Концепты свой - чужой в аспекте моделирования управленческого стиля общения

УДК 811.111'37

С.В. Мкртычян

КОНЦЕПТЫ СВОЙ - ЧУЖОЙ В АСПЕКТЕ МОДЕЛИРОВАНИЯ УПРАВЛЕНЧЕСКОГО СТИЛЯ ОБЩЕНИЯ

В статье обоснована стилеобразующая функция концептуальной оппозиции СВОЙ - ЧУЖОЙ в модели управленческого коммуникативного стиля; описаны результаты экспериментального исследования, направленного на реконструкцию данных концептов в аспекте социально стратифицированного управленческого общения.

Ключевые слова: стилеобразующая функция, концепты СВОЙ - ЧУЖОЙ, управленческий коммуникативный стиль, эксперимент, социальная стратификация, коммуникативная субкультура.

1. Концепт как объект лингвистического исследования

Акцентуация исследовательского внимания на понятии концепт и введение этого термина в активный научный оборот в конце XX - начале XXI вв. связано с общей тенденцией развития лингвистического знания. В настоящее время в гуманитарных науках концепт достигает пика употребительности и начинает использоваться в ином, нежели понятие, значении. Рассматриваясь в одном ряду с ментальной репрезентацией и форматом знания, концепт становится одним из центральных объектов исследования когнитивной лингвистики.

С целью упорядочения терминологического многообразия трактовки концепта классифицируются на различные подходы, которые сами по себе не решают проблему его терминологической размытости. В вводных замечаниях к настоящей статье сосредоточим внимание на отдельных теоретических положениях, послуживших основой для анализа экспериментального материала.

В работе З.Д. Поповой и И.А. Стернина «Понятие "концепт" в лингвистических исследованиях» определены следующие ключевые положения когнитивного моделирования концептов:

1) национальная концептосфера - совокупность категоризованных, обработанных, стандартизованных концептов в сознании народа (менее стандартизованы концептосферы различных социальных групп, а концептосферы индивидуального сознания вовсе не поддаются стандартизации);

2) семантическое пространство языка - часть национальной концептосферы, обозначенная языковыми средствами, названная в языке и представленная семемами и семами (т.е. значениями и компонентами значений); 3) актуализация концепта - включение концепта в мыслительную деятельность; 4) репрезентация концепта - выражение концептов в языке и различных текстовых формах [Попова, Стернин 2000: 28-29]. Первое

понятие авторы относят к сфере интересов когни-тологии, второе - лингвистики, третье - психолингвистики, четвертое - когнитивной лингвистики, справедливо добавляя при этом, что «перегородки весьма условны».

В.А. Маслова намечает три основных подхода к пониманию концепта [Маслова 2007: 42-43]:

1) концепт как основная ячейка культуры в ментальном мире человека. «При таком понимании термина "концепт" он является лишь вспомогательным средством - формой оязыковления сгустка культуры, концепта» [Маслова 2007: 43] (Ю.С. Степанов);

2) концепт как такая единица когнитивной лингвистики, содержание которой формируемая посредством семантики языкового знака (Н.Д. Арутюнова, Т.В. Булыгина, А.Д. Шмелев, Н.Ф. Але-фиренко);

3) концепт как результат «столкновения» значения слова с личным и народным опытом человека, как «посредник между словами и действительностью» (Д.С. Лихачев, Е.С. Кубряко-ва) [Маслова 2007: 43].

По мнению В.А. Масловой, основное расхождение этих подходов связано с разным видением роли языка в формировании концепта; объединяет их «утверждение неоспоримой связи языка и культуры» [Маслова 2007: 45].

В. И. Карасик пишет о лингвокогнитивном и лингвокультурологическом направлениях исследования концептов. «Лингвокогнитивный концепт - это направление от индивидуального сознания к культуре, а лингвокультурный концепт -это направление от культуры к индивидуальному сознанию <...>. Это разделение движения вовне и вовнутрь является исследовательским приемом, в реальности движение является целостным многомерным процессом» [Карасик 2002: 139].

Как бы ни отличались на первый взгляд различные определения этого модного понятия,

по мнению В. А. Пищальниковой, по сути они акцентируют то, что «для познавательного процесса существенно определение смыслового признака, который становится структурно доминирующим компонентом в условиях данной речевой деятельности, потому что именно этот признак лежит в основе процесса концептуализации» [Пищальни-кова 2007: 73]. «Концепт "накрывает" идеальные сущности, общим для которых является лишь "нематериальность" - принадлежность к области субъективного» [Воркачев 2003а: 12]. Ю.Е. Прохоров отмечает, что «при разных подходах к пониманию "концепта", и при использовании этого термина в разных научных дисциплинах под этим словом понимается - в принципе! - нечто схожее: нечто, что является и всеобъемлющим, и частным, всеобщим, национальным и личностным, что может быть - как кажется! - названо словом, но что безусловно шире своего имени» [Прохоров 2006: 285].

