Конъюнктивиты и их разнообразие

Конъюнктивиты и их разнообразие

Офтальмология

Ольга Васильева

Офтальмолог. Врач Клиники доктора Куренкова. К.м.н.

Ксения Чиненова:

Телеканал Mediadoctor и наша постоянная программа «Взгляд доктора Куренкова» со мной, ее постоянной ведущей, Ксенией Чиненовой и врачом-офтальмологом Вячеславом Владимировичем Куренковым – профессором, руководителем нашей клиники.

Вячеслав Куренков:

Добрый вечер!

Ксения Чиненова:

Здравствуйте! И сегодня у нас тема очень актуальная, поскольку наконец-то началась в Москве осень, холода, и повышается пик такого заболевания, как конъюнктивит. И сегодня мы не справимся без нашего гостя – кандидата медицинских наук, врача-офтальмолога Ольги Александровны Васильевой. Здравствуйте!

Ольга Васильева:

Добрый день!

Ксения Чиненова:

Человека, кто посвятил очень много лет проблеме конъюнктивита. И сегодня мы будем ее пытать, изучать этот вопрос и разбираться с тем, что это такое, почему это не такое простое заболевание, как многим кажется, и попытаемся разобраться, какое оно бывает и как лечить.

Вячеслав Куренков:

Ксения Владимировна очень правильно подметила, что началась осень. Хотя я сказал «наконец-то», но на самом деле не наконец-то, это не очень хорошая пора для офтальмологов, потому что в плане терапии это воспринимается как грипп, насморк, шарф, температура и так далее. Мы, офтальмологи, это немножко по-другому воспринимаем. Мы воспринимаем как светобоязнь, блефароспазм, глаза режет, течет отделяемая, и пациенты бегут к офтальмологу, потому что это очень неприятно и опасно. Об этом мы поговорим на этой передаче – почему.

Ксения Чиненова:

А сейчас, по традиции, современные и свежие новости из мира медицины. Тема сегодня такая: «Меняющие цвет контактные линзы измерят уровень поступающих лекарств». Китайские биологи с помощью молекулярного импринтинга создали специальные контактные линзы, цвет которых меняется при выведении из них лекарственного препарата Тимолол – вещество, которое используется при лечении глаукомы. При контакте со средой, схожей с человеческой, из пор линзы выделяется тимолол – активное вещество, а цвет самой линзы меняется с зеленого на синий. Большинство препаратов для глаз, как нам известно, выпускается в форме капель. Из-за строения человеческого глаза и века адсорбируется только около 5-10% действующих веществ лекарства, из-за чего лечение может быть либо слабо эффективным, либо вообще неэффективным.

Другой способ использования лекарств – это пропитывание ими контактных линз. Этот метод очень простой, но, опять же, не такой эффективный, так как контактные линзы плохо сочетаются с большинством офтальмологических препаратов. Линзы с препаратами также делают с помощью молекулярного импринтинга, который позволяет создавать поры, размер которых соответствует веществам, которые нужно адсорбировать, то есть впитывать. С помощью этого метода недавно также удалось достать из вина метоксипиразины, дающие ему овощной тон. Тем не менее мониторинг достаточного количества введенных препаратов при таком способе лечения все еще не контролируется. Исправить это решили биоинженеры из китайского фармацевтического университета. Они сделали контактные линзы, в поры которых добавили молекулу тимолола. Это лекарственное средство, как я уже сказала, используется при лечении глаукомы. Выведение лекарства из линзы происходило за счет их контакта с искусственными слезами – жидкостью, которая по строению похожа на человеческие слезы. При выходе тимолола из пор линз менялся ее цвет. В течение двенадцати часов после начала контакта линзы с раствором длина волны сместилась с 550 до 510 нанометров. Ученые отмечают, что разработанный ими метод доставки препаратов и их мониторинг может облегчить лечение не только для пациентов, но и для врачей, которым будет проще контролировать эффективность выписываемых лекарств. В будущем подобные линзы можно использовать и для доставки других лекарственных средств. Сейчас линзу протестировали пока только на кроликах, но я думаю, что в будущем, зимой, инженеры изготовят контактную линзу, с помощью которой можно будет мониторить уровень и глюкозы в крови по тому же способу. Вот такая свежая новость.

Вячеслав Куренков:

Замечательно, наконец-то появится что-то более надежное, чем капли. Применение капель, на самом деле, это не такой простой механизм, хотя пациенты, слушатели, все думают, что закапал в глаз – и ты попал куда нужно. Это очень сложная система, потому что концентрация препарата одна, а концентрация препарата, который проходит внутри глаза, совершенно другая. И действующее вещество, которое оказалось уже во влаге передней камеры, при всасывании имеет еще одну концентрацию, потому что разбавилось во влаге передней камеры и имеет третью концентрацию. Поэтому это очень сложный механизм доставки вещества.

