Деятельность органов милиции на Урале в период Великой Отечественной войны

К 70-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

УДК 342.6

Деятельность органов милиции на Урале в период Великой Отечественной войны

Голубых Никита Владимирович, начальник кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Уральского юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент e-mail: golubih@ural-mvd.ru

Чашников Всеволод Александрович, доцент кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права Уральского юридического института МВД России, кандидат юридических наук e-mail: seva123@e1.ru

В статье с помощью анализа архивных документов, нормативно-правовых актов и других источников выявлены организационно-правовые основы деятельности органов милиции (внутренних дел) Урала по борьбе с преступностью в годы Великой Отечественной войны.

Ключевые слова: преступность; борьба с преступностью; милиция; органы внутренних дел; Великая Отечественная война.

The activities of the police in the Urals in the period of the Great Patriotic war

Golubih Nikita Vladimirovich, Head of the chair of Criminology

and Criminal Executive Law of the Ural Law Institute of the Ministry of the Interior Affairs of the Russian Federation, Candidate of juridical sciences, Associate professor

Chashnikov Vsevolod Aleksandrovich, Associate professor of the Department of Criminology and Criminal Executive Law of the Ural Law Institute of the Ministry of the Interior Affairs of the Russian Federation, Candidate of juridical sciences

In article on the basis of the analysis of archival documents, legal acts and other sources are analyzed and summarized the legal framework for the activities of the police (interior) of the Urals in the fight against crime in the years of the great Patriotic war.

Key words: crime; police; Internal Affairs bodies; the Great Patriotic war.

Со времени окончания Великой Отечественной войны, ставшей одним из наиболее значимых событий в истории нашей страны, прошло почти 70 лет. Война Советского Союза против фашистской Германии велась в интересах всего прогрессивного человечества и явилась суровым испытанием для нашего народа.

Многогранная деятельность государственных органов по мобилизации советского общества на вооруженную борьбу представляет особую страницу истории Отечества. И сегодня изучение событий тех лет в целом остается одним из ведущих направлений в исторической и юридической науках.

В последние годы исследователи все чаще обращаются к истории органов внутренних дел (милиции). Деятельность органов внутренних дел (милиции) на Урале, в частности в Свердловской области, как обществом, так и в научной литературе [10, с. 16] до сих пор оценивается неоднозначно. Не является исключением и период Великой Отечественной войны, с первых дней которой многие сотрудники подразделений НКВД Урала добровольцами ушли на фронт, пополнив многомиллионную советскую армию. Оставшиеся в тылу милиционеры не только выполняли свои прямые профессиональные обязанности по борьбе с уголовной преступностью и охране общественного порядка, но и осуществляли многие ранее несвойственные им функции, обусловленные спецификой военного времени: организацию деятельности истребительных батальонов, размещение и охрану имущества эвакуированных промышленных предприятий, учреждений, обустройство населения и др. Очень важное значение имела борьба с широко распространенными в то время детской беспризорностью и безнадзорностью. Буквально с момента объявления войны началась перестройка работы органов милиции на военный лад. Для оперативного состава было введено казарменное положение.

Великая Отечественная война потребовала от нашей страны мобилизации людских и материальных ресурсов и неимоверно напряженной работы всех государственных структур для достижения главной цели - победы над фашизмом.

На Урале развернулось широкомасштабное строительство военных объектов. Эвакуированные предприятия в основном располагались в Пермской, Челябинской, Свердловской областях. Уральский край превратился в основную базу военного производства.

По данным Центрального справочного бюро, действовавшего при Совете по эвакуации, и по предварительным результатам переписи эвакуированного населения и другим источникам в тыловые районы удалось переместить примерно 17 миллионов человек [12, с. 145]. По мнению М. Н. Потемкиной, в СССР не существовало детально разработанного плана эвакуации населения на случай вторжения противника на территорию страны и механизм переброски в тыл производства и людских ресурсов формировался уже в ходе войны (так, Совет по эвакуации был образован 24 июня 1941 г., т. е. на третий день войны) [18]. Тем не менее следует согласиться с мнением М. Н. Потемкиной, что в целом эвакуация носила организованный характер.

