Семантический аспект как самостоятельный аспект предложения

Таким образом, в произведениях Даниила Хармса употребляются все анализируемые ант-ропонимические формулы. В ряду одночленных выступают имена и фамилии. Самыми частотными среди означенных являются имя Иван и образованная от этого имени фамилия Иванов. Довольно обширно в текстах Хармса представлены двучленная (имя + фамилия, имя + отчество) и трехчленная (имя + отчество + фамилия) формулы именования персонажей, причем неоднократно встречаются сочетания имен собственных с одинаковой основой (двухкомпонентная антропони-мическая формула), которые именуются «двойчатками». «Тройчатка» как способ именования хармсовских персонажей используется автором единожды. Среди представленных антропоними-ческих рядов по частоте употребления абсолютное место занимают фамилии (однословная система именования). Специфика хармсовского стиля заключается в приеме «устранения персонажа». Хармс условно называет своих персонажей какими-то именами, но между тем, кроме имени, у них ничего нет. Это имя семантически пустое.

Примечания

1. Фролов, Н. К. Функции антропонимов в художественном тексте [Текст] / Н. К. Фролов // Духовная культура Сибири. Тюмень. 1994. С. 156.

2. Симина, В. Хармс и Белый [Текст] / В. Сими-на // Литературное обозрение. 1994. № 9/10. С. 53.

Источники

Хармс, Д. Собрание сочинений [Текст]: в 3 т. Т. 1: Авиация превращений / Д. Хармс. СПб.: Азбука, 2000. 576 с.

Хармс, Д. Собрание сочинений [Текст]: в 3 т. Т. 2: Новая анатомия / Д. Хармс. СПб.: Азбука, 2000. 416 с.

Хармс, Д. Собрание сочинений [Текст]: в 3 т. Т. 3: Тигр на улице / Д. Хармс. СПб.: Азбука, 2000. 384 с.

Н. В. Иосилевич

СЕМАНТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ КАК САМОСТОЯТЕЛЬНЫЙ АСПЕКТ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

В этой статье уточняется концепция семантического подлежащего (субъекта) и семантического дополнения (объекта) с учетом рассмотрения семантики как поликомпонентной структуры. Отмечается также ряд типичных структурных и семантических признаков подлежащего и дополнения. Автор создает парадигмы подлежащего и дополнения.

Concept of semantic subject and semantic object with the consideration of interpretation of semantics as the policomponental structure becomes more exact in this report. The set of typical structural and semantic indication of subject and object is specified as well. The author constructs paradigms of subject and object.

© Иосилевич H. В., 2008

1. Традиционный подход к анализу структуры предложения, в рамках которого вырабатывалась теория членов предложения, показал, с одной стороны, необходимость и особую значимость таких лингвистических понятий, как члены предложения, с другой стороны, невозможность строго идентифицировать их значения, когда грамматическая организация и его семантическая структура асимметричны (например, в предложениях типа Ему радостно, Ветром унесло лодку и др.).

Тем не менее смысл анализа предложения состоит вовсе не в том, чтобы последовательно противопоставлять его грамматическую и семантическую структуры, доводя их до взаимоисключающего противоречия. Напротив, анализ структуры высказывания может иметь объективный характер лишь в том случае, когда учитываются закономерности и особенности соотношения его грамматических и семантических категорий. К грамматическим категориям относятся члены грамматической структуры - подлежащее, сказуемое, дополнение, определение, обстоятельство. Семантические категории выделяются на уровне семантической структуры: субъект, объект, предикат, атрибут, квалификатор.

Таким образом, объективный подход к анализу членов предложения предполагает учет как формальных характеристик выражающих их словоформ, так и всего многообразия семантических ролей этих словоформ, обусловленного многокомпонентным характером общей семантики предложения. Такой анализ предусматривается структурно-семантическим подходом, при котором предложение понимается как многоуровневое образование [1]. При этом соотношение уровней выглядит так: семантика обусловливает грамматику, где синтаксис, в свою очередь, обусловливает морфологию. Семантизация - это первое, что пытается осуществить носитель языка при речевосприятии. Грамматика кодирует все значения в процессе превращения мысли в предложение, а судить о значениях и смыслах возможно только по грамматическим формам -именно поэтому члены предложения, или грамматические категории, имеют первостепенное значение при анализе предложения.

Грамматические и семантические категории существуют в рамках предложения в отношениях взаимодействия и взаимозависимости. Так, квалификация словоформы как члена предложения зависит от ее семантической роли. При этом если грамматические и семантические значения находятся в отношениях тождества (подлежащее - субъект, дополнение - объект, сказуемое - предикат, определение - атрибут, обстоятельство - квалификатор), то мы имеем дело с типичными членами предложения, если же дан-

Н. В. Иосилевич. Семантический аспект как самостоятельный аспект предложения

ное тождество нарушается - перед нами синкретичные члены предложения.

