Проблемы применения преюдиции в уголовном процессе

1.10. ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ ПРЕЮДИЦИИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Чащина Ирина Валерьевна, канд. юрид. наук. Должность: прокурор. Место работы: Генеральная прокуратура Российской Федерации. Подразделение: Главное уголовно-судебное управление.

Аннотация: Актуальность проблемы преюдиции в российском уголовном процессе обусловлена противоречивой правоприменительной практикой. На основе проведенного анализа выявляется концептуальная основа закрепления преюдиции в отечественном уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова: преюдиция, право, уголовный процесс, судья, доказательства.

THE PROBLEMS OF APPLICATION OF THE PREJUDICE IN THE CRIMINAL PROCESS

Chaschina Irina Valerievna, PhD at law. Position: Prosecutor. Place of employment: General Prosecutor's office Russian Federation. Department: Chief criminal court administration.

Annotation: In article the problem prejudice in the Russian criminal trial is considered. The urgency of the given theme is caused inconsistent by practice. In article practical and theoretical problems prejudice in criminally-remedial activity are considered. On the basis of carried out the analysis comes to light a conceptual basis of fastening prejudice in domestic criminal legal proceedings. Keywords: prejudice, law, criminal procedure, judge, evidence.

Преюдиция в уголовном процессе - это одна из тонкостей юридической сферы, попадающая в поле зрения лишь некоторых представителей данной профессии. Судьи, следователи, дознаватели, прокуроры — все, кто участвует в судебном разбирательстве, должны понимать и применять ее на практике, так как считается, что она упрощает процесс принятия решения.

Преюдиция имеет отношение исключительно к судебным решениям и действует только в определенной системе права, а именно в той, где прецедент является источником права. Следует помнить, что преюдиция имеет тесную связь с ним, что поясняет ее сущность. Преюдиция - это обязанность учитывать или применять тот самый прецедент, то есть событие, ранее уже случавшееся и имеющее значение.

Предполагается, что суд может не исследовать те или иные факты, если их истинность была установлена ранее иным решением. Безусловно, существует немало исключений, однако по общим правилам суд просто экономит время и применяет ранее установленную информацию. Связь между преюдиций и процессом доказывания очень тесная только потому, что преюдиция в большинстве случаев устраняет необходимость осуществлять данную деятельность. Вместе с тем любое преюдициальное судебное решение может быть обжаловано, опротестовано и, более того, может просто не применяться судьей, если тот имеет ряд сомнений.

Судья, так же как и иные участники со стороны обвинения, должен принимать факт без исследования, если это допускается решением суда. Однако в судебном процессе он имеет право на сомнение. Смысл в том, что судья вполне способен подвергнуть проверке любое доказательство, если у него оно вызывает неуверенность, у прокурора или следователя такого пра-

ва нет. В этом и заключается особенность применения данного института в суде.

Достаточная степень правовой определенности и стабильность правопорядка невозможны без обеспечения реального исполнения вступивших в силу правоприменительных актов. Этими актами государство в лице официально уполномоченных органов устанавливает правоотношения либо дает оценку сложившимся правоотношениям. Возможность произвольного изменения этой оценки (например, другим государственным органом) создает потенциал негативного правового воздействия на граждан и ответную эскалацию недоверия к государству. Исключению этих явлений способствует надлежащее закрепление в законе и применение преюдиции, предусматривающей обязательность установленных судом обстоятельств для других судов и правоприменительных органов.

Институт преюдиции тесно связан с конституционным принципом презумпции невиновности и с принципом недопустимости двойного судебного преследования. Последний принцип находит свое отражение и в международных правовых документах, на которые неоднократно ссылался и Конституционный Суд Российской Федерации1.

Преюдиция, являясь выражением дискреции законодателя в выборе конкретных форм и процедур судебной защиты и будучи направленной на обеспечение действия законной силы судебного решения, его общеобязательности и стабильности, на исключение возможного конфликта различных судебных актов, подлежит применению с учетом принципа свободы оценки доказательств судом, вытекающего из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти.

