Зарождение и развитие свекоманской оппозиции в Великом княжестве Финляндском

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 2

Д. В. Ковальов

ЗАРОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СВЕКОМАНСКОЙ ОППОЗИЦИИ В ВЕЛИКОМ КНЯЖЕСТВЕ ФИНЛЯНДСКОМ

Освещены вопросы, связанные с зарождением и развитием оппозиционного российскому царизму и финскому национальному возрождению движения свекоманов. Исследовано влияние на общественную мысль в Великом княжестве Финляндском идеологов движения свекоманов: А.-О. Фреуденталя, Л. Мехелина - и проанализировано общественно-политическое положение автономной Финляндии во времена правления императора Александра II - «хранителя финляндской конституции».

Ключевые слова: Великое княжество Финляндское; оппозиция; модерная нация; финляндская автономия; свекоманы.

D. V. Kovaliov

THE ORIGIN AND EVOLUTION OF SVEKOMAN OPPOSITION IN THE GRAND DUCHY OF FINLAND

The research is dedicated to questions related to the origin and evolution of the opposition to the Russian tsarist government and the Finnish natsional revival by Svekoman's movement. The authors investigated the influence of the social thought in the Grand Duchy of Finland from ideologues of Svekoman's movement - A.-O. Freudental and L. Mechelin. In research is analyzed the socio-political situation in the autonomous Finland during the reign of Emperor Alexander 2nd as the 'custodian of the Fiinish Constitution'.

Keywords: the Grand Duchy of Finland; opposition; modern nation; the Finnish autonomy; sveko-mans.

Более 100 лет Финляндия пребывала в составе Российской империи, и только поражение в Первой мировой войне, развёртывание революции в 1917 г. и приход к власти большевиков положили этому конец. На общественно-политическую ситуацию в автономном Великом княжестве Финляндском в середине и конце XIX в. повлияли реформы российского императора Александра II. Благодаря им в довольно короткое время состоялись кардинальные изменения в административно-политической и социально-экономической жизни финляндской автономии. В первую очередь Александровская «эпоха реформ» повлияла на зарождение и развитие национального сознания финского народа, в частности, благодаря деятельности прото-

© Ковальов Д. В., 2017

националистического патриотического движения фенноманов и оппозиционного либерального движения свекоманов.

Актуальность данной темы заключается в заполнении пробелов в истории Финляндии периода формирования и развития национального самосознания среди представителей шведскоязычного меньшинства в Александровскую «эпоху реформ»; раскрытии сущности, зарождения и развития свекоманской либерально настроенной оппозиции.

Цель данного исследования - определить сущность и особенности процесса зарождения, развития и спада либерального движения свекоманов в Великом княжестве Финляндском.

Задачи данной статьи: проанализировать сущность свекоманской либеральной идеологии во второй половине XIX в. и определить роль оппозиционного движения свекоманов в общественно-политической жизни Великого княжества Финляндского.

Историографический обзор представляет собой анализ ведущих тенденций в изучении данной темы. Весьма актуальными на сегодня остаются фундаментальные труды финских исследователей О. Юссилы, С. Ген-тили, Ю. Невакиви и М. Клинге, посвящён-ные проблемам общественно-политического развития финляндской автономии во времена её пребывания в составе Российской империи [1; 2]. Также среди финских историков стоит выделить специалистов, исследующих историю либерального движения свекоманов как оппозиции разрастающейся националистической фенномании и российскому самодержавию, - М. Энгмана [3] и А. Кемиляй-нена [4]. Фундаментальными трудами по исследованию развития либеральных и националистических идей среди угнетённых малых народов Европы в XIX в. являются труды чешского исследователя М. Гроха [5] и финского учёного Й. Паасивирты [6]. Основными источниками в процессе написания исторической разведки по данной теме стали труды очевидцев тех судьбоносных событий в Финляндии: российского юриста П. Гусева [7] и лидера свекоманской Либеральной партии Л. Мехелина [8]. Вторая половина XIX в. - время реформ и государственных преобразований, следствием которых стало перерождение России из феодальной страны в буржуазную. Изменилась вся общественная структура, в том числе и государство, и право, и социально-экономический строй. Конечно, рождение нового социально-экономического устройства неизбежно должно было пройти долгий путь, и реформы второй половины XIX в. лишь первый шаг на этом пути. Реформы позволили вывести страну из глубокого экономического и политического кризиса и дали мощный толчок капиталистическому развитию без серьёзных потрясений и социальных катаклизмов. К сожалению, реформы не были доведены до своего логического завершения, поскольку не увенчались конституционной реформой. Зарождения парламентаризма, которого так дожида-

лись жители Великого княжества Финляндского, Привислянского края, девяти украинских губерний и просвещённые круги Москвы и Санкт-Петербурга, так и не произошло.

