Неврология 40+

Неврология 40+

Неврология

Ольга Давьян

Врач-невролог Центра неврологии доктора Шахновича

Елена Женина: В гостях у меня сегодня Давьян Ольга, врач-невролог в центре неврологии доктора Шахновича. Говорить мы сегодня будем о том, какие заболевания позвоночника мы имеем к сорока годам, откуда они появляются, что с этим сопряжено, как с ними бороться, какие есть методы, способы лечения.

Давай начнём с того как мы их вообще зарабатываем? Мы с ними рождаемся или мы их приобретаем во время взросления, роста, неправильного сидения? Рассмотрим обычные жизненные ситуации, с которыми мы сталкиваемся.

Ольга Давьян: Изначально, конечно, врождённые патологии достаточно тяжёлые. Это отдельная история. Мы начнём с возраста четырёх-пяти лет, когда родители начинают активно выдавать детей в кружки, на танцы. Детский возраст четырёх-пяти лет, когда родители думают активно, куда дальше ребёнка отдать. Либо это боевые искусства, либо танцы. Погружаясь в атмосферу активной работы, мощной физической нагрузки, родители немного упускают тот момент, что ребёнок ещё формируется, он ещё растет, и где-то нужно ему помогать расслабляться. В нашей системе, если брать крупные города, есть ещё и такое понятие, как спортивный доктор, но, если немного отдалиться, такого понятия нет. Поэтому, дети, нагружаясь шесть, а то и семь раз в неделю, не имеют отдыха, который должен быть хотя бы в середине недели.

Елена Женина: А что из-за этого происходит?

Ольга Давьян: Идёт перенапряжение, активное перенапряжение мышц. Оттуда возникают и сколиозы, и в дальнейшем проявления после 40 лет, чаще всего после 40 лет появляются. Плюс, здесь же накладываются школьные годы, к активной, мощной физической нагрузке добавляется ещё и школа, когда мы сидим по шесть, по семь часов. Далее, в более старших классах, конечно же, добавляются репетиторы, дополнительные курсы. Ребёнок уже годам, наверное, к двадцати имеет хорошие проблемы с позвоночником. Если рассматривать именно юность, что мы можем в данный период, как мы можем помочь ребёнку, это обязательно чередовать период физической нагрузки и период расслабления.

Елена Женина: Что ты подразумеваешь под расслаблением? Просто лечь и полежать?

Ольга Давьян: Пожалуй, грамотные руки массажиста, человека, который работает с детишками. Обязательно раз в неделю показываться и делать курсы массажа. Обязательно стараться с детства приучать ребёнка к тёплой воде, ходить, наверное, в легкие бани, чтобы мышцы прогревались. С возрастом это будет намного полегче, когда уже ребёнок привыкший. С детства приучать к смене температуры, то есть холодный и горячий душ. Обязательно контрастный душ, здесь хорошо работает. Сосуды хорошо кровоснабжают нашу мышцу. В дальнейшем, особенно в сезон, начинаются заболевания. Почему? Потому что наши сосуды не готовы к смене температуры, соответственно, уменьшается кровообращение в мышцах, начинается воспалительный процесс. Оттуда и боли в суставах, и в позвоночнике появляются. Начинать надо с детства. Нужно следить особенно, чаще всего это с мышцами, работа с мышцами хорошая, расслаблять мышцы посредством рук массажиста. Следить за осанкой, как он сидит. Далее, наверное, институтские годы: продолжаем следить за спинкой. Здесь можно подключать более активные занятия: плавание, чтобы разгружать.

Елена Женина: Плавание является тоже расслабляющим?

Ольга Давьян: Да, расслабляющее крупные мышцы, глубокие мышцы. Идёт воздействие на глубокие мышцы и укрепление именно мышечного корсета, который держит нашу спинку в дальнейшем. Далее мы, наверное, добавляем элементы физкультуры. Не обязательно бежать в спортивные залы и загружать себя хорошими, тяжёлыми объёмами. Это именно специальные упражнения, чтобы держать мышцы в тонусе. Именно глубокие мышцы.