Принятые в порядке гражданского судопроизводства и вступившие в законную силу решения судов по гражданским делам не могут рассматриваться как предрешающие выводы суда при осуществлении уголовного судопроизводства о том, содержит ли деяние признаки преступления, а также о виновности обвиняемого, которые должны основываться на всей совокупности доказательств по уголовному делу, в том числе на не исследованных ранее при разбирательстве гражданского дела данных, указывающих на подлог или фальсификацию доказательств, - такого рода доказательства исследуются в процедурах, установленных уголовно-процессуальным законом, и могут в дальнейшем повлечь пересмотр гражданского дела.

Обстоятельства фальсификации доказательств как уголовно наказуемого деяния не составляют предмета доказывания по гражданскому делу. Данные фактические обстоятельства выходят за рамки объективных пределов законной силы судебного решения, вынесенного в гражданском судопроизводстве, и составляют предмет доказывания по уголовному делу, возбужденному по признакам соответствующего преступления, предусмотренного Уголовным кодексом Российской Федерации.

С учетом конституционного содержания права на судебную защиту, в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, к числу оснований которого относиться установление

1 Преюдиция в уголовном процессе России и зарубежных стран: монография / Щерб С.П., Чащина И.В.. - Москва : Юрлитинформ, 2013. - 78 с.

приговором суда совершенных при рассмотрении ранее оконченного дела преступлений против правосудия, включая фальсификацию доказательств.

Такой подход соответствует как конституционным принципам осуществления правосудия, так и международным обязательствам Российской Федерации по обеспечению действия принципа правовой определенности в российской правовой системе.

Отсутствие возможности исправить последствия ошибочного судебного акта не согласуется с универсальным правилом эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

Процессуальное законодательство Российской Федерации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 392 ГПК РФ, п.п.2 и 3 ч. 2 ст. 311 АПК РФ) относит к числу оснований пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, в частности, заведомо ложные показания свидетеля, фальсификацию доказательств, повлекшие за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта, преступления сторон, других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления судей, совершенные при рассмотрении и разрешении данного дела, которые установлены вступившим в законную силу приговором суда.

Как следует из решений, принятых в отношении граждан - заявителей по делу, рассмотренному в гражданском судопроизводстве, где они выступали в качестве ответчиков, было подтверждено право собственности истицы на имущество, послужившее предметом спора, при этом достоверность доказательств, представленных истицей, а также обоснованность заявлений ответчиков об их подложности судом не проверялись.

Аналогично можно рассматривать не только переход права собственности, но и переход права на взыскание денежных средств по договору цессии. Так например, как следует из правоприменительных решений, принятых в отношении граждан О. и Е. в гражданском судопроизводстве, где они выступали в качестве ответчиков, было подтверждено право истца А. на взыскание с них денежных средств по договорам займа 2003 года, послужившие предметом спора, при этом достоверность доказательства (копия договора цессии 2005 год), представленная истцом, а также обоснованность заявлений ответчиков об их подложности судом не проверялись.

В указанном случае, следователь не может и не должен обращаться к вопросу, составлявшему предмет доказывания по гражданскому делу, - о законности взыскания денежных средств по договору займа, он оценивает лишь наличие признаков фальсификации доказательств (включая доказательства, не рассматривавшиеся судом по гражданскому делу) в связи с возбуждением уголовного дела по данному факту.

Следовательно, в уголовно-правовых процедурах исследуется вопрос, не входивший в предмет доказывания по гражданскому делу, - о фальсификации доказательств именно как уголовно наказуемом деянии, которая в случае ее установления может явиться основанием для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам решения по гражданскому делу.

Подтверждение факта фальсификации доказательств может оказаться недостаточно для пересмотра решения по гражданскому делу, если другие установленные в гражданском процессе данные позволяют признать переход права собственности (права на взы-

скание денежных средств) законным несмотря на факт фальсификации.

Следовательно, статья 90 УПК РФ не может рассматриваться как препятствующая расследованию подлога, фальсификации доказательств или другого преступления против правосудия, совершенного кем-либо из участников процесса (судьей, стороной, свидетелем и др.), и, соответственно, привлечению к уголовной ответственности лиц, участвующих в гражданском деле, за совершенные ими преступления, связанные с его рассмотрением и разрешением2.

