Распространение и некоторые стороны экологии травяной лягушки (Rana temporaria L. , 1758) Севера Западной Сибири

5. Манько Ю.И. Ель аянская. - Л.: Наука, 1987. - 280 с.

6. Манько Ю.И. О девственных лесах на российском Дальнем Востоке // Вестн. ДВО РАН. - 2001. - № 4.

- С. 3-10.

7. Мониторинг усыхания пихтово-еловых лесов в Центральном Сихотэ-Алине / Ю.И. Манько, Г.А. Гладкова, Г.Н. Бутовец [и др.] // Лесоведение. - 1998. - № 1. - С. 3-15.

8. Манько Ю.И., Гладкова Г.А. Усыхание ели в свете глобального ухудшения темнохвойных лесов. -

Владивосток: Дальнаука, 2001. - 228 с.

9. Манько Ю.И., Гладкова Г.А., Бутовец Г.Н. Динамика усыхания пихтово-еловых лесов в бассейне

р. Единка (Приморский край) // Лесоведение. - 2009. - № 1. - С. 3-10.

10. Цуранов В.П. Некоторые особенности усыхания ельников Нижнего Амура // Сб. тр. ДальНИИЛХ. -

1965. - Вып. 7. - С. 311-318.

11. Шавнин А.Г. Таблицы хода роста, полнот и запасов ельников Приморского края. - Хабаровск: ДальНИИЛХ,

1966. - 10 с.

12. Шавнин А.Г. Сравнительная оценка продуктивности одновозрастных и разновозрастных ельников // Лесное хозяйство. - 1979. - № 5. - С. 54-55.

13. Тюрин А.В. Строение одновозрастных насаждений // Зап. Воронеж. с.-х. ин-та. - 1927. - Т. 8. - С. 3-47.

---------♦-----------

УДК 597.8:591.5:591.9(571.122) В.П. Стариков, А.В. Матковский

РАСПРОСТРАНЕНИЕ И НЕКОТОРЫЕ СТОРОНЫ ЭКОЛОГИИ ТРАВЯНОЙ ЛЯГУШКИ (RANA TEMPORARIA L., 1758) СЕВЕРА ЗАПАДНОЙ СИБИРИ

В статье обсуждается распространение травяной лягушки в северной части Западной Сибири, указываются все известные находки. Приводятся материалы по экологии травяной лягушки в Северном Зауралье, в частности, характеризуется пространственное размещение, структура популяции и питание.

Ключевые слова: травяная лягушка, экология амфибий, северные популяции, Западная Сибирь.

V.P. Starikov, A.V. Matkovskiy

SPREAD AND SOME DIRECTIONS OF THE COMMON FROG (RANA TEMPORARIA L., 1758) ECOLOGY

IN THE NORTH OF WESTERN SIBERIA

The common frog spread in the northern part of Western Siberia is discussed; all known findings are specified in the article. The materials on the common frog ecology in Northern Zauralye are given in particular spatial placing, structure of population and food is characterized.

Key words: common frog, amphibian ecology, northern populations, Western Siberia.

Введение. На территории Ханты-Мансийского автономного округа (ХМАО) - Югры и Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО) проходит восточная граница ареала травяной лягушки [Кузьмин, 1999]. Этот вид амфибий внесен в Красные книги ХМАО [Красная книга..., 2003] и ЯНАО [Красная книга..., 1997]. Поскольку экология травяной лягушки на этой территории ранее не изучалась, нами была предпринята попытка проанализировать современное распространение и некоторые стороны экологии этого вида на северо-востоке его распространения.

Материалы и методы исследований. Исследования эколого-популяционных характеристик травяной лягушки проводили в месте впадения р. Толья в р. Волья (Северное Зауралье) в июле 2010 г. (Березовский район).

Всего с помощью ловчих систем зарегистрировано 37 особей травяной лягушки, попутно амфибий отлавливали на маршрутах (отловлено 28 экз.) Биоматериал собирали и обрабатывали в соответствии с общепринятыми методиками полевых исследований экологии земноводных [Динесман, Калецкая, 1952; Гаранин, Панченко, 1987; Неуег, 1994; и др.]. Амфибий отлавливали в конусы с помощью направляющих систем, относительную численность оценивали попадаемостью животных на 100 конусо-суток. Для оценки обилия

использовали балльную шкалу А.П. Кузякина [Кузякин, 1962]. Возраст устанавливали методом скелетохро-нологии по количеству линий склеивания в поперечных срезах костей голени, залитых в парафин, приготовленных на санном микротоме и окрашенных гематоксилином по Эрлиху [Смирина, Макаров, 1987]. Диаметры линий склеивания измеряли с помощью измерительной линейки под микроскопом Биолам при 40-кратном увеличении. О половом созревании судили по степени развития гонад. Степень перекрывания пространственной и трофической ниш оценивали индексом Мориситы - // [Песенко, 1982].

