Традиции как стержень содержания духовного воспитания в русской народной педагогике

ТРАДИЦИИ КАК СТЕРЖЕНЬ СОДЕРЖАНИЯ ДУХОВНОГО ВОСПИТАНИЯ В РУССКОЙ НАРОДНОЙ ПЕДАГОГИКЕ

С.И. Тарасова

Наполняя содержательный компонент в структуре духовного воспитания подрастающего поколения, мы разделяем точку зрения Г.Н. Волкова, который в содержание воспитания в народной педагогике включает воспитательный опыт народных масс, их педагогические воззрения, взгляды, идеи, традиции в области воспитания [2]. С нашей точки зрения, традиции выступают стержнем содержания духовного воспитания в русской народной педагогике.

Под традицией мы понимаем сохранение, бережное обновление и передачу от поколения к поколению отобранного общественным мнением воспитательного опыта.

Традиции, предающие педагогический опыт народа, характеризуются следующими особенностями:

1) долговечность. Традиции обладают постоянством, устойчивостью, повторяемостью. Отдельные общественно-полезные традиции с течением времени, даже потеряв или сильно изменив свое первоначальное содержание, продолжают жить в памяти людей как дань признательности хорошему прошлому (Г.Н. Волков, Т.Н. Петрова).

2) прочность, стабильность. Традиции - явления жизни, факт самой действительности, проявляются в знаниях, сознании, поступках, действиях, в поведении людей.

3) всеобщность, массовость. Традиции поддерживаются широкими массами, общественным мнением; в духовном воспитании участвуют все: воспитывают, воспитываются, имеет место самовоспитание, взаимное воспитание.

4) многообразие. Традиции бывают семейные, трудовые, игровые.

Сущность традиций состоит в «сохранении неизменности унаследованных форм поведения, бережном отношении к сложившемуся ранее укладу жизни как к культурному наследству прошлого, во внимании не только к содержанию поведения, но и к его внешним проявлениям, к стилю, в результате чего внешняя форма поведения становится особенно устойчивой» [10].

Для того чтобы наиболее полно раскрыть содержание духовного воспитания в русской народной педагогике, необходимо эти традиции распределить по группам, т. е. классифицировать, а затем охарактеризовать каждую группу.

Еще в XIX веке профессор Д.К. Зеленин попытался дать классификацию славянским традициям, разделив их на территориальные, национальные, семейные [5, с. 89]. Н.И. Костомаров, изучая домашнюю жизнь и нравы русского народа XVI -XVII веков, тоже дает классификацию русским традициям: государственные, городские и сельские, семейные [6, с. 231].

Современные исследователи традиции классифицируют по различным основаниям. Так, И.Ф. Дроздов разделяет традиции: по сфере проявления (школьные, профессиональные, трудовые); по области общественной жизни, где эти традиции функционируют (боевые, исторические, героические); по проявлению в них стиля управления общественным и производственным процессом (политические, национальные, народного творчества); по сфере духовной жизни, в которой они проявляются (традиции в науке, морали, религии, искусстве) [4; 7-9].

В.И. Новиков подразделяет традиции на политические, философские, религиозные, нравственные, на традиции литературы и искусства. [7; 10]. Е.В. Белоусова по социальной значимости выделяет общественные (политические, религиозные, экономические); частносоциальные (народные - национальные, семейные, коллективные); государственные (патриотические, трудовые, боевые) [1, с. 33].

Опираясь на существующие в науке классификации, традиции духовного воспитания русского народа можно распределить в группы по ведущей сфере духовной жизни, в которой они проявляются, следующим образом (Таблица 1.).

Данная классификация не претендует на универсальность, но помогает в определенной мере произвести дифференциацию тра-

диций духовного воспитания в русской народной педагогике.

Рассмотрим каждую группу традиций духовного воспитания в отдельности. Археологические раскопки свидетельствуют о том, что эти традиции стали складываться в VI-IX вв. По мере разделения поселений на городские и сельские формировался не только разный уклад, но и некоторые воспитательные традиции. В целом, характер воспитания определяла вера, т. к. православие лежало в основе всей духовной жизни славян. Поэтому в первую группу традиций духовного воспитания нами выделены религиозные -такие, как материнская молитва, крещение, приучение к молитве, исповедь и первое причастие, посещение церкви, хождение на богомолье, участие детей в религиозной обрядовой жизни деревни и др.

