Из истории изучения жестов и мимики (обзор научных исследований)

ПЕРСОНАЛИИ. РЕЦЕНЗИИ. СОБЫТИЯ

Вестник Омского университета, 2004. № 4. С. 175-189. © Омский государственный университет

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ

Из истории изучения жестов и мимики

Языку тела и невербальной коммуникации в истории и культуре всегда уделялось достаточно много внимания. Интерес к ним известен еще с античных времен, когда проблема происхождения языка выдвинула теорию первоначального возникновения жесто-вого языка, на базе которого развился звуковой язык. Жестикуляция и мимика являлись объектами таких областей человеческой деятельности, как риторика, медицина, психология, педагогика, искусство и физиогномика.

Первые научные исследования языка жестов и мимики. По всей видимости, человеком, с которого начинается систематическое изучение движений тела, был Джон Каспер Лаватер, пастор из Цюриха, который в 1792 г. опубликовал «Эссе по физиогномике». Он впервые провел подробное наблюдение и описание корреляций между выражениями лица и конфигурациями тела, с одной стороны, и типами личностных характеристик - с другой. А Чарльз Белл, анатом, нейрофизиолог, хирург, был одним из первых, кто заинтересовался выражениями эмоций. Его исследования в области функционального анализа нервной системы [Белл, 1844] были посвящены соотношению различных частей тела и деятельности отдельных групп мускулов и нервов, функционально ответственных, как тогда считали, за выражаемые с их помощью эмоции.

Несколько позже появились работы о влиянии биологических признаков на формирование определенного социального человеческого типа, исследования, посвященные описанию связей между характером человека и типом его телосложения [Кречмер, 1925], между эмоциями человека, их жестовыми манифестациями, в частности выражениями лица, и смыслами, которые эти невербальные единицы выражают [Дарвин, 1872]. Позже проблема жестового языка носила прикладной характер в связи с выработкой алфавита глухонемых.

Разные науки, прежде всего биология, антропология, психология, философия и социология, стремительно шли к многостороннему и тщательному анализу своего нового объекта - языка тела. Изучение жестового языка в наше время активизировалось благодаря исследованиям семиотики, социолингвистики и теории коммуникации.

Создателем кинесики (науки о языке тела и его частей) является американский антрополог Рэй Бирдвистел [Бирдвистел, 1952, 1967, 1970]. Годом ее рождения считается 1952, когда в свет вышла зна-

менитая монография Р. Бирдвистела «Введение в кинесику: аннотированная система записи движений рук и тела». В ней ученый представил результаты многолетних исследований в этой области.

Р. Бирдвистел, возглавив лабораторию в Восточно-Пенсильванском Институте психиатрии (США), в 1959 г. приступил к созданию каталога, или атласа, отдельных простейших человеческих движений и статичных поз. Еще ранее элементарные акты телесного человеческого поведения были названы им кинами («мельчайшие, далее не делимые, наименее заметные движения») и кинемами («более крупные единицы, с помощью которых происходит реальное общение людей»; «кинемы образуют структуру и объединяются в более крупные единицы - кинеморфы и ки-неспнтагмы»). Наряду с понятиями кина и кинемы, важным является и введенное ученым понятие ал-локина (контекстно взаимозаменяемые движения без изменения значения). Дифференциальные значения кинов Р. Бирдвистел определял путем опроса информантов. В ходе работы над каталогом кинов и кинем ученый вместе со своими коллегами и учениками описал отдельные жесты в разных культурах и у разных народов.

Кроме создания атласа жестов, Р. Бирдвистел предложил для них удобную систему записи, к примеру знак «-» обозначал закрытый глаз. Наконец, Р. Бирдвистелом были построены различные семиотические и функциональные классификации кинем, опирающиеся не только на формальные признаки, с помощью которых пытались классифицировать жесты и до него, но и на содержательные.

Примерно в то же время стали появляться многочисленные теоретические и экспериментальные работы в области кинесики, т. е. начался буквально исследовательский бум. Появились первые исследования, относящиеся к анализу явлений межкультурной омонимии и синонимии жестов, а также первые работы по типологии функций и ролей жестов в интерактивном общении.

