Девушки On AIR

Девушки On AIR

Ирина Баутина

DJ, радиоведущая

Наталья Урмацких:

Добрый день, уважаемые зрители и слушатели Mediametrics. Воскресенье, 4 часа дня, время московское, с нами проект «Женская логика», проект Союза женских сил. Здравствуйте! Ну конечно, как по женской логике мы идём, так и идём, поэтому непредсказуемо я сегодня пригласила в студию замечательную коллегу, Ирину Баутину. Здравствуй, Ирина!

Ирина Баутина:

Здравствуйте!

Наталья Урмацких:

Это ведущая, DJ, радиоведущая. Вообще, прошедшие огонь, воду и медные трубы, всяческие радиопримочки за свою жизнь. 12 лет опыта, 12 лет в эфире, замечательный совершенно DJ. Очень хочу, чтобы она рассказала о себе, о своей работе, о своём отношении к жизни, обо всём, что нас интересует, девочек.

Ирина Баутина:

Так, с чего начнём? С чего начнем конкретно?

Наталья Урмацких:

У меня, естественно, конкретные вопросы. Ты работаешь на радио 12 лет, как я узнала. Это большой срок, большой опыт. Как ты пришла к нему?

Ирина Баутина:

Смотри, в детстве я мечтала быть ведущей, но это в какой-то момент ушло на задний план. Вообще пришло радио ко мне в 18 лет, причём попала на радиостанцию достаточно случайно. Я не предполагала, что я буду находиться, в принципе, на радио. Я попала в один телепроект, благодаря которому, там была такая победа в этом телепроекте, что ты мог попасть после, если ты держишь победу, попадаешь на известный телепроект во всей нашей стране. Слава богу, я заняла второе место, но благодаря этому телепроекту меня взяли на телевидение.

Наталья Урмацких:

Почему нельзя называть телепроект?

Ирина Баутина:

Это «Дом-2». Я должна была.

Наталья Урмацких:

У нас гостья из «Дома-2».

Ирина Баутина:

Я должна была попасть на «Дом-2», но я не попала, слава богу, потому что мне просто предложили работать.

Наталья Урмацких:

Пошла бы на «Дом-2»?

Ирина Баутина:

18 лет возможно, да. Но мне было больше интересно посмотреть изнутри, как работает телевидение, и как работает радио. Тогда я поняла, что я хочу именно всё радио, это моё. Таким образом, я связала свою жизнь с радиостанцией. Был у меня такой момент, когда я захотела чуть большего, я поехала в столицу республики, я родом из Башкортостана. У меня было в кармане всего 6,30 руб. Это решение я приняла поздно вечером, я вышла на трассу автостопом. Но ты понимаешь, насколько я хотела работать.

Наталья Урмацких:

18 лет, вечер, автотрасса.

Ирина Баутина:

Метель, в кармане 6,30 руб., 250 км расстояние. Я приехала в Уфу, пошла пешком по всем радиостанциям, везде мне говорили нет, и в одном самом крупном медиахолдинге Уфы мне сказали: нам нужен голос, пришлите, пожалуйста, нам ваш голос. Я обратно автостопом, голос записала, демочку отправила, через месяц меня пригласили на второй кастинг, и из 13 людей тогда я пошла единственная кастинг, и таким образом я попала на радио своей мечты.

Наталья Урмацких:

Что надо говорить потенциальному работодателю при вхождении. У меня 6 рублей, здравствуйте, я проехала 250 км.

Ирина Баутина:

Я просто пришла и сказала: здравствуйте, я хочу работать на радио. Они говорят: у вас опыт есть? Я говорю: да, три месяца. Они говорят, то есть люди пугались в этот момент, а я прихожу и говорю: я хочу. Ну и что я сделаю. Видимо, они хотели от меня отвязаться как-то, конечно, но у них это не очень получилось. В итоге мы стали работать, сотрудничать, сотрудничали 1,3 года, наверное. Также я получила ещё один колоссальный опыт и впоследствии завязалась на 12 лет.

Наталья Урмацких:

То есть история о злых HR, о резюме правильно, неправильно составленном.

Ирина Баутина:

Это все обязательно было.

Наталья Урмацких:

Все-таки было.

Ирина Баутина:

Конечно.

Наталья Урмацких:

Просто мы сейчас рассказываем сказку о Золушке, в нее поверят и тоже сейчас как пойдут прямо в дверь стучаться.

Ирина Баутина:

Есть такой момент, что многие, я знаю, что сейчас есть до сих пор люди, которые мечтают попасть на радио. К сожалению, при наличии большинства, большущего количества вот этих радио школ, где люди обучаются, платят деньги, могут мне, конечно, постучать потом по голове за это.

Наталья Урмацких:

Нет, я хотела поднять вопрос, вы просто предвосхитили его.

Ирина Баутина:

Я могу сказать, что точно на радио в человек после такой школы не устроится. Я скажу даже, почему. Потому что когда я преподавала в подобной школе, я знала, что из 14 человек, кто приходил в мою группу, только один имел замечательный голос и что-то такое внутри, энергетику, которая будет людям интересна. Остальное, это, в принципе, невозможно.

Наталья Урмацких:

Что важнее голос все-таки или харизма, энергетика?

Ирина Баутина:

Голос, харизма и наполнение внутри, что у тебя в голове есть. То есть просто так ты не попадёшь на радио. Более того, я могу сказать, что зная рынок изнутри в Москве, допустим, если мы говорим о Москве, ребята, вакантных мест нет. Если вы хотите попасть на радио, вы должны быть прямо очень супер крутыми. Это необъяснимо, но факт. Более того, почему-то на радио больше ценятся мужские голоса, чем женские. То есть твой женский голос, помимо голоса у тебя, наверное, должна быть внешность. Вот на одной радиостанции недавно мне сказали, что в тебе всё замечательно: ты круто говоришь, у тебя подача, ты настоящая в жизни и в эфире, одинаковая. Но ты не Тутта Ларсен.

Наталья Урмацких:

Вот как.

Ирина Баутина:

Да, то есть я такая понимаю, OK, я не Тутта Ларсен, значит я пойду с другой стороны. Я сделала фотографию с Туттой Ларсен, отправила програмному директору и сказала: привет, у меня есть фотография с Туттой Ларсен, есть фотография с замечательным человеком, с Юрием Дудь. Вот, можно я к вам приду.

Наталья Урмацких:

Есть кумиры действительно, из ныне живущих, действующих, здравствующих радиоведущих?

Ирина Баутина:

Раньше у меня были кумиры, это были ведущие с радиостанции одной топовой русскоязычной, я на них равнялась. Со временем я нашла саму себя, и кумиров у меня сейчас нет. То есть я являюсь тем, кто я есть. Меня нельзя переделать, меня нельзя перевоспитать.

