К вопросу об эквивалентности библейской фразеологии разных языков

(снижение частотности реакций, свидетельствующих об общей положительной оценке дружбы на 22 %, о нравственной положительной оценке - на 43 %, нравственная отрицательная оценка выросла на 3 %) и значительно реже ищут друзей среди коллег (частотность реакций, характеризующих близость на профессиональной основе, снизилась на 30 %). Они строят дружбу на близости вообще (безотносительно профессиональной деятельности или родственных отношений), возрастном равенстве, доверии. Они ждут от друзей помощи, понимания, общения, искренности, бескорыстия, силы и глубины в отношениях.

Все это свидетельствует об изменениях, произошедших в представлении о друге и дружбе в постсоветское время. Однако в коммуникативном отношении самой важной является тенденция к слиянию представлений о друге, приятеле, товарище и знакомом, которая наблюдается в сознании ряда молодых носителей русского языка. В конкретной речевой ситуации человек, названный другом одним из ее участников, может оказаться товарищем, приятелем или просто знакомым, не обладающим всеми качествами друга. Смысл сказанного окажется ложным, и это станет препятствием к эффективной коммуникации.

Список литературы

1. Гольдин, В. Е. Динамика языкового сознания современной молодежи по данным «Ассоциативного словаря школьников Саратова и Саратовской области» / В. Е. Гольдин,

А. П. Сдобнова, // Изв. Сарат. ун-та. Новая серия. Сер. Филология. Журналистика. Т. 7. 2007. С. 24-30.

2. Городецкая, Л. А. Ассоциативный эксперимент в коммуникативных исследованиях // Теория коммуникации и прикладная коммуникация : сб. науч. тр. // Вестн. Рос. коммуник. ассоциации. 2002. Вып. 1. С. 28-37.

3. Горошко, Е. И. Языковое сознание: гендерная парадигма. Харьков, 2003. 440 с.

4. Караулов, Ю. Н. Русский ассоциативный словарь : в 2 т. Т. 1. От стимула к реакции / Ю. Н. Караулов и др. М., 2002. 784 с.

5. Чернобров, А. А. О достоинствах и недостатках количественных эмпирических методов в лингвистике (обзор ассоциативных экспериментов с собственными именами за 199399 гг.) // КВАЛИСЕМ-2000 : сб. по итогам конф. Новосиб. гос. пед. ун-т. Новосибирск, 2000. С. 211-219.

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 2 (293).

Филология. Искусствоведение. Вып. 74. С. 112-117.

И. В. Кузнецова

К ВОПРОСУ ОБ ЭКВИВАЛЕНТНОСТИ БИБЛЕЙСКОЙ ФРАЗЕОЛОГИИ РАЗНЫХ ЯЗЫКОВ

Рассматриваются межъязыковые эквиваленты разных типов в сфере библейской фразеологии с точки зрения применения их в практике перевода и фразеографии, а также основные тенденции в динамике библейских фразеологизмов и их влияние на интернациональный характер.

Ключевые слова: библейская фразеология, тождество, типология фразеологических эквивалентов, динамические процессы.

Книга книг как общий элемент духовной вационно связанные с Ветхим и Новым Заве-

культуры оказала большое влияние на фор- том или апокрифическими

мирование и развитие фразеологии народов, христианскими текстами» [17. С. 190].

исповедующих христианство. Из-за разного По соотношению с текстами Священно-понимания объекта библейской фразеологии го Писания и способу образования БФ делят

(далее БФ) и ее границ существует несколько на цитатные, имплицитные, эксплицитные и

дефиниций БФ. Мы относим к ним ФЕ, «дери- народно-этимологические (псевдобиблеиз-

