Городская исполнительная комиссия по благотворительности в Санкт-Петербурге в 1860-1890-е гг. : организация, деятельность, личный состав

ИСТОРИЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ

УДК 94(470.23-25)«186/189»:364.662

Д.В. Надсадный

Городская исполнительная комиссия по благотворительности в Санкт-Петербурге в 1860-1890-е гг.: организация, деятельность, личный состав

В статье речь идет об истории институционального становления Петербургской городской исполнительной комиссии по благотворительности в 18601890-х гг. в качестве органа Петербургской городской думы по общественному призрению. Впервые в историографии с привлечением ранее неиспользованных документов из фондов Центрального государственного исторического архива С.-Петербурга (ЦГИА СПб) рассмотрены организация и личный состав комиссии, ее взаимодействие с Городской думой и другими органами петербургского самоуправления. Сделаны выводы об основных принципах деятельности комиссии: патернализм, личное участие членов в судьбе призреваемых, коллективное принятие решений об оказании помощи.

The article is devoted to the institutional formation of the St. Petersburg’s City Executive Commission of the Charity in 1860 - 1890 years as the element of the St. Petersburg’s City Duma responsible for public assistance. The priority of the historical literature is consisted to research the Commission’s organization and personnel, its cooperation to St. Petersburg’s City Duma and others St. Petersburg’s selfgovernment institutions, used unpublished records of the St. Petersburg’s Central State Historical Archives. In conclusion, the author considers about the main principles of the Commission’s activity, such as paternalism, member’s individual activity to the patronized clients destinies and the collective resolutions about the destitute assistance.

Ключевые слова: благотворительность, исполнительная комиссия по благотворительности в С.-Петербурге, история местного самоуправления, общественное призрение, С.-Петербургская городская дума.

Key words: charity, Executive Commission of the Charity in St. Petersburg, history of self-government, public assistance, St. Petersburg City Duma.

В последние десятилетия растет число исследований, посвященных изучению истории дореволюционного петербургского городского самоуправления. Это, например, монографические работы В.М. Кручковской [26], В.А. Нардовой [28], коллективная монография «Санкт-Петербургская городская дума, 1846-1918 гг.» [30], статьи М.Ф. Флоринского [37], Е.Е. Соколовой [36], Р.Ш. Ганелина и

В.А. Нардовой [1] и др. Тем не менее, приходится констатировать, что

© Надсадный Д.В., 2015

60

многие стороны деятельности общественного управления С.-Петербурга до 1917 г. пока мало изучены. В полной мере это касается и истории муниципальных благотворительных институтов. На сегодняшний день отсутствуют работы, касающиеся собственно Комиссии по благотворительности, исключая небольшую статью А.П. Керзума для электронных версий двух энциклопедий, посвященных С.-Петербургу [24; 25]. Однако она носит скорее справочный характер и к тому же содержит неточности, в частности, касающиеся времени образования комиссии. Рамки данной статьи ограничены периодом институционального становления Комиссии по благотворительности в качестве одного из органов Петербургской городской думы по социальным вопросам с середины 1860-х до конца 1890-х гг. В качестве источников привлечены, в том числе, ранее неиспользованные документы Центрального государственного исторического архива С.-Петербурга (ЦГИА СПб) из фондов благотворительных комиссий при Городской думе (ф. 677 и ф. 761).

Самостоятельная деятельность столичного самоуправления в сфере благотворительности началась в середине 60-х гг. XIX в. Связано это было как с общей активизацией общественной жизни в период Великих реформ, так и с земской и городской реформами 1860-1870-х гг., предоставившими органам местного самоуправления большую самостоятельность. По «Положению о губернских и уездных земских учреждениях» от 1 января 1864 г. С.-Петербургская общая и распорядительная думы получили права уездных земских учреждений, в том числе и по вопросам общественного призрения [31]. Городовым положением 1870 г. к предметам ведения городского общественного управления было отнесено «устройство за счет города благотворительных заведений и больниц, и заведование ими на основаниях, указанных для земских учреждений» [32].

