Проблемы культурогенеза средней бронзы лесной полосы Среднего Поволжья

АРХЕОЛОГИЯ

УДК 930. 26

ПРОБЛЕМЫ КУЛЬТУРОГЕНЕЗА СРЕДНЕЙ БРОНЗЫ ЛЕСНОЙ ПОЛОСЫ СРЕДНЕГО ПОВОЛЖЬЯ

2007 С.В.Большов

Марийский научно-исследовательский институт языка, литературы и истории

им. В.М.Васильева

В статье рассматриваются основные проблемы культурогенеза средней бронзы севера Среднего Поволжья. Местные волосовские племена на позднем этапе развития вступают в эпоху раннего металла в результате проникновения в регион племен с традициями развитой бронзы. Культурогенез в регионе носит дискретный характер. Складывание нового культурогенетического образования при взаимодействии во-лосовских, балановских и атликасинских племен было нарушено вторжением в регион сейминско-турбинских племен.

Начало эпохи раннего металла (ЭРМ) на севере Среднего Поволжья связано с существованием здесь волосовской культуры. На развитом и позднем этапах культуры отмечается проникновение в регион балановских и атликасинских племен (А.Х.Халиков). Ранние их контакты фиксируются на таких поселениях, как Удельный Шумец VII, Нижняя Стрелка IV. Отличительная черта этих памятников - отсутствие на них керамики с валиком и «змейкой» (Б.С.Соловьев).

Рассматривая проникновение племен шнуровой керамики на территорию, занятую поздне-волосовскими племенами, В.М.Массон отмечал, что в результате этого проникновения происходило не только вытеснение волосовского населения, но и его частичная ассимиляция. Он полагал, что культурная и хозяйственная трансформация явились результатом не столько внешних импульсов, сколько определялись прямым переселением групп населения с новыми стандартами и эталонами [1, С. 6]. Такой же точки зрения придерживался и В.Ф.Генинг, который считал, что проникновение отдельных групп скотоводов на южную окраину леса не привело к хозяйственному сдвигу у культур Восточной Европы. А произошло это только с проникновением скотоводства и переселением самих скотоводов [2, С. 20]. Подобные процессы наблюдаются и в лесной зоне Среднего Поволжья, где хозяйственные изменения у местных племен охотников и рыболовов происходят в результате переселения сюда

скотоводческих племен с традициями эпохи развитой бронзы.

При анализе археологических материалов волосовских поселений используется такой термин, как «культурный комплекс». Культурный комплекс (по Л.С.Клейну) является системой, которая состоит из значительного числа существенных типов, связанных сильной корреляцией и относящихся, по крайней мере, к нескольким из важнейших категорий археологического материала. Совокупность замкнутых комплексов, объединенных и отличающихся от других исключительным или преобладающим проявлением одного культурного комплекса или отдельных, но характерных для него сложных компонентов является культурной группой [3, С 170, 375, 390].

Выделение культурных комплексов дает возможность осуществить формирование культурных групп поселений и типологического горизонта волосовских памятников ЭРМ. Это позволяет не только зафиксировать определенные закономерности в материале, но и проследить динамику и направление векторов развития. После установления типологических горизонтов появляется возможность перехода к построениям горизонтов хронологических и к более высокому уровню археологического познания. Таким образом, осуществляется выделение типолого-хронологичес-кого горизонта волосовских поселений ЭРМ.

На позднем и завершающем этапе развития средневолжской волосовской культуры в организации поселений и домостроительстве продолжаются волосовские традиции. Достигает совершенства технология обработки кремня. Но вместе с этим в материальной культуре отмечается и ряд новых черт. Так, в керамике появляются (при сохранении предыдущих технологических традиций) новые формы сосудов и новые орнаментальные мотивы, характерные для фатьяновско-баланов-ских племен. Появление металлообработки также свидетельствует о том, что местные племена перенимают новые технологии у пришельцев. На позднем этапе волосовцы уже окончательно осваивают плавку меди: на Панфиловской, V Удельно-Шумецкой кроме обломков тиглей и шлаков найдены также ножи, шилья и фрагменты украшений. И все же, несмотря на появление у племен волосовской культуры определенных навыков металлообработки, нельзя утверждать о переходе волосовцев к новой экономической модели - хозяйству производящего типа. У волосовцев и на позднем этапе развития продолжают сохраняться неолитические традиции. Выделяются артефакты, составляющие культурный комплекс и свидетельствующие о вступлении волосовского населения в ЭРМ. Это следующие артефакты с культурной значимостью (по Л. С.Клейну), определяющие начало ЭРМ на севере Средней Волги: керамика культур эпохи бронзы, встречаемая в жилищах волосовских поселений, и изделия из металла, и следы металлообработки (тигли, ошлаковки, капли меди).

