«Сводка» и «Речной остров»: Анонимная записка и остров русов в современной отечественной историографии

В. А. Шорохов

«СВОДКА» И «РЕЧНОЙ ОСТРОВ»: АНОНИМНАЯ ЗАПИСКА И ОСТРОВ РУСОВ В СОВРЕМЕННОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Работа представлена кафедрой исторического регионоведения Санкт-Петербургского государственного университета.

Научный руководитель - доктор исторических наук, профессор Ю. В. Кривошеев

Статья посвящена анализу современных тенденций в изучении Анонимной записки о народах Восточной Европы и острова русов. Рассмотрев затрагивающие данную тему работы наиболее известных отечественных востоковедов за последние 30 лет, исследователь приходит к выводу о недооценке в историографии сложности состава Анонимной записки. Очевидно, памятник содержит как реальную современную информацию, так и отголоски письменной традиции. Ярким примером такого сочетания является рассказ об острове русов.

Ключевые слова: ранняя история Древней Руси, зарубежные источники, современная историография.

V. Shorokhov

"REPORT" AND THE "RIVER ISLAND": THE ANONYMOUS NOTE AND THE ISLAND OF THE RUS IN MODERN RUSSIAN HISTORIOGRAPHY

The paper is devoted to the research of modern tendencies in the historiography of the so-called Anonymous Note and the island of the Rus. The main idea of the author is that modern orientalists underestimate the complexity of the source, which contains real evidences and traces of the written tradition, sometimes combined in one information unit. The prime example of the combination is the story on the island of the Rus. Key words: early Russian history, foreign sources, modern historiography.

Трудно найти в современной отечественной историографии работу о ранней истории Руси, автор которой не обращался бы к Анонимной записке о народах Восточной Европы и содержащихся в ней сведениях об острове русов и хакане русов. Во многом это связано, к сожалению, с упрощенным отношением к данному источнику, основанном на его характеристике, сформулированной в трудах современных востоковедов. То, что определяется авторитетным арабистом как «сводка информации» [8, с. 139], воспринимается многими русистами как подборка достоверных данных, которыми можно «орнаментировать» свою концепцию происхождения Руси, будь то «северная» нор-манистская теория в версии В. Я. Петрухина [33; 32] или «юго-восточная» аланская в интерпретации Е. С. Галкиной [5].

В связи с этим мы решили проследить некоторые тенденции в источниковедческом изучении «темы острова русов», формирование стереотипов ее восприятия в современной историографии, выявить причины возникновения таковых и по возможности предложить способы их преодоления. Оговоримся, что под «современностью» мы понимаем период с начала 1980-х гг., когда в условиях постепенного ослабления идеологического контроля на предмет соответствия идеям «однобокого антинорманизма» [7, с. 44], в общих чертах сформировалось мнение по рассматриваемому вопросу большинства ныне здравствующих авторитетных исследователей.

Прежде всего при решении поставленных задач следует ответить на вопрос: каково состояние источниковедческого изучения

памятника в рассматриваемый период и в каком виде он был доступен специалистам по отечественной истории?

«Анонимная записка о народах восточной Европы» - не дошедшее до нас в оригинале арабоязычное произведение (или часть произведения) IX в., посвященное описанию этнополитической ситуации на юго-востоке Европы. (Отрывки описания цитирует множество мусульманских авторов. Наиболее значимыми считаются данные, приводимые в «Дорогих ценностях» («Книге драгоценных украшений») Ибн Русте (создана после 903 г.), анонимном персидском сочинении «Пределы мира» (написано в конце X в.), «Украшении известий» Гардизи (писал между 1050 и 1053 гг.), «Путях и странах» ал-Бакри (ум. в 1094 г.), «Природе животных» ал-Марвази (конец XI - начало XII в.) [28; 25; 16]). До нас дошли рассказы о печенегах, хазарах, бурта-сах, волжских булгарах, мадьярах, ас-сакалиба (здесь - славяне),русах, стране Сарир, а также аланах.

Каждое описание содержит пространственную (локализация относительно предыдущей общности), военно-политическую (международный статус, мобилизационный потенциал) и этнографическую составляющие. При этом объем информации и ее качество варьируются. Например, в дошедших до нас версиях рассказа о русах нет ни определения расстояния от них до какой-либо другой «страны», ни данных об общей численности войска. Не содержит источник и информации о количестве воинов правителя ас-сакалиба. Меньше всего внимания уделено в «Записке» аланам. Кроме того, в тексте содержатся попутные упоминания некоторых народов Европы, не описанных в специальных разделах: м. р. дат/м. р. ват, нандар и ар-рум.

