Из опыта сравнительного анализа языковой ситуации

ИЗ ОПЫТА СРАВНИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗА ЯЗЫКОВОЙ СИТУАЦИИ

© Абдуллина Д.Ф.*

Юридический институт Восточной экономико-юридической гуманитарной академии, г. Уфа

В статье рассматриваются конституционные нормы и законодательство России, некоторых ее субъектов, а также отдельных зарубежных стран, устанавливающие государственные языки и регулирующие вопросы сохранения и развития языка, проживающих на этих территориях коренных этнических общностей.

В современном мире невозможно найти страну, в которой все ее население говорило бы на одном языке. Россия - не исключение. Она развивается как поликультурное образование, насчитывающее более 160 языковых групп. В современной России проживают около 143 миллионов жителей. Многочисленными этносами в ней являются русские (79,83 %) и татары (3,83 %), татары входят в тюрко-татарскую группу (7,26 %), помимо них в нее входят башкиры (1,15 %), чуваши (1,13 %), якуты (0,31 %) кумыки (0,29 %), тувинцы (0,17 %), карачаевцы (0,13 %), балкарцы (0,07 %), ногайцы (0,06 %), хакасы (0,05 %), алтайцы (0,05 %), шорцы (0,01 %), долганы (0,01 %). Помимо тюрко-татарской группы существуют и другие, среди которых более многочисленными являются нахско-дагестанская группа (2,66 %) и финно-угорская группа (1,79 %) [1].

Язык важная особенность индивида и этноса, с помощью которого осуществляется культурная коммуникация (общение и передача нужной информации поколениям). Следовательно, он (язык) должен признаваться и гарантироваться всем индивидам и их общностям. В этой связи, предпринимаемые государственно-правовые меры по сохранению языка этносов в полиэтничных государствах - важное и благородное дело.

Согласно Конституции Российской Федерации государственным языком на всей ее территории является русский язык. Языковые права предоставляются - каждому, проживающему на территории России на пользование родным языком, свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества; - этническим же общностям гарантируется сохранение родного языка и создание условий для его изучения. Помимо этого республикам в составе Российской Федерации предоставляется возможность устанавливать свои государственные языки и в соответствии с этим в них устанавливаются помимо русского и языки либо провозглашенного

* Старший преподаватель кафедры Государственного и уголовного права.

названием республики этноса, либо многочисленных этнических групп, проживающих на территории республики.

В Федеральном законе Российской Федерации «О языках народов Российской Федерации» от 25 октября 1991 года № 1807-1, языки народов являются национальным достоянием Российского государства и находятся под защитой государства. Государство на всей территории Российской Федерации способствует развитию национальных языков, двуязычия и многоязычия [2].

В Карачаево-Черкесии, небольшой республики России, согласно ее Конституции, государственными языками являются абазинский, карачаевский, ногайский, русский и черкесский, а языком межнационального общения и официального делопроизводства признан русский [3]. Здесь проживают карачаевцы (38,50 %), русские (33,65 %), черкесы (11,28 %), абазины (7,36 %), ногайцы (3,38 %) и др. Всего же в Карачаево-Черкесии не более 500 тысяч жителей [4]. В Республике Башкортостан же жителей более 4 миллионов, при этом русских (36,32 %), башкир (29,76 %), татар (24,14 %), чувашей (2,86 %), марийцев (2,58 %) и др. [4]. Однако в качестве государственного языка объявлены лишь русский и башкирский. Это явно не справедливо в отношении других крупных этносов, в особенности татар.

В Республике Татарстан провозглашены два государственных языка, русский и татарский. Здесь проживают около 4 миллионов жителей, среди них многочисленные этносы: татарский (52,92 %), русский (39,49 %), чувашский (3,35 %) и др. [4]. Законом РТ 11 октября 2004 года была утверждена «Государственная программа Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию государственных языков и других языков в РТ на 2004-2014 гг.». Среди прочих мер, в ней предполагается разработка положения о надбавках к зарплате за практическое применение в работе двух государственных языков (русского и татарского) [5].

В субъектах Российской Федерации их основные законы по-разному определяют тех, кто относится к языковым меньшинствам, но указывается на содействие и развитие языковых потребностей малочисленных национальных общностей. Во многих субъектах применяются разные виды организационно-правовых форм культурной автономии, для сохранения и развития самими гражданами Российской Федерации и их объединениями своего родного языка.