9 февраля 1865 г. городская Общая дума одобрила предложение петербургского городского головы Н.И. Погребова об учреждении тридцати городских стипендий в С.-Петербургском университете, мужских и женских гимназиях города в честь десятилетия царствования императора Александра II, с ассигнованием на это 4150 р. [4, с. 203]. Рассмотрением ходатайств и распределением стипендий должен был заниматься постоянный комитет из сословных старшин под председательством городского головы. В марте 1865 г. был определен личный состав комитета: городской голова Н.И. Погребов и пять старшин: от потомственных дворян -А.П. Заблоцкий-Десятовский (известный деятель эпохи Великих реформ), от личных дворян и почетных граждан - Н.Д. Быков, от купеческого сословия - купец 2-й гильдии И.А. Аверин, от мещан -П.А. Алексеев, от ремесленников - мастер серебряного цеха А.И. Блюм [5, с. 278-281]. Комитет продолжал действовать и после введения в действие в 1873 г. Городового положения. В новую Думу

61

в качестве гласных попали Н.И. Погребов (он остался городским головой), барон Н.П. Фредрикс (сменивший в 1868 г. А.П. Заблоцкого-Десятовского на посту старшины отделения потомственных дворян) и Н.Д. Быков [6, с. 117-123].

В марте 1875 г. для распределения ста городских стипендий в организованном при помощи города Ремесленном училище цесаревича Николая Думой была образована особая исполнительная комиссия1 [7, с. 910]. Через год ей же было поручено заведование всеми городскими стипендиями2 [8, с. 1224]. Во время Русскотурецкой войны 1877-1878 гг. Комиссии «по назначению городских стипендиатов в разные учебные заведения» было поручено призрение детей убитых и раненых солдат и офицеров на ассигнованные Городской думой 12 тыс. р. в год и проценты с капитала в 100 тыс. р., пожертвованного С.-Петербургским городским кредитным обществом [27, с. 36-43]. Обновленная комиссия начала свою деятельность в январе 1878 г. [39. Д. 2. Л. 6; 10] В ее состав вошли, в том числе, журналист и издатель А.А. Краевский, историк и издатель журнала «Русская старина» М.И. Семевский, педагог и воспитатель детей Александра II Ф.Ф. Эвальд, профессор М.М. Стасюлевич и др. С марта 1878 г. комиссию возглавлял домовладелец и предприниматель В.А. Ратьков-Рожнов [9, с. 896].

В конце 70 - начале 80-х гг. XIX в. в ведение города перешли некоторые учреждения социального характера - начальные училища, городские больницы, богадельни, родильные приюты. Для управления ими были созданы специальные исполнительные комиссии по заведованию городскими начальными училищами, больничная, санитарная. В компетенции каждой из них входили вопросы, связанные с оказанием помощи нуждающимся жителям столицы. Координация деятельности отчасти достигалась тем, что в состав этих комиссий зачастую входили одни и те же лица. Так председатель Комиссии по назначению городских стипендиатов В.А. Ратьков-Рожнов возглавлял и Больничную комиссию, а кроме того, был чле-

1 Состав комиссии на 1875-1876 гг.: Ф.А. Андреев, Н.Д. Быков, С.И. Григорьев, Ф.В. Гроздов, И.И. Домонтович, П.В. Жуковский, А.М. Игнатьев, А.А. Краевский, И.П. Лесников, В.А. Новинский, Д.П. Полозов (с правом совещательного голоса).

2 Состав комиссии на 1876-1879 гг.: Ф.А. Андреев, Ф.П. Боннеблюст (выбыл в сентябре 1877), Н.Д. Быков, С. И. Григорьев, Ф.В. Гроздов (выбыл в сентябре 1877), И.И. Домонтович, П.В. Жуковский, П.В. Зверков (выбыл в апреле 1879), А.М. Игнатьев, А.А. Краевский, И.П. Лесников, А.Н. Неустроев (избран в апреле 1879), В.А. Новинский (выбыл в апреле 1879), Д.П. Полозов (избран в сентябре 1877), В.А. Ратьков-Рожнов (избран в сентябре 1877, председатель с марта 1878), М.И. Семевский (избран в апреле 1879), барон Н.П. Фредрикс, Ф.Ф. Эвальд (избран в сентябре 1877, умер в октябре 1879), П.О. Яблонский (избран в сентябре 1877).

