Реализация в современном российском Уголовном судопроизводстве минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних

Е.В. Мищенко

РЕАЛИЗАЦИЯ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ МИНИМАЛЬНЫХ СТАНДАРТНЫХ ПРАВИЛ ООН, КАСАЮЩИХСЯ ОТПРАВЛЕНИЯ ПРАВОСУДИЯ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

Категория уголовных дел в отношении несовершеннолетних обладает присущими ей особенностями, которые связаны с возрастом лица, совершившего преступление. Эти особенности регламентируются как российским уголовно-процессуальным законодательством, так и общепризнанными принципами, международными нормами, договорами. Мировое сообщество выработало

определенные международные стандарты с целью унификации требований к осуществлению правосудия в отношении несовершеннолетних, совершивших уголовные преступления. За время перестройки уголовно-процессуальных отношений УПК РФ воспринял часть международных принципов и правил. Вместе с тем, другую часть, и немалую, предстоит внедрить в национальную правовую систему России как непреложный элемент правового государства, для которого человек, его права и свободы являются высшей ценностью (ст. 2 Конституции РФ).

Полагаем, что ответ на вопрос, соблюдаются ли в России все международные стандарты при производстве по делам в отношении несовершеннолетних, должен быть дан с учетом анализа современного уголовно-процессуального законодательства,

теоретических исследований, изучения практики работы органов и должностных лиц, осуществляющих данное производство.

В первую очередь необходимо определение направления движения. Быть ли в России ювенальной юстиции - вопрос немаловажный, но до настоящего времени не разрешенный. Законодатель свою волю не высказал, а значит, и опыт ряда судов (в том числе и суда Промышленного района г. Оренбурга) решающего значения не имеет. Еще продолжаются научные дискуссии по данному вопросу, в которых принимает участие как сторонники, так и противники специальной юстиции в отношении несовершеннолетних.

И.Л. Петрухин, поддерживая концепцию ювенальной юстиции, тем не менее, считает, что с ее внедрением появится новая парадигма уголовного судопроизводства, которая может

повлечь за собой отказ от важнейших принципов правосудия: состязательности, гласности, защиты личных интересов граждан при рассмотрении уголовных дел, права обвиняемого на защиту1.

Однако внедрение в российское уголовное судопроизводство международных стандартов при производстве по делам в отношении несовершеннолетних не требует таких коренных преобразований уголовного процесса. Например, в Минимальных стандартных правилах ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила)2 сказано (комментарий), что «правила специально сформулированы таким образом, чтобы они могли применяться в рамках различных правовых систем и в то же время устанавливать некоторые минимальные стандарты в обращении с

несовершеннолетними правонарушителями при любом существующем определении

несовершеннолетнего и при любой системе обращения с несовершеннолетним

правонарушителем»3. Так и произошло: и в УПК РФ (глава 50), и в ранее действующем УПК РСФСР (глава 32) производство в отношении несовершеннолетних выделено в отдельные главы и указано, что производство осуществляется по общим правилам с учетом специальных норм, регламентирующих данное производство.

При анализе правовых норм прежнего и ныне действующего законодательства, на наш взгляд, можно сделать вывод, что существенных изменений порядка уголовного судопроизводства в отношении

несовершеннолетнего не произошло (кроме

1 Петрухин И.Л. Теоретические основы реформы уголовного процесса в России. Часть II. - М.: ТК Велби, 2005. - С. 169-170.

2 Далее Пекинские правила.

3 Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, принятые резолюцией 40/33 Генеральной Ассамблеи 29 ноября 1985 г. // Советская юстиция. - 1991. - № 12-14.

усиления института законного

представительства). По-прежнему изъятия из общего порядка по таким делам касаются обстоятельств, подлежащих установлению (ст. 392 УПК РСФСР, ст. 421 УПК РФ); выделения в отдельное производство уголовного дела в отношении несовершеннолетнего (ст. 396 УПК РСФСР, ст. 422 УПК РФ); задержания несовершеннолетнего подозреваемого и применения к обвиняемому меры пресечения (ст. 393 УПК РСФСР, ст. 423 УПК РФ); порядка вызова несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого (ст. 395 УПК РСФСР, ст. 424 УПК РФ); особенностей допроса несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого (ст. 397 УПК РСФСР, ст. 425 УПК РФ); особенностей судебного разбирательства (ст. ст. 399-401 УПК РСФСР, ст. ст. 428, 429 УПК РФ); оснований применения принудительных мер медицинского характера (ст. ст. 402, 402.1 УПК РСФСР, ст. ст. 431, 432 УПК РФ).

