Особенности семейно-правового метода

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2015. № 4 (45). С. 96-103.

УДК 347

ОСОБЕННОСТИ СЕМЕЙНО-ПРАВОВОГО МЕТОДА

THE METHOD OF FAMILY LAW Н. А. ТЕМНИКОВА

Исследуются особенности метода семейного права и вытекающие из выделенных особенностей семейно-правового регулирования перспективы изменений семейного законодательства.

Ключевые слова: метод; семейное право; дискреция; согласительность; традиционность.

In this article are analyzed the features of the method of family legal regulation. On the base of this features the author try to prognoses the family legislation changes.

Key words: method; family law; disctetion; mutual agreement; conventionality.

Одним из ключевых вопросов изучения любой отрасли права является выявление особенностей отраслевого метода правового регулирования, что связано и с обоснованием отраслевой самостоятельности. Метод характеризует отрасль с точки зрения формы: каким образом законодатель регулирует те или иные отношения. Как отмечает В. Ф. Яковлев, метод может характеризоваться лишь такими признаками, объективные основания которых заложены в регулируемых отношениях [1]. По мнению О. С. Иоффе, предмет является решающим фактором, поскольку он, в конечном счете, определяет и характер метода правового регулирования [2].

Несмотря на то, что методу семейно-правового регулирования уделяется внимание в учебниках по семейному праву, монографиях, статьях [3], тем не менее, сложно говорить о наличии единой позиции, поскольку мнения авторов существенно разнятся.

Распространенным является мнение о том, что метод семейного права характеризуется как дозволительно-императивный [4]. Выделяются следующие его признаки: юридическое равенство участников семейных правоотношений, автономия их воли, усиление диспозитивного начала в семейно-правовом регулировании, индивидуальное ситуационное регулирование [5].

В. И. Данилин выделяет следующие признаки метода семейно-правового регулирования: строго личный характер отношений между конкретными субъектами семейного права; персональную индивидуализацию участников семейных правоотношений, накладывающую отпечаток на содержание правоотношений - права и обязанности как бы сливаются с носителем правомочий; в динамике брачно-семейных отношений большое значение имеют факты-состояния; правом регламентируются общественные отношения, в которых большой удельный вес занимают правила морали [6].

В диссертационном исследовании И. Ф. Александрова кроме вышеуказанных особенностей отмечены: наличие семейной правосубъектности участников и нахождение субъектов в особенном состоянии взаимной юридической связанности, руководство ими в своих действиях интересами семьи [7]. Также, по мнению И. Ф. Александрова, равенство и независимость субъектов личных семейных отношений, имущественная самостоятельность, абсолютная автономия воли в той мере, в которой эти признаки присущи гражданскому праву, в семейном праве объективно отсутствуют [8].

Специфика семейно-правового метода регулирования обусловлена особенностями

© Темникова Н. А., 2015

96

Особенности семейно-правового метода

семейных отношений, функциональным назначением семейного права и задачами. А. М. Нечаева справедливо отмечает, что методы правового регулирования семейных и гражданских отношений имеют лишь внешнее, сугубо формальное сходство [9].

Н. Н. Тарусина выделяет предпосылки современного метода семейно-правового регулирования, к которым относит: элементы согласительности, договорности семейных отношений; государственные и общественные интересы в стабильной, нормальной жизнедеятельности брака и семьи; ориентирование семейных отношений на обычай, нормы морали и религии [10].

По мнению В. А. Микрюкова, важнейшей чертой семейно-правового метода является ситуационность, задающая тон регулятивного воздействия на семейные отношения [11].

В. Ф. Яковлев отмечает следующие исходные положения, которым черты метода должны отвечать: каждая черта метода должна выражать сущность отраслевого метода, одну из её сторон; каждая черта метода должна иметь объективные основания в регулируемых отношениях, отражать какую-либо черту опосредуемых общественных связей; приемы отраслевого метода регулирования должны образовывать неповторимую совокупность, выражающую специфику отрасли и быть органически связанными между собой, взаимно дополнять и раскрывать друг друга; приемы регулирования, характеризуя способ воздействия отрасли права на общественные отношения, должны раскрыть специфику правовых связей, функционирующих под регулирующим воздействием норм данной отрасли [12].

