Политика двухпартийности: христианские демократы в Бельгии

У. Беке, С. Ван Хеке*

Политика двухпартийности: Христианские демократы в Бельгии

Л.Уведение

Эта статья получила название «Политика двухпартийности», поскольку в Бельгии в рамках одной политической системы существуют ныне две автономные христианские демократические партии. Христианская народная партия/Социальнохристианская партия (ХНП/СХП) была создана в 1945 г. в качестве единого движения, но в 1968 г. оно распалось на два автономных крыла. Это был первый случай подобного раздела партий в Бельгии. В 1970 г. таким же образом разделились Либеральная и Социалистическая партии. В настоящее время в Бельгии существуют только региональные партии. Поэтому, рассматривая христианскую демократию, следует различать фламандских и валлонских христианских демократов1.

* Beke W., Van Hecke S. The politics of bipartisanship. Christian Democracy in Belgium.

Данная статья является обновленной и расширенной версией работы «Христианская демократия в Бельгии», опубликованной авторами в 2004 г. Beke W., Van Hecke S. Christian Democracy in Belgium // Christian Democratic parties in Europe since the end of the cold war/Van Hecke S., Gerard E. (eds.). - Leuven, 2004. - P. 133-158.

1 Фактически ситуация является даже более сложной, так как в немецкоговорящей части Бельгии существует еще одна христианская демократическая партия, правда, относительно небольшая, которая называется Христианская социальная партия (Christlich Soziale Partei). И, как ХНП (Фландрия) и СХП (Валлония), также участвуют в выборах в Брюсселе. В этой главе я главным образом сосредоточусь на сравнении ХНП и СХП. 180

Более того, как мы покажем в первой главе, регионализация бельгийской христианской демократии имеет идеологические, стратегические и организационные последствия.

Период, прошедший с момента окончания холодной войны, может быть разделен на три части. До 1999 г. христианские демократы были лидирующей политической силой. Они выдвигали кандидатуры на пост премьер-министра и определяли политический курс. Ситуация изменилась в 1999 г. - христианские демократы впервые за 40 лет оказались в оппозиции. До этого они были заняты управлением страной, теперь же смогли заняться сами собой.

В предлагаемой статье эволюция избирательной системы, политика партий и их программы, а также идеологические перемены и взаимоотношения партий с гражданским обществом будут проанализированы в рамках двух первых периодов, а также с учетом деятельности двух христианских демократических партий2. Начиная с 2004 г. успех на выборах и участие в управлении страной, пусть даже только на региональном уровне, вновь изменили политический контекст работы обеих партий. Об этом мы скажем подробнее в заключительной части.

Электоральная революция

Политический ландшафт Бельгии определяется партиями и регионами. Помимо христианских демократов в стране существуют социалисты, либералы, партия «зеленых», «регионалисты» и крайне правые партии. Кроме националистов и фламандских ультраправых, все партии разделяются на фламандские и валлонские. Таким образом, партии конкурируют как на собственно партийном, так и на региональном уровне, а иногда

2 Анализ во многом базируется на ежегодных статьях (Deweerdt M. Overzicht van het Belgisch politiek gebeuren), опубликованных в политическом ежегоднике Res Publica (1991) 3-4, 286-344; (1992) 3-4, 292-338; (1993) 3-4, 233-268; (1994) 3-4, 281-312; (1995) 3-4, 501525; (1996) 3-4, 468-531; (1997) 4, 311-375; (1998) 3-4, 162-238; (1999) 2-3, 166-246; (2000) 3-4, 215-315 и (2001) 2-3,155-252. Для периода с 1999 г. я полагался на: Beke W. Tussen Van Acker en Verhofstadt. Enkele kanttekeningen bij verschillen en gelijkenissen voor een CVP in oppositie // De Gids op Maatschappelijk Gebied, 8(2000) 34-52; Van Hecke S. De oppositie van de christen-democraten in Belgi'e// Christen-democratische Verkennigen, 2 (2002) 20-35; Van Hecke S. Oppositie, vernieuwing, oppositie. Kroniek van enkele gelijkenissen en verschillen tussen CVP en PSC//Nieuw Tijdschrift voor Politiek, 1 (2001-2002) 37-59.

одновременно и там, и здесь. В силу этого федеральный политический ландшафт асимметричен и процесс принятия решений представляет собой довольно сложную систему.

Во многих странах в качестве главных противников христианских демократов выступают социалистические партии. Долгое время так было и в Бельгии. После Второй мировой войны христианские демократы и социалисты соперничали на равных, а либералы традиционно являлись меньшей партией. В основном это было время преимущества христианских демократов - они выдвигали премьер-министра.

В 80-е годы прошлого века ситуация изменилась. Социалисты переживали фазу стагнации, даже упадка, влияние христианских демократов тоже непрерывно падало. С 1988 по 1999 г. эти две партии формировали коалиционное правительство. Либералы последовательно выбирали объектом критики правое крыло христианской демократической партии, что давало им ограниченный, но систематический прирост голосов. Поэтому основными оппонентами христианских демократов в те годы были скорее либералы, нежели социалисты. Либеральные партии, которые обычно играли роль меньшей партии, в течение 90-х годов усилились настолько, что стали одной из главных политических сил в Бельгии, заняв место христианских демократов.

В то время как либералы соперничали с правым крылом христианских демократов, партия зеленых выбрала для союза их левое крыло, вернее, попыталась наладить отношения с Христианским рабочим движением (ХРД), которое традиционно имело прочные и «эксклюзивные» связи с христианскими демократами. В Валлонии эти действия имели больший успех, чем во Фландрии, возможно, из-за того, что валлонское христианское рабочее движение более дистанцировалось от СХП, чем их фламандские коллеги - от ХНП.

Во Фландрии и Валлонии христианские демократы занимают различные позиции. Во Фландрии ХНП до 1999 г. была крупнейшей политической партией (см. табл. 1). В последующие годы Фламандские либералы и демократы (УЬО)3 захватили политическое лидерство, а в

3 В 1992 г. фламандская либеральная Партия свободы и прогресса (Partij voor Vrij-heid en Vooruitgang-PVV) сменила название на Vlaams Liberalen en Democraten(VLD).

2003 г. блок «Социалистическая партия - Иначе» и движение «Дух» (SPA-SPIRIT)4 также победили на выборах христианских демократов. Таким образом, из-за все увеличивающейся популярности социалистов и либералов христианские демократы были отброшены на третье место. Примечательно, что во Фландрии в эти годы наблюдалось постоянное усиление позиций не только либералов, но и правого Фламандского блока (ФБ, VB)5. Для фламандского регионалистского Народного союза (НС, VU) была характерна обратная тенденция. Так же как и Фламандский блок, партия зеленых «Жить по-другому» (AGALEV) с каждыми выборами усиливала свои позиции. Однако в 2003 г., после четырехлетнего присутствия в федеральном правительстве, они получили худшие результаты за все время своего существования и не вошли в федеральный парламент.

В Валлонии крупнейшей всегда являлась Социалистическая партия (СП, Parti Socialiste (PS)). В 1981 г. второе место заняла Партия либеральных реформ (ПЛР, Partie Liberal Reformateur), а в 1999 г. христианские демократы уступили третье место Экологической партии (Ecologistes Confederes pour l'Organisation des Luttes Originales - ECOLO - «Конфедерированные экологисты за организацию изначальной борьбы»). На выборах 2003 г. валлонские христианские демократы вновь стали третьей крупнейшей партией. Однако это произошло не благодаря собственным успехам в избирательной кампании, а скорее благодаря ослаблению ECOLO, чьи позиции тем не менее остались более крепкими, чем у их фламандских коллег. По сравнению с Фландрией крайне правый Национальный фронт (НФ, Front National) менее силен и поэтому не угрожает традиционным партиям. Региональный Демократический фронт франкофонов (Front De-mocratique des Francophones - FDF), который имел особенно прочные позиции в Брюсселе, после выборов 1991 г. вступил в альянс с ПЛР.

