Тренды цифровизации обрабатывающих отраслей промышленности Германии и России

Тренды цифровизации обрабатывающих отраслей промышленности Германии и России Digitalization trends in the manufacturing industry in Germany and Russia

ТОЛКАЧЕВ Сергей Александрович

Первый заместитель руководителя Департамента экономической теории ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве РФ, д.э.н., профессор Sergey A. TOLKACHEV

Doctor of Economics, Professor, First Deputy Head, Department of Theoretical Economics, Russian Federation Government University of Finance

МОРКОВКИН Дмитрий Евгеньевич

Ведущий научный сотрудник Центра региональной экономики и межбюджетных отношений ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве РФ», доцент Департамента экономической теории Финансового университета при Правительстве РФ, к.э.н. Dmitry E. MORKOVKIN

Candidate of Economics, Lead Researcher, Center for Regional Economics and Interbudgetary Relations at the Russian Federation Government University of Finance, Associate Professor of the Department of Theoretical Economics at the Russian Federation Government University of Finance

Аннотация:

Четвертая промышленная революция на основе подходов Индустрии 4.0 все более охватывает промышленность развитых стран мира. Циф-ровизация обрабатывающих отраслей промышленности становится двигателем цифровой трансформации всей экономики. Ключевым компонентом цифровой трансформации обрабатывающих производств становится внедрение киберфизических систем. В работе для оценки уровня цифровой трансформации вводятся новые понятия: индекс развития киберфизических систем, предлагаемый для отражения процессов Четвертой промышленной революции - Индустрии 4.0 и индекс

трансформации бизнес-модели, указывающий на динамику процессов Индустрии 3.0. Проведено сопоставление динамики индексов для обрабатывающих отраслей промышленности России и Германии.

Abstract: The Fourth industrial revolution based on the approaches of Industrie

4.0 increasingly covers the industry of the developed countries of the world. The digitization of manufacturing is becoming the engine of the digital transformation of the entire economy. The introduction of cyber-physical systems is becoming a key component of the digital transformation of the manufacturing industry. In order to assess the level of digital transformation, new concepts are introduced: the cyber-physical systems development index, proposed to reflect the processes of the Fourth Industrial Revolution - Industrie 4.0 and the business model transformation index, indicating the dynamics of Industrie 3.0 processes. A comparison of the dynamics of the indices for the manufacturing industries of Russia and Germany is completed.

Ключевые слова: Четвертая промышленная революция, Индустрия 4.0, цифровая трансформация производства, промышленный «Интернет вещей», индекс цифровизации обрабатывающих производств.

Keywords: Fourth industrial revolution, Industrie 4.0, digital transformation of the

manufacturing, Industrial Internet of Things, Digitalization index of manufacturing industries.

Ключевым трендом происходящей Четвертой промышленной революции на основе Индустрии 4.0 является цифровизация технологических процессов создания новой стоимости в материальном производстве. Сутью процесса цифровизации в условиях развертывания Четвертой промышленной революции становится процесс проникновения инфокоммуникационных и компьютерных технологий в технологии и бизнес-процессы реального сектора экономики.

В связи с этим внимание аналитиков привлекают вопросы, связанные с имплементацией глобальных трендов «Индустрия 4.0» в практику хозяйствования отечественных предприятий, и актуализируется научный поиск условий, механизмов и способов создания конкурентных преимуществ на этой основе для реального сектора российской экономики.

В настоящее время цифровизация уже охватывает предприятия авиационной, автомобильной, судостроительной, пищевой промышленности, атомной энергетики и ракетно-космического комплекса России. Создаются цифровые двойники продукции, производствен-

ные процессы дублируются в виртуальной среде. Начинается переход к распределенной модели создания продукции. Бурный подъем переживают компании, предоставляющие услуги по цифровизации.

