Деятельность управления Санитарного надзора Кремля в годы гражданской войны

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2016. № 1

О.К. Кайкова

(кандидат ист. наук, ст. преподаватель кафедры истории России XX—XXI веков

исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова)*

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ УПРАВЛЕНИЯ САНИТАРНОГО НАДЗОРА

КРЕМЛЯ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Статья посвящена истории образования и деятельности Управления Санитарного надзора Кремля. В его структуру входили все медицинские и санитарные учреждения на территории Московского Кремля, который с марта 1918 г. стал государственной резиденций и местом жительства высшего советского руководства. Рассматриваются основные направления деятельности Санитарного надзора Кремля в годы Гражданской войны.

Ключевые слова: Московский Кремль, Управление Санитарного надзора Кремля, гражданская война, эпидемии, санитарное состояние, В.И. Ленин, В.Д. Бонч-Бруевич, Я.Б. Левинсон.

The article focuses on the history and activities of Sanitary control of the Kremlin. Its structure included all medical agencies in the Kremlin territory. Since march 1918 the Moscow Kremlin was the seat of government. The article examines the activities of Sanitary control of the Kremlin during the Civil War.

Key words: Moscow Kremlin, Sanitary control of the Kremlin, Civil War,

epidemic, sanitary condition, VI. Lenin, YD. Bonch-Bruevich, J.B. Levinson.

* * *

Начало строительства новой советской государственности практически совпало с перенесением столицы страны из Петрограда в Москву. Этот процесс, проходивший в сложнейших условиях разрухи, голода, эпидемий, гражданской войны, имел и чисто организационные аспекты, в том числе связанные с обустройством новых органов власти в Московском Кремле. Не публиковавшиеся ранее документы, связанные с деятельностью Управления санитарного надзора Кремля, позволяют оценить всю сложность обстановки, в которой начиналась деятельность большевиков в новой столице, их способность оперативно решать пусть и локальные, но очень важные задачи.

История Лечебно-санитарного управления Кремля до сих пор исследовалась фрагментарно. В советские годы все, что имело отношение к частной и повседневной жизни первых лиц СССР, было скрыто от посторонних глаз, и, конечно, исследователи не имели

* Кайкова Ольга Константиновна, тел.: (495) 939-36-09; e-mail: hist-XX-msu@ya.ru

возможности обратиться к подобным сюжетам. В настоящее время благодаря доступности архивных материалов стало возможным изучение системы медицинского и бытового обслуживания высшего советского руководства.

В марте 1918 г., когда советское правительство приехало в Москву, оно застало и сам город, свою новую резиденцию — Московский Кремль — в плачевном состоянии. «Надо признаться, первое впечатление было не из благоприятных. После Петрограда Москва показалась мне какой-то уж очень провинциальной, запущенной. Узкие, кривые, грязные, покрытые щербатым булыжником улицы невыгодно отличались от просторных, прямых как стрела проспектов Питера, одетых в брусчатку и торец. Дома были облезлые, обшарпанные...» — вспоминал только что назначенный комендант Московского Кремля П.Д. Мальков1.

Действительно, состояние Москвы, которая согласно постановлению IV Чрезвычайного Всероссийского съезда Советов от 16 марта 1918 г. вновь обрела статус столицы, было тяжелым. Уровень жизни города резко упал за четыре года Первой мировой войны. Москва превратилась в огромный лазарет, куда ежедневно прибывали сотни раненых. За это время практически вся городская инфраструктура стала испытывать кризис, заметно сократился городской транспорт, не хватало топлива и газа, на предприятиях постоянно возникали перебои с сырьем, горожане испытывали дефицит продовольствия и многочисленные бытовые трудности, городское хозяйство пришло в упадок. Вслед за войной разразилась революция. Если февральские революционные события 1917 г. не вызвали в Москве особых потрясений, то приход в октябре к власти большевиков здесь, в отличие от Петрограда, не обошелся без серьезных жертв и разрушений.

События 27 октября — 3 ноября 1917 г. в Москве вошли в историю как «кровавая неделя». На несколько дней Москва превратилась в настоящее поле битвы, апогеем которого стал артиллерийский обстрел и штурм Московского Кремля, который в итоге взяли силы Московского военно-революционного комитета, тем самым одержав победу и установив в Москве советскую власть.

В ходе артиллерийского обстрела в Московском Кремле пострадали практически все кремлевские соборы, церкви, здания, стены и башни. К приезду большевиков Кремль частично удалось привести в порядок. 15 (28) ноября 1917 г. на базе бывшего художественно-просветительского отдела по постановлению Президиума Моссовета была образована Комиссия по охране памятников ис-

1 Мальков П.Д. Записки коменданта Кремля. М., 1987. С. 109.

