Владимир Путин попал под разгрузку

На посту премьер-министра Владимир Путин будет избавлен от рутинной работы, которой по должности занимались его предшественники. Относительную свободу рук господину Путину предоставляет внесенный в Думу законопроект (см. "Ъ" от 24 апреля), передающий значительную часть технических полномочий правительства "уполномоченным органам исполнительной власти". Это начало перестройки правительства под Владимира Путина.

Законопроект "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием осуществления полномочий правительства" (авторы — председатель думского комитета Владимир Плигин и его заместитель Александр Москалец, оба — "Единая Россия") вносит поправки в 150 законов. Предлагается около 500 из 3000 обязанностей, возложенных на правительство, передать на уровень ниже — в министерства, ведомства, службы и госкомитеты.

Авторы законопроекта утверждают, что "речь идет исключительно о решении технической проблемы". "Закон просто избавляет аппарат правительства от лишней работы, которую министерства в любом случае выполняли и будут по-прежнему выполнять",— поясняет "Ъ" представитель правительства в Госдуме Андрей Логинов. Другой собеседник "Ъ" в аппарате Белого дома отметил, что предназначение закона — "позволить аппарату правительства сосредоточиться на стратегических задачах".

Действительно, теперь премьер может не заниматься, например, вопросом утверждения перечня народных промыслов, поддерживаемых на федеральном уровне, или же порядком доведения до налогоплательщиков данных кадастровых оценок их земель. Однако значение законопроекта значительно выходит за рамки понятия "техническое". Проект господ Плигина и Москальца дает некоторые основания полагать, какой будет неизбежная после назначения Владимира Путина перестройка правительства.

Хотя авторы законопроекта утверждают, что работа над ним велась несколько лет, по сведениям "Ъ", документ готовился под началом руководителя главного правового управления президентской администрации Ларисы Брычевой и помощника президента Игоря Шувалова последние полгода, то есть проект стартовал уже после начала реализации сценария передачи власти. Комиссия по административной реформе, возглавляемая вице-премьером и руководителем аппарата правительства Сергеем Нарышкиным, к этой работе не привлекалась.

Суть же поправок дает основания полагать, что в правительстве путинского образца премьер-министр сохранит за собой право ставить задачи и спрашивать за их выполнение, все остальное станет проблемой его подчиненных. Отметим также, что поправки предлагают делегировать сверху вниз полномочия в любых сферах, кроме обороны, безопасности и охраны общественного порядка — вопросов, которые Владимир Путин во времена президентства считал сферой исключительно своей компетенции.

Заместитель директора Научного института социальных систем Дмитрий Бадовский считает, что вице-премьеры в будущем правительстве станут исполнять роль своего рода "коллективного технического премьера". Эту функцию с 2004 по 2008 год, во времена второго путинского срока (в личном, разумеется, качестве), исполняли Михаил Фрадков и Виктор Зубков. Как полагает господин Бадовский, публичное взаимодействие нового премьера с заместителями по формату будет напоминать традиционно проходящие по понедельникам встречи президента с членами правительства.

То есть, по сути, в новом правительстве будет строиться привычная для второго президентского срока господина Путина схема власти: человек номер один, занимающийся стратегией, и подчиненный ему технический исполнительный орган, правда, теперь уже не в масштабах всей страны, а внутри правительства.

Отметим, что законопроект господ Плигина и Москальца, видимо, только первый шаг по адаптации существующей структуры исполнительной власти к новым требованиям.

Генеральный директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко считает очевидными предстоящие перераспределения полномочий по линии министерство--агентства, а также по линии вице-премьеры--министры.

Действительно, в основном поправки к 150 законам укрепляют возможности министерств и ведомств, одновременно сокращая и полномочия вице-премьеров,— впрочем, по большей части для заместителей главы правительства, которым премьер-министр делегировал полномочия урегулировать конфликт, эти вопросы были скорее обузой, нежели ценным ресурсом.

В ряде достаточно специальных вопросов "снижение" компетенции в вопросе с правительства до министерства может произвести мини-революции. Дело в том, что часть "снижаемых" по уровню вопросов ранее действительно решалась на уровне Белого дома. Из общего ряда изменений, предлагаемых господином Плигиным, выбиваются поправки в полномочиях Белого дома по техрегулированию, де-факто передавая весь ход реформы в руки Ростехрегулирования: именно этот орган, как предполагается, будет составлять программу подготовки техрегламентов. В ряде случаев "технический" вопрос, разрешаемый поправкой, на деле является попыткой вмешаться в незаконченный межведомственный спор. Так, законопроект в ст. 119 предлагает передать Роспрому составление правил использования контрольно-кассовой техники — сейчас в ситуации вокруг касс соперничают Минфин, МЭРТ и Роспром (см. стр. 2). В ряде случаев поправки закладывают прямой конфликт между ведомствами. Например, ряд вопросов в регулировании рыбопромышленной отрасли передан в полномочия "федерального органа исполнительной власти", имеющего полномочия в выработке госполитики в области "сельского хозяйства и рыболовства". Это позволяет Минсельхозу и Госкомрыболовству продолжить конфликт друг с другом. Число таких "закладок" в гигантском законопроекте господина Плигина сравнительно невелико (по оценкам "Ъ", не более 30), однако порой они гораздо серьезнее, чем выглядят на первый взгляд.

Кроме укрепления министерств и открытия новых полей для межведомственного торга законопроект господина Плигина — отличная возможность для наращивания его во время обсуждения в Госдуме до второго чтения: в 150 статей проекта в Госдуме лоббисты министерств могут втиснуть сколь угодно большую тему. Тем более что он будет приниматься явно в пожарном порядке: по словам господина Плигина, закон "на 99%" будет принят в первом чтении к июню.