Композиционная специфика обыденного познания

РАЗДЕЛ 4 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

PART 4 PHILOSOPHICAL SCIENCES

УДК 165.1

Ю.Ю. Зверева

Омский автобронетанковый инженерный институт КОМПОЗИЦИОННАЯ СПЕЦИФИКА ОБЫДЕННОГО ПОЗНАНИЯ

В статье выделяются онтологические характеристики композиционного принципа мышления. Методологическая значимость композиционного принципа раскрывается через анализ обыденного познания. Сфера применения композиционного подхода - социально-гуманитарное знание. Ключевые слова: композиционность, обыденное познание, мировоззрение, доминанта, структура

Композиционный принцип мышления реализуется в процессе познания в единстве трех основных аспектов: творческого, прагматического и концептуального, каждый из которых основывается на соответствующей онтологической характеристике. При этом соотношением этих элементов в структуре реального познавательного процесса определяется специфика того или иного вида познания.

Инвариант познания, реализующегося в соответствии с принципом композиционности, включает в себя следующие онтологические характеристики:

1) наличие субъекта - носителя доминанты. Субъектность реализуется через доминанту, выражающую активный, целостный и целенаправленный характер познания. Благодаря таким характеристикам доминанты, как избирательность, концентрация, направленность, корреляция и иерархичность, формируется ключевое для композиционности соотношение «центр-периферия». В зависимости от вида познания доминанта может варьироваться. Поэтому доминанта субъекта во многом определяет характер конструируемой реальности.

Структура субъекта предполагает наличие трех составляющих, каждая из которых может быть доминантой, определяя тип субъекта. Первый тип - субъект-креатор; доминантой его отношения к реальности является творение смыслов в актах познавательного конструирования. Второй тип - субъект-регенератор; в отношении к реальности реализует функцию ее активного поддержания путем приумножения смыслов в процессе познания. Третий тип -субъект-реципиент; ведущей функцией в его отношении к реальности является восприятие,

претерпевание познаваемой реальности, в связи с чем он пассивно участвует в воспроизводстве смыслов;

2) наличие структуры. Структурность фиксирует момент упорядочивания, ограничи-вания и разграничивания, подчинения частей целому. В гносеологическом аспекте она выражается в координированности всех уровней и ступеней познавательного процесса в пределах конкретного вида познания. В онтологическом аспекте - в наличии характеристик упорядоченности и организованности, конструируемой реальности;

3) взаимосвязь формы и содержания означает адекватность познавательного инструментария объекту познания. Взаимосвязь формы и содержания мышления в рамках завершенной познавательной процедуры выражается в наличии системного, целостного знания, онтологическим эквивалентом которой является реальность.

Гносеологический аспект композиционности состоит в том, что в ходе познания реальности субъектом конструируется промежуточная реальность, имеющая инструментальное значение, как по отношению к объективной реальности познаваемого, так и по отношению к субъективной реальности познающего. Эту реальность, опосредующую субъект-объектное отношение, можно называть онтической (в хайдеггеровском смысле).

Выделяя указанные характеристики, проанализируем обыденное познание с точки зрения его композиционных особенностей.

Следует отметить, что в философии интерес к исследованию обыденного знания проявился относительно недавно. Долгое время понятия «знание» считалось неприменимым к обывательским рассуждениям, массовому сознанию, здравому смыслу, области мнений. Эта традиция восходит к платоновскому противопоставлению «доксы» и «эпистемы».

Интерес к обыденному знанию появляется лишь в конце XIX в. в связи с усилением иррациональных тенденций в философии и, прежде всего, в таких антиинтеллектуалистских и антирационалистических направлениях, как философия воли А. Шопенгауэра и Ф. Ницше и философия жизни А. Бергсона, В. Дильтея и Г. Зиммеля. Одним из первых целенаправленных исследований обыденного знания, приведшим к обнаружению в нем онтических структур, становится феноменологическая философия Э. Гуссерля. Онтологически значимый эквивалент обыденного знания разработан в рамках феноменологической социологии А. Шюца, оперирующего понятием «повседневность».

