Раскопки поселения Борлы

Марсадолов Л.С. Меры длины древних кочевников Саяно-Алтая I тыс. до н.э. // Сохранение и изучение культурного наследия Алтайского края: материалы конференции. Барнаул, 2001. Вып. XII. С. 229-232.

Марсадолов Л.С. Отчёт об исследовании древних святилищ Алтая в 20032005 годах. Материалы Саяно-Алтайской археологической экспедиции Государственного Эрмитажа. СПб., 2007. Вып. 5. 278 с.

Марсадолов Л.С. Большой Салбыкский курган в Хакасии. Абакан, 2010. 128 с.

Марсадолов Л.С., Паранина Г.Н. Салбыкский археологический комплекс как объект природного и культурного наследия // Известия Русского географического общества. СПб., 2011. Т. 143, вып. 2. С. 79-90.

В.К. Мерц

Павлодарский государственный университет им. С. Торайгырова,

Павлодар, Республика Казахстан

РАСКОПКИ ПОСЕЛЕНИЯ БОРЛЫ

Среди новых памятников Северо-Восточного Казахстана одним из наиболее интересных является многослойное поселение Борлы. Оно открыто в процессе реализации проекта по созданию Свода памятников Павлодарской области, проводившегося в 2007-2009 гг., в рамках республиканской программы «Культурное наследие» (Мерц В.К., 2009; Свод..., 2010, с. 474-476; 2011). Памятник расположен в Лебяжинском районе, в 100 км к юго-востоку от областного центра, на оз. Борлы. Он приурочен к ровной площадке западного берега озера, расположенной между двух родников, заросших лиственным лесом (фото 1). Площадка образована первой озерной террасой, которая активно разрушается волновым прибоем.

Наиболее мощный культурный слой с большим количеством фауни-стических остатков и археологического материала обнаружен в северной части берега, на протяжении 150 м. В разрезе озерной террасы, значительная площадь которой уже разрушена, фиксируются очажные пятна, две погребенные почвы и костеносный горизонт (фото 2). Учитывая это обстоятельство, в 2011 г. вдоль данного участка обрыва был заложен раскоп общей площадью около 180 кв.м и проведены первые охранные работы, продолженные в 2012 г.

В результате этих работ был получен богатый вещевой инвентарь, фаунистические и палеоантропологические материалы, проведены стратиграфические наблюдения, которые позволили выяснить, что в целом на памятнике фиксируется 6 литологических слоев, вмещающих культурные остатки (фото 2):

слой 1 приурочен к дерновому горизонту и залегающей под ним современной почве, мощность которой варьирует от 0,5 до 20 см. К нему приурочена керамика раннего железного века, переотложенные фрагменты керамики эпохи бронзы и редкие кости мелких животных;

Фото 1. Общий вид на поселение Борлы. Фото 2. Стратиграфия поселения Борлы. Фото 3. Керамика с формованным валиком, поздний неолит. Фото 4. Керамика с налепным валиком, поздний неолит. Фото 5-6. Керамика с линейным орнаментом, поздний неолит. Фото 7-8. Каменные орудия позднего

неолита. Фото 9. Каменная подвеска, орнаментир, украшения из раковин. Фото 10. Костяные орудия, позднего неолита. Фото 11-12. Каменные орудия среднего неолита. Фото 13-14. Каменные орудия раннего неолита

слой 2 - светло-серая супесь мощностью от 5 до 40 см - содержит керамику эпохи бронзы и переотложенные каменные орудия отщепно-пластинчатой индустрии из патинированного кварцита, местами этот слой полностью отсутствует;

слой 3 - темно-серая с коричневатым оттенком супесь - погребенная почва мощностью от 10 до 25 см, которая местами включает костеносный горизонт и содержит тонкостенную керамику с волнистым и геометрическим орнаментом, без орнамента с налепными и формованными валиками, костяные и каменные орудия отщепно-пластинчатой индустрии из патинированного кварцита;

слой 4 - светло-серая, местами светло-коричневая супесь мощностью от 10 до 25 см. Содержит ямочно-гребенчатую и лощеную с гладкой качалкой керамику, каменные орудия микропластинчатой индустрии из серой яшмовидной породы и кремня, приуроченные к нижней части костеносного горизонта;

слой 5 - темно-серая супесь - погребенная почва мощностью от 5 до 15 см с разрушенной поверхностью. Местами фиксируется лишь по остаточному горизонту трещин усыхания и корней, спускающихся косыми языками клиньев, пробивающих нижележащий слой светло-желтой карбонатной супеси. Содержит редкие артефакты;

