Влияние уровня стресса на качество жизни дерматовенерологических больных

УДК 616.5+616.97-052:616-008.61

Влияние уровня стресса на качество жизни дерматовенерологических больных

А.р. уСмлноВА, Е.В. ФАЙЗуллинА, л.к. БунАкоВА, р.Г. куЗнЕцоВА

Казанский государственный медицинский университет Республиканская клиническая больница МЗ РТ, г. Казань

Проведено клинико-психосоматическое исследование 30 пациентов стационарного отделения Республиканского клинического кожно-венерологического диспансера Республики Татарстан и 30 лиц группы контроля с целью изучения влияния уровня стресса на качество их жизни. В ходе исследования были использованы госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS), дерматологический индекс качества жизни (ДИКЖ), короткая форма исследования медицинских результатов (SF-36). Разработана анкета, исследованы факторы риска, влияющие на возникновение болезни и процесс выздоровления дерматовенерологических больных.

Ключевые слова: стресс, качество жизни, дерматовенерологический больной.

Influence of stress level on the life quality of dermatologic and venereologic patients

A.R. USMANOVA, E.V. FAYZULLINA, L.K. BUNAKOVA, R.G. KUZNETSOVA

Kazan State Medical University Republican Clinical Hospital of the Ministry of Health of the Republic of Tatarstan, Kazan

There was undertaken a clinic and psychosomatic study of 30 hospital department patients of Republican Clinical Dermatovenerologic Dispensary of the Republic of Tatarstan and 30 people of control group to learn the influence of stress level on their life quality. As part of the study was used Hospital Anxiety and Depression Scale (HADS), Dermatology Life Quality Index (DLQI), Short Form of Medical Outcomes Study (SF-36). There was developed a questionnaire, and investigated risk factors, which have influence on contraction of a disease and on recovery process of dermatologic and venereologic patients.

Key words: stress, life quality, dermatologic and venereologic patient.

Файзуллина Елена Владимировна

доктор медицинских наук, профессор кафедры дерматовенерологии

420074, г. Казань, ул. Сибирский Тракт, д. 39, кв. 7 тел. 8-917-291-11-77, e-mail: medalf@mail.ru

Изучению вопроса взаимосвязи психической составляющей и возникающего кожного заболевания посвящен ряд исследований отечественных и зарубежных авторов [1-6]. В повседневной практике дерматолога встречаются хронические заболевания, в возникновении (рецидивировании) которых клинически очевидна роль психогенных воздействий. К ним в первую очередь относятся атопический дерматит, истинная экзема, псориаз, рецидивирующий простой герпес, хроническая крапивница, гнездная плешивость, красный плоский лишай, розацеа, витилиго и др. [7, 8]. В объяснении патогенеза психосоматических дерматозов доминировало психоцентрическое направление, рассма-

тривающее психогенез как линейную модель, сформировавшуюся в результате подавления эмоциональных реакций конфликтов (в том числе семейных) [9, 10]. Однако, как свидетельствуют данные современных исследований [11, 12], большинство кожных заболеваний, традиционно относимых к психосоматическим болезням, в своем развитии имеют прежде всего генетическую и иммунологическую основу, психогенные же, стрессовые воздействия выступают в качестве их звена в тесной связи с основными факторами патогенеза. Всевозможные кожные реакции выступают в большинстве случаев как отражение внутреннего, и прежде всего эмоционального, состояния человека.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕДИЦИНЫ ТОМ 1

Связь между нарушениями нервной системы и кожными заболеваниями отмечалась давно [13, 14]. Однако диагностировать нарушения в психоэмоциональной сфере пациента оставалось проблематичным. Изменения психологического статуса больных с различными дерматозами относили к вторичным явлениям, считали их следствием основной болезни [15].

Кожные болезни относят к психосоматической патологии [8, 16, 17]. В этой связи изучение понятия «стресс» и определение его влияния на качество жизни дерматовенерологических больных представляется важным.