Конечно, действующий порядок

производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, с присущими ему особенностями, осуществляется в другой системе правовых принципов, назначения уголовного судопроизводства, его

направленности на гуманность порядка привлечения к уголовной ответственности и наказания. Однако говорить, что в рамках российской юрисдикции предприняты все «усилия для принятия комплекса законов, правил и положений, которые относятся непосредственно к несовершеннолетним правонарушителям и учреждениям и органам, в функции которых входит отправление правосудия в отношении

несовершеннолетних...» (п. 2.3 Пекинских правил), нам не приходится.

И дело опять же не в отказе в настоящее время от ювенальной юстиции, а в отсутствии четкой уголовно-правовой политики, направленной не только на наказание, но и на профилактику преступлений

несовершеннолетних. В Руководящих принципах ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних («Эр-Риядские руководящие принципы») сказано, что Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций призывает «государства-члены при разработке всеобъемлющих планов предупреждения преступности применять Эр-Риядские руководящие принципы в

национальном законодательстве, политике и на практике и обратить на них внимание соответствующих органов, включая

директивные органы, сотрудников системы правосудия в отношении несовершеннолетних, педагогов, представителей средств массовой информации, практических работников и ученых»1.

В связи этим ученые-юристы отмечают, что наше уголовное судопроизводство по делам в отношении несовершеннолетних не отвечает современным мировым стандартам в этой области.

В соответствии с Пекинскими правилами можно выделить ряд положений, которые регулируют уголовно-процессуальные

отношения как отношения, соответствующие мировым стандартам. К ним относятся:

1. Равенство перед законом и судом. Минимальные стандартные правила «применяются к несовершеннолетним правонарушителям беспристрастно, без каких бы то ни было различий в отношении, например, расы, цвета кожи, пола, языка, вероисповедания, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения (п. 2.1).

2. Определение понятия «несовершеннолетний» в отношении лица, к которому может быть применен особый порядок осуществления правосудия, в случае если оно подозревается в совершении правонарушения или, как установлено, совершило его (п. 2. 2).

3. Формулирование цели отправления правосудия в отношении несовершеннолетних как «обеспечение благополучия несовершеннолетнего и обеспечение того, чтобы любые меры воздействия на несовершеннолетних правонарушителей были всегда соизмеримы как с особенностями личности правонарушителя, так и с обстоятельствами правонарушения (п. 5.1).

4. Возможность применения соответствующего объема дискреционных полномочий «на всех этапах судебного разбирательства и различных уровнях отправления правосудия в отношении

1 Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних, принятые резолюцией 45/112 Генеральной Ассамблеи ООН 14 декабря 1900 г. // СПС «Гарант».

несовершеннолетних, в том числе при расследовании, рассмотрении дела в суде, вынесении судебного решения и осуществлении контроля за выполнением судебных решений» (п. п. 6.1, 6.2, 6.3).

5. Обеспечение прав несовершеннолетних и основных процессуальных гарантий, таких как «презумпция невиновности, право быть поставленным в известность о предъявленном обвинении, право на отказ давать показания, право иметь адвоката, право на присутствие родителей или опекуна, право на очную ставку со свидетелями и их перекрестный допрос и право на апелляцию в вышестоящую инстанцию», которые «должны быть гарантированы на всех этапах судебного разбирательства» (п. 7.1).

6. Обеспечение конфиденциальности как права несовершеннолетнего, «чтобы избежать причинения ей или ему вреда из-за ненужной гласности или из-за ущерба репутации». В соответствии с этим «не должна публиковаться никакая информация, которая может привести к указанию на личность несовершеннолетнего правонарушителя» (п. п. 8.1, 8.2).

7. Извещение родителей или опекуна о задержании несовершеннолетнего производится немедленно, «а в случае невозможности такого немедленного уведомления, родители или опекун ставятся в известность позднее в кратчайшие возможные сроки» (п. 10.1).

8. Незамедлительное рассмотрение вопроса об освобождении несовершеннолетнего правонарушителя: «Судья или другое компетентное должностное лицо или орган незамедлительно рассматривают вопрос об освобождении» (п. 10.2).