слой 6 - светло-желтая карбонатная супесь рыхлой структуры подстилает почвенные слои. В верхней части содержит неорнаментирован-ную керамику, каменные орудия пластинчатой индустрии из патинированного микрокварцита и единичные кости животных, залегающих на глубине до 75 см;

Как мы видим, стратиграфическая картина довольно сложная. Она не позволяет однозначно определить связь некоторых предметов, которые, к тому же, могут быть переотложенными с тем или иным культурным слоем. Но положение основной части комплексов определяется достаточно четко. Хотя по рельефности погребенной почвы видно, что в древности поверхность террасы была неровной, поэтому местами некоторые слои, срезанные эрозией, отсутствуют, и под современной почвой сразу идет погребенная почва - слой 3, а под ней - светло-серая супесь, представляющая остатки второй погребенной почвы слоя 5 или заполнение какого-то углубления. Разобраться в этом позволят лишь дальнейшие исследования и стратиграфические наблюдения.

На памятнике выявлено несколько каменных индустрий, использовавших разнообразное приносное сырье и содержащих множество различных типов неолитической керамики, из которых особо выделяется поздненеолитический комплекс. Он представлен крупными призматическими и плоскостными, двухплощадочными нуклеусами бочонковид-ной формы для получения широких пластин и орудиями из них (фото 7): вкладышами с двусторонней обработкой по краю, ножами, скреблами,

концевыми скребками, скреблами и скребками из отщепов, небольшими овальными бифасами, мелкими наконечниками стрел на пластинах и от-щепах с выемкой в основании (фото 8), плиточными ножами и скреблами, шлифованными теслами, абразивами из песчаника, отбойниками и наковальнями. Хотя связь некоторых макролитов с данным комплексом окончательно не установлена, но весьма вероятна. В качестве основного сырья для индустрии использовался микрокварцит светло-зеленоватого цвета в изломе, покрытого белой патиной. С этим комплексом, вероятно, связаны также небольшая лопаточка - орнаментир из шлифованного сланца, каменная подвеска с изображением змеи, выполненная из аналогичного материала, утюжок (рис. 3 - 9-10, фото 9) и просверленные раковины.

Данный тип индустрии близок поздненеолитическим комплексам региона с крупными пластинами и изделиями из них, типа стоянки Шарбакты-1 и шидертинского слоя 2 (Мерц В.К., 2004). Нуклеусы этой индустрии по своему типу также напоминают архаичные ядрища с боборыкинского поселения ЮАО-ХП на Андреевском озере (Ковалева В.Т., Зырянова С.Ю., 2010, с. 78).

Среди керамики, связанной с данным комплексом, выделяется несколько основных типов:

I тип тонкостенной керамики с большим содержанием в тесте мелкого песка и слюды, или талька, делится на два подтипа: 1) с на-лепным и формованным валиком представлен небольшим круглодон-ным сосудом без орнамента, с ровной шейкой и отогнутым венчиком, по которому с внутренней стороны сделаны косые насечки, в качестве внешнего декора на шейке сосуда имеется небольшой налепной валик, рассеченный вертикальными полосками (рис. 1 - 6); крупным тонкостенным сосудом шаровидной формы без орнамента, с короткой шейкой и прямым венчиком с формованным валиком на его верхней части, рассеченным редкими косыми штрихами и аналогичными элементами по верхнему срезу венчика (рис. 1 - 1); фрагментом небольшого тонкостенного сосуда с формованным валиком, декорированным по верхней, средней и нижней части рядами округлых вдав-лений (рис. 1 - 2).

Ближайшие аналогии неолитической керамики с налепными и формованными валиками широко представлены в материалах боборыкин-ской культуры лесостепного Зауралья (Ковалева В.Т., Зырянова С.Ю., 2010), в рамках которой может быть определена культурная принадлежность посуды данного типа. А посуда с формованными валиками, или воротничками, характерна для прикаспийской энеолитической культуры Нижнего Поволжья (Юдин А.И., 2004, с. 64; 2010, с. 22). Она также широко встречается в неолитических культурах Северной Евразии, вплоть до Забайкалья (Ветров В.М., 2011, с. 35).

Рис. 1. Поселение Борлы, керамика позднего неолита

2) представлен крупным тонкостенным сосудом с ровной, слегка отогнутой шейкой и мелкими перпендикулярными насечками по ровному срезу венчика, верхняя часть сосуда покрыта горизонтально-линейно-волнистым орнаментом, занимающим одну треть его поверхности, средняя часть не орнаментирована, нижняя - отсутствует (рис. 1 - 9); аналогичным по форме сосудом меньшего размера и более массивными стенками с закругленным, слегка отогнутым венчиком, покрытым косыми насечками с наружной стороны и схожим линейным орнаментом в верхней части, но более тонким и ровным (рис. 1 - 8). Этот тип керамики представлен еще несколькими фрагментами от других сосудов (рис. 1 - 3).

