Регламентация и методы деятельности по сохранению древних памятников Сибири в XIX - начале XX века

Регламентация и методы деятельности по сохранению древних памятников Сибири в XIX - начале XX века

В.И.Царёв

В статье рассмотрены особенности организации деятельности по изучению и сохранению архитектурного наследия Сибири, осуществлявшейся правительством и местными властями в XIX - начале XX века. Приведены документальные сведения о конкретных мерах выявления, описания и сохранения историко-культурных объектов в рассматриваемый период. Представлен процесс формирования профессиональных взглядов на вопросы, связанные с изучением и сохранением памятников старины, отмечены первые научные работы об архитектурном наследии Сибири. Выявлен этап архитектурно-градостроительной деятельности, определивший разрыв в преемственности формирования городов и приведший к утрате значительной части историко-культурного достояния Сибири.

Ключевые слова: Сибирь, архитектурное наследие, изучение и охрана памятников, история архитектуры и градостроительства.

Regulation and Methods of Activities for Preservation

of Ancient Monuments of Siberia in XIX - the Beginning

of the XX Century. By V.I.Tsarev

The article considers features of the organization of activities for studying and preservation of architectural heritage of Siberia which was carried out by the government andlocal authorities in XIX - the beginning of the XX century. Documentary data on concrete measures of identification, the description and preservation of historical and cultural objects are provided to the considered period. Process of formation of professional views of the questions connected with studying and preservation of ancient monuments is presented, the first scientific works about architectural heritage of Siberia are noted. The stage of architectural and town-planning activity which defined the gap in continuity of formation of the cities and whichled toloss of considerable part of historical and cultural property of Siberia is revealed.

Key words: Siberia, architectural heritage, studying and protection of monuments, history of architecture and town planning.

В 20-х годах XIX века российское правительство признало необходимым принять систематические меры к охранению памятников древности в стране. К числу этих мер относилось высочайшее повеление от 31 декабря 1826 года, которым приказывалось «собрать немедля сведения по всем губерниям о

том, в каких городах есть остатки древних замков и крепостей и в каком состоянии они находятся» [1, с. 111]. Продолжение этого нового для большинства российских городов процесса было закреплено рядом указов: «О доставлении сведений об остатках древних зданий в городах и о воспрещении разрушать оные» (1827, 1838), «О сохранении древних памятников по губерниям» (1839) и др. [2, с. 57-58]. Правительственный указ 1845 года «Относительно составления полного собрания архитектурных чертежей древним достопамятным зданиям» [2, с. 58] явился закономерным звеном в осуществлении государственных мероприятий по выявлению, охране и реставрации памятников национальной культуры. Он стал организующим фактором для принятия отдельных мер по целенаправленному поиску памятников старины в сибирских губерниях.

К 1845 году относится распоряжение Енисейского гражданского губернатора, в котором указывалось на необходимость сбора сведений о старинных постройках в одном из первых русских городов Сибири - Енисейске. Исполнение губернаторского распоряжения было возложено на учителя истории и географии окружного училища Василия Гашкевича. Результаты предпринятого поиска он отразил в рапорте, отправленном смотрителю училищ Енисейской губернии [3].

«Поручение ваше от 15 июля сего года, за №37, о доставлении господину Енисейскому гражданскому губернатору сведений: о развалинах острогов XVII столетия, о развалинах башен вокруг Енисейской соборной церкви и других древних предметах, заслуживающих внимания истории, я старался выполнить, предпринимая все возможные меры.