Обыденное знание представляет собой гносеологическую почву всех остальных видов познания, оно непосредственно связано с самой жизнью субъекта, поэтому в нем наиболее выражен прагматический аспект композиционности. «Мы воспринимаем лишь определенные его [мира - прим. Ю.З.] аспекты, а именно те, которые релевантны нам... для осуществления наших дел в жизни» [1, с. 8]. Весь его смысл обыденного познания состоит в том, чтобы составлять основу жизнедеятельности субъектов, быть субстратом социальной реальности. «Это знание фоновое, латентное, оно составляет саму живую ткань повседневности, является предпосылкой успешных контактов, как бы «подстилает» все рационально сформулированные и осмысленные послания людей друг другу» [2, с. 13]. Таким образом, повседневность, несомненно, обладает структурой, точнее говоря, повседневность представляет собой совокупность взаиморелевантных типизированных структур. Обыденное знание как фон, периферия составляет важную часть композиции познания.

Поскольку субъектность - одна из важнейших характеристик композиционности, постольку структура субъекта имеет определяющее значение для формирования онтической реальности. Феноменологи говорят о том, что обыденное знание и повседневность «субъек-тоцентричны»: «конкретный телесный человек - источник и носитель «своей повседневности», хотя она и способна возникать лишь в обществе и культуре» [2, с. 30]. То есть повседневность является исходной реальностью субъекта.

Феноменологически познание неотделимо от субъекта с его сознанием, и это, по мысли Э. Гуссерля, не только не нивелирует объективного характера получаемого знания, но, на-

против, сообщает ему исходную объективность благодаря априорным конструкциям сознания, а также и пониманию самого сознания субъекта как определенной конструкции.

Самоочевидность и интерсубъективность знания связываются со структурами сознания субъекта, которое представляет собой иерархию, отфильтровывающую содержание познавательных актов через серию последовательно сменяющихся редукций.

Повседневность, как онтологическая константа, становится возможна благодаря обыденному знанию, которое структурирует ее пространство в соответствии с принципом «все для субъекта», располагая в отношении к нему как к центру предметы окружающего мира и другие Я. Обыденное знание представляет собой тот опыт, который «выступает как схема, с которой мы соотносим все наши восприятия и переживания» [4, с. 129] .

На уровне индивидуальной интерпретации «рисунок» повседневности совершенно уникален, субъективен, по-своему значим для каждого ее субъекта. При этом, в своей ординарной повседневности индивидуальное Я не выражено, поскольку является частью самой структуры, слито с ней. Поэтому, несмотря на то, что «быть центром своей повседневности» - это тоже своего рода естественная установка познающего субъекта, в условиях рутинной деятельности в пространстве типизированных объектов «человек забывает о собственном «Я». Оно остается на периферии его внимания, существует в качестве фона, как всего лишь предпосылка правильного и эффективного действия» [2, с. 31]. Это свидетельствует о том, что в повседневности как сфере обыденного знания преимущественно задействован тот тип субъекта, который был обозначен как субъект-реципиент, претерпевающий, переживающий окружающую действительность.

Познавательные механизмы обыденного знания основаны на процедурах типизации, формирующих устойчивые векторы, размеряющие пространство и время в пределах повседневности. В процессе типизации «черты, выступающие в действительном восприятии объекта, апперцептивно переносятся на любой другой сходный объект, воспринимаемый лишь в его типичности» [4, с. 129]. Типизация есть механизм о-граничивания и раз-граничивания внутри повседневности. Этот механизм обыденного мышления сообщает повседневности свойство интерсубъективности, генерируя общность сферы опыта для всех составляющих ее индивидуальных субъектов. «Общезначимые нерефлексивные знания и установки, свойственные повседневности, являются незримой системой координат, которые никогда не выпускают индивида из своих крепких объятий, направляют его изнутри» [2, с. 13].

Однако справедливо также и то, что повседневностей великое множество. Эту множественность можно отметить и в синхронном, и в диахронном аспектах. Повседневность человека различных эпох, культур, социумов, классов, наций, сообществ может весьма существенно различаться. Миры повседневности поддерживают свое существование на основе релевантности индивидуальных смыслов социальным. Повседневность свершается в самом субъекте, за счет субъекта. Процедуры типизаций и редукций как составляющие механизма обыденного познания формируют анонимность, безличность повседневности. Вместе с тем, повседневность у каждого своя - это чувственно-конкретный, материальный мир, его события уникальны, неповторимы. Однако при этом повседневность обладает некой инвариантной структурой в пределах конкретно взятой общности, позволяющей ей быть сферой согласованных и соизмеримых действий. Это значит, что повседневность должна содержать в себе некую инвариантную интерпретативную структуру, заключающую в себе совокупность принципов, составляющих вместе критерий идентификации субъекта с той или иной повседневностью и, одновременно, критерий демаркации различных повседневностей.

