В гостях Олег Нестеров

В гостях Олег Нестеров

Олег Нестеров

Музыкант, продюсер, лидер группы «Мегаполис»

София Корзова:

Добрый день, это программа «Мимонот», в студии программа София Корзова. А у нас в гостях сегодня музыкант, поэт, продюсер, лидер группы «Мегаполис», Олег Нестеров. Добрый день!

Олег Нестеров:

Добрый день.

София Корзова:

24-25 апреля в ЦИМе, Центре имени Мейерхольда в Москве состоится очередной спектакль, перформанс под названием «Из жизни планет». Это уже такой, традиционный, ежегодный, два раза в год случается у Вас такой спектакль. «Ид жизни планет» спектакль музыкальный, посвещенный неснятым фильмам шестидесятых годов. В центре внимания четыре неснятых фильма российской новой волны так называемой, к которым Олег написал музыку.

Олег Нестеров:

Да, это такая история, всем известно наше оттепельное кино, как оно звенело, блистало во всём мире, и каждый год завоёвывало призы в Каннах и Венеции. Эволюция, казалось бы, эволюция была прервана в какой-то момент. Причём, даже в 2 момента. Первый раз, это было в феврале 63-го года, когда случилась встреча Хрущева с интеллигенцией, это была третья встреча Хрущева. И была посвящена целиком кино, разбиралась по косточкам картина «Застава Ильича». Всем досталось по полной и на следующий день на Мосфильме было закрыто 12 картина. Мне рассказывал об этом Андрей Смирнов, что все сидели в курилке, и гонцы приносили новые и новые вести. Второй метеорит, конечно, упал после Праги, когда стало понятно, откуда ждать беды, от кого. А кино, это высочайший уровень воздействия на умы, плюс ещё это были, конечно же, деньги. Вы не поверите, но 50.000 киноустановок кормили в СССР всё здравоохранение и образование. Это было нефть 60-х. То есть кино было очень важно.

София Корзова:

Да, я Вас прерву, я изучила вот эти материалы, которые на сайте, на портале специальном, который Вы создали для этого.

Олег Нестеров:

planetslife.ru

София Корзова:

Да. И там такие цифры, я так понимаю, что для советского человека это были большие цифры. Гонорары, например, в 5000 руб., это аванс только сценаристам. То есть реально человек мог написать сценарий, не работать, кормить семью несколько месяцев.

Олег Нестеров:

Ну, это 5000 старыми, речь идёт, Вы видели документы по Причалу, это был Шпаликов, аванс 5000, это 500 руб. уже после 61-го года, так как эта история была в 60-м году. Но, тем не менее, конечно же, кино приносило, и художник, режиссёр или драматург, которые работали в кино, они очень хорошо себя чувствовали, если они были востребованы. Но не всегда и не у всех это получалось, вне зависимости от их таланта. И вот не случилось, наше кино не стало иным, каким оно должно было стать. У нас были абсолютно гениальные, мощные замыслы. Если вспомнить того же Шукшина с картиной «Степан Разин», это лебединая песня его жизни, которую он не снял. Мы вообще по-другому бы себе представляли, кто такой русский человек. Если бы Панфилов снял Жанну д'Арк не в качестве фильма в фильме «Начало» с Инной Чуриковой, а с Инной Чуриковой в роли Жанны д'Арк. Эта картина его жизни. И так далее, тому подобное. Не случилось, революция была прервана, и в итоге страна не стала той, какой ей следовало бы стать. То есть прошивка у страны была явно бы другая, мы бы с Вами сейчас были бы другие, и у нас были бы до сих пор иные пословицы и поговорки, герои и так далее. Но не случилось. И случайно наткнувшись на эту тему, на это великое ужасное кладбище, я понял, что я приговорён рассказать об этой истории, о неснятых фильмах, и вообще, рассказать про эпоху, короткую эпоху, время, когда всё получалось. С пиком в 31 ноября 62-го года, два года туда, год, может быть, в другую сторону. Исследовать время, когда всё получалось крайне важно, когда ты живёшь во время, когда не всё получается для того, чтобы, то есть настоящему чтобы обернуться будущим, требуется вчера, как говорил Бродский, это и было нашим внутренним эпиграфом этого мультиплатформенная проекта. То есть это интернет сайт, за который мы получили национальную премию «Книга года» в 2015-м году. Это в стилистике WEB documentary, у нас таких сайтов до этого не было. Это такая, линейно разворачивающаяся история, причём, он двухслойный, помимо четырёх историй Шпаликов, Мотыль, Смирнов и Китайский, там выгружен контекст, 100 самых важных снятых фильмов с 60-го по 70-й и сотня самых важных неснятых фильмов 60-х. Мы просто поняли, что к тому моменту нигде эти лучшие фильмы не были собраны и не были снабжены какой-то информацией. Поэтому нам важно было это сделать. Потому как Советский Союз дал миру в 60-е годы космос не кино. Англия дала музыку, Германия дала в 20-х Баухаус, Америка Силиконовую долину совсем недавно. То есть в разные времена разные страны в копилку что-то платят. Мы дали космос и кино, ну, в общем, поэтому этот проект, это не проект для молодых, то есть это не ретро проект, это проект для молодых, для двадцатилетних, привет, эстафетная палочка от тех двадцатилетних, которые воплощали свои замыслы, даже формально не воплощая их. Это в двух словах. И сам спектакль, в общем-то, это такая попытка совместить музыку к этим неснятым фильмам, которые мы сделали с группой «Мегаполис», к четырём. И это разговор о тех художниках, у которых эти замыслы были не воплощены. Это разговор вообще на тему жизни невоплощённых замыслов после смерти их миссии, это разговор на тему свободы и несвободы, художник и власть. В конце концов, это разговор на тему родителей. И на каждый спектакль дети привозят своих родителей, а родители детей, вот что такое жизнь планет.

