Внутренний ценностный конфликт как фактор агрессивности в юношеском возрасте

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

УДК 159.9.072

ВНУТРЕННИЙ ЦЕННОСТНЫЙ КОНФЛИКТ КАК ФАКТОР АГРЕССИВНОСТИ В ЮНОШЕСКОМ ВОЗРАСТЕ

М.К.АКИМОВА*, А.В.КИСЕЛЕВА Психологический институт РАО, Москва

На выборке из 185 студентов вуза в возрасте 17-20 лет (95 юношей и 90 девушек) изучали влияние внутреннего ценностного конфликта на агрессивные проявления личности. Для диагностики агрессивности применяли проективные методики «Рисуночной фрустрации» С. Ро-зенцвейга и «Рисунок несуществующего животного» М.З. Дукаревич, а также метод интервью. Особенности ценностной сферы изучались при помощи модификации методики «Ценностные ориентации» М. Рокича и авторского варианта методики «Незаконченные предложения». Для диагностики уровня интеллектуального развития использовали Тест умственного развития абитуриентов и старшеклассников (АСТУР), разработанный К.М. Гуревичем, М.К. Акимовой и др. Показано, что высокий уровень умственного развития способствует более адекватному и оптимистичному взгляду на себя, свои возможности, собственную реализацию и тем самым препятствует формированию негативного отношения к окружающему миру, враждебности к нему. Низкий уровень умственного развития приводит к пессимистичным ожиданиям относительно взаимосвязи ценностей, стоящих за ними потребностей и возможностей их удовлетворить, что стимулирует агрессивные проявления у молодых людей

Ключевые слова: внутренний ценностный конфликт, фактор агрессивности, юношеский возраст.

Введение

Культурно-исторический подход в психологии рассматривает культурные факторы, модели и сценарии как психологические, а психические особенности и черты, и также личность в целом - как культурно обусловленные (Выготский Л.С., 1991 [5]; Леонтьев А.Н., 1975 [9]; Рубинштейн С.Л., 1976 [15]). Иначе говоря, культура представляется и как источник, и как результат воздействия на человека, его психику и поведение.

Попытки объяснить при помощи культуры многообразие личностных типов,

© Акимова М.К., 2009

* Для корреспонденции:

Акимова Маргарита Константиновна

доктор психол. наук, старший научный сотрудник,

и.о. зав. лаб. диагностики и коррекции

психологического развития ПИ РАО

125009 Москва, ул. Моховая, 9, стр.4

E-mail: m.k.akimova@rambler.ru

мышления и поведения характерны и для зарубежной психологии (Берри Дж., 1997 [19]; Мацумото Д., 2003; Триандис Г., 2007 [17]). Но важно понимание механизмов, факторов и характера влияния культуры на психику индивидов.

Ценности являются производными от специфики социально-культурного бытия человека. Система ценностных ориентаций личности формируется путем интериори-зации социально-культурных ценностей (Донцов А.И., 1974 [7]; Леонтьев Д.А., 2003 [10]). Являясь регуляторами социального поведения человека, они представляют собой динамическую систему, зависящую от обобщенных отношений к миру, складывающихся в определенном возрасте. Поэтому следует признать, что социальная ситуация развития опосредует общекультурное влияние ценностей на поведение индивида.

В статье будут изложены результаты исследования, посвященного изучению особенностей ценностного сознания юно-

шей и девушек, индуцирующих агрессивные проявления в обыденной жизни.

Ценности, согласно распространенной в психологии точке зрения, являются основой познания и конструирования целостного образа мира, а также осмысления и оценки личностью окружающих ее людей и ситуаций и собственных отношений к ним (Андреева Г.М., 2000 [2]; Донцов А.И., 1974 [7]; Леонтьев Д.А., 2003 [10]). Л.С. Выготский в свое время указывал на то, что «природа сознательной жизни человека организована таким образом», что он отвечает радостью на все, что переживает как имеющее известную «ценность» и чем его «воля побуждается к соответствующим стремлениям» (1970, с. 120) [4].

