Праздничная культура как способ социальной консолидации

В. В. Артюшкина

Московский государственный институт культуры

ПРАЗДНИЧНАЯ КУЛЬТУРА КАК СПОСОБ СОЦИАЛЬНОЙ

КОНСОЛИДАЦИИ

Статья посвящена праздничной культуре как одному из способов социальной консолидации. В работе выделены факторы, препятствующие консолидации общества, предложена новая классификация праздников, критерием которой может стать тип социальной группы. В статье рассмотрены социально-консолидирующие праздники современной России в контексте культурфилософского анализа. Доказано, что праздничная культура выступает мощным фактором идейной консолидации нации, обеспечивающим духовно-культурную идентификацию населения, социализацию подрастающего поколения, воспроизводство и передачу духовных и морально-нравственных ценностей.

Ключевые слова: социальная консолидация, праздничная культура, консолидирующая функция, идентичность, самоидентификация, праздник.

V. V. Artiushkina

Moscow State Institute of Culture and Arts

FESTIVE CULTURE AS A WAY OF SOCIAL CONSOLIDATION

The article is devoted to festive culture as one of the ways of social consolidation. In the work, factors that hamper the consolidation of society, a new classification of holidays is proposed, the criterion of which can be the type of social group. The article deals with the socio-consolidating holidays of modern Russia: the cultural and philosophical analysis. It is proved that festive culture is a powerful factor of ideological consolidation of the nation, providing spiritual and cultural identification of the population, socialization of the younger generation, reproduction and transfer of spiritual and moral values.

Keywords: social consolidation, festive culture, consolidating function, identity, self-identification, holiday.

Социальная консолидация представляет собой традиционный предмет исследования социологической науки. В связи с этим к анализу сущности данного феномена обращались представители социологического знания на протяжении всего периода развития социологической науки. Результатом формирования устойчивых идентичностей в социуме является его консолидация.

Оставляя в стороне анализ научной дискуссии по данному вопросу [4, с. 20], отметим, что с нашей точки зрения социальная консолидация представляет собой такое состояние социума, при котором максимально нивелирован его конфликтогенный потенциал за счет наличия в нем господствующей культурной идентичности.

В этом смысле, на наш взгляд, справедливо определение социальной консолидации, данное О. А. Полюшкевич, под которой исследователь понимает формирование единства целей, межпоколенческую преемственность и нормативно-ценностный консенсус, присутствующие в конкретном обществе. По мнению исследователя, «любые процессы социальной солидарности

общества строятся вокруг культурной модели, которая состоит из разнообразных ориентаций, поддерживаемых определенными социальными группами в виде постоянных практик. Практики создают соответствующие социокультурные модели - ценностные и нормативные образцы взаимодействия между людьми и институтами общества» [10, с. 88].

В контексте развития праздничной культуры под социальной консолидацией целесообразно понимать способность праздничного действа, снимая психологическое напряжение, устраняя факторы отчуждения и разрушая иерархии, создавать атмосферу единения людей, принадлежащих к разным социальным слоям, обладающих различным социальным опытом, но единой гражданской идентичностью.

Несмотря на то, что отдельные элементы социальной консолидации при изучении праздничной культуры были рассмотрены такими учеными как М. Бахтин [2, с. 19], К. Жигульский [3, с. 175], Э. Фромм [11, с. 17], целостное исследование социально-консолидирующей функции праздничной культуры пока предпринято не было.

Учитывая современное состояние российского социума, согласимся с господствующим в отечественной социальной философии мнением о труднодостижимости российским социумом социальной консолидации. По нашему мнению, этому способствуют причины как объективного, так и субъективного свойства.

К первым из них следует относить многонациональный состав населения Российской Федерации. Данный фактор априори создает препятствия для формирования единого «социокультурного кода», являющегося ключевой предпосылкой социальной консолидации. В этой связи согласимся с мнением Н. П. Копцевой о том, что формирование социальной консолидации является возможным исключительно в условиях преобразования этнической культурной идентичности в общенациональную идентичность. Ученый показывает, что такое преобразование возможно, особенно, учитывая конструируемую природу общегражданской идентификации, в отличие от «естественных» начал идентификации этнической [5, с. 12]. Как было указано выше, вследствие многонационального состава населения РФ такая трансформация проблематична.

Кроме того, существуют и объективные причины, препятствующие социальной консолидации российского общества. На наш взгляд, они связаны с разрушением советского социокультурного организма.