2. Анализ соотношений грамматических и семантических категорий на уровне простого предложения начинается с анализа соотношений подлежащего и дополнения с семантическими категориями субъекта и объекта, поскольку именно эти актанты являются необходимыми структурными элементами грамматической и семантической пропозиций.

В то же время с выявлением именно семантических категорий субъекта и объекта в тексте связаны многие проблемы. Так, в научной литературе можно встретить довольно много определений семантического субъекта (семантический объект при этом не всегда берется во внимание). В качестве семантического субъекта часто воспринимаются такие категории, как субъект-лицо, субъект действия, субъект-агенс, субъект-носитель предикативного признака и др. Понятно, что данные термины возникли не случайно и вполне оправданы семантикой предложения, но проблема заключается в том, что отсутствуют надежные критерии их выделения в предложении.

На наш взгляд, понятия семантического субъекта и семантического объекта приобретают объяснительную силу в том случае, если понимать их как некоторые общие категории, имеющие объемный компонентный характер. Так, семантический субъект понимается нами как категория, в семантике которой совпадают значения агенса залоговой конструкции, одушевленного субстантива, субъекта лексической ориентации предиката, темы высказывания; семантический объект как категория, в семантике которой совпадают значения пациенса залоговой конструкции, неодушевленного субстантива, объекта лексической ориентации предиката, ремы высказывания [2]. Полное проявление признаков семантического субъекта характерно для типичного подлежащего, полное проявление признаков семантического объекта - для типичного дополнения.

Подход к решению проблемы с учетом истолкования семантики как многокомпонентной объемной структуры [3] позволяет наиболее объективно и детально показать соотношение членов предложения с семантическими категориями предложения.

3. В общей семантике предложения можно выделить четыре основных компонента: 1) грамматическая семантика; 2) лексико-грамматичес-кая семантика; 3) семантика предиката; 4) семантика актуального членения предложения.

1) Грамматическая семантика представляет собой способ осмысления явлений реальной действительности, который находит свое выражение в грамматической структуре предложения.

Компоненты грамматической семантики выделяются в результате регулярного представления их в грамматической структуре предложения. При выявлении категорий субъекта и объекта грамматической семантики существенная роль принадлежит их истолкованию в теории залогов как агенса и пациенса. Значения агенса и пациенса определяются независимо от лексического наполнения конструкции на основании морфологической формы субстантива: «Гости взяли лежавшие в прихожей на креслах пальто, шляпы и трости» (А. Н. Толстой) - в данном предложении словоформа-подлежащее выполняет роль агенса, словоформы-дополнения - роль пациенса. В предложении «Маршрут был выработан господином из Сан-Франциско обширный» (И. А. Бунин) в роли агенса выступает слово-форма-дополнение, в роли пациенса - словофор-ма-подлежащее. Такое несоответствие обусловливает синкретизм данных членов предложения. В предложении «Стали слышны голоса прохожих, женский смех, хриплое кваканье автомобилей » (А. Н. Толстой) подчеркнутые определения (согласованное и несогласованное), выполняя роль имплицитно выраженного агенса (ср. возможные трансформации женщины смеялись, автомобили квакали), приобретают признаки семантического субъекта, а следовательно, и подлежащего.

2) Аексико-грамматическая семантика предложения формируется на основе взаимодействия лексического и морфологического уровней. Так, для выявления семантических категорий субъекта и объекта актуально лексически и морфологически мотивированное значение одушевленности субстантивов. В качестве компонентов субъектного и объектного значения на уровне лекси-ко-грамматической семантики выступают морфологические (падежные формы) и лексические (семы) маркеры значения одушевленности/нео-душевленности: ср. два предложения А. С. Пушкина: «В то время дамы играли в фараон» и «Германн вздрогнул: вместо туза у него стояла пиковая дама». В рамках контекста второго предложения существительное «дама», являясь морфологически одушевленным (форма род.п. мн.ч. равна форме вин.п. мн.ч.), приобретает сему неодушевленности на лексическом уровне, что является признаком дополнения.

Обнаружить субъект на лексико-грамматичес-ком уровне можно с помощью личного местоимения: «Носок лакированной туфли его описывал круги, замирал, настораживался и начинал подскакивать кверху, затем опять описывал круги - в зависимости от дерганья зубной боли» (А. Н. Толстой).

