Анализ экономического пространства субъектов Северо-Кавказского федерального округа и перспективы их развития

Вестник Института экономики Российской академии наук

3/2021

Г.Х. БАТОВ

доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник ФГБУН Институт информатики и проблем регионального управления Кабардино-Балкарского научного центра РАН

АНАЛИЗ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА СУБЪЕКТОВ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА И ПЕРСПЕКТИВЫ ИХ РАЗВИТИЯ

В статье проведен анализ эволюции экономического пространства семи субъектов Северо-Кавказского федерального округа за определенный временной период (10 лет). Выявлены проблемы, связанные с его функционированием и качественными изменениями. На основе системообразующих идентификаторов определены состояние и качество экономического пространства каждого субъекта округа, проведена оценка и сравнение нынешнего его состояния с базовым периодом, рассчитан интегральный показатель каждого из них, вычислены их рейтинги. Предложены меры, способствующие нивелированию дисгармонии функционирования экономического пространства. Результаты исследования могут быть использованы субъектами разных регионов в ходе разработки мероприятий по реализации положений Стратегии1.

Ключевые слова: макрорегион, пространственное развитие, экономическое пространство, качество, индекс, интегральный показатель, СКФО.

1БЬ: С43, О18, Ш2.

Э01:10.52180/2073-6487_2021_3_109_120. Введение

Кардинальные географо-территориальные изменения, фундаментальные экономические преобразования, социальная стратификация, переход к реальному федерализму и другие перемены, которые произошли в конце ХХ и начале ХХ1 в., внесли существенные коррективы в пространственную организацию страны. Инверсионные процессы вызвали глубокие внутренние сдвиги в территориальных структурах расселения населения, способствовали образованию центров экономической активности, углублению диспропорции развития городских

1 Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года. Утверждена Правительством Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р.

и сельских территорий, резкому размежеванию и дифференциации регионов по использованию природной ренты.

Возникшие проблемы требовали и продолжают требовать своего разрешения. Нельзя сказать, что научная общественность и правительственные круги не понимают существующих проблем и не предпринимают определенных действий. В экономической литературе достаточно источников для ознакомления с проблемами пространственного развития и методами их решения на региональном и стра-новом уровнях, которые предлагаются научными школами, группами исследователей, отдельными учеными, экспертами.

В начале реформ наивно предполагалось, что рынок решит все социально-экономические проблемы, в том числе будет способствовать сближению регионов по уровню развития. Но они не оправдались, наоборот, региональные различия расширяются и углубляются. Рынок «поощряет» экономическую активность в местах концентрации ресурсов, но оставляет «без внимания» регионы, в которых их мало или они отсутствуют. По мнению Н. Аврамчиковой и М. Чуваше-вой, «экономическая жизнь за годы рыночной трансформации стала больше концентрироваться на небольшой части российской территории - в крупных городах и городских агломерациях. Рост межрегиональной дифференциации - это одна из закономерностей рыночной трансформации, отражающая появление выигрывающих и проигрывающих территорий» [1, с. 31-32].

В новейшей истории России предпринимались неоднократные попытки по снижению существующей дифференциации между регионами. В перечень этих мероприятий входили различные проекты, программы, рекомендации и, как отмечает А. Котов, «в российской региональной политике были использованы практически все известные в мировой практике инструменты с пространственной проекцией (государственные и целевые программы, специальные (особые) экономические зоны, кластеры, технопарки и т. д.)» [2, с. 353]. Однако, констатирует автор, эти инструменты не принесли нужных результатов.

Е. Бухвальд провел тщательный анализ существовавших и существующих программ, касающихся регионального пространственного развития, слабые и сильные стороны этих программ, как они выполнены, что помешало полной реализации намеченных планов. Уважаемый исследователь приходит к выводу о том, что в принятых концепциях и стратегиях «не удалось добиться системности и взаимодействия институтов и инструментов этой политики (пространственного развития, прим. автора), их целевой ориентированности на решение конкретных задач пространственного регулирования и пр.» [3, с. 75].

