Ресурс неотрадиционализма в формировании ценностей и идентичности у студенческой молодежи (на примере калмыков, русских, якутов и монголов)

УДК 378.03 © Ю.В. Попков, Л.Б. Четырова

Новосибирск, Самара

РЕСУРС НЕОТРАДИЦИОНАЛИЗМА В ФОРМИРОВАНИИ ЦЕННОСТЕЙ И ИДЕНТИЧНОСТИ У СТУДЕНЧЕСКОЙ МОЛОДЕЖИ (НА ПРИМЕРЕ КАЛМЫКОВ, РУССКИХ, ЯКУТОВ И МОНГОЛОВ)*

*Работа выполнена по проекту «Влияние этнокультурного неотрадиционализма на формирование общенациональной и этнической идентичности» в рамках Программы президиума РАН «Историческая память и российская идентичность»

В статье анализируются результаты эмпирического социологического исследования, посвященного выявлению ценностных ориентации и идентичностей студенческой молодежи в таких регионах, как Калмыкия, Республика Саха, а также Монголия. Речь идет о сравнительной характеристике этих параметров у различных этнических групп молодежи - калмыков, русских, саха (якутов) и монголов. Акцент сделан на калмыках с учетом того, что они являются евразийцами в буквальном смысле слова, поскольку расселены на границе Европы и Азии, Запада и Востока. Особое внимание уделено степени сохранения традиционной культуры в современных условиях, существующей в виде неотрадиционализма, а также влиянию последнего на формирование ценностных ориентаций и разных видов идентичности молодежи.

Ключевые слова: традиция, неотрадиционализм, ценности, идентичность, молодежь, русские, калмыки, саха (якуты), монголы.

Yu.V. Popkov, L.B. Chetyrova Novosibirsk, Samara

RECOURSE OF NEO-TRADITIONALISM IN THE FORMATION

OF VALUES AND IDENTITIES OF THE STUDENT YOUTH

In the article the results of empirical sociological survey, devoted to revealing of the values orientations and identities of the student youth in the Russian ethnic regions such as Kalmykiya, Sakha Republic, as well as Mongolia are analyzed. The survey concerns a comparison of these parameters among different ethnic groups of the youth - the Kalmyks, Russians, Sakha

(Yakuts) and Mongolians. It is focused on the Kalmyks, who can be literally called as Eurasians, since they live on the border of Europe and Asia, West and East. The special attention is paid to the level of keeping the traditional culture in the modern conditions, which exists in the form of neo-traditionalism and also to its influence on the formation of values orientations and different types of identities of today's youth.

Keywords: tradition, neo-traditionalism, values, identity, youth, the Russians, the Kalmyks, the Sakha (Yakuts), the Mongolians.

В условиях расширения масштабов интернационализации и глобализации, определяющих повсеместное усиление интеграционных процессов, наблюдается действие противоположных тенденций, связанных с фрагментацией и атомизацией на разных уровнях социальной организации. Применительно к этнокультурной сфере это проявляется в повышении интереса представителей разных этнических групп и сообществ к собственным традициям и в стремлении поддерживать своеобразие. Все более очевидной становится ориентация на сохранение различий при одновременном сближении культур.

Особенностью развития многих народов в условиях современных глобализационных процессов является использование стратегии этнокультурного неотрадиционализма, что находит отражение в актуализации исторической памяти, воспроизведении традиций, этнической консолидации. Обращение к собственной культуре и языку, традициям и ценностям является способом этнической самоидентификации и сохранения целостности этнических общностей.

Переплетение отмеченных противоречивых тенденций оказывается существенно значимым фактором формирования современной структуры ценностей и идентичностей, которая характеризуется сложной мозаикой разнородных элементов, представляющих, с одной стороны, глубинные пласты традиционной культуры, с другой - множественные инновации как порождение современности. Реальный дизайн ценностей и идентичностей разнится у разных народов и зависит от конкретных условий их существования как в прошлом, так и в настоящем.