Рис. 2. Поселение Борлы, керамика среднего неолита

Некоторые аналогии данному типу керамики мы видим в материалах поселения Иня 11 в лесостепном Присалаирье (Зах В.А., 2003, с. 36, 149), в новых, еще неопубликованных материалах с Семипалатинских Дюн, и кельтеминарских материалах Лявлякана-120 (Виноградов А.В., Мамедов Э.Д., 1975, с. 68, 70) и Космолы-5 (Виноградов А.В., 1981, с. 92). В целом же данная керамика имеет определенное сходство с раннеэнеоли-тическими комплексами Торгая (Логвин В.Н., 2003, с. 99) и некоторыми материалами со стоянки Шидерты-3 (Мерц В.К., 2002, с. 96).

II тип керамики представлен фрагментами сосудов средних размеров с более толстыми стенками, плотным, но слоящимся черепком, округлым туловом и сильно отогнутым венчиком с косыми насечками по его верхней части, по шейке - декорированных округлыми вдавле-ниями и геометрическим орнаментом в виде горизонтального зигзага,

нанесенного жирной линией и рядами более крупных зигзагов, прочерченных тонкими линиями по верхней части тулова, по средней части сосуда проходит горизонтальный поясок, заштрихованный косыми линиями, параллельно ему расположен зигзаг, вдоль которого нанесен ряд мелких вдавлений (рис. 1 - 5). Аналогии данному типу керамики мы видим только среди боборыкинских комплексов (Ковалева В.Т., Зырянова С.Ю., 2010, с. 144) и некоторое сходство по принципу геометрического орнамента и форме сосуда - с кельтеминарскими материалами Лявлякана-120, 121 (Виноградов А.В., Мамедов Э.Д., 1975, с. 68, 70, 89). К этому типу керамики, видимо, относятся и некоторые фрагменты с сильно отогнутым венчиком, без орнамента, а также с округлыми вдав-лениями и рядами гладкой вертикальной качалки (рис. 1 - 4).

III тип керамики представлен сосудами с прямыми стенками, полностью покрытыми горизонтальными рядами оттисков уголка мелкой лопаточки (рис. 1 - 7). По способу орнаментации, эта керамика несколько отличается от основного комплекса и представляется как инородная, но по формовки и характеру излома фрагментов она идентична сосуду с геометрическим орнаментом (рис. 1 - 5). Аналогии подобного типа орнамента есть на керамике с поселения Венгерово-3 в Барабинской лесостепи (Молодин В.И., 1977, с. 45, табл. XXXIV - 4, 6; XXXV - 1, 5; XXXVI - 4).

с этим комплексом связаны также и впервые найденные костяные предметы эпохи неолита. Они представлены рядом проникающих орудий: проколок, шильев (рис. 3 - 2-6), некоторые из них могли использоваться в качестве орнаментиров для керамики, которыми наносились округлые вдавления. Особый интерес среди них представляет тонкий длинный предмет в виде шила или крупной иглы длиною 17 см (рис. 3 - 5). Найден также обломок костяного стержня с насечками в нижней и средней части (рис. 3 - 1), обломок небольшой лопаточки для обработки керамики и обломки двух вкладышевых ножей (рис. 3. 7-8, фото 10).

Важной находкой являются палеоантропологические материалы, представленные коронкой коренного зуба, резцом, фалангой пальца, и части лобной кости. Происхождение этих находок может быть связано с разрушением, в результате хозяйственной деятельности какой-то группы поселенцев, более древнего могильника, существовавшего на этом месте, что позволяет надеяться на открытие в дальнейшем какой-либо его части.

среди каменных изделий отчетливо выделяется комплекс из светло-серой яшмовидной породы, получившей у зауральских исследователей название «боборыкинской яшмы» (Мосин B.C., Никольский В.Ю., 2008, с. 35). Она широко применялась в памятниках атба-сарской культуры (Зайберт В.Ф., 1992, с. 99) и аналогичных индустриях типа слоя 2а стоянки Шидерты-3 и других памятников региона, дати-

руемых нами средним неолитом (Мерц В.К., 2004, с. 25-27; 2008, с. 12). Этот комплекс представлен ионическими нуклеусами для микропластин и орудиями из них: прямоугольными вкладышами, трапециями, угловыми и боковыми резцами на пластинах с фасетированными торцами, проколками, развертками, симметричными наконечниками стрел на пластинах, скребками из отщепов, скребками и скобелями из пластин (фото 11-12).