Среди многочисленных определений концепта и разнообразных подходов к его изучению в рамках настоящего исследования существенно наблюдение А.А. Залевской, которая указывает на то, что в целом термин концепт используется для обозначения как фрагмента индивидуального сознания, так и структуры коллективного знания, что позволяет разграничить «концепт как достояние индивида» и «концепт как инвариант», функционирующий в культуре [Залевская 2005: 410-411]. Это второе значение восходит к известному противопоставлению А. А. Потебни ближайшего и дальнейшего значения слова. Такой подход согласуется с позицией С.Д. Кацнельсона, который писал о формальных (соотносимых с обиходными знаниями и фиксирующимися в толковых словарях) и содержательных (соотносимых с научными знаниями и фиксирующимися в энциклопедических справочниках) понятиях. Развивая эту мысль, В.А. Пищальни-кова обращает внимание на переосмысление категории значения, следовательно, на ее иное модельное представление, что позволяет говорить о концепте как о «специфической модели значения, акцентирующей роль языкового значения в познавательных процессах» [Пищальникова 2007: 72].

Исходя из этого, примем рабочее определение концепта, релевантное целям и задачам настоящего исследования, посвященного моделированию управленческого стиля общения: концепт -это полиструктурная семантическая модель, которая отражает ценностные социокультурные доминанты поведения человека (в том числе и коммуникативного), в частности, в сфере дело-

вого общения. Эта модель значения служит для изучения «совокупного знания-переживания, которое формируется и функционирует в определенной лингвокультурной общности по законам психической деятельности и взаимодействий в сверхбольших системах» [Залевская 1992: 123] и представляет собою определенным образом структурированное «семантическое содержание ментальных репрезентаций» [Кубрякова 1996: 28].

Методика моделирования концепта тесно связана с вопросом о его содержании, реальности, структуре. В силу острой дискуссионности этот вопрос в современной лингвистике решается неоднозначно.

При общем взгляде на эту проблему трудно оспорить мнение, высказываемое большинством лингвистов, что эта методика во многом зависит от типа концепта. Так, успешное описание относительно несложных семантических единиц трудно поставить в один ряд с моделированием многокомпонентных ментальных объектов, обозначаемых абстрактными именами - «калейдоскопических концептов», таких как «долг», «порядочность», «совесть», которым приписывается свойство «текучести» [Бабушкин 1996: 63-67]. Эти концепты имеют нежесткую структуру, в силу чего их «структурное моделирование в принципе невозможно» [Стернин 1999: 15]. Кроме того, «концепты высшего уровня сопротивляются ти-пологизации по причине своей индивидуализиро-ванности - такие концепты телеологической направленности, как "счастье" и "любовь", например, не поддаются описанию в рамках однотипной матрицы» [Воркачев 2003а: 7].

Так или иначе «средством доступа к концептуальному знанию» является слово [Попова, Стернин 2007: 36], «самые важные концепты выражены в языке [Кубрякова 1996: 91], поэтому содержание любого концепта, по мысли Л. Витгенштейна, может быть описано посредством парадигмы употребления обозначающего его слова. Здесь добавим, что такое описание в силу «многослойности» самого концепта нельзя считать исчерпывающе полным. В любом случае, концепт, как правило, соотносится более чем с одной лексической единицей, и логическим завершением подобного подхода является его соотнесение с планом выражения всей совокупности разнородных синонимических (собственно лексических, фразеологических и афористических) единств, описывающих его в языке [Панченко 1999: 6], т.е. «в конечном итоге концепт соотносим с планом выражения лексико-семантической парадигмы» [Воркачев 2003б: 270].

З.Д. Попова и И.А. Стернин на основе свободных и направленных ассоциативных экспериментов разграничивают следующие макрокомпоненты концепта: 1) образный компонент - базовый образ универсального предметного кода по Н.И. Жинкину. Включает перцептивный образ, отражающий результаты восприятия референта концепта органами чувств, и когнитивный образ, отражающий связи концепта с другими концептами; 2) информационный минимум - совокупность дифференциальных признаков концепта, определяющих его основное содержание и отграничивающих его от сходных концептов; 3) энциклопедическая зона включает дополнительные по отношению к информационному содержанию концепта когнитивные признаки, конкретизирующие его, дополняющие его конкретными знаниями; 4) интерпретационное поле - совокупность когнитивных признаков, так или иначе интерпретирующих образ, информационный минимум и энциклопедическое содержание концепта. Включает утилитарную зону, которая объединяет когнитивные признаки, выражающие прагматическое отношение людей к референту концепта, общеоценочную зону, мифологическую зону (когнитивные признаки, приписываемые стереотипным сознанием), идентификационную зону (признаки, отождествляющие концепт с конкретным носителем) [Попова, Стернин 2007: 322-329].

В.А. Маслова для установления «смыслового объема концепта» предлагает придерживаться следующего порядка действий [Маслова 2007: 58-59]:

1) определить референтную ситуацию, к которой принадлежит концепт;

2) на основе словарной информации установить «ядро концепта»;

3) учесть особенности этимологии;

4) привлечь к анализу «самые разнообразные контексты: поэтические, научные, философские, публицистические, пословицы и поговорки и т.д.;

5) провести анализ ассоциативных связей ключевой лексемы;

6) проинтерпретировать концепт в живописи, музыке, скульптуре и т.д.

«Многомерность» концепта не позволяет концептологам прийти к единству мнений относительно числа семантических параметров, по которым может вестись его изучение: «сюда включаются как понятийное, так и образное, ценностное, поведенческое, этимологическое и культурное "измерения", из которых почти каждое может

иметь приоритетный статус в исследовании» [Вор-качев 2002: 82].