Одной из важнейших черт современного семейно-правового регулирования является стремление к сохранению баланса между процессом глобализации и традиционностью, подразумевающей опору на исторические, религиозные, национальные традиции. Традиционность предполагает не столько консервативность, сколько передачу (трансляцию) накопленных знаний, социального опыта от поколения к поколению.

Сложная и многогранная история России испытала воздействие революционных подходов к семейному праву, первые семейные кодексы [13] содержали множество но-

вых положений, многие из которых получили дальнейшее развитие и закрепление (положения об общей совместной собственности супругов, об ответственности родителей, равенстве, родившихся в браке и внебрачных детей), от иных же отказались. Однако драматическая история России показывает, что сохранение и передача семейных традиций, воспитание детей с уважением к принятым в обществе правилам и морали является важнейшим условием сохранения национальной самобытности.

С учетом многонациональности российского общества правовое регулирование семейных отношений находится в совместном ведении Российской Федерации и её субъектов, которые могут принимать законодательные акты в случаях, предусмотренных СК РФ, либо если отношение не урегулировано им.

Несмотря на минимальное количество ссылок на обычаи в тексте СК РФ [14] (например, возможность руководствоваться обычаями при присвоении отчества ребенку в силу п. 2 ст. 58), невозможно отрицать их влияние на правовое регулирование семейных отношений.

К сожалению, в некоторых случаях отсутствие в законе указания на учет традиций приводит к нарушению прав граждан. Так, гражданка литовского происхождения, не состоящая в браке (фамилия оканчивается на «-те»), требовала присвоить родившемуся у нее сыну фамилию с окончанием на «-с» в соответствии с литовскими национальными обычаями, согласно которым окончание фамилии зависит от пола ребенка. В суде первой инстанции ей было отказано во внесении сведений в запись акта о рождении в соответствии с национальными обычаями в связи с тем, что вопросы присвоения ребенку фамилии и определения отчества отнесены действующим семейным законодательством к компетенции субъектов Российской Федерации и обычаи другого государства не могут быть применимы.

Свердловский областной суд, рассмотрев жалобу, сделал вывод о том, что при го -сударственной регистрации рождения в случае присвоения фамилии, определения отчества ребенка на основе национального обычая необходимо учитывать национальные традиции именования [15].

97

Н. А. Темникова

Учет традиций при правовом регулировании семейных отношений предполагает базирование последнего на морали, принятой в обществе, по словам Н. Н. Тарусиной, «семейное право должно быть морально обоснованно» [16].

В то же время семейно-правовое регулирование отражает процессы глобализации, предполагающей сближение правовых систем различных государств под влиянием норм международного права. Необходимость сохранения баланса национальных и государственных интересов с общемировыми процессами составляет одну из задач современного семейно-правового регулирования. Примером тому являются положения закона о защите прав ребенка, концепция ювенальной юстиции, широко используемая в США и странах Европы, и дискуссия в научной литературе, средствах массовой информации о допустимости её применения в России [17].

Важнейшей характеристикой метода семейно-правового регулирования является предоставление суду дискреционных полномочий. В иностранной литературе отмечают как отличительную черту семейного права его дискреционную природу [18]. Каждый спор решается индивидуально в зависимости от обстоятельств, воспринимаемых и анализируемых судом исходя из своего опыта. Дискреция предполагает наличие у судей широкой возможности своего усмотрения, что связано с разнообразием возможных ситуаций [19].

В российском семейном праве эту особенность также отмечают, но используя иной термин - наличие ситуационных норм. Отмечено, что «конкретизированное регулирование семейных отношений достигается путем предоставления выбора для принятия того или иного решения, исходя из конкретных обстоятельств данной жизненной ситуации. Однако правом для выбора и принятия такого конкретного решения, имеющего юридическое значение, наделяются не сами субъекты семейных правоотношений, а компетентные государственные органы» [20]. Думается, что термин «дискреционные полномочия суда» в большей степени характеризует такую особенность семейно-правового регулирования, как предоставление особых полномочий суду в целях учета конкретной ситуации.

