2017. 04. 034. Язык, сознание, коммуникация: сб. Статей / отв. Ред. Красных В. В. - М. : макс Пресс, 2016. - Вып. 53. - 388 с

щего значения важна связь производящей основы с внеязыковым референтом - действием или предметом. Для русского языка значимой оказалась также связь заимствованных суффиксов с теми заимствованными основами, в составе которых данные форманты проникли в русский язык.

В четвертой главе «Коммуникативные и некоммуникативные трудности фонетического аспекта межкультурной коммуникации (В сопоставлении английского и русского языков)» (Е.А. Иванова) выделены подклассы трудностей формирования фонетических навыков у русскоязычных студентов, изучающих английский язык, -коммуникативные и некоммуникативные трудности.

Особенно важно осознавать коммуникативные трудности, так как они могут нарушить процесс понимания речи. Например, смещение логического центра устного высказывания, чрезмерное акцентирование каждого слова, перенос мелодических моделей из русского языка на английский могут привести к непониманию коммуникативного типа высказывания (вопрос, утверждение, просьба, приказ, восклицание) или затруднить определение его смысла.

Выделен особый разряд социокультурных коммуникативных трудностей, таких как установление связи между тоном и эмоционально-смысловой установкой высказывания. Одно и то же предложение, например «That would be nice» «Это было бы здорово» (перевод мой - Е. О.), в зависимости от тона может быть воспринято как проявление сарказма, удивления, одобрения или энтузиазма. Важно понимать, что выбор тона определяется дискурсивными факторами (ситуацией высказывания, ролями говорящих) и может совпасть или не совпасть с нормами английского речевого этикета.

Е.О. Опарина

2017.04.034. ЯЗЫК, СОЗНАНИЕ, КОММУНИКАЦИЯ: Сб. статей / Отв. ред. Красных ВВ. - М.: МАКС Пресс, 2016. - Вып. 53. -388 с.

Ключевые слова: лингвокультурология; культурные смыслы; культурные знаки; фразеология; коммуникативно-культурная память; фразеологическая креативность; метаязыковая ситуация.

В сборник вошли 33 статьи, написанные специалистами в области общего языкознания, фразеологии, когнитивной лингвисти-

ки, психолингвистики, лингвокультурологии, объединенные темой памяти основоположника и главы отечественной лингвокультуро-логической школы - Вероники Николаевны Телия. Сборник открывается обращением редколлегии, в котором систематизируются результаты исследований В.Н. Телия, затрагивающих культурно-национальную специфику языка в плане поиска, формализации, объяснения механизмов и принципов организации культурного знания. Среди ключевых положений «телиевской» проблематики представлены следующие: 1) общие вопросы языковой номинации, языковой семантики и прагматики; 2) экспликация глубинных механизмов взаимодействия культуры и языка; 3) изучение культурной коннотации в ее связи с уровнями языковой системы; 4) развитие антропоцентрического подхода к изучению культуры и языка; 5) определение метаязыка лингвокультурологии.

В работе «Части речи и семантика» В.М. Алпатов обращается к проблеме частеречной организации языка, разграничивая ее структурные (морфологические, синтаксические), семантические и психолингвистические проявления. Прослеживая в историческом плане развитие частеречных классификаций, автор приходит к выводу, что двумя ключевыми подходами к их разработке в разное время и в разных культурно-языковых традициях были структурный (например, в рамках европейской морфологической традиции Аристотеля, Хрисиппа, Дионисия Фракийца или в лингвистических учениях структурных школ первой половины XX в.1) и семантический (например, в учениях Нового времени, типологических грамматиках неевропейских языков, в грамматиках отдельных часте-речных категорий, демонстрирующих незамкнутость значений2); при этом семантический подход превалировал при определении частей речи, а структурный или формальный - при их классификации. Постепенно формируется третий, психолингвистический подход, суть которого состоит в том, что «носители языка ощущают неоднородность слов, хранящихся в их памяти, и опознают их как принадлежащие к тем или иным группам - частям речи» (с. 22).

1 Автор апеллирует к синтаксическим положениям Л. Блумфильда и морфологическим классификациям ученых Московской школы. - Прим. реф.

2 В качестве примеров несовпадения формальных и семантических свойств частей речи автор приводит абстрактные имена белизна, работа, бег и др., имеющие предикатные семантические значения и именные формальные. - Прим. реф.

