ВОПРОСЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В СФЕРЕ ОБОРОТА ВОДНЫХ БИОРЕСУРСОВ

КРИМИНАЛИСТИКА, СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНАЯ И ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

УДК 639.382 Э. А. Васильев,

Е. О. Деревянко

ВНИИ МВД России

Вопросы обеспечения экономической безопасности в сфере оборота водных биоресурсов

АННОТАЦИЯ. Введение. Отражены основные тенденции развития рыбной отрасли, в том числе рассмотрены вопросы состояния ее ресурсной базы, рыбодобывающего флота, показатели внешнеэкономической деятельности, а также впервые в научной литературе исследуются положения, складывающиеся в производстве аквакультуры, дается авторская оценка криминализации этого направления экономики.

Методы. В ходе анализа экспертных оценок приводятся данные о выводе из теневого сектора экономики значительных объемов водных биологических ресурсов, которые ранее контролировались отечественными и международными преступными группировками. На основе изучения статистических показателей авторами проанализированы результаты расследования уголовных дел по ст. 256 (Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов) Уголовного кодекса Российской Федерации и итоги их рассмотрения в судах.

Результаты: На основе проведенной авторами оценки работы органов внутренних дел по выявлению и раскрытию преступлений экономической и коррупционной направленности систематизированы факторы, определяющие развитие преступности в рыбной отрасли. Отражен международный опыт распределения квот на добычу водных биоресурсов в зарубежных странах.

Обсуждение и заключение. Представлен прогноз развития преступности в рассматриваемой отрасли.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: рыбная отрасль, браконьерство, квоты, рыбодобывающий флот, водные биоресурсы, аквакультуры, преступления экономической и коррупционной направленности, экономическая безопасность.

ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ: Васильев Э. А., Деревянко Е. О. Вопросы обеспечения экономической безопасности в сфере оборота водных биоресурсов // Научный портал МВД России. 2020. № 3 (51). С. 58-65.

E. A. Vasiliev, E. O. Derevyanko

National Research Institute of the Ministry of Interior of the Russian Federation

The issues of providing economic security in the sphere of water bioresources turnover

ABSTRACT. Introduction. The article reflects the main trends in the development of the fishing industry, including the issues of the state of its resource base, the fishing fleet, indicators of foreign economic activity, and for the first time in the scientific literature, the provisions that develop in the production of aquaculture are investigated, the author's assessment of the criminalization of this direction of the economy is given.

Methods. In the course of the analysis of expert assessments, data are provided on the withdrawal from the shadow sector of the economy of significant volumes of aquatic biological resources, which were previously controlled by domestic and international criminal groups. Based on the study of statistical indicators, the authors studied the results of the investigation of criminal cases under Article 256 (Illegal extraction (fishing) of aquatic biological resources) of the Criminal Code of the Russian Federation and the results of their consideration in courts.

Results. Based on the authors' assessment of the work of the internal affairs bodies in identifying and

solving crimes of an economic and corruption orientation, the factors determining the development of crime in the fishing industry are systematized. The international experience of distribution of quotas for the extraction of aquatic biological resources in foreign countries is reflected.

Discussion and conclusion. The article presents a forecast of the development of crime in the industry under consideration.

KEYWORDS: fishing industry, poaching, quotas, fishing fleet, aquatic biological resources, aquaculture, economic and corruption crimes, economic security.

FOR CITATION: Vasiliev E. A., Derevyanko E. O. The issues of providing economic security in the sphere of water bioresources turnover // Scientific portal of the Russia Ministry of the Interior. 2020. № 3 (51). P. 58-65 (in Russ.).

