Рациональное и иррациональное с позиции философии обыденного сознания

RATIONAL AND IRRATIONAL FROM THE VIEWPOINT OF ORDINARY CONSCIOUSNESS

Baranov Stanislav Trofimovich, DSc of Philosophy, Professor, Department of Social Philosophy and Ethnology, North-Caucasus Federal University, Stavropol

Bokachev Ivan Afanasievich, DSc of Philosophy, Professor, Leading Researcher, institute for Advanced Training of Scientific and Pedagogical Personnel, North-Caucasus Federal University, Stavropol

Neznamova irina Ivanovna, PhD of Philosophy, head of Department, Stavropol branch of Moscow Humanitarian and Economic University, Stavropol

The article presents a scientific analysis of rational and irrational as philosophical categories, if rational is a consciousness phenomenon and is used as universal way to study the World and human beings in it, then irrational defines impact of concealed forces which are currently hypothetical, unexplored and unexplained but nevertheless remain valuable for learning and developing scientific knowledge. The article emphasizes similarities and differences as well as defines place and importance of rational and irrational in scientific and artistic practices.

Keywords: rational; irrational; concealed forces; intuition, ordinary consciousness; images and symbols as expression of reality; abstraction on art; avant-garde in art.

РАЦИОНАЛЬНОЕ И ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ С ПОЗИЦИИ ФИЛОСОФИИ ОБЫДЕННОГО СОЗНАНИЯ

В качестве объекта научного анализа, содержащегося в статье, - представлены рациональное и иррациональное как философские категории. Если рациональное рассматривается как феномен сознания, как универсальный способ познания Мира и человека в нем, то иррациональное обозначает действие скрытых сил, которые гипотетичны, пока непознаны и необъяснимы, но, тем не менее, важны для познания, для развития науки. Акцент в статье сделан на вопросах единства и различия, на определении места и роли рационального и иррационального в научной и художественной деятельности. Ключевые слова: рациональное; иррациональное; скрытые силы; интуиция; обыденное сознание; образы и символы как выражение действительности; абстракция в искусстве; авангардизм в искусстве.

УДК 130.2 ВАК РФ 09.00.13

© Баранов С. Т., 2018 © Бокачев И. А., 2018 © Незнамова ИМ, 2018

Слово "рациональное" обозначает объективно существующий феномен в сознании человека, характеризующий его стремление познавать мир вокруг себя и самого себя в этом мире посредством логических форм. Известно, что в структуре сознания все его нравственные, эстетические и другие элементы имеют свой антипод. Например, мужество - трусость; честность - хитрость; любовь к людям - эгоизм, жестокость; бескорыстие - жадность, корыстолюбие; решительность - малодушие; и т. п. Противоположности, составляющие пары, всегда находятся вместе в сознании индивида, но по-разному влияют на характер, а также на его поведение. Этот факт безусловный и никем не оспариваемый.

Сопутствующим спутником рационального является иррациональное. Иррациональное - не иллюзия, не фантом, а реально существующее в нашем повседневном сознании, сложнейшее явление, трудно поддающееся однозначным толкованиям и кратким определениям. Иррациональное не только носитель эмоций, но и определенных информаций. Парадокс заключается в том, что непосредственный носитель информации, обозначаемый словом иррациональное, пока есть недоступное для средств научного познания. Поэтому он гипотетичен, тем не менее, важен для познания, необходим для движения науки. Гениальный русский мыслитель Елена Петровна Блават-ская утверждала, что не существует ничего сверхъестественного, а есть лишь непознанное, необъяснимое в настоящее время. Это утверждение имеет прямое отношение к характеристике иррационального. Мир вечен и бесконечен, а значит, бесконечен и процесс познания, а, следовательно, всегда будет иррациональное, как обозначение скрытых сил, действие которых в бытии человека уже обо-

БАРАНОВ Станислав Трофимович, доктор философских наук, профессор, кафедра Социальной философии и этнологии, СевероКавказский федеральный университет, Ставрополь

БОКА ЧЕВ Иван Афанасьевич, доктор философских наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института повышения квалификации научно-педагогических кадров, Северо-Кавказский федеральный университет, Ставрополь

НЕЗНАМОВА Ирина Ивановна, кандидат философских наук, заведующий отделением, Ставропольский филиал Московского гуманитарно-экономического университета, Ставрополь

значилось. Иррациональное - важнейший психологический фактор, имеющий огромное значение для формирования рационального как способа познания среды и адаптации к ней.

