Изоморфизм и эксплицитность как факторы окказиональных преобразований фразеологических единиц

16. Седов К.Ф. Психолингвистические аспекты изучения речевых жанров // Жанры речи. -Саратов, 2002. - Вып. 3. - С. 42.

17. Слюсарева Н.А. Методологический аспект понятия функций языка // Известия АН СССР. Сер. ЛиЯ. - 1979. - Т. 36. - №№2. - С. 136-144.

18. Тумина Л.Е. Отзыв // Эффективная коммуникация: история, теория, практика. Словарь справочник. - М., 2005. - С. 933-936.

19. Федеральный компонент государственного стандарта общего образования // Вестник образования России. - 2004. - №>14. - С. 11-15.

20. Якобсон Р. Лингвистика и поэтика // Структурализм: «за» и «против». - М., 1975. - С. 196-205.

21. Якунов А.В. Фукционально-коммуникатив-ная организация текста в жанре эссе (на материале эссе И. Бродского «Путешествие в Стамбул»): Дис. ... канд. филол. наук. - М., 2000.

И.Ю. Третьякова

ИЗОМОРФИЗМ И ЭКСПЛИЦИТНОСТЬ КАК ФАКТОРЫ ОККАЗИОНАЛЬНЫХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ

Современной лингвистической науке свойственно стремление к познанию языка в действии. Новые направления - социолингвистическое, лингвокультуро-логическое, коммуникативно-прагматическое, социолингвистическое и др. - ориентированы на изучение языка функционирующего, на исследование «языка для человека» и «человека в языке». Функциональная фразеология, изучающая «жизнь фразеологизмов в речи», рассматривает функционирующий фразеологизм в многочисленных вариациях и трансформациях, обусловленных авторскими интенциями, а также особенностями фразеологической семантики и структуры. Особый интерес вызывает исследование потенциальных возможностей фразеологизмов к преобразованию, выявление активных трансформационных фразеологических моделей.

Одним из важных условий, «разрешающих» трансформацию фразеологических единиц (далее ФЕ), является грамматическая раздельнооформ-ленность ФЕ при относительной целостности фразеологического значения. Многочисленные наблюдения над языковым (речевым) материалом дали серьёзные основания говорить об изоморфизме фразеологического значения и формы.

Под изоморфизмом формы и содержания в лингвистике понимается «соответствие (отношение) между объектами, выражающее тождество их структуры (строения)» [8, с. 480]. Вопросы изоморфизма разрабатывались учёными для единиц различных уровней языковой системы (Рассел, Ф. де Соссюр, Е. Курилович, Бодуэн де Куртене), в том числе в области фразеологии - В.Н. Телия, Н.Ф. Алефиренко, А.М. Мелерович и др. Под изоморфизмом ФЕ понимается соответствие между

языковой формой и содержанием фразеологического знака, при этом «непосредственными ин-тегрантами ФЕ в плане выражения являются словоформы и синтаксические конструкции, семантика которых в той или иной степени может оказывать влияние на фразеологическое значение» [3, с. 13]. Фразеологические единицы, будучи сочетаниями слов, в представлении носителей языка способны члениться не только синтаксически, но и в смысловом плане. О возможностях такого членения свидетельствуют семантические эквиваленты - дефиниции (толкования), «наиболее сходные с анализируемыми ФЕ по грамматической структуре, а также... - по лексическому и морфемному составу» [3, с. 16]. В зависимости от степени проявления сходства выделяются ФЕ категориально изоморфные: изоморфизм между значением и формой проявляется на категориальном уровне; к примеру, ФЕ и её семантический эквивалент (дефиниция) относятся к классу глагольных единиц, «грамматически опорные компоненты являются носителями категориальных значений этих оборотов» [3, с. 22]. ФЕ грамматически изоморфные имеют семантические эквиваленты (дефиниции), грамматические структуры которых совпадают с грамматическими структурами фразеологических оборотов. См., грамматически изоморфную ФЕ нести околесицу, имеющую грамматическую структуру (модель) глагол + существительное в винительном падеже без предлога, отражающуюся в грамматической модели дефиниции «говорить глупости»: глагол + существительное в винительном падеже без предлога. Совпадение грамматических структур фразеологизма и его семантического аналога может быть полным (как в приведённом

