Моральное самосознание молодежи Дагестана в традиционной и иноэтнической среде

МОРАЛЬНОЕ САМОСОЗНАНИЕ МОЛОДЕЖИ ДАГЕСТАНА В ТРАДИЦИОННОЙ

И ИНОЭТНИЧЕСКОЙ СРЕДЕ

©2011 Дуговой Р.А.

Дагестанский государственный технический университет

В статье дается сравнительный анализ результатов эмпирического исследования морального самосознания студенческой молодежи Дагестана в традиционной и иноэтнической среде. Показано, что в условиях иноэтноса у молодежи Дагестана происходит изменение моральных ценностей своей общности вследствие влияния инокультурного окружения.

The author of the article gives the comparative analysis of the results of the empiric research of Dagestan students’ moral self-consciousness in the traditional environment and in the environment of other ethnic groups. He shows that in the conditions of the other ethnic group the change of the Dagestan young people’s moral values of their community takes place, due to the influence of the other culture environment.

Ключевые слова: самосознание моральное, самосознание личности, самосознание, моральные ценности, жизненные цели, интеграция, иноэтническая среда.

Keywords: moral self-consciousness, personal self-consciousness, self-

consciousness, moral values, vital aims, integration, environment of the other ethnic groups.

на фоне тенденции наблюдается интереса к отдельных

В XXI веке общепланетарной смешения культур повсеместный рост исконным ценностям общностей, что делает актуальным исследование морального

самосознания. В современной науке моральное самосознание

рассматривается как категория общего самосознания, при этом с акцентом на социальное «Я». В условиях неопределенности

терминологии, по словарному определению «мораль» и «нравственность» используются как синонимы [2. С. 95-96]. Более подробное определение с указанием структурных особенностей дается О. Г. Пященко [5. С. 13], в котором нравственное самосознание - это осознание человеком себя как личность, своих ценностных ориентаций; оценка своего

нравственного облика и интересов, идеалов и мотивов поведения в процессе своей деятельности, констатирующая взаимность

внутреннего «Я» и внешнего «Я».

А. А. Хвостов указывает на некоторые факторы развития морального сознания, такие как

этнокультурные, социально-

экономические, на роль семьи, среды, образования и религиозности родителей, иные детерминанты, в том числе и личностные [8. С. 172-187].

Приоритетное значение в развитии морального самосознания имеет

культурная среда, формирующая иногда принципиально различные формы моральных суждений, в том числе относительно собственного морального самосознания [9. С. 292].

Наше исследование направлено на выявление различий морального самосознания дагестанцев в условиях

традиционного и иноэтнического окружения. Дагестанцы - это 30 коренных народов с самостоятельными языками, самобытной культурой, исповедующие ислам суннитского толка. Переплетение различных этнических культур, характерное для населения Дагестана, было

результатом контактов местных

восточно-кавказских традиций и мусульманской центрально-

евразийской цивилизации. Такая этнокультурная специфика

предполагает особое моральное

самосознание жителей этого уникального уголка мира.

В настоящее время из-за глобализации, вызвавшей

интенсивные миграционные

процессы, более 600 тыс.

представителей Дагестана живут и работают в различных республиках и областях России и за рубежом [6. С. 574].

При выборе возрастных страт мы руководствовались данными

социально-психологических исследований, согласно которым интенсивность проявлений этнического самосознания и этнических предубеждений выше в крайних возрастных группах - у молодежи и лиц предпенсионного и пенсионного возрастов. Молодежь, отличаясь особой сенситивностью к традициям и к новым влияниям, является по существу индикатором социальных изменений в обществе [3. С. 3-4].

Выборка традиционной

дагестанской молодежи,

проживающей в Дагестане, составила 100 человек. Исходно было получено 100 протоколов: 50 протоколов

юношей, 50 протоколов девушек (от 20 до 25 лет). Все они жители различных городов Республики Дагестан (Махачкала, Кизилюрт, Хасавюрт, Дербент, Буйнакск, Каспийск). Исследование

проводилось с 2006 по 2011 годы.

