Импорт капитала

Импорт капитала

Реальный рынок для фиктивного капитала

       Российские компании затевают сложнейшие проекты по самостоятельному продвижению акций на западный фондовый рынок
       
       В последнее время инвестиционная деятельность некоторых российских компаний начинает обретать новое качество. Они предпринимают первые попытки самостоятельно проникнуть на мировой рынок капиталов напрямую, минуя действующие в России западные инвестиционные компании. Такого еще не было. До сих пор все портфельные инвестиции в Россию контролировались иностранными институциональными инвесторами, которые, строго говоря, занимаются здесь не столько формированием фондового рынка и проектным инвестированием, сколько посредническими операциями по переделу российской собственности в пользу западных клиентов.
       Первый путь, проложенный отечественными компаниями на западный фондовый рынок, — это по сути просто попытка конкурировать с иностранцами. По нему сейчас пошли некоторые отечественные банки, открывающие за рубежом дочерние инвестиционные фирмы для продвижения российских акций — фирмы типа того, что во всем мире называют securities или assets management. В этом направлении, насколько нам известно, действуют банк "Российский кредит" и Международный промышленный банк.
       Второй же путь гораздо более сложен и трудоемок, но зато обеспечивает стратегический прорыв. Это выпуск производных ценных бумаг для своих акций, так называемых депозитарных расписок (ADR/GDR). По нему идут АвтоВАЗбанк, нефтяная компания "ЛУКойл", РАО "ЕЭС России", Северский трубный завод и менее известная, но зато наиболее преуспевшая в этом деле компания по производству пива SUN Brewing Ltd. По некоторым сведениям, не прочь присоединиться к ним в ближайшее время "Черногорнефть", ЗИЛ и "Газпром".
       Выбор второго пути объясняется двумя вескими причинами.
       Во-первых, эмиссия депозитарных расписок под свои акции дает мощный рыночный эффект. Успешная реализация подобных программ свидетельствует о международном признании качества акций. Эмитент завоевывает доверие и получает известность на Западе и за счет этого может радикально расширить продажи и повысить ликвидность своих акций как за рубежом, так и дома. Во-вторых, и это главное, выпуск депозитарных расписок дает возможность привлекать средства западных инвесторов при размещении новых эмиссий, то есть, по сути дела, прямые инвестиции.
       
Что такое ADR/GDR
       ADR (American Depositary Receipt, американская депозитарная расписка) — свободно обращающиеся на американском фондовом рынке сертификаты, подтверждающие владение и опосредующие операции с иностранными акциями, депонированными в американском депозитарном банке. Расписки, имеющие хождение более чем в одной стране (как правило, из европейских), называются GDR (Global Depositary Receipt, всемирная депозитарная расписка). Рынок последних существенно менее емок, нежели рынок ADR.
       Депозитарные расписки впервые появились в Америке в 1927 году. Их появление было вызвано запретом британского законодательства на вывоз отечественных акций за границу и желанием американцев несмотря ни на что британскими акциями спекулировать. Рынок ADR/GDR начал активно развиваться в 1970-80-е годы — вслед за интеграцией мирового капитала. В 1990-е годы рынок депозитарных расписок пережил настоящий бум, который был отчасти спровоцирован падением процентных ставок и изысканием возможностей американских инвесторов зарабатывать деньги на рынках развивающихся стран.
       В принципе, при известных стараниях, на американский рынок можно "пропихнуть" и собственно акции. Однако, во-первых, надо иметь в виду, что нормативная база США настроена скорее на ограничение этого рынка. Поэтому подавляющее большинство (85%) американских институциональных инвесторов отказывается иметь дело с иностранными акциями. Во-вторых, сегодня это дело просто бесперспективно — неразвитая российская депозитарная система не позволит вести нормальные операции с нашими акциями на внешних рынках.
       