Вот что писал о первых эшелонах, которые прибывали на Урал, Н. С. Патоличев, работавший тогда первым секретарем Челябинского обкома ВКП(б): «Случалось, что в открытых полувагонах или на платформах ехали люди. Хорошо, если был брезент, которым можно было прикрыться от дождя. Иногда и этого не было. Здесь же станки или материалы, кое-что из вещей эвакуированных. Именно кое-что. Люди спасались от нашествия варваров, и было, конечно, не до вещей. При более благоприятной обстановке 2-3 крытых вагона выделяли для женщин с детьми. Вместо 36 человек в них набивалось по 80-100. Никто, разумеется, не роптал - горе объединяло людей, кров которых был захвачен фашистами» [16, с. 217].

Почти 70 % перемещенных промышленных объектов были размещены на Урале, в Западной Сибири, Средней Азии и Казахстане. Вместе с перебазированными фабриками и заводами на Восток прибыло до 30-40 % рабочих, инженеров и техников. Всего же по железным и шоссейным дорогам, а также водным и воздушным путям с начала войны до конца 1941 г. в тыловые районы было переправлено более 12 миллионов человек [18].

Крупнейшим пунктом промышленной эвакуации являлся Урал, разместивший к осени 1942 г. на своей территории оборудование и рабочую силу более 830 предприятий, 212 из которых приняла Свердловская область [19, с. 59]. Прибывшие в эвакуацию заводы или полностью сливались с однопрофильными, значительно усиливая их производственную мощность, или начинали самостоятельную деятельность, становясь основоположниками новых отраслей уральской промышленности.

Безусловно, что на некоторых эвакуированных предприятиях существовали определенные проблемы. Так, в архивных документах приводятся следующие факты: «В организации "Закпромстрой", прибывшей из Азербайджана, производительность труда низкая, план выполняется на 50 %. Плохо ведется программа с размещением рабочих. На 9 сентября 1941 г. не размещено 150 человек. На завод Электроаппарат прибыло 16 эшелонов оборудования, в результате того, что склады строятся медленно, полуфабрикаты и незавершенное производство на 80 % находятся под дождем. Медь, железо и продукция ржавеют, портятся. Среди прибывших на завод очень мало квалифицированных рабочих. Большинство приезжих - работники аппарата. Плохо обстоит дело с размещением работников» [4].

Важнейшими задачами эвакуации являлись прием, размещение и трудоустройство эвакуированного населения. Только за период с июля 1941 г. по декабрь 1942 г. Уральский регион принял 2 млн 127 тыс. человек, из которых 719 тыс. разместились в Свердловской области. К концу 1942 г. удельный вес эвакуированных среди населения Урала достиг 9,7 % [2, с. 113-118]. Местная политика размещения эвакуированных была достаточно дифференцирована: женщины, дети, престарелые располагались в сельской местности, квалифицированные рабочие, служащие и члены их семей - в городах. В Свердловской области 77,7 % эвакуированных были оставлены в городах [3, с. 179].

Условия военного времени диктовали необходимость установления особого режима в городах, имевших важное народнохозяйственное значение, где было сосредоточено большинство эвакуированных предприятий. Очистка таких крупных уральских городов, как Свердловск, Челябинск, Курган, от преступников выступала одной из основных задач милиции.

В связи с большим перемещением населения из западных районов страны в восточные и юго-восточные районы в крупных промышленных городах и ряде столиц республик на базе городских отделов милиции были учреждены городские управления милиции (Свердловск, Челябинск, Пермь и др.).

Главной задачей трудящихся Урала являлось обеспечение в минимальные сроки монтажа станков и оборудования и введение их в эксплуатацию для того, чтобы быстрее дать продукцию для нужд фронта. Поэтому на милицию была возложена новая задача: развертывание деятельности по охране эвакуированного и вновь введенного в строй государственного имущества от хищений и растрат. Особое внимание при этом уделялось пресечению преступно-небрежного отношения к охране социалистической собственности, а также повреждений станков, машин и оборудования, борьбе с недоброкачественным строительством и монтажом оборудования.

Сотрудники милиции Урала осуществляли мероприятия по укреплению противовоздушной обороны, в т. ч. и на эвакуированных предприятиях. На заводах, в организациях, учреждениях, высших учебных заведениях, домовладениях формировались группы самозащиты МПВО. В них входило все взрослое население. Организацией этих групп, обучением граждан правилам самозащиты МПВО занимались работники милиции [1, с. 24].

