Выявление лингвокультурных особенностей национальной языковой личности на примере интернет-комментариев к новостям

Как видно из приведенных немногочисленных примеров, новое более сложное значение компонента себя поддерживается не только членами его синтаксического ряда, но всем лексико-грамматическим составом предложения.

Заканчивая статью, выскажу несколько общих соображений.

Местоимение себя в русском языке отличается двойственной природой: оно обозначает по форме объект, а по значению субъект, alter ego, который относится к тому же глаголу, с которым сочетается субъект, выраженный именительным падежом. Названный компонент, будучи отдельным словом, образует синтаксическую конструкцию с однообъектными и многообъектными глаголами [7].

Библиографический список

Роль местоимения себя зависит от семантической характеристики глагола, с которым это местоимение сочетается.

Сочетаясь с глаголами, местоимение себя обнаруживает двойственную природу - остается лексемой и образует процессуальный фразеологизм, имеющий модель глагольного словосочетания, одновременно в образованной единице выполняет роль словообразовательной морфемы. Глагольный компонент в конструкции с себя утрачивает способность управлять винительным падежом без предлога, но сохраняет способность управлять именем в другом косвенном падеже.

В конструкции глагол+себя как члене синтаксического ряда местоименный компонент активизирует объектную сему.

1. Slovnik slovanske hngvisticke termmologie. - Praha, 1977. - T. 1.

2. Лингвистический энциклопедический словарь. - М., 1990.

3. Словарь современного русского литературного языка: в 17 т. АН СССР - М., 1950-1965.

4. Ахманова, О.С. Словарь лингвистических терминов. - М., 1966.

5. Местоимения в современном русском языке: учеб. пособие / Чепасова А.М. [и др.]. - М., 2007.

6. Чепасова, А.М. Основы категории залога русских процессуальных единиц. - Челябинск, 2004.

7. Казачук, И.Г. Соотношение категорий объектности и управления (на материале объектных процессуальных единиц) // Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина: научный журнал. - СПб., 2009. - № 4 (т. 2). - Сер. Филология.

Bibliography

1. Slovnik slovanske lingvisticke terminologie. - Praha, 1977. - T. 1.

2. Lingvisticheskiyj ehnciklopedicheskiyj slovarj. - M., 1990.

3. Slovarj sovremennogo russkogo literaturnogo yazihka: v 17 t. AN SSSR. - M., 1950-1965.

4. Akhmanova, O.S. Slovarj lingvisticheskikh terminov. - M., 1966.

5. Mestoimeniya v sovremennom russkom yazihke: ucheb. posobie / Chepasova A.M. [i dr.]. - M., 2007.

6. Chepasova, A.M. Osnovih kategorii zaloga russkikh processualjnihkh edinic. - Chelyabinsk, 2004.

7. Kazachuk, I.G. Sootnoshenie kategoriyj objhektnosti i upravleniya (na materiale objhektnihkh processualjnihkh edinic) // Vestnik Leningradskogo gosudarstvennogo universiteta im. A.S. Pushkina: nauchnihyj zhurnal. - SPb., 2009. - № 4 (t. 2). - Ser. Filologiya.

Статья поступила в редакцию 06.07.13

Bibliography

УДК 81.42

Bets M.V. DETECTION OF LINGUALTURAL CHARACTERS OF NATIONAL LINGUISTIC PERSONALITY USING THE INTERNET COMMENTS TO NEWS. This article describes the interpretation of the concept of power in the linguistic consciousness of the virtual linguistic personality (Russian, German) account the linguocultural characters.

Key words: cultural linguistics, lingvopersonology, linguistic personality, national linguistic personality, concept, semantic field.

M.B. Бец, ст. преп. каф. иностранных языков ФГБОУ ВПО «Кемеровский гос. университет культуры и искусств», г. Кемерово, E-mail: vollens@mail.ru

ВЫЯВЛЕНИЕ ЛИНГВОКУЛЬТУРНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ НА ПРИМЕРЕ ИНТЕРНЕТ-КОММЕНТАРИЕВ К НОВОСТЯМ

Данная статья описывает интерпретацию концепта власть в языковом сознании виртуальной языковой личности (русской, немецкой) с учетом лингвокультурных особенностей.

