Проблемы применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о форме договора

DOI: 10.24411/2072-4098-201 Проблемы применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о форме договора

В.А. Кондратьев старший преподаватель кафедры гражданского права Российского государственного университета правосудия, младший научный сотрудник отдела гражданско-правовых и корпоративных исследований Российского государственного университета правосудия, кандидат юридических наук

Владимир Александрович Кондратьев, vakondratiev@bk.ru

Значение договора в современном гражданском обороте трудно переоценить. Еще А. Смит писал, что «посредствам договора, обмена и покупки мы приобретаем друг от друга большую часть необходимых нам взаимных услуг...» [11, с. 77]. Договор играет важнейшую роль в гражданском обороте и является не только юридическим фактом и обязательством, но и актом индивидуального регулирования общественных отношений (см. [5]) и позволяет сторонам самим определять свои права и обязанности по договору.

Говоря о договоре, необходимо отметить, что в философской литературе справедливо отмечается следующее: «нет ни одной материальной системы, у которой не было бы содержания и формы» [1, с. 472]. Договор не является исключением, что подтверждается нормой статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которой договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. С этой точки зрения В.В. Груздев прав в том, что «существование бесформенного договора исключено в принципе» [4, с. 94], поскольку, как уже было отмечено, любое явление, в том числе договор, имеет содержание и форму.

Говоря о категории «форма», необхо-

димо отметить, что в общефилософском смысле под формой понимается способ выражения и существования содержания (см. [12, с. 277]). Немецкий социолог Н. Лу-ман подчеркивал, что «форма может состоять в отличии чего-то от его контекста, как впрочем, и в отличии какой-то ценности от ценности противоположенной при исключении третьих возможностей» [8, с. 65]. То есть форма позволяет выделить явление из круга других явлений, индивидуализировать его, что конкретизирует общепринятый подход к определению формы как способа выражения и существования содержания.

В доктрине гражданского права применительно к договору под его формой понимается выражение волеизъявления сторон, составляющее содержание договора (условия договора) во вне (см. [2; 4, с. 94-95; 3, с. 707]). Д.И. Мейер писал, что «форма служит как бы рамкой для очертания права, так что с первого взгляда видно, определено ли в данном случае право или нет» [9, с. 209]. Приведенные позиции соответствуют и общефилософскому пониманию формы.

Выбор формы договора, соответствующей его содержанию, является необходимым не только для заключения договора и возникновения обязательства, но и для существования этого договора, выполнения им функций по индивидуальному регулированию отношений сторон.

Как следует из нормы пункта 1 статьи 434 ГК РФ, договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров этого вида не установлена определенная форма. Если проанализировать положения главы 9 ГК РФ, посвященные форме сделок, можно сделать вывод о том, что предусмотрены только две формы сделок -устная и письменная. При этом письменная форма может быть простой (ст. 161 ГК РФ) и нотариальной (ст. 163 ГК РФ).

Письменная форма представляется более предпочтительной - не случайно указанные в статье 161 ГК РФ признаки сделок, которые должны быть совершены в письменной форме (сделки юридических лиц между собой и с гражданами, сделки между гражданами на сумму, превышающую десять тысяч рублей), охватывают достаточное количество сделок. Однако, как показывает правоприменительная практика, письменная форма договоров соблюдается далеко не всегда, в том числе между субъектами, осуществляющими предпринимательскую деятельность. В частности, в отсутствие письменного договора оказываются услуги, поставляются товары (см., например, постановления судов [15, 16]). Видимо, такому поведению способствуют достаточно «мягкие» последствия несоблюдения простой письменной формы сделки.

Так, по мнению А.И. Савельева, «нормы российского законодательства о последствиях несоблюдения письменной формы являются более либеральными, чем нормы, устанавливающие требования к этой самой письменной форме» [10, с. 207]. Действительно, невозможность ссылаться на свидетельские показания в доказательство заключения договора не исключает возможности представлять письменные, иные доказательства, что показывают примеры из судебной практики (см., например, определение [17], постановление [18]).

Вместе с тем такую ситуацию относительно договоров и прежде всего договоров между субъектами, осуществляющи-

ми предпринимательскую деятельность, нельзя назвать нормальной, поскольку, во-первых, рассмотрение споров по таким договорам затруднено, судам сложнее полноценно оценить ситуацию и принять объективное решение, такой риск ложится на стороны, во-вторых, нежелание сторон использовать потенциал договора как средства регулирования также может негативно сказаться на развитии товарного оборота. В связи с этим представляется необходимым ужесточить последствия несоблюдения письменной формы договора профессиональными субъектами (субъектами, осуществляющими предпринимательскую деятельность).

