Эмоциональное благополучие как интегративная характеристика эмоциональной сферы

УДК 159.937.22 Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2014. Вып. 1

В. В. Одинцова, Н. М. Горчакова

ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ КАК ИНТЕГРАТИВНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ СФЕРЫ*

Санкт-Петербургский государственный университет,

Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9

В статье дается теоретический обзор представлений об особенностях эмоциональной сферы, а также рассматриваются современные представления о субъективной оценке эмоций и телесном компоненте эмоциональных переживаний. В центре обсуждения понятие «эмоциональное благополучие» как один из факторов, определяющих качество жизни — комплексного и интегрального показателя, объединяющего объективные и субъективные критерии оценки здоровья. На основе анализа современных исследований авторы описывают интегративный характер параметра эмоционального благополучия и актуальность разработки целостной системы индикаторов его оценки. Предлагаются группы возможных индикаторов: 1) показатели психического здоровья населения; 2) психодиагностика эмоциональной сферы. Библиогр. 33 назв.

Ключевые слова: эмоции, эмоциональное благополучие, диагностика отношения к телу, индикаторы оценки эмоционального благополучия.

EMOTIONAL WELL-BEING AS AN INTEGRATIVE CHARACTERISTIC OF THE EMOTIONAL SPHERE

V. V. Odintsova, N. M. Gorchakova

St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation

This article describes theoretical review on studies of emotional sphere, the contemporary conceptions on subjective valuation of emotions and body component of emotional experience. The concept of emotional well-being is regarded as one of the factors defining the quality of life — the complex and integral indicator that unites the objective and subjective criteria of health evaluation. The authors describe the integrative character of the parameter of the emotional well-being and necessity of elaboration of a complete system of the indicators of its evaluation based on contemporary researches. Groups of such indicators are proposed: 1) mental health indicators in healthcare, 2) pshychodiagnostics of the emotional sphere: data of self-reports and subjective evaluation of emotional sphere and social interaction. Refs 33.

Keywords: emotions, emotional well-being, diagnostics of the body attitude, indicators of the measurement of emotional well-being.

Введение

Многогранность проблемы эмоционального благополучия предполагает разные подходы к ее пониманию: как проблемы психического благополучия в целом и адекватного функционирования, нахождения равновесия в постоянно изменяющейся среде, развития и достижения зрелости, понимания собственной внутренней сущности и аутентичности.

Эмоции управляют наиболее важными аспектами нашей жизни и являются сигналами событий, которые воздействуют на наши самые глубокие убеждения и наиболее значимые отношения. Они поддерживают наши привязанности, любовь, энергичность и заинтересованность. Порой, однако, они вынуждают нас совершать поступки, смысл которых мы не понимаем или о которых сожалеем впоследствии. Эмоции могут носить неопределенный и неоформленный характер, когда их значе-

* При поддержке РГНФ (номер проекта 13-06-00653).

ние проясняется лишь тогда, когда мы их символизируем и выражаем другим, проявляя их диалогичную природу. Одновременно с этим наши эмоции являются проводниками к подлинному ядру нашей личности. Когда мы их пытаемся осмыслить, то зачастую эмоции дают нам гораздо больше информации о нас самих и ситуации, в которой мы находимся, чем просто рациональный анализ. Результаты исследований, проведенных в области нейронауки за последние два десятилетия [1, 2], показывают, что эмоции являются основополагающим компонентом человеческой жизнедеятельности [3].

Эмоции играют ключевую роль в мотивированном поведении. Люди в целом делают то, что они чувствуют, нежели то, что диктует рассудок и логика. Из этого следует, что для изменения поведения с целью достижения благополучия необходимы изменения эмоций, мотивирующих это поведение [4].

