Место и роль институтов в теориях экономического роста

Бобоев Гуломжон Гапуржонович,

кандидат экономических наук, старший преподаватель Института экономики и торговли ТГУК

МЕСТО И РОЛЬ ИНСТИТУТОВ В ТЕОРИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО

РОСТА

Экономический рост является одним из центральных объектов исследования в современной экономической теории. Параметры экономического роста и их динамика широко используются для характеристики развития национальных хозяйств и степени государственного регулирования экономики. Поэтому проблемы экономического роста занимают в настоящее время центральное место в экономических дискуссиях.

Современные модели экономического роста сформировались на основе двух источников - неоклассической теории производства и кейнсианской теории макроэкономического равновесия. Эти два источника обусловили возникновение двух основных направлений в теоретических исследованиях проблем экономического роста - классического и кейнсианского. Эти два направления по-разному рассматривают воздействие институтов на экономический рост.

Основным условием, обеспечивающим экономический рост, согласно классическому подходу, является свободная конкуренция, где рынок определяет диспропорции экономики. Свободная конкуренция, по мнению её сторонников, должна быть на всех уровнях национальной экономики, а регулирование - там, где это обязательно необходимо.

Представители классической экономической школы, помимо изучения количественных изменений в системе хозяйственных отношений, доказали необходимость рассмотрения социального аспекта как важного фактора, стимулирующего экономическое развитие, и как одной из составляющих научно-технического прогресса.

Социальный аспект в этом случае предполагает существование естественных и неотчуждаемых прав и свобод личности, в том числе и в сфере экономической деятельности. Человек всегда употребляет свободу на достижение собственных своекорыстных интересов. Преследовать свой интерес человек может, только предлагая свои товары и услуги в обмен другим людям. Естественное стремление людей улучшить свое положение - мощный стимул, который способен привести общество к благосостоянию на основе «естественной свободы». По мнению классиков, если экономическая деятельность каждого ведет в конечном счете к благу общества, ее нельзя стеснять.

Основным постулатом классической экономической теории является утверждение о том, что экономика функционирует в условиях общего равновесия, где

с ов о к уп н ы й с п р ос в с е гда равен совокупному предложению, а диспропорции между спросом и предложением могут носить лишь частичный и временный характер. Впервые именно представителями классической экономической школы было обосновано общественное устройство, в котором развитие хозяйства может идти в соответствии с объективными законами экономики, то есть с учетом господства частной собственности, свободной конкуренции и свободной торговли. Однозначно обосновывался принцип невмешательства государства в хозяйственную деятельность как основной сдерживающий фактор экономического роста.

Сторонники неоклассического направления предприняли попытку создать в противовес неокейнсианским системам экономического роста свою концепцию модернизации. Экономический рост в теориях кейнсианцев, доказывали они, представляет собой изменение лишь технико-экономических параметров, не затрагивающих весь комплекс социально-экономических предпосылок. Он рассматривается прежде всего как количественное, а не качественное явление. По мнению неоклассиков, главным условием экономического развития должна быть опора на внутренние ресурсы, а не на иностранную помощь, поэтому в реализации неоклассических идей модернизации заинтересованы и местные предприниматели, и национальные правительства.

Неоклассический вариант теории развития делает акцент на таких факторах долгосрочного роста, как накопление капитала, изменение нормы сбережений, рост численности населения, накопление человеческого капитала и технический прогресс. К институциональным факторам в этом случае можно отнести лишь человеческий капитал, так как его воспроизводство осуществляется совместными усилиями домашнего хозяйства, фирмы и государства.

Вместе с тем известно, что представители кейнсианства не разделяют неоклассическую позицию эффективности производственных факторов и их взаимозаменяемости. Кейнсианский подход заключается в том, что главным институтом, воздействующим на экономический рост, является государство. Государство выступает как основной институт перераспределения инвестиционных ресурсов для обеспечения экономического роста посредством проведения налогово-бюджетной политики.

В отличие от классиков, кейнсианцы рассматривают экономический рост преимущественно с точки зрения факторов спроса. Обычно они объясняют низкие темпы роста неадекватным уровнем совокупных расходов, которые не обеспечивают необходимого прироста ВВП, поэтому политика «дешевых денег» выступает как средство стимулирования капиталовложений. При необходимости налоговобюджетная политика может использоваться для ограничения правительственных расходов и потребления, с тем чтобы высокий уровень капиталовложений не приводил к инфляции. [1]

В противоположность кейнсианцам, сторонники «экономики предложения» делают упор на факторы, повышающие производственный потенциал экономической системы. В частности, они призывают к снижению налогов как к средству, стимулирующему сбережения и капиталовложения, поощряющему трудовые усилия и предпринимательский риск. Было бы правомерно сказать, что кейнсианцы