Финляндия во многих аспектах оставалась исключением в сравнении с другими национальными окраинами Российской империи. Сановная элита и население этого автономного края во время Крымской войны 1853-1856 гг. продемонстрировали имперской власти свою лояльность. Именно это побудило Александра II в 1856 г. согласиться на специальную программу реформ для Великого княжества Финляндского [2, s. 213]. Верность финляндских подданных произвела большое впечатление на молодого царя из династии Романовых. Почти сразу после восшествия на престол, ещё до официальной коронации, в мае 1856 г., Александр II произнёс в Гельсингфорсе программную речь для финляндского сената, в которой обозначил основные направления модернизации Финляндии [Ibid, s. 235]. Программа состояла из 5 пунктов: развитие торговли и мореплавания, развитие индустриальных отраслей, расширение сети школ на селе, улучшение сообщения, повышение зарплаты чиновникам - и предусматривала обновление законодательства. Однако, согласно действующим, сохранённым ещё со шведского господства законам XVIII в., программу модернизации Финляндии почти невозможно было воплотить в жизнь без созыва сейма [Ibid, s. 240].

Великий князь Финляндский Александр II охотно отдал бы предпочтение бюрократическому решению, но, после того как соответствующая программа реформ в Польше привела весной 1863 г. к настоящему восстанию, вынужден был пойти навстречу финляндцам, чтобы не допустить бунта ещё и в губерниях Озёрного края Суоми. Свободная общественная атмосфера открыла путь либеральной прессе, которая одновременно подчёркивала государственно-правовую автономию Финляндии и предлагала населению этой провинции занять нейтральную позицию по отношению к польскому вопросу. Эту инициативу западноевропейские газеты сочли своеобразным проявлением зарождающегося скандинавизма и прозападных настроений в Финляндии. В противовес жестоким кара-

тельным мерам в Польше российский император решил продемонстрировать на примере Финляндии своеобразную модель российского либерализма, позволив осенью 1863-го (впервые за 54 года!) созвать сейм [9].

Решение о созыве сейма, которого так ждали в Финляндии, нелегко далось Александру II, его несколько раз откладывали, в том числе из-за польского восстания. Однако стремление к стабилизации ситуации в стране, как и желание «наградить» «лояльных» финнов в противовес «мятежным» полякам, привело к решению о созыве сейма. В сентябре 1863 г. царь лично прибыл в Финляндию на открытие его заседаний.

В течение 1863-1906 гг. сословно-пред-ставительский сейм Великого княжества Финляндского принял почти 400 законов [3, 8. 147]. Большинство из них подготовило почву для формирования гражданского общества и развития собственно финской версии мирового капитализма. В процессе огромной работы над реформами выкристаллизовались две конкурентные политические группировки: фенноманы (финские патриоты) и свекоманы (либералы) [10, с. 10]. Их лидеры поочерёдно задавали тон в сенате -правительстве финляндской автономии. За фенноманами стояли крестьянство и духовенство, а либералы-свекоманы опирались на поддержку дворянства и бюргерства [Там же]. Представители состояний, заседая в сейме, принимали решения независимо друг от друга, поэтому между группировками часто возникали разногласия. Взгляды различных состояний на многочисленные важные вопросы определялись узкими групповыми интересами.

Однако основной ареной борьбы свеко-манов и фенноманов были не сейм или сенат, а собственно Гельсингфорсский университет и Финское литературное общество [Там же, с. 11]. Фенноманы пытались, во-первых, заставить финский народ осознать своё культурное наследие, во-вторых, осуществить до некоторой степени радикальную аграрную реформу для улучшения социально-экономического положения финноязычных масс населения. Финское национальное движение постепенно эволюционировало в партийно-политическое, ведь восстановление созывов сословно-представительского сейма произ-

вело сильное впечатление на будущую партийную систему Финляндии, которая начала зарождаться в 1860-1870-х гг.