Иногда к иррациональному относят явления, называемые, алогичными, как бы находящимися за пределами действия универсальных принципов и законов. В данном случае закономерности рассматриваются в узком масштабе, игнорируя двойственность, как это наблюдается в философии постмодернизма. У постмодернистов особая неприязнь к диалектике, как универсальному свойству развития. Ими отвергаются все бинарные половозрастные, познавательные, нравственные, эстетические, классовые и другие позиции. Отрицается истина как единство абсолютного и относительного, объективного и субъективного, абстрактного и конкретного. Рациональному философы-постмодернисты противопоставляют иррациональное, научному знанию -обыденное, логическому - эмоциональное. Еще в свое время Г.В.Ф. Гегель отмечал, что противопоставление научному знанию непосредственное знание "весьма скудное и совершенно бессодержательное определение"[1 ,с.414].

Обособление интеллектуального и непосредственного, эмоционального своими корнями восходит к древнегреческой философии. Эта идея находит отражение в логическом учении Аристотеля. Для античного философа принципы и законы, сформулированные им в "Логике" абсолютны и независимы от психологических феноменов. Аристотелевское представление о принципиальном различии интеллектуальной и эмоциональной сфер человеческого сознания просуществовало вплоть до XX века.

Все это дает основание полагать: понятие иррационального - широкое понятие, его нельзя свести к чисто субъективному, к "деталям, отсутствующих в самой реальности и создаваемых воображением" [2, с. 43]. Иррационализм - это единство объективного и субъективного, специфику проявления которого следует рассматривать через связь и взаимодействие, так называемого, теоретического и обыденного сознания. Теоретическое и обыденное - это не уровни представлений, знаний, они сферы, способы бытия человека, наложенные друг на друга.

В советской марксистско-ленинской философии не исключалась роль субъективного, например, в познании, диалектике объекта и субъекта, объективного и субъективного. Этим проблемам было посвящено большое количество научных исследований. Но в понимании

субъективного отсутствовало иррациональное, как важнейший элемент сознания, играющее весьма существенную роль в познавательном процессе. Рациональное и иррациональное рассматривались обособленно друг от друга, считалось, что рациональность - разумность, а иррациональное - неразумность. Утверждалось, что рациональность и иррациональность - это не те противоположности, между которыми существует диалектическая взаимосвязь, они абсолютно исключают друг друга. В эпоху классической философии рациональность, разумность выдвигались на первое место, признавались основной характеристикой мира. Например, в философской концепции Гегеля демиургом всего существующего был признан Мировой Разум. Однако в постклассической философии отношение к рационализму и иррационализму резко меняется - приоритет переходит от рационализма к иррационализму. И это не случайно. Говоря словами С.Л. Франка, наступила эпоха "...глубочайшего безверия, скепсиса, духовной разочарованности и охлажденности" [3, с. 17].

В XIX веке К. Маркс (1818-1883) создаётуче-ние о коммунизме, обществе, которое можно построить посредством совершения социалистической революции и установления диктатуры пролетариата. Марксистская теория спровоцировала Октябрьскую 1917 г. революцию, которая переросла в Гражданскую войну. В результате основательно были нарушены все сферы жизнедеятельности многочисленных народов национальных областей, входивших в состав России.

В XX веке относительно спокойное социальное развитие сменяется трагическими событиями: происходят две мировые войны, в результате которых пострадало и погибло огромное количество людей. Во второй половине этого же века возникают глобальные проблемы, угрожающие существованию всего человечества. С особой остротой заявляет о себе экологический кризис. Причины этого кризиса просты и очевидны: прежде всего, это эгоистическое отношение человеческого рода к природе, потребительски-захватническое использование ее ресурсов.

Нестабильный, взрывоопасный мир способствует формированию и распространению лживой, лицемерной, антигуманной, бездуховной идеологии, энергично распространяемой СМИ по всем странам и континентам. Подобная идеология не только не стабилизирует, а, наоборот, "раскачивает" мир, толкая его все ближе и ближе к пропасти. Да, альтернатив-

ное мировоззрение существует, но оно подавляется всеми имеющимися техническими, информационными средствами, которыми владеет, которые контролирует и направляет мировая финансовая элита.