Уловы отечественных компаний в последние три года демонстрируют положительную динамику и составляют около 5,3 % от мировых объемов (90,2 млн т), по этому показателю Россия уступает лишь Китаю (19,2 %), Индонезии (7,1 %), Индии (5,6 %), США (5,4 %). Рост экономических показателей хозяйственной деятельности отрасли специалисты1 связывают с изменением порядка распределения квот на вылов (добычу) водных биологических ресурсов2 (далее - ВБР), т. е. законодательным закреплением в 2004 г. «исторического» принципа распределения квот, как это происходит в большинстве зарубежных стран. Такой подход позволил не только обеспечить региональную традиционность в доступе к основным промысловым запасам, но и закрепить право на добычу (вылов) ВБР за конкретными предприятиями отрасли на длительный срок, а это, в свою очередь, явилось гарантией эффективного долгосрочного планирования их хозяйственной деятельности и существенно расширило возможности для привлечения инвестиций в развитие отрасли, в том числе и в обновление основных фондов. Теперь нет места серым схемам распределения квот на добычу ВБР и квотным рантье - тем, кто в конце прошлого и начале нынешнего века, владея квотами на вылов ВБР, не имел своего флота и занимался их перепродажей, зарабатывая многомиллионное состояние для себя и чиновников.

Эксперты рыбной отрасли считают, что принятые государственные решения дали новый импульс развитию отрасли и позволили вывести из

невидимого сектора экономики значительный объем ВБР (в количественном около 2 млн т, а в суммарном выражении не менее 2,5-3 млрд долларов США). Например, по официальным данным, в 2018 и 2019 гг. предприятия отрасли осуществили добычу (вылов) рекордного за 29 лет количества ВБР - 5,1 и 4,92 млн т соответственно3. Основной объем улова традиционно приходится на ресурсы собственной исключительной экономической зоны (далее - ИЭЗ) и территориального моря4. В зонах иностранных государств, конвенционных районах и открытой части Мирового океана российским рыбопромысловым флотом добыто всего 717,85 тыс. т ВБР, что на 0,6 % больше, чем за 2018 г. Но этот показатель не соответствует современным тенденциям рыбных отраслей других стран, которые стремятся работать в промысловых зонах Мирового океана и в ИЭЗ других государств, а собственные ресурсы пытаются сохранить для будущих поколений.

Рыбопромысловый флот России5 в послед-

1 При подготовке настоящей статьи использованы результаты интервьюирования 25 оперативных сотрудников, специализирующихся по вопросам выявления и документирования преступлений в сфере оборота ВБР, а также материалы, представленные ГУЭБиПК МВД России и структурно подчиненными подразделениями ЭБиПК в 17 территориальных органах МВД России за период с 2014 по 2019 г.

2 См.: О квотах на вылов (добычу) водных биологических ресурсов: Постановление Правительства Рос. Федерации от 20 нояб. 2003 г. № 704 (утратило силу); О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов: Федер. закон от 20 дек. 2004 г. № 166-ФЗ // СПС КонсультантПлюс.

3 Данные федерального государственного статистического наблюдения по форме № 1-П (рыба) «Сведения об улове рыбы, добыче других водных биоресурсов и изъятии объектов товарной аквакультуры (товарного рыбоводства)». (См.: Об утверждении статистического инструментария для организации Федеральным агентством по рыболовству федерального статистического наблюдения за уловом рыбы и добычей других водных биоресурсов : приказ Росстата от 27 июня 2019 г. № 362). Ш_ : http://www.fish.gov.ru (дата обращения : 20.04.2020).

4 В водах Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна добыто более 3,42 млн т, что на 1 % меньше уровня 2018 г., в том числе на 26 % меньше выловлено лососевых (498,2 тыс. т). В Северном бассейне выловлено около 494,9 тыс. т (-14,2 % к данным 2018 г.). Снижение показателя специалисты Росрыболовства объясняют ограничением в 2019 г. на вылов мойвы (в 2018 г. освоено 66 тыс. т мойвы) и уменьшением национальной квоты на вылов трески.

В Западном рыбохозяйственном бассейне добыто 78,27 тыс. т, что также на 2,7 % меньше показателей 2018 г. В Азово-Черноморском бассейне вылов снизился на 0,7 % (74,34 тыс. т), а в Волжско-Каспийском бассейне, наоборот, -увеличился на 6,1 % и составил 73,43 тыс. т.

5 Общее количество рыбопромысловых судов составляет 2 196 единиц, в том числе 1 888 - добывающие, 20 - обрабатывающие, 231- транспортное и 57 - вспомогательные суда.

