Как «работают» венчурные инвестиционные фонды ?

Как «работают» венчурные инвестиционные фонды ?

Владимир Макаров

Предприниматель, инвестор. Партнер фонда GFS

Сергей Ореханов:

Добрый день, дорогие друзья! Я, Сергей Ореханов, и сегодня у нас первый выпуск программы «Инвестиционная кухня с Сергеем Орехановым». Как понятно из названия программы, мы будем разговаривать об инвестициях, о том, как их привлекать, как размещать свободные денежные средства. Мы будем приглашать людей, которые будут делиться своим инвестиционным меню и своими секретами. Мы будем отвечать на ваши вопросы. И вообще, мы хотели бы нашу передачу сделать максимально практичной, максимально полезной для вас. С тем, чтобы каждый выпуск не просто познакомил вас с какой-то темой, но и после этого вы могли ориентироваться и понять, как использовать ту информацию, которую вы получаете в результате просмотра и участия в нашей передаче. Поэтому сразу в начале сегодняшней передачи я хотел бы предложить всем вам подписаться на специальную рассылку, которую мы сейчас делаем. Рассылка, в которой мы будем вас информировать о всех наших передачах, через которую вы сможете задавать нам вопросы, предлагать спикеров, предлагать темы, которые интересуют. То есть такой канал общения между нами и вами. Сделать это очень просто. Достаточно будет отправить письмо с темой передачи на простой мэйл, мэйл такой 939255@mail.ru. 939255@mail.ru. Вы можете направить пустое письмо с темой передачи либо уже что-то написать. В том числе, задавая вопросы, на которые мы постараемся ответить либо в ближайших эфирах, либо сделаем специальную передачу, отобрав самые интересные ответы. А теперь к нашей первой передаче. Первая передача у нас и называется «Как работают венчурные инвестиционные фонды». Тема достаточно интересная. Все те, кто из вас имеет свои собственные проекты или задумываются о них, наверняка, один из вариантов привлечения инвестиций думают, что надо попробовать с фондами инвестиционными венчурными пообщаться. Поэтому в качестве гостя нашей первой передачи мы пригласили человека, который в этом очень хорошо разбирается, который сам представляет один из фондов, и с ним мы сегодня и поговорим на эту тему. Итак, я представляю, Владимир Макаров, предприниматель, инвестор, партнёр фонда GFS. Володя, добрый день.

Владимир Макаров:

Добрый день, Сергей, спасибо за приглашение.

Сергей Ореханов:

Володя, давай для начала, наверное, просто скажем всё-таки, что такое венчурный фонд кратко, и в какие проекты он инвестирует с точки зрения не направления, а с точки зрения стадии проекта. Хорошо?

Владимир Макаров:

Да. Венчурный фонд представляет из себя некую структуру, юридическую организацию, хотя сейчас с эпохой блокчейна появились венчурные фонды, и не упаковывающиеся в какую-то юр. структуру. Но, тем не менее, обычно это всё-таки юридическая структура, организованная по определённым правилам. В рамках которых есть некая управляющая команда, которая имеет своей задачей увеличивать те средства денежные, которые дали этому венчурному фонду под управление. Вот что это такое.

Сергей Ореханов:

И на каких стадиях теперь проекты?

Владимир Макаров:

Стадии инвестирования в венчурных фондах обычно или, так скажем, что скорее всего может быть интересно нашим слушателям, это начиная от самых ранних стадий и заканчивая тем, что мы называем раунд B. То есть есть определённые критерии инвестиционных стадий. Раундом B я называю стадию компаний, которые достигли достаточно больших уже финансовых показателей и оцениваются в несколько десятков миллионов долларов, то есть имеют выручку и так далее. Всё, что до этого, в принципе, попадает под венчурное инвестирование, за исключением совсем ранних стадий, когда мы говорим, что проект...

Сергей Ореханов:

То есть когда только у людей идея, которую они прорабатывают.

Владимир Макаров:

Совершенно верно.

Сергей Ореханов:

То есть с таким проектом это, наверное, к бизнес ангелам всё-таки.

Владимир Макаров:

С таким проектом к бизнес ангелам, любого то, что мы называем Friends, Family, без fulls, либо делать проект за свои деньги, что на наш взгляд и на взгляд большинства венчурных предпринимателей и инвесторов, которых я знаю.

Сергей Ореханов:

Целесообразно.

Владимир Макаров:

Целесообразнее всего.

Сергей Ореханов:

Но тут, наверное, надо объяснить, почему вы так думаете. Насколько я понимаю, из-за того, что на стадии, когда человек ещё не разобрался, какие ему предстоит привлекать инвестиции, сколько оценена вообще может быть его идея, его проект, то есть риск, что можно, привлекая деньги, достаточно дорого их оценить, и люди могут войти в проект, наверное, получив большую долю. Или имеется в виду другое что-то?

