Тема культуры в русской мысли и в философии В. С. Соловьёва

Однако трудности изучения этой тематики связаны с тем, что эта школа не завершила свое историческое становление из-за социальных катаклизмов ХХ в. и, вследствие отсутствия единой терминологии, способной адекватно представить теософию как единую сферу знания, сегодня воспринимается по сути лишь как предмет истории или экзотический музейный экспонат.

Одной из основных задач философии сегодня является создание развитого категориального аппарата, способного к наиболее адекватной передаче истинного и целостного ЗНАНИЯ.

Только такая система может быть способной к адекватной передаче и философскому обобщению сложнейших феноменов, которые долгое время считались «религиозными доктринами» и «мистическими интуициями».

1 Булгаков С.Н. Тихие думы. М.: Республика, 1996. С. 229

2 Тургенев И.С. Повести // Тургенев И.С. Собр. соч. В 12 т. М.: Худож. лит, 1955. Т. 6. С. 95.

3 Розанов В.В. Мысли о литературе. М.: Современник, 1989. С.144.

4 Соловьёв В. С. Об упадке средневекового миросозерцания // Соловьёв В.С. Соч. В 2 т. 2-е изд. Т. 2. М.: Мысль, 1990. С. 345.

5 Соловьёв В. С. Цит. соч. С. 348

6 Письмо архиепископа Илариона [Троицкого] к Н.Н. по поводу Декларации митрополита Сергия [Страгородского] от 20 июля 1927 г., 4 ноября 1927 г. // Русская Православная Церковь и Коммунистическое государство. 1917—1941. - М.: Изд. ББИ св.ап. Андрея, 1996. С. 242.

В.Е. КОРОТКОВ

Ставропольский государственный университет

ТЕМА КУЛЬТУРЫ В РУССКОЙ МЫСЛИ И В ФИЛОСОФИИ

В.С. СОЛОВЬЁВА

Посвящена изучению особенностей понимания культуры русскими мыслителями 19-20-го вв. и роли философии В. Соловьёва в развитии этого понимания. Исследуется специфика рациональности русской культуры, представленной в философской рефлексии. Эта рациональность — рациональность «цельного знания», или Логоса, она связана с цельностью духа, основанной на вере и высшей разумности. Концепция культуры В. Соловьёва соответствует этапу «зрелого функционирования» этой рациональности и занимает важное место в его философии.

The paper is dedicated to investigating the peculiarities of understanding of culture in Russian thoughts of the 19-20-th centuries and of Solovyov's philosophy role in the evolution of this understanding. The author studies the features of the Russian culture rationality in philosophical reflection. This is the rationality of the "whole knowledge " or Logos, it is connected with the wholeness of mind and based on belief in God and on the supreme rationality. Solovyov's conception corresponds to the stage of the "mature function" of this rationality and takes up an important place in his philosophy.

Ключевые слова: русская философия, культура, цивилизация Запада, рациональность, христианская культура, культура Логоса.

Keywords: Russian philosophy, culture, civilization of the West, rationality, Christian culture, culture of Logos.

Тема культуры занимает в работах русских мыслителей заметное место: не случайно Н. Бердяев посвящает ей главу в «Русской идее». Интерес философов к изучению культуры связан с важнейшими темами русской мысли, среди которых Россия и Запад, кризис западной цивилизации, национальное и общечеловеческое, нигилизм и другие. Заметный вклад внесли отечественные мыслители в разработку теории культуры и цивилизации: можно отметить теорию культурно-исторических типов Н. Данилевского, теорию стадий развития цивилизации К. Леонтьева. В работах ХХ века изучение культуры выходит на новый уровень, проблемы культуры осмысливаются в историософских концепциях Н. Бердяева, Л. Карсавина, в теории социокультурной динамики П. Сорокина, в связи с анализом опыта революции в России Г. Федотовым и в иных контекстах.

В рамках небольшой статьи нет возможности рассмотреть все аспекты изучения культуры в отечественной философской мысли, однако исследование этой темы представляется актуальным. Особенности культуры России концентрированно проявляются в философской рефлексии, что позволяет рассматривать работы отечественных философов как ключ к тайнам русской культуры.