ние 20-25 лет, наоборот, передислоцирован к собственным берегам, и вся промысловая нагрузка «лежит» на ВБР ИЭЗ и континентального шельфа страны. Такое положение вызвано отсутствием в стране современных высокотехнологических судов. По данным ГПКИ «Гипрорыбфлот»6, в России рыбопромысловые суда со сроком эксплуатации до 10 лет составляют всего около 2 % от общей численности, от 10 до 20 лет -11 %, остальные суда эксплуатируются более 20 лет. По состоянию на 1 января 2019 г. за пределами нормативных сроков службы находится почти 85 % рыбопромысловых судов, наиболее изношены добывающие и приемно-транспортные рефрижераторные суда, работающие в Дальневосточном и Каспийском бассейнах.

Для решения данной проблемы в 2016 г. в Федеральный закон от 20 декабря 2004 г. № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов»7 (далее - Закон о рыболовстве) был внесен ряд изменений, которые поменяли существующие правила распределения квот, а именно введен так называемый принцип распределения «квоты под киль». Это обозначает: изъятие из общедопустимых уловов (далее - ОДУ) и подлежащих распределению по «историческому» принципу 20 % объектов промысла, причем самых ликвидных (минтай, треска, пикша, сельдь, крабы и т. д.), и передачу их тем предприятиям, которые будут строить новые рыболовные суда на российских верфях или новые береговые перерабатывающие заводы (15 % на судостроение и 5 % на строительство заводов). А также с 2017 г. 50 % квот на добычу (вылов) краба переданы для рас-пределения(продажу)через аукционы.

На первый взгляд идея стимулирования предпринимателей дополнительными квотами на строительство заводов по глубокой переработке товаров морского промысла и флота выглядит разумным государственным решением. Но большинство специалистов считают это решение непродуманным, очередной раз подрывающим веру рыбаков в возможность справедливого ведения бизнеса в России, которое в скором времени не только приведет к снижению ключевых экономических показателей отрасли, но и станет причиной роста социальной напряженности в прибрежных

6 Акционерное общество «Государственный проектно-конструкторский институт рыбопромыслового флота» занималось проектированием отечественных промысловых судов и механизмов с целью решения продовольственной проблемы в стране. Организация ликвидирована 19 сентября 2019 г.

7 См.: О рыболовстве и сохранении водных биологиче-

ских ресурсов: Федер. закон от 20 дек. 2004 г. № 166-ФЗ // СПС КонсультантПлюс.

регионах страны, возрождения браконьерства. Такой вывод следует из того, что занятие рыбной ловлей, в силу повышенной сложности и опасности, является уникальным бизнесом и тем направлением экономики, которое обеспечивает оседлость народа на территориях с трудными климатическими условиями. Обращение к зарубежному опыту ведения рыбного бизнеса показывает, что в таких странах, как США, Исландия, Канада, Новая Зеландия, Дания, Нидерланды, государственная политика направлена на создание протекционизма коренным жителям отдаленных регионов и именно «исторический» принцип распределения квот является наиболее фундаментальным и прогрессивным методом, а законодательство некоторых из них позволяет передавать указанные доли по наследству. Причем правительства названных стран считают, что ввиду значительной стоимости квот на добычу водных биоресурсов не нужны дополнительные манипуляции при их распределении (квоты, олимпийская система и т. д.). Кредитующие бизнес банки на такой актив смотрят весьма благосклонно, что позволяет предпринимателям формировать финансирование для развития предпринимательства и строительства судов. Поэтому вход новых игроков в рыбный бизнес в большинстве из названных стран не приветствуется, а наоборот, ограничивается. Что касается строительства новых судов, то в анализируемых государствах этот вопрос решен следующим образом: списание или продажа прежнего судна сопровождается строительством нового с тем же наименованием, но уже с внедрением передовых технологий.

