Интернет и проблема информационного экстремизма в современном российском обществе

Жуйков Андрей Алексеевич

адъюнкт кафедры философии и социологии Краснодарского университета МВД России

Интернет и проблема информационного экстремизма в современном российском обществе

В статье отмечается, что одной из наиболее острых проблем общества выступает информационный экстремизм, который является одной из серьезных угроз информационной безопасности России. Автор обосновывает необходимость выработки верифицируемых научно-управленческих моделей, позволяющих эффективно осуществлять профилактику и противодействие информационному экстремизму, обеспечивать информационную безопасность России.

Ключевые слова: Интернет, информация, информационно-компьютерные технологии, информационная безопасность, информационный экстремизм.

A.A. Zhuykov, Adjunct of the Chair of Philosophy and Sociology of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: k_filosofii@krdu-mvd.ru

Internet and the problem of information extremism in modern Russian society

In article it is noted that as one of the most burning issues of society information extremism which is one of serious threats of inforiatsionny safety of Russia acts. The author proves need of development of the verified scientific and administrative models allowing to carry out effectively prevention and counteraction to information extremism, to ensure information security of Russia.

Key words: Internet, information, information and computer technologies, information security, information extremism.

Общество начала XXI в. характеризуется масштабными технико-технологическими, социокоммуникативными и социокультурными изменениями. Социальная динамика затронула все основные институты и подсистемы общества. Ключевой социоинфор-мационной технологией общества начала XXI в. по праву считается Интернет. Несмотря на очевидный позитивный тренд, наблюдающийся в течение последних десятилетий, стоит обратить внимание и на ряд возникающих проблем. Прежде всего, обратимся к содержательной сути понятия «Интернет». Так, по мнению классика современной социологии М. Кастельса, «Интернет - это информационная технология и социальная форма, которая воплощает в себе информационную эпоху так же, как электрический двигатель был рычагом социальных и технических изменений индустриальной эпохи. Интернет воплощает культуру свободы и личного творчества, будучи как источником новой экономики, так и общественного движения, базирующегося скорее на изменении человеческого сознания, чем на увеличении власти государства» [1].

С точки зрения отечественного социолога В.Л. Силаевой, «упоминание термина "Интернет" может содержать в себе смыслы не только

компьютерной, но и социальной направленности. Международная компьютерная сеть - это новое СМИ, общедоступное средство массовой коммуникации, площадка экономических и политических операций, место проведения досуга и даже религиозных действий. Интернет развивается как саморегулирующаяся социальная система, при этом он выполняет функцию социализации, как информационный ресурс, в котором можно черпать знания о мире, и как социальная структура, взаимодействие в которой похоже на тренажер реальной жизни» [2, с. 101-107].

По мнению Е.Ю. Журавлевой, «Интернет представляет собой средство массовой коммуникации, которое, будучи одной из мощнейших информационных технологий, работающих в интерактивном режиме, основано на гипертекстовой системе World Wibe Web, состоящей из множества локальных сетей, позволяет осуществлять доступ к компьютерным ресурсам по всему миру в целях всестороннего разнообразного обмена информацией и установления коммуникаций» [3, с. 75].

Как полагает исследователь, «Интернет, с одной стороны, средство коммуникации, способствующее процессу глобализации, с другой стороны, открытие социального виртуального.

303

Интернет не следует рассматривать как только средство коммуникации или массовой коммуникации. Но считать Интернет преимущественно средством, или средой, или методом коммуникации означает ограничить понимание его роли» [3, с. 110].

Стремительное вхождение в социальную жизнь Интернета не только привело к существенным изменениям социально-структурной композиции, системы социальных действий и взаимодействий, но и обострило ряд социальных противоречий. В частности, прогресс информационных технологий меняет характер и направленность многих социальных явлений, процессов современного общества. Именно так произошло с экстремизмом. Расширившиеся возможности приема-передачи информации привлекли внимание лидеров экстремистских движений и групп. Они заинтересованы в пропаганде своих идей, в том числе с помощью псевдодискуссий, обмена мнениями в чатах, на форумах и прочих интернет-ресурсах. В инспирированную ими дискуссию обычно втягиваются «рядовые» интернет-пользователи, соответственно, у экстремистов появляется мощный ресурс коммуникативного воздействия (прежде всего, на сознание и поведение), манипулирования людьми [4, с. 56]. С позиции Е.О. Кубя-кина, проблема молодежного экстремизма в России связана в первую очередь с пространством интернет-сообществ [5]. В то время как В.В. Плотников указывает на деструктивный потенциал «запаздывания» культурного развития в параллели с высоким уровнем технического обеспечения. В связи с этим молодежь -одна из самых уязвимых социальных групп для тенденций молодежного экстремизма [6].