Елена Женина: Как раз в этом возрасте, условно до 20-ти, скажем, очень часто бывает и сколиоз, и плоскостопие одновременно. Что первичней возникает? Сколиоз от плоскостопия или плоскостопие от сколиоза? Есть какие-то данные, врачебные наблюдения?

Ольга Давьян: Таких работ мы не проводили сами, не исследовали. В принципе, обычно течёт всё вместе. Тут и скручивание — сколиоз, и разница в высоте лопаток, скручивание таза, дальше уже постепенно, как строится домик. Фундаментом наши стопы и являются. Поэтому здесь и плоскостопие появляется.

Елена Женина: У нас, в принципе, сколиоз бывает у всех. Третья степень - это, конечно, уже совсем плохо, но первая, вторая – мне кажется, нет людей без сколиоза. К сорока годам мы приходим с определённым грузом заболеваний, которые у нас были: ни расслабленных мышц, ни всего остального. Если мы не делаем массажи, если мы не учим себя расслабляться, не следим за своей мышечной системой, за своим каркасом, за своим позвоночником, что у нас происходит условно, в тридцать пять-сорок? Что мы имеем?

Ольга Давьян: Стоит, наверное, сказать, что сейчас достаточно помолодели заболевания и мы уже видим, что в 20 лет приходят ребята с хорошими межпозвонковыми грыжами. К сожалению, более жестокие стали заболевания, но, наверное, здесь огромное давление за счёт образа жизни. К тридцати пяти — сорока годам мы уже видим дегенеративно-дистрофические изменения самого хряща, самого диска. Также изменения уже и костной структуры, когда идут небольшие костные разрастания. Если мы не будем уделять внимание своему здоровью, эти разрастания будут увеличиваться и дальше будет сложнее с ними бороться.

Елена Женина: Откуда вообще берутся грыжи и протрузии? Понятно, что к 40 годам мы можем заиметь эти проблемы в силу того, что мы неправильно сидим, неправильно лежим, неправильно ходим, мало двигаемся. У молодёжи откуда это берётся? С чем это связанно?

Ольга Давьян: Всё, наверное, с детства, когда начинаются те же мышечные спазмы. Получается, с одной стороны мышцы спазмированы, другая расслаблена. Постепенно формируется сколиоз. Позвоночник наш — это амортизатор. Когда мы начинаем ходить, при сколиозе амортизатор не так хорошо срабатывает, в этой ситуации диски быстрее начинают стираться. Болезни помолодели за счёт того, что спинки у нас сколиотические, давление достаточно большое оказываем на диски, дегенеративно-дистрофические изменения происходят гораздо раньше.

Мышцы ребёнка надо не только нагружать, но и правильно расслаблять. Мышечные спазмы способствуют развитию сколиоза

Елена Женина: Какие способы существуют, чтобы предотвратить эти изменения? Или помочь, когда они уже возникли.

Ольга Давьян: Массаж, лечебная физкультура. Велотренажёр, пожалуйста, хорошо влияет и на поясничный отдел позвоночника, и на суставы. Обязательно уделяем внимание весу, чем больше вес, тем больше увеличивается нагрузка на наши диски и суставы, в том числе. Правильное питание, достаточно обогащенные цинком и кальцием продукты питания. Должен быть хороший мультидисциплинарный подход. Не только мы говорить о том, что давайте, занимайтесь физкультурой и всё будет у вас хорошо. Обязательно мы показываем человека эндокринологу, чтобы посмотреть, насколько хороши обменные процессы. Если там всё в порядке, тогда уже рассказываем именно об образе жизни. Надо в целом поменять образ жизни, уменьшить статику и больше двигаться. Добавляем и бассейн, и физкультуру, небольшие занятия с растяжкой. Можно использовать йогу. Всё это приветствуется активно. Когда приходит человек в возрасте, допустим, сорок и плюс, мы уже сталкиваемся с хорошими изменениями в позвоночнике, и чаще всего работа идёт поэтапная. В основном, люди приходят уже с хорошим болевым синдромом. Для этого мы сначала снимаем причину: воспаление и отёк. Далее, всё равно мы приходим к тому же — к укреплению мышц спины.