Рассматриваются особенности понимания культуры русскими мыслителями и место учения В. Соловьёва в развитии идеи культуры в отечественной философии.

В исследованиях культуры выделяют два подхода: историю культуры можно изучать, по словам Л. Баткина, в естественных науках «специфически-научным, или сциентистским», способом «как историю цивилизации» и в «специфически-гуманитарном плане» как систему смыслов, как полагание смыслов1. Эти подходы прослеживаются и в истории отечественной мысли, причем для философии наибольший интерес представляет подход к культуре как полаганию смыслов, прежде всего, своеобразие способа полагания смысла в русской культуре, или, другими словами, специфика ее рациональности, поскольку она нашла выражение в философской рефлексии. Выделяются синхронический и диахронический аспекты рассмотрения рациональности. Одними из первых в России к философскому осмыслению культуры обратились ранние славянофилы. Хотя в их работах термины «культура» и «цивилизация» почти не употребляются, исследование особенностей «просвещения» в России, «склада ума», «образованности» (И. Киреевский), особое внимание к истории «племен» и «вероисповеданий» («Семирамида» А. Хомякова) свидетельствуют о значимости культурологического аспекта их мысли. Этот культурологический интерес не был академическим. Философия в России имела критический, проективный и практически ориентированный характер, была, как правило, связана с задачами религиозного преображения человека и мира на

основе христианских ценностей. Оценивая вклад славянофилов в философское осмысление культуры, В. Зеньковский видит в них «проповедников «православной культуры», после которых «развивается рядом мыслителей мысль, что православие, заключая в себе иное восприятие и понимание, чем то, какое сложилось на Западе, может стать основой нового подхода к темам жизни и куль -туры. Это рождало и рождает некое ожидание, можно сказать, пророческое устремление к новому «эону», к «эпохальному» пересмотру всей культуры»2. Рассмотрение культуры через призму ее религиозного смысла в значительной степени определило характер и направление исследований культуры в дореволюционной и эмигрантской отечественной мысли: «Каково последнее задание культуры? Задача культуры - дело богочеловечества, т.е. очеловечение мира и обожение человека. В этом смысле задание культуры совершенно беспредель -но». «Недостижимый предел культурного творчества есть Царство Божие»3.

Этот лейтмотив связывает воедино различные аспекты осмысления темы культуры в русской философии, определяя общие принципы ее рассмотрения. Применительно же к русской религиозной философии можно говорить о типологической общности осмысления культуры, о некоторой единой парадигме, в рамках которой выявляется определенный тип рациональности русской культуры Х1Х-ХХ веков.

Хотя в отечественной философии представлены различные концепции культуры, именно религиозные интерпретации темы культуры позволяют выявить особенности ее рациональности. «Культура» производится от «культа», религия рассматривается как смыслообразующая основа культуры как системы (П. Флоренский). С точки зрения И. Киреевского характер культуры (понимаемой им как духовная культура) определяется господствующим типом религии. С влиянием православия он связывает отличие отечественного «просвещения» от западного. Основные различия полагаются в сфере духа: цельность и разумность древнерусского склада ума противопоставляются раздвоенности и рассудочности западноевропейского духа. Специфика рациональности русской культуры связывается с цельностью духа, основанной на высшей разумности, на православной вере. Эта концепция рациональности прослеживается в последующем развитии русской религиозной философии и в контексте истории отечественной философии его можно назвать рациональностью «цельного знания» или рациональностью Логоса.

Необходимо иметь в виду, что в русской религиозной философии представлен идеализированный образ русской культуры, который носит не дескриптивный, а, скорее, прескриптивный характер. При этом рациональность Логоса представляет особый тип рациональной культуры. В русской религиозной философии Логос понимается как универсальный абсолютный Разум, Разум в его цельности. «Идея высшего, универсального Разума возникает из умозрения, приходящего к сознанию своего высшего начала, - из необходимого развития философской мысли, спрашивающей себя о смысле жизни, о смысле сущест-вования»4. Ддя этой рациональной культуры характерны такие черты, как оп-

ределяющая роль религиозных, православных ценностей, органическая целостность, соединение религиозно-нравственных ценностей, философских и научных понятий в высшем синтетическом знании, ориентация на практическое преображение мира на основе этого знания. Не определяя здесь более подробно этот тип рациональности, отметим его значимость для осмысления культуры в отечественной мысли.