Пространственные отношения проявляются в разных отраслях и сферах жизнедеятельности человека и природы, нас в большей сте-

пени интересует взаимодействие пространства и экономики, вернее их симбиотическое сосуществование, в процессе чего формируется экономическое пространство. Данное понятие имеет свои особенности, связанные как с диверсификацией наук, так и с ее эволюцией. Кроме того, «пространственный аспект анализа экономического развития имеет существенное преимущество над территориальным или отраслевым, которое заключается в том, что территория в хозяйственной деятельности играет роль пассивного объекта, и именно на этот объект направлена деятельность человека. Пространственный анализ является наиболее полным отражением действительности, способствует углублению знаний о взаимодействии объектов, их пространственно-временных отношениях» [4].

При исследовании экономического пространства желательно придерживаться определенных методологических принципов, которые позволяют изучить объект исследования с использованием различных способов. В наибольшей степени можно использовать системный подход, подкрепив его статистическими инструментами. В данной статье объектом исследования выступает Северо-Кавказский федеральный округ, а непосредственными объектами изучения - семь субъектов СКФО: Республика Дагестан (РД), Республика Ингушетия (РИ), Кабардино-Балкарская Республика (КБР), Карачаево-Черкесская Республика (КЧР), Республика Северная Осетия - Алания (РСО-А), Чеченская Республика (ЧР), Ставропольский край (СК). В ходе трансформационных процессов в этих субъектах произошли изменения, которые привели к дисгармонии в пространственном развитии. Округ в целом является слабым звеном в экономике страны и по рейтинговым показателям пока занимает нижнюю строку среди округов. Научный и практический интерес представляют определение качества экономического пространства исследуемых субъектов, возможности межрегиональной интеграции, использование выравнивающих и/или стимулирующих средств устранения существующей дифференциации в пространственном развитии регионов.

Общая характеристика экономического пространства

Экономическое пространство можно представить как сетевую структуру. Группа авторов отмечает, что «пространство не является статичным, оно изменяется в зависимости от развития техники и технологий в таких сферах, как промышленность, строительство, транспорт, информационно-коммуникационные технологии и другие. Поэтому можно сделать вывод о том, что категория «экономическое пространство» включает не только территорию, на которой располагаются хозяйствующие субъекты и проживающее на ней население,

Г. Х. Батов

но и их экономические взаимосвязи, то есть по своему содержанию гораздо шире категории территории [5, с. 145].

Формирование экономического пространства происходит в результате социально-экономических процессов, происходящих на территории определенного субъекта (региона, страны). Оно выполняет комплекс функций, которые определяют его существование и функционирование. О. Бияков выделил эти функции и к ним относил:

- институциональную, которая состоит из создания, поддержания и развития институциональной среды;

- регулирующую, которая состоит из организации и координации взаимодействия экономических процессов;

- синхронизирующую, которая состоит в организации связи и параллельности действий;

- корректирующую - организации согласования своих действий и интересов с действиями и интересами других субъектов;

- оптимизирующую - участие в экономическом процессе экономического пространства ведет к тому, что у субъекта снижаются трансакционные издержки;

- информационную - аккумуляция информации и передача ее субъектам хозяйствования [6].

По поводу формирования экономического пространства существуют различные взгляды и подходы. И несмотря на достаточно большое количество работ, посвященных экономическому пространству, данный вопрос остается предметом дискуссий. При этом большинство исследователей выделяют четыре сложившихся подхода интерпретации экономического пространства: «территориальный», «ресурсный», «информационный» и «процессный». Эти подходы стали классическими и являются главами или параграфами учебников экономических специальностей.

В последнее время исследователи обращаются и информационно-цифровому подходу, который обосновывает формирование экономического пространства «информационными потоками, циркулирующими между хозяйствующими субъектами и сетями, которые создаются информационно-цифровыми технологиями» [7, с. 135-136 ].

Большинство исследователей экономического пространства прямо или косвенно имеют в виду, что оно представляет собой сетевую структуру. Это очень важно в связи с тем, что в наступающей цифровой экономике характерной особенностью является формирование платформ и экосистем, которые являются основными проводниками цифровой экономики, а для них, в свою очередь, основной формой существования и организации деятельности является создание сетей.

На основе вышеизложенного, а также существующих, но не приведенных в данном исследовании других мнений и взглядов, можно

констатировать, что экономическое пространство представляет собой холистическую структуру, которая состоит из географической территории, системы акторов, осуществляющих экономические процессы, населения, домохозяйств и социума, для которых характерно наличие институтов и сетевая организация взаимосвязи. Исследование экономического пространства предполагает системный подход, который противоречит редукционизму, когда из системы выделяют один элемент или часть объекта и на основании их свойств судят об объекте или системе в целом. Экономическое пространство возможно изучить только во взаимодействии и взаимосвязи элементов, которые входят в его состав.

