Антикоррупционная защита инвестиций: первичные основы региональной модели

АНТИКОРРУПЦИОННАЯ ЗАЩИТА ИНВЕСТИЦИЙ: ПЕРВИЧНЫЕ ОСНОВЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ МОДЕЛИ

АстанинВ. В.*

Anti-corruption protection of investments: the primary foundations of the regional model

Viktor Astanin*

Аннотация. Цель изложенных в настоящей статьей суждений, состоит в актуализации перспективных моделей реализации антикоррупционных мер и процедур в отношении инвестиционной и внешнеэкономической деятельности, реализуемых в формате региональной политики. Методы, послужившие основой, для представленного авторского содержания и выводов, заключены в общенаучных средствах познания: системном подходе, сравнительно-правовом анализе, проверке гипотез. Научная новизна содержательной части настоящей работы выражается в комплексном рассмотрении специфического предмета исследования — предотвращении коррупционных проявлений средствами общего и специального предупреждения для целей обеспечения инвестиционной привлекательности региональной экономики (на примере Республики Татарстан). Практическая значимость работы определена в резолютивной ее части, в которой изложены научно-обоснованные рекомендации к организации работы по профилактике коррупционных проявлений на основе комплекса мероприятий. Среди них: обеспечение качества нормативного правового регулирования деятельности субъектов инвестиционной деятельности; осуществление специального антикоррупционного просвещения правоприменителей из числа публичных должностных лиц; формирование и реализация принципов должной предусмотрительности во взаимодействии с контрагентами, позволяющей избегать коррупционных проявлений и их неблагоприятных последствий.

Abstract. The purpose of the opinions presented in this paper is to update promising models of implementation of anti-corruption measures and procedures with respect to investment and foreign economic activity that are implemented in regional policy format. The methods that served as the basis for the contents and conclusions presented by the author are contained in the general means of cognition: systemic approach, comparative law analysis, hypotheses testing. The academic novelty of this paper consists in a comprehensive consideration of a specific research subject, that is, prevention of manifestations of corruption using general and specialised prevention means with a view to safeguard the investment attractiveness of regional economy (as illustrated by the example of the Republic of Tatarstan). The practical significance of the paper is determined in its resolution part where scientifically grounded recommendations on the organisation of the prevention of manifestations of corruption based on a package of measures are set forth, among them: ensuring the quality of normative law regulation of the activities of subjects of investment operations, special anti-corruption awareness raising for law enforcement officials from amongst public functionaries, forming and implementing principles of due diligence in interacting with contracting parties which allows to avoid manifestations of corruption and their adverse consequences.

* Астанин Виктор Викторович, доктор юридических наук, профессор, заместитель директора по научной и учебной работе Федерального бюджетного учреждения «Научный центр правовой информации Министерства юстиции Российской Федерации», Российская Федерация, г. Москва.

Astanin Viktor Viktorovich, Doctor of Science in Law, Professor, Deputy Director for Academic Affairs and Research of the Federal State-Funded Institution «Scientific Centre for Legal Information of the Ministry of Justice of the Russian Federation», Russian Federation, Moscow.

E-mail: callc@scli.ru

Ключевые слова: коррупция, предупреждение коррупции, инвестиции, английское право, антикоррупционная экспертиза, антикоррупционное просвещение, комплаенс-процедуры.

Keywords: corruption, corruption prevention, investments, English law, anti-corruption expert examination, raising of anti-corruption awareness, compliance procedures.

Вводная часть: В разрезе научно-практического обеспечения вопросов противодействия коррупции большой редкостью являются исследования, посвященные задачам антикоррупционной защиты инвестиций, а также сферы внешнеэкономической деятельности. Учитывая данное обстоятельство пробела, важным в представляемой работе является изложение первичных основ формирования требуемой защиты на уровне реализации общих и специальных мер предупреждения коррупционных проявлений, которые могут быть применимы на региональном уровне.

Антикоррупционные задачи имеют разное назначение и воплощение. Так сложилось, что обывателю они видятся в конкретных результатах противодействия (выявление фактов коррупционных правонарушений и наказание лиц, их совершивших). При таком подходе, оценка борьбы с коррупцией и усилий в ней, будут сводиться к численным показателям. Вступив на такой статистический марафон, впоследствии трудно будет с него сойти, объясняя снижение или рост количества фактов, дел, лиц, сумм ущерба. Приятно отметить, что такому подходу не оказались привержены органы исполнительной власти Республики Татарстан, которые организуют и ведут исполнение антикоррупционных задач в уникальной форме их назначения и воплощения, у которых впереди большой резерв примеров, достойных имплементации для всех субъектов Российской Федерации.

Если прибегнуть к медицинским терминам, то краткий эпикриз антикоррупционной стратегии региона можно выразить в ее охранительном назначении для экономики и всего, что с ней связано - корпуса управленцев, государственного и муниципального имущества, информационной среды, инвестиционных проектов, передовых для России и привлекательных для зарубежных партнеров.