В этой связи В. П. Бабинцев совершенно справедливо констатирует дефрагментацию российского общества и, характеризуя детерминанты такого состояния, обращает внимание на то, что в результате этого процесса «разрушаются общественные связи. Принадлежность людей к социальным институтам становится чисто формальной, а граждане отказываются не только отвечать на вызовы, которые адресуются им от имени государства и общества, но и конструктивно сотрудничать друг с другом» [1, с. 120].

Исследователь характеризует сложившуюся в отечественном социуме ситуацию как «распад связи времен», характерными признаками которого

являются дискредитация общественно значимых, консолидирующих идей; анормальная композиция индивидуального и общественного сознания, в котором уживаются противоположные по своей направленности установки; социальное дезертирство; алогичность и даже абсурдность социального мышления; негативная самооценка, проявляющаяся в мазохистском унижении истории и культуры собственной страны; массовая общественная апатия и равнодушие; социальная виктимность, готовность стать объектом манипулирования [1, с. 122].

Очевидно, что в современном российском обществе проблема консолидации приобретает особое значение в связи с тем, что в результате различных трансформаций в обществе возникло множество социальных неравенств, которые оказывают деструктивное воздействие на стабильность [6, с. 125].

К. Г. Холодковский, в частности, говорит о размежевании между сторонниками рыночных реформ, индивидуальной предприимчивости и приверженцами традиционалистских, государственно-патерналистических начал в экономике и социальной жизни [13].

Среди факторов, препятствующих сплочению населения, в том числе на региональном уровне, выделяется его низкая общественная активность. Результаты последнего мониторинга общественного мнения, проводимого ИСЭРТ РАН, свидетельствуют, что жители Вологодской области доверяют в первую очередь органам власти, в том числе регионального уровня, а индекс доверия общественным институтам (особенно СМИ) и региональным отделениям политических партий) остается низким. Примечательно, что наивысший уровень доверия населения получили суд и прокуратура -правоохранительные органы, при которых в силу их специфики не создано формализованных органов общественного контроля.

Основными препятствиями для гражданского участия являются: отстраненность населения от участия в делах государства и равнодушие, связанные с ростом недоверия к деятельности власти, неуверенности в том, что власть защищает его интересы, потеря веры в собственные возможности. Итоги опросов общественного мнения населения Вологодской области подтверждают, что большинство жителей региона считают, что они не имеют возможности повлиять на состояние дел [9, с. 85].

Социальной консолидации российского общества препятствуют и формируемые в контексте региональных праздничных культур социокультурные практики. На наш взгляд, под данным термином следует понимать специфическую форму коммуникативного взаимодействия, или совместной деятельности представителей территориальной общности, результатом которых является формирование особенной идентичности.

В качестве примера праздничных культур, формирующих региональную социокультурную идентичность, следует назвать, в первую очередь, разнообразные национальные праздники тюркских народов, проживающих на территории РФ.

Так, главный национальный праздник бурятов Сурхарбан консолидирует бурят на основании этнокультурной идентичности, в основе которой находится альтернативная общероссийской традиция генетического происхождения бурят от великих татаро-монголов. В основе праздника лежит ритуальное игровое действие, имитирующее повседневную жизнь военнонизированной социальной организации татаро-монгол. В этой связи незаменимым атрибутом праздничного мероприятия является национальная бурятская борьба. Кроме того, праздничный ритуал предполагает масштабные национальные гуляния, смотры конкурсов художественной самодеятельности в национальном бурятском стиле.

Наиболее значительный потенциал в контексте формирования региональной идентичности в настоящее время, на наш взгляд, имеет татарский праздник Сабантуй. Этот потенциал находит свое выражение в следующем.

Во-первых, праздник Сабантуй подчеркивал групповую идентичность татарского народа, поскольку явился примером трансляции уникальности данной этнической культуры. Татарские журналисты стараются подчеркнуть особенность Сабантуя, создавая образ исконно народного праздника со своей спецификой - национальными конкурсами и соревнованиями.

Во-вторых, Сабантуй также репрезентуется как тюркский праздник, в частности, татаро-башкирский. Значимость Сабантуя и самого города подчеркивается за счет упоминания, что Казань объявлена «культурной столицей тюркского мира». Отмечается международный характер празднования.

В-третьих, Сабантуй представляет собой часть общей традиции в ряду праздников других народов (Масленица, Петров день, Иван Купала и др.); образ народных гуляний с элементами самобытной культуры.