Ключевые слова: лингвокультурология, лингвоперсонология, языковая личность, национальная языковая личность, концепт, семантическое поле.

Настоящая статья посвящена изучению языковой личности автора с выявлением лингвокультурных особенностей русской, немецкой, картин мира. Данное исследование выполнено на стыке нескольких лингвистических дисциплин, таких как: линг-вокультурология, лингвополитология, лингвоперсонология. В конце делаются выводы об общих и различных представлениях каждого из народов относительно одного и того же явления.

В условиях современного развития лингвистической науки все больший интерес приобретает изучение языка в тесной связи с сознанием и культурой человека, т.е. лингвистика носит антропоцентрический характер. В связи с этим появляются и развиваются новые направления, основной задачей которых является более подробное изучение данных вопросов.

«Лингвокультурология изучает язык как феномен культуры. Это определенное видение мира сквозь призму национального языка, когда язык выступает как выразитель особой национальной ментальности... Лингвокультурология - это отрасль лингвистики, возникшая на стыке лингвистики и культурологии и исследующая проявления культуры народа, которые отразились и закрепились в языке» [1, с. 7-8]. Таким образом, в задачи лин-

гвокультурологии входит рассмотрение языковой картины мира, а именно «национальных форм бытия общества, воспроизводимых в системе языковой коммуникации и основанных на его культурных ценностях» [2, с. 14].

Однако, нужно заметить, что носителем той или иной культуры является, безусловно, человек. В связи с этим правомерно будет говорить о тесном взаимодействии лингвокультурологии и лингвоперсонологии, объединяющим звеном которых будет понятие языковой личности. Под языковой личностью понимается «совокупность способностей и характеристик человека, обусловливающих создание и восприятие им речевых произведений (текстов)» [3, с. 3]. Структура языковой личности представляется «состоящей из трех уровней: 1) вербально-семантического, предполагающего для носителя нормальное владение естественным языком, а для исследователя - традиционное описание формальных средств выражения определенных значений; 2) когнитивного, единицами которого являются понятия, идеи, концепты, складывающиеся у каждой языковой индивидуальности в более или менее упорядоченную, более или менее систематизированную “картину мира”, отражающую иерархию ценнос-

тей...; 3) прагматического, заключающего цели, мотивы, интересы, установки и интенциональности. Этот уровень обеспечивает в анализе языковой личности закономерный и обусловленный переход от оценок ее речевой деятельности к осмыслению реальной деятельности в мире» [3, с. 3-8]. В данной статье делается попытка изучения всех трех структурных элементов языковой личности.

Материалом исследования являются комментарии к статьям, взятым из новостных порталов «The Newsland» (источник на русском языке), «Die Welt» (источник на немецком языке). Выбор данных порталов связан с тем, что все они отвечают единым требованиям, а именно: 1) освещение наиболее актуальных событий; 2) частая посещаемость, что отражено в статистике зарегистрированных и находящихся online пользователей; 3) возможность оставлять комментарии носителями языка, которые не являются профессиональными журналистами, а значит, что важно для изучения обыденного сознания.

В ходе исследования были рассмотрены комментарии к статьям схожей тематики, а именно: «акт Магнитского», «закон Димы Яковлева». Таким образом, все статьи носят политический характера, а значит, и проводимое исследование опирается на знания новой развивающейся науки, лингвополитологии, занимающейся изучением политического дискурса, имеющего свои особенности на всех уровнях языка.

Итак, рассмотрим комментарии, оставленные к статьям о «законе Димы Яковлева» и «акте Магнитского», выраженные на семантическом и стилистическом уровнях. Прежде всего, необходимо отметить, что каждый комментарий отражает политическое сознание отдельно взятого автора и содержит субъективные суждения, являющиеся реакцией на прочитанную информацию в статье, т.е. в результате чтения статьи в сознании будущего комментатора происходит формирование некого концепта, который в дальнейшем получает свою вербализацию при создании естественного текста комментария. Под концептом понимаем «как бы сгусток культуры в сознании человека, то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека. И, с другой стороны, концепт - это то, посредством чего человек сам входит в культуру а в некоторых случаях и влияет на нее» [4, с. 40].