мы, «ложные», не имеющие прямых связей с Библией) [17. С. 191]. Связь ФЕ первых двух групп с Книгой книг бесспорна; именно среди них немало интернационализмов - калек, восходящих к библейским сказаниям (волк в овечьей шкуре, запретный плод). ФЕ двух других групп «не являются собственно библеизмами, они не связаны непосредственно с библейскими сюжетами, а лишь обнаруживают библейские реминисценции» [28. С. 23]; среди них есть интернациональные (в костюме Адама) и идиоэтничные, выявляющиеся на фоне универсальных (детей как у Адама). Эти единицы типичны для народной речи и часто ироничны. Именно они «показывают радиус действия Библии, глубину ее проникновения в ткань языка и мышления данного этноса, иллюстрируют его отношение к миру прошлого и настоящего» [31. С. 69-70]. Вопрос об отнесении их к библейской фразеологии спорен, но «в единицах такого рода содержатся “национальные вариации на библейскую тему”, и с познавательной, культурной точки зрения исключить их из корпуса библеизмов нельзя» [30. С. 143]. Цитатные и имплицитные ФЕ называют также прямыми библеизмами, эксплицитные и псев-добиблейские - косвенными [42. С. 11] (ср. альфа и омега и стар как Мафусаил). Есть и другие классификации [15. С. 51; 26. С. 40-41].

У лингвистов есть понятие фразеологического перевода. В фразеологическом переводе выделяют эквиваленты - ФЕ, равноценные переводимым оборотам по семантике, стилистической принадлежности, эмоционально-экспрессивной окраске, имеющие тождественный или приблизительно одинаковый компонентный состав и лексико-грамматические показатели: рус. возвращаться как (аки) пес на свою блевотину (своя блевотины); укр. вертатися немов (як) пес до своєї блювотини; болг. връщам се като куче на бълвоча си; серб. поврНе се ка’ и пас на блувотину; рус. добрый (милосердный, устар. милостивый) самаритянин (самарита-нин, самарянин), чеш. milosrdny samaritan, нем. barmherziger Samariter; аналоги, отличающиеся друг от друга полной или частичной заменой образа [7. С. 235]: рус. бородатый как Саваоф; в.-луж. brodaty kaz wёcny zid; чеш. bradaty jako Kristus; нем. b^tig wie Jesus sein и контекстуальную замену - применение при переводе оборота с иным составом лексем, но точно передающей смысл и стилистическую окраску переводимой ФЕ: ср. рус. голос как труба иерихонская (иерихонская труба), бел. голас як

герыхонская (ерыхонская) труба, болг. глас като йерихонска тръба и слвц. hlas ako hrom. Выделяют моноэквиваленты (полные эквиваленты и частичные - грамматические, лексические, ФЕ с разной образностью при тождестве смысла и стилистической окраски), когда переводимому обороту соответствует одна определенная ФЕ, и выборочные - ряд ФЕ-синонимов к переводимой ФЕ [20. С. 8-10]. Частичные ФЕ-эквиваленты определяют как отношения неполного (частичного) тождества - промежуточные ступени, существующие наряду с отношениями полного тождества и полного различия ФЕ [23. С. 24].

Полные эквиваленты ориентированы на тождество смысла, лексем и структуры: рус. Содом и Гоморра, нем. Sodom und Gomor-rha; рус. прекрасен как Иосиф, нем. schon wie Joseph (книжн. или шутл.-ирон.); рус. золотой телец, укр. золотий телець, в.-луж. zloto celo, нем. das goldene Kalb. Для отдаленно родственных языков они не совсем типичны, так как на фразеологизмы как единицы вторичного образования влияют первичные системы - лексическая и грамматическая. Так, в немецком языке нет притяжательных прилагательных, поэтому рус. в костюме Евы соответствует в немецком языке композит in Evakostum. Метафорически или экспрессивно сложные слова есть и в венгерском языке: рус. золотой телец, венг. ara-nyborju. Это неполные ФЕ-эквиваленты, обнаруживающие смысловое и лексическое тождество при неполном структурном: рус. костюм Евы, в.-луж. ёwiny kostim, нем. Evakostum.