Стрессовые воздействия, связанные с разнообразными эмоциональными переживаниями, сопровождают нас на протяжении всей жизни. Если небольшой стресс, по мнению Г. Селье (1982), может носить стимулирующий характер, способствовать плодотворной деятельности, принося положительные эмоции, то последствия чрезмерного, особенно хронического, стресса сложно переоценить [18]. Г. Селье сформулировал теорию стрессовой реакции, которую он назвал общим адаптационным синдромом. Общий адаптационный синдром — это универсальная реакция организма на стрессовое воздействие, состоящая из трех фаз: тревоги, сопротивления и истощения.

Если стресс продолжается, то организм переходит на стадию сопротивления, во время которой физиологические изменения стабилизируются и организм начинает функционировать в режиме повышенной нагрузки. Физиологическое возбуждение продолжает оставаться выше, чем обычно, однако оно может начать уменьшаться по мере того, как организм привыкает к угрозе. Далее реакция организма может перейти в третью стадию, называемую стадией истощения. Ресурсы организма, предназначенные для борьбы со стрессом, ограничены. Если стресс не удалось преодолеть, эти ресурсы вырабатываются и физиологическое возбуждение снижается. Организм может погибнуть от истощения. Возникают «болезни адаптации»: язва желудка, гипертония, нейродерматоз. Таким образом, инициирующим фактором возникновения болезней является стресс [5, 18, 19].

Стресс связан с определенными патофизиологическими изменениями, дисбаланс в механизме реагирования на стресс приводит к болезням, а необходимость длительное время приспосабливаться к тому или иному неблагоприятному фактору, а еще хуже, к их обилию, к истощению и срыву адаптационных механизмов [4, 20].

Психоэмоциональный же стресс у человека в течение жизни могут вызывать самые различные психотравмирующие ситуации и факторы: семейные конфликты, ссоры, развод, измена, одиночество; смена места жительства, конфликты с коллегами, оскорбления со стороны окружающих, собственная болезнь, травмы, операции; тяжелая болезнь или смерть близких; материально-бытовая неустроенность, серьезный материальный ущерб; позор падения престижа; смена работы (учебы), конфликты и перенапряженность на

работе (учебе), перенесенный испуг и т.д. Подмечено, что все эти даже однократные психотравмирующее ситуации могут стать пусковым механизмом того или иного патофизиологического процесса. При этом психотравмирующие воздействия следует подразделить на внешние, исходящие из окружающей бытовой и социальной среды, и собственные, обусловленные наличием у больного косметического недостатка в виде самой психосоматической болезни. Таким образом, изучение влияния стресса у пациентов с заболеваниями кожи представляется весьма интересным.

Целью настоящей работы явилось изучение влияния стресса на качество жизни дерматовенерологических больных.

Материалы и методы

Использована анкета-опросник, которая включала в себя сведения об уровне тревоги и депрессии по госпитальной шкале HADS, о значении дерматологического индекса качества жизни DLQI, индекса качества жизни по опроснику SF-36.

Госпитальная шкала тревоги и депрессии (HADS) [21] разработана А. Зигмондом и др. (1983) для выявления и оценки тяжести депрессии и тревоги в условиях общемедицинской практики. При интерпретации результатов учитывались суммарный показатель тревоги и депрессии, при этом выделяли три области его значений: 0-7 — норма (отсутствие достоверно выраженных симптомов тревоги и депрессии); 8-10 — субклинически выраженная тревога/депрессия; 11 и выше — клинически выраженная тревога/депрессия.

Опросник «Дерматологический индекс качества жизни» (DLQI) [22] использован для оценки степени негативного воздействия дерматологического заболевания на разные аспекты жизни пациента. Качество его жизни характеризовалось в целом как критерий оценки эффективности лечения дерматологического заболевания. Анкета была предназначена для пациентов старше 16 лет, вопросы адресованы непосредственно пациенту. Цифровой показатель, который получен в результате анализа ответов пациента, отражает уровень негативного воздействия заболевания на качество жизни пациента. Каждый вопрос оценивался по шкале от 0 до 3 баллов: 3 — очень сильно; 2 — достаточно сильно; 1 — незначительным образом; 0 — нет. Индекс рассчитывается путем суммирования баллов по каждому вопросу. Результат варьировал от 0 до 30 баллов. Максимальное значение индекса — 30. Чем ближе показатель к отметке в 30 баллов, тем более негативно заболевание сказывалось на качестве жизни пациента. При значении 0-1 кожное заболевание не влияет на жизнь пациента; 2-5 — заболевание оказывает незначительное влияние на жизнь пациента; 6-10 — заболевание оказывает умеренное влияние на жизнь пациента; 11-20 — заболевание оказывает очень сильное влияние на жизнь пациента; 21-30 — заболевание оказывает чрезвычайно сильное влияние на жизнь пациента.