Издание в России «закона Димы Яковлева» в ответ США на «акт Магнитского» вызвало неоднозначную оценку и большое количество обсуждений, как на территории России, так и за ее пределами.

Смыслообразующим концептом, который удалось выделить в ходе проводимого анализа, является власть для русской лин-гвокультуры, die Macht - для немецкой.

Для начала обратимся к комментариям на русском языке. Семантическое поле власть образуют следующие лексемы и их производные: власть, закон, Государственная Дума, Госдепартамент, президент, чиновник.

Рассматривая примеры, можно сделать вывод о том, что, в целом, у русского человека отношение к власти двойственное. Однако, большинство авторов оставляли негативные отзывы.

Например: Ну и, естественно, Госдепа по носу щелкнули. Хотя... именно так и выходит у наших законотварей. В данном случае отрицательное отношение к власти выражается особенно сильно в употреблении авторского неологизма «законо-тварь», образованного от словосочетания «творец закона», но использование чередования гласных а-о в корне привело к возникновению лексемы, имеющей разговорно-фамильярную стилистическую окраску. Кроме того, наблюдается использование аббревиатуры (Госдеп) в сочетании с фразеологизмом «щелкнуть кого-либо по носу», что также подчеркивает отрицательное отношение автора к власти.

Нужно отметить, что использование аббревиатур для особенно негативного отношения к представителям органов власти - явление достаточно распространенное. Особенно это касается органов правления, таких как упомянутый выше Государственный департамент Соединенных Штатов Америки и Государственная Дума Российской Федерации. У нас что ни закон от ГД, то хоть плачь, хоть смейся. Такой тупой ГД у нас еще не было! Поздравляю всех нас - довыбирались!

Наряду с органами правления оценке подвергаются и личности людей, в руках которых находится власть. Особенно ярко это выражается при оценке личности президента. В том случае, когда автор комментария поддерживает политику главы государства или относится к ней нейтрально, то чаще всего встречается нейтрально упоминание только фамилии, как правило, без

инициалов. Молодец Путин, потому, что он не побоялся встать против мафии торгующей детьми...; Вы можете доказать, что Путин берет взятки? Докажите! Или слабо? Я утверждаю, что не берет. Всё правильно Путин делает, в данном случае.

Тогда, когда автор намерен выразить свое явное негативное отношение, он прибегает к использованию аббревиатуры из фамилии, имени и отчества президента или к намеренному искажению фамилии, или к употреблению личного местоимения «ОН», которое в данном случае приобретает иронический характер. Марионетки в руках ВВП и ДАМ сделали своё гнусное дело. Путэн не может с ними справиться? Кстати с днём царя Ирода, именно в этот день детей вырезали. ОН вернулся.

Однако помимо президента правление государством осуществляет и чиновничий аппарат. И если к главе государства нет однозначного отношения, то при упоминании явления чиновничества все авторы склоняются к негативной оценке. Показательно, что в представлении русского автора комментариев чиновник - это человек, который стремится к улучшению своего материального благосостояния не всегда законным путем. Это подтверждается употреблением таких словосочетаний для обозначения материального благополучия, как: пристроить бабки, срубить бабла. При власти жуликов и воров других механизмов нет. Да если, как тут ЕРовский функционер пообещал, за усыновленных будут давать миллион, то местные чиновники враз найдут как эти бабки пристроить. Если бы не алчные чиновники, которые хотели срубить бабла, мальчик жил бы в своей семье.

Теперь обратимся к комментариям на немецком языке, оставленным к статье с той же самой тематикой. Семантическое поле die Macht (власть) образуют такие лексемы и их производные, как: der Prasident (президент), die Regiеrung (правительство), das Gesetz (закон).

Итак, при анализе примеров было замечено, что отношение у немцев к современной (!) русской власти в целом хорошее. Не удалось встретить комментариев, содержащих явную критику, как это было в русских текстах. Putin hat Recht! Putin hat richtig gehandelt (Путин прав! Путин поступил правильно!); Es ist immer leichter auf Putin alles zu schieben (Всегда проще переложить все на Путина). Da gibt es ja bose bose Herr (Ведь существует же страшный-страшный господин).