4 В 2002 г. Социалистическая партия (Socialistische Partij) добавила в свое название слово «иначе» (Anders). В 2003 г. она сформировала избирательный блок с леволиберальным крылом бывшей Фламандской националистской партии, названный Sociaal, Progressief, Internationaal, Regionalistisch, Integraal-democratisch en Toekomstgericht (SPIRIT).

5 Правопопулистский Фламандский блок распался в 2004 г. Тут же была организована партия-наследница «Фламандский интерес» (Vlaams Belang, VB). От девиза Фламандского блока «Eigen volk eerst» - «сначала - собственный народ» эта партия отказалась. - Прим. ред.

В 2002 г. блок слился в одну партию под названием Реформаторское движение (Mouvement Reformateur - MR), в которое вошли некоторые бывшие христианские демократы, покинувшие незадолго до этого СХП (см. табл. 1).

Если проследить распределение голосов избирателей по географическому принципу, то можно установить, что христианские демократы все еще очень сильны в сельских районах, в то время как в крупных городах их позиции стали слабее. К примеру, на выборах 2003 г. христианские демократы с трудом преодолели 10%-ный барьер в Брюсселе, Антверпене и Шарлерое (см. табл. 2). В городах среднего размера, расположенных в сельских районах, как, например, Брюгге, они получили от 25 до 30%, но в других городах -Генте и Льеже - меньше, чем в среднем по стране. Такая же картина вырисовывается, если рассмотреть результаты выборов по территориальному принципу. В сельских провинциях Лимбурга, Люксембурга и Западной Фландрии христианские демократы по-прежнему довольно сильны, в то время как в более урбанизированных провинциях - в Антверпене, Валлонском и Фламандском Брабанте, Восточной Фландрии, Эно и Льеже -результаты ниже среднего показателя (см. табл 2).

На выборах в Европарламент в 1989 г. бельгийские христианско-демократические партии получили 7 из 24 мест, т.е. каждое третье. ХНП набрала 34% голосов во Фландрии, а СХП - 21% в Валлонии. Как выяснилось в дальнейшем, для них это были последние успешные выборы. С 1989 г. бельгийские избиратели приходили на избирательные участки пять раз - выбирать новые парламенты на национальном/ федеральном и региональном уровнях.

Осенью 1991 г. состоялись досрочные национальные выборы. Результаты были настолько поразительны, что словосочетание «Zwarte Zondag» («Черное воскресенье») стало расхожим выражением. Все традиционные партии, правящие или же находившиеся в оппозиции, в большей или меньшей степени потеряли голоса избирателей. ХНП потеряла четыре места в Палате представителей, СХП - одно место из 212. Во Фландрии главным победителем стал Фламандский блок, а в Валлонии выборы триумфально провела партия ECOLO. Такой драматический результат стал, скорее всего, следствием ряда скандалов, столкновений и других инцидентов в правившей до 184

этого коалиции христианских демократов, социалистов и Фламандского блока. Это был конец карьеры политика Уилфреда Мартенса - лидера ХНП с 80-х годов

Результаты федеральных и региональных выборов 1995 г. во Фландрии были не столь плачевны. Фламандские правящие партии (христианские демократы и социалисты) отчасти даже восстановили свои позиции по сравнению с потерями четырехлетней давности, в то время как их валлонские коллеги потерпели неудачу. ФЛД и ПЛР получили 1,7 и 3,6% соответственно. Фламандский блок получил 1,7%. Таким образом, правящая коалиция сохранила свои позиции и имела большинство в национальной и региональных ассамблеях. Христианские демократы и социалисты продолжали управлять страной.

Партии, представители которых находились в правительстве, особенно ХНП, были уверены в успехе на федеральных и региональных выборах 1999 г. (благодаря успешному вступлению Бельгии в Европейский валютный союз). Однако из-за так называемого «диоксинового кризиса», который произошел за пару дней до выборов, в стране, можно сказать, произошло очередное «политическое землетрясение». ХНП потеряла семь мест и СХП - два (из 150). Для партий AGALEV и ECOLO результаты были очень успешными («Зеленое воскресенье»), в то время как Фламандский блок стал третьей крупнейшей партией Фландрии. И что более важно, ХНП уступила ФЛД место крупнейшей политической партии страны. Поэтому право формировать федеральное правительство перешло к либералам. За короткий отрезок времени Гай Верхофштадт, президент ФЛД, сформировал кабинет, в который вошли либералы, социалисты и зеленые6.

После четырех лет в оппозиции ХДФП была неспособна остановить падение своей популярности у избирателей. Она потеряла еще 1,4% (одно место из 150) на федеральных выборах 2003 г. Гуманистический демократический центр (ГДЦ) (Centre Démocrate Humaniste (CDH)) - так стали называться франкофонные христианские демократы - потерял два места. Либералы и социалисты усилили свои позиции, в то время как зеленые

6 Как стало известно позже, валлонские социалисты и либералы подписали соглашение о коалиции летом 1997 г.

получили худший результат с тех пор, как они впервые вошли в федеральный парламент. В итоге Гай Верхофштадт сохранил пост премьер-министра в кабинете, состоящем из либералов и социалистов. Христианские демократы готовились к другим (национальным) выборам, находясь в оппозиции.

Политика или программа?

Маастрихтский договор, и в особенности его бюджетные требования, доминировали в политических дебатах многих западноевропейских стран на протяжении всех 90-х годов. Маастрихт установил ряд критериев, которые страны - участницы Европейского союза должны были выполнить, чтобы присоединиться к Экономическому и валютному союзу. Это также касалось Бельгии. Между 1992 и 1999 гг. Жан-Люк Деан возглавлял два кабинета подряд, в которые входили христианские демократы и социалисты. Его главной целью было вступление Бельгии в Экономический и валютный союз. В 1991 г. дефицит бюджета составлял 6,7%, государственная задолженность возросла до 130%, так что необходимость серьезной экономии была очевидной. Помимо этого, на повестке дня в первую половину 90-х годов стояла государственная реформа. После же 1999 г. в центр внутрипартийных дебатов христанских демократов в Бельгии встали вопросы соотношения партийных программ и реальной политики.

Фламандские христианские демократы

В сентябре 1992 г. между христианскими демократами, социалистами и зелеными было достигнуто соглашение, касающееся государственных реформ, которые превратили бы Бельгию в полноценное федеральное государство. Важные институциональные реформы затрагивали формирование региональных парламентов, избирающихся прямым голосованием, реформу федерального парламента и передачу большого количества политических полномочий и финансовых средств в регионы. Соглашение временно заморозило конфликты между фламандскими и валлонскими партиями, и поэтому федеральное

правительство могло полностью сосредоточиться на решении экономических и бюджетных проблем.

Соглашение по государственной реформе позволило премьер-министру Деану усилить свои позиции в ХНП, так как партия с большой неохотой согласилась на коалицию с социалистами. После заседания Европейского совета на Корфу в июне 1994 г., где из-за вето Великобритании он чуть не потерял шанс стать председателем Европейской комиссии, Деан стал по-настоящему бесспорным лидером ХНП. Это повысило уверенность партии в себе и травма от поражения 1991 г. была забыта. В результате ХНП поставила Деана в центр своей предвыборной кампании и предстала в качестве истинно правительственной партии, предлагающей стабильность и безопасность. На федеральных и региональных выборах 1995 г. доля голосов, полученных ХНП, немного возросла. Это стало точкой отсчета для работы второго правительства, возглавляемого Деаном, в которое вошли христианские демократы и социалисты.