В основе этого подхода лежат учения Л.В. Щербы (о неоднородности грамматических значений), А.Е. Супруна (о грамматических категориях, функциях и представлениях), А. Вежбицки (о прототи-пических классах и непрототипических значениях). В качестве языковых особенностей, указывающих на частеречную принадлежность слов, называются: 1) морфологические и синтаксические свойства слов, определяющиеся в зависимости от строя языка; 2) противопоставление знаменательных и служебных слов; 3) различие имени и глагола (несколько сглаженное в изолирующих языках); 4) семантическое противопоставление классов.

Статья Е.Г. Беляевской «Роль культуры социума в формировании концептуальных оснований семантики идиом» посвящена верификации тезиса о том, что «концептуальные основания семантики фразеологизмов являются хранителями информации о культуре того социума, в языке которого эти фразеологизмы функционируют» (с. 30). Способы трансляции информации через «культурные смыслы» (посредством культурных сем и концептов, культурного фона и коннотаций)1 могут быть реконструированы через описание макрометафорических концептуальных моделей (термин И.В. Зыковой2). Для верификации тезиса предпринимается попытка определить макрометафорические модели формирования группы фразеологизмов, объединенных значением «занять чье-либо место» (например, «fill in for someone» - «встать на чье-либо место», «go to bat for someone» - «начать поддерживать кого-либо», «be in someone's shoes» - «быть на месте другого человека», «turn the tables» - «изменить неблагоприятную ситуацию в свою пользу», и др.). Путем анализа фреймовой структуры данных фразеологизмов выявляются несколько семантических подгрупп (смена позиции; обстоятельства, обусловливающие смену позиции; изменение ситуации в свою пользу; и др.); далее определяются метафорические концепты, продуцирующие фразеологизмы (метафоры «место

1 Термины и типология предложены в публикации: Телия В.Н. Номинативный состав языка как объект лингвокультурологии // Национально-культурный компонент в тексте и в языке: Тез. докл. Междунар. науч. конф.: В 2 ч. - Минск, 1994. - Ч. 1. - С. 14-15.

2 См.: Зыкова И.В. Роль концептосферы культуры в формировании фразеологизмов как культурно-языковых знаков: Автореф. дис. ... д-ра филол. наук. -М., 2014. - 52 с.

на плоскости», «контейнер», «объективация», «игра»). Автор демонстрирует, что выбор модели как техники формирования языковых единиц отражает концептуальные основания семантики фразеологизмов в той или иной культуре.

И.А. Бубнова в работе «Язык и специфика национального миропонимания в России XXI века: Современные тенденции исследования» раскрывает содержание современных подходов, продолжающих традиции школы В.Н. Телия1: 1) психолингвокультуроло-гии: объектом изучения является взаимодействие лингвокультуры и человека говорящего; 2) неопсихолингвистики: объект изучения -«образ мира отдельной личности, формирующийся в процессе различных видов деятельности человека в обществе и его рефлексии над своим бытием» (с. 50). В основе неопсихолингвистики лежат идеи, сформулированные в психологических концепциях А. А. Леонтьева и А.Н. Леонтьева2 под влиянием общепсихологической теории деятельности Л.С. Выготского и А.Р. Лурия, в преломлении к интерпретации культурного знака.

Методологической базой нового направления служат следующие положения: 1) концепция образа мира и психолингвистической природы формирования значения слова; 2) теория интерпретации культурного знака как закодированного текста, в котором скрыты значимые для культуры события и действия; 3) положения теории деятельности при интерпретации культурных знаков в различных социальных группах. Автор высказывает предположение о том, что изменения, происходящие сегодня в содержании русской языковой личности, во многом обусловливаются ослаблением чувства национально-культурной идентичности вследствие «планомерного разрушения смыслового пространства национальной культуры» (с. 54).

В работе «Может ли Иоанн Креститель призывать плевать себе под ноги, или всегда ли прагматическая цель оправдывает лингвистические средства?» И.И. Валуйцева и Г.Т. Хухуни сосредоточиваются на вопросах межъязыковой передачи фразеологиче-

1 См.: Телия В.Н. Русская фразеология: Семантический, прагматический и

лингвокультурологический аспекты. - М., 1996. - 288 с.

2

См.: Леонтьев А. А. Психологическая структура значения // Семантическая структура слова: Психолингвистические исследования. - М., 1971. - С. 7-19; Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М., 2004. - 352 с.

