Жанр юмористического афоризма и его эволюция в русской периодике ХХ века

M. И. Меднис

ЖАНР ЮМОРИСТИЧЕСКОГО АФОРИЗМА И ЕГО ЭВОЛЮЦИЯ В РУССКОЙ ПЕРИОДИКЕ ХХ ВЕКА

MARIS I. MEDNIS

THE GENRE OF A COMIC APHORISM AND ITS EVOLUTION IN THE RUSSIAN PERIODICAL PRESS OF THE 20th CENTURY

Афоризм — жанр сложный для изучения. Афоризмы, опубликованные на страницах русской юмористической периодики ХХ века, занимают свое место в ряду других малых по объему юмористических текстов. По характеру схемы, на которой основывается комический эффект, среди них можно выделить примеры, использующие двойное значение слов. На протяжении ХХ столетия процент таких текстов увеличивается многократно. В то же время тематика становится более разнообразной. Это позволяет предположить единую траекторию в эволюции комического, описание и осмысление которой сыграло бы важную роль для изучения истории и специфики русского юмора.

Ключевые слова: афоризм, периодические издания, юмористика, малые жанры.

The article covers aphorism, a difficult genre to observe. The aphorisms took place in Russian comic journals of the 20th century just as others small humorous texts. The author concludes the comedic edge of the aphorisms can be designed in many ways; one of them is the use of the ambiguous words and notes that during the 20th century the percent of such texts gets is many times higher, while the subject becomes more various. Thus, the authors assumes a whole direction in the evolution of small comic texts, the description and understanding of the direction could make a figure in studying history and specifics of Russian humor.

Keywords: aphorism, periodicals, humor, small genres.

Общепризнанного жанрового определения афоризма нет. Разнообразие его дефиниций даже приводит некоторых исследователей к выводу о том, что «афоризм как жанр собственно не существует»1.

Традиционно афоризмом называют «изречение в сжатой форме, выражающее какую-нибудь мысль»2, которое «стремится достичь внезапной убедительности исключительно средствами изощренного стиля»3. М. Л. Гаспаров относит к афоризмам «в фольклоре <...> поговорки и пословицы, в литературе — гномы или сентенции»4. Ю. Е. Прохоров отмечает, что термин «афоризм» «в большинстве работ <...> используется прежде всего в качестве родового по отношению к различным видам как воспроизводимых высказываний (пословицам, поговоркам, крылатым словам, девизам и т. п.), так и различным содержательно значимым высказываниям известных авторов»5. Несмотря на то, что часть исследователей придерживается прямо противоположного мнения, призывая отделять жанр афоризма от вышеперечисленных6, для изучения афористики на страницах юмористической периодики оно гораздо продуктивнее. Иначе пришлось бы рассматривать «юмористические приметы», «юмористические поговорки» и пр. как отдельные жанры, что, при общей тенденции к межжанровой вариативности сюжетов и острот, значительно усложнило бы их понимание.

Марис Имантович Меднис

Аспирант кафедры истории русской литературы Санкт-Петербургского государственного университета  medniswoo@yahoo.com

[взаимосвязь литературы и языка]

Следует отметить, что межжанровая вариативность в юмористических текстах малого объема — явление весьма распространенное. Одни и те же шутки могут быть использованы разными жанрами. Юмористический афоризм, например, может разрастаться до целого анекдота: «АФОРИЗМ.

- Петр Иванович, что вы думаете о мужчинах и женщинах, целые дни толкающихся на Невском?

- Да как вам сказать... Мужчина, гуляющий по Невскому вечером, иногда падает... Женщины же — сначала падают и уже только потом выходят гулять вечером на Невский»7.

В качестве уникальной жанрообразующей черты, позволяющей отделять афоризм от других сверхмалых по объему жанров, исследователи называют такие признаки, как «пуантирован-ность формы (изощренность стиля) либо — специфика содержания (глубокая, истинная мысль)»8. Очевидно, что, при всей субъективности данных признаков, для определения примеров юмористической афористики скорее подходит первый из них, поскольку, как отмечается теоретиками юмора9, комическое находится за пределами морали и вне критериев достоверности, в связи с чем не может претендовать на дидактическую функцию.

