Традиции воспитания детей у старообрядцев в XX - начале XXI века (на примере Уржумского района Кировской области)

Е.И. Титова, И.Ю. Трушкова

ТРАДИЦИИ ВОСПИТАНИЯ ДЕТЕЙ У СТАРООБРЯДЦЕВ В XX - НАЧАЛЕ XXI ВЕКА

В статье приводятся яркие зарисовки воспитания детей в среде старообрядцев на примере Вятского региона в XX - начале XXI в. Традиции воспитания и обучения младшего поколения формировали особую атмосферу, благодаря которой старообрядцы могли сохранять и передавать свою культуру, выращивать достойное поколение. Религиозное, трудовое воспитание детей староверов позволяло им обучаться в советских школах и оставаться верными своим традициям. Опыт вятских староверов сохранения своей культуры в условиях советского периода может быть важным для решения многих проблем воспитания и образования современного поколения.

Ключевые слова: трудовое воспитание, религиозное воспитание, старообрядчество, дети, молитва, школа, советский период, традиции.

Титова Елена Ивановна - лаборант-исследователь научно-исследовательской лаборатории «Этнокультурные процессы в Вятско-Камском регионе» ВГГУ и УИИЯЛ УрО РАН, кандидат исторических наук.

Трушкова Ирина Юрьевна - заведующая кафедрой археологии, этнологии и культурной антропологии Вятского государственного гуманитарного университета (г. Киров), доктор исторических наук, профессор.

Развитие образования в современный век информационных технологий для любой страны является одной из первостепенных задач. Проблемы в рассматриваемой сфере для нашей страны по большей мере связаны с соотношением явлений западной или российской системы образования, с сочетанием собственного и зарубежного опыта. Могут ли этнические, традиционные явления, как например, в старообрядческом образовании быть полезными в современном информационном обществе, с его «высокими технологиями»? Возможно ли использование традиционности для решения проблем в области воспитания и обучения современных детей? Староверам удавалось воспитывать активных, прогрессивных, стремящихся к образованности, нравственно-устойчивых и патриотичных личностей. Как и почему им удавалось так долго воспроизводить свою культуру, кроме того, в самых различных и сложных условиях? Интересной зарисовкой в данных вопросах являются традиции воспитания детей в среде старообрядчества на примере Вятского региона.

«Как вариант традиционной русской культуры, староверие, в том числе и вятское, в течение веков выработало оптимальную систему воспитания и обучения детей, подростков и молодежи. Она включала в себя, прежде всего, введение ребенка в мир религии, в том числе через молитвы, чтение, духовное пение» [11, с. 172]. Традиции воспитания XIX в. воспроизводились и в XX столетии, в том числе в период социализма.

Известно, что староверы особенно трудолюбивы и трудовое воспитание является для них очень важным. Стимулы к добросовестному труду были не явные, а скрытые. Трудились не за похвалу, как обязанность работу воспринимали. Еще во второй половине XX в. усердный труд положительно влиял на имидж человека, особенно девушки. Так, для девочки было стыдно не уметь обеспечить семью элементарными вещами: тканым бельем, полотенцами, скатертями с вышивкой и так далее. Как вспоминает информант, «после замужества мужику надо идти в баню, а свекровка ему белье не выдает и говорит: ты мужу припасла белье, нет?» [2]. «С детства заставляли

прясть, чтобы умела вязать, вышивать, ткать, а мальчиков ремеслу, упряжь, сани, телеги делали. Поединолично жили, хорошо» [5]. Староверы ради сохранения своей веры старались как можно меньше контактировать с окружающим миром. Способность самих себя обеспечивать элементарными вещами позволяла избегать их покупки, зависимости от «мирского».

