Общая концепция развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

Общая концепция развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

В. М. Жуйков

Общность связей процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

Процессуальное законодательство и законодательство о судоустройстве тесно связаны между собой, поскольку процесс (судопроизводство) осуществляется в системе тех судов, которые установлены законодательством о судоустройстве, а учрежденные этим законодательством суды осуществляют свою деятельность в тех формах, которые установлены процессуальным законодательством. Поэтому регулирование отношений, возникающих как внутри каждой из этих отраслей, так и при их взаимодействии, имеет важное значение, поскольку оно может как способствовать осуществлению правосудия и выполнению стоящих перед ним задач, так и осложнять доступ к правосудию, снижать его эффективность. В связи с этим некоторые аспекты концепций развития указанных отраслей законодательства имеет смысл рассмотреть совместно.

Если отношения между процессуальным и материальным правом можно определить как отношения между формой и содержанием (по известному выражению «процесс есть форма жизни права»), то отношения между процессуальным за-

Жуйков Виктор Мартенианович — руководитель Центра частноправовых исследований ИЗиСП, доктор юридических наук.

конодательством и законодательством о судоустройстве можно охарактеризовать как отношения между содержанием и формой (процесс может осуществляться в тех судах, которые установлены законодательством о судоустройстве).

Исходя из этого устройство судебной системы сначала должно обеспечить жизнь процессу, а затем (и это главное!) — материальному праву. Поэтому законодательство о судоустройстве должно быть подчинено тем же задачам, которые стоят как перед правосудием, так и перед каждым из отдельных видов судопроизводства, в которых оно осуществляется.

Необходимость учета этого положения при выработке отношений между указанными отраслями законодательства обусловливается также тем, что российские процессуальные кодексы (АПК, ГПК, УПК, соответствующая часть КоАП) принимаются в форме федеральных законов, а судебная система согласно ч. 3 ст. 118 Конституции РФ устанавливается самой Конституцией РФ и федеральными конституционными законами (в настоящее время федеральными конституционными законами «О судебной системе Российской Федерации», «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и «О военных судах Российской Федерации»). В этих федеральных конституционных законах, которые, как известно, имеют большую юридическую силу,

чем федеральные законы, содержится немало норм, регулирующих процессуальные отношения. В случаях когда они принимаются без учета задач судопроизводства, специфики его отдельных видов и институтов, возникают серьезные проблемы, которые рано или поздно придется разрешать.

Например, именно в Федеральном конституционном законе от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» указаны различные процедуры проверки постановлений, вынесенных по первой инстанции в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах. Этот факт предопределил: для ГПК РФ — наличие двух видов производства в судах второй инстанции (апелляционное — по отношению к мировым судьям или кассационное — по отношению к федеральным судам), а затем возможное (при определенных условиях) производство в трех (!) надзорных инстанциях — президиумах областных и других соответствующих им судов, судебных коллегиях Верховного Суда РФ, Президиуме Верховного Суда РФ; для АПК РФ — апелляционное производство в судах второй инстанции, кассационное производство в судах третьей инстанции и возможное (также при определенных условиях) производство в суде четвертой надзорной инстанции — Президиуме Высшего Арбитражного Суда РФ.

Такое регулирование, не связанное собственно с процессуальными кодексами, а порожденное законодательством о судоустройстве, создало массу проблем, особенно в сфере кассационного и надзорного производств в гражданском процессе, которые приобрели международно-правовое значение, поскольку получили отрицательную оценку Европейского Суда по правам человека.

Помимо связей процессуального законодательства с законодательством о судоустройстве важное значение имеют также связи внутри са-

мого процессуального законодательства — между отдельными видами судопроизводства, принципами, институтами и др. Несогласованность этих связей, неоправданные различия в регулировании одинаковых правоотношений в отдельных видах судопроизводства (гражданского, уголовного, арбитражного, административного) нарушают один из основополагающих принципов правосудия — принцип равенства всех перед законом и судом и право на равный доступ всех заинтересованных лиц к правосудию (ст. 19, 46 Конституции РФ и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

К сожалению, проблем здесь также немало, о чем ниже. Однако прежде чем перейти к исследованию и выявлению наиболее общих, концептуальных положений развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве в их взаимной связи (в том числе того, что их объединяет, а что составляет специфику каждой отрасли), необходимо кратко остановиться на том, как развивались эти виды законодательства до настоящего времени в ходе осуществляемых в Российской Федерации реформ.