Но нами было подчеркнуто, что такое отношение наблюдается только к современной ситуации, поскольку при упоминании предшествующих правителей встречаются фамильярные аббревиатуры имен. Putin hat Russen Selbstbewusstsein zuro ckgegeben, das unter Gorbi und Jelzi verloren gegangen war (Путин вернул русским самосознание, которое было потеряно из-за Горби и Ельцы).

Но если оценка зарубежной (русской) власти немцами положительная (So weit ich weiss ist Russland immer noch ein souveraner Staat. Dieses Gesetz ist weder amoralisch, noch sonstirgendwie anstossig (Насколько я знаю, Россия до сих суверенное государство. Этот закон ни аморален, ни, уж точно, отталкивающий). Ist es nicht so, dass es dieses Gesetz nicht gabe, wenn die Richter in den USA oder auch bei uns nicht so "gesetzliebend" waren und statt dessen die Urteile an den Gesetzen ausrichten wurden? (Разве не так, что если бы не было этого закона, то судьи в США или даже у нас не были бы такими «законопослушными», а вместо этого добились бы решения приговора), то в отношении собственной власти так же, как и у русских (по отношению к своей) возникают разные позиции.

Folter, Mord, organisierte Kriminalitat und unsere Regierung (Пытка, убийство, организованная преступность и наше правительство). В данном примере автор ставит орган правления на одну ступень с противозаконными действиями, тем самым подвергая сомнению легитимность власти.

Es gibt noch Lander, wie z.B. unser, die eigene Gesetze machen ohne sich darum zu kummern, was andere davon halten! (Существуют до сих пор страны, как наша, например, которые создают собственные законы, не заботясь о том, что об этом подумают другие). Рассуждая о беззаконности власти в других странах, автор нарочито использует сравнение Германии с ними, подчеркивая тем самым наличие такого явления именно в собственной стране.

Таким образом, в результате анализа семантического поля власть на материале комментариев к новости, касающейся при-

нятия закона «Димы Яковлева» и акта «Магнитского» можно сделать некоторые выводы о лингвокультурологических особенностях двух национальных языковых личностей. Для обеих лин-гвокультур характерна двойственная оценка власти внутри своей страны. Но если для русских основным компонентом власти являются фигуры президента и его приближенных (что получает свое отражение в богатом словотворчестве, а также употреблении в избыточном количестве эмоционально-окрашенной лексики), то для немцев наряду с фигурой президента, как составляющей концепта власть, немаловажную роль играет другая часть - это закон. Т.е. в связи с этим, можно утверждать, что в

Библиографический список

сознании русской языковой личности, продуцирующей текст, власть - это явление персонифицированное, связанное с конкретными личностями, а в сознании немецкой языковой личности наблюдаются субъектно-объектные отношения, находящиеся в равной степени зависимости друг от друга.

Нужно отметить, что данное исследование представляется перспективным, поскольку для всестороннего изучения особенностей национальной языковой личности в лингвокультурологическом аспекте необходимо рассмотрение предлагаемых комментариев с выделением дополнительных знаковых концептов и семантических полей.

1. Маслова, В.А. Лингвокультурология: учеб. пособие для студ. высш. учеб, заведений. - М., 2002.

2. Воробьев, В.В. Лингвокультурология. - М., 1997.

3. Караулов, Ю.Н. Русский язык и языковая личность. - М., 1987.

4. Степанов, Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. - М., 1997.

Bibliography

1. Maslova, V.A. Lingvokuljturologiya: ucheb. posobie dlya stud. vihssh. ucheb, zavedeniyj. - M., 2002.

2. Vorobjev, V.V. Lingvokuljturologiya. - M., 1997.

3. Karaulov, Yu.N. Russkiyj yazihk i yazihkovaya lichnostj. - M., 1987.

4. Stepanov, Yu.S. Konstantih. Slovarj russkoyj kuljturih. Opiht issledovaniya. - M., 1997.

Статья поступила в редакцию 02.07.13

УДК 81'42

Zybina N.P. THE PHENOMENON OF AGNONIM IN THE LEXICON LANGUAGE PERSONALITY: AN EXPERIMENTAL STADY. This article presents theoretical basis for the phenomenon agnonim, determine the degree of activity agnonimic set phrases in the lexicon of ordinary native speakers, formulated and described the factors that determine the degree of agnonim phraseological units. The basis of the study data is taken linguistic experiment.