Результаты исследований и их обсуждение. В ЯНАО достоверно известны три популяции травяной лягушки. Одна из них обитает в предгорьях Полярного Урала в долине р. Собь, Красный Камень и Подгорная [Топоркова, 1973; Топоркова, Зубарева, 1965; Шварц, Ищенко, 1971; Ищенко, 1978], другая - в р. Щучья (около 67° с.ш., 69 ° в.д.) [Кузьмин, 1999], третья - в верховьях р. Сыня Шурышкарского района [Топоркова, Зубарева, 1965].

На территории ХМАО находок травяной лягушки больше. На Приполярном Урале (восточный макросклон) в Березовском районе в верховьях р. Манья на эту лягушку указывал В.Г. Ищенко [Ищенко, 1978, 2004]. В этом же районе он отмечал ее в верховьях р. Толья (на границе Приполярного и Северного Урала). Мы ее находили в селе Саранпауль (64°17' с.ш., 60°53' в.д.) и в месте впадения р. Толья в р. Волья (63°18' с.ш., 60°26' в.д.).

Южнее, в долине Северной Сосьвы, эту лягушку регистрировала Л.Я. Топоркова [Топоркова, 1973]. По ее данным, наиболее восточными точками нахождения травяной лягушки является долина р. Иртыш. Наши исследования, проведенные в низовьях Иртыша, в окрестностях г. Ханты-Мансийска (60°59' с.ш., 68°55'в.д.) (2008 г.) Ханты-Мансийского района, не подтвердили ее наличия. В литературе имеются указания о том, что травяная лягушка встречалась в г. Сургуте и близ поселка Локосово Сургутского района. Наши учеты, проведенные на протяжении 9 лет (2002-2010 гг.), противоречат данным С.М. Чугунова (1915). Мы разделяем мнение С.Л. Кузьмина (1999) о том, что в старых работах сибирская лягушка рассматривалась как подвид травяной лягушки. В поселке Локосово и его окрестностях встречалась лишь остромордая лягушка (Яапа амаНв) и обыкновенная жаба (БиЬ Ьи/Ъ); в черте г. Сургута наряду с остромордой лягушкой и обыкновенной жабой в учетах в качестве редкого вида регистрировалась лишь сибирская лягушка [Ибрагимова, Стариков, 2010].

Как правило, травяная лягушка - эвритопный вид [Ищенко, 1978] - предпочитает наиболее увлажненные типы лесов [Ануфриев, Бобрецов, 1996]. На Полярном Урале эта лягушка - обычный вид [Топоркова, Зубарева, 1965], однако в горах Урала численность этих амфибий значительно ниже. Не так широко распространена травяная лягушка и в северной тайге европейской части [Ануфриев, Бобрецов, 1996]. В лесотундре показатели ее численности выше, чем остромордой [Леонтьева, 1989]. На изученной нами территории суммарное обилие травяной лягушки в 2 раза превышало подобное значение для остромордой лягушки и в 34 раза - сибирского углозуба (8а!атап&е!1а кеувегШпдО). Спектр заселяемых биотопов у нее шире, чем у остромордой лягушки и углозуба. Травяная лягушка многочисленна в ивово-черемуховых пурпурновейниково-разнотравных зарослях (12,7 ос/100 конусо-суток); обычна - в черемушнике-ивняке пурпурновейниково-разнотравном (5,6), на осоковом пойменном лугу (3,2), в ельнике-березняке бруснично-хвощово-разнотравно зеленомошном (1,6) и в елово-пихтово-березовом разнотравно-хвощово-кислично-зеленомошном лесу (1,6); редка - в ивняке осоково-пурпурновейниково-разнотравном (0,8), на сосновом кустарничковом верховом болоте (0,8), в ельнике-березняке разнотравно-кислично-хвощово-вейниковом зеленомошном (0,8).

Наибольшая концентрация всех видов амфибий на этой территории приурочена к пойменной части реки, что связано с наличием специфических водоемов размножения и хорошими защитными условиями. Степень перекрывания (Л) пространственных составляющих ниш у травяной и остромордой лягушек невелика и не превышала 0,35. То есть перекрывание неполное, однако травяная лягушка в 33 % биотопов - монодоминант. В богатых по трофности биотопах Я. temporaria по численности в несколько раз превышала данный показатель для Я. амаНв.

