Просить нельзя помиловать

21 марта группа правозащитников и писателей направила президенту России обращение, в котором, в частности, призвала помиловать Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Свою точку зрения по вопросу помилования изложила "Власти" адвокат Ходорковского Елена Лукьянова.

"В Кремле считают: для того чтобы президент мог кого-нибудь помиловать, осужденный должен признать вину и подать прошение. Потому что еще в 2001 году президент Владимир Путин указом утвердил Положение о порядке рассмотрения ходатайств о помиловании. В нем написано, что помилование осуществляется путем издания президентского указа на основании соответствующего ходатайства осужденного" — это цитата из газеты "Ведомости".

Начитавшись за последние месяцы подобных публикаций, мне захотелось включить в учебник по конституционному праву России задание: сравните пункт "в" статьи 89 Конституции Российской Федерации ("Президент Российской Федерации... осуществляет помилование") и часть 3 статьи 50 ("Каждый осужденный за преступление имеет право... просить о помиловании или смягчении наказания"). Найдите сходства и различия. Или, как говорится, почувствуйте разницу.

Итак, и то и другое относится к помилованию. И то и другое является правом, имеющим юридическую силу Основного закона. И то и другое может привести к освобождению осужденного от наказания или смягчению ему меры наказания. Это сходство. И этим сходства исчерпываются.

Все остальное разное. Право миловать и право просить о помиловании — это два разных права. У них разная история, разные субъекты, разная сущность, разные условия и процедуры. Теперь по порядку.

Разная история

Право главы государства дарить милость — полностью или частично освобождать осужденного от наказания или смягчать его — намного старше права просить о помиловании. Одни считают, что право амнистии и помилования возникло в Древнем Риме, когда во время республики амнистия применялась по решению народных комиций и сената, а во время империи это право перешло к императорам. Другие ссылаются на исторический факт, относящийся к гораздо более древней эпохе: хотя в законах Хаммурапи (XVIII век до н. э.) нет упоминаний о снисхождении к преступникам, известен случай, когда сын царя Вавилонии Хаммурапи помиловал раба, подлежащего смертной казни. Есть сведения о помиловании, которое произошло в Древнем Египте еще на 200 лет раньше. Этот случай, имевший место в XX веке до н. э., описан в египетских папирусах, хранящихся в Берлинском музее, под названием "Рассказ Синухе".

И только с середины XX века понятие помилования стало рассматриваться шире. Законодательство постепенно стало отходить от чрезмерной суровости наказания и начало проникаться гуманным отношением к осужденному. В связи с этим в большинстве конституций современных государств было закреплено право осужденного просить о помиловании.

Разные субъекты

Право даровать милость признается исключительной прерогативой верховной власти. Оно принадлежит президентам во Франции, Греции, Италии, Польше, Латвии, Индии, Казахстане и т. д. Монархам — в Великобритании, Испании, Дании. В Советском Союзе правом миловать обладал коллегиальный глава государства — Президиум Верховного совета СССР.

Помилование является исключительным полномочием не просто государства — верховной государственной власти. Поэтому полномочия по осуществлению помилования, как правило, не могут быть делегированы другим органам или должностным лицам. Хотя бывали — и сейчас бывают — исключения. Например, по дореволюционному российскому законодательству правом помилования кроме государя императора в военное время был наделен главнокомандующий. В Германии по делам, рассматривавшимся в Верховном суде, помиловать мог император; в свободных городах, таких как Гамбург и Бремен, акт помилования выдавался сенатами, а помиловать совершивших незначительные преступления могли главы отдельных земель.

Что касается права просить о помиловании, то его субъектом является любой осужденный (независимо от гражданства). Хотя на практике круг субъектов права-ходатайства, безусловно, шире. Мысль о реализации помилования зачастую формировалась у суверенов под влиянием самых разных ходатаев. Но такие ходатаи не обладали специальным универсальным правом и либо просто просили о милости, либо получали от суверена однократное право прошения о помиловании в качестве поощрения.

"В Конституции действительно прописано право осужденного на помилование,— убежден доктор юридических наук Юрий Голик.— Но там нет и не может быть никаких правил по поводу того, кто должен с этим обращаться. И это значит, что это может быть кто угодно — сам осужденный, его адвокат, родственники. Никому не может быть отказано в рассмотрении прошения о помиловании вне зависимости от того, признана или нет вина самим лицом, в отношении которого эта процедура инициируется. В юридической практике немало случаев, когда за осужденного просили и ближайшие родственники, и его соседи, и вовсе сторонние люди и организации, сельский сход например. Все остальное — различные указы, положения и прочее — от лукавого".

Есть в истории и обратные примеры — ходатайство против помилования. Наиболее известный из них — взаимоотношения прокуратора Иудеи Понтия Пилата и синедриона (совета старейшин в древней Иудее) перед казнью Христа.

Разные условия и процедуры

Право миловать является исключительным правом-полномочием. При его осуществлении глава государства не связан какими-либо законодательными рамками и имеет право принять или не принять во внимание любые обстоятельства: характер преступления, личность осужденного, ход процесса, мнение общественности и т. д. Именно так было сформулировано это право в законодательстве царской России. Статья 165 Уложения о наказаниях 1845-1885 годов гласила: "Помилование и прощение виновных лиц ни в коем случае не зависит от суда. Оно непосредственно исходит от верховной самодержавной власти и может быть лишь действием монаршего милосердия".