Специфика понимания культуры русскими мыслителями особенно заметна при сопоставлении его с современными ему концепциями культуры в западной философии. В. Эрн, противопоставляя рациональность Логоса рассудочной рациональности западной культуры, отмечал недопустимость рассмотрения культуры отвлеченно, как абсолютизированной совокупности музейных ценностей, ибо такое понимание культуры, «измышленное кантианством», есть отрицание культуры. «Вечна и абсолютна ценность не культуры, а жизни, творящей культуру»5, причем культура здесь понимается не как выражение иррациональности «жизни», а как выражение и оформление живого, животворящего Логоса. В этом плане понимание культуры в русской религиозной философии отлично и от основанных иррацио-налистических моделей. Критика отвлеченного научного разума (рассудка) в русской философии открыла путь в направлении супрарационализма на христианской основе. Русская культура не просто противопоставляется западной цивилизации, или культурам Востока, основанным на иных религиозных ценностях.

Противостояние между христианскими церквами имеет давние корни, но в XIX веке западная цивилизация переходит в новое состояние: на базе европейской христианской цивилизации формируется современная светская универсальная цивилизация. В русской мысли эта трансформация отражается в образах «кризиса культуры», «конца» Запада, в славянофильском отторжении современной культуры Запада, в протесте нигилистов против культуры. В философии ХХ веке углубляется понимание проблемы: западная цивилизация соотносится с «индустриальной культурой» (Б. Вышеславцев), выявляются общие черты развития культуры на Западе и в Советской России (Г. Федотов). Современная цивилизация рассматривается уже не как состояние региональной культуры Запада, а как один из этапов развития мирового цикла последова -тельной смены средневекового и возрожденческого типов культуры (П. Флоренский), («идеациональной» и «чувственной» систем культуры у П. Сорокина), причем как этап, близящийся к завершению. В этих условиях критика особенностей западной цивилизации направляется на цивилизацию как таковую, приобретает эсхатологический характер (Н. Бердяев).

Критика культуры Запада оказывается, в сущности, критикой современной цивилизации, утратившей религиозный смысл, это критика «бессердечной культуры»: «Человечество попыталось за последние два века создать культуру без веры, без сердца, без созерцания и без совести; и ныне эта культура являет свое бессилие и переживает свое крушение »6. Вместе с религиозным смыслом

утрачивается и нравственный смысл современной культуры. При этом во второй половине XIX века проблема нравственной и религиозной критики культуры, ее оправдания начинает постепенно отделяться от проблемы специфики российской цивилизации, последняя постепенно политизируется, трансформируясь в проблему национального своеобразия России, позднее это направление развития мысли находит свое завершение в евразийстве. Вместе с тем идея религиозной культуры сохраняет свою связь с идеей отличия культуры России от цивилизации Запада, они объединяются в рефлексии на тему «русской идеи».

Таким образом, внешний интерес к теме культуры в русской философии имеет глубокие внутренние основания, в работах отечественных мыслителей представлено специфическое понимание культуры. Русские мыслители достаточно глубоко осознали не только своеобразие своей культуры, но и природу современного конфликта в сфере культуры, и значение темы культуры для России и всего человечества. При этом представители

Для подхода русского философа к культуре характерно стремление постигать «внутреннюю истину или смысл (логос) предметов»8, не описывать предмет, а указывать его значение в «общей связи истинно сущего». Феномены культуры рассматриваются им как подготовительные условия для решения более значительных задач.

Среди феноменов культуры В. Соловьёв особо выделяет религию, более того, сама культура рассматривается им в религиозном аспекте, а значимые различия между культурами связываются с религиозными различиями. Внимание уделяется общим моментам в учениях важнейших религий, их готовности к синтезу во имя осуществления высших идеалов человечества. Интересны работы философа, посвященные религиям Древности и Востока. В. Соловьёв сопоставляет их учения с христианством, он открыт для восприятия и понимания других вероисповеданий, вступает с ними в диалог. В «Чтениях о Богочеловечестве» последовательно рассматриваются «пессимизм и аскетизм» буддизма, идеализм Платона, монотеизм иудаизма (и связываемого с ним ислама), александрийская теософия - «все эти фазисы религиозного сознания заключаются в христианстве, вошли в состав его»9.