После поражения 1991 г. новый лидер партии Жоан Ван Хеке инициировал обновление ХНП, цели которого были изложены в новом манифесте основных принципов: прямые выборы

президента, принцип открытости местной исполнительной власти (каждый член партии, подписавший декларацию об обязанностях, мог стать членом местных органов власти) и отказ от влияния на близкие партии социальные организации, так называемые «standen» (группы по профессиональным интересам). Однако по прошествии некоторого времени момент для перемен был упущен из-за успехов правительства. Имидж правительственной партии, воплотившийся в Деане, затмил процесс обновления. После успешных выборов 1995 г. планы обновления были забыты. Кроме того, они были затруднены и рядом других факторов: коррупционным скандалом вокруг компании «Agusta and Dassault» в 1995 г. (который отразился на фламандских и валлонских социалистических партиях, входивших в коалицию), неожиданной отставкой Ван Хеке в июне 1996 г. (по личным мотивам) и «дела Дютро», связанного с педофилией, который разразился также в

1996 г.7 Дело Дютро ввергло в состояние шока всю страну. Во время так называемого «белого марта» на улицах Брюсселя протестовали и высказывали свое возмущение 300 тыс. человек. Премьер-министр Деан с трудом старался удержать ситуацию под контролем. Из-за того что общество выражало эмоциональное недовольство, а не выдвигало материальных требований, правительству было сложно принять правильное решение. Стефану де Клерку, фламандскому христианскому демократу и министру юстиции во время дела Дютро, частично удалось справиться с недоверием народа к судебной системе. Однако когда в апреле 1998 г. Дютро совершил побег (правда, только на пару часов), де Клерк покинул пост министра юстиции. Парадоксально, но, как позже показал его личный успех на федеральных выборах 1999 г., отставка сделала бывшего министра более популярным.

Тот факт, что правительственная политика, особенно в отношении ЕВС, превалировала над партийной программой, стал очевидным на конгрессе ХНП в июне 1998 г. Были приняты два важных решения: отмена налоговой дискриминации

семейных пар к 2002 г. и основание законной схемы для «тегкиетегэратНараНе» (долевых фондов служащих по найму). Отказ от налоговой дискриминации должен был обойтись от 1,5 млрд. до 2 млрд. евро. Причем Бельгия не могла позволить такие затраты, если хотела отвечать нормативам, накладываемым Маастрихтским договором. В результате премьер-министр Деан и бывший председатель ХНП Герман Ван Ромпуй резко нажали на тормоза и сдержали амбиции конгресса. Они согласились, что налоговая дискриминация должна быть отменена, но в то же время настояли на том, что

7К скандалу вокруг фирмы «Agusta and Dassault» привело расследование убийства бывшего министра и президента Валлонской социалистической партии. В конце 80-х годов многие министры из числа социалистов были уличены во взятках при распределении контрактов для бельгийской армии. Во время «дела Дютро» было арестовано значительное количество людей за похищение по крайней мере шести девочек и убийство четырех. В напряженной атмосфере, которую породило это дело, министр от валлонских социалистов был ошибочно обвинен в педофилии. Был учрежден Парламентский следственный комитет, чтобы расследовать падение «бельгийской системы». Побег Дютро в итоге привел к общей реформе политической и судебной системы. Эту реформу поддержали христианские демократы, социалисты, либералы и Народный союз. Это предотвратило проблемы с выборами 1999 г.

политический приоритет должно занять вступлении Бельгии в ЕВС. Противостояние «администраторов» (политиков) и

«новаторов» (сторонников партийной программы) было в итоге выиграно первыми, хотя партийный конгресс первоначально намеревался ускорить планы партийного обновления.

После того как Бельгия 1 января 1999 г. вступила в ЕВС, ХНП приобрела чрезвычайную уверенность в себе, полагая, что сможет выиграть ближайшие выборы, которые должны были состояться в июне того же года. Однако так называемый «диоксиновый кризис» вызвал шок8. Предвыборная кампания ХНП, выстроенная на позитивном экономическом климате и заслуживающей доверия фигуре лидера - Деана, разваливалась на части. Деан постарался взять кризис под контроль, но избежать поражения на выборах было уже невозможно. Деан немедленно взял на себя всю ответственность и ушел с позиции лидируюшуго политика фламандских христианских демократов. Председатель партии Марк Ван Пеел также подал в отставку. В результате выборов на федеральном и региональном уровнях были сформированы коалиционные правительства, в которые христианские демократы не вошли9. Вскоре после этого председателем партии был избран бывший министр юстиции де Клерк. Сразу после местных выборов, которые состоялись в октябре 2000 г. - на них ХНП потеряла 4%, но по-прежнему осталась крупнейшей партией со средним показателем почти в 27%, - де Клерк наконец начал работу по обещанному обновлению партии. В сентябре 2001 г. он организовал конгресс в своем родном городе Кортрейке. Сменились название партии (она стала называться Христианско-демократическая и фламандская партия (СО&У)), ее организация, была принята новая программа фламандских христианских

8 За две недели до выборов Фламандские либералы и демократы заявили, что на многих фермах куры заражены диоксином. СМИ нарисовали картину, в которой фигурировали горы отравленной пищи, и предложили правительству кардинально решить эту проблему. Два министра ушли в отставку. Однако следующий кабинет упустил время и спокойную политическую обстановку, чтобы разобраться с внезапно возникшим кризисом. Власти не смогли принять решение до выборов.

9 Единственным исключением было региональное правительство Брюсселя. Потребовалась поддержка фламандских христианских демократов, чтобы не пустить в исполнительную власть праворадикальный Фламандский блок.

демократов10. Три предложения стали причиной внутрипартийного переворота: разрешение однополых браков, право иммигрантов из стран, не входящих в ЕС, участвовать в местных выборах и конфедерализм. Против ожиданий партийного руководства конгресс одобрил разрешение однополых браков и конфедерализм. Право голосования на местном уровне для иммигрантов из не входящих в ЕС стран не получило поддержки.

Многие христианские демократы и близкие им группы включились в дебаты об обновлении ХНП, ее будущей стратегии и политическом выборе. Бывший председатель Ван Хеке особенно желал, чтобы партия приняла радикальные решения. Он выступал за более левый курс. Еще в конце 2000 г. он сформировал внутри ХНП группу, получившую название «Христианское демократическое возрождение». Однако, с точки зрения многих демократов, он не столько стимулировал, сколько нанес ущерб тонкому процессу перехода партии в новое качество. Не прошло и месяца после конгресса 2001 г., как Ван Хеке и ряд других христианских демократов выдвинули идею объединения либералов и христианских демократов в одну крупную народную партию. Де Клерк принудил Ван Хеке выйти из партии и тот сразу же основал новое движение - «Новая христианская демократия», которое намеревалось слиться с фламандскими либералами и демократами (УЬО), что и произошло в 2002 г.

Однако и для реорганизованной ХДФП было по-прежнему сложно привыкнуть к роли оппозиционной партии. Христианские демократы не смогли извлечь выгоду из экономического спада и постоянных конфликтов в правительстве либералов, социалистов и зеленых. Даже новая социально-экономическая программа, принятая в 2002 г. на конгрессе в Антверпене, не изменила ситуации и едва ли стала полезной для предвыборной кампании 2003 г. Образ партии был во многом двусмысленным, так как базировался на идеях как Деана, так и де Клерка, сочетая в себе

10 Наиболее важной переменой стало создание Исполнительного комитета (Вітес-ИесстИе), в который входили президент партии, лидеры партийных групп, генеральный секретарь и директор по внутренним делам. Этот орган заменил неформальную структуру, которая до 1999 г. управляла ХНП и состояла из федерального премьер-министра, федерального вице-премьера, фламандского регионального премьер-министра и президента партии.

соответственно старую политику ХНП и новую программу ХДФП. В итоге христианские демократы проиграли федеральные выборы 2003 г. - хотя не с разгромным счетом, но тем не менее получив недостаточно голосов, чтобы переломить негативную тенденцию. Де Клерк ушел с поста председателя партии, его сменил Ив Летерм, который до этого был лидером фракции в Палате представителей и смог достичь относительно хорошего результата на выборах.

