Государственный переворот 1432 г. В Великом княжестве Литовском

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2010. № 1

С.В. Полехов

(аспирант кафедры истории России до начала XIX в. исторического факультета

МГУ имени М.В. Ломоносова)*

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ 1432 г. В ВЕЛИКОМ КНЯЖЕСТВЕ ЛИТОВСКОМ

В статье рассматриваются причины государственного переворота 1432 г. в Великом княжестве Литовском (ВКЛ), который привел к началу гражданской войны между великим князем Сигизмундом Кейстутовичем и его свергнутым предшественником Свидригайло Ольгердовичем. Автор показывает, что конфессиональная политика Свидригайло, вопреки традиционному мнению (распространенному в отечественной историографии) не была причиной государственного переворота. На основе анализа комплекса имеющихся источников автор приходит к выводу, что часть великокняжеского окружения была недовольна последовательной политикой Свидригайло, направленной на разрыв польско-литовской унии. Такая политика представляла собой один из вариантов решения вопроса о взаимоотношениях ВКЛ с Польшей, который занимал ключевое место в политической жизни ВКЛ с конца 20-х гг. XV в.

Ключевые слова: Великое княжество Литовское, Свидригайло Ольгер-дович, Сигизмунд Кейстутович, государственный переворот, Польша, Владислав II Ягайло, Тевтонский орден.

The article analyses the reasons of the coup d'etat of 1432 in the Grand Duchy of Lithuania (GDL), which led to the outbreak of civil war between Grand Duke Zygmunt Kiejstutowicz and his overthrown predecessor Swidrygiello Olgierdowicz. The author demonstrates that Swidrygiello's religious policy, despite the traditional opinion accepted in the Russian historiography, was not the reason for this coup d'etat. Having analyzed the body of sources, the author concludes that a part of Grand Duke's entourage was dissatisfied with Swidrygiello's consistent policy aimed at the severance of the Polish-Lithuanian Commonwealth. Such policy was one of the ways of solving the problems of GDL-Polish relations, which were on the agenda of GDL political life since late 1420s.

Key words: Grand Duchy of Lithuania, Swidrygiello Olgierdowicz, Zygmunt

Kiejstutowicz, coup d'etat, Poland, Wladyslaw II Jagiello, Teutonic Order.

* * *

27 октября 1430 г. в своем замке в Троках умер великий князь Литовский Витовт. Новым правителем Великого княжества Литовского (ВКЛ) стал князь Свидригайло Ольгердович — брат польского короля Владислава II Ягайло. Это произошло при поддержке князей и бояр ВКЛ, которые продолжали оказывать ее новому

* Полехов Сергей Владимирович, тел.: 8-916-989-48-96, e-mail: sergey.polekhov@ gmail.ru.

правителю и в дальнейшем, в период острого конфликта ВКЛ с Польшей1.

На этом фоне достаточно неожиданным выглядит событие, произошедшее менее чем через два года после вокняжения Сви-дригайло: в ночь с 31 августа на 1 сентября 1432 г. в результате заговора части своего окружения он был свергнут с престола. Заговорщики посадили на литовский великокняжеский престол князя Сигизмунда Кейстутовича — брата Витовта. Свергнутому великому князю удалось бежать в Полоцк, где он начал собирать силы для вооруженной борьбы за литовский престол. Так началась гражданская война в Великом княжестве Литовском, продолжавшаяся до конца 30-х гг. XV в.

Выяснение вопроса о том, почему часть литовско-русской знати (прежде всего знать русских земель ВКЛ) выступила на стороне Свидригайло после его свержения, потребовало бы тщательного анализа широчайшего круга источников. Задача настоящей статьи гораздо скромнее — попытаться ответить на вопрос о том, какие причины в 1432 г. подтолкнули часть правящей элиты ВКЛ к свержению собственного правителя. Историки неоднократно обращались к этому сюжету, однако дававшиеся ими объяснения выглядят неубедительными. Для решения данной проблемы следует проанализировать и сопоставить данные целого ряда источников, прежде всего обширной дипломатической переписки, сохранившейся в архиве великих магистров Тевтонского ордена, и труда польского историка Яна Длугоша «Анналы или Хроники славного Польского королевства», созданного уже во второй половине XV в.

Согласно рассказу Длугоша, к лету 1432 г. среди знати ВКЛ созрело недовольство в отношении Свидригайло. Зная об этом, польский король Владислав Ягайло отправил в Литву своего посла, се-радзского каштеляна Лаврентия Зарембу. Помимо официального поручения (призывать великого князя к примирению с королем) Заремба располагал секретной инструкцией. Он должен был сообщить литовским князьям и боярам, чтобы те не терпели правления Свидригайло, а осуществили бы задуманное ими, т.е. посадили бы на великокняжеский престол брата Витовта, стародубского князя Сигизмунда Кейстутовича, совершив переворот. Заремба должен был сообщить заговорщикам, что Ягайло не будет их преследовать, а, напротив, снабдит их всяческой помощью2. Действительно, судя по упоминаниям в переписке сановников Тевтонского ордена, За-

1 О приходе Свидригайло к власти см.: Nikodem J. Wyniesienie Swidrygielly na Wielkie Ksi^stwo Litewskie // Bialoruskie Zeszyty Historyczne. Bialystok, 2003. T. 19; Blaszczyk G. Dzieje stosunköw polsko-litewskich. T. II: Od Krewa do Lublina. Cz. I. S. 619—624. Poznan, 2007; Korczak L. Monarcha i poddani. System wladzy w Welkim Ksi^stwie Litewskim w okresie wczesnojagiellonskim. Kraköw, 2008. S. 22—25.