Духовное воспитание ребенка начиналось задолго до его появления на свет. Для женщины, «находящейся в тягости», главным была забота о будущем малыше. Внима-

Традиции

тельное отношение к своему состоянию, выполнение определенных несложных правил поведения должно было, по поверью, обеспечить легкие роды, рождение красивого, физически и психически здорового малыша с хорошим характером, обладающего многими способностями и талантами. Для этого женщина в период вынашивания младенца должна была часто молиться Богу и святым угодникам. Христианская молитва, считалось, могла защитить ее будущего ребенка от всех несчастий. Итак, первой религиозной традицией духовного воспитания была материнская молитва о благополучии и здравии ребенка.

С появлением новорожденного в семье главным событием считалась традиция крещения ребенка в православной церкви. Православные люди верили в то, что крещение снимет с ребенка первородный грех, сделает его невинным перед Богом, поставит его под защиту и покровительство Иисуса Христа. Крещение считалось крестьянами необходи-

Таблица 1

вного воспитания

РЕЛИГИОЗНЫЕ

ТРУДОВЫЕ

ПРАЗДНИЧНЫЕ

материнская молитва; крещение;

приучение к молитве; исповедь и первое причастие; посещение церкви;

«дедовское наследие»; хождение на богомолье; вкладывание своих средств в строительство церквей, монастырей;

участие детей в религиозной обрядовой жизни деревни;

церковные богослужения -молебны.

игра «в труд»;

поощрение желания ребенка трудиться;

приобщение детей к трудовым функциям;

уважительное отношение, любовь к крестьянскому труду;

«помочи»:

«навозница», «дожинки», «капустки», «супрядки».

1. Календарные:

Святки: колядование (славление), ряженье, гаданье, посеванье;

Масленица: печь блины, гостевание, катание с гор, на лошадях, кулачные бои, прощение прощения;

Пасха: катание яиц, гуляния (качели, хороводы, игры), поминальная трапеза, обход домов церковным причтом;

Троица: «завивание» - «развивание» березки, «кумление» - «раскумление», хороводы, гадания.

2. Местные: крестный ход, трапеза,

гуляния, гостевние._____________________

мым и для преобразования ребенка - пришельца из «иного мира» - в дитя «нашего», земного мира. Ребенок получал имя, которое выбиралось священником по святцам - церковному календарю дней памяти православных святых или давалось родителями.

Крещение проводилось в присутствии крестной матери и крестного отца, которые в ходе таинства отрекались за младенца от сатаны, вводили его под покровительство Бога. Как правило, это были молодые, сильные, здоровые, по возможности богатые люди, которые были способны вырастить ребенка и передать ему свои хорошие качества. В кре-

стные обычно приглашались близкие родственники. Также был распространен обычай, приглашать в крестные первого встречного на улице человека. Такого крестного считали «божьим кумом», т.е. человеком, которого Бог специально посылает, чтобы он помог новорожденному подольше пожить на земле.

Крестные, считавшиеся духовными родителями ребенка, должны были отвечать за его духовное развитие, оказывать ему помощь в трудных обстоятельствах. Крестники также были обязаны выражать заботу, уважение и почтение к своим крестным родителям. Крестные были обязаны взять на воспи-

тание крестника, если у него умерли родители. В свою очередь, крестник должен был взять на себя попечение о старых и больных крестных родителях.

После крестин по традиции в тот же день полагалось устраивать крестильный обед («Бабины каши»), на который приглашали всех близких родственников семьи, повитуху и крестных родителей. Каждый из приглашенных гостей обязан был принести с собой какую-либо праздничную еду. Повитухе преподносили горшок с пшенной или гречневой кашей, сваренной на меду.

Трапеза начиналась после приезда крестных родителей с ребенком из церкви. Крестный отец вносил в дом мальчика, а крестная мать - девочку. Войдя, они направлялись к печи и слегка прижимали к ней ребенка, затем проходили в передний угол и прикладывали его к божнице. Этот ритуал предполагал приобщение ребенка сначала к домашнему очагу и домашним духам, а затем к домашним христианским святыням.

Следующая религиозная традиция -приучение к молитве. Когда еще ребенок находился в колыбели, он видел ежедневно перед образом молящихся и делающих крестное знамение отца и мать. Как только ребенок проявлял сознание, мать приучала его складывать пальцы для крестного знамения и молиться. При этом слова детской молитвы произносила сама мать, пока ребенок не заучивал этих слов. Первыми молитвами ребенка были «Отче наш» и «Богородице Дево, радуйся». Детей обучали молитвам импровизационного характера, в которых благодарили за Божью милость, обращались к Спасителю и Божьей матери с просьбой о здоровье родным, о помощи в беде и защите от нечистой силы.