Учитывая беспримерный багаж достижений и поступательных накоплений Республики Татарстан в развитии экономической сферы, представляется важным выразить некоторые

позиции антикоррупционной ее защиты. Обеспечение такой защиты разносторонне и может складываться в разных сферах.

Непременным условием ее реализации является поддержание здорового (свободного от коррупционных искушений) корпуса управленцев - менеджеров государственного и муниципального звена. Такие возможности предоставляют уже реализуемые тренинги, семинары и специальные учебные курсы приобретения антикоррупционных знаний и навыков. При этом нужно исключить иллюзии, что антикоррупционное обучение только лишь государственных и муниципальных служащих, способно предотвратить все возможные коррупционные проявления. Ведь источником таковых могут быть субъекты, вступающие и ведущие взаимодействие с публичными должностными лицами. Соответственно, обучение должно быть солидарным, ровно в той аналогии, как солидарными становятся в коррупционном правонарушении субъекты активного и пассивного подкупа. Без завесы тайны и в одной аудитории следует подвергать разбору правомерные (не замещаемые коррупцией) способы взаимодействия чиновников и предпринимателей, принятия решений. Такой аспект дает немалый опосредованный эффект - позволяет оперативно устранять пробелы и коллизии в законодательстве, ликвидировать правоприменительные эксцессы, формировать отвечающую потребностям инвестиционных пожеланий среду открытости. Такой вариант формирования инвестиционной привлекательности региональной экономики можно назвать «сингапурским».

Немаловажным компонентом недопущения коррупционных рисков, которые могут насторожить инвесторов или обусловить обременительные гарантии условий размещения капитала, является соблюдение чистоты и адекватности нормативного правового регулирования. В данном случае, речь идет не только об устранении засоров законодательства коррупциоген-ными факторами, но и о качестве нормотворчества в целом. Потому как, сложносочиненные, трудновыполнимые требования и условия предоставления - получения государственных или

Антикоррупционная защита инвестиций: первичные основы региональной модели

муниципальных услуг, являются первым фактором образования коррупционных устремлений для участников инвестиционных проектов (как представителей заказчиков, так и исполнителей).

Приведенные компоненты антикоррупционного обеспечения привлекательности размещения капитала в экономику региона, по своему содержанию рассчитаны на частных инвесторов, из числа субъектов малого и среднего бизнеса. Однако важно осознавать, что сочетание и связь антикоррупционной и инвестиционной политики, складывающейся в региональном формате, образует свидетельство гарантий для федеральных и зарубежных инвесторов. Образно говоря, движение к большому складывается с малого.

Современным трендом межгосударственного сотрудничества в вопросах внешнеэкономической деятельности, прежде всего, связанной с размещением капиталов, является заручи-тельство в непринятии любых коррупционных способов ведения бизнеса. Этот тренд сложился в связи с участием многих государств, в том числе и Российской Федерации в Конвенции Организации экономического сотрудничества и развития по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных экономических сделок1.

Особенностью антикоррупционных мер указанной Конвенции является обстоятельство императивного запрета и уголовного преследования за получение и предоставление налоговых вычетов из коррупционных платежей, которые были получены или предоставлены в связи с заключенной внешнеэкономической сделкой. Конвенционные нормы заставляют внимательно относиться к получению подарков, любых вознаграждений за упрощение формальностей, превышению допустимого уровня обмена деловыми подарками или представительских расходов. Все это может расцениваться как коррупционный платеж. Немаловажным обстоятельством, которое создает реальные угрозы расторжения договоренностей, в том числе и инвестиционных, в случае выявления коррупционных платежей, является трансграничный характер действия запретительных норм и уголовного преследования. Нужно осознавать, что возможная картина коррупционной подверженности может сложиться

1 Федеральный закон от 01.02.2012 № З-ФЗ «О присоединении Российской Федерации к Конвенции по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок» // Собрание законодательства РФ. 06.02.2012. № 6. ст. 622

из банальной истории получения или дарения подарка, субъектом которого будет должностное лицо, выполняющее публичные функции. Это могут быть как государственные, так и муниципальные служащие, члены представительного (законодательного) органа власти, и другие возможные участники (непосредственные и опосредованные) инвестиционных проектов.

Формальные, но важные, начала минимизации возможностей проявления коррупционных рисков, к которым прибегают многие инвесторы, заложены в положениях Антикоррупционной хартии2, которой рекомендуется включение в хозяйственные договоры так называемых антикоррупционных оговорок. Такие оговорки дают возможность расторгнуть во внесудебном порядке гражданско-правовые отношения с тем из субъектов, который был уличен в коррупционном поведении.