2 Dlugosz, J. Opera omnia. T. 13. Cracoviae, 1877. P. 479.

ремба в 1432 г. побывал в Литве два раза: первый раз в мае — июне, второй раз — незадолго до переворота. Во время первой из этих поездок он, по-видимому, вошел в контакт с вельможами Свидри-гайло и узнал о готовящемся заговоре; во второй раз он уже вернулся с королевской санкцией, и всего через несколько дней, пока Заремба еще был в Литве, произошел переворот3.

Дальнейшие подробности известны не только из рассказа Длу-гоша, но и из писем, отправленных великому магистру Тевтонского ордена Паулю фон Руссдорфу в начале сентября 1432 г. самим Свидригайло4 и братианским фогтом Генрихом Хольтом5, который, как «особенно любимый друг» Свидригайло, долгое время жил при великокняжеском дворе и хорошо ориентировался во внутренней ситуации в ВКЛ6. Еще одним источником орденского происхождения является хроникальная запись в сборнике документов великих магистров первой половины XV в., призванная разъяснять исторический контекст возникновения этих докумен-тов7. Эти источники рисуют следующую картину событий. Когда Свидригайло находился в своем дворе в Ошмянах (на пути в Брест, где у него была назначена встреча с польским королем), в ночь с 31 августа на 1 сентября 1432 г. на него было совершено нападение. В числе нападавших Свидригайло и Хольт называют князей Сигиз-мунда Кейстутовича, Семена Гольшанского (которого сам Свидри-гайло считал инициатором заговора и переворота) и Александра (Олелько) Владимировича, новогрудского наместника Петраша Монтигирдовича, маршалка великокняжеского двора Яна (Ивашку) Гаштольда «и многих других господ». Свидригайло бежал в Полоцк вместе с виленским воеводой Георгием Гедигольдом и его

3 Lewicki A. Powstanie Swidrygielly. Ust^p z dziejöw unii Litwy z Koron^. Kraköw, 1892. S. 144, 327—328 (przyp. 29); Барвтьский Б. ЖиГимонт Кейстутович Великий князь Литовско-руский (1432—1440). 1сторична монографш. Жовква, 1905. С. 24—25.

4 Liv-, Est- und Curländisches Urkundenbuch (далее — LECUB). Bd. 8 / Hrsg. von H. Hildebrand. Riga; Moskau, 1884. № 624.

5 Regesta historico-diplomatica Ordinis S. Mariae Theutonicorum (далее — RHD) / Ed. E. Joachim, W. Hubatsch. Pars 1. Vol. 1 (1198—1454). Hbd. 1 (1198—1432). Göttingen, 1948. № 6210. Полностью данный источник до сих пор не опубликован, о его содержании см.: Коцебу А. Свитригайло, Великий Князь Литовский, или Дополнение к историям Литовской, Российской, Польской и Прусской. СПб., 1835 [№ 64] С. 141—143; Petrauskas R. Lietuvos diduomene XIV a. pabaigoje — XV a.: Sudetis — struktflra — valdzia. Vilnius, 2003. P. 178—180.

6 См. о нем: Petrauskas R. Lietuvos diduomene... P. 178—179; Idem. Tolima biciulyste: asmeniniai Vokieciq ordino pareigflnq ir Lietuvos valdovq santykiai // Kryziaus karq epocha Baltijos regiono tautq istorineje s^moneje. Siauliai, 2007. P. 206—208.

7 Scriptores rerum Prussicarum. Die Geschichtsquellen der preussischen Vorzeit bis zum Untergange der Deutschordensherrschaft (далее — SRP). Bd. 3 / Hrsg. von T. Hirsch, M. Töppen und E. Strehlke. Leipzig, 1866. S. 498 (Anm.). Источником этой записи, как следует из ее текста, были не только вышеназванные письма Свидригайло и Хольта, но и послание нового великого князя Литовского Сигизмунда Кейстуто-вича (адресованное, по-видимому, великому магистру).

племянником Ивашкой Монивидовичем, оставив в руках Сигиз-мунда свою беременную жену. Свергнутому великому князю, однако, удалось сохранить за собой поддержку значительной части феодалов ВКЛ и русские земли государства.

Сразу же после переворота заговорщики и Сигизмунд Кейсту-тович обнародовали официальную версию его причин. По их словам, они пошли на этот шаг из-за того, что Свидригайло причинил им много несправедливостей, а католическая вера в ВКЛ в период его правления пришла в упадок. Заговорщики утверждали, что жена Свидригайло, тверская княжна, живет «не по-христиански», ибо не перешла из православия в католицизм; Длугош добавляет к этому, что Свидригайло по ее совету отдавал предпочтение право-славию8. Как свидетельствует ряд данных, Сигизмунд Кейстутович последовательно придерживался этой версии событий на всем протяжении своего правления (он был убит в 1440 г.)9.

