Начало русских православных миссий в Пекине

ИСТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

УДК 94(47:510)«1700/1725»:271.22-76

Т. Тань

Начало русских православных миссий в Пекине

В статье исследуются албазинцы в Пекине. Анализируется развитие русско-китайской торговли в начале XVIII в. и начало Российских православных миссий в Пекине. Выявлен указ Петра I об организации первой миссии в Пекине.

The article discusses albazintsy in Beijing. The development of Russian-Chinese trade at the beginning of the XVIII century and the beginning of the Russian Orthodox Mission in Beijing are analyzed. A decree of Peter I on the organization of the first mission in Beijing is revealed.

Ключевые слова: албазинцы в Пекине; Российские православные миссии в Пекине; Канси; Пётр I.

Key words: albazintsy in Beijing; Russian Orthodox Mission in Beijing; Kangxi; Peter I.

Внимание исследователей давно привлекало начало Российских православных миссий в Пекине. Архимандрит Авраамий Ча-совников, иеромонах Николай Адоратский, П.Е. Скачков,

П.Т. Яковлева писали о ней по материалам российских исследований. Чжан Суй, Цай Хуншэн, Ли Минбинь, Ян Юйлинь выпустили несколько интересных работ на эту тему в Китае [9, с. 80]. В этих работах изучались прежде всего экономические, военно-

политические и культурные отношения России и Китая, но недостаточно обращалось внимания на сложный в своем содержании контекст начального периода в организации православных миссий в Пекине.

В 1685 г. маньчжурская армия во главе с китайским военачальником высокого ранга Пэнчунем после осады овладела крепостью Албазин, но вскоре казаки вновь заняли и отстроили крепость. В 1686 г. цинские войска опять атаковали Албазин, но после пятимесячной осады и больших потерь отступили, блокировав его со всех сторон. Русское правительство направило на Амур посольство Ф.А. Головина с предложением переговоров, и блокада Албазина была снята. В 1689 г. в после наступления большой цинской армии,

© Тань Т., 2015

181

окружившей город, Ф.А. Головин подписал Нерчинский договор. В соответствии с его условиями была определена граница России с Цинской империей в верхнем течении Амура, крепость Албазин подлежала срытию, устанавливались мир и торговля между обоими государствами.

Во время русско-цинского пограничного конфликта некоторые казаки оказались в плену в Китае: в 1681 г. - 31 казак, в 1684 г. -22 казака, в 1685 г. - 46 казаков. По приказу китайского императора Канси все военнопленные в 1681 и 1684 г. были конвоированы в Пекин. В 1685 г. 6 военнопленных были отправлены в Пекин, и другие 40 в город Шэньян. Среди 59 военнопленных в Пекине находился один православный священник, которого звали Максим Леонтьев.

Император поселил их в Пекине и окружил заботой. Все они были причислены к потомственному военному сословию, которое в китайской государственной иерархии находилось на втором месте после чиновничьего. Пленные казаки получили при этом все сословные льготы - казенные квартиры, жалование, бесплатное продовольствие, участки пахотных земель и место под кладбище. Цинское правительство по китайским нормам приказало: «В этом конфликте много русских были в плену, надо зачислить их в регулярную армию. У них будет право на жительство» [6. Л. 18]. Эти ал-базинцы были зачислены в знамённые войска маньчжуров в Пекине. Они стали семнадцатым цзолин (единица войск маньчжуров в то время) четвертого цаньлин маньчжуров, который был расположен в переулке Хуцзяюань в городе Пекин. Офицеры албазинцев были удостоены цинским правительством китайских чинов. У них были квартиры и пашни в Пекине. Холостые получили в жены китаянок. Для богослужения русским была передана во владение буддийская кумирня Гуаньдимяо в переулке Хуцзяюань, которую священник Максим Леонтьев, первый православный священник на китайской земле, обратил в часовню во имя святителя Николая Чудотворца. Священник Максим Леонтьев был возведён в ранг гражданских чинов.

Цинское правительство предоставляло албазинцам льготы, так как император Канси осуществлял политику великодушия к пленным. По его мнению, цинская империя была самым крупным и сильным государством, так что не надо было бояться «заморских варваров», к которым были отнесены и русские [7, с. 11]. Поэтому в то время он поощрял заимствования и изучение достижений иностранной цивилизации. Православная вера албазинцев не была исключена из этой сферы иностранных культур.

Китайцы являлись буддистами или конфуцианцами. А так как албазинцы постоянно жили с совместно с китайцами, они начали отходить от христианских канонов. Исследователь истории Российской духовной миссии в Китае В.П. Петров писал, что «очевидно

182

сильно было влияние огромного китайского человеческого моря... Казалось бы тот факт, что албазинцам было разрешено иметь свою часовню в углу внутреннего Пекина, а также своё кладбище за стенами города, должно было удерживать их в вере отцов и предков, но оказалось, что влияние китайской жизни, а главное тот факт, что им всем были даны жены из разбойничьего приказа, все это привело к тому, что несмотря на все усилия отца Максима, албазинцы стали постепенно "окитаизироваться"» [4, с. 15].

После заключения Нерчинского договора начала быстро развиваться русско-китайская торговля. Много русских купцов приезжали в Китай. Они привозили меха из Сибири через Нерчинск в Пекин, в котором находились биржи. Русские купцы покупали хлопчатобумажные ткани, фарфор и чёрный чай, которые продавали в России. В 1697 г. общая стоимость меха из России в Китай превысила 240 тыс. р., что составило 48 % прибыли русским купцам [8, с. 183].