Если говорить о глаукоме, то это район цилиарного тела, для того чтобы блокировать избыточную выработку водянистой влаги, или подразумевается другой метод при действии других препаратов. Если говорить о всей офтальмологии, то у меня, допустим, с момента первой операции родилась такая идея, что одел пациенту после операции линзы на первые сутки, и он ни о чем не думает, что ему нужно капать, лазить в глаз, тем более имеется очень большой страх после операции дотрагиваться до оперированного органа. И если бы мы после экстракции катаракты клали бы пациенту линзу и говорили: «Не надо никакой повязки. Линза содержит все допустимые и необходимые препараты», то пациент чувствовал бы себя намного комфортнее с такой терапевтической линзой. Поэтому рад, что наконец-то дошли до глаукомы, тем более, это не только доставка препарата, это наподобие инсулиновой помпы, которая имеет определенную концентрацию и объем вещества, который рассчитан на определенный промежуток времени, что будет исключать пики повышения давления в течение суток.

Ксения Чиненова:

Плюс, конечно, частое закапывание лекарств, содержащих консерванты, при длительном применении также будет создавать проблемы.

Вячеслав Куренков:

Да, и не секрет, что все пациенты нарушают режим закапывания, хотя глаукомный процесс не допускает таких пропусков и во время пропусков как раз атакуют наш глаз и вышибают при этом энное количество нервных волокон.

Ксения Чиненова:

В связи с тем, что придумали такие нововведения в виде лекарственных средств, мы говорим о таком заболевании, которое, в основном, лечится каплями, и поговорим мы сегодня о том, какие они существуют и почему здесь вариант контактных линз не очень подходит. Ольга, расскажите, пожалуйста, что такое конъюнктивит? И как отличить пациенту просто красный глаз при каких-то других заболеваниях от конъюнктивита? Как самостоятельно заподозрить эту проблему?

Ольга Васильева:

Конъюнктивит – это большая группа заболеваний, связанных с воспалительным процессом глазной поверхности, то есть конъюнктива слизистой оболочки глаза и век. Красный глаз – это еще более широкое понятие, потому что к покраснению глаза, то есть воспалительному процессу, могут приводить не только бактерии, вирусы и другие причины конъюнктивитов, но еще и травмы. Также может быть и синдром сухого глаза, который приводит к покраснению поверхностей. Кроме того, ношение контактных линз приводит к целому комплексу симптомов, в том числе и покраснению глаза. Поэтому здесь необходимо не заниматься самолечением или придумывать: я вот покапаю это или это. Надо идти к врачу и определяться уже непосредственно с диагнозом – конъюнктивит, воспаление, какой причины конъюнктивит, потому что они тоже бывают разнообразные, и бактериальные, и вирусные.

Вячеслав Куренков:

И аллергические.

Ольга Васильева:

И целый спектр других причин конъюнктивита. Нужно помнить, что красный глаз не только воспаление, но еще и травмы. Попадание небольшой песчинки может приводить к трению между конгруэнтными, то есть гладкими поверхностями конъюнктива века и конъюнктива глаза и приводить к покраснению и дополнительной травматизации. Поэтому идти в аптеку и покупать капли, которые советует фармацевт, и пытаться откапать глаз не стоит. Нужно приходить к врачу и определяться с диагнозом.

Вячеслав Куренков:

Большая довольно-таки практика, на протяжении всего времени друзья звонят: «Начался конъюнктивит и купили альбуцид». У всех пациентов предвзятое отношение к альбуциду. Они считают, что это панацея от конъюнктивита. И, кстати, они думают, что любой конъюнктивит лечится одинаково. Так ли это?

Ольга Васильева:

Нет, к сожалению, не так. Потому что в зависимости от причины развития конъюнктивита лечение будет совершенно разнообразным. И назначение альбуцида далеко не всегда правильно. Да и вообще, альбуцид – это достаточно старый антисептик.

Вячеслав Куренков:

Странный препарат в настоящее время.

Ольга Васильева:

Да. Потому что на сегодняшний день достаточно много современных препаратов, которые могут заменить этот весьма жгучий...

Ксения Чиненова:

Альбуцид – это то, что находится в холодильнике вместе с какой-нибудь старой стрептоцидовой мазью, причем такого же года выпуска.

Вячеслав Куренков:

Да, в течение последних десяти лет.

Ольга Васильева:

Причем такое ощущение, что это куплено было лет десять назад, и он лежит и ждет: а вдруг закапают.