Новая историческая эпоха выражается также в таких философских дискурсах, как экзистенциализм, постструктурализм, трансгуманизм (элитный), "золотой миллиард" и т. п. Эти учения и взгляды знаменуют отказ от признания разумных оснований социума, на первый план выдвигается идея иррационального характера действительности. Известный представитель постмодернизма Ж. Деррида объявил, что разум "ужасный, коварный Господин и призвал вступить в жестокую борьбу против него. Он сформулировал стратегию деконструкций, которая доказывает, что истинное не является подлинно истинным, закон не отличается от произвола"[4]. С обострением кризисных симптомов развития общества в XX и XXI веках иррационалистические умонастроения получают весьма широкое распространение. Особое внимание при этом уделяется произведениям Ф. Г. Якоби, Ф. В. И. Шеллинга, А. Шопенгауэра, С. Кьеркегора, в которых легко просматриваются иррационалистические тенденции.

Иррациональное стало ассоциироваться, во-первых, с якобы существующими алогичными свойствами человеческого сознания; во-вторых, внетеоретическим знанием, основанным на интуиции и воображении. Многие ученые самых разных направлений были склонны утверждать, что одним разумом познать действительность невозможно, существуют скрытые силы, которые нельзя выразить в понятиях.

Л. Н. Толстой, пытаясь понять исторический процесс и роль личности в нем, пришел к выводу: "Один, только один есть у нас непогрешимый руководитель, всемирный Дух, проникающий нас всех вместе и каждого, как единицу, влагающий в каждого стремления к тому, что должно"[5, с.48]. Говоря о роли Наполеона в сражениях в России, писатель сравнивал французского императора с ребенком, "который держась за тесемки, привязанные внутри кареты, воображает, что он правит"[6, с. 199].

Современный рационализм до сих пор использует многие идеи гуссерлевского наследия. Немецкий философ Э. Гуссерль поиски скрытых, таинственных сил перенес с высоких небес в глубины человеческого сознания. Ученик Гуссерля М. Хайдеггер последовательно и органично применял методы и установки уче-

ния Гуссерля для критики научного познания, для обоснования своего учения иррационального психологизма. Главной задачей своей философии (феноменологии) Гуссерль считал поиски несомненных основ познания. Истина, по Гуссерлю, относится к сфере идеального, которая не имеет "человеческого", "временного" характера и которая вообще не обладает статусом существования. Это мир "чистых сущностей". Мир научныхтеорий, научного познания Гуссерль ставит в зависимость от "донаучного", "вненаучного" сознания, состоящего из суммы непосредственных "очевидностей". Он называет "жизненным миром" сферу "первоначальных очевидностей", нерефлективного "верования". Сфера дорефлексивных фундаментальных очевидностей - это главная сфера обыденного сознания. По мнению Гуссерля, причиной глубокого кризиса европейской рациональности стала утрата связи "чистых" понятий и обыденного сознания в ходе исторического развития.

У представителей "философии жизни" В. Диль-тея, О. Шпенглера, Ф. Ницше, А. Бергсона абсолютные основания бытия мира и человеческой деятельности не имеют рационального характера, они иррациональны. Бергсон утверждает, что в сознании человека множество новых пластов, неизвестных чисто рационалистическому объяснению, неподвластных социальным регуляциям и ограничениям. Глубинными пластами сознания человека объявляются бессознательное и интуиция, которые становятся главными понятиями в философской концепции Бергсона. У Бергсона интуиция представлена и как познание, и как миросозерцание, и как способ ориентации человека в мире, в сложных и изменчивых обстоятельствах общественной и индивидуальной жизни.