Свекоманы, более известные в российской историографии как шведоманы, были националистическим культурно-политическим оппозиционным движением, настроенным против шведоязычного меньшинства в Великом княжестве Финляндском во второй половине XIX в. [9; 11; 12]. Свекоманское движение зародилось в 1860-х гг. как оппозиционное течение сначала в противовес радикальному фенноманству, а впоследствии -российскому самодержавию [13, с. 385]. Све-команы стремились сохранить ведущее положение шведского языка и культуры в финляндской автономии, а также самой шведо-язычной прослойки в общественно-политической и экономической жизни Финляндии.

Идейным вдохновителем свекоманского движения был шведоязычный финляндский филолог и публицист Аксель-Улоф Фреуден-таль, родившийся в семье обедневшего дворянина в рыбацком посёлке Сиунтио вблизи Гельсингфорса [14, с. 82]. Фреуденталь стал скандально известным в Великом княжестве Финляндском благодаря своим радикальным, почти шовинистическим убеждениям, провозглашавшим этническое и расовое преимущество шведов над финнами. Во время своего обучения в Гельсингфорсском университете, где бушевала националистическая борьба между шведоязычным меньшинством и финноязычным большинством, Фреуден-таль инициировал создание единого шведского движения, которое должно противостоять фенноманской пропаганде. Он даже выдвинул теорию, согласно которой финляндцы, общающиеся на шведском и финском языках, представляют собой два разных народа. При этом Фреуденталь считал, что шведоязычные финляндцы принадлежат к высшей расе [Там же]. Таким образом, получалось, что идеология движения свекоманов стала идеологией политической элиты - титулованного шведоязычного дворянства Великого княжества Финляндского. В 1870 г. к Фреуденталю присоединились юрист Аксель Вреде, публицист Леопольд Мехелин и издатель Аксель Лилле, которые вместе сформировали политические требования свекоманского движения: равноправное

положение шведоязычного меньшинства с другими финляндскими гражданами; ограничение влияния финского национального пробуждения, организованное сопротивление расцвету финского языка и последующей финизации населения. В 1874 г. Фреуденталь и Вреде основали шведоязычную газету "У1кт§еп", в которой публиковали различные радикальные статьи антифинского, а впоследствии и антироссийского направления [14, с. 83].

Основной целью свекоманского меньшинства было сохранение существующего положения вещей в Финляндии: чтобы было так, как во времена шведского владычества. В свою очередь, фенноманство отражало стремление сохранить только государственную связь (при определённом развитии её автономных институтов) с Российской империей и не ставило сначала целью национально-освободительные задачи. По самосознанию и самоощущению свекоманы были частью единого скандинавского мира с присущими ему традициями свободы, правопорядка и демократического либерализма. Получая духовную и политическую поддержку из Швеции, эти люди хотели быть именно шведами и никем другим. Разделяя с западным миром ценности свободной политической и идейной конкуренции, свекоманы стремились сочетать либерализм тактики с консерватизмом стратегии. Исходя из таких позиций, шведская ориентация в Финляндии стала синонимом оппозиции политической системе самодержавной России и финскому национальному возрождению этой эпохи.

Поэтому свекоманы, лидером которых в 1870-1880-х гг. был Фреуденталь, вели войну на два фронта: против царского самодержавия и фенноманов, которые, по их мнению, ослабляли духовную способность Финляндии противостоять дальнейшему включению в состав Российской империи. Стоит добавить, что и свекоманы не ставили целью немедленное отключение от России, ибо возвращение назад в состав Швеции было невозможным: бывшая метрополия стала слабой балтийской провинцией индустриальной Европы [4, 8. 76]. Свекоманы одновременно выступали за сохранение и расширение автономии Великого княжества Финляндского в составе Российской империи.