Однако, на наш взгляд, цифровизацию производства у нас до сих пор смешивают с понятием информатизации или автоматизации бизнес-процессов. Данные процессы являются атрибутами Третьей промышленной революции и уже давно осуществляются в отечественной практике с помощью известных «коммодитизированных» на данный момент приложений и ИТ-систем (ERP, CRM) [1]. Однако для перехода в Индустрию 4.0 и глубинной сквозной автоматизации всей деятельности предприятия требуются принципиально новые виды технологий, меняющие привычные бизнес-модели [2].

Такими прорывными технологиями являются:

технология «Блокчейн»;

беспилотные устройства (дроны);

трехмерная печать;

виртуальная реальность;

дополненная реальность;

«Интернет вещей» (IoT);

искусственный интеллект;

робототизация технологических процессов.

В данном списке из восьми ключевых технологий будущего технологического уклада мировой экономики выделяем «Интернет вещей», который стоит на первом месте и окажет наибольшее влияние из всех остальных на формирование контуров новой экономики.

Предполагается, что технологии «Интернета вещей» принципиально изменят бизнес-модели предприятий — они станут более гибкими и более похожими на современный цифровой бизнес [3]. При этом указанная гибкость будет достигаться за счет глубокой кастомизации товаров и услуг, производство которых в условиях применения технологии «Интернет вещей» будет по себестоимости дешевле массового производства, представляющего собой краеугольный камень прошлых технологических укладов [4].

Существующие еще пока бизнес-модели предприятий, сформировавшиеся в эпоху Третьей промышленной революции, характеризуются [5, с. 335]:

1) единичным (разовым) предоставлением конечного продукта покупателю;

2) преобладанием в производственном процессе физических операций с предметами труда, бумажным документооборотом, отвлекающим на себя ресурсы живого труда;

3) высоким уровнем антропогенного воздействия на окружающую среду вследствие преобладания деструктивных технологических процессов производства готовой продукции над аддитивными;

4) наличием иерархичной структуры, выполнением всех трудовых и производственных процессов отдельно друг от друга;

5) культурой реализации предопределенных физических процессов. В условиях наступающей Четвертой промышленной революции, широкого применения технологии «Интернет вещей» ключевыми характеристиками бизнес-моделей предприятий будут выступать уже следующие:

1) регулярное итеративное взаимодействие с покупателем посредством предоставления сервисов;

2) интеграция и обработка больших данных и принятие «умных» решений. Электронный документооборот;

3) акцент на использование аддитивных технологических процессов при производстве продукции, работ и услуг;

4) гибкая структура, выполнение конечных взаимосвязанных процессов;

5) сформированная культура работы с большими данными. «Промышленный интернет вещей» позволяет оптимизировать производственные процессы, управление запасами и активами, а также обеспечивает техносферную безопасность, управление и контроль состояния сотрудников.

Таким образом, практическими результатами внедрения технологии «Промышленного интернета вещей» будут:

оптимизация производственных процессов с помощью проак-тивного мониторинга за работоспособностью оборудования, а также автоматизации управления режимами работы и загрузкой производственных мощностей;

эффективный мониторинг и управление активами за счет использования мобильных датчиков, обеспечивающих контроль состояния и местоположение машин;

повышение эффективности управления запасами за счет использования беспилотных погрузчиков, автоматизации контроля качества, контроля уровня запасов и условий окружающей среды на складских помещениях;

улучшение безопасности производства за счет использования датчиков инструмента и спецодежды, видео-мониторинга и контроля окружающей среды.

В нашей стране уже начали реализовываться проекты с применением технологии «Промышленного интернета вещей». Их классификация в систематизированном виде приводится в нижеследующей таблице.

Как видно из таблицы 1, в настоящее время в РФ присутствует незначительное число проектов, использующих в своей основе технологию «Промышленного интернета вещей». По нашему мнению, развитие ситуации такими же темпами в ближайшем будущем усугубит наше отставание от лидеров мировой экономики по внедрению ключевых технологий нового технологического уклада.