Не углубляясь в дискуссию о вероятном авторе произведения, отметим, что установить его с точностью невозможно в отсутствии оригиналов трудов наиболее вероятных претендентов - Ибн Хордадбеха и ал-Джайхани. Однако можно с уверенностью утверждать, что сам писатель или его основные информаторы происходили из Средней Азии, так как отправной точкой описания является Ургенч.

Таким образом, перед нами относительно цельное описание восточным автором отдаленного региона мира, составленное по определенной (правда, далеко не всегда выдерживаемой) схеме, которое содержит значительное количество реальной (или кажущейся таковой) информации.

В более или менее полном виде произведение было введено в научный оборот около 140 лет назад российским востоковедом Д. А. Хвольсоном [36]. Однако Анонимная записка входит в состав значительного количества произведений исламской литературы, перевода которых на русский язык нет. Наиболее полные версии произведения содержатся в не переведенных полностью «Дорогих ценностях» Ибн Русте, «Украшении известий» Гардизи, «Путях и странах» ал-Бакри и «Природе животных» ал-Марвази.

Таким образом, все переводы описания, доступные неарабистам, представляют собой отрывки, вырванные из контекста. В этой ситуации самостоятельно проанализировать степень искажения источника под влиянием конкретной текстовой среды просто невозможно.

Наиболее значительные фрагменты Анонимной записки на русском языке, используемые до сих пор, появились в 1960-е гг.* Несмотря на высокое качество перевода, они имеют ряд существенных особенностей, затрудняющих адекватный анализ произведения.

Так, работа Б. Н. Заходера, охватывая практически все содержание Анонимной записки, распределяет его вместе с другими материалами восточных авторов по тематическим разделам, что значительно усложняет восприятие этого и без того неоднородного источника [10].

Переводы свидетельств описания, сделанные А. П. Новосельцевым для соответствующего раздела коллективной монографии «Древнерусское государство и его международное значение», отражают все наиболее важные версии сводки, но только о славянах и русах [28].

Характерная для обоих упомянутых переводов выборочность часто заставляет исследователей обращаться к более ранним изданиям

относительно полных версий текста - фрагментам из произведения Ибн Русте в издании Д. А. Хвольсона и публикации «Извлечений из сочинения Гардизи Зайн ал-ахбар» В. В. Бар-тольда [2]. Как видим, снова речь идет лишь о крупных отрывках, изданных еще в XIX в.

К вышеупомянутым затруднениям следует добавить такую особенность исламских средневековых источников в целом и пересказов описания в частности, как крайне искаженная передача иноязычных личных имен и терминов, помноженная на особенности арабской графики. В наибольшей степени это отразилось на «соседях» (по месту в тексте, но, как мы увидим, совсем не обязательно по локализации) русов - ас-сакалиба (под которыми в данном случае подразумеваются славяне). При этом искажениям подверглись самые важные сведения - имя правителя славян, его заместителя, а также окраинного и столичного славянских «городов». А ведь от их идентификации зависит и осмысление информации о мадьярах и русах. К началу рассматриваемого периода уже существовала обширная историография, посвященная попыткам интерпретации темных мест Анонимной записки [3], предоставлявшая богатый выбор конъектур.

Все эти существенные «но» превратили «Записку» в своеобразный источниковедческий фантом, из-за чего даже арабисты, ссылаясь на восходящие к ней данные, часто предпочитают называть лишь автора используемой компиляции.

В качестве примера недоверия к источнику можно привести работы А. П. Новосельцева. Показательно, что в своем вышеупомянутом издании описания середины 1960-х гг. известный отечественный востоковед уверенно выделял корпус данных Анонимной записки и комментировал самые сложные места произведения, в том числе касающиеся острова русов, располагавшегося, по его мнению, «где-то на севере Восточной Европы» [28, с. 403]. Однако в статьях 1980-х гг. отношение А. П. Новосельцева к «Записке» претерпело существенные изменения.

В частности, происходит свертывание попыток интерпретации информации об ост-роверусов. Уже в статье 1982 г., посвященной

изучению истории бытования титула каган в Восточной Европе, автор ограничил использование источника анализом упоминаний в нем этого термина применительно к хазарам и Руси, воздержавшись от попыток локализации «острова» (т. е. владений одного из каганов) [29].

