Мир тесен

Вот уже три года и один месяц Павлик Филатов живет в городе Борисоглебске Воронежской области. То есть всю свою жизнь. Живет вместе с мамой, папой и сестрой Варварой. Но если папа с Варварой живут там постоянно, то Павлик с мамой все больше путешествуют. Первые два года каждый месяц в Воронеж ездили. Потом в Москву зачастили, были там, наверное, уже раз десять. Дважды побывали в Пензе. А один раз даже в Германии, в Санкт-Августине. В своих путешествиях Павлик с мамой ничего, кроме больниц, не видят. У Павлика редкий и тяжелый порок сердца.

Борисоглебск — это небольшой город, я приезжал сюда, потому что здесь живет русфондовский подопечный Никита Воробьев, о котором я несколько раз писал. Известный многим телезрителям Воробушек, приемный сын Людмилы Тишковой. Он раньше Павлика прошел все эти больничные круги — Воронеж, Москва, разве что вместо Пензы был Томск... А потом — Германия, тот же Санкт-Августин.

Мир тесен. Особенно тесен он для вот этих тяжелобольных ребятишек и их мам.

— Вы, наверное, от Люды Тишковой узнали о клинике "Асклепиос"? — спрашиваю у Натальи, мамы Павлика.

— Нет,— отвечает она,— мы ведь с ней даже незнакомы, разве только заочно. Узнала от наших общих знакомых, а потом уж прочитала в интернете о том хирурге, который оперировал Никиту,— о Викторе Храшке. Написала, отправила документы, нас пригласили на операцию.

Эту операцию оплатили (3 205 228 руб.) наши читатели и телезрители. А все деньги, какие были в небогатой семье Филатовых, еще раньше на "путешествия" и обследования ушли.

Но тут я перешел сразу к середине истории, а теперь вернусь к началу.

В Воронеже врачи говорили, что Павлику нужна операция, но делать ее не брались. В одной из знаменитых московских клиник ему сделали целых четыре операции, но все они были вспомогательными, улучшали состояние Павлика ненадолго и незначительно. Исправить порок можно было известным путем — последовательно выполненными операциями: операцией Гленна и операцией Фонтена. Это такой золотой стандарт в детской кардиохирургии, коррекции врожденных пороков. Но в Москве после вспомогательных операций объявили, что сделать операцию Гленна Павлику невозможно.

Известный детский кардиохирург Виктор Храшка в германской клинике "Асклепиос" взялся, сделал ее в июле 2015 года.

А теперь пора сказать, что был еще один врач, который брался за операцию Гленна, даже уже назначил ее — тоже на июль, только годом раньше. Это был пензенский хирург Тимофей Невважай. Но когда Наталья с Павликом приехали в Пензу, оказалось, что этот знаменитый доктор, спасший столько детских жизней, уволился.

Я знаком с Тимофеем и знаю, как и почему ему пришлось уйти из Пензенского кардиоцентра, который и славился-то прежде всего Невважаем и работой возглавляемого им отделения.

Не собираюсь описывать подробности, сейчас речь не о том. Но важней всего вот что: один из лучших в России врачей, в 2013 году достигший хирургической производительности (есть такой показатель, соотносящий летальность со сложностью операции) высочайшего мирового уровня, вот уже больше года без работы. Он оказался не нужен ни одной российской клинике! Он нужен только таким вот Павликам и их мамам. Но что мамы могут? Только петиции в защиту Тимофея писать, а на них никто не отвечает.

В общем, в Пензе операцию Гленна некому уже было делать. Наталье сказали: "Лечились в Москве? Вот туда и возвращайтесь". А в Москве сказали: "Невозможно".

Нет, я не осуждаю хирургов, которые не взялись оперировать, ведь у Павлика и в самом деле не просто порок, а порок тяжелейший. Хирургия сердца такой сложности — искусство штучное, не всем подвластное. Мир тяжелобольных детей и их родителей потому и тесен, что слой таких докторов тонок. Наперечет такие доктора.

— Это просто удивительно,— говорит Наталья,— как быстро Павлик изменился после операции, которую провел доктор Храшка. Он порозовел, стал активным, развитие пошло, рост. Но все равно быстро утомляется...

Конечно, ведь сделано пока только полдела. У Павлика опасно сужены легочные артерии, есть опасность тромбоза. До операции Фонтена — второй из золотого стандарта — мальчика надо еще раз тщательно обследовать и решить эти проблемы. Я же и говорю — сложный порок. Но Павлик Филатов в хороших руках.

Как же нам в России таких рук не хватает!