Франкофонные христианские демократы

В противоположность ХНП начало 1990-х годов для СХП было временем относительного затишья. Поражение 1991 г. не было разгромным и лидерство Жерара Депрэ не ставилось под сомнение. СХП существовала в тени ХНП, и, несмотря на то что она была лишь третьей крупной партией, ее представители по-прежнему входили в правительство благодаря тесным связям с ХНП. Депрэ, который стал председателем партии еще в 1982 г., был переизбран в 1991 г. (причем он являлся единственным

кандидатом на этот пост). То, что он остался на своем посту, еще раз подтвердило инертность партии11. Движение вперед началось лишь в 1994 г.

В 1994 г. Депрэ был переизбран председателем партии, получив только 51,1% голосов. Этот результат показывал, что он уже не являлся бесспорным лидером. В 1995 г. на конгрессе, посвященном 50-й годовщине образования СХП, Депрэ неожиданно для всех объявил, что он хочет досрочно покинуть пост. Он предложил преемника - политического секретаря партии Жоэль Мильке. Это стало началом серьезнейших разногласий в СХП. Чарльз-Фердинанд Нотом, бывший лидер партии, министр и председатель Палаты представителей, также выдвинул свою кандидатуру. Его поддерживал ряд старших партийных функционеров. Члены партии могли выбирать между процессом обновления под руководством Мильке и возвращением к старым добрым временам - вместе с Нотомом. В итоге с перевесом в 23 голоса из 30 тыс. 941 победил Нотом. Особенно разочарован его

11 О руководстве СХП см.: Fiers S. Partijvoorzitters in Belgie of «le parti, c'est moi». -Leuven, 1998.

избранием был Депрэ. Он вскоре стал играть лидирующую роль во внутрипартийной оппозиции. В то же время Нотому не удалось вновь объединить партию; к примеру, напоказ передвигая Мильке с поста на пост и заблокировав ее выдвижение лидером фракции в сенате, Нотом не только не разрешил внутренний кризис в СХП, но создал еще больше хаоса и недовольства.

Нотом начал неформальные переговоры с Партией либеральных реформ, направленные на создание крупной правоцентристской конфедерации либералов и христианских демократов. Когда информация об этом диалоге просочилась в прессу, левое крыло СХП выступило с жесткой критикой альянса и постаралось остановить дальнейшие попытки объединения. Это поставило под угрозу лидерство Нотома, так как идея альянса с ПЛР никогда официально не обсуждалась внутри партии. Чрезвычайный «конклав» из 20 старших партийных функционеров обсудил эту проблему и решил не объединяться с ПЛР, но утвердить Нотома на посту председателя партии. Оппонент Нотома, Депрэ, горячо поддержал идею конфедерации и публично заявил, что он тоже несколько раз вел переговоры с представителями ПЛР (но без ведома Нотома). Когда Депрэ продолжил сближение с либералами, он начал терять поддержку в партии (в том числе и со стороны Мильке) и в конце концов вынужден был ее покинуть.

Однако это не усилило позиции Нотома. На другом собрании старших функционеров партии в начале 1998 г. он объявил о своей досрочной отставке. Консенсус был найден в лице Филиппа Майштадта, который занимал пост вице-премьера и министра финансов - он должен был стать преемником Нотома. Майштадт предпочитал сохранить кресло в правительстве, но под давлением премьер-министра Деана в конце концов дал согласие. Деан считал, что коллапс «братской» партии, о котором предупреждали опросы общественного мнения, стал бы серьезной неудачей и для ХНП. Майштадт согласился возглавить партию до следующих выборов, после них лидерство обещала взять на себя Мильке. В то же время Мильке стала вице-президентом и на выборы 1999 г. они должны были пойти одной командой - Майштадт-Мильке. Эти перемены в руководстве не смогли полностью компенсировать уход Депрэ. Летом 1998 г. он добился поддержки еще двух членов Палаты представителей и осенью того же года официально основал Движение граждан за 192

перемены (Mouvement des Citoyens pour le Changement). В конце концов это новое движение присоединилось к Партии либеральных реформ (к тому времени альянс с ПЛР уже оформил Демократический фронт франкофонов).

После выборов 1999 г., на которых валлонские христианские демократы потеряли еще два места в Палате представителей, так что в итоге у них осталось меньше мест, чем у ECOLO, СХП оказалась на скамье оппозиции. Майштадт передал пост председателя Мильке. В отличие от периода 1982-1996 гг., который характеризовался очень стабильным лидерством, к 1999 г. СХП сменила четырех председателей за четыре года. После местных выборов в октябре 2000 г. Мильке начала процесс обновления партии. Следовало разработать новый партийный манифест, партия должна была получить новую организационную структуру и новое имя. Новый манифест назывался «Хартия демократического гуманизма» и был принят на конгрессе в Льеже в июне 2001 г. В соответствии с главной мыслью -«демократический гуманизм» - Мильке хотела создать «четвертый путь», в обход классического конфликта между левыми и правыми и как альтернативу либеральному индивидуализму, социалистическому коллективизму и экологическому фундаментализму зеленых. Были осторожно обойдены все ссылки на христианство, из текста документа убрали концепцию персонализма. СХП хотела освободить себя от исторического балласта и намеревалась сделать это и в идеологическом плане.

Конгресс в Льеже усилил сплоченность партии, несмотря на критическое отношение и скептицизм по поводу отхода от идеи партии, основанной и действующей для христиан. Однако в мае

2002 г. Мильке смогла убедить других старших партийных чиновников изменить название партии на Гуманистический демократический центр (CDH). Некоторые рассматривали это как тонкую маркетинговую уловку, потому что, несмотря на отсутствие упоминания о христианстве, в названии сохранилась буква «С», начальная буква слова «христианство»12. Оппоненты же основали новую партию - «Франкоговорящие христианские демократы» (CDF). По их мнению, к поражениям на выборах привели не

12 Так называемое «большое С», характеризующее христианско-демократические партии Европы. - Прим. ред.

ссылки на христианство, но скорее отсутствие этих ссылок и получившаяся в итоге неясная партийная линия. ФХД четко позиционировала себя как правоцентристскую партию и дистанцировалась от левоцентристского курса, взятого Мильке. Было очень вероятным сотрудничество с ПЛР, но предвыборный альянс по аналогии с партией Депрэ был отвергнут.

Выбирая левоцентристскую позицию, Мильке была уверена, что она сможет вернуть голоса, потерянные в пользу ECOLO. Это вызвало некоторые разногласия. С одной стороны, усилия Депрэ по созданию мощной альтернативы этатистской Социалистической партии были встречены с малой долей симпатии; с другой стороны, аргумент Мильке о том, что таким образом будет сломлено большинство социалистов в Валлонии, разделяли некоторые другие политики. Многие опасались, что Мильке ведет партию к коалиции с социалистами и зелеными, вместо того чтобы сотрудничать с франкоговорящими либералами с целью экономического возрождения Валлонии. Многие также предсказывали конец христианской демократии в Валлонии. Федеральные выборы 2003 г. не подтвердили этого, несмотря на то что партия потеряла два места в Палате представителей. Мильке лично получила относительно много голосов, а ГДЦ «выжил» и благодаря провалу ECOLO вновь стал третьей крупнейшей партией. После выборов Мильке была переизбрана председателем ГДЦ.

Общие черты и различия

Между фламандскими и валлонскими христианскими демократами существуют как общие черты, так и различия. Первая общая черта -обе партии до относительно недавнего прошлого делали упор на христианских корнях своей политики и, кроме того, обладали имиджем заслуживающих доверия правящих партий. Это отвлекало внимание избирателей от действительной партийной программы (в особенности это касалось программы ХНП). Козырем ХНП на выборах был партийный лидер. Например, в 90-е годы партию можно было охарактеризовать, используя черты и имидж Деана.