Анализ развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

В результате реформ, проводимых в нашем государстве с начала 1990-х гг., как известно, изменился государственный строй России и ее правовая система, что, естественно, вызвало потребность существенным образом изменить и процессуальное законодательство, и законодательство о судоустройстве.

Главное, что вызвало эту необходимость, — принципиальное изменение роли и статуса суда в государстве, повлекшее, в свою очередь, необходимость создания как новых судов, так и новых видов судопроизводства, изменения содержания некоторых важнейших принципов осуществления правосудия и др.

Основой для таких изменений стало принятие в начале 1990-х гг. ряда важнейших законодательных актов, а также утверждение 24 октября 1991 г. Верховным Советом РСФСР Концепции судебной реформы (надо отметить, что положения Концепции реализованы далеко не полностью, а многие из них оказались вообще пересмотренными).

Был учрежден Конституционный Суд РСФСР, что породило принципиально новый для нашей правовой системы вид судопроизводства — конституционное судопроизводство, которое (с учетом его полномочий) оказывает значительное влияние и на другие виды судопроизводства.

Были созданы арбитражные суды, что повлекло принятие трех сменяющих друг друга (1992, 1995, 2002 гг.) АПК РФ, т. е. создание арбитражного процесса.

Съездом народных депутатов СССР 5 сентября 1991 г. была принята в качестве акта, обязательного к исполнению всеми государственными органами, должностными лицами, организациями и гражданами, Декларация прав и свобод человека, которая впервые в истории нашего государства закрепила не подлежащее никаким ограничениям (в том числе путем принятия законов) право каждого на судебную защиту от действий и решений любых государственных органов, должностных и иных лиц, нарушающих права и свободы, и особо выделила право каждого арестованного на стадии предварительного следствия по уголовному делу с санкции прокурора на судебную проверку законности его ареста (ст. 15, 22).

Эти положения потребовали соответствующих изменений гражданско-процессуального и уголовнопроцессуального законодательства.

Прочную правовую основу для дальнейшего развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве создала Конституция РФ, принятая 12 декабря 1993 г.

В этом направлении Конституция РФ установила:

статус суда в качестве органа, осуществляющего государственную власть (наряду с Президентом РФ, Федеральным Собранием РФ и Правительством РФ), действующего самостоятельно в системе ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную, способного в силу этого статуса и соответствующих ему полномочий выполнять свои задачи;

в качестве важнейшей задачи правосудия обеспечение прав и свобод человека и гражданина;

основные права и свободы человека и гражданина в сфере осуществления правосудия (на доступ к правосудию в целях защиты своих прав и свобод, на рассмотрение его дела тем судом и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, включая в случаях, предусмотренных федеральным законом, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, на получение квалифицированной юридической помощи и др.);

фундаментальные основы осуществления правосудия (осуществление правосудия только судом и недопустимость создания чрезвычайных судов, независимость судей и подчинение их только Конституции РФ и федеральному закону, равенство всех перед законом и судом, состязательность и равноправие сторон в судопроизводстве и др.);

виды судопроизводства (конституционное, гражданское, административное и уголовное, предусмотрев при этом также «арбитражно-процессуальное законодательство»);

основы судебной системы (Конституционный Суд РФ, суды общей юрисдикции, арбитражные суды), предусмотрев, что в полной мере она устанавливается федеральным конституционным законом;

полномочия судов (Конституционного Суда РФ — исчерпывающим образом, судов общей юрисдикции и арбитражных судов — в общем виде);

уровень правового регулирования указанных отраслей законодательства (уголовно-процессуальное, гражданско-процессуальное и арбитражно-процессуальное законодательство отнесены к ведению Российской Федерации, а административно-процессуальное — к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов1).

Все эти положения Конституции РФ во взаимной связи подлежат учету в процессуальном законодательстве и законодательстве о судоустройстве. В их развитие были приняты законодательные акты, устанавливающие судебную систему2.

Процесс принятия необходимых законодательных актов в сфере судоустройства не завершен. До сих пор не принят федеральный конституционный закон о судах общей юрисдикции Российской Федерации. В связи с этим формально продолжает действовать Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР» 1981 г., что нельзя считать допустимым. Не решены также некоторые другие вопросы организации судебной системы, вызвавшие большие дискуссии, в частности о создании специализированных судов.

Большое влияние на развитие граж-данско- и арбитражно-процессуального законодательства оказало новое гражданское право, создаваемое как право частное, с преобладанием диспозитивного метода регулирования, предоставляющее субъектам гражданских правоотношений широкое усмотрение при осуществлении сво-

1 В соответствии со ст. 1.3 КоАП РФ установление порядка производства по делам об административных правонарушениях, включая определение подсудности этих дел, и порядка исполнения постановлений о назначении административных взысканий относится к ведению Российской Федерации.