Оценивая западное христианство, В. Соловьёв, с одной стороны, отмечает его роль в становлении «антихристианской цивилизации» Запада, с другой - видит в нем союзника в борьбе за христианские ценности. Двойственно значение и западной цивилизации. Она освободила человеческое сознание от всех внешних ограничений, признала отрицательную безусловность человеческой личности, провозгласила безусловные права человека. В то же время философ отмечает «великий смысл отрицательного западного развития, великое назначение западной цивилизации. Она представляет полное и последовательное отпадение человеческих природных сил от божественного начала, исключительное самоутверждение их, стремление на самих себе основать здание вселенской культуры»10. Поэтому эта цивилизация утвердила одновременно и бесконечное стремление, и невозможность его удовлетворения.

В противоположность западному христианству, породившему эту цивилизацию, христианский Восток «привязывается к божественному» и сохраняет его. При этом и христианский Восток, и христианский Запад не только не исключают друг друга, но и необходимы друг для друга. Однако, храня истину Христову, «восточная церковь не осуществила ее в внешней действительности, не дала ей реального выражения, не создала христианской культуры, как Запад создал культуру антихристианскую»11. В этой связи В. Соловьёв ставит задачу создания христианской культуры. «Истинно христианская культура» предполагает «установление во всем обществе человеческом и во всех его деятельностях того отношения трех начал человеческого существа, которое индивидуально осуществлено в лице Христа»12. Это отношение философ видит в свободном подчинении низших начал (материального и рационального) высшему божественному, однако свободы развития недоставало восточному человеку, чем определялось несовершенство последнего.

В развитии начал свободы в человеке В. Соловьёв видит «положительное значение и цель» западной культуры, которая дополняет духовные начала восточного христианства.

Синтез начал Востока и Запада в христианской культуре является важнейшей задачей, практическому решению которой В. Соловьёв посвятил ряд лучших лет жизни на рассудочном типе мышления классических моделей культуры, и от русской религиозной философии предложили свое понимание целей и задач культуры, оставив потомкам идею христианской культуры.

Какова же роль философии В. Соловьёва в развитии темы культуры в истории русской мысли и какое место эта тема занимает в его творчестве? В истории рассмотренного здесь типа рациональности можно выделить ряд этапов. По мнению исследователей, рациональность, как правило, в процессе своего развития проходит «восходящий», «зрелого функционирования» и «нисходя-щий»7 этапы. Такие этапы можно выделить и в эволюции понимания культуры в русской религиозной философии. Формирование основ идеализированной модели русской культуры связано с творчеством ранних славянофилов, а «нисходящий» этап ее развития приходится на послеоктябрьский период существования традиции. Этап «зрелого функционирования» этой рациональности, на котором оформляются выразительные средства данного способа мышления, а сам способ успешно применяется для осмысления культуры, приходится, по нашему мнению, на вторую половину Х1Х - первые десятилетия ХХ века. В этот период философами достаточно широко используются ключевые понятия «культура» и «цивилизация», формируются концептуальные основы рассмотрения культуры в русской религиозной философии, выработанные концепции применяются на практике. В этом плане учение В. Соловьёва вполне обоснованно можно отнести ко второму этапу развития рациональности Логоса, к этапу «зрелого функционирования».

При рассмотрении концепции культуры В. Соловьёва следует указать на применение им достаточно развитого понятийного аппарата. Для характе-

ристики современной ему культуры Запада активно используется понятие «цивилизация»; понятия «культура», «европейская культура», «культурно-исторический процесс» используются реже и в определенных контекстах, но чаще, чем философами первой половины XIX века. Кроме того, философ рассматривает такие составляющие культуры, как «образованность», нравственность, искусство, право, государство и т.д., демонстрируя тем самым многоаспектный подход к культуре и значимость культурологической проблематики для его творчества.

