Своя проводка ближе к делу

Новую, четвертую волну создания кэптивных банков, одного из старейших сегментов отечественной финансовой системы, инициировали крупные онлайн-ритейлеры. В результате впервые за три года в России начал действовать новый универсальный банк — по сути, кэптивный банк нового типа.

Маркетплейсы обзаводятся собственными банками с универсальными лицензиями

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

В кармане у сырьевиков

В новейшей истории России первые кэптивные банки начали появляться в начале 90-х годов прошлого века, когда в результате приватизации крупные заводы переходили в частные руки. Банковская лицензия стоила тогда дешевле «Лады» 6-й модели, поэтому за короткое время в стране появилось больше 5 тыс. банков. Зачастую главной целью новых кредитных организаций было обслуживание интересов мажоритарных акционеров и аффилированных с ними лиц. Интересно, что новые собственники промышленных предприятий нередко имели по несколько «карманных» банков. Одни создавались для расчетов с поставщиками и льготного кредитования собственных бизнес-проектов внутри страны, другие — для расчетов по экспортным контрактам и привлечения дешевого фондирования за рубежом.

В 1990-е банковская лицензия стала для «новых русских» своего рода визитной карточкой для пропуска в большой бизнес. Больше всего среди них было представителей сырьевого сектора экономики. Дело в том, что и 30 лет назад, и сейчас охотнее всего иностранцы покупают у нас нефть, газ, цветные и черные металлы, алмазы. В то время «карманные» банки имели владельцы ЛУКОЙЛа («Петрокоммерц»), УГМК («Кольцо Урала»), «Мечела» (Углеметбанк), «Северстали» (Меткомбанк), НЛМК (Липецккомбанк), Объединенной металлургической компании (Металлинвестбанк), ТМК (СКБ-банк), «Базового элемента» («Союз»), АЛРОСА (МАК-банк) и др.

«Кредитный пир» длился недолго. В нулевые годы промышленные группы слишком разрослись. При этом рентабельность банковского бизнеса снизилась. А затем серия отраслевых кризисов в корне изменила отношение сырьевых олигархов к кэптивным банкам, когда большая часть кредитов выдается «своим» компаниям. Стало понятно, что риски надо срочно снижать. Выбор оказался невелик: или уходить с банковского рынка, продав бизнес более удачливым конкурентам, или, нарастив капитал, стать универсальным коммерческим банком.

Последний вариант, в частности, выбрали в Газпромбанке, Альфа-банке, Сургутнефтегазбанке, банке «Аверс», которые когда-то создавались исключительно для обслуживания финансовых потоков газовой монополии, ТНК-ВР, входящей в «Альфа-Групп», нефтяной компании «Сургутнефтегаз» и нефтехимической империи группы ТАИФ соответственно. Сегодня эти игроки добились солидных успехов в розничном потребительском кредитовании.

Автобанки ударили по газам

Второй раз сегмент кэптивных банков получил мощный импульс к развитию в 2012–2013 годах. На фоне успехов отечественной экономики и увеличения количества обеспеченных россиян сразу семь глобальных автобрендов решились обзавестись собственными кредитными организациями: Renault Nissan (РН-банк), Toyota (Тойота-банк), Mitsubishi (МС-банк Рус), Mercedes-Benz (Мерседес-Бенц банк Рус), BMW (БМВ-банк), Volkswagen (Фольксваген-банк Рус), Peugeot Citroen («ПСА Финанс Рус»).

Из-за минимальной стоимости фондирования от материнских банков и субсидий автоконцернов названные банки предложили покупателям минимальные ставки по автокредитам. В прошлом году, по данным Frank RG, доля банков, принадлежащих западным автомобильным корпорациям, в общем портфеле автокредитов достигла 25%.

Конкурировать с прагматичными иностранцами оказалось непросто. Их затраты на региональную экспансию оказались намного ниже, чем у российских универсальных банков. Автобанкам не нужно было открывать представительство в каждом небольшом городе — достаточно организовать рабочее место в салоне дилера. К тому же от «пришельцев» не требовали роста бизнеса, их главная цель — поддержание продаж продукции своего автопроизводителя и оказание клиентам сопутствующих финансовых услуг.

Со временем у кэптивных автобанков обнаружились слабые места. Во-первых, мода на автомобиль конкретной марки переменчива. Во-вторых, автобанки абсолютно зависимы от «здоровья» головной корпорации. Например, в 2021 году из-за финансовых проблем PSA Peugeot Citroen закрылся банк «ПСА Финанс Рус», проработавший в стране 13 лет.