Таблица 1. Примеры внедрения технологии «Промышленного интернета вещей» в ключевых секторах экономики России

№ п/п Ключевой сектор экономики Проекты, реализуемые на основе технологии «Промышленного интернета вещей»

1 Электроэнергетика — Модернизация функции эксплуатации оборудования на АЭС; — Внедрение технологий Smart Grid; — Создание единой «технологической шины» — центра сбора технологической информации

2 Здравоохранение — Внедрение систем мониторинга пациентов; — Внедрение систем удаленного мониторинга показателей

3 Сельское хозяйство — Внедрение системы удаленного управления сельскохозяйственным сырьем; — Внедрение технологий «точного земледелия»; — Удаленный контроль местонахождения c/х техники и контроль потребления ГСМ

4 Транспорт и логистика — Внедрение системы отслеживания геопозициии состояния грузов; — Внедрение технологий «умного» управления транспортной инфраструктуры

5 «Умный город» — Мониторинг городского транспорта (подключенный транспорт); — Интеллектуальное управление освещением; — Автоматизация учета потребления ресурсов

6 «Умный дом» — Внедрение систем удаленного управления безопасностью; — Внедрения систем контроля потребления ресурсов; — Внедрение систем контроля и управления микроклиматом

Возвращаясь к проблеме оценки и измерения уровня цифровизации на основе промышленного «Интернета вещей», следует отметить, что наиболее адекватным международным рейтингом можно считать международный индекс I-DESI (International Digital Economy and Society Index) [6], впервые опубликованный Европейской комиссией в 2016 году. Индекс I-DESI, разработанный на основе индекса DESI для стран — членов Европейского союза, оценивает эффективность как отдельных стран Европейского союза, так и Европейский союз в целом по сравнению с Австралией, Бразилией, Канадой, Китаем, Исландией, Израилем, Японией, Южной Кореей, Мексикой, Новой Зеландией, Норвегией, Россией, Швейцарией, Турцией и Соединенными Штатами Америки. Индекс I-DESI использует данные из различных признанных международных источников, таких, как Организация экономического сотрудничества и развития, Организация объединенных данных, Международный союз электросвязи и других.

Индекс I-DESI учитывает пять основных параметров:

Связь. Этот параметр оценивает внедрение широкополосной инфраструктуры и ее качество.

Человеческий капитал. Параметр, измеряющий уровень навыков населения, необходимых для использования преимуществ, которые предоставляет цифровое общество.

Использование интернета. Этот показатель учитывает различные активности, которыми пользуются люди в интернете.

Интеграция цифровых технологий в бизнесе. Этот параметр измеряет цифровизацию бизнеса и использование онлайновых каналов продаж. Именно данный параметр фиксирует продвижение цифро-визации в промышленный сектор.

Цифровые государственные услуги. Здесь учитывается уровень использования цифровых услуг в государственном секторе, фокусируясь при этом на «электронном правительстве» (eGovernment).

В последнем релизе за 2018 год, подводящим итоги рейтингования за 2016 год, на первом месте находится Южная Корея. Дания занимает общее второе и 1-е место среди 28 государств — членов ЕС. Россия в общем списке из 45 стран (28 ЕС и 17 других стран) находится в конце, однако опережая Китай, Чили, Мексику, Турцию, Бразилию и четверку наименее развитых стран ЕС.

Если по показателю человеческого капитала Россия держится в середине списка, то использование интернета, интеграция цифровых технологий в бизнесе оставляют желать лучшего. А по показателю широкополосной инфраструктуры занимает последнее место.

В целом все наиболее популярные рейтинговые продукты, фокусируясь на универсальных или цифровых показателях конкурентоспособности, значительно недооценивают роль факторов и индикаторов циф-ровизации бизнеса, включая обрабатывающую промышленность. Между тем современная статистическая база уже задействовала набор показателей для измерения процессов цифровизации именно в промышленном производстве, что становится вектором и драйвером всей цифровой экономики. Так, статистический портал стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) [7] содержит специальный раздел «Инфокоммуникационные технологии в бизнесе», где можно задать параметры отбора, включающие страну, группу стран и отрасли, например обрабатывающую индустрию, и список из нескольких десятков конкретных показателей, отражающих процессы цифровизации.