Для предотвращения возможных контрреволюционных проявлений и выявления враждебных действий в промышленности, на транспорте, в сельском хозяйстве появилась необходимость перестроить и сами аппараты, занимающиеся решением задач по охране общественного порядка и обеспечению государственной безопасности. Там, где это было нужно, создавались специальные оперативные группы, отделы, подразделения.

С первых же дней войны усиливаются патрульная и постовая службы милиции по охране эвакуированных предприятий.

Охрана общественного порядка осуществлялась:

1) сетью наружных постов милиции, охватывающих своим наблюдением места, «пораженные» преступностью, улицы с интенсивным движением транспорта и пешеходов, парки, сады, скверы, предприятия, железнодорожные станции, вагонные парки;

2) участковыми уполномоченными милиции, линейными оперативными уполномоченными транспортной милиции, обслуживающими конкретные участки городов, железных дорог;

3) патрулями, высылаемыми в ночное время по заранее разработанным маршрутам. В сельской местности охрана общественного порядка возлагалась на участковых уполномоченных милиции, каждым их ко-

торых обслуживалась территория нескольких сельских Советов депутатов трудящихся с населением от 5 до 10 тыс. человек.

Так, в августе 1941 г. только в Свердловске охраняли порядок 106 постоянных наружных постов, 149 пеших и 13 конных патрулей, в ночное время к ним подключались еще 45 милицейских групп, совершавших обходы наиболее неблагополучных участков города [11, с. 83]. Под строгим контролем находились не только оборонные предприятия, но и рынки, железнодорожный вокзал, центральные улицы Свердловска. Таким образом, все эти меры способствовали поддержанию надлежащего общественного порядка на территории Урала.

На органы милиции в годы войны была возложена и обязанность по контролю за выполнением санитарных правил. Большое продвижение войск и населения по железнодорожным и водным путям, скученность людей в общественных и жилых домах привели к ухудшению санитарного состояния отдельных районов Урала. Возникли трудности в организации очистки городов из-за недостатка транспорта и рабочей силы. Появилась реальная опасность массовых эпидемических заболеваний. Вопросы санитарного состояния сел, городов, промышленных предприятий приобрели важное государственное значение.

Сотрудники милиции Урала принимали активное участие в разработке местными Советами депутатов трудящихся мероприятий по очистке территории и следили за ходом их выполнения, систематически проводили инструктажи с руководителями предприятий, учреждений и учебных заведений, комендантами домов, общежитий и дворниками. Лица, уклоняющиеся от очистки закрепленных за ними территорий, привлекались к административной ответственности.

В связи с массовой эвакуацией и необходимостью размещения на новых территориях людей и промышленных предприятий органам милиции пришлось, наряду с местной администрацией, участвовать в соответствующих хозяйственно-организационных мероприятиях, решении вопросов расселения, трудоустройства и бытового обслуживания эвакуированных граждан и беженцев, вести их учет. Особое внимание сотрудники милиции Урала уделяли решению таких важных задач, как охрана от хищений, растрат эвакуированного и вновь введенного в строй государственного имущества, пресечение преступно-небрежного отношения к охране социалистической собственности, борьба с недоброкачественным строительством и монтажом оборудования. Сотрудники милиции Урала очень ответственно выполняли задачу по приему эвакуированных предприятий и населения, параллельно решая другие важные задачи по охране общественного порядка, борьбе с трудовым дезертирством, мародерством, очистке крупных уральских промышленных центров от преступников и т. п.

7 июля 1941 г. НКВД СССР издал директиву о задачах милиции в период военного времени, а 8 мая 1942 г. официально установил в органах милиции 12-часовой рабочий день [15, с. 41]. Нормативно-правовыми актами на милицию возлагались следующие задачи, обусловленные военным временем: борьба с военным и

трудовым дезертирством, мародерством, паникерами, распространителями ложных слухов, очистка городов от преступных элементов, оказание помощи транспортным органам НКВД в выявлении вражеских агентов и провокаторов [13, с. 40].

Советское правительство в тяжелое военное время не только требовало от трудящихся бдительности, дисциплины и организованности, но и строго наказывало тех, кто совершал преступления, не поддерживал общественный порядок. Виновные в распространении ложных слухов по приговору военного трибунала карались тюремным заключением на срок от 2 до 5 лет, если их действия по своему характеру не влекли за собой по закону более тяжкого наказания.