Обсуждение

Многие ведущие теоретики человеческих эмоций, такие как П. Экман, Н. Фрейда, К. Изард, К. Оутли, Р. Плутчик, К. Шерер, на сегодня согласны, что эмоции являются адаптационной смысловой системой, которая позволяет индивидам выживать и функционировать здоровым образом. С рождения эмоции также являются первичной сигнальной системой, сообщающей об интенциях и регулирующей взаимодействие человека со средой [3, р. 521]. До сих пор исследователи эмоций придерживаются разных точек зрения о соотношении когниций и эмоций: независимость эмоций и когниций [2], необходимость когниций [5], аффективный прайминг [6], равноценность [7].

Самую большую трудность в изучении эмоций представляет их субъективный характер. Под субъективным качеством подразумевается «весь тот набор внутренних переживаний и чувствований, который составляет субъективную картину, характеризующую определенную эмоцию» [8]. В изучении эмоций исследователи полагаются на их наблюдаемые проявления (к которым относятся определенные физиологические изменения в организме, фиксируемые с помощью специальной аппаратуры, моторные реакции, специфические поведенческие реакции), самоотчеты людей о своих переживаниях и проективные методы, позволяющие отразить реакцию на эмоциогенный стимул в виде нарратива, рисунка, музыки, ассоциации и т. п. Особо ценным для анализа остается субъективный опыт переживания эмоций, в котором наиболее доступным для осознания и описания компонентом является телесное переживание. Переживание эмоций сопровождается целым рядом телесных изменений и внешней экспрессией [8, с. 25]. Еще в клиент-центрированном подходе К. Роджерс постулировал, что организмический опыт предоставляет основные данные о существовании, а организмический оценочный процесс, свойственный каждому человеку, определяет, является ли что-то хорошим или плохим для организма в соответствии с тенденцией к актуализации [4, р. 14]. Дисфункция появляется при отсутствии конгруэнтности между «Я»-концепцией и переживанием.

Уже позже в исследованиях нейронауки LeDoux Е. [2] показал, что соответствующие области головного мозга, отвечающие за эмоциональные переживания (в частности миндалина), могут реагировать более быстро и возможно более решительно на физические угрозы организму, чем это делают кортикальные пути (в боль-

шей степени отвечающие за мыслительный процесс). Дж. Панксепп [9] утверждал, что кортикальные повреждения у животных при сохранности эмоциональных областей мозга часто приводят к поведению, более подходящему для биологической функциональности. А. Дамазио [1] распространил эти выводы на человека [3, р. 3].

Эмоции могут переживаться как осознанно (когда отражаются в сознании человека), так и неосознанно (когда соответствующие им телесные изменения никак не отражены в сознании человека, но представлены в виде телесных изменений, которые могут быть измерены с помощью специального оборудования). «Выявление устойчивых связей между телесными изменениями и субъективным переживанием эмоций является одной из главных целей подхода к объяснению эмоций, объединяющего периферические теории» [8, с. 88]. Одним из актуальных вопросов в психофизиологии эмоций остается дифференциальный периферический (или висцеральный) ответ на эмоциональное переживание [10], под которым подразумеваются реакции различных органов при переживании эмоций. В исследованиях проявлений эмоций акцент зачастую делается на лицевой экспрессии ($,аоетгайет), имеются данные о соматической дифференциации позитивных и негативных эмоций, однако остаются мало изученными эффекты специфических эмоций на нейроэндокринный ответ.

