Структура права: закономерности формирования и развития (в девяти выпусках). Выпуск девятый. Юридические конструкции как компонент структуры права и способ правового мышления (в трех частях). Часть вторая. Природа юридической конструкции

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

СТРУКТУРА ПРАВА: ЗАКОНОМЕРНОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ

(В ДЕВЯТИ ВЫПУСКАХ). ВЫПУСК ДЕВЯТЫЙ. ЮРИДИЧЕСКИЕ КОНСТРУКЦИИ КАК КОМПОНЕНТ СТРУКТУРЫ ПРАВА И СПОСОБ ПРАВОВОГО МЫШЛЕНИЯ

(В ТРЕХ ЧАСТЯХ). ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПРИРОДА ЮРИДИЧЕСКОЙ КОНСТРУКЦИИ

Аннотация. В статье, охватывающей единым замыслом девять выпусков, утверждается принципиально новый методологический статус системы права, обоснованы самостоятельное значение структуры права и ее концепция, предложен инновационный взгляд на строение права в сравнении с его отраслевым делением; исследуются структурные уровни (базовый, основной, логический), ряды, общности права; в этой же связи рассматривается проблема параотраслей права; доказывается структуросвязующая роль логического инструментария права. В традициях аналитической юриспруденции в публикациях продолжен поиск «элементарных частиц» права; в контексте структурной организации права исследуются принципы права, обоснована новая правовая общность — гуманитарное право; представлено новое видение юридических конструкций, доказывается их структурообразующая роль в составе права и значение как способа юридического мышления и юридического конструирования (законодательствования).

Ключевые слова: юридическая конструкция как «юридическое тело»; юридическая конструкция как исторически прогрессивный способ правотворчества; юридическая конструкция как субстанциальная единица в структуре права; естественно-историческое происхождение юридических конструкций; конструкция как результат юридического конструирования в законодательной деятельности; конструкции отраслевого уровня; простые и сложные юридические конструкции; интегративная роль юридических конструкций в структуре права; юридические конструкции как константная составляющая в структуре права; структурообразующий потенциал юридических конструкций в составе права; мультипликация (размножение) юридических конструкций; органичная связь юридических конструкций и структурности права; конструкция как способ юридического мышления; правообразующее значение правовой доктрины

THE LAW STRUCTURE: REGULARITY OF THE FORMATION AND DEVELOPMENT (IN 9 ISSUES). NINTH EDITION (IN THREE PARTS). LEGAL STRUCTURES AS A COMPONENT OF THE STRUCTURE

OF LAW AND LEGAL WAY OF THINKING. THE SECOND PART. THE NATURE OF THE LEGAL STRUCTURE

Annotation. In the traditions of the analitical jurisprudence the search for the elementary parts of the law is offered in the publications; principles of the law are examined in the context of the structure organization of the law;

В.И. Червонюк,

доктор юридических наук, профессор Московского университета МВД России Научная специальность 12.00.01 — теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве E-mail: v.chervonyuk@yandex.ru

V.I. Chervonjuk,

the doctor of jurisprudence, the professor of the Moscow university of the Ministry of Internal Affairs of Russia

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

a new legal community — humanitarian law — is substantiated as a manifestation of multistructural transformations in modern legal families; a new vision of the legal constructions is represented; their structure-forming role in the law composition and significance as a mean of legal thinking and legal design (legislation) are proved.

Keywords: the legal construction as a legal body; the legal construction as a historically progressive building block in the law structure; naturally historical origin of the legal constructions; the construction as a result of the legal design in the legislative activity; branch level construction; simple and complex legal constructions; integrative role of legal constructions in the law structure; legal constructions as a constant factor in the law structure; structure-forming potential of legal constructions in the law structure; animation (reproduction) of legal constructions; an organic connection between the legal constructions and the structure of the law; constructions as a mean of legal thinking; lawmaking importance of the legal doctrine

Признание юридических конструкций компонентом права требует уточнения их юридической природы, определения места и роли в структурной организации права и в его функционировании. Специального внимания требует вопрос о составе юридической конструкции, ее соотношении с нормой права, иными правоположениями и соответственно о регулятивном ресурсе; в ряду этих вопросов ожидает ответа вопрос о логической природе юридической конструкции, ее содержании.