Выборка традиционной

дагестанской молодежи,

проживающей в иноэтнической среде, составила 100 человек.

Использовалось 100 протоколов: 50 протоколов юношей и 50 протоколов девушек (от 20 до 25 лет). Респонденты этой группы проживают в городах Российской Федерации (Москва, Санкт-Петербург, Ростов-на-Дону, Мегион Тюменской области), а также в США (штат Нью-Йорк), в Испании (город Малага).

Исследование проводилось с 2006 по 2011 годы.

Под традиционной дагестанской молодежью нами понимаются юноши и девушки из моноэтнических дагестанских семей, исторической родиной которых является равнинный, предгорный и горный Дагестан, говорящие на родном, одном из дагестанских, языке и исповедующие ислам (суннитского толка).

Нами была применена методика Н. Н. Толстых и И. Г. Дубова «Жизненные цели». Для обработки результатов были использованы методы математической статистики (и-критерия различия Манна-Уитни и Т-критерий Стьюдента). Изначально будут продемонстрированы те результаты исследования, которые подтверждены на статистически значимом уровне. Результаты анализа по каждому из критериев практически совпадают, уровень значимости различий в большинстве случаев не меняется. Все показатели достоверно значимы на уровне 0,001% (р<0,001).

Предполагается сравнение

частоты ответов между

анализируемыми группами:

дагестанцев в традиционной среде и дагестанцев в иноэтносе.

По данным исследования выявлено, что стремление реализовать свои способности у молодежи в иноэтносе намного выше, чем у молодежи в Дагестане (1=3,90; р=0,00). Это обусловлено, как нам представляется, тем, что проживание личности в измененных социальных условиях иноэтноса способствует стремлению к полной

самореализации в трудовой, учебной и иных видах деятельности.

Обрести чувство гармонии с

природой стремится в большей

степени молодежь в традиционной среде (t=-3,70; p=0,00), нежели в иноэтнической среде. Дагестанская молодежь, проживающая в иноэтносе, как правило, задается определенной целью: найти работу, учиться и т.д., в связи с чем отношение к природе принимает второстепенное значение.

Быть свободным в принятии

решении предпочитают в иноэтносе в

большей степени, чем в Дагестане (t=4,22; p=0,00). Оторванность от

привычного окружения, новый уклад жизни требует от личности дополнительных ресурсов для решения различных задач и целей. В иноэтносе молодые люди должны уметь управлять своими эмоциями и чувствами, самостоятельно решать личные проблемы.

Отомстить всем своим врагам намного важнее испытуемым, проживающим в Дагестане (69% от n=100), чем в иноэтносе (31% от n=100) (t=3,39; p=0,00). Здесь важно отметить, что месть для дагестанцев, как и для большинства кавказских народов, является инструментом сдерживания и противовеса в традиционном обществе. В обычном праве судебной системы горцев (адаты) месть была законодательной нормой, основанной также и на исламском праве (шариат), поэтому месть веками в дагестанском

обществе не считалась

преступлением или аморальным

поступком.

В философии месть определяют как производное из первичной необходимости самообороны [12]. В истории Дагестана самооборона

являлась наивысшей добродетелью, так как способствовала защите жизни народов этого региона от агрессора. В понятие «самооборона» входило также сохранение чести села, рода, семьи. Данный пережиток прошлого относится к так называемому

коллективному бессознательному. Наряду с архетипами матери, отца, аксакала, существует и архетип воина-защитника [11. С. 96]. Месть -это неписаный, но и поныне

действующий механизм регуляции межличностных отношений на Северном Кавказе, который запрещен исламом, преследуется законом, но сохранен как рудимент социального давления.

Проживая в иноэтносе, дагестанская молодежь принимает те моральные ценности, которые свойственны данному

иноэтническому окружению,

идентифицируется с ним, при этом минимизируются те стереотипы, которые актуализируются в традиционной среде.