Создание системы FAST (системы кодирования лицевых движений). П. Экман и его коллега У. Фризен обнаружили, что существует свыше тысячи различных движений лицевых мышц, большая часть которых даже не имеет названий. Это наблюдение вполне соотносится со сделанным ранее открытием психолога С. Томкинса, который установил, что для каждой из выражаемых на лице эмоций имеется своя закрепленная за ней группа мышц и своя уникальная их конфигурация. Объединив исследовательские усилия, ученые создали оригинальную систему кодирования лицевых движений, которую

назвали FAST (Facial Affect Scoring Technique). Действие системы FAST напоминает составление портрета человека, подозреваемого в совершении преступления или пропавшего без вести, по характерным чертам лица, только «на вход» здесь подаются фотографии отдельных частей лица, предназначенных для выражения тех или иных эмоций [Экман, Фри-зен, Томкинс, 1971].

На основе системы FAST П. Экманом и его коллегами и учениками были разработаны и применены на практике методы распознавания эмоций по выражениям лица, эмоций, которые возникают от чувственного восприятия каких-то людей или событий и которые составляют основу симптоматики, обнаруживающую, по словам Н.Д. Арутюновой, «скрытого человека». П. Экман считал, что по внешним проявлениям реконструируется и познается внутренний мир человека, к какой бы культуре он не принадлежал. По Экману, лицевые выражения представляют собой биологически врожденные двигательные активности, а потому служат надежными диагностическими показателями конкретных эмоций.

Помимо так называемого радикального универсализма, наиболее ярким выразителем которого является П. Экман, существует и радикальный мимима-лизм, согласно которому у разных народов и культур существуют абсолютно разные способы выражения эмоций, а следовательно, разные эмоции. Последней придерживался, в частности, Р. Бирдвистел. Истина же, как это часто бывает, лежит где-то посередине: весьма убедительные в этом отношении статьи американского психолога, специалиста в области эмоций Дж. Рассела [Рассел, 1994, 1995].

Теоретические исследования языка невербальной коммуникации в работах зарубежных исследователей. Английский психолог М. Аржиль попытался описать типовые программы мужского и женского глазного поведения, точнее, модели движения глаз, присущие англичанам - мужчинам и женщинам [Аржиль, 1967]. Психолог А. Шефлен посвятил структурному и функциональному анализу регулятивных жестов серию работ, в которых отмечает, что позы, дополняя жесты, выражения лица, обычно обслуживают человеческие отношения и эмоции, особенно много говорят позы о смысловом содержании и структуре процесса коммуникативного взаимодействия [Шефлен, 1963, 1964, 1973]. Психологи Дэ-вис, Уэйтс [Дэвис, Уэйтс, 1981], Мехрабиан [Мехраби-ан, 1968] утверждают, что частая смена позы стереотипно связана с повышенным чувством неловкости у мужчин и с большим, чем у мужчин, чувством уверенности в себе женщин. Исследования также показали, что мужчины чувствуют себя более комфортно и активно в разговорах с лицом того же самого пола, чем противоположного, и это проявляется не только на вербальном, но и невербальном уровне.

Согласно работам антрополога Гордона Хьюиса [Хьюис, 1955, 1957, 1966], всего в мире существует более тысячи поз, включая межкультурные варианты, причем если объединить вариативные формы, то получится уже не более двух-трех сотен единиц, получающих каждая свое значение в зависимости от куль-

туры и социума. Позы могут быть самыми разными и носителями другой культуры воспринимаются как весьма странные.

Давид Эфрон в своих исследованиях на основании разных значений признака «способ соотнесения знака с референтом» выделяет указательные (дейк-тические), изобразительные и символические жесты [Эфрон, 1941].

Э. Сепир полагал, что языковая коммуникация, в отличие от жестовой, является в большей степени официальной и социально признанной. Таким образом, во многом неосознанные символы жестов можно интуитивно интерпретировать в данном контексте как психологически более значимые, чем реально использованные слова [Сепир, 1951].

Блейзер указывает, что особое значение для характеристики как самой позы, так и в соответствии с позой психологического состояния человека имеют положения рук и ног. Например, открытая поза в Европе и Америке оценивается как положительная (открытый характер, человек), в Японии она признается нехорошей или аморальной [Блэйзер, 1966].

A. Шефлен изучал позы с точки зрения способности выполнения ими определенных социальных и дискурсивных функций. По Шефлену, индивидуальная речь человека в акте коммуникации проходит ряд упорядоченных фаз в соответствии с теми позами, которые принимает его тело (1 фаза - точка, 2 - позиция, 3 - представление). Изменения в позах могут служить своеобразными указаниями на программы поведения человека, отвечающие некоторому заранее предполагаемому сценарию или возникающие спонтанно в ходе коммуникации [Шефлен, 1963].