Сотрудники милиции Урала проводили разъяснительную работу среди населения, чтобы не допустить распространения ложных слухов и паникерства, организовывали собрания, митинги, использовали средства агитации, вывешивали плакаты. В войне против Советского Союза гитлеровское командование широко практиковало засылку в наши тылы специальных агентов-провокаторов и распространителей ложных слухов. В своей подрывной деятельности они использовали советских людей, которые необдуманно, бессознательно передавали сомнительные слухи, тем самым становясь на путь передачи ложной информации [1, с. 14].

Борьба с таким видом преступлений, как дезертирство, была сложной и требовала от сотрудников сноровки, профессиональной выучки и мужества, т. к. дезертиры, как правило, были вооружены. За период с начала войны до 10 октября 1941 г. сотрудники органов военной контрразведки и заградительные отряды НКВД задержали 657 364 военнослужащих, как отставших от своих частей, так и бежавших с фронта; из них оперативными заслонами особых отделов задержано 249 969 человек, заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла - 407 395 военнослужащих [17, с. 53]. После стабилизации положения на фронтах в конце 1942 - начале 1943 г. масштабы дезертирства уменьшились, хотя отдельные факты дезертирства и членовредительства встречались до конца войны. Стоит отметить, что в годы войны основное количество уголовных преступлений совершалось лицами, дезертировавшими из рядов Красной Армии и с военного производства, а также военнослужащими. Так, в 1943 г. ими было совершено 56 % всех разбоев и грабежей [9].

На территории Свердловской области в 1942 г. было зарегистрировано 924 факта дезертирства из военных частей. Так, 589 случаев произошло в частях Камыш-ловского гарнизона (лагерь). Из частей Ирбитского гарнизона дезертировал 81 военнослужащий, из Свердловска - 172 военнослужащих [6].

В Свердловской области в 1942 г. было выявлено 1679 человек, уклоняющихся от службы в армии, а также 5677 человек, нарушивших военно-учетные правила [6]. В частности, по итогам работы за 1943 г. было отмечено ослабление борьбы органов НКВД и милиции с дезертирством, хулиганством и воровством. Например, отсутствие борьбы с дезертирством и хулиганством в Зайковском районе Свердловской области привело к

тому, что вооруженная группа дезертиров ранила парторга ЦК ВКП(б) Красногвардейского мехлесопункта [8]. Нижнесергинский РК ВКП(б) в решении от 3 апреля 1943 г. отмечает: «Ответственные Т. и Ч. не контролируют работу аппарата милиции, участковых инспекторов, которые пьянствуют и задерживают дела хулиганов и воров и сами не принимают решительных действий по борьбе с хулиганством» [5].

Дезертирами и военнослужащими совершалось значительное количество хищений грузов, следовавших по железнодорожным путям. С начала войны и по июль 1944 г. включительно за хищения грузов было привлечено к ответственности 16 177 человек, что составило 22,5 % от общего числа привлеченных за эти преступления. Кроме того, военнослужащими совершалось до 3,5 % всех краж на транспорте [7].

Основная работа по розыску дезертиров и уклонившихся от призыва и мобилизации проводилась оперативным составом краевых, областных, городских и районных отделов (отделений, групп) НКВД по борьбе с бандитизмом.

Одним из обстоятельств, негативно влияющих на состояние преступности в стране, была относительная доступность оружия для преступных элементов в местностях, освобожденных от фашистских оккупантов. Да и в тыловые районы Урала поступала масса разнообразного оружия из западных регионов - с дезертирами, эвакуированными, мигрантами. Проживая, как правило, по фиктивным документам в городских притонах, укрываясь в лесах, вооруженные преступные группы занимались дерзкими разбоями, грабежами, кражами. Значительное число преступлений совершали дезертиры, рецидивисты, ранее судимые лица.

Быстрое и полное изъятие у населения оружия и взрывчатых веществ стало для сотрудников уголовного розыска важнейшей задачей, с которой они в целом справлялись довольно успешно. Если до войны у преступников при арестах изымались единицы стволов, то в 1942 г. было изъято около 71 тыс. единиц различного оружия, а в 1943 г. - 38 753. Причем на вооружении у преступников, особенно у дезертиров и рецидивистов, во многих случаях имелись не только револьверы и пистолеты, но и пулеметы, автоматы, гранаты [14, с. 362]. В декабре 1941 г. сотрудник отдела уголовного розыска УМ УНКВД Ф. раскрыл 3 воровских группы и привлек к ответственности 22 преступника, совершивших 40 квартирных и карманных краж.