Эта версия получила широкое распространение в историографии XIX в., воплотившись, в частности, в классическом труде польского ученого А. Левицкого «Восстание Свидригайло». Левицкий полагал, что Свидригайло, придя к власти, начал широко привлекать к управлению государством православную знать русских земель, с которыми он был связан всей своей предшествующей деятельностью (за свою жизнь Свидригайло успел побывать витебским, подольским, брянским и черниговским князем). Это означало пересмотр условий Городельской унии 1413 г., согласно которым «схизматики» не могли занимать постоянных (т.е. высших) должностей в государстве и участвовать в совещаниях при великом князе. Опора Свидригайло на русинов отдаляла ВКЛ от Польши, что противоречило интересам литовцев-католиков. Поэтому они, по мнению Левицкого, и свергли Свидригайло с великокняжеского престола, результатом чего был раскол страны на два лагеря — лагерь литовцев-католиков, сторонников Сигизмунда Кейстутовича, и русский (православный) лагерь сторонников Свидригайло10. Эта концепция утвердилась и в трудах российских историков, в частности М.К. Любавского (конец XIX в.)11.

Многие факты, однако, противоречат концепции А. Левицкого. Внимательный анализ сведений о составе правящей элиты ВКЛ

8 См.: Коцебу А. Указ. соч. [№ 64.] С. 141—143; Dlugosz J. Opera omnia. T. 13. P. 479; SRP. Bd. 3. S. 498 (Anm.).

9 См. его письмо римскому королю Альбрехту II, написанное в 1439 г.: Codex epistolaris saeculi XV (далее — CESXV). T. 2 / Ed. A. Lewicki. Cracoviae, 1891. № 261. P. 403. Ср.: Барвтьский Б. Указ. соч. С. 44—45.

10 Lewicki A. Op. cit. S. 77—82, 146—148.

11 См., напр.: Любавский М.К. Очерк истории Литовско-Русского государства до Люблинской унии включительно. СПб., 2004. С. 91—96. Впрочем, она была популярна в трудах российских историков и до работ Любавского, как отмечает Х. Ябло-новский: Jablonowski H. Westrussland zwischen Wilna und Moskau. Leiden, 1955. S. 136.

в 1430—1432 гг. показывает, что в сравнении с предшествующим периодом он изменился крайне незначительно, и в управлении страной участвовали представители тех же родов, что и при Витов-те12. Речь идет и о литовских боярах, которые давно приняли католицизм, и о православных князьях (Гедиминовичах, Гольшанских, Друцких). Как показали исследования Р. Петраускаса, состав окружения великого князя Литовского на протяжении XV в. был в целом стабильным, и если Свидригайло собирался остаться у власти, то для него не имело никакого смысла окружать себя большим числом «новых людей» в ущерб положению представителей старых родов13. После переворота 1432 г. в обоих противоборствовавших лагерях имелись как католики, так и православные, как из литовских, так и из русских (или обрусевших) родов. Не подтверждаются и сведения о том, будто бы жена Свидригайло после брака осталась в православии14. Наконец, Сигизмунд Кейстутович, который с такой настойчивостью обвинял Свидригайло в потворстве «схизматикам» (и действовал, руководствуясь этими представлениями), первоначально узнал об этом от организаторов переворота, что подчеркивается в уже упомянутом письме Хольта15.

Многочисленные сведения о «русских схизматиках» из окружения Свидригайло исходили от польских правящих кругов, которые в 30-е гг. XV в. развернули в Европе активную пропаганду, направленную против Тевтонского ордена и его союзника Свидригайло16. Такого рода обвинения в адрес Свидригайло прозвучали в знаменитом письме краковского епископа Збигнева Олесницкого главе Базельского собора, кардиналу Юлиану Цезарини, написанном во время подготовки неудачного польско-литовского съезда в начале 1432 г. В этом документе Свидригайло обвинялся в сговоре со «схизматиками», которые помогли ему прийти к власти и на которых он опирается в своей политике. Указания на конкретных лиц,

12 Подробнее об этом см.: Полехов С.В. К вопросу о причинах государственного переворота в Великом княжестве Литовском в 1432 г. // Studia historica Europae Orientalis: Исследования по истории Восточной Европы. Вып. I. Минск, 2008. С. 34—49; KorczakL. Op. cit. Passim.

13 PetrauskasR. Lietuvos diduomenè... P. 97—102, 167—195.

14 Halecki O. Anna (A.-Zofja?) Iwanôwna // Polski slownik biograficzny. T. 1/2. Zesz. 2. Krakôw, 1935. S. 124. Ср. также: Tçgowski J. Pierwsze pokolenia Giedyminowiczôw. Poznan; Wroclaw, 1999. S. 158—160.

15 См.: Коцебу А. Указ. соч. [№ 64.] С. 142. Поэтому следует согласиться с мыслью о том, что Сигизмунд Кейстутович не играл активной роли в заговоре и перевороте: Грушевський М.С. Iсторiя Украши-Руси. Т. 4: XIV—XVI вши — вщносини полгтичш. Кшв, 1993 (репринтное воспроизведение издания 1907 г.). С. 203; Бар-втьский Б. Указ. соч. С. 26.

16 См. об этом, например: Die Berichte der Generalprokuratoren des Deutschen Ordens an der Kurie (далее — BGDO). Bd. 4 (1429—1436). Hbd. 2 (1433—1436) / Bearb. von K. Forstreuter und H. Koeppen. Göttingen, 1976. № 493. S. 525.