Рассматривая концепт как «некую абстракцию, обобщающую значения ряда своих языковых реализаций» и устанавливая зависимость между «конкретной формой концепта» и «интервалом абстракции», «в границах которого он качественно определен», С.Г. Воркачев выделяет «концепты-автохтоны, абстрагируемые от значений своих конкретных языковых реализаций», к числу которых относятся «универсальные концепты» [Воркачев 2003б: 272] (курсив мой. -С.М.). К числу «концептов-автохтонов» могут быть причислены концепты СВОЙ - ЧУЖОЙ, которые, детерминируя управленческий дискурс (см. об этом ниже), в определенном смысле абстрагированы от конкретных языковых реализаций и выступают как «функциональные ориентиры и опоры» (термин Л.В. Щербы).

В целом выбор методов и процедур реконструкции концепта зависит не только от особенностей его структуры, но в равной степени от целей и задач исследовательской рефлексии, что непосредственно обусловлено характером привлекаемого материала. Моделирование концептов, связанных с их бытованием в сознании современных носителей языка, целесообразно на основе экспериментальных методик исследования.

2. Концепты СВОЙ - ЧУЖОЙ в аспекте стилеобразования

Лингвистическое изучение категории стиля со времен античности имеет весьма длительную историю: от попыток определить субстанцию стиля в рамках языковых единиц до деятельност-ного применения языка, когда на первый план выходит актуальность мотивировки отбора вместо механичного анализа конечного, стилистически оформленного вида высказывания. При таком подходе стилистика должна вовлекать в поле своего интереса социально-психологические закономерности человеческого мышления и коммуникации с учетом того, что когнитивность «вработана» в систему языка, т.е. когнитивные структуры «определяют функционирование любых компонентов языковой системы [Баранов 2007: 294].

Изложим основания в пользу признания сти-леобразующей функции концептуальной оппозиции СВОЙ - ЧУЖОЙ в модели управленческого коммуникативного стиля (далее - УКС). Под УКС понимается типичная/типовая манера коммуникативной деятельности субъекта управленческо-

го дискурса (см. об этом подробно: [Мкртычян 2010]).

Исходным пунктом на пути поиска критериев «субстанции стиля» стала монография Т.Г. Винокур «О содержании некоторых стилистических понятий», в которой для определения стиля на первое место выдвигаются «реальные общественные взаимоотношения говорящего и слушающего» [Винокур 2009], и работа А.А. Леонтьева «Психология общения», где в психолингвистической модели порождения высказывания в качестве детерминирующего уровня рассматривается взаимодействие сотрудничающих личностей [Леонтьев 2005]. Взаимоотношения говорящих возможно смоделировать посредством диспозиции Я -ДРУГОЙ, где ДРУГОЙ есть СВОЙ - ЧУЖОЙ. В этом случае, безусловно, точкой отсчета выступает «идеологическая конструкция» Я, которая мыслится как «конечный неразложимый феномен, вторичное по отношению к структурам сознания явление, квазипредметное образование в смысле соотносимых с ним исходных структур сознания, элемент нашего обобщенно детерминистского описания, которое дает нам предметы и содержание отсчета» (курсив мой. - С.М.) [Мамар-дашвили, Пятигорский 1999: 78].

В модели УКС взаимоотношениям говорящих условно соотносится с точкой фиксирования концептуальной оппозиции (модель не тождественна объекту!), которая представляет собою социально-психологически обусловленную установку субъекта управленческого дискурса (руководителя), связанную с восприятием объекта управленческого дискурса (подчиненного) по всей амплитуде колебаний от «своего» к «чужому», что значительно детерминирует характер их взаимоотношений (см. подробно: [Мкртычян 2010]).

Таким образом, целесообразное коммуникативное взаимодействие опирается на принятые в социуме ценности и обусловливается установкой. Вслед за Д.Н. Узнадзе, мы исходим из того, что в основе всякого действия, в том числе речевого, лежит установка. Под установкой понимается «некоторое общее состояние, которое касается не отдельных каких-нибудь органов субъекта, а деятельности его как целого» [Узнадзе 2001: 59]. Именно установка обеспечивает программу поведения субъекта, соответствующую его потребностям.

Генеральная установка субъекта общения на воздействие, которая характеризует УКС в целом, есть прежде всего осознание им объекта как СВОЕГО - ЧУЖОГО. По ИМ. Сеченову, «перво-

начальная причина всякого поступка лежит всегда во внешнем чувственном возбуждении [Сеченов 2001: 95]. Чувственное возбуждение имеет субъективный характер, поскольку «системные ощущения у здорового человека всегда очень темны, неопределенны и нерасчленимы, то дело редко доходит до различения в субъективном придатке составных частей» [Op. cit.: 318]. Для него в человеческой речи не оказывается частных обозначений «и он прикрывается уже у ребенка родовым знаком я [Op. cit.: 319]. «Конечному неразложимому феномену» (по М.К. Мамардашвили) Я противопоставляется грань СВОЕГО - ЧУЖОГО именно через Я.

Взаимодействие со СВОИМ - ЧУЖИМ, принимая реккурентный характер, рефлекторно формирует у субъекта управленческого дискурса определенную «фиксированную установку». В этом смысле объект представляется в значительной степени идеализированным («стерильным собеседником»). При этом ситуативные воздействия не игнорируются, поскольку, по Д.Н. Узнадзе, «одна и та же фиксированная установка может лежать в основе одинакового переживания ряда различных, но близко стоящих друг от друга объективных содержаний. Установка в этом случае обусловливает идентификацию в переживаниях ряда сравнительно незначительно различных ситуаций» [Узнадзе 2001: 34].