В работе 1986 г., описывая общественный строй восточных славян, исследователь использовал данные о набегах русов на ас-сака-либа для реконструкции «древнего варианта полюдья» [27, с. 404]. Однако без соответствующей интерпретации информации об острове русов отождествление нападений последних на славян с полюдьем выглядит спорным. Автор обходит эту тему молчанием.

Следующим важнейшим этапом в интерпретации А. П. Новосельцевым данных Анонимной записки стала фундаментальная монография, посвященная хазарам. Известный востоковед не менее двенадцати раз обращался к информации описания [31], а в разделе об источниках даже датировал произведение (до 875 г.) и назвал вероятного автора - Ибн Хор-дадбеха [31, с. 12]. Но в аналитической части исследования потенциал «цикла известий» явно недоиспользован, особенно когда речь заходит о перемещениях мадьяр и проблеме Русского каганата. В первом случае А. П. Новосельцев почти полностью положился на данные Константина Багрянородного и Венгерского анонима. А «ранние восточные известия о хакане русов» ученый отнес к скандинавам, которых, правда, затруднился локализовать на просторах Восточной Европы [31, с. 205-211] (при этом тема острова русов вновь не была упомянута).

Своеобразной кульминацией размывания представлений А. П. Новосельцева о загадочном географическом объекте стала его работа 1991 г. В ней были решительно отвергнуты гипотезы о южном местонахождении «острова» (тьмутараканская и дунайская), но и северный вариант признан неубедительным. В результате единственным доказанным фактом исследователь признал скандинавскую принадлежность описанной в источнике Руси [30].

Характерно, что отказ от наиболее распространенной и, очевидно, самой сомнительной

локализации обнаруживается в сносках, а скандинавская атрибуция Руси вкупе с довольно поздней датировкой источника оставляет значительное пространство для реанимации «северной версии».

Результаты деятельности А. П. Новосельцева по изучению Анонимной записки продемонстрировали необходимость диверсификации подходов к изучению источника, невозможность его адаптации к гипотетическим реалиям вроде «Дунайской Руси» или «Ладожского каганата» [35; 23]. В этих условиях продолжавшиеся попытки «использования» описания, казалось, уже не могли быть восприняты всерьез.

Естественным выходом из создавшейся ситуации стало обращение к составу источника и выявление в нем отдельных сюжетных пластов. Эта работа была проделана в начале 2000-х гг. ученицей А. П. Новосельцева И. Г. Коноваловой [21].

Ей удалось показать, что «Записка» была изначально неоднородным произведением, к тому же весьма выборочно цитируемым компиляторами. Так, И. Г. Коновалова определила иранские эпические источники рассказов об обстоятельствах появления русов на острове и отделила их от основного массива сведений Ибн Русте, Гардизи и ал-Макдиси. Конкретную локализацию острова в Черном и/или Азовском морях исследовательница связала с исламской географической традицией Средиземноморья.

Важным следствием глубокого анализа источников стал скепсис И. Г. Коноваловой в отношении попыток соотнесения острова русов с реальным географическим объектом, так же как и попыток идентификации окружающего его водоема.

Работа И. Г. Коноваловой (в других исследованиях И. Г. Коновалова также касалась этой темы [20; 19]), несомненно, стала шагом вперед в вопросе интерпретации «Описания», как части живой арабо-персидской литературной традиции. Однако отношение данного автора к источнику, возможно, иногда гиперкритично. Например, вряд ли можно согласиться с выделением двух равноценных версий Анонимной Записки, происходящих, соответственно, из

Ирана и Средиземноморья. Ведь данные о плаваниях Руси по Черному морю, использованные писателями Х1-ХУ11 вв. для конкретизации более древнего рассказа об острове ру-сов и восходящие к самостоятельным сюжетам ал-Масуди и школы ал-Балхи (X в.), очевидно, не были частью собственно появившейся не позднее конца IX столетия «Записки».

Выявление в работах И. Г. Коноваловой источников Анонимной записки внутри исламского мира, ставящее под сомнение возможность соотнесения упоминаемых в ней географических объектов с действительностью Восточной Европы, оказало ограниченное влияние как на историографию описания в целом, так и на труды ее коллег-ориенталистов.