Не вдаваясь в детальное рассмотрение предложенных в литературе оценок понятия юридической конструкции, с учетом сделанного выше принципиального вывода, сформулируем наиболее общее определение, которое отвечает отстаиваемому подходу к рассматриваемому феномену: юридическая конструкция — это сформировавшаяся естественным (или опытным) путем или разработанная доктриной и воспринятая структурой права нормативно принятая модель (устойчивая структурная нормативная общность), обнаруживающая закономерные логические взаимосвязи между элементами права, придающая им внутреннее единство и функциональность, а праву — характер целостного образования.

Место и роль юридической конструкции в структурной организации права обусловлено теми характеристиками, которыми наделяется встраиваемая в нормативную структуру права конструкция. Закрепленный в законодательстве набор компонентов образует юридическую конструкцию, как показывает анализ, лишь при определенных условиях: адекватности составляющих ее элементов фактическим условиям, послужившим причиной создания данной конструкции; точности и полноты регламентации заключенных в ней элементов, из которых конструкция «выводится» и средством объединения в более крупные правовые образования которых является; непротиворечивости, пребывания в устойчивых связях с другими, уже получившими правовое признание, конструкциями; восприимчивости правовой средой и, вследствие этого, соответствием ее (конструкции) типологическим характеристикам

правовой системы страны; способности вновь образованной конструкции, не привнося избыточности в правовое регулирование, усиливать структурность права, способствовать интеграции его составных частей. Благодаря, в том числе и этим свойствам юридической конструкции, право отличается свойством структурности, представляя собой целостное, характеризующееся внутренним единством, многосоставное нормативное образование. Принципиально важно и то, что преследуя цель поиска лучшего и самого оптимального способа отражения в праве сложной социально-правовой реальности, и таким образом обеспечивая достижение степени максимально полного и адекватного отражения в правовых нормах социально-правовых реалий, юридические конструкции существенно усиливают энергетическую мощь (силу) права, придают ему действительно личностную значимость.

Претендуя на роль фактора интегрирующего структуру права, юридическая конструкция и сама не может быть бесструктурной. Ее состав обычно не становится предметом анализа, оставаясь, как правило, «за кадром». Нахождение юридической конструкции в составе права указывает на ее самостоятельное значение и, в принципе, исключает подмену иными феноменами. В этой связи обращает на себя внимание то обстоятельство, что нередко значение юридической конструкции придается явлениям, которые имеют иное назначение в механизме правового регулирования1. Случается и так, что конструкции ищут там, где их нет. Так, авторы одной из коллективных работ самим ее названием заявляют о теоретическом обосновании так называемой конструкции поощрительной санкции2. Однако анализ теории проблемы и квалификация ее конструктивных особенностей — далеко не одно и то же. Основываясь на тех же посылках, один из авторов этой же работы безуспешно пытается доказать существование в праве конструкции позитивной ответствен-ности3.

Достаточно распространенным является отождествление юридических конструкций с обобщениями, правовыми понятиями. На этом основании

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

предлагается, к примеру, выделять «дефинитивные конструкции, или понятийные обобщения» (В.В. Чевычелов). Очевидно, что понятие не может выступать основанием юридической конструкции. Таковым является реальный феномен, выраженный тем или иным правовым понятием (налог — в финансовом праве, ипотека — в гражданском праве, административно-правовой деликт — в административном праве и т.д.).

Р. Радбрух говорит о «категориальной» и «телеологической» конструкции, трактуя ее как «двоичную обработку права»4.