2 Подробнее об этом см.: Концепции развития российского законодательства / под ред. Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Тихомирова, Ю. П. Орловского. М., 2004. С. 334—363.

их прав, в том числе и право на их защиту, а также гарантии этой защиты. Оно начало создаваться еще во времена СССР (в последние годы его существования) и было использовано в новом праве России.

Речь идет о Законе СССР «О собственности в СССР» и Законе РСФСР «О собственности в РСФСР», введенных в действие соответственно с 1 июля 1990 г. и с 1 января 1991 г., об Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик, действие которых было распространено на Российскую Федерацию с 3 августа 1992 г., и о части первой Гражданского кодекса РФ, введенной в действие с 1 января 1995 г.

Для того чтобы эти положения материального права, как и оно в целом, могли быть реализованы на практике, требовалось значительно изменить содержание одного из важнейших принципов процесса — принципа диспозитивности и его взаимодействие с некоторыми другими противостоящими ему принципами (активной роли суда и законности), в частности расширить возможности сторон в распоряжении своими материальными и процессуальными правами (в решении вопросов возбуждения гражданского дела в суде, отказа от иска, признания иска, заключения мирового соглашения, признания фактов, обжалования судебных постановлений и др.), а также ограничить контроль со стороны суда за совершением сторонами этих действий.

Все эти взаимосвязанные изменения в конституционном, гражданском и некоторых других отраслях материального права потребовали разработки и принятия в 2001 и 2002 гг. соответственно новых УПК РФ и ГПК РФ, сменивших УПК РСФСР 1960 г. и ГПК РСФСР 1964 г.

Расширение диспозитивных начал регулирования коснулось и уголовного судопроизводства: стало возможным освобождение от уголовной ответственности и прекращение уго-

ловного дела в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым, совершившим впервые преступление небольшой или средней тяжести (ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ).

До принятия новых процессуальных кодексов в УПК и ГПК вносились существенные и крайне необходимые поправки, без которых суды не могли обеспечить реализацию нового материального права, выполнить задачи правосудия и защиты прав, свобод и законных интересов заинтересованных лиц.

Так, в 1995 г. в ГПК РФ были внесены изменения, связанные с корректировкой содержания указанных выше принципов процесса, а в 2000 г. — изменения, без которых созданный вновь институт мировых судей не смог бы осуществлять правосудие (регламентировано апелляционное производство по обжалованию их постановлений).

К сожалению, следует признать, что разработка и принятие новых процессуальных кодексов и законодательных актов о судоустройстве проводились разрозненно, при отсутствии единого концептуального подхода к регулированию сходных правоотношений в различных отраслях указанного законодательства и правовых связей между ними, что породило немало проблем, требующих разрешения.

Эти проблемы усугубляются необходимостью для Российской Федерации выполнения международноправовых обязательств в сфере осуществления правосудия, возникших всвязисовступлениемвСоветЕвропы, с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ставшей для России обязательной с 5 мая 1998 г., и вытекающих также из постановлений Европейского Суда по правам человека и из ряда рекомендаций Комитета министров Совета Европы государствам — членам Совета Европы (относительно совершенствования процедур обжалования судебных постановлений по гражданским делам и др.), которые не

в полной мере учтены во внутреннем законодательстве.

О необходимости разрешения многих проблем и совершенствования процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве с учетом их взаимных связей свидетельствуют и правоприменительная практика, и многочисленные научные исследования3.

В связи с этим концепции развития указанных отраслей законодательства приобретают особую актуальность, и чтобы правильно определить вектор их развития, необходимо оценить состояние указанных отраслей законодательства в их взаимной связи.

Оценка состояния процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

Необходимость выработки единого концептуального подхода к развитию указанных отраслей законода-

3 См., например: Боннер А. Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М., 2000; Борисова Е. А. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2006; Будак Е. В. Апелляционное производство в России и Австрии. М., 2010; Воронов А. Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее. М., 2009; Гражданский процесс: наука и преподавание / под ред. М. К. Треушникова и Е. А. Борисовой. М., 2005; Жилин Г. А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000; Жуйков В. М. Проблемы гражданского процессуального права. М., 2001; Малешин Д. Я. Особенности российского типа гражданского процесса // Труды юр. ф-та МГУ Кн. 10. М., 2008; Мурадьян Э. М. Судебное право. СПб., 2007; Проверка судебных постановлений в гражданском процессе стран ЕС и СНГ / под ред. Е. А. Борисовой. М., 2007; Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / под ред. Л. Ф. Лес-ницкой, М. А. Рожковой. М., 2008; Решетникова И. В. Курс доказательственного права в российском гражданском судопроизводстве. М., 2000; Треушников М. К. Судебные доказательства. М., 2005; Шерстюк В. М. О месте норм исполнительного производства в системе права Российской Федерации // Вестник МГУ Сер. 11. 1995. № 1; и др.