В меньшей степени это относилось к Валлонии, хотя СХП также использовала в своем имидже правительственную «надежность», связывая ее с такими фигурами, как Майштадт. Когда этот образ был

полностью разрушен диоксиновым кризисом, обеим партиям пришлось расплачиваться за подобные «лидерские» стратегии, причем ХНП пришлось «заплатить» больше, чем СХП.

Вторую общую черту можно усмотреть в том, что бывшие президенты обеих партий образовали свои собственные (персональные) христианские демократические движения, которые в итоге влились в либеральные партии. Случайно или нет, оба были членами Европейского парламента и считали ЕНП оптимальным примером объединения христианских демократов, либералов и консерваторов в одну мощную политическую партию.

Третья схожая черта - после выборов 1999 г. обе партии сменили президентов, которые начали параллельный (но не скоординированный) процесс обновления. Обоим пришлось иметь дело с внутренней (и внешней) оппозицией, включая бывших президентов, и столкнуться с угрозами своему лидерству. Оба новых лидера сменили названия партий, организацию и программы. Обоим не удалось привести партии к победе на выборах 2003 г., но в то же время оба смогли сохранить позиции христианских демократов в политической палитре Бельгии. И в то время как Мильке осталась президентом, де Клерк ушел с поста и его место занял Летерм.

Между обеими партиями есть и ряд различий. Депрэ, например, стремился к правому альянсу с либералами, чтобы противостоять доминированию социалистов в Валлонии, в то время как Ван Хеке предпочитал левый курс, хотя в итоге он также оказался с либералами.

Основное отличие в политической эволюции ХНП и СХП является следствием асимметричного политического ландшафта Бельгии и относительного веса внутри него политических семей. Непосредственными соперниками фламандских христианских демократов являлись фламандские либералы и демократы, в то время как франкоговорящим христианским демократам приходилось в основном бороться с ECOLO. В течение 90-х годов ХНП потеряла большую часть избирателей, в основном из правого крыла - в пользу либералов. СХП также потеряла большую часть избирателей, но из левого крыла - в пользу зеленых. Эта ситуация повлияла на политическую стратегию ХНП и СХП и усилила расхождения между двумя христианскими демократическими партиями.

Второе значительное отличие - ХНП решила сохранить христианское определение в новом названии, однако ее связи с традиционными христианскими организациями, особенно с Христианским рабочим движением, постепенно сошли на нет. СХП же отказалась от термина «христианская», но приложила немало сил (особенно после того, как президентом стала Мильке) для восстановления тесных связей с религиозной частью общества.

Третье отличие касается количества «регионализма» в политических программах. ХНП по традиции была более «регионалистской» партией, чем СХП, которая всегда до определенной степени защищала общебельгийские интересы. Эти разные подходы стали еще более заметны после 1999 г. Обе партии тогда находились в оппозиции, так что им не было необходимости смягчать политические предпочтения, учитывая интересы друг друга или иных партий коалиции. Эту эволюцию ясно продемонстрировали позиции партий во время пятого этапа государственных реформ, так называемых Соглашений Ламбер-монт/Сен-Поликарп 2000-2001 гг.13 СХП устраивало это новое соглашение. Не из-за того, что оно еще более ослабляло федеральные институты, а скорее потому, что было очень выгодным для образования на французском языке. ХНП выступала против, потому что соглашение не усиливало в равной мере фламандские институты и возможности, а также потому, что франкоговорящие получили наибольшие (финансовые) преимущества как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе.

Идеологические перемены

Рассматривая политическую идеологию, можно также увидеть несколько общих черт и различий между фламандскими и валлонскими христианскими демократами. Во-первых, во Фландрии

13 Термин «Ламбермонт» - по названию резиденции премьер-министра в Брюсселе, где переходили переговоры, - используется фламандской прессой; франкофонные СМИ употребляют термин «Сен-Поликарп» по дате подписания итогового соглашения (подобно соглашениям Сен-Мишель, заключенным за десять лет до этих событий). Пятый этап государственной реформы расширил права и налоговую автономию трех регионов (Фландрии, Валлонии и Брюсселя), консолидировал финансы франкоговорящего сообщества, изменил институты округа Брюссель и немецкоговорящего сообщества.

и в Валлонии разная политическая среда и поэтому политическое развитие шло различными путями. Фламандским политическим партиям приходится иметь дело с ультраправым Фламандским блоком. В Валлонии же все более расгет поляризация на левых-правых. Либералы взяли на себя роль христианских демократов в качестве несоциалистической центристской партии, в то время как социалисты и зеленые сотрудничают с Христианским рабочим движением (с его частью) в рамках левого блока, откровенно приглашая присоединиться к ним прогрессивных христианских демократов. В этой связи наиболее правые сближаются с либералами, а наиболее левые с социалистами и зелеными.

Христианская демократическая партия со времен Второй мировой войны преподносила себя бельгийским избирателям как «народная партия», стремящаяся наладить взаимопонимание между работодателями и наемными работниками. В качестве альтернативы социалистическому коллективизму и либеральному индивидуализму ХНП/СХП выступали за «третий путь»: путь управляемой рыночной экономики, где обеспечивается доходность для бизнеса в обмен на социальное перераспределение. С 1999 г. правительство, в которое не входили христианские демократы, постоянно проводило эти принципы в жизнь, так что христианским демократам было чрезвычайно сложно критиковать политику властей. Говоря с идеологической точки зрения, у них было очень мало аргументов против соединения свободной рыночной экономики (либерализм) с системой социального перераспределения (социализм).

Однако христианские демократы по-прежнему пытались отделить себя от либералов и социалистов, например, отводя более важную роль гражданскому обществу, особенно в сферах образования и социальной службы. В то время как правительство рассматривало эти сферы в качестве интегрированной части государства, христианские демократы делали упор на автономии школ, больниц и т.п. (в основном католических). Это было рискованным предприятием для христианских демократов. Критикуя недостаток автономии в гражданском обществе, они периодически снова возвращались к своим старым привычкам, защищая интересы исключительно католиков. И хотя христианские демократы и провозглашали внутреннюю ценность

гражданского общества, для них по-прежнему сложно было представить себя партией не только католических, но и некатолических структур этого общества14.

В области этики христианские демократы также дистанцировались от правительства. В то время как христианские демократы строго придерживались права индивидуума на абсолютное самоопределение, социалисты и либералы в 2002 г. согласились на легализацию эвтаназии (в большом количестве случаев), а в 2003 г. - и однополых браков.

Христианская доктрина переносилась в область частной жизни и лишалась коллективного наполнения. Позиция христианских демократов была близка к коммунитаризму и отходила от либерализма в смысле доктрины свободной воли15. Христианские демократы старались отвергнуть обвинения в старомодности, консерватизме и в том, что они сопротивляются социальному развитию, предлагая собственные идеи или даже поддерживая новые законы на последнем этапе законодательного процесса после того, как их поправки уже были отвергнуты.

Фламандских христианских демократов неоднократно подталкивали к сближению их идеологических позиций с консерватизмом. Они могли бы отобрать голоса у правых избирателей Фламандского блока, особенно после того, как Фламандские либералы и демократы преподнесли себя избирателям как новую центристскую партию16. Однако существует множество причин, как идеологических,

14 Находясь в оппозиции, христианские демократы пересмотрели ценности гражданского общества, сделав скрытые, а иногда и открытые ссылки на концепцию «социального капитализма». Она стала известна в 90-е годы и наиболее четко изложена в книгах: Putman R., Leonardi R., Rafaella R. Making democracy work: Civic traditions in modern Italy. - Princeton, 1993; Putman R. Bowling alone: The collapse and revival of American community. - N.Y., 2000.

15 Учитывая разделения, принятые исследователем Теннисом между «Gemeinschaft» (сообщество) и «Gesellschaft»(общество), Дьерик рассматривает христианскую демократию как идеологию сообщества, в то время как социализм и либерализм - идеологии общества. См. : Dierickx G. Het middenveld en de politieke ideologieen// De Gids op Maatschappelijk Gebied, 6 (2001) 26-36; Geudens G. Communitaisme in het Vlaamse politieke bedrijf // Christen-Democratische Verkenningen, 10 (2002) 14-19.