Неполные эквиваленты имеют и тождество структуры при частичном тождестве компонентов: ср. рус. блудный сын, укр. блудний (блудящий) син, болг. блудният син, серб. bludni sin; польск. marnotrawny /расточительный/ syn (marnotrawny syn), кашуб. [to je] marnotrowny syn. хорв. rasipni sin, англ. [the] prodigal son и хорв. izgubljeni /потерянный/ sin, нем. der ver-lorene Sohn. Здесь в разных языках в качестве основы номинации избираются различные черты одного сюжета: младший сын из евангельской притчи (Лк 15, 11-32) отправился странствовать, «расточил имение свое, живя распутно» (Лк 15, 13), затем, раскаявшись, вернулся в отчий дом и покаялся в содеянном. Эта история в фразеологии православных христиан привела к появлению субстантивных ФЕ со следующими значениями, актуализирующимися в текстах: 1) «беспутный, нравственно нестойкий, легко поддающийся соблазнам

человек»; 2) «человек, покинувший свой дом, а затем вернувшийся»; 3) «человек, раскаявшийся в своих ошибках, заблуждениях и прегрешениях и вернувшийся к разумной жизни»; 4) «человек, надолго исчезнувший, а потом неожиданно появившийся». При этом болгарскому БФ соответствуют русские ФЕ «блудный сын» и «заблудшая овца (овечка)» [5. С. 53]. Во фразеологии католиков актуализируются иные черты ситуации: мотовство и неспособность исправиться.

Неполные эквиваленты обычно относятся к одной тематической группе. Таковы псев-добиблейские ФЕ со структурно-семантической моделью (ССМ) «умный + как + одежда (ее часть; обувь) Соломона» = ‘очень глупый’: укр. мудрий (розумний) як Соломоновi штани (портки); розумний як Соломотв папуць; лемк. мудрый як Соломоновы ногавиц (mHi); бел. razumny jak salamonawyje portki; х1тры як саламонавыя портю; пол. mqdry jak salo-monowe spodnie; mqdry jak Salomonowe patyn-ki (papucie, pantofle); mqdry jak salomonowa czapka; кашуб. modry (mqdri) jak salomonowe (Salomonowe) buksё; mqdri jak Salamonowe Ы^ё; чеш. moudry jako salomounove galaty (salomounovy gatё, holenky); moudry jako salomounova kosula; слвц. mudry ako Salomunove nohavice (Salomunovo pudlo). При описании БФ-универсалий можно пренебречь их чисто грамматической спецификой (способом соединения компонентов, порядком слов), малозначимой прагматически и семантически. Важно, что ФЕ имеют общую относительно устойчивую ССМ с квалитативным или (и) квантитативным варьированием компонентов, не влияющим на их семантику.

Неполные эквиваленты отличаются и объемом значений; одно из них может быть специфичным. Так, нет семантических аналогов в других языках у в.-луж. zloto celo «богатая, но глупая невеста» [34. С. 361], нем. arm wie Hiob (Job) и arm wie Lazarus «иметь плохой набор карт (о картежнике)» [41. С. 141-142; 187]. На базе первичного значения «голый, без одежды» у чеш. naha jako Eva сформировалась дополнительная семантика «иметь небогатый, бедный гардероб (о женщине)» [39. С. 98], а у БФ milosrdny samaritan, исходная семантика которого «сострадательный, бескорыстно оказывающий помощь человек», - «работник скорой помощи». В русском языке последний БФ может иметь энантиосемичное значение: А потом добавил, что беспокоится о

моей безопасности. Прямо добрый самаритянин! - Да уж, на воре шапка горит [1]. На фоне тождественного исходного значения «добродетельный, непорочный, благонравный, не поддающийся соблазнам и искушениям человек», «красивый, скромный и целомудренный юноша» - ср. с рус. целомудрен как Иосиф [Прекрасный] болг. непорочен (невинен, чист) като Йосиф - нем. keusch wie Joseph приобрело в разговорном языке дополнительные шутливые оттенки семантики: «о человеке, отказывающемся от сексуальных предложений» и «о сексуально воздержанном, отказывающемся от не соответствующих общественным нормам предложений человеке» [41. С. 155-156] (они в современном языке тоже устаревают): Первичная БФ относится к высокому, книжному стилю, но может приобретать в разговорной речи и шутливую окраску. В восточнославянских языках у БФ гол как Адам появляется инновационное вторичное значение «быть без имущества, не иметь денег, быть бедным», что связано с полисемией прилагательного в основании сравнения: рус. У меня ведь даже паспорта нет. Ничего нет. Гол как Адам [8]; укр. «Ми давно живемо, як у раю». - «Що, усе є?» - «Та ні, як Адам та Єва голі й босі!», закрепленное узусом и зафиксированное словарями в лемков-ских говорах восточной Словакии и некоторых западнославянских языках: лемк. зустати як Адам [6. С. 18]; чеш. nahy jako Adam [39. С. 31]; польск. goly jak Adam [35. С. 25]. В русском языке у этой ФЕ актуализируется семантика «чувствовать себя неловко, стесненно, не так, как всегда; чувствовать себя незащищенным»: Отними у человека ложь - и он почувствует себя голым, как Адам в театральном фойе [12] и «предельно откровенный, такой, как есть»: «В своих стихах я голый как Адам» [16]; Самим собою, голым, как первозданный Адам, как ребенок, голым входящий в мир, предстает человек в известном стихотворении испанского поэта Хуана Рамона Хименеса [19] - ср. со строками: Здесь исповедью я хочу очистить душу: При случае хочу - и с позволенья дам Я обнажить себя, как праотец Адам [10].