Какие бывают ADR
       Во-первых, американские депозитарные расписки делятся на неспонсируемые и спонсируемые.
       Неспонсируемые ADR не инициируются и не контролируются эмитентом акций, это прерогатива какого-нибудь крупного акционера компании. Требования Комиссии по ценным бумагам США (Securities and Exchange Commission, SEC) к акциям, против которых выпускаются неспонсируемые ADR, заключаются лишь в предоставлении ей пакета документов, подтверждающих полное соответствие эмитента и его акций законодательству, действующему в стране эмитента. Торговать неспонсируемыми ADR можно, только включив их в Pink Sheets ("розовые страницы") — ежедневный бюллетень, в котором публикуются цены маркет-мейкеров внебиржевого рынка, и через OTC (Over-the-Counter Market) — внебиржевой рынок, который, в общем-то, работает по той же примитивно-телефонной схеме, что и наш рынок акций приватизированных предприятий.
       
       Выпуск спонсируемых ADR осуществляется по инициативе эмитента. Таким же путем организуется и выпуск GDR. Для спонсируемых ADR существуют три уровня программ. Основное их различие состоит в том, позволяют они привлекать дополнительный капитал путем эмиссии акций или нет.
       Первые два уровня допускают выпуск расписок лишь против уже находящихся во вторичном обращении акций. Для выпуска спонсируемых ADR первого уровня требуется такой же минимум документации, как и для неспонсируемых. Однако выполнение вроде бы такого простого условия, как подтверждение соответствия бумаг эмитента национальному законодательству, стало одним из самых труднопроходимых мест на пути к осуществлению программы ADR.
       По словам директора по внешним связям ANS Investment Co. (инвестиционный консультант АвтоВАЗбанка) Дмитрия Жаринова, SEC задала ему около десятка вопросов, прежде чем удостоверилась, что АвтоВАЗбанк — законопослушный эмитент. Американцы, например, обратили внимание, что согласно российским законам, эмитент должен перед годовым собранием рассылать уведомления акционерам о собрании. И г-ну Жаринову чуть не пришлось предоставлять им копии уведомлений с почтовыми реквизитами. Но, к счастью, SEC решила ограничиться прочтением текста самого уведомления.
       Второй уровень спонсируемых ADR требует предоставления в SEC части финансовой отчетности эмитента по стандартам, принятым в США (US GAAP — Generally Accepted Accounting Principles). Американцы, по мнению западных специалистов, требуют от своих компаний порой даже большей открытости, чем европейские. Таким образом, ко второму уровню допускаются эмитенты, которые, как правило, могут более полно, чем того требует законодательство их страны, раскрыть информацию о себе и о своей деятельности. ADR второго уровня могут быть включены в листинг Nasdaq (National Association of Securities Dealers Automated Quotation System — автоматизированная система торговли для национальной ассоциации дилеров фондового рынка), а также NYSE (New York Stock Exchange — Нью-Йоркская фондовая биржа) и AMEX (American Stock Exchange — Американская фондовая биржа).
       Третий уровень позволяет выпускать расписки на акции, которые только проходят первичное размещение. Это та самая вершина, к которой стремятся эмитенты — ее достижение означает хороший шанс для получения прямых капиталовложений в твердой валюте. ADR третьего уровня делятся на распространяемые по публичной подписке и так называемые "ограниченные" ADR (restricted ADR, RADR), которые разрешено размещать лишь среди ограниченного круга инвесторов. Круг инвесторов при ограниченном размещении состоит из компаний, имеющих статус QIB (Qualified Institutional Buyer), то есть высококвалифицированных инвесторов, аналитические службы которых в состоянии самостоятельно провести исследование того или иного эмитента.
       Для осуществления выпуска "публичных" ADR третьего уровня необходимо предоставить в SEC финансовую отчетность, соответствующую американским требованиям (US GAAP). Поэтому они имеют почти те же права, что и любые американские акции.
       RADR, вызывающие особый интерес у российских эмитентов, появились лишь в 1990 году. Их появлению способствовали американские инвесторы, которые хотели расширить инвестиционные возможности путем более решительной экспансии на рискованных фондовых рынках (emerging markets). Программы RADR, позволяя привлекать дополнительный капитал, не требуют предоставления в комиссию по ценным бумагам "американской" финансовой отчетности. Однако, повторим, RADR могут иметь хождение лишь среди квалифицированных инвесторов (QIB). Этот статус сейчас имеет около 4000 институциональных инвесторов, которые торгуют через компьютерную сеть PORTAL, созданную национальной ассоциацией дилеров фондового рынка специально для обеспечения торговли RADR.
       Заметим, что наши умельцы нащупали способ привлечения прямых инвестиций и для ADR первого уровня (напомним, что расписками этого типа можно торговать на американском внебиржевом рынке без ограничений на квалификацию инвестора). Схема эта по-русски называется "торговля внагрузку" и выглядит, как нам рассказали в одной инвестиционной компании, так. Предприятие готовит, помимо выпуска депозитарных расписок, дополнительную эмиссию акций. А с инвесторами, желающими приобрести выпускаемые расписки, заключаются соглашения о том, что одновременно с покупкой ADR на "старые" акции они оплатят некоторое количество акций новой эмиссии (или просто за "старые" заплатят дороже), после чего переоформят их на такие же расписки. Российское предприятие получает прямые инвестиции, а западный инвестор — двойной комплект части уставного капитала как бы за те же деньги.
       