София Корзова:

Преемственность поколений.

Олег Нестеров:

Это какая-то нулевая точка для бесконечности влево и бесконечности вправо.

София Корзова:

Если говорить о музыке. Четыре фильма, что Вас вдохновляло, на что Вы ориентировались. Это музыка, которая отзывается в фильмах, которые Вы смотрели, на что это похоже? Это похоже на творчество группы «Мегаполис» или это какая-то дань, как Вы сделали дань, спектакль, дань тому времени. А музыкой отдали дань музыке того времени, можно так сказать?

Олег Нестеров:

Вы знаете, всё было очень органично. Сама музыка меня на это великое ужасное кладбище и вывела. Ну, как художник встречается с идеей, идея приходит ему в сердце, и дальше он обязан её воплотить, материализовать. Так пришли какие-то первые эскизы, первые наброски. Я долго не понимал вообще, что такое, на песни это было не очень похоже. И потом я разобрался, что это вроде киномузыка и киномузыка шестидесятых, и вроде бы, как фильмов я этих не видел, и музыки этой не слышал, поэтому вывод был простой. Ко мне постучалась музыка из неснятых фильмов шестидесятых. Посему, с одной стороны, конечно же, это такие глубинные пласты «Мегаполиса» и «Мегаполис» там чувствуется. Причём, «Мегаполис» 21-го века. И это прямое развитие после нашего альбома «Супертанго». С другой стороны, эта музыка могла бы вполне спокойно звучать в фильме 60-го года, 68-го, 64-го и 72-го. Она, как чёрно-белая фотография, то ли вчера сделана, то ли 50 лет назад. И при этом чрезвычайно актуальный музыкальный материал. Вот, просто это примерно так. Чем я вдохновлялся, да, ещё очень важна роль электрогитары. Электрогитары сейчас, в 21-м веке, это такое общее место, это ноль без палочки, что называется. Она давным-давно уже заняла место наряду с другими инструментами в современной музыкальной культуре. А нам хотелось бы вспомнить начало 60-х, когда, в том числе, и в фильмах эта гитара царствовала, электрогитара царствовала в оркестрах. Вспомните долларовую трилогию Морриконе, вспомните фильм «Шарада», например. Там музыка Генри Манчини, где идёт шикарный оркестр и гитара царствует. Она играет таким звуком, это просто королева. И нам важна была именно такая гитара и, слава богу, это получилось, потому что у нас абсолютно гениальный гитарист, Дмитрий Павлов. Хотя, ему лет, в общем-то, совсем немного, и ту эпоху он не застал, но очень он очень аутентично как-то просверлил все эти породы и достал самую чистую воду. Ну вот, примерно на что это похоже и примерно, чем мы вдохновлялись.

София Корзова:

Но вы ещё по ходу спектакля рассказываете об этих фильмах.

Олег Нестеров:

Конечно, я рассказываю.

София Корзова:

То есть это такая как бы лекция, можно сказать.