Таким образом, обыденное познание обнаруживает явные признаки композиционной организации. В связи с этим необходимо обнаружить ту нишу, которая является онтическим посредником между повседневностью и обыденным познанием. Наиболее подходящей в этом смысле промежуточной конструкцией, выражающей прагматическую ориентацию субъекта обыденного знания в повседневности, является мировоззрение.

Традиционно мировоззрение определяется как совокупность устойчивых взглядов человека на мир и свое место в нем. Условно в составе мировоззрения выделяются: чувственно-эмоциональная составляющая - мироощущение, рационально-смысловая составляющая -миропонимание и опосредующий их деятельностный компонент - мироотношение. Мировоззрение выступает той структурой, которая независимо от индивидуального содержания предполагает инвариант, который задает корреляцию индивида с общностями различных социальных уровней - групп, сообществ, этносов, культур и т.д.

А.С. Богомолов и Т.И. Ойзерман, исследуя проблему мировоззрения, указывают на то, что отсутствие четкой дефиниции есть следствие специфической сущности мировоззрения как феномена сознания, которую можно исследовать только на уровне феноменально реализующихся и не сводимых друг к другу типов мировоззрения. В поисках этой специфики равно непродуктивными признаются три пути: сциентистское пренебрежение метафизическим понятием «мировоззрение», иррационалистическое противопоставление принципиально ненаучного мировоззрения и науки и, наконец, постпозитивистский подход, ангажирующий мировоззрение в качестве сугубо научного конструкта, «где оно оказывает существенную помощь в анализе скрытых допущений и методологических оснований научного поиска» [3, с. 23].

Мировоззрение, понятое как совокупность убеждений, дает представление о роли убеждения как о структурном формообразующем элементе мировоззрения [3, с. 30]. Поэтому по характеру убеждений (религиозных, научных, политических, эстетических, нравственных, правовых и т.п.), по способу их связи и месту в структуре можно судить о типе мировоззрения. В частности, обыденное мировоззрение характеризуется «непродуманностью (или недостаточной продуманностью) убеждений, отсутствием их единства, отсутствием осознанных принципов» [3, с. 26]. По всей видимости, именно с этим связана низкая систематичность и внутренняя противоречивость обыденного знания.

Будучи синкретичным по своему характеру, мировоззрение соединяет в себе элементы более развитых концептуальных систем знания, по отношению к которым оно выступает как общая подоснова. Так, в частности, принято выделять мифологическое, религиозное, научное (философское) типы мировоззрения. Однако такое разделение в известной степени условно, поскольку «в реальной действительности различные виды мировоззрений переплетаются друг с другом, иногда даже смешиваются, так что в одном мировоззрении обнаруживаются черты других, нередко ему противоположных» [3, с. 27]. Например, такой способ связи убеждений, как вера, так или иначе присутствует во всех типах мировоззрения, но не всегда он становится ключевым.

Обращаясь к обоснованному Д.В. Пивоваровым разграничению веры-belief и веры-faith [5], можно утверждать, что обыденная вера - фундамент обыденного мировоззрения (belief) выступает основой религиозной веры (faith). Возвращаясь к феноменологии Э. Гуссерля, его «эпохе» естественной установки - заключение в скобки сомнения в существовании внешней по отношению к сознанию субъекта реальности - есть не что иное, как исходная аксиома любой системы знания (научного, религиозного, художественного и др.). Эта обыденная вера - «убеждение в существовании внешнего мира возникает, прежде всего, в «некритическом», далеком от научного исследования обыденном сознании» [3, с. 34]. Роль веры как специфического эмоционально-чувственного компонента в системе мировоззрения может служить индикатором идентификации того или иного вида познания и соответствующего ему типа реальности.

В обыденном знании верой (belief) определяется основное содержание повседневности, она же выступает основой типизации, реализуясь через набор убеждений субъекта в отношении окружающего мира. В научном (философском) знании вера тоже имеет место, но чаще всего реализуется в качестве исходной пусковой интенции (аксиоматика, методология). И

только становясь доминантой мировоззрения, вера-belief перерастает в веру^№, определяющую религиозное мировоззрение, знание и соответствующую картину мира.

В целом, объект-доминанта на уровне мировоззрения обуславливает феномен, который можно обозначить как мировоззренческий центризм. Мировоззренческий центризм есть следствие композиционно организованного мироотношения, которое выражается в гармоничном восприятии человеком мира и своего места в нем. На уровне мироощущения - в чувстве устойчивости, стабильности своего положения в мире, позитивном эмоциональном состоянии. На уровне миропонимания - в наличии адекватных жизненных ориентиров (убеждений), коррелирующих с господствующей в сообществе объяснительной моделью мира.