Так, Д. Е. Мишин и Т. М. Калинина концентрируют свое внимание на вопросах, решение которых традиционно считается прерогативой востоковедов [25; 15; 18; 16; 13; 8]. В центре внимания находятся конъектуры и сравнение отдельных вариантов описания. При интерпретации последних в ряде случаев преобладает тенденция к принятию выводов Д. А. Хвольсона, первого издателя версии Ибн Русте [36]. Есть также темы, дискуссия по которым считается завершенной. Двойная локализация ас-сакалиба (проверенный временем ответ на попытки соотнести данную общность с вятичами [28; 34; 35]) и сугубо реалистический характер источника (столь несвойственный восточной историко-геогра-фической литературе) снова приводятся как доказанные факты.

Таким образом, реконструируемый на основе восточных источников свод информации о Восточной Европе IX столетия, условно именуемый Анонимной запиской, на сегодняшний день не может быть достаточно точно охарактеризован как целостное произведение. Это связано не только с многочисленными трудностями его источниковедческого изучения, но и с недооценкой сложности его состава. Поэтому наиболее перспективным направлением изучения описания представляется выявление возможных литературных источников Анонимной записки, прежде всего в рамках современной ему арабской географической традиции.

На конкретном примере попытаемся продемонстрировать возможности, которые предоставляет подобный подход.

Попробуем предположить, что автор описания, восполняя недостаток реальной информации и ориентируясь на традицию, ввел в текст некоторые мнимые реалии. В каких разделах они могут быть обнаружены?

Наиболее соответствуют общепринятой характеристике описания данные о печенегах, хазарах, буртасах и булгарах, т. е. народах Поволжья и южного Приуралья. Именно в этих местах путешественники с Востока, прежде всего купцы, могли побывать лично. Столь же полны сведения о мадьярах. Но уже рассказ о славянах явно скомпилирован из разных источников и содержит множество бытовых деталей, которые вполне можно отнести к диковинкам (например, рассказ о самоубийстве безутешной вдовы [28, с. 388, 389]). В рассказе о русах, внешне вполне соответствующем «формуляру» описания, отсутствует важнейшая деталь - локализация относительно ближайших соседей (хотя есть сведения об острове и его размерах). А страна ас-Сарир вообще описана лапидарно и со сказочными подробностями [28, с. 397-402; 2, с. 60, 61; 12, с. 705, 706].

Из этого перечня выделяется раздел о Руси и ее правителе хакане. Мы отметим лишь те его особенности, которые могут быть интерпретированы как заимствования из более ранних географических произведений.

Главное отличие раздела о русах состоит в том, что этот народ знаком анониму лишь в качестве грозного противника соседних общностей. По этой причине автор вообще отрицает существование у них сельского хозяйства («они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян» [28, с. 397; 12, с. 705]). Кроме того, место обитания Руси, согласно описанию, - остров посреди озера (Ибн Русте) или моря (Гардизи) [28, с. 397, 399; 12, с. 705, 709]. Впрочем, само слово джазира допускает очень много вариантов перевода, от собственно острова или полуострова до области, находящейся в междуречье [21].

Необходимо еще раз отметить, что многочисленные попытки увязать пресловутый

«остров» с севером Восточной Европы несостоятельны хотя бы в силу того, что не подтверждаются единственным параллельным описанием части этого региона в IX в., известным как «Баварский Географ». И упоминание в нем Руси рядом с Хазарией, и географический охват произведения в целом, и недавно реконструированные А. В. Назаренко причины возникновения данного южнонемецкого памятника исключают возможность помещения русов первой половины - середины IX в. в Приладожье [6; 26].

В. Я. Петрухин в одной из своих недавних работ высказал предположение о возможном преломлении в данном рассказе книжных легенд об островах в Северном океане [32, с. 70]. Представляется, что развитие этой гипотезы имеет определенные перспективы.

Какую легендарную географическую традицию мог приспособить к имевшимся сведениям аноним?

Судя по дошедшим до нас арабским географическим работам IX в. наиболее авторитетным проводником научной традиции в тот период была «греческая школа», опиравшаяся на «Географическое руководство» Птолемея (II в.). Ее выдающимися представителями были сотрудник багдадского «Дома мудрости» Мухаммад ал-Хваризми (ум. после 847 г.) и астроном-сабий Мухаммад ал-Баттани (ок. 858-929 гг.). Именно «Книга картины Земли» первого и «Сабиев зидж» второго использовались авторами описательных трудов, так как содержали точные координаты ряда важнейших географических объектов. Они же до появления трудов ал-Балхи и его последователей должны были составлять основу большинства арабских карт.

Если предположить, что источником сведений для автора описания служила одна из переработок Птолемея, сюжет острова на озере/море получает достаточно логичное объяснение.