Для возникновения установки достаточно двух условий: наличия актуальный потребностей и ситуации их удовлетворения. Потребность «можно квалифицировать как всякое состояние психофизического организма, который, нуждаясь в изменениях окружающей среды, дает импульсы к необходимой для этой цели активности» [Op. cit.: 43]. По этой причине установка «не относится к категории врожденных, раз и навсегда данных сущностей, потому что как понятие потребности, так и среды относятся к группе явлений, зависимых от постоянно меняющихся условий существования организма» [Op. cit.: 203]. Возникновение установки происходит не только под воздействием отрезка актуальной действительности, но и «идейного содержания». «Ничто не мешает нам считать, что достаточно воздействия хотя бы только идеи на субъекта, чтобы в нем, в соответствующих условиях, проявилась соответствующая установка» [Op. cit.: 398]. Концептуальная оппозиция СВОЙ - ЧУЖОЙ, как любая концептуальная система, опирается на принятые ценностные ориентиры. Вероятно, в отношении фиксированных установок, касающихся социального

взаимодействия, можно признать комплексный характер причин их возникновения.

Два уровня психической жизни - уровень установки и уровень объективации - можно соотнести с фиксированием концептуальной оппозиции в точке, имеющей характер уровня установки, и с амплификацией точки фиксирования концептуальной оппозиции, соотносимой с уровнем объективации в конкретной ситуации.

Согласование модели УКС с учением об установке Д.Н. Узнадзе представляется закономерным в силу того, что «у каждого выработаны свои особые фиксированные установки, которые так или иначе, с большей или меньшей очевидностью проявляются и становятся основой готовности к деятельности в соответствующих условиях и в определенном направлении» (курсив мой. -С М.) [Op. cit.: 356].

Вышеизложенное логично дополняет понимание стиля как «коннотативного аспекта строения языковой системы» [Ревзина 2004: 16], что направляет вектор исследовательского внимания не на изучение перечня стилистически маркированных языковых средств, а на понимание «закономерностей строения коннотативной системы языка» в аспекте когнитивной науки и «выявление закономерностей формирования коннотатив-ного аспекта дискурса» [Op. cit.: 19] в аспекте психолингвистики (курсив мой. - С.М.).

Опосредованность стилистического выбора характером отношений между субъектом и объектом управленческого дискурса (руководитель -подчиненный) является основным аргументом в пользу соотнесения отношений подобного рода с концептуальной оппозицией СВОЙ - ЧУЖОЙ, позволяющей детализировать фазу создания образа результата действия в известных моделях речемыс-лительного процесса применительно к управленческому дискурсу (см. подробно: [Мкртычян 2010]).

3. Результаты экспериментального исследования

Рабочая гипотеза исследования заключается в следующих предположениях:

- концептуальная оппозиция СВОЙ -ЧУЖОЙ персонифицируется и, в частности, отождествляется с РУКОВОДИТЕЛЕМ - ПОДЧИНЕННЫМ, которые являются непосредственными участниками управленческого дискурса, а слова «руководитель», «подчиненный» приобретают статус значимых для модели УКС концептов, соотносимых с концептами СВОЙ - ЧУЖОЙ.

- в речевом обиходе слова РУКОВОДИТЕЛЬ - ПОДЧИНЕННЫЙ увязываются не с де-

нотативным значением, представленным в словарях, а с актуальными «переживаниями», формирующими «поле представлений и оценок» [Залев-ская 2010: 176], обладающих личностно и социально стратифицированной окраской, что отражается в ассоциативно-вербальной сети.

В качестве экспериментальных процедур использовался свободный и направленный ассоциативные эксперименты.

В экспериментах принимало участие около 1150 человек в возрасте от 25 до 55 лет, являющихся представителями трех социальных сфер: военной (офицеры Военной академии воздушно-космической обороны им. Маршала Г.К. Жукова), бюджетной (сотрудники Регистрационной палаты Тверской области, государственной таможни, фонда имущества областной Администрации тверской области, гражданский преподавательский состав кафедры русского языка ВА ВКО) и коммерческой (сотрудники Центра Правовой Информации «Консультант», ЗАО «Диэлектрические кабельные системы», Тверского издательского дома «Глаголъ», топливно-энергетической компании «Тверьрегионторф», юридической фирмы «РЭС», ООО «Диконт-Медиа. Тверь», саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Континент», туристического агентства «Мир», ООО «Тверской экономико-правовой центр»).

На первом этапе был проведен направленный ассоциативный эксперимент, в котором принимало участие около 90 человек (примерно по 30 из каждой социальной группы). Испытуемым было предложено ответить на следующие вопросы: «Кто для Вас в деловом общении СВОЙ?», «Кто для Вас в деловом общении ЧУЖОЙ?».