62

ном Комиссии по заведованию городским начальными училищами [30, с. 429-430]. Ф.Ф. Эвальд, А.А. Краевский, М.М. Стасюлевич, возглавляя Училищную комиссию, одновременно входили в состав и Стипендиатской комиссии.

К середине 1880-х гг. содержание медицинских учреждений обходилось городу почти в миллион рублей в год, из которых 265 тыс. р. тратилось только на городские богадельни [35, с. 75-78]. Расходы на образование достигали 500 тыс. р. в год [3, с. 41-44]. При этом бюджет Стипендиатской комиссии составлял всего 68 466 р. в год. На эти средства в учебных заведениях, приютах, ремесленных школах содержалось 499 лиц обоего пола [12, с. 52].

В апреле 1884 г. Городская дума решила отметить совершеннолетие наследника, цесаревича Николая Александровича (будущего Николая II), выделением из городского бюджета по 25 тыс. р. в год «на призрение бедных сирот и бесприютных детей» [10, с. 395396]. Для этого также была образована исполнительная комиссия1 [11, с. 366-367]. Практически все ее члены, включая председателя В.А. Ратькова-Рожнова, являлись членами и Стипендиатской комиссии, а А.А. Краевский, В.А. Ратьков-Рожнов и А.Н. Неустроев - еще и Училищной комиссии (председатель А.А. Краевский). Кроме того, А.А. Краевский возглавлял, а А.Н. Неустроев являлся членом Комиссии по заведованию учебными мастерскими [11, с. 371-372]. В результате дело обучения и призрения детей оказалось в ведении сразу четырех городских комиссий: по заведованию начальными училищами, учебными мастерскими, по назначению стипендиатов и по призрению сирот.

Такое положение дел не могло не обратить на себя внимание. В ноябре 1885 г. Городская дума постановила объединить Стипенди-атскую и Сиротскую комиссии в одну Исполнительную комиссию «по назначению городских стипендиатов в разные учебные заведения и по призрению сирот». Состав комиссии был определен в пятнадцать членов (включая председателя) и семь кандидатов2 [13, с. 10191020]. Председателем остался В.А. Ратьков-Рожнов [14, с. 1192]. Первое заседание обновленной комиссии состоялось 14 января 1886 г. [39. Д. 26. Л. 1], а в ноябре 1886 г. по ее инициативе на Васильевском острове (8 линия, д. 29) был открыт первый «Городской сиротский дом в память совершеннолетия государя наследника це-

1 Состав комиссии на 1884-1885 гг.: П.П. Дурново, А.М. Игнатьев,

A. А. Краевский, А.Н. Неустроев, В.А. Ратьков-Рожнов (председатель),

М.М. Стасюлевич, И.И. Суздальцев.

2 Состав комиссии на 1884-1889 гг.: А.В. Алферовский, А.И. Бландов,

B. В. Болотин, Н.А. Варгунин, А.М. Григорьев, А.П. Дельсаль, И.И. Домонтович, Г.Р. Жаров, П.В. Жуковский, А.М. Игнатьев, Е.К. Кудрявцев, И.И. Пирогов, В.А. Ратьков-Рожнов (председатель), А.М. Серов, С.А. Смуров.

63

саревича 6 мая 1884 года» на 120 сирот обоего пола [15, с. 1341 — 1342]. В июне 1887 г. в распоряжение комиссии поступил капитал генерала от инфантерии Г. Г. Белоградского на устройство в столице сиротского дома «для призрения круглых сирот штаб и обер-офицеров» [41. Д. 3976. Л. 81]. Открытый в ноябре 1893 г. в доме под № 16 по Колокольной улице, он получил наименование в честь генерала-жертвователя [41. Д. 5011. Л. 22-26]. В ноябре 1889 г. комиссия была переименована в «Городскую исполнительную комиссию по благотворительности» - название, которое она носила вплоть до своей ликвидации в 1917 г.1 [16, с. 1139].