Цель статьи состоит в анализе современных ценностных ориентаций и идентичности студенческой молодежи у нескольких этнических групп, представляющих евразийское социокультурное пространство -калмыков, монголов, русских, саха (якутов). Акцент сделан на калмыках, что связано со следующими обстоятельствами. Калмыки составляют самую западную часть монгольского мира. Будучи частью ойрат, они совершили одну из последних великих миграций тысячелетия, когда 400 лет назад пришли из Западной Монголии на территорию евро-

пейской части России. Спустя 160 лет большая часть калмыков вернулась в Центральную Азию, а оставшиеся здесь стали европейскими азиатами.

Калмыки являются евразийцами в буквальном смысле слова, поскольку стоят на границе Европы и Азии, Запада и Востока. Погранич-ность калмыков двойственна, как двойственны сами понятия Востока и Запада. Для мигрировавших из Западной Монголии калмыков Россия была Западом. Но сама Россия со стороны западного мира оценивается в качестве Востока. Так же Россия воспринимается американской диаспорой калмыков - потомков эмигрантов первой и второй волны. Представляя часть западного мира, они выступают на стороне Запада в отношении к Востоку в лице своей бывшей родины - России.

Двойственность положения калмыков выражается и в географии, и в культуре, и в физически-антропологическом облике. Они - единственный азиатский народ, который имеет свою государственность на территории Европы. Калмыцкая культура, буддийская в своей основе, инкорпорирована в русскую культуру. За плечами калмыков 400-летний опыт успешной аккультурации в пространстве русской культуры. В целом современных калмыков можно рассматривать как продукт столкновения и взаимодействия монгольского и русского миров.

С учетом особенностей исторической судьбы калмыков одной из важных задач работы является анализ данных вопросов в сравнении с ценностными ориентациями у монгольской (Западная Монголия) и русской, а также якутской студенческой молодежи. Выбор именно этих этнических групп для сравнительного анализа обоснован тем, что калмыки, с одной стороны, близки западным монголам исторически (западные монголы выступают ближайшими родственниками калмыков), с другой стороны, их сближает с якутами (саха) принадлежность к титульным народам в республиках в составе России. В то же время калмыков и якутов многое роднит с русскими в силу опыта их совместной жизни в составе Российской империи, СССР и Российской Федерации.

Эмпирической основой работы являются результаты собственных этносоциологических исследований авторов (с использованием количественных и качественных методов)2.

2 В статье анализируются результаты массового социологического опроса, проведенного в 2006-2008 гг. в Калмыкии, Якутии, Монголии. Руководитель проекта -Ю.В. Попков. Организаторы опроса: в Калмыкии - Л.Б. Четырова, Б.М. Мунянова, в Якутии - М.А. Абрамова, в Западной Монголии - Х. Цэдэв. Использованы также материалы о депортации, собранные Л.Б. Четыровой в Калмыкии (2006-2009 гг.).

Прежде всего, отметим, что за 400 лет проживания среди русских, в соседстве с кавказскими народами изменился внешний облик калмыков. Данные физических антропологов свидетельствуют о метисации калмыков. На основании частот встречаемости некалмыцких элементов в различных поколениях антрополог С. Хойт выделяет относительные доли иноэтничного субстрата и антропологические типы, повлиявшие на облик современных калмыков. Он заключает, что за последние 100— 150 лет произошел некоторый сдвиг облика калмыков в сторону европеоидных черт различных среднеевропейских типов [1]. Тем не менее, несмотря на активные контакты с иными этническими группами, калмыки, будучи западной ветвью монголов, сохранили свой антропологический тип, по крайней мере, до середины XX в. Причины устойчивости этого типа кроются в установках и системе ценностей, характерных для традиционного калмыцкого общества. Увеличение с 19601970-х гг. процента смешанных браков в современном калмыцком обществе меняет ситуацию [2, с. 193].

Значимые изменения социального характера связаны главным образом с опытом де-традиционализации культуры калмыков, прежде всего, с их депортацией в Сибирь и Казахстан в декабре 1943 г. Адаптация калмыков к жизни в Сибири происходила в условиях столкновения кочевой и земледельческой культур, разных языковых практик, различных укладов жизни. Многие из степняков-калмыков не говорили по-русски, одеты были непривычно для русского глаза, ели и пили «непонятную» пищу, имели «странные» обычаи. В этой ситуации они должны были выстраивать новую идентичность, возвращая утраченное достоинство и самоуважение.