В период правления Александра II и его сына Александра III свекоманская аристократия неизменно старалась своим либеральным поведением добиться ряда уступок в пользу финской автономии, конечно учитывая амбиции шведоязычного меньшинства. Так, уже в 1880-м свекоманское движение из культурного переросло в сугубо политическое: была основана этнически шведская Либеральная партия, которую возглавил Мехе-лин. Партийную программу составил Фре-уденталь, опираясь на классический либерализм [1, s. 246]. Либеральная партия призывала к установлению в Великом княжестве Финляндском конституционного строя, гражданских свобод, свободной рыночной экономики и децентрализации власти. Основным печатным органом партии стала шве-доязычная газета "Nya Pressen", а её главным редактором - Лилле [Ibid., s. 247]. Таким образом, получалось, что идеология движения свекоманов сделалась идеологией политической элиты финляндской автономии - титулованного шведоязычного дворянства.

По мнению представителей феннома-нов, в частности публициста и сенатора Йо-хана Вильгельма Снелльмана и профессора истории Ирьё Сакари Юрьё-Коскинена, шведы в эпоху своего доминирования слишком долго подавляли финскую нацию и дискриминировали её [6, s. 159]. Что же касается российского самодержавия, то фенноманы, в отличие от своих оппонентов, считали его временным явлением, а потому лояльность к государству Романовых рассматривали как выполнение межгосударственной унии, подписанной ещё Александром I в 1809 г. в Бор-го. В свою очередь, либералы-свекоманы подчёркивали, что Боргоский сейм в 1809 г. задекларировал государственную унию двух равноправных государств - Финляндии и России, а не поглощение очередной провинции метрополией [3, s. 306]. Представители свекоманского движения отмечали значение шведских законов XVIII в. и шведского культурного наследия в целом, ведь без этого не произошло бы и финского национального возрождения.

В 1886 г. Мехелин (кстати, соучредитель компании "Nokia") в своём обзорном памфлете, изданном на французском языке, "Précis du droit public du grand-duché de

Finlande" («Краткое описание публичного права Великого княжества Финляндского») пытался раскрыть сущность формы управления и администрации Великого княжества Финляндского как отдельного от России государства [8, с. 3]. Вскоре этот памфлет вышел на русском языке с критическими замечаниями. Его перевёл гофмейстер императорского двора Кесарь Ордин, а название произведения носило явно провокационный характер - «Финская конституция в изложении местного сенатора Леопольда Мехели-на» [14, с. 84]. Известно, что со времён восстания декабристов в 1825 г. само понятие «конституция» воспринималось в правящих кругах России крайне негативно. Поэтому работа Мехелина вызвала в консервативных кругах Санкт-Петербурга явное негодование. Позже в Финляндии сложилось мнение, согласно которому произведение Мехелина сыграло роль поворотного пункта во взаимоотношениях с Россией, после чего началось наступление российского самодержавия на автономные права финляндцев. Публикация и шум вокруг памфлета Мехелина стали прологом к финляндско-российскому расколу, который в 1899 г. перерос в открытый конфликт, длительное время (вплоть до 1917 г.) влияющий на политическую жизнь Финляндии. Значение этой работы Мехелина состояло в том, что она была первым опубликованным изложением конституционных прав Финляндии в том виде, в котором эти права представлялись финляндской элите в конце XIX в. Произведение Мехелина было отмечено и в Европе, где впервые заговорили о «финляндской государственности» и открыли для себя эту маленькую страну.

Из-за своей устойчивой политической позиции финляндские генерал-губернаторы (сначала Фёдор Гейден, а затем его преемник Николай Бобриков) осуждали свекомана Ме-хелина и считали его сепаратистом, который подрывает внутреннюю прочность империи [13, с. 389]. Как считали современники и последователи идей Мехелина, в борьбе Финляндии за самостоятельность он сыграл значительную роль, а потому пользовался большой популярностью ещё долгое время (до Второй мировой войны). В реакционных русских кругах, в частности среди черносотенцев, имя Мехелина было синонимом фин-

ляндской самостийности и предательства интересов «Великой России».

По мнению современного финского историка М. Клинге, Мехелин бросил камень, который разбудил всю Россию и заставил задуматься над государственно-правовым статусом своей автономной провинции [2, s. 324].