Результаты эксперимента позволяют убедиться в наличии эксплицированной оценочности оппозиции СВОЙ - ЧУЖОЙ. Представители всех социальных сфер СВОИМ - ЧУЖИМ называют друга (товарища) / врага, противника, человека определенного свойства (свой парень, надежный человек, хороший человек, который хорошо знает дело, если начальник человек, то он свой / халявщик, недруг, ворюга, хапуга, высокомерный человек, тупица, хам), человека определенной должности (кладовщик, работник столовой, маркетолог, креативный директор / директор по развитию, бухгалтер), конкретного человека (сотрудники нашего отдела, наш РУКОВОДИТЕЛЬ / начальник нашего отдела), руководителя. Любопытно, что РУКОВОДИТЕЛЬ мыслится то как СВОЙ - 2 ассоциата (если начальник

человек, то он свой, наш руководитель), то как ЧУЖОЙ - 9 ассоциатов (начальник). Представители бюджетной сферы чаще видят в руководителе ЧУЖОГО (7 ассоциатов).

На втором этапе был проведен свободный ассоциативный эксперимент, в котором принимало участие примерно по 40 человек из каждой социальной группы. Испытуемым было дано задание зафиксировать свои ассоциаты на стимулы РУКОВОДИТЕЛЬ, ПОДЧИНЕННЫЙ.

Ассоциаты на стимул РУКОВОДИТЕЛЬ Военнослужащие: крик, грозный, вечно недовольный, толстое брюхо, аккуратность, лоск, представительность, требовательность, строгость 12, справедливость 3, хорошее здоровье, уставной хам, серьезный 5, властное поведение, можно все, твердый, хозяин своего слова, специалист, лидер, спорт, подтянутость 7, опрятность 8, крупные звезды, красная дорожка, не получите представления о начальнике, командный голос.

Представители бюджетной сферы: такт, интересная внешность, опыт, организованность, очки, деловой костюм, папка с бумагами, разговор по телефону, строгий взгляд, вечно занят, бумаги, указка, бумажки, банк, шум, собрание, уверенность, стакан воды, конфеты - коньяки, компьютер, внимательные глаза, сигареты, каблучки, нервы, разборки, разносы, апломб.

Представители коммерческой сферы: собранность, рациональность, организованность, сам, запах кофе, возраст от 35 до 45, современность, импозантность, дорогой автомобиль, костюм, свежевыбрит, оптимизм, кожаное кресло, «Parker», розовая помада, хорошая прическа, отец родной, ум, луч света, грозная улыбка, стук кулаком по столу, справедливость, доверие, рвач, мозг, умеет решать все проблемы, авторитет, гибкий ум.

Ассоциаты на стимул ПОДЧИНЕННЫЙ Военнослужащие: исполнительность, дисциплинированность, аккуратность, Устав, легкая придурковатость, подтянутость, опрятность, фуражка, храбрость, преданность, субординация, показывать, что ты глупее начальника, ишак, спорт, громкий голос, работяга, хорошее здоровье, сачек, груша для битья, форма, прогибанье, немногословие, куда-то спешит, озадаченность, слуга, одет в х/б, терпение, прогибчивость, умение молчать, комната в общежитии.

Представители бюджетной сферы:. дисциплинированность, отчет, аккуратность, глаза и уши, премия, пленник по доброй воле, документы,

факс, компьютер, пунктуальность, ум, компетентность, сдержанность, конфликт с посетителями, оголенные нервы, очереди на прием, запарка, некогда поесть, скорей домой, низкая зарплата, облупленный потолок в кабинете, каждый за себя, винтик-болтик, потухший взгляд, карьеризм, профессионализм, польза людям.

Представители коммерческой сферы: улыб-чивость, доброжелательность, приятный голос, креатив, корпоратив, белая блузка, мечта об обеде, чувство локтя, цветные шарики по случаю праздника, ухоженные руки, ответственность за компанию, корабль (хорошо, если не «Титаник»), круговая порука, оргтехника, заказы, белка в колесе, любовь к клиентам, улыбка до судорог, себе не принадлежит, расслабуха на тренинге, ровные зубы, энергичность, взаимопомощь.

При интерпретации результатов эксперимента мы опирались на следующий тезис А.А. За-левской: «идентификация исходного слова в условиях свободного ассоциативного эксперимента, как и идентификация первого слова нового сообщения в условиях коммуникации (при отсутствии контекста и ситуации), представляет собой актуализацию наиболее вероятного для данного испытуемого (или слушателя) соответствия между предъявляемой ему словоформой и одной из единиц глубинного лексикона. <...> в ассоциативном эксперименте, как и в реальной ситуации общения, находит свое отражение не только вероятностная оценка, складывающаяся на основании всего предшествующего речевого опыта индивида, но и наиболее яркие и близкие во времени впечатления и ситуации, направляющие процесс актуализации связи между формой и значением слова по тому или иному пути» [Залевская 1982: 11].

Ассоциативно-вербальная сеть не может зеркально отражать образ сознания. Ассоциаты к стимулам РУКОВОДИТЕЛЬ и ПОДЧИНЕННЫЙ дают нам в первом приближении представление о социальном потребностно ориентированном «слое» этих концептов.

На заключительном этапе исследования был проведен направленный ассоциативный эксперимент. Испытуемым было предложено назвать качества, которые должны / не должны быть присущи руководителю и подчиненному. Результаты эксперимента представлены ниже.