Представляется, что по своей структуре юридическая конструкция необычна. Она получает выражение в нормах права, но не они ее структурные части. Правильнее говорить об образующих юридическую конструкцию, презумпциях, примечаниях, фикциях, дефинициях, юридических аксиомах, исключениях, правоположениях, вытекающих из аутентического толкования, и других нормативных обобщениях, которые при этом остаются самостоятельными элементами структуры права. Это также общие, а равно отраслевые и межотраслевые принципы права, принципы отдельных институтов права, которые присутствуют во многих конструкциях, не принадлежа какой-либо конкретной из них. С этой точки зрения можно сделать вывод, что элементы права, представляющие логический уровень его структуры, не однопорядковы с юридическими конструкциями; каждый из них участвует в образовании юридических конструкций, но при этом сохраняет самостоятельное значение в составе права. Юридическая конструкция есть собрание имеющих логическую природу компонентов права, несводима к какому-либо одному из них или к некоторым; юридическая конструкция есть устойчивое сочетание таких элементов, получающих юридическое признание. Поэтому, к примеру, именовать юридическую фикцию конструкцией неверно. «Это разнопорядковые явления; фикция как прием может применяться при построении юридической конструкции (в качестве иллюстрации можно вспомнить конструкции юридического лица или «лежачего» наследства), но сама по себе она не является конструкцией»5. То же самое можно отнести и к характеристике иных компонентов в логическом строе права. С этой точки зрения утверждение о том, что «законодательным дефинированием осуществляется, в том числе, введение необходимых для правового регулирования конструкций»6, может свидетельствовать лишь о том, что и дефиниции «участвуют» в образовании юридических конструкций, не исчерпывая собой иных логических операций.

В то же время конструкционный подход применим к самому широкому кругу правовых феноменов,

в том числе включая фикции, презумпции и все то, что так или иначе относится к понятийному аппарату законодательства. В этом случае моделированию и законодательному оформлению подлежат все необходимые элементы данных феноменов, так что в своем единстве они представляют в нормах права системное образование — «субконструкцию». При этом презумпции, фикции и пр. не преобразуются в конструкции, не изменяют своей природы и «статуса» в логическом строе права.

Юридическая конструкция получает выражение в нормах права, хотя не по этой причине, как это считает господствующее мнение, она «становится нормативной юридической конструкцией»7. Ее нормативность — в ее логической природе, способности соединять разрозненные нормы в целостное образование и таким образом придавать им действительно регулятивное значение и юридический вес8. С этой точки зрения неверно исходить из того, что «юридические конструкции представляют собой комплексы правовых средств, которые образуют типизированные модели, соответствующие своеобразной разновидности общественных отношений»9. Достаточно обратиться к конкретным юридическим конструкциям (например, к общей конструкции налога), чтобы убедиться в сомнительности такой формулы. Правовые средства (точнее говоря, средства права, или правового регулирования, и собственно правовые средства) — это один из компонентов в системе образующих юридическую конструкцию элементов. К таковым относятся юридически определенный круг носителей прав и обязанностей (пользователей правовыми средствами), фактические обстоятельства, с которыми связано использование этих средств, преследуемый результат, нормативные средства обеспечения правомерности действий указанных субъектов (правовые стимулы и ограничения, санкции), правовые цели, разнообразные способы соединения всех этих элементов в единую взаимодействующую систему, формы юридического выражения конструкции и др. Так, конструкцией налога по действующему налоговому законодательству РФ охватывается: само понятие налога и сборов; виды (система) налогов; субъекты налоговых правоотношений (налогоплательщики, взаимозависимые лица, налоговые агенты, налоговые органы); темпоральные нормы, устанавливающие процессуальные сроки взимания налога; права, гарантии и обязанности налогоплательщика; объект и предмет налогообложения; налоговая база, ставка налога, налоговый период и др. При этом перечень образующих данную конструкцию элементов является закрытым (п.1 ст. 17 Налогового кодекса РФ).