Наталья Урмацких:

Но всё равно какие-то авторитеты, у которых хочется поучиться манере ведения. У меня был кумир, например, радиоведущий, помнишь фильм «Доброе утро, Вьетнам», по-моему. Вот это был лучший дядька, это был лучший мужчина в моей жизни.

Ирина Баутина:

Наверное, нет. Если говорить о радиоведущих, сейчас у меня таких кумиров нет, потому что я знаю, как работает всё изнутри, я понимаю, что я есть я, всё. Либо меня люди воспринимают такой, какая я есть, либо они не воспринимают. И самое главное, что интересно, что люди действительно воспринимают меня такой, какая я есть. Потому что в нашем современном мире сейчас все привыкли, и это надоело, причём безумно, все такие красивые, пафосные, с каким-то большим количеством подписчиков в Инстаграме, на Фейсбуке, всё это есть.

Наталья Урмацких:

Зачем на радио быть красивой, там же нет картинки.

Ирина Баутина:

Хороший вопрос. Мне тоже интересно. Когда я пришла на одну станцию топовую, мне сказали: у тебя хорошая внешность, а можно мы тебя налысо побреем, сделаем из тебя лысенькую, чтобы ты была прямо идеальной картинкой под твой внутренний характер. Я сказала: нет, вы извините, конечно. То есть я не понимаю, я тоже, до сих пор для меня это загадка, почему внешность должна как-то от голоса не отличаться или совпадать, что-то такое. Для меня это пока загадка.

Наталья Урмацких:

Видимо, когда наступает пятнадцатилетие радиостанции, собираются большой какой-нибудь зал.

Ирина Баутина:

Скорее всего.

Наталья Урмацких:

Вечеринка, party, фотографы, все должны быть блестящие. Опять де, промо надо снимать.

Ирина Баутина:

Смотри, ты знаешь, наверное, ещё с другой стороны, возможно, я догадываюсь, мы же так или иначе любой ведущий, это голос радиостанции, это внешность радиостанции, и ты не имеешь права где-то осечься. То же самое, что выкладываешь в соцсетях. Соответственно, для какой-то топовой станции, скорее всего, нужна и внешность, ты представляешь радиостанцию, ты такая вся красивая, у тебя образ невероятной какой-то стервы, и ты должна выглядеть в жизни. Самое ужасное, что многие ведущие вживаются в эту роль. Они не понимают, где есть грань, жизнь настоящая - жизнь эфирная.

Наталья Урмацких:

А ты дифференцируешь?

Ирина Баутина:

Скажем, да. Потому что я смотрю за многими своими коллегами, я наблюдаю, я вижу, что картинка в Инстаграме и картинка, звук в эфире, люди, мне кажется, путаются в этот момент. И это, к сожалению, это болезненно, мне кажется.

Наталья Урмацких:

А как это может отразиться на реальной жизни или вообще на работе? Чем это опасно?

Ирина Баутина:

Чем это опасно становится со временем, тебя люди воспринимают не такой, какой ты есть. Потом, когда тебе присылают сообщения слушатели, твои поклонники и говорят, пишут: что ты мне врёшь, ты такая в жизни не такая, а в эфире показываешь себя такой, ты в этот момент не умеешь переключаться. Вот даже сейчас я сижу, я понимаю, что мне хочется включить режим ведущего, это безумно.

Наталья Урмацких:

А как ты выглядишь в режиме ведущего, интересно.

Ирина Баутина:

Весёлая, у меня нет никаких проблем, я всегда сочувствую людям. Режим ведущего включается, когда я иду в магазин, когда приходят гости. Я не могу это отключить в себе.

Наталья Урмацких:

Ты такой человек-праздник.

Ирина Баутина:

Да. Все думают, что у меня постоянно как-то хорошо и весело. Хотя были такие моменты в жизни, когда мне было очень не хорошо и не весело, но люди не догадывались об этом абсолютно. Есть у меня мой знакомый, который говорит, что твой голос - это бич, бич твоей жизни. То есть как бы ты не хотела, ты в любом случае всегда будешь говорить так, что люди по твоему голосу даже не догадываются, что у тебя проблема, и это действительно так.

Наталья Урмацких:

Но это же не только у радиоведущих, в принципе, я считаю, что самодисциплина, умение сдерживать свои эмоции, оно не мешает никому.

Ирина Баутина:

Скорее всего, да. Но я думаю, что даже так, многие актёры, допустим, приходил недавно ко мне один человек, актер на эфир, он на меня смотрит, я вижу в какой-то момент, что у него включается режим актёра. Он был за эфиром один, а в эфире он другой. Я тоже понимаю, что это его бич. Он не может расслабиться, потому что он понимает, что он не может посвятить людей в свою жизнь.

Наталья Урмацких:

А зачем, зачем такую многотысячную или многомиллионную аудиторию посвящать в свой внутренний мир.

Ирина Баутина:

Так и не нужно. Я больше, знаешь, о чем, Наташа, беспокоюсь, даже не беспокоюсь, а борюсь, я говорю всегда о том, что нужно быть самим собой, быть настоящим. Не нужно играть и представлять из себя того, кем ты не являешься.

Наталья Урмацких:

Но, с другой стороны, посмотри на полярных людей из шоу бизнеса.

Ирина Баутина:

Они не подпускают в личную жизнь.

Наталья Урмацких:

Их успех на 90 % зависит от того, как они кажутся, не есть на самом деле, а именно как кажутся. При этом никто не поверит, что они могут быть в быту милейшим людьми, потому что у них образ шоумена или шоувуман совершенно стервозные, какие-то блестки непонятные, скандалы.

Ирина Баутина:

Так о том и речь, но это же тоже, это большая работа. Давайте будем откровенными. Над тем, что человек очень сильно популярен, у него есть большая команда, которая работает над его образом, над тем, как он выглядит, над каждым его шагом. Он ничего просто так в любой соц. сети не выльет и не покажет. Эти же люди, они являются обычными, простыми, у них такие же есть болезни, какие-то переживания, их любое сообщение от родных и близких людей может также расстроить. Вот это такая тонкая грань, и опять же, если этот человек просто так выложит пост с грустиночкой, с осенней депрессией, у него сегодня кофе был холодный, всё, сразу этот человек депрессивный. И люди привыкают к одной картинке, поэтому картинки успешного, замечательного человека, никто не хочет воспринимать его боль, его грусть, его печаль. Они хотят только какой-то пафос.

Наталья Урмацких:

Это обратная сторона профессии публичной.