Вячеслав Куренков:

И действие как у коньяка, становится все больше, лучше. И, кстати, все думают, что альбуцид – это антибиотик.

Ксения Чиненова:

Совсем не так.

Ольга Васильева:

Это совсем не так. Это достаточно слабый антисептик.

Ксения Чиненова:

Насколько это заболевание распространено в плане выявляемости? Потому что мы уже сказали о том, что большинство пациентов лечат себя сами и сами себе ставят этот диагноз. На практике врача это самое распространенное заболевание, которое попадает к врачу-офтальмологу на прием?

Ольга Васильева:

Конъюнктивит – это вообще достаточно распространенное, то есть воспалительные заболевания глазной поверхности занимают более 30% во всем приеме врача-офтальмолога. Здесь нужно понимать, что у врача-офтальмолога могут быть и пациенты без заболеваний, то есть это профилактические пациенты, это дети, взрослые, пациенты с нарушениями рефракции, с такими заболеваниями, как катаракта, глаукома. То есть во всем огромном спектре офтальмологических заболеваний конъюнктивит занимает более 30%. Это очень много.

Ксения Чиненова:

Большой процент, конечно.

Вячеслав Куренков:

И у каждого человека, можно сказать, был в течение жизни тот или иной конъюнктивит.

Ольга Васильева:

Да-да.

Вячеслав Куренков:

И каждый с ним сталкивался, в отличие, конечно, от других заболеваний, которые бывают не у всех, нечасто и переносятся совершенно по-другому. При конъюнктивите нужно соблюдать лечение. Это непростое заболевание. Все пациенты к нему относятся очень легко. Действительно, бегут в аптеку или залазят в холодильник, берут десятилетний альбуцид и начинают его лить в глаз. Но это может привести к очень негативным последствиям, потому что конъюнктивит может не остановиться на этой стадии, может генерализоваться как кератоконъюнктивит. Кератоконъюнктивит – это уже совершенно другое заболевание, к нему нужно по-другому относиться, потому что поражается еще и роговица. Потом могут включиться и другие оболочки глаза. И уже не так приятно и не так быстро человек избавится от этого заболевания.

Ксения Чиненова:

Вскользь уже упомянули о том, что может вызывать конъюнктивит. Еще раз, что вызывает конъюнктивит чаще всего?

Ольга Васильева:

Практически 80% конъюнктивитов на приеме врача-офтальмолога – это аденовирусные конъюнктивиты. Достаточно большая группа.

Практически 80% конъюнктивитов на приеме врача-офтальмолога – это аденовирусные конъюнктивиты.

Ксения Чиненова:

То есть вирус.

Ольга Васильева:

Вирус.

Ксения Чиненова:

Разделим пока покрупнее.

Ольга Васильева:

Хорошо. На втором месте это бактериальные и аллергические конъюнктивиты. Более редкими являются конъюнктивиты, вызванные грибковым процессом либо акантамебами, то есть простейшими. Это достаточно редкие, но весьма тяжелые процессы.

Ксения Чиненова:

Хламидийный конъюнктивит.

Ольга Васильева:

Хламидийный также. Тут тоже, кстати, более частые проблемы, чем акантамебные и грибковые, но специфический, излечиваемый, но очень неприятный.

Ксения Чиненова:

Все-таки каковы жалобы для всех видов конъюнктивита? Основные, с которыми пациент придет к офтальмологу.

Ольга Васильева:

В первую очередь, это покраснение глаза, отек век, структуры вокруг. Отделяемая, естественно. Но различные при разных процессах, при разной этиологии.

Ксения Чиненова:

Что очень важно для наших слушателей.

Ольга Васильева:

Зуд может быть, то есть глаз может чесаться. Слезотечение, светобоязнь могут присоединяться, несмотря на то, что поражение роговицы, то есть там кератита еще нет, но на фоне достаточно активного конъюнктивита может быть и светобоязнь, и слезотечение, то есть симптомы, утяжеляющие восприятие пациента.

Ксения Чиненова:

Чаще всего, как я понимаю, это острое заболевание, то есть оно остро возникло, и сразу назначается лечение.

Вячеслав Куренков:

Есть и хронические конъюнктивиты, те, кто неправильно вылечил острый конъюнктивит или имеет какое-либо заболевание, которое провоцирует возобновление подострого течения хронического конъюнктивита.

Ольга Васильева:

Конечно, больший процент все-таки приходящих с жалобами пациентов – это хронические пациенты, на самом деле. Потому что острый процесс как бы прошел, если его хорошо вылечили – завершился, забыли. Но хронических пациентов достаточно много, и они постоянно жалуются. То есть в зависимости от того, насколько эффективно применяемое лечение, насколько адекватно пациент к этому относится, и, опять же, комплаентность, то есть о чем говорил Вячеслав Владимирович, правильное закапывание.