Таким образом, можно сказать, что юридической конструкцией охватывается комплекс разно-

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

родных элементов: норм права, фактических обстоятельств (юридических фактов), правоотношений

Та или иная юридическая конструкция может быть положена в основу формирования отдельно взятой правовой нормы, но чаще всего она объединяет, цементирует несколько (в вышеприведенном случае — комплексы) правовых норм. Не исключается и такое положение, когда в норме права заключены две юридические конструкции (А.Ф. Чердан-цев). В качестве примера указывают на статью 1079 ГК РФ, заключающую в себе конструкции фактического основания возмещения вреда в порядке ответственности и по системе риска. Если схематично, то суть образования юридической конструкции в законодательной деятельности может быть представлена так: «на материале норм позитивного права построить абстрактное понятие, а затем выразить его в минимально требуемом количестве предложе-ний»10. Однако в отличие от выражающих их норм права юридические конструкции не имеют повелительной формы выражения, они приобретают форму утверждений11. В таком случае имеет место то, что в формальной логике именуют выведением пре-скрипции нормативного высказывания из дескриптивных посылок12. На этом основании классификация юридических конструкций по методу правового регулирования на «императивные и диспозитивные юридические конструкции»13 не представляется корректным.

Принципиально важным здесь является то, что благодаря своей логической природе юридические конструкции могут быть, в отличие от норм, объектами мысли и, как следствие, единицами теоретического мышления. Это означает, как верно замечено, что, с одной стороны, юридические конструкции, в отличие от норм, «соразмерны» логическим операциям, применимым ко всем понятиям, а с другой — что из конструкций можно логически дедуцировать бесконечное число как правоположений, так и иных конструкций, следующих уровней. В этой связи вслед за одной сформировавшейся юридической конструкцией как бы по цепочке появляются другие. Причем такое «размножение» конструкций имеет метаюридическое объяснение, оно в определяющей мере социально обусловлено (хотя роль правового искусства при этом остается значительной). Отсюда мысль о том, что «собственное развитие права, его история — это и есть история становления, развития и совершенствования юридических конструкций»14, в несколько упрощенном (огрубленном) виде отображает историю правового развития.

Юридические конструкции — это такой самостоятельный структурный элемент, который, будучи заключенным в норме права (юридически или фактически признанной), вместе с тем не имеет прямого выхода во вне, в правовую сферу. Поэтому нет осно-

ваний применительно к такой структурной единице изобретать самостоятельную разновидность форм (источников) права. Юридические конструкции, следуя из этого, нельзя квалифицировать в качестве еще одной (инновационной!) формы права. Ее, скорее всего, с учетом различия в понимании формы и источника права можно причислить к самостоятельным источникам права. С этой точки зрения справедливо утверждение о том, что «формами выражения правовой доктрины как источника права являются юридические конструкции, отражающие закономерности, логику организации правовой материи» 15. Верно и то, что юридическая конструкция есть та «форма-идея», в которой находит свое единение норма объективного права с субъективным правом и корреспондируемой ему обязанностью. Вне определенной юридической конструкции правоотношение вообще существует лишь как идеальное явление, позволяющее воспринять наличную правовую связь между субъектами правового общения16.

По своему методологическому статусу юридические конструкции не совпадают с весьма сходным им явлением — институтом права. На первый взгляд, основания для этого более чем очевидны: и конструкция, и институт представляют собой собрания норм права. И если институт не является надуманным (искусственно созданным нормот-ворческим органом) собранием норм права, но отражает логику правового регулирования, то ему, как правило, будет соответствовать и одноименная юридическая конструкция (например, институты и конструкции правоспособности и дееспособности). Близость этих феноменов способствует тому, что в исследованиях нередко происходит подмена одного из них другим. Но у них различное назначение: институт предназначен для достижения конкретных регулятивных целей, конструкция — для придания «собранным» нормам внутреннего единства, функциональности. Подобно тому как в психоанализе посредством конструкции (реконструкции) обеспечивается мысленная организация психического материала, способствующая формированию представления о каком-либо событии, процессе или этапе развития в жизни человека17, так и в сфере действия права конструкции позволяют реконструировать недостающие элементы права, связывая их с уже действующим правом.