БФ могут различаться за счет конкретизирующих признаков: укр. ждати (чекати) як Мєсію (Мєсії) кого; болг. очаквам (чакам) като Мессия някого; хорв. cekati kao Mesiju koga [32. С. 238]; польск. czekac (wyglqdac) jak Zydzi Mesjasza kogos [38. С. 979]; венг. var-jak mint a Messiast; слвц. cakat ho ako Zidia Mesiasa koho [43. С. 375; С. 408] (только о

людях) - рус. ждать (ожидать) как [жиды (евреи)] Мессию ([прихода] мессии) (о людях и абстрактных понятиях), ср. контексты: ... ждали Павла на престол российский, как Мессию... [14]; И если стоустая молва донесет известия, что «новый» доступен и добр, то такого « доброго» ждут в каждом уголке Сибири, как Мессию, повторяя с трогательным оптимизмом слова некрасовской Ненилы: «Вот приедет барин!» [25]; Чтобы достигнуть своей цели и между тем согласить чувства верноподданного шведского короля с нетерпеливою любовью к знаменитости, он ожидал мира, как жиды мессии [21]; .они хорошо знают, что во всей России только народ-победитель, русские крестьяне, находится в состоянии рабства; они ждут своего освободителя, как евреи своего Мессию [13]; Русская интеллигенция молилась на это собрание, ожидала его открытия как прихода Мессии... [9].

Межъязыковая фразеоэквивалентность предполагает приблизительно одинаковую меру речевой употребительности. Компаративизм наг (гол) как Адам (голые как Адам и Ева) известен многим языкам: укр. гол як Адам; голі як Адам і Єва [у раю] чеш. nahy jako Adam [v raji]; naha jako Eva [v raji]; слвц. nahy ako Adam; nahi ako Adam a Eva; диал. holi jag Adam; нем. nackt wie Adam; фр. nu comme Adam. У южных славян ФЕ со структурой сравнения (болг. гол като Адам (голи като Адам [и Ева] в Рая) ; слвн. nag (gol) kot Adam; хорв. gol kao (ko) Adam) появились совсем недавно. В Хорватии компаративизм известен лишь южным диалектам [37. С. 362], а в Болгарии не зафиксирован в словарях и работах по фразеологии, но встречается в интернетовских материалах. Поэтому их функциональным эквивалентом будут не сравнения, а БФ некомпаративного типа. В отличие от в.-луж. kosic kaz Judas, польск. caluje jak Judasz Christusa и кашуб. calowac jak Judosz, рус. целовать как Иуда малоупотребительно и устарело: И се - тебя Не как Иуда я целую, Но как разбойник одесную; «Христос воскрес» -кричу, любя, О, Русь, тебя [2]. Резкий контраст в частотности употребления нарушает эквивалентность, поэтому функциональным тождеством западнославянским БФ будут рус. Иудин поцелуй (поцелуй Иуды) и нем. Judaskuss.