Относительно простой письменной формы возникает ряд вопросов, в частности, в каких случаях такая форма считается соблюденной. Более острой эта проблема становится в связи с развитием электронного документооборота. Если исходить из положений статей 160 и 434 ГК РФ, то письменная форма считается соблюденной в двух случаях:

1) если сторонами подписан один документ либо совершен обмен документами посредством связи, позволяющий установить, что документ исходит от конкретного лица;

2) совершение лицом, которому направленна письменная оферта, действий по исполнению договора.

Соответственно, простая письменная форма может проявляться в документарной форме и в форме конклюдентных действий.

При документарной форме обязательным условием является возможность достоверного установления того, что документ исходит от стороны по договору. Если говорить о документах на бумажном носителе, то согласно статье 1 60 ГК РФ таким условием является собственноручная подпись стороны. При этом в судебной практике сложилась позиция, согласно которой соблюдением письменной формы признается заключение договора посредством составления нескольких взаимосвязанных документов, подписанных сторонами (см.,

например, определение [19]).

Заключение договора в электронной форме имеет свои особенности. Как отмечает А.И. Савельев, «действия, совершаемые в Интернете, не имеют столь явно выраженной привязки к конкретной личности и могут быть совершены кем угодно» [10, с. 206]. Отчасти этот вопрос решается путем использования электронной подписи.

Так, согласно части 4 статьи 11 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения в порядке, установленном нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Понятие электронной подписи дано в Федеральном законе от 6 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее - Закон об электронной подписи). При этом выделяются два вида электронных подписей - простая и усиленная, которая, в свою очередь, делится на два вида - квалифицированную и неквалифицированную. Согласно статье 6 Закона об электронной подписи только усиленная квалифицированная электронная подпись, по общему правилу, признается равнозначной собственноручной подписи на бумажном носителе. В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона об электронной подписи информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных законом, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон.

Также возникает вопрос, что следует понимать под иными аналогами собственноручной подписи. В пункте 2 статьи 161 ГК РФ упоминается факсимильное воспроизведение подписи. Правила и порядок использования факсимильного воспроизведения подписи не установлены. Помимо ГК РФ, о таком аналоге собственноручной подписи упоминается лишь в письме Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 1 апреля 2004 года № 18-0-09/000042@ «Об использовании факсимиле подписи», в котором указывается, что, поскольку порядок использования факсимильного воспроизведения подписи не установлен действующим законодательством, использование факсимиле допускается только при взаимном соглашении сторон.

Кроме того, необходимо обратить внимание на норму пункта 3 статьи 847 ГК РФ, в котором сказано, что договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на банковском счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи, кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом. Однако в этой норме, что в целом справедливо, коды, пароли и т. д. отделены от аналога собственноручной подписи, они, скорее, выступают альтернативой, а не аналогом собственноручной подписи.

Таким образом, если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, то заключение договора посредством обмена электронными документами может быть признано соблюдением письменной формы только в случае, если они были подписаны электронной подписью.

Аналогичный подход имеет место и в правоприменительной практике. Например, Арбитражный суд Московского округа указал, что «сообщение по электронной почте, не подписанное электронной подписью, не признается равнозначным документу на бумажном носителе» [24]. Основной аргумент

судов в подобных спорах состоит в том, что сами по себе сообщения, направленные по электронной почте, не позволяют достоверно установить, что сообщения исходят именно от конкретного лица (см., например,

[25]).

Следовательно, по общему правилу, собственноручная или электронная подпись, а также в отдельно установленных случаях аналог собственноручной подписи является необходимым фактором для того, чтобы простая письменная форма договора считалась соблюденной. При этом стоит отметить, что в силу пункта 2 статьи 160 ГК РФ соглашением сторон могут быть установлены случаи, когда допускается использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи. Например, в одном из споров суд указал, что соответствует требованиям закона соглашение, которым установлено, что документы, направленные посредством факсимильной связи и электронной почты, имеют полную юридическую силу (см., например,

[26]). Правовая природа такого соглашения неоднозначна. Как представляется, оно не направлено на возникновение обязательства и по своей направленности является организационным, координирующим действия сторон (см. [7]).

Кроме того, как мы уже упоминали, заключение договора посредством совершения конклюдентных действий также может признаваться соблюдением письменной формы, что прямо указано в пункте 3 статьи 434 ГК РФ. Согласно этой норме письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято путем совершения действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т. п.).