В качестве компонента лексико-грамматичес-кого значения предиката выступает наличие у

словоформы морфологической связи с глаголом и семы (маркера) значения «действие». В предложении «Изумляло меня внимание музыкантов к движениям магической палочки дирижера» (Ф. Шаляпин) в роли подлежащего выступает отглагольное существительное «внимание», в роли дополнения - отглагольное существительное «движениям», которые благодаря связи с глаголом приобретают признаки сказуемого, что позволяет считать их синкретичными членами предложения. Черты сказуемого приобретают и отглагольные словоформы-подлежащие «тревога», «недоумение» в предложении «На перроне была явная тревога и недоумение, - ни одного носильщика» (А. Н. Толстой). Иногда наличие признаков сказуемого у отглагольного существительного подтверждается возможностью его нахождения в однородном ряду с глаголом-сказуемым (в приведенном примере в рамках сложного предложения): «В зале - сдержанный гул голосов, хлопают пробки от шампанского» (А. Н. Толстой).

3) Семантика предиката обусловливает зависимость субъектно-объектного отношения от лексической ориентации (лексического управления) предиката. Лексическая ориентация (лексическое управление) предиката проявляется в зависимости лексической разновидности субъекта и объекта от лексической разновидности предиката. В типичных случаях словоформа в позиции подлежащего соотносится с субъектом лексической ориентации предиката и является субъектом действия, восприятия, владения и т. д. Словоформа в позиции дополнения выступает в функции объекта лексической ориентации предиката с разными оттенками значения: объекта действия, объекта восприятия, объекта владения. Однако в предложениях А. Н. Толстого «В России - ни обуви, ни белья, ни одеял, ни консервов», «На столах - выдолбленные глыбы льда со свежей икрой, могучие осетры на серебряных цоколях, старое венецианское стекло » роль субъекта лексической ориентации (в данном случае роль локального субъекта) имплицитно выраженного предиката-сказуемого выполняют детерминированные обстоятельства, что наделяет их признаком подлежащего.

4) Семантика актуального членения предложения предусматривает выделение в линейно-динамической структуре предложения коммуникативного субъекта (темы) и коммуникативного предиката (ремы), соотносящихся как основа и предицируемая часть. В состав темы и ремы могут входить как главные, так и второстепенные члены предложения. Их распределение между темой и ремой регулируется коммуникативным заданием предложения. В двусоставном предложении при нейтральном порядке слов подлежа-

щее обычно соотносится с темой высказывания, а дополнение и обстоятельство находятся в составе ремы независимо от залоговой разновидности конструкции: «Я умокну л перо в чернильницу » (А. Чехов). В предложениях «Послышался собачий лай» (А. П. Чехов), «Ему надоели вши, война и дешевые деньги» (А. Н. Толстой) -подлежащие можно назвать синкретичными, так как они входят в состав ремы при нейтральном порядке слов, что является прерогативой дополнений.

4. Итак, компоненты значений семантических категорий могут строго распределяться по определенным словоформам, как, например, в предложении «Актер запел цыганский романс» (А. Куприн) словоформа-подлежащее «актер» является агенсом залоговой конструкции, одушевленным субстантивом, субъектом лексической ориентации предиката (субъект действия), соотносится с темой высказывания; словоформа-до-полнение «романс» является пациенсом залоговой конструкции, неодушевленным субстантивом, объектом лексической ориентации предиката, входит в состав ремы; словоформа-сказуемое «запел» одновременно является предикатом, сло-воформа-определение «цыганский» выполняет роль атрибута. Однако грамматические и семантические соответствия могут иметь и асимметричный характер. Так, в предложении «И в этом равнодушии, в звуковой путанице роялей и скрипок, в ярких окнах, в настежь открытых дверях чувствовалось что-то откровенное, наглое, удалое и размашистое» (А. Чехов) можно отметить: 1) значение субъекта-агенса, выраженного подлежащим (что-то чувствовалось); 2) значение субъекта восприятия, предусмотренного семантикой предиката «чувствовалось», которое выражено имплицитно (кем-то чувствовалось что-то)\ 3) значение предиката, обнаруживаемое в составе отглагольных лексем, выполняющих роль дополнений {равнодушии, путанице) и определений (открытых и размашистое)-, 4) значение субъекта-темы, выраженного рядом детерминирующих дополнений, находящихся в начале предложения (в равнодушии, в путанице, в окнах, в дверях)-, 5) имплицитное значение субъекта агенса, выраженное с помощью определения (звуковая путаница роялей и скрипок, ср. звуки роялей и скрипок путались).

Наблюдения показывают, что между формальными и семантическими категориями на уровне простого предложения образуются корреляции. К примеру, полные корреляции [4] подлежащего и дополнения с семантическими категориями субъекта и объекта наблюдаются, если в значении анализируемой словоформы сосредоточены все субъектные или все объектные компоненты общей семантики предложения; частичные кор-

О. В. Пыстина. Тематическая структура автобиографического дискурса: тема дороги

реляции [5] наблюдаются, когда в словоформе совмещаются некоторые компоненты субъектного и объектного значений. Таким образом, понятия полные/частичные корреляции, типичные/синкретичные члены предложения [6], сильная/слабая позиции [7] находятся в отношениях параллельного соответствия.