В таком случае первостепенными факторами, отделяющими юмористическую афори-стику от других малых юмористических жанров (и в первую очередь — от анекдота), становятся сверхмалый объем (одна-две фразы), отсутствие контекста (афоризм — замкнутое клише, по терминологии Г. Л. Пермякова10), а также отсутствие фабулы и персонажей. От классической афори-стики юмористическая может отличаться своей функцией — в первую очередь развлекательной.

Впрочем, порой на страницах юмористических изданий встречаются вполне серьезные афоризмы. Например, в журнале «Стрекоза» за 1900 год было опубликовано 410 кратких изречений11 под заголовками «Из Конфуция», «Новые пословицы и поговорки», «Из копилки мудреца», «Мысли и рассуждения» и пр., причем не все афоризмы исключительно комичны (ср. напр.: «Первый седой волос у женщин — это первая нить, из которых плетется цепь воспоминаний»12 или «Все человече-

ское трогательно. Тайный источник самого юмора не радость, а скорбь. В небесах нет юмора»13).

Вне рубрик на страницах журнала появляются тематическая подборка коротких изречений, приписываемых великим английским полководцам14, «мысли непризнанного трагика»15, анонимные «отметки о петербургском лете»16, мысли о желудке17, фразы из памятки английского гене-рала18 и посвящения работникам почтового ящика, состоящие из высказываний, озаглавленных именами известных писателей и философов19.

Однако в подавляющем большинстве случаев афоризмы, опубликованные на страницах юмористических изданий, лишены дидактики и в первую очередь призваны рассмешить читателя, поэтому могут рассматриваться в ряду других сверхмалых по объему юмористических жанров (таких, как анекдот, велеризм, юмористический толковый словарь и т. д.). С ними юмористические афоризмы роднит также и характер схемы, на которой основывается комический эффект: это может быть «языковой» юмор, обыгрывающий двойное значение слов, и юмор «ситуативный», строящийся на неоднозначной ситуации, столкновении двух контекстов20.

Афоризмов, комизм которых строится на игре слов, в «Стрекозе» 1900 года около 8%. Слово или фраза, имеющие двойное значение, иногда могут выделяться кавычками («Дорогой обед не пес, а «кусается»21) или курсивом («Отберите у создания живот и оно перестанет быть животным»22).

Наиболее популярным объектом сатиры являются женщины. Афоризмы, высмеивающие их, составляют около 17% от общего числа афористических текстов («Лучше всего обманывает та женщина, которая всегда говорит только правду»23). Характерен и интерес к мировым политическим событиям того времени, например: «Не всяк — марксист, кто зол и форсист»24 или «Легковерных дур побеждай, как бур»25, а 4% юмористических афоризмов — о китайцах, что показывает интерес к народному «ихэтуаньскому восстанию» против влияния иностранцев в Китае.

Следует отметить, что в дореволюционной юмористической периодике авторы афоризмов,

как и других небольших по объему юмористических текстов, предпочитали свои произведения подписывать либо инициалами, либо псевдонимами, которые, в свою очередь, тоже могли быть комичны26.

В журнале «Осколки» за 1900 год юмористические фразы публиковались регулярно, под заголовками «Мысли», «Набросочки», «Пустячки», «Мелочишки» и пр. За год было напечатано 210 текстов, которые можно отнести к этому жанру. Вне рубрик появлялись советы «как иметь успех у женщин»27, мысли Конфуция о войне28, «что бывает скорее»29 и пр.

Как и в «Стрекозе», некоторые из примеров не содержат комического элемента и могут быть вполне серьезны, например: «Рабом следует считать того, кто не может распоряжаться своим временем»30.

Однако большинство примеров комичны, хотя комическая неоднозначность на языковом уровне обнаруживается только у 9% юмористических афоризмов. При этом слова и выражения, на которые опирается шутка, могут как выделяться кавычками: «Франты и дачные дороги «пускают пыль в глаза»31, так и не выделяться: «Свою любовь женщины дают нам только взаймы, и это называется у них взаимностью»32.

Довольно много юмористических афоризмов (около 20%) построено на парадоксальном сближении далеких понятий и образов, комическом переосмыслении известных текстов33. Одним из самых популярных приемов является неожиданное сравнение с животными, например: «Обезьяны и купеческие дочки любят грызть орехи»34 или «Пианистки и блохи не любят оставаться в покое»35.