Владимир Макаров:

Прежде всего, нужно исходить из целей, которые преследует тот или иной предприниматель. Если цель предпринимателя - решить какую-то проблему, лучше всего иметь наиболее точно и чётко сформулированную цель. Если она определена, тогда уже можно думать, что лучше в этом случае. Потому что жадность, когда мы боимся дать большую долю инвестору, потому что, это один из показателей. Но хороший инвестор...

Сергей Ореханов:

Но вообще, наверное, на стадии, как повезёт человеку. То есть больше такие, психологические моменты выступают.

Владимир Макаров:

В т.ч. да, конечно же, и ситуативно мы знаем, что управлять жизнью вряд ли получится. Просто предпринимателю очень важно, лучше всего работать с профессиональным инвестором.

Сергей Ореханов:

Хорошо, Володя, на какой стадии проекта мы рассказали, теперь второй момент, как все-таки фонды делятся по направлениям инвестирования. Что это, где это отмечено, как человеку узнать, в какой фонд ему идти.

Владимир Макаров:

Я придерживаюсь мнения, что идти человеку если он хочет идти в фонд какой-то, если хочет получить денег, то идти надо ему во все фонды, в которые он может дотянуться и писать во все фонды, в которые он может дотянуться несмотря ни на что.

Сергей Ореханов:

То есть даже если фонд сельхоз занимается проектами, а у человека что-то связанное с финансами, всё равно.

Владимир Макаров:

Да.

Сергей Ореханов:

То есть хороший проект через одного к другому придет.

Владимир Макаров:

Надо понимать, что жизнь, она такая, достаточно сложная штука, и когда ты отправляешь письмо в какой-то фонд, ты его отправляешь не в юридическую структуру, прежде всего, ты отправляешь его каким-то людям. И сегодня инвестиционный аналитик работает в сельхоз компании, а его дядя работает в фонде где-то. То есть, рассказывая о себе где-то...

Сергей Ореханов:

И у нас в рамках общения мы же тоже делимся, когда интересные проекты, если он не неинтересен вам, понятно. То есть видите, друзья, имейте в виду, первый такой совет, что если у вас проект, он интересный, то обращайтесь не в один фонд, если действительно проект интересный, вам подскажут, к кому обратиться, если этот фонд по каким-то причинам такие проекты не рассматривает. Володя, сама процедура отбора проектов, не отбора проектов, а одобрения, допустим, проекта, как происходит в фондах с точки зрения времени и так далее. Людям писать письма на сайт фонда или найти в Фейсбуке человека непосредственно из этого фонда. Как лучше все вот это сделать?

Владимир Макаров:

Эффективного какого-то конкретного сценария, который бы работал, его, на самом деле, нет. То есть кто-то получает инвестиции достаточно быстро, а кто-то годами выбивает притом, что, в принципе, все показатели у проекта могут быть хорошими. Поэтому все средства, как я опять же говорил, хороши. Если человек хочет получить денег от фондов, ему нужно понимать, что просто на это надо тратить очень много времени и знакомиться с очень многими людьми. Он должен быть, прежде всего, открыт, он должен сильно хотеть этого, потому что на это будет уходить очень много энергии. С точки зрения методологии, как это приходит со стороны фондов...

Сергей Ореханов:

Да, прислал кто-то первый проект, первым он попадает к аналитику или куда-то ещё. И дальше какой путь?

Владимир Макаров:

На самом деле, у разных фондов разная, что называется, воронка, то есть воронкой я называю вот это от входящего потока до выхода.

Сергей Ореханов:

Бизнес наш смотрит, о том, что такое воронка они знают.

Владимир Макаров:

Да, я надеюсь. Соответственно воронка у каждого фонда своя, она формируется по-разному. Где-то фонды тратят деньги на формирование этой воронки, где-то эта воронка формируется за счёт партнёрских отношений, где-то есть действительно команда аналитиков, которые под задачи фонда формируют эту воронку самостоятельно.

Сергей Ореханов:

Володя, немножко в сторону уходим. Я имею в виду, что, скажем, инициатор, фаундер, он определился с фондом, он написал в этот фонд, и дальше путь проекта как? То есть не просто написал, к тебе написали, допустим, проект вроде понравится. Дальше как вы начинаете работать?

Владимир Макаров:

Дальше мы в том фонде, о котором мы говорим, о GFS, там другая, то есть мы не смотрим на проекты, которые нам пишут, у нас есть отдельный...

Сергей Ореханов:

Нет, но сразу людей не отталкивайте от фонда. Будеи считать, что есть хороший фонд, который читает.

