К вопросу о правовых основах регулирования деятельности политической полиции по борьбе с революционным движением в России в конце XIX - начале XX в

Ю. В. РЫЖОВА,

доцент кафедры государственно-правовых дисциплин,

кандидат юридических наук

J. V. RYZHOVA, Candidate of Law, Associate Professor at the Departmnet of the State and Law Disciplines

УДК 34

К вопросу о правовых основах регулирования деятельности политической полиции по борьбе с революционным движением в России в конце XIX - начале XX в.

To the Question about Activity Regulation Basics of the Political Police for a Struggle with the Revolutionary Movement in Russia at the End of the XIX - the Beginning of the XX centuries

Затронутый в статье круг вопросов охватывает много различных нюансов в деятельности подразделений политической полиции, связанных с организацией органов политической полиции.

Политическая полиция, Российская империя, жандармская железнодорожная полиция, охранные отделения, агентура, Отдельный корпус жандармов, терроризм, Департамент полиции, Министерство внутренних дел Российской империи, революционное движение, оппозиционное движение, революционные организации.

Raised a range of issues in the article covers a lot of different nuances in political police activities related to organization of the organs of the political police.

Political police, Russian empire, gendarmerie railway police, security departments, agents, separate corps of gendarmes, terrorism, Police Department, Ministry of the Interior of the Russian Empire, revolutionary organizations.

Подготовка МВД России к 300-летнему юбилею российской полиции нацеливает в наши дни научное сообщество как на разработку малоизученных проблем из исторического прошлого деятельности полиции России, так и на уточнение и дополнение в связи с введением в научный оборот архивных документов. Представляется, что деятельность политической полиции по борьбе с революционным движением в Российской империи в конце XIX — начале XX в., как и в наше время, требует переосмысления в свете изучения такого интересного научного направления, как

история органов внутренних дел дореволюционной России. «Эффективное функционирование органов внутренних дел, опирающееся на прочную законодательную базу, — одно из важнейших условий обеспечения безопасности государства» [14].

Политическая полиция Российской империи в конце XIX — начале XX в. состояла из Отдельного корпуса жандармов (далее — Корпус жандармов) и охранных отделений. Структура жандармерии определялась Положением об Отдельном корпусе жандармов, принятом 9 сентября 1867 г., в соответствии с которым

Корпус жандармов состоял из Главного управления, управлений Кавказского, Варшавского и Сибирского округов, 56 губернских управлений, 50 уездных управлений Северо-Западного края, наблюдательного состава, Петербургского и Московского дивизионов, 13 конных команд и жандармских полицейских управлений на железных дорогах [17].

Обращаясь к событиям 70-х гг. XIX в., следует обратить внимание на резонансное событие: в августе 1878 г. от удара кинжалом террориста был убит начальник III Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, шеф Корпуса жандармов генерал-лейтенант Н. В. Мезенцев. Данное событие показало, что жандармерия и сотрудники III Отделения не смогли обеспечить безопасность и защитить своего руководителя. «В ноябре 1878 г. на заседании Комитета министров причины роста недовольства в стране, появления политического радикализма, терроризма объяснялись главным образом деятельностью "революционных агитаторов". Власть решила ответить на новые законы, продиктованные временным усилением полиции. Но на сей раз не в масштабах страны, а в девяти крупных городах, которые были промышленными центрами и в которых находились университеты, иные высшие учебные заведения» [2]. Комитет министров акцентировал внимание на то, чтобы в целях повышения эффективности деятельности против революционного движения необходимо было не только увеличить численность полицейских, но и реорганизовать управление в целом всей полицейской системы Российской империи. Так, 9 февраля 1880 г. было принято решение о создании чрезвычайного органа — Верховной распорядительной комиссии по охране государственного порядка и общественного спокойствия, которая «должна была консолидировать деятельность власти по борьбе с революционным движением» [2]. 12 февраля 1880 г. был обнародован императорский указ о ее создании. Возглавил данную комиссию граф М. Т. Лорис-Меликов.

Так, прежде всего в 1880 г. при канцеляриях обер-полицмейстеров Москвы и Петербурга и градоначальника Варшавы создаются отделения по охране общественной безопасности и порядка.

Основным направлением развития Министерства внутренних дел в последней четверти XIX в. явилось значительное увеличение именно карательных функций. В данный период времени в связи с дальнейшим увеличением революционного движения происходит расширение полномочий Министерства. В связи с этим можно обратиться к тексту Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия от 14 августа

1881 г.1, на основании которого министр внутренних дел наделялся неограниченными правами: «Требования его, к сим предметам относящиеся, подлежат немедленному исполнению всеми местными начальствами» [18].