Этот термин в последнее время широко используется в административном праве, гражданском и уголовном процессе [21], думается, что возможно его применение и в семейном праве, поскольку именно при решении семейных споров суду необходимо учитывать личную характеристику субъектов, их поведение, личные отношения, условия жизни и иные характеристики. Эта особенность правового регулирования проявляется и в оценочных понятиях, в большом количестве содержащихся в тексте СК РФ (предметы роскоши, недостойное поведение супруга, интересы ребенка и т.д). Наличие в семейном праве понятий, нуждающихся в конкретизации, которая и осуществляется на стадии применения соответствующей правовой нормы, отмечено и Е. А. Чефрановой [22].

По словам В. П. Шахматова, «личнодоверительный характер семейных отношений во многих случаях исключает саму возможность однотипного регулирования не только в императивном, но даже в диспозитивном порядке. Поэтому среди семейных отношений имеются такие, содержание которых лишь частично урегулировано нормами права» [23]. А. М. Нечаева отмечает также воспитательную миссию семейного права и его тяготение к праву естественному [24]. Эти особенности семейных отношений приводят к такой особенности метода, как блан-кетность норм, широкое усмотрение суда, использование оценочных терминов.

Все вышеуказанное и приводит к необходимости предоставления дискреционных полномочий суду. Объективно наличествующие полномочия по принятию решения в рамках конкретной ситуации предполагают необходимость установления пределов дискреционного правоприменения. Исходя из практики Европейского суда по правам человека, Верховного Суда Российской Федерации следует согласиться с мнением А. Г. Фастова и Д. В. Бойко о том, что принцип разумности следует считать специальной юридической гарантией законности дискреционного правоприменения [25]. Разумность в данном случае означает наличие здравого смысла, учет баланса интересов сторон, частного и публичного интереса при вынесении решения судом.

Судебная практика по семейным спорам также показывает распространенность «опе-

98

Особенности семейно-правового метода

режения» правового регулирования судами, когда имеется широко используемый подход к определенной категории дел, не соответствующий действующим нормативным положениям, но приемлемый с точки зрения разумности и добросовестности участников семейного отношения. Например, при применении положений о признании совместной собственности в отношении личного имуще -ства супругов суды выясняют степень износа имущества, наличие необходимости проведения капитального ремонта, какие работы и за чей счет выполнялись, каково соотношение стоимости вещи до произведения улучшений и после (доля увеличения стоимости). Но при этом вопреки положениям ст. 37 СК РФ совместная собственность супругов устанавливается не на всю вещь, а только на ту часть, которая соответствует произведенным в период брака улучшениям, исходя из рассчитанных долей (см., напр.: решение Центрального районного суда г. Тулы от 19 июля

2010 г.; решение Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 16 мая

2011 г. (http://www.gcourts.ru)).

В отличие от метода гражданского права, в семейном праве юридическое равенство участников правоотношения нельзя назвать базовым методологическим принципом. Применительно к супружеским отношениям особое значение имеет гендерное равенство [26], а в родительских (заменяющих их) и алиментных правоотношениях особое значение имеет поддержка, обеспечение и воспитание нуждающихся в этом членов семьи, что подтверждает мнение Н. Н. Тарусиной о социальной направленности семейного законодательства [27].

Реализация социальной направленности семейно-правового регулирования приводит к необходимости государственного контроля за реализацией прав детей и нуждающихся в поддержке лиц, а также к императивному закреплению положений о регистрации и расторжении брака, установлении отцовства и иным. Исторически внутренние семейные отношения, которые, несомненно, имеют частный характер, строились на началах субординации. С течением времени ушли в прошлое институты супружеской, родительской власти, но взамен усилился государственный контроль, особенно в сфере защиты прав ре-

бенка. Как отмечает Н. Н. Тарусина, реализация субъективных семейных прав и обязанностей (прежде всего родительских) находится под постоянным «государевым оком» -в лице органов опеки и попечительства, прокурора и т. п. носителей государственного контроля [28].

Наличие публичного интереса в семейных отношениях О. Ю. Ильина объясняет тем, что интересы каждого из членов семьи подчинены интересам семьи, общества и го -сударства [29].