кусства и старины. Она сразу приступила к ликвидации последствий обстрела и штурма Кремля, реставрации памятников, учету имущества. На реставрацию Московского Кремля Совнаркомом были выделены значительные для того времени средства — 450 тыс. руб.2

Спешно исправлялись прежде всего наиболее значительные повреждения памятников, но общее состояние Кремля по-прежнему оставалось запущенным. В этом отношении красноречиво свидетельство епископа Нестора Камчатского (Анисимова), который детально описал ущерб, нанесенный Кремлю во время октябрьско-ноябрьских боев в Москве: «Я видел Кремль еще, когда горячие раны сочились кровью, когда стены храмов, пробитые снарядами, рассыпались и без боли в сердце нельзя было смотреть на эти поруганные святыни. Сейчас же эти раны чьей-то сердобольной, заботливой рукой по мере возможности как бы забинтованы, зашиты досками, покрыты железом, чтобы зимнее ненастье не влияло на эти разрушения еще более»3.

Многие детали состояния Кремля весной 1918 г. отразились и в воспоминаниях П. Малькова: «Кремль к моменту переезда Советского правительства из Петрограда в Москву был основательно запущен. Часть зданий значительно пострадала еще в дни Октябрьских боев и никем не восстанавливалась. Во дворе Арсенала уродливо громоздились груды битого кирпича, стекла, всякой дряни. Верхний этаж огромных казарм, тянувшихся чуть ли не от Троицких ворот почти до самого подъезда Совнаркома, начисто выгорел, и его окна зияли мрачными черными провалами.

На улицах была несусветная грязь. Весна стояла в 1918 году ранняя, дружная. Уже в конце марта было по-апрельски тепло, и по улицам Кремля разливались настоящие озера талой воды, побуревшей от грязи и мусора. На обширном плацу, раскинувшемся между колокольней Ивана Великого и Спасскими воротами, образовалось такое болото, что не проберешься ни пешком, ни вплавь.»4

Положение дел в Кремле была отражением разрухи, царящей вокруг. Москва переживала острейший экономический и хозяйственный кризис, которому сопутствовали дефицит, голод и инфекционные болезни. Большим бедствием явились эпидемии холеры, тифа и дизентерии, вспыхнувшие в Москве летом 1918 г. В борьбе с эпидемическими заболеваниями многое зависело от общего санитарного состояния города, а в этом плане ситуация была весьма

2 РГАСПИ. Ф. 4. Оп. 2. Д. 327. Л. 29.

3 Нестор Камчатский, еп. Расстрел Московского Кремля. М., 1995. С. 13—15, 39-46.

4 Мальков П.Д. Указ. соч. С. 118.

неблагоприятной. Она усугублялась постоянным притоком сюда из разных уголков страны больших масс людей; в Кремле также побывало немало посетителей, например делегатов съездов и конференций, многие из которых пусть временно, но останавливались на его территории. В годы гражданской войны в Кремле не раз фиксировались вспышки сыпного и брюшного тифа, «испанки», оспы, дизентерии и других опасных заболеваний. Не удивительно, что в этих условиях решение санитарных проблем и организация эффективной медицинской помощи жителям Московского Кремля становились для советского руководства не менее актуальными, чем удержание власти в стране.

В исторической справке, подготовленной доктором Я.Б. Левин-соном (декабрь 1920 г.), указывается, что в первых числах октября 1918 г. при ВЦИК стала работать амбулатория, которую к концу года преобразовали в приемный покой. В октябре 1918 г. была организована больница на 10 коек, а старшим врачом назначена А.Ю. Канель. В дальнейшем приемный покой был переведен в новое помещение в Кремле и передан в ведение Управления делами Совнаркома. В течение 1919 г. количество коек постепенно увеличилось до 30. На базе приемного покоя затем были организованы Кремлевская больница и амбулатория5.

Для решения острой санитарной проблемы руководству государства пришлось идти на экстраординарные меры. В апреле 1919 г. управделами СНК В.Д. Бонч-Бруевич писал наркому здравоохранения Н.А. Семашко: «Кремль оказался в таком ужасном запущенном положении, что как будто бы эта часть какой-нибудь завоеванной страны, где туда и обратно проходило бесконечное количество войск, что и было на самом деле»6.

Помимо вышеописанных объективных причин, к ухудшению санитарного состояния Кремля привело его массовое заселение. Последствия этого стали ощутимы спустя всего несколько месяцев после приезда из Петрограда. Небольшой отрывок из «Предписаний для жителей Кремля», подписанных управляющим делами СНК В.Д. Бонч-Бруевичем 14 октября 1918 г., более чем красноречив: «...грязь на дворах и площадях, домах, лестницах, коридорах и квартирах ужасающая. Мусор от квартир не выносится неделями, стоит на лестницах, распространяя заразу. Лестницы не только не моются, но и не подметаются. На дворах неделями валяется навоз, отбросы, трупы дохлых кошек и собак. Всюду бродят бездомные кошки, являясь постоянными носителями заразы. В городе ходит

5 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 617. Л. 381.

6 Там же. Оп. 3. Д. 350. Л. 64.