В настоящее время Федеральное агентство по рыболовству заключило 68 договоров с предприятиями рыбной отрасли и декларирует строительство 43 новых рыбопромысловых судов на 166 млрд рублей, а также несколько десятков береговых заводов на сумму 21 млрд рублей. Небезынтересным является то, что 25 % от общего количества законтрактованных судов (почти 45 % от общей суммы всех заказов) будет строить Русская Рыбопромышленная Компания, которая образована совсем недавно, но уже входит в тройку крупнейших предприятий отрасли в стране (второе место). Практически все суда (проект ЭТ-192) планируют построить на Адмиралтейских верфях в Санкт-Петербурге8.

На 1 января 2020 г. из запланированных 43

8 См.: Официальный сайт Федерального агентства по рыболовству. Ш_ : http://www.fish.gov.ru (дата обращения : 20.04.2020).

судов (18 - для Дальневосточного бассейна и 25 - для Северного) введено в эксплуатацию только одно судно. В январе 2020 г. в реестр капитана Петропавловск-Камчатского рыбного порта включен траулер-сейнер «Ленинец», построенный по норвежскому проекту 8К-3101Я на ПСЗ «Янтарь» рыболовецким колхозом имени Ленина, но он был заложен заводом еще в 2016 г., т. е. до принятия вышеназванного решения о наделении «квотами под киль»9.

Специалисты отрасли считают, что указанные заявления руководства центрального органа управления отраслью останутся нереализованной декларацией, а решение об изменении правил распределения квот - причиной повторной серьезной криминализации сферы оборота водных биоресурсов. Например, в настоящее время большинство построенных в рамках реализации инвестиционных квот береговых заводов простаивают без сырья, так как у отечественных предприятий (инвесторов) нет необходимой технологической возможности доставить улов на берег. Поэтому следовало развивать не береговые заводы, а плавучие (на судах). В качестве примера можно привести ООО «МурманСиФуд» (г. Мурманск), которое в г. Кола в рамках государственной программы инвестиционных квот построило завод по переработке 80 т сырья донной породы рыбы в сутки. Проект оценен в сумму 10,3 млн евро и реализован в 2019 г. исландской компанией «Уа!ка». Как отметили респонденты, с начала своей работы завод ни разу не был загружен сырьем в объемах проектной мощности. В настоящее время он большую часть времени простаивает без сырья. Одновременно все шесть добывающих судов компаний постоянно находятся в промысловой зоне в Баренцевом море и производят продукцию на экспорт, от продажи которой погашаются убытки берегового завода, а согласно действующим правилам10 пользователь обя-

9 См.: Официальный сайт Камчатского края. URL : http:// www.kamgov.ru (дата обращения : 25.08.2020).

10 См.: О подготовке и заключении договора о закреплении и предоставлении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов, предоставленной на инвестиционные цели в области рыболовства для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства :

Постановление Правительства Рос. Федерации от 25 мая 2017 г. № 632 (вместе с Правилами подготовки и заключения договора о закреплении и предоставлении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов, предоставленной на инвестиционные цели в области рыболовства для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства); О закреплении и предоставлении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов, предоставленной на инвестиционные цели в области рыболовства для осуществления промышленного рыболовства и (или) при-

зан 70 % продукции, произведенной за счет уловов ВБР по инвестиционным квотам, выпускать на береговом заводе. Причем нормативные документы предусматривают, что речь идет именно о выпуске продукции из уловов ВБР, т. е. согласно Закону о рыболовстве - «водных биоресурсов, извлеченных (выловленных) из среды обитания».

Всего на территории России в реализации государственной программы инвестиционных квот на строительство перерабатывающего завода принимают участие восемь компаний, и, по мнению респондентов, ни одна из них не выполняет условий договора и не сдает уловы ВБР на береговой завод в объемах, предусмотренных нормативными документами.