Как торгуют акциями с помощью ADR
       Покупка акций с использованием депозитарных расписок осуществляется следующим образом. Западный инвестор, пожелавший купить акции российского предприятия, на которые выпущены ADR, дает заказ на покупку своему брокеру. Тот сначала пытается купить соответствующие расписки на американском рынке. Если удалось — сделка регистрируется в депозитарном банке и считается состоявшейся. Если нет, американский брокер связывается с брокером в России и с депозитарным банком, выпускающим расписки. Российский брокер покупает требуемые акции, которые регистрируются в реестре акционеров на юридическое лицо (номинального держателя), выполняющего, как правило, и функцию ответственного хранения акций (custody). После этого ответственный хранитель подтверждает депозитарному банку наличие у него акций, и тот выдает брокеру расписку. Заметим, что в России ответственное хранение осуществляют сами депозитарные банки.
       Таким образом, иностранный инвестор избегает общения с незнакомым ему фондовым рынком страны эмитента и сложностей, которые с этим связаны. Да и владеть ему пусть даже расписками, но своего банка гораздо надежней: банк, будучи крупным акционером эмитента (как правило, программа ADR рассчитана на 10-15% уставного капитала эмитента) имеет некоторое влияние на эмитента при решении важных вопросов (как то: дополнительная эмиссия, выплата дивидендов, работа реестродержателя etc). Кроме того, не возникает хлопот с получением и конвертацией дивидендов и непосредственным общением с эмитентом — все это берет на себя депозитарный банк.
       