В отличие от института права в юридической конструкции проецируется взаимодействие всех образующих ее элементов с точки зрения достижения того фактического результата, который вытекает из целей данного института. Ориентируясь на фактический результат, законодатель стремится к тому, чтобы максимально учесть в нормах позитивного права все конструктивные элементы, сводя их в единую систему. Значит, наличие в законодательстве того или иного института автоматически не создает соответствующей ему юридической конструкции.

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Понятно, что принцип экономии нормативного материала (механизмом обеспечения которого в том числе являются и юридические конструкции) вынуждает законодателя закреплять в конкретных конструкциях не все элементы. В этом случае существующая взаимосвязь между различными конструкциями не требует того, чтобы соответственно принцип экономии нормативного материала (механизмом обеспечения которого в том числе являются и юридические конструкции) вынуждает законодателя закреплять в конкретных конструкциях не все элементы.

Различия можно усматривать и в общем предназначении институтов права и юридических конструкций: первые ориентируются преимущественно на юридический результат, в то время как усиливающие их действие вторые — всегда нацелены на соответствующий фактический результат.

Можно также сказать, что конструкция менее «конкретна»; в ней фиксируются не все, а лишь устойчивые, повторяющиеся, закономерные свойства и элементы права. Искусство законодателя как раз и должно быть заключено в том, чтобы путем введения логических инструментов такая связь была бы установлена; тем самым элементы одной (одних) конструкции восполняют недостающие элементы другой (других).

Классификация юридических конструкций. Руководствуясь тем методологическим указанием, согласно которому «пока наука не нашла для какого-нибудь предмета правильного места в системе, она не поняла его еще как следует, ибо «понять» — значит вникнуть в предмет не только сам по себе, но и в его связи с другими»18, обратимся к классификации юридических конструкций. Если «систематическая классификация является родословным древом по-нятий!»19, то с оценкой природы юридической конструкции имманентно связана ее дифференциация на определенные классы или разновидности.

В специальной литературе выделяют технико-юридические и теоретико-юридические конструкции (А.Ф. Черданцев); по сфере действия правовые конструкции подразделяются на публично-правовые

и частноправовые, общеправовые (универсальные),

20

межотраслевые и отраслевые, а последние — на

21

материальные и процессуальные ; в зависимости от происхождения юридические конструкции подразделяются на: собственные — конструкции, «обязанные» своим происхождением конкретной отрасли законодательства; рецепированные — заимствованные конструкции, апробированные в иных отраслях внутригосударственного и международного права и др. (В.В. Чевычелов).

То методологически значимое обстоятельство, что правообразование охватывает две стадии — стихийного образования права и планомерно-рационального процесса, выраженного нормотворческой

22

деятельностью государства22, указывает на право-

мерность выделения соответствующих этим процессам двух классов конструкций — а) имеющих естественно-историческое происхождение и б) являющихся следствием юридического конструирования в законодательной деятельности. Юридические конструкции, которые принято характеризовать как имеющим «естественное происхождение», придают структурность праву, собирая нормы права соответственно целям правового регулирования.

Если исходить из иерархичности структуры права, то можно выделить юридические конструкции предельного уровня обобщения нормативного материала: на высшем уровне располагаются «несущие» юридические конструкции, которые представляют тот «юридический остов», благодаря которому все нормы права группируются применительно к методу и предмету правового регулирования. Это юридические конструкции отраслевого уровня. На среднем уровне располагаются юридические конструкции, структурированные применительно к отдельным, характерным для данной отрасли права институтам права. При этом подразделение институтов на определенные разновидности (общие и предметные, сложные и простые) указывает и на существование соответствующих им юридических конструкций. Так, генеральный институт представляет собой комплекс норм, которые закрепляют общую юридическую конструкцию, в преломленном виде (по сферам) выраженную в дифференцированных институтах (С.С. Алексеев).

