Сложность социальных связей и сингулярность дьякова-винджа

2012 Философия. Социология. Политология №4(20), вып. 1

УДК 001.18+129+314+524.8+629.78

И.В. Измайлов, Б.Н. Пойзнер

СЛОЖНОСТЬ СОЦИАЛЬНЫХ СВЯЗЕЙ И СИНГУЛЯРНОСТЬ ДЬЯКОВА-ВИНДЖА

Самоусложнение / саморазвитие человечества за 140 000 лет вызвало: сингулярность истории как фактор, задающий направление радикальной трансформации Мир-Системы; исчерпание ресурсов; переход к стационарному состоянию мира, когда неизбежно уменьшение потока научных знаний. Тематизируя технологическую сингулярность как механизм поддержания производства знания, авторы выдвигают гипотезы относительно «мегациклов» биосферно-социальной эволюции и их длительности.

Ключевые слова: биосферно-социальная эволюция, самоусложнение, сингулярность истории, технологическая сингулярность.

На наш взгляд, на горизонте универсального эволюционизма различим объект осмысления, который одновременно есть: а) предельное проявление сложности, b) продукт прогресса научного знания, с) потенциальный тормоз его развития, d) возможно, даже отдалённая угроза познавательному статусу человека. Это -сингулярность (от лат. singularis - исключительный, беспримерный) биосферно-социальной эволюции, переход Мир-Системы к стационарности [1-3] и его последствия. Кажется, сингулярность пока не привлекла внимания ни социальной философии, ни эпистемологии (см., например, [4, 5]). Поэтому мы попытаемся: 1) представить этот объект как генеральный фактор, который задаёт направление трансформации системы общества; 2) дополнить инструментарий познания самоусложняющихся и саморазвивающихся систем, вычленив некоторый динамический инвариант их эволюции; 3) вообразить стратегию будущих отношений человека с техникой.

Подход, термины, факты. В структурном (статическом) аспекте степень сложности - сумма N+K, где N - число элементов в системе, K - число связей между ними. Алгоритмическая (функциональная, поведенческая) сложность - минимальная длина алгоритма, который способен воспроизвести последовательность данных, необходимую для описания поведения системы, скажем, в инструкции по управлению ею [6. С. 35-36]. Поэтому чем больше форм взаимодействия между людьми (не считая родственных), чем выше скорость взаимодействий, чем больше их дальность, тем сложнее динамическая система общества. Очевидно, прогрессу взаимодействия способствует развитие средств искусственных коммуникаций, транспорта, связи, а также методов записи, хранения, обработки данных для принятий решений. В том числе - решений, актуальных для расширения и ускорения социального взаимодействия, т.е. имеет место положительная обратная связь, где развитие техники стимулирует интенсификацию и диверсификацию взаимодействия et vice versa (примеры см., например, в [7]). Термин социологии капитализма И. Валлерстайна Мир-Система (World-System) А.Г. Франк распространил на информационные связи. Ещё в антич-

ности они обеспечили передачу важнейших технологий и «сходный характер культурной сложности» [3. С. 32].

И.М. Дьяконов (1915-1999) установил: в истории за период около 120 тыс. лет в моменты tn произошло восемь фазовых переходов (бифуркаций). Так, первобытную фазу (началась «40 тыс. лет до н. э.) сменила первобытнообщинная («10 тыс. лет до н. э.), а её - ранняя древность («3 тыс. лет до н. э.) etc. Эта последовательность фазовых переходов обладает свойством геометрической прогрессии, т.е. каждая n-я фаза эволюции короче предыдущей (n-1-й) почти в одно и то же число раз. Поэтому неизбежен момент t*, названный Дьконовым сингулярностью истории, когда длительность фазы практически достигает нуля [1; 2. С. 19-23]. Это означает, что после момента t* (у Дьяконова t*«2064 г.) в характере исторического процесса неизбежны «существеннейшие и совершенно беспрецедентные изменения» [2. С. 25]. Является ли сингулярность атрибутом лишь социального развития? А. Д. Панов доказал [Там же. С. 39]: закону геометрической прогрессии довлеют 19 фазовых переходов (революций, или бифуркаций) к повышению сложности на планете, включая 8 социокультурных, по Дьяконову (рис. 1). Сингулярность давно известна в физике: неограниченный рост массы движущейся частицы с приближением её скорости к световой. В синергетике это называют режимом с обострением (blow up): длительная квазистацио-нарная стадия на старте, а вблизи финального момента t* - сверхбыстрый рост по гиперболическому закону (вид его показан на рис. 2). Обострение возможно в открытых нелинейных системах с сильной положительной обратной связью [8. С. 239]. Таким образом, рис. 1 и 2 показывают: рост сложности в системе ускоряет её эволюцию, последовательно сокращая её характерные стадии.