Информационный экстремизм в Интернете может рассматриваться в качестве собирательного понятия, которое объединяет в себе проявления агрессивного коммуникативного воздействия: манипуляцию сознанием, информационный терроризм, распространение искусственно созданных слухов, киберпре-ступления, осуществляемые в пространстве Интернета. Информационный экстремизм является угрозой стабильному существованию социума в коммуникационной системе, следовательно, может рассматриваться как угроза информационной безопасности России [7, с. 10].

Определяя содержательную суть понятия «информационный экстремизм», отметим, что это деятельность, осуществляемая с использованием информационных технологий, сопряженная с формами социально-психического и опосредованного физического деструктивного влияния, результатом которого является до-

стижение публично нелегитимных и противоправных целей. Признаком информационного экстремизма является нанесение законным интересам, правам и свободам граждан физического, материального, морального и иного ущерба [8, с. 11-13].

С точки зрения О.С. Жуковой, «информационный экстремизм - это деятельность, связанная с: а) созданием, хранением и (или) распространением информации, содержащей предусмотренные законом признаки экстремистской деятельности; б) использованием информации, обрабатываемой компьютером, компьютерной системы и (или) компьютерной сети, осуществляемым в целях воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, сопряженным с различными формами психического или опосредованного физического насилия (кибертерроризм); в) использованием информации, оказывающей деструктивное воздействие на психику людей, не осознаваемое ими» [9, с. 12].

А.Х. Валеев указывает: «Сеть Интернет представляет собой удобное поле для экстремистской деятельности, а также возможность распространения среди большого круга пользователей материалов экстремистского содержания. В сети Интернет информация доступна не только в виде статических веб-страниц - идет интенсивный интерактивный обмен ею в чатах, блогах и форумах, через которые все желающие могут общаться с экстремистами по всему миру. Одной из основных проблем борьбы с проявлениями экстремизма в сети Интернет, на наш взгляд, является проблема отсутствия законодательного регулирования отношений, возникающих в связи с использованием сети Интернет» [10, с. 125].

Особенностью информационного экстремизма в современном российском обществе является достаточно агрессивный «внешний» глобальный геополитический контекст, потенциально способный оказывать серьезное воздействие на информационно-коммуникационную систему современного российского общества, создавать в ней напряжение, дисфункции, дезорганизацию. Это находит свое отражение как в индустрии массовой культуры (пропаганда массового общества потребления, «гламура» и гедонизма), так и в агрессивных, радикальных политических проектах (например, так называемых «цветных революциях»). Учитывая недостаточную оперативность и эффективность проводимых мероприятий по борьбе с информационным экстремизмом, а также слабое взаимодействие науки и практи-

304

ки на данном направлении, можно прогнозировать дальнейшее обострение проблемы информационного экстремизма в России начала XXI в. [4, с. 9-10].

В результате возникновения и развития феномена информационного экстремизма исчезает прежний образ профессионального экстремизма, руководствующегося идеологией и стремлением к национальному освобождению, действующему согласно определенным политическим целям, в открытую финансирующимся правительствами. На его место приходит новый образ, где один человек - носитель экстремистского сознания - потенциально может стать более разрушительным по своему масштабу, чем самые многочисленные экстремистские группировки. Основным оружием этого вида экстремизма является не разрушение домов и символов существующего строя, а нарушение коммуникаций с целью возникновения хаоса в сегодняшнем информационном обществе. Субъектом информационного экстремизма может стать как целое сообщество, так и один человек, для которого, впрочем, также свойственны черты субъекта экстремизма, а его методом является речевое воздействие [11].

Стоит отметить, что информационный экстремизм, представляя собой деструктивное явление современного российского общества, становится одной из наиболее острых проблем. В нашей стране далеко не сразу наступило осознание той опасности, которая исходит от информационного экстремизма; вследствие недооценки угрозы был нанесен серьезный удар по системе информационной и национальной безопасности России, ущерб частным лицам, государственным учреждениям и коммерческим компаниям. Именно поэтому подробное, всестороннее, последовательное изучение информационного экстремизма выступает целевой установкой к действию. Вообще, как указывает В.А. Диль, «тема экстремизма, его различных разновидностей занимает одно из заметных мест в современном научном дискурсе. Поэтому на протяжении последнего десятилетия экстремизм прочно занимает одно из главных мест в списке наиболее актуальных для человечества проблем» [11, с. 3].

Применительно к условиям современного российского общества необходимо обратить внимание на возникшие благоприятные условия для развития деструктивных явлений в информационно-коммуникационной сфере.

В этой связи И.Л. Бачило обращает внимание на то, что «нынешний этап развития ин-

формационных отношений характеризуется возможностью информационного воздействия на индивидуальное и общественное сознание, вплоть до угрозы информационных войн, в результате чего неизбежным противовесом свободы информации становится проблема информационной безопасности» [12, с. 66].

Дисфункциональность коммуникационной системы современного общества, проявление в ней экстремистских тенденций актуализирует научно-управленческую проблему обеспечения информационной безопасности.