44

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 10, 2006

© И.Ю. Третьякова, 2006

примере), может быть неполным (неполный грамматический изоморфизм). Так, ФЕ не ударить лицом в грязь имеет синтаксическую модель НЕ + глагол + существительное в творительном падеже без предлога + существительное в винительном падеже с предлогом; синтаксическая модель (дефиниция) «не допускать погрешности» состоит из меньшего числа синтаксических членов: НЕ + глагол + существительное в родительном падеже. Такая ФЕ имеет грамматический неполный изоморфизм формы и содержания. Существует и третий вид изоморфизма - семантический, при котором «фразеологическое значение оборотов членится на части, ассоциирующиеся с отдельными лексическими компонентами» [3, с. 22]; в частности, приведённый выше в качестве иллюстрации фразеологизм нести околесицу изоморфен и по значению: нести - «говорить», околесицу - «ерунду». Большая часть ФЕ обладает изоморфизмом формы и содержания.

Исследования формы и содержания ФЕ на предмет влияния на активность преобразовательных процессов показали, что максимальную степень трансформационной активности имеют фразеологизмы с грамматическим изоморфизмом. Именно грамматический изоморфизм способствует актуализации лексемных грамматических свойств во фразеологических компонентах и -как результат - расширению сочетательных возможностей фразеологических компонентов при окказиональных трансформациях ФЕ. В качестве иллюстрации рассмотрим глагольные фразеологизмы, подвергшиеся в речи замене глагольного компонента (один из самых частотных приёмов окказионального преобразования фразеологических единиц). ФЕ мерить на чей-либо аршин -'оценивать + с чьей-либо + точки зрения': происходят активные замены глагольного компонента, при этом грамматический изоморфизм может быть полным (при сохранении фразеологической синтаксической модели ФЕ), может быть неполным (при частичном сохранении синтаксической модели ФЕ): мерить на чей-либо аршин (в исходной фразеологической модели - предложное управление, существительное стоит в форме винительного падежа с предлогом на), прикинуть на свой аршин (предложное управление, винительный падеж с предлогом на), выравнивать всё по академическому аршину (управляемое существительное стоит в форме дательного падежа с предлогом по), приставить к себе аршин (бес-

предложное управление, винительный падеж), мерить общим аршином (беспредложное управление, творительный падеж) и под. «Увижу новое, чужое и сейчас на уме прикину на свой аршин» (И. Гончаров, Фрегат «Паллада»); «Во всех сферах общественно и художественно полезной деятельности мы в течение десятилетий были свидетелями по преимуществу негативной активности Академии художеств. Она тормозила живое творчество, выравнивала всё по академическому аршину» (Лит. газета); «К себе аршин приставил, каким всех меряют. Забывал, где другие вплавь барахтаются, тебе по колено» (В. Тендряков, Кончина); «Он переживает жизнь, как поэт, и как только поэты могут её переживать... Поэтому его нельзя мерить общим аршином» (П. Пер-цов, Литературные воспоминания).

При полном грамматическом изоморфизме формы и содержания в глагольных фразеологизмах сильное глагольное управление может служить препятствием для образования многочисленных окказиональных вариантов с разным падежным подчинением существительных. ФЕ открывать Америку и её семантический эквивалент 'обнаруживать общеизвестное' имеют одинаковую грамматическую модель: глагол + существительное в винительном падеже без предлога. В текстах (речи) функционируют трансформы лишь с подобными моделями: «Никакой новизны в вашем исследовании нет. Обнаружили очередную Америку» (разг.).

Изоморфные ФЕ, членимые в плане формы и содержания на части, характеризуются как знаки с эксплицитными и имплицитными элементами [3, с. 23]. Понятие «эксплицитность» связано с объяснением, истолкованием, разъяснением значения какого-либо знака (ср. лат. Explicatio -«истолкование, разъяснение» [7, с. 574]. Следовательно, экспликация значения ФЕ связана с проявлением во фразеологическом значении элементов значения, свойственных лексически свободным словам - аналогам фразеологических компонентов. То есть, фразеологические компоненты актуализируют свойства свободных лексем в плане содержания.