Оценка качества экономического пространства макрорегиона

Для оценки состояния экономического пространства субъектов СКФО воспользуемся методикой, которая предлагается в источнике [5]. При этом статистические показатели разбиваются на три блока: входные, процессные и выходные. Параметры рассчитаны как относительные величины (индексы) к соответствующим среднероссийским показателям. Расчеты представлены в табл. 1.

К первой группе индексов относятся факторы инвестиционной и бюджетной обеспеченности, они дают представление о выпуске продукции, инвестиционной, ресурсной и бюджетной обеспеченности региона. Сравнительный анализ представленных индексов за исследуемый период показывает, что в целом по СКФО они увеличились. Однако в Республике Ингушетия и Чеченской Республике показатели оказались ниже, чем в базовом периоде. Основной причиной явилась снижение уровня бюджетной обеспеченности.

Вторая группа индексов характеризует условия жизнедеятельности субъектов округа и информирует о состоянии занятости, рынка труда и динамики заработной платы, индекса Джини и развитии социальной и производственной инфраструктуры. По этим показателям в округе в целом также произошли положительные изменения. Но Кабардино-Балкарская Республика и Ставропольский край не смогли улучшить свое положение по сравнению со значениями индексов базового периода из-за низких значений показателей по уровню безопасности и индекса Джини.

Третья группа индексов характеризует результаты деятельности экономического пространства как системы, состоящей из разных акторов, институтов и элементов, и осуществляющих различные процессы и взаимодействия между ними. Суммарное значение по показателям этой группы индексов в 2010 г. составило 10,329 балла,

2019 0,009 0,015 0,688 0,712 0,907 0,665 0,512 0,373 3,457

и 2010 0,010 0,007 0,630 0,647 0,906 0,665 0,705 0,388 3,664

Рч 2019 0,004 0,016 0,629 0,649 0,854 0,579 0,210 0,374 3,017

2010 м л н д о X - т 0,004 0,014 0,777 0,795 0,332 0,675 0,197 0,374 2,578

РСО_А 2019 0,002 0,006 0,640 0,648 0,878 0,600 0,562 0,365 3,405

2010 ст о н н е ^ е с с е ш 0,002 0,002 0,589 0,593 0,804 0,564 0,536 0,367 3,271

КЧР 2019 0,001 0,003 0,684 0,687 0,825 0,563 0,533 0,343 3,264

2010 о й о н т е я 0,001 0,001 0,580 0,582 Щ л н с с е ц о р е о 0,816 0,541 0,494 0,364 3,215

КБР 2019 0,002 0,004 0,643 0,649 0,825 0,573 0,545 0,338 3,281

2010 ю и й о 0,002 0,001 0,600 0,603 0,768 0,556 0,599 0,375 3,298

2019 н н о и я и ст е - 0,001 0,004 0,636 0,641 н л л е т 0,725 0,572 0,275 0,334 2,906

Рч 2010 0,001 0,002 0,700 0,703 ^ е д е н 0,294 0,613 0,255 0,358 2,520

ч 2019 н и л а 0,012 0,007 0,655 0,674 и жи и 0,802 0,560 0,244 0,394 3,000

Р 2010 о т к а ф 0,012 0,005 0,576 0,593 в о сло у 0,773 0,488 0,213 0,395 2,869

е и ? 2 у и а е т к а а ГО X л с к е д н И объема инвестиций в основной капитал объема инвестиций в человеческий капитал расчетной бюджетной обеспеченности Итого е и ? ю у и р е т к а р а X л с к е д н И занятости сравнительной заработной платы безопасности Индекс Джини Итого