Елена Женина: А какие существуют методы снятия болевого синдрома, снятия мышечного отёка? Что ты используешь в своей работе?

Ольга Давьян: В зависимости от степени болевого синдрома есть несколько подходов. Сейчас активно развивается интервенционные методы лечения боли, когда делаются глубокие блокады под контролем УЗ-навигации или под контролем CDK, то есть рентген-навигации. Это блокады, которые подходят непосредственно либо в межпозвонковое пространство, либо интроплеменарно, то есть все достаточно близко к воспалённому нерву. Если болевой синдром менее выраженный, тогда мы используем более щадящие методики. Это может быть PRP-терапия, может быть озонотерапия, методы подколов, может быть смело гомеопатия, CLT-дискус. То есть, кто с чем привык работать, кто видит по своей практике хорошие результаты. Траумель, пожалуйста, всё можно использовать при местном подколе.

Мы всегда обязательно говорим о комплексном подходе. Добавляем физиотерапевтические методы, в принципе, обширный ряд того, что можно подключить. Например, токи. Если болевой синдром хороший, то мы подключаем обязательно синусо-моделированную терапию, диадинамики, это всё физиотерапевтические методики, связанные с током. Они хорошо убирают болевой синдром. Плюс, можно добавлять лазеротерапию, магнитотерапию. Здесь мы исходим из показаний и противопоказаний, потому что с физиотерапией надо быть достаточно осторожным при наличии сопутствующих патологий. Опять же, тут идёт мультидисциплинарный подход. Человеку в возрасте сорок плюс никогда не буду назначать физиотерапевтическую методику, не проконсультировавшись перед этим у того же кардиолога, есть или нет мерцательная аритмия, выявление стенокардии без даже суточного монитора. Прежде чем назначить лечение при заболевании позвоночника, сначала идёт консультация кардиолога и вешаем суточный монитор ЭКГ и артериального давления.

Елена Женина: Да, чтобы понять, можно ли использовать в лечении микротоковые.

Ольга Давьян: В принципе, мы начинаем сейчас углубляться, потому что нет единого понимания, как подходить к этим заболеваниям. Кто как привык. Кто-то одной физкультурой. Монотерапия, как мы считаем, здесь не должна быть, потому что монотерапией мы можем убрать какие-то симптомы, причину никогда монотерапией не уберём. Сейчас мы разрабатываем единый план и обширной лабораторной диагностики вместе с эндокринологами, кардиологами, и функциональной диагностики, чтобы понимать именно причину, почему идёт разрушение. Та же денситометрия, особенно у женщины в возрасте после менопаузы, когда мы смотрим наличие остеопороза, тоже немаловажный момент. Именно понимать причину, почему болит. Если мы в возрасте 20-30 лет видим в основном мышечно-тонический синдром, когда боли связаны, в основном, с перенапряжением мышц, то есть мышечным спазмом, либо физическим, либо эмоциональным, то уже в возрасте сорок плюс и дальше мы видим, действительно, даже наполовину проявление каких-то других заболеваний. Либо идут параллельно два заболевания, которые друг друга усугубляют. Мы пытаемся сейчас проникнуть именно в эту тематику и выявить основную причину.

Елена Женина: Скажи пожалуйста, протокол диагностики пациента двадцати, тридцати и сорока – он, естественно, разный. Если в 20 мы смотрим просто на мышечный тонус и сколиотические изменения, то в 30 ты уже назначаешь консультацию у других коллег и, соответственно, пациент должен сдать какие-то анализы. Мы, наверное, озвучим, что нужно сдавать в 30 лет, что нужно сдавать в 40 лет, что нужно сдавать, допустим, в 50 лет. Каких врачей нужно посещать чтобы была более или менее понятная картина.