Рис. 3. Поселение Борлы, костяные орудия, утюжок и каменная подвеска, поздний неолит

С этим комплексом, видимо, связана керамика с плотным слоящимся черепком и большим содержанием органики. Она представлена тонкостенными и толстостенными сосудами с прямым и слегка отогнутым венчиком, с продольными вдавлениями по его верхней части и декорированными горизонтальными и вертикальными рядами гладкой качалки (рис. 2 - 1-2, 4-7). Один фрагмент (рис. 2 - 7) совершенно идентичен сосуду со стоянки Мичурино-2 (Мерц В.К., Ткачев А.А., 1998, с. 38, рис. 1 - 1), где керамика также декорирована в основном гладкой качалкой, что позволяет считать ее аналогичной данному комплексу поселения Борлы. Среди алтайских памятников подобная посуда встречается в 10-й группе керамики с поселения Комарово-1, которую авторы исследования относят к большемысской энеолитической культуре (Абдулганеев М.Т. и др., 2011, с. 30, 103). Здесь же она, как и на стоянке Мичурино-2, связана с более ранней микропластинчатой индустрией.

Менее представительна ранненеолитическая индустрия, выполненная из серого микрокварцита, покрытого молочной патиной. Она сопоставима с ранненеолитическим комплексом третьего слоя стоянки Шидерты-3. Комплекс представлен плоскостными нуклеусами конической формы, коническими и подклиновидными нуклеусами, ровными призматическими пластинами с вентральной и дорзальной ретушью по одному или двум краям, иногда очень глубокой двухрядной ретушью, пластинками с притупленным краем и скошенным торцом, скребками на отщепах (фото 13-14). Это - предварительное определение типологического набора комплексов каменных индустрий, которые будут уточняться в ходе дальнейших исследований, но сам облик индустрий хорошо сопоставляется с аналогичными индустриями региона и, прежде всего, многослойной стоянки Шидерты-3, в разрезе которой они занимают конкретное хроностратиграфическое положение.

Керамика, полученная из нижнего слоя с остатками ранненеолити-ческой индустрии немногочисленна, без орнамента, имеет черный цвет, в формовочной массе содержит большое количество песка. Кроме того, на стоянке найдено множество других типов керамики, культурную принадлежность которых пока затруднительно определить. Однако основная часть, связанная с поздненеолитическим комплексом, судя по таким признакам, как разряженный орнамент, геометризм, нарезной способ его нанесения с помощью гладкого штампа, наличие налепных и формованных валиков на шейке, может быть соотнесена с посудой бобо-рыкинского типа. У нас, правда, пока нет плоских донцев, но так как памятник только начал изучаться, их обнаружение в дальнейшем не исключено. Ближайшее поселение, содержащее плоскодонную керамику, соотносимую авторами с боборыкинской культурой, - Автодром-2 в Новосибирской области (Бобров В.В. и др., 2010), находится на расстоянии более 400 км к северу от оз. Борлы.

Вся крупная фауна, связанная с костеносным горизонтом, по определению Л.Л. Гайдученко, представляет в основном, кости лошади и небольшого количества КРС, принадлежащих домашним особям. Важно отметить, что кости лошади из нижних неолитических слоев, по мнению исследователя, практически ничем не отличаются от основной массы костей домашних животных, происходящих из костеносного горизонта позднего неолита. Данный факт позволяет говорить о возможности производящего хозяйства у неолитических племен Прииртышья на рубеже У-ГУ тысячелетий до н.э., а может быть и раньше.

Необходимо отметить, что из всех стоянок каменного века, обнаруженных на территории Северного и Центрального Казахстана за последние десятилетия, это поселение и другие памятники Борлинского археологического комплекса являются наиболее значительными и перспективными для изучения неолита и энеолита Казахстана. Они содержат информацию совершенно нового типа, которая позволит определить связи древнего населения Правобережного Прииртышья, представляющего западную часть Кулундинской равнины, с племенами юга Западной Сибири, Алтая и Сарыарки. В неолите Прииртышья, где наблюдается смешение культурных традиций неолита Северного и Центрального Казахстана с кельтеминарским влиянием, пока много непонятного.

На наш взгляд, очень важно выяснение пути этого влияния, видимо, проникавшего в Прииртышье и далее на Восток, на территорию Алтая, Монголии и Синьцзяна через Юго-Восточный Казахстан. Но представление о неолитических памятниках этого региона, к сожалению, отсутствует в современной науке из-за не изученности его территории, через которую, по всей вероятности, проходили важнейшие миграционные пути.