Как добиться выпуска ADR
       Отметим, что сейчас нашим эмитентам доступны (и то лишь с большими оговорками) только программы первого уровня либо программы RADR третьего уровня. Обусловлено это тем, что, во-первых, до приведения финансовой отчетности к мировым нормам нашим эмитентам (за исключением разве что банков) — как до Луны пешком, а во-вторых, большинство из них мало того что не желают предоставлять о себе полной информации, но порой сами полностью ею не владеют. К примеру, представители одной из крупнейших аудиторских фирм, проводившие как-то проверку некой российской компании, с удивлением обнаружили, что в компании попросту отсутствует документация, позволяющая определить количественный и качественный состав акций, которыми она владеет. Но это не самые большие трудности — преодолев их, идущему еще придется осилить длинную дорогу.
       Итак, предположим, что эмитент, соблазнившись заманчивой перспективой привлечения западных средств, решил организовать выпуск ADR или GDR на свои акции. Если он грешным делом подумал, что ему для этого достаточно всего лишь найти депозитарный банк, который займется выпуском расписок против его акций, да отправить в SEC баланс, заверенный "независимым аудитором Иваном Петровым", то он глубоко ошибается.
       Идти, в первую очередь, нужно в специализированную юридическую службу. Известных юридических фирм, работающих в России и имеющих опыт в ведении дел с программами ADR/GDR — раз, два и обчелся. Первую скрипку здесь играет Milbank, Tweed, Hadley & McCloy (это одна фирма). Юрист выслушает и порекомендует инвестиционный (не путать с депозитарным!) банк, который способен стать менеджером всего проекта.
       Работающие у нас западные инвестиционные банки — специалистов по программам ADR/GDR — тоже можно пересчитать по пальцам: Morgan Grenfell, Morgan Stanley, Salomon Brothers, Kleinwort Benson да Creditanstalt. Стоит отметить, что инвестиционные банки — обычно в душе консерваторы, они любят, когда все по закону, причем лучше, чтобы закон был похож на западный. Видимо поэтому один из банкиров в беседе с корреспондентом Ъ сказал, что юрист, прежде чем отправить своего российского клиента с такой проблемой в инвестиционный банк, должен был бы первым делом попытаться отговорить его от этой затеи и посоветовать лучше вложить свободные деньги в лоббирование закона, например, о земле или о защите прав инвесторов. Пока не урегулированы эти вопросы о развитии солидного рынка ADR на российские акции говорить рано.
       Однако юристы настроены более оптимистически. Так, Диана Доунинг (Diana Downing), адвокат из Milbank, Tweed, Hadley & McCloy, считает, что учитывая темпы развития российского фондового рынка и законодательства, его регулирующего, волноваться особенно нечего: "Знаменитое постановление 601, утвердившее положение об акционерных обществах, вышло в конце 1991 года. С тех пор прошло чуть больше четырех лет. Однако уже более-менее прилично организован внебиржевой рынок акций приватизированных предприятий. Да и фондовые биржи как-то функционируют".
       Как бы то ни было, а западные инвестиционные банки все же готовы выборочно работать с клиентами, у которых за спиной не только уставный капитал, но и реально работающее производство. Даже наиболее настороженно настроенные к российскому фондовому рынку и к российскому законодательству банкиры считают, что программы депозитарных расписок для российских акций — "хотя еще и не реальность, но уже и не фантастика".
       Инвестиционный банк, ознакомившись с проектом, первым делом решит с эмитентом вопрос о том, выпуск каких расписок необходим — американских или глобальных. "Очевидно, что американский рынок капитала значительно привлекательней по своей глубине для российских эмитентов", — считает Сергей Родионов, специалист управления ценных бумаг Первого ваучерного фонда, проводящего в жизнь проект выпуска депозитарных расписок для акций Северского трубного завода. Западные профессионалы в области программ ADR/GDR, не отрицая этого факта, отмечают, однако, что процедура регистрации депозитарных расписок в Европе (GDR) проходит значительно быстрее и, соответственно, дешевле, чем в Америке. Причем для GDR регистрация в SEC проходит гораздо быстрее, чем непосредственно "родных" американских расписок.
       Затем инвестиционный банк составляет красивый информационный меморандум для потенциальных инвесторов и приступает к активному их поиску. Здесь западные банкиры отмечают, что полнота ("вплоть до цвета волос управляющего менеджера") и скорость предоставления эмитентом информации напрямую связана с возможностью быстро и успешно осуществить выпуск депозитарных расписок.
       На следующем этапе к проекту подключается банк, который будет заниматься депозитарным обслуживанием проекта. В этой сфере услуг на мировом рынке лидирующее положение занимают Citibank и Bank of New York. Каждый из них утверждает, что контролирует 60-70% рынка депозитарных расписок. Отметим, что в России преимущество пока у Citibank, который уже давно имеет зарегистрированную в Москве дочернюю компанию "Ситибанк Т/О". Таким образом, перед ним не стоит проблема поиска российского партнера, который должен выполнять функцию ответственного хранителя и номинального держателя акций. Помимо этих китов, роль депозитарного банка (главным образом по обслуживанию программ GDR) у нас могут играть также Credit Suisse и ING Bank, которые хоть и не являются мировыми лидерами в этой области, однако имеют дочерние фирмы в России. Причем их российские дочерние подразделения, скорее всего, смогут параллельно выполнять и роль инвестиционного банка в данной схеме, поскольку хорошо знакомы с реалиями российского фондового рынка.
       Инвестиционный банк, скорее всего, потребует у эмитента приведения его финансовой отчетности в соответствующий мировым стандартам вид, поскольку из наших балансов иностранцы не могут даже понять, завершило ли предприятие отчетный период с прибылью или с убытками.
       И здесь уж не обойтись без услуг высококвалифицированных аудиторов мирового класса — любого из "большой шестерки", все они имеют представительства в России.
       Однако у нас в стране крупнейшие аудиторские фирмы, помимо предоставления свойственных им услуг, вынуждены еще и вести разъяснительную работу с руководителями предприятий всех уровней. Тимоти Д. Уильямсон (Timothy D. Williamson), партнер и консультант по финансовым вопросам Ernst & Young, отмечает, что руководство многих российских компаний до сих пор уверено в том, что аудиторские проверки предназначены для того, чтобы выявить, правильно ли компания платит налоги. "И довольно непросто порой объяснить, — продолжает Тим, — что во всем мире услугами аудиторов пользуются как для поддержания имиджа фирмы, так и для его формирования. А достойный имидж — открытая дверь к привлечению средств инвесторов". Представители западных инвестиционных банков тоже, кстати, в один голос заявляют, что подпись признанного аудитора служит своего рода визой на западный фондовый рынок.
       Итак, после получения аудиторской "визы" нужно документы передать в комиссию по ценным бумагам соответствующей страны, а самим запастись терпением, чтобы отвечать на ее многочисленные вопросы. Когда у комиссии не останется содержательных вопросов непосредственно об эмитенте (АвтоВАЗбанк как раз достиг этой стадии), она запрашивает документацию, подтверждающую, что эмитент и депозитарный банк наладили соответствующее техническое обеспечение торговли расписками. И опять начинает задавать вопросы. Так, по сведениям Ъ, на этом этапе SEC заинтересовалась тем, как организован в России вторичный рынок акций АвтоВАЗбанка, а также озаботилась по поводу наличия у АвтоВАЗбанка независимого реестродержателя.
       Отметим, что если в качестве инвестиционного банка выбран профессионал, то пока комиссия по ценным бумагам разбирается с подобными вопросами, практически все расписки будут "пристроены".
       