Большая часть концепций мировой философии, начиная с античных времен и до XXI века, в основе своей иррационалистична. По большому счету главным философским вопросом было признание существования философского разума. Эту мысль неоднократно подтверждал Гегель, заявляя, что философия своими методами и способами постоянно доказывала бытие Бога. Зигмунд Фрейд перенес внимание философов на ту часть сознания, которую назвал сферой неуправляемых инстинктов, доказывая, что сознательное - маленький островок в океане бессознательного. Фрейдовская идея была подхвачена исследователями разных философских, социологических, культурологических направлений и продолжает развиваться до сих пор во множестве

вариантов. Человек живет в мире, где познанное переплетается с непознанным. Познанное - это знакомый мир, который позволяет человеку жить в нем, опираясь на здравый смысл и инстинкты самосохранения. Непознанное -это невидимый, незнакомый мир, к которому человек относится настороженно, но, тем не менее, пытливо направляясь навстречу к нему. Блаватская верно заметила, что сверхъестественное - то, что называют иррациональным в сфере еще непознанного. В идее Бога рациональное сосуществует с так называемым иррациональным, иррациональное здесь - это особая форма проявления рационального.

Основными формами познавательной деятельности являются научная и художественная, в которых содержатся и рациональное, и иррациональное. Некоторые искусствоведы большое внимание уделяют анализу иррационального в процессах художественной деятельности. Они считают, что в творчестве решающее значение имеет иррациональное. Однако для убедительности данного тезиса им не хватает самого главного - вразумительной характеристики иррационального, они вынуждены ограничиваться лишь общими, смутными характеристиками данного феномена. Например, утверждается наличие в сознании художников иррационального мышления, недоступного ни для разума, ни для рассудка. Иррациональное мышление самостоятельно, независимо от понятийного научного мышления, а также и от интуиции. Б. Раушенбах считает, что не меньшее, а может быть большее, значение для научного и художественного творчества имеет иррациональное мышление [7], которое открывает новые области творческого импульса, не поддающееся рациональному объяснению.

В XXI веке данная концепция получила широкое распространение в отечественной литературе, особенно в литературе искусствоведческого и культурологического толка. Этот взгляд заслуживает быть названным - шаманским. Творческий художественный процесс, в ходе которого создаются произведения, это и есть движение мысли от иррационализма к рационализму, материальному миру. Считается, что только с позиций иррационализма можно понять и признать выдающимся художественным достижением произведения Малевича и других представителей абстракционизма и авангардизма.

В данном случае иррационализм представляют как некую самостоятельную субстанцию, находящуюся в подсознании и определяющую

содержание и характер творческой деятельности художника или музыканта. Иррациональное мышление - скрытая, неведомая сила, которую лучше назвать духом, связанным с трансцендентальным всезнающим миром. Дух - посредник между трансцендентальным миром и человеком, получающим направление своей деятельности вначале на бессознательном уровне, затем происходит материализация полученной информации в слове, на полотне, или в музыке и т.д.

Усиление внимания к проблеме иррационального в жизнедеятельности людей в XX, XXI веках обусловлено следующими мотивами. Во-первых, именно в этот период была потеряна безусловная вера в науку, как безграничное средство решения всех социальных проблем. Во-вторых, многие ученые не считают рационализм единственным способом познания. Кроме того, некоторые исследователи, особенно абстракционизма и авангардизма в своей художественной деятельности, анализ этих направлений строят на иррационализме, утверждая, что они представляют новое иррациональное мышление. По их мнению, иррациональная мысль спасает искусство от материализма и рационализма, которые якобы обезличивают искусство. В иррациональной мысли, в её чувственном выражении не существует реального времени и точных материальных объектов. Это первичный мир явлений, а мир объективных предметов реальностей есть вторичный мир. Таким философским способом апологеты авантюризма в искусстве пытаются защитить это направление и убедить обывателей, не признающих эстетическую ценность этого скандального искусства, что они не доросли до понимания настоящего художественного творения.

Признание приоритета художественного творчества над научным отмечалось и в недалеком прошлом. Например, те же представители "философии жизни" утверждали, что процесс жизни неподвластен аналитической деятельности разума. Научному познанию противопоставляются неинтеллектуальные, интуитивные, образно-символические способы познания жизненной реальности, которые, по их мнению, в основе своей иррациональны. Произведения искусства, живопись, поэзия, музыка объявляются наиболее адекватными средствами и способами постижения и выражения жизни. Некоторые современные исследователи рационализма и иррационализма говорят о принципиальной невозможности логического анализа эстетического со-

держания. Они утверждают, что "...познавательное содержание, заключенное в науке и искусстве неодинаково и, разумеется, художественная картина мира непереводима на язык научных понятий" [8, с. 175]. В основе приведенных рассуждений лежит гносеологическая традиция разграничения искусства и науки как образного и понятийного отражения действительности.