Депортация была не просто переселением людей. Она завершала начавшуюся после социалистической революции трансформацию традиционной культуры калмыков. Маркером этой трансформации стало их русскоязычие. Об этом свидетельствуют, в частности, женские устные истории о депортации, собранные Л.Б. Четыровой. Все рассказчицы отмечали важность знания русского языка, который использовался как средство адаптации и как инструмент идентификации. Символическая ценность знания русского языка выявилась во время депортации. Оно давало ощутимые выгоды, а незнание русского языка было поводом для насмешек со стороны русских и причиной неспособности постоять за себя. Знание русского языка являлось также свидетельством образованности человека и важным условием продвижения по социальной лестнице.

Анализ устных историй позволяет установить высокую ценность образования для этого поколения калмыков. Наглядной иллюстрацией

этого обстоятельства являются статистические данные о доле лиц с высшим образованием. Согласно переписи населения 2002 г., именно поколение калмыков, родившихся в 1943-1947 гг. имеет наивысший показатель высшего образования - 33,4%.

Для сравнения отметим, что доля лиц, имеющих высшее образование среди русских этого же поколения, составляет на треть меньше -23,0%, а доля бурят - чуть выше, чем у калмыков (35,0%). Как представляется, схожесть уровня образования у двух монгольских народов объясняется, во-первых, высокой ценностью образования у тех и других, во-вторых, семейными традициями, в-третьих, территориальной близостью к вузам [8].

Следует отметить, что в Бурятии и раньше было, и сейчас больше вузов, чем в Калмыкии, долгое время имевшей лишь одно высшее учебное заведение. Вместе с тем фактор близости вузов не является определяющим, так как уровень образования у русских, проживающих в Бурятии и Калмыкии ниже, чем у титульных наций.

При этом надо иметь в виду, что, начиная с поколения 19671963 гг., у калмыков наблюдается устойчивая тенденция роста доли лиц, обладающих высшим образованием, в то время как у бурят имеет место снижение данного показателя. Объясняется это тем, что молодые калмыки стали поступать в высшие учебные заведения за пределами республики. Территориальная близость к таким вузовским центрам, как Москва, Санкт-Петербург (Ленинград), Ставрополь, Ростов и Волгоград, обеспечивала калмыкам большую доступность к вузам, чем бурятам или якутам. Поколение калмыков, родившихся в 1982-1978 гг., имеет наиболее высокий показатель в сравнении с бурятами, якутами и русскими.

Очевидно, что культура современных калмыков, уровень образования которых является очень высоким и превосходит уровень образования многих других народов, в т.ч. русских, не может определяться как традиционная. В то же время, как показало наше эмпирическое исследование, калмыцкая молодежь высоко ценит свои этнические традиции. Так, 84,2% калмыков и 68,7% русских в Калмыкии считают, что традиции и обряды нужны в наши дни. Ситуация в Якутии несколько иная. Здесь лишь 68,2% саха (якутов) и 58,2% русских дали аналогичные оценки.

При ответе на вопрос об источниках информации о традициях студенты-калмыки и русские в Калмыкии выделяют, прежде всего, семью, своих матерей: так считают соответственно 66,0% калмыков и 64,9%

русских. Ответы респондентов обнаруживают также значимую роль школы и вуза в сохранении традиций: это отметили 23,1% калмыков и 15,8% русских Калмыкии. В Якутии ответы на эти вопросы были несколько иными: лишь 45,1% саха и 40,5% русских ответили, что узнали о традициях от матери, а роль школы и вуза подчеркнули лишь 14,5% саха и 5,5% русских.

Из приведенных данных следует, что молодые калмыки являются в большей степени традиционалистами, чем русские и саха. Это проявляется также при ответе на прямые вопросы об отношении к наследию своих предков: 52,3% опрошенных калмыков и 41,9% русских в Калмыкии, 35,1% саха и 26,4% русских в Якутии соглашаются с тем, что молодые люди должны уважать знания и мудрость своих предков, закрепленную в обрядах и традициях.