Владимир Макаров:

Я имею в виду, что если называем определённую юридическую структуру, у нас есть другие форматы взаимодействия, мы общаемся с проектами, нам есть, что им предложить. После того, как это происходит, проект проходит некую первоначальную аналитику того человека, к которому он попал. То есть если он попал ко мне, он проходит мою аналитику, я отсматриваю все проекты, которые ко мне попадают. Слава богу, спама у меня очень мало. И получает какую-то обратную связь. То есть обратная связь может быть разной. Это могут быть вопросы, это могут быть.

Сергей Ореханов:

Рекомендации.

Владимир Макаров:

Какие-то рекомендации, что сделать, потому что что-то непонятно. Это могут быть запросы на встречу и т.д.

Сергей Ореханов:

Уточняющие, может быть, какие-то материалы.

Владимир Макаров:

Да, совершенно верно. Дальше по стадиям. Если проект, например, хороший по тем показателям, которые поверхностно считываются с него тем экспертом, к которому он попал, но, например, проект требует дополнительной финансовой аналитики, дополнительной технологической аналитики, ещё какой-то, то он отправляется в соответствующие структуры фонда.

Сергей Ореханов:

Экспертам, там, наверное, у вас и приглашённые тоже могут быть со стороны, правильно?

Владимир Макаров:

Да, конечно. Мы активно используем экспертизу сторонних фондов, то есть фонды в нашем комьюнити в основном общаются, делятся проектами, делятся обратной связью. Потому что какой смысл проводить техническй due diligence 10 раз, если прошёл тех. due diligence в каком-то фонде, то можно об этом просто спросить.

Сергей Ореханов:

Тем более, вы де иногда и объединяете, если проект требует инвестиций, фонд может войти в пул с какимто фондом.

Владимир Макаров:

Это отдельная история.

Сергей Ореханов:

Это отдельная тема. То есть вот прошли дополнительно и, скажем, проект по мнению команды, которая готовит его, выносится дальше на инвестиционный комитет? То есть решение всё равно коллективное будет приниматься?

Владимир Макаров:

Да, конечно. В зависимости от структуры фонда, юридической именно. Есть инвестиционный комитет, в котором есть определённые роли, определённые веса голосов и так далее. И в зависимости...

Сергей Ореханов:

А за взятку можно зайти в фонд, подкупить нельзя никого у вас? Не у вас, а...

Владимир Макаров:

Я думаю, в принципе, подобные схемы на рынке имеют место быть, но смысл в том, что...

Сергей Ореханов:

Чревато это.

Владимир Макаров:

Дело не в чреватости, а дело в том, что скорее всего это может теоретически быть на очень больших сделках, но там и степень контроля гораздо выше. То есть там очень большая юридическая.

Сергей Ореханов:

Я это больше, так с точки зрения шутки конечно говорю. Потому что понятно, что это бизнес, люди заинтересованы в результатах, в хороших показателях. Подпадает на инвестиционный комитет, и инвестиционный комитет одобряет, дальше что идёт с проектом?

Владимир Макаров:

Дальше с проектом торгуются.

Сергей Ореханов:

Вот, важная стадия, я про неё даже...

Владимир Макаров:

Конечно, потому что любой фонд делает бизнес, и для любого фонда очень важно получить хорошие условия на вход. Разные фонды делают это по-разному. Есть практика, когда занижается оценка проекта путём определённых манипулятивных вещей.

Сергей Ореханов:

Друзья, очень важный вопрос сейчас. Если вы прошли инвестиционный комитет или кого-то, кто принимает решения, дальше надо торговаться. Вот это очень важный момент Владимир сказал. И наконец, когда ударили по рукам, начинается уже юридическое оформление и т.д.

Владимир Макаров:

Да, всё верно.

Сергей Ореханов:

Вот я знаю, что и вы и, наверное, коллеги ваши, кроме того, что просто выполняют основную функцию инвестирования, вы ещё помогаете проектам в каких-то стадиях подготовки, которые повторяются из проекта в проект. Что имеется в виду? Два слова об этом.

Владимир Макаров:

Это как раз является продолжением предыдущей темы, связанной с торговлей. То есть можно с проектом выторговывать хорошие условия разными способами. Можно сказать, что вы сильно переоцениваете себя, потому что вот. А можно предложить проекту что-то, чего в проекте не хватает, какой-то экспертизы, каких-то партнёрских возможностей, каких-то связей.

Сергей Ореханов:

С точки зрения законодательства очень важно, потому что это же юристы, которые имеют опыт.

Владимир Макаров:

Да, возможно, там экзит следующий, то есть, грубо говоря, фонд, который входит, он теоретически может повлиять на шанс дальнейшего инвестирования на следующем раунде. Соответственно, в зависимости от экспертизы фонда, в зависимости от того, делает ли этот фонд в принципе что-то по отношению к своим проектам или нет, можно выбирать, с кем из фондов работать, если очередь.