Значение ценностных ориентаций в психической регуляции поведения и деятельности личности дает возможность предположить существование определенной взаимосвязи между ценностной системой конкретного человека и частотой использования им агрессивных моделей поведения.

Ценности возникают и развиваются как производные от человеческого бытия, характеризуют его отношения с миром и отражают степень приобщенности индивида к определенной культурной общности, степень усвоенности ее мотивацион-ных и когнитивных образований (Леонтьев Д.А., 2003) [10].

Вместе с тем исследователями подчеркивается, что знания и положительного отношения к ценности недостаточно, чтобы она стала личностно значимой. «Необходимым условием этой трансформации является практическое включение субъекта в коллективную деятельность, направленное на реализацию соответствующей ценности» (Леонтьев Д.А., 2003, с. 230) [10]. Это положение самым непосредственным образом перекликается с идеями Выготского об условиях развитии у ребенка морального поведения: «Надо так организовать школьную жизнь, чтобы ребенку было выгодно идти в ногу с коллективом,

как это ему бывает выгодно в игре; чтобы расхождение с коллективом так же лишало для него смысла жизнь, как и выпадение из игры» (1991. с. 270) [5].

В подростковом возрасте ценностные ориентации, с нашей точки зрения, функционируют чаще всего как знаемые. В юности начинается практическая деятельность, направленная на применение ценностей, так как в этот период в связи с началом «действенного самоопределения» происходит активное утверждение своей жизнедеятельности, реализация планов, освоение определенной профессии (Толстых А.В., 1988) [16].

Выступая для индивида в качестве некоторых критериев оценки действительности, других людей и самого себя, ценности проявляются в произвольной активности человека в тех случаях, когда имеется возможность выбора того или иного способа поведения.

Система ценностных ориентаций обладает сложной структурой, компоненты которой прослеживаются в конкретных видах общественных отношений. «Ценностные ориентации, как и любую психологическую систему, можно представить как многомерное динамическое пространство, каждое измерение которого соответствует определенному виду человеческих отношений и имеет у каждой личности разные веса» (Ломов Б.Ф., 1984, с. 36) [11]. Сфера ценностного сознания личности, по мнению М.И. Бобневой, представляет собой гетерогенное образование, включающее в себя компоненты, различные по своему происхождению (1995) [3].

Специфика социальной ситуации развития в юношеском возрасте предрасполагает к возникновению конфликтов в сфере ценностного сознания. К. Роджерс, анализируя особенности феномена ценностей, отмечал, что «почти в каждой стране молодежь испытывает глубокую неуверенность относительно своей ценностной ориентации» (Роджерс К., 2002, с. 389) [14]. По его мнению, это связано с тем, что

«большинство наших ценностей интрое-цировано в нас другими индивидами или группами, значимыми для нас, однако эти ценности рассматриваются как свои соб-ственные...существует глубокое и не признаваемое нами расхождение между этими знаемыми ценностями и тем, о чем с очевидностью свидетельствует собственный опыт» (там же, с. 397-398) [14]. Из-за того, что интроецированные ценности резко отличаются от того, что происходит в собственном опыте человека, он оказывается в разладе с самим собой, что может порождать и агрессивность, и тревожность, и незащищенность.

Г. Крайг также акцентирует внимание на том, что ценностный конфликт является одним из центральных моментов в развитии личности в юношеском возрасте, а восприимчивость молодежи к новым идеям и ценностям является «движущей силой изменения ценностной структуры общества» (2000, с. 621) [8].

Х. Ремшмидт (1994) [13] рассматривает подростковый и юношеский возрастные этапы как периоды «концентрации конфликтов», часто приводящие к поведенческим отклонениям.