"испанская" болезнь, зашедшая и в Кремль и уже давшая смертные случаи.»7 Попытка возложить на домовые комитеты ответственность за чистоту и порядок и предписание «в самый кратчайший срок привести весь Кремль, все жилые и нежилые помещения, дворы, улицы и площади в самый тщательный порядок и чистоту, а всех служащих — дворников, сторожей, коридорных, чистильщиков лестниц, дровоносов, метельщиков, убирающих мусор, ватер-клозетчиков, водопроводчиков и прочих тому подобных служащих предупредить, что если они будут нерадиво исполнять свои обязанности, то будут увольняться с должностей немедленно и выселяться из Кремля»8, несмотря на угрозы предания революционному суду, не дали ощутимых результатов.

К началу 1919 г. санитарная обстановка в Кремле подошла к критической черте. Проведенный специальной комиссией санитарный осмотр здания Рабоче-Крестьянского правительства показал, что даже состояние кабинета Ленина, не говоря уже обо всем здании, не выдерживало критики: «В кабинете тов. Ленина так же чистота весьма не достаточна, на шкафах, печках и на листах пальм находящихся в кабинете, масса пыли и по углам у потолка затянуто паутиной. Во всех остальных помещениях Рабоче-Крестьянского правительства <...> на всех карнизах, печках и выступах пыли и паутина, по углам и около печек грязно.»9

Более того, в конце 1918 — начале 1919 г. всю страну охватила эпидемия сыпного тифа. 28 января 1919 г. появился специальный декрет Совнаркома о мероприятиях по борьбе с этим опасным заболеванием10. В рамках предпринятых по борьбе с болезнью мероприятий в Кремле организовали пропускной пункт для вновь прибывших. Каждый человек осматривался врачом и должен был пройти дезинфекционные процедуры11. Тогда же, в январе 1919 г., появился в Кремле «санитарный околоток», который возглавил Я.Б. Левинсон, недавно вернувшийся с фронта врач, имевший опыт санитарно-эпидемиологической работы. Штат околотка состоял из четырех человек (руководитель, помощник, инструктор-дезинфектор, старший санитар-дезинфектор); четыре должности санитаров оставались вакантными12.

7 Там же. Ф. Р-1235. Оп. 140. Д. 46. Л. 1.

8 Там же.

9 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 350. Л. 3.

10 Декрет Совета народных комиссаров «О мероприятиях по борьбе с сыпным тифом» // Декреты советской власти. Т. IV. М., 1968. С. 329-332.

11 Зарубин Г.П. Санитарный надзор Кремля в первые годы советской власти. М., 1967. С. 57-58.

12 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 397. Л. 35.

В такой сложной обстановке переломить ситуацию могли только экстренные меры. 18 февраля 1919 г. появляется сразу несколько документов, которые положили начало становлению санитарно-эпидемиологической службы Московского Кремля. Народный комиссар здравоохранения Н.А. Семашко и управляющий делами Совнаркома В.Д. Бонч-Бруевич разработали и подписали «Устав Управления Санитарного надзора Кремля» и «План организации Санитарного надзора Кремля». Создавалось Управление Санитарного надзора Кремля «для борьбы с заразными болезнями и поддержания санитарно-гигиенического благоустройства» на его территории. Все проживающие в Кремле, вся его территория со всеми постройками подлежали ведению Санитарного надзора13.

В тот же день появился еще один документ — «Санитарные правила для жителей Кремля», подписанные самим В.И. Лениным. Случай поистине уникальный, когда глава государства лично подписывает документ подобного содержания. Но именно это, как ничто другое, отражает степень серьезности эпидемиологической ситуации и состояния Московского Кремля, а также особенности той исторической эпохи. Правила содержали всего шесть пунктов и, по сути, были элементарными правилами гигиены, предписывающими «соблюдать личную чистоту и в помещениях». Одно из основных положений обязывало всех вновь приезжавших в Кремль «вымыться в бане и сдать свои носильные вещи дезинфектору». Игнорирование этих правил грозило немедленным выселением из Кремля и преданием суду «за нанесение общественного вреда»14.

22 февраля 1919 г. приказом, подписанным Я.М. Свердловым и В.И. Лениным, начальником Санитарного управления Кремля был назначен Я.Б. Левинсон. Он получил право «осматривать решительно все помещения, находящиеся в Кремле»; требовать от всего населения как гражданского, так и военного самого строжайшего выполнения всех «Санитарных правил жителей Кремля». Санитарный надзор ему предписывалось организовать так, «чтобы ни одно лицо, вновь прибывающее сюда, не могло бы избежать дезинфекции и дезинсекции, совершенно обязательных при эпидемии сыпного тифа». Для объединения и согласования действий создавался специальный санитарный комитет, в который вошли «санитарный и больничный персонал Кремля, комендант, начальник воинской части, комиссар зданий, архитектор, заведующий

13 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 31.