Качества, которые должны быть у руководителя

Военнослужащие: требовательность 12, справедливость 10, ответственность 10, грамотность 8, ум (высокие умственные способно-

сти) 8, решительность 8, воля 8, тактичность 7, авторитет 6, сдержанность 6, патриотизм 4, уважение к подчиненным (уважение к людям) 4, заботящийся о подчиненных (забота о подчиненных) 4, корректность 2, опрятность, воспитанность, профессионализм, честность, умение выслушать, оптимизм, талант, коммуникабельность, подтянутость, порядочность, целеустремленность, вежливость, надежность, уверенность, желание оказывать подчиненным помощь, трезвость мысли, организаторские способности.

Представители бюджетной сферы: ответственность 10, справедливость 9, компетентность (профессионализм) 9, уравновешенность 6, умение выслушать 3, организаторские способности, мудрость, жизненный опыт, умение решать проблемы, умение найти подход к людям, организованность, тактичность, деликатность, умение четко поставить задачу, внимание к подчиненным, собранность, активность, позитивность, оптимистичность, аккуратность, активная позиция, требовательный, инициативный, честность, умение за своими интересами видеть интересы коллектива, воля, корректность, толерантность, хладнокровие, организованность, организаторские способности, энергичность, знание психологии, требовательность, пунктуальность, чувство юмора, снисходительность, ум, терпение.

Представители коммерческой сферы: ха-

ризматичность 10, энергичность 8, умение общаться с людьми (коммуникабельность, общительность) 7, дальновидность 6, оптимистич-ность 4, чувство юмора 2, чувство рыночной конъюнктуры, креатив, ум, гибкость, предприимчивость, умение делегировать полномочия, терпимость, умение замотивировать подчиненных, стратегическое мышление, последовательность, справедливость, активность, авторитет, организованность, умение планировать, умение видеть на несколько шагов вперед, внимательность, ответственность, сдержанность, работоспособность, неконфликтность, рассудительность, человечность, гуманность, организаторские способности, корректность, внимательность, внимание к подчиненным, компетентность, тактичность, хорошая память, требовательность, умение планировать свое время, умение оценить работу сотрудника, объективность.

Качества, которых НЕ должно быть у руководителя

Военнослужащие: хамство 15, грубость 10, мстительность 9, чванство 4, безграмотный 3,

ложь (бесчестный, нечестный) 3, алкоголизм 3, жесткость 2, бездарность 2, непорядочность, пассивность 2, некомпетентность 2, равнодушие 2, неуверенность 2, необразованность 2, лень 2, деспотичность 2, циничность, заносчивость, несдержанный, корысть, нетребовательный, не вникающий в нужды, нерешительность, малодушие, мягкость, личная распущенность, несправедливость, трусость, зависть, пессимизм, неряшливость, вспыльчивость, гордость, заносчивость, безответственность, тупость, ханжество, жестокость, поверхностность, мелочность, очковтирательство.

Представители бюджетной сферы: высокомерие 6, мстительность 5, лицемерие 4, взяточничество 4, агрессия 3, бестактность 3, равнодушие 3, циничность 3, тупость 3, формализм 3, пессимистичность 3, легкомыслие, поверхностность, грубость, хамство, раздражительность, спесь, самодурство, несправедливость, неуважение к подчиненным, непрофессионализм, любовь к подхалимам, апатия, безнравственность, непорядочность, панибратство, доверчивость, наивность, наглость, заносчивость, злобность.

Представители коммерческой сферы: косность 7, раздражительность 6, недальновидность 5, самовлюбленность, прожектерство, зашоренность, хамство, обман, надменность, высокомерие, конфликтность, вникание в мелочи, спесивость, агрессивность, нерассудительность, предвзятость, неумение управлять своим временем, отсутствие организаторских навыков, тупость, неумение делегировать полномочия, нервозность, заносчивость, мягкотелость, бесхребетность, вялость.

Качества, которые должны быть у подчиненного

Военнослужащие: исполнительный 18, усердие 12, опрятность 10, дисциплинированность 8, грамотный (техническая грамотность) 6, ответственность 6, желание помочь, открытость, аккуратность, тактичность, честный, коммуникабельный, терпеливый, решительность, организованность, мужественность, профессионализм, патриотизм, целеустремленность, преданность делу, верность, добросовестность, придурковатость, умение приспособиться.

Представители бюджетной сферы: ответственность 11, аккуратность 9, организованность 9, компетентность (профессионализм) 6, дисциплинированность 5, исполнительность 3, пунктуальность 3, гибкость11, творческое отношение к поставленной задаче, хорошая память,

глубокие знания, уважительное отношение к коллегам, организованность, чувство, юмора, трудолюбие, адаптивность, порядочность, способность понять поставленную задачу, тактичность, корректность, доброжелательность

Представители коммерческой сферы: инициативность 12, работоспособность 11, исполнительность 8, дисциплинированность 6, ответственность 6, гибкость (адаптивность) 4, дружелюбие 3, открытость, лояльность к компании, готовность к изменениям, честность, порядочность, самокритичность, компетентность, опыт, способность к развитию, способность к обучению, чувство собственного достоинства, разумность, аккуратность, спокойствие, хороший специалист, стрессоустойчивость, общительность, желание развиваться самому и развивать компанию, умение работать в команде, знать свои сильные и слабые стороны как специалиста, стремиться к росту, умение держать себя в руках, обладать чувством взаимопомощи, желание работать.