В литературе отмечается усиление диспозитивного начала в семейно-правовом регулировании [30]. Супруги могут изменить законный режим имущества брачным договором, возможно заключение алиментного соглашения, которым будет предусмотрен размер алиментов, порядок взыскания и индексации. Однако сфера применения соглашений в семейном праве довольно узкая: например, брачным договором можно изменить правовой режим имущества в период брака и (или) в случае его расторжения, в случае смерти супруга будут применяться общие положения о законном режиме имущества. Заключение брачного договора не является основанием для приобретения права собственности, так как в силу п. 2 ст. 218 право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Основания возникновения и прекращения семейных правоотношений регулируются императивными нормами и не могут быть изменены соглашением участников.

Правовое положение ребенка в семье регулируется не только на внутреннем, но и на международном уровне. Наличествуют как общепризнанные минимальные стандарты прав ребенка, прав человека, так и конвенции, непосредственно регулирующие те или иные аспекты семейных отношений. Воздействие международно-правовых положений на реформу семейного права отмечается и в иностранной литературе [31].

Усиление диспозитивных начал возможно применительно к содержанию брачного договора, алиментного соглашения (возможное расширение его возможных условий),

99

Н. А. Темникова

в отношении же соглашений родителей о порядке общения с ребенком (ст. 66 СК), думается, сохранится действующее положение, когда суд может принимать решение, исходя из интересов ребенка.

Как отмечает Н. Н. Тарусина, свобода договора в семейном праве также существенно ограничена запретами вступления в брак, широтой сферы признания брака недействительным, масштабным контролем за реализацией соглашений со стороны компетентных органов государства, невозможностью прекратить соглашением сторон большинство семейных отношений [32].

Одной из особенностей семейно-правового регулирования является и обилие императивных норм в законе, что вытекает из социальной направленности семейного законодательства, о которой ранее шла речь. Отмечено, что императивные нормы могут содержатся в гипотезе правовой нормы, в которой указывается на условия действия того или иного запрета; в диспозиции правовой нормы (накладывается запрет на определенное поведение субъекта права, которое влечет за собой негативные последствия) и в санкции правовой нормы в виде мер семейно-правовой ответственности [33].

Среди императивных семейно-правовых норм немало запретов (перечень препятствий для заключения брака, усыновления (удоче -рения), минимальный размер алиментов на содержание несовершеннолетних детей по алиментному соглашению и т. п.). По мнению Т. Е. Комаровой, исследовавшей запреты в гражданском праве, они выполняют функцию установления как общих пределов осуществления субъективных прав, так и пределов осуществления субъективных прав применительно к конкретным случаям [34].

Необходимость использования запретов в семейно-правовом регулировании обусловлена историческими, социальными, медицинскими и этическими причинами. Запреты устанавливают общие пределы, за которые не должны заступать субъекты семейных правоотношений, они гарантируют соблюдение прав в ряде случаев.

Юридические факты, являющиеся основаниями возникновения, изменения и прекращения семейного правоотношения, также отличаются особенностями. Отмечено сле-

дующее: 1) семейно-правовые связи возникают на основании таких юридических актов, как брак, усыновление и т. д.; 2) чаще всего семейно-правовые отношения возникают в результате сложных фактических составов, в которые помимо актов субъектов семейного права входят и соответствующие акты государственных органов [35]; 3) основную роль в возникновении и прекращении семейных правоотношений играют акты гражданского состояния, подлежащие государственной регистрации в органах ЗАГСа [36].

Заключение брака, рождение ребенка, принятие ребенка на воспитание в семью порождают длящееся правоотношение, в котором превалирует личный компонент. Безусловным правопрекращающим для семейных правоотношений юридическим фактом можно признать факт смерти, поскольку расторжение брака, достижение ребенком совершеннолетия, прекращение усыновления не являются безусловными правопрекращающими юридическими фактами: возможны алиментные отношения, отношения совместной собственности (если не произведен раздел) и т. д.

Прекращение опеки, усыновления по виновным основаниям влекут и такое последствие, как невозможность в будущем принять ребенка на воспитание в семью.

А. В. Маркосян среди особенностей

юридических фактов в семейном праве выделила также более широкую сферу их действия по сравнению с действием юридических фактов в других отраслях права. Они порождают, изменяют и прекращают не только собственно семейные, но и другие правоотношения, если они основаны на семейных связях [37].

