Главная форма научного самопознания

Главная форма

научного самопознания

0)

X

ф

Резюме. В статье рассматриваются основные этапы развития научного самопознания. Определяется время формирования мирового и отечественного науковедения, которое в настоящее время является главной, институционализированной формой научного самопознания. Анализируются типы, виды и основные направления науковедения, а также основные этапы его развития.

Ключевые слова: наука, науковедение, научное самопознание, научная политика.

Самая важная, специализированная форма изучения науки - науковедение (наука о науке). Данное междисциплинарное направление появилось в итоге длительного процесса научного самопознания, имевшего место на всех основных этапах становления мировой науки.

Первая форма развития науки (система знаний) складывалась в течение тысячелетий в процессе практической деятельности людей. И уже в работах мыслителей античности можно встретить отдельные образцы научного самопознания, посредством которых знания оценивались как бы со стороны, но институционального статуса они тогда не получили. Вторая форма (социальная организация познавательной деятельности) появилась более 300 лет тому назад: «В Европе это событие связывают с возникновением Лондонского королевского общества (1660) и Парижской академии наук (1664)» [1]. Однако и на этом этапе многочисленные случаи рефлексии ученых в отношении современных им знаний и научных структур не получили дисциплинарного оформления.

Это произошло относительно недавно - в 1920-е гг., когда широко распространилась третья форма развития науки (профессиональная познавательная деятельность больших групп специалистов). Именно тогда мировая научно-техническая революция сделала профессию ученых массовой, поэтому во всех передовых странах мира стало усиливаться финансирование науки. Было необходимо оптимально организовать научные исследования, чтобы повысить экономическую отдачу от вложений государства в науку, и это стимулировало ускоренное формирование многочисленных науковедческих структур в различных странах и регионах.

Свидетельства в пользу вывода об экономических причинах создания науки о науке можно найти даже в истории белорусского науковедения. К примеру, начальный период его развития один из первых крупных отечественных науковедов Г.А. Несветайлов описывает следующим образом: «В Белоруссии создано несколько подразделений науковедческого профиля в Академии наук БССР, Госплане БССР, других министерствах и ведомствах. Они

призваны помочь найти и ввести в действие огромные неиспользованные резервы эффективности науки на разных уровнях управления. В индивидуальном научном труде - это совершенствование подготовки кадров и методологии их работы, реализация рекомендаций прикладной психологии творчества, направленных на постоянное генерирование научных идей. На уровне научно-исследовательского учреждения необходимо развивать новые формы организации работы, создавать наиболее благоприятные условия труда для всех категорий работников. На государственном уровне - это разработка стратегии исследований, совершенствование экономического и организационного механизма освоения научных результатов в производстве» [2].

Назревшей экономической необходимостью в проведении науковедческих исследований объясняется и тот факт, что первые профессиональные работы науковедческого характера были напечатаны практически одновременно сразу в нескольких европейских странах. Прежде всего, следует отметить статьи советского ученого И.А. Боричев-ского «Науковедение как точная наука» (1926) и польских науковедов М. и С. Оссовских «Наука о науке» (1936), книгу британского исследователя Дж. Бернала «Социальная функция науки» (1939), публикацию польского философа Л. Флека «Проблемы науковедения» (1946). При этом уже в самых первых работах феномен науки рассматривался комплекс-

но, с учетом исследовательских подходов различных гуманитарных и социальных наук. К примеру, в статье И.А. Боричев-ского «Науковедение как точная наука» не только всесторонне обосновывалась необходимость формирования новой научной дисциплины - «теории науки или науковедения», которая разрабатывала бы основные орудия научного познания, научные методы, производила бы «полный учет наличных сил мировой науки - научных работников», а также занималась бы изучением самой науки как целого, но и выделялись такие известные сегодня направления науковедения, как организация науки, история науки, философия науки, или общая теория научного познания, социология науки и др. В заключение И.А. Боричевским сделан основополагающий вывод о том, что «объединение науки невозможно без самопознания науки. И пусть настоящее неблагосклонно к нашей науке: науковедению принадлежит будущее» [3].

К середине 1960-х гг. науковедение окончательно оформилось в виде комплекса научных дисциплин, имеющих общий объект исследования (наука как система знаний, социальная организация и профессиональная познавательная деятельность), а также специфические методы его изучения. Советские издатели переведенного с английского языка сборника статей «Наука о науке» (Лондон, 1964), посвященного 25-летию со дня публикации книги Дж. Бернала «Социальная функция науки», высказали мнение, что данный сборник «как бы завершает подготовительный период в становлении новой отрасли знания, получившей наименование "наука о науке" или науковедение. Речь идет об изучении науки как особого явления методами самой науки» [4], то есть о «самосознании науки» (выражение Дж. Бернала), гносеологической рефлексии науки, познании ею самой себя.