В 80-е гг. XIX в. складывается определенный порядок работы комиссии. Вознаграждения за членство в комиссии не полагалось. Заседания проходили один-два раза в месяц, летом реже - члены разъезжались «на каникулы». Комиссия начинала действовать только на основе поданных в нее прошений или по заявлениям ее членов. Просьбы принимались от всех доброхотных людей, желавших содействовать призрению какого либо сироты. Среди документов встречаются, например, ходатайства городских учительниц, которые особенно хорошо знали материальное положение своих учеников. Так, в апреле 1885 г. городская учительница Е. Разина обратилась к В.А. Ратькову-Рожнову с ходатайством сразу за трех сирот: Евгению Комову («круглая сирота и воспитывается только из милости у совершенно чужой женщины <...>, девочка милая, способная и старательная, но крайне слабая и болезненная»), Елену Пермякову («девочка истощена голодом и общими несчастьями») и Анастасию Матвееву («находится в крайности и вполне достойна помещения в приют, так как мать ея уже пятый месяц по болезни и слабости не может работать и девочка живет только из милости у чужих людей, которые тяготятся ею и попрекают каждым куском»). Особенно надеялась просительница на участие Ратькова-Рожнова в судьбе Пермяковой, «так как эта та девочка, которой сделалось в школе дурно от голода и которой Вы оказали великодушную помощь, выдав ей деньги на завтрак» [39. Д. 18. Л. 31].

Поступающие прошения распределялись «для обследования семейного положения и степени нужды просителей» между членами комиссии. На первом же заседании Комиссии по назначению городских стипендиатов и по призрению сирот 14 января 1886 г. встал вопрос о порядке этого распределения: в зависимости от места жительства члена комиссии или же между всеми поровну. После об-

1 Состав комиссии на 1890 г.: В.А. Болотин, Н.А. Варгунин, барон

Г.Е. Гинцбург, В.Е. Головин, А.М. Григорьев, И.И. Домонтович, Г.Р. Жаров, Н.К. Зейфарт, А.М. Игнатьев, Е.К. Кудрявцев, И.И. Кокин, Н.А. Мазурин, И.И. Пирогов, В.А. Ратьков-Рожнов (председатель), А.К. Савин, С.А. Смуров, М.М. Стасюлевич, П.А. Стречков, В.В. Суслов.

64

суждения было предложено распределять прошения между членами председателю комиссии «по своему собственному усмотрению, по возможности уравнительно, но, не устанавливая на это никаких определенных правил» [39. Д. 26. Л. 4]. Но «уравнительное» распределение не всегда получалось: количество выпадавших на члена комиссии прошений могло колебаться от трех до сорока. Кроме того, каждый член комиссии присматривал за каким-нибудь заведением, в котором содержались городские пансионеры. Такой порядок впервые был предложен на заседании комиссии 4 февраля 1886 г. Мотивировалось это тем, «что нередко бывают жалобы на неудовлетворительное содержание городских пенсионеров в разных воспитательных заведениях и приютах». Предложение было

«сочувственно принято всеми присутствующими», после чего члены комиссии распределили между собой надзор за городскими воспитанниками в 21 заведении [39. Д. 26. Л. 11]. Тем самым устанавливался постоянный патронат членов комиссии над призреваемыми за счет города лицами. Подобная «вертикальная» модель попечительства акторов благотворительной деятельности над своими «клиентами» - получателями помощи, являлась весьма характерной для дореволюционной российской филантропии. В данном случае члены Благотворительной комиссии действовали от имени коллективного «патрона» - столичного самоуправления.

В ноябре 1895 г. комиссия занялась оказанием помощи горожанам, пострадавшим от наводнения 2 ноября 1895 г. На это из городского бюджета единовременно выделялось 10 тыс. р. [27, с. 15831586]. В течение года члены комиссии рассмотрели 839 просьб о пособии, из них 784 просьбы были удовлетворены [34, с. XXXII-XXXIII]. В декабре того же года Городская дума поручила комиссии раздачу дров неимущим жителям столицы в холодное время, на что ежегодно выделялось до 4 тыс. р. [19, с. 1856]. Исполнение новых поручений выявило неприспособленность комиссии к подобной работе: «Нескольким членам комиссии пришлось объездить и навести справки о нескольких сотнях лиц, просивших помощи, лиц для члена Комиссии совершенно чуждых, обитающих в отдаленных от его местожительства участках, куда он являлся посторонним, чуждым человеком, не имевшим никакой связи с местным населением. Трудно себе представить какие при таких условиях представлялись затруднения к получению точных и правдивых сведений о просителях» [33, с. 257].