B. Раффлер-Энджел, рассматривая случаи невербальных коммуникативных неудач при общении людей разных национальностей, ставит очень важный вопрос о возможных способах взаимного перевода жестов: он анализирует переводы, выполненные профессиональными переводчиками, и описывает свои наблюдения над их невербальным поведением во время переводческой деятельности [Раффлер-Энджел, 1986].

Отметим также работы, связанные с описанием отдельных коммуникативных функций жестов-иллюстраторов [Коэн, 1977, Риме, Скьяратура, 1991, Фридман, 1977]. Известная французская исследовательница в области кинесики Ж. Кальбрис анализирует дейктические эмблемы вместе с иллюстраторами в рамках единого теоретического подхода [Кальбрис, 1987, 1990, 1998].

Изучением жестов и мимики в разное время занимались А. Кендон, А. Вежбицкая, Р. Ферс, М. Кнапп, М. Винер, О. Клинеберг, известный исследователь поз А. Монтегю, Д. МакНил, Морсбах, итальянский психолог, известный специалист в области кинесики П.Э. Риччи-Битти и др.

Отечественные исследования языка невербального поведения в советское время проводились в рамках лингвострановедения. В частности, на первое место выходила проблема понимания «иностранных» жестов, так как кроме вербального языка в преподавательской практике приходится иметь дело с невер-

Нау чная жизнь

177

бальным - языком жестов и повседневного общения, который тесно связан с национальной культурой и относится к страноведению [Верещагин, Костомаров, 1985].

По справедливому мнению Т.М. Николаевой, работы которой освещают аспекты невербального поведения в рамках лингвострановедения, при изучении иностранного языка желательно вводить в речь и в поведение при речевом общении невербальные средства изучаемого языка. Она предлагает различать три следующих друг за другом этапа: 1) элиминирование на уроках языка ярко выраженных невербальных элементов, характеризующих родной, а не изучаемый язык; 2) введение столь же ярко выраженных невербальных средств изучаемого языка; 3) крайне осторожное преобразование и «подправление» более нейтральных единиц невербальной коммуникации, которые характеризуют лишь национальную манеру, но не национальную специфику [Николаева, Успенский, 1966].

Значительный вклад в разработку проблем невербальной коммуникации внес Г.Е. Крейдлин, автор монографии «Невербальная семиотика», а также соавтор «Словаря языка русских жестов» [Крейдлин, 2000, 2001]. В своих работах исследователь раскрывает такие аспекты невербальной семиотики, как понятие жестов в истории культуры; соотношение жестов и фразем; основные кинесические исследования; основные функции жестов в человеческой коммуникации; формы, стадии, единицы кинесического поведения, важнейшие противопоставления внутри жестов и внутри жестовых систем (в частности, основные семиотические классы жестов, исконные - заимствованные жесты, диалектные варианты жестов, жесты взрослых и детей, мужские и женские, с адаптерами и без них, прагматически освоенные и неосвоенные жесты). Исследователь также раскрывает понятие эмблемы, семантических (коммуникативных и симптоматических) и морфологических типов эмблем, семантическую классификацию эмблематических жестов, описывает иллюстраторы и виды иллюстраторов (жестовые ударения, дейктические, пространственные, временные, идеографические маркеры, ки-нефонографы, кинетографы, идентификаторы, экс-терналайзеры); регуляторы и их виды, раскрывает понятие синтаксиса жестов, межкультурного соответствия жестов (проблему универсализма) и т. д.

Лексикография русских жестов. На настоящий момент российскими учеными созданы два словаря невербальной коммуникации: A.A. Акишиной, X. Кано, Т.Е. Акишиной «Жесты и мимика в русской речи. Лингвострановедческий словарь» и С. А. Григорьевой, Н.В. Григорьева, Г.Е. Крейдлина «Словарь языка русских жестов».