О спросе на этот жанр свидетельствует, например, нехватка материала, которая приводит к тому, что на страницах одного журнала в одном и том же году, у разных авторов публикуются практически синонимичные в плане комического афоризмы, например: «Старой деве кажется, что дни проходят с убийственной медленностью, а годы мчатся очень быстро»36 и «Дни тянутся, а годы проходят незаметно»37. Вместе с тем встречаются довольно непонятные фразы, напри-

мер: «Акушерки полезны»38 или «Велосипедистам не следует есть гречневой каши»39, которые могут являться откликом на известные прецеденты того времени или же неудачной пародией на стиль Козьмы Пруткова.

Основными объектами сатиры являются отношения между полами (15%) («Любовь делает женщину вдвое более привлекательной, а мужчину вдвое более глупым»40), профессии (19%) («Иу трубочистов бывает чистая совесть»41), в юмористической афористике «Осколков» отражается тема Китая, (3%), как и в других рубриках издания.

Более четверти юмористических афоризмов (25%), опубликованных за 1900 год в «Осколках», высмеивают женщин («Слава женщины есть чаще всего ее бесславие»42). Вероятно, столь «шовинистический» отбор является следствием ориентации юмористических изданий тех лет на преимущественно мужскую читательскую аудиторию, о чем свидетельствуют и довольно, по тем временам, откровенные иллюстрации, которыми пестрят страницы юмористических журналов.

Популярна «женская» тема и в «Будильнике» 1900 года: афоризмы, объектом сатиры которых является «прекрасный пол», появляются не только в виде тематических подборок, но и под рубриками «Арабески»43 и «Мыслишка»44, объединяющими высказывания самой разнообразной тематики. Двойное значение слов обыгрывается в 11% текстов45. В целом юмористические афоризмы появляются на страницах «Будильника» все реже: за 1900 год их число не превысило двухсот, а в дальнейшем продолжало постепенно46 уменьшаться, как и в остальных рассмотренных юмористических изданиях47.

В «Будильнике» 1910 года опубликовано всего 45 единиц жанра. В то же время сокращается разнообразие заголовков, объединяющих юмористические афоризмы по тематическому при-знаку48, и к 1910 году подавляющее большинство текстов (78%) печатается под рубрикой «Заметки на полях», при этом наиболее популярными темами являются «женщины» (22%) и «финансы» (16%). Доля языкового юмора выросла до 18%.

Таким образом рубрики, в рамках которых существовала юмористическая афористика, по-

^^^ [взаимосвязь литературы и языка]

степенно исчезают со страниц изданий: например, за весь 1910 год в «Осколках» опубликовано всего 5 кратких внеконтекстных изречений49.

В юмористической периодике советского периода афоризмы публикуются редко, а их авторы, как и в дореволюционных изданиях, большей частью либо скрываются под псевдонимами50 или инициалами, либо не указаны вовсе. Такого типичного «профессионального остряка», который «выпускал не меньше шестидесяти первоклассных острот в месяц, которые с улыбкой повторялись всеми, и все же оставался в неизвестности»51, описывают И. Ильф и Е. Петров в романе «Двенадцать стульев»,

В целом публикации на страницах юмористических журналов продолжают увеличиваться в объеме: текстов, меньшего размера, чем фельетон, совсем немного. Таким образом, юмористическая афористика становится «неформатным» жанром, и лишь к 1960 году вместе с другими сверхмалыми по объему жанрами, начинает полноценно возвращаться на страницы периодики.

В «Литературной газете» публикуется подборка коротких юмористических фраз, а рубрика «Крокодила» «Мимоходом» полностью отдается под краткие сентенции52. Знаменательно, что теперь каждый отдельный текст или подборка сопровождаются указанием авторства, что, безусловно, свидетельствует о повышении статуса авторов микротекстов и признании их литературной работы.

Возникает целый круг писателей, специализировавшихся на сочинении подобных произведений, которые присылали свои афоризмы как в «Крокодил», так и в «Литературную газету», это С. Альтов, М. Генин, В. Жемчужников, Е. Лец и др. Многие не только печатаются в этих изданиях десятилетиями, но как авторы афоризмов становятся известны и за пределами юмористической периодики: например, Ц. А. Меламед, рижский писатель-юморист, печатавшийся в «Крокодиле» с 60-х годов, впоследствии выпустил несколько юмористических сборников53; А. И. Фюрстенберг, являясь автором статьи об афористике в третьем издании Большой Советской Энциклопедии,

в 1976 году основал и поныне функционирующий Московский клуб афористики54, при поддержке которого издавались книги постоянных авторов «Крокодила» и «Литературной газеты» В. Коняхина, Б. Крутиера и др.