В-четвертых, Сабантуй представляется в качестве примера уличных праздников и гуляний. Такая трактовка объединяет людей не на чувстве групповой идентичности, а по принципу принадлежности к массовой культуре. В связи с этим, в настоящее время Сабантуй начинает приобретать черты массовой праздничной культуры, создавая конкуренцию официальным массовым праздникам. В результате создается ситуация конкуренции тюркской идентичности с русской в рамках российского социума, что, естественно, препятствует его социальной консолидации.

Вместе с тем вышесказанное не означает, что социальная консолидация современного российского общества принципиально невозможна. Следует отмечать ее специфику, выражающуюся в том, что в ее основе могут находиться разнообразные идентичности, особым образом связанные между собой. Как было указано выше, значимую роль в формировании идентичностей играет праздничная культура.

В первую очередь, обращает на себя внимание праздник - День Победы в ВОВ, который в настоящее время приобретает системообразующий характер в рамках официальной праздничной культуры РФ. На его основе формируются основания национальной гражданской идентичности, которая, в свою очередь, является важным основанием социальной консолидации общества. Важно

отметить, что празднование Победы в ВОВ приобрело в последние годы характер обновленного ритуала, получившего новое звучание в условиях политического и экономического прессинга на Россию со стороны стран Запада.

В 2017 году шествие «Бессмертный полк» в Москве, объединившее 850 тысяч человек, стало самым массовым за всю его историю. В акции «Бессмертный полк» идентификация главным образом связана с осознанием человека себя как части народа, одержавшего победу над врагом. Символическое коммуникативное пространство шествия было представлено знаковыми формами (георгиевской ленточкой, военной формой периода ВОВ, фотографиями участников войны), которые и идентифицировали людей с социальной общностью российского народа. Эти знаки реализовали духовную связующую функцию с культурной памятью народа.

Очевидно, что вышеуказанная традиция, не предполагающая официоза, а активизирующая гражданскую инициативу, оказывает положительное воздействие на процесс формирования общенациональной гражданской идентичности и соответственно, выступает важнейшим фактором конструирования социальной консолидации.

Следует отметить, что современная российская власть, учитывая вышеуказанный консолидирующий потенциал «символа победы» активно его развивает, формируя новую традицию праздничной культуры. Речь идет о праздниках, связанных с воссоединением Крыма с Россией. Представляется, что в ближайшее время дата присоединения Крыма (18 марта) имеет все перспективы стать ещё одним всенародным торжеством, а введенный Указом Президента РФ «День Сил специальных операций» (27 февраля) уже стал вполне официальным праздником, получившим и неофициальное, народное название - «День вежливых людей». Несомненно, указанные праздники станут еще одним важным звеном конструирования общегражданской идентичности и способом конструирования социальной консолидации.

Везде, где существует проблема с коммуникацией, с установлением связей между людьми, везде, где требуется сплочение коллектива, адаптация его новых членов, объединения нескольких групп людей в единое сообщество и т.п., праздник может быть использован как технология, способ консолидации людей. При этом важными являются следующие аспекты:

1. С целью создания стабильного и безопасного пространства для спонтанного проявления положительного потенциала пришедших на праздник людей, он должен базироваться на тех культурных ценностях, которые отвечают принципу толерантности и не входить в противоречие с ценностной системой любого из его участников.

2. Создание «настоящего» праздника подразумевает обращение к субъективному ощущению человека внутри события [12, с. 10]. Праздник -это конструирование субъективного переживания многих людей.

3. Организующей силой праздника выступает ведущий, объединяющий функции аниматора и тьютора. Аниматор объединяет людей в общем

эмоциональном порыве, тьютор выполняет роль наставника, ориентированного на диалог с индивидуальностями [7, с. 101].

Ведущие не отстраняются от участников события, не дистанцируются от происходящего. Как писал М. М. Бахтин, «карнавал не знает разделения на исполнителей и зрителей» [2, с. 15].

Ведущий как аниматор строит отношения с каждым участником, проявляя свою заинтересованность в каждом человеке, благодаря чему все должны чувствовать себя свободными от рамок официальности, способными проявлять себя спонтанно и одновременно ощущать себя нужными сообществу. Эту установку на искренность и неформальную открытость В. Лучанкин и А. Сняцкий называют сформированным умением «эмоционального соучастия» [7, с. 132].