уделяют больше внимания краткосрочным целям, а именно поддержанию высокого уровня реального ВВП и воздействия на совокупные расходы. В отличие от них, сторонники «экономики предложения» отдают предпочтения долгосрочным перспективам, делая упор на факторы, обеспечивающие рост общественного продукта при полной занятости и полной загрузке производственных мощностей. [2]

Экономисты разных теоретических направлений рекомендуют и другие возможные методы стимулирования экономического роста. Так, например, во многих странах пропагандируют индустриальную политику, посредством которой Правительство взяло бы на себя прямую активную роль в формировании структуры промышленности для поощрения экономического роста, тем самым ускоряя развитие высокопроизводительных отраслей и способствуя перемещению в них ресурсов из низкопроизводительных отраслей. Правительство также может увеличить свои расходы на фундаментальные исследования и разработки, стимулируя технический прогресс, а увеличение расходов на образование может способствовать повышению качества рабочей силы и росту производительности труда.

При всей многочисленности и сложности возможных методов стимулирования экономического роста большинство экономистов едины в том, что увеличение темпов экономического роста является весьма непростой задачей, капиталоемкость и склонность к сбережениям нелегко поддаются мерам регулирования.

Несмотря на то, что каждый из неокейнсианских факторов роста поддается институциональной интерпретации (например, предельная склонность к сбережению

- через рутину домашнего хозяйства), наибольший интерес представляет трактовка предельной эффективности капитала. Причина такого интереса кроется в связи предельной эффективности капитала с процессом формирования ожиданий экономическими агентами. «Именно зависимость (предельной эффективности данного фонда капитала) от изменений в ожиданиях главным образом и обусловливает подверженность предельной эффективности капитала довольно резким колебаниям» [3]. А ожидания экономических агентов формируются на основе наблюдения за другими участниками сделок на рынке, поэтому «ожидаемое событие является одновременно результатом самих ожиданий» [4]. Иначе говоря, экономический рост не в последнюю очередь отражает господство оптимистических настроений на рынке - перспективы роста определяются умением государства внушить оптимизм.

В центре теории экономического развития Йозефа Шумпетера находится фигура предпринимателя-инноватора как создателя новых комбинаций факторов производства, новых продуктов, новых рынков, новых технологий [5]. Перечисленные факторы выводят экономическую систему из равновесия (состояние «шум-петерского шока») и стимулируют экономический рост как приспособление к шоку. С точки зрения институциональной теории интерес представляет не столько сама фигура предпринимателя, сколько внешняя среда, институциональная структура рынка, в которой он действует. По мнению Ф.Фишера, «если экономическая система оказывается выведенной из равновесия, следует прежде всего обращать внимание на институциональную структуру трансакций и рынка» [6].

Прежде чем говорить об институциональных основах экономического роста, кратко остановимся на его методологических предпосылках.

Возникновение в системе экономической теории совершенно нового направления - институционализма, произошло в конце XIX - начале XX в. Именно в этот период капитализм свободной (совершенной) конкуренции перерос в монополистическую стадию и, соответственно, усилилась концентрация производства и капитала, которая сопровождалась широкой централизацией банковского капитала. В результате открытая рыночная система породила острые социальные противоречия - интересам «среднего класса» был нанесен ущерб. Такое единство экономических и социальных обстоятельств способствовало появлению в экономической теории направления институционализма, представители которого выступили оппонентами монополистического капитала и начали разработку концепции защиты «среднего класса» посредством реформирования в первую очередь экономики.

Институционализм - это в определенном смысле альтернатива неоклассическому направлению экономической теории. Если неоклассики исходят из тезиса А. Смита о совершенстве рыночного хозяйственного механизма и саморегулируемости экономики и теорий «чистой экономической науки», то институционалисты движущей силой экономики наряду с материальными факторами считают также духовные, моральные, правовые, экологические и другие факторы, рассматриваемые в историческом контексте. Другими словами, институционализм в качестве предмета своего анализа выдвигает как экономические, так и неэкономические проблемы социально-экономического развития.

Отличительной чертой и почти единственным объединяющим началом для сторонников этого направления стала особая методология, которую они предложили для исследования экономических процессов. В основе этой особой методологии лежали:

- широкий междисциплинарный подход к анализу экономических процессов и явлений с привлечением категориального аппарата социологии, политологии, психологии, права и других общественных наук;

- исторический, эволюционный принцип при анализе экономических процессов,

изучение их в развитии;

- эмпирический подход, конкретный анализ с использованием фактических (статистических) материалов, а не просто абстрактное теоретизирование;

- критическая направленность, изучение возможных противоречий экономических явлений, их негативных сторон и последствий;

- использование в качестве «единицы знания» институтов, которые являются понятиями, отображающими общепризнанные в обществе нормы поведения людей

Важную роль в становлении методологии современного институционализма сыграли работы Карла Поланьи. В работе «Экономика как институционализированный процесс» он выделяет три типа отношений обмена: реципроктность, или взаимный обмен на натуральной основе, редистрибуцию как развитую систему перераспределения и товарообмен, лежащий в основе рыночной экономики [7].