Испросив позволения у городских начальств открыть мне архивы некоторых присутственных мест, как то: думы, городского суда и духовного правления, я отыскивал в них всё, что могло касаться порученных мне предметов. Но в этих присутственных местах бумаг древнее нет, как с 1740-х годов - и то составленных почти из одних царских указов; не удовлетворив требованию предмета, я обратился к многим из енисейских жителей, у которых, как я слыхал, сохраняются древние документы и древние описания Енисейска, но на мои просьбы ответы получал я неудовлетворительные: некоторые из жителей точно имели древние описания Енисейска с планами и разными документами, но лишились их при передаче для чтения, другие же утратили во время пожара, истребившего почти весь город в средних годах царствования Екатерины II. Этот-то опустошительный пожар сжёг в то время до основания все почти присутственные места и древний деревянный острог, находившийся, как запомнили

80-летние старики (а их не более 10 в Енисейске), возле собора, где была и сторожевая башня - северная, близ самого берега Енисея; места же её нельзя теперь указать потому, что в последние 50 лет река эта чрезвычайно расширилась от разливания каждого года в весеннее время, берегов её по нескольку сажень. Что же касается других башен, тоже сторожевых, построенных казаками в XVII столетии на разных концах города для защиты его от татар и инородцев, я узнал от стариков Енисейска, что их было 4, все деревянные, совершенно разрушившиеся лет 70 тому назад. Не только развалин, но и самих мест, где они были построены, мне никто не мог указать - тем более, что при планировании города, в позднейшие времена, сделаны были во многих местах насыпи земли до 2-х аршин. Впрочем, одну башню, стоявшую при въезде в Енисейск из Красноярска, по мнению старика, описывают так: "Она была четвереугольная, до половины около 3-х сажень, потом еще возвышалась до 2-х сажень пирамидально, на верху пирамиды был шар, на котором утвержден был флюгер, башня была квадратная окружностью 10 сажень. Сквозь её был проезд; от основания до 2-х сажень вверх устроен потолок, между коим и основанием пирамиды была сторожевая комната с круглым окном". Башни эти находились по концам города на следующем расстоянии одна от другой: 1) с приезда в Енисейск из Красноярска, в конце нынешней Большой улицы при заставе - близ Абалакской кладбищенской церкви; 2) в конце Кяхтинской улицы тоже с приезду из Красноярска, расстоянием - от 1% версты; 3) на другом конце Большой улицы противоположная Абалакской, обращённая к западу, расстоянием от неё на 3%, а от северной соборной на 2 версты; 4) на Лубенках, части города, обращённой к лугу и лесу, на юге расстоянием от Кяхтинской на версты, а от западной на 2%. О других же предметах, заслуживающих внимание истории, я ещё собираю сведения, отыскиваю материалы, что и заставляет меня просить вас: исходатайствовать у господина гражданского губернатора о дозволении мне посещать архивы всех присутственных мест, особенно древней архивы городовой управы, дела которой сложены, как я слышал в 3 лавках гостиного двора».

Основной интерес поисков учителя В. Гашкевича, как видим из рапорта, составляли предметы истории, относившиеся к XVII веку. Постройки XVIII столетия, которыми был богат Енисейск, в то время ещё не относились к памятникам, так как вплоть до начала XX века к их числу причислялись лишь сооружения, возведённые до 1725 года, то есть до Петровского времени включительно [2, с. 64].

Необходимость охранять памятники древности правительство подтверждало достаточно регулярно в длинном ряде циркуляров. Например, в ноябре 1869 года из Техническо-строительного комитета министерства внутренних дел было отправлено очередное предписание начальникам сибирских губерний: «О доставлении в министерство описаний и чертежей памятников, крепостей, замков и других зданий древности» [4].

В нём сообщалось, что: «По действующему уставу строительному, т. XII св. зак. (по продол. 1868 г.), ст. 181 строжайше воспрещено, под ответственностью начальников губерний и местных полиций, разрушать остатки древних замков, крепостей, памятников и других зданий древности, и ст. 182, из зданий сего рода исправляются и починяются только те, в коих есть какие-либо помещения; в прочих же починиваются и поддерживаются только ворота. В случае необходимости сих исправлений, делается представление министру внутренних дел, с описанием повреждений и ветхости и с изъяснением, для чего именно исправление нужно. В виду этого закона, считаю долгом покорнейше просить ваше превосходительство доставить в министерство внутренних дел (по техническо-строительному комитету), подробное описание и чертежи всех памятников, крепостей и других зданий древности, находящихся в городах и селениях вверенной вам губернии, с объяснением прочности и мер, предпринимаемых местным начальством, к сохранению и исправному содержанию этих зданий» [4, л. 13]. В ответ на министерское предписание власти Томской губернии ограничились мерами по сбору сведений, составлению описаний и чертежей каменной крепости при городе Кузнецке (XVIII в.) и гранитного памятника в городе Барнауле, возведённого в 1826-1839 годах и посвящённого столетнему юбилею Колы-вано-Воскресенских заводов.