тельства (естественно, с учетом их особенностей) вытекает из наличия множества принципиальных и неоправданных различий в регулировании этими отраслями одинаковых правоотношений.

1. В ГПК РФ и АПК РФ по-разному определено содержание принципа единоличного и коллегиального рассмотрения дел в судах первой инстанции.

АПК РФ (ст. 17) устанавливает, что в зависимости от категорий дел и некоторых других обстоятельств дела в первой инстанции арбитражного суда рассматриваются судьей единолично, в составе трех судей или судьи и двух присяжных заседателей.

ГПК РФ, равно как и УПК РФ, допускает коллегиальное рассмотрение некоторых категорий дел только в составе трех судей и исключает возможность рассмотрения гражданских и уголовных дел коллегиальным составом суда, в который входят граждане, не являющиеся профессиональными судьями (ст. 7 и 14 ГПК РФ, ст. 30 УПК РФ). В связи с этим был признан утратившим силу Федеральный закон от 2 января 2000 г. № 37-ФЗ «О народных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» в части, касающейся гражданского и уголовного судопроизводства. Между тем участие граждан в осуществлении правосудия в качестве народных заседателей основано на ч. 5 ст. 32 Конституции РФ и предусмотрено ст. 1 и 8 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации».

2. Новый ГПК сохранил традиционные для производства в первой инстанции суда принципы непосредственности, устности и непрерывности судебного разбирательства (ст. 157).

УПК РФ и АПК РФ отказались от принципа непрерывности, который запрещает суду в перерывах между судебными заседаниями по одно-

му делу рассматривать другие дела. Теперь в уголовном и арбитражном процессах, в отличие от гражданского, это стало возможным (ст. 240 УПК РФ, ст. 158 АПК РФ).

3. Различны в новых ГПК и АПК также правила разрешения коллизий между Конституцией РФ и федеральными законами: у арбитражных судов в этой сфере меньше полномочий, чем у судов общей юрисдикции.

Согласно ч. 3 ст. 13 и ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд, прий-дя к выводу о несоответствии закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом деле, Конституции РФ, должен обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этого закона и приостановить производство по делу до рассмотрения запроса Конституционным Судом РФ, т. е. самостоятельно разрешить для данного дела эту коллизию арбитражный суд не вправе.

Суд общей юрисдикции вправе это сделать, не обращаясь в Конституционный Суд РФ, на основании прямого применения соответствующих положений Конституции РФ (ч. 2 ст. 11 ГПК РФ).

4. По-разному урегулированы возможности применения судами процессуального законодательства по аналогии: ГПК РФ допускает аналогию в процессе (ч. 4 ст. 1), АПК РФ, равно как и УПК РФ, ничего не говорит об этом, что дает основания отрицать ее допустимость в арбитражном и уголовном процессах.

5. В судах общей юрисдикции и в арбитражных судах имеются отличия, касающиеся формирования состава суда для рассмотрения конкретного дела, в частности различается порядок разрешения заявленного составу суда или судье отвода (ст. 20 ГПК РФ, ст. 65 УПК РФ, ст. 25 АПК РФ).

6. Неодинаково регулируются отношения в стадии возбуждения дела в суде: согласно ст. 134 ГПК РФ допустим (по основаниям, указанным

в этой статье) отказ в принятии заявления к производству суда общей юрисдикции; АПК РФ такой возможности не предусматривает, что обязывает судей арбитражных судов принимать к своему производству любые заявления, в том числе явно неподведомственные этим судам, производство по которым будет прекращено.

7. Различны правила вступления в силу решений судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Согласно ГПК РФ (ст. 209) решения всех судов и по всем категориям дел вступают в силу по общему правилу: если не были обжалованы — по истечении срока на обжалование, если были обжалованы — после рассмотрения дела вышестоящим судом (если решения не отменены).

Согласно АПК РФ (ч. 2 ст. 180) решения Высшего Арбитражного Суда РФ и решения по делам об оспаривании нормативных правовых актов вступают в силу немедленно после их принятия (вопреки общему правилу).