Ирина Баутина:

Соответственно, эти же люди, когда приходит на эфир, они очень расслабляются, когда их за эфиром не дергаешь, не лезешь к ним, извините меня, в трусы, не просишь рассказать какую-то невероятную штуку и сделать сальтуху назад, давай, покажи что-нибудь необычное, удиви меня. Вот из этой серии. Я не могу даже правильно, я просто правильно не могу сейчас донести, это так внутри ощутимо, потому что это же как так вообще. Всегда нужно быть настоящим, вот я просто подведу. Нужно быть самим собой. Это мы обсуждали ни с одним человеком, многие люди приходят и говорят. Вот недавно, опять же, у меня был разговор с певцом с одним, мы встретились с ним, попили кофе, он говорит: Ира, был на премии Russian Music box, там я не понял, что происходит вообще. Почему люди стали какими-то непонятными. Я говорю: а что случилось? Он говорит: я был удивлён, удивлён, что звёзды, с которыми я общаюсь, они просто включили какую-то непонятную.

Наталья Урмацких:

Пафос?

Ирина Баутина:

Пафос, да. Они включили что-то такое, что с ними общаться невозможно. Что с людьми происходит? Я говорю: я не знаю. Но я, правда, не знаю. Я его прекрасно понимаю. Он говорит: мне противно, я больше туда идти не хочу, я не хочу идти ни на какую премию, потому что мне неприятно с этими людьми общаться.

Наталья Урмацких:

Эффект массового психоза, как Тони Робинс.

Ирина Баутина:

Да. Давайте будем говорить о том, что нужно быть самим собой, нужно быть настоящим и не фальшивить, вот и всё, никакого лицемерия.

Наталья Урмацких:

А где этому учат? Ты упомянула про радиошколу и, в общем-то, я так поняла твоё отношение, что это небольшой шанс на успех. А в принципе, где можно научиться не то, чтобы быть настоящим, понятно, этому жизнь научит, а именно быть радиоведущим. Именно быть публичным человеком, именно соблюдать, может быть, кодекс радиоведущего, если он существует.

Ирина Баутина:

Я считаю так, что ведущим ты либо родился, либо не родился. Либо ты родился человеком, который может завораживать людей, завораживать правильно людей своим голосом и своим внутренним миром, либо ты этого не сделаешь.

Наталья Урмацких:

То есть лидер мнения.

Ирина Баутина:

Да. То есть если пришёл в компанию, если ты понимаешь, что тебя слушают и к тебе прислушиваются просто к какому-то совету, значит ты тот самый человек. Если нет, то нет, всё.

Наталья Урмацких:

А вот манера подачи этой информации, этого мнения, лидером которого ты являешься. Например, тебе какая ближе? Скажем, Юрий Дудь, которого ты упомянула или та же Тутта Ларсен?

Ирина Баутина:

Хороший вопрос.

Наталья Урмацких:

Ура, я сегодня уже два хороших вопроса задала.

Ирина Баутина:

Вопрос хороший. Конечно, мне бы хотелось вообще, очень хотелось бы побыть немножко в той теме, как Юрий Дудь, такая манера подачи. Но я не могу себе этого позволить. Во-первых, я девочка, но из уст девочки некультурные слова, они звучат, как минимум, некрасиво.

Наталья Урмацких:

То есть единственное, что его отличает, это употребление ненормативной лексики.

Ирина Баутина:

Нет, он говорит очень хорошо. Он так залезает в душу, что он задаёт вопросы такие, интересненькие, так, что он собирает интервью настолько, что это интересно слушать, это правда интересно слушать, это интересно смотреть, и ты понимаешь, какой он красавчик вообще, прямо красавчик. Но с другой стороны, мне нравится быть...

Наталья Урмацких:

А нельзя задавать интересные вопросы интеллигентно?

Ирина Баутина:

Интеллигентно можно.

Наталья Урмацких:

Вот видишь, я уже 2 задала интересных вопроса, не ругаясь матом.

Ирина Баутина:

Я так делаю всегда. У меня, наверное, больше образ такой девушки, которая и хулиганка, с одной стороны, но в меру. А с другой стороны, как мама, которая тебя обнимет и погладит по голове, скажет: все будет хорошо.

Наталья Урмацких:

Главное - уют. В уютной атмосфере гость расслабляется. Заметь по себе, ты уже расслабилась.

Ирина Баутина:

Я уже, у меня всё нормально.

Наталья Урмацких:

Смотри, сейчас такой тренд в электронных СМИ, в блогах, в Инстаграме. Женщины, девушки, блогеры, лидеры мнений, они зачастую ведут себя настолько радикально, прибегая, в том числе, к ненормативной лексике ради привлечения аудитории, и у них это получается. Тебе приемлемо это?

Ирина Баутина:

Выразится некультурно я могу.

Наталья Урмацких:

Нет, именно скандальное поведение по отношению к своим пользователям.

Ирина Баутина:

Нет, такого нет, абсолютно. Я уважаю каждого человека, который подписан на меня. Более того, я могу иногда что-то выложить, а потом у меня бамс, вот так щёлкает, но это не к пользователям будет, то есть накипело. Секунд через 10 я это удаляю. Я понимаю, что меня смотрят дети.

Наталья Урмацких:

А интересно, ты действительно, когда удаляешь, ты только о детях думаешь или о своей репутации?

Ирина Баутина:

Я думаю о детях, в первую очередь, потому что они ориентируются на меня, они мне пишут и говорят о том, что ты для нас пример. Дети, я объясню, что такое. У меня есть дети, радио дети я их называю, мы с ними работаем по воскресеньям, это юные журналисты, которым 15 лет и максимально самому старшему (статейка я называю, малолетняя статья моя) 17 лет. Они ориентируются на меня. Я с ними работаю по воскресеньям, у них приходят также именитые гости, и после эфира я им даю какие-то напутствия, чтобы они могли себя корректировать, контролировать, и они улучшаются, с каждым разом они все лучше и лучше. Эти же дети и их друзья, их подписчики, их родители, они меня смотрят.

Наталья Урмацких:

То есть это твоя собственная школа радиоведущего или что это, социальный проект.

Ирина Баутина:

Нет, это получилось так, что у нас на радиостанции, так скажем, выкупили время. Выкупили время немножечко, и пришли вот эти детки. Меня попросили просто с ними немного по воскресениям сидеть, так скажем, в студии, контролировать, как они работают. И я не смогла, сдержать себя я не смогла, правда. Я поняла, что мне с ними классно, они практически на новой волне, они молодые, я им по-честному даже завидую, потому что они чистый лист. У меня есть возможность помочь подросткам и правильно повернуть голову в нужную сторону, чтобы они не сделали ошибку. Хотя я говорю, что вы сделаете наверняка миллион ошибок, но вы не должны этого бояться. Пока у вас есть я, вы можете развиваться.

Наталья Урмацких:

Опыт, который хочется передать, зависит от биологического возраста или нет?

Ирина Баутина:

Нет.