В структуре Министерства внутренних дел Российской империи ведущее место занимал Департамент полиции, именовавшийся вплоть до 1883 г. Департаментом государственной полиции, который был наделен самой обширной компетенцией: предупреждение преступлений, охрана общественного порядка и безопасности государственных границ и пограничных сообщений и др.

На основании изданного в 1883 г. Положения об устройстве Секретной полиции и жандармерии предусматривалась возможность создания «особых розыскных отделений» «в составе жандармских управлений или в ведомстве общей полиции, по образцу существующих в столицах отделений по охранению общественного порядка и спокойствия» [13]. Следует отметить, что деятельность полиции по надзору еще более усилилась после принятия в 1881 г. Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия, параграф 16 которого запрещал «всякие народные общественные и частные собрания», а в развитие данного Положения были изданы два ведомственных акта Министерства внутренних дел — Положение о полицейском надзоре от 12 марта 1882 г. и секретное Положение о негласном полицейском надзоре от 1 марта 1882 г. [2]. Более того, данное Положение объединяло все имеющиеся чрезвычайные установления в одно общероссийское законодательство и распространяло единые инструменты управления безопасностью на территории всей Империи, а также распределяло управленческие функции центральных, местных органов власти и особенно политической полиции для обеспечения государственной безопасности.

В 1898 г. все дела политического розыска перешли в созданный Особый отдел Департамента полиции. В связи с дальнейшим развитием революционного движения в конце XIX — начале XX в. и созданием различного рода антиправительственных организаций и «групп с хорошо поставленной конспирацией происходит изменение форм и методов деятельности политической полиции и одновременно расширяется сеть ее органов» [2]. Нельзя не отметить

1 На основании данного Положения предусматривалось введение состояния усиленной и чрезвычайной охраны. Кроме того, в местности, в которой объявлялось состояние усиленной или чрезвычайной охраны, расширялись полномочия генерал-губернаторов, губернаторов, градоначальников и полиции. Все они обладали правом закрывать собрания, торговые, промышленные заведения, запрещать деятельность печатных органов, учреждать особые военно-полицейские команды, производить арест лиц и др.

и значительную роль губернских жандармских управлений, которые составляли организационно-функциональное ядро Корпуса жандармов на протяжении всего периода деятельности этого государственного института.

Жандармские полицейские управления железных дорог также участвовали в реализации ряда задач по предотвращению деятельности революционных организаций. В частности, в сферу их деятельности входили меры по недопущению забастовок на железнодорожном транспорте. Нормативная правовая база позволяла начальникам жандармских железнодорожных управлений при появлении одних только их признаков безотлагательно возбуждать вопрос о применении на дороге чрезвычайных мер охраны [16].

Рассматривая вопрос правового регулирования органов политической полиции в борьбе с революционным движением, нельзя не обратить внимание на то, что подлинную угрозу царскому режиму представляли революционные объединения эсеров, анархистов и социал-демократов. Вместе с тем «наиболее опасную угрозу для Министерства внутренних дел представляла деятельность социалистов-революционеров и анархистов-коммунистов»

[19]. Развернувшаяся политическая борьба приобрела формы и размах, способствующие обеспечить условия для разгула «уголовной войны». Но если политический аспект революции был направлен против самодержца, то жертвой ее криминальных проявлений мог стать любой. Повышенная криминальная активность населения утихла лишь ко второй половине 1911 г. [20].

В начале XX в. происходит дальнейшее расширение аппаратов политической полиции. Так, по предложению министра внутренних дел в 1902 г. во всех крупных городах были созданы разыскные пункты, выполнявшие функции охранных отделений, строившиеся на «основе строгой централизации и подчиненные непосредственно Департаменту полиции»

[20]. Следует отметить, что охранные отделения, «в особенности Московское и Петербургское, являлись непосредственной опорой самодержавия. После революции 1905—1907 гг. при Петербургском охранном отделении был учрежден центральный филерский отряд, который охранял царя и членов царской фамилии» [2].

14 декабря 1906 г. было принято Положение о районных охранных отделениях. В п. 7 данного Положения отмечалось, что «одной из главнейших задач начальников районных охранных отделений является учреждение центральной внутренней агентуры, могущей освещать деятельность революционных сообществ вверенной его надзору области» [4].