Индекс качества жизни определялся по короткой форме исследования медицинских результатов (SF-36) [23] SF-36 Health Status Survey. sF-36 — неспецифи-

Таблица 1.

Оценка степени тяжести тревоги и депрессии по госпитальной шкале HADS у пациентов и здоровых людей

Средние значения шкалы/индекса, баллы Обследованные пациенты

Госпитальная шкала тревоги и депрессии HADS 17,03±1,5 11,6±1,2

Дерматологический индекс качества жизни 9,1±1,4 1,8±0,6

актуальные проблемы медицины том 1

Таблица 2.

Зависимость уровня тревоги/депрессии и значения дерматологического индекса от пола

Группы пациентов, пол средние значения шкалы/индекса, баллы

шкала HADS ДИКЖ

муж (n=12) 12,3±1,3 8,0±1,5

жен (n=18) 20,2±1,9 9,8±2,1

Таблица 3.

Зависимость уровня тревоги/депрессии и значения дерматологического индекса от возраста

Группы пациентов, возраст средние значения шкалы/индекса, баллы

шкала HADS ДИКЖ

18-29 (n=8) 12,9±1,2 5,5±1,8

30-49 (n=4) 14,8±1,0 9,5±3,9

50-69 (n=15) 19,4±2,2 10,3±2,1

Старше 70 (n=3) 19,3±9,1 12,3±4,8

Таблица 4.

Оценка качества жизни по опроснику SF-36 у пациентов и здоровых людей

Показатели шкал физического и психического благополучия Опросник SF-36, %

дерматовенерологические пациенты (n=30) здоровые лица (n=30) Р

GH общее состояние здоровья 50,0±3,4 62,6±3,1 0,01

RP физическое функционирование 39,2±7,5 65,8±6,6 0,01

RE эмоциональное функционирование 37,6±7,8 65,3±6,2 0,01

SF социальное функционирование 70,8±4,8 82,5±2,9 0,04

VT жизненная активность 47,8±4,4 60,5±3,2 0,02

МН психическое здоровье 51,7±4,1 67,3±3,1 0,003

ческий опросник для оценки качества жизни (КЖ), распространен в США и странах Европы при проведении исследований качества жизни. Перевод на русский язык и апробация методики была проведена Институтом клинико-фармакологических исследований (Санкт-Петербург).

Результаты собственных исследований

При анализе полученных в ходе исследования данных были выявлено, что значение степени тяжести тревоги и депрессии у дерматовенерологических больных (30 больных) превышает таковой у лиц контрольной группы (30 человек): 17,0± 1,5 и 11,6± 1,2 соответственно (Р=0,005). Причем по шкале HADS данные больные в среднем имеют клинически выраженную тревогу и депрессию (при балльных значениях по шкале HADS >11).

В таблице 1 представлены результаты оценки степени тяжести тревоги и депрессии по госпитальной шкале HADS у пациентов и здоровых людей.

Среднее значение дерматологического индекса качества жизни у дерматовенерологических больных составляет 9,1±1,4 балла, что, безусловно, означает умеренное влияние кожного процесса на качество жизни больного. Соответственно, у лиц контрольной группы среднее значение составляет 1,8±0,6 балла, что свидетельствует в пользу незначительного влияния

(Р=0,0001). Высокое значение дерматологического индекса в большинстве случаев встречается у дерматовенерологических больных с высоким уровнем тревоги/депрессии (при ДИКЖ: 21-30 / HADS=32,3±1,2).

У женщин (9,8±2,1 балла) по сравнению с мужчинами (8,0± 1,5 балла) и у лиц старше 50 лет (10,3±2,1 балла) по сравнению с пациентами до 50 лет (5,5±1,8; 9,5±3,9 балла) дерматологический индекс значительно превышает показатели контрольной группы (1,8±0,6 балла), что связано с повышенным уровнем стресса дерматовенерологических больных (данные представлены в таблицах 2 и 3).