Существование различных параметров оценки эмоциональной сферы, влияние субъективного характера эмоциональных переживаний, многокомпонентный физиологический процесс, сопровождающий эмоции [11], — все это приводит к различным трактовкам эффективности эмоциональной саморегуляции человека, оценка которой требует интегрирующего подхода. В связи с этим относительно новой является концепция эмоционального благополучия, приобретающая все большее значение в последние десятилетия. Проблемы в эмоциональной сфере могут быть поняты через уточнение понятия «эмоциональное благополучие», которое является одним из факторов, определяющих качество жизни. Само понятие качества жизни как комплексный и интегральный показатель дает возможность объединить объективные и субъективные критерии оценки здоровья, чему в здравоохранении было посвящено много исследований [12-14]. Эмоциональное благополучие рассматривается практически всеми авторами, занимающимися изучением эмоций, но зачастую это понятие рассматривается опосредованно, то есть используются синонимы — «положительный нервно-психический тон» (В. М. Бехтерев), «удовольствие-радость» (К. Изард), «счастье» (М. Аргайл) и т. п. Таким образом, эмоциональное благополучие тесно связано с такими понятиями как «эмоциональное здоровье», «психическое благополучие», «удовлетворенность жизнью», «субъективная оценка качества жизни». Это сложный термин, который является многомерным и многоуровневым. Интерпретация эмоционального благополучия меняется на протяжении жизненного пути и в зависимости от социальной группы.

В концептуализации эмоционального благополучия различные авторы отталкиваются от широко используемого определения психического здоровья, данного ВОЗ [15], и предполагающего интегральную оценку благополучия. М. Гамильтон и Г. Ред-монд проанализировали взаимосвязь между понятиями социального и эмоционального благополучия и более широкими понятиями благополучия. Они использовали как философский, так и прикладной подходы. Согласно этим авторам, философский подход к эмоциональному благополучию достаточно сложно применить на прак-

тике, но он может быть использован для описания представлений о благополучии в широком смысле и о типе желаемого общества. Философские теории благополучия показывают взаимосвязь различных измерений благополучия и подчеркивают необходимость социального контекста для реализации благополучия. В этом заключается холистический подход, который связывает эмоциональное благополучие с другими измерениями благополучия, такими как материальное благополучие, физическое здоровье, жизнедеятельность, способность к рефлексии и критической оценке. Прикладной подход к эмоциональному благополучию является эмпирическим и более узко рассматривает понятие благополучия, давая инструменты его оценки. Зачастую выполняемые исследования делают акцент на проблемных аспектах эмоционального благополучия (тревога и депрессия, злоупотребление наркотиками, гиперактивность и т. п.) [16]. Однако все больше фокус смещается на личностные положительные качества и положительное социальное взаимодействие [17]. М. Гамильтон и Г. Ред-монд предложили в анализе эмоционального благополучия два взаимозависимых полюса: индивидуальное измерение (внутриличностные и межличностные характеристики) и средовое измерение (влияние различных сфер — семья/дом, образовательные учреждения, сообщество) [16]. Факторам внешней среды в формировании благополучия уделяется особое внимание в экологическом подходе, основывающемся на теории экологических систем У Бромфенбреннера [18], транзакционной модели А. Самерова и Б. Фиса [19], онтопсихологической модели А. Менегетти [20]. Согласно экологической перспективе, здоровое эмоциональное развитие предполагает продуктивные взаимодействия между множеством контекстов и индивидуальными характеристиками (внутренними и межличностными). Внутренние характеристики эмоционального благополучия связаны с темпераментом, ценностями, установками и включают в себя способы эмоциональной регуляции (способы выражать и управлять эмоциями), поведенческой регуляции, жизнестойкость и навыки совладания, самооценку и самоуверенность, настойчивость в обучении. Межличностные (или социальные) характеристики включают способность определять эмоции других людей, способность формировать и поддерживать отношения, развитие социальных навыков, включающих эмпатию, доверие, сотрудничество, разрешение конфликтов.

Л. Гринберг рассматривает психологическое здоровье как способность креативно приспосабливаться к ситуациям и производить новые ответы, опыт и нарративы. Дисфункция возникает посредством разнообразных эмоциональных механизмов, таких как недостаток эмоциональной осознанности (где важным источником дисфункции является неспособность символизировать телесное ощущение переживания в сознании), избегание или отказ от эмоционального опыта, выученные схематические воспоминания не поддающихся адаптации эмоций, создание чрезмерно ригидных или дисфункциональных нарративов, конфликт между разными частями «Я» и нерешенные чувства между «Я» и другими [4, р. 9, 53-62].