14 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 350. Л. 18; Ленинские декреты по здравоохранению. М., 1980. С. 116-117.

движимым имуществом и др. тому подобные лица». Кроме этого, начальник Санитарного управления Кремля обо всех случаях инфекционных заболеваний в Кремле должен был «немедленно, в письменной форме, уведомлять Управление Делами Совнаркома»15.

Санитарное управление Кремля расположилось в Вознесенском монастыре. 4 марта 1919 г. состоялось первое заседание Санитарного комитета Кремля, на котором председательствовал Я.Б. Ле-винсон. Заседание открылось оглашением документов: Приказа от 22 февраля 1919 г.; Положения об Управлении Санитарного надзора Кремля; Санитарных правил для жителей Кремля; Плана организации Санитарного надзора Кремля. Среди наиболее важных вопросов повестки были: собирание сведений в Управлении Санитарного надзора Кремля обо всех случаях заразных заболеваний; регистрация всех прибывающих в Кремль; об организации Санитарной комиссии по генеральному осмотру Кремля. В ее состав вошли: санитарный врач Кремля и его помощник; комендант или его представитель; представитель жилищной комиссии; смотритель зданий; заведующий технической частью Управления народными дворцами; для осмотра отдельных помещений включались представители расположенных в них управлений, учреждений и т.п.16

В апреле 1919 г. в Кремле появилась собственная аптека. Таким образом, на территории Московского Кремля возникли медицинские и санитарные учреждения. Специфика их положения заключалась в различной ведомственной принадлежности. Управление Санитарного надзора Кремля в административном и хозяйственном отношении находилось в ведении Управления делами СНК, а в медико-санитарном — в ведении Наркомздрава. Зубоврачебный кабинет и амбулатория первоначально были созданы при ВЦИК и находились в ведении Народного комиссариата здравоохранения, но в начале 1919 г. перешли в ведение Управделами Совнаркома, «общее наблюдение за постановкой медицинской части этих лечебных заведений» осталось за Наркомздравом17.

С момента своего создания Управление Санитарного надзора Кремля стало быстро развиваться и оснащаться. Если в мае 1919 г. сотрудников в Санитарном управлении Кремля было 22 человека, то в сентябре того же года — 3518. В апреле 1919 г. начала функционировать пароформалиновая японская камера для дезинфекции

15 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 35-38.

16 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 242. Л. 25-26.

17 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 74а. Л. 2-2 об.; РГАСПИ. Ф. 19. Оп. 2. Д. 214. Л. 2; Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 22.

18 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 397. Л. 36, 37.

белья, а также было закончено оборудование кремлевских проходных бань и парикмахерской. В июне 1919 г. была введена в действие механическая прачечная19.

Для жителей Кремля наибольшую опасность представляли эпидемии инфекционных болезней; борьба с ними была одним из главных направлений в деятельности Санитарного управления Кремля, которая из-за остроты эпидемиологической обстановки в Москве в целом вышла за границы территории Кремля. В ноябре

1919 г. в круг обязанностей и полномочий Санитарного управления включили обслуживание всех домов Советов20, а вскоре и всех вокзалов столицы. Данная инициатива принадлежала лично Ленину, который дал указание установить преграду для спасения Москвы от привозного тифа21. Местные органы здравоохранения, которые находились в стадии становления, были еще не способны справиться с такой проблемой, поэтому работу сосредоточили в самом Кремле и домах Советов, где ввиду большого количества приезжих можно было проводить необходимые дезинфекционные мероприятия и немедленную госпитализацию заболевших22. В краткие сроки Санитарное управление организовало ряд санитарных пропускников с банными и душевыми установками в Кремле, в домах Советов, при вокзалах. В частности, в течение 1919 г. и первой половины

1920 г. было сооружено семь привокзальных санитарно-пропуск-ных пунктов общей пропускной способностью 2700 человек в час. Кроме этого, была организована сыпнотифозная больница на ул. Б. Полянка на 80 коек, которая просуществовала два года, пока эпидемия полностью не была ликвидирована23.

В конце октября 1919 г. в записке на имя управляющего делами СНК Я.Б. Левинсон писал: «Правильная работа санитарного аппарата Кремля теперь зависит исключительно от продуктивности работы персонала. Предстоящее расширение деятельности Санитарного надзора Кремля и надвигающаяся эпидемия сыпного и

19 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 58.

20 Домами ВЦИК (Советов) назывались переданные для проживания сотрудников правительственных учреждений гостиницы и здания в Москве: «Нацио-наль» — I дом ВЦИК, «Метрополь» — II дом ВЦИК, здание Духовной семинарии на Садово-Каретной ул. — III дом ВЦИК, «Петергоф» (угол Моховой и Воздвиженки) — IV дом ВЦИК, дом № 3 по по Шереметьевскому пер. (ныне Романов переулок) — V дом ВЦИК, ул. Поварская, д. 11 — VI дом ВЦИК, ул. Манежная, д. 9 — VII дом ВЦИК и др., в которых помимо постоянных жителей размещалось большое количество приезжающих (ГАРФ. Ф. Р-1235. Оп. 140. Д. 480. Л. 37).