Значительная часть студенческой молодежи осознает тот факт, что традиции и обряды (ритуалы) объединяют людей в сообщество. Традиции «помогают чувствовать себя частью народа» - так считают 23,3% калмыков и 37,2% русских в Калмыкии, 21,5% саха, 11,4% русских в Якутии. Напомним, что в социальной антропологии ритуалы рассматриваются как способы конституирования сообществ в самых разных общественных сферах. Без ритуалов социальное невозможно. Признаками ритуала являются сакральный (выделенный из будней) характер действия, укорененность во времени и пространстве, публичность, коллективность [3, с. 20].

Подавляющее большинство респондентов-калмыков указывает, что участвует в ритуалах, связанных с основными этапами жизненного цикла. Ритуалы имеют существенное значение для конституирования не только самого сообщества, но и идентичности ее членов. Они (ритуалы) представляют собой репрезентации социальной жизни, дающие возможность человеку поучаствовать в них [3, с. 51]. Так приобретается опыт социального. К основным этапам жизненного цикла относятся, как известно, рождение, половое созревание, женитьба, смерть. Сакральное и социальное значение соответствующих ритуалов раскрывается у калмыков при помощи буддийской религии. В ритуале как действии представляются и выражаются рождение, смерть, женитьба и одновременно даются в опыте и подтверждаются коллективные религиозные установки.

Итак, молодые калмыки полагают, что традиции должны воспроизводиться, они также стараются следовать им. В этой ситуации логичным был бы вывод, что традиционная культура калмыков сохранилась. Но так ли это? Является ли сознание современной калмыцкой (или якутской) молодежи традиционным?

Ответ вряд ли может быть однозначно положительным или однозначно отрицательным. Очевидно, что сознание современного калмыка, монгола, русского или саха коренным образом отличается от сознания его предков. Та традиционная культура, в которую были включены народы досоветской эпохи, отличается от сохранившихся до сих пор форм традиционной культуры. Так, в сегодняшнем хозяйстве в известном смысле традиционными являются методы его ведения у скотоводов Калмыкии, Якутии, Монголии, но не по экономическим целям. Хозяйство фермера-скотовода ориентировано на рынок и прибыль, а значит, является товарным, в отличие от прежнего традиционного хозяйства.

Скот, будучи в традиционном хозяйстве основой богатства, выступал также в качестве единицы его измерения. Такая традиция сохранилась до настоящего времени. Крупные покупки в селах Калмыкии и сегодня измеряются не в прямом денежном выражении, а количеством голов скота, «отданных» за покупку [3]. Тем не менее, в данном случае речь идет о товарном хозяйстве, в котором деньги символически обозначаются как головы скота. В сознании скотоводов в определенной степени сохраняется магический пласт, свойственный традиционному сознанию. До сих пор живы обрядовые практики, призванные оградить скот от недугов, злого умысла и т.д. Устойчивой является ориентация на такие традиционные ценности, как желание иметь детей, хорошее здоровье, трудовую занятость. Однако ориентации на жизнь в селе и желание иметь свой скот - важнейшие ценности кочевников-калмыков - у молодежи имеют низкий статус.

Таким образом, можно констатировать, с одной стороны, сохранение определенных элементов традиционной культуры, с другой стороны, - их существенные изменения. В действительности в настоящее время традиции не могут существовать в том же виде, что и 100 лет назад, поскольку изменились и условия жизни, и сами люди, их потребности, ориентиры, конкретные ценности. Сегодняшние традиции являются на деле не аутентичными традициями, а неотрадициями (неотрадиционализмом) и имеют, как правило, обновленный смысл, обновленное содержание и обновленную форму. Это есть феномен социокультурного неотрадиционализма, который характеризует взаимообусловленность воспроизводства традиции и ее видоизменения, адаптации к современным условиям [4].

Социокультурный неотрадиционализм обеспечивает ресурсы этнич-ности, позволяет сохранять и реализовывать ее даже в условиях, когда,

например, большинство народа является русскоговорящим и не владеет или слабо владеет своим родным, этническим языком.