Таким образом, хронологические рамки первого, началь-

Вячеслав Щербин,

ведущий научный сотрудник Центра системного анализа

и стратегических исследований НАН Беларуси, кандидат

филологических наук

ного этапа развития мирового науковедения охватывают 1920-1950-е гг. Вместе с тем следует отметить, что в разных странах время появления первых профессиональных науко-ведческих структур и опубликованных ими работ существенно отличается (к примеру, в БССР это были 1960-1970-е гг.).

Следующий, второй этап, главной чертой которого стали дифференциация и специализация науковедческих исследований, пришелся на 1960-1980-е гг. Быстрое экстенсивное развитие науки о науке в указанный период привело к тому, что в ее рамках выделились не только отдельные направления, но и целые их группы и даже типы или виды науковедения. К определению статусных характеристик последнего наметились три основных подхода:

как комплекс наук (класс дисциплин) его рассматривали М. и С. Оссовски, Т. Котарбинь-ски, Дж. Бернал, И. Малецки, П.В. Копнин, А.И. Ракитов, В.В. Кисилева и др.;

точку зрения, что науковедение - целостная система, комплексная дисциплина, в состав которой входят конкретные науки (экономические, философские и др.), разделяли Г.М. Добров, С.Р. Микулинский и Н.И. Родный, Д.М. Гвишиани;

мнения, что для интеграции и синтеза знаний о науке требуется создание общей теории науки, которая является общей теоретической и методологической основой остальных науко-ведческих дисциплин, придерживались В.А. Дмитриенко, П.А. Рачкова, К.М. Хоруженко,

Х. Лайтко и Г. Ланге [5].

В зависимости от целей науковедческих исследований (это может быть описание закономерностей развития науки или выработка практических рекомендаций для органов управления ею) они группируются в рамках либо аналитического, либо нормативного науковедения [6]. В свою очередь, Г.А. Несветайлов использует для обозначения

исследований, ставящих своей целью «раскрытие общих закономерностей развития науки как сложной системы», термин теоретическое науковедение, а работы по сбору информации для органов управления наукой относит к области прикладного [2]. Предложенной Г.А. Несветайло-вым классификации придерживается и украинский специалист в области экономики науки Б.А. Малицкий [7]. Кроме того, наличие национальных, хронологических, ведомственных и иных рамок у того или иного исследования позволяет выделять такие направления науковедения, как российское, белорусское, советское, зарубежное, академическое и др.

Нацеленность конкретных науковедческих работ на изучение таких крупных областей, как естествознание, технические науки и обществоведение, дает отдельным науковедам основание относить их к науковедению естественнонаучному [8], техническому [9] и гуманитарному (гу-манитарологии) [10]. При этом, как показывает мировая и отечественная практика, большинство исследований преимущественно ориентировано на выявление закономерностей в развитии естественных и технических наук, а изучению гуманитарных и социальных наук науковедами уделяется значительно меньшее внимание.

Кроме того, науковедческие работы по составу исполнителей подразделяются на авторские и коллективные, по принципам планирования, финансирования и проведения отличаются инициативные, грантовые и плановые, госбюджетные, по объему охватываемой тематики - комплексные и однопрофильные. При этом комплексные, междисциплинарные науковедческие исследования чаще всего объединяются в рамках общего науковедения, которое отдельные специалисты называют также общей теорией науки [11].

Наконец, по характеру методов, идеалов и норм научного исследования, используемых в

Тема номера

зарубежных и отечественных на-уковедческих работах, а также с учетом специфики изучаемой области их можно разграничивать между такими направлениями, как философия науки, методология науки, логика науки, этика науки, социология науки, организация науки, экономика науки, наукометрия (статистика науки), история науки, право науки, психология науки, кадры науки, люди науки (персоналии), язык (лингвистика) науки и др.

Отмеченная дифференциация отечественных нау-коведческих исследований получила и институциональное закрепление. В 1930-1980-х гг. в Советском Союзе был создан целый ряд специализированных структур [12]:

Институт истории науки и техники АН СССР (1932), в составе которого позднее образовались отдел истории естественных наук, отдел истории техники и научно-технической революции, отдел комплексного изучения развития науки, сектор социологии науки, Центр социолого-нау-коведческих исследований и др.;

Институт научной информации по общественным наукам АН СССР (1969), в котором тоже сформировались науковедче-ские подразделения (например, Центр научно-информационных исследований по науке, образованию и технологиям). Кроме того, в 1977 г. во всех академиях наук союзных республик были созданы отделы научной информации по общественным наукам на правах институтов;

Центр исследований научно-технического потенциала и истории науки им. Г.М. Доброва АН УССР (1986);

отдел науковедения Института физики АН БССР (1976), который позднее работал в составе академических институтов экономики и социологии и получил известность далеко за пределами Беларуси как минская школа науковедения; отдел экономики научных исследований Института экономики АН БССР; отдел истории науки Института истории

АН БССР, отдел логики и методологии научного познания Института философии АН БССР и др.