21 В.И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 8. М., 1977. С. 8, 50.

22 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 58.

23 ХХ лет работы Лечебно-санитарного управления Кремля. Сборник трудов. М., 1939. С. 6-7.

возвратного тифа требует со стороны сотрудников особого напряжения сил и исполнительности в работе»24.

Уже в ноябре 1919 г. Санитарному управлению Кремля из-за «непрерывно увеличивающегося числа сыпно-тифозных и других заразных заболеваний среди приезжающих в Кремль» пришлось ходатайствовать о выделении дополнительных помещений25.

Эпидемия настолько усиливалась, что по сведениям, собранным Управлением Санитарного надзора Кремля, только за ноябрь 1919 — январь 1920 г. по всем подведомственным ему учреждениям было зафиксировано 124 случая заразных заболеваний, из них более 40 — в Кремле. Больше всего было заболевших сыпным тифом — 106 человек, кроме этого, встречался возвратный и брюшной тиф, «испанка», свинка и рожа26. За период с 8 марта по 1 июня 1919 г. Управление Санитарного надзора Кремля зафиксировало 70 заболеваний в Кремле — 62 сыпным тифом, 4 оспой и по одному случаю возвратным тифом, скарлатиной, «испанкой» и туберкулезом, 72 заболевания — вне Кремля (в домах ВЦИК), из них 69 возвратным тифом27.

Управление считало эти цифры не совсем полными, в том числе и по Кремлю. Так, в протоколе 2-го заседания Санитарного комитета Кремля от 12 июня 1919 г. неполнота предоставляемых сведений выделена в отдельный вопрос: «...фактически количество заболевших было выше. Арсеналом таковые сведения почти совсем не доставлялись, т.к. все подозрительные инфекционные больные транспортировались в городские больницы и таким образом ускользали от наблюдения врача Арсенала»28.

Серьезность ситуации и та угроза, которую эпидемии несли для всех без исключения кремлевских жителей, осознавались в полной мере. Борьба с эпидемиями в Кремле включала целый комплекс различных мероприятий.

Большую роль играла тотальная дезинфекция. Помимо людей, регулярно проводилась дезинфекция учреждений, особенно здания бывшего Сената, в котором находились ВЦИК и Совнарком. Так, 24 апреля 1919 г. в Санитарное управление Кремля от управляющего Совнаркомом пришло указание провести дезинфекцию всех учреждений ВЦИК, при этом особенное внимание надо было уделить помещениям, где велись приемы посетителей, в частности,

24 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 350. Л. 79.

25 Там же. Л. 80.

26 Там же. Д. 727. Л. 1-38.

27 Там же. Д. 242. Л. 11.

28 Там же. Л. 5-5 об.

председателем ВЦИК М.И. Калининым29. В.Д. Бонч-Бруевич лично контролировал расписание дней и часов, когда должна производиться дезинфекция помещений Большого и Малого Совета, телефонного коммутатора около кабинета В.И. Ленина, автомобилей и гаража Председателя СНК в Кремле, помещения Автобазы СНК и всех автомобилей народных комиссаров, коридоров в Кремле и Кавалерском корпусе: «Это расписание мне необходимо иметь для того, чтобы сообщить в подлежащие учреждения, чтобы к таким то часам у них все было готово для прихода дезинфекторов и чтобы в свою очередь они могли знать, когда требовать к себе дезинфекторов, если те не явятся», — писал он в Управление Санитарного надзора Кремля30.

Помимо помещений, постоянно проводилась дезинфекция автомобилей, телефонов, уборных, вещей и др. За каждые 5-7 дней составлялась сводка о проведенных дезинфекционных мероприятиях. Об их интенсивности говорят следующие цифры: только за период 24-30 мая 1919 г. Управление Санитарного надзора Кремля провело 110 дезинфекционных мероприятий в Кремле, 3 — вне Кремля, т.е. всего 113 за одну неделю31. А в промежуток с 20 по 26 декабря 1919 г. было проведено 93 дезинфекционных мероприятия в Кремле, 91 — вне Кремля, т.е. всего — 18432. За год, с февраля 1919 — по февраль 1920 г., Управление Санитарного надзора Кремля провело 4633 дезинфекции помещений; было продезинфицировано 10 тыс. пудов вещей33.

Для борьбы с эпидемиями в Кремле Управление Санитарного надзора широко применяло предохранительные прививки. Так, в 1919 г. в период 28 марта — 1 июня в Кремле привили от оспы 2575 человек, вне Кремля — 150; 1-16 мая была проведена 271 прививка в учреждениях Кремля; 17-23 мая в Кремле — 37, вне Кремля — 150; 24-30 мая в Кремле с учетом пулеметных курсов было привито 1754 человека, в июле — 206 человек34.