Между тем в разгар растущих антисве-команских настроений после тяжёлой болезни отошёл от активной общественно-политической жизни Фреуденталь, а Мехелин в 1887 г. стал председателем свекоманской Либеральной партии [15, с. 147]. В своих многочисленных философских и политических научных трудах 1870-1890-х гг. Мехе-лин доказывал, что хотя Финляндия соединена с Россией реальным союзом, но это не должно мешать ей пользоваться полной самостоятельностью в области внутреннего самоуправления [Там же, с. 149]. Мехелин считал, что свобода Финляндии отнюдь не противоречит интересам России. Сам лидер свекоманской Либеральной партии хотя и был политическим оппонентом всего фен-номанского, однако признавал, что в финской народной культуре есть очень важный образ крестьянина-индивида, который является первопроходцем и одновременно наделён сверхчеловеческими возможностями. Мехелин согласен с фенноманским историком Адольфом-Иваром Арвидссоном, что история Финляндии вовсе не пустая без шведского наследия, а отсутствие истории вообще - это возможность создать её своими руками [5, с. 151].

В свою очередь, Мехелин пытался с помощью юридических категорий доказать, что Финляндия является особым государством, а не провинцией Российской империи [8, с. 34]. В понятии «государство» Мехелин акцентировал внимание на такой ключевой его черте, как суверенитет. Государство должно быть суверенным. Суверенитет, по мнению Мехелина, является правом организовывать без всякого иностранного вмешательства свою внутреннюю жизнь, основывая любую форму правления и имея собственные законы [Там же]. Поскольку у Великого княжества Финляндского в наличии были все перечисленные признаки, то, согласно мнению Мехелина, Финляндия была госу-

дарством, а не провинцией Российской империи. Суверенитет, по Мехелину, бывает двух видов: 1) государственно-правовой, или внутренний; 2) международно-правовой, или внешний [8, с. 35]. Финляндия имела только внутренний, или государственно-правовой, суверенитет. Поэтому лидер Либеральной партии советовал правящей элите Великого княжества Финляндского приложить все усилия для сохранения этого положения [Там же]. Мехелин не использовал архивных документов, а потому представление об отдельном Финляндском государстве как таковом родилось у него во многом априорно, и доказательства его теории были далеко не безупречными, вероятно, даже надуманными.

Но было бы преувеличением считать выход одной книги в свет причиной изменения финляндского курса. Сам Мехелин не предполагал, что своим произведением вызовет возмущение в консервативных российских кругах. Работа была в основном нацелена на общественное мнение Европы, чтобы создать там благоприятный для Финляндии имидж островка с европейскими политическими традициями в море российского абсолютизма. Исследование Мехелина не было чем-то необычным для того времени. Национальное пробуждение в XIX в. было характерно для многих малых европейских народов (поляков, чехов, венгров, ирландцев, украинцев), которые пристально всматривались в свою историю, пытаясь обосновать необходимость собственной государственности. Например, в Венгрии юристы и философы, подобно Мехелину, также развивали учение об отдельном от Австрии собственно Венгерском государстве [5, с. 260]. Произведение Мехелина стимулировало полемику в российском и финляндском обществе вокруг так называемого финляндского вопроса, стержнем которого была проблема государственно-правового статуса Финляндии [11, с. 211]. Эта проблема была принципиально важной, потому что конец «эпохи реформ» ознаменовался постепенным наступлением самодержавия на привилегии западных регионов империи (Польши и Финляндии).

Таким образом, в 1890-х гг. национальные вопросы в языковом аспекте в финляндской автономии начинают терять злободневность, поскольку финский язык уже оконча-

тельно вошёл в различные сферы культурной и общественной жизни, а угроза шведской ассимиляции уже не являлась актуальной. Большое значение начинают приобретать социальные и политические проблемы, а именно: угроза тотальной русификации, промышленная модернизация и законодательная унификация могли превратить Великое княжество Финляндское в обычную провинцию государства Романовых по примеру Королевства Польского. К тому же следует обратить внимание, что национальное движение в Финляндии (как фенноманов, так и свекоманов) не имело радикальных революционных форм, как, скажем, в самой России (чего только стоит деятельность террористических революционных организаций «Земля и Воля», «Свобода или смерть», «Народная воля»); это была вполне мирная деятельность - петиции, прошения, демонстрации. Российских современников Мехелина (публициста Герцена, философа Чернышевского, юриста Берендтса) поражал контраст между мятежной Польшей и «благополучной» Финляндией, и потому российские генерал-губернаторы поддерживали финно-язычное национальное движение, чтобы ограничить шведское влияние, ориентированное на Запад, в частности на Скандинавию.

