Формирование нормативно-документальной базы деятельности правительственных учительских семинарий в России в 60-80 годах xix века

ИСТОРИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

УДК: 94

О. В. Перова

ФОРМИРОВАНИЕ НОРМАТИВНО-ДОКУМЕНТАЛЬНОЙ БАЗЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ УЧИТЕЛЬСКИХ СЕМИНАРИЙ В РОССИИ В 60-80 ГОДАХ XIX ВЕКА

Характеризуется состояние народного образования в России к середине XIX в. Показано отношение правительства и общества к проблеме подготовки учителей для народной школы. Отражен процесс формирования основных нормативных документов, регламентирующих деятельность правительственных учительских семинарий в период 60-80 гг. XIX в.

Ключевые слова: Западно-Сибирский учебный округ, учительская семинария, педагогическое образование.

Социально-экономические процессы, начатые реформами 60-70-х гг. XIX в., неизбежно привели к изменению всей системы общественного устройства России. Среди либеральных преобразований, проводимых правительством Александра II, одно из важных мест заняла реформа народного образования. Необходимо было не только обеспечить растущие производственные потребности грамотными кадрами, но во многом изменить психологию человека, только что вышедшего из состояния крепостной зависимости. Передовые педагогические деятели того времени проводили идею воспитания человека, наделенного сознанием своих гражданских прав и разумно применяющего свои способности на благо общего развития.

Сложившаяся же к середине XIX в. система народного образования мало удовлетворяла возросшие потребности общества. Она была очень сложной, многоуровневой, многоотраслевой. Низшие учебные заведения учреждались различными министерствами и отдельными управлениями. К примеру, только одно министерство государственных имуществ открыло около 3 000 народных школ для государственных крестьян (без учета школ грамотности и инородческих школ) [1, с. 389]. В конце 1850-х гг. большинство низших учебных заведений состояло в духовном ведомстве, Министерству народного просвещения (МНП) подчинялась лишь незначительная часть приходских и уездных училищ. Главной целью приходских училищ, согласно уставу 1828 г., являлось «распространение первоначальных сведений между людьми самых низших сословий» [2, с. 96]. Задача же учебных заведений, открытых другими ведомствами (военным, горным, императрицы Марии, государственных иму-ществ, удельным и другими) состояла прежде всего в подготовке специалистов для своих учреждений. В училищах ведомства государственных иму-

ществ кроме общей цели всех низших учебных заведений «служить рассадником образования массы народной» также осуществлялась подготовка наиболее способных воспитанников «в волостные и сельские писаря, в фельдшера и землемерские помощники», а в училищах удельного ведомства готовились писари в удельные конторы и приказы [2, с. 96]. Основной учебный курс для большей части учеников представлял собой лишь «научение грамоте и счисление и механическое изучение, наизусть, краткого катехизиса и священной истории» [2, с. 97]. Таким образом, в ведомственных учебных заведениях решался прежде всего кадровый вопрос, поэтому в них больше внимания уделялось не общему образованию и религиозно-нравственному воспитанию молодого поколения, а формированию специальных знаний. По мнению Ученого комитета главного правления училищ, сложившиеся условия, в которых происходило обучение в большинстве низших учебных заведений, были «не способны воспитать из учащихся в них человека», а могли лишь из лучших воспитанников «образовать только грамотных людей и писарей» [2, с. 97]. Похожая ситуация сложилась и в уездных училищах, которые из-за сжатости общего курса обучения и отсутствия подготовленных преподавателей превратились из общеобразовательных в специальные училища. При этом последняя цель также оказалась мало достижима, так как при отсутствии основательного общего образования специальные знания были непрочными.

