Бизнес обиделся на жадность

Обидно и необоснованно — так предприниматели отреагировали на обвинения в жадности со стороны премьер-министра Михаила Мишустина. 12 мая глава правительства, выступая в Госдуме, заявил, что рост цен на продовольствие отчасти связан с желанием некоторых производителей и торговых сетей нажиться на ажиотажном спросе. Но у кабмина, по словам его руководителя, достаточно инструментов, чтобы обуздать аппетиты предпринимателей. “Ъ FM” побеседовал с представителями всей товарной цепочки и выяснил, какой сигнал бизнес усмотрел в высказываниях премьера. Подробности — у Григория Колганова.

Перефразируя киноклассику, цены убегают, власти догоняют — таков непреложный закон жанра. Михаил Мишустин признал: стоимость продовольствия в мире выросла по экономическим причинам, а вот российские предприниматели, не желая терять выгоду, переписали прайс-листы для внутреннего рынка, иными словами, пожадничали.

Производители сельхозпродукции обиделись. Самарский фермер Кирилл Ермоленко признался “Ъ FM”, что после таких заявлений премьера руки опускаются: «У нас и сроки всегда длинные, и деньги, ведь работа идет с живыми организмами, к которым относится и зерно. Оно может испортиться, или его уничтожит какая-либо зараза. Кроме того, мы сталкиваемся с нехваткой кадров, постоянно растущей ценой на топливо и электричество — каждый день новые расходы.

Проблем очень много, а когда нас беспочвенно обвиняют, заниматься сельским хозяйством уже не хочется».

За производителями в товарной цепочке следуют переработчики, которые делают из зерна хлеб, а из семечки — подсолнечное масло. Может быть, жадничают они?

Управляющий партнер «Новосибирскхлебопродукта» Николай Дунаев подобные подозрения гневно отвергает. Но заявления Мишустина его не пугают: «Особенно сложно искать жадность у переработчиков. Можно сказать, что у нас жадные колхозники, которые могли бы продавать семечку не по 63 руб., а по 23 руб., как в 2020 году, то есть шли бы от издержек, а не от рынка и не от спроса.

Наверное, это не попытка сформировать плацдарм для новой атаки цен внутреннего рынка, а желание оправдать уже совершенные действия».

По словам Мишустина, власть не против того, чтобы производители зарабатывали на экспорте, но не в ущерб же главным — российским —покупателям. Тех, кто этого не понимает, премьер предупредил: у правительства найдутся и другие аргументы для сдерживания их аппетита. Прежде государство уже использовало такие инструменты, как заморозка стоимости некоторых товаров, экспортные пошлины, антимонопольные проверки.

Какой же сигнал получает бизнес сейчас? Неужели регулирование станет еще более масштабным? Вице-президент некоммерческого партнерства «Опора» Владлен Максимов в это не верит, но и от уже принятых мер властям будет непросто отказаться. При этом даже розничных продавцов — последнее звено в товарной цепочке — трудно обвинить в жадности.

«О жадности можно, наверное, говорить только тогда, когда есть какая-то монопольная составляющая. Я не понимаю: вот поступает от производителя товар, если ты пожадничал и поставил высокую цену, у тебя его просто не возьмут. Видимо, о каком-то тотальном регулировании речь не идет, но элементы этого сейчас будут, к сожалению. Договор по маслу и сахару должен был действовать до 1 апреля, но если его прекратить, то цены сразу взлетят».

Однако обвинения в жадности отчасти небеспочвенны. По крайней мере, аналитик инвесткомпании «Фридом Финанс» Валерий Емельянов отмечает, что в некоторых регионах есть игроки, способные плохо влиять на цены. И слова Мишустина — сигнал им.

«В удаленных от столицы регионах даже небольшие местные производители и компании, которые просто привозят продукцию из других областей, имеют очень большую рыночную силу. В каком-то смысле их можно назвать жадными, так же, как и местных ритейлеров.

Что касается заявлений правительства, то речь идет о попытках провести словесные интервенции, больше, наверное, не против крупных компаний федерального уровня, а против региональных»,— пояснил Емельянов.

В Кремле, комментируя заявление Мишустина о жадности и аргументах правительства, подчеркнули, что все меры по регулированию цен должны быть рыночными. Однако самарский фермер Кирилл Ермоленко подозревает, что за словами премьера последуют совсем другие шаги, при этом настоящие бенефициары подорожания продовольствия не пострадают.

«Есть опасения, что будет новое регулирование. Так уже было по некоторым группам товаров. Те, кто на этом зарабатывает, ничего не потеряют. Трейдерам всегда хорошо. Это приведет к массовому закрытию предприятий агросектора, в итоге продукты подорожают еще больше»,— считает Ермоленко.

Впрочем, и при позитивном сценарии, если власти ограничатся лишь словесными интервенциями, рынок продовольствия стабилизируется, но, как признает бизнес, на нынешних пиковых ценовых значениях. Устроит ли такое развитие событий чиновников в предвыборный год?