Отметим еще одну проблему отрасли. Так, в территориальном море и ИЭЗ Российской Федерации с каждым годом увеличивается количество иностранных судов, работающих по международным договорам, экипажи которых часто пренебрегают Правилами рыболовства11, чему способствует коррупция в контролирующих данный вид деятельности органах исполнительной власти страны. По мнению руководителей рыбодобыва-ющих предприятий страны, практически каждое иностранное судно, работающее по международным договорам, осуществляет сверхлимитный лов наиболее ценных объектов промысла (так считают 95 % респондентов). Такому положению способствует и то, что действующая ныне система многостороннего сотрудничества в области рыболовства сложилась в начале 70-х годов прошлого столетия и кардинально не пересматривалась. Начиная с 1977 г. в результате установления большинством прибрежных государств 200-мильных зон многие наиболее продуктивные участки конвенционных районов международных организаций по рыболовству (МРО) практически перешли под национальную юрисдикцию прибрежных государств. Изменение статуса важнейших частей конвенционных районов МРО потребовало пересмотра ряда основных функций этих организаций. Сегодня Россия имеет договорные

брежного рыболовства : Постановление Правительства Рос. Федерации от 29 мая 2017 г. № 648 (вместе с Положением о закреплении и предоставлении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов, предоставленной на инвестиционные цели в области рыболовства для осуществления промышленного рыболовства и (или) прибрежного рыболовства) // СПС КонсультантПлюс.

11 Правила добычи (вылова) водных биоресурсов определены в специальных нормативных правовых актах (приказах Минсельхоза России) для каждого рыбохозяйственного бассейна (Азово-Черноморского, Волжско-Каспийского, Дальневосточного, Западно-Сибирского, Западного, Байкальского, Восточно-Сибирского, Северного).

отношения с 40 государствами, в том числе 21 соглашение заключено со странами, имеющими морские, речные, озерные границы с Россией. Это связано и с тем обстоятельством, что некоторые виды рыб являются общим достоянием этих стран (Норвегия, Финляндия, Швеция, Эстония, Латвия, Литва, Польша, Украина, Иран, Япония, Китай, США и др.).

Межправительственные соглашения по рыболовству обычно определяют объемы, условия предоставления, а также порядок реализации права доступа к живым морским ресурсам в ИЭЗ прибрежных государств.

Обращение к архивным материалам МВД России показывает, что вопросы заключения межправительственных соглашений по рыболовству (определение объемов, условий передачи неосвоенных квот иностранному государству, а также порядок реализации права доступа к живым морским ресурсам в ИЭЗ прибрежных государств) часто сопровождаются совершением должностными лицами Росрыболовства преступлений, предусмотренных главой 30 УК РФ (ст. 285, 286 и 290 УК РФ). Российские чиновники неоднократно манипулировали ценообразованием на ВБР и не всегда в пользу государственного бюджета. Имели место злоупотребления со стороны российских наблюдателей, которые направлялись на иностранные суда.

За последние пять лет Россия вошла в число десяти крупнейших стран - экспортеров товаров морского промысла. Отечественные товаропроизводители по объемам экспорта уступают только Китаю (сумма экспорта - 20,2 млрд долларов США ежегодно), Норвегии (10,9), Вьетнаму (8,3), Индии (5,4), Чили (5,15), США (5,1), Канаде (4,6), которые в основном экспортируют продукцию аквакультуры. К сожалению, в экспорте у российских рыбаков превалирует замороженная необработанная рыба - 90 % от общего объема экспорта (2,04 млрд рублей) и лишь 5,4 % приходится на рыбное филе (0,35), и менее 5 % - на ракообразных (0,92). Почти половину (48 %) от общего экспорта мороженой рыбы из России составляет минтай (1,7 млн т), крайне востребованный на международном рынке продукт, реализуемый отечественными производителями практически по цене сырья, который впоследствии зарубежные производители перерабатывают и получают дополнительную добавленную стоимость.

Основные импортеры для Дальневосточного бассейна - это предприятия Японии, Кореи, Китая и США, а для Северо-Западного бассейна - стра-

ны Европейского союза. По данным ФТС России12, экспорт рыбы в 2019 г. по сравнению с 2018 г. вырос на 6,27 % и достиг суммы 4 млрд 467 млн долларов США. При этом в натуральном выражении в 2019 г. отмечено снижение объема российского рыбного экспорта на 3,7 % - до 1,7 млн т, которое объясняется снижением объемов добычи (-2,2 % к данным 2018 г.). Особо заметно уменьшение объемов экспортных поставок тихоокеанской сельди, на которую приходится 10,35 % в объеме российского экспортного рынка (второе место), они снизились на 20,73 % - до 172,35 тыс. т. Значительно ниже стали объемы экспорта тихоокеанских лососей - экспортировано на 47,86 % меньше горбуши (75,28 тыс. т) и на 26,26 % меньше кеты (29,15 тыс. т).