16 Beke W. Over CD&V en het rechts electoral gat // De De Gids op Maatschappelijk Gebied, 9 (2001) 61-64.

так и стратегических, из-за которых ХНП/ХДФ стараются не называть себя «консервативными» партиями. Во-первых, христианские демократы отвергают противопоставления «левые-правые» и «прогрессивные-консервативные», заявляя, что их идеология (персонализм) лежит между этими направлениями. Во-вторых, если ХНП/ХДФ пришлось бы выбрать консервативную линию в социально-экономических отношениях (в пользу работодателей), они потеряли бы широкую поддержку среди людей наемного труда, в особенности внутри Христианского рабочего движения (ХРД). Более того, сущность ХНП - «народная партия» в названии - всегда была призывом, адресованным всем классам общества. В-третьих, опросы на выходе с избирательных участков показали, что ХНП является только четвертой партией, у которой отбирает голоса Фламандский блок (после Социалистической партии, Народного союза и Фламандских либералов и демократов). Анализ итогов выборов также показывает, что католики - основной электорат ХНП - меньше голосуют за Фламандский блок, чем некатолики. В терминах идеологической ориентации средний сторонник христианских демократов отличался от среднего сторонника ФБ. К примеру, избиратели ХНП меньше поддерживают жесткие репрессивные меры в отношении преступников и менее отчуждены в политическом плане, чем сторонники ФБ17. Христианские демократы боятся, что они могут потерять традиционный электорат, если изменят программу партии с целью привлечь избирателей, ранее голосовавших за Фламандский блок.

В Валлонии позиции СХП/ГДЦ в качестве центристской партии и «основного игрока» между либералами и социалистами тоже находились под вопросом с того времени, как движение Депрэ присоединилось к Партии либеральных реформ -Демократическому фронту франкоговорящих и заявило о себе, как о центристской партии. В течение 90-х годов СХП/ГДЦ потеряла значительную часть своего левого электората в пользу БСОЬО. На этот процесс сильно повлияло взаимодействие ХРД и зеленых. Стремление Мильке отыграть голоса у БСОЬО с помощью

17 ВеэсЬ.оиюег К. Ве этеиепйе ііббсНоіб. Квії^гв, кеткргаШ]к еп stemgedrag // Swynge-йоии> М., Вііііеі ]. Ве кїегег heef гЦп геАепеп. 13 ]ит 1999 еп роіШеке opvattingen Ае Vіamingen. -Ьеииеп, 2002.

постматериалистической программы, построенной на принципе «демократического гуманизма» (вместо ссылок на «христианскую демократию»), все еще далеко от успеха. На федеральных выборах

2003 г. БСОЬО потеряла голоса, ранее отобранные у христианских демократов, но проиграла она их социалистам, а не вновь образованному ГДЦ. И так как и либералы, и социалисты выиграли борьбу за голоса избирателей, тенденция к формированию биполярного политического ландшафта в Валлонии усилилась.

Партийные организации и гражданское общество

Внешняя «депилляризация»18

Традиция воскресных посещений церкви в Бельгии практически сошла на нет. Верность социально-политическим сегментам бельгийского католицизма также чрезвычайно упала. Опрос 1996 г. показал, что только 36% членов Христианской организации медицинского страхования и 46% членов Христианского профсоюза голосовали за ХНП. Когда их спрашивали о политических симпатиях, в качестве привлекательной альтернативы ХНП они называли ЛСЛЬБУ и Социалистическую партию19.

На первый взгляд, эти цифры кажутся довольно примечательными, особенно учитывая, что Христианский профсоюз и Христианская организация медицинского страхования (которые принадлежат к ХРД) в последние десятилетия значительно выросли. На сегодня в рядах Христианского профсоюза состоит более 1600 тыс. человек, а в организации по страхованию - 4500 тыс. человек. Если сравнить эти цифры с количеством членов ХНП/СХП, различие действительно становится очевидным. Бельгийские христианские демократы едва ли насчитывают 110 тыс. членов партии. Это значит, что с начала 80-х годов ХНП и СХП потеряли половину своих членов и

18 «Депилляризация» является противопоставлением ушедшей в прошлое социальной и религиозной сегрегации, или «пилляризации», феномену, который характеризовал австрийское, бельгийское и голландское общество и политику. См:. Lijphart. Segmented pluralism. Ideological cleavagues and political cohesion in smaller European democracies // Comparative politics, 2 (1971) 141-175.

19 Billiet J. De Kiezers van de CVP in de jaren negentig//ISPO-Bulletin. - Leuven, 2002.

избирателей. Однако пропорция организации - соотношение между количеством членов и числом избирателей - остается постоянным -около 10%. В то время как ХНП, кажется, опустилась к социологическому минимуму, организации ХРД достигли социологического максимума. Поскольку «корпоративный» канал отсоединен от «избирательного» канала (ХНП/ХДФ) внутри христианского блока фламандского общества, можно говорить о «депилляризации» с точки зрения ХНП/ХДФ (см. табл. 3). Если сравнить ХНП с Христианским профсоюзом, то партия получила 20% голосов во Фландрии в 1999 г., в то время как профсоюз смог собрать 58% во время так называемых социальных выборов в 2004 г. (выборов представителей профсоюзов в частных фирмах).

Внутренняя «депилляризация»

Дискуссия об отношениях между христианским и гражданским обществом, особенно что касается разделения по социальноэкономическим интересам, так же стара, как и сама ХНП (партия была официально создана в 1945 г. как «standenloos», т.е. без формальной связи с ее «standen» - труппами по профессиональным интересам). В отличие от ситуации в Валлонии, христианское гражданское общество во Фландрии, и в особенности ХРД, наладило тесные связи на формальном и неформальном уровнях с ХНП и поэтому добилось огромного влияния на политику правительства. В течение 90-х годов эта проблема стала более заметной, чем когда-либо ранее. Когда президентом ХНП в 1993 г. стал Ван Хеке, он захотел сделать ХНП партией, «открытой» для общества, что означало снижение влияния традиционных христианских социально-экономических организаций на внутрипартийные дела. Эта позиция жестко критиковалась со стороны ХРД. Большое количество его организаций даже заявили о полном и немедленном разрыве связей с ХНП и начале сотрудничества с другими партиями (социалистами и зелеными). Несмотря на такую риторику, ХРД продолжило рассматривать ХНП в качестве предпочтительной политической партии (и поддерживало своих членов внутри ХНП).

Многие исследователи ожидали, что христианское сообщество дистанцируется от ХНП, когда она окажется в оппозиции. События, казалось, подтверждали эти предположения. Смена руководства ХРД

облегчила контакты с социалистами и Зелеными. Представители ХРД вошли в кабинет министров Зеленых, поддерживали на выборах AGALEV. ХРД критиковало новую социально-экономическую программу ХДФ еще до того, как она была обсуждена на конгрессе в Антверпене в 2002 г., хотя оно имело возможность внести в нее поправки и даже собиралось сделать это20. ХРД критически относилось и к планам создания альянса перед выборами 2003 г., который планировалось создать с участием ХДФ и Нового фламандского союза (НФС), являющегося одним из наследников регионалистского Фламандского союза (ФС). ХРД опасалось сдвига вправо, поскольку НФС считался защитником интересов работодателей и малых и средних предпринимателей, а ФС всегда выступал против системы дочерних организаций («standen»), существующей в ХНП. Между тем ХДФ продолжил переговоры с НФС. Альянс, впрочем, создан не был из-за отказа НФС.

