Репрезентации карьерной готовности на этапе профессиональной подготовки

УДК 159.9 : 331.101.3 Седунова Анастасия Сергеевна

кандидат психологических наук,

доцент кафедры психологии

Ульяновского государственного университета

Михайлова Ирина Викторовна

кандидат психологических наук,

доцент кафедры психологии

Ульяновского государственного университета

Гнедова Светлана Борисовна

кандидат психологических наук,

доцент кафедры психологии

Ульяновского государственного университета

РЕПРЕЗЕНТАЦИИ КАРЬЕРНОЙ ГОТОВНОСТИ НА ЭТАПЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ

Sedunova Anastasia Sergeevna

PhD in Psychology, Assistant Professor, Psychology Department, Ulyanovsk State University

Mikhaylova Irina Victorovna

PhD in Psychology, Assistant Professor, Psychology Department, Ulyanovsk State University

Gnedova Svetlana Borisovna

PhD in Psychology, Assistant Professor, Psychology Department, Ulyanovsk State University

REPRESENTATIONS OF CAREER READINESS ON THE STAGE OF VOCATIONAL TRAINING

Аннотация:

В статье приведены результаты исследования когнитивного компонента карьерной готовности студентов 2-3 курса, определены ее основные характеристики на основе современных моделей. Рассматриваются результаты собственных эмпирических исследований, в том числе сопоставляются особенности карьерных репрезентаций у студентов гуманитарных специальностей в 2009 и 2014 гг.

Ключевые слова:

карьерные и профессиональные репрезентации, профессиональная идентичность, карьерная готовность, карьерные ориентации.

Summary:

The article presents the research results of the cognitive component of Td - 3rd year students’ career readiness. The authors define the main characteristics of the career readiness based on the modern models. The authors discuss the results of own empirical studies, as well as compare the specific features of career representations of the students with major in liberal arts in years 2009 and 2014.

Keywords:

career and professional representation, professional identity, career readiness, career orientation.

Уровень карьерной готовности на этапе профессиональной подготовки может рассматриваться как индикатор успешного прохождения нормативного кризиса профессионализации, результатом которого является соответствующее профессиональное самоопределение (Э.Ф. Зеер, Е.А. Климов, Н.С. Пряжников, Е.А. Могилевкин и другие). В настоящее время разрабатываются научные интерпретации термина «карьерная готовность» студентов вуза. Ревизия зарубежных подходов позволила Лисовской Н.Б. с соавторами выделить следующие модели карьерной готовности: модель наставничества, центра трудоустройства, планирования и сетевая модель [1]. В России изучение структуры карьерной готовности методологически ориентировано на субъектнодеятельностный подход. Под данным понятием понимается установка на решение жизненно важных задач в рамках карьерного роста и продвижения (А.С. Миронова-Тихомирова (2006)). Автором были обоснованы структурные характеристики карьерной готовности (эмоциональная, мотивационная и когнитивная), а также особенности, характеризующие ее на этапе профессиональной подготовки (временная неустойчивость, взаимодетерминируемость, приоритет карьерных ориентаций на стабильность и другое) [2].

В более позднем исследовании (В.А. Маликова, И.Г. Прокопенко (2011)) в структуре карьерной готовности выделяют мотивационно-ценностный, оценочно-ориентационный и эмоционально-волевой компоненты. В последнем немаловажным является фактор направленности на успех [3]. Нам представляется, что в данной работе внимание исследователей смещается на сферу «Я-концепции» субъекта карьеры. В целом, в качестве значимых условий формирования карьерной готовности рассматриваются устойчивая направленность личности студента на успешную профессиональную деятельность; формирование потребности в карьерном росте; становление «Я-образа» субъекта готовности к карьерному росту и другие.

