Теоретико-методологический аспект проблемы выявления и определения преступной деятельности в условиях целенаправленного сокрытия следов преступления (на примере поджогов)

Эндерс Анастасия Игоревна

адъюнкт кафедры криминалистики Краснодарского университета МВД России

(тел.: +78612583516)_

Теоретико-методологический аспект проблемы выявления и определения преступной деятельности в условиях целенаправленного сокрытия следов преступления

В статье рассматриваются основные проблемы, связанные с противодействием сокрытию следов преступления. На примере поджогов как средства уничтожения улик рассматриваются основные методологические проблемы проведения эффективных следственных мероприятий. Доказывается необходимость формирования у работников правоохранительных органов специального комплекса знаний и навыков, направленных на определение факта сокрытия следов преступления.

Ключевые слова: преступность, латентная преступность, улики, сокрытие следов преступления, поджог.

A.I. Enders, Adjunct of the Chair of Criminalistics of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612583516.

Theoretical and methodological aspect of a problem of identification and definition of criminal activity in the conditions of purposeful concealment of traces of crime

In the article the main problems connected with counteraction to concealment of traces of crime are considered. On the example of arsons as removers of proofs are considered the main methodological problems of carrying out effective investigative actions. In article need of formation at employees of law enforcement agencies of a special set of the knowledge and skills directed on definition of the fact of concealment of traces of crime is proved.

Key words: crime, latent crime, proofs, concealment of traces of crime, arson.

Структура современного российского общества имеет сравнительно недолгую историю развития. В связи с этим ряд социальных институтов пребывает на стадии активного становления, что определяет общий показатель нестабильности общественных процессов [1]. В этом отношении одним из важных механизмов стабилизации обстановки в обществе является правоохранительная структура, на уровне которой производится надзор за правопорядком в обществе и гашение отдельных негативных процессов на стадии их развития. Стабильность социальной структуры во многом определяется тем, насколько эффективной является работа правоохранительных органов. Совершенствование системы защиты правопорядка предполагает ее адаптацию к актуальным социальным условиям, что требует непрерывного отслеживания ситуации в обществе и внесения необходимых изменений как в структуру правоохранительных органов, так и в методологию подготовки новых

кадров. Это актуализирует значимость нахождения эффективных критериев оценки как методологического соответствия работы сотрудников полиции имеющейся структуре социальных процессов, так и результатов их деятельности.

Одним из важных показателей эффективности работы правоохранительных структур является раскрываемость преступлений. Однако следует различать действительное отношение числа раскрываемых преступлений по отношению к количеству правонарушений в обществе и соотношение между раскрытыми преступлениями и общим числом возбужденных уголовных дел. Несоответствие между реальным положением дел и тем, что отражается в криминологической статистике, может иметь двоякий характер. Речь идет, с одной стороны, об ошибочном возбуждении уголовного дела в ситуации, когда правонарушение фактически не имело место. Это может быть связано с ошибкой в трактовке фактов или умышленной фабрикацией дела (например, когда несчаст-

280

ный случай ошибочно квалифицируется как умышленное причинение ущерба одним лицом другому). С другой стороны, многие случаи нарушения закона не проходят стадию выявления, что проявляется на уровне феномена латентной преступности.

Существуют значительные сложности в оценке эффективности правоохранительных структур, связанные с определением числовых показателей роста (или уменьшения) преступности, а также раскрываемости преступлений. Очевидно, что рост показателей уровня преступности представляет собой свидетельство ухудшения ситуации в обществе, однако это может быть связано как со снижением эффективности работы правоохранительных органов, так и с интенсификацией негативных факторов, определяющих частоту возникновения правонарушений. В современном обществе к числу таких факторов можно отнести изменение экономической ситуации, усложнение системы коммуникации (что, в частности, проявляется на уровне развития цифровых технологий), в результате которого происходит самостоятельное формирование деструктивно настроенных групп [2, с. 100-104], нарушение функционального баланса основных социальных институтов [3, с. 32-35] и т.д. Проблему осложняет необходимость осознания в оценке работы правоохранительных органов различия между фактическим ростом уровня преступности и ростом числа зарегистрированных преступлений. Последнее может отражать как ухудшение ситуации в обществе, так и повышение эффективности работы правоохранительных органов в выявлении противоправной активности. В результате повышение статистики преступлений за конкретный период может быть расценено как негативный показатель, хотя фактически речь идет о повышении эффективности работы правоохранительных органов по их выявлению. Таким образом, для эффективной оценки работы правоохранительных органов необходимо учитывать не только прямые результаты криминальной статистики, но и факторы погрешности, определяемые изменением социальной ситуации и соотношением зарегистрированного числа преступлений и общего их количества. Сложность заключается в том, что фактически не существует адекватной методологии оценки данного соотношения в силу того, что латентный характер преступности не позволяет оценить масштабы ее развития. В связи с этим не только для повышения фактического показателя эффективности правоохранительных органов, но и для получения более адекватной информации по криминогенной обстановке в обществе приобретает значи-

