Комментарии к письму С. Ф. Шарапова

1. «Милостивый государь» (с добавлением имени и отчества или без) и «милостивый государь мой» (также с именем и отчеством или без) — официальные формы обращения в бюрократической переписке. При внешней схожести имели серьезные различия, не заметить которые не мог ни один современник. Формулировка «милостивый государь мой» применялась при обращении человека, имеющего более высокий чин по Табели о рангах, к человеку, имеющему меньший чин. Формулировка «милостивый государь» использовалась в обратном случае — при обращении «младшего» к «старшему».

2. Речь идет о подготовке и учреждении в 1860 году Государственного банка Российской Империи. Товарищем (заместителем) управляющего был назначен Евгений Иванович Ламанский (1825–1902), выпускник Александровского Царскосельского лицея, крупный государственный деятель и финансист, через некоторое время ставший во главе Госбанка.

3. Граф Петр Александрович Валуев (1814–1890) — государственный деятель и писатель. 17 февраля 1872 года назначен на пост министра государственных имуществ. В годы своего министерства стал инициатором создания ряда комиссий, рассматривавших важные экономические вопросы, в том числе Комиссии о положении сельского хозяйства.

4. Речь идет о Русско-турецкой войне 1877–1878 годов за освобождение Болгарии. Накануне войны Министерство финансов, во главе которого тогда стоял Михаил Христофорович Рейтерн, предприняло административные и эмиссионные шаги, направленные на подготовку к боевым действиям. В частности, в каналы денежного обращения были вброшены дополнительные порции наличности. Так, в 1876 году был произведен выпуск билетов Государственного банка на сумму 100 млн руб. Казначейству было разрешено компенсировать военные расходы за счет средств Государственного банка. Обойтись без заимствований казна не смогла. В 1877 году был осуществлен внешний заем на 15 млн фунтов стерлингов под 5%. Кроме того, было размещено три пятипроцентных так называемых восточных (внутренних) займов в 1877-м, 1878-м и 1879-м годах на общую сумму более 700 млн руб.

Что касается «возрождения, как земледельческого, так и промышленного», то в этом вопросе картина выглядит несколько сложнее, чем пишет Шарапов. В 1860-е — начале 1870-х годов в России наблюдался настоящий экономический бум: стремительно развивалась промышленность, железнодорожное строительство стало поистине локомотивом экономического роста (кстати, в роли «машиниста» в этом «локомотиве» было государство), рос экспорт сельскохозяйственной продукции; как у нас заведено в «тучные» годы, граждане Российской Империи массово ездили по заграницам, оставляя там немалые деньги, а навстречу им рекой тек поток европейских гастарбайтеров, направлявшихся в загадочную Россию за длинным русским рублем.

Все кончилось внезапно. В 1873 году грянул мировой экономический кризис. Поначалу в России его просто не заметили: таможенная политика М. Х. Рейтерна надежно защитила страну от внешнего воздействия, а высокий урожай 1874 года укрепил надежды на лучшее. Но в 1875 и 1876 годах случились неурожаи, а промышленность испытала кризис перепроизводства. Цены рухнули, торговля стала хиреть, начались банкротства, в том числе и в финансовой сфере. Следствием этого краха стал повсеместный отток вкладов, а затем и иностранных инвестиций. Преодолению кризисных явлений способствовала война. Военные подряды приободрили промышленность, военные заказы на провиант и фураж поддержали сельское хозяйство. Дополнительная эмиссия породила инфляционные процессы, объем наличности увеличился, цены стали расти — к вящей радости тогдашних аграриев. Промышленный и сельскохозяйственный рост продолжался до 1881–1882 годов, пока не начался очередной кризис.

5. Имеется в виду, судя по всему, позиция Е. И. Ламанского по вопросу о восстановлении ценности рубля. Тема эта активно дебатировалась в печати в 1860-е годы. В дискуссии тогда приняли участие многие русские экономисты и публицисты — А. П. Шипов, И. И. Кауфман, Н. Н. Обручев и др. Не остался в стороне и Ламанский: в 1861 году он предоставил официальную записку с изложением собственного проекта. Основой его было превращение государственного банка в акционерное общество с государственным участием и присвоение ему прав эмитента. В частности, проект предусматривал изъятие из обращения «лишних» кредитных билетов на 400 млн руб. с последующей эмиссией только билетов, обеспеченных «вексельным портфелем» или золотом и серебром без ограничения.

6. Голод 1891–1892 годов случился в бытность министром финансов Ивана Алексеевича Вышнеградского (1831–1895). Он занимал этот пост с 1888 по 1892 год. Его министерская линия до сих пор вызывает споры, неоднозначность его решений закономерно порождает неоднозначность оценок. С одной стороны, он твердой рукой вел вверенное ему министерство к решению задачи, которую считал главной,— к накоплению золотого запаса для проведения в будущем реформы денежного обращения; с другой — как будто не замечал тяжелых последствий своих решений.

