow. 2016, No. 1 (40), pp. 17-20.

4. Milyukov S.F. Nasiliye kak sredstvo osushchestvleniya ugolovnoy politiki [Violence as a means of criminal policy implementation]. Rossiyskiy kriminologicheskiy vzglyad - Russian Criminological View. 2007, No. 4, pp. 107-116.

5. Ponkin I.V Zaklyuchenie ot 24.12.2019 na proekt Federalnogo zakona "O profilaktike semeyno-bytovogo nasiliya v Rossiyskoy Federatsii" [Legal opinion of December 24, 2019 on the Federal law project "On the prevention of family and domestic violence in the Russian Federation"]. URL: https://soroksorokov.ru/posts/ news/ponkin-i-v-zaklyuchenie-ot-24-12-2019-na-proekt-federalnogo-zakona-sbn/ (date of access: 16.02.2020).

6. Proekt zakona o profilaktike semeyno-bytovogo nasiliya [Law project on the prevention of family and domestic violence]. URL: http://council.gov.ru/services/discussions/themes/! 10611/ (date of access: 16.02.2020).

7. Ugolovniy kodeks Rossiyskoy Federatsii (nauchniy proekt) [The Criminal Code of the Russian Federation (scientific project)]. Pod red. N.A. Lopashenko. M., 2019. 320 p.

8. SchwabauerA.V. Ugrozy i istoki zakonoproekta o profilaktike semeyno-bytovogo nasiliya [Threats and origins of the law project on the prevention of family and domestic violence]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow. 2020, No. 1 (56), pp. 13-22.

9. Shestakov D.A. Kriminogennoe zakonodatelstvo v svete semeynoy kriminologii (o proamerikanskom zakonoproekte "O profilaktike semeyno-bytovogo nasiliya v Rossiyskoy Federatsii") [Criminogenic legislation in the light of family criminology (on the pro-American law project "On the prevention of family and domestic violence in the Russian Federation")]. Kriminologiya: vchera, segodnya, zavtra - Criminology: Yesterday, Today, Tomorrow. 2020, No. 1 (56), pp. 23-28.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Сергей Фёдорович Милюков - доктор юридических наук, профессор, соучредитель, почётный профессор Санкт-Петербургского международного криминологического клуба, профессор кафедры уголовного права РГПУ им. А.И. Герцена (Санкт-Петербург, Россия); e-mail: dikoepolesf@gmail.com

INFORMATION ABOUT AUTHOR

Sergey Fyodorvich Milyukov - Doctor of Laws, Professor, Co-founder, Honorary Professor of the St.-Petersburg International Criminology Club, Professor of the Department of Criminal Law at the Herzen State Pedagogical University of Russia (Saint Petersburg, Russia); e-mail: dikoepolesf@gmail.com

1(56)2020