Маркером, показывающим, насколько калмыки трансформировались, является, как было показано, именно русский язык. Калмыки сегодня в массе своей русскоязычный народ. Однако уровень языковой лояльности, по данным последних переписей населения, достигает у калмыков 90,0%. В действительности владеют калмыцким языком гораздо меньше калмыков. Согласно нашему опросу, 82,5% молодых калмыков считают калмыцкий язык родным, 10,6% рассматривают таковым русский язык, а 6,3% называют родными оба языка. Однако, несмотря на такую, внушающую оптимизм цифру, лишь 43,4% указали, что понимают, читают и пишут по-калмыцки. Уровень же реального использования калмыцкого языка еще ниже. Так, лишь 11,8% опрошенных студентов отметили, что говорят по-калмыцки дома, 8,3% - в учебном заведении, 1,7% - с друзьями. При этом надо учесть, что большая часть носителей языка проживает в сельской местности, а значительная часть опрошенных (66,7%) является выходцами из села.

В то же время важной для молодежи является ценность образования, которую нельзя отнести к числу маркеров традиционного сознания. Ранг данной ценности весьма высок. При этом многие из опрошенных респондентов планируют продолжение образования: в вузе - 55,1% калмыков против 52,5% русских в Калмыкии; в аспирантуре и магистратуре - 10,2% калмыков против 7,7% русских.

Перейдем теперь к характеристике комплекса жизненных ценностей студентов - калмыков, русских в Калмыкии, якутов и монголов. В этой связи представляет интерес оценка отечественными исследователями ценностных ориентаций населения России, составленная на основе базы данных European and World Values Survays. По их мнению, россияне более традиционны, консервативны, чем европейцы. Им свойственна высокая потребность в защите со стороны государства, менее выражены потребности в свободе и самостоятельности, склонность к риску [5]. Наше исследование среди молодежи подтвердило эту тенденцию. Оно обнаружило, в частности, сохранение и воспроизведение в новых формах определенных структур ментальности досоветского и советского периода у молодежи.

Во время опроса каждая из выделенных ценностей оценивалась по трем возможным вариантам ответа: «очень важно» (персонально для респондента), «не очень важно», «не важно». В таблице 1 приведены данные по четырем наиболее значимым для российской молодежи ценностям (учтен ответ «очень важно»). В следующей за ней таблице 2

приведены данные по комплексу остальных ценностных ориентаций, выступивших предметом исследования.

Для студентов, принадлежащих к российским этносам, одинаково высокий ранг имеют ценности здоровья, образования, труда, а также желание иметь детей (табл. 1). У монгольских студентов набор значимых ценностей отличается: это здоровье, образование, постоянная работа по своей профессии и желание много зарабатывать (неважно, где именно). Любопытно, что для российских студентов труд не утратил своего значения, вопреки бытующему мнению о падении значимости этой ценности среди молодежи. В отличие от монголов они не проявили устремления много зарабатывать любыми способами (табл. 1).

Таблица 1

Доминирующие ценности у представителей разных этнических групп студенческой молодежи

Ценности Калмыки Русские в Калмыкии Якуты Русские в Якутии Монголы

% Ранг % Ранг % Ранг % Ранг % Ранг

Иметь детей 94 2 93 1-2 92 3 83 3-4 68 7

Иметь хорошее здоровье 95 1 93 1-2 96 1 93 1 96 9

Иметь хорошее образование 86 3-4 81 5 94 2 92 2 95 92

Трудиться 86 3-4 84 3-4 84 4 83 3-4 - -

Как видно из таблицы 2, существуют определенные различия между калмыками и якутами при оценке характера работы: 66,0% молодых калмыков отмечают в качестве важной ценности постоянную работу, в то время как у якутов это показатель составляет 82,0%. По-видимому, такая разница объясняется тем, что Калмыкия относится к регионам с депрессивной экономикой, значительная доля населения уезжает на заработки в крупные города России. Экономическая ситуация в Якутии несколько другая, это регион с развивающейся экономикой (хотя это развитие относится далеко не ко всем отраслям). Соответственно, ситуация на рынке труда здесь в целом иная, чем в Калмыкии.

Более половины среди всех опрошенных отметили важность работы по любимой профессии, независимо от заработка. В то же время доста-

точно высоким рейтингом обладает возможность зарабатывать любыми способами.