Следствием повышения статуса авторов афоризмов становятся случаи «заимствования» текстов: например, «Брак, близкий к расчетному»55 публиковался как в «Крокодиле» 1970 года за подписью В. Канаева, так и в «Литературной газете» 1972 года, где его автором был указан А. Арабаджи56, а фраза «Краткость — сестра таланта. И тут семейственность!» появилась под другой фамилией спустя целых восемь лет57.

Популярность жанра продолжала возрастать. В «Крокодиле» за 1980 год было напечатано уже 325 юмористических афоризмов. Они публикуются не только под традиционной рубрикой «Мимоходом», но и под заголовком «Слова, слова...», при этом количество языковых шуток вырастает до 44%.

Тематика юмористических афоризмов становится настолько разнообразной, что не поддается классификации. Между некоторыми фразами прослеживается определенная связь и даже возникает своеобразная «полемика», например:

Дайте мне точку и я поставлю ее над «и»58 — Когда ставят точки над «и» частенько получаются кляксы59;

Эхо и на тигра рычит60 — Эхо за себя не отвечает61;

Уважайте труд Сизифа! Надпись на рабочем месте Сизифа62 — Ничто так не скрашивает сизифов труд, как приличная зарплата63.

В 1990 году эта тенденция закрепляется: «Литературная газета» по-прежнему стабильно выпускает свою рубрику «Фразы», а «Крокодил», продолжая печатать «Мимоходом», обильно дополняет отечественную юмористическую афо-ристику переводными текстами авторов «соцла-геря»64 и дружественных литераторов капиталистических стран65. При этом процент «языковых» шуток велик и составляет 39%, а если рассматривать исключительно непереводные материалы, то можно сказать, что комизм почти половины всех сентенций строится на языковой игре (48%).

Рассматривая историю афористики в юмористической периодике ХХ века, можно отметить несколько основных тенденций.

Во-первых, количество «языкового» комизма в юмористической афористике стабильно растет: за исследованный период происходит почти пятикратное увеличение процента шуток, основанных на игре слов.

Во-вторых, разнообразие заголовков, под которыми печатаются тексты этого жанра, стремительно падает, и на смену «тематическим» подборкам приходят обезличенные заглавия, объединяющие тексты самой разнообразной тематики, которая к концу века практически уже не поддается никакой классификации.

Исходя из указанных тенденций, логично предположить, что в начале XX века тексты этого жанра создавались с опорой на заданную тематику, к концу столетия основным поводом для появления юмористического афоризма становится сама возможность языковой игры.

Похожие тенденции наблюдаются и в других малых по объему жанрах юмористической периодики ХХ века, что позволяет предположить единую траекторию в эволюции комического, описание и осмысление которой сыграло бы важную роль для изучения истории и специфики русского юмора.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Кулишкина О. В. Русский афоризм XIX — начала XX веков: эволюция и сферы влияния жанра: Автореф. дис.... д-ра филол. наук. СПб., 2004. С. 4.

2 Эйгес И. Р. Афоризм // Литературная энциклопедия: Словарь литературных терминов: В 2 т. Т. 1. М.; Л., 1925. Стб. 80-82.

3 Вешнев В. В. Афоризм // Литературная энциклопедия: В 11 т. Т. 1. М., 1929. Стб. 279-280.

4 Гаспаров М. Л. Афоризм // Литературный энциклопедический словарь. М., 1987. С. 43.

5 Прохоров Ю. Е. Афоризм // Русский язык: Энциклопедия. М., 1997. С.42.

6 См., напр.: Эпштейн М. Н. Афористика // Литературный энциклопедический словарь. М., 1987. С.43; Шаталова С. А. Лингвистические основы афористики и афоризмы в художественных текстах Ф. М. Достоевского (по матер. романов «Бесы» и «Подросток»): Автореф. дис.... канд. филол. наук. М., 2000; и пр.

7 Стрекоза. 1900. № 32. С. 3.

8 Кулишкина О. В. Русский афоризм XIX — начала XX веков... С. 5.