Дело в том, что Сарматский Океан Птолемея, занимающий большую часть реальной Восточноевропейской равнины, есть и у ал-Хваризми, только называется он Северным Внешним морем [17, с. 46, 86]. На юге оставшееся «незатопленным» пространство

ограничено морем Барики и Лазики, морем Хваризма, Табаристана и Дейлема, а также озером ал-Батиха (что по-арабски и переводится - озеро). В водоеме, на берегу которого находится лазское царство Эгриси (арабы называли его Лазика), легко узнать Черное море [4, с. 21-24], а морем одновременно Хорезма, Табаристана и Дейлема может быть лишь Каспий [1, с. 367; 20, с. 127, 128]. А вот идентифицировать «озеро» можно только путем построения по координатам (единственная карта, приложенная к дошедшему списку, содержит изображение ал-Батихи, но оно не соответствует описанию «озера» в тексте [17, с. 55, 106]). Оказывается, это Азовское море без Керченского пролива. Но в представлении ал-Хваризми это не изолированный водный бассейн. Из него на северо-запад вытекают две реки, пересекающие затем гору Дикийа (Рипейские горы Птолемея) и впадающие в Северное Внешнее море [17, с. 53]. Кроме того, на западе Восточной Европы ал-Хваризми помещает озеро Барастанис (т. е. Борисфен), откуда в Северное море также впадает река [17, с. 51, 52]. И наконец, у ал-Хваризми есть подробное описание двух больших островов Амазунус, расположенных в Северном Внешнем море у берегов Восточной Европы.

Наиболее вероятно тождество острова русов с одним из островов Амазунус. Прежде всего при попытке наложения на карту ал-Хва-ризми данных о многочисленных мадьярах и ас-сакалиба для Руси места на материке просто

не остается. Вполне сопоставимы указанные в источнике размеры островов (протяженность 3 дня пути, население 100 000 человек). Появляется и объяснение торговли русов только по Волжскому пути. Дело в том, что попасть на корабле (а русы Анонимной записки перемещались именно на судах) из Северного внешнего моря в Черное, согласно данным ал-Хваризми, невозможно. Зато представление о связи Каспия с Океаном посредством большой реки (или пролива) было крайне широко распространено в восточной традиции [8]. Воинственный нрав русов, абсолютизируемый автором описания, также может быть отнесен на счет отголосков легенды об амазонках.

Вероятность влияния общегеографических представлений на интерпретацию реальных данных Анонимной записки тем более вероятна, что хронологически «ближайшие» к ней «Книга путей и государств» Ибн Хордадбеха и «Дорогие ценности» Ибн Русте также подверглись значительному влиянию «греческой школы».

Так, Ибн Хордадбех, следуя античной традиции, описывает находящееся «позади славян» Западное море, где расположены острова Счастливых и земля Туле [11, с. 91].

Ибн Русте при описании Черного моря использует общий с «Зидж ас-Саби» ал-Баттани источник**.

Таким образом, на наш взгляд, изучение Анонимной записки далеко от завершения, а поиск новых трактовок информации, содержащейся в ней, весьма перспективен.

ПРИМЕЧАНИЯ

* Новейшие издания версий описания отрывочны. См.: [9, с. 208-213; 12, с. 699-709; 8, с. 139-141, 164-167].

** Правда, в конце описания «моря ал-Хинда» У Ибн Русте «совершенно неожиданно» приведены данные о находящемся на 21 долю севернее тропика Рака море ал-Армани (возможно чтение ал-Урмани), которое с множеством оговорок может быть отождествлено с Балтикой. Однако обратившая внимание на данный фрагмент Т. М. Калинина оговаривает крайнюю зыбкость предложенной трактовки [22; 17; 14].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бартольд В. В. Бахр ал-хазар // Работы по исторической географии. М., 2002.

2. Бартольд В. В. Извлечение из текста сочинения Гардизи Зайн ал-ахбар: Приложение к «Отчету о поездке в Среднюю Азию с научной целью. 1893-1894 гг.» // Сочинения. М., 1973. Т. VIII. С. 23-62.

3. Бейлис М. В. К вопросу о конъектурах и о попытках отождествления этнонимов и топонимов в текстах арабских авторов 1Х-ХШ вв. о Восточной Европе // Восточное источниковедение и вспомогательные исторические дисциплины. М., 1989. С. 52-66.