Значение когнитивной составляющей в структуре карьерной готовности подтверждают результаты исследования авторского коллектива РГПУ им. А.И. Герцена (2012). Н.Б. Лисовская, Т.Л. Смолина, Е.А. Трощинина дают наиболее широкую оценку термина. В качестве «стержневого фактора» рассматривается уровень карьерной готовности, которая становится предпосылкой успешного карьерного менеджмента, показателем эффективности и проактивной позиции субъекта в управлении своей карьерой. В частности, авторы эмпирически доказали, что низкий уровень характеризуется неопределенностью в выборе карьерных ориентаций (по Э. Шейну), которые выступают в качестве внутреннего источника целей человека и являются основополагающими при выделении уровней карьерной готовности. Интерес представляет попытка реадаптации методики, предпринятая А.А. Жданович (2007), в которой выделяются дополнительные субшкалы: фактор ориентации на вертикальную карьеру (шкалы «предпринимательство», «вызов», «менеджмент»); ориентация на горизонтальную карьеру (шкалы «профессиональная компетентность», «служение», «стабильность места жительства»); ориентация на условия (шкалы «автономия», «интеграция стилей жизни», «стабильность места работы»).

Когнитивные структуры выступают в роли системы координат, позволяющей адаптировать систему представлений личности согласно задачам деятельности и развития (А.Н. Леонтьев, Д.А. Леонтьев, В.Ф. Петренко, Е.А. Климов и другие). Понятие «репрезентации» достаточно широко применяется не только в когнитивной психологии (Г.М. Андреева, Б. Вайнера, С. Плаус; работы Д.В. Ушакова с соавторами и научной школы М.А. Холодной по анализу проблемы ментальных репрезентаций), но и в семантических исследованиях профессиональных стереотипов, образа профессии, профессионального мировоззрения (В.Н. Обносов, 1986; В.В. Овсянникова, 1981; В.Ф. Петренко, 1986 и другие), в зарубежных моделях репрезентаций профессионального опыта (например, Dretske (1988), Fodor (1987), Churchland (1989), Dennett (1987), Kossl yn (1980), Pylyshyn (2003) и многие другие). Кроме того, ряд эмпирических исследований посвящен непосредственно анализу особенностей профессиональных репрезентаций студентов (например, А.И. Донцов, Г.М. Белокрылова (1998)). В исследовании Е.А. Семеновой (2012) данное понятие обосновывается как интегральное личностное образование, включающее совокупность образов, обладающих мотивирующей, регулирующей и прогностической функциями деятельности. Автор выделяет три значимых компонента профессиональной репрезентации, касающиеся представлений о профессии и личности профессионала; представлений о себе как будущем профессионале; а также представлений о возможном будущем в профессии. В исследованиях, выполненных под руководством И.В. Михайловой (2011), А.В. Емельяненковой (2008-2009) и других рассматриваются эмпирические основания репрезентаций профессиональных достижений [4; 5; 6].

Целью нашей работы стало изучение базовых характеристик карьерной готовности будущих специалистов. В отличие от рассмотренных выше эмпирических исследований, ориентированных в большей степени на мотивационные составляющие, мы поставили задачу более детального изучения когнитивного компонента карьерной готовности.

Методы исследования позволили осуществить сравнительный и структурный анализы карьерной готовности. Было проведено 2 диагностических среза с пятилетним интервалом: в 2009 и 2014 гг., общее количество опрошенных студентов 3 и 4 (в 2014 г. - 2 и 3 курса, поскольку сократились сроки обучения) составило 103 чел. Для изучения когнитивного компонента карьерной готовности применялись следующие методики: опросник «Якоря карьеры» Э. Шейна (Е.А. Могилевкин, 2007), проективный тест «Круги и линии» (Е.А. Могилевкин, 2007), особенности репрезентаций профессии в контексте значимых событий изучались с помощью метафорической методики «Жизненный путь» (И.Л. Соломин, 2008).

Дополнительно были рассмотрены следующие группы показателей: мотивационные: стремление к совершенству (перфекционизм) оценивался с помощью опросника П. Хьюитта и Г. Флетта в адаптации И.И. Грачевой (2006)); уровень профессиональной идентичности (методика МИПИ Л.Б. Шнейдер (2007)), а также фактор оценки ситуаций социального взаимодействия (методика исследования социального интеллекта Дж. Гилфорда и М. Салливена (Е.С. Михайлова, 2004)).