Но культура для В. Соловьёва не просто совокупность феноменов, являющихся объектом изучения, она рассматривается мыслителем именно в аспекте ее духовного содержания, в аспекте полагания смысла бытия, с точки зрения ее роли в духовном преображении мира, «не исторически, а мистически».

Рассматривая культуру с точки зрения религиозных целей и задач, В. Соловьёв видит в ней лишь ступень на пути богочеловечества к подлинному соединению с божественным началом, подготовительное условие к осуществлению всеединства. Культура, утратившая этот смысл, - антихристианская культура, безбожная цивилизация, хотя и она имеет некоторое положительное значение. Подобным же образом оценивается и «полуевропейская буржуазная цивилизация»13, пустившая корни в городах России. В ряде аспектов критики цивилизации В. Соловьёв близок Н. Федорову, Л. Толстому, российским нигилистам. Вместе с тем его концепция культуры существенно иная. «Центральный пункт в возражениях Соловьёва [Толстому] и главная его опора состоит в том, что для развития свободы и нравственности безусловно необходимо благоустроенное общество»14, ибо без социального переустройства нравственность остается отвлеченным понятием. В. Соловьёв не отвергает современную ему культуру, а рассматривает ее как подготовительное условие для действительного преображения мира. Тем самым происходит своего рода «оправдание культуры» в философии В. Соловьёва. В его учении современная культура предстает как ступень на пути спасения человечества, причем как ступень прогрессивного развития, безбожная цивилизация преодолевается на пути движения вперед, а не назад. Философ критикует проект «великой консервативной культуры» К. Леонтьева15.

Выступая как критик нигилистического и консервативного отношения к культуре, В. Соловьёв критически относится и к абсолютизации культурных различий. Рассматривая теорию культурно-исторических типов Н. Данилевского, он выступает как против ряда ключевых ее положений, так и против политических интерпретаций ее почвенниками и иными последователями, видящими в ней обоснование национализма. Философ критикует противопоставление культур, национальную замкнутость и обособленность, раскрывает диалектику национального и общечеловеческого.

Концепция культуры В. Соловьёва является составной частью его философии всеединства, связана с учениями о Логосе, Софии, Богочело-

вечестве, с концепцией «цельного знания». В его концепции культуры ра -циональность русской культуры проявляется наиболее полным обра -зом, находится на этапе «зрелого функционирования». В этом плане наследие великого философа предоставляет нам значительные возмож -ности для осмысления отечественной культурной традиции, связь с которой мы ощущаем и в настоящее время.

1 Баткин Л.М. Два способа изучать историю культуры // Вопросы философии. 1986. № 12. С. 107.

2 Зеньковский В.В. История русской философии. Л. Эго, 1991. Т.1. Ч.2. С.5.

3 Булгаков С.Н. Догматическое обоснование культуры // Булгаков С.Н. Сочинения. В 2т. - М.: Наука, 1993. Т.2. С.642.

4 Трубецкой С.Н. Учение о Логосе в его истории. Философско-историческое исследование // Трубецкой С.Н. Сочинения. М.: Мысль, 1994. С.52.

5 Эрн В.Ф. Борьба за Логос // Эрн В.Ф. Сочинения. М.: Правда, 1991. С.125.

6 Ильин И.А. Путь к очевидности // Ильин И.А. Религиозный смысл философии. М.: АСТ, 2003. С. 344.

7 Мамонова М.А. Запад и Восток: традиции и новации рационального мышления. М.: МГУ, 1991. С. 42-43.

8 Соловьёв В.С. Чтения о Богочеловечестве // Соловьёв В.Е. Сочинения. В 2 т. М.: Правда, 1989. Т.2. С.91.

9 Там же. С. 105.

10 Там же. С. 15.

11 Там же. С. 167.

12 Там же.

13 Соловьёв В.С. Враг с Востока // Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. С. 482.

14 Новгородцев П.И. Идея права в философии Вл.С. Соловьёва // Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М.: Изд-во «Пресса», 1991.С. 537.

15 Соловьёв В.С. Статьи из энциклопедического словаря: Леонтьев // Соловьёв В.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988. С. 418.