С конца 1850-х гг. дело распространения народного образования было возложено на МНП. Первым шагом министерства в этом направлении было предложение обсудить реформу начальных училищ. В 1856 г. Ученому комитету МНП было поручено пересмотреть старые училищные уставы и составить новые положения для разного типа школ

в соответствии с современными взглядами на обучение и воспитание. Подготовленные министерством проекты уставов низшей и средней школы дважды направлялись для всестороннего обсуждения в учебные округа, в 1860 г. по инициативе министра народного просвещения Е. П. Ковалевского и в 1861 г. по распоряжению управляющего министерством А. В. Головнина с учетом уже полученных многочисленных отзывов. Поступившие предложения по проекту устава всех типов учебных заведений были опубликованы в 1862 г. в пятитомном сборнике «Замечаний на проект Устава общеобразовательных учебных заведений и на проект общего плана устройства народных училищ», что во многом способствовало продолжению дискуссии в дальнейшие годы.

Либеральные настроения эпохи Александра II нашли отражение в представленных к обсуждению документах. Так, в объяснительной записке к «Проекту устава общеобразовательных учебных заведений министерства народного просвещения» главной целью педагогической деятельности низших и средних училищ провозглашалось «воспитание человека, т. е. такое всестороннее и равномерное развитие в обучающемся юношестве всех умственных, нравственных и физических сил, при котором только возможны разумное, согласное с человеческим достоинством воззрение на жизнь и вытекающее из него умение пользоваться жизнью» [2, с. 95]. Для достижения такой высокой цели, по мнению Ученого комитета, необходимо было провести комплекс мероприятий: «дать низшим и средним заведениям характер общеобразовательный», сосредоточить все общеобразовательные учебные заведения в ведомстве МНП, «обратить особенное внимание на приготовление способных воспитателей и учителей, с представлением им прав, соразмерных с важностью их обязанностей», предоставить возможность учебным заведениям самостоятельно совершенствоваться в учебно-воспитательном процессе и «облегчить способы к распространению образования» [2, с. 95]. Таким образом, кроме изменения самого содержания обучения ставилась задача и значительного увеличения общего числа учебных заведений, в том числе сельских училищ для детей крестьян. Как следствие, сразу возникла проблема обеспечения всех учебных учреждений квалифицированными педагогическими кадрами, однако ясного представления об организации педагогического образования не было.

Опыт подготовки учителей для народной школы в Российской империи ограничивался деятельностью Санкт-Петербургской учительской семинарии, основанной при Екатерине II в 1786 г. и выпустившей к 1801 г. 450 учителей для главных и малых училищ [3, с. 2], так тогда назывались го-

родские и сельские начальные школы. Кроме того, недолгое время существовал второй разряд главного педагогического института сначала при Санкт-Петербургской гимназии (с 1820 по 1822 г.), а потом при самом институте (с 1838 по 1848 г.), где также готовились учителя для низших учебных заведений. Открытые в разное время учительские семинарии в Дерпте, Варшаве и специальные учительские классы при Ставропольской гимназии обеспечивали учителями только местные училища [2, с. 121]. Специально подготовленные в них учителя были в первую очередь ориентированы на воспитание национальной молодежи в духе православия и самодержавия. В остальных же частях империи, по причине малочисленности низших учебных заведений, проблема учительских кадров не поднималась. От кандидатов на учительские места, в соответствии с положением 1846 г., не требовалась специальная подготовка, достаточно было лишь формального знания учебников и правил преподавания в приходских школах. Наличие необходимой педагогической практики для учителей приходских училищ не предусматривалось и школьным уставом 1828 г. Но уже к середине XIX в., в условиях количественного роста народных училищ и почти полного отсутствия специальных педагогических учебных заведений в Российской империи, дело подготовки учительских кадров для низшей школы приобрело первостепенную важность.