Особое восприятие трудового воспитания у староверов привело к тому, что на протяжении XX в. при всех изменениях в сфере экономической занятости в разных субкультурных средах, контактирующих со старообрядцами, отмечается, что во всех хозяйственных делах они работали добросовестно. Б. Черезов в XX столетии писал в воспоминаниях: «В семьях была четкая субординация, как у казаков «слово старшего - закон». Режим труда и отдыха по всему селу был примерно одинаковым. Религиозная культура, трудовое воспитание дисциплинировали. Все работы по дому и в поле, а так же религиозные обряды проводились строго по времени. Кушали пять раз в сутки (завтрак, полдник, обед, паужинок, ужин). Считали: «Вовремя сделанное дело в два раза ценнее». Утром вставали в четыре часа и раньше ложились спать в десять вечера, иногда позднее. Обед с 12 до двух, чтобы накормить лошадь и отдохнуть. В поле работали с 8 до 70 лет. Приучали к труду раньше с 2-3 лет. Жили, как правило, по 87-95 лет, были и долгожители по 105-106 лет. Семьи были многодетные от 8-12 до 26 человек. Непослушание считалось грехом. Каждый имел свои обязанности. Вредных привычек было мало. Курили в двух домах, алкоголиков не было. Не зарегистрировано убийств и самоубийств [13]. Старообрядцы выделялись доброжелательностью, трезвостью и вели здоровый образ жизни. Таким образом, система обучения и воспитания в среде вятских старообрядцев формировала здоровый образ жизни человека, четкость, дисциплинированность, которые помогали избегать негативных явлений в обществе. Дети, получившие еще домашнее старообрядческое воспитание в 1920-50-е гг., стремились стать достойными гражданами страны, часто уезжали в город получать образование.

Для вятских староверов труд так же оставался непреходящей ценностью. Он позволял приспосабливаться к любой власти, особенно трудовое обучение и воспитание сыграло свою роль в советский период. Не смотря на распространение комсомольской работы в первой половине XX в., в вятской провинции устои жизни оставались достаточно консервативными. Старожилы вспоминают: «в пионеры нас не пускала мать, часто ее в школу вызывали, позорили, спасало только то, что учились на отлично» [4]. Характерное включение в систему официального образования проявляются и в таких воспоминаниях. «.. .Был пионером. Все посты соблюдали. В армию крест брал в бумаге, когда учился, молитвы читал: «Господи, помоги сдать атеизм» [6]. Религиозное начало в воспитании дополнялось свойственным эпохе образованием.

Старожилка с. Шурма Уржумского района Кировской области вспоминает, что «брату Стахею, когда повестка пришла в армию, обязательно было ехать перед армией в д. Максинерь к духовнику, напутствие получить. крестик в армию брали обязательно» [4]. Кроме того, по ее словам, каждому событию в жизни соответствовала своя молитва. Их знание сохранялось благодаря записям в тетради: «Аще на войну пойдешь и будешь призывать на помощь Господа нашего Иисуса Христа и Святителя Николая Чудотворца, и скорого помошника и теплого заступника Дмитрия Солонинского, дабы сохранит от стрельбы и великого сечения, от оружия неприятельского...» [1]. Так, и в XX в. любое начинание, в том числе и трудовое, приучали делать с молитвой, с упованием на Святых, тем самым имелся положительный настрой в любом деле.

История повседневности, свойственная старообрядческой культуре в Вятском регионе в XX в., выявляет соотношения, в которых сочетались религиозная культура, трудовое воспитание дома и в государственных образовательных учреждениях, а также обучение в школе. «. Были и гулевые песни, раньше ведь все пели за работой. Ходили в поле с ребенком, рог был вместо бутылки. С маленькими в семье водиться заставляли. Своя учительница Варвара Калиновна по домам ходила. К домашним работам приучали сильно работать, во втором классе -

в поле работали, коромысла маленькие были, с реки воду носили» [5]. Такое детство было у родившихся в 1920-е и 1930-е гг. людей.

Собирание колхозных колосков, тайное использование молитв в РККА, по возможности избегание государственных больниц и лекарств, сильный моральный настрой - надежда на Бога; все это характеризует процесс мимикрии старообрядческой культуры в годы советской власти.