Качества, которых НЕ должно быть у подчиненного

Военнослужащие: неисполнительный 13, лень 10, пьянство (алкоголизм) 9, безответственность 8, хамство 5, ложь 4, трусость 3, тупость 3, равнодушие 3, грубость 2, небрежность 2, воровство, вороватость, обман, глупость, некоммуникабельный, нетерпеливый, неряшливость, вспыльчивость, чванство, нетактичность, безграмотный, неповоротливость, некомпетентность, непунктуальность, жесткость, эгоизм, апатия, нечестность, злость, жадность, разгильдяйство, недисциплинированность, подхалимаж, неуважение к товарищам, вредные привычки, пессимизм, показушность, очковтирательство.

Представители бюджетной сферы: безответственность 8, лень 6, неорганизованность 6, непунктуальность 5, неисполнительность 5, взяточничество 5, пассивность 2, непрофессионализм 2, разгильдяйство 2, забывчивость, подхалимаж, расхлябанность, льстивость, грубость, непрофессионализм, неряшливость, распущенность, небрежность, неаккуратность, наглость, беспринципность, хамство, лживость, вспыльчивость, иждивенчество, равнодушие, тупость, агрессия.

Представители коммерческой сферы: инертность 13, незаинтересованность в работе 10, безответственность 10, лживость 10, лень 8, недисциплинированность 4, агрессивность, на-

плевательское отношение, бестактность, неаккуратность, некорректность, недружелюбие, косность, вспыльчивость, тупость, склочность, иждивенчество, равнодушие, невнимательность, наивность, необщительность, поверхностность, агрессивность, неорганизованность, зависть, нервозность, неуверенность, неумение работать в команде, неисполнительность.

Приведенные выше результаты исследования позволяют реконструировать представления о руководителе и подчиненном в топографическом аспекте с учетом особенностей корпоративной субкультуры представителей трех социальных сфер. Обобщим их.

1. Представители всех социальных категорий, характеризуя типичный образ «своего» руководителя и подчиненного, существенно совпали в ответах (соответственно 8 и 6 совпадений), т.е. образ руководителя для испытуемых более отчетлив. Ими названы качества, прежде всего связанные с межличностными отношениями (справедливость 20, требовательность 14, тактичность (корректность) 13, организаторские способности 3). Во вторую очередь названы такие качества, как ответственность 21, ум 10, оптимистич-ность 6.

2. Межличностный компонент является доминирующим при перечислении качеств, которых не должно быть у руководителя (3 из 4): хамство 17, лживость 4, заносчивость 3. При сопоставлении с образом идеального подчиненного картина иная: межличностный компонент вторичен. Вероятно, это связано с тем, что, называя качества, которых не должно быть, испытуемые в первую очередь акцентировали внимание на тех, которые скорее всего актуализированы (по аналогии военнослужащие отмечают у руководителя хамство 15, грубость 10 как следствие жесткой иерархичности в управлении; представители коммерческой сферы - косность 7, недальновидность 5, которые весьма существенно влияют на успешность бизнеса).

3. Между ответами представителей различных социальных сфер обнаружены сходства. При перечислении должных качеств руководителя ответы примерно соразмерны - по 3-4 общих между представителями каждой из пар групп (см. рис. 1), что не позволяет маркировать какие-то определенные сферы как более близкие в этом отношении. При перечислении не должных качеств существенно сближаются ответы военнослужащих и представителей бюджетной сферы (12 совпадений против двух и четырех совпадений между

другими сферами). Вероятно, многие из них связаны с особенностями забюрократизированной иерархической системы с четкими субординационными связями, например, очковтирательство, циничность, деспотичность, мстительность, равнодушие, пессимистичность, поверхностность. Любопытен тот факт, что при характеристике «своего» подчиненного оказались в большей степени сходными ответы военнослужащих и представителей коммерческой сферы. Зафиксировано 5 общих качеств: преданность, открытость, общительность, честность, взаимопомощь - которые могут рассматриваться как «командные», что свойственно именно этим двум социальным сферам.

4. Характеризуя руководителя и подчиненного, испытуемые назвали большое количество качеств, не повторяющихся в ответах представителей других социальных сфер. Многие из них было бы сомнительно напрямую связывать с особенностями корпоративной субкультуры. Например, у военнослужащих: порядочность, целеустремленность, грамотность; чванство, зависть, вспыльчивость, у представителей бюджетной сферы: собранность, деликатность, уравновешенность; наглость, злобность, доверчивость, у представителей коммерческой сферы: человечность, объективность, неконфликтность; надменность, конфликтность, вялость. Некоторые качества можно было бы предположительно считать социально маркированными, например, у военнослужащих: патриотизм, подтянутость, усердие, опрятность, жесткость, алкоголизм, подхалимаж; у представителей бюджетной сферы: пунктуальность, аккуратность, формализм, любовь к подхалимам, взяточничество; у представителей коммерческой сферы: стратегическое мышление, умение замотивировать подчиненных, харизматичность, инициативность, неумение делегировать полномочия, неумение управлять временем, неумение работать в команде.

Таким образом, при построении модели УКС обращение к концептуальной оппозиции СВОЙ - ЧУЖОЙ обусловлено ее стилеобразую-щей функцией. «Схватывание» субстанции УКС непосредственно связано с характером взаимоотношений участников управленческого дискурса, описание которых в лингвистическом аспекте возможно посредством фиксации того, что «лежит» за концептами РУКОВОДИТЕЛЬ - ПОДЧИНЕННЫЙ.