ё «

к ж в 2-ж

о

«

о

гН о 1 ЧО 3 00 СО 5 00 о 3 ^ о 9 ЧО 7

СЧ О о о ЧО о

и О гН О ю 3 ю 5 00 ЧО 3 00 ЧО 2 т—1 3 5

сч о 0, 0, 2, 6, 0,

Рч 2019 0,230 0,524 0,566 1,320 4,986 0,375

2010 0,210 0,387 0,241 0,835 4,208 0,339

РСО_А 2019 л н д о X - а - 0,320 0,745 0,552 1,617 5,670 0,412

2010 0,401 0,662 0,663 1,726 5,590 0,400

КЧР 2019 ст н а а 0,285 0,378 0,477 1,140 5,091 0,368

2010 С о а с о — о ско е 0,347 0,501 0,513 1,361 5,158 0,361

КБР 2019 0,290 0,677 0,553 1,520 5,450 0,402

2010 № и м о н 0,337 0,635 0,501 1,473 5,374 0,380

2019 о к э е и 0,194 0,225 0,316 0,735 4,282 0,284

Рч 2010 н а - о 0,199 0,176 0,523 0,898 4,121 0,330

ч 2019 и н о и я к н у 0,351 0,835 0,610 1,796 5,470 0,430

Р 0 1 0 ЧО 7 ,3 2 ,9 0 ,6 о 1 ,9 7 ,3 0 ,4

2 о о 0, 1, ю о

е и ? 2 у ГО и а е т к а а ГО X Л с к е д н И о ю о услуг

ВРП на душу населения объема розничного товаро рота на душу населения предоставления товаров и на душу населения Итого Всего Интегральный показатель

о сч о сч

ш №

о к

о «

(Я

о к

л ^

я

я

о

о

к о

ш

о О,

о

я

О,

«

а к

в 2019 г. произошло некоторое снижение показателя и оно составило 10,258 балла. Это означает, что уровень функционирования экономического пространства остается без больших изменений, хотя наблюдается некоторое его снижение. Наибольшее уменьшение суммарного показателя допустили республики Дагестан, Ингушетия и Северная Осетия-Алания.

Состояние экономического пространства за исследуемый период можно характеризовать как период застоя или некоторого регресса. За это время ВРП на душу населения СКФО по отношению к среднероссийскому показателю остался на низком уровне, в 2010 г. он составил 36,0%, в 2018 г. показатель уменьшился и составил 34,0%. Объем платных услуг на душу населения увеличился и составил в 2010 г. 59,2%, в 2019 г. - 64,2%. Важным показателем формирования и функционирования экономического пространства является розничный товарооборот, этот показатель также снизился: в 2010 г. он составил 73,6%, а, в 2019 - 71,6%.

Итоговые показатели по трем группам индексов в целом по СКФО составили в 2010 г. - 36,260, в 2019 г. - 37,248 баллов. Рост качества экономического пространства составил 2,72%. По субъектам СКФО они выглядят следующим образом: Республика Дагестан - 1,82%; Республика Ингушетия - 3,90%; Кабардино-Балкарская Республика - 1,41%; Карачаево-Черкесская Республика - (-0,98)%; Республика Северная Осетия - Алания - 1,43%; Чеченская Республика -18,4%; Ставропольский край - (-0,97%).

Для того, чтобы привести параметры к единому знаменателю, были рассчитаны интегральные показатели по предлагаемой формуле:

где а, |3, у - весовые значения интегральных коэффициентов, которые определяются экспертным путем. В работе коэффициенты приняты за единицу, во-первых, чтобы исключить субъективный подход, во-вторых, исследуемые субъекты располагаются на одной территории, в одном округе и между ними, по большому счету, резких отличий нет. [5, с. 149 ]. Расчеты представлены в табл. 2.

Оценочным индикатором выступает интегральный показатель, который находится в диапазоне от 0 до 1. В целом экономическое пространство субъектов СКФО находится на низком уровне и находится в диапазоне от 0,284 (Республика Ингушетия) до 0,476 (Ставропольский край).

В тоже время надо отметить, что за исследуемый период для субъектов округа характерными были некоторое упрочнение и маломасштабный рост уровня функционирования их экономического про-

Таблица 2

Динамика изменений интегрального показателя по субъектам СКФО

Интегральный показатель Изменение, +; - Место или рейтинг

2010 г. 2019 г. 2010 г. 2019 г.

Республика Дагестан 0,407 0,430 +0,023 2 2

Республика Ингушетия 0,330 0,284 -0,046 7 7

Кабардино-Балкарская Республика 0,380 0,402 +0,027 4 4

Карачаево-Черкесская Республика 0,361 0,368 +0,007 5 6

Республика Северная Осетия-Алания 0,400 0,412 +0,012 3 3

Чеченская Республика 0,339 0,375 +0,036 6 5

Ставропольский край 0,454 0,476 +0,022 1 1

Источник: рассчитано автором.