Летом 1920 г. появилась угроза холерных заболеваний, и Управление Санитарного надзора Кремля заранее сформировало смету и наметило план действий: «В случае обнаружения холерных заболеваний произвести поголовную вакцинацию населения. Немедленно поставить кипятильники в Арсенале и др. местах. В местах

29 Там же. Д. 350. Л. 70.

30 Там же Л. 91.

31 Там же. Д. 242. Л. 18.

32 Там же. Д. 727. Л. 39.

33 Там же. Оп. 4. Д. 617. Л. 288.

34 Там же. Оп. 3. Д. 242. Л. 10, 19; Д. 726. Л. 86, 87, 114.

наибольшего скопления народа у Троицких ворот и др. поставить или кипятильники или чаны с кипящей водой»35.

Составляющей борьбы с эпидемиями и одним из главных направлений деятельности Санитарного управления Кремля являлось обеспечение надлежащего санитарного состояния на кремлевской территории.

Достаточно много усилий потребовалось, чтобы привести в приличный вид кремлевские здания и территорию. Так, в марте 1919 г., т.е. ровно через год после переезда из Петрограда, В.Д. Бонч-Бруе-вич писал руководителю Управления Санитарного надзора Кремля о проблемах в Кавалерском корпусе, где проживали высокопоставленные советские руководители: «Обращаю Ваше внимание на колоссальное количество тараканов в Кавалерском Корпусе на Дворцовой улице, все усиливающиеся к весне. Также необходимо обратить внимание на кухню, коридор 3-го этажа, где приготовляется ежедневно около 200 обедов, для Столовой СНК. В этой кухне громадное количество тараканов, а начиная с весны всегда невероятное количество мух. Также предлагаю Вам сделать распоряжение дезинфицировать хотя бы время от времени коридоры 3-4 этажа, а также и лестницы, которые не содержатся в достаточной чистоте»36.

К весне 1919 г. Санитарное управление разбило Кремль на семь санитарных участков; к каждому был прикреплен санитарный надзиратель, который должен был совершать ежедневный обход своего участка и контролировать соблюдение санитарных правил и предписаний37. Постоянно действовала Санитарная комиссия при Санитарном управлении Кремля, которая регулярно осматривала кремлевские здания и помещения на предмет их санитарного состояния. После этого давались предписания о том, что необходимо устранить, а Санитарное управление Кремля выносило соответствующие постановления.

Начать пришлось с самого элементарного; как вспоминал В.Д. Бонч-Бруевич, под личным руководством Я.Б. Левинсона «санитары промыли все коридоры кремлевских зданий; всюду запахло дезинфекцией, были расставлены плевательницы и урны, и эти мелочи, несомненно, подтянули жителей Кремля в санитарном отношении»38.

Постепенно, несмотря на все трудности, Санитарному управлению Кремля удалось переломить ситуацию в лучшую сторону. Вскоре стали заметны первые результаты. По воспоминаниям В.Д. Бонч-

35 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 617. Л. 315.

36 Там же. Оп. 3. Д. 350. Л. 53.

37 Там же. Л. 64, 120-120 об.

38 Бонч-Бруевич В.Д. В.И. Ленин и здравоохранение // Воспоминания медиков о В.И. Ленине. М., 1969. С. 199.

Бруевича, однажды В.И. Ленин сказал ему: «А знаете, я вижу результаты работы санитарно-врачебной организации. Уже в Кремле можно ходить, не затыкая нос там, где раньше совершенно невозможно было пройти»39.

Решить проблему с мусором и отходами, что существенно улучшило санитарную ситуацию, помогло появление в Кремле своей мусоросжигательной печи, или деструктора. Она начала использоваться осенью 1919 г., а окончательно была оборудована к весне 1920 г.

Кстати, идею организовать сожжение мусора на территории Кремля подсказал управделами СНК В.Д. Бонч-Бруевичу личный опыт: «Мною лично произведен опыт: весь мусор, накапливающийся в квартире и кухне, очистки, остатки кушаний и т.п. я распорядился пережигать в плите. И обыкновенная плита дала полную возможность весь этот мусор превратить в пепел. Полагаю, что необходимо сделать обязательное постановление в Кремле и во всех тех домах, куда нам приходиться выезжать для дезинфекции и понаблюдать за тем, чтобы весь домашний мусор обязательно сжигался в домашних плитах, из которых во всяком случае или кухонная плита или печь ежедневно топиться. Я думаю, что этим мы избежим излишнего засорения дворов. Обращаю Ваше внимание, что в Нью-Йорке, где я жил давным-давно введено это обязательное постановление, и всякий, вынесший мусор не сожженным, немедленно штрафуется и, конечно, больше всего под этот штраф попадаются русские. Однако эта система приручает даже и выходцев из России в течение одной недели усвоить себе это обязательное постановление, и я сам обходил русско-еврейские кварталы и не находил никаких вынесенных отбросов кроме пепла и золы, которые ежедневно собираются объезжающими колымагами и вывозятся за город. Думаю, что нам, по крайней мере, на территории Кремля было бы возможно начать прививать эту культурную привычку»40.