Сергей Ореханов:

Володя, венчурный фонд, мы вначале говорили, на какой стадии он инвестирует. Всегда вы продумываете вариант выхода, или иногда можете войти, понимая, что уж точно выйдем. Вот здесь как вы оцениваете?

Владимир Макаров:

Варианты всегда продумываются, то есть есть несколько разных стратегий выхода, но в любом случае эти стратеги не только продумываются, но и прописываются. И на инвестиционном комитете одним из пунктов принятия решения является, когда, почему и за счёт чего можно будет выйти из проекта.

Сергей Ореханов:

Ну вот, у нас первая часть передачи такая разминочная, мы, можно сказать, азы говорили, правда, ты несколько секретов уже открыл. Но, наверное, тоже очень важный вопрос для людей, которые возможно планируют обратиться к инвестиционным фондам, это на что всё-таки обращают внимание, что зацепить может фонды, то есть с точки зрения оценки проекта, какие составляющие этого проекта, команды и так далее. Опять же, можно из вашего опыта, я понимаю, что здесь примерно одинаково должно быть у всех.

Владимир Макаров:

Не совсем, примерно одинаково может быть, может быть по-разному. То есть есть фонды, например, которые больше смотрят на цифры, есть фонды, которые больше, то есть степень венчурности внутри каждого фонда, она разная.

Сергей Ореханов:

Это действительно, я перебью, потому что я сталкивался с некоторыми проектами, когда как бы для меня одинаково авторитетные люди совершенно по-разному оценивают проекты. Причём это, можно сказать даже на каждом шагу, действительно. То есть кто-то говорит ерунда, кто-то интересуется. Но давайте тогда пример, может быть, вашего фонда, на примере каком-то покажем всё-таки.

Владимир Макаров:

Да, в нашем случае, если мы говорим о структуре GFS, у нас всё не так интересно, может быть.

Сергей Ореханов:

Тогда расскажи теоретически. Нет, хорошо, наверное, знаешь, Володя, как мы с тобой поступим. Всё-таки нам надо наиболее часто на что люди, потому что мы говорим всё-таки в целом о венчурной индустрии, поэтому давай, посоветуй.

Владимир Макаров:

Если мы говорим в целом, то, прежде всего, венчурного инвестора интересуют такие показатели, как фаундер и его команда. В большинстве случаев, по крайней мере, из тех фондов, которых я знаю, это стоит на первом месте. На втором месте, там уже может меняться, что на втором, на третьем и так далее. Но, тем не менее, является степень готовности проекта, выручка, технологичность проекта, его финансовые показатели, выручка входит в эту часть. Там достаточно большой может быть список в зависимости от компании, стадии и так далее. Но я бы хотел отметить особенно то, что значимость основателя, его команды в этой оценке.

Сергей Ореханов:

Я видел даже практику, когда это не просто былo, было чрезвычайно определяющим. То есть, грубо говоря, под команду, как только она начинает делать новый проект, люди готовы уже инвестировать. Мы вот какой момент упустили, мы чуть-чуть вернёмся к началу. То есть когда инициаторы высылают информацию в адрес фонда, что высылать? Потому что мы знаем, как люди могут в разных, от двух строчек то гигабайта информации. Всё-таки что оптимально высылать, чтобы и хватило, и не перегружать аналитиков фонда.

Владимир Макаров:

Слава богу, сейчас достаточно много инструментариев, открытых для использования, в которых описана структура, как описывать проект. То есть просто пишите в Гугле запрос, что отправлять в инвестфонд. И на многих сайтах инвесткомпаний есть форма, в которой описаны пункты, которые необходимы для заполнения. И если там поискать, посмотреть на несколько таких форм, то определённо будет некая закономерность, которая позволяет сформировать документ.

Сергей Ореханов:

То есть лучше не сочинять ничего, взять 2-3 фонда, посмотреть пример, что-то сделать такое.

Владимир Макаров:

Лучше не бояться задавать вопросы. Очень большой спектр людей делают так, как им кажется правильно, не утруждая себя задать вопросы тем, кто проходил, кто делает или кто на той стороне.

Сергей Ореханов:

Кстати, я ещё раз по поводу, мы коснулись, что и как писать. В начале передачи я уже сказал, мы в своей передаче также делаем специальный канал общения с вами, мы сделаем рассылку и всем, кому интересно получать информацию, работать с нами, задавать вопросы, в том числе, если надо будет, выходить на наших экспертов. Пишите письмо с темой письма «Передача» на очень простой номер, мейл 939255@mail.ru. Пожалуйста, пишите. Если вы сейчас напишете, мы, наверное, не успеем в режиме реального времени задать вопрос. Хотя, я смотрю, нас смотрит сейчас в режиме онлайн около 3000 человек, для первого раза для передачи нормально. Это, Володя, на тебя так народ идет. Процесс после того, как принято решение и начало финансирования, там примерно есть какие-то сроки, можно как-то инициатору ускорить, имеется в виду что-то подготовить заранее?