Доминанта обеспечивает наличие единого мировоззренческого принципа, которому подчиняются все области жизнедеятельности субъекта. Это можно продемонстрировать, ссылаясь на результаты историко-философских исследований, которые сегодня имеют статус культурологических клише. В частности, это такие культурные штампы, как космоцентризм античности, теоцентризм средневековья, ренессансный антропоцентризм, нововременной сциентизм, отражения которых можно обнаружить во всех областях европейской культуры.

Мировоззренческой призмой античного грека является Космос - целостное, гармоничное, упорядоченное, самодовлеющее, единое, цикличное, вечное, разумное мироустройство. Обширный культурологический, искусствоведческий и исторический материал позволяет констатировать, что таким образом понятый мир не только являлся отправной точкой для теоретических научных (философских) концепций, но и находил свое оправдание в искусстве, религии, социально-политическом устройстве этого историко-культурного периода. Поскольку каждая из указанных сфер есть часть Космоса, она выстраивается по модели Космоса.

Так, в частности, религиозный политеизм, как система верований древних греков, представляет собой органичную часть античного мировоззрения. Стремление к рациональному упорядочиванию всех сторон своей жизни у античного грека выражается в методическом разграничении «сфер влияния» и четком распределении полномочий олимпийских богов. Боги, как и Космос, наделены чертами вечности, гармоничности. Мифология на дотео-ретическом уровне обосновывает цикличность происходящих в мире процессов через руководящую идею судьбы, над которой не властны даже боги, а обрядовая составляющая легитимирует ее в коллективном сознании социума через соответствующую систему ритуальных действий.

Античное искусство, как чувственная составляющая мировоззрения - архитектура, скульптура, литература, театр и др. - в художественной реальности воссоздает основные мировоззренческие идеи: гармонию, порядок, целостность, цикличность и т.д., являясь органичным выражением мироощущения древнего грека. Ритм, пропорция, симметрия, число и другие композиционные приемы находят свое отражение в большинстве произведений искусства этого периода.

Мироотношение как наиболее деятельностная активная часть космоцентрического мировоззрения отражена в социально-политическом устройстве, единицей которого выступает полис. Известно, что античный полис представлял собой централизованную автономную целостность, которая достигалась не только архитектурной размерностью городского пространства и наличием четко фиксированных границ, но и рационально оправданной социальной иерархией, демократическим управлением.

Таким образом, все описанные культурные сферы, во главе с квинэссенцией греческого мировоззрения - философией, формируют гармоничное мироощущение человека, для которого Космос выступает объектом-доминантой, что предполагает ценностное отношение ко всему окружающему: природе, социуму, познанию. Представление о микрокосме возникает из ощущения себя органичной частью мирового порядка и регулярного воспроизводства соответствующей мировоззренческой доминанты.

По аналогии можно рассматривать религиозное мировоззрение средневекового человека, для которого объект-доминанта - Бог. О кардинальных изменениях в мировосприятии можно судить по сфере художественного творчества, которая не только по содержанию тео-логична, но и облечена в специфические формы с сопутствующими им композиционными приемами - особым вниманием к цвету и свету, принципом обратной перспективы и т.д.

Возрожденческий тип мировоззрения можно охарактеризовать как художественный, поскольку искусство - сфера, опосредующая все духовные искания этого периода, которые ценностно преломлены сквозь призму антропоцентризма. Новое время постепенно формирует сциентистский тип мировоззрения, доминантой которого становится наука, постепенно расширяющая область своего влияния на все сферы жизнедеятельности общества.

Таким образом, с учетом механизмов организации повседневности, воспроизводящихся в обыденном знании, таких как типизация и редукция, следует констатировать, что ее основным смыслом является выработка эффективной стратегии жизнедеятельности. Высший уровень обобщения житейского знания получает свое выражение в мировоззрении, которое в зависимости от доминанты субъекта - «биографической ситуации» и может быть достроено до художественной, религиозной, научной реальности.

Обыденное знание не систематично и слабо упорядочено. Вследствие этого, в нем невозможно разделить форму и содержание, поскольку форма обыденного знания одновременно является формой повседневности. Сама повседневность есть фоновое знание, синкретичный характер которого позволяет ему выступать в качестве основы концептуального знания - художественного, религиозного, научного и т.д., поскольку содержит в себе потенциально их мировоззренческие элементы.