Е.Б. Фанталова в качестве одной из характеристик ценностного сознания рассматривает соотношение между двумя его плоскостями: «между плоскостью, вмещающей в себя осознание ведущих жизненных ценностей, личностных замыслов, дальних жизненных целей, и плоскостью всего, что является непосредственно доступным, связанным с осуществлением конкретных, легкодостижимых целей, находящихся в обозримом психологическом поле» (2001, с. 25) [18]. С нашей точки зрения, сильное расхождение двух плоскостей ценностного сознания - плоскости «желаемого» и плоскости «непосредственно доступного в ближайшем будущем» - может приводить к разбалансировке, некон-систентности ценностного сознания и порождать частое использование агрессивных моделей поведения социально психо-

логически относительно благополучными юношами и девушками.

Вместе с тем нельзя не отметить, что поведение личности, а также система ее потребностей, мотивов, ценностей всегда опосредуются процессом отражения и осмысления человеком окружающего мира, общества, других людей и себя. Это значит, что нельзя недооценивать роль интеллектуального фактора в стимулировании агрессивных тенденций в условиях разбалансировки ценностного сознания.

Методика

В нашем исследовании для диагностики агрессивности студентов вуза были использованы проективные методики «Рисуночной фрустрации» С. Розенцвейга и «Рисунок несуществующего животного» М.З. Дукаревич с системой анализа, предложенной М.К. Акимовой, Т.Н. Алехиной и Ж.В. Таратутой, а также данные опроса экспертов на основе специально разработанного диагностического интервью. Особенности ценностной сферы изучались при помощи модификации методики «Ценностные ориентации» М. Рокича и авторского варианта методики «Незаконченные предложения».

Модификация методики М. Рокича заключалась, во-первых, в том, что испытуемым предлагалось оценивать каждую ценность по 20-балльной шкале, так как важно, с нашей точки зрения, не столько выявлять иерархию ценностей, сколько диагностировать «силу», или степень выраженности потребности, формирующейся на основе каждой ценности. Во-вторых, вслед за Е.Б. Фанталовой мы считали важным измерить как степень значимости каждой ценности, так и степень ее доступности, легкости достижения в ближайшем будущем. Для этого также применялась 20-балльная шкала.

Мы ограничились измерением только «терминальных (по М. Рокичу) ценностей, исключив из их состава ценности «долг», «красота» и «справедливость». Это было связано с тем, что в пилотажном исследо-

вании студенты воспринимали их как некоторые абстрактные, менее «личные» категории и устойчиво испытывали трудности в оценке их значимости и доступности.

Предложенная модификация методики позволила получить два дополнительных показателя. Один из них, представляющий собой разность между степенью «значимости» ценности и «прогнозом ее удовлетворения» в ближайшем будущем, был назван нами «индексом дефицита» (ИД - разность между степенью значимости ценности и прогнозом ее удовлетворения). Высокий ИД свидетельствует об относительно неблагоприятном прогнозе удовлетворения соответствуюшей ценности-потребности в ближайшем будущем, низкий - о достаточно благоприятном.

Другой параметр был назван нами «индексом конфликтогенности» (ИК). Он представляет собой среднее арифметическое индексов дефицита испытуемого. Индекс конфликтогенности является, с нашей точки зрения, показателем, отражающим степень рассогласованности (неконси-стентности) ценностной сферы личности. Его высокое значение у испытуемого свидетельствует о напряженности ценностной сферы личности и может служить своего рода индикатором внутриличностного конфликта.

Для дополнения описания особенностей ценностной сферы был применен вариант методики «незаконченные предложения». Он включал в себя 30 незаконченных предложений, 18 из которых были направлены на уточнение смысла, вкладываемого каждым испытуемым в содержание предложенных ценностей. Например, «интересной, с моей точки зрения, следует называть такую работу...». Остальные предложения могли существенно дополнить представления о психологических особенностях испытуемых. Например: «Я предполагаю, что каждый человек должен стремиться к.».

Для диагностики уровня интеллектуального развития использовался Тест ум-

ственного развития абитуриентов и старшеклассников (АСТУР), разработанный К.М. Гуревичем, М.К. Акимовой, В.Г. Зар-хиным и др.