Олег Нестеров:

Нет, это всё-таки спектакль. Это всё-таки спектакль, это Verbating, Storytelling и Life Music, всё в одном.

София Корзова:

Кстати, если говорить о театре, Вы играете на театральных площадках. Этот ЦИМ, Гоголь центр.

Олег Нестеров:

В Гоголь центре у нас была премьера. То есть нам нужны площадки-трансформеры. Потому как этот проект мы, если есть такая возможность, показываем при римской рассадке. Мы играем в круг, и зрители сидят вокруг нас. Поэтому новая сцена Александринки, поэтому музей современного искусства Эрарта, поэтому центр имени Мейерхольда, поэтому Гоголь центр. Если, например, в городе нет такой возможности, как, например, в Омске, где есть замечательный театр Омский, если не изменяет память, драматический, со старейшими традициями. Там была фронтальная рассадка, там мы сидели в полукруг. А так это круг и, в общем-то, энергия, почему мы сидим в круг, потому как в центре складывается такая оркестровая волна, если говорить о физических законах. Хоть у нас всего пять инструментов, достаточно традиционных, электрогитара, бас, барабаны, скрипка, акустическая гитара. Но, тем не менее, в этой музыке очень много воздуха. И вообще, 60-е, это про воздух. Так и метафизически складывается энергия, и зритель, который сидит вокруг, вдруг оказывается в центре циклона. Где это солнечное сплетение. Если вспомнить фильм Мартина Скорсезе, который он снял про Rolling Stones, это примерно то же самое. Он попал в самый центр циклона и оттуда снимал музыкантов на сцене. Он впервые, кстати, снял музыку не как футбол.

София Корзова:

А что значит, снять музыку, не как футбол.

Олег Нестеров:

Посмотрите Скорсезе и поймёте. Вот такая вот штука, изнутри, он снял музыку изнутри. Вот как эта музыка, потому что для музыки всё происходящее на сцене, это особый взгляд, особое отношение, особые взаимодействия. Так. как «Из жизни планет» многие проекты «Мегаполиса» делались коллективным творчеством, так называемый scenius, этот термин впервые произнёс Брайан Ино, я о нём услышал на лекции в петербуржской консерватории. Это коллективный гений. Существовала такая жёсткая, иерархическая структура последние 300 лет в европейской культуре: Господь Бог, композитор, дирижёр, первые скрипки, такой зонтик, вторые скрипки, третьи, контрабасы, потом жёстко край сцены и 500 человек в зале. И вдохновение, убывающее от бесконечности до нуля. Человек в зале, самая главная творческая задача - не кашлянуть, всё, до свидания. А в начале 60-х пришёл коллективный гений. Такая распределённая ответственность. Это не оркестр, а ансамбль. И множественные обратные связи между равноценными участниками. И за счёт этих множественных обратных связей возникает функция второго порядка, квадрат суммы участников. Это работает, как ядерная реакция. Это не пороховой, то есть это не дымный порох, это ядерная реакция. То есть это не простое сложение, это возведение в степень. Это удивительно, по этой технологии была сделана музыка «Из жизни планет». Я не очень в дебри вдаюсь?

1430

София Корзова:

Нет.

Олег Нестеров:

Нет. И поэтому и на спектакле эта обратная связь, это взаимодействие должно быть сохранено в момент нашей игры на сцене и ощущение зрителей, которые вовлекаются и изнутри ощущают ту музыку.

София Корзова:

То есть у Вас в коллективе нет дедовщины, то есть Вам любой участник коллектива может сказать: Вы знаете, какую-то ерунду Вы принесли сегодня, давайте-ка подумаем, как это исправить. Прямо лично Вам, как лидеру коллектива.

Олег Нестеров:

Как у любого дирижёра...

София Корзова:

Всё-таки вы дирижёр.

Олег Нестеров:

У меня, я даже формально дирижирую двумя композициями на сцене во время спектакля.

София Корзова:

То есть всё-таки Вы главный.

Олег Нестеров:

Задача управлять и задача вдохновлять. И моя задача, чтобы никто из моих музыкантов не подумал, что я управляю процессами. Моя самая главная задача - вдохновить всех.

София Корзова:

Но всё-таки Вы управляете.