В психотерапевтической работе эмоциональное благополучие может рассматриваться как эмоциональная компетенция, обеспечивающая доступ к эмоциональному опыту, регуляцию и трансформацию не поддающихся адаптации эмоций, выражение и понимание эмоций в межличностном общении.

Таким образом, нарушение эмоционального благополучия в феноменологической и гуманистической традициях можно объяснить как отсутствие совпадения символического «Я» и организмического процесса, а с исследованиями нейрофизио-

логии эмоций эта проблема обозначается как проблема расхождения между субъективным ощущением и нейрофизиологическим процессом как таковым, что находит отражение в том числе в концепции алекситимии. Существует достаточно большое количество исследований феномена алекситимии как фактора нарушения психического благополучия в связи с неспособностью к дифференциации и осознанию сферы чувств и эмоций.

Одним из факторов, способствующих нарушению психического благополучия, может быть эмоциональное напряжение, некий ошибочный способ проживания эмоций и реакции на стрессовый фактор, активизирующий нейроэндокринную и вегетативную нервную систему [21]. Согласно исследованиям российских клинических психологов, одним из центральных феноменов психосоматического развития являются структурно-динамические особенности эмоционального опыта — степень дифференцированности и многообразие переживаний, способы совладания с фру-стрирующими ситуациями [22, 23].

Российские психологи (Н. Д. Левитов, В. Н. Мясищев, В. А. Ганзен, Л. В. Куликов и др.) прежде всего говорят о взаимосвязи здоровья, субъективного благополучия и психического состояния человека, делая акцент именно на субъективной стороне здоровья, подразумевая под этим удовлетворенность жизнью в целом и переживание благополучия. Н. Д. Левитов, давая определение психического состояния, говорит о «целостной характеристике психической деятельности за определенный период времени, показывающей своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности» [24]. Раскрывая это определение, можно говорить о том, что психическое состояние является переживанием и имеет некое внешнее выражение. Говоря о диагностике психических состояний, Н. Д. Левитов ссылается на работы П. М. Якобсона и Т. И. Агафонова, которыми была сделана попытка экспериментального изучения эмоциональных состояний аффекта и страсти в искусственной ситуации [25]. В. Н. Мясищев вопрос о психических состояниях рассматривал со стороны клинической и общей психопатологии. Явным эмоциональным показателем психического состояния, по мнению В. Н. Мясищева, является настроение, а к основным состояниям относятся: «1) состояние активности с полюсами возбуждения или торможения, возбудимости и тупости; 2) различные градации состояния бодрствования вплоть до глубокого сна; 3) тесно связанные с предыдущим, но не тождественные им состояния ясности или помраченности сознания; 4) сосредоточенность или рассеянность; 5) состояние подъема или упадка «духа»; 6) апатии; 7) утомления; 8) настроения: а) удовольствия или неудовольствия, близкие этому состояния радости (эйфории) и горя (депрессии, меланхолии); б) раздражительности; в) тревоги и страха; 9) соматопсихические состояния: голод, жажда, половое возбуждение; 10) состояния конфликта; 11) состояния фрустрации; 12) неуверенность и нерешительность» [26]. В. А. Ганзен, описывая функциональную структуру психики, прежде всего ссылается на психологическое описание человека как субъекта. Между процессами и состояниями и между состояниями и свойствами личности существуют сложные диалектические взаимосвязи. Например, психические процессы (эмоции и др.) в определенных условиях могут рассматриваться как состояния, а часто повторяющиеся состояния способствуют развитию соответствующих свойств личности [27]. В современной российской психологии под состо-

янием понимают состояния личности. По Л. В. Куликову, «в состояниях интегрирована актуальная выраженность черт личности, сила их проявления. Хотя состояния оказывают значимое влияние на формирование черт, обратное влияние (со стороны черт) и для текущих, и для устойчивых состояний сильнее» [28].