Итак, на основании вышеизложенного можно сделать заключение, что с возрастом у пациентов возрастает как уровень тревоги/депрессии (17,03±1,5 балла), так и значение дерматологического индекса (9,1±1,4 балла). Женщины более склонны к тревоге и депрессии (20,2±1,9 балла), а также имеют клинически выраженный кожный процесс (ДИКЖ=9,8±2,1 балла).

При оценке качества жизни обращает внимание тот факт, что все показатели шкал опросника SF-36 снижены у дерматовенерологических больных по сравнению с лицами контрольной группы (данные представлены в таблице 4).

Как видно из таблицы, патологические кожные процессы негативно влияют на качество жизни дерматовенерологи-

актуальные проблемы медицины том 1

Таблица 5.

Зависимость уровня тревоги/депрессии от оценки отношения окружающих к болезни

Отношение окружающих к болезни n шкала HADS, баллы

доброжелательное 16 15,1±2,1

удовлетворительное 11 18,9±2,2

терпимое 3 20,7±3,4

неудовлетворительное 0 0

ческих пациентов. Так, снижается уровень как физического компонента ^Н=50,0±3,4% общее состояние здоровья, RP=39,2±7,5% физическое функционирование), так и психологического ^Е=37,6±7,8% эмоциональное функционирование, SF=70,8±4,8% социальное функционирование, VT=47,8±4,4% жизненная активность, МН=51,7±4,1% психическое здоровье). Вследствие ухудшения состояния здоровья уменьшается физическая активность дерматовенерологических пациентов ^Р=39,2±7,5%), которая ограничивает повседневную деятельность человека ^=70,8±4,8%). Оценка состояния здоровья самим больным также значительно снижается ^Н=50,0±3,4%), человек быстрее утомляется и медленнее восстанавливает силы, снижается его жизненная активность ^Т=47,8±4,4%).

У больных с заболеваниями кожи и инфекциями, передаваемыми половым путем, значительно ограничиваются социальные контакты, снижается уровень общения в связи с ухудшением физического и эмоционального состояния ^Е=37,6±7,8%). У данных пациентов имеют место быть депрессивные, тревожные переживания, которые свидетельствуют об их явном психическом неблагополучии (МН=51,7±4,1%).

При анализе полученных данных обращают внимание оправданные закономерности. Максимальные значения дерматологического индекса (очень сильное влияние кожного процесса на качество жизни — 14,7±6,4 балла) и уров-

ня тревоги/стресса (клинически выраженная депрессия — 26,7±3,3 балла) имеют те пациенты, которые пережили смерть супруга/супруги.

Подмечено, чем лучше и доброжелательнее окружающие люди относятся к болезни больного, тем меньше уровень тревоги/депрессии (15,1 ±2,1 балла).

На основании вышеизложенного можно сделать заключение, что с возрастом пациента возрастает как уровень тревоги/депрессии (17,03±1,5 балла), так и значение дерматологического индекса (9,1±1,4 балла). Женщины более склонны к тревоге и депрессии (20,2±1,9 балла), а также имеют клинически выраженный кожный процесс (ДИКЖ=9,8±2,1 балла).

Выводы

1. У дерматовенерологических больных значительно снижен физический и психологический компоненты.

2. С возрастом у дерматовенерологических больных возрастает как уровень тревоги/депрессии, так и значение дерматологического индекса.

3. Женщины более склонны к тревоге и депрессии по сравнению с мужчинами и имеют клинически более выраженный кожный процесс.

4. Максимальные значения дерматологического индекса и уровня тревоги/стресса имеют те пациенты, которые пережили смерть супруга/супруги.

5. Чем лучше и доброжелательнее окружающие люди относятся к болезни дерматовенерологического больного, тем меньше у пациента уровень тревоги/депрессии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Елецкий В.Ю. Пограничные психические расстройства у больных псориазом и нейродермитом: дис. ... канд. мед. наук. — М., 1986. — 32 с.

2. Остришко В.В., Иванов О.Л., Новоселов В.С., Колесников Д.Б. Диагностика и коррекция пограничных психических расстройств у больных атопическим дерматитом (часть I) / Вестн. дерматол. и венерол. — 1998. — № 2. — С. 34-78.