мость развитие эффективных механизмов выявления случаев нарушения правовых норм, что определяет снижение погрешности в теоретической оценке криминогенной ситуации в обществе. К числу факторов, определяющих латентный характер преступности, следует отнести индивидуальные факторы, детерминирующие сокрытие фактов правонарушения со стороны потерпевших либо свидетелей (отрицательные социальные установки, страх перед субъектами преступной деятельности, недоверие к правоохранительным органам, юридическая безграмотность и т.д.), недостаточную квалификацию работников правоохранительных структур в выявлении случаев правонарушения (что предполагает недостаточно адекватную оценку совокупности данных о преступлении, ведущую к неточному определению его состава и, соответственно, степени тяжести), а также активную деятельность со стороны субъектов преступной деятельности, направленную на сокрытие как самого факта преступления, так и отдельных его аспектов. Очевидно, что эффективность работы правоохранительных органов обратно пропорциональна эффективности сокрытия следов преступления субъектами противоправной деятельности. Это определяет необходимость комплексного рассмотрения двух сторон проблемы: квалификации работников правоохранительных структур, а также степени эффективности действий преступников. Именно на уровне комплексного рассмотрения двух данных аспектов проблемы возможна адекватная оценка перспектив и актуальных направлений развития современных российских правоохранительных структур.

Сложность исследуемой проблемы требует ее теоретической детализации. С этой целью в настоящей статье нами будет произведен общий методологический обзор проблемы с выходом на частный уровень исследования (конкретно проблема будет рассмотрена на примере поджогов как средства сокрытия преступлений), а также исследование тематики развития способности правоохранительных структур к противодействию данному явлению.

В первую очередь необходимо отметить, что сокрытие следов преступления имеет двоякую ориентированность. Речь может идти как о попытке утаивания от правоохранительных органов самого факта правонарушения, так и о деятельности, направленной на препятствование установлению конкретных условий осуществления преступления. Здесь, в свою очередь, утаиваемые данные можно подразделить на факторы оценки характера преступления, а также на обстоятельства дела, отражающие участие конкретных лиц в его совершении, их

281

мотивы и действия. Поскольку в рассматриваемой нами проблеме одним из центральных аспектов является повышение эффективности процесса оценки криминогенной обстановки, существенное значение для настоящего обзора имеют как случаи сокрытия самого факта преступления, так и действия, препятствующие адекватной оценке состава преступления, в частности степени его тяжести. В этом отношении одним из ярких примеров деятельности по сокрытию преступлений является совершение поджогов с целью уничтожения улик, прямо или косвенно указывающих на конкретные обстоятельства дела.

Рассмотрим для начала, какие конкретно факторы определяют сам по себе процесс установления факта осуществления противоправной деятельности. Для правоохранительных органов основными источниками данных о существовании преступлений являются:

показания потерпевших, свидетелей либо самих участников преступной деятельности непосредственно о факте правонарушения;

вещественные улики, напрямую или косвенно указывающие на осуществление преступной деятельности;

непосредственная фиксация процесса правонарушения сотрудниками правоохранительных органов;

косвенная информация, в совокупности позволяющая сделать заключение о наличии правонарушения (последнее предполагает систематизацию получаемых данных, в результате которой делается вывод о несоответствии между заявленной картиной происшествия и его действительным ходом развития, например несоответствие финансовых отчетов и фактического объема операций, известного благодаря свидетельским показаниям).

Очевидно, что процесс сокрытия следов преступления предполагает воздействие на источники информации либо на участников следствия [4]. Рассмотрим, каким образом могут быть реализованы различные формы сокрытия следов преступления на примере поджогов и, в частности, какие качества и навыки представителей правоохранительных органов необходимы для выявления данной формы преступной деятельности.

Традиционно в исследовательской литературе рассматривается роль поджогов в уничтожении вещественных улик, указывающих на факт совершения преступления или отдельные аспекты дела. В данном случае может иметь место один из двух вариантов: маскировка конкретного преступления посредством поджога (например, попытка выдать похищенное имущество за сгоревшее при пожаре) либо уничтожение вещественных улик, указы-

