Актуальные проблемы расследования организации незаконной миграции

Варданян Акоп Вараздатович

доктор юридических наук, профессор, Ростовский юридический институт МВД России

Ларионов Илья Андреевич

Ростовский юридический институт МВД России

Актуальные проблемы расследования организации незаконной миграции

В статье рассмотрен комплекс теоретических и практических проблем, характеризующих расследование преступлений в сфере организации незаконной миграции. Сформулировано понятие организации незаконной миграции, уточнены типичные способы совершения данного деяния, даны рекомендации по интенсификации раскрытия и расследования серийных форм организации незаконной миграции.

Ключевые слова: миграция, незаконная миграция, организация, иностранные граждане, лица без гражданства, незаконный въезд, незаконное пребывание.

A.V. Vardanyan, Doctor of Law, Professor, Rostov Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: avardanyan@yandex.ru;

I.A. Larionov, Rostov Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78632078625.

Actual problems of investigation of the organization of illegal migration

The article examines the complex of theoretical and practical problems that characterize the investigation of crimes in sphere of organization of illegal migration. It is formulated the concept of organization of illegal migration, the typical ways of committing the act are giving and expressed recommendations for the intensification of disclosing and investigation of serial forms of organization of illegal migration.

Key words: migration, illegal migration, organization, foreign citizens, stateless persons, illegal entry, illegal stay.

В настоящее время проблема незаконной миграции сохраняет свою острую актуальность [1]. Криминализация ряда деяний, устанавливающих ответственность за грубое нарушение миграционного законодательства, явилась определенным шагом на пути борьбы с указанным явлением. Вместе с тем, до сих пор не сложилось единообразной практики расследования уголовных дел по преступлениям, предусмотренным ст. 322.1 УК РФ «Организация незаконной миграции» [2], и смежным деяниям, предусмотренным ст. 322.2 УК РФ «Фиктивная регистрация гражданина Российской Федерации по месту пребывания или по месту жительства в жилом помещении в Российской Федерации и фиктивная регистрация иностранного гражданина или лица без гражданства по месту жительства в жилом помещении в Российской Федерации», ст. 322.3 УК РФ «Фиктивная постановка на учет иностранного гражданина или лица без гражданства по месту пребывания в жилом помещении в Российской Федерации».

Кроме того, уголовно наказуемая организация незаконной миграции имеет ряд сходных признаков с административным правонарушением, предусмотренным ч. 3 ст. 18.9 КоАП РФ «Нарушение правил пребывания в Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства».

Существуют разногласия и среди исследователей относительно ряда вопросов квалификации и расследования данных деяний [3; 4]. В рамках настоящей статьи обратим внимание на некоторые из этих вопросов, влияющих на формирование доказательственной базы по уголовному делу.

Итак, ч. 1 ст. 322.1 УК РФ устанавливает уголовную ответственность не за сам факт незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства (уголовная ответственность за указанные действия может наступать по ст. 322 УК РФ), а именно за организацию:

незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства;

58

незаконного пребывания в Российской Федерации указанных субъектов;

незаконного транзитного проезда их через территорию Российской Федерации.

Квалифицирующие признаки этого деяния предусматривают совершение перечисленных действий группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; в целях совершения преступления на территории Российской Федерации.

Понятие организации применительно к целям данной статьи не раскрывается, что позволяет трактовать его в общеупотребительном смысле как комплекс согласованных и целеустремленных действий, обеспечивающих беспрепятственный незаконный въезд в Российскую Федерацию иностранных лиц и (или) лиц без гражданства либо их беспрепятственное незаконное пребывание в Российской Федерации, а равно беспрепятственный незаконный транзитный проезд через территорию Российской Федерации.

При этом вряд ли верным будет интерпретировать понятие субъекта (субъектов) данного деяния, организовавшего (организовавших) грубое нарушение правил миграционного законодательства иностранными гражданами и лицами без гражданства, через понятие «организатор преступления», содержащееся в ч. 3 ст. 33 УК РФ «Виды соучастников преступления», в частности, если нет признаков совершения указанного деяния в составе группы лиц по предварительному сговору или организованной группы. Несмотря на то, что согласно ч. 3 ст. 33 УК РФ организатором признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его совершением, очевидно, что данная норма Общей части УК РФ относится к другой правовой плоскости, касающейся определения различных форм соучастия в преступлении (гл. 7 УК РФ) и, как следствие, разновидностей соучастников и особенностей их ответственности (ст. 34 УК РФ). Иными словами, эта норма предусмотрена для преступлений, совершенных в соучастии, а не для деяний, в которых именно совершение организационных действий является неотъемлемым и ключевым компонентом конструкции основного состава преступления. Если факт организованного характера въезда, пребывания или транзитного перемещения через Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства не будет доказан, то налицо отсутствие состава указанного преступления. В то же время если будет доказан факт оказания содействия и создания условий

для беспрепятственного въезда иностранных граждан и лиц без гражданства, осуществляемого одним человеком (а не в составе группы лиц), то имеет место быть анализируемое преступление.