странства. Исключение составила Республика Ингушетия, (в данном случае сказались низкие объемы предоставляемых услуг на одного жителя, которые оказались в 2010 г. на 40% ниже показателя 2019 г.).

Положительными изменениями отмечена Чеченская Республика, которая прибавила 0,036 балла или 36% по сравнению с предыдущим периодом, что является наиболее высоким показателем среди субъектов СКФО. Отсюда можно сделать вывод о том, что республика оправилась от негативных явлений прошлого и находится на подъеме своего развития.

В целом низкое качество экономического пространства участников исследуемого округа приводит к необходимости выбора определенного подхода для нивелирования и устранения существующих проблем неравномерного развития. Во многих странах и регионах используется модель «Центр - периферия», когда за счет агломерационных принципов ресурсы сосредотачиваются в определенных точках роста, а затем этот рост проецируется на периферию. Эта модель имеет как положительные, так и отрицательные стороны и порой невозможно установить ее (модели) эффект. Все зависит под каким углом и с каких позиций (центра или периферии) рассматривается данный эффект.

В исследуемых субъектах, исходя из социально-экономического состояния и финансово-бюджетной обеспеченности региона, возможно проведение стимулирующей или выравнивающей политики.

Н. Зубаревич дает предпочтение стимулирующему подходу, она отмечает, «еще один ракурс региональной политики - соотношение стимулирующего и выравнивающего приоритетов. Стимулирующая политика нацелена в первую очередь на снижение институциональных барьеров для развития территорий с конкурентными преимуществами, чтобы за счет их ускоренного роста быстрее развивалась вся страна. Стимулирующая региональная политика доминирует в странах догоняющего развития» [8, с. 49].

Субъекты округа относятся к слаборазвитым и депрессивным регионам. С учетом сложившихся обстоятельств, государство вынуждено использовать выравнивающий подход. Но это не означает, что игнорируются аспекты стимулирующего подхода, его арсенал тоже применяется, но он используется в меньшей степени.

Как это часто бывает, наиболее правильным является сочетание этих подходов, и при этом без участия государства вряд возможно обойтись, но оно (участие) не должно быть на постоянной основе. Его следует осуществлять по принципу: «участие государства в экономике возможно и необходимо, при этом сама степень его участия - есть величина переменная» [9, с. 100].

Заключение

Исследование показывает, что для субъектов, входящих в макрорегион Северо-Кавказского федерального округа, характерна неравномерность развития, она (неравномерность) усугубляется неравномерным размещением производительных сил. Экономическое пространство развивается инерционно-стабильно, простой формой воспроизводства. Решение проблем, связанных с эффективным функционированием экономических пространств, входящих в макрорегион видится в технологическом перевооружении отраслей экономики, проведении решоринга (переноса различных производств из перенасыщенных агломерационных центров в субъекты), развитии социальных аспектов.

Повысить качество экономического пространства возможно также за счет повышения инвестиций в основной капитал, расширения масштабов применения информационных и цифровых технологий, создания оптимальной институциональной среды. Основной акцент надо сделать на развитие факторов «второй природы» [10 ].

В Стратегии пространственного развития Российской Федерации до 2025 года отмечается необходимость развития межрегиональной интеграции. Данный подход востребован для исследуемого округа, так как здесь нет крупных проектов, где участвовали бы два-три и более субъектов, хотя имеется такая востребованность.

В условиях ограниченности финансовых ресурсов, недостаточного

доступа к технологиям и других проблем, необходимо сочетать стимулирующий и выравнивающий подходы, что позволит максимально использовать имеющиеся конкурентные преимущества исследуемых субъектов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аврамчикова Н. Т., Чувашева М.Н. Инструменты оценки качества экономического пространства ресурсно ориентированного региона // Региональная экономика: теория и практика. 2015. № 28. С. 29-39.

2. Котов А.В. Оценка эффективности инструментов региональной политики // Экономика региона. 2020. Т. 16. Вып. 2. С. 352-362.

3. Бухвальд Е.М. Пространственные аспекты «Концепции-2020» и реализация целевых установок политики регионального развития // Вестник Института экономики Российской академии наук. 2021. № 2. С. 67-83.