Религия продолжала оставаться стержнем духовности, явно и латентно. По словам старожилов, люди молились дома, в том числе - тайно. Часть устоев жизни связывалась населением с семейными ценностями, стремлением воспроизвести благополучие. «Начал кладут - Бог даст здоровье и судьбу хорошую. Без креста и пояса ангел не хранит. В крещенье вся вода святая с открытых водоемов, травки на этой воде заваришь, быстрее помогает. С полутора лет приучают к молитвам, с пяти лет - к «Отче наш», с семнадцати - к полным требам... Молиться, - как говорить, - научишься... За стол садишься и молишься. Я еще в школе не училась, но умела читать, читала, как старики поют (тянут)» [4]. Стойкость воспроизводства элементов религии в XX в. зависела от запретов, страхов деструкции неких вечных основ. Смысл и содержание молитв осознавались детьми позднее в разговорах со старшими, беседах в церкви, чтении религиозных книг. Постепенность понимания способствовала его качеству. Развивалась религиозность не только внешняя (знать дни святых и фенологические приметы, с ними связанные), но и внутренняя, с глубинным пониманием православия.

Совместные моления дома в кругу семьи, в церкви помогали процессу социализации. «Все в доме молятся и стар и млад.». Показательным в данном случае являются различные праздники как религиозные, так и семейные. Вся семья собиралась за праздничным столом. В особо крупные праздники, такие как Рождество, Пасха, Троица и др. происходило духовное общение не только в кругу семьи, но и всей общиной, деревней. «Что мама наготовит, то и едим все.», «.перед Пасхой семь недель не просили есть.» [7].

В человеке с малых лет воспитывалась религиозная сдержанность, аскетизм, сила воли.

У подрастающего поколения староверов с 20-30-х гг. ХХ в. обнаружилась ещё одна проблема вступление в пионеры и комсомольцы. Вспоминая о том времени даже в начале ХXI столетия, уже пожилые люди не говорят, что они «были пионерами», а говорят -«носили галстуки»; тем самым подчеркивалось вынужденное вступление в пионеры. Эти люди вспоминают, что становиться членом детской политической организации приходилось быстрее, когда родителей стали раскулачивать. Но иногда вступление в пионеры оттягивалось до 1930-40-х гг. Система домашнего обучения и воспитания еще продолжала действовать.

История образования в старообрядческой среде в XX столетии, несомненно, включает разделы о школьной жизни. «.В школе наши быстрее учились читать, так как дома уже были научены читать более сложные тексты - по-старославянски. Где сложно в математике -за честь и радость считали мы решить такие задачи. Это ведь как в дедовых книгах» [8]. Так, домашнее обучение и воспитание помогало детям приспосабливаться во внешнем мире.

Специфично проявляли себя школьники из староверских семей и во внеклассной работе. Одна из классных руководительниц вспоминала, что такие учащиеся были ее верными помощниками. «Они обязательно свое дежурство по классу отведут, и после уроков их не надо искать, чтоб пол в классе вымыть. Бывало, забудешь, что дежурным не напомнила про полы, придешь, а они сами уже все перемыли тщательно, стулья на парты аккуратно поставили. И даже окна, и доску обязательно протерли. Да и другие поручения выполняют честно, на «пять» [8]. В общем, проявлялась мимикрия по отношению к официальной идеологии - «лучше спрятаться, не отвечать на коварные вопросы и чтоб тебя любили учителя за прилежность, ум и труд».

Как вспоминает одна старожилка, «придет поп к нам, окна завесим, чтоб никакой щелки не было ничего, чтоб никто не видел и

не слышал, что тут поп есть в доме, вот так и венчались, так и все шестеро детей крещены.» [3]. Староверы, в отличие от «мирских» имели опыт осторожности и тайного проведения обрядов.