Несмотря на эти события, полный разрыв между ХРД и ХДФ не произошел. ХРД по-прежнему рассматривает ХДФ как единственную парию, с которой у него налажено «структурное» сотрудничество (в отличие от спорадического сотрудничества с социалистами и Зелеными). К примеру, после выборов 2003 г. ХРД называла тех депутатов ХДФ в Палате представителей, которые представляли наемных рабочих (они составляли 57% всех депутатов фракции ХНП/ХДФ), политиками, с которыми движение поддерживает особые отношения (см. табл. 4). Представители ХРД регулярно общаются с этими политиками в рамках различных политических комитетов, где обмениваются друг с другом информацией

Кроме ХРД, существует ряд организаций представителей малого и среднего бизнеса и фермеров, которые традиционно тесно связаны с фламандскими христианскими демократами. Организация предпринимателей - Национальная христианская организация предпринимателей - официально сменила свое название в 2000 г. на Союз предпринимателей (СП, Unie van Zelfstandige Ondernemers -UNIZO). Она стремится быть открытой для предпринимателей во всей Бельгии и независимо от фламандских христианских демократов защищать совместные интересы малого и среднего бизнеса. В отличие

20 De Smedt S. Sociaal-economisch congress CD&V: Het roer omgooien en de boot in e-venwicht houden // De Gids op Maatschappelijk Gebied, S (2ÖÖ2) 35-45.

от ХРД, СП утерял регулярные связи с партией еще в бытность ее ХНП. И хотя СП делает упор на автономии от партийной политики, после выборов 2003 г. он признал 19% членов ХДФ в Палате представителей в качестве «своих» депутатов (см. табл. 4).

«Структурное» сотрудничество на парламентском уровне (в рамках политических комитетов) СП поддерживает только с ХДФ.

Фермерский союз (ФС, Boerenbond) не делал никаких заявлений о новой линии ХНП в отношении интересов социально-экономических групп. Однако, после того как ХНП приняла план выполнения Европейской директивы по нитратам, Фермерский союз перестал рассматривать министра сельского хозяйства - христианского демократа - в качестве предпочтительного партнера и заявил, что сведет свои отношения с ХНП к минимуму. Из-за уменьшения количества фермеров во Фландрии тесные связи с ними стали менее важны для христианских демократов. Фермерский союз установил более серьезные контакты с Фламандскими либералами и демократами. Однако в целом он никогда не ставил свои предпочтительные отношения с христианскими демократами под вопрос. По итогам выборов 2003 г. 10% членов ХДФ в Палате депутатов считаются представителями Фермерского союза (см. табл. 4).

Итак, хотя и наблюдается определенная тенденция в направлении «внутреннего разблокирования», тесные контакты между христианскими демократами, с одной стороны, и основными социально-экономическими группами - с другой, до сих пор существуют. Продолжают функционировать политические комитеты, в которых представители христианских демократов регулярно встречаются с руководителями социально-экономических организаций, хотя влияние партии значительно снизилось. Во многом эти контакты «индивидуализируются»21. К примеру, когда Деан был премьер-министром, он лично инициировал и организовывал консультации с подобными организациями на неформальном уровне. Однако тенденция: к «персонализированному» сотрудничеству весьма неустойчива, так как ее эффективность зависит от карьеры отдельных

21 К примеру, так называемый «комитет повестки дня» (Agendacommissie), существовавший с 50-х годов партийный «синедрион», в рамках которого лидеры христианско-демократических и социально-экономических организаций встречались с руководством христианских демократов, с начала 90-х годов собирается крайне редко.

политиков. После ухода в 1999 г. Деана с бельгийской политической сцены социально-экономические организации лишились контакт-персоны в правительстве.

Картелизация партий?

Постепенное ослабление связей между фламандскими христианскими демократами и их «дочерними» социальноэкономическими организациями может быть интерпретировано как показатель тенденции к «картелизации» партийной политики22. Под «картелизацией» здесь следует понимать переход от массовой партии к «картельной». Этот переход характеризуется, помимо всего прочего, сменой отношения партии к обществу. На избирательном уровне, так же как и в сфере программ, финансов и приема граждан в партию, «картельная партия» более независима от общества, чем массовая партия. Справедливо ли вышесказанное для фламандских христианских демократов?

С 90-х годов ХНП/ХДФ старается дать понять, что она придерживается нового политического пути, внимательно относясь к здравоохранению, образованию и социально-экономическим проблемам. Именно в этих областях католические организации поддерживали католические больницы и учреждения здравоохранения, католические школы, католические профсоюзы и т.д. В то же время христианские демократы не хотят, чтобы их воспринимали только в качестве лобби для этих католических институтов. Они стремятся выступать в качестве защитников свободы предпринимательства и институтов гражданского общества, католических и некатолических, поскольку приоритеты их политики шире, нежели приоритеты христианских организаций.

Католические организации выступают нередко как «службы», предоставляющие надежный сервис высокого качества. Такой имидж качества и надежности был очень важной причиной голосовать за ХНП в 90-е годы. В этой связи параллельно своим «дочерним» организациям и службам, которые работают под их

22 Katz R., Mair P. Changing models of party organizations and party democracy: The emergence of the cartel party// Party politics, 1 (1995) 5-28.

эгидой, политика христианских демократов стала «больше работой, чем призванием»23.

Картельные партии также характеризуются наличием прямых связей c избирателями вместо опосредованного взаимодействия через членов партии. Эта тенденция, однако, не является чем-то уникальным, относящимся лишь к христианским демократам. Все фламандские партии непосредственно «преподносят» себя электорату с помощью СМИ (особенно телевидения), почтовых рассылок национального масштаба и электронной информации. Подобные изменения произошли и в сфере партийных финансов. После большого числа скандалов, связанных с коррупцией и взяточничеством, в Бельгии было введено прямое государственное финансирование политических партий. Это уничтожило финансовую зависимость партий от частных фирм и различных общественных трупп. Что касается фламандских христианских демократов, финансовая поддержка ими своих «дочерних» организаций ушла в прошлое.

Однако во многих регионах Фландрии христианские демократы мало затронуты «картелизацией» и продолжают оставаться скорее массовыми партиями. Позиции индивидуальных членов партии усилились после принятия нового устава ХДФ. Члены партии имеют право голосовать на партийных конгрессах и напрямую избирать президента партии. Новые правила еще более ослабили позиции христианских социально-экономических групп, так как они традиционно являлись важнейшим посредником между рядовыми членами партии и центральным партийным управлением (к примеру, в вопросах приема новых членов). Впрочем, эта тенденция свойственна не только христианским демократам.

Заключение

Предсказание, что христианские демократы перестанут существовать после потери власти, не сбылось. Более того, в 2004 г. они оказались способны выиграть региональные выборы.

23 Katz R., Mair P. Changing models of party organizations and party democracy: The emergence of the cartel party// Party politics, 1 (1995) 5-28. - P. 23

Во Фландрии ХДФ сформировала альянс с фламандским националистским Новым союзом, получивший 26% голосов. Вновь став крупнейшей партией, христианские демократы сформировали фламандское правительство в коалиции с социалистами и либералами под руководством Летерма, которого на посту президента сменил Йо Вандерзен. Возвращение в региональную власть стало результатом успешной избирательной кампании (в ходе которой Деан возглавлял список депутатов на выборах в Европейский парламент), а также неудачи либералов, ослабленных внутрипартийной борьбой. В Валлонии ГДЦ сохранил status quo, а в Брюсселе партия получила дополнительные 5% - личный успех бесспорного лидера ГДЦ Мильке. В итоге франкофонные христианские демократы были приглашены победившими социалистами в региональные правительства Брюсселя и Валлонии вместо либералов24.

После пяти лет в оппозиции и интенсивного обсуждения идеологических вопросов «прикладная христианская демократия» Летерма стала стилем работы партии. Разрываясь между работой в правительстве на региональном уровне и оппозицией федеральным властям, фламандские христианские демократы не теряют уверенности в возможностях своей публичной политики и в своей программе. ГДЦ, являясь младшим партнером в региональном центристско-левом правительстве, где ведущую роль играют социалисты, также воздерживается от продолжения идеологических дискуссий. Как и во Фландрии, политика снова превалирует над программой. Вопрос о том, как они будут соотноситься в будущем, менее важен, поскольку ГДЦ выиграл битву за свое существование, а ХДФ вновь приобрела статус крупнейшей партии во Фландрии.