4. Бейлис В. М. Сведения о Черном море в сочинениях арабских географов 1Х-Х вв. // Ближний и Средний Восток. М., 1962. С. 21-24.

5. Галкина Е. С., Родригес А. М. Кочевая периферия восточных славян и Руси (этнополитические процессы). М., 2003. 381 с.

6. Горский А. А. Баварский географ и этнополитическая структура восточного славянства // Древнейшие государства Восточной Европы. М., 1997. С. 271-282.

7. Горский А. А. Русь: От славянского расселения до московского царства. М., 2004. 392 с.

8. Джаксон Т. Н., Калинина Т. М., Коновалова И. Г., Подосинов А. В. «Русская река»: Речные пути Восточной Европы в античной и средневековой географии. М., 2007. 360 с.

9. Древняя Русь в свете зарубежных источников / под ред. Е. А. Мельниковой. М., 1999. 606 с.

10. Заходер Б. Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе. Т. II: Булгары, мадьяры, народы Севера, печенеги, русы, славяне. М., 1967. 212 с.

11. Ибн Хордадбех. Книга путей и стран / перев., коммент. и исслед. Н. Велихановой. Баку, 1986. 427 с.

12. История татар с древнейших времен в семи томах. Т. II: Волжская Булгария и Великая Степь. Казань, 2006. 960 с.

13. Калинина Т. М. Ал-хазар и ас-сакалиба: контакты. Конфликты?// Хазары: Евреи и славяне. Иерусалим; М., 2005. Т. 16. С. 101-110.

14. Калинина Т. М. Водные пространства Севера Европы в трудах арабских ученых ГХ-ХП вв. // Восточная Европа в исторической ретроспективе: К 80-летию В. Т. Пашуто. М., 1999. С. 84-99.

15. Калинина Т. М. Заметки о торговле в Восточной Европе по данным арабских ученых К-Х вв. // Древнейшие государства на территории Восточной Европы. 1998. М., 2000. С. 106-119.

16. Калинина Т. М. Интерпретация некоторых известий о славянах в «Анонимной записке» // Древнейшие государства Восточной Европы: 2001 год: Историческая память и формы ее воплощения. М., 2003. С. 204-216.

17. Калинина Т. М Сведения ранних ученых Арабского халифата: текст, перевод, комментарий. М., 1988. 178 с.

18. Калинина Т. М. Этиологическая и этимологическая легенды персидского писателя XI в. Гардизи о славянах // Славяноведение. 2002. № 4. С. 68-73.

19. Коновалова И. Г. Вхождение Руси в систему политических отношений Хазарии, Халифата и Византии // Средневековая Русь. 2007. № 7. С. 7-30.

20. Коновалова И. Г. Пути сообщения в Восточной Европе по данным средневековых арабо-персидских авторов // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998. М., 2000. С. 126-133.

21. Коновалова И. Г. Состав рассказа об «острове русов» в сочинениях арабо-персидских авторов Х-ХУ! вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. 1999. М., 2001. С. 169-189.

22. Крачковский И. Ю. Арабская географическая литература. М., 2004. 919 с.

23. Лебедев Г. С. Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси. СПб., 2005. 640 с.

24. Минорский В. Ф. История Ширвана и Дербенда X-XI веков. М., 1963. 265 с.

25. Мишин Д. Е. Сакалиба (славяне) в исламском мире в раннее средневековье. М., 2002. 368 с.

26. Назаренко А. В. Древняя Русь на международных путях: междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей К-ХП веков. М., 2001. 784 с.

27. Новосельцев А. П. Арабские источники об общественном строе восточных славян ЕХ - первой половины Х в. (полюдье) // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998. М., 2000. С. 400-404.

28. Новосельцев А. П., Пашуто В. Т., Черепнин Л. В., Шушарин В. П., Щапов Я. Н. Древнерусское государство и его международное значение. М., 1965. 476 с.

29. Новосельцев А. П. К вопросу об одном из древнейших титулов русского князя // Древнейший государства Восточной Европы. 1998. М., 2000. С. 367-379.

30. Новосельцев А. П. Образование Древнерусского государства и первый его правитель // Вопросы истории. 1991. № 2-3.

31. Новосельцев А. П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990. 264 с.

32. Петрухин В. Я. Русь и Хазария: к оценке исторических взаимосвязей // Хазары: Евреи и славяне. Иерусалим; М., 2005. Т. 16. С. 69-100.