Постепенно взрослые начинали приобщать ребенка к церкви. В 7-8 лет крестные родители отводили ребенка к исповеди и первому причастию. При этом они старались подготовить ребенка к этому важному событию: рассказывали о необходимости очищения от грехов и поясняли смысл причащения святых даров. По христианскому поверью, как можно частое приобщение святых Христовых Таин (причащение) через пречистое тело и кровь Его (просфору и кагор) соединяет христианина с Господом, освящает его,

умиротворяет в себе и делает неприступным для темных сил.

Как правило, вместе с взрослыми церковь посещали и дети. Родители считали необходимым, отправляясь в воскресный день или в праздник в церковь, брать с собой ребенка, наставляли его вести себя в церкви чинно, степенно, благопристойно и молиться с усердием.

Православные знания приобретались ребенком на протяжении всего детства, особенно в семьях, где старики или крестные родители были людьми глубоко верующими. Взрослые вслух читали детям псалтырь, молитвенники, рассказывали им христианские предания, знакомили с житиями особо почитаемых в той местности святых, рассказывали о чудесах, которые они совершали, обучали детей духовным стихам, предлагали участвовать в церковном хоре.

Со стремлением вырастить истинно православного человека в русской деревне уживалась традиция «дедовского наследия» (мифы о матери сырой земле, о непобедимом солнце, об умерших предках, наблюдающих за живыми потомками и помогающих им в трудную минуту, о всевозможной нечистой и неведомой силе, готовой испортить человеку жизнь и т. п.). Приобщение к этой традиции происходило во время пересказов мифов, легенд, волшебных сказок, быличек [8, с. 395].

Среди православных крестьян широко была распространена традиция хождения на богомолье, которые совершали для поклонения святым местам, где произошло «чудо» или находился объект, доказавший свою чу-дотворность. На богомолье к святым местам ходили чаще всего по обету, который давался в случае несчастья, болезни, пожара, мора скота и т. п. Кроме того, к святым ходили крестьяне просить благополучного разрешения каких-то важных для человека дел, а также для замаливания грехов. Весной отправлялись туда после посева яровых, а возвращались к пахоте земли под озимь. Осенью на богомолье ходили после окончания всех полевых работ.

Богомолье могло продолжаться от нескольких дней до месяца и больше, так как полагалось идти пешком, обходя попутно несколько святых мест. Богомольцы шли обычно группами по несколько человек во

главе с бывалым паломником, хорошо знавшим дорогу. В пути было необходимо настроиться на религиозный лад, не думать о домашних делах, не злословить, делиться друг с другом припасами, рассказывать о событиях, заставивших отправиться к святому. Придя на место, богомольцы в молитвах, обращенных к покровителю святого места, просили помочь им, передавали в церковь, часовню обещанное по обету полотенце, холст, ставили обетную свечу. Возвращаясь с богомолья, крестьянин ощущал себя обновленным человеком, сбросившим невзгоды.

Среди разбогатевших крестьян была распространена традиция вкладывания своих средств в строительство церкви, нередко общины участвовали своими средствами даже в строительстве монастырей.

В русской деревне имела место быть традиция участия детей в религиозной обрядовой жизни крестьян. Она была обусловлена не только необходимостью включения детей в жизнь взрослых, но и представлением о том, что участие детей в ритуальных действиях обладает большой силой воздействия.

Роль помощников дети исполняли фактически во всех обрядах годового цикла, действия которых были направлены на стимулирование природы, увеличение урожая, благополучие людей, сохранность домашних животных. К примеру, в святочные дни, детям доверялось в рождественский сочельник «покормить Коляду» - мифическое существо, которое приходит в этот вечер под окна крестьянских домов. Мать пекла блины и просила сына или дочку бросить первый блин на улицу для Коляды. В масленицу детям выпадала честь встречать «широкую, веселую боярыню Масленицу». На Егорьев день (23 апреля / 6 мая), когда первый раз после зимы выгоняли скот на пастбище, женщины поручали детям, держа освященную вербу в руках, обежать стадо, чтобы коровы всегда возвращались домой с выпаса, а вербу воткнуть в землю на ржаном поле, чтобы был высокий урожай. В чистый четверг на страстной неделе, когда считалось необходимым защитить свой дом от нечистой силы и колдунов различными магическими действиями, детям поручалось на заре обежать дом с колокольчиком.