9. Минимизация уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего, т.е. «следует по возможности не прибегать к официальному разбору дела компетентным органом власти» (п. 11.1), органам и лицам, ведущим дела несовершеннолетних «принимать решения по своему усмотрению, без проведения официального слушания дела» (п. 11.2).

10. Содержание несовершеннолетнего под стражей до суда «применяется лишь в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени» (п. 13.1) и по «возможности заменяется другими альтернативными мерами» (п. 13.2).

11. Судебное разбирательство производится в соответствии с принципами справедливого и беспристрастного суда. Само «судебное разбирательство должно отвечать интересам несовершеннолетнего и осуществляться в атмосфере понимания, что позволит несовершеннолетнему участвовать в нем и свободно излагать свою точку зрения» (п. п. 14.1, 14.2).

12. Участие в судебном разбирательстве представителя - адвоката, в том числе и бесплатно (п. 15.1).

13. Участие в судебном разбирательстве в интересах несовершеннолетнего родителей или опекуна, причем компетентный орган власти «может отказать им в таком участии, если имеются основания полагать, что это необходимо в интересах несовершеннолетнего» (п. 15.2).

14. Определение руководящих принципов вынесения судебного решения и выбора мер воздействия: соразмерность обстоятельствам и тяжести правонарушения, положению и потребностям несовершеннолетнего, а также потребностям общества; тщательное рассмотрение вопроса об ограничении личной свободы несовершеннолетнего и сведение подобного ограничения до минимума; лишение личной свободы несовершеннолетнего в случае признания его виновным в совершении преступления, связанного с насилием против другого лица, неоднократном совершении других серьезных правонарушений, а также в случае отсутствия другой соответствующей меры воздействия (п. 17. 1).

15. Быстрое осуществление официального судопроизводства по делам в отношении несовершеннолетних: «Любое дело несовершеннолетнего с самого начала следует вести быстро, не допуская каких-либо ненужных задержек» (п. 20.1).

16. Хранение материалов дел несовершеннолетних правонарушителей и доступ к ним должны быть строго конфиденциальными. «Материалы дел несовершеннолетних правонарушителей не должны использоваться при разборе дел взрослых правонарушителей в последующих случаях, связанных с тем же правонарушителем» (п. п. 21.1, 21.2).

17. Необходимость профессионализма и подготовки всего персонала, занимающегося делами несовершеннолетних (п. п. 22.1, 22.2).

Указанные положения должны соблюдаться во всех случаях отправления правосудия по делам в отношении несовершеннолетних и найти свое закрепление в уголовно-процессуальном законодательстве России.

Действующий закон частично воспринял такие требования, но работа по приведению главы 50 УПК РФ к уровню мировых стандартов еще далеко не завершена.

Например, требование обеспечения конфиденциальности, при производстве по делу в отношении несовершеннолетнего, реализуется половинчато. В досудебной стадии, в отличие от судебной, данное требование соблюдается, поскольку гласность по УПК РФ является не общим принципом уголовного судопроизводства, а только общим условием судебного разбирательства. В соответствии с п. 2 ст. 241 УПК РФ закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда, когда рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет. Но никаких оснований для деления несовершеннолетних на лиц, достигших шестнадцати лет, и лиц от шестнадцати до восемнадцати лет в УПК РФ не усматривается, так как в ст. 420 к несовершеннолетним относятся лица, не достигшие к моменту совершения преступления возраста

восемнадцати лет. Также, на наш взгляд, ничем не оправданным является обязательное участие педагога или психолога при допросе несовершеннолетнего только до шестнадцати лет. Как правильно отметил В.К. Комаров, ограничения относительно участия педагога в допросе несовершеннолетних недостаточно научно обоснованы, практически должны рассматриваться несколько условно, поэтому участие педагога при допросе должно быть распространено на несовершеннолетних и старших возрастных групп1.

О конфиденциальности в Пекинских правилах говорится и по отношению к хранению материалов уголовных дел несовершеннолетних и доступу к ним. В УПК РФ данное требование отражения не нашло.

1 Комаров В.К. Психологические и тактические

особенности расследования преступлений

несовершеннолетних: дисс. ... канд. юрид. наук. -Свердловск, 1972. - С. 12.