Представители медицинской науки, описывая концепции здоровья и благополучия личности, подчёркивают важность субъективно оцениваемого здоровья. В составляющие благополучия личности входят: социальное благополучие, духовное благополучие, физическое (телесное) благополучие, материальное благополучие и психологическое благополучие. Психологическое благополучие личности имеет довольно сложную структуру, что касается эмоционального компонента психологического благополучия, то он представляет собой переживания, объединяющие чувства, которые обусловлены успешностью (или неуспешностью) субъекта в тех или иных сферах его активности. В этом и заключается эмоциональное благополучие (неблагополучие) как интегральная характеристика. Субъективное благополучие представляет собой достаточно устойчивое переживание и имеет особую значимость для человека. Именно субъективное благополучие в большей степени определяет характеристики доминирующего психического состояния, способствующего согласованному протеканию психических процессов, успешному поведению и деятельности, поддерживающей психическое и физическое здоровье [28].

На данный момент разными исследовательскими группами разрабатывается целостная система индикаторов для оценки эмоционального благополучия. Австралийским институтом здоровья и здравоохранения были предложены возможные индикаторы оценки социального и эмоционального благополучия детей [29]. Предлагается учитывать данные самоотчетов детей об эмоциональном благополучии и данные, полученные с помощью мониторинга и других инструментов (социальная компетентность и эмоциональная безопасность, опросник «Сильные стороны и трудности» (Strengths&Difficulties Questionnaires, Гудман, 1997), опросник PedsQL (Pediatric Quality of Life Inventory, Варни и Лимберс, 2009), шкала социальных и эмоциональных проблем (разработан на основе PedsQL), BITSEA (Brief Infant Toddler Social Emotional Assessment, Бриггс-Гован и др., 2004), оценка родителями статуса развития (Parents' Evalutation of Developmental Status), лист поведенческих проблем (Child Behaviour Checklist), опросник самоописания Марша (Marsh Self-Description Questionnaire), шкала благополучия инструмента самооценки для профилактических учреждений (Self-evaluation Instrument for Care Settings, SICs)) [29].

Российские психологи исследуют эмоциональную сферу с помощью следующих инструментов: методика САН (самочувствие, активность, настроение), «Визуально-ассоциативная самооценка эмоциональных состояний» Н. П. Фетискина, «Шкала дифференциальных эмоций», модифицированная методика Т. Дембо, методика «Склонность к постоянному пониженному настроению (дистимии)», шкала сниженного настроения/субдепрессии (ШСНС), основанная на опроснике В. Зунга и адаптированная Т. Н. Балашовой, шкала ситуативной тревожности Ч. Д. Спилберга и Ю. Л. Ханина, методика «Определение уровня невротизации» Л. И. Вассерма-на, «Опросник на выгорание V MBI» К. Маслач и С. Джексон, «Диагностика уровня субъективного ощущения одиночества» Д. Рассел и М. Фергюссон, торонтская алекситимическая шкала (TAS), методика определения доминирующего состояния Л. В. Куликова и др.

В работах при оценке эмоционального компонента благополучия прежде всего оцениваются эмоциональные состояния, чувства, настроения. Если говорить об оценке субъективного компонента переживания эмоций, то данную проблему успешно решают проективные методы психодиагностики. Ощущения-переживания, которые переживаются телом, прежде всего, диагностировали О. Вули и С. Ролл с помощью теста САРТ, определяющего показатель дискриминативности, который оценивает степень дифференцированности образа тела [30]. Рисунки, контуры фигур должны соответствовать принятым средним стандартам с сохранением пропорций тела, поэтому в проективной методике «Цветоуказание неудовлетворенности собственным телом» (ЦНСТ) [31] используются контуры фигур мужчины и женщины из книги М. Ф. Иваницкого [32]. В работе В. Одинцовой предлагалось использовать проективную методику на субъективную оценку телесных ощущений при переживании основных эмоций в группах гастроэнтерологических, кардиологических пациентов в сравнении со здоровыми людьми [33].