В хозяйственном бытии русского крестьянина была широко распространена традиция церковных богослужений - молебнов (благодарственных или просительных молений о благополучии личном и общественном). Крестные ходы и просительные моления о хорошей погоде, богатом урожае и т. д. в храме или вне его, освящение скота, земли, воды проводились в дни церковных праздников. Они также совершались в особые дни, связанные с крайне неблагоприятными для селения или ряда селений событиями в прошлом или настоящем.

Молебны и крестные ходы проводились и в связи с началом и окончанием сева. Решение о проведении молебна на поле и крестного хода принималось на сходке общины. В поле устанавливали чашу с освященной водой, свечи и ковриги хлеба. У стола полукругом стояли несколько крестьян с иконами в руках, напротив размещался священник с причтом, и за ними - все остальные крестьяне. По окончании молебна священник бросал на пашню горсть ржи, собранной с каждого двора. Затем он «двигался краем поля в сопровождении дьячка, несущего чашу с водой, поперек всех загонов и кропил, а следом за ним шел крестьянин - «засевщик», выбранный на сходке, и сеял. После этого иконы относились в церковь, а священника приглашали в избу и угощали [3, с. 177-178].

Рассмотренные религиозные традиции духовного воспитания способствовали воспитанию религиозности, набожности у русского человека. Вера крестьянина в Богосо-творенность мира, в то, что все происходящее осуществляется по воле Божией, но не помимо человека, формировала его как человека, нашедшего в христианстве духовнонравственную опору своей деятельности в хозяйстве и быту.

Вторую группу, наполняющую содержание духовного воспитания, составляют трудовые традиции. К ним мы отнесли: игру «в труд», поощрение желания ребенка трудиться, приобщение детей к трудовым функциям, уважительное отношение, любовь к крестьянскому труду, «помочи».

Анализ исторических, этнографических источников показывает, что дети до 5 лет, а иногда до 7 лет, не имели никаких даже самых минимальных домашних или хозяйст-

венных обязанностей. Родителям не приходило в голову показывать малышам, как надо шить или прясть, плести лапти или запрягать лошадь. Но это не означало, что родители не предпринимали никаких усилий, чтобы вырастить из своего малыша достойного, трудолюбивого крестьянина, ремесленника или всеми уважаемую хозяйку дома. Крестьяне ненавязчиво приучали ребенка к мысли, что ему придется в жизни много трудиться, и что труд может быть радостью и удовольствием. Этот основной постулат крестьянской жизни закладывался в душу ребенка традицией своеобразной игры «в труд» взрослых с детьми, а также поощрением любого желания малыша включиться в работу.

Игра «в труд» с малышом 2-4 лет возникала в русской деревни на каждом шагу. Сын видел вернувшегося с охоты отца, слушал его рассказы и у него, естественно, возникало желание стать таким же удачливым охотником, как отец. Поэтому отец вместе с сыном отправлялись на огород и ставили там из веревочки петли и берестяного колпачка ловушку. Малыш отправлялся домой, а мама клала в ловушку пойманную накануне отцом птицу. Через некоторое время ребенок бежал на огород и, радостный, приносил свою первую добычу. Взрослые хвалили малыша, мать целовала его и ласково называла своим «промышленником, удачливым охотником». В другой раз ребенок опускал кусок сети в глубокую лужу, рассчитывая, что в нее попадет рыба. Надежды ребенка никогда не обманывались: рыба всегда попадала из садка отца. Если мать видела, что дочка играет в куклы, то всегда напоминала ей, чтобы она не забывала сварить для кукол обед, а то они останутся голодными. Самым главным в этих играх с детьми была их серьезность, уважительное отношение к его «труду», полное отсутствие желания посмеяться, подшутить над ребенком.

Считалось также необходимым давать малышу какую-нибудь легкую работу, если он увяжется за взрослыми в хлев, на пастбище, в огород или на поле. Если мать гнала домой овец, то обязательно просила пятилетнюю дочку помахать прутиком, объясняя ей, что овцы от этого побегут быстрее. В огороде мать давала дочке подержать морковку или выбросить подальше сорняк. Ма-

ленький сын держал рейку или гвоздь, чем помогал отцу во время ремонта забора. Выполняя эту несложную работу, дети ощущали радость матери или отца оттого, что ее дочка уже «хозяюшка», а сын «промышленник». И поэтому, подрастая, они с удовольствием включались в работу, соответствующую их возрасту и возможностям.