Однако наибольшее влияние на социально-экономическую мысль трансформирующихся стран оказали работы шведского ученого Гуннара Мюрдаля. В 1968 г. в Нью-Йорке вышла его трехтомная монография «Азиатская драма. Исследования бедности народов» [8]. Подзаголовок работы явно свидетельствует о скрытой полемике с основоположником классической школы А. Смитом.

С точки зрения теории институционализма, наиболее важным положением Г. Мюрдаля, на наш взгляд, является критика попытки широкого распространения идеологии планирования в развивающихся странах. На практике, как наглядно показывает Г. Мюрдаль, политика планирования ведет к усилению монополизации производства.

Главная причина слаборазвитости, отмечает Г. Мюрдаль, заключается не в недостатке иностранного капитала, а в недоиспользовании трудовых ресурсов. Поэтому главную проблему Г. Мюрдаль видит не в росте нормы накопления капитала, а в обеспечении населения продовольствием таким образом, чтобы стимулировать более интенсивный и производительный труд. Развитие, с точки зрения Г. Мюрдаля, понимается как повышение степени удовлетворения основных потребностей всех членов общества.

В настоящее время проблема инвестиций в производственные фонды уступает проблеме инвестиций в человеческий капитал. Одним из первых к этой проблеме применительно к развивающимся странам проявил интерес американский экономист Т. Шульц. Первоочередность институциональных изменений Шульц обосновывает в своих монографиях. Под институтами Шульц понимает правила поведения, которые определяются довольно широко. Они включают как систему кредитно-денежных отношении и организационных структур, основанных на контрактах, кооперации и т. д., так и права собственности, включая трудовое законодательство и формы человеческого капитала, а также материально-техническую инфраструктуру [9].

С позиции институционализма важное значение имеет подход Т. Шульца к категории «человеческого капитала». Он понимает эту категорию чрезвычайно широко. Он относит к инвестициям в человеческий капитал не только прямые затраты на образование в средних и высших учебных заведениях, но и самообразование дома, повышение опыта на работе, а также капиталовложения в сферу здравоохранения, образования и науки. При таком подходе именно вложения в «человеческий капитал» и, соответственно, рост ценности человеческого труда становятся важнейшими факторами преобразования экономики и направлениями модернизации экономических и юридических институтов, что, на наш взгляд, очень важно и для стран с переходной экономикой.

Институциональные подходы играют важную роль в переосмыслении не только внутренних, но и внешних факторов роста в переходных странах. Дело в том, что институционалисты рассматривают общество как открытую систему, поэтому экономический процесс трактуется не как автоматически наступающее устойчивое равновесие (достигаемое посредством рынка), а как возникновение и усиление асимметричной взаимозависимости между различными факторами роста. Так, один из представителей современных неоинституционалистов Эрнандо де Сото считает, что без трансформации системы традиционных институтов, норм и правил, создания

необходимых институциональных предпосылок невозможно построить настоящую рыночную экономику. Важно при этом не забывать, что дело не сводится только к изданию хороших законов. Нужно претворить их в жизнь, а для этого необходима разработка механизма «принуждения», в котором должны быть стимулы для того, чтобы новые институты способствовали росту экономики как в краткосреднесрочном, так и в долгосрочном периодах развития.

Таким образом, институциональные теории определяют специфические особенности условий, обеспечивающих экономический рост, который, в отличие от кейнсианской теории, связан не с факторами производства, а с формальными и неформальными институтами, обеспечивающими его основу. В этом случае институты рассматриваются как нормы, правила игры и ограничения, которые регламентируют деятельность экономических субъектов в процессе выбора и принятия решений, выделяя при этом формальные правила и неформальные ограничения, а также механизмы принуждения для их выполнения.

Экономические институты, стимулирующие экономический рост, появляются, во-первых, когда политические институты предоставляют экономическую власть группам, имеющим защищенные права собственности, во-вторых, когда они предусматривают эффективные ограничители для бюрократических действий, и в-третьих, когда не существует возможностей для извлечения ренты от пребывания у власти [10].

В переходной экономике благоприятное институциональное окружение играет принципиальную роль. При отсутствии адекватного институционального фундамента экономический рост будет носить конъюнктурный характер.