В 1896 г. общее число обращений в Комиссию по благотворительности об оказании различного рода помощи (назначении стипендий, помещении детей в приюты, выдаче пособий деньгами, дровами, вещами и т. д.) достигло 3 553. Из них было удовлетворено 2 714 ходатайств. Бюджет комиссии превысил 100 тыс. р. [34,

65

с. XXXII-XXXIII]. При этом дело городской благотворительности продолжало оставаться раздробленным: городскими богадельнями заведовала Больничная комиссия, строящимся городским Домом трудолюбия имени великой княжны Ольги Николаевны (Никольская пл., д. 1) ведала Городская управа, в ведении Комиссии по народному образованию находилось несколько сот стипендий для учащихся городских начальных училищ, желавших продолжать образование.

Сложившаяся практика городской благотворительной работы нуждалась в осмыслении и формализации. Поэтому во второй половине 1890-х гг. в Городской думе начинается активное обсуждение вопросов, связанных с реорганизацией муниципальных благотворительных институтов и расширением участия города в данной сфере. В 1896 г. принимается инструкция Комиссии по благотворительности, в которой впервые определялись предметы ее ведомства, права и обязанности [20, с. 366-369]. Ей поручалось замещение городских стипендий в учебных заведениях, определение детей-сирот в приюты, заведование двумя городскими сиротскими домами и «распределение между беднейшим населением столицы дров, приобретаемых на ассигнованные Думой и жертвуемые благотворителями деньги». Комиссия состояла из председателя и пятнадцати членов, избираемых Думой на четырехлетний срок1. В отдельные части города из числа членов комиссии назначались особые попечители. Этот пункт, кстати сказать, отсутствовал в первоначальном варианте [17, с. 77]. Сказался опыт, полученный при оказании помощи пострадавшим от наводнений и по раздаче дров.

Учреждение участковых попечителей следует рассматривать как шаг на пути создания сети первичных ячеек городской благотворительности - попечительств о бедных. Подобная система организации помощи считалась в наибольшей степени способной учитывать потребности каждого нуждающегося. В ее основу была положена «эльберфельдская система» - по имени немецкого города Эльберфельда, где такие попечительства были впервые учреждены в 1852 г. [2, с. 44-45]. В 1893 г. подобные попечительства были созданы и в Москве, но петербургские власти долго не решались ввести в столице нечто подобное. Связано это было с нежеланием нести дополнительные расходы и брать на себя ответственность за борьбу с бедностью в С.-Петербурге. Городская дума несколько раз возвращались к обсуждению этого вопроса, но позиция думского большинства оставалась неизменной: «Городские

1 Состав комиссии на 1895 г.: И.М. Богданов, В.А. Болотин, А.М. Григорьев, И.И. Домонтович, Г.Р. Жаров, А.М. Игнатьев, И.И. Кокин, Н.А. Лейкин,

Я.С. Мешков, К.Н. Оконешников, Е.П. Павлов, И.И. Пирогов, П.А. Потехин, В. А. Ратьков-Рожнов (председатель), А. К. Савин, С. А. Смуров, В. В. Суслов.

66

думы не имеют ничего общего с чисто благотворительными учреждениями. <...> Городские думы суть необходимые учреждения для заведования городским хозяйством и имеют обязательные расходы. <...> Содержание собственных заведений составляет придаточное занятие. Эти заведения, отчасти, и прежде содержались, и могут впредь содержаться другими учреждениями» [21, с. 299].