Понимая крайнюю необходимость организации специальных педагогических учебных заведений, Ученым комитетом в «Проекте устава общеобразовательных учебных заведений министерства народного просвещения» (1861 г.) впервые был поставлен вопрос об учреждении учительских институтов для подготовки учителей сельских и уездных народных училищ. За основу предлагалось взять устройство существующих в Германии и Швейцарии учительских семинарий. На обсуждение общественности были вынесены вопросы о степени закрытости новых учебных заведений, объеме курса преподавания, форме управления учебным заведением и др. Особое значение уделялось процессу формирования личных качеств будущих педагогов, так как народный учитель в своей профессиональной деятельности должен был соединять в одном лице все училищные должности как «начальник и главный распорядитель по части воспитательной и вместе с тем единственный преподаватель, действующий на умственное и нравственное развитие учащихся» [2, с. 122]. Аргументом в пользу закрытой системы функционирования заведения выдвигалось предложение о возможности более тесного общения и положительного влияния друг на друга воспитанников и их наставников. Кроме того,

предполагалось, что «молодые люди, избирающие для себя скромную карьеру народного учителя» только в таких условиях могли привыкнуть к «жизни аккуратной, точной, деятельной и лишенной светских увлечений» [2, с. 124].

Целью новых педагогических учреждений была определена подготовка необходимого числа светских «учителей грамотности» для народных училищ, на первый план в обучении ставилась методика преподавания в народной школе. В дальнейшем, «по мере распространения грамотности» и расширения курса народных училищ, программа подготовки учителей должна была дополняться сведениями из новейших разработок в области дидактики и современной педагогики [2, с. 125]. Общее управление учительским институтом передавалось директору училищ губернии, а непосредственное - педагогическому совету под председательством одного из преподавателей, назначенного на должность инспектора института. Вся учебная нагрузка распределялась между штатными преподавателями, на них же возлагались осуществление надзора за воспитанниками и выполнение отдельных обязанностей по решению педагогического совета. Для преподавания отдельных дисциплин могли приниматься специалисты «из платы по найму», например опытный агроном для руководства воспитанниками в практических занятиях по садоводству и огородничеству. Предпочтительным местом открытия институтов определялась сельская местность или уездный город. К обучению допускались молодые мужчины в возрасте не моложе 16 лет, закончившие народное училище и прошедшие медицинское освидетельствование. При отсутствии аттестата о первоначальном образования, кандидаты должны были выдержать вступительное испытание. В институте панировалось обучение 50-60 чел. в 3 классах по полтора года в каждом. Основной курс учительских институтов предполагал изучение следующих предметов: Закон Божий, педагогика с дидактикой, отечественный язык, история, география со статистикой, естествоведение, арифметика и геометрия, чистописание и черчение, пение, гимнастика, огородничество, садоводство и полеводство. Педагогические навыки воспитанники старших классов должны были приобрести путем проведения всех занятий, за исключением уроков Закона Божьего, в народном училище при институте. Еженедельная учебная нагрузка в первом классе не должна была превышать 24 ч, а во втором и третьем 10 ч. После завершения курса обучения воспитанники обязаны были прослужить по назначению в должности народного учителя в течение 6 лет [2, с. 17-24]. В проекте устава были представлены лишь общие положения об учительских институтах, при этом не исключалась воз-

можность их корректировки с учетом местных условий.

Идея создания специальных педагогических учебных заведений была поддержана во всех учебных округах. Вместе с тем вопрос «о способах приготовления учителей для начальных народных училищ» получил развитие в последующие годы [4, л. 193]. С целью изучения опыта учительских семинарий и народных училищ Германии, Швейцарии, Бельгии, Саксонии, Пруссии министерством за границу были командированы специалисты. Новый проект Положения и штата учительских семинарий был представлен на одобрение Ученым комитетом в 1865 г. [4, л. 254-269]. Срок обучения в учительской семинарии был сокращен до двух лет, режим функционирования учебных заведений определялся открытым, выпускники обязывались служить на учительских должностях 4 года. Были внесены изменения в название учебных предметов и количество учебной нагрузки в каждом классе - в младшем 24 ч и в старшем классе 16 ч в неделю.