Наконец, третий, современный этап развития мирового науковедения начался в 1990-е гг. и длится до сих пор. Главная его черта - попытки методологического синтеза и упорядочения накопленных знаний о науке. В частности, по мнению украинских исследователей, «систематизация взглядов на науковедче-ские проблемы представляется актуальной, так как позволяет наиболее адекватно отразить научный статус этой дисциплины, углубиться в изучение этого сложного феномена» [5]. В свою очередь, российский ученый Б.И. Козлов считает, что в задачи науковедов «входит не только (и даже не столько) разработка более эффективных форм организации научной деятельности, сколько пересмотр ее предельно общих оснований, поиск новых смыслов бытия, ценностей и целей науки, наконец, новых механизмов ее функционирования в условиях постиндустриальной системы человек-техника-природа» [13]. Именно поэтому науковеды сегодня изучают работу отдельных наиболее значимых в научно-технической сфере организаций (национальной академии наук, национального научного фонда и др.) при помощи комплексного анализа их различных (экономических, организационных, кадровых, информационных и прочих) характеристик.

Поскольку решаемые наукой о науке задачи усложнились, потребовалось создать принципиально иные, более комплексные науковедческие структуры. В частности, в начале 1990-х - 2000-х гг. в России и Беларуси появились Центр информатизации социально-технологических исследований и науковедческого анализа (1991), Аналитический центр по научной и промышленной политике Министерства науки и технической политики РФ и Государственного комитета по промышленной политике РФ

(1993), отдел науковедения Аналитического центра НАН Беларуси (1999), продолживший затем работу в составе Центра системного анализа и стратегических исследований НАН Беларуси (2003), Российский научно-исследовательский институт экономики, политики и права в научно-технической сфере (2000), лаборатория коммуникационных систем науки Института системного анализа РАН (2003), Институт проблем развития науки РАН

(2008) и др. Функцию единой интеллектуальной площадки для перечисленных структур стали выполнять новые междисциплинарные журналы: «Наука в России» (1981), «В мире науки» (1983), «Наука та наукознавство» (1993), «Инновации» (1997), «Про-блеми науки» (1998), «Науковедение» (1999), «Наука и инновации» (2003), «Наука та шновацп» (2005), «Наука. Инновации. Образование: Альманах» (2006), «Социология науки и технологий»

(2009) и др. Более того, после многих десятилетий «холодной войны», не способствовавшей развитию контактов советских и западных ученых, началось конструктивное взаимодействие, которое благоприятствовало реализации ряда весьма значимых международных проектов науковедческого характера [14].

К сожалению, в постсоветский период развития отечественного науковедения наметились не только положительные, но и отдельные негативные тенденции, например обвальное сокращение финансирования науки в начале 1990-х гг. Кроме того, из-за общего курса на при-кладнизацию академических исследований затормозилось формирование комплексных науковедческих структур, реанимировав тем самым тенденцию проводить монодисциплинарные науковедческие исследования: «Отдел науковедения, еще при жизни своего руководителя преобразованный в отдел социологии науки Института социологии НАН Беларуси... превратился в Центр

мониторинга миграции научных и научно-педагогических кадров Института социологии и социальных технологий, руководимый М.И. Артюхиным. Именно это направление прикладных науковедческих исследований оказалось наиболее злободневным в новых социально-экономических условиях» [15]. Стали достаточно узко специализироваться также науковедческие подразделения, работающие в составе институтов экономики, истории и философии НАН Беларуси. Наконец, был полностью переориентирован на изучение инновационно-информационной проблематики отдел науковедения Центра системного анализа и стратегических исследований НАН Беларуси. Был также закрыт в 2004 г. российский журнал «Науковедение».

Между тем «интерес к науковедению в мировом сообществе постоянно растет, так как эта отрасль науки призвана разрабатывать теоретические основы для управления научно-техническим прогрессом и для социального прогнозирования» [16]. Постоянно возрастающая сложность современных проблем управления научно-технической сферой, потребность в научном обеспечении процессов ее реформирования делают все более очевидной нехватку новейших данных о различных сторонах жизнедеятельности белорусского научного сообщества, подчеркивают необходимость проводить комплексные систематические исследования по всему спектру науковедческих направлений. В частности, сотрудники Научно-исследовательского экономического института Минэкономики В.Ф. Иванов и Э.Д. Мееровская считают своим гражданским долгом «отметить практическое отсутствие в республике системных науковедческих исследований и необходимость развития исследований по оценке состояния и прогнозированию развития инновационной сферы республики, включая науку, с целью обоснования научно-тех-

нологической и инновационной политики» [17].