Уголовно-процессуальные отношения, возникая, изменяясь и прекращаясь, могут порождать иные правоотношения, например конституционно-правовые, административные, гражданско-процессуальные. Указанное правовое явление было отмечено в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.03.1999 № 5-П, а также в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2000 № 84-0. В них прямо говорилось, что меры уголовно-процессуального принуждения могут породить последствия, выходящие за рамки уголовного процесса, при том, что эти последствия могут носить длительный характер. Поэтому результаты изучения нормативно-правовой базы показали, что проблема преюдициальной взаимосвязи процессуальных процедур обращает на себя внимание не только ученых, но и практиков.

Значимой гарантией прав обвиняемого являются положения ст. 90 УПК РФ, устанавливающие пределы преюдиции. В ней указано, что решение суда, вступившее в законную силу и обладающее преюдициальным значением, не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в указанном уголовном деле. Данное правило гарантирует обвиняемому основное конституционное право - право на защиту. Не является секретом то, что вопрос об установлении виновности есть главная проблема отправления правосудия по уголовному делу. Если суд выносил решение по ранее разрешенному делу без участия тех лиц, в отношении которых суду предстоит ответить на вопрос о виновности при рассмотрении другого дела, то достоверность обстоятельств, касающихся участия указанных лиц в совершении преступления, не была в полной мере обеспечена процессуальными гарантиями3.

В ситуации, когда согласно предыдущему приговору были сделаны выводы, которые предрешают вину лица, не участвовавшего в его рассмотрении (к примеру, установлен факт совершения подсудимым преступления в составе группы лиц неизвестных суду, при рассмотрении нового дела в отношении уже установленных лиц, нельзя признать их виновными только лишь руководствуясь ранее постановленным приговором. В новом судебном процессе при проведении судебного следствия суд должен в полном объеме исследовать доказательства, подтверждающие вину вновь установленных лиц, руководствуясь общими правилами оценки доказательств.

Так, решением Верховного Суда РФ в кассационном порядке был изменен приговор Тюменского областного суда по делу П. В определении суд указал, что ранее состоявшийся приговор, которым П., Ф и Р. были

2 Преюдиция судебных постановлений в гражданском судопроизводстве: автореферат диссертации канд.юрид. наук/Мальченко К.Н. .; Саратов, 2016. - 4 с.

3 Преюдиция в современном уголовном процессе России : диссертация ... канд.юрид. наук : Салеева Ю.Е.; Нижний Новгород, 2014. - 56 с.

осуждены за участие в банде и в совершении ими конкретных преступлений как в составе банды, так и вне ее, не может предрешать виновности П., который не участвовал в уголовном деле, завершившимся постановлением данного приговора.

Кроме того, не допускается оглашение приговора по другому делу в отношении ранее осужденных соучастников. В соответствии с положениями ст. 74 УПК РФ такой приговор не является доказательством по рассматриваемому делу и в силу ст. 90 УПК РФ не может предрешать виновность подсудимого. Оглашение такого приговора следует расценивать как незаконное воздействие на присяжных заседателей, которое может повлечь за собой отмену приговора.4

В судебном приговоре, вступившим в законную силу, могут быть указаны любые обстоятельства, включенные в предмет доказывания в соответствии со ст. 73 УПК РФ по вновь рассматриваемому уголовному делу. Для этого дела данный приговор является преюдициальным. Вместе с тем, по каждому из таких обстоятельств обвиняемый может представить возражения.

Таким образом, запрет на предрешение действует в отношении всех обстоятельств, которые имеют значение для правильного разрешения дела.

Иногда возникают ситуации, когда приговор, постановленный ранее, фактически определяет виновность лица, которое участвовало в рассмотрении дела. Например, будучи свидетелем, чьи показания были отвергнуты судом в качестве заведомо ложных. В таком случае, согласно положениям ст. 90 УПК РФ, данный приговор является преюдициальным по рассматриваемому впоследствии делу, но это лишает возможности обвиняемого реализовать право на защиту.