Обсуждались другие варианты относительно быстрого решения кадровой проблемы через педагогические курсы при гимназиях или уездных училищах и прикрепление «учительских кандидатов в качестве учительских помощников к таким приходским училищам, которые имеют хороших учителей». Последний вариант практически сразу был отклонен Ученым комитетом, поскольку сложно было найти большое число образцовых начальных училищ, отвечающих всем требованиям и нельзя было отказываться от теоретического курса обучения будущих учителей. Наиболее предпочтительным способом подготовки учителей было названо учреждение учительских семинарий, однако по финансовым соображениям в качестве временной и менее затратной меры было предложено открыть и некоторое число педагогических курсов [4, л. 193, 194]. Согласно представленным сметам, годовое содержание двухклассных учительских семинарий обходилось правительству в 8 450 р., а двухгодичных педагогических курсов - 3 545 р. [4, л. 267, 269].

В 1864 г. в качестве эксперимента на 4 года в местечке Молодечно в Западной Белоруссии была учреждена правительственная учительская семинария, а в 1865 г. были открыты двухгодичные педагогические курсы при уездных училищах Санкт-Петербургского, Московского, Харьковского, Одесского и Казанского учебных округов. Однако дальнейшая разработка проектов была приостановлена.

В правительстве после покушений на царя и высших чиновников стали преобладать реакционные настроения. В области народного просвещения эта

тенденция оказалась связана с позицией нового министра и одновременно обер-прокурора Св. Синода Д. А. Толстого, который был противником светского народного образования и специальных педагогических учебных заведений для народных учителей. Министр активно выступал за передачу подготовки сельских учительских кадров духовным семинариям. Так, в 1866 г. при положительном решении в Ученом комитете МНП вопроса об открытии в Тифлисе Александровской учительской семинарии с измененным штатом Д. А. Толстой высказал свое несогласие с позицией кавказского наместника о пользе данных учебных заведений. По мнению министра, значительная сумма, предназначенная на учительскую семинарию, могла быть «употреблена с большей пользой, если бы была обращена на улучшение местной семинарии духовной, из которой и могли бы быть доставляемы учителя для народных школ, с образованием несравненно более полным, чем предполагаемый трехлетний курс» [5, л. 1393]. Но даже и после принятого решения об открытии учительской семинарии он потребовал исключить из курса обучения «гигиену, медицину и естествоведение, так как по отрывочности сведений, которые могут быть сообщены в короткое время мало подготовленным слушателям, они пользы не принесут, а вредны быть могут, если послужат орудием материалистической пропаганды, как, к сожалению, и было в некоторых заведениях» [5, л. 1394].

Для усиления роли духовного ведомства в деле подготовки народных учителей Д. А. Толстым в том же 1866 г. были проведены решения о введении в курс духовных семинарий преподавания педагогики и об учреждении воскресных школ для пробных уроков семинаристов. Кроме того, он предлагал «постановить правилом, что никто из кончивших курс в семинарии не может быть священником, если не пробыл двух или трех лет школьным учителем». Пользу от последней меры министр видел как для церкви, так и для системы образования [5, л. 1393, 1394]. Однако предпринятые шаги не дали положительного результата: семинаристы неохотно шли служить в начальные училища, система преподавания в начальных училищах состояла в механическом заучивании богословских текстов, что делало школы крайне непопулярными в народе. Вместе с тем пассивность правительства в решении проблемы педагогических кадров подтолкнула земские общества и частных лиц к инициативе открытия учительских школ и семинарий на собственные средства. Понимая, что дело народного образования вновь выходит из-под контроля, министр Д. А. Толстой вынужден был вернуться к рассмотрению проекта положения и штата учительских семинарий, составленному

еще в 1865 г., тем более, что в 1868 г. истекал срок временных Устава и Положения о Молодечненской учительской семинарии.