Нечеткое исполнение правил, даже в мелочах строго наказывалось родителями. Так, «одела кофту вместо сарафана и рубашки дома -пороли», - вспоминает старожилка [3]. «Без чехлушки и без пояса мужика кормить не положено - грех» [4]. Строгость в мелочах во многом и способствовала их сохранению. Понятие греха четко усваивалось в домашнем воспитании в мировоззрении ребенка. Требовательность к порядку воспитывалась с самого детства, вырабатывался стереотип поведения. Так, то, что через домашнее воспитание закладывалось в сознание человека, становилось определяющим для его поведения.

Вятские староверы, которые, находясь в постоянной конфронтации внешнему миру, всей своей системой образования готовили детей к встрече с ним, были вынуждены создавать свою философию, обличать недостатки внешнего.

Своеобразно отношение современных старообрядцев к печатной продукции: центральные и местные газеты, журналы они внимательно изучают и по-своему интерпретируют изложенные в них факты. Не вызывает столь сильных опасений также выписываемая для сельской местности литература по домоводству, рукоделию и уходу за приусадебным хозяйством [12, с. 38]. Вятские старообрядцы до сих пор держат и читают в своих домах старые религиозные книги. Причем, молодежь почтительно относятся к ним, интересуются. Старожилка говорила: «внуки, кода приезжают, любят слушать о вере. книги смотрят. все ведь это корни семейные.» [5]. Сохранялось и уважительное отношение к книгам, на юге Вятской губернии у староверов-беспоповцев бытовали правила, что читать книги нужно лишь чистыми руками, если читаешь ее навесу, то следует придерживать переплет, перелистывать страницы за верхний их угол и т.д. [10, с. 523].

Выработка новых стратегий образования, учитывающих возможную перестройку системы ценностей современной цивили-

зации - это наиболее сложная и важная проблема сегодня. Долгое время наука и технология в новоевропейской культурной традиции развивались так, что они согласовывались только с западной системой ценностей. Теперь выясняется, что современный тип научно-технологического развития можно согласовать и с альтернативными и с, казалось бы, чуждыми западным ценностям мировоззренческими идеями традиционных культур [9, с. 307]. В связи с этим старообрядческое мировоззрение, обучение и воспитание могли бы стать в нашей стране частью такой альтернативы.

Источники и литература

1. Архив ИБЭ. Тетрадь .№6. 1973, д. Шихали, Уржумский район. 12 Л.

2. ИБЭ. 2007, Ефросинья, 1937 г.р., д. Шихали.

3. ИБЭ. 2008, Заболотских Евдокия Липатьевна, 1929 г. р. Шихали.

4. ИБЭ. 2002, Загвоздкина А.Ф., 1938 г.р., Шурма.

5. ИБЭ. 2004, Злобина Мария Васильена, 1932 г.р. Борисовцы.

6. ИБЭ. 2003, Иван Васильевич Чернов, 1924 г.р., Пиляндыш.

7. ИБЭ. 2005, Кильмезский район.

8. ИБЭ. 2008, Омутнинский р-н.

9. Степин В. Наука и образование в контексте современных циви-лизационных изменений // Журнал высоких гуманитарных технологий: Безопасность Евразии. - 2001. - №3. - Июль-сентябрь. - С. 307-312.

10. Трушкова И.Ю. Традиционная культура русского населения Вятского региона в XIX - начале XX вв.: система жизнеобеспечения. - Киров: Маури-принт, 2003. - 722 с.

11. Трушкова И.Ю. Этнопедагогика в культуре старообрядцев Вятского региона // Старообрядческий мира Волго-Камья: проблемы комплексного изучения. Материалы научной конференции. - Пермь, 2001.

12. Фурсова Е.Ф, Голомянов А.И. Прошлое, настоящее и будущее русских старообрядцев // Старообрядчество в России (XVII-XX вв.): Сб. науч. тр. / Отв. ред. и сост. Е.Ю. Юхименко. - М.: Языки русской культуры, 1999. - С. 36-38.

13. Черезов Б. Старая Тушка и ее обитатели // Сельская правда (Мал-мыж). - 1996. - № 138. - 19 ноября. - С. 4.