«Нужно менять всю систему обращения с отходами»

Год экологии обострил понимание кризиса в сфере обращения с отходами в регионах РФ. Многочисленные последние изменения в федеральном законодательстве далеко не в каждом случае оказались позитивными и, по оценке экспертов, не способны кардинально изменить ситуацию в кратчайшие сроки. Своим видением ситуации и перспектив поделился губернатор Орловской области, председатель координационного совета Ассоциации межрегионального социально-экономического взаимодействия «Центральный федеральный округ» Вадим ПОТОМСКИЙ.

— За экологическую обстановку во многом несет ответственность бизнес. Какие экологические программы он реализует сейчас в Орловской области?
—Конечно, это в первую очередь мусороперерабатывающие комплексы, которые сегодня находятся в процессе строительства. Надеемся, что часть из них будет запущена уже в ближайшее время — прежде всего ориентированные на Орел, Ливны, Мценск. Отдельные объекты уже работают.

Но есть глобальная проблема. Нужно менять всю систему обращения с отходами с применением новых технологий. С одной стороны, у нас есть новые аспекты федерального законодательства, — к примеру, о выборе единого регионального оператора. С другой, лично мне эта идея откровенно не нравится. Я считаю, что выбор регионального оператора — это не решение проблемы. Проблема кроется несколько глубже, прежде всего в самом 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления». За последние годы он претерпел много изменений, но не всегда позитивных. Закон становится больше, а чем больше документ, тем сложнее его исполнять.

Надо пересматривать схему взаимодействия участников коммунального рынка и властей. Полномочия по обращению с отходами должны быть переданы регионам. Во-первых, мы сами можем готовить кадры для отрасли — у нас в регионе 6 высших учебных заведений и 6 филиалов высших учебных заведений. Во-вторых, федеральное согласование значительно затягивает все процессы. Мы бы не имели ничего против, если бы скорость согласования была высокой! Но сейчас для внесения незначительных технических изменений в объект (даже не в проектно-сметную документацию) нужно везти бумаги в Москву. А там сидит специалист теоретически подготовленный, но не побывавший ни на одном заводе, и доказать ему что-то невозможно. В итоге мы согласовываем дольше, чем строим. Радует одно — сегодня на федеральном уровне темой экологии занимается Сергей Иванов. Он настоящий профессионал. И я все же верю, что до конца 2017 года мы как минимум приведем в порядок законодательную базу в сфере экологии.

У региональных и муниципальных властей должна быть своя задача — нужно создать базовые правила благоустройства. На основании этих базовых правил пишутся отдельные правила для каждого муниципалитета. В частности, с учетом стоимости земли рассчитывается тариф. Особенно очевидна проблема в частном секторе. И актуальна она не только для Московской и Ленинградской областей, но и для всех столиц субъектов, возле которых есть дачные поселки. Некоторые регионы уже начали корректировать свое законодательство, но оно сталкивается с федеральными нормами, и прокуратура требует привести его в соответствие.

Еще одна проблема — оплата перевозчикам. Хорошо, что мы снова вернулись к практике их лицензирования, но надо менять систему оплаты их работы. Мое глубокое убеждение заключается в том, что деньги перевозчик должен получать на объекте размещения и переработки отходов, но никак не в расчетно-кассовом центре. Тогда мы получим настоящего оператора, который заинтересован перевозить отходы. В этой схеме владелец полигона получает собранные средства населения, регионального бюджета, и платит тому, кто привез отходы. В таком случае никто уже не будет вываливать мусор в канавы — перевозчики начнут драться за него друг с другом, воровать мусор из баков! Система выстраивается элементарно, но никто не хочет в это вникать. Доминирует модель оплаты через расчетно-кассовый центр. Дело сдвинется, когда вопросом обращения с отходами начнут заниматься профессионалы.

— А дополнительные средства можно было бы привлечь через закон о таре.
— Который существует во всем мире, и мне непонятно, почему его не применяем мы. Деньги на утилизацию — совершенно небольшие! — должны сразу закладываться в стоимость товара. Покупатель почти не заметит разницу в цене. Эти средства должны направляться в государственный экологический фонд, который занимается выполнением ряда природоохранных мероприятий на территории РФ. А переработчикам во вторсырье могут уже предоставляться льготы по процентной ставке, другие поощрения… Китай — яркий пример того, что такой бизнес может быть успешным: он закупает мусор в США и делает из него продукцию. А нам и мусора чужого не надо — своего хватает. И если наладить рынок производства вторсырья, это во многом решит задачу создания рабочих мест.

— Но инвесторы говорят, что производство вторсырья в России нерентабельно.
— Потому что привыкли к запредельной норме прибыли. Для всего мира прибыль в 10% - огромная, а у нас хотят и 20%. Мы говорим, что невыгодно заниматься вторсырьем, зато везем бутылки для пива из Китая. Не хотим мыть, не хотим перерабатывать. Но можно же получить нормальную рентабельность, от 2 до 10%!

Еще о бутылках — нам следует уходить от полиэтилена: ни один ученый не скажет точно, за сколько он разлагается. А сжигание полиэтилена — это диоксин, страшный яд. Более того, на полигонах с отходами из полиэтилена часто происходит неконтролируемое горение из-за неграмотной эксплуатации — отсутствия пересыпки слоев грунтами. В качестве этих грунтов, к примеру, можно использовать строительные отходы — этот опыт уже успешно применяется в Ленинградской области. Кстати, тушить полигон очень сложно — когда мы заливаем его водой, он только начинает разгораться.