В плену сетей

Вскоре попытку занять место под солнцем в кэптивном сегменте предприняли крупные ритейлеры. В 2013 году заработал Икано-банк, подконтрольный IKEA. Сначала новичок работал с корпоративными клиентами сети и их партнерами в России. Затем начал кредитовать покупателей в магазинах сети, провел эмиссию собственных карт и получил от ЦБ РФ лицензию на привлечение вкладов физических лиц. Впрочем, по мнению участников рынка, финансовый проект IKEA в России трудно назвать успешным.

Провалом закончилась попытка создать кэптивный банк сети салонов связи «Связной». В конце 2015 года Связной банк потерял лицензию из-за утраты собственных средств. Забуксовал аналогичный проект и у группы Auchan. На первых порах кэптивный Оней-банк стал расчетным центром французской сети, позволяя ей сократить время и затраты на обслуживание финансовых потоков. Потом фокус сместился на розничное потребкредитование. Впрочем, дела в этом направлении пошли не совсем гладко. И развивать собственный банк французы передумали, продав его в 2020 году Совкомбанку.

Банк для электронной коммерции

Пандемия и режим самоограничений вернули интерес крупных ритейлеров к кэптивным банкам. Правда, на сей раз «висты» от режима самоограничений захотели получить электронные площадки. В России началась серьезная битва за e-commerce.

В прошлом году интернет-гипермаркет Ozon купил Оней-банк, Wildberries — «Стандарт-кредит», а «Яндекс» — «Акрополь». Не секрет, что чистая процентная маржа банков (за исключением госбанков и частных банков из топ-20) в последнее время падает. Поэтому сейчас проще и дешевле купить действующую лицензию, чем создавать бизнес с чистого листа.

Интересно, что Озон-банк, Вайлдберриз-банк и Яндекс-банк стараются не повторять ошибки предшественников: они продолжают работать с клиентами через крупные банки-партнеры, а свои кредитные организации используют преимущественно для расчетов. При этом, развивая современный платежный сервис, они стремятся ограничить доступ чужих банков к собственным клиентским базам. Цели у маркетплейсов понятные: обслуживать через кэптивные банки свои денежные потоки и партнеров по экосистеме напрямую, управлять себестоимостью собственных услуг, развивать оригинальные комплексные цифровые финансовые продукты.

По мнению аналитиков, кэптивные банки маркетплейсов выбирают разные модели развития. Так, в начале года Вайлдберриз-банк запустил дебетовую карту для физлиц WB Card. Ее главная фишка — дополнительная скидка 2% при покупке товаров Wildberries. Банк также объявил о том, что начинает кредитовать продавцов своего маркетплейса под залог товаров на складах.

Яндекс-банк старается грамотно монетизировать гигантский поток клиентов, которые ищут товары на «Яндекс.Маркете».

Есть планы купить небольшую кредитную организацию в России у китайского онлайн-магазина Aliexpress. Очевидно, что в условиях украинского кризиса экономика РФ все больше переориентируется в сторону Азии. И в первую очередь растет товарооборот с КНР.

Рынок также с большим вниманием следит за действиями VK, которая в конце прошлого года договорилась в партнерстве со Сбербанком пойти «еще дальше». «ВКонтакте», получившая после начала украинского кризиса новую порцию популярности, имеет свою платежную систему VK Pay, но банка у соцсети пока нет.

Озон-банк активно развивает рассрочку на картах Ozon и электронные кошельки, которые удобны для расчетов за товары онлайн. Однако необоснованное включение банка в SDN-лист США ударило по его бизнесу и снизило скорость международных трансакций. Интернет-ритейлер не стал тянуть с ответом и запустил дублера. В середине марта Центробанк выдал лицензию Еком-банку, подконтрольному Ozon. Впервые за три года в России появился новый универсальный банк — по сути, кэптивный банк нового типа. Уставный капитал Еком-банка, согласно данным ЦБ, составил 3,6 млрд руб.— на порядок выше, чем у Озон-банка (345 млн руб.). Как пояснили в Ozon, в компании «видят растущий спрос со стороны продавцов и франчайзи сети пунктов выдачи заказов на финансовые продукты». Летом текущего года интернет-ритейлер Ozon объявил о запуске дебетовой карты собственного банка, ее можно использовать для оплаты покупок не только на маркетплейсе.

В начале сентября компания Ozon решила присоединить Озон-банк, работающий на базовой лицензии ЦБ, к Еком-банку, который благодаря универсальной лицензии предоставляет более широкий спектр сервисов для B2C- и B2B-клиентов. Завершение реорганизации планируется на декабрь.