Иногда семантика, сочетаемость и стилистика внешне тождественных БФ различается: ср. межъязыковые омонимы рус. иерихонская труба (книжн. и шутл.) «кто-, что-л. громогласное; оглушительный голос» и слвц. tmba

Jerichova (jerichovska truba) (разг.) «глупец, отпетый дурак» [33. С. 40; 36. С. 144]. Здесь мы видим неполное тождество смысла и за счет стилистических различий. На семантику словацкого оборота повлияла, видимо, ФЕ sprosty (hlйpy) ako tmba [40. С. 231] с тем же значением (ср. также польск. разг. trqba «растяпа, шляпа, лопух»). Подобные пары являются в сфере фразеологии «ложными друзьями переводчика»: рус. язык прилип к гортани у кого-л. «кто-л. замолчал от удивления, неожиданности, страха и т. п.» и нем. jmdm. klebt die Zunge am Gaumen /досл. язык липнет на небе/ «кому-л. очень хочется пить; кто-л. испытывает сильную жажду» [23. С. 28]. По структуре и составу компонентов рус. глас вопиющего в пустыне, укр. глас вопіющего в пустині (голос волаючого в пустелі), серб. глас вапиіуЬег у пустими; слвн. glas vpijocega v puscavi «о тщетном призыве, остающемся без отклика» соответствует нем. Es ist eine Stimme eines Pre-digers in der Wuste (именно эти БФ приводятся во многих двуязычных словарях, в том числе и фразеологических). Однако в наши дни данная ФЕ в немецком языке не употребляется, а книжн. ein Prediger (Rufer) in der Wuste /проповедник (глашатай) в пустыне/ «человек, чьи предупреждения остаются без всякого ответа» отличается от славянских семантически. Поэтому в некоторых случаях лишь точная формулировка значения поможет иноязычному пользователю избежать искушения перевести ФЕ на тот или иной язык оборотами родного языка с тем же компонентным составом, но с омонимичным значением.

Устаревание ФЕ как причина отличий в библейской фразеологии разных языков наблюдается довольно часто. Так, нем. der alte Adam имеет в немецком языке книжную или шутливую окраску; рус. старый Адам устаревает, но употребляется в языке. В чешском языке БФ stary Adam совсем вышел из употребления, поэтому не фиксируется современными словарями [39], примеров с ним нет ни в Национальном корпусе чешского языка, ни в интернетовских источниках. Одна из причин устаревания - забвение мотивировки. Так, в наши дни совсем не употребляются рус. виноват как Иисус Христос перед жидами [22. С. 47] и укр. ви-новатий як Христос перед жидами [29. С. 205] «абсолютно невиновен» (предложенную нами этимологию см. в: 4. С. 270). ФЕ имеет вариант невинен как Христос перед жидами, который встречается сейчас, хотя и редко: Я все

узнал, я могу сказать тебе верно, что Элен невинна перед тобой, как Христос перед жидами [27]; Д. А. Медведев невинен, как Христос перед жидами; Если Е. А. Чичваркин невинен, как Христос перед жидами, можно рисовать с него икону, как это сделали убежденные в невиновности М. Б. Ходорковского [24] - ср. с лемк. невиный як Христос [6. С. 139]. Восточнославянские БФ устарели в силу своей «непрозрачности» для современного носителя языка и смены стилистической окраски этно-нимического компонента (с разговорной на грубо-просторечное, презрительное, бранное).

У БФ может быть «перезарядка» с позитивной оценки на негативную. Так, наиболее активная характеристика Соломона - коннотации с его непревзойденным умом; во многих языках есть сравнения с именем израильского царя с семантикой «очень умный». Однако компаративизм умен как Соломон может употребляться со значительной долей сарказма, приобретая энантиосемичное значение. Но лишь в некоторых словарях при БФ дана помета шутл. и ирон.: слвц. mudry ako Sala-mun zart. i iron. [40. С. 244]. Антонимия планов содержания и выражения приводит к смене стилистической окраски и экспрессивности (книжн., нейтр. -разг., шутл.-ирон.).

Особый интерес представляют новые по семантике, не встречающиеся прежде БФ. Такова русская ФЕ испытывать как Иова - ‘подвергать кого-л. суровым жизненным испытаниям, проверять с целью выяснения качеств, пригодности к чему-л.’, которая вычленяется из текстов: А теперь ты испытуешь его, как некогда испытывал Иова самыми тяжкими бедами [11]; Испытываешь? Как Иова, да? Сперва взял первого мужа, потом - Мишу, маму, а теперь... [18]. Часто появление в языке новой ФЕ объясняется заимствованием. Например, польск. biednyjakindykHioba [35. С. 144] является калькой с англ. as poor as Job’s turkey (об этимологии БФ см. в: 3. С. 87).