А.М. Мелерович определяет как эксплицитные элементы фразеологического значения, которые «соотносятся с отдельными лексическими компонентами ФЕ и могут функционировать в качестве означаемых этих компонентов». Учё-ный-фразеолог различает два основных вида экс-

плицитных элементов фразеологического значения, называя их непосредственно эксплицированными и опосредованно эксплицированными элементами фразеологического значения (или семами ФЕ). Под непосредственно эксплицированными понимаются элементы фразеологического значения, которые «соотносятся или совпадают в основном с системными значениями отдельных слов-компонентов ФЕ (см. ФЕ прожиточный минимум, материальный уровень). Опосредованно эксплицированные элементы фразеологического значения выражаются, по мнению А.М. Ме-лерович, «сочетаниями лексических компонентов или отдельными компонентами ФЕ, не соотносясь с узуальными значениями соответствующих слов» [3, с. 23]. Опосредованно эксплицитные элементы фразеологического значения характеризуются установлением косвенной связи со значением соотносимых им фразеологических компонентов посредством метафорического или метонимического переноса. Отсутствие такой связи свидетельствует об отсутствии экспликации фразеологического значения. См., например, фразеологические единицы заварить / заваривать кашу («затевать сложное, хлопотное дело») и расхлебать /расхлёбывать кашу («улаживать какое-либо сложное, неприятное дело»). Именной компонент каша опосредованно эксплицирует семы «сложное, хлопотное, неприятное дело». Слово каша, имеющее прямое значение «кушанье из сваренной или запаренной крупы» [6, с. 270], актуализирует семы «месиво, вязкое, с неопределёнными очертаниями, липкое»; компонент каша путём метафорического переноса репрезентирует в значении ФЕ семы «сложное, непонятное, запутанное дело». Глагольный компонент заваривать опосредованно эксплицирует в значении фразеологизма сему «затевать = начинать делать». В прямом значении слово заваривать имеет значение «положить в кипяток, залить кипятком» [6, с. 198]. Выбор этого глагола в устойчивом сочетании явно обусловлен буквальным представлением процесса изготовления каши, когда под воздействием кипятка, направленного кем-либо на крупу, отдельные зёрна набухают, превращаются в массу; активный деятель в прямом смысле сам при помощи чего-либо (кипятка) изготавливает продукт - через метафорический перенос «затевает сложное, хлопотное, непонятное дело»: см. толковый словарь, где указывается переносное значение глагола

заваривать - «начать делать что-нибудь (хлопотное, неприятное)» [6, с. 222].

Во ФЕ расхлебать /расхлёбывать кашу компонент расхлёбывать также опосредованно эксплицирует элементы значения «разбираться». Глаголрасхлебать образован от глагола хлебать в значении «есть, черпая ложкой (что-либо жидкое)» [6, с. 863], сочетается со словом каша (если учесть, что каша может быть жидкой). Однако глагол расхлебать не является видовым коррелятом глаголу хлебать, не обозначает законченного результативного процесса от хлебать (см.: хлебать -выхлебать, но не расхлебать). Глагол расхлебать обозначает 'съесть всё (многими)' [6, с. 667]. Глагол расхлебать имеет коррелятивную пару расхлёбывать, и именно в такой форме - несовершенного вида - глагол чаще всего употребляется в качестве компонента ФЕ, обозначая незаконченный, нерезультативный процесс. Глагол расхлёбывать, становясь компонентом фразеологизма, актуализирует семы «вбирать в себя, вкусить, испробовать», также актуализируется значение приставки РАС - «разъединить с помощью действия» [1, с. 425]. Таким образом, опосредованно (через метафорический перенос) эксплицируется значение «вбирая в себя, испробовать, разобраться, решая проблему по частям». Следует учесть, что опосредованная экспликация элементов значения двух вышеназванных фразеологизмов поддерживается также благодаря вхождению этих фразеологических единиц во фразеологическую микросистему: ФЕ заварить кашу и расхлёбывать кашу соотносятся как фразеологические антонимы [3, с. 24]. Доказательством тому - существование пословицы Сам кашу заварил, сам её и расхлёбывай - «сам затеял что-либо хлопотное, неприятное, сам и выпутывайся» [2, с. 286], где глагольные компоненты противостоят друг другу. Такая антонимическая связь глагольных компонентов по отношению к именному компоненту-объекту действия каша способствует выявлению опосредованного эксплицированного значения «затеял» - «распутывай».