8. По-разному урегулированы возможности обжалования решений Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, вынесенные по первой инстанции: на решение Верховного Суда РФ может быть подана кассационная жалоба в Кассационную коллегию Верховного Суда РФ (ст. 336, п. 3 ч. 1 ст. 337 ГПК РФ), а затем надзорная жалоба в Президиум Верховного Суда РФ (п. 5 ч. 2 ст. 377 ГПК РФ); решение Высшего Арбитражного Суда РФ может быть обжаловано только в порядке надзора в Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ (ст. 292 АПК РФ).

9. Несхожи процедуры обжалования судебных постановлений: в гражданском судопроизводстве решение федерального суда может быть обжаловано в кассационном, а мирового судьи — в апелляционном порядке, после чего оба вида решений могут быть обжалованы в порядке надзора (гл. 39—41 ГПК РФ);

в арбитражном судопроизводстве решение арбитражного суда субъекта Российской Федерации может быть обжаловано сначала в апелляционном порядке, затем — в кассационном и после этого — в порядке надзора (гл. 34—36 АПК).

Еще раз подчеркнем, что такое регулирование вытекает из положений Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации». Однако это не освобождает от необходимости комплексно оценить обоснованность таких различий и эффективность установленных указанными законодательными актами процедур обжалования судебных постановлений. Аналогичные проблемы имеются и в уголовном судопроизводстве.

В регулировании порядка обжалования приговоров мировых судей УПК РФ существенно отступает от аналогичного порядка, установленного ГПК РФ, и приближается к порядку, установленному в АПК: приговор мирового судьи обжалуется в апелляционном порядке в районный суд, затем — в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам областного или другого соответствующего ему суда и после этого — в порядке надзора в вышестоящие судебные инстанции (гл. 43—45, 48 УПК РФ).

Такой порядок противоречит ст. 36 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», из которой усматривается, что суды общей юрисдикции, рассматривающие дела в апелляционном или кассационном порядке, являются судами одного уровня, т. е. судами второй инстанции.

10. По-разному определены основания для отмены в порядке надзора постановлений судов общей юрисдикции и арбитражных судов соответственно в ст. 387 ГПК РФ и ст. 304 АПК РФ. При сравнении этих норм видно, что основания для отмены в порядке надзора постановлений по гражданским делам судов общей юрисдикции шире, чем основания

для подобной отмены в арбитражных судах.

Более того, ГПК РФ (ст. 389) ввел в производство в суде надзорной инстанции принципиальную новеллу: возможность пересмотра судебных постановлений Президиумом Верховного Суда РФ (минуя нижестоящие надзорные инстанции) по представлению Председателя Верховного Суда РФ или его заместителя «в целях обеспечения единства судебной практики», чем, по сути, сделал шаг к признанию судебного прецедента, поскольку постановление высшей инстанции в судах общей юрисдикции, вынесенное в указанных целях, безусловно, приобретает прецедентное значение.

Ни УПК РФ, ни АПК РФ аналогичные нормы не содержат.

11. Имеются также существенные различия в порядке рассмотрения в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах дел об административных правонарушениях. В судах общей юрисдикции данный вид производства устанавливает КоАП РФ (разд. IV), в арбитражных судах — АПК РФ (гл. 25). Эти законодательные акты по-разному устанавливают порядок возбуждения и рассмотрения указанных дел, круг участников процесса, обжалования судебных постановлений и др.

Из приведенного (далеко не полного) перечня различий очевидно, что они касаются важнейших институтов судопроизводства: состава суда, рассматривающего дело, возбуждения гражданских дел в судах, вынесения судами решений (применения норм материального и процессуального права), их вступления в законную силу, обжалования, проверки вышестоящими судами и др.

Такое состояние законодательства, когда одинаковые правоотношения, существующие в разных видах судопроизводства, совершенно безосновательно, т. е. без объективных причин, порожденных особенностями этих производств, регулируются по-разному, представляет-

ся недопустимым, поскольку ставит лиц, участвующих в делах, рассматриваемых в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах, в неравное положение и в неравной степени обеспечивает им доступ к правосудию.

Рассматриваемые проблемы обостряются еще и тем, что в последние годы происходит перераспределение подведомственности дел: наблюдается устойчивая тенденция к расширению компетенции арбитражных судов за счет передачи им из подведомственности судов общей юрисдикции многих категорий дел с участием физических лиц. При этом не учитывается, что степень доступности судов общей юрисдикции и арбитражных судов (а для физических лиц это имеет особое значение) существенно разнится: суды общей юрисдикции через мировых судей и районные суды максимально приближены к населению, арбитражные же суды, рассматривающие дела по первой инстанции, находятся в центрах субъектов Российской Федерации, что для большинства граждан затрудняет доступ к ним. Поэтому заинтересованным лицам далеко не безразлично, в каких судах будут рассматриваться их дела и применяться (в существенно разных процедурах) одни и те же нормы материального права.