Аналогичная тенденция наблюдается в поставках атлантической трески, объемы которой уменьшились на 16 % - до 81,98 тыс. т, а также скумбрии (снижение на 24,79 % - до 22,7 тыс. т). При этом отмечен рост поставок кальмара, креветок и сардины, иваси. В 2019 г. российские производители расширили рынки сбыта своей продукции, увеличив на 1 274 % поставки рыбы в Испанию (сельдь, минтай, треска), на 215 % - в Сингапур (сельдь) и на 73 % - в Великобританию (минтай, треска, пикша).

Специалисты отрасли считают, что в ближайшем будущем экспорт товаров морского промысла будет только увеличиваться и к 2024 г. в денежном выражении должен достигнуть 8,5 млрд долларов США.

По данным ФТС России, в деятельности отечественных предприятий экспорт рыбы всегда превышал импорт (например, в 2019 г. разница составляла 3,8 раза в физическом выражении и 2,1 раза - в стоимостном). Такой результат закономерен, так как наши соотечественники являются одними из основных покупателей продуктов аквакультуры, произведенной зарубежными товаропроизводителями (семга, форель, креветки, мидии, гребешки и т. д.). При этом Россия, несмотря на уникальность ее природно-климатических условий, в общем объеме мирового производства составляет всего 0,1 %. Причем значительная часть отечественного производства приходится на относительно малоценные виды рыбы - карповые и растительноядные (количество таких предприятий превышает 72 % от общего их количества).

12 См.: ФТС России: импорт-экспорт важнейших товаров за 2019 год. URL : http://www.customs.gov.ru (дата обращения : 25.08.2020).

Следует отметить, что в соответствии с «новой» Стратегией развития рыбохозяйственного комплекса до 2030 года предполагается трехкратный рост производства аквакультуры и уже заметны результаты. Так, например, при вылове 5,1 млн т ВБР в 2018 г. объем продукции рыбоводства составил 238,7 тыс. т (прирост за год на 8,6 %). Растет и число участников этого рынка. На 1 января 2020 г. производством объектов ак-вакультуры занимаются 4,3 тыс. отечественных предприятий, деятельность которых стимулируется государством путем выделения финансовых средств и земельных участков. Так, в 2019 г. по линии Минсельхоза России и Росрыболовства выделено 653 млн рублей бюджетных средств и более 3,6 тыс. участков на 491,6 тыс. га земли.

Одновременно респонденты считают данное направление хозяйственной деятельности глубоко коррумпированным, требующим серьезного внимания правоохранительной системы. Свое мнение они обосновывают существующими проблемами получения участков через аукционы и перевода приобретенной в аренду земли из одного состояния (земли сельскохозяйственного назначения) в другое (водный фонд).

Препятствием для развития данного направления бизнеса предприниматели называют и бытующий порядок проведения государственной экологической экспертизы. Как показало изучение данного вопроса, в стране нет единого государственного стандарта выращивания ги-дробионтов. Каждый предприниматель подбирает технологию, оборудование, учитывая местные природные условия и свои финансовые возможности.

Еще одной проблемой отрасли является то, что отечественная аквакультура во многом зависима от импортных поставок кормов, оборудования (например, баржи-кормораздатчики, программное обеспечение и пр.), посадочного материала отдельных видов рыб (например, мальки лосося закупаются в Норвегии) и их перемещения через пункты пропуска находящихся в зоне ответственности территориальных управлений Россельхознадзора, в которых пограничный ветеринарный надзор практически в 100 % случаев сопровождается вымогательством взятки со стороны должностных лиц контролирующих органов.