Отсутствуют в законе и определения понятия или содержания трех способов организации незаконной миграции: организация незаконного въезда на территорию РФ; организация незаконного пребывания на территории РФ; организация транзитного проезда через территорию РФ. При этом если значение понятий «въезд» или «транзитный проезд» в целом более или менее конкретизировано (хотя бы в общеупотребительном значении), то весьма широким представляется значение понятия «организация незаконного пребывания на территории Российской Федерации». Так, к действиям по организации незаконного въезда на территорию РФ традиционно в специальной литературе и в материалах уголовных дел относят: предоставление или оплату стоимости билетов на любой из видов транспорта, следующий в Российскую Федерацию, предоставление собственного или арендованного автотранспортного средства; незаконное оформление приглашений для въезда в страну. Организация незаконного транзита заключается в создании условий, обеспечивающих незаконный проезд иностранных граждан или лиц без гражданства через территорию России в иную страну. Типичными иллюстрациями таких действий выступают: предоставление транспорта, осуществление сопровождения проезда иностранных лиц или лиц без гражданства, уговоры или незаконные вознаграждения должностных лиц, осуществляющих таможенный или миграционный контроль , и т. п .

Изучение эмпирических источников позволило сделать вывод, что среди трех указанных выше групп криминализированных действий, составляющих организацию незаконной миграции, наиболее распространена именно организация незаконного пребывания иностранных граждан или лиц без гражданства на территории Российской Федерации, встретившаяся нам в материалах подавляющего большинства изученных уголовных дел.

При этом очевидно наличие сходных признаков с административным правонарушением, предусмотренным ч. 3 ст. 18.9 КоАП РФ, содержание которого определено в законе следующим образом: «предоставление жилого помещения или транспортного средства или оказание иных услуг иностранному гражданину или лицу без гражданства, находящимся в Рос-

59

сийской Федерации с нарушением установленного порядка или правил транзитного проезда через ее территорию». При этом, как представляется, водоразделом выступает именно осознанность организатором незаконной миграции незаконности пребывания иностранцев или лиц без гражданства на территории Российской Федерации, понимание, что въезд или пребывание в нашей стране этим лицам законодательно не разрешен (в частности, Федеральным законом от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан Российской Федерации»; Федеральным законом от 18 июля 2006 г. № 109-ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» и др.).

Криминалистически интерпретируя способы организации пребывания в России иностранных граждан или лиц без гражданства в рамках формирования классификации способов преступления [5] как элемента криминалистической характеристики преступлений [6; 7], на основе эмпирического обобщения представилось возможным выделить следующие способы преступления:

предоставление для проживания квартиры или частного дома, флигеля (принадлежащих организатору на законных основаниях или арендованных и сданных нелегалам в субаренду) - 42,8%;

предоставление бытового помещения, стихийно используемого в качестве жилого -7,1%;

оформление фиктивного уведомления о прибытии иностранного гражданина или лица без гражданства в определенное место пребывания без намерения реального предоставления помещения для проживания или пребывания - 21,4%;

трудоустройство на различные неквалифицированные виды деятельности (дворники, строители, работники автомоечных комплексов и т.п.) - 7,1%;

трудоустройство в сочетании с предоставлением помещения для проживания (чаще всего, хозяйственно-бытового назначения, расположенного на территории организации, в которую трудоустроен нелегал) - 28,6%.

Подавляющее большинство представленных способов преступной деятельности сопровождалось реализацией субъектами преступления корыстных интересов, проявляющихся в получении непосредственного вознаграждения со стороны нелегалов (за аренду помещений для проживания, оформление фиктивных

уведомлений о прибытии иностранных граждан или лиц без гражданства и т.п.) или материальной выгоды от привлечения нелегалов к трудовой деятельности на условиях выплаты им символической заработной платы.

Эмпирические источники свидетельствуют, что обвиняемые, реализовавшие указанные способы преступной деятельности, также достаточно часто (еще на этапе предварительного расследования при предъявлении обвинения или ознакомлении с материалами уголовного дела) заявляли о согласии с предъявленным обвинением и рассмотрении уголовного дела в особом порядке. На первый взгляд, этот факт является позитивным явлением, отражающим достаточную распространенность благоприятных следственных ситуаций [8; 9], присущих уголовным делам данной категории.

Однако анализ эмпирических данных позволяет высказать обоснованные суждения о том, что борьба с преступлениями в сфере организации незаконной миграции идет по экстенсивному пути. Выявляя многочисленные эпизодические факты организации незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства лицами, ранее не судимыми (либо имеющими погашенную или снятую судимость), правоохранительные органы не вполне сориентированы на выявление серийных и высокоорганизованных форм данного деяния, особенно связанных с организацией незаконного въезда нелегалов. В материалах изученных уголовных дел, расследованных по факту организации пребывания нелегалов на территории России, также нередко этому аспекту уделяется недостаточное внимание.