М.Ю. Захаров справедливо отмечает, что «в таких условиях доминанта информационной безопасности колоссально возрастает. Поэтому чем выше уровень интеллектуализации и информатизации социума, тем значимее и действеннее должна быть его информационная безопасность» [13, с. 3-7].

Таким образом, целесообразно констатировать рост социальной значимости Интернета. Прогресс информационно-компьютерных технологий привел не только к положительным социальным последствиям, выразившимся в росте возможностей самообразования, ведения бизнеса, самореализации, но и к откровенно деструктивным моментам (ухудшению качества информации, манипуляции сознанием, распространению провокационных сообщений). Отдельную проблему представляют собой действия ки-берпреступников, угрожающие отдельным элементам или всей коммуникационной системе. В современном российском обществе весьма острой проблемой стал информационный экстремизм. Данная разновидность экстремизма лишь недавно оформилась в определенные институциональные структуры. Вместе с тем, потенциал информационного экстремизма в аспекте воздействия на сознание и поведение людей, особенно подрастающего поколения, весьма высок. Именно поэтому представляется актуальной и практически значимой в условиях современной России организация системы противодействия и профилактики информационного экстремизма. От решения этой важной стратегической задачи зависят и перспективы обеспечения информационной безопасности России, построения системы, релевантной возникающим угрозам и вызовам. Данная система, безусловно, должна опираться, в том числе, и на потенциал эмпирической и прикладной социологии, призванной диагностировать социальные проблемы и искать пути их эффективного социально-инженерного решения.

305

1. Кастельс М. Галактика Интернет: Размышления об Интернете, бизнесе и обществе. Екатеринбург, 2004.

2. Силаева В.Л. Интернет как социальный феномен // Социс. 2008. № 11.

3. Журавлева Е.Ю. Глобальная информационная компьютерная сеть Интернет: проблемы становления и развития (социально-философский анализ). Вологда, 2002.

4. Мозговой В.Э. Информационный экстремизм в условиях социокоммуникативных трансформаций российского общества: дис. ... канд. социол. наук. Краснодар, 2015.

5. Кубякин Е.О., Сафронов А.Н. Информационный экстремизм в среде молодежи как деструктивный феномен современного российского общества // Вестн. Краснодар. унта МВД России. 2013. № 4(22). С. 100-104.

6. Плотников В. В. Деструктивный потенциал неравномерного социального развития // Теория и практика общественного развития. 2014. № 20. С. 22-24.

7. Воронович Н.К. Интернет как угроза информационной безопасности России: дис. . канд. социол. наук. Краснодар, 2012.

8. Упорников Р. В. Политико-правовые технологии противодействия информационному экстремизму в России: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2007.

9. Жукова О. С. Правовые меры противодействия информационному экстремизму: дис. ... канд. юрид. наук. Воронеж, 2006.

10. Валеев А.Х. Борьба с проявлением экстремизма в сети Интернет // Бизнес в законе. 2011. № 6.

11. Диль В. А. Современный экстремизм и формы его преодоления: социокультурный аспект: дис. ... канд. филос. наук. Томск, 2006.

12. Бачило И.Л. Информационное право: основы практической информатики. М., 2003.

13. Захаров М.Ю. Информационная безопасность социума: социально-философское исследование: автореф. дис. . д-ра филос. наук. Ростов н/Д, 1998.

1. Castells M. The Internet Galaxy: Reflections on Internet, business and society. Ekaterinburg, 2004.

2. Silaeva V.L. the Internet as a social phenomenon // Sotsis. 2008. № 11.

3. Zhuravleva E.Yu. Global information computer network the Internet: problems of formation and development (social-philosophical analysis). Vologda, 2002.

4. Mozgovoy V.E. Informational extremism under the conditions of socio-communicative transformations of Russian society: diss. ... Master of Sociology. Krasnodar, 2015.

5. Kubyakin E.O., Safronov A.N. Informational extremism among young people as a destructive phenomenon of modern Russian society // Bull. of Krasnodar university of Russian MIA. 2013. № 4(22). P. 100-104.

6. Plotnikov V.V. The destructive potential of unequal social development // Theory and practice of social development. 2014. № 20. P. 22-24.

7. Voronovich N.K. The Internet as a threat to information security of Russia: diss.... Master of Sociology. Krasnodar, 2012.

8. Upornikov R.V. Political and legal technologies of counter information extremism in Russia: auth. abstr. ... Master of Law. Rostov-on-Don, 2007.

9. Zhukova O.S. Legal measures of counter extremism information: diss. ... Master of Law Voronezh, 2006.

10. Valeev A.H. Fight against manifestation of extremism in the Internet // Business in law. 2011. № 6.

11. Diel V.A. Modern extremism and forms of its overcoming: social and cultural aspect: diss. ... Master of Philosophy. Tomsk, 2006.

12. Bachilo I.L. Information law: the foundations of practical computer science. Moscow, 2003.

13. Zakharov M.Yu. Information security of society: social-philosophical research: auth. abstr.... Dr of Philosophy. Rostov-on-Don, 1998.

306