Результаты и их обсуждение. При оценке результатов были решены следующие задачи: провести общую оценку репрезентаций карьерной готовности студентов на этапе профессиональной подготовки (бакалавры 2 и 3 курса); осуществить сравнительный ретроспективный анализ репрезентаций карьеры для подгрупп, участвовавших в оценке в 2009 и 2014 гг.; рассмотреть роль дополнительных показателей (профессиональной идентичности, стремления к совершенству, социального интеллекта в структуре карьерной готовности).

В 2009 г. А.С. Седуновой проводился сравнительный анализ профессиональных представлений в контексте мировоззрения молодого специалиста [7]. Анализировалась специфика знаний о жизненном пути, степень включенности образов профессии и себя как профессионала для

79 студентов 3-4 курсов различных специальностей (гуманитарных, естественно-научных, технических). Метафора жизненного пути, по И.Л. Соломину, представляет собой образную модель, отражающую проекцию индивидуальных представлений. Кроме стандартных параметров обработки результатов анализировались показатели, связанные с репрезентациями профессии и представлениями о себе как профессионале, а также о возможном будущем в профессии: интеграция профессиональных событий в перспективу жизненного пути; наличие/отсутствие ситуаций профессионального благополучия; использование профессионального языка и/или образов; фокусировка на карьере или альтернативность будущего.

У большинства старшекурсников, многие из которых уже начали свою профессиональную деятельность, мотив карьеры занимает второстепенную позицию по отношению к эмоциональнозначимым событиям, связанным с личностным самоопределением. Последние встречаются у 90 % респондентов в 2009 г. и у 75 % в 2014 г. Необходимо отметить, что практически в 100 % работ образ будущего содержит альтернативы профессиональному развитию. В целом, профессиональные образы и метафоры достаточно активно используют только одна пятая часть выборки (сравним: 17 % студентов в 2009 г.). Девушки более ориентированы на обозначение этапов/институтов социализации в прошлом и будущем (ф* = 2,439 при р < 0,01; ф* = 2,067 при р < 0,05).

Кроме того, студенты-психологи (2014) по сравнению со студентами других гуманитарных специальностей при описании будущего чаще применяют символику, обозначающую те или иные институты и/или этапы социализации (частота ответов выше на 37,5 %, ф* = 3,1б3 при р < 0,01), однако менее активно используют атрибуты успеха, такие как материальное благополучие и социальный статус (частота ответов ниже на 35,5 %) и профессионально-ориентированные высказывания (частота ответов ниже на 22,2 %). В равной степени студенты указывают на желание реализовать альтернативные варианты жизни, сохраняется разрыв в пользу личностно-значимых событий: благополучие, надежность, создание счастливой семьи и т.д. В целом, результаты подтверждают выводы нашего исследования 2009 г., хотя процент студентов, активно использующих профессиональные образы и метафоры, увеличился до одной пятой части выборки.

По сравнению с 2009 г. студенты демонстрируют большую направленность на независимость, творчество (12 % вместо 4 %), меньшую - на коллективность (10 % вместо 17 %), в качестве желаемого результата карьерные достижения выбирает также большее количество студентов (23 % вместо 17 %). Статистически значимо уменьшилось соотношение студентов, ориентирующихся в будущем на склонность к индивидуальной работе, творчество, независимость (ф* = 1,832 при р < 0,05), проявляются тенденции к увеличению боязни самостоятельности в будущем, нерешительности. Выявленные особенности могут быть результатом действия как индивидуально-личностных детерминант, так и следствием динамики социальной ситуации.

Необходимо отметить определенность карьерных ориентаций (для каждого испытуемого основной, ведущей, является только одна карьерная стратегия). При этом три четверти (75 %) общей выборки студентов ориентированы на стабильность места работы, 12 % - на автономию, 8 % - на служение и только 4 % - на интеграцию стилей жизни. Обнаружены гендерные различия представлений о карьере и карьерных ориентациях. Результаты сравнительного анализа ^ = 13,5 при р < 0,01) показали, что юноши более ориентированы на автономию, а девушки - на стабильность ^ = 11,0 при р < 0,05).