К 1870 г. были разработаны новые нормативные документы для Молодечненской учительской семинарии, которые легли в основу деятельности всех открытых с 1870 по 1902 г. учреждений подобного типа. Опыт организации педагогических курсов при уездных училищах к этому времени показал, что срок обучения в два года недостаточен, программа и педагогическая практика несовершенны. В результате они были закрыты, а вместо них в тех же учебных округах открылось пять учительских семинарий.

Основными документами, регламентирующими деятельность правительственных учительских семинарий, являлись «Положение об учительских семинариях», утвержденное в 1870 г. и «Инструкция для учительских семинарий министерства народного просвещения» 1875 г. [6, с. 1152-1191].

Согласно Положению, учительские семинарии учреждались с целью «доставить педагогическое образование молодым людям всех сословий, православного исповедания, желающим посвятить себя учительской деятельности в начальных училищах» [6, с. 1152]. При них для педагогической практики воспитанников открывались образцовые начальные училища. Оба учреждения содержались в основном за счет казны. Вместе с тем были ограничены права общественных организаций и частных лиц по содержанию учительских учебных заведений. Многие из существовавших земских учительских школ и семинарий были закрыты, но за земствами и обществами были оставлены права выделения пособий и специальных стипендий. Режим функционирования учительских семинарий определялся как открытый, обучение в семинарии было бесплатным для казенных воспитанников, разрешалось принимать воспитанников за счет стипендий земств, сельских и прочих обществ, частных лиц, а также своекоштных учеников. Курс обучения составлял три года, по одному году в каждом классе [6, с. 1153-1154].

Непосредственное управление учительской семинарией осуществлял директор, избираемый попечителем учебного округа из лиц православного вероисповедания с высшим образованием и назначаемый на должность министром народного просвещения. Директорам семинарий передавались такие же полномочия, как и директорам гимназий ведомства МНП. Директор председательствовал с правом решающего голоса в педагогическом совете семинарии, представлял на утверждение попечителя округа кандидатуры штатных наставников из лиц православного исповедания преимущественно с высшим образованием, учителей образцо-

вого при семинарии начального училища, по предварительному соглашению с епархиальным начальством - законоучителя, с образованием духовной академии. Сверхштатные учителя назначались МНП [6, с. 1155-1158].

Основные вопросы учебно-воспитательной и хозяйственной деятельности семинарии находились в компетенции педагогического совета семинарии. Педагогический совет принимал окончательное решение по следующим делам: 1) зачисление в семинарию новых воспитанников; 2) отчисление учеников, окончивших курс, с получением свидетельств учителей начальных училищ; 3) назначение стипендий, наград и взысканий; 4) рассмотрение и применение методик преподавания, выбор учебников и руководств из числа одобренных МНП и духовным ведомством; 5) распределение учебных предметов между наставниками; 6) расходование штатных сумм; 7) «изыскание мер вообще, которые могут служить к благоустройству и успехам заведения в учебно-воспитательном, административном и хозяйственном отношениях» [6, с. 1158] . Кроме того, в совете семинарии обсуждались вопросы устройства учебной части и изменения программ преподавания, окончательное рассмотрение и утверждение которых было за МНП.

В семинарию принимались молодые люди не моложе шестнадцатилетнего возраста. Прием в семинарию происходил один раз в год перед началом учебного курса и только в первый класс. Количество казенных стипендий было строго определено. Казенные стипендиаты по окончании семинарий обязаны были прослужить в должности учителя начальных училищ по назначению попечителя учебного округа не менее четырех лет. При отсутствии учительских вакансий по ведомству МНП положенный срок можно было «отработать» в церковно-приходских школах. Если казенный стипендиат отчислялся из семинарии до окончания срока обучения, то он должен был возместить сумму, израсходованную на выплату ему стипендии, такое же обязательство возлагалось на выпускников семинарии, не пожелавших служить в должности народного учителя [6, с. 1158-1160].