Словарь A.A. Акишиной не имел аналогов в советской лексикографии. Это был первый изданный в России словарь, в котором описываются жесты, мимика, употребляемые в речи русских для выражения того или иного значения. В словаре впервые делается попытка объединить описание языка (бытующих в русском языке речений, выражающих жест) с описанием самих жестов. Каждая словарная ста-

тья (их около 200) включает описание, толкование жеста, его ситуативную и стилистическую характеристику; словесные формулы, выражающие данный жест в письменной речи, возможное словесное сопровождение жеста; примеры из произведений художественной литературы или запись разговора, а также основанный на соответствующем жесте и функционирующий в современном русском языке фразеологизм. Большинство статей иллюстрируется.

Словарь С.А. Григорьевой, вышедший десятью годами позже, представляет собой лексикографическое описание большинства распространенных русских жестов, а также некоторых мимических единиц и поз. Он является первым опытом толкового словаря жестов, основанного на принципах интегрального описания языка. Словарные статьи написаны в жанре лексикографических портретов. В словаре отражаются семантические, стилистические, прагматические, коннотативные, сочетаемостные особенности русских жестов. Все статьи снабжены обширными справочными зонами, в которых указываются жестовые и речевые аналоги, а также русские фразеологизмы, связанные с определенными жестами. Словарь является не только справочной книгой, содержащей все важнейшие сведения об основных русских жестах, но и первым шагом на пути построения двух формальных моделей - модели сопоставительного анализа вербальной и невербальной семиотических систем и модели их взаимодействия в коммуникативном процессе.

Исследование языка невербальной коммуникации включает и исследование молчания. Его изучением занимались Ю. Иваск, В.Г. Гак, А.Е. Кибрик, а также Н.Д. Арутюнова [Арутюнова, 1994].

Результаты изучения языка невербальной коммуникации докладываются на проводимых в России и за рубежом международных конференциях и симпозиумах.

[1] Акишина A.A., Кано X. Словарь русских жестов и мимики. Токио, 1992; Акишина A.A., Кано X., Акишина. Т.Е. Жесты и мимика в русской речи. Лингвострановедческий словарь. М., 1991.

[2] Арутюнова Н.Д. Молчание: контексты употребления // Логический анализ языка. Язык речевых действий. М., 1994.

[3] Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Лингвостра-новедение в преподавании русского языка как иностранного // Язык и культура. М., 1973.

[4] Горелов H.H. Невербальные коммуникации. М.,1980.

[5] Григорьева С.А., Григорьев Н.В., Крейдлин Г.Е. Словарь языка русских жестов. М.; Вена, 2001.

[6] Крейдлин Г.Е. Кинесика // Григорьева С.А., Григорьев Н.В., Крейдлин Г.Е. Словарь языка русских жестов. М.; Вена, 2001.

[7] Крейдлин Г.Е. Невербальная семиотика. М., 2000.

[8] Лабунская В.А. Проблема обучения кодированию и интерпретации невербального поведения // Психологический журнал. 1997. № 5. С. 85-94.

[9] Меграбян А. Психодиагностика невербального поведения. СПб., 2001.

[10] Николаева Т.М. Жесты и мимика. М., 1972; Она

же. Невербальные средства человеческой коммуникации и их место в преподавании иностранного языка // Роль и место страноведения в практике преподавания русского языка как иностранного. МГУ, 1969; Она же. Структура речевого высказывания и национальная специфика жеста // Актуальные вопросы преподавания русского языка и литературы. М., 1969; Николаева Т.М., Успенский Б.А. Языкознание и паралингвистика // Лингвистич. исследования по общ. и славянск. типологии: Сб. ст. М., 1966. С. 63-74.

[11] Пиз А. Язык жестов. Воронеж, 1992.

[12] Тарасов Е.Ф., Сорокин Ю.А. Национальная и культурная специфика речевого и неречевого поведения // Национально-культурная специфика речевого поведения. М., 1974.

[13] Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. М., 1993. С. 211-212.

[ 14] Аржиль - Argüe М. The psychology of interpersonal behavior. L., 1967.

[15] Барлоу и др. - Barlow D.H., Hayes S.C., Nelson G.O. etc. Sex role motor behavior: A behavior check list // Behavioral assessment, 1, 1979, 119-138.

[16] Белл - Bell A.M. Visible speech: The science of universal alphabetics. L., 1844.

[17] Бирдвистел - Birdwhistell R.L. Introduction to kinesics: An annotation system for analysis of body motion and gesture. Loisville, KY, 1952; Он же. Some body motion elements accompanying spoken American English // Communication: concepts and perspectives. Washington, D.C., 1967, 53-76; Он же. Kinesics and context: Essays on body-motion communication. Philadelphia, 1970.