Вячеслав Куренков:

Правильно ли лечился.

Ольга Васильева:

Да. Вовремя ли закапал капли. Естественно, хронизация.

Вячеслав Куренков:

Но хронические, как правило, это большая часть пациентов старшей возрастной группы. Это связано с тем, что со временем нарушается секреция во вспомогательном аппарате глаза. К этому раньше относились достаточно просто. Сейчас на этом заострили внимание. Целая дисциплина уже научная к этому подошла, и также гигиена век, гигиена и активация мейбомиевой системы, которая увлажняет. Потому что если нет нормальной работы этой системы, то снижается местный иммунитет, и любое заболевание, в том числе конъюнктивит, становится частым гостем.

Ксения Чиненова:

Правда ли, что если мы говорим о хронических конъюнктивитах, это чаще аллергические конъюнктивиты? Так ли это или все-таки это бактерии, которые могут вызывать хронический процесс? Или это чаще аллергические конъюнктивиты, с которыми пациенты ходят годами?

Вячеслав Куренков:

Аллергические тоже бывают разные, потому что бывает поллиноз, а бывает реакция на какой-либо аллергический агент.

Ольга Васильева:

Да-да.

Ксения Чиненова:

То есть это сезонные определенные заболевания?

Ольга Васильева:

Аллергические конъюнктивиты тоже делятся на много-много-много подпунктов. Есть острый аллергический конъюнктивит, когда явная открытая реакция на попадание какого-то аллергена на поверхность глаза. Есть хронический сезонный конъюнктивит – как раз поллиноз. То есть чаще всего весна, лето, в зависимости от того, на что у человека аллергия, это цветение трав, цветение деревьев или на опавшую листву. Здесь отмечается сезонность.

Есть круглогодичный аллергический конъюнктивит. Это чаще у людей с различными видами атопии, допустим, бронхиальная астма. Есть у человека признаки аллергии в организме – это может сопровождаться круглогодичным внесезонным конъюнктивитом тоже аллергического плана. У пациентов, хронически носящих контактные линзы, может возникать так называемый аллергический крупно-папиллярный конъюнктивит, то есть как аллергия на линзу, как на инородное тело. Это тоже аллергический конъюнктивит. Именно поэтому аллергия может быть широка и разнообразна.

Ксения Чиненова:

Пациенты, которые капают капли, если мы говорим о глаукомных пациентах.

Ольга Васильева:

Да, возвращаясь к консервантам. То есть это люди, которые постоянно закапывают в глаза антиглаукомные капли, большинство из которых, 90%, содержат консервант. Они очень часто обращаются с аллергической реакцией, то есть аллергия занимает огромный процент среди конъюнктивитов.

Вячеслав Куренков:

Так же, как и на некоторые препараты, принимаемые внутрь, но это реже. Тоже может быть лекарственная аллергия с глазным проявлением.

Ксения Чиненова:

Поговорим о том виде конъюнктивитов, который всем, я думаю, известен. Чаще всего болеют дети, и то не всегда – это бактериальный конъюнктивит. Как чаще им заражается? И как его выявить, например, мамам детей?

Вячеслав Куренков:

Надо было вообще начать с момента рождения. Когда происходит первое закапывание пациенту, точнее, новорожденному, в глаза в профилактике именно определенной формы конъюнктивита. И вот Ольга Александровна продолжит.

Ольга Васильева:

Дети, даже новорожденные уже могут страдать на раннем этапе конъюнктивитом, потому что сам процесс рождения связан с прохождением ребенка через, возможно, инфицированные половые пути матери. Поэтому попадание на слизистую, на конъюнктиву бактериальных агентов могут вызывать процесс воспаления глазной поверхности – конъюнктивит. Поэтому сразу же после рождения ребенку закапываются противовоспалительные антибактериальные капли.

Даже новорожденные могут страдать на раннем этапе конъюнктивитом, потому что сам процесс рождения связан с прохождением ребенка через, возможно, инфицированные половые пути матери.

Ксения Чиненова:

Что это за бактериальный конъюнктивит? Какие чаще бактерии вызывают его? Чем он отличается от других видов конъюнктивита?

Ольга Васильева:

Вообще, бактериальный конъюнктивит самый распространенный – это стрептококковые все-таки конъюнктивиты, которые из той флоры, которая часто живет на поверхности кожи, на поверхности слизистой оболочки, которая является условно-патогенной, то есть на фоне снижения иммунитета может активироваться собственная флора, либо попадание бактериальной флоры контактным путем, то есть это и грязные руки, и игра в той же песочнице, и мама не проследила и не успела помыть руки, ребенок почесал глаз, и попадание бактерий на слизистую вызывает воспалительные процессы. Конечно, дети страдают и вирусным, но в более легкой форме, чем взрослые, но чаще это бактериальный процесс.