Для оценки уровня цифровизации обрабатывающей промышленности на основе данной информации нами был разработан Индекс цифровизации обрабатывающих производств, состоящий из двух субиндексов:

1) индекс развития киберфизических систем;

2) индекс трансформации бизнес-модели;

При построении Индекса развития киберфизических систем мы отбирали такие показатели, которые наиболее точно отражают возможности использования цифровых технологий для преобразования производственного процесса в обрабатывающих отраслях. Композиция данного индекса включает следующие элементы:

1.1. Предприятия, использующие широкополосный доступ в интернет не менее 100 мбит/сек;

1.2. Предприятия, использующие технологии автоматической идентификации объектов (RFID);

1.3. Предприятия, использующие облачные сервисы;

1.4. Предприятия, использующие ERP;

1.5. Предприятия, использующие большие данные. Совокупность показателей, включенных в Индекс развития киберфизических систем, позволяет проследить, насколько технологическая оснащенность предприятий помогает выстраивать форматы цифрового отображения организации производства в режиме реального времени. Таким образом, данный индекс является отражением процессов Индустрии 4.0 и промышленного «Интернета вещей», т. е. настоящей современной цифровой трансформации производства, а не сферы обслуживающих производство процессов, которые уже давно развиваются и являются атрибутами эпохи Индустрии 3.0. Данные процессы мы предлагаем отражать в Индексе трансформации бизнес-модели, включающем следующие элементы:

2.1. Предприятия, имеющие веб-сайт, позволяющий делать заказы;

2.2. Предприятия, использующие CRM системы;

2.3. Предприятия, обменивающиеся электронной информацией с поставщиками и заказчиками (использующих EDI системы);

2.4. Предприятия, размещающие заказы с помощью компьютерных сетей.

Индекс трансформации бизнес-модели вбирает те показатели, которые отражают цифровизацию не основных производственных, а вспомогательных бизнес-процессов предприятия. Сюда включается инфокоммуникационные технологии, применяемые для связи с заказчиками, потребителями, поставщиками. EDI-системы (англ. Electronic data interchange - «электронный обмен данными») - серия стандартов и конвенций по передаче структурированной цифровой информации между организациями, основанная на определенных регламентах и форматах передаваемых сообщений. CRM-системы (Customer Relationship Management или Управление отношениями с клиентами) - это прикладное программное обеспечение, предназначенное для автоматизации стратегий взаимодействия с заказчиками (клиентами), в частности, для повышения уровня продаж, оптимизации маркетинга и улучшения обслуживания клиентов путем сохранения информации о клиентах и истории взаимоотношений

с ними, установления и улучшения бизнес-процессов и последующего анализа результатов.

Будем считать, что данный индекс отражает понятие «кибернетическая цифровизация», присущее предыдущей Третьей промышленной революции, эпохе автоматизированных систем управления (АСУ), в отличие от нынешней киберфизической цифровизации, соединяющей производственные и цифровые технологии.

Рассмотрим динамику показателей цифровизации обрабатывающих отраслей на примере Германии, лидера цифровой трансформации на основе Индустрии 4.0. Выбираем отрезок времени с 2011 года -официального объявления инициативы Индустрии 4.0 в Германии.