Были рассмотрены характеристики карьерной готовности у студентов с различным уровнем профессиональной идентичности. В нашей выборке достигнутая позитивная идентичность наблюдается более, чем у половины опрошенных (58,3 %). Кроме того, выявлены такие уровни идентичности как преждевременная (12,5 %) и псевдопозитивная (29,2 %). По Л.Б. Шнейдер, из пяти уровней идентичности только один - позитивная идентичность - может рассматриваться как относительно благополучный уровень, на котором субъективные характеристики (цели, ценности, убеждения) структурированы и обеспечено переживание направленности и осмысленности жизни. Достижение этого уровня нестабильно, является результатом внутренней работы личности.

Группа с достигнутой позитивной идентичностью чаще упоминает этапы/институты социализации (р < 0,05) и использует атрибуты успеха (р < 0,01), благополучия; в ней сильнее выражена общая направленность на карьеру в настоящем и будущем (р < 0,05), желание занять достойное место в профессиональном коллективе (р < 0,05). В то же время в подгруппе с преждевременной идентичностью проявляется актуальная склонность к индивидуальной творческой работе, стремление отстаивать свою независимость (р < 0,01) (критерий - угловое преобразование Фишера). Студенты с псевдопозитивной идентичностью наиболее ориентированы на менеджмент (критерий Манна-Уитни, U = 0,000 и 18,00 соответственно, при р < 0,05). Проведенный корреляционный анализ позволил выявить внутриструктурные взаимосвязи между компонентами, наибольшее количество которых касается роли профессиональной идентичности в структуре карьерных ориентаций на «вертикальную» карьеру

(«менеджмент» - «профессиональная идентичность», rs = ,620 при р < 0,01;

«предпринимательство» - «профессиональная идентичность», rs = ,452 при р < 0,05) а также роль факторов ситуационного прогнозирования («интеграция стилей жизни» - «ситуационное прогнозирование», rs = -,425 при р < 0,05; «общий перфекционизм» - «ситуационное прогнозирование», rs = 447 при р < 0,05) и другое.

Полученные результаты подчеркивают значение системного изучения личностного опыта и субъективной значимости профессиональных представлений личности. Формирование высокого уровня карьерной готовности позволяет констатировать повышение социально-психологической зрелости индивида, проактивной позиции субъекта профессиональной деятельности. Новые тенденции в образовательном процессе вуза связаны с тем, что усилился практико-ориен-тированный компонент образовательных программ, разрабатываются современные технологии повышения профессиональной рефлексии и развития карьерных компетенций, активно адаптируются зарубежные технологии (карьерное консультирование, фиктивные интервью (mock interview), информационная поддержка, карьерный тьюторинг, технологии «История успеха»). Отметим, что в 2014 г. технология «История успеха» реализуется и при поддержке Центра содействия трудоустройству выпускников Ульяновского государственного университета.

Ссылки:

1. Лисовская Н.Б., Смолина Т.Л., Трощинина Е.А. Особенности формирования карьерной готовности в зарубежной системе профессионального образования // Профессиональное образование в современном мире. 2012. № 3 (6). С. 93-100.

2. Миронова-Тихомирова А.С. Психологическая структура карьерной готовности выпускника вуза: дис. ... канд. психол. наук. Хабаровск, 2006. 161 с.

3. Маликова В.А., Прокопенко И.Г. Психологическая готовность студента к карьерному росту // Вестник Оренбургского государственного университета. 2011. № 2 (121). С. 209-214.

4. Михайлова И.В., Лучникова С.В. Специфика атрибутов когнитивного соответствия «образа-Я» учащихся суворовских военных училищ // Вестник Университета Российской академии образования. 2011. № 3. С. 72-75.

5. Емельяненкова А.В., Седунова А.С., Гнедова С.Б., Михайлова И.В. Личность в манипулятивных профессиях: технологии исследования и сопровождения. Ульяновск, 2008. 160 с.

6. Емельяненкова А.В. Социальная мотивация и стиль принятия решений специалистов с высоким уровнем макиавеллизма // Акмеология. 2011. № 3. С. 558-561.

7. Седунова А.С., Емельяненкова А.В., Гнедова С.Б., Михайлова И.В. Модель мира и развитие профессионала. Ульяновск, 2009. 154 с.