В отличие от гражданского права в семейном праве существенно уже сфера применения договоров. Заключение брачного договора, алиментного соглашения возможно, но отсутствие соглашения предполагает, что отношения сторон регулируются в соответствии с положениями, предусмотренными законом. Верным является и вывод А. В. Маркосян о том, что юридические акты в семейном праве далеко не всегда совершаются между юридически равными, имущественно самостоятельными субъектами. Напротив, при их совершении действует принцип приоритетной

100

Особенности семейно-правового метода

защиты субъективных прав и охраняемых законом интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи [38].

Приоритет личных отношений над имущественными, непосредственное влияние условий жизни и иных обстоятельств на семейные отношения влечет наличие специфических условий для признания недействительным брачного договора, расторжения алиментного соглашения, таких как крайне неблагоприятное положение, в которое поставлен супруг условиями брачного договора (п. 2 ст. 44 СК РФ), и существенное изменение материального или семейного положения сторон алиментного соглашения (п. 4 ст. 101 СК РФ).

Особенности семейно-правовой ответственности также дифференцируют метод семейно-правового регулирования. Среди таковых Н. С. Шерстнева называет также отсутствие компенсационно-восстановительного характера неблагоприятных последствий; ответственность может выражаться в лишениях как имущественного, так и личного характера [39].

В. И. Данилин отмечает особенности семейно-правовых санкций: «Они служат юридическим средством охраны и защиты субъективных семейных прав, законных интересов, а не карательным, репрессивным целям, как это имеет место, например, при применении мер уголовного и административного права». «Лично-правовой, строго индивидуально-правовой характер семейно-правовых санкций <.. .> определяет и такую их особенность, как преобладание неимущественных санкций, выражающихся в лишении или ограничении права, но не в возложении на члена семьи новой обязанности» [40].

Применение ряда санкций предполагает невозможность в будущем вступать в семейные правоотношения, связанные с принятием в семью на воспитание ребенка, оставшегося без попечения родителей (отложенные последствия). Эта невозможность доведена до абсолюта, хотя, на наш взгляд, целесообразно предоставить суду право в исключительных случаях вопреки запрету в интересах ребенка и с учетом конкретной ситуации разрешить усыновление, опеку (попечительству).

Необходимость избирательного подхода к установленным запретам на усыновление

(удочерение), установление опеки (попечительства) в отношении лиц, подвергавшихся уголовному преследованию в связи с преступлениями, указанными в абз. 10 п. 1 ст. 127 и п. 1 ст. 146 СК РФ, подтверждена Конституционным Судом России. В Постановлении от 31 января 2014 г. отмечено, что в число преступлений, с которыми связывается данный запрет, федеральный законодатель включил и преступления, относящиеся к категориям небольшой и средней тяжести, в частности неосторожные. Далеко не все преступления из этого перечня связаны с невозможностью осуществления лицом, которому оно вменялось, воспитания усыновленного ребенка (например, преступления против общественной безопасности, предусмотренные ч. 1 ст. 215 УК РФ), хотя сам факт совершения такого преступления, как сопряженного с неосторожностью либо свидетельствующего о наличии умысла, позволяет усомниться в том, что это лицо обладает личностными качествами, необходимыми для воспитания ребенка, по крайней мере без риска для его жизни и здоровья. В силу императивных положений закона судами не могут учитываться сложившиеся отношения между потенциальным усыновителем и ребенком, способность обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие усыновляемого ребенка без риска подвергнуть опасности его психику и здоровье, срок, прошедший с момента его совершения, форма вины, обстоятельства, характеризующие личность, в том числе поведение лица после совершения преступления, иные существенные обстоятельства (подр. см.: Постановление Конституционного Суда РФ от 31 января 2014 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности абзаца десятого пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина С. А. Аникиева»).

Таким образом, можно констатировать, что метод семейно-правового регулирования имеет дифференцирующие признаки, позволяющие отграничить семейное право от иных отраслей. Кроме того, выделение признаков метода позволяет выявить тенденции развития семейного законодательства, такие как расширение возможностей семейных соглашений, сохранение направленности семейного законодательства на сохранение се-

101

Н. А. Темникова

мейных связей, обеспечение защиты членов семьи, нуждающихся в поддержке, обеспечение преимущества прав и законных интересов детей.

1. Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. -Свердловск, 1972. - С. 39.

2. Иоффе О. С. Избранные труды по гражданскому праву: из истории цивилистической мысли. Гражданское правоотношение. Критика теории «хозяйственного права» // Гражданское правоотношение. Критика теории «хозяйственного права». - М. : Статут, 2000. -(Классика российской цивилистики). - С. 3.

3. См. напр.: Антокольская М. В. Семейное пра-

во : учебник для вузов. - М., 2002. - С. 21-31 ; Данилин В. И. Ответственность по советскому семейному праву. - Уфа, 1980. - С. 25-27 ; Муратова С. А. Семейное право : учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция». - М., 2009. - С. 8-10 ; Нерсесян В. С., Чефранова Е. А. Семейное право: либертарно-юридическая концепция //

Вестник российской правовой академии. -2007. - № 1. - С. 51-59 ; Нечаева А. М. Семейное право : курс лекций [для вузов]. - М., 2002. - С. 15-22 ; Пчелинцева Л. М. Семейное право России : учебник для вузов. - М., 2002. -С. 12-20 ; Тарусина Н. Н. Семейное право: очерки из классики и модерна : монография. -Ярославль, 2009. - С. 28 и др.

4. В ряде трудов метод также именуется императивно-дозволительным (см.: Антокольская М. В. Указ. соч. - С. 26). Думается, что не следует проводить дифференциацию семейно-правового метода по тому, какой из терминов ставится на первое место. Описание метода семейного права должно быть проведено путем выделения признаков, в совокупности образующих его специфику.

5. См., напр.: АнтокольскаяМ. В. Указ. соч. -

С. 26 ; Муратова С. А. Указ. соч. - С. 8-10 ; Советское семейное право / под ред. В. А. Рясенцева. - М., 1982. - С. 11.

6. См.: Данилин В. И. Ответственность по советскому семейному праву. - С. 25-27.

7. Александров И. Ф. Правовое регулирование семейных отношений: соотношение семейного и гражданского права : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Самара, 2004. - С. 9.

8. Там же. - С. 10.

9. См. напр.: Нечаева А. М. Особенности воздействия законодательства на институт семьи // Актуальные проблемы государства и права / отв. ред. А. Г. Лисицын-Светланов. -М., 2009. - С. 244.

10. Тарусина Н. Н. О предпосылках построения и результатах реализации метода семейно-

правового регулирования // Вестник Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова. Сер. «Гуманитарные науки». - 2010. - № 4. - С. 39.

11. Микрюков В. А. Ситуационность - главная черта метода семейного права // Семейное и жилищное право. - 2011. - № 4. - С. 9.

12. См.: Яковлев В. Ф. Указ. соч. - С. 65-66.

13. См.: Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве // СУ РСФСР. - 1918. - № 76-77. -Ст. 818 ; Кодекс законов о браке, семье и опеке // СУ РСФСР. - 1926. - № 82. - Ст. 612.

14. Семейный кодекс Российской Федерации : Федеральный закон от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. от 20 апреля 2015 г.) // СЗ РФ.

- 1996. - № 1. - Ст. 16.

15. Ткач Л. Н. Обзор судебной практики по обжалованию действий органов ЗАГС в Уральском федеральном округе // Бюллетень Министерства юстиции Российской Федерации. - 2011.

- № 6 (162). - С. 14-34.

16. ТарусинаН. Н. Семейное право: очерки из классики и модерна. - С. 31.

17. См., напр.: Липов С. А., Рабец А. М. Ювенальная юстиция в России: основные понятия, прошлое и настоящее // Ученые записки Российского государственного социального университета. - 2010. - № 4. - С. 103-106 ; Овчинников А. И. Традиционные ценности России и вызовы ювенальной юстиции // Философия права. - 2010. - № 2. - С. 11-13 ; Штыкова Н. Н. Ювенальная юстиция в США, Англии и России XIX-XX века (историко-правовой анализ) : дис. . канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 2001.