ских единиц. «Непереводимость» фразеологии авторы связывают с собственно лингвистическими аспектами данных единиц и с их лингвокультурной спецификой. Рассматриваются подходы и определяются тенденции в плане решения основной проблемы передачи лингвокультурных смыслов, а именно - целесообразности или неприемлемости соответствия перевода нормам принимающей культуры при трансформации исходной. Данная проблема, сформулированная в теории динамической эквивалентности Ю. Найды и скопос-теории, начало которой положили К. Райс и Х. Фермер, не получает решения в тех многочисленных случаях, когда передаваемые образы содержат этнографические или культурологические лакуны (так, в рассматриваемом примере плевание под ноги в языке шиллук не соответствует среде евангельского текста). В связи с этим авторы предлагают «текстоцентричный» подход (с. 59) к межъязыковой передаче, в основе которого оказывается не пересоздание исходного текста, а его воссоздание на переводном языке.

В.З. Демьянков в работе «Цивилизационные и культурные ограничения на трансфер знаний в свете концепции В.Н. Телия» сопоставляет содержание терминов «трансфер знания», «цивилизация» и «понимание», с одной стороны, и «метафора», «культура» и «интерпретация» - с другой. Первая группа терминов ассоциируется с всеобщностью, универсальностью, характеризующими информационную систему в целом; вторую группу терминов автор связывает с существованием культурно-специфического, национально-культурного своеобразия системы. Отмечается, что задачи конкретной науки определяются объемом содержания данных терминов как объектов исследования: например, культурология занимается выявлением культурно-специфических особенностей «глазами носителя этой культуры, а этнология - глазами внешнего наблюдателя» (с. 88), занимая универсалистскую позицию. В то же время преодоление этой изолированности становится возможным путем разработки методов исследования, позволяющих представить отношение цивилизации к культуре как отношение универсального языка к конкретным языкам. Как пример метода, имеющего одновременно и культурный, и цивилизационный (надкультурный) потенциал, рассматривается метод культурологической реконструкции, разработанный В.Н. Телия в отношении русской фразеологии. Автор отмечает, что такое исследование имеет не только лингвис-

тическую, но и философскую значимость, так как оно связано с выявлением «тех аспектов языка, которые позволяют взглянуть на цивилизационный мир, лежащий за пределами родных национальных (т.е. "культурных") ворот» (с. 90).

В статье «Репрезентация явлений культуры в ментальных моделях и дискурсе» В.И. Заботкина рассматривает триаду «явления культуры - ментальные модели - дискурс» с опорой на положения В.Н. Телия о культуре как «семиотически бытующей в человеке в виде ментальных структур осознания мира 'символической Вселенной' (по Кассиреру), заимствующей для презентации мен-тефактов знаковые 'тела'»1. С опорой на свойства и типы ментальных моделей в культурной психологии (модели Г. Пиаже, Л. С. Выготского, и др.) когнитивной антропологии (модели Р. Д'Андраде, Н. Квинна, В.В. Красных и др.) и в коннекционистской лингвистике (модели Ф. Джонсон-Лэрда, Т. А. ван Дейка) автор разрабатывает процедуру конструирования ментальных моделей на примере репрезентации события и, более конкретно, культурного события. В результате мультимодального восприятия и конструирования по аналогии с существующими ментальными событиями (на основе скрипта, включающего пространственные и временные параметры, участников, причину, действие и др.) формируется собственная структура культурного события, которое имеет отличительные дискурсивные характеристики, например профилируются компоненты «создатель - зритель», «эффект».

А.А. Залевская в статье «К проблеме разграничения языковой ситуации и метаязыковой ситуации» исследует сложный характер связи двух типов понимания, бессознательного и целенаправленно-го2. В отечественных и зарубежных экспериментальных исследованиях когнитивных процессов и в их теоретико-методологических обобщениях3 «абсолютизируется акцент на рациональности име-

1 Цит. по: Телия В.Н. О феномене воспроизводимости языковых выражений // Язык, сознание, коммуникация. - М., 2005. - Вып. 30. - С. 8.

2

О видах понимания см.: Леонтьев А. А. Слово в речевой деятельности: Некоторые проблемы общей теории речевой деятельности. - М., 1965. - 246 с.