Таким образом, несмотря на внешнее сходство и общность источника, сопоставительный анализ библейской фразеологии обнаруживает как сходство, так смысловое и стилистическое отличие ФЕ. БФ, фиксируемые в дву- и полиязычных словарях, не всегда дают сведения о мере их тождества и характере расхождений между ними, а знание подобных нюансов нужно в практике перевода и обучения языку. Динамические процессы в сфере библейской фразеологии (уход в пассив, ограничение сферы употребления, поли-

семия и омонимия, появление БФ-неологизмов, возникновение новых значений у уже существующих в языке ФЕ) влияют на интернациональный или идиоэтничный характер БФ.

Мы рассмотрели БФ, имеющие хоть какие-нибудь точки соприкосновения. За пределами остались многочисленные ФЕ, употребляющиеся в определенной языковой зоне: серб. кош-тати (ста]'ати) као светог Петра каjгана^; макед. ke te koshta kako sveti Petar kajgana; хорв. (kostati) stajati kao svetog Petra kajgana / стоить как св. Петру яичница / ‘очень дорого стоить, обходиться кому-н.’ или встречающиеся в отдельных языках: рус. устар. лыс как адамова голова; слвц. to je taky kabat, ako co Adam v raji nosil ‘о старомодной одежде’; хорв. диал. proci kao Adam ‘попасть в безвыходное положение, потерпеть неудачу’; Adamu mijenjati pelene / Адаму менять пеленки / ‘быть очень старым’; венг. all, mint Balam szamara (a hegyen) / стоит как валаамова ослица (на горе)/ ‘ очень удивляется’ и так далее.

Список литературы

1. Баконина, М. Девять граммов пластита [Электронный ресурс]. 2000. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

2. Бенедиктов, В. Г. 7 апреля 1857 [Электронный ресурс]. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

3. Бетехтина, Е. Н. Фразеологизмы с библейскими именами. СПб., 1999. 172 с.

4. Бирих, А. К. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь / А. К. Бирих,

B. М. Мокиенко, Л. И. Степанова. М., 2005. 926, [2] с.

5. Болгарско-русский фразеологический словарь - Българско-руски фразеологичен речник / сост. А. К. Кошелев, М. А. Леонидова. М. ; София, 1974. 635 с.

6. Вархол, Н. Фразеологічний словник лемківських говірок Східної Словаччини / Н. Вархол, А. Івченко. Словацьке педагогічне видавництво в Братіславі, відділ української літератузи в Пряшеві, 1990. 160 с.

7. Влахов, С. Непереводимое в переводе /

C. Влахов, С. Флорин. М., 1986. 416 с.

8. Волков, А. Ликвидаторы. 2001 [Электронный ресурс]. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

9. Волков, О. В. Рождество в старом Петербурге [Электронный ресурс]. 1991. URL: http: // www.ruscorpora.ru.

10. Вяземский, П. А. Литературная исповедь: «Сознаться должен я, что наши хресто-

маты...» [Электронный ресурс]. 1854. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

11. Глушкин, О. Письмо для Бога [Электронный ресурс]. 1990-1999. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

12. Гуцко, Д. Осенний человек [Электронный ресурс]. 2001. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

13. Давыдов, Ю. Синие тюльпаны [Электронный ресурс]. 1988-1989. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

14. Долгоруков, И. М. Повесть о рождении моем, происхождении и всей моей жизни, писанная мной самим и начатая в Москве, 1788-го года в августе месяце, на 25-ом году моей жизни. Часть 4. 1791-1798 / 1788-1822 [Электронный ресурс]. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

15. Дубровина, К. Н. Энциклопедический словарь библейских фразеологизмов. М., 2010. 808 с.

16. Елютин, В. М. В своих стихах я голый как Адам. [Электронный ресурс]. 2007. URL: http: //www.ruscorpora.ru.