Устроенная в Кремле мусоросжигательная печь была спроектирована профессором В.М. Чаплиным по образцу английской печи Бимон и Диз. Это была печь «особого типа, не требующего топлива, непрерывного действия, с высокой температурой горения (около 900°С) и с утилизацией тепловой энергии для нагревания котла, снабжающего горячей водой баню, прачечную и жителей Кремля». Для печи был выделен сарай на площадке рядом с подвальным этажом Гренадерского корпуса, в котором были устроены баня и прачечная41. По имеющимся данным, за год в ней было сожжено

39 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 125-126.

40 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 3. Д. 350. Л. 68.

41 Там же. Л. 75-76.

около 3000 возов мусора. Этот успешный кремлевский опыт в дальнейшем распространился на другие города и районы страны42.

Однако решение некоторых проблем тянулось достаточно долго. В наиболее плохом санитарном состоянии в Кремле находились Чудов монастырь и здание Арсенала. В первом проживало много жильцов из числа обслуживающего персонала, во втором — курсанты пулеметных курсов, преобразованных в 1-ю Объединенную военную школу имени ВЦИК. Специальные обследования этих зданий выявили серьезные санитарные проблемы: наличие малого количества уборных общего пользования, испорченность и изношенность водопроводной и канализационной сети и др.43

В середине 1920 г., спустя год после начала деятельности Управления Санитарного надзора Кремля, состояние Арсенала вызывало серьезное беспокойство с санитарной точки зрения: «Многократно наше Сануправление заявляло об этом антисанитарном состоянии Арсенала, в котором работает до тысячи человек ежедневно. Нужно принять самые энергичные меры к ремонту этого здания и его помещений и к приведению их в надлежащий санитарный вид, всех уборных, столовой и всего прочего. В Арсенале больше всего бывает всяких заразных болезней»44. Дело в том, что в кремлевском Арсенале располагался Московский артиллерийский склад, подведомственный Московскому окружному артиллерийскому управлению; для его охраны выделялся караул от 2-го Московского Караульного полка. Московский артиллерийский склад в Арсенале был одним из самых крупных учреждений на территории Кремля. Его коллектив насчитывал более 600 рабочих и служащих, а в отдельные периоды достигал 800 человек. Размещение артиллерийского склада с таким внушительным штатом в непосредственной близости от правительственных учреждений и высшего советского руководства вызывало серьезное беспокойство комендатуры Московского Кремля, которая к тому же не могла его контролировать в полной мере, так как он не был ей подведомствен. Добиться выезда Московского артиллерийского склада за пределы кремлевской территории удалось только в конце 1921 г.45

В июне 1920 г. после осмотра Арсенала специальной комиссией был составлен акт о его состоянии, где выделили 15 позиций, требующих обязательного устранения. Речь шла не только об уборке, но и о проведении ремонтных работ46. Для большей эффективности

42 Зарубин Г.П. Указ. соч. С. 126-127.

43 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 617. Л. 315.

44 Там же. Д. 616. Л. 4.

45 Московский Кремль — цитадель России. М., 2009. С. 218-223.

46 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 616. Л. 6-6 об., 24, 32-34.

выполнения работ было принято решение обследовать состояние Арсенала каждые три дня. Через месяц, в июле 1920 г., Арсенал был вновь осмотрен и его состояние признано уже «относительно удовлетворительным»47.

В августе 1920 г. управляющему делами СНК, а также начальнику Главного военно-санитарного управления было доложено, что «главный бич Арсенала — отсутствие большой и хорошо оборудованной уборной» устранен. В то же время проблемы оставались. «Осмотр кухни в столовой дал отрицательные результаты — всюду грязь. Прислугу застав в невероятно грязных фартуках, по заявлению Заведующего, материя на фартуки уже выдана. Трап для стока воды в кухне еще не сделан. Побелка в кухне также не произведена. Бачков для кипящей воды в столовой нет. Нет никаких сосудов для кипящей воды даже в приемном покое». К концу сентября 1920 г. основной ремонт в Арсенале был закончен, остались только мелкие ремонтные работы48.

Однако, как свидетельствует протокол заседания Санитарного комитета Кремля от 29 сентября 1920 г., без участия высокого руководства и здесь не обошлось: «...По отношению к Арсеналу констатировать, что благодаря вмешательству тов. Троцкого устранены главные и вопиющие санитарные дефекты...»49

Для наведения порядка на территории в постоянную практику вошли субботники, на которых было задействовано практически всё кремлевское население. Почин этим мероприятиям 1 мая 1920 г. заложил сам В.И. Ленин, приняв участие в освобождении территории от бревен50. Это событие запечатлел кинооператор А.А. Левицкий, после чего образ Ленина, несущего бревно, надолго стал одним из излюбленных сюжетов советского искусства.