окружавших великого князя Литовского, в этом документе (и других подобных ему) отсутствуют. Исследователи часто ссылаются на этот документ как на решающий (и, по сути дела, единственный) аргумент в пользу «прорусской» политики Свидригайло17, не учитывая двух обстоятельств. Во-первых, Збигнев Олесницкий, выступавший за сохранение польско-литовской унии, был политическим противником Свидригайло, стремившегося к ее разрыву. Во-вторых, и автор, и адресат письма носили духовный сан, поэтому первый из них был заинтересован в том, чтобы отцы Базельского собора воспринимали великого князя Литовского не только как узурпатора, но и как угрозу всему католическому миру (среди прочего Олесницкий писал о том, что чешские гуситы могут объединиться со «схизматиками» ВКЛ)18. Ян Длугош, который повторяет все эти обвинения в адрес Свидригайло, воспроизводил точку зрения своего патрона Збигнева Олесницкого; более того, ему было известно и само письмо Збигнева в Базель (до наших дней сохранился сборник с текстом этого письма, который, судя по записи на нем, использовался Длугошем в ходе работы над «Анналами»19).

Столь же неубедительными выглядят и другие объяснения переворота 1432 г., которые были не позаимствованы из источников, а сложились уже в историографии. Одни ученые (Й. Матусас, Х. Яб-лоновский и др.) пытались объяснить его прямым вмешательством Польши в дела ВКЛ20, другие (М.С. Грушевский, А.В. Любый) искали ключ к решению этой проблемы, указывая на различия в социальном и имущественном облике «партий» Свидригайло и Сигиз-мунда21. В первом случае у нас есть все основания согласиться с выводом украинского исследователя Б. Барвинского: поляки только «прискорили вибух консшрацш, яка готовилась на Литв1, а жертвою котро! мав впасти Свитригайло»22. Во втором случае явно преувеличено представление об однородности социального и имущественного положения сторонников каждого из двух претендентов: в обоих лагерях мы видим как бояр, так и князей, а среди последних — как Рюриковичей, так и Гедиминовичей.

17 Lowmianski H. Polityka Jagiellonöw. Poznan, 1999. S. 143—144; Blaszczyk G. Op. cit. T. II. Cz. I. S. 668—671.

18 Nikodem J. Zbigniew Olesnicki wobec unii polsko-litewskiej do smierci Jagielly // Nasza Przeszlosc. T. 91. Kraköw, 1999. S. 135—138.

19 CESXV. Т. 2. p. X—XI, 293.

20 Matusas J. Svitrigaila Lietuvos didysis kunigaikstis. 2-as leid. Vilnius, 1991 (1-е изд. вышло в Каунасе в 1938 г.). P. 72—86; JablonowskiH. Op. cit. S. 142.

21 См.: Грушевський М.С. !сторш Украши-Руси. Т. 4. С. 206; Любы А.Ул. Унутры-палиычная барацьба у ВялМм княстве Лиоусюм у 30—40-я гг. XV ст.: Аутарэф. канд. дыс. Мшск, 2006.

22 Барвтьский Б. Указ. соч. С. 24—26.

Представляется, что причины переворота в ВКЛ нужно искать в недовольстве определенным направлением политики Свидригай-ло, где на великого князя нельзя было повлиять менее радикальным путем. Как показывает знакомство с историей ВКЛ 1430—1432 гг., основное внимание Свидригайло в этот период было сосредоточено на внешней политике — взаимоотношениях с Польшей и поиске союзников. Напряженность в польско-литовских отношениях, возникшая в начале 1429 г. в связи с коронационными планами Витовта, с новой силой дала о себе знать сразу же после его смерти. Свидригайло занял литовский великокняжеский престол в нарушение польско-литовских договоренностей23, попытался сохранить Западное Подолье за Великим княжеством Литовским и посадил Ягайло под домашний арест в Литве, что уже в начале 1431 г. чуть не привело к вооруженному конфликту. Он, однако, разгорелся позже, летом того же года, когда войска ВКЛ и население Волыни вместе сопротивлялись переходу последней под власть Польши в ходе Луцкой войны. Несмотря на формальную уступку некоторых волынских земель Польше по Чарторыйскому перемирию, Свидригайло продолжал поддерживать местное население, не желавшее отрыва от ВКЛ в пользу Польши. В дальнейшем польские правящие круги неоднократно пытались склонить Свидригайло к примирению при условии его разрыва с Тевтонским орденом, но великий князь последовательно отвергал эти предложения, как бы заманчиво они ни выглядели. Так, в самом конце 1431 г. великому князю Литовскому была предложена польская корона или должность регента при пожилом короле Ягайло в обмен на отход от Ор-дена24. Сохранилось свидетельство о том, что польские политики пытались повлиять на Свидригайло через посредство его супруги — тверской княжны, на которой он женился в 1431 г. Наконец, не исключено, что в Кракове рассматривался и силовой вариант решения проблемы: известно, что Свидригайло опасался пить вино, присланное польским королем, боясь отравления25.

Для понимания литовской внешней политики этого периода наиболее показательна судьба съезда представителей Польши и Литвы, призванного решить вопрос об отношении ВКЛ к Польше и о спорных землях Южной Руси. На этот съезд польские правя-

23 Согласно условиям Городельской унии 1413 г., нового великого князя Литовского после смерти Витовта должны были назначить польский король и его советники при участии «литовских земель». См.: Akta unji Polski z Litw^. 1385—1791 / Wyd. St. Kutizeba i Wl. Semkowicz. Krakow, 1932. № 50, 51. S. 59, 67—68.