Однако только этого сегодня видимо не достаточно. Если в дореволюционной России часто встречались высокоинтеллектуальные, прославляющие Россию на весь мир личности, которые владели помимо русского еще несколькими другими языками, то политика советского времени, рождала пренебрежительное отношение у многих к своему родному языку. В постсоветской России возросло внимание к государственному языку -русскому и к государственным языкам республик, но при этом стал сни-

жаться уровень знания родных языков. Сегодня в России не часто встретишь индивида не русской национальности, который умел бы в совершенстве владеть своим родным языком. В приоритетах изучение иностранных языков - английского, китайского и др. Лицам, владеющих иностранными языками, предоставляются более широкие возможности социально-экономической адаптации в обществе, в отличие от лиц, которые владеют языками этнических групп, проживающих на территории России. Скорей всего реалии современного периода свидетельствуют о нерациональном отношении не только государства к языкам коренных этносов России, но и самих этнических общностей и индивидов к своим родным языкам. Поскольку, во-первых, все реже встречаются национальные школы, которые обучают на языках этноса, вследствие чего мы обретаем мертвые языки; и, во-вторых, государство не принимает попытки стимулирования индивидов в знании ими своих родных языков и языков соседствующих этнических групп. Хотя, именно, знание нескольких языков свидетельствует о высокой культуре его обладателя и дальнейшей более легкой им восприимчивости других языков и лучшей адаптации среди окружающих. Кроме того, знание сразу нескольких языков развивает мышление человека, повышает способность к решению стоящих перед полиэтничной нацией задач. Более того особое внимание государства к этому вопросу будет формировать толерантное отношения между этносами.

Во всех зарубежных странах на конституционном уровне закрепляется государственный язык. Причем, во многих даже не один. В качестве примера можно привести Бельгию. В отношении языка там предоставлена территориальная автономия. В ст. 4 Конституции Бельгии, указывается, что Бельгия имеет четыре языковых региона: франкоязычный, голланд-скоязычный, двуязычный регион - столица Брюссель, и немецкоязычный регион [6].

Финляндия насчитывает около 5,2 миллионов жителей [7, с. 190] и считается практически моноэтнической страной, в ней проживают 93,6 % финнов, и немного всего около 6 % шведов [8]. Но по Конституции Финляндии и Закону Финляндии «О языке» 1992 года шведский язык признан вторым государственным языком наряду с финским. Хотя большинство финляндских шведов говорит на региональных вариациях стандартного шведского языка [9]. Шведы имеют возможность получать высшее и среднее образование на родном языке. Они могут служить в соответствующих подразделениях финской армии, где команды отдаются на шведском. Еще одна языковая группа - саамы в Швеции, их примерно насчитывается около семи тысяч. По Закону «О саамском языке» саамам позволено применять свой язык в судах, государственных и муниципальных органах. Решения парламента, а также декреты и постановления правительства, касающиеся саамских вопросов, должны переводиться на саамский язык [10].

В Швейцарии проживают более семи миллионов жителей [7, с. 230]. Конституция Швейцарии языками страны объявляет немецкий (63,7 %), французский (19,2 %), итальянский (7,6 %) и ретороманский (0,6 %). Официальными же языками признаются немецкий, французский и итальянский. В отношениях с лицами ретороманского языка официальным языком является также ретороманский. То есть гарантируется гражданам, говорящим на нем, что они могут поддерживать контакты с Федерацией на своем языке. Примечательно, что помимо этого в Конституции Швейцарии отмечено поощрение взаимопонимания и обмена между языковыми сообществами, а также и поддержка Федерации многоязычных кантонов [11].

В Австрии жителей более 8 миллионов, из них 96 % этнических австрийцев, остальные хорваты, венгры, чехи, итальянцы, сербы, румыны, турки [7, с. 125]. Немецкий язык является государственным языком Республики, при этом права языковых меньшинств, предоставленные им федеральным законодательством, не ущемляются. Конституция Австрийской Республики устанавливает равенство национальных меньшинств и гарантирует им сохранение и поддержание языка. Государство также признает равенство существующих в стране языков при использовании их в школах, публичных учреждениях и в общественной жизни. В субъектах Федерации, в которых проживает несколько национальных меньшинств, публичные учреждения в области образования организованы таким образом, что ни одно из национальных меньшинств не принуждается к изучению второго языка, употребляемого в субъекте большинством, и финансируются для обучения на своем языке [12]. Согласно же ч. 1, 2 ст. 1 федерального закона Австрийской Республики «О правовом положении национальных меньшинств» от 7 июля 1976 года, национальные меньшинства и принадлежащие к ним граждане пользуются охраной закона, национальными меньшинствами являются группы австрийских граждан, происходящие из этих мест, для которых родным является не немецкий язык и которые составляют отдельную народность. При этом служащим учреждений или ведомств Федерации, владеющих языком национального меньшинства, где допускается его использование, полагается надбавка (ст. 23 этого же закона) [13].

Уникальным является одно из положений Конституции Португалии, где речь идет об особом языке жестов. Общеизвестно, что подобная система знаков существует в ряде государств, но только Конституция этой страны признает ценность португальского языка жестов [14].