9 См., напр.: Бахтин М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М., 1965. С. 81; Лихачев Д.С., Панченко А.М., Понырко Н. В. Смех в Древней Руси. Л., 1984. С. 35; Шкловский В. Б. К теории комического // Эпопея. 1922. № 3. С. 66.

10 Пермяков Г. Л. От поговорки до сказки. М., 1970. С. 9.

11 53 афоризма Козьмы Пруткова, опубликованные в № 10, посвященном его «полувековому юбилею», не учитываются.

12 Стрекоза. 1900. № 31. С. 7.

13 Стрекоза. 1900. № 13. С. 7.

14 Например, «Генерала Френча. Там, где я не могу показать нос, я показываю спину» (Стрекоза. 1900. № 14. С.3).

15 Например, «Актер лезет на сцену, а молодая актриса — в публику» (Стрекоза. 1900. № 17. С. 6).

16 Например, «В дачных лавках сильно зазеленела колбаса и ветчина» (Стрекоза. 1900. № 24. С. 3).

17 Например, «Со всяким желудком приятно иметь дело до первого расстройства» (Стрекоза. 1900. № 41. С. 3).

18 Например, «Сидишь в траншее, не вытягивай шеи» (Стрекоза. 1900. № 45. С. 3).

19 Например, «Дураков на свете так много, что они должны считать за честь, если их принимают за сумасшедших. Гейне» (Стрекоза. 1900. №39. С. 7).

20 Подробнее см.: Меднис М. Анекдот, как фольклорный жанр (на основе материала латвийской периодики): Магистерская работа. Рига, 2004. С.41-55

21 Стрекоза. 1900. № 35. С. 3.

22 Стрекоза. 1900. № 41. С. 3.

23 Стрекоза. 1900. № 18. С. 7.

24 Стрекоза. 1900. № 4. С. 7.

25 Стрекоза. 1900. № 6. С. 6.

26 Например, Жупел (Стрекоза. 1900. № 5. С. 6), Птичка-невеличка (Осколки. 1910. № 18. С. 7), Тарарабумбия (Стрекоза. 1904. № 3. С. 13), Прибаутчик (Стрекоза. 1907. № 35. С. 3) и пр.

27 Например, «Прямо хвалите подругу той женщины, у которой вы добиваетесь успеха» (Осколки 1900. № 25. С. 5).

28 Например, «Бамбук — самое верное и испытанное средство против трусости» (Осколки. 1900. № 27. С. 5).

29 Например, «У женщины скорее лопается терпение, чем корсет» (Осколки. 1900. № 36. С. 5).

30 Осколки. 1900. № 52. С. 7.

31 Осколки. 1900. № 27. С. 6.

32 Осколки. 1900. № 44. С. 5.

33 Например, «Жена да боится мужа», — но из этого не следует, что она должна удирать от него с каким-нибудь корнетом гусарского полка» (Осколки. 1900. № 43. С. 6).

34 Осколки. 1900. № 3. С. 6.

35 Осколки. 1900. № 49. С. 5.

36 Осколки. 1900. № 37. С. 5.

37 Осколки. 1900. № 47. С. 6.

38 Осколки. 1900. № 7. С. 6.

39 Осколки. 1900. № 8. С. 5.

40 Осколки. 1900. № 52. С. 7.

[взаимосвязь литературы и языка]

41 Осколки. 1900. № 4. С. 5.

42 Осколки. 1900. № 47. С. 6.

43 Например, «Женщина спугивает языком птенцов своей мысли, не дав им опериться» (Будильник. 1900. № 15. С. 9).

44 Например, «МЫСЛИШКА. Чтобы не пасть, женщина никогда не должна искать... «опоры» (Будильник. 1900. № 20. С. 9).

45 «Голос совести силен, но шепот кредитных бумажек еще сильнее» (Будильник. 1900. № 15. С. 9).

46 В «Будильнике» 1904 года опубликовано менее 150 юмористических афоризмов, а в 1907 году — всего 55.

47 Например, в «Стрекозе» 1904 года напечатано около 140 единиц этого жанра, а в 1907 — чуть больше сотни; в «Осколках» за 1904 год — 114, а в 1907 году — уже только 98.

48 Например: Изречения Конфуция ХХ столетия // Будильник. 1900. № 15. С. 9; Сцена и жизнь. (из записной книжки актера) // Будильник. 1904. № 5. С. 9; Из книги любви // Будильник. 1907. № 34. С. 9 и пр.