Ксения Чиненова:

Вызывается сразу вопрос: можно ли им заразиться от человека к человеку? Каков процент заражения от уже заболевшего человека к здоровому, если сравнить с вирусным?

Ольга Васильева:

С вирусным, наверное, чуть в меньшей степени.

Вячеслав Куренков:

Наверное, вполовину меньшей.

Ольга Васильева:

Да, в гораздо меньшей степени. Но при несоблюдении мер банальной гигиены, то есть ребенок потер глаз, вы не помыли руки после закапывания. Или мы закапали ребенку капли, мы не помыли руки после этого и автоматически потерли себе глаз. Мы тоже можем заразиться от ребенка тем же бактериальным конъюнктивитом. Но вирусный все-таки здесь лидирует в плане активности заражения.

Ксения Чиненова:

Контагиозности заражения.

Ольга Васильева:

Да, контагиозности заражения.

Вячеслав Куренков:

И мы всегда предупреждаем пациентов, особенно с вирусным конъюнктивитом, чтобы дома была строжайшая гигиена, то есть повышенная, просто до самого-самого высокого уровня.

Ксения Чиненова:

До стерильности.

Вячеслав Куренков:

Потому что моментально передается к другому человеку. Допустим, когда в прошлом веке в клинике кто-то из пациентов заболевал вирусным конъюнктивитом, выписывалось все отделение сразу, потому что передача моментальная, и тут же может болеть все отделение, а это уже не очень хорошо.

Ксения Чиненова:

Мы начали говорить о бактериальных конъюнктивитах. Как же все-таки его лечить? Если мы понимаем, что это бактериальный конъюнктивит по клинической картине? И должен ли его лечить сам пациент? Как его диагностировать? Потому что многие думают, что если есть какая-то бактерия, значит, надо сделать какие-то специфические анализы, для того чтобы выявить, что это вызвало, и, соответственно, ждать назначения лечения. Так ли здесь поступает врач-офтальмолог?

Ольга Васильева:

Крайне редко, на самом деле, используется перед назначением лечения диагностика в виде мазков, посевов, то есть непосредственно исследования: какая же бактерия вызвала этот процесс.

Ксения Чиненова:

Почему?

Ольга Васильева:

Потому что длительность.

Вячеслав Куренков:

Исследования самого.

Ольга Васильева:

Готовности. Длительность готовности результатов наших посевов составляет от семи до десяти дней. Поэтому ждать, пока выявится, какая же бактерия вызвала изначальный процесс, к сожалению, мы не можем. А если мы будем дожидаться, мы можем дождаться до тяжелых осложнений в виде язвы роговицы, а это уже лечится иначе, это уже приносит другие последствия в виде стойкого снижения зрения.

Вячеслав Куренков:

Или не лечится вообще.

Ольга Васильева:

Или не лечится вообще, вплоть до хирургических операций, но я думаю, что так далеко мы заходить не будем.

Ксения Чиненова:

Да, то есть сразу назначается лечение.

Вячеслав Куренков:

Нет, это может зайти так далеко, если пациент сам начинает лечить конъюнктивит. Он не вовремя распознает и не может распознать, что началось осложнение конъюнктивита. Это нередкое явление. И продолжает сидеть дома и пытаться что-то сделать. А еще если он прибегает к народным способам, то мы видели этих пациентов, и, к сожалению, не нужно повторять их подвиги.

Ксения Чиненова:

Здесь разобрались, то есть лечение антибиотиками широкого спектра действия, которые назначает врач-офтальмолог, под контролем врача-офтальмолога.

Ольга Васильева:

В арсенале врача-офтальмолога на сегодняшний день есть достаточно большое количество антибактериальных препаратов, которые мы можем использовать, варьировать, в зависимости от того, что человек капал до этого, что нам необходимо на сегодняшний день, нужна ли комбинация антибиотика и противовоспалительного препарата. Поэтому не стесняйтесь обращаться к врачу. Не стоит бежать в ближайшую аптеку – лучше придите все-таки в специализированное учреждение.

Вячеслав Куренков:

Еще раз напоминаю: не стоит лечиться самому. Только что всплыл у меня пациент, который пришел на прием и говорит: «У меня уже месяц конъюнктивит. Я лечусь левомицетином, капаю уже месяц. Не помогает». Я говорю: «Ну что же Вы месяц ждали? Могли бы прийти чуть пораньше».