Владимир Макаров:

Да, конечно, сроки имеют значение, и тут они могут быть очень сильно растянуты, к сожалению, для многих проектов. То есть нередки случаи, что после того, как фонд обещает проекту, мы вам дадим деньги, деньги приходят через год, а то и более.

Сергей Ореханов:

Но это же всё прописывается как-то или это может...

Владимир Макаров:

Нет, не всегда это прописывается.

Сергей Ореханов:

Но проект уже привязан к этому фонду, То есть если фонд какой-то затягивает, всё это юридически надо смотреть.

Владимир Макаров:

Да, по-разному, бывают разные ситуации, но принятое решение не означает деньги на счёте. Деньги на счёте означают деньги на счёте и никак по-другому.

Сергей Ореханов:

А кстати, вот такой вопрос тогда возникает, работаете одновременно с двумя, с тремя, я имею в виду пытаться получить финансирование, это, наверное, если нет какого-то ограничения юридического, можно делать, посоветовать.

Владимир Макаров:

Нужно.

Сергей Ореханов:

Нужно. Володя, сейчас у меня возник вопрос, а альтернатива какая венчурного фонда на этой стадии инвестирования, на стадии проекта, о которой мы говорили.

Владимир Макаров:

Обычная альтернатива, это банковские кредиты, это налоги.

Сергей Ореханов:

То есть структурировать как-то по-другому.

Владимир Макаров:

Да, но опять же, мы должны понимать, нужны ли проекту только деньги. Потому что если проекту нужны только исключительно деньги, что бывает крайне редко, тогда он вероятнее всего не очень подходит под венчурное инвестирование. То есть он, скорее всего, просто про бизнес.

Сергей Ореханов:

Да, кстати, бывают такие проекты, когда явный бизнес просто. Но все равно, если хороший бизнес, всё равно вложитесь, наверное.

Владимир Макаров:

Да, безусловно, но если мы говорим о венчурном рынке, то венчурный инвестор предполагает возможность роста стоимости проекта в десятки и сотни раз.

Сергей Ореханов:

Вот ещё вопрос, который тоже очень актуальный. Вам, наверное, виднее, а людям, которые делают свои первые проекты, всегда трудно оценить. То есть как оценивается та доля, те условия, на которых фонд дает деньги. То есть в общем или схема какая-то есть. То есть понятно, что там достаточно всё субъективно может быть, хотя есть какие-то. То есть проект приходит, просит деньги, вы говорите хорошо, подтверждаете для себя, что такую сумму инвестиций дать можно, и дальше вы должны как-то оценить. Как здесь происходит?

Владимир Макаров:

Существует несколько методологий оценок, сравнительные оценки, по выручке и так далее. То есть это больше техническая сторона. Другое дело, что это вопрос в большей степени торговли фонда.

Сергей Ореханов:

В любом случае инициатору проекта надо как-то это оценить. У него идея есть, как ему оценить, сколько. Потому что я, например, сталкивался, иногда и самому трудно посоветовать людям. Тем более, на той стадии, когда сам понимаешь, почти ничего нет, ты понимаешь, что можно серьёзно вырасти, тебе хочется вырасти, тебе предлагают вроде, вот они деньги, вот он фонд.

Владимир Макаров:

Проект стоит столько, по какой оценке ему дают денег. Про который дадут, по той он и стоит.

Сергей Ореханов:

То есть надо учиться убеждать, проводить аргументы.

Владимир Макаров:

По большому счёту, он стоит столько, сколько. В т.ч. да, но в конечном счёте оценка будет ровно такая, по какой ему дадут денег.

Сергей Ореханов:

Я понимаю, что я имею в виду, допустим, есть проект, вы, как фонд оценивается его с точки зрения вот к этой ниши, примерно понимаете, как, что. В это время, допустим, фаундер говорит: слушайте, ребята, у меня ещё вот здесь можно, здесь и здесь, это же возможно тогда уже пересмотреть оценку. То есть убеждать надо, в любом случае, но убеждать аргументированно.

Владимир Макаров:

Да, но вряд ли это получится.