Примечания:

1. Гегель Г.В.Ф. Сочинения. Т.2 / Г.В.Ф. Гегель. - М.:

Политиздат, 1932. - 186 с.

2. Гусев С. С. Рациональность: истоки и эволюция.

// Философские науки. - 2015. - № 5. - 438 с.

3. Франк С.Л. Духовные основы общества. - М. : Республика, 1992. - 511 с.

4. Деррида Ж. От экономии ограниченной к всеобщей экономики / Ж. Деррида // http:www.philosophy.ru/Mbrary/derrida/ ekonom.html 21 января 2017.

5. Толстой Л.Н. Из записок князя Д.Нехлюдова (Люцерн). Собр.соч. в 20 тт. - М. : Государственное издательство художественной литературы,1960. Т.З. - 255 с.

6. Толстой Л. Н. Собрание сочинений. - М. : Правда, 1948. - Т.2. - 289 с.

7. См.: Раушенбах Б.В. Пространственное построение в живописи. - М., 1980. - 288 с.

8. Зись А. Я. Конфронтация в эстетике. - М.: Искусство, 1980. - 239 с.

SYMBOLIC OF DEATH IN THE SPRING FOLKLORE OF GREBENSKY COSSACKS

Grigoryev Anatoly Fedorovich, DSc of Cultural studies, PhD of Pedagogical science, Professor, Honored Artist of the ChR, Department of Theory and Methods of Music Education, Stavropol State Pedagogical State Institute, Stavropol

Specific lifestyle Greben Cossacks related to military service and significantly influenced their songwriting. Greben Cossacks folk songs full of pictures of the development of the North-Eastern Caucasus and reflects the history of the protection of the southern borders of Russia. A significant part of folk songs, with various genres, dedicated to the themes of the internal life of the Village, the military campaigns, life and death of a Cossack, often far away from their native village. Category death through all songs of the Cossacks, reflect the widest palette of life twists and turns, inevitably couching them in emotionally-shaped.

Keywords: symbols of death; folk songs Greben Cossacks; Musica Poetica; sound images, military themes; metaphor, military campaigns; service.

СИМВОЛИКА СМЕРТИ В ПЕСЕННОМ ФОЛЬКЛОРЕ УДК 128

ГРЕБЕНСКИХ КАЗАКОВ ВАКРФ09.00.13

Специфический образ жизни гребенских казаков, связанный с воинской служ- © Григорьев А.Ф., 2018 бой, ощутимо повлиял и на их песенное творчество. Песенный фольклор гре-бенского казачества насыщен картинами освоения Северо-Восточного Кавказа и отражает историю защиты южных рубежей России. Значительная часть песенного фольклора, причем различных по жанру, посвящена темам внутреннего станичного быта, военных походов, службы и смерти казака, чаще всего вдали от родной станицы. Категория смерти проходит через все песенное творчество казаков, отражает широчайшую палитру жизненных перипетий, неизбежно облекая их в эмоционально-образные формы. Ключевые слова: символика смерти; песенный фольклор гребенских казаков; музыкальная поэтика; звукообразы, военная тематика; метафора, военные походы; служба.

Символика смерти представляет один из малоизученных фило-софско-культурологических аспектов. В песенном фольклоре гребенских казаков она представляет феноменальную область традиционного песенного творчества и практически никем не исследованную. Впервые данная проблематика исследовалась автором статьи в монографии "Историософия гребенских казаков в этнической картине мира".

Одна из центральных тем в песенном фольклоре гребенских казаков - воинская служба, которая, сопровождая всю жизнь казаков со всеми тяготами и перипетиями, именовалась зачастую в песне матушкой. Анализ поэтического содержания песенного фольклора позволяет еще раз утвердиться в истинности выражения Дж. Вико о

ГРИГОРЬЕВ Анатолий Федорович, доктор культурологии, кандидат педагогических наук, профессор, заслуженный деятель искусств ЧР, кафедра Теории и методики музыкального образования, Ставропольский государственный педагогический государственный институт, Ставрополь grig. 26rus@gmaii com