Исследование проводилось на базе Московского государственного университета дизайна и технологии (МГУДТ); в нем участвовали 185 студентов в возрасте 17-20 лет (95 юношей и 90 девушек).

Результаты и обсуждение

На первом этапе исследования изучались уровни проявления агрессивности студентов. Результаты с использованием методики «Несуществующее животное» представлены в таблице 1.

Таблица 1

Распределение испытуемых по симптомо-комплексу «агрессивность» методики «Несуществующее животное»

Количество баллов Юноши

0-4 8,10 32,22 23,78

5-7 17,84 52,22 43,24

8 и более 25,40 15,56 32,98

По методике «Рисуночной фрустрации» в качестве показателя агрессивности был использован индекс «чистой агрессии», характеризующий направленность человека на обвинение других лиц. Результаты, полученные с помощью этой методики, представлены в таблице 2.

Таблица 2

Распределение испытуемых по показателю «чистой агрессии»

Количество баллов Юноши

0-1,5 12,64 32,23 22,16

2-3,5 23,16 33,33 28,11

4-5,5 33,68 21,11 27,57

6 и более 30,52 13,33 22,16

Корреляция (по Спирмену) между показателями агрессивности, полученными с помощью методик «Несуществующее животное» и «Рисуночная фрустрация», равна 0,89 (р<0,01).

Помимо описанных методик для выявления агрессивности использовался опрос экспертов, которыми выступали преподаватели МГУДТ, сотрудники деканатов, вспомогательно-технический персонал, студенты. Каждый испытуемый оценивался 6 экспертами по предложенной балльной шкале; показателем агрессивности служило среднее арифметическое баллов, поставленных экспертами. В таблице 3 приведены данные экспертного опроса.

Корреляции показателей агрессивности, полученных с помощью экспертных групп, с результатами методик «Несуществующее животное» и «Рисуночная фрустрация» равны соответственно 0,85 и 0,91 (р<0,01). Высокий уровень совпадения показателей агрессивности по всем трем методам позволил применить комплексную оценку агрессивности, по которой испытуемые были разделены на 3 группы:

- «высоко-агрессивные» (61 человек -33% от общего числа студентов, среди них 47 юношей и 14 девушек);

- «умеренно-агрессивные» (80 человек -43,2 %, среди них 33 юноши и 47 девушек);

- «низко-агрессивные» (44 человека -23,8%, среди них 15 юношей и 29 девушек).

На втором этапе исследования у студентов изучались ценностные ориентации

с помощью модифицированной методики М. Рокича. Анализ средних по всей выборке показателей свидетельствует о том, что наиболее «значимыми» для представителей этой образовательно-возрастной группы являются ценности «материальное благополучие» - 17,86 баллов; «любовь» -17,71; «дружба» - 17,44; «здоровье» - 16,84. Средние по всей группе показатели прогноза «вероятности удовлетворения стоящей за ценностью потребности» ниже, чем оценки их значимости. Кроме того, они свидетельствуют о том, что лишь такие ценности, как «здоровье» - 15,37, «дружба»

- 14,41 и «семья» - 14,27, представляются студентам относительно легкими для достижения в ближайшем будущем.

Сравнительный анализ показателей ценностной сферы у групп испытуемых, различающихся по параметру «агрессивность», позволил выявить существенные различия. Студенты с высокими показателями по этому параметру в целом ниже оценивают значимость предложенных ценностей по сравнению с другими группами, хотя эти различия чаще всего не достигают уровня значимости.

Исключение составляют балльные показатели таких ценностей, как «познание», «интересная работа», «гармония отношений с людьми», «счастье других людей»

- значимость различий между группами оценок этих ценностей на уровне р<0,01; «развитие, работа над собой» (р<0,05); они представляются менее значимыми для высоко-агрессивных студентов по сравнению с низко-агрессивными.