В марте 1897 г. городской голова и по совместительству председатель Благотворительной комиссии В.А. Ратьков-Рожнов внес на обсуждение Думы доклады «О принятии в ведение С.-Петербургского городского общественного управления дела разбора и призрения просящих милостыню» и «Об учреждении в С.-Петербурге городских участковых попечительств и городского справочного бюро по делам благотворительности» с проектами положений о попечительствах и справочном бюро. Согласно им в каждой части города учреждалось одно или несколько попечительств. Они должны были привлекать частные пожертвования, собирать сведения и оказывать помощь неимущим устройством благотворительных заведений, выдачей денежных пособий, предоставлением «работы и занятий, обеспечивающим им самостоятельное существование» и т. д. Членами могли стать все желающие помогать бедным «денежными пожертвованиями и своим личным трудом». Руководство попечительством осуществлял совет, состоявший из 5-10 членов, утверждаемых Комиссией по благотворительности. Председатели попечительств должны были утверждаться Городской думой по представлению той же комиссии на четыре года «из лиц, наиболее уважаемых в данном районе» [33, с. 258-268].

В марте 1898 г. Городская дума в целом одобрила эти предложения, несмотря на критику со стороны части гласных и негативное отношение к затее приходских благотворительных обществ, опасавшихся конкуренции со стороны новых городских органов [41. Д. 7463. Л. 1]. Но уже через год Дума пересмотрела свое решение. Формальным поводом послужил отказ Министерства внутренних дел передать в ведение города С.-Петербургский комитет для разбора и призрения нищих, хотя МВД принципиально не возражало против создания попечительств [22, с. 797-798]. Противникам попечительств удалось убедить Думу, что их учреждение без передачи городу капиталов и имущества комитета представлялось бы «не достигающим цели и крайне обременяющим городскую кассу» [38. Д. 156. Л. 273].

К этому времени главный инициатор реформы В.А. Ратьков-Рожнов лишился возможности «пробивать» свой проект. В декабре

1897 г. прошли выборы в Городскую думу [30, с. 59-60], а в феврале

1898 г. пост городского головы занял купец-меховщик П.И. Лелянов. Он попытался изменить сложившуюся практику, при которой ряд

67

важных отраслей городского хозяйства (больнично-санитарное дело, народное образование, освещение и водоснабжение столицы) находились в ведении исполнительных комиссий, подчиненных Думе, а не Управе [30, с. 435; 512-515]. В мае 1898 г. прошли перевыборы и в Комиссию по благотворительности1. Из прежнего состава остались только двое - Н.А. Лейкин (литератор, карикатурист и редактор сатирического журнала «Осколки») и П.А. Потехин (известный петербургский адвокат). В комиссию вошли новые лица, в том числе Н.Н. Брусницын - купец 1-й гильдии, кожевенный фабрикант и благотворитель, Г. Г. Елисеев - представитель знаменитой купеческой семьи Елисеевых, генерал-майор, граф Н.Ф. Гейден - генерал особых поручений при военном министре, известный деятель правомонархического толка.

Возглавил Комиссию граф В.А. Мусин-Пушкин - соперник Леля-нова при назначении городским головой [40. Д. 19. Л. 2]. Между двумя органами городской власти почти сразу же сложились конфликтные отношения. Камнем преткновения стал вопрос о праве назначать и увольнять служащих комиссии. Отношения между Ле-ляновым и графом Мусиным-Пушкиным достигли апогея напряженности в январе 1899 г. и в конечном итоге привели к отставке графа с поста председателя [40. Д. 19. Л. 80]. С ним из состава комиссии вышло еще несколько членов. Отставка вызвала бурную реакцию в Городской думе. М.М. Стасюлевич (через год также вынужденный покинуть пост председателя Комиссии по народному образованию) предложил гласным Думы просить Мусина-Пушкина остаться в должности «пока Дума не разберет этот вопрос». Когда тот повторно отказался, Стасюлевич предложил «выразить сожаление председателю Комиссии, лишенному возможности продолжать служение городу, вследствие нанесенного ему оскорбления» [23, с. 423-425]. Несколько гласных из числа «новодумской» оппозиции (Е.И. Кедрин, Г.С. Яковлев, К.А. фон Раабен) направили городскому голове запрос с требованием дать свои объяснения о причинах инцидента с графом Мусиным-Пушкиным. Однако все эти сотрясения воздуха ничего уже изменить не могли. Лелянов запретил дальнейшие прения по данному вопросу, предоставив недовольным обжаловать свое решение «в установленном порядке». На что гласный Г. В. Лермонтов