Олег Нестеров:

Ну, а корабль без управления не проплывёт, Вы же понимаете. Вы знаете, творческий процесс, это же три этапа, на самом деле, любой. Первый - это подготовка, создание условий, когда мы понимаем, на каких стульях нам сидеть, в какие дудки дуть, где взять деньги на то, чтобы это всё дело записать. То есть создание условий. Потом хлопнули в ладоши в какой-то момент, и очень короткий промежуток времени, 40 минут, час, когда непосредственно происходит сам творческий акт. Когда никто ничего не понимает, не понимать, что происходит, ничего не ждать и ни от кого не зависеть, вот три моих принципа во время непосредственно творческого акта. А дальше третий этап, это подведение итогов, это критическая оценка того, что произошло. И вот за первую и третью фазу музыкант не должен отвечать. Он должен отвечать только за то, чтобы у него поры были творческие открыты во второй фазе. Вот там вдохновение и там творческий процесс. Я отвечаю за первый и за третий, как продюсер своего собственного коллектива. Если эта конструкция не собрана, проект не живёт.

София Корзова:

Поговорим ещё о спектакле.

Олег Нестеров:

«Из жизни планет», музыкальное посвящение неснятым фильмам, Геннадий Шпаликов, Андрей Смирнов, Владимир Мотыль.

София Корзова:

Дирижёр и вдохновитель Олег Нестеров. 24 и 25-го.

Олег Нестеров:

В центре Мейерхольда, апреля.

София Корзова:

У Вас там будет, Вы будете, примут участие в спектакле Июльансамбль, это молодая группа.

Олег Нестеров:

Это потрясающе!

София Корзова:

Расскажите нам, каким образом это всё появилось.

Олег Нестеров:

Вы знаете, мы играем этот спектакль дважды в год, как Вы справедливо заметили, весной и под самый Новый год. Про Новый год мы сейчас говорить не будем, потому что сейчас весна наступает. Апрельские показы «Из жизни планет», это всегда про весну. Всегда про весну. И в этот раз за наступление весны мы назначили ответственных Июльансамбль. Это молодые гении, это курс Рыжакова.

София Корзова:

Школа-студия МХАТ.

Олег Нестеров:

Школа-студия МХАТ. Я их видел несколько раз в разных местах, и у меня было впечатление, что я соприкасаюсь, это громко сказано, с вечностью. Как будто бы я, например, это какой-нибудь год, середина 60-х или самое начало 60-х. И молодые выпускники пришли на Таганку. Я, вокруг меня вот эта движуха происходит, у меня полное ощущение, что это именно так. Поэтому мы их и назначили за наступление весны. Вы знаете, у нас есть традиции, иногда мы приглашаем специальных гостей. Это такой постскриптум к спектаклю. В качестве специальных гостей у нас была и Вера Полозкова, у нас было Светлана Светличная, одна из героинь спектакля, неснявшаяся в фильме «Причал» 60-го года Шпаликова. На этот раз это именно они, это Июльансамбль. Я произнесу всего одну фразу: а сейчас начнётся настоящая весна, и всё произойдёт. То есть это будет такой маленький перфоманс, такой постскриптум совместный «Мегаполис», «Из жизни планет», Июльансамбль. И, в общем-то, они, конечно, почему они, не только потому, что они молодые гении, они, в общем-то, Шпаликова любят и знают. И 60-е тоже. Поэтому как-то я им сделал предложение, они, слава богу, согласились. И мы это всё увидим 24 и 25 апреля в центре Мейерхольда.

София Корзова:

Очень интересно, потому что мы знаем, что курс Рыжакова очень музыкальный.

Олег Нестеров:

Очень.

София Корзова:

И два их генеральных спектакля, они как раз все про музыку исключительно. «Современный концерт» и «Несовременный концерт», каким образом они участвуют в спектакле, что именно они делают. Они играют вообще на всех инструментах, все поющие.

Олег Нестеров:

Они будут петь, играть вместе с нами, и чего-то такое будет, какая-то будет движуха происходить. Вы понимаете, что ждать от Июльансамбля, конечно.

София Корзова:

Песни, танцы.

Олег Нестеров:

Песни, танцы, какие-то неожиданности. Поэтому вот так.

София Корзова:

Вы вообще любите театр? Потому что Июльансамбль, это в узком кругу, театральном, конечно, бомба такая всегда. Но широкая публика их не знает, конечно. Вы следите вообще за театром, за вот этой богатой театральной московской жизнью?