Поэтому для реализации этого права положение о том, что недопустимо предрешение виновности лица, ранее не участвовавшего в рассматриваемом деле, необходимо, на наш взгляд, толковать более широко. Данное правило должно распространяться не только на лиц, кто не участвовал в рассмотрении предыдущего дела, но и на тех, кто участвовал в процессе в качестве другого участника, например, свидетеля.

Правоприменительная деятельность суда по рассмотрению уголовного дела проводится в общепринятой процедуре: основываясь на юридических фактах и конкретных правовых нормах суд принимает индивидуальный акт, удостоверяя наличие или отсутствие определенных правоотношений и применяя государственное принуждение. Закрепленные посредством законной силы выводы суда о правоотношениях и фактах признаются непререкаемыми и окончательными. Вместе с тем, специфика уголовного судопроизводства в целом, и уголовно-процессуального доказывания, в частности, оказывает влияние на преюдици-альность приговора. Это связано с тем, что предмет доказывания по каждому уголовному делу исчерпывающе отражен в законе. Из этого следует, что объективные пределы преюдиции по объему совпадают с кругом обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делу5.

Преюдициальная связь судебных решений является прямой и односторонней, поскольку вновь принимае-

4 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» п. 21.

5 Место и роль преюдиций в уголовно-процессуальном доказы-

вании : диссертация ... канд. юрид. наук : Заржицкая Л.С.; Москва, 2013. - 38 с.

мый судебный акт не может повлиять на достоверность установленных уже вступившим в законную силу преюдициальным судебным актом обстоятельств, то есть пока такой акт не будет пересмотрен, к примеру, по вновь открывшимся обстоятельствам в отдельном процессе в рамках установленной процедуры. Обратной преюдициальной связи не существует, поскольку приоритет в установлении обстоятельств всегда будет иметь акт, вступивший в законную силу первым. Даже в случае непризнания за отдельной частью судебного акта такого свойства как преюдициальность внести изменения в его содержание вновь принимаемый по другому делу судебный акт не вправе.

Вместе с тем, из этого правила есть исключения, в случаях, когда доказывание по одному из дел производилось по правилам гл. 40.1 УПК РФ.

Так, приговором Свердловского областного суда К. признана виновной в совершении более 10 преступлений в составе преступного сообщества, а также по ч. 2 ст. 210 УК РФ. Уголовное дело в отношении К. было выделено из основного и рассмотрено в предусмотренном гл. 40.1 УПК РФ порядке принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве.

Позднее оправдательным приговором Свердловского областного суда иные лица по основному уголовному делу были признаны невиновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ. Таким образом, утратило смысл само существование преступного сообщества.

На основании последнего судебного решения надзорным определением Верховного Суда РФ приговор Свердловского областного суда в отношении К. в части осуждения по ч. 2 ст. 210 УК РФ было постановлено отменить, иные преступления переквалифицированы как совершенные единолично.

Мотивируя свое решение, судебная коллегия Верховного Суда РФ указала, что судебное решение, если существенные обстоятельства дела, которые являются предметом исследования при производстве по уголовному делу, зафиксированы в нем неправильно, нельзя рассматривать, как справедливый акт правосудия. Решение необходимо исправить вне зависимости от того, что явилось причиной неправосудности. Уголовное дело в отношении К. было выделено из основного и рассмотрено в предусмотренном гл. 40.1 УПК РФ порядке принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Подсудимая полностью признала себя виновной в совершении инкриминированных ей деяний, изобличила организатора и известных ей участников организованной группы.

Таким образом, преюдициальность является ревер-сионной, когда доказывание по первому делу производилось в особом порядке судебного разбирательства. Приоритет отдается доказыванию в обычном порядке судебного слушания.

Необходимо отметить, что данная практика нашла свое отражение в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 166, где прямо указано, что вступивший в законную силу приговор, постановленный в отношении лица, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, не может предрешать вопрос о виновности соучастников,

6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного согласшения о сотрудничестве».

совершивших преступление совместно с таким лицом. Данное разъяснение Пленума фактически означает прямой запрет на преюдицию судебных решений, принятых в условиях особого порядка судебного разбирательства. Вместе с тем обратная преюдиция (в отношении данного акта) возможна.