В качестве тьютора ведущий, дипломатично, но последовательно настаивая на соблюдении негласных правил, организует взаимодействие участников, задавая основные ориентиры поведения в рамках сообщества.

Принцип «диалога уникальных сознаний» из сферы педагогической антропологии, на который обращают внимание В. Лучанкин и А. Сняцкий, анализируя работу с подростковым клубным коллективом [7, с. 133], важен и в контексте праздника как консолидирующего пространства. Если общение состоялось, и участники ощущают «эмоциональное соучастие», то в случае срыва какого-либо важного пункта программы внешними обстоятельствами его (пункт) легко можно будет заменить спонтанной творческой активностью участников. Праздничная «атмосфера» и настроение при этом сохраняются.

Все изложенное выше позволяет сделать вывод, что праздник как технология укрепления и способ консолидации отношений между людьми достигает своей цели, если главным объектом специалистов ивент-компании становится субъективное состояние переживания участников праздничного действа.

Консолидирующее значение праздничной культуры заключается в стимулировании групповой деятельности, в объединении индивидов в одну группу по каким-то общим характеристикам, в осознании индивидом своего места в коллективе и роли данного коллектива среди остальных подобных групп.

Одной из функций, которую выполняют праздники в культуре, является функция консолидации коллективов, будь то крестьянская община или городское сообщество: «молебны, крестные ходы, собиравшие в обязательном порядке всех жителей одной деревни, одного села, одного городского квартала, общее праздничное гулянье - все это сближало людей, поддерживало в них чувство коллективизма» [14, с. 12].

Известно, что еще с эпохи Средневековья балы нередко объединяли представителей одного сословия или даже профессионального сообщества: собственные балы устраивали купцы, садовники, трубочисты и др. Более того, такая традиция продолжает существовать до сих пор в рамках сезона всемирно известных Венских балов, в графике которого можно обнаружить танцевальные вечера студентов, фармацевтов, кондитеров и представителей еще около

трехсот профессий. На современном языке такие мероприятия были бы названы корпоративными праздниками, корпоративными вечеринками. Неудивительно, что танец сегодня становится находкой для корпоративных менеджеров: этот вполне доступный вид деятельности является действенным инструментом консолидации коллектива, общества.

В праздничные дни у жителей современных городов расширяются возможности коммуникации, демонстрации костюмов, приобщения к достижениям традиционной национальной культуры, трансляции социального опыта и воспитания у представителей молодого поколения чувства этнического самосознания.

Таким образом, мы в очередной раз убеждаемся в чрезвычайном многообразии и вариативности оснований социальной консолидации, а, соответственно, и культурной идентичности. Можно поэтому утверждать, что каждый из существующих ныне или существовавших некогда народов обладает исключительным опытом этнокультурной консолидации, основания которой, в целом, универсальные для всего человечества, в каждой конкретно-исторической ситуации образовывали уникальную, иерархически организованную динамическую систему, элементы которой в различные исторические периоды доминировали или, напротив, утрачивали актуальность в процессе формирования этничности. С учетом вышесказанного, целесообразно предложить новую классификацию праздников, критерием которой может стать тип социальной группы, сохраняющейся посредством влияния праздничной культуры. В этой связи имеет смысл выделять:

1. По масштабу: праздники, сохраняющие малые группы: семью, трудовой коллектив (семейные торжества, свадьбы, празднование важных событий) и большие группы: этносы, народы (даты основания страны, города, традиционный народный праздник и т.д.) В указанном ряду первостепенное значение приобретают праздники, призванные конституировать обновленную российскую идентичность, сложившуюся после распада советского государства (например, День России (12 июня), День Конституции (12 декабря), День народного единства (4 ноября).

2. По степени разделения группой праздника, можно выделить праздники, которые разделяют все и праздники, которые разделят часть большой и малой группы. Например, Новый год - поддерживает единство всех, кто признает данный календарь, День Святого Валентина празднует часть больших и малых групп, а религиозные праздники могут относиться к первому типу, если государство имеет одну конфессию, или ко второму типу, если оно поликонфессиональное. Ко второму типу относятся и этнические праздники в многонациональной стране. Праздники второго типа сохраняют группу внутри группы и при отсутствии терпимости могут привести к конфликтным ситуациям.

