В крушении Су-33 ищут человеческий фактор

Как стало известно "Ъ", комиссия, расследующая падение истребителя Су-33 с палубы авианесущего крейсера "Адмирал Кузнецов" в Средиземном море, определилась с основной версией происшествия. По предварительным данным, обрыв троса аэрофинишера произошел из-за ошибки пилотирования: специалисты склоняются к тому, что летчик превысил максимально допустимое отклонение по оси посадки, создав тем самым чрезмерную нагрузку на трос. По данным "Ъ", в результате инцидента была потеряна машина с бортовым номером 67 красный.

О предварительных выводах работы аварийной комиссии, расследующей факт потери 3 декабря корабельного истребителя Су-33, "Ъ" рассказали источник, близкий к Главному штабу ВМФ, и топ-менеджер предприятия авиационной промышленности. Они утверждают, что результаты изучения материалов объективного контроля позволили в целом воссоздать картину происшествия. В тот день истребитель из 279-го отдельного корабельного истребительного авиационного полка (бортовой номер 67 красный), входящий в состав авиакрыла "Адмирала Кузнецова", выполнил боевую задачу на территории Сирии, после чего принял решение вернуться на борт крейсера. Полетные условия оценивались как хорошие: умеренное волнение, прямая видимость до 10 км и ветер не более 12 узлов. Собеседник "Ъ", причастный к расследованию, утверждает, что сначала все проходило в штатном режиме: руководитель полетов, находившийся на командно-диспетчерском пункте корабля, дал пилоту разрешение на посадку, и последний приступил к выполнению маневра. Истребитель зацепил трос крюком-гаком и начал снижать обороты двигателя. Он проделал путь примерно в 50 м, после чего трос оборвался, и, вместо того чтобы остановиться на палубе, Су-33 продолжил движение. Включить форсаж и совершить попытку захода на второй круг пилот уже не успевал. Через несколько секунд руководитель полетов отдал пилоту команду катапультироваться, что он немедленно и сделал. Сам самолет рухнул с палубы в море.

Об инциденте было сразу доложено высшему руководству Минобороны РФ, которое поручило в кратчайшие сроки установить причину и выработать меры по недопущению таких инцидентов. По горячим следам было отобрано несколько версий (см. "Ъ" от 5 декабря), но сейчас, по словам источников "Ъ", многие из гипотез исключены. Например, выдвинутое вначале предположение о превышении скорости истребителя в момент посадки у членов аварийной комиссии подтверждения не нашло (Су-33 приземлялся на допустимой скорости 240 км/ч). По словам собеседников "Ъ", в качестве основной причины аварии комиссия Минобороны рассматривает именно человеческий фактор: специалисты установили, что отклонение по оси посадки истребителя было превышено почти на полметра от предельно допустимого (4,7 м вместо 4,2 м). Обрыв троса мог произойти из-за брака, допущенного на производстве, однако эту версию отвергают на Пролетарском заводе (входит в Объединенную судостроительную корпорацию), производящем аэрофинишеры взлетно-посадочного комплекса "Светлана-2": их представитель утверждает, что тросы, установленные на "Адмирале Кузнецове", прошли весь полагающийся цикл испытаний, в том числе на разрыв. "Важно понимать последовательность: либо трос не выдержал нагрузки из-за ошибки, допущенной при приземлении, либо трос оборвался, что и привело к аварии,— говорит собеседник "Ъ", близкий к расследованию.— Но судя по параметрам самолета в момент приземления, даже полностью исправный трос такой нагрузки бы не выдержал — налицо ошибка пилотирования". Официальный представитель Минобороны РФ вчера от комментариев "Ъ" отказался, пообещав предоставить их сразу по окончании работы комиссии.

Напомним, что за последний месяц "Адмирал Кузнецов" потерял уже два истребителя (о потере МиГ-29К "Ъ" писал 15 ноября). Потеря Су-33 особенно неприятна, говорит источник "Ъ" в авиапромышленности, поскольку производство тяжелых корабельных истребителей остановлено и вся надежда только на их модернизацию и ремонт. Утонувший Су-33, отметим, ремонтировался на авиационном заводе в Комсомольске-на-Амуре сравнительно недавно, в 2012-2013 годах, после чего эксплуатировался в 859-м центре боевого применения и подготовки летного состава морской авиации ВМФ РФ и в 279-м отдельном корабельном истребительном авиаполку.

Главные новости от «Ъ» вы можете получать в Telegram и Viber.