Противоречия интеграционных процессов в Евразии на примере Шанхайской организации сотрудничества

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. XXVII. ГЛОБАЛИСТИКА И ГЕОПОЛИТИКА. 2015. № 1/2

СЛОВО МОЛОДЫМ УЧЕНЫМ О.А. Алексеенко*

ПРОТИВОРЕЧИЯ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В ЕВРАЗИИ НА ПРИМЕРЕ ШАНХАЙСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СОТРУДНИЧЕСТВА

O.A. Alekseenko

CONTRADICTIONS OF INTEGRATION PROCESSES IN EURASIA AS AN EXAMPLE OF THE SHANGHAI COOPERATION ORGANIZATION

В статье анализируются противоречия между государствами — членами ШОС. Оценивается геополитическая роль Центральной Азии в современных международных отношениях и участие ШОС в формировании элементов глобального многополюсного управления на региональном уровне.

Ключевые слова: Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), международные организации, международные отношения, интеграция, политика.

The article discusses the contradictions between SCO member states. The author evaluates the geopolitical role of Central Asia in contemporary international relations and the role of SCO in the formation of global governance systems at the regional level.

Key words: Shanghai Cooperation Organization (SCO), international organizations, international affairs, integration, policy.

Мировая политика в соответствии с реалиями глобализации приобретает над-государственный, наднациональный характер. Наряду с глобализацией, в последние десятилетия набирает силу и процесс регионализации, когда государства одного региона, имеющие схожие интересы, с целью достижения определенных выгод стремятся к объединению ресурсов. Регионализм выступает в качестве связующего звена между разными государствами и глобальными процессами, способствуя дальнейшей интернационализации в рамках региональных структур.

Одним из примеров регионального интеграционного объединения на современной геополитической арене является Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), функционирующая в Центрально-Азиатском регионе (ЦАР).

ШОС — преемник «Шанхайской пятерки», возникшей в апреле 1996 г. и включавшей в себя Казахстан, Китай, Кыргызстан, Россию и Таджикистан. Приоритетным направлением совместной работы «пятерки» было противодействие

* Алексеенко Олег Александрович — аспирант ф-та глобальных процессов МГУ имени М.В. Ломоносова; зам. председателя Совета, исполнительный секретарь-руководитель Исполнительного комитета Международной организации содействия общественной дипломатии, научно-образовательному и молодежному сотрудничеству «Евразийское Содружество». E-mail: olegbsu@gmail.com

международному терроризму, сепаратизму, наркоторговле, контрабанде оружия, нелегальной миграции и другим формам трансграничной преступной деятельности. С течением времени повестка дня организации стала охватывать широкий круг вопросов: от национальной безопасности до экономической и культурной кооперации.

15 июня 2001 г. участники «пятерки», к которой присоединился Узбекистан, приняли декларацию о создании новой международной организации — Шанхайской организации сотрудничества, подняв тем самым механизм взаимодействия государств на качественно новый уровень1. После своего институционального оформления в качестве одной из крупнейших полноценных международных организации в Центральной Азии, ШОС постепенно стала занимать положение основной организации многостороннего сотрудничества в регионе.

Успехи в становлении и развитии ШОС не лишены противоречий. Анализ конфронтационных проявлений следует начать с краткой характеристики целей и задач, которые ставят перед собой члены ШОС, и с приоритетных направлений в их взаимоотношениях с двумя ведущими государствами организации — Россией и КНР.

Активное участие Казахстана в интеграционных процессах на территории ЦАР стало необходимым условием для обеспечения стабильности, повышения конкурентоспособности и обеспечения национальной безопасности республики. В основе казахстанско-китайских связей лежат, в первую очередь, торговые отношения с достаточно высокой активностью китайского бизнеса. Значительная часть товарооборота между государствами осуществляется на основе челночных операций с одновременным интенсивным ростом объема контрабандных китайских товаров в Казахстан, что влечет за собой рост теневых операций, уклонение от уплаты налогов, криминализацию малого и среднего бизнеса. Важным вопросом для Казахстана является нелегальная китайская миграция, которая затрагивает экономические интересы республики.

Для России Казахстан — основной военно-политический и экономический партнер в регионе. Немаловажное значение имеют космодром «Байконур» и четырехмиллионная диаспора русского населения. Это способствует тому, что двухсторонние связи характеризуются интенсивным и разноплановым сотрудничеством, обширной договорно-правовой базой и совместным членством в ряде региональных интеграционных объединений.