Во Франции существование языковых и этнических меньшинств долгое время не находило конституционного и законодательного признания. Конституция Франции признавала только французский народ и французский язык. Хотя во Франции существуют группы, отличающиеся от французов в культурном и языковом отношении (бретонцы, эльзасцы, валлоны, фламандцы и др.). И, все же, в последнее время политика французского руководства была положительна в признании языкового разнообразия на-

селения Франции. Стало разрешено использование и преподавание языка меньшинств в дошкольных учреждениях и школах. После предоставление в 2001 году острову Корсике статуса ограниченной автономии, корсиканский язык был введен там как обязательный предмет в школах. А летом 2010 года Франция внесла поправку в свою Конституцию, и региональные языки стали признаны «частью наследия» страны [15]. Очевидно, что теперь региональные языки получили конституционное право применяться в образовательном процессе, а в перспективе смогут использоваться и в официальном обороте с органами государственной власти.

Завершая краткий анализ практики конституционно-правового регулирования языков в Российской Федерации и в некоторых зарубежных странах, хотелось бы обратить внимание на то, что составляющей в политики современной России обязательно должна стать языковая политика. Важно признав культурной ценностью все родные языки, коренных этносов России, поощрять их знание. А тюрко-татарский язык следовало бы вообще оформить вторым государственным на всей территории России.

Список литературы:

1. Результаты Всероссийской переписи населения 2002 года [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.rusnations.ru/etnos.

2. Ведомости РСФСР. - 1991. - № 50. - Ст. 1740.

3. Официальный сайт Народного Собрания КЧР [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.nskchr.net.ru.

4. «Лица России» - этносы и народы [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.rusnations.ru.

5. Макарова Г. Динамика этнокультурных политик федерального центра и регионов России (на примере Республики Татарстан) в 1990-2000 гг. // Казанский федералист. - № 3-4 (23-24). - С. 23.

6. КонституцияБельгии. - Екатеринбург: Изд-во: УрГЮА, 1998. - С. 17.

7. Страны и регионы мира: экономико-политический справочник / Под ред. A.C. Булатова. - 3-е изд. - М.: Проспект, 2009.

8. Этнические меньшинства в современной Европе. - М., 1997. - С. 172.

9. Шведы и шведский язык в Финляндии [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.terijoki. spb.ru/history/templ.php?page=swedes&lang=ru.

10. Ермолаева Н. Саамы в законе // Российская газета. - 2010. - № 5290 (211).

11. Союзная Конституция Швейцарской Конфедерации [Электронный ресурс]. - Режим доступа: www.worldconstitutions.ru/archives/135.

12. Конституция Австрийской Республики [Электронный ресурс]. -Режим доступа: www.worldconstitutions.ru/archives/160.

13. Австрийская Республика. Конституция и законодательные акты / Пер. с нем. - М.: Прогресс, 1985. - С. 326.

14. Конституция Португальской Республики [Электронный ресурс]. -Режим доступа: www.constitutions.rU/archives/278/2.

15. Прокофьев В. На каком языке говорят 64 с лишним миллиона граждан Франции // Российская газета. - 2010. - № 5290 (211).

НОРМОТВОРЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС В УСЛОВИЯХ СТАНОВЛЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

© Андреева Л.А.*

Новгородский филиал Современной гуманитарной академии, г. Великий Новгород

Статья посвящена проблемам проектирования нормативных актов, особенностям нормотворческого процесса в федерации, субъектах Российской Федерации и муниципалитетах. Рассматриваются возможности электронного нормотворчества, законотворческого процесса, процесса обсуждения проектов законов, электронные публичные слушания, моделирование нормативных актов и проведение электронной криминологической экспертизы.

Последнее десятилетие Россия проходит динамичный, меняющийся и противоречиво развивающийся процесс становления новой государственности, наблюдается интенсивный процесс правотворческой деятельности федерального центра, субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления. Интерес к правотворчеству возрастает в свете различных процессов, в том числе с использованием новых технологий и открывшихся возможностей вносить предложения непосредственно в проекты федеральных законов, имеющих общественную значимость. Процесс передачи полномочий от федерального центра регионам, наделение органов местного самоуправления государственными полномочиями затрагивает интересы непосредственно большинства населения в области социальных га -рантий, образования, культуры, занятости, земельных и имущественных отношений. Обеспечение конституционных гарантий гражданам закономерно потребует новых правотворческих решений на уровне федерации, субъектов Российской Федерации, местного самоуправления. Использование электронных технологий позволило ускорить правотворческий процесс, включить в него различные группы граждан, а также обеспечить учет различных мнений и предложений по проектам законов. Примером такого процесса явилась процедура обсуждения проекта закона «О полиции» посредством электронного сообщения. Проект обсуждался в целом и

* Старший преподаватель, кандидат юридических наук.