Важным структурным элементом содержания духовного воспитания было приобщения детей к трудовым функциям. Детей приучали к труду с 5-7 лет, считая, что «маленькое дело лучше большого безделья». Это диктовалось представлением о том, что если «с измальства» ребенка не включать в деревенскую работу, то он в дальнейшем не будет иметь «усердствующей способности» к крестьянскому труду. Человек, по мнению русских крестьян, может хорошо и с радостью выполнять тяжелую работу пахаря, жницы, плотника, если привычка к труду вошла в его плоть и кровь с раннего детства.

Приобщение ребенка к труду происходило обычно поэтапно. При этом учитывались физические и психические особенности и возможности детей в разные периоды. Объем нагрузки и воспитательные меры, которыми пользовались для привлечения ребят к работе, определялись с учетом прожитых ребенком лет. Крестьяне хорошо понимали, что ребенок должен работать в меру своих сил и возможностей и что ему надо давать, как они говорили, «каждой трудности по разу». В противном случае можно отбить у ребенка охоту к труду, воспитать у него отношение к работе как к тяжелой повинности. В крестьянской семье работа распределялась также в зависимости от пола ребенка. Девочкам поручалась работа, которая готовила бы ее к жизни женщины, мальчикам давались знания и умения, необходимые мужчине. При этом обучение строилось таким образом, что ребенок точно знал свои обязанности, и родителям не приходилось напоминать о них ребенка.

Приобщение детей к труду в русской деревне происходило легко и незаметно под руководством матери или отца, бабушки или дедушки, старших сестер или братьев. Воспитываясь в атмосфере труда, дети сами проявляли интерес к работе, изъявляли желание заняться нужным для семьи делом. Родители

обычно старались поддержать в ребенке это желание, дать ему работу, которую он мог выполнить самостоятельно, и обязательно похвалить ребенка.

Передача традиций уважительного отношения, любви к крестьянскому труду была основной воспитательной обязанностью семьи и общины. Сочетание православных традиций (молебны, крестный ход) с жизнью и трудом (первый выгон скота, вспашка и сев яровых хлебов и т. п.) усиливало духовную ориентацию детей на активную трудовую деятельность. Возвышенное отношение к полевым работам формировал обряд «наречение пахаря». Им становился наиболее благочестивый и «добрый» хозяин.

Особая значимость сева проявлялась в обряде очищения. Перед выездом в поле мылись в бане, одевались в чистые одежды, чтобы семена и поле были чистыми. Оберегающее значение имел древний аграрный обряд «опахивание» [9, с. 57] поля, усадьбы, деревни. Многократное повторение обрядовых действий интерпретировалось в сознании ребенка как возвышенное, трепетное отношение к крестьянскому труду.

Каждый этап крестьянской работы проходил с особой торжественностью, эмоциональным подъемом, что также фиксировалось в сознании детей позитивным отношением ко всякому труду. Атмосфера праздника, общего веселья создавалась во время сенокоса. Несмотря на тяжелый и напряженный труд, вся община веселилась в течение всего этого периода, который нередко продолжался 20-30 дней [3, с. 39].

Уважительное отношение крестьян к труду выражалось в красочных эпитетах, описывающих все, что касалось его. В прошении писали: «наше счастье в сохе», «земля-кормилица», «матушка». Слово «труд» часто писалось с заглавной буквы. Возвышенное отношение к труду выражалось в предшествующих многим крестьянским делам обрядах, заговорах, молитвах. Всякое серьезное дело начинали благословясь, сотворив молитву.

Почтение к труду проявлялось в крестьянских праздниках. В один из дней масляной недели в сибирских селах устраивали массовые игрища, изображавшие крестьянские работы. Обрядовые действия имитировали раз-

личные виды труда: вспашку и боронование, сев, жатву, теребление льна, работу с куделей и др. Магический смысл обрядов сочетался с их педагогической значимостью. Дети наблюдали, участвовали в обрядовых действиях, проникались важностью полевых работ для благополучия семьи, видели мастерское владение крестьянскими инструментами.

Традицией русской деревни были «помочи», «толока» - коллективная помощь односельчанам, оказавшимся в трудном положении, и семьям с целью быстрого завершения работ, с которыми она не могла справиться самостоятельно. Значение этой традиции определялось необходимостью трудовой взаимопомощи, как в повседневной жизни крестьянина, так и при неблагоприятных обстоятельствах.