Наталья Урмацких:

То есть опытным может быть и достаточно юный человек.

Ирина Баутина:

Да. Ты можешь в 18 лет стать неожиданно очень взрослым человеком. Ты не знаешь, что с тобой в жизни произойдёт абсолютно, и в 18 лет ты станешь уже человеком с большим жизненным опытом. Единственный минус, что человек, дети в 14-17 лет, выходящие в эфир, они не могут интервьюировать человека, гостя, потому что у них нет багажа знаний жизненных. Они не могут вовремя пошутить, они не слышат этого, у них нет какого-то кругозора ещё достаточно широкого. У них мамы есть, котлетки по утрам.

Наталья Урмацких:

А ты где черпаешь свой кругозор, чем его расширяешь?

Ирина Баутина:

Я раз в 2 недели уезжаю из Москвы подальше, на 200 км.

Наталья Урмацких:

А что там?

Ирина Баутина:

Там новые города. Я очень люблю путешествовать.

Наталья Урмацких:

Почему именно 200 км?

Ирина Баутина:

Я считаю так, что можно уехать подальше, подальше километров на 200, Золотое кольцо России. Я еду, смотрю, как люди живут, я с ними общаюсь. Я захожу в магазин, спрашиваю: здравствуйте, как у вас дела, как вы здесь живёте, как у вас город Вязьма поживает, что нового, как с коммунальными услугами? Вот такие вопросы.

Наталья Урмацких:

Отвечают, ни разу не побили?

Ирина Баутина:

Отвечают, не побили, слава богу. Но однажды, мне кажется, что меня побьют, потому что бывает, что я спрашиваю: а что у вас на кухне сегодня, чем у вас в ресторане угощают, а почему вот так? Я иду, я с людьми общаюсь, я считаю, что это правильно. Правильно идти в массы, общаться с людьми, узнавать. Я от этого живу, мне кажется, я прямо питаюсь. Я возвращаюсь в Москву, мне нужна поездка, чтобы уехать утром, вечером я возвращаюсь. Я возвращаюсь в Москву, я таким образом отдохнула. Меня даже больше расставляет именно поездка, сидеть за рулём.

Наталья Урмацких:

А сделать такой соц. опрос среди москвичей и гостей столицы, москвичей, условно сказано.

Ирина Баутина:

Чем они занимаются?

Наталья Урмацких:

Ну, зайти где-нибудь на Кутузовском проспекте.

Ирина Баутина:

Я так тоже делаю иногда. Я правда, со мной невозможно куда-то пойти в какое-то кафе, потому что я начинаю с кем-то разговаривать неожиданно. В этот момент, если со мной, если человек сидит, общается, с кем-то я встретилась. Они говорят: Ира, ты с нами или где? Я говорю: я как бы с вами, но здесь ещё есть интересные люди, а у них игрушки, малыш, иди ко мне, мы сейчас поговорим. Малыш - это маленький ребёнок. Я начинаю спрашивать, а сколько эта игрушка строит, а что нового, в какие игры вы сейчас играете, любите ли вы такие-то игры, как у нас было в детстве, в резиночки, в какие-то приставки.

Наталья Урмацких:

То есть другими словами успех ведущего, это вкус к жизни?

Ирина Баутина:

Да. Книги, путешествия, разговоры, новые знакомства. Пусть это будет знакомство на неделю, на две, ты с ним общаешься, с этим человеком, просто общаешься, ничего тебе от него не нужно. Ты с ним пообщался и всё, ты узнал что-то новое. Я причём люблю людей, с людьми знакомиться из разных сфер, абсолютно разных сфер. Начиная от строителя, заканчивая продюсером каким-нибудь. Очень мне понравилось, я летом ездила, летала в Баку, я познакомилась с местным шоу-бизнесом. Он вообще построен не как у нас в России, абсолютно, совершенно по-другому. Мне это понравилось. Я была 3 дня в Баку, я обалдела, это так круто.

Наталья Урмацких:

А в чем отличие?

Ирина Баутина:

Допустим, у нас продюсер нужен для того, чтобы певца продюсировать. У них продюсер для ведущего свадебного, причём, у свадебного ведущего может быть два продюсера. Он его продюсирует и продвигает на свадьбы, для свадебных торжеств.

Наталья Урмацких:

То есть это импресарио тамады.

Ирина Баутина:

Да, только азербайджанской. Как-то так.

Наталья Урмацких:

Но у них свадьба, это целое действие.

Ирина Баутина:

А свадьба там, вообще, это целое кино. Я побывала на 2 азербайджанских разных свадьбах, меня просто привели посмотреть, я обалдела. Это так красиво, это так вкусно, это настолько интересно, доброжелательно, я не встретила ни одного человека в Баку, который бы ко мне подошёл и сказал: ты кто такая? Они просто меня обнимали, говорили: когда ты приедешь меня к нам ещё.

Наталья Урмацких:

Так почему они должны подходить к тебе и говорить: кто ты такая. Это постоянная у нас сейчас такая настороженность в обществе, когда ты идёшь и кажется, что вот этот сейчас на тебя кинется и камнем в тебя ещё кинет и плюнет в спину.

Ирина Баутина:

Я не знаю, я же ехала, думала, но я же из другой страны, мало ли, что-нибудь сейчас произойдёт, напряглась. Да зря я это сделала. Я вышла в аэропорту и поняла, что здесь красиво, здесь стильно, здесь жарко, здесь море, здесь просто классно, я ещё бы поехала в Баку, я обязательно это сделаю и советую многим хотя бы на 3 дня.

Наталья Урмацких:

Но в своей работе ты популяризируешь именно такой подход, именно людям раскрыть другую сторону общества, не то, что там все злые, зажатые, как в Фейсбуке начинаются друг друга камнями кидать.

Ирина Баутина:

Да, я часто говорю: люди, всё хорошо, не нужно, не нужно обижаться.

Наталья Урмацких:

То есть этими впечатлениями и положительными эмоциями делишься в эфире?

Ирина Баутина:

Да, я абсолютно не считаю, я не хочу людей нагружать, у нас не так у каждого своих проблем вот так, выше крыши, у каждого есть проблемы. Человек слушает радио для того, чтобы расслабиться, чтобы его не грузили, не рассказывали, что там кто-то у кого-то картошку сперли, извините меня, у кого-то что-то с машиной произошло. Зачем? Человек хочет отдохнуть.

Наталья Урмацких:

То есть в своих эфирах ты злободневные проблемы не поднимаешь.

Ирина Баутина:

Если мы их и поднимаем, то очень аккуратно и с юмором. Чтобы человек посмеялся над этим. Когда он говорит, что у меня плохой начальник, он меня терроризирует, он просто прямо плохой. Мы говорим: подойдите к нему, улыбнитесь. А зачем? Если он сегодня не в настроении, значит что-то не так.