Сергей Ореханов:

Понятно. Здесь он не колется, друзья. На самых важных моментах не колется. Я вообще заметил, что он колется там, когда надо, чтобы вы пошли в фонд, а когда уже торговаться, пока не колется. Идём дальше, у нас время ещё есть. Вопрос вот какой, большинство фондов российских, они оценивают проекты с точки зрения возможности выхода за пределы страны, или есть те, которые инвестируют, понимая, что возможности роста проекта ограничены.

Владимир Макаров:

Вообще, российский фонд, тут сложно говорить, называть, какие фонды российские, какие нет, потому что есть разные деньги.

Сергей Ореханов:

Фонды, которые работают в России, я имею в виду.

Владимир Макаров:

Фонды, которые работают в России, любой венчурный фонд в основной массе своей смотрит на проекты, мне сложно за других говорить, но я из тех, кого я знаю, в основном смотрят на проекты с международным масштабом, конечно же. Исключительно локальные проекты, они редко могут быть интересны венчурным фондом.

Сергей Ореханов:

То есть я что имею в виду, есть проекты, ребята понимают, инициаторы, и вы понимаете, что через три года они могут заработать 100 млн. руб. То есть такие, наверняка, не интересны будут или нет?

Владимир Макаров:

Вряд ли, да, вряд ли интересны будут.

Сергей Ореханов:

А с точки зрения...

Владимир Макаров:

Ну, заработать чистыми миллион долларов через три года нет, конечно.

Сергей Ореханов:

Мы уже говорили, что вы оказываете помощь различную, не только финансовую. С точки зрения как раз выхода на зарубежные рынки и так далее, здесь тоже какие-то, наверное, у вас есть возможности, и вы что-то можете предложить. Опять мы сегодня друзья говорим «вы», подразумевая фонды.

Владимир Макаров:

Да конечно же, большинство фондов, которые называют себя или декларируют Smart money, то, что на рынке принято называть Smart money, то есть когда идёт не только деньги, но ещё какая-то экспертиза или ещё какая-то часть. У них есть какая-то специализация, у этих фондов. Специализация, как правило, кроется на рынке, куда фонд инвестировал. Это значит, что у фонда есть активы в виде каких-то крупных компаний, корпораций, ещё чего-то, которые могут, например, внедрить и использовать ту технологию, в которую проект предлагает вложить деньги этого фонда. Соответственно фонд видит, что есть некая комплементарность, то есть этот продукт может быть применен в компании, которые являются частью портфеля фонда. Соответственно это возможность выхода на международный рынок и то, на что стоит обращать внимание.

Сергей Ореханов:

При выборе.

Владимир Макаров:

При выборе, не то, что даже при выборе, а то, что может повлиять на скорость принятия решений фонда. Если вы приходите в фонд и вы медиа стартап, приходите в фонд, который инвестирует в агро, вероятность меньше, чем в тот фонд, у которого медиа издания, медиа бизнес, рекламные площадки и так далее.

Сергей Ореханов:

Друзья, в агро надо идти, если вы инвестируете в медиа. В том случае, если, допустим, вы знаете меня или Владимира, а Владимир знает кого-то в агро. Он попросил, в агро внимательно отнеслись, а потом отправили вас в медиа фонд. У нас, к сожалению, по статистике всё равно большинство, это не к сожалению, это нормально. По статистике большинство сделок идёт всё равно, когда установлены какие-то личные отношения или кто-то рекомендует. То есть на это все равно обращает внимания. Володя, вот какая вопрос. С точки зрения фондов, с точки зрения инвесторов, которые в этих фондах, как они делятся, как их можно разделить? Я имею в виду мы все слышали, может быть, не понимаем до конца, что такое фэмили фонды, корпоративные фонды, ещё какие-то. Вот у нас те, кто работает в России, можно как-то примерно поделите?

Владимир Макаров:

Фонды делятся точно так, же как и по всем мире. То есть это в основном юридические структуры с разной степенью управления.

Сергей Ореханов:

Я имею в виду, кто инвесторы там. То есть одно дело...

Владимир Макаров:

Инвесторы, есть корпоративные фонды, я бы так разделил на корпоративные фонды, на фонды, которые управляют частными деньгами. По большому счёту, вот такие.

Сергей Ореханов:

Смотри, что я имею в виду. Недавно прошла информация, Галицкий сделал фонд. То есть это, я так понимаю, у него фонд, family фонд, я не знаю, частный фонд, возможно, кто-то из его партнёров, и он им сам будет определять. Есть, наверное, фонды открытые для инвесторов, то есть когда фонд создан или создаётся, и туда можно. И ты говорил корпоративные фонды. Я это имею в виду, то есть примерно такая градация.

Владимир Макаров:

Мне не совсем понятна структура вопроса, что мы хотим поделить.