Таким образом, полагаем, что необходимо перенаправить вектор борьбы с преступлениями в сфере организации незаконной миграции с так называемых бытовых разновидностей данных деяний (предоставление нелегалам жилья в аренду или их трудоустройство) на серийные формы, позволяющие выявить причастность организованных преступных групп и преступных сообществ. В этих целях при выявлении фактов незаконного предоставления жилья или трудоустройства иностранных граждан или лиц без гражданства следует выдвигать и проверять версии о способах их въезда на территорию России и о лицах, причастных к этим действиям, в том числе действующих в составе организованных групп или преступных сообществ.

60

1. Андреянченко Д.В., Варданян А.В. Сущность организации незаконной миграции как информационный потенциал для формирования частной криминалистической методики расследования данной категории преступлений // Вестн. Томск. гос. ун-та. Право. 2014. № 3(13). С. 5-10.

2. Варданян А.В., Ларионов И.А. Научные основы формирования криминалистической характеристики преступлений, связанных с организацией незаконной миграции // Известия Тульск. гос. ун-та. Экономические и юридические науки. 2015. № 4-2. С. 9-17.

3. Варданян А.В., Андреянченко Д.В. Общие положения учения о криминалистической характеристике преступлений как теоретико-методологическая основа для формирования криминалистической характеристики преступлений, связанных с организацией незаконной миграции // Юристъ-правоведъ. 2015. № 1(68). С. 13-16.

4. Бирюков С.Ю. Особенности расследования организации незаконной миграции: дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2008.

5. Айвазова О.В., Варданян Г.А. Криминалистическое учение о способе преступления как теоретико-методологическая основа для формирования классификации способов совершения преступлений в сфере производства и оборота фальсифицированных лекарственных средств // Философия права. 2015. № 1(68). С. 63-67.

6. Айвазова О.В. Криминалистическая характеристика преступлений как систематизированное отражение механизма преступной деятельности: результаты научной полемики // Вестн. Томск. гос. ун-та. 2014. № 389. С. 153-157.

7. Варданян А.В. Методологическое значение криминалистического учения о способе преступления для формирования классификации приемов по приготовлению к совершению преступлений в сфере земельных правоотношений // Философия права. 2013. № 4(59). С. 82-84.

8. Варданян А.В. Учение о следственной ситуации как методологическая основа для формирования следственных ситуаций, типичных для первоначального этапа расследования преступлений в сфере земельных правоотношений // Философия права. 2013. № 6(61). С. 75-79.

9. Варданян А.В. Учение о следственной ситуации как теоретико-методологический ориентир для совершенствования организации расследования злоупотреблений полномочиями в коммерческих и иных организациях // Юристъ-Правоведъ. 2013. № 2(57). С. 28-31.

1. Andreyanchenko D.V., Vardanyan A.V. The essence of the organization of illegal migration as informational potential for the formation of private criminalistic methods of investigation of this category of crimes // Bull. of the Tomsk State University. Law. 2014. № 3(13). P. 5-10.

2. Vardanyan A.V., Larionov I.A. Scientific foundations of the formation of criminalistic characteristics of crimes related to organization of illegal migration // Proceedings of the Tula State University. Economic and legal sciences. 2015. № 4-2. P. 9-17.

3. Vardanyan A.V., Andreyanchenko D.V. General provisions of the doctrine of criminological characteristics of crimes as a theoretical and methodological basis for the formation of criminalistic characteristics of crimes related to illegal immigration // Lawyer. 2015. № 1(68). P. 13-16.

4. Biryukov S.Yu. Peculiarities of the investigation of the organization of illegal migration: diss.... Candidate of Law. Volgograd, 2008.

5. Aivazova O.V., Vardanyan G.A. Criminalistic doctrine about the way of crime as a theoretical and methodological basis for the formation of the classification of methods of committing crimes in the sphere of production and turnover of counterfeit medicines // Phylosophy of law. 2015. № 1(68). P. 63-67.

6. Aivazova O.V. Criminological characteristics of crime as the systematic reflection of the mechanism of criminal activity: the results of the scientific debate // Bull. of Tomsk State University. 2014. № 389. P. 153-157.

7. Vardanyan A.V. Methodological significance of the criminalistic doctrine about the way of crimes for the formation of classification techniques for the preparation for the commission of crimes in the sphere of land legal relations // Philosophy of law. 2013. № 4(59). P. 82-84.

8. Vardanyan A. V. The doctrine of the investigative situation as a methodological basis for the formation of investigative situations, typical for the initial stage of investigation of crimes in the sphere of land relations // Philosophy of law. 2013. № 6(61). P. 75-79.

9. Vardanyan A. V. The doctrine of the investigative situation as a theoretical and methodological guideline to improve the organization of the investigation of abuse of authority in commercial and other organizations // Lawyer. 2013. № 2(57). P. 28-31.

61