См., напр.: Новейший психологический словарь / Под общ. ред. Ша-паря В.В. - 2-е изд. - Ростов н/Д, 2006. - 808 с.; Психологический энциклопедический словарь. - М., 2006. - 560 с.; Bialystok E. Metalinguistic dimensions of bilingual language proficiency // Language processing in bilingual children. - Cambridge, 2000. -

нуемого процесса, который анализируется как полностью осознаваемый и вербализуемый» (с. 114), но в то же время практически нивелируется опора на интуицию или чувство языка1. Автор предлагает рассматривать два пути понимания или решения дискурсивной задачи: интуитивный и дискурсивный. Данные пути разграничиваются целым рядом параметров: порядком действий, характером признака, характером информации, уровнем осозна-ваемости, основной опорой, видом поиска. Систематизируются различные виды ассоциативных процедур (экспериментов) с позиции их соответствия тем или иным параметрам путей поиска решений. Так, методы свободного и направленного ассоциативного эксперимента и метод субъективного шкалирования оказываются в большей степени направленными на определение особенностей интуиции, выражающейся в переживании образов и признаков; метод дефинирования, напротив, требует метаязыковой рефлексии. Делается вывод о необходимости сочетания нескольких экспериментальных процедур при моделировании исследуемых познавательных процессов.

И.В. Зыкова в работе «Лингвокреативность с позиции лин-гвокультурологии: Теория, метод, анализ» освещает результаты изучения фразеологической креативности в контексте разрабатываемого метода лингвокультурологической реконструкции. В основе формирования фразеологического значения лежит процесс межсемиотической транспозиции (термин Р. О. Якобсона2) как «перевод концептуального содержания из знаков разных семиотических областей культуры в знаковое пространство естественного языка» (с. 141). Последовательность когнитивных операций, совершаемых в ходе данного процесса, обеспечивает формирование макромета-форической концептуальной модели. Автор подвергает анализу англоязычный фразеологический материал (например, «а кпоск-

P. 113-140; Jessner U. A DST model of multilingualism and the role of metalinguistic awareness // The modern lang. j. - 2008. - Vol. 92. - P. 270-283.

1 На данный факт указывал в свое время Л.В. Щерба: Щерба Л.В. О трояком аспекте языковых явлений и об эксперименте в языкознании // Щерба Л.В. Языковая система и речевая деятельность. - Л., 1974. - С. 24-39.

2 Термин предложен в статье: Якобсон Р.О. О лингвистических аспектах перевода // Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике. - М., 1978. -С. 16-24.

down argument» - «аргумент, сбивающий с ног», «to keep the ball rolling» - «поддерживать разговор, беседу», «to hit the target» -«точно, остроумно высказаться» и др.), объединенный областью вербальной коммуникации, с целью продемонстрировать процедуру лингвокультурологической реконструкции оснований фразеологического значения в терминах макрометафорических моделей (таких как «вербальная коммуникация - это игра»; «путешествие»; «торговые отношения» и др.). При этом оцениваются три системных параметра креативного потенциала моделей: количественный, качественный и динамический. Отмечается, что разработанный метод может служить способом идентификации или верификации ме-таязыкового ядра лингвокультурологии.

В статье «Лингвокультурология в ряду новых наук о человеке говорящем: Сегодня и завтра» В.В. Красных систематизирует направления современной лингвокультурологии, возникновение и становление которых определяется идеями, высказанными В.Н. Телия и В.В. Воробьевым1. В их числе называются: 1) лекси-ко-фразеологическая лингвокультурология (М.Л. Ковшова, В. М. Мокиенко), в основе методологии которой лежит анализ этимологического, фольклорного, лингвострановедческого и др. аспектов содержания культурных знаков; 2) когнитивная лингво-культурология (И.В. Зыкова), сосредоточивающаяся на поиске культурных смыслов как оснований концептосферы культуры; 3) теолингвокультурология (В.И. Постовалова), в задачи которой входит поиск способов интеграции теологического знания в культуру и в науку о языке; 4) психолингвокультурология (И.А. Бубнова, В.В. Красных), объектом анализа которой являются единицы «сложного, многомерного пространства лингвокультуры» (с. 186), концепты, прецедентные имена, прецедентные ситуации и проч. Автор показывает, как психолингвокультурология соотносится со смежными дисциплинами - лингвокультурологией и эт-нопсихолингвистикой. В качестве отличительных факторов назы-

1 Указываются, в частности, работы: Телия В.Н. О методологических основаниях лингвокультурологии // Логика, методология, философия науки: Тез. докл. -М.; Обнинск, 1995. - С. 102-104; Телия В.Н. Первоочередные задачи и методологические проблемы исследования фразеологического состава языка в контексте культуры // Фразеология в контексте культуры. - М., 1999. - С. 13-24; Воробьев В.В. Лингвокультурология: (Теория и методы). - М., 1997. - 331 с.