Олег Нестеров:

Так получилось, что до того, как я не поднялся сам на сцену и не сделал свой собственный спектакль, как драматург, не собрал его часть вот этого и не проработал с Денисом Азаровым, который стал режиссёром «Из жизни планет», я долго не ходил в театр. Как-то не видел, просто не обращал внимания. И потом, а, может быть, незадолго перед этим и сразу после я вдруг увидел, что театр, конечно же, это место силы в сегодняшней Москве. Именно через театр может произойти нечто важное, что не произойдёт ни на концерте, ни в какой-нибудь галерее, ни уж, прости господи, в каком-то там клубе, где театр. И театр становится таким местом для синтетического искусства, потому что даже «Из жизни планет», это спектакль, это спектакль музыкальный, но, тем не менее, там больше часа живой музыки. При этом музыка, она не является второстепенной частью, которая типа сопровождает спектакль, она является главным героем. С другой стороны, это не концерт, потому что там такие, не концерт, потому как кто был, тот знает, кто пойдёт, тот это почувствует. Я давно уже говорю всем своим коллегам, кто занимается музыкой, обратить внимание на театр и делать совместные проекты. Такое, знаете, что важно, театр, это про здесь и сейчас. Современному человеку, тем более, молодому человеку необходимо выйти из поля зрения, то есть оторваться от монитора, такая его главная задача, чтобы...

София Корзова:

В оффлайн выйти.

Олег Нестеров:

В оффлайн, да, почувствовать рукопожатие, весенние запахи и вообще, непосредственно происходящие перед тобой. Пот на лице актёра, глаза горящие. Плюс, так совпало, что в Москве появилось несколько мест с этой молодой энергией, где всё начало вдруг происходить, и куда молодой зритель потянулся, и в эти места народ пошёл за какими-то очень важными, за какой-то очень важной поддержкой.

София Корзова:

А музыка сейчас, как Вам кажется, она уступает театру в этой энергии здесь и сейчас.

Олег Нестеров:

Как человек, связанный с музыкой, скажу, что уступает.

София Корзова:

Ну, как же так?

Олег Нестеров:

Ну, вот понимаете, что уступает.

София Корзова:

Вы лучше пойдёте на спектакль Июльансамбля новый или на их же ровесников в какой-нибудь клуб послушать живую музыку.

Олег Нестеров:

Вы знаете, я уже сказал, в театре мне это интереснее, потому что на эти педали моего внутреннего «я» ещё не нажимал никто. А на те уже нажимали, и там уже просто, на тех педалях было столько переиграно. Лично мне интересен как раз вот этот вариант. Хотя, Вы знаете цифролюция, отсутствие посредников, поэтому для вообще молодых артистов, связанных с музыкой, сейчас очень благодатное время. Если ты что-то стоишь, послезавтра тебя знает уже вся сеть, и ты собираешь полные залы.

София Корзова:

А нужен ли продюсер тогда?

Олег Нестеров:

Нужен, потому что любой творческий человек, он же, чтобы сберечь его энергию, чтобы направить её именно на решение той задачи, для который эта энергия существует и даётся. Другими вопросами важно не заниматься, не разбазариваться, не рассконцентрироваться, не уходить из этого волшебного луча. Когда артист начинает заниматься всей сопутствующей деятельностью, которая изматывает, которая требует внимания, забивать гвозди микроскопом не подобает. Артист очень много теряет. Поэтому во все времена был тот человек про творчество и рядом был человек, которому было важно этому человеку помочь из разных соображений. И, причём, оба были счастливы и выполняли свою жизненную миссию.

София Корзова:

Но у вас уже получилось совмещать и то, и то. Причём, Вы продюсируете вообще чужие коллективы.

Олег Нестеров:

Я давно продюсирую.

София Корзова:

Как у вас это получилось?

Олег Нестеров:

С 98 года, это как у всех продюсеров музыкальных, это получается так, вдруг решил помочь музыканту. Это была девушка Маша из города Краснодара, Маша Макарова, и первый мой продюсерский проект был «Маша и медведи», потом Найк Борзов, потом группа «Ундервуд», потом компания «Снегири» маленькая. И в общем, так, порядка 180 релизов за последние 20 лет. Это и электронный лейбл у нас был, «Нож для фрау Мюллер», если Вы помните таких.

София Корзова:

Да, «Лучшая девушка в СССР».