Отстает российское рыбоводство и с точки зрения генетики. В стране действуют всего несколько серьезных лабораторий и предприятий, которые специализируются на выращивании мальков, в частности радужной форели. В то

же время Стратегия развития отрасли до 2030 г. предполагает трехкратное увеличение производства товарной аквакультуры13; и для достижения этой цели создаются заводы по производству комбикормов для рыбоводства на Северо-Западе, Северном Кавказе и в Дальневосточном федеральном округе, а также строятся заводы для разведения молоди ценных видов анадромных рыб (кета, кижуч, нерка) и получения посадочного материала гидробионтов (гребешок, морской еж, трепанг, устрица) для индустриального выращивания объектов марикультуры.

В настоящее время производство аквакуль-туры признается одним из динамично развивающихся направлений рыбной отрасли, которое серьезно финансируется из государственного бюджета14.

В завершающей части работы отметим, что, несмотря на принимаемые государством меры, отрасль все еще остается глубоко погруженной в криминальные процессы. Официальная статистика15 демонстрирует отрицательную динамику зарегистрированных преступлений. Так, в 2019 г. общее количество выявленных преступлений по сравнению с предыдущим годом снизилось на 3,6 % (5 936). Причем хищений в крупном или особо крупном размере, причинивших крупный или особо крупный ущерб, совершенных в сфере добычи и переработки, выявлено только два. Общий ущерб от преступлений, связанных с незаконным оборотом ВБР, в 2019 г. превысил 1 млрд 600 млн рублей, в счет возмещения которого наложен арест всего на сумму 400 млн рублей, т. е. возмещение ущерба составило 24 %. При этом субъектам ОРД не удается реализовать меры, направленные на формирование доходной части бюджета. В рассматриваемый период выявлено всего два налоговых преступления (ст. 199 УК РФ). При этом, по данным респондентов, налоговые преступления в отрасли являются самыми распространенными, в том чис-

13 Подробнее об этом см.: Об утверждении Стратегии развития рыбохозяйственного комплекса Российской Федерации на период до 2030 года : распоряжение Правительства Рос. Федерации от 26 нояб. 2019 г. № 2798-р (вместе с Планом мероприятий по реализации Стратегии развития рыбохозяйственного комплекса Российской Федерации на период до 2030 года) // СПС КонсультантПлюс.

14 См.: Об утверждении отраслевой программы «Развитие товарной аквакультуры (товарного рыбоводства) в Российской Федерации на 2015-2020 годы : приказ Министерства сельского хозяйства Рос. Федерации от 16 янв. 2015 г. № 10 // СПС КонсультантПлюс.

15 Подробнее см.: Сведения о результатах работы по выявлению и раскрытию преступлений экономической направленности за 2019 г. Ф. 5 (050). Раздел 9. ФКУ «ГИАЦ МВД России».

ле вызывает серьезные вопросы использование субъектами внешнеэкономической деятельности контролируемых иностранных компаний (ст. 25.13 Налогового кодекса Российской Федерации).

В 2019 г. выявлено 41 (+22,7 %) преступление коррупционной направленности, но в сфере добычи и переработки, а также производства аква-культуры таких преступлений не выявлено.

Отметим еще одну проблему - проблему борьбы с организованной преступностью. Респонденты из числа сотрудников ОВД, специализирующихся на выявлении и раскрытии преступлений в рыбной отрасли, считают, что именно организованная преступность в решающей степени определяет характер криминализации отрасли, но их справедливые, на наш взгляд, слова не находят подтверждения в статистической отчетности ОВД России. Преступлений с квалифицирующими признаками «группой лиц по предварительному сговору» и «организованной группой» не выявлено. По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации16, за последние четыре года (20162019 гг.) 86 % уголовных дел от числа находящихся в производстве по преступлениям, предусмотренным ст. 256 УК РФ (основная квалификация), в суд направлены по первой части, а среди нарушителей природоохранного законодательства больше всего к ответственности привлекаются граждане, совершившие обычное браконьерство, которое не представляет большой общественной опасности. К примеру, из 11,5 тыс. человек, осужденных за совершение преступлений в сфере оборота водных биоресурсов, только 66 приговорены к реальному сроку наказания, остальные - к обязательным (исправительным) работам или оштрафованы.