Таблица 2. Показатели кибернетической цифровизации обрабатывающей промышленности Германии

Доля предприятий обрабатывающей промышленности: 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

размещающих заказы с помощью компьютерных сетей 50,82 55,08 50,27 48,42 55,42 - 55,89 -

имеющих собственный веб-сайт 84,43 84,21 87,23 90,18 91,84 90,81 91,76 91,08

использующих CRM - - - 50,62 50,50 - 54,28 -

Использующих EDI - 13,52 14,42 13,31 15,79 14,06 14,56 10,67

Таблица 3. Показатели киберфизической цифровизации обрабатывающей промышленности Германии

Доля предприятий обрабатывающей промышленности: 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

использующих RFID 8,33 - - 23,93 - - 26,37 -

широкополосный доступ в интернет 89,90 90,78 87,72 93,91 94,38 93,50 94,07 92,80

ERP системы - 35,90 47,46 53,05 66,92 - 57,52 -

облачные сервисы - - - 9,78 - 13,87 - 19,08

большие данные - - - - - 4,82 - 11,71

Несмотря на неполный набор данных по годам, можно заметить уверенный рост показателей индекса киберфизической цифровизации при стабилизации и даже спаде показателей кибернетической цифровизации. Этот факт подтверждает гипотезу о переходе к Четвертой промышленной революции, цифровизации обрабатывающих отраслей.

Например, доля предприятий обрабатывающих отраслей промышленности Германии, использующих RFID, выросла с 2011 по 2017 гг. с 8 до 26%, т. е. более чем в три раза. Аналогичный показатель для Великобритании — 2,14 и 11,85%; Франции — 2,25 и 14.14%.

Таблица, отражающая кибернетическую цифровизации, свидетельствует о затухании данных процессов, т. е. об исчерпании потенциала пятого технологического уклада, связанного с информатизацией вспомогательных сфер деятельности. Предприятия обрабатывающей промышленности осознали, что с помощью собственного сайта, размещения и получения заказов через компьютерные сети уже нельзя повысить конкурентоспособность. Технологии кибернетической цифровизации утратили свою эффективность, достигли пределов эффективной рентабельности.

Приведем соответствующие показатели цифровизации обрабатывающих отраслей российской экономики. Статистические данные были отобраны нами в ежегодных сборниках «Индикаторы цифровой экономики» за 2016 — 2019 гг., издаваемых Институтом статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ. Предшествующие выпуски статистических сборников применяли иную методологию и не выделяли обрабатывающие производства. Кроме того, до сих пор не применяется в статистическом учете показатель, связанный с использованием больших данных промышленными предприятиями.

Как известно, ИСИЭЗ разработал индекс цифровизации бизнеса, который характеризует скорость адаптации к цифровой трансформации организаций предпринимательского сектора в России, странах Европы, Республике Корея, Турции и Японии. Индекс рассчитан по следующим пяти показателям: уровень использования широкополосного интернета, облачных сервисов, RFID-технологий, ERP-систем и включенность в электронную торговлю. Лидирующую позицию среди указанных стран занимает Финляндия со значением Индекса на уровне 50 пунктов. Далее следуют Бельгия (47), Дания (46), Республика Корея (45). Россия (28 пунктов) находится в конце списка в одном ряду с такими странами Центральной и Восточной Европы, как Болгария, Венгрия, Польша и Румыния [8].

На наш взгляд, смешение в одном индексе показателей, характеризующих цифровизацию основных технологических и вспомогательных процессов, методологически неточно отражает суть происходящих процессов в разрезе их смыслового деления на Индустрию 3.0 и Индустрию 4.0. Наш подход позволяет более четко отделить эти процессы. Кроме того, индекс цифровизации бизнеса ИСИЭЗ охватывает все предпринимательские организации, в то время как наш подход более адекватно отражает процессы цифровизации именно в обрабатывающих отраслях промышленности.