Заключение

В качестве заключения можно сказать, что эмоциональная сфера является ключевой в оценке благополучия личности. Учитывая субъективный характер эмоциональных переживаний, для целостного изучения эмоциональной сферы нужны инструменты, позволяющие учитывать субъективную оценку, такие как самоотчеты, проективные методы и т. п. Одним из значимых компонентов субъективной оценки эмоциональной сферы являются телесные реакции, как наиболее доступные для осознания и описания. С нашей точки зрения, индикаторы субъективной оценки эмоциональной сферы, включая субъективную оценку телесных ощущений при переживании эмоций, необходимо включать в целостную оценку эмоциональной сферы наряду с объективными показателями физического состояния.

В целом эмоциональное благополучие необходимо рассматривать как интегра-тивную характеристику для оценки эмоциональной сферы. Анализируя различные подходы к оценке эмоционального благополучия, можно было бы предложить группы индикаторов для дальнейшей разработки:

1) показатели психического здоровья населения: уровень депрессий, частота суицидов, частота госпитализации по причине психических нарушений, обращаемость с жалобами на психическое здоровье;

2) психодиагностика эмоциональной сферы: данные самоотчетов и субъективных оценок эмоциональной сферы; оценка параметров эмоциональной сферы психологическими методами и проективными методиками, а именно: оценка самочувствия, активности, настроения; уровень невротизации, уровень тревожности, уровень алекситимии, уровень субъективного ощущения одиночества, субъективная оценка телесных ощущений при переживании эмоций и другие. Частота переживаемых чувств и эмоций, субъективные жалобы на самочувствие (частота головных болей, болей в животе, в спине), жалобы на раздражительность или нервозность, употребление алкоголя и наркотиков, бессонница, удовлетворенность жизнью в целом, мысли о суициде и попытки суицида; а также оценки взаимодействия с социумом, являющегося важным параметром согласно экологической модели: количество и ка-

чество социальных контактов, удовлетворенность в жизни, общение с родственниками, чувство одиночества и т. п.

Для завершения операционализации понятия эмоционального благополучия актуальной является разработка такой целостной системы индикаторов, которую можно было бы использовать как на социальном, так и на индивидуальном уровнях.

Литература

1. Damasio A. R. Descartes' error. New York: Grosset/Putnam, 1994. 312 p.

2. LeDoux J. E. The emotional brain: The mysterious underpinnings of emotional life. New York: Simon&Schuster, 1996. 384 p.

3. Handbook of cognition and emotion / eds M. D. Robinson, E. R. Watkins, E. Harmon-Jones. New York: The Guilford Press, 2013. 594 p.

4. Greenberg L. S. Emotion-Focused Therapy. Washington, DC: American Psychological Association, 2011. 182 p.

5. Lazarus R. S. On the primacy of cognition // American Psychologist. 1984. N 39. P. 124-129.

6. Zajonc R. B. Feeling and thinking: Preferences need no inferences // American Psychologist. N 35. 1980. Р. 151-175.

7. Duncan S., Feldman Barrett L. Affect is a form of cognition: A neurobiological analysis // Cognition and Emotion. 2007. Vol. 21. P. 1184-1211.

8. Кравченко Ю. Е. Психология эмоций. Классические и современные теории и исследования. М.: ФОРУМ, 2012. С. 58-104.

9. Panksepp J. Affective neuroscience: The foundations of human and animal emotions. New York: Oxford University Press, 1998. 466 p.

10. Cacioppo J. T., Berntson G. G., Klein D. J., Poehlmann K. M. The psychophysiology of emotion across the lifespan // Annual Review of Gerontology and Geriatrics. 1997. Vol. 17. P. 27-74.

11. Scherer K. R. What are emotions? And how can they be measured? // Social Science Information. 2005. N 44(4) Р. 693-727.