Ольга Васильева:

Тоже очень много таких пациентов, которые неделями, иногда месяцами капают антибактериальный препарат, чего делать категорически нельзя.

Вячеслав Куренков:

Семь дней – максимум.

Ольга Васильева:

Один вид препарата. Если необходимо дополнительное лечение антибактериальным препаратами, врач сменит препарат на другую группу антибактериальных веществ. Здесь нужно помнить, что длительное закапывание любого препарата, особенно антибиотика, вызывает изменение глазной поверхности, вызывает аллергические процессы, синдром сухого глаза, если мы говорим все-таки о глазах. Ну и, конечно, нарушение резистентности тех бактерий, которые живут на поверхности глаза. И впоследствии мы можем получить такое серьезное осложнение, которое связано не с одной какой-то бактерией, а с целым комплексом бактерий, которые уже потом лечить просто будет нечем.

Вячеслав Куренков:

И глаз атакует целая армия, и мы уже не в силах одним монопрепаратом с этим справиться.

Ольга Васильева:

Да.

Ксения Чиненова:

А сил-то нет. Теперь поговорим о вирусных конъюнктивитах. Не далее, как пару недель назад к нам обратилась пациентка, являющаяся врачом-офтальмологом, с очень тяжелой формой аденовирусного конъюнктивита. Врач-офтальмолог, который соблюдает, в общем-то, все правила асептики и антисептики, тем не менее. Грамотный врач, которая, к сожалению, подверглась атаке аденовируса, высококантагиозного агента.

Вячеслав Куренков:

Обычно врачей поражает тот штамм, который очень тяжело лечится.

Ксения Чиненова:

Самая тяжелая, видно, форма, на протяжении двух недель выхаживали, восстанавливали глаз. Ольга, расскажите, что это за вирус? Почему именно он самый распространенный в глазах? Чем он отличается от других видов конъюнктивита? И как с ним бороться?

Ольга Васильева:

Такая распространенность аденовирусных процессов все-таки связана с тем, что это очень заразный вирус, передающийся достаточно легко от одного человека к другому, как мы выше говорили.

Ксения Чиненова:

Даже в общении, в беседе?

Ольга Васильева:

Это воздушно-капельный путь передачи. И все-таки есть старое название.

Вячеслав Куренков:

Я поясню, почему. Вирус находится, допустим, на глазной поверхности. Глазная поверхность связана с областью носа. Постоянно туда оттекает река, богатая вирусами, которые уходят в нос, в носоглотку, и при разговоре это просто как распылитель, как бактериальное оружие, поражает всех вокруг, и поэтому человек очень легко это воспринимает и заражается. Моргательных движений недостаточно для того, чтобы смыть это, и местного иммунитета тоже недостаточно для того, чтобы с этим справиться. Поэтому заболевают практически все. На третий-пятый, у кого на первый день, в зависимости от реактивности собственного организма.

Ольга Васильева:

Я тоже хотела сказать о том, что есть такое старое название, как «фарингоконъюнктивальная лихорадка», то есть вирус живет не только на поверхности глаза – вирус живет еще и на миндалинах, на глотке. Поэтому может вызывать процесс одновременно и фарингита, и конъюнктивита, то есть воспаления в двух местах, соответственно, попадает воздушно-капельным путем на поверхность глаза достаточно легко, даже если у пациента еще нет явных признаков конъюнктивита, он может быть источником заражения, имея банальное ОРВИ, но с явлением фарингита.

Ксения Чиненова:

Как он проявляется? Чем он отличается от бактериального конъюнктивита? Как быстро начинается процесс? Каков инкубационный период в период заражения и активизации этого заболевания?

Ольга Васильева:

Инкубационный период аденовируса от семи до десяти дней. Это такой средний, потому что бактериальный процесс – тоже от трех до пяти дней может быть инкубационный период. Но активность вируса и то, как он набирает активность клинической симптоматики, совсем другая, то есть это буквально за три-четыре дня у пациента может быть подушкообразный отек век, когда человек не может просто открыть глаза, могут возникать боли, то есть то, чего практически не бывает при бактериальном конъюнктивите без поражения роговиц. Могут быть боли достаточно серьезные. Обязательно светобоязнь и слезотечение, потому что отек обязательно имеет эффект на роговицу, то есть трение, возникает эпителиопатия, то есть шероховатость поверхности роговицы. И это вызывает еще и симптомы кератита, который, кстати, тоже может быть при аденовирусе.

Ксения Чиненова:

Только ли это те жалобы, которые Вы описали? Или какое-то есть отделяемое? Чего бояться при таком виде конъюнктивита?

Ольга Васильева:

Отделяемое в отличие от бактериального процесса, как правило, серозное.

Ксения Чиненова:

Прозрачное.