Наталья Урмацких:

Если человек внял вашим советам, пошёл, улыбнулся, его за это взяли и уволили. Несёшь ли ты ответственность за то, что говоришь?

Ирина Баутина:

Обязательно, да. Но мы же оговорочку делаем, что мы не советуем прямо, но можно сделать, просто посмотрите на ситуацию с другой стороны. Есть всегда оговорка, что мы не советуем, не говорим, что нужно разводиться. Допустим, у нас была щекотливая тема недавно о том, что когда родители живут вместе, они ругаются постоянно, а дети от этого страдают. Это была очень такая, правда, прямо ходили по краю. Мы сказали: мы не призываем к разводам, но мы просим вас подумать о детях, которые в итоге генетически вот это всё впитывают, и они такую же модель поведения в свою жизнь возьмут. В своей жизни будут так же свою семью строить, они также будут друг на друга орать, не уважать. Поэтому чтобы спасти свой брак и жить ради детей, вот такая тема нас была щекотливая.

Наталья Урмацких:

Да, это такая серьёзная тема.

Ирина Баутина:

Это серьёзная тема была. Мы оговорили, что мы не призываем к разводу, но мы призываем подумать о детях, чтобы они не выросли какими-то неврастениками, допустим, чтобы они выросли нормальными, адекватными людьми, составили нормальную ячейку общества, чтобы у них не было такой же модели поведения в отношениях.

Наталья Урмацких:

С другой стороны, если родители разведутся, у них перед глазами будут модель разведённой семьи или разведенной мамы, и эта модель тоже внедриться в обществе.

Ирина Баутина:

Обязательно.

Наталья Урмацких:

Вот какое из двух зол меньше, на твой личный взгляд, безотносительно тому, что ты рекомендуешь.

Ирина Баутина:

Я считаю, что если вы живете ради ребёнка и при этом друг друга не уважаете, лучше развестись, правда. Это моё личное мнение, потому что ребёнок видит неуважение и, соответственно, когда у него начнётся подростковый период, он будет вас двоих не уважать, и это правда. И потом, у меня очень много знакомых, которые говорят: ребёнок меня не понимает, он так со мной разговаривает. Я говорю: пожалуйста, вы показали эту модель поведения, а дальше что вы хотите получить. Человек потом вырастет, редкий случай, когда дети когда растут на такой модели поведения, когда родители ругались, они хотят, чтобы у них семья была сплочённая, крепкая.

Наталья Урмацких:

Это логично, не повторять ошибок.

Ирина Баутина:

Но чаще всего это так редко происходит, к сожалению, они всё равно повторяют ошибки родителей, хоть убейся, так оно и происходит. Я просто это видела твои глазами, поэтому я, можно сказать, я не могу сказать официальную статистику, но так и происходит. Опять же, поломанная психика у ребёнка с детства, для чего?

Наталья Урмацких:

Вот смотри, ладно, хорошо, я поняла твою точку зрения. Возвращаясь к теме нашей программы, когда в анонсе я смело заявила, что говорить - не мешки ворочать, так ли это? Тебе сложно, в принципе, держатся на работе и много-много говорить. Я не говорю, что вообще сложно, ты сейчас скажешь, нет, я не люблю этого, такого нет. Я имею в виду психологически. Вот бывают моменты, когда, например, гость в студии или звонки в студию, непробиваемый, я имею в виду, нет эмпатической связи. Устаёшь от этого или нет?

Ирина Баутина:

Устаю. Но я не подаю вида, абсолютно. Я устаю.

Наталья Урмацких:

То есть бывает сложный гость.

Ирина Баутина:

Неоднократно. Ты человека не можешь раскачать. Был гость, мы готовились к этому интервью и думали, сейчас мы прямо такие вопросы зададим. Что он сделал. Он просто упал вот так и всё, отвернулся от микрофона, мы сидим и думаем, что делать, как дальше быть. Такие люди бывали, к сожалению. С другой стороны, я смотрю на это так, может быть, у него настроения нет.

Наталья Урмацких:

А есть какие-то приёмы именно профессиональные вернуть интерес собеседника или, не знаю, указать ему на то, что он ведёт себя некорректно по отношению к слушателям.

Ирина Баутина:

Я не могу сейчас так точно сказать, потому что я встречаюсь с гостями за минут 15-20. Я захожу к ним в кабинет и сразу ищу контакт. На улыбке спросить, как дела, как сегодня, с какой ноги встали. Я располагаю к себе таким образом. Если человек не хочет идти на контакт, я спрашиваю, что-то случилось, может быть, что у вас, голова болит. Они такие: да. Ну, давайте я вас пожалею немножко.

Наталья Урмацких:

Но ты работаешь с людьми шоу бизнеса. Всё-таки они приучены, даже, скажем так, привыкшие к тому, что от журналистов, от радиоведущих ничего хорошего ждать часто не приходится. Обязательно за доброжелательностью, за сочувствуем искренним, все равно редактор в ухо скажет: пора задавать каверзные вопросы. Ты в своих программах, в своей работе задаёшь эти каверзные вопросы?

Ирина Баутина:

У меня есть соведущий, он может задать такие вопросы. Я нет. Но если я вижу, что человек не хочет отвечать на каверзные вопросы или он за эфиром просит. Чаще всего за эфиром просят: давайте мы не будем вот это обсуждать, вот это. И мы первостепенно какие-то вопросы по инфоповоду сделаем.

Наталья Урмацких:

Были случаи, когда вы перешагивали через эти просьбы?

Ирина Баутина:

С мной таких случаев не было. Я корректно отношусь, я прямо корректно отношусь. Более того, что все люди, которые уходят после эфира от нас, у меня почему-то с ними заводится очень хороший контакт. Я их люблю. Я люблю свою работу, люблю людей, этих звёзд именитых, которых люди видят на экранах, я их тоже люблю за то, что классные, за их труд. Такой момент есть тоже, сейчас опять уйду в сторону, извини, пожалуйста.

Наталья Урмацких:

Да пожалуйста.

Ирина Баутина:

Недавно пришёл к нам гость, он сказал: я год не был в отпуске, я наконец-то сейчас, сегодня улетаю обратно в Ригу и на 2 недели в США лечу, в отпуске год не был. И тут написал слушатель: подумаешь, год он в отпуске не был, я четыре года не отдыхал. И тут меня прямо разбомбило. Я говорю: ребята, у нас у всех разная нагрузка, и вы должны понимать, что артист, который работает в шоу бизнесе, вы видите только одну красивую картинку, вы не представляете, какой это труд. Это съёмки, это поездки, это недосыпы. Если съёмка клипа, она может длиться 2 дня. Это постоянно они должны выглядеть всегда хорошо, у них не должно быть усталость в глазах. А у них при всём при этом могут болеть родители, у них проблемы, дети болеют, что-то с любимыми домашними животными, кто-то написал плохое сообщение, где-то съемки сорвались. Это всё настолько накладываются, а вы думаете, что у них такой лёгкий труд. Их никто не заставляет быть артистами, однозначно.