24 BGDO. Bd. 4 (1429—1436). Hbd. 1 (1429—1432) / Bearb. von K. Forstreuter. Göttingen, 1973. № 313, 365, 367; CESXV. T. 2. № 203; Maleczyñska E. Rola polityczna królowej Zofii Holszanskiej na tle walki stronnictw w Polsce w latach 1422—1434. Lwow, 1936. Dod. 2. S. 111; Коцебу А. Указ. соч. [№ 42.] С. 118—119.

25 Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 7. Königsberg, 1836. S. 576, 583.

щие круги возлагали большие надежды26. По условиям Чарторый-ского перемирия, он должен был пройти в деревне Полубице между литовским Брестом и польским Парчовом 2 февраля 1432 г. По свидетельству Длугоша, после того как польская делегация прибыла в Парчов, а литовская — в Брест, Свидригайло своими действиями всячески затягивал начало переговоров27. Это известие подтверждается и уточняется сведениями переписки сановников Тевтонского ордена. Камнем преткновения для великого князя Литовского стала проезжая грамота Ягайло для литовских послов. Недовольство Свидригайло вызвал уже тот факт, что он в этом документе титуловался не великим князем, а просто князем28. Впрочем, основная его претензия заключалась в другом: великий князь требовал, чтобы в польско-литовском съезде наравне с его литовскими советниками приняли участие представители Молдавии и Тевтонского ордена, упоминание о которых отсутствовало в проезжей грамоте. В ответ Ягайло заявил, что готов пропустить крестоносцев, однако никогда не допустит их участия в съезде. После этого Свидригайло отказался от дальнейших попыток провести съезд с польским королем29. Великий князь Литовский, надо полагать, прекрасно понимал, что настаивать на участии братьев Ордена в польско-литовском съезде означало добровольно отказаться от его проведения. Таким образом, в начале 1432 г. Свидригайло своими действиями фактически сорвал съезд с поляками, призванный решить спорные вопросы в непростых взаимоотношениях двух государств. Наконец, в апреле 1432 г. великий князь Литовский отказался от польского предложения, прозвучавшего на съезде шляхты в Серадзе: владеть ВКЛ на тех же условиях и в тех же границах, которые существовали при Витовте30 (т.е. на правах «наместника» польского короля). Все это говорит о последовательной политике Свидригайло, направленной на разрыв с Польшей.

Тевтонский орден был, по сути, основным контрагентом ВКЛ с самого вокняжения Свидригайло в Вильно. Уже в конце 1430 г. Свидригайло предложил Ордену союз, имевший явную антипольскую направленность. Переговоры увенчались успехом к июню 1431 г., когда была достигнута договоренность о заключении такого союза. В августе 1431 г. Орден, пользуясь этим, совершил нападение

26 RHD. № 5777, 5943; CESXV. Т. 3 / Ed. A. Lewicki. Cracoviae, 1894. Dod. № 10. P. 516; Dlugosz J. Opera omnia. T. 13. P. 469—470.

27 Dlugosz J. Opera omnia. T. 13. P. 469—470.

28 Geheimes Staatsarchiv Preussischer Kulturbesitz, Ordensbriefarchiv 5942. Выражаю благодарность д-ру Р. Петраускасу (Вильнюс), который любезно ознакомил меня с содержанием данного письма.

29 Spör o Fedka Nieswizkiego. 1. List wöjta z Bratjanu do Wielkiego Mistrza Zakonu z dnia 8. lutego 1432 r. // Miesi?cznik Heraldyczny. 1913. S. 191. Ср.: RHD. № 5951, 5952, 5966.

30 CESXV. Т. 3. Dod. № 13.

на Польшу и отвлек тем самым польские войска от войны с ВКЛ. Юридическая процедура заключения литовско-орденского союза состоялась в декабре 1431 г., а в мае—августе 1432 г. стороны по инициативе Ордена расширили списки гарантов договора31. Сви-дригайло использовал факт заключения союза с Орденом при переговорах с поляками, настаивая на том, что крестоносцы должны принимать участие в польско-литовских переговорах. Это неизменно вызывало возражения польской стороны.

За спиной великого магистра Тевтонского ордена стоял римский король Сигизмунд Люксембургский, который внимательно следил за литовско-орденскими отношениями и был одним из вдохновителей союза32. Заняв великокняжеский престол, Свидригайло поспешил отправить к нему посольство с предложением союза между Великим княжеством Литовским, Орденом и Священной Римской империей33. Со своей стороны Сигизмунд придавал большое значение «литовскому» направлению своей (и орденской) внешней политики: в 1431 г. он сначала требовал от Пауля фон Руссдор-фа известий из Польши и Литвы, а потом торопил его заключить союз со Свидригайло34. Контакты Свидригайло с Сигизмундом Люксембургским (прямые или через посредство Ордена) не прерывались и в дальнейшем35.

Поиск союзников, необходимых для противостояния Польше, шел и на других направлениях. В первой половине 1431 г. союзниками ВКЛ стали татарский хан Улу-Мухаммед и молдавский воевода Александр Добрый. Последний союз имел явную антипольскую направленность; кроме того, Молдавия могла представлять интерес для Свидригайло и как область, через которую лежал путь в Венгрию, т.е. во владения Сигизмунда Люксембургского. Оба эти союза имели практические последствия (в виде татарской и молдавской помощи против Польши) уже в ходе польско-литовской Луцкой войны летом 1431 г.36 Позже Свидригайло поспособство-

31 Подробнее об этом см.: Neitmann K. Die Staatsverträge des Deutschen Ordens in Preussen 1230—1449. Studien zur Diplomatie eines spätmittelalterlichen Territorialstaates. Köln; Wien, 1986. S. 193—201; Nikodem J. Stosunki Swidrygielly z Zakonem krzyzackim w latach 1430—1432 // Bialoruskie Zeszyty Historyczne. T. 14. Bialystok, 2000.