Во многих странах Европы во второй половине XIX в. националисты были убеждёнными либералами, которые считали, что политическая эмансипация ведёт к эмансипации народной. В Финляндии положение было несколько сложнее, потому что неконтролируемая политическая эмансипация легко могла сблизить Финляндию со Швецией, а этого не желали ни фенноманы, ни царская власть. Поэтому финский национализм в своих «фенноманских одеждах» отличался ярко демонстрируемой лояльностью к российскому государству и к власти в целом. Финский национализм рос пропорционально влиянию свекоманов на аристократические и буржуазные круги Финляндии и со своей стороны характеризовался непоколебимой верой в силу закона, считая именно закон надёжным гарантом недопущения чрезмерной русификации, а своим крепким тылом -финноязычное крестьянское большинство.

В результате этих разногласий во взглядах возникли противоположные друг другу

концепции истории Финляндии и её государственно-правовых отношений с Россией. Обе группировки соглашались, что к началу 1860-х гг. Финляндия развилась до уровня государства, но, согласно взглядам феннома-нов, это произошло благодаря тому, что национальное самосознание финского народа смогло расцвести именно в период российского господства [12, с. 135]. В конце концов, актуальную политическую ситуацию определяло личное отношение российских императоров к Великому княжеству Финляндскому. Александр II выстраивал свою бюрократическую автократию с помощью компетентных советников, которые отвечали за функционирование всей империи, а потому предпочитали единые для всех окраин решения. Такая интеграционная политика постепенно утверждалась и после гибели в 1881 г. от рук российских экстремистов-народовольцев царя-реформатора.

В 1880-1890-х гг. свекоманы перешли к более активной борьбе в сейме Великого княжества Финляндского, где большинство было за фенноманами. Во времена правления Александра III и его преемника Николая II царское правительство проводило политику насильственной русификации Финляндии и надежды на помощь «сверху» для свекома-нов исчезли. Тогда они временно отказались от конфликта с фенноманами и образовали коалиционный союз пассивного сопротивления - Союз конституционалистов [6, s. 195]. Однако революция 1905-1907 гг. изменила все планы: по мере роста народного недовольства от Союза конституционалистов вскоре откололись умеренные элементы мла-дошведы, образовав в 1906 г. новую консервативную Шведскую народную партию [Ibid., s. 196]. Её члены стремились защитить права шведоязычного меньшинства более активными действиями: забастовками и акциями гражданского неповиновения. Уже к началу Первой мировой войны свекоманское движение окончательно стало политически оппозиционным по отношению не столько к фенноманам, сколько к русскому царизму.

Выводы. Таким образом, стоит отметить, что среди жителей финляндской автономии родилось чёткое понимание того, что их родина может приспосабливаться к собственным потребностям. С одной стороны,

общественная дискуссия за право первенства официального языка в Великом княжестве Финляндском разделила политическую элиту на сторонников господства шведского (лагерь свекоманов) и финского (лагерь фенно-манов) языков. С другой стороны, политизация языкового вопроса вышла за рамки финляндской автономии и, достигнув Санкт-Петербурга, превратила все попытки свекоманов сохранить свою шведскую идентичность в обратные действия - русификацию Великого княжества Финляндского. Проведённый комплексный анализ источников и изучение широкого круга научной литературы по исследуемой проблеме позволяет сделать вывод о том, что актуальность политической ситуации на территории финляндской автономии определяло личное отношение российских императоров к подданным вообще и к политическим движениям (фен-номании и свекомании) в частности. Деятельность движения свекоманов как своеобразной оппозиции сыграла решающую роль в процессе формирования либеральной финской демократии уже в ХХ в. Следует подчеркнуть, что Александровская «эпоха реформ» была ознаменована чрезвычайным оживлением политической и общественной жизни в Финляндии, быстрым подъёмом общего благосостояния и культуры, поэтому неудивительно, что уже через несколько десятилетий бывшие свекоманы и фенноманы объединятся против совместного врага ради достижения общей цели. А благодаря трудам идеологов свекомании Акселя-Улофа Фре-уденталя и Лео Мехелина стало возможным в 1917 г. появление на карте Европы и мира такой страны, как независимая Финляндия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Jussila O., Hentilä S., Nevakivi J. Suomen poliittinen historia 1809-2009. - Helsinki : WSOY Oppimateriaalit, 2009. - 407 s.