Молодежь в иноэтносе непременно хочет иметь широкий круг общения, в отличие от молодежи, проживающей в Дагестане (1=4,58; р=0,00). В

психологии общение понимается как процесс обмена информацией и взаимодействия между людьми, основанный на восприятии и понимании людьми друг друга [1. С. 80]. Именно через общение приобретаются новый статус и новые социальные роли. Личность - продукт социальных отношений: чем больше у нее социальных ролей, тем более она реализует свои потребности. Полагаем, такое желание имеет чисто практическое значение, посредством которого есть возможность добиться определенных целей.

Для обеих групп особенно важно иметь хорошую семью. Молодежь Дагестана на этот вопрос чаще давала ответ «абсолютно согласен», чем молодежь в иноэтносе (1=-4,41; р=0,00). Стереотип значимости семьи в дагестанском обществе закладывается с детства и жестко закрепляется в самосознании; затем в подростковом и более зрелом возрасте переходит с

эмоционального уровня на рациональный уровень и жестко закрепляется в самосознании,

независимо от тенденций

глобализируемого мира. Семья для молодежи Дагестана остается главнейшей ценностью. Значение семьи не умаляется, так как в

дагестанских семьях сохраняется тесная связь со старшими

поколениями, уважение к родителям, к родным [9. С. 139].

В исследовании нами были получены и те результаты, которые статистически менее выражены и значимы, но продемонстрированы

для целостного и качественного содержания представления

дагестанской молодежи.

Способствовать развитию

общества молодежь, проживающая в иноэтносе, стремится в большей

мере, чем в традиционной среде. Такое пассивное отношение к данной ценности вполне согласуется с

данными, полученными ранее другими исследователями на

российской выборке. Она не относится к приоритетным ценностям у молодежи вообще. Как показывают результаты исследований, иерархия ценностей современной молодежи выглядит следующим образом:

образование, любовь, деньги, карьера, семья, профессия, здоровье, жизнь, идея, Отчизна, машина, дом, иное [7].

В завтрашнем дне более уверена молодежь в традиционной среде, чем в иноэтносе. Алгоритм жизни в привычном окружении предельно прост. Это облегчает жизнь, усмиряет притязание личности и снижает тревогу за будущее. Исследователи выделяют как стрессовый фактор отношение к личности в иноэтническом социальном

окружении как к чужаку или даже непрошеному гостю [10. С. 25].

Интересной, на наш взгляд, является разница в выборе оценки суждения «добиться максимальной власти». Для испытуемых в иноэтносе эта цель является более важной, чем в традиционной среде, но в то же время следует отметить некую микшированность (смешанность, завуалированность) в желании

добиться поставленной цели. Скорее всего, это может быть объяснено тем, что дагестанцы, находясь в условиях инородного окружения, ощущают усиленное чувство иллюзорного или реального ущемления своих прав, которое выражается в стремлении к свободе и благополучию,

аккумулированным в понятии «власть». Данные этнографических, социально-психологических и

социологических исследований

показывают, что дагестанцы, обладая хорошими организаторскими

способностями, коммуникативными качествами, самостоятельностью, стремятся стать неформальными лидерами в коллективах [4. С. 163].

Оставить свой след в истории предпочитают в большей степени дагестанцы, проживающие в иноэтносе, чем в Дагестане. Нам представляется, что это стремление подтверждено ценностями

традиционного уклада дагестанского общества. Как правило, если дагестанец выезжал за пределы Дагестана и добивался успехов в трудовой, общественной жизни, то такого человека ставили в пример подрастающему поколению,

родственникам, им гордились, он попадал «в историю» своего рода (тухум), села, республики. Примером для молодежи служат такие Герои Советского Союза, как М. Х. Манаров (летчик-космонавт), Р. Г. Абдулатипов (политический деятель), Т. О. Толбоев (летчик-испытатель), М. Т. Танкаев (генерал-полковник) и т.д.