Зачастую местные власти не осознавали важность дела охранения наследия прошлого. В 1901 году министр внутренних дел обратился к губернаторам с предложением представить сведения о находившихся в их губерниях памятниках старины, но в ответ были получены «совершенно неточные данные, или вовсе не получены ответы из нескольких губерний и областей» [1, с. 111].

В 1910 году министерством внутренних дел был внесён на законодательное утверждение выработанный особой межведомственной комиссией проект положения об охране древностей. Проектом предусматривалось учреждение особого «комитета по охране древностей» и «расширение полномочий существовавших местных учёных архивных комиссий и учреждений, на которые комитетом могут быть возложены функции надзора» [5], но утверждение его не состоялось.

В декабре 1913 года в Москве проходил V всероссийский съезд зодчих, участники которого значительное внимание уделили вопросам изучения и сохранения памятников искусства и старины. Например, архитектор А.В. Щусев в своём докладе на тему «Защита и сохранение памятников искусства» предлагал образовать национальный фонд для охраны и реставрации памятников деревянного зодчества на дальнем Севере, а также указывал на необходимость «как можно скорее выработать инструкцию охраны памятников и разослать её по губерниям и епархиям» [6, с. 16]. На съезде поднимались вопросы о доработке проекта и принятии закона об охране памятников, о необходимости подготовки в высших специальных учебных

заведениях лиц для художественной и технической охраны и реставрации памятников. Основным методам охраны памятников посвятил свой доклад А.П. Аплаксин, в котором отмечал, что «способ охраны может быть или запретительный, или регистрационный, а работа по регистрации распадается на две части: отыскать памятник в архиве или на месте и затем закрепить его путем фотографирования, описания, составления чертежей по обмерам и рисункам» [6, с. 15]. Важное заявление на съезде сделал академик архитектуры П.П. Покрышкин, в котором указал на то, что «раскопки и реставрации, особенно живописные, - дело людей со специальными знаниями, а не туристов; такие меры скорее вредят старине, нежели её спасают» [7, с. 44].

На рубеже Х^-ХХ веков внимание исследователей старины устремилось к восточным окраинам России. Они публикуют первые научные работы о памятниках архитектуры Сибири: «Остатки Якутского острога и некоторые другие памятники деревянного зодчества в Сибири» (Султанов Н.В., 1907) [8], «Деревянное зодчество в Сибири» (Суслов В.В., 1910) [9], «О старинных домах и церквах в Иркутской губернии» (Серебренников И.И., 1912) [10] и «Памятники старинного деревянного зодчества в Иркутской губернии» (Серебренников И.И., 1915) [11]. Эти исследования положили начало процессу непосредственного изучения памятников архитектурно-градостроительного наследия Сибири, в них впервые были поставлены вопросы о сохранении культурного достояния в восточных районах страны. Например, И.И. Серебренников в своих публикациях отмечал, что «главнейшими памятниками старины Иркутской губернии, как, вероятно, и во всей Сибири, являются церкви, и что эти старинные церкви вместе с тем содержат в себе и много древних и ценных в историческом отношении предметов; церкви эти далеко не сохраняют и не оберегают с таким вниманием, которого они заслуживают» [10, с. 293].