Таким образом, оценивая состояние процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве в их взаимной связи, можно сделать два основных вывода:

во-первых, в отдельных видах судопроизводства в судах общей юрисдикции и арбитражных судах имеется множество существенных и неоправданных различий в регулировании одинаковых правоотношений;

во-вторых, устройство системы судов общей юрисдикции не обеспечивает эффективное производство по проверке судебных актов, вынесенных судами первой инстанции, в вышестоящих судебных инстанциях.

Сложившуюся ситуацию необходимо исправлять прежде всего на основе единого концептуального подхода к развитию процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве.

Выработке такого подхода посвящено много современных научных работ, учитывающих и исторический опыт, и итоги научно-практических конференций, организованных в том числе и Институтом законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ.

В связи с этими исследованиями стала вновь актуальной вышедшая еще в начале прошлого века и переизданная современниками работа В. А. Рязановского «Единство процесса», в которой он, в частности, утверждал, что «наука процесса едина, что отдельные процессы (имеются в виду гражданский, уголовный и административный — В. Ж.) есть лишь отдельные отрасли единой науки процессуального или судебного права»4. Проанализировав содержание этих процессов, он сделал вывод о том, что они «имеют одну и ту же природу, задача суда (уголовного, гражданского, административного) одна и та же — установить право, осуществить и охранить его, верховным постулатом всякого процесса является постулат материальной истины. Следовательно, основные предпосылки совпадают во всех трех его видах»5.

В советские времена выдвигались идеи судебного права как широкой комплексной отрасли права, объединяющей судоустройство, уголовное и гражданское виды судопроизводства (конституционного, административного и арбитражного видов судопроизводства тогда еще не было)6.

4 Рязановский В. А. Единство процесса. М., 1996. С. 28.

5 Там же. С. 34.

6 См.: Полянский Н. Н, Строгович М. С.,

Савицкий В. М., Мельников А. А. Проблемы

судебного права. М., 1983.

В настоящее время эти идеи отстаивают и развивают с учетом нынешних реалий ученые Н. А. Громо-шина, Э. М. Мурадьян, Ю. А. Попова7 и многие другие. Так, Ю. А. Попова делает общий вывод о том, что «судебное право как суперотрасль российского права призвано обеспечить регулирование общественных отношений в сфере деятельности судебной власти, направленных на решение вопросов организации судебной системы, судопроизводственной деятельности и судебного нормотворчества». Надо отметить, что подобные идеи поддерживаются не всеми. Так, В. В. Скитович, признавая, что «вопрос о судебном праве близок к переходу из разряда теоретических изысканий в законотворческую плоскость, и поэтому возвращение к нему представляет сейчас уже не только теоретический, но и вполне практический интерес», делает тем не менее вывод о том, что «магистральный путь развития процессуального законодательства совсем не интеграция,

а, напротив, дифференциация возможных способов юрисдикционной защиты прав, свобод и законных интересов субъектов как частного, так и публичного права»8.

Кроме концепции судебного права, выдвигаются интересные идеи и о развитии собственно процессуального права в его широком понимании. Так, Ю. А. Тихомиров приходит

7 См., например: Труды ВЮЗИ — МЮИ — МГЮА. М., 2006. С. 332. (Н. А. Громошина); Мурадьян Э. М. Истина как проблема судебного права. М., 2002; Уголовный процесс: учебник / под ред. И. Л. Петрухина. М., 2002; Попова Ю. А. О концепции судебного права в России // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / под ред. М. К. Треушникова. М., 2004. С. 145—153.

8 Скитович В. В. Концепция судебного права: опыт критического переосмысления // Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / под ред. Л. Ф. Лесниц-кой, М. А. Рожковой. М., 2008. С. 7, 25.

к выводу о том, что «острая потребность в обеспечении действия закона, всех его норм, и особенно в судебной защите прав и законных интересов граждан и организаций, требует мощного развития юридического процесса и его видов, опосредующих их процессуальных норм. В повестке дня — формирование процессуального права»9.

