Церковные и светские авторы XIX В. О личности педагога

Вестник ПСТГУ

IV: Педагогика. Психология

2012. Вып. 2 (25). С. 55-58

Церковные и светские авторы XIX в.

О ЛИЧНОСТИ ПЕДАГОГА Е. Н. Никулина

В статье дается краткий обзор взглядов отечественных мыслителей и общественных деятелей на личность педагога на примере тех представителей церковной и светской педагогической мысли XIX в., в наследии которых данный вопрос получил наиболее полное освещение.

Одной из важнейших задач современной образовательной политики является подготовка педагогов, формирование у них не только научной и методологической базы, но и духовно-нравственных ценностей, а также личностно ориентированных подходов к учащимся. Разработка концепции педагогического образования, которая будет способна решить эту задачу, не может быть успешной без обращения к педагогическому наследию прошлого, к национальным и культурным источникам, в том числе к педагогической мысли XIX в., когда вопрос о личности педагога активно обсуждался как церковными, так и светскими авторами (свт. Феофаном Затворником, свт. Игнатием Брянчаниновым, архиеп. Евсевием (Орлинским), И. И. Давыдовым, В. Г. Белинским, Н. И. Пироговым, К. Д. Ушинским и др.). Краткому обзору взглядов отечественных педагогов XIX в. на личность учителя и посвящена настоящая статья.

Прежде всего, следует отметить, что в трактовке личности педагога у светских и церковных авторов можно выделить целый ряд общих моментов:

— признание огромного воспитательного значения примера наставника, что подразумевает его высокие личные нравственные качества;

— одинаковое видение необходимых педагогу профессиональных качеств (твердость, терпение, бодрость, рассудительность, беспристрастность, умение владеть собой, любовь к детям, понимание мотивов поведения учеников);

— убежденность в необходимости антропологического знания. Последнее понималось в трех аспектах: как изучение человеческой природы в целом (преимущественно в рамках психологии и физиологии), как понимание возрастных особенностей развития и как изучение характера и наклонностей конкретных учеников.

Что касается отличий, то здесь наиболее существенным является вопрос об источнике перечисленных выше качеств педагога. Для светских авторов ис-

точник постоянного профессионального совершенствования педагога видится в нем самом, в овладении теоретическими знаниями, в следовании новым педагогическим концепциям и методикам, в дарованиях, опыте, работе над собой и т. д. Этот взгляд можно охарактеризовать как антропоцентризм. Для церковной педагогики характерен принципиально иной подход — теоцентризм, т. е. ясное понимание того, что источник высоких личных качеств, профессионализма и положительных результатов в деле воспитания нужно иметь в Боге, а не в человеке. Церковный подход отличают очень высокие требования к нравственному облику педагога (святость, христианское совершенство), путь к которому лежит через аскетический подвиг, работу над собой в свете Евангелия, молитву и благодать Церковных Таинств. Все церковные авторы подчеркивают необходимость всецелого упования на Бога в педагогической деятельности, призывают учителя понять, что реальный успех в воспитании дается только Богом, по слову Писания: «Если Господь не созиждет дом, напрасно трудятся строящие его» (Пс 126. 1).

Наряду с указанными общими моментами в требованиях к личности педагога у каждого автора можно выделить и специфические черты.

Так, В. Г. Белинский (1811—1848) наиболее важными качествами наставника считал любовь к детям и способность установить с ними доверительные отношения. Причем любовь к детям, по Белинскому, должна иметь религиозное основание, обусловленное той высотой, на которую поставлен человек в христианстве. Отец должен любить свое дитя «как будущего человека, которого Бог нарек сыном своим и за спасение которого Он принял на Кресте страдание и смерть. При самом рождении отец должен посвятить свое дитя служению Богу в духе и истине... Только такая любовь к детям истинна и достойна называться любовью; всякая же другая есть эгоизм, холодное самолюбие»1. Взгляды Белинского являются традиционными для христианской педагогики, однако, по отзыву П. Ф. Каптерева, они произвели «полный переворот» в педагогике светской, внесли в нее «новое социальное мировоззрение»2. Это свидетельствует о том, что к середине XIX в. отечественная педагогика достаточно далеко отошла от своих традиционных православных корней.

В педагогическом наследии Н. И. Пирогова (1810-1881) одной из основных тем было противостояние душевной двойственности ребенка, особенно ясно описанное в его статье «Быть и казаться». С задачей искоренения душевной двойственности воспитанника связано, пожалуй, главное требование к личности воспитателя — его полная искренность и цельность души, отсутствие раздвоенности в нравственных установках, — требование, которое Н. И. Пирогов реализовал в своей собственной педагогической деятельности. «Искренность вызывается только искренностью, — писал о Н. И. Пирогове К. Д. Ушинский, — вот почему не только в воспитаннике, но и в воспитателе полная искренность души есть единственный прочный залог действительного, а не призрачного успеха воспитания; вот чем объясняется и то огромное воспитательное влияние,

1 Белинский В. Г. О детских книгах // Белинский В. Г. Собрание сочинений: В 9 т. М., 1976— 1982. Т. 3. С. 44-45.

2 Каптерев П. Ф. История русской педагогии. Гл. XIII: В. Г. Белинский и А. С. Хомяков как педагоги // Педагогика. 1994. № 5. С. 57.

которое имела личность Н. И. Пирогова в недолгие годы его педагогической карьеры»3.