33. Петрухин В. Я. Хазарская дань и славяне: к истории тюрко-славянских отношений в Восточной Европе К в. // Тюркологический сборник. 2003-2004: Тюркские народы в древности и средневековье. СПб., 2005. С.166-184.

34. Пряхин А. Д. К необходимости изучения и музеефикации комплекса памятников древнерусского времени в черте и окрестностях г. Воронежа («Вантит») // Историко-культурное наследие (Воронежская область). Воронеж, 1992. С. 16-28.

35. Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М., 1982. 592 с.

36. Хвольсон Д. А. Известия о хазарах, буртасах, болгарах, мадьярах, славянах и русских Абу-Али Ахмеда бен Омара Ибн-Даста, неизвестного доселе арабского писателя X века по рукописи Британского музея / в первый раз издал, перевел и объяснил Д. А. Хвольсон. СПб., 1869. XIV. 199 с.

REFERENCES

1. Bartol'd V. V. Bakhr al-khazar // Raboty po istoricheskoy geografii. M., 2002.

2. Bartol'd V. V. Izvlecheniye iz teksta sochineniya Gardizi Zayn al-akhbar: Prilozheniye k «Otchetu o poyezdke v Srednyuyu Aziyu s nauchnoy tsel'yu. 1893-1894 gg.» // Sochineniya. M., 1973. T. VIII. S. 23-62.

3. Beylis M. V. K voprosu o kon'yekturakh i o popytkakh otozhdestvleniya etnonimov i toponimov v tekstakh arabskikh avtorov IX-XIII vv. o Vostochnoy Yevrope // Vostochnoye istochnikovedeniye i vspomogatel'nye istoriches-kiye distsipliny. M., 1989. S. 52-66.

4. Beylis V. M. Svedeniya o Chernom more v sochineniyakh arabskikh geografov IX-X vv. // Blizhniy i Sredniy Vostok. M., 1962. S. 21-24.

5. GalkinaE. S., Rodriges A. M. Kochevaya periferiya vostochnykh slavyan i Rusi (etnopoliticheskiye protsessy). M., 2003. 381 s.

6. Gorsky A. A. Bavarskiy geograf i etnopoliticheskaya struktura vostochnogo slavyanstva // Drevneyshiye gosu-darstva Vostochnoy Yevropy. M., 1997.S. 271-282.

7. Gorsky A. A. Rus': Ot slavyanskogo rasseleniya do moskovskogo tsarstva. M., 2004. 392 s.

8. Dzhakson T. N., Kalinina T. M., KonovalovaI. G., Podosinov A. V. «Russkaya reka»: Rechnye puti Vostochnoy Yevropy v antichnoy i srednevekovoy geografii. M., 2007. 360 s.

9. Drevnyaya Rus' v svete zarubezhnykh istochnikov / pod red. E. A. Mel'nikovoy. M., 1999. 606 s.

10. Zakhoder B. N. Kaspiyskiy svod svedeniy o Vostochnoy Yevrope. T. II: Bulgary, mad'yary, narody Severa, pechenegi, rusy, slavyane. M., 1967. 212 s.

11. Ibn Khordadbekh. Kniga putey i stran / perev., komment. i issled. N. Velikhanovoy. Baku, 1986. 427 s.

12. Istoriya tatar s drevneyshikh vremen v semi tomakh. T. II: Volzhskaya Bulgariya i Velikaya Step'. Kazan', 2006. 960 s.

13. Kalinina T. M. Al-khazar i as-sakaliba: kontakty. Konflikty?// Khazary: Yevrei i slavyane. Iyerusalim; M., 2005. T. 16. S. 101-110.

14. Kalinina T. M. Vodnye prostranstva Severa Yevropy v trudakh arabskikh uchenykh IX-XII vv. // Vostochnaya Yevropa v istoricheskoy retrospektive: K 80-letiyu V. T. Pashuto. M., 1999. S. 84-99.

15. Kalinina T. M. Zametki o torgovle v Vostochnoy Yevrope po dannym arabskikh uchenykh IX-X vv. // Drevneyshiye gosudarstva na territorii Vostochnoy Yevropy. 1998. M., 2000. S. 106-119.

16. Kalinina T. M. Interpretatsiya nekotorykh izvestiy o slavyanakh v «Anonimnoy zapiske» // Drevneyshiye gosudarstva Vostochnoy Yevropy: 2001 god: Istoricheskaya pamyat' i formy eyo voploshcheniya. M., 2003. S. 204-216.