5. Выделение самостоятельного семантического аспекта предложения, а также уточнение значений понятий семантический субъект и семантический объект позволяет размежевать понятия грамматическая двусоставность/ односос-тавность - семантическая двусоставность/од-носоставность. Так, предложение «Я читаю французские книжки» (А. Чехов) можно считать двусоставным как на формальном (есть подлежащее и сказуемое), так и на семантическом уровне (есть субъект и предикат). Предложение «Подали десерт, кофе, ликеры, сигары» (А. Н. Толстой) не имеет ни грамматического, ни семантического субъекта, и потому является односоставным на грамматическом и семантическом уровнях.

В предложениях А. П. Чехова «В воздухе висело предчувствие осени» или «Неожиданно послышались шаги и голоса» на формальном уровне выделяется подлежащее, которое, будучи выраженным неодушевленным существительным и являясь объектом лексической ориентации предиката восприятия, на семантическом уровне выполняет роль семантического объекта, субъект же в подобных случаях не выражен вовсе, что дает право говорить о семантической односоставности данных конструкций.

Предложения «У Тетки запестрило в глазах и в душе» (А. П. Чехов), «Вообще в последние годы мне дремлется» (А. Блок) с точки зрения структуры односоставны (есть лишь один главный член), но семантически двусоставны: в каждом из них есть субъект («у Тетки», «мне») и предикат («запестрило», «дремлется»). Семантически двусоставными, благодаря проявлению семантического субъекта, можно считать и следующие грамматически односоставные предложения: «От Настасьи Петровны помощи было мало» (И. А. Бунин), «Носит людей по стране» (И. Ильф, Е. Петров) - субъект лексической ориентации глагола-предиката, «Им целовали руки» (А. Н. Толстой) - субъект-личное местоимение, субъект-тема, «На заводах и в усадьбах читали очень мало, играли только марши и польки» (А. П. Чехов) - субъект-тема при нейтральном порядке слов.

Семантически двусоставные предложения так же, как и грамматически двусоставные, могут быть неполными: «С непривычки он скучал в деревне сильно и часто не мог придумать, куда и на что употребить целый длинный день»

(И. С. Тургенев), «Они испытывали неимоверную усталость, но спать не хотелось » (А. Фадеев) -семантический субъект (субъект лексической ориентации предиката) второй предикативной единицы в данных предложениях восстанавливается из предыдущего грамматического контекста, т. е. из первой предикативной единицы.

Таким образом, семантический аспект предложения, располагая собственным понятийным аппаратом (субъект, предикат, объект, атрибут, квалификатор; семантическая двусоставность/ односоставность; семантически полные и неполные предложения), имеет самостоятельный статус, находясь при этом в отношениях взаимозависимости с грамматическим аспектом предложения.

Примечания

1. Фурашов, В. И. О дифференциации и интеграции предложенческих аспектов [Текст] / В. И. Фурашов // Современный русский синтаксис: Предложение и его членение: межвузовский сборник научных трудов. Владимир: ВГПУ, 1994. С. 3-11.

2. Иосилевич, Н. В. Соотношение подлежащего и сказуемого с семантическими категориями субъекта и объекта [Текст] / Н. В. Иосилевич. Владимир, 2004. 144 с.

3. Там же.

4. Там же.

5. Там же.

6. Бабайцева, В. В. Система членов предложения в современном русском языке [Текст] / В. В. Бабайцева. М.: Просвещение, 1988. 159 с.

7. Фурашов, В. И. Члены предложения: синтаксические позиции и парадигмы [Текст] / В. И. Фурашов // Филология: международный сборник научных трудов. Владимир: ВГПУ, 1998. С. 182-197.

О. В. Пыстина

ТЕМАТИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА АВТОБИОГРАФИЧЕСКОГО ДИСКУРСА: ТЕМА ДОРОГИ

В статье предлагается анализ тематической организации рассказов о путешествиях, позволяющий исследовать принципы языкового моделирования восприятия дороги в коммуникативном аспекте с учётом экстралингвистических факторов. Характеризуются отличительные признаки образа дороги в языковом сознании и психолингвистические аспекты пространственных отношений в русской культурной среде.

The article analyses theme structure of the recollections about journeys. The analysis allows to research language model reception principles of the road in the light of communication taking into account extralinguistic factors. The results will help to expose distinguishing signs of the figure of the road in language consciousness and psycholinguistic aspects of the expanse relations in the Russian cultural environment.

© Пыстина О. В., 2008