Сколько требуется времени и денег
       Понятно, что такая процедура отнимает немало сил, времени, да и денег. И, хотя, например, по расчетам Citibank, процесс регистрации длится 3-4 месяца, представители других банков считают, что на подготовку программы выпуска GDR уйдет никак не меньше полугода, а ADR — так и раза в 2-3 побольше.
       Примерная стоимость проекта тоже может охладить пыл жаждущих выхода на мировые рынки эмитентов. Начнем с того, что час работы высококвалифицированного юриста обойдется в $270-370. Расходы на аудитора прикинуть довольно сложно — все зависит от конкретного предприятия. Однако только "перевод" баланса такой, к примеру, компании, как "ЛУКойл", отнимет, по мнению специалистов, не менее 5-6 месяцев и $300-500 тыс. Основательная же проверка может длиться несколько лет и обойдется в несколько миллионов долларов.
       По расчетам SEC, затраты на осуществление программы ADR первого уровня составляют $25 тыс. Однако в России, по мнению специалистов Первого ваучерного фонда, расходы, даже без учета аудитора, составляют в среднем $100 тыс. Александр Лопатин, замдиректора по управлению активами компании РАО "ЕЭС России", отмечает, что только адаптация документов компании для SEC может обойтись в $50-100 тыс. ANC Investment Co. затраты на выпуск программы первого уровня оценивает в $300-400 тыс., однако, считают в компании, если правильно организовать процесс, то можно снизить их почти вдвое.
       