Key words: lingvopersonologiya, linguistic identity, semantization, agnonim, personotekst.

Н.П. Зыби на, магистр филол. наук, Кемеровский гос. университет, г. Кемерово, E-mail: zybina.89@mail.ru

ЯВЛЕНИЕ АГНОНИМИИ В ЛЕКСИКОНЕ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ: ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

В статье представлено теоретическое обоснование явления агнонимии, определена степень агнонимичес-кой активности фразеологических оборотов в лексиконе рядовых носителей языка, сформулированы и описаны факторы, определяющие степень агнонимии фразеологических единиц. За основу в исследовании взяты данные лингвистического эксперимента.

Ключевые слова: лингвоперсонология, языковая личность, семантизация, агнонимия, персонотекст.

Проблема агнонимии - крайне спорный вопрос. Во-первых, что относить к агнонимии: то, что человек знал, но забыл, или имеет представление о значении языковой единицы. Во-вторых, как зафиксировать данное явление, имеет ли оно какие-либо свойства и признаки. Рассматривая проблему агнонимии, Г.М. Мандрикова относит данное явление к числу «категорий, которая обусловливает недостаточность (лакунарность) ментально-лингвального комплекса языковой личности» [1].

А.П. Василенко обращает внимание на явление фразеологической агнонимии. Фразеологический агноним, с точки зрения А.П. Василенко, - «устойчивая единица, в структуре которой присутствует компонент неизвестного, непонятного или малопонятного происхождения для большинства носителей языка. Это переходное состояние фразеологизма между полнофункциональным в языке и утратившим в языке свою фразеологич-ность» [2].

А.Г. Жукова и Г.М. Мандрикова одним из источников материала для изучения «фразеологической агнонимии предлагают рассматривать «дефектные» дефиниции, возникающие при интерпретации носителями языка тех или иных фразеологических единиц. Анализ таких дефиниций показывает, что интерпретация фразеологического значения носителями языка может быть «правильной» или «неправильной» в разной степени. А.Г. Жукова и Г.М. Мандрикова полагают, что это может быть связано и с тем, что агнонимичность фразеологических единиц для разных носителей языка неодинакова, она может быть более «сильной» или более «слабой», то есть данное понятие внутренне градуируется. В связи с этим представляется необходимым вве-

дение понятия степень агнонимичности фразеологических единиц. Очевидно, можно говорить о нулевой (правильные ответы), частичной и полной агнонимичности фразеологических единиц» [3].

В настоящее время, как справедливо отмечает В.Г. Костомаров, фразеологизмы вызывают у языковых личностей затруднения в восприятии, толковании, усвоении [4].

Обратимся в качестве примера, аргументирующего идею о том, что фразеологизмы не входят в активный лексический запас языковой личности, к исследованию, осуществляемому нами на материале фразеологизмов-агнонимов [5, с. 203]. Под агнонимом мы понимаем, вслед за учеными В. В. Морковкиным и А. В. Морковкиной, определенные единицы языка, знание о содержании которых отсутствует в сознании рядового носителя языка [6, с. 106].

В ходе работы в качестве первичных единиц были выбраны фразеологизмы-агнонимы; буриданов осел, тихой сапой, сума переметная, аки тать в нощи, авредовы веки, ветрами подшит, гог и магог, улыбка авгура, слава Гэрострата, два аякса, обсевок в поле, синь порох в глазу, гайка слаба, желтая опасность, набитый мамон [7]. Эксперимент проводился среди студентов КемГУ, КузГТУ, КемГСХИ.

На основе схемы реакций, представленной в книге

В.В. Морковкина и А.В Морковкиной, мы выделили положения для проверки агнонимичности фразеологизмов: 1. Совершенно не знаю, что значит выражение; 2. Имею представление о значении выражения; 3. Знаю, что обозначает выражение. Нами было проанализировано 178 реакций респондентов с точки зре-