В целом отходы — вопрос глобальный, но для его решения не надо собирать 30 специалистов. Достаточно десяти, которые озвучили бы эти элементарные вещи. Да, у нас намечается движение в сфере обращения с отходами, но пока идет только «разгон», а не само движение. Надо просто заменить подход, уйти от бюрократической писанины, развязать руки регионам. Пусть хотя бы разрешили создавать свои экологические фонды и принимать свои законы. В этом случае мы можем сделать так: товар попадает на прилавок в Орловской области только тогда, когда производитель принесет документ об уплате сбора. Для населения это будут копейки, но они решат огромную проблему. Кроме того, высвободятся ресурсы для проведения природоохранных мероприятий, благоустройства, озеленения. И эти инициативы быстро станут эффективными! Когда в Ленинградской области вводили раздельный сбор отходов, в это поначалу тоже никто не верил. Но система заработала.

— А как оцените нынешнюю ситуацию с отходами в ЦФО?
— Тяжелая ситуация, особенно в Московской области. Орловская область была готова к выбору регионального оператора уже с 1 января 2017 года, но мы ждем проработки федеральной политики.

Вообще сама идея регионального оператора имеет много недостатков. Во-первых, на рынке конкретного региона уже сформировалось несколько крупных игроков, и борьба между ними может перейти в криминальную плоскость. После оценки критериев эти игроки будут ходить по судам и искать у конкурента хотя бы один невыполненный показатель — а это уже означает пересмотр регионального оператора. Надо упростить все и передать на уровень региона. Прописать в федеральном законодательстве, что руководитель муниципалитета отвечает за состояние вверенной ему территории. Затем утверждается норматив образования отходов в конкретном населенном пункте — к примеру, исходя из площади участка в собственности (естественно, без перегибов). Включить оплату вывоза мусора, скажем, в квитанцию за электричество, чтобы не было искушения не заплатить. У нас в Ленинградской области уже был успешный опыт. Мы создали так называемый «Центр коммунальных платежей и социальных субсидий», объяснили перевозчикам, что есть деньги, провели конкурс. Победители закупили новые машины и начали эффективно работать.

— Орловская область известна внедрением инновационных технологий переработки ТБО. Расскажите подробнее о таких проектах.
— Да, уже в этом году несколько компаний должны начать строительство инновационных объектов. Например, ООО «ЭкоПолис» планирует возведение сортировочно-перерабатывающих комплексов твердых коммунальных отходов и отходов производства и потребления с полигонами на территории Троснянского (мощностью 40 тыс. тонн) и Ливенского (100 тыс. тонн) районов. Планируется также строительство мусороперегрузочных станций с применением ручной и механической сортировки в поселках Знаменское, Глазуновка, Верховье, в селе Дросково. А в Орловском районе «ЭкоПолис» уже создает новый полигон и высокотехнологичный мусороперерабатывающий экотехнопарк.

В Урицком районе ООО «Экоград» завершило строительство комплекса по обработке и переработке отходов мощностью 40 тыс. тонн. ООО «Росресурс» возводит комплекс по обработке и размещению отходов в Мценском районе — там уже завершено строительство мусоросортировочного цеха А в областном центре ООО «ЭкоСити» ввело в эксплуатацию сортировочной комплекс мощностью 200 тыс. тонн в год.

После начала работы этих объектов мы сможем обрабатывать 100% образующихся в регионе твердых коммунальных отходов. А к 2026 году, согласно целевым показателям нашей территориальной схемы обращения с отходами, доля обезвреженных и утилизированных отходов должна вырасти до 75%.

— В Орловской области крупные промышленные предприятия соблюдают экологические нормы?
— Во-первых, у нас нет экологически опасных предприятий. Во-вторых, даже там, где бывали выбросы — к примеру, на «Орелрастмасле» — сразу же менялась система фильтрации, и жители больше не жалуются.

— А как происходит экологическое воспитание самих жителей?
— Это работа на местах — учителей, преподавателей. И в целом отношение орловчан к своей территории очень бережное. Например, выезжая из области, я всегда могу увидеть границу — у нас по обочинам мусора нет. Орловцы — люди очень чистоплотные.

— Аграрии пытаются заниматься биологическим земледелием?
— Пробуют, и мы все к нему в итоге придем. Если так же активно применять химические удобрения, как сейчас, через 15-20 лет земля будет неспособна давать такие урожаи. Да и саму структуру сельхозпроизводства надо менять — уходить от продажи зерна за рубеж и налаживать собственную переработку. Либо приглашать иностранных инвесторов создавать предприятия у нас. Россия способна на сегодняшний день прокормить минимум 700 млн человек. А собственная переработка даст и рабочие места, и толчок для развития науки и промышленности — появятся заказы. И мы понемногу к этому идем: санкции нас встряхнули, дали поверить в свои силы. И спад в экономике уже пройден.

— В целом в сфере экологии всегда будут оставаться недобросовестные граждане или компании. На ваш взгляд, хватает ли государственным органам полномочий для пресечения нарушений?
— Одними наказаниями ситуацию не исправить. Надо искать причины той или иной проблемы. Наказывать надо, если делается назло. А если другого выхода нет — разбираться, почему. Я считаю, что сегодня мер наказания достаточно — есть и штрафы, и административные комиссии, и дальше закручивать гайки не надо. Надо убеждать людей. Наглядно объяснять им, почему надо доплачивать за вывоз мусора. Вовлекать их в ликвидацию экологических проблем. К примеру, так, как это делали в советское время — за счет сбора макулатуры, стекла, лома… В полной мере возрождать традиции субботников, на которых люди еще и сближались. Важен не столько экологический аспект — в СССР вполне могли сделать столько бутылок или бумаги, сколько нужно — важен психологический. Это очень продуманная система, и мы должны ее использовать.