Неразрывность самоусложнения и саморазвития. Гиперболический рост населения N Земли, где t*=2026 г., открыли (1960) Х. фон Фёрстер et al. (по оценкам С.П. Капицы, t*«2027 г. [2. С. 43-44]). Механизм роста объяснил М. Кремер (1993): чем больше население N, тем выше вероятность рождения детей (N), и - по гипотезе С. Кузнеца (1960) - тем больше «изобретателей», стимулирующих прогресс жизнеобеспечивающих технологий [3. С. 25-28]. Модель А.В. Коротаева et al. для развития Мир-Системы учитывает нелинейную положительную обратную связь второго порядка между сложностью (отчасти определяемой N+K) и технонаучным ростом (измеряемым уровнем T). Прогресс T, расширяя экологическую нишу планеты, влечёт демографический рост N, тем самым - число изобретателей, объём их продукции и потому - снова рост T. А прогресс жизнеобеспечивающих технологий увеличивает популяцию N и т.д. по циклу круговой причинности: NoT (см. рис. 2). «Мировой избыточный продукт» («избыточный» - относительно необходимого для простого воспроизводства людей), как и грамотность населения (до 1980-х), растут ещё стремительнее: по квадратично-гиперболическому закону [Там же, С. 30, 35-36]. Итак, подоплёка саморазвития мира - прогрессирующий (по кругу: NoT) рост его сложности.

Ю10-|-10э^

10е-107т | 10е1 ^ Ю91 . ' 10*1 ^ 10*1

10*1

1 о1 - --2

Номер революции, п

Рис. 1. «Расписание поезда биосферносоциальной эволюции» за «4 млрд лет, по А.Д. Панову [2. С. 39]. Для 19 моментов £п, т.е. для 11 биосферных и 8 исторических фазовых переходов (революций), выполняется закон геометрической прогрессии, а точка сингулярности £*«2004 г. ± 15 лет

Ввзникновеняе жизни \4Неопротероэойская революция

О 2 4 6 8 10 12 14 16 18 20

7000 6000 5000 4000 3000 2000 1000 0

-5000 -4000 -3000 -2000 -1000 0 1000 2000 3000

Рис. 2. Переход от гиперболического роста населения Земли N (режима с обострением) к стабилизации (N«7 млрд к XXII в.) в модели Мир-Системы [3. С. 66]. По горизонтальной оси - время £, годы. Форма роста населения (5-образная кривая) типична для всех сложных целеустремлённых систем [15. С. 224]

N, млн. чел..................................~~

выход из режима с обострением-^

- 1 1

1 1

1 1

гиперболический рост —

За счёт чего воспроизводится самоусложнение? A priori ясно: ресурс репликации (самовоспроизводства) любой структуры ограничен. Показательные прецеденты: цепь эволюционных кризисов биосферы (см. рис. 1); проявления ограниченности материально-энергетических ресурсов человечества на любом этапе его техноразвития (T), по Дьяконову (см. рис. 1). Так, ^140 тыс. лет назад появился Homo sapiens - лидер эволюции, отец техники. Её рост (T) открывает новые ресурсы самовоспроизводства людей (N). Но технорост T повышает темп расходования ресурсов вплоть до исчерпания [2. С. 31-34]. По реконструкции В.В. Емельянова, истощены также интеллектуальные ресурсы, заимствуемые у «мёртвых» народов [9. С. 52-53].

Поэтому выход Мир-Системы из режима самоусложнения (режима с обострением) обеспечивают: а) информационный кризис, по прогнозу Ст. Лема (Сумма технологии, 1963): экспоненциальный рост науки возможен не далее 1990-2030-х. Иначе каждый житель Земли - учёный [2. С. 98-100]. С конца 1970-х сказывается «эффект насыщения» роста доли грамотных l людей: /<100% [3. С. 62]; Р) рост женской грамотности: с 1970-х он снижает рождаемость. Вопреки прогрессу жизнесберегающих технологий (T) он перевешивает действие роста общей грамотности (l), снижающего смертность [Там же. С. 63]. Рост населения Земли N тормозится, когда её грамотное население более 50%, мужская грамотность ^60%, женская - более ^40% [Там же. С. 56]. у) с середины 1960-х снижаются относительные темпы урбанизации мира. По прогнозу (см. рис. 2), к XXII в. городское население установится на отметке ^7 млрд чел. [Там же. С. 65-66].