Роль российских профессионалов
       Из наших разговоров со специалистами Первого ваучерного и ANC Investment Co мы поняли, что в условиях российской действительности без подобного промежуточного звена в цепочке участников осуществления проекта программ ADR обойтись пока довольно сложно. Инвестиционный консультант эмитента, причем желательно российского происхождения, становится фактически незаменимым переводчиком в общении западных банкиров и руководителей наших предприятий.
       Ведь, согласимся, трудно объяснить отечественному директору, зачем ему нужно всем и каждому открывать о себе полную информацию. Тем более если объяснение проводит иностранец со своим "иностранным" же подходом к взаимоотношениям эмитента и потенциального инвестора. Русский же консультант вместо слов о правах акционеров (которые, надо сказать, только испортят настроение руководителю предприятия), повышении ликвидности акций и уровня капитализации компании просто может, к примеру, на чистом русском в нужный момент произнести: "Выбирай — либо пан, либо пропал". ("Пан" в данном контексте следует, видимо, перевести как "программа ADR", а "пропал" — как "проблемы с реальными инвестициями в предприятие".)
       
Что мешает реализации проектов ADR/GDR
       Никого из западных банкиров не устраивает российское законодательство, но они вынуждены с ним мириться. Волнует их также и неопределенность отношения к ADR/GDR российской Комиссии по ценным бумагам и Центрального банка РФ. Однако Ъ удалось выяснить, что зампредседателя КЦБ Дмитрий Васильев в среднесрочной перспективе к программам выпуска депозитарных расписок на российские акции относится положительно: "Проекты ADR/GDR — холодный душ для российских руководителей, который поможет им почувствовать, что такое западные стандарты открытости информации. Да и участникам фондового рынка тесное общение с западными брокерами не помешает — хорошая возможность поучиться у них профессионализму". Однако в долгосрочной перспективе для г-на Васильева все не столь однозначно: "Во-первых, нельзя допустить, чтобы фондовый рынок ушел из России, а во-вторых, депозитарные расписки, будучи производными ценными бумагами, могут дестабилизировать рынок акций, которые они представляют".
       Остаются проблемы и технического свойства: сложности в работе с эмитентами (не привыкли они еще к "прозрачности"); неналаженность работы реестров... Джозеф Колб из ING Bank Eurasia сетует, в частности, что каждый реестродержатель требует разных документов для перерегистрации акций; беспокоит его и недостаточная защищенность прав акционеров (например, при выпуске дополнительных эмиссий). Помимо того, Тим Уильямсон (из Ernst & Young) отмечает отсутствие в России юридической базы (прецедентов) для разрешения конфликтов, связанных с фондовым рынком.
       Однако очевидно, что если предприятие стремится к привлечению дополнительных средств, его можно и приучить к "прозрачности", и выбрать нормально работающий реестр. Защитить же свои права акционера депозитарный банк может при составлении депозитарного договора с эмитентом, оговорив, например, в нем обязательность включения представителя депозитарного банка в совет директоров компании.
       В общем, как российские компании, так и западные банки в состоянии эти сложности преодолеть. Как, например, преодолели их инвестиционный банк Morgan Grenfell и компания SUN Brewing, уже организовав выпуск GDR против акций этой компании на $47 млн. Справедливости ради стоит отметить, что SUN Brewing — офшорная фирма, владеющая, однако, контрольными пакетами пяти российских пивных заводов (Ивановского, Курского, Пермского, Саранского и Екатеринбургского), а потому вызывающая у западных "контролирующих органов" понятные вопросы. По сведениям Ъ, Morgan Grenfell, выступивший в роли менеджера данного проекта, уже разместил практически всю эмиссию. Регистрация выпуска и поиск инвесторов прошли довольно быстро и легко, главным образом благодаря полному отсутствию препятствий со стороны эмитента при предоставлении требуемой информации. Сейчас эмитент ждет результатов аудиторской проверки его деятельности по итогам 1994 года. По ее завершении GDR на акции SUN Brewing будут включены в листинг Люксембургской биржи.
       