Наталья Урмацких:

Но они же сами выбрали.

Ирина Баутина:

Они выбрали этот путь, но они же тоже устают.

Наталья Урмацких:

Знаешь, как этот мем известный, расскажи, как ты устал забойщикам в забое.

Ирина Баутина:

Да, я просто людям говорю, что у вас, у нас у всех разная нагрузка, никто никого не заставляют работать там, где вы работаете. Но у артистов тоже большая нагрузка. Я их труд уважаю и буду уважать всегда. Потому что то, что они делают, они делают не просто так. Чтобы люди по ту сторону экрана смотрели и слушали песни и радовались этому.

Наталья Урмацких:

Артист артисту рознь, одно дело, когда это действительно любимый артист, другое дело, когда это продукт коммерческой сферы.

Ирина Баутина:

Есть такие, мы не спорим, но тем не менее, мы всех уважаем. Мы уважаем каждый труд, почему бы нет.

Наталья Урмацких:

Хорошо. Давай решим гендерный вопрос. Мне очень интересно, потому что женщина, радиоведущая, мужчина радиоведущий, это две разных точки зрения, два разных подхода и к профессии, и к людям. В чём, в принципе, для тебя существует эта разница?

Ирина Баутина:

Это такой вопрос, я с этим моментом столкнулась неоднократно. Мужские голоса на радио ценятся больше и лучше, чем женские. Найти хороший женский голос достаточно тоже сложно, причём чтобы этот женский голос был плавным и гибким, чтобы он был многопрофильным. И рекламку ты можешь озвучить, и детским голосом поговорить, и где-то вокалом поработать, таких гибких голосов очень мало. Но мужские голоса почему-то ценятся больше. У нас на большинстве радиостанций топовых в Москве большая часть предлагают взять мужчин. Но опять же, если тебя вдруг как девочку берут на радиостанцию, тебе могут сказать, что в ночной эфир на 4 часа мы тебя не поставим, в ночные, есть ночная линейка. По одной простой причине, что ты девочка, ты потом не вывезешь, психологически тяжело работать ночью. Я сама это пробовала, ночью работать психологически тяжелее. Говорят, поэтому свободное место у нас только для мальчика.

Наталья Урмацких:

Психологически сложно почему, потому что неконтролируемые звонки.

Ирина Баутина:

Не спишь ночью. Ночью не спать, вести эфир ночью достаточно тяжело. Потому что днём ты такая бодрая, а ночью тяжелее, это правда тяжелее. Это действительно тяжелее, потому что ты хочешь спать, а в этот момент могут тебе звонить слушатели, писать, там же различные программы есть. И действительно, ночью работать тяжелее, для женщины, да. Потому что недосып на внешности сказывается.

Наталья Урмацких:

Это физиологически имеется в виду не психологически.

Ирина Баутина:

Да, физиологически. Но когда ты не спишь в неделю подряд...

Наталья Урмацких:

Просто когда я работала ещё очень давно в пейджинговой компании оператором, была в моей юности такая страница в практике на ночных звонках, мне было тяжело не потому, что я хочу спать, потому что ночью звонят неадекваты.

Ирина Баутина:

Да, ночью я работала...

Наталья Урмацких:

Почему-то это воспринималось больше, как какая-нибудь горячая линия, чем просто пейджинговая служба.

Ирина Баутина:

Горячая линия 18 + причём, спросили: вы можете... Я сталкивалась. Мужчин любят больше, я не знаю, почему, я считаю, что это очень обидненько даже. Девочек может быть в штате на радиостанции, там 12 ведущих, грубо говоря, четыре девочки, остальные мальчики. У меня вопрос до сих пор, почему, ответьте мне на этот вопрос, почему.

Наталья Урмацких:

Амплуа девочка и мальчик, потому что я вижу на топовых радиостанциях, где-то девочку делают зажигалочкой, такой лёгкой, непосредственной. И мало, где я виду, чтобы это была девочка вдумчивая, интеллектуальная такая, эту роль почему-то отводят мальчикам.

Ирина Баутина:

У нас сейчас очень любят слащавых мальчиков, красивенькие чтобы они были, и голос у них сладкий был, такой прямо... Для меня это правда, секрет, загадка.

Наталья Урмацких:

То есть просто, наверное, тренд.

Ирина Баутина:

Возможно тренд.

Наталья Урмацких:

Возможно, в этом виноваты барбершопы.

Ирина Баутина:

Барбершопы, но мы же можем сейчас также откровенно сказать, что, в принципе, радио на данный момент уходит на задний план вообще. Радио умирает, как это ни странно. Потому что есть сейчас много различных интернет радиостанций, есть интернет телевидение.

Наталья Урмацких:

Ты имеешь в виду FM частоту.

Ирина Баутина:

Да, FM диапазон уходит.

Наталья Урмацких:

Но не как формат радио.

Ирина Баутина:

Не как формат. FM диапазон уходит, соответственно, все радиостанции сейчас уходят в мультимедиа, чтобы показать, услышать, что ы люди смотрели. Это же всегда интересно, всем интересно, что происходит.

Наталья Урмацких:

И уже приходится на эфир приходить накрашенной.

Ирина Баутина:

Да, и поэтому мальчика какого берут? Симпатичного, скорее всего, помимо голоса. Хотя он может говорить, нести всякую чушь, но с другой стороны, слушатель же не вслушивается, что говорит человек, очень редко. На слух человек воспринимает первые 15-20 секунд. Если за 15-20 секунд ты его не заинтересовал, он просто возьмёт, найдёт другую себе станцию. Возможно, я не могу, я же не человек, который работает где-то там выше и может понять, почему нужен мужчина. Но вопрос остаётся, это больной вопрос, потому что я слышала в Москве, когда я приехала в Москву, миллион отказов. Мне все говорили: у вас красивый голос, у вас невероятная подача, вот всё хорошо. Но что-нибудь скажут: вы слишком медленная. или всё хорошо, но наш генеральный сказал, что вы не совсем то. То есть такие моменты были. Либо мы вас готовы взять, но мы будем вам очень мало платить. Отказы были разные. Кто-то сказал: при записи голос у вас был, нет искренности в голосе. Хорошо.

Наталья Урмацких:

Как ты себя восстанавливала после таких эпизодов? Потому что достаточно сильный удар по самооценке, особенно когда тебе говорит это не твой коллега, профессионал или не авторитет из той же сферы, а совершенн посторонний человек, который вообще не имеет представления, как это делается.