Таблица 4. Показатели кибернетической цифровизации обрабатывающей промышленности России

Доля предприятий обрабатывающей промышленности: 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

размещающих заказы с помощью компьютерных сетей 50,82 55,08 50,27 48,42 55,42 - 55,89 -

имеющих собственный веб-сайт 53,3 56,5 57,9 55,9 57,5 62,3 63,8 -

использующих CRM - - - - 15,0 - 17,6 -

использующих EDI - - - - - 19,3 19,5 -

Таблица 5. Показатели киберфизической цифровизации обрабатывающей промышленности России

Доля предприятий обрабатывающей промышленности: 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018

использующих RFID - - - 7,00 8,60 8,70 10,70 -

широкополосный доступ в интернет 78,5 88,10 89,70 90,90 90,20 91,30 91,60 -

ERP-системы - - - - 21,00 22,10 27,1 -

облачные сервисы - - - 13,4 20,0 23,2 25,7

большие данные ------- -

Что можно заметить, помимо существенного отставания почти всех российских показателей от германских? Во-первых, российская обрабатывающая промышленность продолжает догоняющую кибернетическую цифровизацию. Особенно об этом свидетельствует динамика показателей собственного веб-сайта и использования CRM-систем. Во-вторых, в области киберфизической цифровизации настораживает не только значительное отставание, но и низкие темпы прироста всех показателей, за исключением широкополосного доступа в интернет. В-третьих, нельзя не отметить отставание российской системы статистического учета от стандартов ОЭСР, поскольку до сих пор отсутствуют сведения об использовании больших данных в обрабатывающей промышленности

Таким образом, ключевые риски социально-экономической системы России, связанные с формированием нового VI технологического уклада, неоиндустриализацией и Четвертой промышленной революцией, коренятся в настоящее время в процессе отстающей модернизации обрабатывающих отраслей промышленности. Неоинду-

стриализация в развитых странах заключается в реконфигурации производственных цепочек, на основе интеграции новых информационных технологий (BigData, блокчейн, самообучающиеся нейронные сети и т.д.) и собственно технологий обработки сырья и полуфабрикатов. Результат данного процесса, получивший название «киберфизические системы», является основным технологическим и организационным преимуществом промышленности нового поколения.

Важность стратегического пути по развитию в нашей стране «Цифровой экономики» не вызывает сомнений. Вместе с тем практическое создание для нее институциональных предпосылок запаздывает и несет в себе риски смещения нашей страны на «задворки» мировых лидеров в международном разделении труда и в условиях нового технологического уклада.

Для того чтобы этого не произошло, необходимо предпринять ряд усилий. Выделим наиболее существенные из них:

1) обеспечение трансфера технологий и опыта их применения из т. н. международных центров передового опыта в сфере цифровых технологий;

2) отбор и запуск значимых проектов по внедрению цифровых технологий в практику работы компаний и организаций на условиях государственного софинансирования из бюджетов всех уровней;

3) предоставление льготных режимов налогообложения тем хозяйствующим субъектам, которые инвестировали средства в технологии цифровой экономики;

4) осуществить подготовку специалистов, квалификация которых позволит управлять проектами цифровизации технологических процессов российских предприятий в жестких условиях внешней среды;

5) оказание консультационной помощи российским предприятиям и их объединениям по созданию таких инструментов управления циф-ровизацией, как «Цифровая модель зрелости бизнеса», «Центр передового опыта/дизайн-мышление», «Структура модели ИТ-функции», «Система цифровых решений», «Структура цифровой архитектуры», «Модель, обеспечивающая прозрачность затрат на ИТ» и т.п.

Предложенный комплекс мер позволит единовременно в разы повысить рентабельность предприятий данной реального сектора экономики и обеспечит увеличение доли инновационной продукции в объеме производства предприятий несырьевых отраслей промышленности.

Библиографиче

ский список:

1. Коряков А.Г. Конкурентоспособность как фактор экономической динамики промышленных предприятий // Образование. Наука. Научные кадры. 2012. № 5. С110-114.

2. Пуха Ю. Как России перейти к «Индустрии 4.0» // Ведомости. 10.03.2017. Электронный ресурс. Режим доступа: https://

www.vedomosti.ru/ technology/blogs/2017/03/10/680657-industrii-40 (дата обращения 30.06.2019).

3. Толкачев С.А, Михайлова П. Ю., Нартова Е.Н. Цифровая трансформация производства на основе промышленного интернета вещей //Экономическое возрождение России. 2017. № 3 (53). С. 79-89.