Таблица 2

Степень значимости разных ценностей у представителей этнических групп студенческой молодежи

Ценности Якуты Русские в Якутии Калмыки Русские в Калмыкии Монголы

% Ранг % Ранг % Ранг % Ранг % Ранг

Иметь мужа (жену) 75 7 71 6 74 6 84 3-4 55 9

Состоять в зарегистрированном браке 63 8 54 10 65 8 63 8-9 70 6

Жить в городских условиях 41 12 53 11 32 14 48 11 25 15

Жить в сельской местности 6 20 5 19-20 8 18 7 20 10 17

Иметь богатую обстановку в доме 60 9 43 12-13 35 13 45 12 53 11

Иметь свой скот 7 19 5 19-20 42 11 12 17 42 12

Много зарабатывать (не важно, где именно) 81 6 65 7 66 7 78 6 76 4

Работать по любимой профессии, не обязательно имея высокий доход 54 10 55 9 52 9 42 13 54 10

Иметь постоянную работу по своей профессии 82 5 78 5 76 5 76 7 79 3

Не работать, заниматься воспитанием своих детей, увлечениями 12 17 13 17 24 16 27 14 9 18

Иметь собственное дело (предприятие, фирму) 52 11 43 12-13 49 10 63 8-9 34 13

Жить среди людей своей национальности 22 14 25 14 25 15 16 16 63 8

Разговаривать на языке своей национальности 35 13 57 8 38 12 58 10 75 5

Заниматься политикой, влиять на власть 14 16 14 16 6 20 8 19 18 16

Пожить в другой стране какое-то время 16 15 21 15 18 17 22 15 26 14

Переехать жить в другую страну 8 18 11 18 7 19 9 18 5 19

Высокий рейтинг имеют среди студентов зафиксированные семейные ценности. Однако можно наблюдать четко прослеживаемую закономерность в соотношении важнейших семейных ценностей: на первом месте у всех этнических групп стоит желание иметь детей, на втором -создание реальной семьи и лишь на третьем - формальный (зарегистрированный) брак, который не является столь популярным, как это было в недавнем прошлом.

Менее всего привлекает студентов участие в политике. При этом калмыков характеризует наименьший рейтинг 6,3% против 17,7% у монголов и 14,0% у якутов. Желание жить в сельской местности также занимает низшую ранговую ступень. Не является выраженным, кроме как у монголов, желание переехать в другую страну или пожить там некоторое время.

Респонденты из российских этнических групп проявили слабую ориентацию на проживание в моноэтничной среде - 22,0-25,0%. У монголов этот показатель почти в три раза выше - 62,5%. Объясняется это, видимо, тем, что Монголия является менее многонациональной страной, чем Россия, в которой, согласно последней переписи населения, имеются 182 этнические единицы [6].

Обращает на себя внимание разница между калмыками и якутами, с одной стороны, и монголами, с другой стороны, в оценке важности разговорной практики на своем родном языке. Лишь 35,0% молодых якутов и 38,2% молодых калмыков отмечают важность этого, в то время как среди монголов таковых 74,5%. При этом современные монголы в абсолютном большинстве владеют своим этническим языком, в отличие от калмыков и якутов.

Теперь обратимся к проблеме идентичности студенческой молодежи. Наличие множественности идентичностей является характерной особенностью российских народов. Нас интересовали несколько видов идентичностей - этническая, гражданская, республиканская, а также, условно говоря, глобальная. Обобщенные данные по этому вопросу применительно к калмыкам, русским и якутам приведены в таблице 3.

Выясняется, что для русских, живущих в Калмыкии и русских, живущих в Якутии, наиболее значимой является идентичность гражданина России, в то время как для калмыков наиболее значимой является идентичность гражданина республики, а затем этническая идентичность. Что касается якутов, то для них на втором месте по значимости стоит идентичность гражданина России, а затем уже этническая идентичность.