Таким образом, решения принятые в порядке упрощенного производства, а именно главы ст. 40.1 УПК РФ, игнорируются как недопустимые. Это своего рода подрыв авторитета суда, принявшего такое решение.

Тогда как преюдиция призвана обеспечить действие законной силы судебного решения, его общеобязательность и стабильность, а также исключить возможные конфликты между судебными решениями, принятыми в разное время и в разных процессах.

Объективным препятствием возникновения судебной конкуренции в случае, когда суд, рассматривающий более позднее дело, имеет возможность пересмотреть установленные первоначальным актом обстоятельства и прийти к новым выводам, является особый статус суда, единая природа судебной власти и главенство процессуальной формы. Суть преюдиции состоит, прежде всего, в недопущении возникновения произвола и дезорганизации в судебной сфере.

Преюдиция призвана поддерживать и повышать авторитет суда и социальную ценность его актов, обеспечивать оптимизацию процесса доказывания по рассматриваемым делам. Следовательно, процессуальные кодексы нуждаются в комплексной регламентации преюдиции. Основная идея должна заключаться в том, что правоотношения и обстоятельства, установленные вступившим в законную силу актом суда, будь то суд общей юрисдикции или арбитражный суд, не подлежат повторному доказыванию и признаются без дополнительной проверки.

Список литературы

1. Заржицкая Л.С. Место и роль преюдиций в уголовно-процессуальном доказывании : диссертация ... канд. юрид.наук; Москва, 2013. - 38 с.

2. Мальченко К.Н. Преюдиция судебных постановлений в гражданском судопроизводстве: автореферат диссертации канд.юрид. наук; Саратов, 2016. - 4 с.

3. Салеева Ю.Е. Преюдиция в современном уголовном процессе России: диссертация ... канд. юрид. наук; Нижний Новгород, 2014. - 56 с.

4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» п. 21.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного согласшения о сотрудничестве» п. 28.

6. Щерба С.П., Чащина И.В. Преюдиция в уголовном процессе России и зарубежных стран : монография / Москва : Юрлитинформ, 2013. - 78 с.

Рецензия

на статью Чащиной И.В. «Проблемы применения преюдиции в уголовном процессе»

За последние несколько лет в российской процессуальной науке было много сделано в сфере становления преюдиции. Однако приходиться констатировать, что в настоящее время наблюдается лишь приближение к пониманию ее сущности, которая представляется глубоким, сложным и многообразным явлением. Ответов на большинство спорных вопросов, наличие которых обусловлено ее существованием, по-прежнему нет. Как следствие, состояние законодательства и практики правоприменения на сегодняшний день, как и прежде, далеки от идеала.

В настоящей статье автор предлагает решение ряда таких спорных вопросов при применении преюдиции в уголовном судопроизводстве.

К безусловным достоинствам работы могут быть отнесены выводы автора о сущности преюдиции, процессуальных правилах (условиях) её применения, значении для формулирования выводов в процессуальных решениях. Последнее особенно важно при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, совершенных в соучастии, выделенных уголовных делах, при рассмотрении дел о заведомо ложном доносе, даче заведомо ложных показаний или заведомо ложного заключения экспертом, заведомо неправильном переводе, а также заведомо неправосудном приговоре и решении суда.

Автор позиционирует преюдицию с элементом в процессе доказывания. Тем самым акцентируется внимание на самобытности преюдиции как приема доказательственной деятельности, с использованием неординарного средства доказывания - судебного решения.

Особый интерес представляют положения статьи, посвященные качеству опровержимости преюдиции судебных актов в контексте конкуренции таких основополагающих правовых положений, как презумпция истинности вступившего в законную силу судебного решения, принцип правовой определенности, с одной стороны, с другой - принцип свободной оценки доказательств.

Вывод: представленная на рецензирование статья соответствует всем требованиям, предъявляемым к работам такого рода, не содержит закрытой информации и рекомендуется к опубликованию в открытой печати.

Ведущий научный сотрудник отдела международного сотрудничества и сравнительного правоведения Научно-исследовательского института Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент П.А. Смирнов