2. Klinge M. Keisarin Suomi. - Espoo : Schildt, 1997. - 616 s.

3. Engman M. Pitkät jäähyväiset: Suomi Ruotsin ja Venäjän välissä vuoden 1809 jälkeen. - Helsinki : WSOY, 2009. - 488 s.

4. Kemiläinen A. Finns in the Shadow of the "Aryans": Race Theories and Racism // Studia Historica. Book 59. - Helsinki : Finnish Historical Society, 1998. - 320 p.

5. Грох М. Возрождение малых европейских народов. - Прага : Карловский университет, 1971. - 624 с.

6. Paasivirta J. Suomi ja Eurooppa: Autonomi-akausi ja kansainvaliset kriisit (1808-1914). -Helsinki : Kirjayhtyma, 1978. - 382 s.

7. Гусев П. Исторический очерк эпохи образования Финляндской конституционной монархии. - СПб., 1912. - 220 с.

8. Мехелин Л. К вопросу о финляндской автономии и основных законах. Ответ на брошюру Я. Сергеевского. - Берлин, 1903. - 86 с.

9. Пыхалов И. Государство из царской пробирки // Uusi Kotimaa / Новая Родина. - URL: http://www.uusikotimaa.org/37018.htm.

10. Ковальов Д. В. «Фенномашя» - фшський аналог укра'шського народництва // Бористен. -2016. - Вип. 3 (296). - С. 10-11.

11. Похлёбкин В. В. СССР - Финляндия: 260 лет отношений 1713-1973. - М. : Международные отношения, 1975. - 471 с.

12. Суни Л. Самодержавие и общественно-политическое развитие Финляндии в 80-90-е гг. Х1Х в. - Л., 1982. - 160 с.

13. Сто замечательных финнов. Калейдоскоп биографий = 100 suomalaista pienoiselämäkertaa venäjäksi : электронный научный специализированный исторический сборник / под ред. Т. Вихавайнена (T. Vihavainen) ; пер. с финск. И. Соломеща. - Хельсинки : Общество финской литературы, 2004. - 781 с. - URL: http://www.kansallisbiografia.fi/pdf/kb_ru.pdf.

14. Ковальов Д. В., Ковальов П. В. Фiнляндiя -форпост пiвночi // Повстання 1дентичносп. -Днепр : Баланс-Клуб, 2016. - С. 73-174.

15. Ковальов Д. В. Вплив нацюнального вщрод-ження на розвиток промисловост у Фшляндп // Iсторiя торпвл^ податюв та мита : зб. наук. пр. / вщп. ред. О. О. Дячок. - 2015. -Вип. 1 (11). - С. 145-154.

Информация о статье

Дата поступления 5 февраля 2017 г.

Дата принятия в печать 17 апреля 2017 г.

Сведения об авторе

Ковальов Денис Владимирович - аспирант кафедры истории и политической теории Национального горного университета

Адрес для корреспонденции: 49600, Украина, Днепр, пр. Дмитрия Яворницкого, 19

E-mail: sicheclavsokil@gmail.com

Article info

Received February 5, 2017

Accepted April 17, 2017

About the author

Kovaliov Denis Vladimirovich - graduate student of the Department of History and Political Theory of the National Mining University

Postal address: 19, Dmitry Yavornytsky pr., Dnieper, 49600, Ukraine

E-mail: sicheclavsokil@gmail.com

Для цитирования

Ковальов Д. В. Зарождение и развитие свекоманской оппозиции в Великом княжестве Финляндском // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 2 (14). С. 28-35.

For citations

Kovaliov D. V. The Origin and Evolution of Sve-koman Opposition in the Grand Duchy of Finland. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2017, no. 2 (14), pp. 28-35. (in Russian).