Ольга Васильева:

Прозрачное, да. Может быть белесое, но не желтый и не зеленый гной. Но кроме отделяемого здесь есть особенность. При вирусном конъюнктивите, при одной из его тяжелых форм, вот такой, какую мы обсуждали у нашего доктора, может формироваться отделяемое в виде пленки, то есть это плотная пленка, которая покрывает внутреннюю поверхность века (конъюнктиву века) и плотно прилежит к ней, даже иногда имеет точки сращения. Такая пленка самостоятельно из глаза уйти не может, как гной.

Ксения Чиненова:

То есть вымыть ее каплями невозможно?

Ольга Васильева:

Вымыть ее каплями невозможно, то есть как гной.

Вячеслав Куренков:

Проморгаться тоже.

Ольга Васильева:

Да. И вот именно формирование такой пленки вызывает эти дикие боли у человека. Как обычно происходит? Человек пришел к врачу с покраснением, как правило, одного глаза. Покраснение, что-то течет, слизь, вроде как гной. Как обычно говорят пациенты: «У меня течет гной».

Ксения Чиненова:

Все, что отделяемое, это все гной.

Ольга Васильева:

Но обычно это все-таки серозное и прозрачное отделяемое, небольшой отек век, покраснение. Назначается адекватная терапия, противовирусные препараты, как правило, антибактериальные препараты. Человек уходит. Через два дня ему становится хуже, и человек думает, что он сделал как-то не так, что ему назначили не то лечение. Но в этом фишка аденовирусного конъюнктивита. Он набирает активность, и даже если лечение было назначено абсолютно корректно, он все равно будет развиваться в отрицательной форме, то есть первые четыре-пять дней мы получаем отрицательную динамику.

Вячеслав Куренков:

И, как правило, вовлекается и второй глаз.

Ольга Васильева:

Как раз через три дня может вовлекаться второй глаз, и, как правило, вовлекается. И пациент начинает ходить по врачам либо по аптекам. «А может быть, у меня не то», «А может быть, у меня не так». И за это время у него формируется вот эта пленка, которая самостоятельным путем уйти не может, и обязательно нужна помощь врача. То есть здесь уже мы помогаем пациенту снять эту пленку механически с помощью инструментов, даже обезболивая поверхность глаза каплями.

Вячеслав Куренков:

Обязательно, потому что это вживую просто не делается.

Ольга Васильева:

Это болезненная процедура. Если эту пленку не снимать, она рассосется сама, исчезнет со временем, но оставив после себя след, а след – это рубец. И рубец на конъюнктиве может быть различным: от линейного, тоненького, который, не будет чувствоваться, хотя, как правило, эти рубцы формируются в сводах конъюнктивы, где находятся те железы, которые вырабатывают и часть слезы, и муциновый слой, то есть слизь, которая нужна глазу, для того чтобы формировать слезную пленку. Поэтому все равно синдром сухого глаза после аденовирусного конъюнктивита – это априори так будет. Но вот эти тоненькие рубчики, казалось бы, ну ничего страшного, но рубец может быть такой, что он может полностью спаять нижнее веко со слизистой самого глаза и сформировать так называемый симблефарон. Симблефарон – это большой, широкий, толстый рубец, который не дает глазу даже нормально моргать иногда.

Ксения Чиненова:

Слушатели сейчас в ужасе слушают, но это на самом деле правда.

Вячеслав Куренков:

Лучше пускай будут в ужасе при том, что слышат, и не будут в ужасе, что если начался конъюнктивит, нужно все-таки лечиться совместно с доктором.

Ксения Чиненова:

К сожалению, это совсем не преувеличивае, это так.

Вячеслав Куренков:

Поэтому я так часто это повторяю, потому что 95% пациентов лечат конъюнктивит самостоятельно.

Ольга Васильева:

По поводу пленки. Когда учишь новых, молодых врачей и рассказываешь им об этом, нужно помнить, что у глаза есть не только нижнее, но еще и верхнее веко, и обязательно нужно выворачивать верхнее веко и смотреть нет ли там пленок.

Ксения Чиненова:

А они там почти всегда есть.

Ольга Васильева:

Если пленки есть, то они есть и на верхнем всегда тоже. Поэтому рассасываясь там, они могут формировать уже плоский рубец, который постоянно травмирует роговицу, а роговица – это та зона, через которую мы смотрим. Соответственно, постоянно травмируя роговицу, эти изменения могут приводить к снижению зрения – то, чего вообще нам бы не хотелось.

Ксения Чиненова:

Кроме как по клинике, по клиническим жалобам, можно ли как-то диагностировать аденовирусный конъюнктивит? Проводят ли это? Или достаточно клинической картины?