Сравнение показателей прогноза вероятности удовлетворения стоящей за ценностью потребности показало, что практически по всем ценностям существуют статистически значимые различия (р<0,01) между группами высоко-агрессивных и низко-агрессивных; исключение составляют ценности «любовь» и «развлечения», не обнаружившие различий.

Эти данные говорят о том, что высокоагрессивные испытуемые склонны воспри-

Таблица 3

Распределение испытуемых по показателям агрессивности, данным экспертной группой

Количество баллов Юноши

0-4 9,47 34,44 21,62

5-8 21,05 28,89 24,89

9-12 24,22 23,34 23,78

13-16 45,26 13,33 29,74

нимать значимые для них ценности как недоступные, трудные для достижения в настоящее время и в ближайшем будущем в отличие от низко-агрессивных, являющихся в этом отношении большими оптимистами.

Введенный нами индекс дефицита по каждой ценности выше у высокоагрессивных испытуемых по сравнению с высоко- и умеренно-агрессивными. Данные различия значимы (по критерию различий Манна - Уитни) между группами высоко- и низко-агрессивных (р<0,01).

Этот факт может свидетельствовать о существовании присущих агрессивным студентам пессимистических прогнозов относительно удовлетворения стоящих за ценностями потребностей.

Индексы конфликтогенности (среднее арифметическое индексов дефицита) выше в группе высоко-агрессивных испытуемых по сравнению с умеренно- и низкоагрессивными (р<0,01). В таблице 4 представлены средние индексы конфликтоген-ности трех групп испытуемых.

Таблица 4

Средние индексы конфликтогенности в каждой из групп студентов, различающихся уровнем агрессивности

Высокий индекс конфликтогенности агрессивных студентов подтверждает идею о неконсистентности ценностной сферы, выражающейся в том, что существует значительное расхождение между плоскостью представлений о значимом, желаемом и плоскостью представлений о непосредственно доступном, легко достижимом.

Применив корреляционный анализ по Пирсону, мы нашли высокий уровень связи (р<0,01). Между комплексными показателями агрессивности и индексами

конфликтогенности наших испытуемых (г=0,78).

Полученные данные, с нашей точки зрения, говорят о том, что использование агрессивных моделей поведения социально и психологически относительно благополучными молодыми людьми является своего рода разрядкой эмоциональной напряженности, обусловленной представлениями о невозможности реализации значимых ценностей в ближайшей перспективе, в ближайшем обозримом будущем.

Анализ ответов по методике «Незаконченные предложения» подтверждает этот вывод. Окончания предложений высокоагрессивных испытуемых демонстрируют менее определенный и четкий «образ будущего», часто окрашенный в мрачные тона (у 85,25% студентов). Будущее у них в немалой степени определяется уровнем материального благополучия; с этим связана оценка будущей работы (у 70,53%), надежда на создание семьи. В целом группа высоко-агрессивных студентов характеризуется большей прагматичностью и реалистичностью планов по сравнению с низкоагрессивными. Так, типичны для агрессивных студентов следующие окончания предложения «Самым большим моим желанием является...»: «хорошо устроиться в жизни» (29,51%), окончить университет и найти высокооплачиваемую работу» (24,59%), «купить квартиру, машину» (19,67%), «сдать сессию, экзамены» (16,39%), «отдохнуть» (8,2%). Низко-агрессивные студенты это предложение заканчивают менее прагматично, более абстрактно: «осуществить свои мечты» (27,27%), «найти свою любовь» (22,73%), «состояться в жизни» (15,91%), «стать достойным человеком» (15,91%), «самореализоваться» (13,54%).

Анализ окончаний предложений показал, что исключительной значимостью для высоко-агрессивных студентов обладает ценность «материальное благополучие». Завершая предложение «Я считаю, что одной из основных ценностей в жизни современного человека является.», 37,7%

Группы испытуемых Показатели ИК

Низко-агрессивные 1,99

Умеренно-агрессивные 2,46

Высоко-агрессивные 5,33

из них назвали «материальное благополучие»; на втором месте - «карьера» (19,67%). У низко-агрессивных студентов ответы на это предложение отличаются большим разнообразием, но упоминания материального благополучия среди них нет. Типичными ответами для них являются: «хорошая семья» (20,45%), «любовь» (18,18%), «верные друзья» (13,64%).