вающих на причастность конкретного лица к совершению преступления, наличие которого должно попасть в поле зрения представителей правоохранительных органов. Помимо уничтожения непосредственных улик, указывающих на участие субъекта преступной деятельности, поджог может быть ориентирован и на устранение иных обстоятельств, напрямую затрагивающих интересы преступника. Так, например, целью поджога может являться одновременно и сокрытие следов существующего преступления и нанесение непосредственного ущерба какому-либо лицу или предприятию. В данном случае одним из эффективных направлений расследования является определение круга заинтересованных в конкретном пожаре лиц. Ситуация, однако, осложняется тем, что при отсутствии у работников правоохранительных органов данных о наличии сокрываемого преступления следствие может зайти в тупик либо пойти в неверном направлении, что связано с искажением картины событий. Наконец, наиболее тяжелой для выявления выступает ситуация, когда скрытым является как факт преступления (следы которого могут быть частично или полностью уничтожены при пожаре), так и факт самого поджога. В подобной ситуации поводом для выявления всей совокупности преступных деяний является обнаружение следов поджога, что требует от работников правоохранительных органов наличия специальных знаний и навыков по определению характера пожара и его источника. Отсюда проистекает актуальность развития правоохранительной структуры в двух направлениях - улучшение общей методологии проверки и оценки характера пожаров, а также подготовка квалифицированных кадров, способных с большей точностью определить как характер возгорания, так и его источники. Это связано с тем, что ряд существенных улик, указывающих на целенаправленное создание условий для возгорания, может иметь неявный характер и ускользнуть от человека, не обладающего специальным набором знаний (так, например, важной уликой могут являться остатки химических веществ, вызвавших возгорание, а их обнаружение, в свою очередь, в ряде случаев возможно при условии определения направления, в котором происходило распространение огня) [5]. Таким образом, наличие квалифицированных специалистов, способных определить источники пожара и его характер, в существенной мере определяет эффективность работы правоохранительных органов по выявлению преступлений.

Помимо воздействия на материальные улики поджог может выполнять и иную функцию, а

282

именно воздействие на свидетелей или иных лиц, от которых зависит ход расследования или делопроизводства. В таком случае поджог выступает в качестве акта устрашения (либо способа покушения на лиц, угрожающих интересам преступника). Выявление таких случаев поджога крайне затруднительно при условии, если нет явных улик, указывающих на преднамеренное создание очагов возгорания, либо свидетельских показаний лиц, выступающих в качестве объектов преступного воздействия.

На общем уровне можно выделить два основных варианта выявления поджога - прямой и косвенный. При прямом выявлении факта поджога речь идет об обнаружении улик, свидетельствующих о наличии целенаправленных действий по созданию очагов возгорания. Косвенное выявление факта поджога предполагает анализ сопутствующих обстоятельств (оценка ущерба, определение круга лиц, которым данное возгорание по каким-либо причинам может быть выгодно, и т.д.). Последнее наиболее вероятно в том случае, когда работники правоохранительных органов уже ведут оперативную разработку конкретного дела, с обстоятельствами которого напрямую или косвенно связано наличие пожара. Что существенно, разработка совокупности связанных между собой преступлений значительно эффективнее, нежели расследование какого-либо одного из них, что связано с количеством возможных улик, которыми располагает следствие. По этой причине

1. Плотников В. В. Дисфункциональный кризис социальных институтов и локальная угроза национальной безопасности // Теория и практика общественного развития. 2014. № 19. URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/ arhiv_zhurnala/2014/18/philosophy/plotnikov-plotnikov.pdf (дата обращения: 24.12.2014).

2. Кубякин Е.О., Сафронов А.Н. Информационный экстремизм в среде молодежи как деструктивный феномен современного российского общества // Вестн. Краснодар. ун-та МВД России. 2013. № 4(22).

3. Нарыков Н.В. Глобализация как источник международных конфликтов и обострения конкуренции // Общество и право. 2003. № 1.

4. Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному следствию. Свердловск, 1992.

5. Зернов С. И. Технико-криминалистическое обеспечение расследования преступлений, сопряженных с пожарами. М., 1996.

эффективное выявление деяний, направленных на сокрытие преступлений, способствует не только более эффективной оценке уровня преступности, но и росту раскрываемости преступлений.

По итогам проведенного краткого обзора можно сделать вывод о том, что деятельность по сокрытию преступлений представляет собой не только важный негативный фактор, влияющий на эффективность работы правоохранительных органов, но также представляет собой источник информации о преступнике в случае, если сокрытие следов преступления производилось им недостаточно эффективно, либо при условии, что сама деятельность, направленная на противодействие следствию, позволила приобрести дополнительные улики по разрабатываемому делу. Однако использование этого обстоятельства возможно только при условии, если работники правоохранительных органов будут обладать развитой методологией не только по расследованию непосредственно выявленных преступлений, но также и по определению следов их сокрытия. Таким образом, развитие методов по противодействию следствию со стороны преступных элементов требует соответствующего комплекса мер, направленных на повышение эффективности выявления следов преступления, что определяет значимость специальной подготовки сотрудников правоохранительных органов.

1. Plotnikov V. V. Dysfunctional crisis of social institutes and local threat of national security // Theory and practice of social development. 2014. № 19. URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/arhiv_ zhurnala/2014/18/philosophy/plotnikov-plotnikov. pdf (date of access: 25.12.2014).

2. Kubyakin E.O., Safronov A.N. Informational extremism in the youth enviroment as destructive phenomenon of the modern Russian society // Bull. of Krasnodar university of Russian MIA. 2013. № 4(22).

3. Narykov N.V. Globalization as source of the international conflicts and aggravation of the competition // Society and law. 2003. № 1.

4. Karagodin V.N. Overcoming of counteraction to preliminary investigation. Sverdlovsk, 1992.

5. Zernov S.I. Technical and criminalistic ensuring investigation of the crimes interfaced to the fires. Moscow, 1996.

283