В начале ХХ века активными участниками мероприятий по исследованию исторического наследия в восточных районах страны являлись представители сибирской научной интеллигенции, в частности, члены губернских отделений русского географического общества. Они не прекращали свои научные поиски даже в годы гражданской войны и в период послевоенного восстановления хозяйства сибирских губерний. В январе 1919 года в Томске работал съезд по организации Института исследования Сибири. Один из центральных докладов сделал известный исследователь истории искусства Б.П. Денике, который изложил «Задачи изучения и охраны памятников старинного деревянного зодчества Сибири». Он призывал «организовать на всём пространстве Сибири дело всестороннего изучения памятников деревянного зодчества... собирать архивные данные... литературные традиции... регистрировать памятники, фотографировать их... производить обмеры», делать «описания... особенностей стиля и технических приемов». Исследователь считал, что так как «время, пожары и человеческое невежество беспощадно уничтожают памятники

деревянного зодчества,... то необходимо... наряду с их изучением... немедленно возобновить на территории Сибири действие аппарата государственной охраны памятников художественной старины с правами Археологической комиссии». Б.П. Денике ратовал за создание Сибирского института изучения искусства, о запрещении вывоза ценностей культуры за границу, за создание «карточного каталога» всех предметов светского и церковного искусства. Его поддержали многие участники съезда, в том числе архитектор А.Д. Крячков, который был известен как активный исследователь сибирского архитектурного наследия [12].

В 1920 году в Енисейской губернии была образована комиссия по охране памятников искусства и старины под руководством писателя В.А. Итина. В числе направлений работы комиссии были организация и проведение экспедиций, которые в те годы охватили Енисейский район и Туруханский край, с целью регистрации «старинных церквей и зданий, интересных по зодчеству», а также для исследования традиционного жилища северных народов [13, с. 189].

В 1928 году к 300-летию Красноярска была издана брошюра ученого-краеведа В.А. Смирнова «Триста лет города Красноярска» [14], в которой автор предпринял попытку проанализировать эволюцию города со времени основания до 1920-х годов. Наряду с обзором социально-экономических процессов в брошюре давалась общая характеристика изменений городской застройки за три столетия и некоторых повлиявших на них факторов. В.А. Смирнов придерживался объективного отражения истории, подчеркивая многие положительные стороны развития дореволюционного Красноярска. Тем самым он указывал на значение исторической преемственности в эволюции города, которая могла бы способствовать поиску путей дальнейшего его развития. Однако в эпоху «всемирного» разрушения старого строя подобные взгляды, от которых, по выражению тогдашних критиков, веяло «духом социальной идиллии», естественно не были приняты. Брошюра о Красноярске на многие десятилетия исчезла из библиотек, а её автор погиб в тюремных застенках.

Идеология отчуждения от старого мира приобрела в тот «юбилейный» 1928 год практическое воплощение в Красноярске. По договору между районным транспортным потребительским обществом и государственным промышленно-строительным трестом последний принял на себя обязательства по «разборке кирпичной бывшей железнодорожной церкви», находившейся вблизи вокзала станции Красноярск [15]. Так железнодорожная Спасская церковь попала в ряд первых храмов Красноярска, уничтоженных в ХХ веке.

Всё более возраставшее пренебрежение к архитектурному наследию прошлого и неприятие преемственности культурно-исторического процесса вело к недооценке архитектуры и градостроительства дореволюционного периода в целом. Характерной в этом отношении была статья «Архитектура» в Сибирской Советской Энциклопедии, вышедшей в 1929 году, в которой архитектуре городов Сибири периода капитализма

давалась следующая оценка: «Центры сибирских городов являют образцы бесхарактерной застройки... Ряды доходных домов придают банальный, скучный вид главным улицам. Многие постройки этого времени должны быть отнесены к малограмотным как в техническом, так и в архитектурном отношении» [16]. В этой же статье старая застройка противопоставлялась новой, для которой она являлась досадным «общим фоном».

Проектировщики нового поколения в творческом стремлении создать наиболее образную картину будущего социалистического города полностью отвергали архитектурно-художественные элементы прежней городской среды, признавая её малоценной и типичной для большинства старых городов Сибири. Во многих проектах 1930-х годов за-печатлён этап градостроительной деятельности, связанный с наметившимся разрывом в преемственности формирования городов, который на несколько десятилетий замедлил работы по изучению и сохранению архитектурного наследия, привёл к значительным утратам национального историко-культурного достояния Сибири.