ваются: ориентация на человека говорящего как объект и субъекта языка, культуры и лингвокультуры; системность представления культуры и языка в сознании человека; фокус на коммуникативных проявлениях отношений лингвокультуры и человека.

О.А. Мещерякова в статье «Трансформация семантики фразеологизма в коммуникации» выдвигает гипотезу о существовании различных видов коммуникативной памяти, связанных с изменениями смыслового содержания фразеологизмов в речи. В то время как формирование исходного смысла фразеологизмов связывается с этимологическим значением единиц, трансформация семантики определяется их синхронно-диахронной диффузностью. Автор предлагает интегративный панхронический подход к исследованию трансформаций культурной семантики фразеологизма на основе определения границ «информативной и культурно-коммуникативной памяти фразеологизмов» (с. 251-252). Например, в исходной модели фразеологизма минута в минуту оказалось возможным заменить минуту на секунду благодаря функционированию двух фразеологизмов на основе одной модели. Предложенный подход позволяет не только увидеть культурные слои фразеологизма в динамике, но и объяснить особенности корреляции поверхностных и глубинных смыслов в содержании фразеологизма.

В статье «Мифологема 'Царство Божие' как символическая реальность в 'духовном космосе' православия (теолингвокультуро-логические размышления)» В.И. Постовалова разрабатывает исходные представления и метаязыковое описание теолингвокульту-рологии, направленной на изучение взаимосвязи языка, культуры и религии. Данное направление сосредоточивается на поиске абсолютных ценностей в области религиозного духовного опыта и конфессионального миросозерцания. Среди основных принципов формирующегося направления автор называет: 1) символический реализм, согласно которому «духовная реальность открывается человеку в символах» (с. 300); 2) смысловое развертывание символа в мифе; 3) запечатление реальности, представленной в исторической, пространственной и философской перспективе1, в виде религиозной картины мира; 4) формирование собственного метаязыка.

1 Автор ссылается на положения, высказанные С. С. Аверинцевым в книге: Поэтика ранневизантийской литературы. - М., 1997. - 343 с.

В качестве одной из ценностей духовного опыта исследуются ме-татеолингвистические основания мифологемы «Царство / Царствие Божие» в различных православно-христианских интерпретациях. Автор демонстрирует, что человеком религиозным Царство Божие осознается как абсолютная реальность, характерными признаками которой являются благодарение, прославление Бога, духовное созерцание, вечное блаженство, Свет, Имя Божие, Божественная любовь, исполнение заповедей, крестоношение и покаяние.

В.И. Шаховский в работе «Фразеология русского языка как пристань научной любви», отдавая дань научному феномену В.Н. Телия, представляет основные положения и идеи ученого. Притом что центральной темой научных исследований В.Н. Телия становится именно фразеология в ее связи с культурой, в работах автора огромное внимание уделено и смежным темам: 1) коннота-тивному значению, которое формируется в отнесении к эмпирическому, культурно-историческому, эмоциональному и др. знаниям; 2) эмотивности и эмотивному модусу как вершинному компоненту коннотации; 3) лингвокультурологии, в контексте которой и изучается фразеология. В.Н. Телия ввела в лингвокультурологию и фразеологию термины «культурный код», «культурная матрица», «культурный контекст», «культуросфера» и др. Фразеология мыслится В.Н. Телия как составляющая контекста культуры; ее воспроизводимость позволяет подвергать исследованию культурный код языка.

В целом в издании показано, что проблемы, сформулированные В. Н. Телия, находят отражение и развитие во множестве современных лингвокультурологических подходов.

М.И. Киосе

2017.04.035. АММОН У. НЕМЕЦКИЙ ЯЗЫК В СФЕРЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОММУНИКАЦИИ. AMMON U. Deutsch in der internationalen Wissenschafts kommunikation // Ammon U. Die Stellung der deutschen Sprache in der Welt. -B. etc.: de Gruyter, 2015. - K.G. - S. 519-698.

Ключевые слова: востребованность немецкого языка; официальный язык; «языковой бойкот»; «встречный языковой бойкот»; научная ниша языка; Болонский проект; статусное / функ-