Таблица 3

Степень значимости для калмыков, русских и якутов разных видов идентичности, %

Виды идентичности Калмыки Русские в Калмыкии Якуты Русские в Якутии

Гражданская (гражданин России) 56 64 45 68

Республиканская 65 12 50 14

Этническая 62 46 40 36

Глобальная (гражданин мира) 37 37 29 38

Как видно из таблицы, ответы студентов-калмыков отличаются от ответов студентов-якутов. Если для якутов наиболее значимой является идентичность гражданина России, то для калмыков - этническая и республиканская идентичность. Вместе с тем идентичность гражданина России у калмыков, хотя и уступает республиканской, но по значимости выше, чем у якутов. Отсюда можно заключить, что для молодого калмыка вопрос о его идентичности является очень важным и разрешается он признанием в качестве равных республиканской и этнической идентичности. Но при этом одновременно высока степень важности общегражданской идентичности. Молодой человек идентифицирует себя как гражданина России. Неожиданно высоким оказался показатель идентичности гражданина мира у обеих сравниваемых групп. Формирование такой идентичности объясняется, во-первых, эффектом имплозии - развитие Интернета, сотовой связи и других средств современной коммуникации, приводит к сжатию пространства. Молодые люди все активнее входят в медийное пространство, живут в медийной реальности, где нет территориально-географических границ. Можно привести примеры различных форумов, где происходит общение молодежи монгольского мира (elista.org; hamag mongol; philadhelphiabrotherhood.org). Во-вторых, большое значение имеет миграция молодежи за пределы России. Много молодых калмыков живет в Чехии, США, Англии, также как немало молодых бурят и монголов живут в Китае, США и других странах. Однако, проживая за границей, молодежь по-прежнему поддерживает свою этническую идентичность.

Значимость этнической идентичности для обеих групп студентов обнаруживается при анализе полноты этничности. 82,0% калмыков и 81,0% якутов считают, что в современных условиях каждый человек должен осознавать свою национальную принадлежность и одновре-

менно знать язык и культуру своего народа. Эту группу можно назвать традиционалистами. Гораздо меньше калмыков (8,6%) и якутов (10,0%) полагают, что важно осознавать свою национальную принадлежность, а знать язык и культуру народа не обязательно. В то же время присутствуют среди опрошенных и «космополиты», считающие, что не имеет особого значения осознание человеком своей национальной принадлежности, знание национального языка и культуры. Но их доля является незначительной: у калмыков - 6,0%, у якутов - 7,0%.

Проведенный анализ ценностных ориентаций молодежи из разных этнических групп показывает, что наивысший ранг, помимо витальной ценности здоровья, имеют такие ценности, как хорошее образование и труд. Значимым у калмыков, якутов и русских является наличие детей, то есть продолжение рода. По сравнению с россиянами у монголов высоким оказался ранг такой ориентации, как желание много заработать (неважно, где и как именно). Выделенные ценностные ориентации опрошенных групп студенческой молодежи в целом являются схожими.

Другой важный вывод состоит в том, что в современных условиях для молодых людей характерным является активное использование ресурсов неотрадиционализма, причем, не только в процессе формирования современной структуры ценностей, но и при определении разных видов идентичности, в частности, в качестве маркеров этнической идентичности. В то же время молодежь в целом ориентирована не на аутентичную традиционную культуру, материальной основой которой является сельское хозяйство, а на городскую культуру, открывающую большие возможности для самореализации личности.

Примечания:

1. Хойт С.К. Проблема метисации в калмыцком обществе // Проблемы этногенеза и этнической культуры тюрко-монгольских народов: сб. науч. ст. -Элиста, 2008. - Вып.2. - С.184-195.

2. Хойт С.К. Иноэтничные включения в группах европейских ойрат (калмыков) по данным родословных // Сборник трудов молодых ученых, аспирантов и студентов Калмыцкого государственного университета. - Элиста, 2008. - С.193.

3. Вульф К. К генезису социального. Мимезис, перформативность, ритуал / пер. Г. Хайдаровой. - СПб.: Интерсоцис, 2009. - 164 с.

4. Шантаев Б.А. Деньги как отражение этнокультурных ценностей у калмыков // VIII Конгресс этнографов и антропологов России: тезисы докладов, 1-5 июля 2009 г., г. Оренбург. - Оренбург, 2009.

5. Мадюкова С.А., Попков Ю.В. Феномен социокультурного неотрадиционализма. - СПб.: Алетейя, 2011.

6. Ядов В.А. К вопросу о национальных особенностях модернизации российского общества [Электронный ресурс]. - URL: http://www.isras.ru/files/File/ Publication/Novye_publikazii/O_naz_osoben_modern_ros_Yadov.pdf (дата обращения 18.07.2014).