1 Состав комиссии на 1898-1899 гг.: П.С. Бочагов, Н.Н. Брусницын

(председатель с февраля 1899), А.М. Васильев, граф Н.Ф. Гейден,

П.И. Георгиевский (выбыл в августе 1898), И.И. Дернов, В.И. Домонтович (с октября 1898 по январь 1899), Г.Г. Елисеев, С.В. Жданов, С.Д. Зимин, И.Н. Креморенко, А.И. Латынин (выбыл в августе 1898), Н.А. Лейкин, Г. И. Лисенков, граф В.А. Мусин-Пушкин (председатель с мая 1898 по январь 1899), Ф.Н. Орнатский (с февраля 1899), П.А. Потехин (выбыл в мае 1899), Н.А. Резцов, Г.С. Семенов, В.В. Суслов (с февраля 1899).

68

высказался в том духе, «что гласные избраны для решения городских дел, а не для жалоб друг на друга по каждому делу, и что нельзя делать гласных безгласными» [23, с. 433; 436-438]. В результате реформа городских благотворительных институтов затормозилась на несколько лет.

В феврале 1899 г. председателем Комиссии по благотворительности стал Н.Н. Брусницын, занимавший этот пост до 1913 г. [40. Д. 19. Л. 125; 135]. К концу XIX в. в ведении комиссии находилось два сиротских дома с комплектом в 160 детей, 840 городских стипендиатов в 128 образовательных и воспитательных заведениях столицы, почти 3 500 чел. получали пособия деньгами, вещами, дровами и продовольствием. Бюджет комиссии достиг 155 213 р., что составляло примерно 25 % городских расходов «на дела благотворительности» или менее 1 °% от общих городских расходов [29, с. 1].

Институционализация муниципальной благотворительности в С.-Петербурге растянулась на десятилетия. В 1860-1880-е гг. для исполнения отдельных поручений Городской думы благотворительного характера (как, например, распределение городских стипендий) или заведования городскими социальными учреждениями (больницы, богадельни, сиротские дома и т. д.) создаются собственные органы управления - исполнительные комиссии. Городская исполнительная комиссия по благотворительности стала одним из первых подобных органов, но далеко не самым главным. Ее деятельность начиналась в 60-е гг. XIX в. весьма скромно - с распределения нескольких десятков стипендий в столичных учебных заведениях на сумму чуть более 4 тыс. р. в год. За тридцать пять лет число «клиентов» комиссии постепенно увеличилось с 30-40 городских стипендиатов до 4 500 получателей городской помощи в той или иной форме, как детей, так и взрослых; при этом годовой бюджет вырос более чем в 30 раз, превысив к концу XIX в. 150 тыс. р. Если во второй половине 1860-х гг. на шестерых членов Комитета по назначению городских стипендиатов в среднем приходилось по 5-6 подопечных из числа городских стипендиатов и около 670 р. городских ассигнований в год, то во второй половине 1890-х гг. на каждого члена Комиссии по благотворительности приходилось в среднем по 200 просителей и 5 500 р. ассигнований в год. В процессе повседневной работы комиссии вырабатывались основные принципы ее деятельности: патернализм, личное участие членов в судьбе опекаемых, коллегиальность принятия решений об оказании помощи. Однако по мере расширения круга задач комиссии, подобные методы работы вызывали все большие затруднения. К концу XIX в. некоторыми городскими деятелями уже была осознана необходимость реформирования городских благотворительных институ-

69

тов. Но городские власти не спешили принимать на себя ответственность за сферу общественного призрения. Проекты развития муниципальной благотворительности обсуждались на протяжении многих лет. Не способствовала процветанию филантропии и борьба между различными «партиями». В результате, например, решение Думы о создании городских попечительств о бедных оказалось отложенным почти на десять лет.