В учебной программе семинарии, согласно Положению, значились: Закон Божий; главные основания педагогики; русский и церковно-славянский языки; арифметика; главные основания геометрии; землемерие; линейное черчение; русская история, при преподавании которой вводились некоторые понятия об истории всеобщей; краткая всеобщая и более подробная русская география; главные сведения, необходимые для понимания явлений природы; чистописание и пение. Сверх того, воспитанники обучались ремеслам по выбору совета и гимнастике. В образцовом начальном училище при

семинарии преподавались традиционные для начальных училищ предметы: Закон Божий, чтение и письмо по-русски, церковно-славянское чтение, арифметика и пение [6, с. 1169].

Вторым нормативным документом, регламентирующим учебно-воспитательную деятельность учительских семинарий, являлась особая инструкция МНП от 4 июля 1875 г. [6, с. 1169-1191]. В инструкции содержались подробные правила внутреннего управления семинарией, организации надзора за воспитанниками с целью развития их религиозно-нравственных качеств как будущих учителей, были прописаны должностные обязанности директора и всего педагогического состава, указания в отношении объема и методов преподавания учебных предметов, распределения уроков и занятий ремеслами, практических занятий учеников старшего класса в начальном училище. Общее число недельной нагрузки составляло в 1-м и 2-м классах учительской семинарии 31 ч, а в 3-м классе - 32 ч, включая 6 ч практических занятий воспитанников в начальном училище. Внести изменения в распределение уроков можно было только с разрешения попечителя округа. Учебный год в большинстве учительских семинарий начинался с 7 августа и заканчивался 15 июня, что составляло не менее 38 учебных недель. В инструкции давались детальные рекомендации по содержанию предметов для составления учебных программ. Была определена форма свидетельства на звание учителя начальной школы и т. д.

«Положение об учительских семинариях» 1870 г. и «Инструкция для учительских семинарий министерства народного просвещения» 1875 г. являлись основными документами, на основании которых функционировали учебные учреждения до 1917 г. Однако почти сразу после появления указанных документов потребовалось внесение существенных разъяснений и дополнений по ряду статей. Большинство нововведений носило объективный характер, так как многие вопросы возникали в ходе непосредственной деятельности семинарий.

Так, решением Государственного совета 8 ноября 1870 г. при учительских семинариях было разрешено открытие подготовительных классов, поскольку начальная подготовка большинства сельских детей являлась недостаточной для успешного освоения курсов учительской семинарии [7, с. 156 об.]. С 1872 г. в число воспитанников отдельных учительских семинарий особыми распоряжениями допускались молодые люди «греко-униатского, лютеранского, ламайского» и других вероисповеданий [6, с. 1152-1153]. На основании Высочайшего повеления от 28 декабря 1871 г. воспитанники всех учительских семинарий и школ после 12 лет успешного исполнения службы в должности учителя

сельского начального народного училища удостаивались звания личного почетного гражданина [7, л. 23 об.]. Это правило не распространялось на лиц, окончивших педагогические курсы при уездных училищах [6, с. 1165]. С 1896 г. в ряде учительских семинарий в качестве эксперимента был введен 4-летний курс обучения, связанный с расширением учебной программы за счет занятий пением, музыкой, ручным трудом и сельским хозяйством [6, с.1155]. С 1898 г. было разрешено учреждать при учительских семинариях двуклассные начальные училища вместо одноклассных [6, с. 1153]. Как следует из ответа министра на запрос одного из попечителей учебного округа, лицам, окончившим учительские семинарии, предоставлялось право занимать должности помощников классных наставников в средних учебных заведениях [6, с. 1168]. С целью усиления контроля и надзора за воспитанниками учительских семинарий и школ во внеучебное время, а также формирования особой корпоративной культуры Высочайшим повелением от 15 октября 1898 г. для них была установлена специальная форма, отличительными знаками которой были «металлический значок на фуражке и введены, не предписывая материала, блуза гимназического покроя и ременный пояс с инициалами семинарии или школы на пряжке» [6, с. 1169].