32 LECUB. Bd. 8. № 462, 632. S. 272, 370.

33 Codex epistolaris Vitoldi magni ducis Lithuaniae. 1376—1430 / Ed. A. Prochaska. Cracoviae, 1882 (далее — CEV). № 1464. P. 953.

34 Regesta Imperii. T. 11. Die Urkunden Kaiser Sigmunds (1410—1437) / Verzeichnet von W. Altmann. Bd. 2. Innsbruck, 1897. № 8284, 8535 (то же: RHD. № 5587, 5628).

35 RHD. № 5821; Коцебу А. Указ. соч. [№ 44.] С. 120—122 (то же: RHD. № 5964; Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 7. S. 588).

36 Флоря Б.Н. Орда и государства Восточной Европы в середине XV века (1430— 1460) // Славяне и их соседи. Вып. 10: Славяне и кочевой мир. М., 2001. С. 175—176; Czamanska I. Moldawia i Wbloszczyzna wobec Polski, Wjgier i Turcji w XIV i XV w. Poznan, 1996. S. 82—88.

вал обмену посольствами между Молдавией и Тевтонским орденом, а в мае 1432 г. Молдавия присоединилась к литовско-орденскому союзу. В то же время активные переговоры о присоединении к этому союзу велись с Мазовией, но они не увенчались успехом из-за переворота в ВКЛ37.

Чтобы упрочить международное положение ВКЛ в период его противостояния Польше, Свидригайло искал опоры и в русских землях. В начале 1431 г. он обновил договор с Великим Новгородом, а летом 1432 г. отправил туда по просьбе новгородцев князя Юрия Лугвеневича. Примерно тогда же был подтвержден договор с Псковом. В 1431 г. Свидригайло взял в жены тверскую княжну Анну, племянницу великого князя Бориса Александровича38. Это был второй брак Свидригайло, и к моменту его заключения у него уже имелись династические связи с князем Юрием Дмитриевичем Звенигородским — они оба были женаты на дочерях смоленского князя Ивана Святославича39. Благодаря этому позже, уже во время гражданской войны в ВКЛ, Свидригайло получал военную помощь из Твери и Москвы40. Летом 1432 г. к Свидригайло обратились Одоевские князья с предложением вечной службы и просьбой защиты и покровительства41. Наконец, именно при Свидригайло в Константинополь на поставление общерусским митрополитом отправился смоленский епископ Герасим42.

Как показывает этот краткий обзор внешней политики Свидригайло в 1430—1432 гг., ее конечной целью был полный разрыв Великого княжества Литовского с Польшей. Это в свою очередь требовало усиления ВКЛ, чего Свидригайло рассчитывал достичь

37 Sieradzan W. S^siedstwo mazowiecko-krzyzackie w okresie przemian politycznych w Europie Srodkowo-Wschodniej w latach 1411 — 1466. Torun, 1999. S. 44—45.

38 Брак Свидригайло можно уверенно отнести ко времени между концом 1430 г. и 29 декабря 1431 г.: в конце 1430 г. Свидригайло еще вынашивал планы женитьбы на дочери молдавского господаря (CEV. № 1464. P. 953—954), а 29 декабря 1431 г. комтур Торуни сообщал великому магистру о попытках польской королевы Софьи Гольшанской воздействовать на Свидригайло через его супругу (RHD. № 5886; подробнее см.: Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 7. S. 576). Сходным образом датирует брак Свидригайло польский генеалог Я. Тенговский, опираясь, впрочем, на менее надежные выкладки относительно хронологии тверской летописи: T^gowski J. Pierwsze pokolenia... S. 158—159.

39 Редкие источники по истории России. Вып. 2. М., 1977. С. 26—27; ср.: Полное собрание русских летописей. Т. 18: Симеоновская летопись. М., 2007. С. 171 (Свидригайло назван «побратимом» Юрия Дмитриевича).

40 Клюг Э. Княжество Тверское (1247—1485). Тверь, 1994. С. 288—289; Коцебу А. Указ. соч. [№ 81] С. 172—173.

41 Коцебу А. Указ. соч. [№ 51] С. 127; RHD. № 6138.

42 Флоря Б.Н. Православный мир Восточной Европы перед историческим выбором (XIV—XV вв.) // Флоря Б.Н. Исследования по истории Церкви. Древнерусское и славянское средневековье. М., 2007. С. 349—350. Биографию митрополита Герасима с указанием источников см.: ТарасовА.Е. Герасим // Православная энциклопедия. М., 2006. Т. 11. С. 152—154.

за счет сближения с русскими землями, Ордой, Молдавией и Си-гизмундом Люксембургским, но прежде всего за счет союза с Тевтонским орденом, с которым у Свидригайло были наиболее тесные контакты. (Об этом свидетельствует тот факт, что именно Свидригайло в мае 1432 г. предложил великому магистру Паулю фон Руссдорфу обменяться постоянными посольствами. До этого у Тевтонского ордена был лишь один постоянный представитель — генеральный прокуратор при папской курии)43. Какое же направление политики Свидригайло вызвало столь сильное недовольство части его окружения, что на этой основе сложился заговор?