4. Толкачев С.А. Неоиндустриальное развитие как завершение диктатуры закона стоимости //В книге: Воспроизводство России в XXI веке: диалектика регулируемого развития. К 80-летию выхода в свет книги Дж.М. Кейнса „Общая теория занятости, процента и денег" сборник тезисов докладов. Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации. 2016. С. 170-173.

5. Федотов А.В., Алексахина В.Г., Хорошавина Н.С., Банк С.В., Шутова Т.В. и др. Модернизация промышленных предприятий. Экономические аспекты и решения. Монография. - М.: Издательство ООО «Научный консультант». 2016. С. 335.

6. Международный индекс цифровой экономики и общества Электронный ресурс. Режим доступа: https://ec.europa.eu/digital-single-market/en/news/international-digital-economy-and-society-index-2018 (дата обращения 30.06.2019).

7. Статистический портал ОЭСР. Раздел «Информационные и коммуникационные технологии», подраздел «Использование ИКТ в бизнесе» Электронный ресурс. Режим доступа: https://stats.oecd.org/ (дата обращения 13.07.2019).

8. Индикаторы цифровой экономики: статистический сборник / М.: НИУ ВШЭ, 2016-2019. Электронный ресурс. Режим доступа: https:// issek.hse.ru/news/244878024. html (дата обращения 13.07.2019).

List of References: 1. Koriakov A.G. Konkurentosposobnost kak faktor ekonomicheskoi dinamiki

promyshlennykh predpriiatii // Obrazovanie. Nauka. Nauchnye kadry. 2012. № 5. S. 110-114.

2. Pukha lu. Kak Rossii pereiti k «industrii 4.0» // Vedomosti. 10.03.2017. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: https:// www.vedomosti.ru/ technology/blogs/2017/03/10/680657-industrii-40 (data obrashcheniia 30.06.2019).

3. Tolkachev S.A., Mikhailova P.lu., Nartova E.N. Tsifrovaia transformatsiia proizvodstva na osnove promyshlennogo interneta veshchei.//Ekonomicheskoe vozrozhdenie Rossii. 2017. № 3 (53). S. 79-89.

4. Tolkachev SA. Neoindustrialnoe razvitie kak zavershenie diktatury zakona stoimosti.//V knige: Vosproizvodstvo Rossii v XXI veke: dialektika reguliruemogo razvitiia. K 80-letiiu vykhoda v svet knigi Dzh.M. Keinsa „Obshchaia teoriia zaniatosti, protsenta i deneg"sbornik tezisov dokladov. Finansovyi universitet pri Pravitelstve Rossiiskoi Federatsii. 2016. S. 170-173.

5. FedotovA.V., Aleksakhina V.G., Khoroshavina N.S., Bank S.V., Shutova T.V. i dr. Modernizatsiia promyshlennykh predpriiatii. Ekonomicheskie aspekty i

resheniia. Monografiia. M.: Izdatelstvo OOO «Nauchnyi konsultant». 2016. S. 335.

6. Mezhdunarodnyi indeks tsifrovoi ekonomiki i obshchestva Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: https://ec.europa.eu/digital-single-market/en/news/international-digital-economy-and-society-index-2018 (data obrashcheniia 30.06.2019).

7. Statisticheskii portal OESR. Razdel «Informatsionnye i kommunikatsionnye tekhnologii, podrazdel «Ispolzovanie IKTv biznese» Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: https://stats.oecd.org/ (data obrashcheniia 13.07.2019).

8. Indikatory tsifrovoi ekonomiki: statisticheskiisbornik /M.: NIU VShE, 2016 -2019. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: https://issek.hse.ru/news/244878024. html (data obrashcheniia 13.07.2019).

Контактная Толкачев Сергей Александрович

информация: e-mail: SAToLkachev@fa.ru

Морковкин Дмитрий Евгеньевич e-mail: DEMorkovkin@fa.ru