Список литературы

1. Ганелин Р.Ш., Нардова В.А. Петербургское общественное управление и правительственная власть накануне Первой мировой войны // Страницы рос. истории: межвуз. сб. к 60-летию со дня рожд. проф. Г. А. Тишкина. - М., 2001.

2. Георгиевский П.И. Призрение бедных и благотворительность. - СПб.,

1894.

3. Двадцатипятилетие начальных училищ города С.-Петербурга 1877-1902 гг. -СПб., 1904.

4. Известия С.-Петербургской городской (общей) думы. - 1865. - Март. -

№ 4.

5. Известия. - 1865. - Апр. - № 5.

6. Известия. - 1873. - Март. - № 2.

7. Известия. - 1875. - Июнь. - № 10.

8. Известия. - 1876. - Июнь. - № 13.

9. Известия. - 1878. - Май. - № 8.

10. Известия. - 1884. - Май. - № 18.

11. Известия. - 1884. - Нояб. - № 43.

12. Известия. - 1885. - Апр. - № 13.

13. Известия. - 1885. - Дек. - № 46.

14. Известия. - 1885. - Дек. - № 48.

15. Известия. - 1886. - Дек. - № 49.

16. Известия. - 1889. - Дек. - № 49.

17. Известия. - 1895. - Окт. - № 17.

18. Известия. - 1895. - Дек. - № 27.

19. Известия. - 1895. - Дек. - № 28.

20. Известия. - 1896. - Нояб. - № 18.

21. Известия. - 1897. - Май. - № 9.

22. Известия. - 1899. - Май. - № 12.

23. Известия. - 1899. - Апр. - № 10.

24. Керзум А.П. Городская исполнительная комиссия по благотворительности // С.-Петерб. энцикл. [Электронный ресурс]. - URL: http://www.encspb.ru/ object/2812380926?lc=ru (дата обращения: 06.12.2014).

25. Керзум А.П. То же // Энцикл. благотворительности С.-Петербург [Электронный ресурс]. - URL: http://encblago.lfond.spb.ru/showObject.do?object=

2812380926 (дата обращения: 06.12.2014).

26. Кручковская В.М. Центральная городская дума Петрограда в 1917 г. -Л., 1986.

27. Надсадный Д.В. С.-Петербургская городская дума в деле помощи семьям призванных на военную службу во время русско-турецкой войны 18771878 гг. // Петерб. воен.-ист. чт.: межвуз. науч. конф. С.-Петербург, 15 марта 2010 г. - СПб., 2011.

70

28. Нардова В.А. Самодержавие и городские думы в России в конце XIX -начале XX века. - СПб., 1994.

29. Отчет С.-Петербургской городской исполнительной комиссии по благотворительности. - СПб., 1901.

30. Петербургская городская дума, 1846-1918. - СПб., 2005.

31. ПСЗ. Собрание-2. - Т. XXXIX. - № 40457.

32. ПСЗ. Собрание-2. - Т. XLV. - № 48498.

33. Ратьков-Рожнов В. А. Предложение об учреждении в С.-Петербурге городских попечительств о бедных // Трудовая помощь. - 1898. - Янв. - № 3. -Отд. II.

34. Санкт-Петербургское городское общественное управление в 1896 году. Ч. I. - СПб., 1897.

35. Сборник сведений о благотворительности в С.-Петербурге за 1889 год. -СПб., 1891.

36. Соколова Е.Е. Городская дума Петрограда в 1916-1917 годы. Основные направления и характер социально-экономической деятельности // Петерб. чт. 97. - Рус.-Балт. информ. центр «Блиц», 1997.

37. Флоринский М.Ф. Из истории управления Петроградом в период Первой мировой войны // Петерб. чт. Петербург и Россия: науч. конф. 13-15 апр. 1994 г. - СПб., 1994.

38. Центральный государственный исторический архив С.-Петербурга (ЦГИА СПб). Ф. 513. Оп. 1.

39. ЦГИА СПб. Ф. 677. Оп. 1.

40. ЦГИА СПб. Ф. 761. Оп. 1.

41. ЦГИА СПб. Ф. 792. Оп. 1.

71