В 1907 г. с целью приближения управления к низовым органам были созданы восемь охранных отделений, в каждом из которых учреждалось районное охранное отделение — в Москве, Самаре, Киеве, Харькове и других городах, а в специально для этого изданном Положении о районных охранных отделениях был установлен принцип «специализации сотрудников по отдельным революционным организациям. Усилилось внимание к профессиональной подготовке сотрудников политического сыска. Были открыты курсы в Царском Селе, проводились занятия непосредственно в самих охранных отделениях» [2]. Нужно сказать, что работа охранных отделений строилась путем установления за членами общественно-политических организаций наружного и внутреннего наблюдения [3]. Несколько позднее были учреждены Туркестанское, Кавказское, Севастопольское, Сибирское и другие районные охранные отделения. Охранные округа возглавляли начальники районных охранных отделений, которые назначались шефом жандармов по представлению директора Департамента полиции.

Вместе с тем после ликвидации В. Ф. Джунковским охранных отделений их осталось по состоянию на 1914 г. всего три. Были также ликвидированы и районные охранные отделения, кроме одного — Туркестанского. Именно в охранных отделениях сосредотачивалась разыскная работа, но их важнейшими подразделениями являлись агентурные отделы. В целях эффективности разыскной деятельности в агентурных отделах использовалась специальная система учета и обобщения информации. Например, на разыскиваемых лиц составлялись разноцветные досье (на анархистов — зеленые карточки, на эсеров — красные и т. д.).

Обострение политической ситуации началось в конце 1904 г. Именно в этот период времени в стране выявляются признаки революционного кризиса, проявившегося в недоверии к правительству. Можно отметить стачки в Баку и на Путиловском заводе в Петербурге. Нельзя не вспомнить об известном событии 9 января 1905 г. — Кровавом воскресенье. В тот же день в рабочих районах столицы возникли баррикады и начались сражения с чинами общей и политической полиции (жандармерией), что вызвало определенный всплеск и либеральной общественности. Например, в акциях протеста интеллигенции принимали участие В. Ф. Комиссаржевская, В. И. Качалов, К. А. Тимирязев, А. М. Горький, В. А. Серов.

Период с мая 1905 по январь 1906 г. был временем, когда в стране происходило распределение оппозиционных сил по политическим партиям. Именно на этот период времени пришелся пик формирования новых политических

партий. Также происходили движение крестьянства, выступления рабочих в промышленных районах и волнения в армии и на флоте. Апогеем массового движения явилось вооруженное восстание в Москве, начавшееся как политическая забастовка, которая позже переросла в вооруженное сопротивление карательным акциям правительства.

Еще осенью 1905 г. Центральный комитет (далее — ЦК) партии социалистов-революционеров (один из приоритетных объектов внимания политической полиции) принял решение роспуска Боевой организации. Вместе с тем непоследовательный курс руководства этой партии активизировал оппозиционные группы эсеровского толка, объединившиеся в 1906 г. в Союз эсеров-максималистов, а их несогласие с тактикой ЦК привело к значительному увеличению террористических актов, которые приобрели децентрализованный характер. Так, с января 1905 по июль 1906 г. было совершено 1 951 ограбление по политическим мотивам.

В день своего назначения председателем Совета министров, 8 июля 1906 г., П. А. Столыпин с трибуны Государственной думы сообщил, что с октября 1905 по апрель 1906 г. от рук террористов погибли 288 человек, ранено 388 должностных лиц, 156 покушений не удались. По статистике Департамента полиции только в 1907 г. неизвестными лицами было совершено 3 487 терактов.

Огромное значение в деятельность политической полиции по борьбе с революционным движением имели нормативные правовые акты, регламентировавшие деятельность политической полиции — Корпуса жандармов и его структурных подразделений.

Так, отметим инструкцию Департамента полиции жандармским и разыскным учреждениям по организации и ведению наружного наблюдения и правила для филеров 1914 г. Данная инструкция имела гриф «совершенно секретно» и могла храниться только у начальника отдельной части. Снятие копий с инструкции воспрещалось [21]. Определенный интерес представляет и структура самой инструкции, в которой нашли отражение следующие разделы:

— I отдел — выбор и назначение филеров;

— II отдел — методы филерской работы;

— III отдел — отчетность филера;

— IV отдел — конное наблюдение;

— V отдел — выезды, работа в чужом районе, передача наблюдаемых и письменные соглашения.

Кроме того, филёрам в обязательном порядке разъяснялись такие понятия, как «государственное преступление», «революционер», «формы и методы деятельности революционных партий», «несостоятельность учений революционных партий» и др. [1]. Большое значение

в деятельности политической полиции имели и циркулярные письма. В качестве примера можно отметить «циркулярное письмо от 1 мая 1913 г. товарища Министра внутренних дел В. Ф. Джунковского начальникам губернских жандармских управлений, охранных отделений и офицерам Отдельного корпуса жандармов, ведающих розыск, о постановке агентурной работы в среде учащейся молодежи» под грифом «совершенно секретно» [5]. Например, в данном циркулярном письме отмечено, что «в целях ограждения учащейся молодежи от вредного влияния на ее среду революционной пропаганды Департамент полиции отмечает, что наиболее целесообразным средством возможно полное агентурное освещение учащейся молодежи» [6].