На первичном уровне юридические конструкции могут «персонифицироваться» с отдельными нормами права; может быть и так, что отдельной норме права соответствуют две юридические конструкции. Юридические конструкции тем самым институционализируют структуру права.

Соответственно структурной иерархии нормативного материала (при которой низшие уровни правовой материи являются основой существования более высоких, образуя пирамиду правовой материи, можно выделять более простые и сложные юридические конструкции. Очевидно, что соответственно строению права соответствуют по степени усложнения юридические конструкции.

С точки зрения полноты элементов юридической конструкции, отраженных в законодательстве, можно выделять: идеальные и реальные юридические конструкции. Первые — это те, к которым стремится законодатель; реальные юридические конструкции — это те, которые получают закрепление в законодательстве. Между ними может быть полное или частичное совпадение.

Юридические конструкции приобретают значительные особенности в зависимости от сфер регулятивного и охранительного действия права. Так, в сфере регулятивного права юридические конструкции могут соответствовать моделям регулятивных правоотношений, в охранительных — соответству-

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

ют моделям деликтов (гражданско-правового, административного, налогового, конституционно-правового, преступления).

Несомненно, важно выделять традиционные и инновационные юридические конструкции; традиционные конструкции действуют на протяжении длительного времени, переходя из одной эпохи развития права в другую, сохраняя свое значение и в современных условиях. При этом в традиционных конструкциях могут присутствовать элементы новации. Отмечается, что инновационными являются «конструкции, редко используемые в качестве образца, однако не исключающие в перспективе последующего распространения в законодательстве» (В.В. Чевычелов).

1 См., например: Чепик А.В. Давность как юридическая конструкция: теоретико-правовой анализ: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009.

2 См.: Поощрительные санкции в праве: реальность и юридическая конструкция / под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько; ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права».- Саратов 2008.

3 См.: Липинский Д.А. Позитивная юридическая ответственность и поощрительные санкции: проблемы взаимосвязи // Там же. С. 158-175. Подробнее о критике позитивной ответственности см.: Червонюк В.И. Современная концепция конституционной ответственности // Вестник Московского университета МВД России. 2011. № 9.

4 См.: Радбрух Р. Философия права.- М., 2004. С. 135.

5 См.: Филимонова И.В. Юридические фикции в праве стран Запада и Востока: историческое наследие: монография.- М.: Юр-литинформ, 2012. С. 149 и след.

6 Тарасов Н.Н. К вопросу о юридических понятиях и дефинициях // Законодательная дефиниция: логико-гносеологические, политико-юридические и практические проблемы: Материалы Международного «круглого стола» (Черновцы, 21-23 сентября 2006 года).-Н.Новгород, 2007. С. 70.

7 Общая теория государства и права. Академический курс в 3-х томах. Том 2 / Под ред. М.Н. Марченко М.: «Зерцало-М», 2001. С. 504.

8 То обстоятельство, что конструкции закрепляются в нормах права не означает, что «юридические нормы, образующие позитивное право, имеют подчиненную роль способа внешнего выражения, объективации юридической конструкции; благодаря позитивному праву юридические конструкции получают социо-регулятивное значение» (см. об этом Пономарев Д.Е. Юридические конструкции: становление понятия в отечественном правоведении // Российский юридический журнал. — 2004. — № 4. С. 48).

9 См.: Проблемы юридической техники: Сборник статей / Под ред. д.ю.н., проф., засл. деятеля науки РФ В.М. Баранова.- Н. Новгород, 2000. С. 321.

10 Пономарев Д.Е. Юридические конструкции: становление понятия в отечественном правоведении // Российский юридический журнал. — 2004. — № 4. С. 49.