7. Богоявленский Д.Б. Все ли российские народы верно посчитали? // Население и общество. - 2008. - №319-320 [Электронный ресурс]. - URL: http:// www.demoscope.ru/weekly/2008/0319/tema01.php (дата обращения 18.07. 2014).

8. Fazel H. Estimation and analysis of demand for higher education based on Human Capital Theory using the SIPP data base: dissertation. - Georgetown University, 1993.

References:

1. Hoyt S.K. Problema metisacii v kalmyckom obshhestve [The problem of crossbreeding in the Kalmyk community]. Problemy jetno-geneza i jetnicheskoj kul'tury tjurko-mongol'skih narodov: sb. nauch. st. - Problems of ethnogenesis and ethnic culture of the Turkic-Mongolian people. Elista, 2008. №2. pp.184-195.

2. Hoyt S.K. Inojetnichnye vkljuchenija v gruppah evropejskih ojrat (kalmykov) po dannym rodoslovnyh [Migrants included in the groups of the European Oirat (Kalmyk) according to the pedigree]. Sbornik trudov molodyh uchenyh, aspiran-tov i studentov Kalmyckogo gosudarstvennogo universiteta - Collection of works of young scientists, postgraduates and students of the Kalmyk State University. Elista, 2008. p.193.

3. Vulf K. K genezisu social'nogo. Mimezis, performativnost', ritual. Per. G. Khaydarovoy [On the genesis of the social. The mimesis, the performative, ritual. Tr. G. Khaydarova]. SPb.: Intersocis, 2009. 164 p.

4. Shantaev B.A. Den'gi kak otrazhenie jetnokul'turnyh cennostej u kalmykov [Money as a reflection of the ethnic and cultural values among the Kalmyks]. VIII Kongress jetnografov i antropologov Rossii: tezisy dokladov, 1-5 ijulja 2009 g., g. Orenburg (VIII Congress of ethnographers and anthropologists of Russia: abstracts of papers, 1-5 july 2009, Orenburg). Orenburg, 2009.

5. Madyukova S.A., Popkov Yu.V. Fenomen sociokul'turnogo neotradicionalizma [The phenomenon of socio-cultural neotraditionalism]. SPb.: Aleteia, 2011.

6. Yadov V.A. K voprosu o nacional'nyh osobennostjah modernizacii rossijskogo obshhestva [To the question about national peculiarities of modernization of Russian society]. Available at: http://www.isras.ru/files/File/Publication/Novye_ publikazii/O_naz_osoben_modern_ros_Yadov.pdf (accessed 18 July 2014).

7. Bogoyavlensky D.B. Vse li rossijskie narody verno poschitali? [Is all Russian peoples true counted up?]. Naselenie i obshhestvo - Population and society. 2008. №319-320. Available at: http://www.demoscope.ru/weekly/2008/0319/ tema01.php (accessed 18 July 2014).

8. Fazel H. Estimation and analysis of demand for higher education based on Human Capital Theory using the SIPP data base: dissertation. Georgetown University, 1993.

Сведения об авторах:

Попков Юрий Владимирович, доктор философских наук, профессор, заместитель директора по научной работе, заведующий сектором этносоциальных исследований Института философии и права Сибирского отделения Российской академии наук, г. Новосибирск, e-mail: yuripopkov54@mail.ru

Четырова Любовь Борисовна, доктор философских наук, профессор кафедры философии гуманитарных факультетов Самарского государственного университета, г. Самара, e-mail: chetyrova@gmail.com Data on authors:

Popkov Yury Vladimirovich, doctor of philosophical sciences, professor, deputy director for scientific work, head of laboratory of ethno-social studies, Institute of philosophy and law, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences, Novosibirsk, e-mail: yuripopkov54@mail.ru

Chetyrova Lyubov Borisovna, doctor of philosophical sciences, professor, department of philosophy for humanities faculties, Samara State University, Samara, e-mail: chetyrova@gmail.com

Рецензенты:

Постников А.Н., доктор философских наук, профессор кафедры философии Бурятского государственного университета;

Сандакова Л.Г., доктор философских наук, профессор кафедры философии Бурятского государственного университета.