Материальное благополучие понимается высоко-агрессивными студентами как «стабильно высокая зарплата» (22,96%), «возможность ни в чем себе не отказывать» (19,67%), «полная независимость от родителей» (19,67%), «большой финансовый капитал» (16,39%), «все можно себе купить» (13,11). Ответы низко-агрессивных студентов по вопросу о материальном благополучии качественно иные: «денежный достаток» (25%), «возможность приобретения необходимого» (25%), «комфортная жизнь» (20,45%), «деньги» (20,45%), «получение стипендии» (9,09%).

Таким образом, если для низкоагрессивных испытуемых материальное благополучие понимается как достаток, достаточное для жизни количество денег, высоко-агрессивные студенты делают акцент на высоком уровне материального благополучия, позволяющем добиваться многого в жизни - независимости, высокого социального статуса, обладания многими вещами, получения образования, создания семьи. Материальное благополучие для них - не только терминальная ценность, но и средство достижения многих целей. Осознание невозможности достижения желаемого материального положения в ближайшей перспективе оказывает влияние на формирование образа будущего, а также стимулирует повышенную агрессивность как разрядку конфликтной ценностной сферы.

Мы предположили, что агрессивные модели поведения, используемые юношами и девушками, имеющими неконсистентную, конфликтную ценностную сферу, могут в определенной степени быть связаны

со спецификой осознания, понимания своих проблем, трудностей, желаний и интересов, оценки перспектив своей жизни, а также осмысления причинно-следственных отношений между потребностями и способами их удовлетворения, ценностями и возможностями их достижения.

Поэтому мы, использовав интеллектуальный тест, сравнили группы высоко- и низко-агрессивных студентов по уровням умственного развития (по критерию Манна - Уитни).

Нами были найдены значимые (р<0,01) различия между ними, показывающие, что низко-агрессивные студенты имеют более высокий уровень умственного различия. Это было обнаружено как при сопоставлении общих показателей АСТУРа (табл. 5), так и по показателям нескольких субтестов («Осведомленность», «Двойные аналогии», «Обобщения», «Логические схемы»). Это вербальные субтесты, демонстрирующие умения испытуемых рассуждать, анализировать, делать выводы.

Таблица 5

Распределение испытуемых в подгруппах, различающихся уровнем агрессивности, по успешности выполнения АСТУРа

Процент выполненных заданий Высокоагрессивные

до 35 83,60 61,03

36-60 15,46 35,67

61 и выше 0,94 3,30

Изучение интеллектуальных факторов в качестве детерминант проявлений личности лежит в контексте, во-первых, представлений о целостной индивидуальности, в которой во взаимодействии находятся личностные и когнитивные особенности, и проведенных в этом направлении как отечественных, так и зарубежных исследований (Ананьев Б.Г., 2001 [1]; Голубева Э.А., 1993 [6]; Айзенк Г., 1993; и др.). В этих

работах, однако, описывалось и акцентировалось влияние личностных параметров на интеллектуальные характеристики, а не наоборот.

Во-вторых, наши результаты касаются также интеракционистских подходов к личности, согласно которым человек и среда образуют систему, функционирующую в единстве (Магнуссон Д., 1992 [22]; Эндлер

H., 1984 [20]; Хеттема Р., 1979 [21] и др.). Эти исследования показывают, что причины поведения следует искать не в чертах личности, а в социально и культурно обусловленных интерпретациях окружающего мира, себя и своих отношений с миром. Интерпретационная же деятельность человека, направленная на анализ и оценку как средовых факторов, так и себя, на наш взгляд, зависит от интеллектуальных характеристик. Наше исследование подтвердило это положение.