12. Кучеренко В. З. Качество жизни, связанное со здоровьем. Методология изучения. М.: Медицина, 2002. 102 с.

13. Новик А. А., Ионова Т. И., Кайдн П. Концепция исследования качества жизни в медицине. СПб.: ЭЛБИ, 2001. 47 с.

14. Линденбратен А.Л. Современные очерки об общественном здоровье и здравоохранении. М.: ОАО «Изд. Медицина», 2005. 84 с.

15. WHO (World Health Organization). Mental health: strengthening our response. Fact sheet no.220. Geneva: WHO, 2010. URL: http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs220/en/ (дата обращения: 12.09.2012).

16. Hamilton M., Redmond G. Conceptualisation of social and emotional wellbeing for children and young people, and policy implications. Canberra: ARACY&AIHW, 2010. 75 p.

17. Ryff C. D. Psychological well-being in adult life. Current Directions in Psychological Science, 1995. Vol. 4. P. 99-104.

18. Bronfenbrenner U. The ecology of human development: experiments by nature and design. MA: Harvard University Press, 1979. P. 3-44.

19. Sameroff A. J., Fiese B. H. Transactional regulation the developmental ecology of early intervention // Handbook of Early Childhood Intervention / eds J. P. Shonkoff, S. I. Meisels. New York: Cambridge University Press, 2000. P. 135-159.

20. Meneghetti A. Pedagogia ontopsicologica. Roma: Psicologica Ed., 2007. 246 p.

21. Одинцова В. В., Дмитриева В. А. Эмоциональное благополучие в контексте жизненного пути // Актуальные проблемы психосоматики в общемедицинской практике, Санкт-Петербург, ноябрь, 2012 г. Вып. XII / под общ. ред. В. И. Мазурова. СПб.: Издательство Северо-Западного государственного медицинского университета им. И. И. Мечникова, 2012. С. 170-175.

22. Николаева В. В. Влияние хронической болезни на психику. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1987. 168 с.

23. Тхостов А. Ш. Психология телесности. М.: Смысл, 2002, 287 с.

24. Левитов Н. Д. О психических состояниях человека. М.: Просвещение, 1964. 126 с.

25. Куликов Л. В. Психические состояния / сост. и общ. ред. Л. В. Куликова. СПб.: Питер, 2001. 512 с.

26. Мясищев В. Н. Психические состояния и отношения человека // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. 1996. № 1. С. 8-14.

27. Ганзен В. А. Системные описания в психологии. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1984. 176 с.

28. Куликов Л. В. Психогигиена личности. Вопросы психологической устойчивости и психопрофилактики: учеб. пос. СПб.: Питер, 2004. 464 с.

29. Australian Institute of Health and Welfare. Social and emotional wellbeing: development of Children's Headline Indicator. Cat.no PHE158. Canberra: AIHW, 2012. 65 p.

30. БурлачукЛ. Ф., Морозов С. М. Словарь — справочник по психодиагностике. СПб.: Питер Комб, 1999. 528 с.

31. Сахарова В. Г. Психология тела. Диагностика отношения к телу: учебно-метод. пос. СПб.: Речь, 2011. 112 с.

32. Иваницкий М. Ф. Анатомия человека: в 3 т. М.: Физкультура и спорт, 1956. Т. 1. 624 с.

33. Одинцова В. В. Особенности эмоциональной сферы пациентов гастроэнтерологического профиля // Вестн. С.-Петерб.ун-та. Сер. 12. 2012. Вып. 2. С. 56-64.

Статья поступила в редакцию 25 октября 2013 г.

Контактная информация

Одинцова Вероника Викторовна — кандидат медицинских наук; v.odincova@psy.spbu.ru Горчакова Наталья Михайловна — старший преподаватель; n.gorchakova@psy.spbu.ru

Odintsova Veronika V. — Candidate of Medicine; v.odincova@psy.spbu.ru Gorchakova Natalia M. — senior lecturer; n.gorchakova@psy.spbu.ru