Литература

1. Гидони,А.И. Законодательная охрана памятников старины и произведений искусства. (По поводу правительственного законопроекта «об охране древностей»). Доклад, прочитанный 6 марта 1912 г. в Императорском С.-Петербургском обществе архитекторов / А.И. Гидони // Зодчий. Журнал архитектурный и художественно-технический, орган Императорского СПб общества архитекторов. - 18 марта 1912 г. - № 12. - С. 111-114.

2. Русское градостроительное искусство. Градостроительство России середины XIX - начала XX века. НИИ теории архитектуры и градостроительства / Е. И. Кириченко, М. В. Нащокина // Под общей редакцией Е. И. Кириченко. - М.: Прогресс-Традиция, 2001. - 340 с.

3. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 970. Оп. 1. Д. 1003. О развалинах острогов и сторожевых башен XVII столетия в городе Енисейске, 1845.

4. Государственный архив Томской области (ГАТО). Ф. 6. Оп. 1. Д. 1601. О доставлении описаний и чертежей памятников, крепостей, замков и других зданий древности, 1869.

5. Хроника // Зодчий. Журнал архитектурный и художественно-технический, орган Императорского СПб. общества архитекторов, - 17 октября 1910. - № 42. - С. 414.

6. Королёва, М. V всероссийский съезд зодчих / М. Королёва // Зодчий. Журнал архитектурный и художественно-технический, орган Императорского СПб. общества архитекторов. - 12 января 1914. - № 2. - С. 15-19.

7. Лукомский, Г. Вопросы старины и искусства на V съезде зодчих / Г. Лукомский // Зодчий. Журнал архитектурный и художественно-технический, орган Императорского СПб общества архитекторов. - 2 февраля 1914. - №5. - С. 43-45.

8. Султанов, Н.В. Остатки Якутского острога и некоторые другие памятники деревянного зодчества в Сибири / Н.В. Сул-

танов // Известия императорской Археологической комиссии и изображения. - СПб., 1907. - Вып. 24.

9. Суслов, В.В. Деревянное зодчество в Сибири / В.В. Суслов // История русского искусства / Под ред. И.Э. Грабаря. - Москва: Издание И. Кнебель, 1910. - Т. 1. - Вып. 4.

10. Серебренников, И.И. О старинных домах и церквах в Иркутской губернии / И.И. Серебренников // Сибирский архив. Журнал археологии, истории и этнографии Сибири. - Февраль 1912. - №4. - С. 273-295.

11. Серебренников, И.И. Памятники старинного деревянного зодчества в Иркутской губернии. - Иркутск, 1915. - 24 с.

12. Научная и исследовательская деятельность А. Д. Кряч-кова [Электронный ресурс]. URL: http://nsk.novosibdom.ru/ node/273 (дата обращения 9.02.2016).

13. Слабуха, А.В. Вопросы истории изучения и сохранения архитектурного наследия в Приенисейской Сибири / А.В. Слабуха // Город, пригодный для жизни: материалы II Международной научно-практической конференции «Современные проблемы архитектуры, градостроительства, дизайна» 12-14 ноября 2014. - Красноярск: Сиб. федер. ун-т, 2015. - С. 188-192.

14. Смирнов, В.А. Триста лет города Красноярска. 1628-1928. Издание городского Совета. - Красноярск, 1928.

15. Государственный архив Красноярского края (ГАКК). Ф. Р-376. Оп. 1. Д. 1. Договоры с предприятиями на строительство. 1928-1931.

16. Сибирская Советская Энциклопедия. - Новосибирск: Сиб. краевое изд., 1929. - Т. 1. - С. 151.

Literatura

1. GidoniA.I. Zakonodatel'naya ohrana pamyatnikov stariny i proizvedenij iskusstva. (Po povodu pravitel'stvennogo zakonoproekta «ob ohrane drevnostej»). Doklad, prochitannyj 6 marta 1912 g. v Imperatorskom S.-Peterburgskom obshhestve arhitektorov / A.I. Gidoni // Zodchij. Zhurnal arhitekturnyj i hudozhestvenno-tehnicheskij, organ Imperatorskogo SPb оbshhestva arhitektorov. - 18 marta 1912 g. - № 12. - S. 111-114.