На наш взгляд, в главу 50 УПК РФ необходимо включить в качестве одной из особенностей отдельную статью, посвященную конфиденциальности при производстве по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. При этом следует указать, что конфиденциальность как обязательное требование не зависит от усмотрения лиц, производящих расследование и суд. В настоящее время ч. 3 ст. 161 УПК РФ разрешает следователю, дознавателю предавать гласности данные предварительного

расследования в объеме, который ими будет признан допустимым. В суде же вообще не рассматривается вопрос о недопустимости разглашения сведений, бывших предметом рассмотрения в судебном заседании.

С.В. Тетюев, обращая внимание на несоблюдение требований Пекинских правил в отношении конфиденциальности, приводит в пример опыт Республики Казахстан, где предусмотрена в УПК ст. 482 «Ограничение гласности по делам несовершеннолетних»2.

Нужно сказать, что Пекинские правила хотя и имеют целью защиту прав несовершеннолетнего при осуществлении в отношении них правосудия, тем не менее, затрагивают проблемы социальной политики государств-участников, удовлетворение не только потребностей несовершеннолетнего, но и общества, в котором живет и воспитывается несовершеннолетний. Поэтому считаем ошибочным исключение из обстоятельств, подлежащих установлению, установление причин и условий, способствовавших совершению преступления

несовершеннолетним. Данное обстоятельство присутствовало в УПК РСФСР (п. 3 ст. 392), и это отвечало потребностям общества в вопросе профилактики преступности

несовершеннолетних. Такая задача стоит перед органами государства и сейчас.

Пленум Верховного Суда в постановлении № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» от 14 февраля 2000 г. призывал суды повысить воспитательное значение судебных процессов по делам о преступлениях

несовершеннолетних, уделяя особое внимание

2 Тетюев С.В. Производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Учеб. пособие / Под ред. А.В. Кудрявцевой. - М.: Изд-во «Юрлитинформ», 2007. - С. 31.

их профилактическому воздействию; по каждому делу устанавливать причины и условия, способствовавшие совершению преступления несовершеннолетними; не оставлять без реагирования установленные в судебном заседании недостатки и упущения в работе комиссий по делам несовершеннолетних и подразделений по предупреждению правонарушений несовершеннолетних,

учебных заведений и общественных организаций; выносить частные определения с указанием конкретных обстоятельств, способствовавших совершению преступления подростком, и лиц, по вине которых оно стало возможным (п. 21)1. Затем Пленум исключил этот пункт2, так как УПК РФ 2001 г. уже не содержал подобного требования по установлению указанного обстоятельства.

Вместе с тем, Международные стандарты по отправлению правосудия в отношении несовершеннолетних действовали и до принятия нового Кодекса и действуют в настоящее время. Они оставались и остаются неизменными. В Пекинских правилах (п. 16) четко сказано, что «во всех случаях, за исключением мелких правонарушений, до вынесения компетентным органом власти окончательного решения, предшествующего приговору, необходимо тщательно изучить окружение и условия, в которых живет несовершеннолетний, или обстоятельства, при которых было совершено правонарушение, с тем, чтобы содействовать вынесению компетентным органом власти разумного судебного решения по делу».

Общий порядок производства по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним (п. 2 ст. 420 УПК РФ), вероятно, распространяется и на действие ст. 95 УПК РФ, где в п. 2 сказано, что «в случае необходимости проведения оперативно-розыскных мероприятий допускаются встречи сотрудника органа дознания, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с подозреваемым с письменного разрешения

1 Постановление Пленума Верховного Суда № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» от 14 февраля 2000 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2000. - № 4.

2 Постановление Пленума Верховного Суда № 7 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам» от 6 февраля 2007 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2007. - № 4.

дознавателя, следователя или суда, в производстве которых находится уголовное дело». На наш взгляд, изъятие из этого положения закона должно быть сделано в отношении несовершеннолетних

подозреваемых, и это будет соответствовать международным требованиям, поскольку Пекинские правила, придавая значение первоначальному контакту при задержании несовершеннолетнего подозреваемого,

устанавливают, что «контакты между органами по обеспечению правопорядка и несовершеннолетним правонарушителем

осуществляются таким образом, чтобы уважать правовой статус несовершеннолетнего, содействовать благополучию

несовершеннолетнего и избегать причинения ей или ему ущерба, с должным учетом обстоятельств дела» (п. 10.3). В комментарии к данному пункту поясняется, что «термин «избегать причинения ущерба» следует толковать широко, как причинение, прежде всего, наименьшего ущерба

несовершеннолетним, а также любого дополнительного или излишнего ущерба». Какие «встречи» могут быть с несовершеннолетним, если закон гарантирует ему при производстве по уголовному делу участие защитника, законного представителя, а при допросе несовершеннолетнего до шестнадцати лет - педагога или психолога.