Также к ведомственным нормативным правовым актам следует отнести и «циркуляр Департамента полиции начальникам жандармских управлений и охранных отделений о деятельности политических партий в России и о мерах борьбы с этими партиями» от 2 сентября 1914 г. [7]. Данным циркуляром отмечалось следующее: «...было бы ошибочно заключать, что революционное движение в России прекратилось. Как известно, главную руководящую роль в русском революционном движении играло и продолжает играть так называемое общественное или оппозиционное движение» [21]. Также в циркуляре последовательно характеризуются доминирующие революционные партии: партия социалистов-революционеров, российская социал-демократическая рабочая партия и конституционно-демократическая партия [8].

В фонде 102 Государственного архива Российской Федерации находятся записки Департамента полиции, например, «Краткая записка Департамента полиции по поводу Особого совещания "Для рассмотрения некоторых вопросов о политическом розыске в империи"». Отметим, что сами заседания Особого совещания проводились и были созданы при Департаменте полиции по приказу министра внутренних дел с 27 ноября по 11 декабря 1912 г. [17]. В документе отмечено, что «после подавления мятежа решительными со стороны Правительства мерами сам собою возник вопрос о поднятии дела политического розыска на такую высоту, чтобы отдельные революционные выступления были по возможности предупреждены или пресечены, или, наконец, освещены настолько, чтобы на основании изучения революционных эксцессов, получить возможность выработать способы борьбы с аналогичными явлениями в будущем» [9].

Вышеназванный архивный документ посвящен вопросам прежде всего охраны Высо-

чайших Особ (императора и членов его семьи). В контексте данного документа выделяется еще одно из направлений деятельности структурного подразделения Отдельного корпуса жандармов: жандармским полицейским управлениям железных дорог также вменялось следить за проведением забастовок на железных дорогах и проведением в связи с этим соответствующих мероприятий.

Тактика деятельности Министерства внутренних дел Российской империи была целиком направлена на то, чтобы исполнительный орган политической полиции — Корпус жандармов, а также губернские жандармские управления, охранные отделения и самые крупные по численности соединения Корпуса (жандармские полицейские управления на железных дорогах) исполняли свою главную обязанность — обеспечение государственного порядка путем участия в политическом розыске.

Рассматривая деятельность политической полиции по борьбе с революционным движением, нельзя не упомянуть и об уникальном архивном документе: «Памятная записка об особых условиях для комплектования состава офицерских чинов Отдельного корпуса жандармов и о повторных курсах» от 20 октября 1912 г. [10]. Так, в документе отмечались особые условиях комплектования состава офицерских чинов Корпуса; обращалось внимание на причины, по которым офицер изъявил желание перейти в Корпус жандармов, условия его семейной жизни, образ его жизни, а также имелись ли у него денежные долги. В соответствии с тематикой статьи больший интерес представляет раздел второй документа, в котором были определены предметы, обязательные для изучения чинами Корпуса: формальные дознания и переписки, железнодорожная служба, история революционного движения и политический розыск, розыск, шифры. Повторные курсы были учреждены при Департаменте полиции с целью расширения знаний чинов жандармерии, предназначенных для их практической деятельности или для занятия других должностей выше адъютанта.

С чинами Корпуса жандармов проводились лекционные практические занятия по следующим темам: «История революционного движения в России», «Перемены в партии социалистов-революционеров после 1906 г.», «Социалисты-революционеры-максималисты (с 1906 г.)», в процессе которых рассматривались «террор в широких размерах», «партизанское выступление и вооруженное восстание», «борьба с Центральным Комитетом», «стремление построить партию на автономных и демократических началах», «диктатура трудящегося класса», «новейшие течения в партии

социалистов-революционеров», «партии, примыкающие к социалистам-революционерам», «Российская социал-демократическая рабочая партия», «партии, примыкающие к социалистам-революционерам» и др.

Рассмотрим еще один циркуляр Департамента полиции начальникам районных охранных отделений «О мерах по усилению агентурного наблюдения за революционными организациями», имевший гриф «совершенно секретно» [11]. В данном циркуляре отмечается озабоченность Департамента полиции усилением движения среди интеллигентных руководителей революции, «некоторое ослабление притока к партиям новых личных и материальных сил и агитационной деятельности. В то же время вследствие целого ряда правительственных распоряжений против преступной агитации, осуществлявшейся еще в недавнем прошлом путем легальных мер, партийные группы вынуждены ныне перевести многие свои предприятия в подпольную область. Опыт минувших лет дает некоторое основание предполагать, что неудача последних программных планов революционеров заставит их организовать новые приемы противоправительственной борьбы, которые в более или менее близком будущем на почве неустойчивости общества могут создать и новую волну революционных выступлений» [12].