Сергей Ореханов:

Я скажу вот что. У нас известно, что было дано такое распоряжение, указание президента, создать фонды при госкорпорациях различных. То есть это один фонд, который создала госкорпорации и другой фонд, который ты, например, представляешь, где, как я понимаю, частные лица инвесторы фонда. То есть здесь есть какая-то разница с точки зрения общения с фондом, или ты особенно не сталкивался с корпоративным фондами?

Владимир Макаров:

Почему, сталкивались и знаем прекрасно. Корпоративные фонды и любые фонды, они, по большому счёту различаются не деньгами.

Сергей Ореханов:

Нет, я имею в виду с точки зрения принятия решения, то, что могут помочь, я про это и имею в виду.

Владимир Макаров:

То есть различия между фондами, это различия управляющих команд. То есть людьми, которые определяют, куда деньги на каких условиях распределять. Соответственно управляющие команды частных фондов, они, как правило, отличаются от управляющих команд госкомпаний и так далее. Если мы говорим про гос. структуры, там гораздо жёстче запротоколировать и т.д. все процедуры, связанные с получением денег. Но, как правило, эти деньги на рынке дешевле, чем фонды частные. То есть пройти процедуру получения денег в корпоративном, тем более, в государственном фонде значительно сложнее, но эти деньги могут достаться дешевле.

Сергей Ореханов:

Я сейчас вспоминаю интервью читал я, по-моему, инвестора из Израиля, там женщина была, она удивлялась, что я управляю фондами, если я не совершаю ошибок и не теряют деньги, то меня уволят за это, значит я. А у нас могут быть такие варианты, особенно когда это фонды с государственным участием, могут быть, я не знаю, есть или нет, у нас принято, чтобы деньги давали отдачу, а задача венчурных фондов другая. Хотя с точки зрения, наверное, фонда развития интернет инициатив, всё-таки у них хорошие, очень результаты, мне кажется, то есть такого, наверное, нет с точки зрения фондов. Показателей по приросту капитала в фонды и так далее.

Владимир Макаров:

Я бы не хотел давать оценку другим фондам вообще, в принципе. Я думаю, что важно для рынка в том, чтобы рынок, в принципе, рос, и деньги страны становились дешевле.

Сергей Ореханов:

Хорошо, тогда твоя оценка, сейчас на венчурном рынке, на рынке фондов венчурных, как сейчас там, тесно, достаточно много, или ещё достаточно места, чтобы входили новые фонды? И прогноз, вообще, как это будет развиваться.

Владимир Макаров:

Прогноз, на мой взгляд, такой, что будет больше, значительно больше фондов, деньги будут становиться дешевле, тем более с подачи криптоэкономики, это уже стало так, уже мы это заметили по тому огромному количеству проектов, которые привлекли деньги не в рублях и долларах, а в криптовалюте. Соответственно, мне кажется, эта тенденция будет развиваться и это хорошо.

Сергей Ореханов:

Ещё такой вопрос у меня, есть статистика, делает статистику по сделкам венчурным фондом, но я, честно говоря, не понимаю, как её можно сделать. Мне кажется, фонды, они официально не должны где-то уведомлять о своих сделках, тем более, если это частные венчурные инвесторы. Можно верить статистике этой или нет? Или вы на неё не смотрите?

Владимир Макаров:

Мы не смотрим, потому что это не наша задача. Это бизнес тех людей, кто делает статистику.

Сергей Ореханов:

Кто делает статистику. Вообще сейчас у меня такое ощущение из моего опыта, что у бизнеса есть деньги, в любом случае, что бы ни говорили, и бизнес не очень хорошо сейчас вкладывает в новые проекты, особенно связанные с какими-то затратами капитальными большими и так далее. То, что касается новый цифровой экономики, там, мне кажется, уже настолько это стало модным, и многие даже хотят попробовать, просто не знают, как. В связи с этим портрет инвестора, почему люди идут, кто идёт туда, в инвесторы, мы сейчас уже говорим про инвесторов.

Владимир Макаров:

Прежде всего, в инвесторы идут, как мне кажется, по крайней мере, те инвесторы, с которыми общаюсь я, люди, которым интересно, которые начинают разбираться в какой-то определённой области. Это может быть медицина, финансы, это могут быть какие-то технологии, VR, искусственный интеллект. Это люди, заинтересованные в развитии какой-то области знаний, науки, ещё чего угодно, образования.

Сергей Ореханов:

Где они компетентны.

Владимир Макаров:

Да. Обычно это связано как раз с компетенцией, либо это связано с какой-то внутренней болью инвестора, и инвестор в данном случае, его мотивы зачастую очень похожи на мотивы предпринимателя. Потому что предприниматель приходит делать самостоятельно, а инвестор приходит делать немножко с другой стороны. В том направлении, в которое он верит, вот и всё.