Таким образом, открытие и начало изучения нового многослойного поселения эпохи неолита на оз. Борлы имеет большое научное значение, так как оно относится к типу памятников, которые содержат не только богатый кремневый инвентарь, но и костяные изделия, множество керамической посуды, предметы искусства из камня и кости, остатки жилищ, хозяйственных ям и захоронений. Первые раскопки поселения Борлы также дали новые уникальные материалы по неолиту Северо-Восточного Казахстана, которые дополняют информацию о материальной культуре и хозяйственной деятельности неолитических племен региона и подтверждают результаты исследований, проведенных на многослойной стоянке Шидерты 3 (Мерц В.К., 2008), относительно последовательности развития аналогичных комплексов каменных индустрий. Дальнейшее изучение памятника может иметь ключевое значение для реконструкции древнейших периодов истории страны и культурно-исторических процессов, приведших к сложению неолитических культур Казахстана, Западной Сибири и Алтая.

Библиографический список

Абдулганеев М.Т., Кунгурова Н.Ю., Кирюшин Ю.Ф. Многослойное поселение Комарово 1 в ретроспективе истории заселения оз. Иткуль. Барнаул, 2011. 142 с.

Бобров В.В., Марочкин А.Г., Юракова А.Ю. Исследования поселения Ав-тодром-2 в Барабинской лесостепи в 2010 году (предварительные результаты) // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий: материалы итоговой сессии Института археологии и этнографии СО РАН. Новосибирск, 2010. Т. XVI. С. 9-14.

Ветров В.М. Археология Витимского плоскогорья: усть-юмурченская культура (5-4,6-3,5 тыс. л.н.) // Древние культуры Монголии и Байкальской Сибири: материалы международной научной конференции. Иркутск, 2011. С. 34-41.

Виноградов А.В., Мамедов Э.Д. Первобытный Лявлякан. М., 1975. 278 с.

Виноградов А.В. Древние охотники и рыболовы Среднеазиатского междуречья. М., 1981. 174 с.

Зайберт В.Ф. Атбасарская культура. Екатеринбург, 1992. - 222 с.

Зах В.А. Эпоха неолита и раннего металла лесостепного Присалаирья и Приобъя. Тюмень, 2003. 168 с.

Ковалева В.Т., Зырянова С.Ю. Неолит Среднего Зауралья Боборыкинская культура. Екатеринбург, 2010. 308 с.

Логвин В.Н. Ранний энеолит Тургая // Археология, этнография и антропология Евразии. 2003. №1(13). С. 98-105.

Молодин В.И. Эпоха неолита и бронзы лесостепного Обь-Иртышья. Новосибирск, 1977. 175 с.

Мерц В.К., Ткачёв А.А. Неолитические материалы могильника Мичури-но 2 // Древние поселения Алтая. Барнаул, 1998. С. 34-38.

Мерц В.К. Погребение каменного века и энеолитический комплекс стоянки Шидерты 3 // Изучение памятников археологии Павлодарского Прииртышья. Павлодар, 2002. С. 75-102.

Мерц В.К. Об изучении голоценовых комплексов северо-восточного Казахстана // Известия НАН РК. Серия общественных наук. 2004. №1. С. 23-33.

Мерц В.К. Периодизация и хронология голоценовых комплексов Северного и Центрального Казахстана по материалам многослойной стоянки Шидерты 3: автореф. дис. ... к.и.н. Кемерово, 2008. 26 с.

Мерц В.К. Некоторые результаты исследований по Своду памятников Павлодарской области // Маргулановские чтения-2009. Петропавл, 2009. С. 167-171.

Мерц В.К. Новые материалы по неолиту Северо-Восточного Казахстана // Материалы международной научной конференции «Археология Казахстана в эпоху независимости: итоги, перспективы». Алматы, 2011. С. 178-186.

Мосин В.С., Никольский В.Ю. Кремень и яшма в материальной культуре населения каменного века Южного Урала. Екатеринбург, 2008. 96 с.

Свод памятников истории культуры Республики Казахстан. Павлодарская область. Алматы, 2010. 600 с.

Юдин А.И. Варфоломеевская стоянка и неолит степного Поволжья. Саратов, 2004. 200 с.

Юдин А.И. Прикаспийская энеолитическая культура нижнего Поволжья // Археологи Нижнего Поволжья: проблемы, поиски, открытия: материалы III Международной Нижневолжской археологической конференции. Астрахань, 2010. С. 19-26.