Активность преобразовательных процессов имеет прямую связь с наличием во фразеологическом значении эксплицитных (прямых и опосредованных) компонентов. Наличие эксплицитных элементов фразеологического значения позволяет актуализировать прямые и опосредованные связи компонентов фразеологизма и их свободных аналогов. Замены в этом случае проис-

46

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 10, 2006

ходят в двух направлениях: фразеологический компонент - глагол-экспликатор и фразеологический компонент - глагол-синоним экспликато-ра. Кроме того, если ФЕ характеризуется образностью, то замена компонентов активно осуществляет в третьем направлении - фразеологический компонент - глагол - буквализатор значения.

Анализ фразеологических единиц и их трансформаций показал, что наибольшую склонность к трансформациям имеют ФЕ с опосредованной экспликацией, основанной на метафорическом переносе. Рассмотрим несколько ФЕ с заменой глагольного компонента на предмет выявления особенностей окказиональной замены.

ФЕ мерить на чей-либо аршин - «оценивать кого-либо с одной точки зрения» с изоморфизмом формы и содержания; элементы значения опосредованно эксплицированы в элементах семантического эквивалента: мерить - «оценивать», аршин - «точка зрения» (от мерить - «определять величину, протяжённость чего-либо какой-либо меркой», при этом актуализируется сема «сравнивать с эталоном (меркой), давая оценку»). В контекстах произведений функционируют трансформы со следующей заменой компонентов:

1. Компонент-заместитель эксплицирует значение ФЕ «судить, оценивать кого-либо с чьей-либо точки зрения».

Судить на чей-либо аршин: «Всего 12 лет назад был безоговорочно признан суверенитет всех республик, ранее входивших в состав СССР и Югославии. Сильные мира сего признали свежеиспечённые республики повстанцев Эритреи и Восточного Тимора. Отчего же ПМР (Приднестровская Молдавская Республика. - Т.И.) судят по иному аршину?» (ТирасМедиа. Независимый информац. центр, 13.09.2002).

Оценивать своим педагогическим аршином: «Профессия накладывает свой отпечаток на человека. Вот вы, учителя, многое в жизни оцениваете своим педагогическим аршином»

2. Компонент-заместитель является синонимом семантическому эквиваленту:

«Оценивать» - «подойти» (обнаружить своё отношение, приступить к чему-нибудь, имея определённую точку зрения) [6, с. 540]:

«К рынку недвижимости нельзя подходить с аршином, предназначенным для ценных бумаг» (Каталог «Товары и услуги. Недвижимость», 09. 2004).

3. Компонент-заместитель является буквализа-тором фразеологического оборота, находится в системных отношениях с фразеологическим ком-

понентом, проявляющим свойства свободной лексемы, и способен к большому количеству замен на основе образности: мерить - выравнивать -прикинуть - приставлять - гнести и т. п. Такие трансформации опираются не столько на семантику ФЕ, сколько на её образность. При этом актуализируются фрагменты образной картины, лёгшей в основу ФЕ, в частности - действие, процесс.

Отсутствие семантической связи между элементами значения и отдельными лексическими компонентами свидетельствует об имплицитно-сти значения. ФЕ вешать лапшу на уши, имеющая значение «говорить явную неправду кому-либо», сохраняет грамматический изоморфизм: структура ФЕ (форма) глагол + существительное в винительном падеже + существительное в винительном падеже с предлогом НА соотносится частично со структурой семантического эквивалента (содержание): глагол + существительное в винительном падеже без предлога. Компонент фразеологического значения «говорить» не соотносится ни прямо, ни косвенно (опосредованно) со значением глагола-лексемы вешать (см. вешать - «помещать в вертикальном положении»; «подвергать смертной казни на виселице» [6, с. 78]). Именной компонент фразеологического значения «неправда» не соотносится ни прямо, ни косвенно со значением слова лапша -«изделие из пшеничной муки в виде узких тонких полосок теста» [6, с. 319]. Именной компонентуши не изоморфен, не эксплицитен. Отсутствие связи между элементами семантики и элементами значения свободных лексем, ставших компонентами ФЕ, характеризует ФЕ вешать лапшу на уши как фразеологическую единицу с имплицитным значением. В процессе трансформации компонентного состава ФЕ не наблюдается замен, основанных на семантическом соотношении фразеологических компонентов и глаголов-заменителей, эксплицирующих значение глагольного компонента: обманывать, говорить лапшу на уши.