Верховный Суд Российской Федерации придерживается аналогичной позиции -

в одном из его решений было указано, что «письменная форма договора считается соблюденной, если в ответ на письменное предложение внести изменения в договор лицо, получившее данное предложение, совершило конклюдентные действия, свидетельствующие о выполнении указанных в нем условий договора» [27]. Подобная позиция была выражена и Конституционным Судом Российской Федерации, который указал, что положения пункта 3 статьи 434 ГК РФ и пункта 3 статьи 438 ГК РФ в их системной взаимосвязи, с учетом того, что договор может считаться заключенным только при принятии лицом (лицами), которому (которым) адресована оферта, содержащихся в ней условий, направлены на конкретизацию тех ее условий, при выполнении которых письменная форма сделки при ее совершении способами, отличными от составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, считается соблюденной (см. [28]).

Вместе с тем необходимо иметь в виду, что заключение договора таким образом можно считать соблюдением письменной формы только в случае, если оферта была направлена в письменной форме, соответственно, в этом случае совершение действий по исполнению договора приравнивается к подписанию договора. В этом смысле трудно согласиться с позицией Е.Ф. Евсеева о том, что «сделку, для которой законом предусмотрена письменная форма, совершить конклюдентными действиями нельзя» [6]. Однако если предложение было направлено не в письменной форме, то даже совершение действий по исполнению договора другой стороной не может свидетельствовать о соблюдении письменной формы.

Кроме того, при заключении договора посредством совершения конклюдентных действий возникает вопрос, должны ли такие действия, в частности действия по исполнению договора, быть совершены в полном объеме или возможно частичное совершение таких действий. Отчасти ответ

на этот вопрос дается в пункте 3 статьи 432 ГК РФ, согласно которому сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным. В правоприменительной практике имеются примеры, когда частичное исполнение признается акцептом (см., например, [29]). В то же время в другом постановлении суд справедливо отметил, что совершение исполнения на иных условиях, чем предусмотрено офертой, не является акцептом (см., например, [30]). Таким образом, все иные случаи не могут считаться соблюдением простой письменной формы договора.

Также совершение определенных действий может быть приравнено к соблюдению письменной формы сделки в силу закона. Например, согласно пункту 2 статьи 879 ГК РФ простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю номерного жетона, иного знака, удостоверяющего принятие вещи на хранение.

Исходя из изложенного можно сделать вывод о том, что устным следует признавать договор, который не был совершен в письменной форме. Вместе с тем К.П. Татаркина считает, что «устная форма сделки представляет собой такой способ волеизъявления, при котором воля выражается сторонами непосредственно друг другу словами и не нуждается в закреплении какими-либо способами» [13, с. 67]. Однако при таком подходе договоры, заключенные конклюдентными действиями, по электронной почте, если они не являются письменными, не подпадают не под один из видов. Следовательно, понятие «устная сделка» следует рассматривать в более широком значении, нежели вербальная сделка, включающем все сделки, которые не являются письменными.

Основная сложность, которая возникает в правоприменительной практике относи-

тельно устной формы сделки, - споры о заключенности договора, поскольку в отличие от письменной формы устная форма не обладает такой же доказательственной силой и волеизъявление сторон, выраженное вер-бально, не может быть объективно воспринято другими лицами, прежде всего судом, по прошествии определенного времени.

В одном из постановлений арбитражный суд признал договор незаключенным, указав, что «договор на выполнение каких-либо работ, в том числе на изготовление проектно-сметной документации, между сторонами спора в письменной форме не заключался. Иных доказательств выполнения работ для ответчика и принятия их последним в материалах дела не представлено» [31]. Таким образом, устная форма договора не всегда с достоверностью позволяет установить факт заключения и содержание условий договора. Между тем заключение договора в устной форме не означает, что он будет признан незаключенным. В судебной практике имеются и обратные примеры - заключенность договора подтверждается предоставлением определенных документов, например товарных накладных, расписок (см., например, определение [17], постановление [18]).

Приведем другие примеры.

Верховный Суд Российской Федерации признал доказательством, подтверждающим факт наличия договорных отношений заверенный нотариусом протокол осмотра сайта в сети «Интернет» (см. определение [33]). В другом деле Верховный Суд Российской Федерации посчитал аудиозапись разговора надлежащем доказательством, которое может использоваться при установлении факта заключенности договора займа (см. определение [34]).

Арбитражный суд Московского округа отметил, что «сам по себе факт отсутствия договора как совершенного в письменной форме документа не означает отсутствие договора как обязательства, правовой режим которого определяется главой 30 ГК РФ» [32].

Кроме того, для отдельных видов договоров устанавливаются специальные требования о выдаче определенных документов в подтверждение заключения договора, например заключение договора перевозки пассажира удостоверяется билетом (п. 2 ст. 786 ГК РФ).