Основной силой при наведении порядка на территории Кремля стали курсанты пулеметных курсов. Согласно сводке выполненных ими работ, на территории Кремля 4 мая 1920 г., работало 889 курсантов и 436 служащих. В результате они привели в порядок оружие, находившееся в Арсенале, 10 000 штыков вывезли на Виндав-ский (Рижский) вокзал; произвели полную уборку помещений казарм, кладовых и столовых Арсенала. Разобрали и убрали забор с плацпарада в Кремле и вывезли с его территории 40 автомашин и 60 телег мусора51.

47 Там же Л. 27, 31, 35-35 об.

48 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 616. Л. 38, 40, 46, 56-56 об., 64, 67-68 об.

49 Там же. Д. 617. Л. 364.

50 В.И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 8. М., 1977. С. 509.

51 Годин М.П. Часовой Кремля: Сборник документов из истории Объединенной Военной школы имени ВЦИК Советов. М., 1957-1963. С. 178-179.

По состоянию на 17 декабря 1920 г. Санитарное управление Кремля включало руководство и канцелярию, дезинфекционное бюро, баню, прачечную, деструкторы, изоляционно-пропускной пункт. Штаты Санитарного управления Кремля составляли без учета технического персонала 235 сотрудников: собственно Санитарное управление — 65 человек; Кремлевская больница — 37; Кремлевская аптека — 31; зубоврачебная амбулатория — 8; кремлевская амбулатория — 9; I дом ВЦИК — 5; II дом ВЦИК — 6; III дом ВЦИК — 13; IV дом ВЦИК — 2; сыпнотифозная больница (ул. Б. Полянка) — 35; электроводосветолечебница (ул. Воздвиженка) — 8; приемный покой Коммунистического университета им. Свердлова — 16 человек52.

Одним из важных направлений деятельности Управления санитарного надзора Кремля являлось медико-санитарное обеспечение важнейших государственных мероприятий, проходивших в Московском Кремле: съездов, сессий, заседаний, конгрессов и др. Впервые Управлению Санитарного надзора было поручено санитарное обслуживание в ноябре 1919 г. делегатов Седьмого Всероссийского съезда Советов53. Это были достаточно сложные мероприятия, в том числе и с точки зрения санитарного обслуживания, так как количество участников и присутствовавших могло достигать 2000 человек.

По состоянию на 1 января 1921 г. количество сотрудников Санитарного управления Кремля и подведомственных учреждений составляло 221 человек, на 1 декабря 1921 г. — 277 человек, на 1 февраля 1922 г. — 250, на 1 марта 1922 г. — 273 человека. В Санитарном управлении Кремля имелось 50 человек высшего медицинского и административно-хозяйственного персонала, в том числе 3 профессора, 27 врачей, 10 зубных врачей, 1 инженер, 5 провизоров и др.; средний медицинский персонал составлял 88 человек, низший медицинский персонал и рабочие — 139 человек54.

Сложная эпидемиологическая обстановка как в стране, так и в Москве, а следовательно, и в Кремле сохранялась и после окончания гражданской войны. Управление Санитарного надзора Кремля не снижало активности в проведении дезинфекционных мероприятий, санитарных обследований и т.д. В частности, только в январе 1922 г. в Кремле было проведено 1151, вне Кремля — 755, всего — 1960 дезинфекционных мероприятий. А в январе 1923 г. количество санитарных обследований по всем учреждениям Санитарного надзора Кремля составило 1349 проверок55.

52 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 4. Д. 618. Л. 385-386, 392-407, 409-411.

53 Зарубин Т.П. Указ. соч. С. 150-154.

54 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 6. Д. 1098. Л. 1, 5-5 об.

55 ГАРФ. Ф. Р-130. Оп. 6. Д. 1154. Л. 24, 26.

Санитарное управления Кремля находилось на территории Московского Кремля до лета 1925 г., когда состоялся переезд кремлевских медицинских учреждений по новому адресу: ул. Воздвиженка, дом № 6. В Кремле осталась только небольшая амбулатория и стоматологический кабинет для оказания экстренной медицинской помощи сотрудникам располагавшихся в Кремле учреждений.

Таким образом, Управление Санитарного надзора Кремля смогло обеспечить решение возложенных на него задач. Вместе с тем уже в начальный период существования его деятельность начала значительно расширяться, и это получит дальнейшее развитие на следующих этапах его истории.

Учреждение, носившее в разные годы названия: Управление санитарного надзора Кремля — Санитарное управление Кремля — Лечебно-санитарное управление (Лечсанупр) Кремля — просуществовало до 1953 г., когда было реорганизовано в Четвертое главное управление при Министерстве здравоохранения СССР.

Список литературы

1. Зарубин Г.П. Санитарный надзор Кремля в первые годы советской власти. М., 1967.

2. Московский Кремль — цитадель России. М., 2009.

Поступила в редакцию 1 марта 2016 г.