Говоря о роли и значении ШОС для Узбекистана, можно привести слова президента этой республики И. Каримова, который неоднократно заявлял о том, что Узбекистан рассматривает ШОС как апробированный и зарекомендовавший себя механизм многостороннего сотрудничества, направленный на укрепление мира, стабильности и открытое, конструктивное партнерство2. Однако стремление Узбекистана к развитию контактов с третьими странами и организациями иногда вызывает противоречия в рамках ШОС. Также серьезный конфликтный потенциал представляют и двухсторонние отношения Узбекистана с Таджикистаном и Кыргызстаном.

1 Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества // Президент России. URL: http://archive.kremlin.ru/articles/intevents2d.shtml (дата обращения: 11.02.2015).

2 Бекмуратов И.Н. Перспективы развития ШОС: Взгляд Узбекистана // Вестн. Челяб. гос. ун-та. Политические науки. Востоковедение. 2001. Вып.11, № 21(236). С. 12.

Сотрудничество Узбекистана с Китаем складывается в русле китайских экономических интересов. Председатель КНР Си Цзиньпин назвал Узбекистан важным государством в Центральной Азии и на Шелковом пути, с которым КНР стремится расширить взаимодействие в торгово-экономической, энергетической, инфраструктурной и других областях3.

Что касается России, то она сохраняет с Узбекистаном регулярные политические контакты на высшем уровне, договорно-правовую базу которых составляют более 200 межгосударственных, межправительственных и межведомственных соглашений.

Республика Кыргызстан рассматривает ШОС как организацию, имеющую эффективные механизмы для консолидации и координации усилий стран региона по противодействию трансграничным вызовам и угрозам. Отношения Кыргызстана с Китаем успешно развивались еще до создания ШОС, в рамках договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве и двусторонней программы сотрудничества на 2004-2014 гг. Тем не менее в 2008 г. отношения между государствами подверглись серьезному испытанию, ключевым фактором которого стало присутствие американской базы в аэропорту «Манас». Тогдашний Председатель КНР Ху Цзиньтао заявил, что «неуверенная, а порой и прямо непринципиальная позиция Кыргызстана по данному вопросу подвергает сомнению желание следовать духу тех обязательств, которые принял на себя Кыргызстан в рамках двусторонних соглашений и многосторонних договоренностей»4. Однако, несмотря на противоречия, Кыргызстан является вторым по величине торговым партнером Китая в Центральной Азии.

Россия занимает первое место в объеме товарооборота Кыргызстана с другими государствами5. С момента установления дипломатических отношений в 1992 г. было подписано множество договоров и соглашений во всех сферах межгосударственного сотрудничества. Кроме ШОС, Россия и Кыргызстан взаимодействуют в рамках таких объединений, как СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС, а в мае 2014 г. правительство Кыргызстана одобрило проект «дорожной карты» по вопросу вступления в Таможенный союз.

В экономике Таджикистана ШОС играет особую роль в развитии совместных предприятий. Организация также уделяет республике повышенное внимание в плане безопасности, так как Таджикистан имеет протяженную границу с Афганистаном — главным источником напряженности в регионе.

Сотрудничество Таджикистана с КНР обеспечивается за счет инвестиций Китая, который, помимо энергетических, реализует в республике серьезные транспортно-коммуникационные проекты. Все это делает КНР самой динамичной силой в Таджикистане. Но эти процессы имеют и отрицательные стороны, так как эти инвестиции ориентированы на развитие инфраструктуры, а не реального сектора, и не оказывают системного эффекта на экономику Таджикистана. Кроме того, китайские инвестиции — это деньги по формуле «финансы плюс рабочая сила»,

3 Внешняя политика Китая и китайско-узбекские отношения // Министерство иностранных дел КНР. URL: http://www.mfa.gov.cn/rus/zxxx/t821986.htm (дата обращения: 11.02.2015).

4 Китайско-кыргызские отношения: Экзамен на прочность // Новости Кыргызстана. URL: http://easttime.ru/news/1/4/643.html (дата обращения: 23.01.2015).

5 Российско-киргизские отношения. Досье // Информационное агентство России. ТАСС. URL: http://tass.ru/info/1371562 (дата обращения: 22.01.2015).

что прямо противоречит интересам Таджикистана, который обладает избыточными трудовыми ресурсами6.

Россия является ведущим торгово-экономическим и стратегическим партнером Таджикистана во всех сферах жизнедеятельности государства. Таджикистан — надежный партнер России по взаимодействию в форматах ОДКБ и ЕврАзЭС.