Ответ на этот вопрос можно дать, сравнив внешнеполитический курс Свидригайло с политикой следующего великого князя — Си-гизмунда Кейстутовича. Он начал свое правление с подтверждения польско-литовской унии, которое сопровождалось неудачными попытками сохранить литовско-орденский союз (несмотря на обещание расторгнуть его, данное им в акте унии). Эти попытки продолжались до начала 1433 г. (когда ливонский магистр объявил ему войну) и встречали одобрение вельмож нового великого князя (в частности, литовского боярина Георгия Бутрима)44. О лояльности заговорщиков к Ордену говорит и хронология событий, связанных с литовско-орденским союзом. Как установил К. Найтман, договор Свидригайло с Орденом был ратифицирован в самом конце августа 1432 г., т.е. за несколько дней до переворота, когда сам заговор уже созрел и получил одобрение со стороны Ягайло45. Если бы заговорщики были противниками этого союза, то они, вероятно, нашли бы способ избавиться от Свидригайло, не дожидаясь ратификации договора.

Все эти факты говорят о том, что заговорщики не были намерены разрывать отношения ВКЛ с Тевтонским орденом. Поэтому можно предположить, что причиной переворота стала антипольская политика Свидригайло. Эта гипотеза подтверждается следующими фактами. 26 января 1432 г. орденские послы сообщали великому магистру из Гродно, что литовские и русские вельможи стремятся к заключению «вечного мира» с Польшей на предстоящем съезде46. Между тем намерения Свидригайло были прямо противоположными. За примирение с Польшей в конце апреля 1432 г. выступил посол Свидригайло (к сожалению, не названный по имени), согласившийся на те условия, на которых собравшаяся в Серадзи польская шляхта предложила Свидригайло владеть Ве-

43 Neitmann K. Op. cit. S. 16—17.

44 Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 7. S. 599; Dlugosz. J. Opera omnia. T. 13. P. 482. Документ ливонского магистра об объявлении войны: CESXV. T. 3. Dod. № 18. P. 524—525.

45 Neitmann K. Die Staatsverträge... S. 199—200.

46 CESXV. T. 3. Dod. № 10. P. 516.

ликим княжеством Литовским47. Сам великий князь это предложение отклонил. Уже к этому времени недовольство политикой Свидригайло среди его окружения приобрело значительные масштабы, и в мае 1432 г. великий магистр Тевтонского ордена во время личной встречи с ним предупреждал его об опасности заговора. Литовский правитель, впрочем, не внял словам Руссдорфа, за что впоследствии серьезно поплатился48.

Итак, причиной переворота 1432 г. в Великом княжестве Литовском стало недовольство части правящей элиты политикой Свидригайло, направленной на полный разрыв унии с Польшей. Таким образом, переворот 1432 г. был одним из этапов поиска оптимального modus vivendi ВКЛ и Польши, который шел с конца 20-х гг. XV в. Начало этому процессу положили события «коронационной бури» 1429—1430 гг., когда попытки Витовта получить королевскую корону натолкнулись на сопротивление поляков. В последнее время исследователи не исключают мысли о том, что Витовт стремился не к разрыву польско-литовской унии, а к пересмотру позиций ВКЛ в ее рамках49. Возможно, именно этим обстоятельством объясняется то, что правящая элита Великого княжества, в отличие от 1432 г., последовательно поддерживала своего правителя в 1429—1430 гг. Фактор недовольства знати ВКЛ антипольской политикой великого князя, сработавший в 1432 г., вновь заявил о себе в конце правления Сигизмунда Кейстутовича. По-видимому, причиной его убийства в 1440 г. было опасение возможных репрессий, которым он собирался подвергнуть тех, кто выступал против его планов создания антипольской коалиции с римским королем Альбрехтом II и ориентировался на Польшу50.

После убийства Сигизмунда Кейстутовича в среде литовско-русской знати сложилось несколько группировок. Наиболее сильная из них (куда входили и участники переворота 1432 г. — Ян Гаштольд, Петраш Монтигирдович, князь Олелько Владимирович, а также сын убитого в 1433 г. Семена Гольшанского Юрий) отправила послов к польскому королю Владиславу III с просьбой стать новым великим князем. Владислав, собиравшийся в это время занять венгерский престол, отправил в Литву в качестве наместника своего брата Казимира, который уже в Вильно был провозглашен великим князем Литовским51. В результате ВКЛ сохранило и свою

47 Ibid. Dod. № 13. P. 519.

48 LECUB. Bd. 9 / Hrsg. von H. Hildebrand. Riga; Moskau, 1889. № 97. S. 59; Поле-хов С.В. К вопросу о причинах государственного переворота... С. 50.

49 Nikodem J. Polska i Litwa wobec husyckich Czech w latach 1420—1433. Studium o polityce dynastycznej Wladyslawa Jagielly i Witolda Kiejstutowicza. Poznan, 2004. S. 358, 368; Blaszczyk G. Op. cit. T. II. Cz. I. S. 579—582.

50 PetrauskasR. Lietuvos diduomene... P. 182—183.

51 Dlugosz J. Opera omnia. T. 13. P. 621—623, 626—627, 655—657; Lietuvos metrastis. Bychovco kronika. Vilnius, 1971. P. 126—128, 285—287; Petrauskas R. Lietu-vos diduomene... P. 182—186.