Российские инвестиционные компании за рубежом
       Другая тенденция последнего времени — переход наших банков к продажам акций российских предприятий иностранным покупателям — как напрямую, так и через учрежденные за рубежом инвестиционные компании.
       До сих пор этим занимались в основном иностранные инвестиционные банки и компании, скупавшие для своих клиентов значительные пакеты акций предприятий сырьевого комплекса и инфраструктуры. Что же касается отечественных банков, то они либо оставались несколько в стороне от этого процесса, подсчитывая упущенную прибыль, либо скупали акции "под себя". Однако высокая доходность посреднического бизнеса и возможность привлечь под акции дополнительные инвестиции заставила их перестроиться.
       Как рассказал заместитель начальника депозитария банка "Российский кредит" Андрей Зайденварг, схема, которую использует "Российский кредит", имеет условное название bank-to-bank. Предполагается, что достаточно надежный российский банк, имеющий широкую сеть филиалов, нормально функционирующий депозитарий, права на все валютные операции, выступает связующим звеном между иностранным покупателем (от имени которого выступает западный банк) и российским продавцом ценных бумаг. В сделке участвуют реестродержатель, текущий владелец акций, уполномоченный банк и банк-нерезидент.
       Российский уполномоченный банк заключает договор с банком-нерезидентом о том, что последний доверяет уполномоченному банку регистрироваться в качестве номинального держателя акций в реестре акционеров по намеченным к покупке ценным бумагам, и хранить их в своем депозитарии.
       Далее, банк-нерезидент дает поручение на покупку акций и резервирует необходимую сумму на счете уполномоченного банка. Уполномоченный банк, в свою очередь, заключает договор купли-продажи с российским продавцом ценных бумаг и регистрирует акции на себя как на номинального держателя. Приобретенные бумаги дебетуются на счете банка-нерезидента, и ему отправляется извещение о списании денег и зачислении ценных бумаг на счет.
       Следующий этап — получение дивидендов.
       Поскольку уполномоченный банк выступает в качестве номинального держателя, то дивиденды перечисляются непосредственно ему, конвертируются и зачисляются на счет банка-нерезидента. Вывоз дивидендов не является валютной операцией, связанной с движением капитала, поэтому прибыль репатриируется беспрепятственно.
       Третий этап — продажа ценных бумаг.
       Уполномоченный банк по поручению банка-нерезидента заключает договор о продаже с покупателем. Покупатель переводит уполномоченному банку денежную сумму, которую резервируют на клиринговом счете. После зачисления денег на счет уполномоченный банк перерегистрирует права собственности на покупателя, и как только перерегистрация осуществлена, уполномоченный банк переводит сумму с клирингового счета на счет продавца, а перерегистрированные бумаги — на счет покупателя.
       Данная схема обеспечивает иностранному покупателю приобретение необходимого пакета акций без столкновения с российской действительностью, получение дивидендов и перевод их за границу, участие в управлении предприятием и консалтинг со стороны надежного российского банка. Сам банк выигрывает на перепродаже акций. Что же касается российских эмитентов, то они, как уже говорилось, могут получить какую-то пользу от этого лишь в случае реализации имеющегося на их балансе пакета акций.
       Зачем банкам нужны инвестиционные компании на Западе. Для более активного ведения операций по продаже акций российских эмитентов на западном рынке банки создают там свои компании. Ряд иностранных компаний имеют "Российский кредит", Международный промышленный банк, их создание планирует Инкомбанк. Кроме операций с ценными бумагами, на западных фондовых площадках такие компании оказывают инвесторам консалтинговые услуги по подбору, покупке акций и правовому обеспечению операций с учетом российской специфика.
       Вот что сказал о характере деятельности RK Securities (фирма "Российского кредита") начальник управления ценных бумаг Российского кредита Андрей Тарасов:
       — Это чисто инвестиционная компания, которая будет работать с ценными бумагами основных российских эмитентов непосредственно на лондонском рынке. Зарегистрировать компанию оказалось несложно — возможно, поскольку это первый случай с российской фирмой. Основная проблема состоит в том, чтобы подготовить специалистов и сдать экзамены на сертификат SFA. Такой сертификат должны получить как минимум два человека из персонала компании и сама фирма как юридическое лицо.
       