В подтверждение этой мысли далее он выделяет ряд общих институтов судопроизводства, объединяющих отдельные его виды: доступность языка судопроизводства; состязательность сторон; равный доступ сторон к правосудию; независимость суда при рассмотрении дел; нормативно-правовая формализация деятельности по рассмотрению дел; наличие фиксированных процессуальных стадий; последовательность совершения процессуальных действии, оформляемых документально; процессуальные сроки; установление статуса всех участников; закрепление видов обращений (иски, заявления, жалобы и др.); регламентация видов доказательств и способов их сбора и оценки; способы оценки юридических фактов; порядок принятия судебных решений; порядок и сроки обжалования судебных решений10.

Представляется, что для выработки концепций развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве необходимо использовать все положительные идеи как сторонников судебного, процессуального права (обеспечение единого подхода к регулированию сходных или взаимосвязанных правоотношений), так и его противников (учет особенностей каждого вида судопроизводства, содержания присущих этим видам принципов, их отдельных институтов).

9 Тихомиров Ю. А. Проблемы развития процессуального права // Материалы науч.-практ. конф. «Судебная реформа в России: проблемы совершенствования процессуального законодательства». М., 2001. С. 8.

10 Там же. С. 13—14.

С учетом всего изложенного можно определить направления развития указанных отраслей законодательства.

Направления развития процессуального законодательства и законодательства о судоустройстве

При выработке направлений развития названных отраслей законодательства следует исходить из того, что процесс является содержанием деятельности судов, главным инструментом, обеспечивающим реализацию материального права, поэтому первоначально необходимо решать вопросы развития процесса, обеспечивающего выполнение задач правосудия, с тем чтобы после этого определить оптимальную для него форму — судебную систему, а не наоборот — «втискивать» процесс в ту судебную систему, которая не даст ему возможности развиваться и эффективно выполнять свои задачи.

С учетом этого можно предложить следующее.

1. Представляется необходимым решить очень важный вопрос об источниках процессуального законодательства.

Порядок судопроизводства в судах в настоящее время определяется Конституцией РФ, соответствующими федеральными конституционными законами, кодексами (в судах общей юрисдикции — ГПК РФ и УПК РФ, в арбитражных судах — АПК РФ) и другими федеральными законами.

Как известно, кодексы принимаются в форме федеральных законов. Между тем в силу ч. 3 ст. 128 Конституции РФ порядок деятельности всех федеральных судов (а судопроизводство и есть порядок их деятельности) устанавливается федеральным конституционным законом. Поэтому имеются все основания принимать процессуальные кодексы федеральными конституционными законами. Это, кстати, и способствовало бы разрешению указанных выше противоречий между процес-

суальным законодательством и законодательством о судоустройстве, а также между некоторыми федеральными законами, содержащими процессуальные нормы.

Конечно, исключить процессуальные нормы из других кодексов (например, ГК РФ) или иных федеральных законов невозможно, но они должны приниматься в соответствии с процессуальными кодексами и не противоречить им.

2. Необходимо устранить выше приведенные и другие существенные и неоправданные различия в отдельных видах судопроизводства в судах общей юрисдикции и арбитражных судах, т. е. принять меры к унификации процесса.

3. Вместе с этим необходимо учитывать особенности отдельных производств, например, по делам, возникающим из публичных (по ГПК РФ) и административных и иных публичных (по АПК РФ) правоотношений, в которых содержание таких принципов, как состязательность, диспозитивность и законность, роль суда в процессе, а также некоторые процедуры должны быть несколько иными, чем в исковом производстве.

4. Следует очень осторожно и разумно подходить к решению вопросов об изменении подведомственности дел — их передаче из судов общей юрисдикции в арбитражные суды. Особенно это касается дел, в которых участвуют физические лица, не занимающиеся предпринимательской деятельностью, для которых доступ в арбитражные суды из-за их отдаленности может оказаться затруднителен.

5. В федеральных судах общей юрисдикции требуется кардинальным образом изменить порядок проверки судебных постановлений, вынесенных судами первой инстанции.

Речь идет о принципиальном изменении кассационного и надзорного производств, неэффективность которых показала практика. Необходимость их изменения вызвана также

правовыми позициями Европейского Суда по правам человека относительно российского надзорного производства и рекомендациями Комитета министров Совета Европы государствам — членам Совета Европы, в частности рекомендацией № R(95) от 7 февраля 1995 г. относительно введения в действие и улучшения функционирования систем и процедур обжалования по гражданским и торговым делам.

Производство по гражданским делам в принципе должно осуществляться в двух судебных инстанциях (если судебное решение обжалуется), дальнейшее производство следует рассматривать в качестве исключительного.

Поэтому производство в федеральных судах общей юрисдикции второй инстанции необходимо преобразовать в апелляционное, как это имеет место в арбитражных судах. Дальнейшее производство может быть также аналогичным производству в арбитражных судах — в суде кассационной инстанции, а затем — в порядке надзора в Верховном Суде РФ.