Антикоррупционная хартия, представляя собой свод правил ведения бизнеса, предполагает внедрение в корпоративную политику антикоррупционных программ, мониторинг и оценку результатов их реализации, эффективный финансовый контроль, обеспечение принципа публичности антикоррупционных мер, отказ от незаконного получения преимуществ, участие в тендерах на основе принципов прозрачности и конкуренции, информационное противодействие коррупции. Для предпринимателей разного уровня, в том числе и серьезных инвесторов, хартия является основополагающим документом в реализации антикоррупционных комплаенс-процедур, пока редких для отечественного бизнеса, но привычных для многих зарубежных компаний. Знание этих процедур очень важно для лиц, ответственных за развитие и обеспечение инвестиционной политики.

Высокие потенциал глобальной правовой защиты и охраны инвестиций и одновременно, риски ответственности за коррупцию, задают нормы английского права. Два законодательных решения - The International Anti-Bribery and Fair Competition Act of 1978 («Закон США «О борьбе с практикой коррупции за рубежом»)3 и United Kingdom Bribery act 2010 («Закон Ве-

2 Антикоррупционная хартия российского бизнеса, подписана 20 сентября 2012 г. на XI Инвестиционном форуме в г. Сочи при участии Председателя Правительства РФ руководителями РСПП, ТПП РФ, «Деловой России» и ОПОРы России. См.: http://against-corruption.ru/ru/

3 The Foreign Corrupt Practices Act of 1977, PL 95 -213, Title 1; 91 Stat 1494, Dec 19, 1977.

ликобритании о взяточничестве»)4, в настоящее время имеют довлеющее значение для защиты инвесторов от коррупционных притязаний вне зависимости от географии их источников. Нормы названных законодательных актов не требуют имплементации в национальное право, в том числе и российское, а потому в правоприменительном аспекте заставляют относиться к ним как к обязующим. Принимая во внимание трансграничный характер действия антикоррупционных норм английского права, а также обстоятельство приверженства большинства государств мира к их соблюдению, включая представляющие эти государства национальные промышленные концерны, инвестиционные фонды, кредитно-финансовые корпорации, не стоит пренебрегать их защитным потенциалом для возможных и текущих инвестиционных проектов.

Неординарные меры и средства предотвращения коррупционных рисков в целях обеспечения инвестиционной привлекательности предоставляет зарубежная практика. Примечательным является опыт Бразилии (о случайной выборке аудиторских проверок в отношении хозяйствующих субъектов из числа государственных и муниципальных заказчиков), Финляндии (об антикоррупционной пропаганде среди предпринимателей), Китая (о вневедомственной антикоррупционной «горячей линии»), и многих

других стран. Имплементация опыта здесь может быть только относительной или примерной.

Заключительная часть. Готовых рецептов антикоррупционной защиты инвестиции быть не может и не должно. Разность социальных, макроэкономических, ментальных позиций к вопросам противодействия коррупции существует не только на уровне стран, но и в регионах. Их нужно разрабатывать, принимать и реализовы-вать, а затем тщательно подвергать мониторингу. Пример Республики Татарстан в решимости очередной раз быть передовым в создании тактических и стратегических мер антикоррупционной защиты инвестиций, и возможно (с большой долей вероятности), в последствие быть донором приобретенного опыта, явился вдохновляющим фактором для автора этой статьи и изложенных в ней предложений. При этом важно понимать, что начала такой работы должны вестись в формате не фрагментарных мер, а построения эффективной комплаенс-системы. К ее приоритетным направлениям следует отнести исполнение рекомендаций, которые содержатся в Плане антикоррупционных действий «Группы двадцати» на 2015-2016 годы5, а также реализация собственных мер, применимых к экономическим и социальным реалиям развития региональной экономики.

Литература

1. The Foreign Corrupt Practices Act of 1977, PL 95 - 213, Title 1; 91 Stat 1494, Dec 19, 1977.

2. Иванов Э.А. Правовое регулирование антикоррупционного комплаенс-контроля в странах БРИКС // Евразийский юридический журнал. № 1 (80), 2015.

3. Боргояков А.С. Гарантия полной защиты и безопасности в международных инвестиционных соглашениях // Евразийский юридический журнал. № 10 (77), 2014.

References

1. The Foreign Corrupt Practices Act of 1977, PL 95 - 213, Title 1; 91 Stat 1494, Dec 19, 1977.

2. Ivanov E.A. Pravovoe regulirovanie antikorruptsion-nogo komplaens-kontrolia v stranakh BRIKS, Evraziiskii iuridicheskii zhurnal, No. 1 (80), 2015.

3. Borgoiakov A.S. Garantiia polnoi zashchity i bezopasnosti v mezhdunarodnykh investitsionnykh soglasheniiakh, Evraziiskii iuridicheskii zhurnal, No. 10 (77), 2014.

4 The Bribery Act of 2010. URL: www.legislation.gov.uk/ukpga/2010/23/contents (дата обращения: 14.10.2015).

5 План антикоррупционных действий «Группы двадцати» на 2015-2016 годы // Пресс-служба Президента Российской Федерации. 16.11.2014. http://news.kremlin.ru/.../eve.../files/41d51a1a22de759f698a.pdf