17. Kalinina T. M. Svedeniya rannikh uchenykh Arabskogo khalifata: tekst, perevod, kommentariy. M., 1988. 178 s.

18. Kalinina T. M. Etiologicheskaya i etimologicheskaya legendy persidskogo pisatelya XI v. Gardizi o slavy-anakh // Slavyanovedeniye. 2002. N 4. S. 68-73.

19. Konovalova I. G. Vkhozhdeniye Rusi v sistemu politicheskikh otnosheniy Khazarii, Khalifata i Vizantii // Srednevekovaya Rus'. 2007. N 7. S. 7-30.

20. Konovalova I. G. Puti soobshcheniya v Vostochnoy Yevrope po dannym srednevekovykh arabo-persidskikh avtorov // Drevneyshiye gosudarstva Vostochnoy Yevropy. 1998. M., 2000. S. 126-133.

21. Konovalova I. G. Sostav rasskaza ob «ostrove rusov» v sochineniyakh arabo-persidskikh avtorov X-XVI vv. // Drevneyshiye gosudarstva Vostochnoy Yevropy. 1999. M., 2001. S. 169-189.

22. Krachkovsky I. Yu. Arabskaya geograficheskaya literatura. M., 2004. 919 s.

23. Lebedev G. S. Epokha vikingov v Severnoy Yevrope i na Rusi. SPb., 2005. 640 s.

24. Minorsky V. F. Istoriya Shirvana i Derbenda X-XI vekov. M., 1963. 265 s.

25. Mishin D. E. Sakaliba (slavyane) v islamskom mire v ranneye srednevekov'ye. M., 2002. 368 s.

26. Nazarenko A. V. Drevnyaya Rus' na mezhdunarodnykh putyakh: mezhdistsiplinarnye ocherki kul'turnykh, torgovykh, politicheskikh svyazey IX-XII vekov. M., 2001. 784 s.

27. Novosel 'tsev A. P. Arabskiye istochniki ob obshchestvennom stroye vostochnykh slavyan IX - pervoy poloviny X v. (polyud'ye) // Drevneyshiye gosudarstva Vostochnoy Yevropy. 1998. M., 2000. S. 400-404.

28. Novosel 'tsev A. P., Pashuto V. T., Cherepnin L. V., Shusharin V. P., Shchapov Ya. N. Drevnerusskoye gosudarstvo i ego mezhdunarodnoye znacheniye. M., 1965. 476 s.

29. Novosel 'tsev A. P. K voprosu ob odnom iz drevneyshikh titulov russkogo knyazya // Drevneyshiy gosudarstva Vostochnoy Yevropy. 1998. M., 2000. S. 367-379.

30. Novosel'tsev A. P. Obrazovaniye Drevnerusskogo gosudarstva i pervy ego pravitel' // Voprosy istorii. 1991. N 2-3.

31. Novosel'tsev A. P. Khazarskoye gosudarstvo i yego rol' v istorii Vos-tochnoy Yevropy i Kavkaza. M., 1990. 264 s.

32. Petrukhin V. Ya. Rus' i Khazariya: k otsenke istoricheskikh vzaimosvyazey // Khazary: Yevrei i slavyane. Iyerusalim; M., 2005. T. 16. S. 69-100.

33. Petrukhin V. Ya. Khazarskaya dan' i slavyane: k istorii tyurko-slavyanskikh otnosheniy v Vostochnoy Yev-rope IX v. // Tyurkologicheskiy sbornik. 2003-2004: Tyurkskiye narody v drevnosti i srednevekov'ye. SPb., 2005. S.166-184.

34. Pryakhin A. D. K neobkhodimosti izucheniya i muzeyefikatsii kompleksa pamyatnikov drevnerusskogo vre-meni v cherte i okrestnostyakh g. Voronezha («Vantit») // Istoriko-kul'turnoye naslediye (Voronezhskaya oblast'). Voronezh, 1992. S. 16-28.

35. Rybakov B. A. Kiyevskaya Rus' i russkiye knyazhestva XII-XIII vv. M., 1982. 592 s.

36. Khvol'son D. A. Izvestiya o khazarakh, burtasakh, bolgarakh, mad'yarakh, slavyanakh i russkikh Abu-Ali Akhmeda ben Omara Ibn-Dasta, neizvestnogo dosele arabskogo pisatelya X veka po rukopisi Britanskogo muzeya / v pervy raz izdal, perevel i ob'yasnil D. A. Khvol'son. SPb., 1869. XIV. 199 s.