Однако необходимо не просто переименовать производства в судах второй и вышестоящих судебных инстанций из кассационного в апелляционное, из надзорного в кассационное, оставив неизменной систему судов общей юрисдикции, как это зачастую предлагается, а сделать их в полной мере соответствующими сути этих производств.

В связи с этим представляется уместным напомнить о ситуации, возникшей в начале деятельности арбитражных судов. Первоначально в ст. 25 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» было установлено, что производство в первой и апелляционной инстанциях арбитражных судов осуществляется в одном суде — арбитражном суде субъекта Российской Федерации. Это положение вызвало справедливую критику и было исправлено Фе-

деральным конституционным законом от 4 июля 2003 г. № 3-ФКЗ: учреждены арбитражные апелляционные суды, действующие отдельно от арбитражных судов, рассматривающих дела по первой инстанции.

Данный положительный опыт следует распространить и на суды общей юрисдикции. Сейчас в областных и других соответствующих им судах объединены кассационные (судебные коллегии) и надзорные (президиумы) инстанции. Переименование их в апелляционные и кассационные ничего не даст. Необходимо «развести» эти инстанции по разным судам.

Для того чтобы реализовать предложения по изменению процессуального законодательства, необходимо внести поправки в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации», учредив в системе судов общей юрисдикции окружные суды и сделав ее, как и систему арбитражных судов, четырехзвенной.

6. Развитие процессуального законодательства не может осуществляться в отрыве от развития новых технологий (информационных и др.). Возможности использования временных технологий в гражданском процессе (подача документов в электронной форме, электронные судебные оповещения, обмен документами между сторонами в электронной форме, заслушивание сторон и исследование доказательств с помощью видео- конференц-связи и др.) были предметом обсуждения на XIII Всемирном конгрессе процессуального права11.

Использование новых технологий становится объективной необходимостью, но надо иметь в виду, что для этого потребуется корректировка содержания некоторых принципов процесса (устности, непосредственности, расширения действия письменности и др.).

Изложенные предложения по комплексному совершенствованию про-

11 См.: Вестник ВАС РФ. 2008. № 11.

цессуального законодательства и законодательства о судоустройстве, наряду с другими, полагаю, следует конкретизировать в отдельных концепциях развития.

Библиографический список

Боннер А. Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М., 2000.

Борисова Е. А. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2006.

Будак Е. В. Апелляционное производство в России и Австрии. М., 2010.

Воронов А. Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее. М., 2009.

Гражданский процесс: наука и преподавание / под ред. М. К. Треушникова и Е. А. Борисовой. М., 2005.

Жилин Г. А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000.

Жуйков В. М. Проблемы гражданского процессуального права. М., 2001.

Концепции развития российского законодательства / под ред. Т. Я. Хабрие-вой, Ю. А. Тихомирова, Ю. П. Орловского. М., 2004.

Малешин Д. Я. Особенности российского типа гражданского процесса // Труды юр. ф-та МГУ. Кн. 10. М., 2008.

Мурадьян Э. М. Истина как проблема судебного права. М., 2002.

Мурадьян Э. М. Судебное право. СПб., 2007.

Полянский Н. Н., Строгович М. С., Савицкий В. М., Мельников А. А. Проблемы судебного права. М., 1983.

Попова Ю. А. О концепции судебного права в России // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / под ред. М. К. Треушникова. М., 2004.

Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / под ред. Л. Ф. Лес-ницкой, М. А. Рожковой. М., 2008.

Проверка судебных постановлений в гражданском процессе стран ЕС и СНГ / под ред. Е. А. Борисовой. М., 2007.

Решетникова И. В. Курс доказательственного права в российском гражданском судопроизводстве. М., 2000.

Рязановский В. А. Единство процесса. М., 1996.

Скитович В. В. Концепция судебного права: опыт критического переосмысления // Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / под ред. Л. Ф. Лес-ницкой, М. А. Рожковой. М., 2008.

Тихомиров Ю. А. Проблемы развития процессуального права // Материалы науч.-практ. конф. «Судебная реформа в России: проблемы совершенствования процессуального законодательства». М., 2001.

Треушников М. К. Судебные доказательства. М., 2005.

Труды ВЮЗИ — МЮИ — МГЮА. М., 2006.

Уголовный процесс: учебник / под ред. И. Л. Петрухина. М., 2002.

Шерстюк В. М. О месте норм исполнительного производства в системе права Российской Федерации // Вестник МГУ. Сер. 11. 1995. № 1.