За период 1943 г. в Камышловском, Манчажском, Сергинском районах и г. Свердловске было ликвидировано 54 бандитских группы. За бандитизм было арестовано около 400 человек.

В начале 1944 г. сотрудниками милиции была обезврежена преступная группа, которая совершила в Свердловске и Верхней Пышме 15 вооруженных налетов и ограблений государственных баз, складов и частных лиц.

В июне 1944 г. был задержан бандит Д., орудовавший с братом И. Имея огнестрельное оружие, в ноябре 1942 г. в Исовском районе Свердловской области они зверски убили инвалида Великой Отечественной войны. Во время их задержания в 1943 г. ранили красно-

армейца и проводника служебно-розыскной собаки. Всего ими было совершено 3 вооруженных ограбления колхозников Исовского и Нижнелялинского районов Свердловской области и свыше 10 хищений колхозного зерна и скота.

Благодаря умелой оперативной работе сотрудника Кировоградского отделения милиции К. в ноябре 1944 г. удалось задержать преступную группу в количестве 19 человек, которая занималась хищением лошадей, крупного рогатого скота и хлебопродуктов.

В схватках с преступниками отличился оперуполномоченный отдела по борьбе с бандитизмом Ж. В одной из операций по задержанию вооруженного преступника Нижнесергинского района в 1943 г. он был ранен, но продолжал преследовать бандита и с помощью подоспевших товарищей сумел задержать его. В 1944 г. Ж. установил и задержал в одном из районов Свердловской области вооруженного преступника, который совершил до этого убийство трех колхозников на территории Башкирской АССР.

Война привела к значительной миграции населения из прифронтовых областей в глубь страны. И в тылу, в связи с трудностями обустройства вновь прибывающих, происходило довольно широкое перемещение людей с места на место, что создавало благоприятные условия для противоправной деятельности преступников-гастролеров.

В первые дни войны за активную организацию работы по поиску нарушителей паспортного режима участковые уполномоченные 1 отделения милиции г. Свердловска К. и Х., 2 отделения милиции - Р., 3 отделения - Б., О. и др. были поощрены УНКВД Свердловской области [11, с. 81].

Тяжелейшее экономическое положение Советского государства в военное время вынудило правительство ввести нормированную продажу продовольствия и предметов широкого потребления, перейти к распределению товаров по карточкам. Эти трудности стремились использовать в своих преступных целях разного рода дельцы и мошенники. Если в довоенное время основным объектом воровства были деньги, то в войну - промышленные товары, продовольствие, предметы первой необходимости (соль, спички, керосин, табак и др.). Вырученные от продажи ворованных товаров и продовольствия деньги преступники обменивали на золото, иностранную валюту, драгоценности.

В годы Великой Отечественной войны перед органами милиции Урала как никогда остро встала задача своевременно предупреждать готовящиеся и быстро раскрывать совершенные преступления, задерживать и передавать преступников в руки правосудия, активно вести розыск скрывшихся от следствия и суда нарушителей законов военного времени. Война существенно изменила характер преступности. Особую опасность представляли дезертиры из Красной Армии и с военного производства. Проживая на нелегальном положении, они объединялись в криминальные группы для совершения разбоев, грабежей, краж и других преступлений, втягивая в эту деятельность новых лиц.

Сотрудниками милиции Урала была проделана значительная работа по борьбе с трудовым дезертир-

ством, однако, несмотря на все предпринимаемые усилия, полностью нейтрализовать поток дезертиров органы милиции были не в состоянии.

Важнейшим направлением деятельности органов милиции Урала в военный период была борьба с бандитизмом. Число бандитских формирований резко возросло с началом военных действий, причем пик их активности пришелся на первый период войны. Во многом это было обусловлено временными неудачами Красной Армии на фронтах, паническими настроениями и растерянностью людей, эвакуацией миллионов граждан, освобождением из колоний и тюрем уголовного элемента и т. д.