Соседская помощь односельчанам, оказавшимся в трудном положении, регулировалась целой системой норм поведения. Частично такая помощь проходила через общину. Мир направлял здоровых людей топить печи, готовить еду и ухаживать за детьми в тех дворах, где все рабочие члены семьи были больны. Вдовам и сиротам община нередко оказывала помощь трудом общинников: во время сева, жатвы, на покосе. Иногда мир обрабатывал участок сирот в течение ряда лет.

Особенно распространена была помощь общины погорельцам - и трудом, и деньгами. Сбор средств в пользу пострадавших начинался обычно сразу после пожара. Отводя участок леса для погорельца, община могла, по решению схода, вырубить лес, вывезти бревна на место стройки.

Мирская помощь обедневшему крестьянину без чрезвычайных обстоятельств оказывалась гораздо реже. Считалось, что в обычных условиях хозяин сам виноват, если дела у него не ладятся. Помощь общины отдельной семье оказывалась во время значительных семейных событий - свадьбы, похорон и др., если семья в этом нуждалась. Характер работ традиционно выполнявшихся помочью, отразился в их названии: «навозница», «дожинки», «капустки», «супрядки».

После работы следовало застолье. Совместные работы в помочах заканчивались общим застольем - «пиром», «гуляньем». Хозяин ставил на стол обильное угощение с водкой. Обычно это было щи с мясом, лапша

с мясом, каша пшенная, гречневая, жидкая гречневая каша с требухой. В благодарность за угощение участницы «дожинок» исполняли «помочанские» песни в честь хозяина. Такие отношения передавали все знания и трудовой опыт от старшего младшим поколениям.

Рассмотренные трудовые традиции духовного воспитания приучали детей к систематическому труду, передавая все известные в крестьянском мире навыки, знания и уменья, способствовали формированию привычки трудиться, трудолюбию, почтение и уважение к труду, ответственность за порученное дело. Участие детей в обрядах, наблюдение за обрядовыми действиями взрослых приводило к осознанию важности и необходимости крестьянского труда в жизни человека.

Третью группу традиций духовного воспитания образуют праздничные традиции. Условно праздники, бытовавшие в крестьянской среде, могут быть разделены на две большие группы: календарные праздники и местные. Каждый праздник был посвящен определенной дате земледельческого и церковного календаря, отмечался цельностью и своеобразием. В то же время у каждого праздника есть общие элементы традиций.

Все праздники сопровождались обходом домов деревни определенным коллективом людей (на Святки - колядники, на Пасху -волочебники, на Вьюнец - 2-я неделя после Пасхи - дети и молодежь и т. д.). Это делалось для того, чтобы окружить «магическим кругом» все население деревни, предохранить ее от действия злых сил и способствовать ее процветанию.

Украшаясь цветами и листьями, крестьянин тем самым надеялся помочь обнаженной земле покрыться зеленью. Катаясь зимой на санках, а весной раскачиваясь на качелях, он предполагал, что, чем дальше прокатится и чем выше раскачается, тем длиннее и выше поднимется лен и лучше взойдут хлеба. Пекли специальное печенье в виде домашних животных, т. к. верили, что изображаемое должно стать действительным, т. е. выпеченные и съеденные фигурки обеспечат приплод скота. В определенные дни устраивали обильные торжественные трапезы, чтобы гарантировать столь же обильное воспроизводство съестного. В период бурного роста хле-

бов и трав молодежь устраивала игрища с громким смехом, хороводами, песнями.

В традициях всего земледельческого широко использовались яйца, зерна злаков, чучела. Зерно обладает свойством надолго сохранять и вновь воссоздавать жизнь, умножая ее. В животном мире зерну или семени соответствует яйцо. Оно сохраняет, содержит жизнь, воссоздает ее. Этим объясняется, зачем при севе в зерна клали вареные яйца, почему в поле, на лугу, под березкой ели яичницу, с какой целью в любом ритуальном угощении присутствовала кутья.

Чучела - это олицетворение силы или символическое изображение божества. Чаще всего чучела изготовляли на Масленицу, Семик, в обряде похорон кукушки. Им устраивали торжественную встречу, а затем уничтожали, сжигали в поле, у реки. Разыгрывались настоящие похороны, которые обставлялись комически и завершались нередко бурным весельем. Чучело убивали, чтобы заставить божество воскреснуть или передать свою силу земле и возродиться из нее в виде нового урожая.