Значит, рост сложности (N+K) выводит Мир-Систему из режима самоусложнения к стабилизации (N^const), превращая систему в самоограничиваю-щуюся, хотя система увеличивает свою функциональную сложность (деятельности). Стабилизация N есть принципиально (и непредставимо) иной modus vivendi et operandi мира: ведь исключён прирост «изобретателей»! Темп техноразвития T тормозится (в силу N^T), усугубляя информационный кризис науки (по Лему). Выходом был бы интенсивный тип развития человечества, а не за счёт роста N [10. С. 134].

Технологическая сингулярность спасительна? В 1958 г. математики Дж. фон Нейман (1903-1957) и Ст. Улам (1909-1984), жившие в США, предсказывали появление искусственного интеллекта (ИИ). Улам вспоминал: «Один из разговоров крутился вокруг всё ускоряющегося технического прогресса и изменений в образе жизни людей, по которым похоже, что приближается некая важная сингулярность в истории человеческого рода, после которой дела человечества, какими мы их знаем, не смогут продолжаться» (цит. по [11. С. 156-157]). Американский математик и фантаст В. Виндж заявил (1993): когда появится техническая возможность создать сверхчеловеческий разум («2030), эра человека закончится [10. С. 30; 12]. Изобретатель и футуролог из США Р. Курцвейл в бестселлере «Сингулярность уже близка» (2005) предсказывает её после 2045 г., когда компьютеры смогут самовоспроизво-диться, постоянно самосовершенствуясь. Причём исчезнут чёткие границы между человеком и машиной. Предсказывается интеграция людей Земли и ИИ в единый сверхорганизм (2099). Но он будет поглощать ресурсы Земли, а затем и других космических объектов [11. С. 148, 157-158]. Прогресс NBIC-технологий придаёт техносингулярности и реалистическое звучание [Там же. С. 7-322, 539-561], и алармистские ноты [4; 10. С. 118-143], и антропологическое измерение [13].

В этом свете техносингулярность, связанная с ИИ, - не просто прогноз. Мы видим в ней механизм поддержания производства знания (T), когда N«const, т.е. прирост «изобретателей» падает. И здесь мы касаемся сценариев будущего [2-4; 9-13]. Следовательно, есть новая тема: техносингулярность versus стабилизация Мир-Системы. Пытаясь двигаться в угадываемом русле этой темы, исходя из идеи «наблюдателя над наблюдателем» в процессах познания [14. С. 60-62, 79-82, 104-107] и трактовки S'-образной кривой развития целеустремлённых систем [15. С. 222-228], приведём несколько соображений.

Заключение: шесть гипотез и два возражения. Гипотеза 1: вблизи техносингулярности (t«t*) искусственные «изобретатели» (т.е. ИИ) менее ресурсоёмки, чем «изобретатели»-люди. Тогда ИИ как источник новых идей, т.е. роста T (в ходе развития инженерии знаний - см., например, [5. С. 11]), восполнит недобор «изобретателей»-людей. И кризис науки, по Ст. Лемму, преодолим. Гипотеза 2: человек сначала передаст часть своих «изобретательских» функций ИИ, но сохранит ряд миссий: а) целеполагание для альтернативных «элементарных» ИИ; b) выбор стратегий решения проблем из спектра возможных, предлагаемых ИИ; с) корректировка цели либо новое целеполагание и т.д. по циклу. Гипотеза 3: передача когнитивной эстафеты от человека к ИИ есть завершение первого на Земле мегацикла эволюции (начался «4 млрд лет назад). В идее первого мегацикла можно видеть эвристический сюжет при обсуждении концепции А.Д. Панова «Разум - промежуточное звено эволюции в Космосе / Мультиверсе» [2. С. 116-149]. Гипотеза 4: на втором мегацикле эволюции пошаговое делегирование всё большего числа функций человека самоусложняющемуся ИИ обеспечит техноразвитие T. Первый «шаг» описан выше; второй предполагает передачу человеком части своих «супервизорских» полномочий ИИ-«наблюдателю» над множеством «элементарных» ИИ etc. Гипотеза 5: второй мегацикл эволюции закончится,

когда способность к целеполаганию у ИИ приблизится к человеческой в итоге «шагов», совершенствующих человека и ИИ по кругу: сложность человека о сложность ИИ. Гипотеза 6: «запаздывание» техносингулярности (скажем, ИИ окажется непомерно ресурсоёмким) ведёт к самоускоряющемуся падению культурной сложности Мир-Системы. Его грубой моделью служит вызванный революциями (1917) переход от русского ренессанса рубежа XIX-XX вв. к обществу, где убыль интеллектуальной элиты [16] - саморазвиваю-щийся процесс [17].