Таким образом, в отечественном праве и правоприменительной практике можно наблюдать тенденцию, направленную на признание и сохранение обязательств даже при несоблюдении требований к форме, но при наличии доказательств, позволяющих установить факт возникновения этого обязательства и определить его содержание.

Подводя итог, необходимо отметить, что договор может считаться юридическим фактом и порождать определенные права и обязанности, только если он соответствует требованиям к содержанию и форме, в противном случае он может быть признан либо недействительным, либо отсутствующим (незаключенным).

Отечественное гражданское законодательство выделяет только две формы -письменную и устную, соответственно, договоры, которые не подпадают под требования письменной формы, например заключены посредством совершения конклюдентных действий, следует считать заключенными в устной форме.

Складывающаяся тенденция в пользу признания и сохранения договорного обязательства при несоответствии формальным признакам имеет и отрицательные стороны, а именно затруднения, возникающие при рассмотрении споров, установлении содержания подобных договоров. В связи с этим представляется необходимым ужесточить требования к соблюдению письменной формы договора между профессиональными субъектами (коммерческими организациями, индивидуальными предпринимателями).

ЛИТЕРАТУРА И ИНФОРМАЦИОННЫЕ

ИСТОЧНИКИ

1. Алексеев П. В., Панин А. В. Филосо-

фия : учебник. М. : Проспект, 2005.

2. Байтенова А. А. Форма и порядок заключения кредитного договора: проблемы и тенденции // Законы России: опыт, анализ, практика. 2012. № 11.

3. Белов В. А. Гражданское право : учебник для бакалавров. М. : Юрайт, 2013. Т. II.

4. Груздев В. В. Возникновение договорного обязательства по российскому гражданскому праву. М. : Волтерс Клувер, 2010.

5. Ершов В. В. Правовое и индивидуальное регулирование общественных отношений как парные категории // Российское правосудие. 2013. № 4.

6. Евсеев Е. Ф. Устная сделка // Законодательство и экономика. 2014. № 7.

7. Кулаков В. В. Межкредиторское соглашение как новый вид гражданско-правового договора // Законы России: опыт, анализ, практика. 2016. № 2.

8. Луман Н. Общество как социальная система. М. : Логос, 2004.

9. Мейер Д. И. Русское гражданское право. М. : Статут, 2003.

10. Савельев А. И. Электронная коммерция в России и за рубежом: правовое регулирование. 2-е изд. М. : Статут, 2016.

11. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М. : Эксмо, 2007.

12. Спиркин А. Г. Философия : учебник. М. : Гардарики, 2006.

13. Татаркина К. П. Форма сделок в гражданском праве России. Томск, 2012.

14. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) : Федеральный закон от 30 ноября 1 994 года № 51 -ФЗ. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

15. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 1 8 марта 201 3 года по делу № А33-1 547/201 2. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

16. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26 сентября 2014 года по делу № А70-13717/2013. Доступ из справочной правовой системы

«КонсультантПлюс».

17. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2015 года № 18-КГ15-167. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

18. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 мая 2011 года по делу № А58-2703/2010. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

19. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2014 года № 309-ЭС14-6414 по делу № А71-12086/2013. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

20. Об информации, информационных технологиях и о защите информации : Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

21. Об электронной подписи : Федеральный закон от 6 апреля 2011 года № 63-ФЗ. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

22. Об использовании факсимиле подписи : письмо Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 1 апреля 2004 года № 1 8-0-09/000042@. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

23. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) : Федеральный закон от 26 января 1996 года № 14-ФЗ. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

24. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23 апреля 2015 года № Ф05-4229/2015 по делу № А40-90757/14. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

25. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29 августа 2016 года № Ф04-3483/2016 по делу № А45-19276/2015. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

26. Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 22.12.2016

N Ф10-4986/2016 по делу № А62-7980/2015 Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

27. Решение Верховного Суда Российской Федерации от 6 апреля 2010 года № ГКПИ10-63. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

28. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Арцыбасовой Марины Тимофеевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 3 статьи 434 и пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации : определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2016 года № 2449-О. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

29. Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22 июня 2007 года № А58-2834/06-Ф02-3637/07 по делу № А58-2834/06. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

30. Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19 апреля 2005 года № А31-3236/8. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

31. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 29 января 2014 года № Ф07-10463/2013 по делу № А13-2671/2013. Доступ из справочной правовой системы «Консультант Плюс».

32. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 7 февраля 2017 года № Ф05-21499/2016 по делу № А41-25109/2016. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

33. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2017 года № 78-КГ17-56. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

34. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 6 декабря 2016 года № 35-КГ16-18. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».