[ 18] Дарвин - Darwin Ch. The Expression of the Emotions in Man and Animals. N.Y., 1965.

[19] Дэвиц, Уэйтс - Davis M., Weits S. Sex differences in body movements and postures // Gender and nonverbal behavior. N. Y., 1981, 81-92.

[20] Кальбрис - Calbris G. Geste et motivation // Semiótica, 55, № 1/2, 1987, 57-96; Он же. The semiotics of French gestures. Bloomington, 1990; Он же. Deixis representative// The semantics and pragmatics of everyday gestures. Abstracts. Berlin, 1998.

[21] Килбрайд, Ярчовер - Kilbride J.E., Yarczower M. Recognition and imitation of facial expression: A cross-cultural comparison between Zambia and the United States// Journal of cross-cultural psychology, 11, 1980, 141-155.

[22] Клейн - Klein Z. Sitting postures in male and female // Semiótica, 48, № 2, 1984, 119-131.

[23] Коэн - Cohen A. The communicative functions of hand illustrators // Journal of communication, 27, 1977, 54-63.

[24] Кречмер - Kretschmer E. Physique and character: An investigation of the nature of constitution and of the theory of temperament. N. Y., 1925.

[25] Ладо - Lado R. Linguistic across cultures. Michigan, 1957; Он же. How to Test Cross-Cultural Understanding // Studies in Languages and Linguistics. Michigan, 1964.

[26] Перкинс - Perkins R.E. The checklist of sex role motor behavior applied to European population in a natural settings // Behavioral assessment, 8, 1986, 285300.

[27] Райм, Шиаратура - Rime В., Schiaratura L. Gesture and speech // Fundamentals of nonverbal behavior, Cambridge, 1991, 239-281.

[28] Рассел - Russell J. A. Facial expressions of emotions: What lies beyond minimal universality? // Psychological bulletin, vol. 118, № 3, 1995, 379-391; Он же. Is there a universal recognition of emotion from facial expression? A review of the cross-cultural studies // Psychological bulletin, 115, 1994, 102-141.

[29] Раффлер-Энджел - Raffler-Engel W. Von The transfer of gestures // Semiótica, 62, 1/2, 1986, 129145.

[30] Фридман - Friedman N. Hands, words and mind: On the structuralization of body movements during discourse and the capacity for verbal representation // Communicative structures and psychic structures: A psychoanalitic approach. N.Y.; L., 1977, 109-132.

[31] Хьюис - Hewes G.H. World distribution of certain postural habits // American antripologist, 57, № 2, 1955, 231-244; Он же. The antropology of gesture // Scientific American, 196, № 2, 1957, 122-132; Он же. The domain posture // Antropological linguistics, 8, № 8, 1966, 106-112.

[32] Шефлен - Scheflen A.E. The significance of posture in communication systems// Psychiatry, 27, 1964, 316331; Он же. Body language and the social order, Hall, 1972; Он же. How behavior means. N.Y., 1973.

[33] Экман - Ekman P., Friesen W., Tomkins S. Facial Affect Scoring Technique (FAST): A first validity study // Semiótica, 3, № 1, 1971, 37-58; Он же. Facial expression // Nonverbal behavior and communication. N.Y., 1978; Он же. About brows: emotional and conversational signals// Human ethology: Claims and limits of a new discipline. Cambridge, 1979, 169-202; Он же. An argument for basic emotions// Cognition and emotion, 6, № 2, 1992; 169-200.

[34] Эфрон - Efron D. Gesture and Environment. N.Y., 1941.

E.C. Радионова, аспирантка филологического факультета ОмГУ

Образные языковые репрезентации явлений внутреннего мира человека в современной лингвистике

Изучение способов концептуализации внутреннего мира человека становится особенно актуальным в связи с попытками сопоставления языковых картин мира (ЯКМ) в разных языках. Языковой образ человека, будучи частью ЯКМ, отражает систему обыденных взглядов на человека (наивную этику, наивную психологию и анатомию и т. п.), которая присуща народу, говорящему на данном языке. Образы внутреннего человека в языке могут совпадать или различаться в разных языках. Многие исследователи отмечают, что особенно актуальным становится их системное изучение [29; 28; 19]. Как отмечает