Что же касается отношений между двумя основными игроками ШОС Россией и КНР, то на данный момент они характеризуются устойчиво высокой динамикой развития, прочной правовой базой и активными связями на всех уровнях. Серьезный конфликтный потенциал заложен в российском Дальнем Востоке. Контраст между численностью населения восточных регионов России и Северо-Восточного Китая превращает демографический фактор в серьезную проблему во взаимоотношениях двух стран7.

Почти все регионы России в разной степени связаны торгово-экономическими отношениями с Китаем. Однако такие «побочные» виды этого взаимодействия, как контрабандный импорт-экспорт, незаконные финансовые операции, неуплата налогов и т.п., также твердо связываются на территории России с китайскими компаниями, что серьезно беспокоит руководство стра-ны8. К тому же в конце 2012 г. был открыт газопровод ТУКК (Туркмения, Узбекистан, Казахстан, Китай), который повлиял на российскую монополию в транспортировке каспийского газа в регионе.

Создание ШОС стало для Китая важным дипломатическим прорывом в ЦАР. Организация является для Китая инструментом участия в делах стран Центральной Азии и создает фундамент для их многосторонних связей, в первую очередь экономических. Главное отличие российской внешнеполитической деятельности в отношении четырех участников ШОС от китайской заключается в том, что Россия не имеет возможности осуществлять экспортную и демографическую экспансию в ЦАР. Таким образом, у государств региона нет оснований опасаться России в плане экспансии мелкого и среднего бизнеса и трудовых ресурсов. ШОС значительно продвинулась в подключении государств ЦАР к продуктивной работе в регионе. Внутри Шанхайской организации сотрудничества отсутствуют такие центробежные силы, которые наблюдаются в СНГ.

Важно отметить, что основной конфликтный потенциал ШОС заключается не в противоречиях между государствами — членами организации, а в разных приоритетах. Несмотря на это, государства ШОС едины в поддержке друг друга в вопросах, которые выходят за пределы ЦАР. В первую очередь это находит отражение в позициях по территориальным вопросам и сепаратистским настроениям на территориях, которые входят в сферу интересов государств ШОС. Для государств ЦАР, где одностороннее влияние России или

6См.: Каюмов Н. Мыслить стратегически: Таджикистан в Евразийском Союзе, в ШОС и в отношениях с Китаем // Евразийское развитие. URL: http://eurazvitiye.org/publication/20141110 (дата обращения: 08.02.2015).

7 См.: Дагбаин Б. Россия — Китай: Демографическая проблема может стать политической // Азия и Африка. 2004. № 11.

8 См.: НыроваН. Китайские компании приграничной торговли и их место в международной преступной деятельности // Проблемы Дальнего Востока. 2004. № 1; Забровская Л. Российское Приморье и Северо-Восточный Китай // Мировая экономика и международная жизнь. 2004. № 5.

КНР воспринимается с опасением, их совместное присутствие в рамках ШОС, равноправными членами которой являются собственно сами центральноазиат-ские государства, стало наиболее эффективным механизмом взаимодействия. Кроме того, образование ШОС свидетельствует о достижении стратегического баланса и успешном взаимодействии в ЦАР между Россией и КНР.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Бекмуратов И.Н. Перспективы развития ШОС: Взгляд Узбекистана // Вестн. Челяб. гос. ун-та. Политические науки. Востоковедение. 2001. Вып.11, № 21(236).

Внешняя политика Китая и китайско-узбекские отношения // Министерство иностранных дел КНР URL: http://www.mfa.gov.cn/rus/zxxx/t821986.htm

Дагбаин Б. Россия — Китай: Демографическая проблема может стать политической // Азия и Африка. 2004. № 11.

Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества // Президент России. URL: http://archive.kremlin.ru/articles/intevents2d.shtml

Забровская Л. Российское Приморье и Северо-Восточный Китай // Мировая экономика и международная жизнь. 2004. № 5.

Каюмов Н. Мыслить стратегически: Таджикистан в Евразийском Союзе, в ШОС и в отношениях с Китаем // Евразийское развитие. URL: http://eurazvitiye.org/ publication/20141110

Китайско-кыргызские отношения: Экзамен на прочность // Новости Кыргызстана. URL: http://easttime.ru/news/1/4/643.html

Нырова Н. Китайские компании приграничной торговли и их место в международной преступной деятельности // Проблемы Дальнего Востока. 2004. № 1.

Российско-киргизские отношения. Досье // Информационное агентство России. ТАСС. URL: http://tass.ru/info/1371562