Ольга Давьян: Если начать с двадцати лет, то здесь, наверное, достаточно будет рентгенологического снимка, обычного рентгена. На рентгене, в принципе, грамотный доктор может заподозрить какие-то серьёзные изменения. Тогда мы можем добавить и МРТ-снимки. Что касается 30 лет, то здесь обязательно идёт МРТ. Также лабораторная диагностика: всегда смотрим наличие воспаления в крови, реакции, общий анализ крови, СОЭ, C-реактивный белок — всё просматриваем. К сорока годам мы добавляем все ревматоидные факторы: мочевую кислоту, поскольку всё равно позвоночник сопряжён с суставами. Очень часто приходят с болями не только в позвоночнике, но и в суставах. Поэтому мы назначаем именно всю лабораторную диагностику, касаемую ревматоидных артритов, реактивных артритов и подагрических артритов. Плюс, мы смотрим ионизированный кальций, в каком он у нас количестве. Кардиологические обследования: всё что касается ритма сердца, в основном.

Елена Женина: Когда подключаете эндокринолога? При каких симптомах?

Ольга Давьян: Сейчас проблема ожирения достаточно актуальна, поэтому эндокринолога, наверное, особенно после менопаузы, то есть в возрасте пятидесяти пяти уже назначаем эндокринолога. Если есть какие-то варианты предыдущих обследований щитовидной железы, особенно, если боли в шейном отделе с радиацией в плечи, руки, голову, цервикалгия присутствует и в анамнезе есть узлы щитовидной железы, то в обязательном порядке на консультацию эндокринолога.

Елена Женина: Что такое остеохондроз? Когда боли в спине, все мы почему-то говорим: это у нас остеохондроз. Пощёлкали, головой покрутили и пошли дальше. Опасно это или не опасно, стоит ли на него обращать внимание или не стоит? Или можно с ним ходить дальше и не обязательно идти при этом к врачу?

Ольга Давьян: Остеохондроз сам по себе это изменения именно дисков, дегенеративно-дистрофические изменения дисков. Они включают в себя именно изменения хрящевой ткани самих дисков. Здесь мы возвращаемся к тому, что диски наши — это амортизаторы, при чрезмерной нагрузке, при сколиотической спине нагрузка увеличивается, поэтому диски потихонечку стираются. Плюс, немаловажно употребление достаточного количества воды, потому что процентов на 80 диски состоят у нас из воды, поэтому с возрастом мы остеохондроз и имеем, то есть изменения самой хрящевой ткани. Как с этим бороться? Возвращаемся к основным методикам лечения. Первоначально, в острый период – воспаление и отёк, и второй этап уже идёт — этап реабилитации и мышечной коррекции.

Елена Женина: Когда мы принимаем какие-то препараты типа акульего хряща, вообще, они помогают или нет? Сейчас очень популярная тема.

Ольга Давьян: По хондропротекторам хорошей базы нет, доказательной базы о том, что они действительно работают. Мы сами не фиксировали на повторных снимках изменения хрящевой ткани. Мы подходим к этому вопросу с позиции, что не навредит однозначно, поможет — вопрос спорный. Доказательной базы абсолютно нет. Добавки типа коллагена, эластина, которые тоже сейчас широко рекламируются, не мешают жить. Тот же вариант отсутствия доказательной базы по этим препаратам.

Елена Женина: То есть, мы говорим больше об аллопатических медицинских средствах, или о гомеопатических, но направленных, которые мы используем в практике.

Ольга Давьян: Да сейчас, в принципе, алгоритм уже у нас достаточно отработан за многие годы. Наверное, нужно начать с того, чем человек может помочь себе дома, а потом уже перейти, чем мы можем в клинике.

В первые, наверное, три дня при боли в спине, по стандартам и по практике, человек должен использовать нестероидные противовоспалительные средства. Когда мы имеем возраст сорок плюс, как наша тематика. Когда появилась боль в спине, то первое что мы делаем – принимаем имеющиеся у нас противовоспалительные препараты. Излюбленный диклофенак найс, всё, что есть под рукой. Но принимаем не более трёх дней. Также мы добавляем излюбленные мази. Если в течение трёх дней это нам не помогает, тогда уже целесообразно обращаться к доктору. Чаще всего, честно, по практике, люди приходят уже достаточно в запущенном состоянии, потому что лечились самостоятельно, или не лечились в течение года.