3. Сапин М.Р., Никитюк Д.Б. Иммунная система стресс и иммунодефицит.

— Москва: АПП «Джангар». — 2000. — 184 с.

4. Al'Abadie M., Kent G., Gawkrodger D. The relationship between stress and the onset and exacerbation of psoriasis and other skin conditions // Br J Dermatol.

— 1994. — Vol. 130. — Р 199-203.

5. Cohen F., Kemeney M. et al. A. Persistent stress as a Predictor of Genital herpes Recurrence // Archiv inter med. — 1999. — Vol. 159, № 8. — Р 2430-6.

6. Cotterill J. Psychophysiological aspects of eczema // Semin Dermatol. — 1990. — Vol. 9. — Р 216-9.

7. Иванов О.Л., Львов А.Н., Остришко В.В., Новоселов В.С., Колесников Д.Б. Психодерматология: история, проблемы, перспективы / Рос. журн. кож. и вен. бол. — 1999. — № 1. — С. 28-38.

8. Львов А.Н. Особенности психосоматического статуса у больных атопическим дерматитом и пути их комплексной коррекции: дис. ... канд. мед. наук. — М., 2001. — 32 с.

9. Griesemer R. Emotionally triggered disease in a dermatologic practice // Psychiatr Ann 1978. — Vol. 8. — Р 49-56.

10. Gupta M., Gupta A. Psychodermatology: An update // J Am Acad Dermatol.

— 1996. — Vol. 34, № 6. — Р 1030-46.20.

11. Horing C., Gieler U. Alopecia areata // Dermatol Psychosomatik. — 2002.

— Vol. 3. — 196 с.

12. Picardi A., Pasquini P., Cattaruzza M. et al. Psychosomatic Factors in First-Onset Alopecia Areata // Psychosomatics. — 2003. — Vol. 44. — Р 374-81.

13. Gupta M., Gupta A. Depression and suicidal ideation in dermatology patients with acne, alopecia areata, atopic dermatitis and psoriasis // BJD. — 1998.

— Vol. 139. — Р 846-50.

14. Koo J. The psychosocial impact of acne: patients' perceptions // J Am Acad Dermatol. — 1995. — Vol. 32. — Р 26-30.

15. Panconesi E., Hautmann G. Psychophysiology of stress in dermatology: the psychobiologic pattern of psychosomatics // Dermatol Clin. — 1996.—Vol. 14. — Р 399-422.

16. Schaller C., Alberti L., Ruzicka T. et al. Der Bedarf an psychosomatischer Versorgung in der Dermatologie // Zeitschrift Dermatol. — 1995. — Vol. 181. — Р 146-8.

17. Tress W., Manz R., Sollors-Mossler B. Epidemiologie in der Psychosomatischen Medizin. In: von T. Uexkull, R. Adler, J.M. Herrmann et al. (Hrsg.) // Psychosomatische Medizin. 4. Auflage. — Urban & Schwarzenberg, Munchen, Wien, Baltimore. — 1990. — Р 63-74.

18. Selye H. History and present status of the stress concept / L. Goldberger, S. Breznitz (Eds.) // Handbook of stress: Theoretical and clinical aspects. — N.Y.: Free Press, 1982.

19. Brocq L., Jacquet L. Notes pour servir a l’histoire des neurodermatites // Ann Dermatol Syphiligraphie. — 1891. — Vol. 97. — 193 p.

21. Zigmond A.S., Snaith R.P. The Hospital Anxiety and Depression scale // Acta Psychiatr. Scand. — 1983. — Vol. 67. — P. 361-370.

20. Кошевенко Ю.Н. Кожа человека. Том II. Варианты патогенного воздействия на структуру и функции кожи, причины, патофизиологические основы и принципы лечения ее болезней. — М.: Медицина, 2008. — 754 с.

22. Finlay A.Y., Motley R.J. Practical use of a disability index in the routine management of acne // Clin Exp Dermatol. — 1992. — Vol. 17. — P. 1-3.

23. Ware J.E., Kosinski M., Keller S.D. SF-36 Physical and Mental Health Summary Scales: A User's Manual // The Health Institute, New England Medical Center. — Boston, Mass. — 1994.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕДИЦИНЫ ТОМ 1