Главным элементом всех праздников была ритуальная трапеза, которая в качестве основного блюда включало самое божество. На Святки это жареный поросенок или кабан, солнечное божество. На Георгия весеннего - жареный баран, на Масленицу - молочные продукты, мясо исключено, на Пасху - яйца. Умирающий и возрождающийся бог, воплощенный в виде праздника, в ритуальной еде умерщвлял или возрождал человека. В этом и был главный праздничный акт.

Рассмотрим некоторые праздники, в которых наиболее ярко проявлялись праздничные традиции духовного воспитания.

Время от Рождества (25 декабря / 7 января) до Крещения (6/19 января) в народе называлось Святками. Древнее праздничное двенадцатидневье Святок посвящалось зимнему солнцевороту, которое по старому стилю приходилось на 25 декабря. По народному преданью, с этого дня «солнце поворачивает на лето, а зима - на мороз». В честь этого события в ночь под Рождество Христово с 12 часов жгли костры посреди деревенской улицы, напротив каждого дома.

Сам праздник Рождества в народном быту был наполнен подробностями, которые

иллюстрировали события, связанные с рождением Христа. Прежде всего, в сочельник, до первой вечерней звезды никто ничего не ел и не садился за стол. Вечерняя звезда была символом того, что она возвестила волхвам о рождении Христа. Сочельничать, т. е. разговляться всей семьей постной пищей с появлением первой вечерней звезды, начинали с молитвы. Затем старший в семье прикреплял зажженную свечку к хлебу и выходил с ней на двор. Возвратившись с охапкой сена или соломы, он застилал ими избу. Под образа и по углам ставили не обмолоченные снопы ржи, а около икон - кутью. Снова помолившись, садились за стол. Сочельничать полагалось в молчании. В сочельник пекли блины, медовые оладьи и постные пироги с грибами, картошкой, кашей. Этой трапезой заканчивался Рождественский пост, начинались Святки.

Время Святок выделялось в деревенской жизни духовным подъемом в делах церковных, праздничностью - в мирских. Основой новогодних и святочных традиций была, так называемая, «магия первого дня»: крестьяне верили в то, что все, происходящее в первый день Нового года, распространяется на весь год. Поэтому наряду с пожеланием богатого урожая, увеличения скота и т. п. высказывалось пожелание долголетия, счастливого брака, семейного счастья, здорового потомства.

Важной традицией этого цикла было колядование или славление. Для этого собирались подростки, молодежь, молодые мужчины и женщины, среди которых одного обряжали в вывернутую наизнанку шубу, давали в руку палку и суму, куда складывались продукты. Компания колядующих выкрикивали вод окнами изб величание хозяевам.

Во многих районах России традиция «Славление Христа» считалась детской. Дети разбивались на возрастные группы и отправлялись «славить Христа» и поздравлять хозяев с Рождеством с самого утра. Хозяева одаривали славильщиков козульками - печеньем в форме барашков, коровок, бычков, петухов, а также калачами, хлебцами. Все «на-славленное» съедалось вечером во время праздничных развлечений.

Наряду с хождением славильщиков характерным было для святок участие ряженых. Ряженые появлялись на молодежных

посиделках или обходили дома. Готовили костюмы и маски заранее. Наряжались животными и птицами, цыганами, стариками и старухами, скоморохами, калеками, разбойниками, женщины - мужчинами, мужчины -женщинами. Для части крестьянской молодежи с ряженьем была связана определенная религиозно-нравственная проблема: ношение масок и любое переодевание - принятие несоответствующего своей сути образа - воспринималось как грех, требующий очищения в освященной воде. Молодежь из семей со строгим религиозным воспитанием совсем не принимала участия в карнавальной части развлечений.

Хождение ряженых по селению завершалось сбором в общей святочной избе. Здесь и начинались разнообразные гадания. Для гаданья с подблюдными песнями воду должны были принести парень - первенец и девушка, родившаяся в семье последней. Пока шли за водой, черпали ее и несли в избу, они не должны были произнести ни единого слова, не отвечали на вопросы.

Перед исполнением девушками подблюдных песен во время застольного гаданья на стол ставили красное деревянное блюдо, покрытое платком, в которое участницы опускали кольца, наперстки и другие мелкие вещи. Ответ на гадание давала песня, под которую девушка вынимала свою вещь. Многие гадания происходили на улице деревни, сопровождались шутками и розыгрышем молодежи.

Во время святок в канун Нового года -Васильев вечер дети участвовали в традиции «посевания изб». Рано утром, собравшись в небольшие группы, дети обходили крестьянские дома, поздравляли их обитателей с Новым годом и обсыпая под пение передний угол, пол, лавки и самих хозяев овсом. Благодарные хозяева одаривали детей хлебом, пирогами. «Посевание изб» проводилось с пожеланиями урожайного года и плодовитости скота.