Высказывание С. Ф. Шарапова справедливо отчасти. Были ли займы? Да, были. За период министерства Вышнеградского было заключено пять «металлических» займов на общую сумму 425,1 млн золотых рублей. Внешний и внутренний долг страны при нем вырос с 6,5 млрд руб. до 7,5 млрд руб. На 1 января 1887 года золотой фонд Российской Империи составлял 281,5 млн руб. (шесть лет спустя, 1 января 1893 года, он оценивался в 581,5 млн руб.).

Лежал ли этот фонд «без движения»? Да, собственно, он для того и накапливался. «Поборы с населения» были, но были ли они «непомерными»? Это относительно. Абсолютно то, что сроки выплаты податей министерство Вышнеградского подгоняло к срокам уборки урожая, что заставляло задешево продавать продукцию спекулянтам-перекупщикам. Внутри страны цены на хлеб падали, да и за рубежом он реализовывался в межсезонье, когда спрос падал и, соответственно, падали и цены. Стала знаменитой фраза «недоедим, но вывезем» (как вариант — «недоедим, но продадим»); даже в самых «хлебных» губерниях крестьяне недоедали. Противостояние на рынке хлебов с дешевым американским зерном дорого обходилось русскому крестьянину. Стало ли все это непосредственной причиной голода 1891 года, как пишет Шарапов? Очевидно, что нет. Непосредственной и вполне объективной причиной стал природный катаклизм. Но отсутствие у крестьян запасов, резервного фонда, способного спасти их в неурожайный год,— прямое следствие политики Министерства финансов.

7. Речь идет об Особом совещании о нуждах сельскохозяйственной промышленности, созванном по распоряжению Николая II 22 января 1902 года. Главой Совещания был определен С. Ю. Витте. Оперативными органами Совещания стали губернские и уездные комитеты: им поручалось собирать и анализировать сведения «с мест» относительно возможных путей преодоления кризисных явлений в отрасли.

8. Замечание, возможно, несколько гиперболизированное, но в целом не лишенное оснований. Государство, основывающее свое денежное обращение на драгоценных металлах, декларирующее свободный обмен бумажных денежных знаков на золото и/или серебро, должно отдавать себе отчет в том, что нормальное функционирование такой финансовой системы возможно лишь при отсутствии в экономике каких-либо отрицательных явлений. Любая нежелательная девиация, не говоря уже о кризисных явлениях или, не дай бог, войне, неизбежно вызовет соответствующие последствия: зарубежные агенты могут предъявить к обмену имеющиеся у них на руках бумаги; может начаться вполне естественный отток «желтого» и «белого» металлов, если иностранные инвесторы начнут выводить свои средства; и уж вовсе неизбежным при любом, даже самом незначительном намеке на нестабильность станет явление тезаврации, то есть изъятие населением монет, отчеканенных из драгоценных металлов, из каналов денежного обращения и превращение их в сокровища — золотые и серебряные монеты будут стремительно оседать в кубышках. Опыт социально-политических катаклизмов, разыгравшихся в России через несколько лет после написания этого письма, знает много примеров именно такого развития событий и именно такой линии поведения населения. Что остается делать государству в такой ситуации? Выбор небольшой: отказ от обмена, займы и денежное суррогатирование. Правда, проверить на практике свои теоретические построения не было суждено ни С. Ю. Витте, ни С. Ф. Шарапову: оба они не дожили ни до революции, ни до Гражданской войны.

9. В эти годы Дворянский банк широко проводил операции по продаже заложенных и просроченных поместий.

10. Экзекуция или экзекутирование клиента — продажа банком имущества, под залог которого была выдана ссуда, не возвращенная клиентом.

11. Когда Шарапов писал эти прозорливые слова в 1902 году, он, конечно же, не мог знать, какое большое и сказочно прекрасное будущее ожидает в наступившем XX веке оторванные от обеспечения драгоценными металлами национальные валюты. Ведь до создания Федеральной резервной системы оставалось еще 11 лет, до Бреттон-Вудс — 42 года и более полувека — до Ямайской конференции.

12. При обсуждении проекта реформы против водворения в России золотого монометаллизма высказались немало видных экономистов. Так, за биметаллизм выступали М. И. Туган-Барановский, А. А. Исаев, Л. З. Слонимский. Серебряный монометаллизм поддерживали В. А. Лебедев (профессор Императорского Санкт-Петербургского университета, доктор финансового права) и Ю. Г. Жуковский (бывший управляющий Государственного банка). Точки зрения номиналистов придерживались вместе с С. Ф. Шараповым также П. В. Оль и князь А. Г. Щербатов. А П. Б. Струве и Л. В. Ходский вовсе считали, что необходимости в реформе нет. За рубежом тоже отнюдь не все были в восторге от перспектив золотого монометаллизма.

13. Дебаты о золотой валюте продолжаются до сих пор, порой дело доходит до стадии практической реализации: полковник Муаммар Каддафи был вполне рукопожатным лидером, пока всерьез не заговорил о введении золотого динара.

14. Будучи министром финансов, С. Ю. Витте последовательно превращал (и превратил!) вверенное ему министерство в этакую карманную империю, status in statu, где он был и царь, и бог, и воинский начальник.