Точно таким же образом охарактеризовал его Конституционный суд Российской Федерации: "Осуществление помилования является закрепленной непосредственно в Конституции Российской Федерации исключительной прерогативой президента Российской Федерации как главы государства. Акт о помиловании действует самостоятельно, не требует для своего исполнения принятия какого-либо судебного решения, реализуется вне рамок отправления правосудия по уголовным делам".

Более того, президент вправе осуществить помилование независимо от стадии уголовного процесса и просьбы осужденного, которая выступает всего лишь факультативным основанием помилования. Не связан президент и процедурой осуществления помилования, которая устанавливается его же указом.

Статья 89 Конституции не связывает осуществление права помилования с определенными условиями или предпосылками и не обязывает законодателя их урегулировать, равно как и не открывает возможности для какого-либо ограничения. Это исключительное право может быть ограничено только конституционно. Например, конституция Дании наделяет короля правом помилования и амнистии, однако помилование осужденных Высоким судом королевства возможно только с согласия фолькетинга.

Акт помилования может издаваться без ходатайства, без согласия, без одобрения и даже вопреки воле осужденного. Помилование вообще не может ставиться в зависимость от воли милуемого, поскольку является актом милосердия. Так, 8 марта 2003 года президентом России были помилованы 97 женщин, кандидатура ни одной из которых не рассматривалась в региональных комиссиях по помилованию. Этот указ начинается словами: "Руководствуясь принципами гуманности, постановляю помиловать..."

Не ограничивает право миловать и положение части 2 статьи 85 УК, из которого следует, что помилование применяется только к осужденному. Поскольку в уже упоминавшемся определении Конституционного суда четко сказано: "Акт о помиловании... реализуется вне рамок отправления правосудия по уголовным делам". Поэтому право миловать может быть использовано на любой стадии уголовного процесса: 1) до судебного приговора, 2) после приговора, но до приведения его в исполнение, 3) во время отбытия наказания.

Другое дело — право-ходатайство. Оно реализуется осужденным в особом, специально установленном порядке. Для рассмотрения ходатайств о помиловании в России, как и в некоторых других государствах, существуют особые учреждения (во Франции и Швейцарии, например,— специальные комиссии при президенте). В России правила реализации права просить о снисхождении установлены Положением о порядке рассмотрения ходатайств о помиловании, которое утверждено указом президента N 1500. Согласно этому документу, прошение о помиловании должен подавать сам осужденный в письменной форме. Далее оно попадает в региональную комиссию, которая в установленные сроки обязана подготовить рекомендации о целесообразности помилования в каждом конкретном случае. Такая процедура крайне забюрократизирована и потенциально коррупциогенна. Заблокировать прошение может любая инстанция из длинной цепочки причастных ведомств, которые передают друг другу ходатайство. То есть вопреки части 2 статьи 55 Конституции Российской Федерации эта процедура является явным препятствием нормальной реализации конституционного права. Именно поэтому судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова убеждена, что указ Путина N 1500 неконституционен.

Примечательно, что в интерпретации кремлевских комментаторов положения этого указа дополняются еще одним пунктом, которого в реальности нет. Зачастую утверждается, что для запуска процедуры помилования необходимо, чтобы осужденный признал свою вину. Видимо, подразумевается, что в случае нежелания этого делать упомянутая региональная комиссия просто не найдет достаточных оснований для признания ходатайства целесообразным.

Результат налицо: за последние десять лет число помилований в России резко сократилось. Если в 2000 году было помиловано 13 тыс. человек, то в 2002-м — всего 183 человека, в 2003-м — 283, в 2004-м — 72, в 2005-м — 42, в 2006-м — 9 человек, а в 2007 году — ни одного. В 2009 году сообщалось о 48 помилованных. Всего за два срока своего президентства Владимир Путин помиловал 590 человек. Дмитрий Медведев с мая 2008 по март 2011 года помиловал 162 осужденных.

А теперь я попробую поработать переводчиком самой себя, сделав простой вывод из сложных юридических изысканий. Есть два разных права помилования, предусмотренных двумя разными статьями из разных глав Конституции. Для одного из них — права-полномочия (пункт "в" статьи 89) не требуется никакой иной процедуры и никаких иных ограничений, кроме непосредственной воли президента. Президент может помиловать сам того, кого считает нужным, независимо ни от чего. Правила, установленные Положением о порядке рассмотрения ходатайств о помиловании, относятся к другому конституционному праву — праву осужденного просить о милости (часть 3 статьи 50). Хотя само содержание этих правил сомнительно конституционно, поскольку оно неоправданно усложняет реализацию этого права. Вот, собственно, и все.

Но чиновники в Кремле считают иначе: президент может миловать только тогда, когда осужденный признал вину и подал прошение... Только их мнение не имеет никакого отношения ни к праву, ни к Конституции, ни к правам человека. Как, впрочем, и их мнение по многим другим вопросам. И если президент России вопреки всей мировой практике и современному праву считает возможным помиловать только того, кто его об этом попросил, да еще и непременно "раскаялся", то он может ссылаться лишь на собственное понимание своего полномочия, но никак не на требования Конституции и закона.