Торговля с Китаем после Нерчинского договора серьёзно расширилась и доставляла России, также как и Китаю, значительные экономические выгоды, что и повлияло на характер Кяхтинского договора, уделившего большое внимание торговым делам [3, с. 205].

Торговлю с Китаем вела, прежде всего, царская казна и крупное купечество. В этой торговле активно участвовали все сибирские воеводы, монастыри, средние и мелкие торговцы, особенно сибирские, а также многие служилые люди. За два года пребывания Ф.А. Головина в Сибири, с 1687 по 1689 гг., было собрано в Нерчин-ской таможне в царскую казну десятинной пошлины с торговых людей камками и атласами, то есть китайскими товарами, по тогдашней сибирской цене, которая была ниже московской цены, 2509 р. за что Пётр I хвалил Головина «особым милостивым словом». Объём торговли России с Китаем значительно увеличился в первые же годы после заключения Нерчинского договора. Даже во время нерчинских переговоров бойко шла торговля русских с китайцами.

В российской литературе принято считать, что религиозное отчуждение албазинцев стало причиной организации православной миссии в Пекине. Тем не менее, в соответствии с документами, опубликованными в первом томе «Русско-китайских отношений в XVIII веке», можно сделать вывод, в соответствии с которым русских купцов не удовлетворяло состояние православной церкви, поскольку она мало содействовала соблюдению сложных в своем содержании обрядов православного богослужения [2, с. 53]. Они хотели иметь свой собственный храм в Пекине. К тому же, как отметил Н. Адорадский, в некоторых русских караванах, приходивших в Пекин, находились священники, но они не оставались в китайской сто-

183

лице долго. При этом они не имели дозволения китайского правительства отправлять богослужение открыто [2, с. 53].

В 1693 г. русский посланник Эверт Избрант ходатайствовал перед китайским правительством «о дозволении построить в Пекине российскую церковь иждивением российских государей и для оной отвести место». На это ему Лифаньюань (служба в империи Цин, ведавшая зависимыми монгольскими территориями) ответил, что строительство церквей в Китае иностранцам, которые живут постоянно, разрешается, но приезжающим на определенный срок просить разрешение строить церкви запрещено [2, с. 53]. Как предположил в данной связи Т.А. Панг, «этот строгий отказ китайского правительства послужил причиной поиска других возможностей создания постоянно действующего православного храма в Китае. Такой возможностью послужило крайне неудовлетворительное положение дел в албазинской общине» [10, с. 132-139]. Последующие действия правительства России, а также указ Петра I об организации первой миссии в Пекине, о поиске людей, подходящих для миссионерской деятельности в Китае, достаточно подробно изучены в научной литературе [1, с. 50].

В книге «Православие и православие в Китае», китайский учёный Чжан Суй написал, что русский царь Пётр I санкционировал указ об организации первой православной миссии в Пекине для того, чтобы собирать сведения о Китае и готовить захват значительной территории Китая по реке Амур [8, с. 183]. С таким мнением трудно согласиться, поскольку в то время Пётр I готовился к войне со Швецией и он не мог одновременно воевать с Китаем.

По нашему мнению, царь Пётр I санкционировал указ об организации Российской Православной миссии в Пекине не только для того, чтобы построить российскую церковь в Пекине для албазин-цев. Она должна была способствовать укреплению торговых связей с Китаем, так как Россия и Китай могли извлекать взаимную выгоду в этой торговле. Пётр I ввёл православную церковь в систему российской государственности как один из её институтов. По его мнению, миссии должны способствовать утверждению и

распространению православия в Китае, обеспечению православного богослужения.

Деятельность миссий в Пекине была организована в соответствии с внутриполитическими и внешнеполитическими интересами и задачами России. Они будут играть важную роль в установлении и поддержании российско-китайских отношений. Вследствие отсутствия дипломатических отношений между обоими государствами служители миссий в течение длительного времени станут неофици-

184

альными представителями российского правительства в Китае. Указ царя Петра I явился основной для будущих русско-китайских многообразных связей, в том числе и религиозных.

Список литературы

1. Русско-китайские отношения в XVIII веке: Материалы и документы. - М., 1978. - Т. 1. 1700-1725.

2. Адоратский Н. иером. История Пекинской Духовной Миссии в первый период её деятельности (1685-1745). - Вып. I. - Казань, 1887.

3. Яковлева П.Т. Первый русско-китайский договор 1689 года. - М., 1958.

4. Петров В.П. Албазинцы в Китае. - Вашингтон, 1956.

5. Петров В.П. Российская духовная миссия в Китае. - Вашингтон, 1968.

6. (0Ш5Ш^й» ,1£Щ,Ш111Ш0 630Ш ° Китайский первый исторический архив. Ф. №111, год 1685.

7. Й^:«ФФХ1Ь£Й(17Ша-1937^)К £#ШШ±2011

263Ш° Хуан Динтянь. Культурные связи Китая с Россией с XVII века до 1937 года. - Чанчунь, 2011.

8. Ш:<КШ^КШ£ФШ>’±^#ШШ±1986^№о 345Ш°

Чжан Суй. Православие и православие в Китае. - Шанхай, 1986.

9.

(?±^4Ш)»’ 2005^Ш4й|0Ш79-83М° Ли Вейли. Исследования о Российских православных миссиях в Пекине // Вестн. китайского северного ирригационного ин-та. - Чжэнчжоу, 2005. - № 4. - С. 79-83.

10. Pang T.A. The «Russian company» in the Manchu Banner Organization // Central Asiatic journal Wiesbaden. 1999.

185