Цель посвятить свою жизнь религии предпочитает некоторая часть молодежи, проживающая в традиционной среде, и в меньшей степени молодежь за пределами Дагестана. Здесь можно

констатировать факт снижения ценности религиозного фактора под влиянием иноэтнического окружения. Возможность реализации своего творческого потенциала,

профессиональных умений и знаний в иных условиях способствует развитию более рациональных форм

мышления и поведения личности. И хотя сама представленность религиозного фактора в иерархии дагестанской молодежи в условиях иноэтноса (Россия, Европа, США и др.) не снижается, сама идея посвящения себя религии в исследованных нами регионах не представляется актуальной для личности. Возможно, для

дагестанцев, посвятивших свою

жизнь религии, наиболее

благоприятными для их личностного роста стали бы страны,

исповедующие ислам.

Таким образом, моральные

ценности дагестанской молодежи в родном и инокультурном окружении имеет количественные и

качественные отличия. В

традиционной среде у дагестанской молодежи иерархия ценностей в структуре самосознания

представлена в следующем порядке: семья, широкий круг общения,

уверенность в завтрашнем дне, возможность отомстить своим врагам, посвятить свою жизнь религии,

стремление к максимальной власти, участие в развитии общества.

В иноэтносе иерархия ценностей выглядит следующим образом: семья, реализация своих способностей, быть свободным в принятии решении, широкий круг общения, уверенность в завтрашнем дне, стремление к максимальной власти, возможность отомстить своим врагам,

способствовать развитию общества, посвятить свою жизнь религии.

Проведенное исследование

морального самосознания позволило сформулировать следующие выводы:

- Ценность семьи не утрачивает своей значимости для молодежи Дагестана и на этнической родине, и в инокультурной среде и остается доминирующей ценностью.

- Молодежь Дагестана,

проживающая в условиях

иноэтнической среды, в большей степени стремится реализовать свои способности и в то же время она тяготеет к большей свободе выбора при принятии решений, чем молодежь на этнической родине.

- В самосознании дагестанской

молодежи кровная месть остается как механизм регуляции межличностных отношений. В традиционной среде подавляющее большинство

молодежи принимает данное негативное культурное наследие как стереотипную форму мышления и поведения. В иноэтносе эти индексы на два порядка снижены.

- Молодежь Дагестана,

проживающая в иноэтносе, стремится в большей степени способствовать развитию общества и оставить свой след в истории. Добиться максимальной власти для

испытуемых в иноэтносе является так же значимой, но микшированной

целью.

Результаты исследования могут быть использованы для составления программы личностного развития и адаптации личности в иноэтнической среде.

Примечания

1. Андреева Г. М. Социальная психология: Учебник. М., 1996. 2. Гаджимурадова 3. М. Этническое самосознание личности: структура, содержание, генезис: Монография. М. : «Прометей» МПГУ, 2006. С. 95-96. 3. Гаджимурадова 3. М. Этническое самосознание личности в эпоху интенсификации интеграционных процессов (на материале исследования народов Дагестана): Автореф. дисс. ... д-ра психол. наук. М., 2008. С. 3-4. 4. Крысько В. Г. Этническая психология: Учебное пособие для студ. высш. учеб. заведений. М. : Издательский центр «Академия», 2002. 163.С. 5. Лященко О. Г. Влияние средств массовой коммуникации на формирование нравственного самосознания: Автореф. дисс. ... канд. филос. наук. Ставрополь, 2003. С. 13. 6. Народонаселение // Большая Российская Энциклопедия. М., 1994. С. 574. 7. Ремшмидт X. Подростковый и юношеский возраст: Проблемы становления личности. М., 1994. 8. ХвостовА. А. Моральное сознание личности: структура, генезис, детерминанты: Монография. М. : Изд-во «Прометей» МПГУ, 2005. С. 172-187. 9. Хвостов А. А., Гаджимурадова 3. М. Моральное

самосознание студенческой молодежи двух культур: дагестанская и русская традиции: Монография. М. : Прометей, 2005. С. 139, 292. 10. Huang К. Campus mental health: the foreigner at your desk // Jornal of American College Health Association. 1977. P. 19-25, 216. 11. Jung C. G. (Ed.). Man and his symbols. New York Doubleday, 1964. P. 96. 12. URL

http://reviewessays.com/print/Revenge-Human-lnstinct/31982.html - США.

Статья поступила в редакцию 23.07.2011 г.