Ольга Васильева:

Клиническая картина, как правило, всегда говорит сама за себя, но есть те методы, в том числе методы экспресс-диагностики, которые позволяют. Допустим, иногда бывает сложно дифференцировать острый аллергический процесс и аденовирусный процесс, потому что и отек, и слезотечение, и отсутствие гнойного отделяемого, и иногда зуд есть и там и там. Поэтому на сегодняшний день существуют так называемые RPS-аденодетекторы – это такой небольшой приборчик, с помощью которого берется маленький мазок со слизистой с конъюнктивы века, и в течение десяти минут мы ждем появления двух полосок.

Ксения Чиненова:

Двух полосок. Классика.

Ольга Васильева:

Аденовирусный конъюнктивит. Но, к сожалению, это не панацея, потому что если это первые три, максимум пять дней начала заболевания, это будет положительный ответ. Если уже прошла неделя, то пятьдесят на пятьдесят, то есть это может показать как аденовирус, так и уже его отсутствие, потому что за семь дней могла произойти элиминация вируса, с поверхности конъюнктивы она могла уйти вглубь, сам вирус мог уйти глубже. Поэтому взять мазок в данной ситуации уже не так эффективно. Кроме экспресс-диагностики на месте, то есть в кабинете врача, есть также и возможно взять мазки и соскобы с поверхности конъюнктивы в лаборатории. Здесь так же, как и с бактериальным, то есть длительность изготовления результатов данного мазка чуть дольше, чем нужно.

Ксения Чиненова:

И потеря времени.

Ольга Васильева:

Да. Но здесь уже более точная диагностика.

Ксения Чиненова:

Вячеслав Владимирович, к Вам вопрос.

Вячеслав Куренков:

Я хотел бы еще прокомментировать. Пока Ольга Александровна рассказывала, я задумался. Кровь, допустим, и другие жидкости мы берем на экспресс-диагностику в виде специальных бумаг с маркерами и так далее. В принципе, наверняка меняется pH, меняется состав, и можно разработать нашим биохимикам полоски типа полосок Ширмера, которые будут под влиянием того или иного возбудителя иметь соответствующую окраску и помогать доктору назначать правильное лечение и разбираться в этом препарате. А еще было бы совсем замечательно, если бы эта экспресс-диагностика дифференцировала еще по типу возбудителя, и от этого бы мы выбирали соответствующий препарат, чтобы всегда стрелять в десятку.

Ксения Чиненова:

Хорошая теория, Вячеслав Владимирович.

Ольга Васильева:

Это тема для большой-большой научной работы.

Ксения Чиненова:

И все же, как себя вести пациенту, когда он болеет? Закапывание капель. Выполнение назначений врачей.

Вячеслав Куренков:

Я бы сказал одно – как вести себя пациенту, как только покраснел глаз.

Ксения Чиненова:

Бегом к офтальмологу.

Вячеслав Куренков:

Снимаете телефонную трубку, ищите клинику, которая находится поблизости, и записываетесь на визит к офтальмологу.

Ксения Чиненова:

Еще хочется обязательно озвучить то, что не только снимайте трубку телефона, но и снимайте контактные линзы. Если есть конъюнктивит – это не повод терпеть и носить контактные линзы.

Вячеслав Куренков:

Ни в коем случае. И даже без конъюнктивита, в пору, как сейчас, сезонного обострения респираторных заболеваний, если у вас есть ОРЗ, вы обязаны себя ограничить от ношения контактных линз, а лучше прекратить их вообще использовать на время, пока вы болеете.

Ольга Васильева:

Особенно это касается, я считаю, подростков, потому что далеко не всегда у них есть возможность, так скажем, соблюсти все правила гигиены. И родителям нужно помнить, что как только у ребенка появились признаки ОРВИ – просто необходимо снять на этот период контактные линзы, потому что задерживаясь на поверхности глаза, они могут провоцировать задержки и бактериальных, и вирусных, и других инфекционных частиц и вызывать дополнительные осложнения. Кроме того, трением о поверхность роговицы они вызывают проникновение инфицирующего агента в структуру роговицы, вызывая тем самым кератиты, вплоть до язв роговицы.

Ксения Чиненова:

Ну что ж, мы вынуждены завершать. Галопом по Европам.

Вячеслав Куренков:

Пожелаем пациентам миновать в этот сезон такого заболевания, как конъюнктивит, а если оно возникло – пожалуйста, не откладывайте визит к врачу.

Ксения Чиненова:

Спасибо большое, что пришли к нам на программу, разъяснили о многих тонкостях и сложностях этого, казалось бы, простого диагноза. А вы оставайтесь с нами, дорогие слушатели, и будьте здоровы!