49 Например, «Мужчины, всех без исключения вероисповеданий — бессознательные последователи закона Магомета — по пристрастию к многоженству» (Осколки. 1910. № 35. С. 6).

50 Например, Гулик (Крокодил. 1930. № 4. С. 11); Беспартийный Савелий Октябрев (Крокодил. 1930. № 5. С. 2); Племянник Савелия Октябрева (Крокодил. 1930. № 11. С. 2); Ипа (Крокодил. 1930. № 13. С. 4) и др.

51 Ильф И.А., Петров Е. П. Собр. соч.: В 5 т. / Под ред. А. Г. Дементьева, В. П. Катаева, К. М. Симонова. Т. 1. М., 1961. С. 225.

52 Например, «Не позволяй людям много о тебе думать, делай это сам» (Крокодил. 1960. № 7. С. 6).

53 Например, Меламед Ц. А. Премиальные бивни: Афоризмы, побасенки, эпиграммы, юморески. Рига, 1980; Меламед Ц. А. Между прочим...: Афоризмы и шутки. Рига, 1982; Меламед Ц. А. Поэмы на диете: Юмор. Рига, 1984; Меламед Ц. А. Безотказный бумеранг: Афоризмы, юморист. стихи и проза. Рига, 1990. и пр.

54 http://cdri.ru/soviet/aforistica.php (дата обращения 12.10.2012).

55 Крокодил. 1980. № 18. С. 10.

56 Литературная газета. 1972. № 17. С. 16.

57 А. Алексейчик. Литературная газета. 1972. № 14. С. 16; С.Марков. Крокодил. 1980. № 22. С. 6

58 В. Колечицкий. Литературная газета. 1972. № 12. С. 16

59 А. Фюрстенберг. Литературная газета. 1972. № 25. С. 16.

60 Крокодил. 1980. № 1. С. 13.

61 Крокодил. 1980. № 35. С. 5.

62 Крокодил. 1980. № 17. С. 15.

63 Крокодил. 1980. № 20. С. 4.

64 Например, «Под большими знаменами легче прятаться» (Г. Лауб (ФРГ) Избранное из ненаписанного. Крокодил. 1990. № 29. С. 14).

65 Например, «Величайшие разочарования и величайшие опасения — вот почва для лучших шуток» (К.Воннегут. Крокодил. 1990. № 16. С. 7).

[представляем новые книги. рецензии]

ДускаеваЛ. Р. Диалогическая природа газетных речевых жанров...

цикл», за которым стоит фрагмент развития речевого взаимодействиия, относительно самостоятельное содержательно-логическое единство в его речевом воплощении. Типовые элементарные диалогические циклы — это «вопрос > ответ», «сообщение > его оценка», «побуждение к действию > выполнение этого действия». При этом цикл может строиться как в монологической, так и в диалогической форме. Диалогические циклы могут быть не только двухкомпонентными, но и более полными: «вопрос > ответ > коррекция ответа»; побуждение к действию > выполнение действия > обоснование необходимости его выполнения» и др.

Общее компонентное единство обеспечивается типовой целеустановкой, характерной для избранной сферы общения. Можно критиковать термин диалогический цикл, впервые предложенный в рамках психологии (в стилистике к данному феномену возможно применение имеющегося в речеведении термина диалогическое единство), как и формулировку отдельных компонентов цикла (выполнение действия может быть и неречевым, корректнее было бы говорить об инфор-

мировании как о выполнении действия), однако позитивного отношения заслуживает поиск крупных структурированных компонентов текста. Вне речевых множеств, на базе элементарных языково-речевых единиц убедительные трактовки жанра и текста невозможны. Л. Р. Дускаева включается в направление современной лингвостилистики — поиск комплексных единиц жанрово-текстового описания, справедливо подчёркивая, что функциональное направление требует переосмысления составляющих текста.

Автор монографии не ограничивается выявлением и описанием циклов в их отдельном и самостоятельном виде, в работе прослеживаются типичные цепочки циклов, характерные для отдельных жанров. Так выявляется композиционная сторона речевого жанра — в виде последовательности циклов, а также устанавливаются циклы, характерные для определённых жанров. Таким образом, характеристика жанра включает в себя все три жанровых компонента, по Бахтину: тематический, композиционный и стилистический. При этом