Елена Женина: Ну да: где три дня — там и пять. Где пять — там и семь. Потом уже отпустило.

Ольга Давьян: Да, и вроде как привыкаешь. Вроде отпустило, а вроде появилось и привыкаешь. Вот мы и видим хороший воспалительный процесс, хороший отёк, который даже виден не только пальпаторно, руками невролога, но и глазом человека, того же пациента. Здесь уже, конечно, используются методики подведения препарата именно приближённо к диску или к нервам, к корешку. Программы, наверное, должны быть; очень часто мы видим ситуацию, что люди хотят избавиться от боли за один день, за первую же блокаду, хотя ходят уже в течение многих лет с болью. Тут мы объясняем, что продолжительность реабилитации – достаточно длительный период, курсы занимают, как минимум, десять - пятнадцать дней. При этом, наверное, дней пять — это работа, чётко целенаправленная на противовоспалительную, противоотёчную.

Наверное, ошибка многих врачей, когда при наличии воспалительного процесса назначаются массажи. Очень много мы сталкиваемся с этой проблемой, что при наличии отёка улучшают микроциркуляцию, тем самым увеличивают отёк, добавляют отёк. К сожалению, дальше уже нам работать становится всё сложнее. Поэтому, наверное, совет врачам: не только смотреть снимки, хотя, если они их смотрят — уже хорошо, но ещё и добавлять пальпаторные методы обследования пациента. Смотреть наличие отёка. Также на снимках, если грамотно посмотрит, отёк видно, и на снимках, и под связкой. Обязательно чётко разделять период: то ли это мышечно-тонический синдром, когда мы можем назначить сразу же массаж, либо это острый период, завязанный на воспалительном процессе.

Елена Женина: У нас с тобой очень много тем по болезни позвоночника. Конечно, всех мы не сможем осветить в сегодняшней программе. Давай, поговорим о такой распространённой теме, как межрёберная невралгия, когда то там закололо, то здесь закололо, то тут прострелило. Как на это реагировать? Что в этой ситуации делать?

Ольга Давьян: Опять же, мы будем возвращаться к детству. К нашим сколиозам, в основном, всё идет оттуда. Вообще, изменения в грудном отделе позвоночника, те же протрузии, те же грыжи, бывают достаточно редко. В основном, вся невралгия идёт за счёт нестабильности боковых фасеточных суставов и изначально с детского сколиоза. Всё идёт оттуда. Методики здесь, в основном, идут ручные – мануальная терапия, остеопатия, массажи именно здесь применительны. Если это не длительные, не затяжные периоды межрёберной невралгии, когда человек не может и вздохнуть от болевого синдрома, тогда мы их смело используем. Опять же, не будем забывать, что у нас есть медицинская аппаратура для вытяжения позвоночника. Конечно, рост ему не прибавляем, но убираем внутридисковое давление и расслабляем именно боковые фасеточные суставчики.

Изначальной причиной невралгий является детский сколиоз

Елена Женина: В домашних условиях есть какие-то упражнения, которые позволяют расслабить позвоночник и дать ему эффект вытяжения?

Ольга Давьян: Есть определённые комплексы лечебной физкультуры. Очень любят у нас висеть на турнике, облегчение временное облегчение. Немного расслабляем мускулатуру, но длительного результата мы не получим. Лучше проработать, узнать программу грамотной лечебной физкультуры и постоянно заниматься лечебной физкультурой. Если будет создан хороший мышечный корсет, то обострения хронического заболевания позвоночника будут встречаться достаточно редко, чем мы и пытаемся заниматься. То есть, прорабатывать хорошо человека, досконально и по причинам, и по симптомам, чтобы увеличить промежутки между обострениями. Никто не говорит о том, что мы вылечиваем полностью, особенно, если там грыжеобразование. Мы пытаемся именно увеличить промежутки обострения.