Самым большим христианским праздником считалась Пасха. Ее приход как бы открывал дверь в новую возрожденную жизнь среди людей и в природе. Такое восприятие усиливалось и благодаря тому, что закончился длительный Великий пост, и наступала Пасха - праздник всеобщей радости

и оживления. Святость этого праздника была такова, что развлекательная сторона проходила приглушенно.

В конце страстной недели в обстановке строжайшего поста и молитв хозяйки пекли куличи. В полночь на Крестный ход, как правило, ходили все крестьяне. Никто не мог остаться без церковной службы в пасхальную ночь. Иногда семья была вынуждена разделиться: одни шли на «полунощницу», другие - на рассвете. В церкви освящали кулич, пасху и крашеные яйца. После службы семьями встречали восход солнца, наблюдая, как оно играет, поздравляли друг друга с праздником, христосовались (целовались) и дарили крашеные яйца. Прямо из церкви крестьяне с куличами шли на кладбище христосоваться с умершими на могилах. Только после исполнения поминальной традиции они возвращались домой и всей семьей разговлялись.

Символом Пасхи было крашеное яйцо, которое берегли в течение года. По убеждению крестьян, освященные яйца обладали магической силой: могли потушить пожар, уберечь посевы от града. С пасхальным яйцом искали пропавшую или заблудившую скотину.

В представлении крестьянина, яйцо символизировало новую жизнь, пробуждение природы, земли, солнца. Поэтому главным занятием на Пасху было катание яиц по земле и озимям, что должно было вызвать плодородие. Играющий ставил яйцо «на кон», т. е. выкладывал на землю, где крашеные яички выстраивали в одну линию с промежутками в 4-5 вершков. В ста шагах о середины кона отмечали место, куда игроки катили мяч, сделанный из льняных хлопьев или ваты. Вышибленное яйцо считалось выигранным.

Традиции Пасхальной недели настраивали людей на общение хозяев - на первые весенние хлопоты, связанные с крестным ходом для освящения полей, выбором первого пахаря и первого засевальщика; молодежь повсюду устраивала первые весенние гуляния с качелями, хороводами, играми.

Вся Пасхальная неделя посвящалась обходу селений церковным причтом в сопровождении «богоносцев». Это был особый обход, т. к. на Пасху, единственный раз в году,

выносились зарпрестольные образа. Священник, псаломщик и «богоносцы», несшие иконы, заходили в каждую избу, освящали ее двор, хозяйственные постройки, скотину, подготовленные к севу семена.

После ухода причта с иконами и окончания всех молебнов, в деревне начиналось веселье. До этого считалось грехом петь песни и водить хороводы. Почти у каждого дома устраивались качели на козлах, или на веревках.

Таким образом, праздничные традиции земледельческого календаря сохраняли и передавали от поколения к поколению духовно-нравственные заповеди крестьянского мира о труде, земле, всем окружающем мире. Праздник, и годовой цикл праздников в целом, выступает как обоснованная народным сознанием система жизни человека в природе.

Итак, традиции духовного воспитания в русской народной педагогике мы объединили в три группы (религиозные, трудовые, праздничные). Они аккумулируют многовековой опыт и мудрость народа, отражая в полной мере содержание духовного воспитания в русской народной педагогике.

1. Белоусова Е.В. Использование традиций русского народа в нравственном воспитании младших школьников: Автореф. дис. ... канд. пед. наук. Чебоксары, 1998.

2. Волков Г. Н. Этнопедагогика. М., 1999.

3. Громыко М.М. Мир русской деревни. М., 1991.

4. Дроздов И.Ф. Традиции и их роль в коммунистическом воспитании: Автореф. дис. ... канд. пед. наук. М., 1971.

5. Зеленин Д.К. Избранные труды. Статьи по духовной культуре. 1901-1913. М., 1994.

6. Костомаров Н.И. Русские нравы: Домашняя жизнь и нравы великорусского народа: Исторические монографии и исследования: Автобиография. М., 1995.

7. Новиков В.И. Формирование нравственных традиций и привычек в советском обществе: Автореф. дис. ... канд. пед. наук. М., 1971.

8. Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия / Собр. М. Забылиным: Репринтное воспроизведение 1880 года. М., 1990.

9. Русские: семейный и общественный быт. М., 1989.