Особое значение приобрела работа сотрудников милиции Урала по жесткому пресечению преступной деятельности расхитителей зерна и муки. Под пристальным контролем правоохранительных органов находились колхозы и совхозы, заготовительные и снабженческие организации, предприятия пищевой промышленности и торговая сеть. Главными причинами хищений сельскохозяйственных продуктов являлись, во-первых, трудности экономического порядка, во-вторых, отсутствие надлежащего контроля со стороны руководителей хозяйств за работой токов, пунктов сдачи и приема зерна, в-третьих, плохая организация их охраны, а также несерьезный подход руководителей к подбору кадров.

Важное место в работе милиции Урала в годы войны занимала борьба с хищениями и злоупотреблениями, связанными с продовольственными карточками. Такого рода преступления совершались в типографиях, где печатались карточки, в карточных и контрольно-учетных бюро, торговых организациях, аппаратах, ведающих выдачей карточек, и домоуправлениях.

Список литературы

1. Базаров Ф. Е. Советская милиция в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.): учеб. пособие / Ф. Е. Базаров, А. П. Назаров. - Омск, 1979.

2. Бубнов В. И. Об источниках по истории заводов и фабрик периода Великой Отечественной войны (19411945) / В. И. Бубнов // Из истории заводов и фабрик: сб. статей. - Свердловск, 1960. - Вып. 1.

3. Васильев А. Ф. Промышленность Урала в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 гг. / А. Ф. Васильев. - М., 1982.

4. Государственный архив административных органов Свердловской области (далее - ГААОСО). - Ф. 4. -Оп. 36. - Д. 157. - Л. 24-25.

5. ГААОСО. - Ф. 4. - Оп. 38. - Д. 221. - Л. 44.

6. ГААОСО. - Ф. 4. - Оп. 38. - Д. 81. - Л. 124.

7. Государственный архив Российской Федерации (далее - ГАРФ). - Ф. 9415. - Оп. 3.- Д. 12а. - Л. 59, 60.

8. ГАРФ. - Ф. 9415. - Оп. 3. - Д. 13. - Л. 116-117.

9. ГАРФ. - Ф. 9415. - Оп. 3. - Д. 12а. - Л. 29.

10. Гусак В. А. Проблемы формирования политической культуры сотрудников милиции в период Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.) / В. А. Гусак // Юридическая наука и правоохранительная практика. - 2010. - Т. 11. - № 1.

11. Карагодина А. А. Некоторые аспекты деятельности милиции на Урале в период Великой Отечественной войны. 1941-1945 гг. / А. А. Карагодина // Юридическая наука и правоохранительная практика. - 2010. - № 4.

12. Куманев Г. А. Эвакуация населения СССР: достигнутые результаты и потери / Г. А. Куманев // Людские потери СССР в период Второй мировой войны: сб. статей. - СПб., 1995.

13. Лазарев В. И. Деятельность органов военной контрразведки в начальный период Великой Отечественной войны / В. И. Лазарев // Исторические чтения на Лубянке. 2000 г. Отечественные спецслужбы накануне и в годы Великой Отечественной войны (19411945 гг.). - М., 2001.

14. Министерство внутренних дел. 1902-2002: ист. очерк / под общ. ред. Р. Г. Нургалиева. - М., 2008.

15. Мулукаев Р. С. История советской милиции: хронолог. справочник / Р. С. Мулукаев. - Л., 1976.

16. Патоличев Н. С. Испытание на зрелость / Н. С. Па-толичев. - М., 1977.

17. Плеханов А. М. Оперативные заслоны особых отделов и заградительные отряды войск НКВД в первые месяцы Великой Отечественной войны / А. М. Плеханов // Исторические чтения на Лубянке. 2000 г. Отечественные спецслужбы накануне и в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). - М., 2001.

18. Потемкина М. Н. Эвакуация и национальные отношения в советском тылу в годы Великой Отечественной войны (на материалах Урала) / М. Н. Потемкина. - ШЬ: http://www.vivovoco.rsl.ru/vv/journal/ruhist/ evac.htm.

19. Серазетдинов Б. У. К историографии вопроса о размещении эвакуированных предприятий на Урале в годы Великой Отечественной войны / Б. У. Серазетди-нов // Урал и Западная Сибирь в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 гг. (Тыл Второй мировой войны): материалы науч. конф. - Сургут, 1996.