В конце XIX в. в Российской империи имелось 73 губернских жандармских управлений и 22 жандармских полицейских управлений на железных дорогах, 23 городские конные и крепостные жандармские команды, три жандармских дивизиона (Петербургский, Московский, Варшавский) [15]. В связи с увеличением революционного движения изменялись формы и методы деятельности органов политической полиции, а также одновременно расширялась и сеть этих органов.

Таким образом, проявившийся после революции 1905 г. процесс дальнейшего усиления органов политической полиции сыграл значительную позитивную роль в организации политического сыска в Империи и позволил фактически значительно ослабить революционное движение на территории всей страны. Сложившаяся к 1907 г. и действовавшая вплоть до 1917 г. система правового регулирования деятельности охранных отделений позволяла достаточно успешно в рамках действовавшего законодательства выполнять поставленные задачи на территории Российской империи. Конец XIX — начало XX в. отмечены изменениями в структуре и компетенции жандармерии, а также подготовке нормативных правовых актов, направленных на усиление ее деятельности по борьбе с революционным движением в Российской империи.

Список литературы:

References:

1. Агентурная работа политической полиции Российской империи: сборник документов, 1880-1917. СПб., 2006.

2. Борисов А. В. Полиция Российской империи: монография. М., 2013.

3. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 262. Д. 16. Л. 1.

4. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 262. Д. 16. Л. 1-5.

5. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 314. Д. 8. Л. 84-85.

6. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 314. Д. 8. Л. 85-86.

7. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 260. Д. 679. Л. 96.

8. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 260. Д. 679. Л. 96-97.

9. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 253. Д. 16. Л. 28-36.

10. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 314. Д. 613. Л. 22-48.

11. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 260. Д. 19. Л. 114.

12. ГАРФ. Ф. 102. Оп. 260. Д. 19. Л. 115.

13. История полиции дореволюционной России. М., 1981.

14. Мулукаев Р. С. Исторический опыт как фактор совершенствования законодательства об органах внутренних дел // Труды Академии управления МВД России. 2007. № 3.

15. Общий состав управлений и чинов Отдельного корпуса жандармов. СПб., 1896.

16. Особые правила для борьбы с железнодорожными забастовками. СПб., 1914.

17. ПСЗ РИ. Собр. 2. Т. 42. № 44956.

18. ПСЗ РИ. Собр. 3. 1881. № 350.

19. Реент Ю. А. Полицейская система Российской империи начала XX века (1900-1917 гг.): автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 2002.

20. Спиридович А. Записки жандарма. М., 1928.

21. Циркуляр Департамента полиции от 2 июня 1911 г. № 117860.

1. Secret-service work of the Russian empire political police: the documents' compilation, 1880-1917. SPb., 2006.

2. Borisov A. V. The Russian empire police: monograph. M., 2013.

3. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 262. Case 16. Sheet 1.

4. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 262. Case 16. Sheet 1-5.

5. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 314. Case 8. Sheet 84-85.

6. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 314. Case 8. Sheet 85-86.

7. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 260. Case 679. Sheet 96.

8. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 260. Case 679. Sheet 96-97.

9. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 253. Case 16. Sheet 28-36.

10. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 314. Case 613. Sheet 22-48.

11. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 260. Case 19. Sheet 114.

12. The national archive of the Russian Federation. Form 102. List 260. Case 19. Sheet 115.

13. The police history of the prerevolutionary Russia. M., 1981.

14. Mulukayev R. S. The historical experience as a factor of legislation perfection about the law enforcement // The Labors of the Management Academy of the Ministry of the Interior of Russia. 2007. № 3.

15. The general structure of managements and ranks in the Separate gendarmes's housing. SPb., 1896.

16. The special rules for a struggle with the railway strikes. SPb., 1914.

17. Completed laws' collection of the Russian empire. Collection 2. T. 42. № 44956.

18. Completed laws' collection of the Russian empire. Collection 3. 1881. № 350.

19. Ryeyent Yu. A. Police system of the Russian empire of the beginning XX century (1900-1917): autoabstract. M., 2002.

20. Spiridovich A. The notes of a gendarme. M., 1928.

21. Police Department's circular from the 2nd of June, 1911. № 117860.

E-mail: julia1806@yandex.ru