В постсоветских странах неэффективность имущественных отношений после массовой приватизации была порождена не столько либеральным характером реформ, сколько специфическими проблемами самой переходной экономики. Это проявилось, во-первых, в глубоком расхождении между формальными правами собственности и реальными возможностями контроля, неэффективностью процедур банкротства, наличием легальных и полулегальных форм перераспределения собственности в пользу лиц, принимающих политические решения, и, во-вторых, исторически слабым восприятием института частной собственности, что способствовало неэффективности функционирования имущественных отношений.

Если ранний неоинституционализм предполагал воздействие на экономический рост через нормы и правила поведения хозяйствующих субъектов, спецификацию и дифференциацию прав собственности, снижение трансакционных издержек, минимизацию отвлечения ресурсов на процессы стабилизации экономической системы, то современные исследования показывают их эмпирическое подтверждение.

Так, основываясь на эконометрическом анализе межстрановых данных, современные исследователи продемонстрировали достаточно тесную положительную связь между различными индикаторами качества национальных институтов, в том числе и институтов, определяющих надежность защиты прав собственности, и темпами экономического роста. При этом было установлено, что плохо защищенные права собственности негативно сказываются на инвестициях как в «физический» капитал, так и в финансовые активы [11].

Диалектический подход к исследуемому вопросу показывает, что институты и экономический рост могут взаимодействовать двояко, «качественные» институты положительно влияют на экономический рост, однако недостаточный экономический рост может стимулировать коррупцию, «захват бизнеса», прямую экспроприацию инвестиций и т.д. Именно поэтому обратная связь между экономическим ростом и качеством институтов также стала предметом ряда эмпирических исследований. Сегодня многие специалисты признают, что слабый рост многих экономик стран мира в значительной степени обусловлен высокими трансакционными издержками. Как отмечает Д. Норт, они уже достигли такой величины, когда «обслуживание сделок поглощает огромные ресурсы», но при этом экономика никак не может выйти на такой уровень развития, когда «производительность, связанная с выигрышем от торговли, возрастает ещё больше» [12].

Таким образом, важный вывод, который необходимо сделать из вышеприведенного обзора, состоит в том, что экономический рост достигается также и за счет институциональных основ, создающих стимулы для производства, распределения и обмена материальных благ в эффективно организованной рыночной системе.

Список использованной литературы:

1. Базылев Н.И., Гурко С.П. Экономическая теория, - М., БГЭУ, 1997. - С. 159.

2. Райхлин Э. Основы экономической теории. Экономический рост и развитие. -М.: Юрист, 2001. - С. 134.

3. Кейнс Дж. Избранные произведения. -М.: Экономика, 1993. - С. 335.

4. Orlean A. Lauto-reference dans la therie keynesienne de la spéculation. - cahiers économie politique, 1988, № 14-15. - Р. 236.

5. Шумпетер Й. Теория экономического развития. -М.: Прогресс, 1982. - С. 169-170.

6. Fisher F.La formation des grandeurs economiques: desequilibre et instabilite, 1991. - Р. 46.

7. Polanyi K. The Economy as Instituted Process // Trade and Market in the Early Empires /

Ed. By K. Polanyi etc. Clencoe, 1957.

8. Мюрдаль Г. Современные проблемы «третьего мира». -М., 1972.

9. Schultez T. W. Investment in Human Capital. N. Y., 1971. - P. 249.

10. Acemoglu D., Johnson S., Robinson J. Institutions as the Fundamental Cause of Long-Run Growth, 2004.

11. Mauro P. Corruption and growth // Quarterly Journal of Economics. 1995. Vol. 110. P. 683-712;

12. Норт Д. Институты и экономический рост: историческое введение. - THESIS. Весна, 1993. - С.71.

Г.Г. Бобоев

Место и роль институтов в теориях экономического роста

Ключевые слова: переходная экономика, экономический рост, государственные, политические и общественные институты, свободная конкуренция, защита прав собственности

В данной статье проанализированы классические, кейнсианские и институциональные подходы к анализу институтов, обеспечивающих экономический рост.

Показано, что в работах классического и кейсианского направления, помимо количественных изменений, определяющих экономический рост, важное значение имеют и такие институты, как свободная конкуренция и государство. Главное значение институциональной теории роста состоит в том, что для обеспечения реального экономического роста необходимо достигнуть такого качества институтов, чтобы этот рост был естественным и самоподдерживающимся.

G.G. Boboyev

Place and Role of Institutes in the Theories of Economic Growth

Key words: transitive economy, economic growth, statal, political and social institutes, free competition, advocacy of property rights

The author of the article has analyzed classical, Keynsian and institutional approaches to the institutes providing economic growth. It is shown that in the works of classical and Keynsian streamline except quantitative changes determining economic growth such institutes are of great importance as free competition and state. The essence of the institutional theory of growth lies in the thesis that for a provision of real economic growth one ought to achieve such quality standards of institutes which would stimulate natural, self-supporting growth.