Ирина Баутина:

Ещё учитывая, что я достаточно давно работала на радио, я не привыкла, что мне отказывают, это моя большая ошибка, это мои амбиции, и мне пришлось с этим смириться. Я подумала, хорошо, значит надо к чему-то стремиться. Но в какой-то момент после отказа за отказом я думаю, наверное, пора завязывать. Наверное, пора взять другую профессию, найти себя в чем-то другом, хотя ничего другого делать я не умею, я пробовала, у меня не получается.

Наталья Урмацких:

А образование?

Ирина Баутина:

Я менеджер по туризму и гостиничному бизнесу. Но это не моя профессия вообще абсолютно.

Наталья Урмацких:

Но можно же скрестить форматы и точно так же на интернет волне рассказывать интересные вещи.

Ирина Баутина:

Слушай, радио, это всё, оно во мне, я этим живу, это моя жизнь, и я его из тебя выбросить не могу. Все те люди, которые работают со мной также длительное время на радио, они также говорят, что это зависимость. Всё, ты не можешь без этого. Соответственно, когда мне говорили, что то-то, то-то, я сначала впала в какой-то момент в панику, депрессию, наверное, подумала, что пора уходить. А потом думаю, да нет, не дождётесь.

Наталья Урмацких:

Сейчас я вам всем покажу.

Ирина Баутина:

Я проанализировала, что не так, думаю, значит зайду с другой стороны. Я пошла с другой стороны.

Наталья Урмацких:

С какой?

Ирина Баутина:

1 Я пришла на ту радиостанцию, где я сейчас работаю, и говорю: у меня есть опыт, есть всё, но меня не хотят брать. Они говорят: мы вас возьмём, вы с нами работайте, а дальше посмотрим. Я начала работать, начинала на этой станции, как ведущая, сейчас уже занимаюсь более масштабными делами, и мне это нравится. То есть я никогда не занималась так, чтобы напрямую общаться со звёздами, вот прямо напрямую. Для меня это было что-то, какой-то отдельный человек этим занимался. А сейчас я получаю удовольствие от того, что я общаюсь с пиарщиками, с директором каким-то любой звезды, с самой звездой напрямую, и мне это приносит невероятное удовольствие. Потому что я отчасти продюсирую эфир, протестирую радиостанцию, я программирую все, что у меня происходит. И это отдача, которая мне нравится.

Наталья Урмацких:

Но спустя какое-то время ты сама станешь, скорее всего, звездой. Ты войдешь в их ранг, и тебе наверняка придется принять их сторону, сторону звезды, какой-то статус, образ жизни звезды. И тогда к тебе будут приходить, допустим, такие, как я, приглашать в гости. Будешь ли ты, скажем так, дифференцировать свою прежнюю сторону и вести себя, как звезда, либо будешь на одном уровне?

Ирина Баутина:

Нет. Я недавно об этом думала, мне задавала этот вопрос подруга. Ты будешь? Я говорю: нет. Потому что я знаю, я понимаю этот труд, я буду прекрасно понимать этот труд. Я буду понимать, почему меня приглашают, единственный момент, есть такая штука, как эфир ради эфира, оно того не стоит.

Наталья Урмацких:

А что это, расскажи подробнее.

Ирина Баутина:

Эфир ради эфира, я бы хотела сказать откровенно сейчас, но я не могу. Эфир ради эфира, когда тебе просто нужно пригласить человека, чтобы он просто пришёл, у него инфоповода нет особого.

Наталья Урмацких:

А придумать ему инфоповод.

Ирина Баутина:

Можно придумать, но есть начальство у меня, которое говорит: эфир ради эфира нам не интересен. А я хочу пригласить этого человека. И вот ты не представляешь, как мне приходится в этот момент выкручиваться, искать прямо инфоповод, высасывать его из пальца и отбивать этого человека, говорить, что он придёт к нам, потому что я знаю, что он сделает нам эфир, сделает рейтинг, что это будет круто. Это прямо бойня происходит у меня, я просто за час до эфира ехала сюда и как раз отбивала очередную группу у моего начальства. Потому что они сказали: нам не интересно. Я говорю: вам не интересно, мне интересно.

Наталья Урмацких:

Слушателю интересно.

Ирина Баутина:

И слушателю интересно. При этом слушатель не должен страдать, он не должен страдать, он должен слушать станцию, и он должен понимать, что станция живёт. Я вот так много могу говорить расплывчато и по делу, и не по делу.

Наталья Урмацких:

Я просто сижу и наслаждаюсь, как хорошо, что мы сидим на Mediametrics, где мне позволено приводить тех, кто мне нравится, а не рекламному директору.

Ирина Баутина:

Спасибо большое.

Наталья Урмацких:

Расскажи, пожалуйста, про свою мечту озвучивать мультики, откуда она появилась, и почему ты так этого хочешь?

Ирина Баутина:

В детстве, когда появились такие очень классные шоу, вышел на сцену Максим Галкин, он пародировал всех. Я в детстве до того, как появилась радиостанция в нашем городе, ещё до этого момента, мне очень нравилось, как он пародировал людей, я также пыталась сделать. Видимо потом, когда уже появилась радиостанция, я поняла, что да, я готова. И до сих пор, если где-то еду, я слышу рекламный ролик, слышу какой-то фильм, я моментально начинаю пародировать эту подачу, и получается очень, я это вслух просто ещё воспроизвожу, люди рядом пугаются, что происходит. Я хочу озвучить мультфильм, это моя мечта. Был у меня такое задание, озвучить какой-то что-то рекламный ролик детским голосом. Причём, это не рекламный ролик был, это собачка, прямо собака, видеоролик на 3 минуты. И пока я озвучивала всё это дело, я поняла, что я хочу озвучить мультфильм, потому что мне это нравится. Потому что я очень люблю мультики, я хочу побыть не какой-то героиней, не сериалы, не фильмы, а прямо мультик, это очень прикольно.

Наталья Урмацких:

Ты сама не пробовала как-то в домашних условиях?

Ирина Баутина:

Делала я конечно, у меня дома стоит всё для записи, целая студия оборудована, я это делаю, но хочется серьёзной работы. Я хочу. Да, я держу контакт с различными студиями звукозаписи, мы с ними как-то там, но они ещё говорят: немножечко подучись. Хорошо, я готова учиться.

Наталья Урмацких:

Интересно, где учат на озвучение мультфильмов?

Ирина Баутина:

Это же целая история. На озвучание, это целые актёры, там есть целые курсы, когда нужно обучаться, и то не попадёшь. Вот тоже чисто, это случай счастья, наверно, счастливый случай, как правильно сказать, из головы сейчас вылетело.

Наталья Урмацких:

Удача, счастливый случай, фортуна.