Соотношение полов в популяции травяной лягушки равно и совпадало с теоретическим (1:1). Такое оптимальное соотношение полов у травяной лягушки в сообществах земноводных изученной территории позволяет успешно реализовывать репродуктивный потенциал этому виду амфибий. Отсюда обилие травяной лягушки может превышать обилие других видов и характеризоваться относительной стабильностью, а это, в свою очередь, является одной из основных причин доминирования этой лягушки в сообществе земноводных данной территории.

В изученной популяции трех- и четырехгодовалые особи встречались чаще других, что может гарантировать репродуктивный успех в последующие два года. Средний возраст самок составил 3,3 года, самцов

- 2,9. Максимальное число зимовок у самок - 6, у самцов - 5. На Приполярном Урале максимальный возраст травяной лягушки - 17 лет [^1x1^^, 1996]. Следовательно, такие важные показатели, как средняя и мак-

симальная продолжительность жизни, в исследованной популяции невелики и указывают на элиминацию старших возрастных групп после четвертой зимовки. Возможно на данной территории включается комплекс факторов, ограничивающих распространение травяной лягушки на восток.

В рационе молодых лягушек преобладают паукообразные, особенно высока доля этих членистоногих у самок (23,5 %). Молодые самцы чаще охотились на брюхоногих моллюсков (22 % в рационе) и личинок чешуекрылых (10 %). Взрослые травяные лягушки больше всего поедали жужелиц, щелкунов (11,1 %) и брюхоногих моллюсков (9,9 %). Специфика рациона объясняется концентрацией амфибий в пойменной части реки, что отражается на качественном и количественном составе жертв. Трофические ниши у травяной и остромордой лягушек перекрывались почти на 80 % (/^=0,78). Отсюда, несмотря на более широкую экологическую пластичность остромордой лягушки [Вершинин, 2007], травяная крупнее, продолжительность жизни ее выше. Вполне возможно, что она, успешно конкурируя за пищевые объекты, может вытеснять остромордую лягушку из данного сообщества.

Заключение. Итак, травяная лягушка на Севере Западной Сибири распространена лишь в Приуральской части. В устье р. Толья для нее свойственна высокая степень эвритопности. Предпочтение отдает облесенным, хорошо увлажненным биотопам, расположенным вблизи нерестовых водоемов, далеко от которых, очевидно, не отходит. Соотношение полов в популяции равное, в возрастной структуре отмечены диспропорции, связанные с низкой численностью одно- и двухлетних генераций. Несмотря на сравнительно короткое лето, максимальное количество зарегистрированных зимовок у травяной лягушки не превышает 6. Травяная лягушка изученной территории полифаг. Основу рациона составляют герпетобионты. Трофическая составляющая экологических ниш травяной и остромордой лягушек почти полностью перекрывается в зоне симпатрии.

Литература

1. Ануфриев В.М., Бобрецов А.В. Фауна европейского Северо-Востока России. Т. 4. Амфибии и рептилии. - СПб.: Наука, 1996. - 130 с.

2. Вершинин В.Л. Амфибии и рептилии Урала. - Екатеринбург: УрО РАН, 2007. - 170 с.

3. Гаранин В.И., Панченко И.М. Методы изучения амфибий в заповедниках // Амфибии и рептилии заповедных территорий: сб. науч. тр. ЦНИЛ Главохоты РСФСР. - М., 1987. - С. 8-25.

4. Динесман Л.Г., Калецкая М.Л. Методы количественного учета амфибий и рептилий // Методы учета численности и географического распределения наземных позвоночных. - М.: АН СССР, 1952. -С. 329-341.

5. Ибрагимова Д.В., Стариков В.П. Биотопическое распределение и численность амфибий г. Сургута // Биологические системы: устойчивость, принципы и механизмы функционирования: мат-лы III Всерос. науч.-практ. конф. (Нижний Тагил, 1-5 марта 2010 г.). - Нижний Тагил, 2010. - Ч. 1. - С. 250-255.

6. Ищенко В.Г. Динамический полиморфизм бурых лягушек. - М.: Наука, 1978. - 148 с.

7. Ищенко В.Г. Травяная лягушка // Красная книга Тюменской области: Животные, растения. - Екатеринбург: УрГУ, 2004. - С. 76.

8. Красная книга Ямало-Ненецкого автономного округа: Животные, растения, грибы / отв. ред. Л.Н. Доб-ринский. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 1997. - 240 с.

9. Красная книга Ханты-Мансийского автономного округа: Животные, растения, грибы. - Екатеринбург: Пакрус, 2003. - 376 с.