Елена Женина: По твоей практике, почему сейчас стало больше грыж и протрузий? Потому что аппаратура стала более новая, которая видит больше, чем видела раньше? Раньше были МРТ с мощностью одна Тесла, а сейчас уже до шести доходит, соответственно, мы видим то, что не видели N-ое количество лет назад, не говоря уже о рентгене. Или, всё-таки, действительно мы ведём неправильный образ жизни, из-за чего у нас и возникают заболевания?

Ольга Давьян: Конечно, с аппаратурой стало гораздо интереснее. Даже раньше мы делали чаще компьютерный образ, сейчас МРТ. То есть, приходят снимки с компьютера – там одна протрузия, буквально месяц приходит с МРТ – там уже четыре протрузии и одна грыжа. Конечно, МРТ сейчас – достаточно чёткий диагностический метод.

Елена Женина: То есть, не значит, что пациенту за месяц стало хуже. Просто значит, что он делал диагностику на разной аппаратуре. Потому что это тоже очень важный момент.

Ольга Давьян: Да. Плюс еще специалист, который работает на МРТ и, самое главное, врач. Врач, всё-таки, должен описывать. Распространённая ошибка, что многие врачи-неврологи читают заключение, но нет понимания, как читать снимки. Грамотный невролог должен посмотреть снимки и описать их самостоятельно. Да, миллиметры какие-то, чтобы не считать масштаб лишний раз, может посмотреть специалист. И, конечно же, это образ жизни. Очень многое даёт сидячий образ жизни, если рассматривать ту же поясницу; когда мы сидим, нагрузка на поясницу увеличивается на 300 процентов. Делаем выводы, что, проживая в крупных городах, находясь процентов 30 как минимум, 40 в пробках в течение дня, мы увеличиваем нагрузку. Когда стоим, немного другой механизм, менее выражена нагрузка. Именно когда сидим. Мы тут предлагаем вариант либо стоять, либо лежать, лучше выбирать из этих двух вариантов, чем сидеть. Потому что нагрузку увеличиваем, именно когда сидим.

Елена Женина: Поэтому, если мы сидим, надо вставать и двигаться. Хотя бы каждый час.

Ольга Давьян: Обязательно, да. Опять же, вернувшись в детство, в школе сейчас вроде стали в первых классах делать перерывы через 15 минут, хорошие учителя, поднимают детишек, пару минут они двигаются, обязательно делать разгрузки. Женщины очень любят сидеть достаточно длительное время за компьютером. Опять же, встаём, немного двигаемся, меняем положение, походить, поприседать. Не сидим, обязательно не сидим. Едем в метро: лучше постоять, чем присесть. Надо помнить обязательно: когда сидим — нагрузка увеличивается.

Есть определённый ряд заболеваний, при которых пациенты жалуются, что «Когда я стою, становится хуже. Мне легче сидеть, чем стоять». Здесь уже задействованы именно боковые фасеточные суставы. Опять же, всё связано с позвоночником, но патология другая и лечить её нужно по-другому. Здесь уже индивидуальный подход. Но, в общей рекомендации, всё равно поменьше сидеть, побольше двигаться, поменьше кушать, с повышенной массой тела нагрузку, опять же, мы увеличиваем.

Елена Женина: Что такое радикулит и откуда они берутся?

Ольга Давьян: Радикулит — это воздействие на нервные корешки. Когда та же грыжа давит на нервные орешки и идёт воспаление нервного корешка, которое идёт либо, если это поясничный отдел, в ноги, либо, шейный отдел, в руки. Здесь воспаление самого нерва, лечение посложнее идёт, оно и более длительное. Если с мышечно-тоническим синдромом можно справиться в первые десять дней однозначно, то с радикулитом, то есть воспалением нервного корешка, мы уже говорим о сроках, наверное, в течение месяца. Потому что нерв после сдавления, после отёка восстанавливается в течение месяца. Здесь к терапии мы подходим достаточно узко. Обязательно идёт не только местное применение блокад, здесь идёт и системное воздействие, и внутривенно, капельно идут препараты. Подход к лечению получается достаточно обширный.