18. От франц. discretionnaire - зависящий от лич-

ного усмотрения - особые полномочия, предоставляемые главе государства, правительства или иному высшему должностному лицу, дающие ему право действовать по собственному усмотрению, в частности в чрезвычайных обстоятельствах (Общий толковый словарь русского языка. - URL: http://

tolkslovar.ru/d3879.html (дата обращения: 20.08.2015)).

19. См.: Standley K. Family law. - 6 ed. - Palgrave macmillan law masters, 2008. - P. 6.

20. Данилин В. И., Реутов С. И. Юридические факты в советском семейном праве. - Свердловск, 1989. - С. 85.

21. См., напр.: Астафьев А. Ю. Процессуальная независимость судьи как субъекта доказывания: пределы дискреционных полномочий // Вестник Воронежского государственного университета. Серия «Право». - 2013. -№ 1 (14). - С. 327-339 ; Давыдов К. В. Судебный контроль за дискреционными административными актами: европейский опыт // Актуальные вопросы публичного права. - 2014.

102

Особенности семейно-правового метода

- № 5 (29). - С. 9-27 ; Лысенко С. М. Дискреционный характер полномочий арбитражного суда в делах о банкротстве // Вестник Омского университета. Серия «Право». - 2013. -№ 1 (34). - С. 162-165 ; Фастов А. Г., Бойко Д. В. Специально-юридические гарантии обеспечения законности в дискреционном правоприменении // Вестник Волгоградской академии МВД России. - 2013. - № 2 (25). -С. 15-22.

22. Чефранова Е. А. Механизм семейно-правового регулирования имущественных отношений супругов : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. -М., 2006. - С. 18-19.

23. Шахматов В. П. Законодательство о браке и семье. (Практика применения, некоторые вопросы теории). - Томск, 1981. - С. 204.

24. Нечаева А. М. Особенности воздействия законодательства на институт семьи. - С. 244.

25. Фастов А. Г., Бойко Д. В. Указ. соч. - С. 21.

26. См., напр.: Ильина О. Ю. К вопросу о равенстве прав мужчины и женщины в семейных правоотношениях // Современное право. - 2007. -№ 8 ; Лушников А. М., Лушникова М. В., Тару-сина Н. Н. Гендерное равенство в семье и труде: заметки юристов. - М. : Проспект, 2006.

27. Подр. см., напр.: ТарусинаН. Н. Семейное право и семейное законодательство: экспертиза на соответствие занимаемой должности социального служения // Социально-юридическая тетрадь. - Вып. 1 : Актуальные проблемы социальной направленности цивилистики и смежных областей юриспруденции: сб. науч. тр. / под ред. Н. Н. Тарусиной. -Ярославль : ЯрГУ, 2011. - С. 54-75.

28. Тарусина Н. Н. Семейное право: очерки из классики и модерна. - С. 51.

29. Ильина О. Ю. Частные и публичные интересы в семейном праве Российской Федерации : автореф. дис. . д-ра юрид. наук. - М., 2006. - С. 10.

30. См. напр.: Чефранова Е. А. Указ. соч. - С. 1819.

31. Standley K. Op. cit. - P. 5.

32. Тарусина Н. Н. Семейное право: очерки из классики и модерна. - С. 51.

33. Параскевова Д. В. Социальная обусловленность императивных норм семейного права // Бизнес в законе. Экономико-юридический журнал. - 2008. - № 4. - С. 200-201.

34. Комарова Т. Е. Функции запретов в механизме гражданско-правового регулирования : ав-тореф. дис. . канд. юрид. наук. - М., 2008. -С. 22.

35. См.: Данилин В. И., Реутов С. И. Указ. соч. -С. 61.

36. См.: Данилин В. И. Реализация и охрана брачно-семейных прав : учеб. пособие. - Уфа, 1989. - С. 86.

37. Маркосян А. В. Юридические факты в семейном праве Российской Федерации : автореф. дис. . канд. юрид. наук. - М., 2007. - С. 8.

38. Там же. - С. 16.

39. Шерстнева Н. С. Российская семья: сущность, государственная политика, правовое регулирование. - Тверь, 2003. - С. 41.

40. Данилин В. И. Реализация и охрана брачносемейных прав. - С. 96.

103