Итак, проведенное исследование позволяет согласиться с тем, что значение праздничной культуры заключается в обновлении и создании социальных связей и отношений, поддержании стабильности больших и малых социальных групп [8, с. 112]. В этой связи на протяжении всей истории

человечества праздники, важной чертой которых было взаимодействие лицом к лицу, часто невозможное в иное время, объединяли людей, еще раз подчеркивая их принадлежность к конкретной социальной группе.

Функция праздничной культуры, связанная с конституированием идентичности в значительной степени актуализируется в условиях глобализации. Современная праздничная культура призвана обеспечивать консолидацию и самоидентификацию людей в обществе через их непосредственное совместное участие в праздниках. Кроме того, она способствует выработке общих идеалов и ценностей, придает чувство защищенности, солидарности с коллективом.

Стремление социальных групп к консолидации основано на коллективной идентичности, групповом сознании. Компонентами коллективной идентичности являются общее историческое прошлое, историческая память, пространственно-временные концепты, мифология, религиозные доктрины, общепринятые ритуалы, биосоциальный опыт, система общезначимых моделей-образцов, географическое местоположение и национальное ощущение пространства, коллективные мнения, предрассудки, отношение к чужим ценностям и т.д.

Следует отметить, что современное общество диктует новые формы празднования. Тем не менее, в условиях глобализации актуализируется роль традиционного праздника как средства консолидации индивидов с целью сохранения своей группы и сохранения национальных культурных традиций.

Праздник ориентирован на подтверждение групповой принадлежности индивида к определенной профессии, религии, нации, субкультуре и др. Консолидирующая функция выступает в роли фактора структурной целостности, жизнеспособности самой группы и фактора обеспечения внутригрупповых отношений, которые сильнее и прочнее межгрупповых.

Цивилизационное назначение праздника состоит в том, что именно через него происходит консолидация и объединение общества. Праздничная культура выступает мощным фактором идейной консолидации нации, обеспечивающим духовно-культурную идентификацию населения, социализацию подрастающего поколения, воспроизводство и передачу духовных и морально-нравственных ценностей.

В частности, реализация механизма конструирования идентичности, воплощаемого в праздничной культуре и состоящего как минимум из трех компонентов - знаков, ритуальных и игровых действий, обеспечивает консолидацию разнообразных социальных групп и общностей, в первую очередь, по этнотерриториальному, социодемографическому (молодежь, женщины), профессиональному (сотрудники силовых ведомств) признаку.

Представляется, что такое воздействие праздничной культуры на социум формирует серьезные трудности в процессе формирования социальной консолидации российского общества. Ее решение может быть связано с продолжением целенаправленной деятельности по формированию устойчивой «символьной базы», отражающей концептуальные идеи, которые могут оказать воздействие на формирование устойчивой социальной общности россиян.

Литература

1. Бабинцев В. П., Ушамирская Г. Ф. Стратегия формирования солидарного общества в регионе // Дискуссия. 2013. № 5-6. С. 120-127.

2. Бахтин М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса. М.: Худож. лит., 1990. 543 с.

3. Жигулъский К. Праздник и культура: праздники старые и новые. Размышления социолога. М.: Прогресс, 1985. 336 с.

4. Ковригина Г. Д. Социокультурные ресурсы социальной консолидации российского общества: дис. ... канд. филос. наук. Иркутск, 2015. 183 с.

5. Копцева Н. П. К вопросу о концептуальных основаниях строительства общенационального российского государства // Социодинамика. 2014. № 1. С. 1-14.

6. Кошарная Г. Б. Институциональное и межличностное доверие в консолидации российского общества // Власть. 2015. № 9. С. 125-129.

7. Лучанкин А. И., Сияцкий А. А. Социально-клубная работа с молодежью: проблемы и подходы. Екатеринбург, 1997. 396 с.

8. Мартыненко Т. С. Советские праздники как способ конструирования новой социальной идентичности // Человек в мире культуры. Региональные культурологические исследования. 2017. № 2/3(21). C. 111-115.

9. Молодов О. Б. Социальная консолидация в условиях новой реальности: проблема общественной активности и идентичности населения региона // Проблемы развития территории. 2016. № 2(82). С. 82-97.

10. Полюшкевич О. А. Социокультурная солидарность в трансформирующемся обществе. Иркутск: Изд-во ИГУ, 2014. 168 с.

11. Фромм Э. Искусство любить. Исследование природы любви. М.: Педагогика, 1990. 160 с.

12. Хальцбаур У. Event-менеджмент. М.: ЭКСМО, 2007. 384 с.