Елена Женина: Резюмируя нашу программу, можно сказать, что все болезни из детства. Понятно, что за всем нужно следить, нужно стараться себя расслаблять. Больше двигаться, ходить. Есть ли положительные моменты в этом? Мы можем вылечить протрузии или грыжи? Или, если они уже появились, то мы с ними живём?

Ольга Давьян: С протрузиями немножко полегче. Здесь мы видим положительный вариант, когда за счёт того, что убираем внутридисковое давление, подтягивается протурзия. С грыжами будет посложнее. Самый основной момент – зафиксировать это на одном уровне, когда мы убираем воспалительный процесс, убираем отёк с тканей. Болевой синдром при наличии грыжи редко бывает за счёт самой грыжи. В основном, болевой синдром идёт за счёт мышечно-тонического синдрома. Если появляется болевой синдром от грыжи, то это уже хороший неврологический болевой синдром, с распространением, с хорошей радиацией. Поэтому, наверное, самое основное – зафиксировать на том уровне, который сейчас есть, с которым пришёл к нам пациент, не давать процессу распространяться далее, зафиксировать и держать.

Елена Женина: При грыжах можно делать массаж?

Ольга Давьян: В зависимости от ситуации, как распространяется грыжа и в какой период человек к нам пришёл, подбираются методики массажа. Мы больше предпочитаем растяжение мышечного корсета. Есть массажи, которые растягивают позвоночник.

Елена Женина: После процедур, упражнений при грыжах и при протрузиях резко нельзя ничего делать. Нужно всё постепенно. Правильно?

Ольга Давьян: Во время реабилитации Вы подразумеваете? В первый период, первые дней 10-15 мы указываем на ношение корсетов с мягкими вставками. По мере спадания отёка постепенно мы начинаем добавлять физическую нагрузку. Всё обязательно постепенно, без резких движений, потихонечку готовим мышцы к нагрузке.

Елена Женина: Есть какие-то специальные аппараты? У вас, я знаю, стоит «Экзарта», на которой можно делать упражнения для восстановления внутреннего мышечного корсета. Она ещё и фиксирует, чтобы не делать резких движений, не перенапрячь организм.

Ольга Давьян: По «Экзарте», да, великолепные результаты, мы выходим именно на период реабилитации на системе подвеса. Здесь основной момент, что мы укрепляем глубокие мышцы спины. Основная задача – именно создать мышечный корсет. Действительно, аппаратура помогает делать это плавно и поэтапно. Если человеку достаточно сложно заставить себя заниматься дома лечебной физкультурой, то именно «Экзарта», наверное, будет хорошей альтернативой, вместо домашних занятий. Хотя бы раз или два в неделю посещать, этого будет достаточно семидневным занятиям лечебной физкультурой дома. Как альтернатива, я считаю, очень великолепно.

Основная задача при заболеваниях позвоночника – создать мышечный корсет

Елена Женина: Можно сказать на сегодняшний день, что имеющиеся проблемы с позвоночником можно либо купировать, либо лечить, либо с ними как-то жить, но под контролем доктора?

Ольга Давьян: Подход, в принципе, у нас един: мы убираем острый период, убираем боль и дальше пытаемся объяснить человеку, что болезнь сохраняется, она хроническая. Если вы не будете продолжать дома занятия, то чаще будет возникать обострение. Поэтому здесь, наверное, в большей степени человек сам дальше уже укрепляет себя и отдаляет период обострений. Если он не будет заниматься дома, если он не услышит нас, то обострения будут всё чаще и чаще. Конечно, нужно профилактически заниматься хотя бы маленькими, короткими курсами. Мы всегда советуем раз в четыре месяца, в шесть месяцев, даже если нет болевого синдрома, появиться в клинике, пройти небольшой курс лечения, чтобы закрепить тот результат, который изначально был достигнут.