государственную самостоятельность, и связи с Польшей (поскольку литовский престол занимал представитель династии Ягелло-нов), но польско-литовская уния была разорвана52.

Список литературы

1. Барвтьский Б. ЖиГимонт Кейстутович Великий князь Литовско-руский (1432—1440). Исторична монограф!я. Жовква, 1905.

2. Грушевський М.С. Тстс^я Украши-Руси. Т. 4: XIV—XVI в1ки — вщно-сини пслïтичнi. Кшв, 1993.

3. Клюг Э. Княжество Тверское (1247—1485). Тверь, 1994.

4. Коцебу А. Свитригайло, Великий Князь Литовский, или Дополнение к историям Литовской, Российской, Польской и Прусской. СПб., 1835.

5. Любавский М.К. Очерк истории Литовско-Русского государства до Люблинской унии включительно. СПб., 2004.

6. Любы А.Ул. Унутрыпалпычная барацьба у Вялтм княстве Лггоусым у 30—40-ыя гг. XV ст.: Аутарэф. канд. дыс. Мшск, 2006.

7. Полехов C.B. К вопросу о причинах государственного переворота в Великом княжестве Литовском в 1432 г. // Studia historica Europae Orientalis: Исследования по истории Восточной Европы. Вып. I. Минск, 2008.

8. Тарасов А.Е. Герасим // Православная энциклопедия. Т. 11. М., 2006.

9. Флоря Б.Н. Орда и государства Восточной Европы в середине XV в. (1430—1460) // Славяне и их соседи. Вып. 10: Славяне и кочевой мир. М., 2001.

10. Флоря Б.Н. Православный мир Восточной Европы перед историческим выбором (XIV—XV вв.) // Флоря Б.Н. Исследования по истории Церкви. Древнерусское и славянское средневековье. М., 2007.

11. Blaszczyk G. Dzieje stosunków polsko-litewskich. T. II: Od Krewa do Lublina. Cz. I. Poznan, 2007.

12. Czamañska I. Moldawia i Woloszczyzna wobec Polski, Wçgier i Turcji w XIV i XV w. Poznan, 1996.

13. Halecki O. Anna (A.-Zofjja?) Iwanówna // Polski slownik biograficzny T. 1/2. Zesz. 2. Kraków, 1935.

14. Halecki O. Dzieje unii Jagiellonskiej. T. 1: W wiekach srednich. Kraków, 1919.

15. Jablonowski H. Westrussland zwischen Wilna und Moskau. Leiden, 1955.

16. Korczak L. Monarcha i poddani. System wladzy w Wielkim Ksiçstwie Litewskim w okresie wczesnojagiellonskim. Kraków, 2008.

17. Lewicki A. Powstanie Swidrygielly. Ustçp z dziejów unii Litwy z Koron^. Kraków, 1892.

18. Lowmiañski H. Polityka Jagiellonów. Poznan, 1999.

19. Maleczyñska E. Rola polityczna królowej Zofii Holszanskiej na tle walki stronnictw w Polsce w latach 1422—1434. Lwów, 1936.

20. Matusas J. Svitrigaila Lietuvos didysis kunigaikstis. 2-as leid. Vilnius, 1991.

52 Halecki O. Dzieje unii Jagiellonskiej. T. 1: W wiekach srednich. Kraków, 1919. S. 333—334; Lowmiañski H. Op. cit. S. 162—163.

21. Neitmann K. Die Staatsverträge des Deutschen Ordens in Preussen 1230—1449. Studien zur Diplomatie eines spätmittelalterlichen Territorialstaates. Köln; Wien, 1986.

22. Nikodem J. Polska i Litwa wobec husyckich Czech w latach 1420—1433. Studium o polityce dynastycznej Wladyslawa Jagielly i Witolda Kiejstutowicza. Poznan, 2004.

23. Nikodem J. Stosunki Swidrygielly z Zakonem krzyzackim w latach 1430— 1432 // Bialoruskie Zeszyty Historyczne. T. 14. Bialystok, 2000.

24. Nikodem J. Wyniesienie Swidrygielly na Wielkie Ksi^stwo Litewskie // Bialoruskie Zeszyty Historyczne. T. 19. Bialystok, 2003.

25. Nikodem J. Zbigniew Olesnicki wobec unii polsko-litewskiej do smierci Jagielly // Nasza Przeszlosc. T. 91. Krakow, 1999.

26. Petrauskas R. Lietuvos diduomene XIV a. pabaigoje — XV a.: Sudetis — struktüra — valdzia. Vilnius, 2003.

27. Petrauskas R. Tolima biciulyste: asmeniniai Vokieci4 ordino pareigün4 ir Lietuvos valdov4 santykiai // Kryziaus kar4 epocha Baltijos regiono taut4 istorineje s^moneje. Siauliai, 2007.

28. Sieradzan W. S^siedstwo mazowiecko-krzyzackie w okresie przemian politycznych w Europie Srodkowo-Wschodniej w latach 1411—1466. Torun, 1999.

29. Tqgowski J. Pierwsze pokolenia Giedyminowiczow. Poznan; Wroclaw, 1999.

30. Voigt J. Geschichte Preussens. Bd. 7. Königsberg, 1836.

Поступила в редакцию 13.05.2009