       SFA (The Securities and Futures Authority) — организация, имеющая право регулировать деятельность фирм, занимающихся всеми видами инвестиций в Великобритании. Появление SFA явилось следствием принятия британским парламентом в 1986 г. закона о финансовых услугах с целью улучшения инвестиционного климата, создания большего доверия к фондовому рынку, обеспечения защиты инвесторов. Для получения сертификата SFA фирма и ее сотрудники должны удовлетворять целому ряду условий. Главное требование для фирмы — чтобы объем ее финансовых ресурсов на каждый момент времени превышал ожидаемые расходы, т. е. фирма должна доказать, что принимая на себя инвестиционные риски, она останется платежеспособной. Сотрудники же должны сдать экзамены на сертификат SFA. Это обходится примерно в 2 тыс. фунтов стерлингов на одного специалиста (плата за обучение и экзамен).
       
       — Сама технология регистрации компании проста. Мы, например, обратились к нескольким юридическим конторам, рассказали суть наших проблем, а они нам предложили форму этой компании. Больше проблем возникало с российской стороны, ведь необходимо официально получить разрешение на вывоз капитала для внесения его в уставный капитал фирмы нерезидента. Но для банка, имеющего генеральную валютную лицензию, это вопрос решаемый. Необходимо еще лишь предоставить в ЦБ экономическое обоснование всего этого мероприятия.
       Ъ.: А во сколько обходится создание такой компании?
       А. Т.: На начальном этапе я прошу смету на 50 тыс. фунтов. Эта сумма затрачивается на оплату юристов, экзаменов и первичные затраты по организации офиса.
       Ъ.: Каковы, на ваш взгляд, перспективы деятельности компании и российских акций на западном рынке?
       А. Т.: Перспективы, я считаю, огромны. Если общеполитическая ситуация в стране не будет раскачиваться, то в принципе то, что было в прошлом году, это даже не бум, а только легкий ветерок. Я думаю также, что пойдет процесс выравнивания цен акций на мировом и на внутреннем рынках — аналогично тому, как это происходило на развивающихся рынках других стран. Если сложившиеся тенденции сохранятся, то тогда 1995-96 гг. будут годами фондового рынка. Ведь на российский рынок пока вышла лишь небольшая часть крупных иностранных инвесторов.
       Аналогично с участием Международного промышленного банка зарегистрированы International Industrial Bankcorporation, A&A Financial Management в США и SMF Marine Finance в Швейцарии. По словам сотрудника отдела информации банка Дениса Смирнова, эти компании были созданы довольно давно, но работать интенсивно стали только в последние два-три года. Помимо операций с ценными бумагами они занимаются и прямыми проектными инвестициями. "Мы высылаем им инвестиционный проект, который, на наш взгляд, интересен, — говорит г-н Смирнов, — эти компании рассылают его для ознакомления в западные финансовые круги. После прохождения экспертизы при положительном ответе иностранные инвесторы либо покупают с нашей помощью пакет акций, либо делают прямые инвестиционные вложения".
       Выгода банка заключается в том, что просчитав, какие предприятия представляют интерес для западного инвестора, он вкладывает в них свои средства и далее участвует в игре на повышение стоимости акций. Эмитент от этого на этапе продажи акций ничего не получает, но поскольку такая игра строится именно на базе заинтересовавшего иностранного инвестора проекта, то дальнейшая его реализация и есть награда эмитенту.
       
       Светлана Локоткова, Андрей Клименко, Андрей Шмаров