Олег Нестеров:

Да Игорь Вдовин, прекрасный ныне кинокомпозитор, мы издавали его альбомы с электронной музыкой. Был лейбл «Ш2» про альтернативный шансон, уличную музыку, современное кабаре. Мы открыли Хоронько, мы издавали Паперного, Карла Хламкина, Гурджи Бурдулия, есть такой прекрасный, загадочный грузин, мы записали два его альбома. Ну, и так далее. То есть попродюсировал я многих до какого-то определённого момента. И лет 10 назад я понял, что нужно ставить для себя, то есть менять порог срабатывания. То есть я зайду в студию с другим артистом, чтобы помочь ему в студии при одном условии. Могу сказать, при каком.

София Корзова:

При каком? Слушайте внимательно, артисты.

Олег Нестеров:

Если я буду плакать через 10 лет, слушая нашу совместную запись. Если я буду плакать через 10 лет.

София Корзова:

А как Вы узнаете через 10 лет, что Вы будете, у Вас дар предвидения?

Олег Нестеров:

Вы знаете, самое главное качество продюсера профессиональное - интуиция, всё, искусство видеть невидимое. Поэтому мне очевидно, от чего я буду плакать, от чего я не буду плакать.

София Корзова:

Понятно. Давайте вернёмся к спектаклю. Вы сказали, что Ваш спектакль, это такая ниточка от того поколения к нынешнему поколению. Какой месседж, скажем так, Вы хотели бы нынешнему поколению...

Олег Нестеров:

Донести, передать.

София Корзова:

Донести, что конкретно.

Олег Нестеров:

Вы знаете, при любых обстоятельствах важно делать то, что говорит тебе твоё сердце. Я, кстати, в какой-то момент только понял, почему именно четыре картины, четыре художника, четыре свадьбы. И это очень странно, я понял и озвучил это на спектакле, это был не первый, не второй, а, по-моему, третий или четвёртый. Вы знаете, это компас и четыре пути для художника. Путь первый, не делать и не бороться, как Владимир Китайский, персонаж, о котором ныне никому не известно. Он учился на курсе у Ромма вместе с Тарковским и Шукшиным и был фигурой номер один. От него ждали все откровений. И Тарковский по словам Кулеша вышел из-под влияния только к «Солярису» Китайского. Это вот пророк, который в какой-то момент понял, он был слишком нежный.

София Корзова:

Столкнулся..

Олег Нестеров:

С реалиями.

София Корзова:

С суровой бюрократией Мосфильма.

Олег Нестеров:

Да, и картина была по разным причинам закрыта, и он повесился. Путь первый - не делать и не бороться. Путь второй, это как Владимир Мотыль, который два года пробивал картину «Семь пар нечистых», это истерн, это про Мурманск, две недели до начала войны, корабль везёт к отдалённому острову группу заключённых, половина уголовных, половина политических. Потом начало войны, гибнет охрана от налёта авиации, заключённые предоставлены сами себе, могут плыть в Норвегию, просить убежища, а могут на острове взять в руки оружие и стоять вместе с солдатами до конца, что они и выбирают. Это реальная история, которую описал в повести Каверин. Эту повесть издал Твардовский в «Новом мире» в 62-м году, в соседнем номере с Иваном Денисовичем. И все редакции стояла на ушах, сказала, это лучшее, что вообще Каверин написал. Каверин даже обиделся, а как же «Два капитана». Вот по этой повести Мотыль начинает делать картину. Это модная тема, он уже выбрал натуру, а потом два года бесконечного хождения по инстанции и непонятки, то закрывают, то открывают. Просто тема сталинских репрессий уходит из жизни страны и кино, и Мотыль пишет в своём дневнике, что не тратить время на хождение по коридору. Нужно брать мало-мальски приемлемую драматургию и делать своё кино. И он берет безнадёжный сценарий под названием «Гарем» и делает абсолютный шедевр «Белое солнце пустыни» через несколько лет. То есть второй путь - это делать и бороться. Третий путь, Андрей Смирнов, который продал в суд на СССР в лице Госкино, но, тем не менее, и выиграл, кстати. И за это на 30 лет был отлучён от профессии, он не снимал кино 30 лет. После «Белорусского вокзала» была ещё осень, была ещё картина «Вера и правда», но в общем, ему всё это запомнили и снимать не давали. То есть как режиссёр он 30 лет не работал. И это путь такой - бороться, но не делать, ни одной склейки не отдам, но ничего и не делаю 30 лет. И путь четвертый, как Шпаликов Геннадий Федорович, чье восьмидесятилетие мы недавно отметили.

София Корзова:

И Вашим, и нашим.