10. Кузьмин С.Л. Земноводные бывшего СССР. - М.: Товарищество научных изданий КМК, 1999. - 298 с.

11. Кузякин А.П. Зоогеография СССР // Ученые записки МОПИ им. Н.К. Крупской. - М., 1962. - Т. 109. -

С. 3-182.

12. Леонтьева О.А Некоторые вопросы экологии бурых лягушек на северной границе их ареала // Взаимодействие организмов в тундровых экосистемах: тез. докл Всесоюз. совещ. - Сыктывкар, 1989. - С. 146.

13. Песенко Ю.А. Принципы и методы количественного анализа в фаунистических исследованиях. - М.: Наука, 1982. - 287 с.

14. Смирина Э.М., Макаров А.Н. Об установлении соответствия числа слоев в трубчатых костях у амфибий возрасту особей // Зоол. журн. - 1987. - Т. 66. - Вып. 4. - ^ 599-604.

15. Топоркова Л.Я. Амфибии и рептилии Урала // Фауна Европейского Севера, Урала и Западной Сибири.

- Свердловск: УрГУ, 1973. - С. 84-117.

16. Топоркова Л.Я., Зубарева Э.Л. Материалы по экологии травяной лягушки на Приполярном Урале // Экология позвоночных Крайнего Севера. - Свердловск: УФАН СССР, 1965. - С. 189-194.

17. Чугунов С.М. Природа и люди Сургутского края (по наблюдениям лета 1913 г.) // Естествознание и география. - 1915. - № 4-5. - 52 с.

18. Шварц С.С., Ищенко В.Г. Пути приспособления наземных позвоночных животных к условиям существования в Субарктике. Земноводные. - Свердловск: УФАН СССР, 1971. - Т. 3. - 60 с.

19. Ishchenko V.G. Problems of demography and declining populations of some euroasiatic brown frogs // Rus-

sian Journal of Herpetology. - 1996. - Vol. 3. - № 2. - Р. 143-151.

20. Measuring and monitoring biological diversity. Standard methods for amphibians / W. RonaldHeyer [et al.] // Washington: Smithsonian Institution Press. - 1994. - 364 p.

---------♦'-----------

УДК 613.4.631.6 Д.Ф. Алахвердиева, ФД. Алахвердиев, А.А. Абумуслимов

СМЕНЫ РАСТИТЕЛЬНЫХ СООБЩЕСТВ НА ПЛЯЖАХ АГРАХАНСКОГО ЗАЛИВА, СВЯЗАННЫЕ С НОВЕЙШИМИ КОЛЕБАНИЯМИ УРОВНЯ КАСПИЙСКОГО МОРЯ

В статье рассматриваются изменения растительного покрова на пляжах Аграханского залива Северо-Западного Прикаспия в результате воздействия трансгрессий Каспийского моря в период 20032010 гг. и выявляются тенденции динамики развития приморских ландшафтов. Авторы подчеркивают важность изучения индикационного значения пространственных смен фитоценозов. Исследованная территория характеризуется большой пестротой засоления пород и почв, что находит четкое отражение в растительном покрове.

Ключевые слова: Северо-Западный Прикаспий, растительное сообщество, фитоценоз, сукцессия, ландшафт, растительный индикатор, приморская равнина, лагуна, галофиты, экосистема, экологогенетические ряды, затопление.

D.F. Alakhverdieva, F.D. Alakhverdiev, A.A. Abumuslimov

VEGETATION COMMUNITY CHANGES ON THE AGRAKHAN GULF BEACHES WHICH ARE CONNECTED WITH THE LATEST CASPIAN SEA LEVEL FLUCTUATIONS

Vegetative cover changes on the Agrakhan gulf beaches of the Northwest Caspian Sea region as a result of the Caspian sea transgression influence in the period of 2003-2010 are considered and the tendencies of the marine landscape development dynamics are revealed in the article. The authors emphasize the importance of studying the indicator value of the phytocenosis spatial changes. The researched territory is characterized by the big diversity of species and soil salinization that is embodied in a vegetative cover.

Key words: Northwest Caspian Sea region, vegetation community, phytocenosis, succession, landscape, vegetative indicator, marine plain, lagoon, halophytes, ecosystem, ecological and genetic series, flooding.

Изучение динамики растительности является частью проблемы приспособления людей и животных к меняющимся условиям среды обитания. В связи с этим интерес к исследованию трансформации растительных сообществ под воздействием внешних и внутренних факторов не ослабевает, поэтому тема исследования представляется актуальной.