11 Халабуденко О. А. Юридические конструкции в гражданском праве: методологический аспект.//Закон и жизнь, № 4 (173), 2006; Субъективные вещные права и вещно-правовые конструкции: методологический аспект // Научные труды РАЮН. Вып. 11. В 2 т. Т. 2. — М.: Юрист, 2011. — С. 302-306; Он же; Имущественные права. Книга 1. Вещное право. Кишинев, 2011.

12 Как тонко замечено, при таком подходе как будто намечает-

ся решение вопроса, получившее в логике название «гильотина Юма» — принципа, утверждающего невозможность перехода от суждений со связкой «есть» (описательных) к суждениям со связкой «должен» (содержащих предписание) исключительно на основании логики.

13 См.: Чевычелов В.В. Юридическая конструкция: Проблемы теории и практики: Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. — Нижний Новгород, 2005. С. 15.

14 Алексеев С.С. Собрание сочинений. В 10 т. [+ Справоч.том]. Том 5. С. 223.

15 Васильев А.А. Консервативная правовая доктрина России: общетеоретические аспекты: монография.- М.: Юрлитинформ, 2012.- С. 89.

16 «Основной прием юридической конструкции,- отмечал Н.М. Коркунов,- заключается в том, что отношения юридические, существующие между людьми, объективируются, рассматриваются как самостоятельные существа, возникающие, изменяющиеся в течение своего существования и, наконец, прекращающиеся. Затем в организации, в структуре этих отношений различают их субъектов, т.е. лиц, между которыми возникают правоотношения, их объекты, т.е. силы, пользование которыми служит поводом установления отношений. Наконец, в содержании отношений различают два элемента: право и соответствующую праву обязанность». (Цит.по: Хвостов В.М. Система римского права. М., 1996. С.48).

17 В психоанализе конструкция соотносится, как правило, с технической задачей аналитика по разгадке забытых пациентом событий, воспоминаний, переживаний, по реконструкции психического материала, представляемого в его распоряжение им. Работа аналитика над конструкциями аналогична работе археолога, имеющего дело с раскопками прошлого и воссоздающего по найденным им обломкам строений или фрагментам разбитых предметов общую картину жизни и быта древних людей. Подобно археологу психоаналитик реконструирует прошлую жизнь пациента по крохам воспоминаний, ассоциаций и внешних действий анализируемого. Данная аналогия была использована З. Фрейдом в работе «Конструкции в анализе» (1937) с тем, чтобы показать специфику психоаналитической терапии, в рамках которой аналитику приходится прибегать к различным конструкциям с целью воссоздания предыстории заболевания пациента. В процессе своей терапевтической деятельности аналитик создает конструкции (или, как замечал З. Фрейд, если это приятнее слышать, реконструкции), дает соответствующее толкование и тем самым создает благоприятные условия для осознания пациентом его бессознательных желаний, защитных механизмов, внутриличностных конфликтов и невротических способов их разрешения.

18 Ф.Иеринг Р. Избранные труды. В 2 т. T.II. ... С. 335.

19 Ф.Иеринг Р. Избранные труды. В 2 т. T.II. ... С. 335.

20 Чевычелов В.В. Юридическая конструкция: Проблемы теории и практики: Автореф. дис. .канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2005. С. 15.

21 Находя отражение в процессуальных актах, юридические конструкции в процессуальном праве обладают рядом особенностей: широкое применение таких формы изложения, как описание и рассуждение; использование терминологии соответствующего процессуального законодательства; четкое различие как минимум трех композиционных частей: вводной, описательной, резолютивной; многовариантность конструкции композиционных частей (см.: Переверзев, В.В. Юридические конструкции в процессуальном праве : Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Ростов-на-Дону, 2009).

22 См.: Гойман (Червонюк) В.И. Действие права. Методологический анализ. М., 1992. С. 76 и след.