Игнорированием Пекинских правил можно считать и существование общих правил по поводу сроков задержания и заключения под стражу несовершеннолетнего. В п. 1 ст. 423 УПК сказано: «Задержание

несовершеннолетнего подозреваемого, а также применение к несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу производятся в порядке, установленном статьями 91, 97, 99, 100 и 108 настоящего Кодекса». Такое положение, как нам представляется, связано с нарушением и другого международного стандарта - быстроты судопроизводства (ст. 20.1. Пекинских правил), обосновывающееся тем, что «со временем несовершеннолетнему будет все труднее, а иногда невозможно логически и психологически увязать процедуру судебного разбирательства и вынесение решения с самим правонарушением».

Законодателю нужно подумать о новой форме досудебного производства по делам в отношении несовершеннолетних, где срок

расследования будет минимальным. Это скажется и на сроках задержания и заключения под стражу.

Можно говорить об отсутствии профессионализма при расследовании уголовных дел в отношении

несовершеннолетних, о необходимости соответствующих положений об

эффективности исполнения решений, о предоставлении необходимой помощи на всех этапах судебного разбирательства.

Международные стандарты, выраженные в Пекинских правилах, охватывают очень большой спектр проблем, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних и до настоящего времени

не разрешенных уголовно-процессуальным законодательством России.

Выход из этой ситуации подсказывают сами Пекинские правила: «Следует прилагать усилия для создания механизма регулярных оценочных исследований в рамках системы отправления правосудия в отношении несовершеннолетних и для сбора и анализа соответствующих данных и информации в целях надлежащей оценки и последующего совершенствования и реформы системы отправления правосудия» (п. 30.3).

Таким образом, на наш взгляд, преобразования при расследовании и рассмотрении уголовных дел в суде в отношении несовершеннолетних еще впереди.

Чжоу Хэн

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЕ ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПО УК КИТАЯ И УК РОССИИ

В действующем Уголовном кодексе КНР есть только одна статья (ст. 256 УК), которая предусматривает уголовную ответственность за преступления против выборов. Данная статья включает в себя ответственность за два общественно опасных деяния: 1) срыв выборов, 2) воспрепятствование избирателям и их представителям в свободном осуществлении права избирать и быть избранным.

В российском Уголовном кодексе предусмотрены одиннадцать видов деяний, которые образуют преступления против избирательных прав. Эти деяния условно разделены на четыре группы:

1. Воспрепятствование работе избирательных комиссий (ст. 141 УК).

2. Воспрепятствование осуществлению избирательных прав гражданином (ст. 141 УК).

3. Нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума (ст. 141 1 УК РФ).

4. Фальсификация избирательных документов, документов референдума (ст. 142 УК РФ) и фальсификация итогов голосования (ст. 1421 УК РФ).

Можно заметить, что в китайском Уголовном кодексе норма, предусматривающая ответственность за срыв выборов, является слишком простой. Это приводит к

неопределенности в ее правовом применении. В российском же Уголовном кодексе ответственность за данный вид преступлений урегулирована более ясно и конкретно. На наш взгляд, на уголовное законодательство в избирательной сфере оказывают влияние многие факторы например, уровень развития законодательных технологий в той или иной стране, значение выборов в жизни людей и т. д. Но самым главным фактором из них является избирательное законодательство. Здесь мы согласны с мнением российского правоведа Н. Ю. Турищевой, которая считает, что размах криминализации деяний, нарушающих выборы, во многом обусловлен установленными законодательством особенностями

избирательной системы и порядком голосования1 . Именно под непосредственным влиянием избирательного законодательства возникли большие различия в сфере уголовной охраны избирательных прав в Китае и России. Это выражается в следующих моментах.

Во-первых, несмотря на то что тайное голосование на современном этапе служит обязательным условием справедливых и беспристрастных выборов как одного из важнейших демократических институтов, в китайском и российском избирательном

'Турищева Н. Ю. Охрана избирательных прав граждан в уголовном законодательстве России и зарубежных стран // Журнал российского права. - 2007. - № 6. - С. 57.