4. Серебренникова А.В. Пространственная экономика: перспективы развития // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. 2020. № 4 (64). Номер статьи: 6409. eee-region.ru/article/6409.

5. Урунов А.А., Левина Л.Ф., Остапенко В.А. Качество экономического пространства: проблемы измерения на мезоуровне // Вестник университета. 2020. № 4. С. 144-151. doi 10.26425/1816-4277-2020-4-144-151.

6. Бияков О.А. Теория экономического пространства: методологический

и региональный аспекты. Томск: Издательство Томского университета, 2004.

7. Черкасов П. С. Сущность и структура экономического и социального пространств региона // Проблемы современной экономики. 2017. №4 (64). С. 135-137.

8. Зубаревич Н.В. Развитие российского пространства: барьеры и возможности региональной политики // Мир новой экономики. 2017. № 11(2). С. 46-57.

9. Козлова С.В. Государственно-корпоративный сегмент российской экономики: проблемы управления // Вестник Института экономики Российской академии наук. 2020. № 6. С. 95-111.

10. Krugman Р. Complex landscapes in economic geography // American Economic Association. Papers and Proceeding. 1994. №. 84.

REFERENCIES

1. Avramchikova N.T., Chuvasheva M.N. Instruments for Evaluation of the Quality of the Economic Space of a Resource-Oriented Region // Regional Economy: theory and Practice. 2015. No. 28. Pp. 29-39.

2. Kotov A.V. Evaluation of the Effectiveness of Regional Policy Instruments // The Economy of the Region. 2020. Vol. 16. Issue. 2. Pp. 352-362/

3. Buchwald E. M. Spatial Aspects of the "Concept-2020" and the Implementation of the Target Settings of the Regional Development Policy // Bulletin of the Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences. 2021. No. 2. Pp. 67.-83.

4. Serebrennikova A. V. Spatial Economy: Development Prospects// Regional Economics and Management: an Electronic Scientific Journal. 2020. № 4 (64). Article number: 6409. eee-region.ru/article/6409.

5. Urunov A.A., Levina L.F., Ostapenko V.A. The Quality of Economic Space: Problems of Measurement at the Meso-Level//Bulletin of the University. 2020. No. 4. Pp. 144-151. DOI: 10.26425/1816-4277-2020-4-144-151.

6. Biyakov O.A. Theory of Economic Space: Methodological and Regional Aspects. Tomsk: Tomsk University Press, 2004.

7. Cherkasov P.S. The Essence and Structure of the Economic and Social Spaces of the Region // Problems of Modern Economy. 2017. No. 4 (64). Pp. 135-137.

8. Zubarevich N. V. Development of the Russian Space: Barriers and Opportunities of Regional Policy. The World of the New Economy. 2017. No. 11(2). Pp. 46-57.

9. Kozlova S.V. State-Corporate Segment of the Russian Economy: Management Problems. // Vestnik Instituta Ekonomiky Rossijskoj Akademii Nauk.. 2020. No. 6. Pp. 95-111.

10. Krugman P. Complex Landscapes In Economic Geography // American Economic Association. Documents and Materials. 1994. No. 84.

ABOUT OF AUTHOR

Batov Gumar Khasanovich - Doctor of Economic Sciences, Professor, Leading Scientific Associate of the Department of Knowledge Economy and Advancing Regional Development of the State Budgetary Institution of Science - Institute of Informatics and Problems of Regional Management of Kabardino-Balkar Scientific Center of the RAS (RAS KBSCIIPRO), Nalchik, Russia. gumarbatov@mail.ru

ANALYSIS OF THE ECONOMIC SPACE OF THE SUBJECTS OF THE NORTH CAUCASUS FEDERAL DISTRICT AND PROSPECTS FOR THEIR DEVELOPMENT The article analyzes the evolution of the economic space of seven subjects of the North-Caucasus federal district for 10 years. The problems associated with its functioning and qualitative changes have been identified. On the base of the system-forming identifiers the state and quality of the economic space of each subject was determined, the current state was estimated and compared with the base period, the integral indicator of each of them was calculated, and their ratings were determined. There were suggested measures to smooth the disharmony in the functioning of the economic space. The research results can be used in the subjects of different regions in developing measures to implement the Strategy.

Key words: macroregion, spatial development, economic space, quality, index, integral indicator, North Caucasus Federal District. JEL: C43, O18, R12.