2. Russkoe gradostroitel'noe iskusstvo. Gradostroitel'stvo Rossii serediny XIX - nachala XX veka. NII teorii arhitektury i gradostroitel'stva / E. I. Kirichenko, M. V. Nashhokina // Pod obshhej redakciej E. I. Kirichenko. - M.: Progress-Tradiciya, 2001. - 340 s.

3. Rossijskij gosudarstvennyj istoricheskij arhiv (RGIA). F. 970. Op. 1. D. 1003. O razvalinah ostrogov i storozhevyh bashen XVII stoletiya v gorode Enisejske, 1845.

4. Gosudarstvennyj arhiv Tomskoj oblasti (GATO). F. 6. Op. 1. D. 1601. O dostavlenii opisanij i chertezhej pamyatnikov, krepostej, zamkov i drugih zdanij drevnosti, 1869.

5. Hronika // Zodchij. Zhurnal arhitekturnyj i hudozhestvenno-tehnicheskij, organ Imperatorskogo SPb. obshhestva arhitektorov, 17 oktyabrya 1910. - № 42. - S. 414.

6. Koroleva M. V Vserossijskij s"ezd zodchih / M. Koroleva // Zodchij. Zhurnal arhitekturnyj i hudozhestvenno-tehnicheskij,

organ Imperatorskogo SPb. obshhestva arhitektorov. - 12 yanvarya 1914. - № 2. - S. 15-19.

7. LukomskijG. Voprosy stariny i iskusstva na V s"ezde zodchih / G. Lukomskij // Zodchij. Zhurnal arhitekturnyj i hudozhestvenno-tehnicheskij, organ Imperatorskogo SPb obshhestva arhitektorov. - 2 fevralya 1914. - №5. - S. 43-45.

8. Sultanov N.V. Ostatki Yakutskogo ostroga i nekotorye drugie pamyatniki derevyannogo zodchestva v Sibiri / N.V. Sultanov // Izvestiya imperatorskoj Arheologicheskoj komissii i izobrazheniya. - SPb., 1907. - Vyp. 24.

9. Suslov V. V. Derevyannoe zodchestvo v Sibiri / V.V. Suslov // Istoriya russkogo iskusstva / Pod red. I.E. Grabarya. - Moskva: Izdanie I. Knebel', 1910. - T. 1. - Vyp. 4.

10. SerebrennikovI.I. O starinnyh domah i cerkvah v Irkutskoj gubernii / I.I. Serebrennikov // Sibirskij arhiv. Zhurnal arheologii, istorii i etnografii Sibiri. - Irkutsk. - Fevral' 1912. - №4. - S. 273-295.

11. Serebrennikov I.I. Pamyatniki starinnogo derevyannogo zodchestva v Irkutskoj gubernii. - Irkutsk, 1915. - 24 s.

12. Nauchnaya i issledovatel'skaya deyatel'nost' A. D. Kryachkova [Elektronnyj resurs]. URL: http://nsk.novosibdom. ru/node/273 (data obrashheniya 9.02.2016).

13. Slabuha A.V. Voprosy istorii izucheniya i sohraneniya arhitekturnogo naslediya v Prienisejskoj Sibiri / A.V. Slabuha // Gorod, prigodnyj dlya zhizni: materialy II Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii «Sovremennye problemy arhitektury, gradostroitel'stva, dizajna» 12-14 noyabrya 2014. - Krasnoyarsk: Sib. feder. un-t, 2015. - S. 188-192.

14. Smirnov V.A. Trista let goroda Krasnoyarska. 1628-1928. Izdanie gorodskogo Soveta. - Krasnoyarsk, 1928.

15. Gosudarstvennyj arhiv Krasnoyarskogo kraya (GAKK). F. R-376. Op. 1. D. 1. Dogovory s predpriyatiyami na stroitel'stvo. 1928-1931.

16. Sibirskaya Sovetskaya Enciklopediya. - Novosibirsk: Sib. kraevoe izd., 1929. - T. 1. - S. 151.