В целом период с 1870 по начало 1880-х гг. был довольно благоприятным для народного образования. В царствование Александра II основным типом начальных школ становятся светские по характеру народные училища, с 1872 г. правительством учреждались учительские семинарии во всех регионах Российской империи, включая Сибирь. Согласно данным Н. Н. Кузьмина, к 1882 г. действовало уже 48 учительских семинарий. За пяти-

летие с 1878 по 1882 г. ими было выпущено 3 733 воспитанника, из которых 3 593 поступили служить на учительские должности [3, с. 73].

Учительские семинарии своим существованием доказали необходимость специального педагогического образования в России. Они оказались востребованными как со стороны местных органов власти, так и со стороны сельской молодежи. Благодаря общественной инициативе многие прогрессивные идеи в области образования начинали реализовываться до и даже вопреки правительственной позиции. Так, учительские семинарии сначала возникли по общественной инициативе, а затем министерство, осознав, что выпускает народное образование из сферы своего влияния, стало открывать государственные семинарии и препятствовать распространению земских учительских учебных заведений. Правительство жестко контролировало процесс формирования учительского корпуса низшей школы. Принятые нормативные документы значительно ограничивали возможность инициативы учебных заведений. При этом предпринятые меры были лишь первым шагом на пути преодоления народной неграмотности. Дальнейшее решение кадровой проблемы в начальной школе во многом зависело от идеологических установок государства в области народного образования. Потребовались десятилетия долгой работы, прежде чем на самом высоком уровне, в правительстве, Государственной думе, Государственном совете была осознана реальная потребность введения в стране всеобщего обучения. Как показала история, для реализации этого плана и соответственно задачи реформирования системы педагогического образования потребовались не только годы, но и радикальная смена политического режима в стране.

Список литературы и источников

1. Россия: Энциклопедический словарь. Л.: Лениздат, 1991. 992 с.

2. Замечания на проект устава общеобразовательных учебных заведений и на проект общего плана устройства народных училищ. С.-Петербург: Типогр. Императ. Академии наук, часть 1, 1862. 397 с.

3. Кузьмин Н. Н. Учительские семинарии России и их место в подготовке учителей начальной школы. Курган: Кург. гос. пед. ин-т, 1970. 102 с.

4. Российский государственный исторический архив. Ф. 734. Оп. 3. Д. 2.

5. Там же. Д. 5.

6. Фальборк Г., Чарнолуский В. Настольная книга по народному образованию. Законы, распоряжения, инструкции, уставы, справочные сведения и пр. Т. II. СПб.: Изд-во т-ва «Знание», 1901.

7. Государственный архив Томской области. Ф. 126. Оп. 1. Д. 159.

Перова О. В., старший научный сотрудник.

Томский государственный педагогический университет.

Ул. Киевская, 60, г. Томск, Томская область, Россия, 634061.

E-mail: perovaov@mail.ru

Материал поступил в редакцию 02.08.2010.

O. V Perova

THE FORMATION OF THE REGULATORY AND DOCUMENTARY FRAMEWORK OF GOVERMENT TEACHER’S SEMINARIES’ ACTIVITY IN RUSSIA IN 60-80IES YEARS OF 19TH CENTURY

The article characterizes the state of public education in Russia in the middle of 19th century. It shows the attitude of government and society to the problem of teachers’ training for public schools. It reflects the process of forming the main normative documents regulating the activities of government teachers’ seminaries in the period of 60-80ies years of the 19th century.

Key words: West-Siberian educational district, Teachers ’Seminary, pedagogical education.

Tomsk State Pedagogical University.

Ul. Kiyevskaya, 60, Tomsk, Tomsk region, Russia, 634061.

E-mail: perovaov@mail.ru