С тех пор как бельгийские христианские демократы сосредоточились на публичной политике, они делают акцент на роли общественных ценностей в политике и стараются привлечь нерелигиозных избирателей, хотя секуляризация и депилларизация называются среди основных причин избирательного кризиса. Франкоговорящие христианские демократы убрали ссылки на христианство из названия партии и разработали новую программу,

24 В Брюсселе в правящий кабинет наряду с фламандскими либералами, социалистами и христианскими демократами вошли и «франкофонные» зеленые.

основанную на секуляризированном «демократическом гуманизме». Фламандские христианские демократы осознанно не стали этого делать. Их идеология и поныне базируется в основном на христианских ценностях. В то же время персонализм был заменен коммунитаризмом. Обе партии, впрочем, заявляют, что они являются программными, ценностно ориентированными партиями, предлагая тем самым альтернативу усиливающимся в бельгийском обществе индивидуализму и либертарианству. Они убеждены, что эта стратегия будет успешной, так как общество, по их мнению, становится все более восприимчивым к коллективным ценностям, понятию личного дома и социальной ответственности. Последние исследования общественного мнения подтверждают «возрождение», хотя пока и слабое, интереса к обязанностям граждан, семейной жизни и т.п.25 В этом контексте фламандские и франкофонные христианские демократы, выбравшие разные пути к единой цели, остаются интересным примером двухпартийной политики.

Таблица 1

Результаты федеральных выборов в Палату депутатов, 2001-2003

Фракции 1991 г. 1995 г.26 1999 г. 2003 г.

1 2 3 4 5

Христианские 26,9% 27,3% 21,4% 19,3%

демократы 57 41 32 29

ХНП/ХДФ 18,4% 19,3% 14,7% 14,0%

(CVP/CD&V) 39 29 22 21

СХП/ГДЦ 8,5% 8,0% 6,7% 5,3%

(PSC/CDH) 18 12 10 8

Социалисты 29,7% 63 27,3% 41 22,0% 33 32,0% 48

25 См.: Elchardus M., Lauwers S., Chaumont. Morele onzekerheid en nieuwe degelijkheid // Verloren zekerheid. De Beigen en hun warden, overtuigingen en houdingen / Dobbelaere K., Elchardus M., Kerkhofs J, Bawin-Legros L. (eds.). - Tielt, 2000. - P. 153-192.

26 В результате конституционной реформы 1993 г. количество мест в Федеральной палате депутатов сократилось в 1995 г. с 212 до 150.

Продолжение табл. 1

1 2 3 4 5

Социалистическая 16,5% 14,0% 12,7% 16,7%

партия (PS) 35 21 19 25

«Соц.партия-

Иначе»/Движение 13,2% 13,3% 9,3% 15,3%

«Dyx»(SP/SPA- 28 20 14 23

SPIRIT)

Либералы 21,7% 46 26% 39 27,3% 41 32,7% 49

ПСС/ФЛД 12,3% 14,0% 15,3% 16,7%

(PVV/VLD) 26 21 23 25

ПЛР/РМ 9,4% 12,0% 12,0% 16,0

(PRL/MR) 20 18 18 24

Зеленые 8,0% 17 7,3% 11 13,3% 20 2,7% 4

«Жить по-другому» 13,3% 3,3% 6,0% 0,0%

(AGALEV) 7 5 9 0

Экологическая 4,7% 4,0% 7,3% 2,7%

партия (ECOLO) 10 6 11 4

Фламандский блок 5,7% 7,3% 10,0% 12,0%

(VB) 12 11 15 18

Народный союз/ 4,7% 3,3% 5,3% 0,7%

Новый народный

союз (VU/NVA) 10 5 8 1

3,3% 0,9% 0,5% 0,5%

Другие27 7 2 от На- 1 от Нацио- 1 от Нацио-

циональног нального нального

о фронта фронта фронта

27 Три места принадлежат валлонскому Демократическому фронту франкоговорящих (ГОГ), также три места - Фламандской либертарианской партии и одно -Национальному фронту (ГЫ).

Таблица 2

Результаты христианских демократов на федеральных выборах в городских округах, 1993-2003

Избирательный округ Провинция 1991 г. 1995 г. 1999 г. 2003 г.

Брюссель СХП 11,3 10,4 8,3 8,7

Брюссель ХНП 5,2 4,2 3,1 2,2

Антверпен Антверпен 14,3 13,7 12,4 10,6

Брюгге Западная Фландрия 28,8 29,3 24,5 23,2

Гент Восточная Фландрия 19,3 20,7 17,0 13,0

Лёвен Фламандский Брабант 22,8 22,9 18,7 18,1

Шарлерой Геннегау (Эно) 16,2 22,1 12,2 9,5

Льеж Льеж 17,3 17,9 15,4 13,2

Кортрейк Западная Фландрия 33,1 33,9 35,1 30,1

Алст Восточная Фландрия 21,0 22,5 18,3 17,1

Остенде Западная Фландрия 18,1 15,8 13,5 13,3

Намюр (Намен) Намюр 25,0 21,7 19,1 17,9

Хасселт Лимбург 24,3 25,6 17,7 16,7

Мехелен Антверпен 19,2 20,7 15,9 16,1

Берген Геннегау (Эно) 21,6 17,4 10,4 10,1

Роселар Западная Фландрия 28,5 30,2 30,1 27,6

Турнхаут Антверпен 32,2 31,1 25,6 23,7

Вилворд Фламандский Брабант 20,2 19,7 16,7 14,8

Генк Лимбург 33,5 33,2 26,2 23,8

Сен-Никлаас Восточная Фландрия 25,5 26,0 18,6 16,9

Доорник Геннегау (Эно) 25,9 23,0 17,0 13,4

Ла Лувьер Геннегау 13,1 12,0 8,3 8,7

Вервье Льеж 34,7 32,9 15,2 18,1

Москроэн Геннегау (Эно) 39,9 33,4 31,8 23,4

Аарлен Люксембург 30,0 28,6 25,4 30,0

Таблица 3

Членство в христианско-демократических партиях и христианских социально-экономических организациях,

1990-2000

Год Фермеры Работники здравоохранения Служащие (работающие по найму Представители малого и среднего бизнеса ХНП/ХДФ

1990 100,0 100,0 100,0 100,0

1991 98,6 100,9 102,2 100,0

1992 96,5 101,4 105,7 100,0 96,0

1993 93,5 101,1 108,1 102,5 94,7

1994 92,4 101,6 110,3 103,9 92,2

1995 92,7 101,8 110,6 105,3 82,5

1996 91,3 102,1 111,7 107,2 88,2

1997 90,0 102,2 112,4 111,2 80,3

1998 89,6 102,7 112,9 113,8 90,6

1999 88,6 102,9 114,8 114,4 90,4

2000 87,3 102,9 116,4 115,0 78,6

Среднего- довой рост -1,3 +0,3 +1,6 +1,9 -2,1

Таблица 4

Представительство христианских социально-экономических организаций в ХНП/ХДФ*

Год Работающие по найму Фермеры Малый и средний бизнес Не принадлежащие к проф. группам

1991 45 16 21 11

1995 49 14 22 11

1999 55 17 19 9

2003 57 10 19 14

* Фракции в Палате представителей. Источник: данные за 1991 и 1995 гг.: Smits J. De organisatie en werking van CVP-PSC// Tussen staat en maatschappij. De christen-democratie in Belgie tussen 1945 en 1995 / Dewachter W. (red.). - Tielt, 1995. - P. 161; данные за 1999 и 2003 гг.: Фракция ХДФ в Палате депутатов.

Перевод с английского О.В. Кузина