17. Івченко, А. Біблійна фразеологія верх-ньолужицкої мови // Питання сорабістики. -Львів : Видавничий центр ЛНУ імені !вана Франка, 1999. С. 190-196.

18. Катерли, Н. Дневник сломанной куклы [Электронный ресурс]. 2001. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

19. Круглов, С. Одинок ли человек перед лицом смерти? [Электронный ресурс] // Нескучный сад. 2008-2011. URL: http: //www.effafa.ru.

20 Кунин, А. В. Англо-русский фразеологический словарь. Предисловие. Т. 1. М., 1967. 738 с.

21. Лажечников, И. И. Последний Новик [Электронный ресурс]. 1833. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

22. Михельсон, М. И. Русская мысль и речь: Свое и чужое: Опыт русской фразеологии. М., 1994. Т. 1. 792 с.

23. Райхштейн, А. Д. Сопоставительный анализ немецкой и русской фразеологии. М., 1980. 143 с.

24. Соколов, М. Ю. [Электронный ресурс]. URL: htpp: //m-yu-sokolov.Hvejournal.com

25. Станюкович, К. М. В далекие края [Электронный ресурс]. 1886. URL: http: //www. ruscorpora.ru.

26. Степанова, Л. И. Очерки по истории чешской фразеологии. СПб. : Изд-во Санкт-Петерб. ун-та, 2003. 208 с.

27. Толстой, Л. Н. Война и мир [Электронный ресурс]. 1867-1869. URL: http: //www.rus-corpora.ru.

28. Трофимкина, О. И. Экспрессивные сербские и хорватские выражения, соотносимые с текстом Библии // Влияние Библии на литературные языки: материалы ХХХП Междунар. филол. конф. Вып. 27. СПб, 2003. С. 23-27.

29. Українські приказки, прислів’я і таке інше. Уклав М. Номис. Упоряд., приміт та вступна ст. М.М. Пазяка. - Київ : Либідь, 1993. 768 с.

30. Chlebda, W. Библия в языке - язык в Библии // Frazeologia a religia. Tezy referatow mi^dzynarodowego sympozjum naukowego. Opole : Wydawnictwo PRO, 1996. S. 142-143.

31. Chlebda, W. Библия в языке - язык в Библии // Problemy frazeologii europejskiej. II. Warszawa, 1997. S. 67-74.

32. Fink Arsovski, Z. Hrvatsko-slavenski rjecnik poredbenih frazema. Zagreb, 2006. 439 s.

33. Habovstiakova, K. Frazeologicky slovnik. Clovek a priroda vo frazeologii / K. Habovstiakova, E. Kroslakova. Bratislava, 1996. 176 s.

34. Ivcenko, A. Hornjoserbski frazeologiski slownik. Obersorbisches phraseologisches Wor-terbuch. Верхнелужицкий фразеологический словарь / A. Ivcenko, S. Wolke. Budysin (Bautzen), 2004. 576 s.

35. Komornicka, A. M. Slownik zwrotow і alu-zji biblijnych. Lodz : Archidiecezjalne Wydawnictwo Lodzkie, 1994. 299 s.

36. Kratky slovnik slovenskeho jazyka. Bratislava, 2003. 985 s.

37. Menac-Mihalic, M. Hrvatski dijalektni frazemi s antroponimom kao sastavnicom // Folia onomastica Chroatica 12-13 (2003-2004). S.361-385.

38. Nowa ksi^ga przyslow і wyrazen przyslo-wiowych polskich / pod red. J. Krzyzanowskiego. Warszawa, 1969-1978. T. 3.

39. Slownik ceske frazeologie a idiomatiky. Prirovnani. Praha, 1983. 496 s.

40. Smieskova, E. Maly frazeologicky slovnik. Bratislava, 1974. 297 s.

41. Walter, H. Wortebuch deutscher sprich-wortlicher und praseologischer Vergleiche. Teil 1. Hamburg, 2008. 332 S.

42. Ivcenko, A. Deutsch-russisches Worter-buch biblischer Phraseologismen / A. Ivcenko,

S. Wolke. Greifswald, 2009. 199 S.

43. Zaturecky, A. P. Slovenske prislovia, pore-kadla, йslovia a hadanky. Bratislava, 2005. 812 s.