Инспектор опередит следователя

Правоохранительные органы предлагается ограничить в возможности возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям. Как следует из внесенных сегодня в Госдуму поправок правительства к Уголовно-процессуальному кодексу, делать это следователи смогут только по материалам налоговых органов о возможном наличии в действиях налогоплательщика состава преступления. Проект выглядит как часть мер по поддержке бизнеса в экономической ситуации, сложившейся после начала военной операции РФ на Украине. Вероятно, это не последняя инициатива такого рода — в Белом доме, видимо, верят в возможность противостоять такого рода либерализующими действиями основному экономическому тренду. В предпринимательском сообществе появление поправок приветствуют, отмечая, что они снижают давление на бизнес.

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

Правительство внесло сегодня в Госдуму законопроект о заметном смягчении порядка возбуждения уголовных дел в случаях уклонения от уплаты налогов. Согласно представленным поправкам к УПК, следственные органы смогут возбуждать уголовные дела по налоговым статьям только по направленным в их адрес материалам налоговых органов о возможном наличии в действиях налогоплательщика состава налогового преступления. Как следует из пояснительной записки к проекту, ограничить возможности следователей по возбуждению дел предлагается для защиты прав налогоплательщиков.

По словам главы «Опоры России» Александра Калинина, инициатива позволит сократить нагрузку на предпринимателей. «Количество возбужденных уголовных дел по этим статьям без материалов ФНС в последние годы выросло. Хотя большинство таких дел не доходят до суда, бизнес может из-за давления закрываться за время следственных проверок»,— говорит эксперт. По его словам, следственные органы зачастую считают неуплаченными налогами всю сумму оборота и предъявляют бизнесу неподъемные суммы к оплате, налоговая экспертиза качественнее. «Технические возможности ФНС выросли: служба видит всю картинку в режиме онлайн, операции бизнеса стали прозрачны, поэтому прежних опасений о том, что нарушители сбегут, пока ФНС соберет материалы, уже нет»,— поясняет Александр Калинин.

Управляющий партнер адвокатского бюро «Феоктистов и партнеры» Вячеслав Феоктистов полагает, что с точки зрения краткосрочной конъюнктуры для бизнеса такое решение будет позитивным. «Однако с точки зрения того, как система должна работать, правильным такое решение назвать нельзя, поскольку оно "выключает" оперативные подразделения управлений экономической безопасности и противодействия коррупции (УЭБ и ПК) из выполнения ими своих прямых обязанностей — выявлять и пресекать налоговые преступления»,— говорит он. Должны произойти качественные изменения в их работе, добавляет юрист, чтобы оперативные подразделения действительно научились выявлять такие преступления, а не просто пользоваться плодами работы налоговых органов — как это произошло после того, как их уже «выключали» из этой работы.

«Мы получаем много жалоб на параллельное давление — против бизнеса могут проводиться налоговые проверки и одновременно возбуждено уголовное дело. Такая ситуация, конечно, способствовала повышению эффективности при сборе налогов, но это давление избыточное»,— сказал «Ъ» руководитель экспертного центра при бизнес-омбудсмене Антон Свириденко.

Он отметил, что у налоговиков достаточно инструментов для налогового контроля. Эксперты считают, что продвижению проекта может способствовать другая инициатива ФНС — о возможности ареста имущества на стадии налоговой проверки, поскольку такой арест возможен как раз в рамках уголовного дела.

Партнер Taxology Алексей Артюх поддерживает поправки, по его словам, когда аналогичные нормы действовали, давление со стороны правоохранительных органов на бизнес сильно снизилось: «По статистике небольшое число возбужденных дел доходит до суда — часть из них прекращается в связи с добровольным погашением ущерба, немало дел "разваливается", но бизнес никак не защищен ни от возможности возбуждения дел, ни от доследственных проверок». К тому же, добавляет Алексей Артюх, все равно на практике правоохранительные органы всерьез «берут в оборот» преимущественно там, где у них есть поддержка со стороны налоговиков, которые собирают доказательственную базу и делают расчет недоимки, с которого начинается расследование.

Отметим, что появление законопроекта именно сейчас, очевидно, является частью пакета поддержки экономики, входящей под действием санкций, «финансовых контрсанкций» и торговых эмбарго в ситуацию острого спада.

Само по себе воздействие этих поправок на экономическую ситуацию будет по крайней мере краткосрочно ограниченным.

Но, скорее всего, это лишь первая попытка такого рода, и в ближайшее время Белый дом будет выступать с серией предложений и более широкого свойства. И объявленные накануне новые льготы для IT, призванные противостоять паническому оттоку специалистов из сектора, и действия ЦБ в отношении банков показывают, что правительство в состоянии идти на довольно большие даже по «пандемическим» меркам 2020–2021 годов уступки.

Беспрецедентность ситуации не позволяет пока говорить что-то определенное о том, в какой мере может быть эффективна против основного экономического тренда РФ даже очень резкая и быстрая экономическая либерализация в сочетании с пакетом налоговых послаблений. Этот тренд с неизбежностью формирует внешнеполитическая ситуация вокруг России — и обычно военно-политические факторы инвесторами не ставятся в одну плоскость со свободой предпринимательства. Специфическая структура российской экономики с сохраняющейся ориентацией бизнеса на госсектор дает основания предположить, что как-то такой пакет может сработать,— правда, в перспективе месяцев и лет, вряд ли — недель. Вопрос лишь в том, с какого размера минусом придется складывать эти плюсы,— и это вряд ли сейчас зависит от Белого дома в его гражданской части.

Поправки о новом порядке возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям фактически возвращают действовавший в 2011–2014 годах порядок, введенный тогда в рамках либерализации УПК. Напомним, в 2011 году по инициативе Дмитрия Медведева (занимавшего тогда пост президента) была проведена либерализация налоговых статей кодекса: силовики потеряли право возбуждать уголовные дела по ним без получения материалов от налоговых органов.

Тогда этот шаг привел к обвалу числа подобных дел: если в 2009–2010 годах возбуждалось по 12–13 тыс. налоговых дел в год, то в 2012-м — лишь 2 тыс. И в итоге в конце 2014 года от ограничения поводов для возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям отказались. Следственный комитет России тогда подготовил законопроект, который президент Владимир Путин от своего имени внес в Госдуму,— следователям вернули право возбуждать такие дела, но они стали обязаны запрашивать мнение налоговой службы. В ст. 144 УПК РФ появилась норма о порядке получения следователями заключения налогового…