Таким образом, прагматический аспект композиционности в наибольшей степени выражен в обыденном знании. Эквивалентом этого знания является мировоззрение, которое выступает в качестве онтической реальности. Композиционность обыденного знания реализуется преимущественно через характеристику структурности. Онтический смысл обыденного познания состоит в воспроизведении структур повседневности, поэтому доминирующая инстанция в структуре субъекта - реципиент.

Резюмируя сказанное, можно сделать вывод о том, что предложенный композиционный принцип, традиционно укорененный в сфере художественного знания, методологически оправдывает себя в иных видах познания, в частности, в обыденном. Конструктивные возможности композиционности можно отследить и в онтологической плоскости - при исследовании реальностей различного типа. Несмотря на то, что композиционность как методологический принцип требует дальнейшей разработки, можно сделать вывод о том, что его применение в сфере гуманитарного знания вполне оправдано.

Библиографический список

1. Шюц, А. Обыденная и научная интерпретация человеческого действия // Шюц, А. Избранное: Мир, светящийся смыслом / пер. с нем. и англ. В.Г. Николаев и др. - М. : РОССПЭН, 2004. - С. 7-51.

2. Золотухина-Аболина, Е.В. Повседневность и другие миры опыта / Е.В. Золотухина-Аболина. - Ростов-н/Д : МарТ, 2003. - 192 с.

3. Богомолов, А.С. Основы теории историко-философского процесса / А.С. Богомолов, И.Т. Ойзерман ; АН СССР, Ин-т философии. - М. : Наука, 1983. - 286 с.

4. Шюц, А. Структура повседневного мышления / А. Шюц // Социологические исследования. - 1988. -№ 2. - С. 129-137.

5. Пивоваров, Д.В. Философия религии : учеб. пособие / Д.В. Пивоваров. - М. : Академический проект ; Екатеринбург : Деловая книга, 2006. - 640 с.

Y.Y. Zvereva

Omsk Tank-Automotive Engineering Institute COMPOSITIONAL SPECIFICITY OF ORDINARY KNOWLEDGE The compositional principle of thought is implemented in the process of cognition. There are three aspects is constituting its content - creative, pragmatic and conceptual. Each of these aspects is implemented through the appropriate characteristic. The creative aspect is implemented through subject with the dominant carrier. The pragmatic aspect is implemented through availability of a structure. The conceptual aspect is implemented through interrelation of form and content. The ratio of these aspects determines the this or that kind of cognition. The pragmatic aspect is more expressed in the ordinary cognition. The conceptual aspect is expressed least of all. The dominant of subject of ordinary cognition determines the specifics of ordinary life. Worldview constructed at the intersection of ordinary cognition and ordinary life. Understanding of the world, perception of the world and attitude to the world form the structure worldview. The subject is carrier of worldview which implements the dominant of recovery of ordinary life. The sense worldview is an adaptation of the subject to the social community. The dominant of worldview is expressed in the phenomenon of the ideological centrism. The ideological centrism is the basis of differentiation types worldview - ordinary, religious and scientific.

Keywords: compositionality, ordinary knowledge, world view, dominant, structure.

References

1. Schutz А. Common-sense and Scientific Interpretation in Human Action. Izbrannoe: Mir, svetyaschiisya smyslom, Moscow, 2004, pp. 7-51.

2. Zolotuhina-Abolina E.V. Povsednevnost' i drugie miry opyta [Daily occurrence and other worlds of experience]. Rostov-na-Donu, 2003, 192 p.

3. Bogomolov A.S. Оsnovy teorii istoriko-filosofskogo processa [Bases of the theory of historico-philosophical process]. Moscow, 1983, 286 p.

4. Schutz А. The structure of the everyday thinking. Sociological Studies, 1988, Vol. 2, pp. 129-137.

5. Pivovarov D.V. Filosofiya religii [Philosophy of religion]. Moscow, 2006, 640 p.

© Зверева Ю.Ю., 2014

Автор статьи - Юлия Юрьевна Зверева, кандидат философских наук, доцент, Омский автобронетанковый инженерный институт, e-mail: the_besti@mail.ru.

Рецензенты:

Л.В. Денисова, доктор философских наук, профессор, Омская академия МВД РФ;

Е.А. Колмакова, кандидат философских наук, доцент, Омский государственный технический университет.