Исследование «живого» значения слова с помощью экспериментальных методик приводит к заключению, что концепты СВОЙ - ЧУЖОЙ не могут рассматриваться как нечто застывшее, окончательно сформированное. В различных социальных стратах они приобретают ту или иную акцентуацию в зависимости от обусловленности характером деятельности, социальной субкультурой и прочими факторами. Концептуальные несоответствия имеют место не только в диахронии, но и на одном синхронном срезе в зависимости от «топологии» самого концепта в социальных стратах, поскольку за вербальными ассоциациями «лежит многогранный опыт (чувственный и рациональный, индивидуальный и социальный), обеспечивающий "выход" на картину мира во всем многообразии связей и отношений, свойственных последнему» [Залевская 1988: 33].

Список литературы

Бабушкин А.П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 1996.

Баранов А.Н., Добровольский Д.О. Постулаты когнитивной лингвистики // Изв. РАН. Сер. лит. и яз. М.: ИЯ РАН, 1997. Т. 56. № 1. С.22-32.

Винокур Т.Г. О содержании некоторых стилистических понятий. М.: Кн. дом «ЛИБРО-КОМ», 2009.

Воркачев С. Г. Методологические основания лингвоконцептологии // Теоретическая и прикладная лингвистика. Вып. 3. Аспекты метаком-муникативной деятельности. Воронеж, 2002. С.79-95.

Воркачев С.Г. Концепт как «зонтиковый термин» // Язык, сознание, коммуникация. Вып. 24. М.: ИЯ РАН, 2003а. С. 5-12.

Воркачев С.Г. Культурный концепт и значение // Труды Кубанского государственного технологического университета. Сер. Гуманитарные науки. Т. 17. Вып. 2. Краснодар, 2003б. С. 268-276.

Залевская А.А. Психолингвистические проблемы семантики слова. Калинин: КГУ, 1982.

Залевская А.А. Понимание текста: психолингвистический подход. Калинин: КГУ, 1988.

Залевская А.А. Индивидуальное знание. Специфика и принципы функционирования. Калинин: КГУ, 1992.

Залевская А.А. Психолингвистические исследования. Слово. Текст. М.: Гнозис, 2005.

Залевская А.А. Значение слова в зеркале психолингвистического портретирования // Вестн. Твер. гос. ун-та. Тверь: ТвГУ, 2010. № 5. Сер. «Филология». Вып. 3. С. 175-193.

Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград: Перемена, 2002.

Кубрякова Е.С. и др. Краткий словарь когнитивных терминов. М.: Изд-во МГУ, 1996.

Леонтьев А.А. Психология общения. М.: Смысл; Изд. центр «Академия», 2005.

Мамардашвили М.К., Пятигорский А.М. Символ и сознание. Метафизические рассуждения о сознании, символике и языке. М.: Языки русской культуры, 1999.

Маслова В.А. Введение в когнитивную лингвистику. М.: Флинта: Наука, 2007.

Мкртычян С.В. Устный деловой дискурс. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2009.

Мкртычян С.В. Концепты-оппозиты «СВОЙ» - «ЧУЖОЙ» через призму российской деловой культуры // Горизонты психолингвистики: материалы междунар. науч.-практ. конф., посвященной 80-летию проф., заслуженного деятеля науки РФ А.А. Залевской. 23-24 октября 2009 г. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2009. С. 185-190.

Мкртычян С.В. Моделирование управленческого коммуникативного стиля в когнитивном

аспекте // Вестн. Твер. гос. ун-та. Сер. Филология. 2010. № 5. Вып. 3 Лингвистика и межкультурная коммуникация. С. 74-96.

Панченко П.Н. Средства объективации концепта «обман» (на материале английского и русского языков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 1999.

Пищальникова В.А. История и теория психолингвистики. Ч. 2. Этнопсихолингвистика. М.: Московский гос. лингв. ун-т, 2007.

Попова З.Д., Стернин И.А. Понятие «концепт» в лингвистических исследованиях. Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 2000.

Прохоров Ю.Е. Язык, текст, дискурс в структуре и содержании коммуникации: дис. . докт. филол. наук. М.; Екатеринбург, 2006.

Ревзина О.Г. Лингвистика XXI века: на путях к целостности теории языка // Критика и семиотика. Вып. 7. М.: Изд-во МГУ, 2004. С. 11-20.

Сеченов И.М. Элементы мысли. СПб.: Питер, 2001.

Стернин И.А. Концепт и языковая семантика // Филология и культура: Тезисы 11-й Междунар. конф. Тамбов: Изд-во Тамб. гос. ун-та, 1999. Ч. 1.С. 19-21.

Узнадзе Д.Н. Психология установки. СПб.: Питер, 2001.

S.V. Mkrtytchian

THE CONCEPTS MINE - ALIEN IN THE FOCUS OF MODELING THE ADMINISTRATIVE COMMUNICATIVE STYLE

The article grounds the style-forming function of the conceptual system MINE - ALIEN in the model of administrative communicative style, the results of experimental studies of operational layer of the concepts in the focus of socially stratified administrative communication are outlined.

Key words: style-forming function, conceptual system MINE - ALIEN, administrative communicative style, experiment, social stratification, communicative subculture.