В требованиях к педагогу К. Д. Ушинского (1824-1871) можно выделить два основных направления. Первое — это признание огромного воспитательного влияния личности учителя: «Никакие уставы и программы, никакой искусственный организм заведения, как бы хитро он ни был придуман, не может заменить личности в деле воспитания»4. Второе направление требований к педагогу связано с трактовкой Ушинским педагогики как науки и искусства. Педагогика как наука, по Ушинскому, должна быть основана на антропологическом знании, которое позволит в самой природе человека черпать громадные средства воспитательного влия-ния5. На этом основании Ушинский убеждал отказаться от рецептурной педагогики: «Мы не говорим педагогам — поступайте так или иначе; но говорим им: изучайте законы тех психических явлений, которыми вы хотите управлять»6. Применение этих знаний под руководством «своего собственного благоразумия»7 составляет искусство воспитания, овладеть которым Ушинский также предлагал учителю.

Вопрос о требованиях к педагогу был подробно рассмотрен архиеп. Евсевием (Орлинским) (1805-1883), автором одного из первых самостоятельных (не переведенных с иностранного) руководств по педагогике, в котором в стройном виде изложена теория воспитания, — «Воспитание детей в духе христианского благочестия» (1834)8. Архиеп. Евсевий указал на то, что для учителя важно понимать цель бытия человека и его высокое назначение; осознавать себя лишь орудием, которому Бог вверил детей; иметь «истинное радушие» и «ласковую строгость» в отношении к детям9. Владыка призывал педагогов постоянно расти духовно, «освящать самих себя» и приписывать успехи воспитания не себе, а Богу10.

Свт. Игнатий (Брянчанинов) (1807-1867) крайне важным для педагога считал умение удерживать себя от увлечения страстями (в первую очередь тщеславием и гневом, особенно свойственным начальствующим), а также понимание мотивов поведения воспитанников, что достигается только постоянным духовным трудом, «наблюдением за собою при свете Евангельского учения»11.

Чрезвычайно высокие требования к педагогу предъявлял свт. Феофан Затворник (1815-1894). Педагог, по его мнению, должен «пройти все степени хри-

3 Ушинский К. Д. Педагогические сочинения Пирогова // Ушинский К. Д. Собрание сочинений: В 11 т. М.; Л., 1948-1952. Т. 3. С. 19-20.

4 Ушинский К. Д. Три элемента школы // Ушинский К. Д. Собрание сочинений. Т. 2. С. 63-64.

5 Ушинский К. Д. Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии // Ушинский К. Д. Собрание сочинений Т. 8. С. 35-36.

6 Там же. С. 55-56.

7 Там же.

8 См.: Каптерев П. Ф. История русской педагогии. Пг., 1915. С. 350. В 2011 г. упомянутое сочинение архиеп. Евсевия было переиздано под названием «Энциклопедия воспитания маленького христианина».

9 Евсевий (Орлинский), архиеп. Энциклопедия воспитания маленького христианина. М., 2011. С. 19-21.

10 Там же. С. 24-25.

11 Игнатий (Брянчанинов), свт. Примечания на проект преобразования морских училищ // Полное жизнеописание святителя Игнатия Кавказского. М., 2002. С. 430-432.

стианского совершенства», а искусству воспитания обучиться у «опытнейших воспитателей», «кои знают истинное воспитание не по теории, а по опыту»12. Поскольку «воспитание из всех святых дел самое святое», то и воспитатели должны быть «сословием лиц чистейших, богоизбранных и святых»13.

Таким образом, даже краткий обзор взглядов отечественных мыслителей XIX в. свидетельствует о том, какие важные аспекты подготовки педагогов обсуждались в то время и насколько все эти идеи актуальны в наши дни. Ни одно из указанных выше требований к педагогу не потеряло своего значения, и далеко не все из того, что было сказано более 150 лет назад, реализовано на практике. Традиционный для русской педагогики образ учителя может служить эталоном при использовании западных образовательных моделей, активно внедряемых в настоящее время в отечественную систему образования. В частности, это касается превращения педагога в консультанта или модератора, тогда как в традиционной отечественной педагогике учитель — это прежде всего нравственный авторитет. В связи с этим представляется уместным привести мысль К. Д. Ушин-ского о том, что заимствование педагогического опыта других стран и народов безвредно только при сохранении собственных традиций воспитания, и чем они прочнее, тем свободнее русский народ может «заимствовать все, что ему угодно, у других народов»14.

В заключение хочется выразить надежду на то, что при выработке концепции современного педагогического образования наше общество останется в рамках традиций отечественной педагогики и использует достижения как светсткой, так и церковной педагогической мысли России.

Ключевые слова: требования к педагогу, нравственный облик педагога, профессионализм педагога, педагогическая антропология.

Church and Secular Authors of 19 century on the Personality of the Teacher

Elena N. Nikulina

The article gives a brief overview of the opinions of Russian thinkers and public figures on the personality of the teacher on the example of those representatives of the ecclesiastical and secular pedagogical thought of 19 century, in the legacy of which this question has received the most coverage.

Keywords: requirements to the teacher, the moral image of the teacher, the professionalism of the teacher, pedagogical anthropology.

12 Феофан Затворник, свт. Путь ко спасению. М., 2000. С. 114.

13 Там же. С. 115.

14 Ушинский К. Д. О народности в общественном воспитании // Ушинский К. Д. Собрание сочинений. Т. 2. С. 144.