Заключение

Таким образом, влияние внутреннего ценностного конфликта на агрессивные проявления личности опосредовано уровнем умственного развития юношей и девушек.

Высокий уровень умственного развития способствует более адекватному и оптимистичному взгляду на себя, свои возможности, собственную реализацию и тем самым препятствует формированию негативного отношения к окружающему миру, враждебности к нему.

Низкий уровень умственного развития приводит к пессимистичным ожиданиям относительно взаимосвязи ценностей, стоящих за ними потребностей и возможностей их удовлетворить, что стимулирует агрессивные проявления у молодых людей.

Литература

I. Ананьев Б.Г. О проблемах современного че-

ловекознания. - СПб., 2001.

2. Андреева Г.М. Психология социального познания. - М., 2000.

3. Бобнева М.И. Феноменология ценностных систем личности // Вестник РГНФ, 1995.

4. Выготский Л.С. Спиноза и его учение об эмоциях // Вопросы философии. - 1970. -№ 6. - С. 120-132.

5. Выготский Л.С. Педагогическая психология. - М., 1991.

6. Голубева Э.А. Способности и индивидуальность. - М., 1993.

7. Донцов А.И. О ценностных отношениях личности // Сов. педагогика. - 1974. - № 5.

- С. 67-76.

8. Крайг Г. Психология развития. - СПб.,

2000. - С. 557-742.

9. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М., 1975.

10. Леонтьев Д.А. Психология смысла. - М., 2003.

11. Ломов Б.Ф. Методологические теоретические проблемы психологии. - М., 1984.

12. Психология и культура / Под ред. Д. Мацу-мото. - СПб., 2003.

13. Ремшмидт Х. Подростковый и юношеский возраст: проблемы становления личности.

- М., 1994.

14. Роджерс К., Фрейберг Д. Свобода учиться. -М., 2002.

15. Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. - М., 1976.

16. Толстых А.В. Возрасты жизни. - М., 1988.

17. Триандис Г. Культура и социальное поведение. - М., 2007.

18. Фанталова Е.Б. Диагностика и психотерапия внутреннего конфликта. - Самара,

2001.

19. Berry J.W. Immigration, acculturation and adaptation. // Applied Psychology: An International Review. - 1997. - Vol. 46. - P. 5-34.

20. Endler N.S. Interactionism. / In N.S. Endler & J.M. Hunt (Eds.) Personality and the behavioral disorders. - N.Y., 1984. - P. 183217.

21. Hettema P.J. Personality and adaptation. -Amsterdam, 1979.

22. Magnusson D. Individual development: a longitudinal perspective. // European J. of Personality. - 1992. - Vol. 6. - P. 119-138.

THE INTERNAL CONFLICT OF VALUES AS A FACTOR OF AGGRESSIVENESS IN ADOLESCENCE

M.K. AKIMOVA, A.V. KISELEVA Psychological Institute RAE, Moscow

A sample of 185 university students aged 17-20 years (95 youthes and 90 girls) studied the influence of the internal conflict of values on the aggressive manifestations of personality. To diagnose the aggressiveness used projective techniques «Pictorial frustration» S. Rosenzweig and «Picture of a nonexistent animal» M.Z. Dukarevich, as well as the method of interview. Features of the value spheres were studied using the modified technique «Values» M. Rokich and copyright variant technique «Incomplete proposals». To diagnose the level of intellectual development have used test of mental development entrants and high school students, developed by K.M. Gurevich, M.K. Akimova et al. Authors revealed that a high level of cognitive development contributes to a more adequate and optimistic view of themselves; their capabilities, their own implementation and thus prevents the formation of negative attitudes towards the world, hostile to him. The low level of intellectual development leads to pessimistic expectations about the relationship of values behind them the needs and possibilities to satisfy them, that stimulates the aggressive manifestations of young people.

Keywords: internal conflict of values, the factor of aggressiveness, a youthful age.