ФЕ, значение которых полностью складывается из эксплицитных элементов, обладают незначительным преобразовательным потенциалом. Такие ФЕ находятся на периферии фразеологической системы, представляют собой безобразные устойчивые сочетания слов с прямым значением: предъявить обвинение, командировочноеудосто-верение. Не обладая образностью, оценочностью, такие сочетания слов являются (в силу своей воспроизводимости) языковыми единицами номина-

ФИЛОЛОГИЯ

М.А. Фокина

тивного характера, и какие-либо трансформации с целью актуализации денотативного или коннота-тивного плана крайне редки.

В структуре фразеологического значения могут содержаться семы как прямой, так и опосредованной экспликации. Фразеологический компонент, напрямую эксплицирующий своё значение, ярко проявляет свои лексемные качества. В результате он часто превращается в глагол-сопроводитель и далеко не всегда включается в состав фразеологического оборота. См. ФЕ быть / находиться под башмаком - «находиться в полном подчинении, в зависимости» [4, с. 63]; и ФЕ под башмаком - «в полной зависимости, беспрекословном подчинении (быть, находиться)» [6, с. 33]. В случаях включения такого глагольного компонента в состав ФЕ наблюдается широкий круг замен, основанных на буквализации фразеологического образа: под башмаком быть - держать -попасть - жить - существовать - терпеть -мучиться и т.п. Такой широкий круг замен свидетельствует о явной неустойчивости глагольного компонента, является косвенным подтверждением диахронического процесса имплицитности («сворачивания») всего фразеологического оборота, факта стабильного сокращения его компонентного состава (см. [5] об имплицитности ФЕ).

Изучение глубинных особенностей семантики и структуры ФЕ, их влияния на процессы окка-

зионального преобразования фразеологизмов открывает новые перспективы в описании динамического развития фразеологической системы русского языка.

Библиографический список

1. Ефимова Т. Ф. Толковый словарь словообразовательных единиц русского языка. - М.: Русский язык, 1996.

2. Жуков В.П. Словарь русских пословиц и поговорок. - М.: Русский язык, 2000.

3. Мелерович А.М., Мокиенко В.М., Третьякова И.Ю. и др. Жизнь фразеологии в художественной речи: проспект школьного фразеологического словаря. - Кострома: КГУ им. Некрасова, 2006.

4. МелеровичА.М., Мокиенко В.М. Фразеологизмы в русской речи. Словарь. - М.: Русские словари, 1997.

5. Мокиенко В.М. Славянская фразеология. -М., 1987.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. - М.: ООО «ИТИ ТЕХНОЛОГИИ», 2003.

7. Словарь иностранных слов. - М.: Русский язык, 1986.

8. Советский энциклопедический словарь. -М.: Советская энциклопедия, 1987.

9. Фразеологический словарь русского языка // Под ред. А.И. Молоткова. - М.: Русский язык, 1986.

М.А. Фокина

ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ-ИНТЕРТЕКСТЕМЫ В СТРУКТУРНО-СМЫСЛОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПОВЕСТВОВАНИЯ

Преамбула. В статье прослеживаются интертекстуальные связи романа Владимира Максимова «Ковчег для незваных» (1978) с Библией. Фразеологические единицы-библеизмы занимают центральное место в смысловом пространстве текста, организуют повествование и создают авторскую модальность.

В современной фразеологии понятие ин-тертекстемы позволяет объединить совокупность проявлений межтекстовых связей (интертекстуальность). В.М. Мокиенко определяет интертекстему как особую единицу языка, опираясь при ее выделении на три категориальных признака в их единстве: 1) авторство, осознаваемое в разной степени; 2) воспроизводимость; 3) интертекстуальность, трактуемая как «способность служить строевым элементом текста, маркируя его семантически (на уровне кон-

цептов и символов) или стилистически» [4, с. 15]. Ученый дифференцирует интертекстемы-лексе-мы, интертекстемы-фразеологизмы (репрезентируемые непредикативными устойчивыми сочетаниями слов) и интертекстемы-паремии (репрезентируемые предикативными единицами, устойчивыми фразами), выявляя реализуемые каждым из выделенных разрядов интертекстем свойства, обусловленные их принадлежностью к разным языковым уровням. К.П. Сидоренко говорит о том, что интертекстема - это «единица интертек-

48

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 10, 2006

© М.А. Фокина, 2006