Таким образом, анализ особенностей трех основных этапов развития научного самопознания показывает, что мировое научное сообщество все больше понимает стратегическую роль науковедения как теоретической и методологической основы для разработки действенной государственной научно-технической политики, позволяющей обеспечить сохранение и дальнейшее развитие интеллектуального потенциала мировой и национальной науки. В частности, российский науковед Б.И. Козлов уверен, что «пересмотр оснований государственной научной политики для России сегодня - задача не менее актуальная, чем проведение экономических реформ. Более того, есть серьезные основания полагать, что сами эти реформы имеют смысл и могут оказаться полезными для общества и российского государства только при условии их благотворного влияния на развитие науки в стране» [13].

Однако, на наш взгляд, было бы недальновидным ставить судьбу отечественного науковедения в зависимость исключительно от успеха экономических реформ в стране. В первую очередь, необходимо объединение всех участников науковедческих исследований. Более того, как считает украинский социолог науки В.И. Оноприенко, «для интеграции современного науковедения особенно значима социальная его консолидация, направленная на дисциплинарное его оформление. Важна идентификация специалистов, работающих в различных ареалах науковедческих исследований, с науковедческим сообществом, а не с другими областями науки (социология, экономика, философия и др.), в которые они интегрированы по месту своей работы» [18]. Одним словом, настало время провозгласить: науковеды всех стран и областей знаний, объединяйтесь!

Только когда усилия науковедов, работающих в специализированных структурах, будут

объединены со стараниями представителей различных областей научных знаний, каждый из которых интересуется историей своей дисциплины, ее миссией, методологией, философией и экономикой, а также с опытом руководителей научных организаций и научно-технической сферы в целом, только тогда будут сформированы концепция развития отечественной науки и выверенная государственная научно-техническая политика.

Онлайн-версиястатьи:

http://innosfera.org/2014/01/self-knowledge

Литература

1. Антонов А.Н. Об этапах эволюции форм организации научной деятельности // Философские методологические семинары: опыт, проблемы, перспективы. - М., 1984.

2. Несветайлов Г.А. Наука и ее эффективность. - Мн., 1979.

3. Боричевский И.А, Науковедение как точная наука // Вестник знания.1926,№12.

4. От издательства // Наука о науке (Сборник статей). Пер. с англ. - М., 1966.

5. Методологические вопросы науковедения / Под ред. В.И. Оноприенко. - Киев, 2001.

6.Рачков П.А.Науковедение: проблемы, структура, элемен-ы. - М., 1974.

. Малщький Б.А. Прикладне наукознавство. - Киев, 2007. :. Соломатин В.А. История и концепции современного есте-твознания. - М., 2000.

9.Козлов Б.И.Возникновение и развитие технических наук: опыт историко-технического исследования. - Л., 1988.

0. Щербин В.К. Сравнительная академическая гуманита-рология: этапы становления и результаты в странах СНГ // Социология. 2000, №2. С. 26-46.

. Добров Г.М. Наука о науке. Начала науковедения. 3-е зд. - Киев, 1989.

2. A Scholars' Guide to Humanities and Social Sciences in the oviet Union: The Academy of Sciences of the USSR and the

Academies of Sciences of the Union Republics. - New York, 1985.

3. Козлов Б.И. Науковедение в постиндустриальную эпоху(к проблеме обоснования государственной научной политики) // Науковедение. 1999, №1.

4. Transforming Science and Technology Systems - the ndlessTransition? / Ed. by W. Meske, J. Mosoni-Fried,

1. Etzkowitz, G. Nesvetailov. - Amsterdam, 1998.

5. Карелина В.А., Артюхин М.И. Добрый свет Несветайло-а: Есть ли будущее у белорусской школы науковедения? // >еды. 2002, 15 лгстапада.

6.Пархоменко В.П.Науковедение кактеоретико-методоло-ическая основа подготовки и аттестации научных кадров // Атэстацыя. 1999, №3.

7. Иванов В.Ф., Мееровская Э.Д. Научно-технический потен-иал Беларуси:состояние и пути реформирования // Научная и инновационная деятельность в Беларуси: Сб. научных рудов. - Мн., 2002.

8.Оноприенко В.И.Науковедение:поиск системных идей. -Киев, 2008.