13. Холодковский К. Г. Социальные корни идейно-политической дифференциации российского общества [Электронный ресурс] // Гражданское общество в России: электронная библиотека. 2018. URL:

http://www.civisbook.ru/files/File/Kholod 1998 3.pdf_(дата обращения:

19.01.2018).

14. Шангина И. И. Русские праздники: от святок до святок. СПб.: Азбука-классика, 2004. 270 с.

References

1. Babintsev V. P., Ushamirskaya G. F. Strategiya formirovaniya solidarnogo obshchestva v regione [The strategy of forming solidarity of society in the region] // Diskussiya. 2013. No.No. 5-6. P. 120-127.

2. Bakhtin M. M. Tvorchestvo Fransua Rable i narodnaya kul'tura Srednevekov'ya i Renessansa [Creativity Francois Rabelais and folk culture of the Middle Ages and the Renaissance]. Moscow: Khudozh. lit., 1990. 543 p.

3. Zhigulskiy K. Prazdnik i kul'tura: prazdniki staryye i novyye. Razmyshleniya sotsiologa [Celebration and culture: old and new.festivals. Reflections of a sociologist]. Moscow: Progress, 1985. 336 p.

4. Kovrigina G. D. Sotsiokul'turnyye resursy sotsial'noy konsolidatsii rossiyskogo obshchestva [Social and cultural resources for social consolidation of the Russian society]: dis. ... kand. filos. nauk: [Cand. Thes. ... Cand. Philos. Sciences] Irkutsk, 2015. 183 p.

5. Koptseva N. P. K voprosu o kontseptual'nykh osnovaniyakh stroitel'stva obshchenatsional'nogo rossiyskogo gosudarstva [To the issue of conceptual bases of construction of national Russian state] // Sotsiodinamika. 2014. No 1. P.1-14.

6. Kosharnaya G. B. Institutsional'noye i mezhlichnostnoye doveriye v konsolidatsii rossiyskogo obshchestva [Institutional and interpersonal trust in consolidation of Russian society] // Vlast'. 2015. No. 9. P. 125-129.

7. Luchankin A. I., Siyatskiy A. A. Sotsial'no-klubnaya rabota s molodezh'yu: problemy i podkhody [Social and club work with young people: challenges and approaches]. Ekaterinburg, 1997. 396 p.

8. Martynenko T. S. Sovetskiye prazdniki kak sposob konstruirovaniya novoy sotsial'noy identichnosti [Soviet holidays as a way of constructing a new social identity] // Chelovek v mire kul'tury. Regional'nyye kul'turologicheskiye issledovaniya [Personality in the world of culture. Regional cultural studies]. 2017. No. 2/3 (21). P. 111-115.

9. Molodov O. B. Sotsial'naya konsolidatsiya v usloviyakh novoy real'nosti: problema obshchestvennoy aktivnosti i identichnosti naseleniya regiona [Social consolidation in the new reality: problem of social activity and identity of the population of the region] // Problemy razvitiya territorii [Problems of territory development]. 2016. No. 2(82). P. 82-97.

10. Polyushkevich O. A. Sotsiokul'turnaya solidarnost' v transformiruyushchemsya obshchestve [Sociocultural solidarity in a transforming society]. Irkutsk: Publishing house of IPA, 2014. 168 p.

11. Fromm E. Iskusstvo lyubit'. Issledovaniye prirody lyubvi [The art of love. Exploring the nature of love.The Art of Love]. Moscow: Pedagogy, 1990. 160 p.

12. Holzbaur U. Event-menedzhment [Eventmanagement. veranstaltungen professionell zum erfolg führen]. Moscow: EKSMO, 2007. 384 p.

13. Kholodkovskiy K. G. Sotsial'nyye korni ideyno-politicheskoy differentsiatsii rossiyskogo obshchestva [Social roots of ideological-political differentiation of Russian society] [Electronic resource] // Grazhdanskoye obshchestvo v Rossii [Civil society in Russia]: electronic library. 2018. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/Kholod 1998 3.pdf (reference date: 19.01.2018).

14. Shangina I. I. Russkiye prazdniki: ot svyatok do svyatok [Russian holidays: from the festive season to the festive season]. Saint-Petersburg: Azbuka-klassika, 2004. 270 p.

Статья поступила в редакцию 10.02.2018 Статья допущена к публикации 30.05.2018

The article was received by the editorial staff10.02.2018 The article is approved for publication 30.05.2018