Нет. Делать, но не бороться. По восемь раз переписал сценарий, приходил, уходил и так далее. И каждый из этих путей верный. Если идёшь по стрелке, а стрелка, это твоя совесть, что у тебя внутри. То есть что тебе говорит твоё сердце, то и делай. И времена, и события, это не причём. Итак, главное, это величие замысла, это ещё один эпиграф внутренний «Из жизни планет», который мы взяли. Это, опять же, Бродский, и Ахматова любила повторять эту фразу: главное - величие замысла. И не важно, Бродский же не говорил: главное -замысел воплотить за 3 дня, за три года или за 30 лет. Он говорил: главное - это величие замысла. Потому что даже если замысел великий, даже твоя неспособность его воплотить ничего не значит. Ты начал строить храм в Барселоне, потом тебя переехал трамвай, его до сих пор строят, и это самый прекрасный храм в Европе, главное - величие замысла. Вот что я хотел бы сказать нынешним двадцатилетним. Смелее вперёд!

София Корзова:

А Вы, как автор, как музыкант, какую стрелку, какое направление выбрали на компасе на своём?

Олег Нестеров:

Какую стрелку? Вы знаете, я даже об этом не думал. Но я делаю.

София Корзова:

Но если Вы живы, соответственно, Китайский, его путь отметается.

Олег Нестеров:

Отметается.

София Корзова:

Наверное, на Шпаликова похожи больше всего. Нет, Шпаликов плюс Мотыль, наверное так.

Олег Нестеров:

Наверное, тогда.

София Корзова:

Всё-таки компромисс некий.

Олег Нестеров:

Я не знаю, компромисс это или нет, потому что я занимаюсь теми вещами, которые считаю важными. Если я наткнулся на тему неснятых фильмов, и мне важно рассказать про этот феномен, про это время, прошло четыре года, мы это сделали силами музыкантов и силами нашей команды, которая ко мне присоединилась. Это были мои студенты из моей мастерской и вообще, просто, это, знаете, как в мультфильме. Пошёл утёнок за солнышком, цыплёнок говорит: а ты куда? Я за солнышком. Можно я? Пойдём. Потом утёнок, потом лисёнок, там оглянулся, а за тобой уже 15 прекрасных человек, и доктора наук по кино, и какие-то... Британская школа дизайна сделала даже выставку специальную, они отрисовали плакаты к неснятым фильмам 60-х. То есть, в общем, это конечно, проект для будущего. Это к вопросу, какой путь я выбрал, или сейчас я взвалил на себя. Нет, пожалуй, это я не расскажу, я не то, чтобы суеверный, но это важно не разболтать. Сейчас я год уже занимаюсь таким, очень масштабным проектом, который тоже вдохновляющий, просветительский, тоже связан с музыкой из кино, но о нем Вам сегодня ничего не скажу.

София Корзова:

Как жаль. Но надеюсь, что расскажете в будущем.

Олег Нестеров:

Конечно.

София Корзова:

Через 10 лет.

Олег Нестеров:

Да почему через 10 лет.

София Корзова:

Мы поплачем вместе или посмеёмся. Вы безумно разносторонний человек, Вы и там, и на телевидении, и изучаете кино в архивах, и здесь, и музыка, и продюсер, то, се, пятое, десятое.

Олег Нестеров:

Еще книги пишу.

София Корзова:

Да, зачем Вам это, скажите, например, зачем Вам, музыканту, играли бы в своём «Мегаполисе». Зачем Вам вот эти люди, вот это кино, чем Вас так это зацепило, что Вы идёте в архивы, тратите своё время, не лежите на пляже, а где-то копаетесь в этом.

Олег Нестеров:

Я Вам схожу скажу так, не художник выбирает тему, нарисую я грушу, хотя, это возможно, ты рисуешь грушу и идёшь с ней на Крымский мост и подторговываешь. По-настоящему тема выбирает художника, и она приговаривает его к служению. И ты уже себе не принадлежишь. Ты, конечно, параноик, ты непонятно, почему этой темой занимаешься, и вообще, какой очевидный результат, монетизация, я вообще не знаю, ты делаешь и не можешь не делать. Потому что темы жжет пятки, ты не можешь стоять на месте. Ну, а если так немножко отодвинуться, то, по всей видимости, это помогает мне двигаться вперёд просто, мне, это даже не столько Нестерову Олегу, я надеюсь, Вы понимаете, что перед Вами не Нестеров Олег сидит, мне с этим парнем неплохо, я смотрю на него в зеркало, я, пожалуй, с ним ещё побуду. Но всё равно это определённый этап. Я имею в виду про другую эволюцию, которая для меня важнее. Про мой духовный опыт. Здесь важно пройти побольше, на этом отрезке дистанцию прибежать, да ещё потом 100 м, и ещё 50 проползти, да ещё кончиками пальцев эстафетную палочку вот так взбить куда-нибудь и так далее. По всей видимости, это нужно для этого. Потому что тем самым я как-то, может быть, с разных сторон смотрю на мир, познаю, встречаюсь с теми, с кем бы я никогда не встретился, делаю такие вещи, которые помогают мне изучить себя, например. Что тоже важно.

София Корзова:

А как Вы заставите себя выйти за пределы, из зоны своего комфорта, скажем так, и за пределы какой-то одной сферы и просто заставить себя посмотреть на мир вокруг.

Олег Нестеров:

Легко фантазировать, слушать своё сердце и ничего не бояться. И вообще, всё работает очень просто. Сначала в сердце приходит идея, потом включается тумблер намерение эту идею воплотить, и внутри Вас, и вокруг включается мощнейшее поле, поляризованное вот этой одной единственной идеей. И Вы просто живёте. И всё случайное, что входит в это поле, случайные события, встречи, фразы, начинают на эту идею работать. Знаете, такой великий фильтр, беременная видит вокруг себя только беременных. И Вы идёте, и перед Вами легко открываются все двери. И таким образом всё так и работает. Если у Вас что-то не работает, причин может быть только две. Слабое поле, Вы недостаточно, оно может схлопываться, сегодня одно хочу, завтра другое. Либо не той дорогой идёте. Вот у Вас есть в жизни миссии, она одна, Вы её должны пораньше определить, ей следовать, и если Вы с ней работаете, её воплощаете, Вы счастливый человек. На выполнение этой миссии может быть 200 профессий, но человек может выбрать одну, первую попавшуюся, стать футбольным вратарём Спартака, захотеть стать и не стать, быть несчастным, в общем, сломать себе судьбу и так далее. Почаще встряхивайте кубики, я имею в виду кости кидайте. Потому как жизнь, это не шахматы, подумал и пошёл, жизнь, это скорее нарды. Судьба кидает кости, мир кидает кости перед Вами, а Вы думайте и идите. Пробуйте себя в разных делах, что-то да откликнется, что-то, да произойдёт. Поэтому, я же до сих пор музыкант, я до сих пор преподаватель, я до сих пор продюсер, я до сих пор писатель, я до сих пор телеведущий. Я стал ещё театральным артистом. В общем, что ещё мне предстоит, мне непонятно. Но, видимо, от чего-то мне тоже ещё не отвертеться.

София Корзова:

А какая миссия Ваша, ради чего это все?

Олег Нестеров:

Мне она очень хорошо известна, известна давно, но Вам её я не скажу. Попробуйте угадать.

София Корзова:

Не знаю, мне кажется, что Вы человек, который указывает путь.

Олег Нестеров:

Близко.

София Корзова:

Близко?

Олег Нестеров:

Близко.

София Корзова:

Хорошо. И напоследок скажите, как определить свою миссию. Вы сказали, чем раньше, тем лучше, каким образом, как это сделать. Как, просто «хочу», желание нездоровое отделить от желания реального, к которому вселенная будет, скажем так, помогать.

Олег Нестеров:

Чем говорит Ваш внутренний голос? Ваша душа с Вами разговаривает интуицией. Интуиция - самое точное знание, которое древние Вашего человеческого знания. Интуиция - самое точное знание для каждого из нас. Поэтому чаще прислушивайтесь к себе, почаще кидайте кубики и не бойтесь этого делать. Я даже не знаю, что может произойти с Вами такого, из-за чего стоит переживать.

София Корзова:

Да, действительно, есть о чем подумать. Спасибо Вам огромное, приходите к нам ещё, а мы обязательно придём 24 и 25 в центр имени Мейерхольда на спектакль «Из жизни планет».

Олег Нестеров:

Музыкальное посвящение неснятым фильмам 60-х. Счастливо!

София Корзова:

Точно. Это был Олег Нестеров, в студии была София Корзова, до свидания. Спасибо Вам ещё раз, большо-большое спасибо. Встретимся через неделю, до свидания.