Сергей Ореханов:

Кстати, да, ты прав. Между прочим, я сейчас вспоминаю, что ко мне обратиться через Facebook один менеджер крупной компании, который хорошо понимает в финансовой сфере. И как раз у него был такой вопрос о сформулирован, что хотел бы попробовать проинвестировать в какой-то проект, где будут использованы мои знания. Хорошо, если люди, послушав нас, а нас уже около 5000 слушают, кто-то захочет тоже поинвестировать. Как ты посоветуешь, как начинать путь инвестора в венчурный фонд, что надо для этого сделать, с какими суммами есть смысл об этом думать?

Владимир Макаров:

Если человек задумывается вообще о пути венчурного инвестора, во-первых, он должен определить для себя ту сумму, с которой он готов расстаться навсегда.

Сергей Ореханов:

Подожди, но он должен быть квалифицированным инвестором или нет в этом случае? То есть там порог будет.

Владимир Макаров:

Да, есть порог квалификаций инвестора, но сейчас в текущем рынке это не обязательно.

Сергей Ореханов:

То есть это не фондовый рынок.

Владимир Макаров:

Да, есть варианты инвестирования, вплоть до нескольких сот тысяч рублей или даже десятков, потому что сейчас, если мы говорим о крипторынке, там это возможно. Просто, к сожалению, этот рынок стал иметь некую негативную.

Сергей Ореханов:

Ауру.

Владимир Макаров:

Негативную ауру. Это связано просто с тем, что вдруг огромное количество непрофессиональных инвесторов столкнулись с той самой венчурной статистикой.

Сергей Ореханов:

С другой стороны, статистика показывает, что все равно растёт количество.

Владимир Макаров:

Я хочу сказать, что люди вдруг обнаружили, что не всё то, что блестит, оно золото. То есть не все те проекты, в которые вкладывают деньги, они взлетают. На самом деле, статистика венчурного рынка и статистика крипторынка, она плюс-минус одинаковая. Просто не надо инвестировать во всё, что кажется.

Сергей Ореханов:

И людям что, вот захотел человек инвестировать, поискать фонд какой-то, куда обратиться? Чисто практический такой совет.

Владимир Макаров:

Есть разные варианты. Человек может стать ангелом, то есть он может...

Сергей Ореханов:

В ассоциацию какую-то.

Владимир Макаров:

Может вступить в ассоциацию, может просто сам работать, как ангел, искать как-то проекты. По большому счёту, первый шаг, который бы я реально рекомендовал, это расширять связи, расширять комьюнити.

Сергей Ореханов:

Это к нам на рассылку подписываться.

Владимир Макаров:

В том числе, да. То есть любые связи, способствующее тому, что ты будешь получать больше обратной связи с рынка, со стороны инвесторов.

Сергей Ореханов:

Но опять же, пример, который я привёл, человек, который ко мне обратился, я его свел как раз с проектом, и у них пошла работа, совершенно верно.

Владимир Макаров:

Да, это первый шаг.

Сергей Ореханов:

Володя, вопрос, очень интересно услышать о направлениях, которые ты считаешь перспективными, которые вы отсматриваете, которые по вашим прогнозам должны, если не изменить мир, то существенно... Давай, если уж мы говорим про инвестирование, направления перспективные, в которые, на твой взгляд, есть за которыми будущее, есть смысл инвестировать и пересматривать проекты оттуда.

Владимир Макаров:

Направлений очень много, на самом деле. Но то, что мы видим, сейчас пик развития технологий, идут в направлении искусственного интеллекта. Тут очень много ответвлений, потому что он может применяться и в медицине, то есть, с одной стороны, это вроде как медицина, с другой стороны, это искусственный интеллект. Финтех развивается очень сильно, блокчейн, как элемент, в основном он развивается в финтехе сейчас, как технология, которая финтех очень сильно двигает вперёд. Если мы говорим о медицине, там тоже огромные сейчас технологические прорывы.

Сергей Ореханов:

С питанием, я прослушал, сказал ты или нет, с агро тоже.

Владимир Макаров:

Там тоже есть, но, на самом деле, если мы говорим о технологиях, сейчас такой промежуток времени, на мой взгляд, когда действительно происходят прорывы в очень большом спектре.

Сергей Ореханов:

Хорошо, Володя, у нас время, к сожалению, уже подходит. Друзья, что я хочу сказать. Действительно, сейчас время такое, время цифровой экономики, которое, если вы занимаетесь бизнесом, лучше не упускать, чтобы потом не кусать локти. Поэтому мы будем продолжать наши передачи. В ближайшей передаче мы расскажем вам о новых и интересных инвестиционных инструментах. Подписывайтесь на нашу рассылку, пишите нам и до новых встреч.

Владимир Макаров:

Спасибо до свидания.