Вопрос скептика 1: целеполагание немыслимо без интуиции (insight). По Э. Агацци, «эта интуиция как раз и есть то нечто, которое нельзя перевести в операции», выполняемые в компьютерах, имитирующих «некоторую схему человеческого способа рассуждения» [5. С. 14, 15]. Что же, второй мегацикл эволюции завершается появлением ИИ-интуиции? Вопрос скептика 2: по Им. Канту, «приобретение <...> разумным существом способности ставить любые цели вообще <...> - это культура» (цит. по [18. С. 220]). Что же, второй мегацикл завершается появлением ИИ-культуры?

Ответ: и вы, и большинство цитированных авторов, и мы ищем в кругу NoT (если вспомнить метафору 1920 г. В. Беньямина) «стоп-кран, за который хватается пассажир - человечество».

Литература

1. Дьяконов И.М. Исторический процесс и прогресс // Культура Востока. Проблемы и памятники: Кр. изложение докладов, посв. памяти В.Г. Луконина (21-25 января 1992 г., г. Санкт-Петербург). СПб., 1992. С. 5-12.

2. ПановА.Д. Универсальная эволюция и проблема поиска внеземного разума (SETI) / По-слесл. Л.М. Гиндилиса. М.: ЛКИ, 2008. 208 с.

3. МарковА.В., КоротаевА.В. Гиперболический рост в живой природе и обществе. М.: Книжный дом «Либроком», 2009. 200 с.

4. Морен Э. К пропасти? СПб.: Алетейя, 2011. 136 с.

5. Агацци Э. Идея общества, основанного на знаниях // Вопросы философии. 2012. № 10. С. 3-19.

6. НиколисГр., ПригожинИ. Познание сложного. Введение. М.: Мир, 1990. 340 с.

7. Синергетическая парадигма: Синергетика инновационной сложности. М.: Прогресс-Традиция, 2011. 496 с.

8. КнязеваЕ.Н., Курдюмов С.П. Синергетика: Нелинейность времени и ландшафты коэволюции. М.: КомКнига, 2007. 272 с.

9. Емельянов В.В. Исторический прогресс и культурная память (о парадоксах идеи прогресса) // Вопросы философии. 2011. № 8. С. 46-57.

10. Турчин А.В. Структура глобальной катастрофы: Риски вымирания человечества в XXI в. / Предисл. Г.Г. Малинецкого и Н. Бострома. М.: ЛКИ, 2011. 432 с.

11. КакуМ. Физика будущего. М.: Альпина нон-фикшн, 2012. 544 с.

12. ВинджВ. Технологическая сингулярность // Компьютерра OnLine, 1 сентября 2004 г.; доступно по адресу: http://www.computerra.ru/think/35636.

13. Черникова Д.В., Черникова И.В. Проблема природы человека в свете NBIC-технологий // Изв. Том. политех. ун-та. 2010. Т. 316, № 6. С. 88-93.

14. Измайлов И.В., Пойзнер Б.Н. Аксиоматическая схема исследования динамических систем: от критериев их растождествления к самоизменению. Томск: STT, 2011. 570 с. Доступно: books.google.ru

15. Соснин Э.А., Пойзнер Б.Н. Из небытия в бытие: творчество как целенаправленная деятельность. Томск: STT, 2011. 520 c. Доступно по адресу: http://window.edu.ru/window/library

16. Акопян К.З. Интеллектуальная элита: размышление о терминах // Интеллектуальная элита в контексте русской истории ХІХ-ХХ вв. М.: РОССПЭН, 2012. С. 7-27.

17. Пойзнер Б.Н., Соснин Э.А. Классический университет, «натиск ширпотреба» и гигиена сознания // Высшее образование в России. 2008. № 2. С. 117-122.

18. Шубин В.И. Кант и Вернадский // Кант и философия в России. М.: Наука, 1994. С. 212226.