Не секрет, что с учетом санкций западных государств в отношении отечественной экономики Российское государство вынуждено самостоятельно решать вопросы продовольственной безопасности. Поэтому Правительством страны в 2019 г. обновлена Государственная программа «Развитие рыбохозяйственного комплекса»17. Ее целью теперь является обеспечение перехода отрасли от экспортно-сырьевого типа к иннова-

16 См.: Статистические данные Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, полученные из статистических отчетов судов // Сайт. URL: http://www. cdep.ru (дата обращения: 20.04.2020).

17 См.: Редакция Госпрограммы «Развитие рыбохозяйственного комплекса», действие которой Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 марта 2019 г. № 324 продлено до 2024 г.

ционному типу развития на основе сохранения, воспроизводства, рационального использования водных биоресурсов, внедрения новых технологий и обеспечение глобальной конкурентоспособности вырабатываемых российским рыбохо-зяйственным комплексом товаров и услуг. Она состоит из шести подпрограмм: «Организация рыболовства», «Развитие аквакультуры», «Наука и инновации», «Охрана и контроль», «Модернизация и стимулирование», «Обеспечение создания условий для реализации государственной программы», на воплощение которых выделены значительные объемы государственных бюджетных средств. Например, на 2020 г. предусмотрено финансирование в размере 13,524 млрд рублей, на 2021 г. - 12,207 млрд рублей, на 2022, 2023, 2024 гг. - по 12,057 млрд рублей.

Выделение значительных денежных средств и отсутствие каких-либо контрольно-надзорных мероприятий по их сохранности, а также результатов работы правоохранительных органов по выявлению и раскрытию преступлений, связанных с хищением бюджетных средств в этой сфере, несомненно, вызовет интерес криминалитета и их воровство.

Рукопись поступила в редакцию 18.08.2020, принята к опубликованию 14.09.2020.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

Эдуард Анатольевич Васильев, доктор юридических наук, доцент, главный научный сотрудник отдела по исследованию проблем оперативно-розыскного обеспечения противодействия преступлениям экономической направленности в сферах национального хозяйства научно-исследовательского центра по исследованию проблем противодействия преступности в сфере экономики федерального государственного казенного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации»

E-mail: vea62@rambler.ru

Тел.: 8 (495) 214-23-67

Елена Олеговна Деревянко, кандидат юридических наук, доцент, начальник отдела по исследованию проблем оперативно-розыскного обеспечения противодействия преступлениям коррупционной направленности научно-исследовательского центра по исследованию проблем противодействия преступности в сфере эконо-

мики федерального государственного казенного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации»

E-mail: ederevianko4@mvd.ru Тел.: 8 (495) 214-23-57

INFORMATION ABOUT THE AUTHOR

Eduard A. Vasiliev, Doctor of Law, Associate Professor Chief Researcher of the Department for Researching Problems of Operational and Investigative Support of Counteracting Economic Crimes in the Spheres of the National Economy, Research Center for Researching Problems of Counteracting Crime in the Sphere of Economics, National Research Institute of the Ministry of Interior of the Russian Federation (Povarskaya Str., 25, b. 1, Moscow, 121069, Russian Federation) E-mail: vea62@rambler.ru Tel.: 8 (495) 214-23-57

Elena O. Derevyanko, Candidate of Law, Associate Professor Head of the Department for Research of Problems of Operational and Investigative Support of Counteracting Corruption-Oriented Crimes, Research Center for Researching Problems of Countering Crime in the Sphere of Economics, National Research Institute of the Ministry of Interior of the Russian Federation (Povarskaya Str., 25, b. 1, Moscow, 121069, Russian Federation) E-mail: ederevianko4 @ mvd.ru Тел.: 8 (495) 214-23-57

ВКЛАД СОАВТОРОВ

Оба автора внесли равный вклад в работу как на этапе проведения исследования, так и в ходе написания статьи.

AUTHORS' CONTRIBUTION

All authors made an equal contribution to the work both at the stage of the study and during the writing of the article.