Ирина Баутина:

Вот когда тебе может просто подфартить. Ты попал тогда, когда нужно.

Наталья Урмацких:

А что, это такое закрытое мероприятие, ты не можешь прийти, записаться на эти курсы, пройти их.

Ирина Баутина:

Нет, курсы ты можешь пройти, попасть в эту сеточку, в базу классных голосов, когда тебя точно пригласят. Тяжело. Потому что если ты обратила внимание, у нас большинство мультфильмов озвучивают звёзды.

Наталья Урмацких:

Да, музыканты в том числе.

Ирина Баутина:

Поэтому и сложно. Потому что это для них пиар. Как мне сказали, я, к сожалению, не Тутта Ларсен на данный момент, но у меня есть фотография с Туттой.

Наталья Урмацких:

У тебя все впереди, конечно, раз есть фотография, значит всё впереди. А какой мультик ты хотела бы озвучивать? Допустим, взять диснеевских героинь.

Ирина Баутина:

Не могу сказать.

Наталья Урмацких:

Ты, мне кажется, Мулан.

Ирина Баутина:

Да мне так все говорят. Первое знакомство, ты - Мулан. Если это будет прикольный какой-то, я бабка очень классная, могу..

Наталья Урмацких:

Ну-ка.

Ирина Баутина:

Это что такое, это кто такой пришёл? Собачка, вот моя любимая, это собака. Это что такое получается? Вот как-то так, Совунья, скрипящие, как-то так, что-то такое. Я не могу точно сейчас сказать, потому что мне нужно увидеть героя и понять, мой он или нет. Я скрипящая, я ворчащая, я громко лающая.

Наталья Урмацких:

Не знаю, по-моему, ты очень жизнерадостная. Должна быть Нюша какая-то очередная.

Ирина Баутина:

Возможно. Будет предложение, а я уверена, что это будет обязательно, я в это верю, я не верю, что мечта, которая не может сбыться, этого не бывает.

Наталья Урмацких:

Но когда ты конкретно о чём-то мечтаешь, материализация мыслей происходит.

Ирина Баутина:

Да, просто если ты этого очень хочешь, оно обязательно случится. Причём ты можешь что-то делать и не понимать, для чего делаешь, но это обязательно к чему-то приведёт.

Наталья Урмацких:

Я знаю, у тебя сейчас в работе проект «Девочковое радио».

Ирина Баутина:

«Радиодевочки».

Наталья Урмацких:

«Радиодевочки», что это такое?

Ирина Баутина:

Это контент, который мы развиваем с моей коллегой с дружественной радиостанции. Мы просто с ней встретились и решили, почему бы не показать жизнь за эфиром. Мы снимаем ролики, мы даже открыли канал такой некий на Youtube, у нас лежит много, прямо очень много видео, которое мы собрали. Но в связи с занятостью мы до сих пор не можем это выгрузить. Я понимаю, что сейчас нужно это сделать в ближайшие дни, потому что у меня нет просто физически на это времени, если оно есть, я поспать.

Наталья Урмацких:

А суть проекта, за кулисами показать что?

Ирина Баутина:

Как работают ведущие за эфиром. Я понимаю, что это всё банально может быть, но самое интересное.

Наталья Урмацких:

Нет, это же интересно тем, кто никогда этого не видел.

Ирина Баутина:

Я получила невероятный отклик, когда люди увидели первые видео записи. Им это нравится. Им нравится посмотреть, что ведущие обсуждают за эфиром. Вот мы сейчас, выключиться микрофон, а мы с тобой будем обсуждать совершенно другую историю. Какую-то бытовуху, как-то посмеяться, что-то где-то. Человеку это интересно, как ни странно. Хотя радио с FM диапазона уходит, но людям всё равно интересно. И «Радиодевочки», это как раз девочки, это не просто девочки, сидящие в эфире, это есть Наташа Стаханова, есть Ирина Баутина, которые вместе живут, работают на радио, вместе живут в смысле в одной сфере радиовещания, работают на разных радиостанциях, но оне могут показать что-то интересное. Вот это и есть проект «Радиодевочки». Мы очень хотим, я уверена, что это наберёт большой оборот, но как-то так. И отталкиваясь от «Радиодевочек», в какой-то момент я поняла, что я хочу снять фильм о радиоведущих. Сейчас как раз я веду переговоры с режиссёром молодым, девушкой, я ей предложила, показала эту идею, она сказала: всё здорово, нужно подсчитать смету. Денег естественно у меня на это нет, но краудфандинговые компании, здравствуйте. Вот это на сайте, я хочу сделать сбор денег, именно так я уже расписала. Нам сейчас просто нужно подсчитать, сколько нужно по бюджету и выбрать локацию для съемок. Хочу снять фильм о радиоведущих, о том, как они переживали какие-то сильные жизненные потрясения, прямо трагические, так скажем и при этом выходили в эфир, как это происходило. То есть жизнь в эфире и за эфиром.

Наталья Урмацких:

Я хочу пожелать успеха этому проекту. Самое главное, найти канал, на котором покажут этот фильм, или его на большой экран.

Ирина Баутина:

Возможно покажут, но я рассчитываю хотя бы это вывесить на Youtube. Мне, в принципе, это мне кажется, больше как опыт я воспринимаю, мне хочется, я хочу это сделать, я хочу показать людям, чтобы они понимали, что у людей есть обратная сторона медали. Обратной стороной медали я называю так, что ты всегда должен быть в хорошем настроении. На самом деле, у тебя могут быть самые тяжёлые жизненные трудности, вот прямо самые. С этим я тоже сталкивалась, и это было, почему я это хочу сделать, потому что я пережила такую тяжёлую трагедию в своей жизни, мне это далось достаточно тяжело. Но ни один человек не догадался, наверное, всё-таки потому, что научилась владеть своим голосом, что у меня прямо трагедия, потеря, которую я очень тяжело переживала, несколько лет. Первые полгода для меня это были истерики, то есть я выходила в эфир, говорила всем: добрый день, хорошего настроения. Я выключала микрофон, я ревела, я не могла себя никак взять в руки, потому что это было тяжело для меня. Соответственно, я знаю, что многие ведущие, они такую же часть в жизни переживали, поэтому я хочу снять фильм.

Наталья Урмацких:

Я буду всеми фибрами души надеяться. что твой проект удастся.

Ирина Баутина:

Спасибо.

Наталья Урмацких:

Возможно, попаду хоть краешком глаза.

Ирина Баутина:

Попадете.

Наталья Урмацких:

А мы прощаемся, на этом наша программа сегодня заканчивается. В эфире у меня была Ирина Баутина, радиоведущая, замечательная девушка, искренняя и профессиональная. Увидимся через неделю в следующее воскресенье. Всего вам доброго.

Ирина Баутина:

До свидания.