Первую категорию артефактов определяет балановско-атликасинский культурный комплекс, который, в свою очередь, детерминирует отдельную культурную группу волосовских поселений. При этом следует учитывать, что данная культурная группа поселений в волосовской культуре выделяется условно, т. к. в ней не фиксируется преобладающее проявление баланов-ско-атликасинского культурного комплекса. Основным культурным комплексом на поселениях этой группы является, все же, волосовский комплекс, определяемый важнейшими категориями археологического материала: типами сооружений и объектов, типами керамики и кремневых орудий. Как отмечает В.В. Никитин, балановцы проникают в Левобережье Средней Волги в начале II тысячелетия до н. э. и их контакты с волосовски-ми племенами, вероятно, носили эпизодический

характер. Здесь не известно ни одного поселения с чисто балановскими материалами [4, С. 69-70].

На севере Среднего Поволжья выделяется типологический горизонт погребений с керамикой с геометрическим орнаментом в средневолжской абашевской, балановской и атликасинской культурах. Определенная стадиальность предполагается и для захоронений литейщиков ряда евразийских культур [5, С. 5]. Захоронения литейщиков в Поволжье отмечены в абашевской культуре (Пепкинский курган), в атликасинской культуре (Чурачик-ский I курган) и в фатьяновском Волосово-Даниловском могильнике.

И все же, не до конца ясно хронологическое и культурогенетическое соотношение балановских и атликасинских памятников. С одной стороны, фиксируются значительные различия в погребальном обряде и орнаментации керамики. Курганный атликасинский погребальный обряд с кремацией и значительной ролью огня в погребальном ритуале отличается от балановского погребального обряда. В атликасинских курганах захоронения осуществлялись в неглубоких могильных ямах или на площадках на уровне погребенной почвы. А балановский погребальный обряд характеризуется грунтовыми могильниками с глубокими погребениями до двух метров. Вместе с этим, в Балановском могильнике отмечена и группа атликасинских погребений, которые хорошо маркируются керамикой с геометрическим орнаментом или типичным «атликасинским» зигзагом. При этом следует отметить, что при наличии в атлика-синских погребениях Балановского могильника атликасинского погребального инвентаря, погребальный обряд является баланов-ским. Отличия сводятся к появлению коллективных и парных погребений. Достаточно трудно предположить эволюционное развитие в рамках одной культуры погребального обряда: балановского в атликасинский. Появление атликасинских признаков в Баланов-ском могильнике может объясняться влиянием определенной группы населения отличной от балановской. Атликасинская группа населения убедительно документируется курганами ат-ликасинского типа с погребальным обрядом, коренным образом отличным от балановского погребального обряда. Вероятно, не имеет

принципиального значения, как называть атлика-синские памятники: памятниками атликасинского типа или атликасинской культурой [6, С. 85]. Важным является то, что в данном случае наблюдается не хронологическая смена одного этапа культуры другим, а фиксируются памятники различного культурогенетического типа.

В период появления в лесной зоне Среднего Поволжья балановского и атликасинского населения территория Правобережья Волги, от р. Сура до р. Свияга, вероятно, была занята абашев-ским населением. И фатьяновско-балановские и атликасинские племена, дойдя до устья Суры были вынуждены переправиться на левый берег Волги (устье р. Сура находится не более чем в 20-25 км от устья р. Ветлуга). Поселения Нижняя Стрелка IV и Удельный Шумец VII находятся на левом берегу Волги, напротив устья Суры. В результате контактов местных волосовских племен и пришлых балановско-атликасинских в приустьевой части Ветлуги начинает складываться новое симбиозное образование: основой этого образования являются местные волосовские племена, перенимающие более передовые хозяйственно-социальные формы пришельцев - балановцев и атликасинцев. Свидетельством преобладания в этом образовании волосовского компонента является продолжение традиций волосовского домостроительства и организации пространства поселений. Но при этом следует отметить, что здесь фиксируется лишь самое начало перехода местных племен к новым формам хозяйства и новой социальной организации. Все эти процессы начинаются в период развитого этапа волосовской культуры и достигают своего максимума на завершающем этапе развития культуры, который совпадает с началом формирования чирковской культуры (А.Х.Халиков, Б.С.Соловьев). В начальный период в сложении чирковской культуры принимают участие племена только трех культур: волосовской, балановской и атликасин-ской. На поселениях этого времени (Удельный Шумец VII, Нижняя Стрелка IV ) встречается только волосовская, балановская и атликасинская керамика, но нет «валиковой» керамики и керамики со «змейкой» [7, С. 109-116]. Подобные процессы протекают и на Верхней Волге, где в результате фатьяновско-волосовских контактов образуется так называемая «фатьяноидная» керамика.

Материалы Юринской стоянки предполагают определенную синхронность поздних эта-

пов абашевской, балановской, атликасинской культур и западных сейминско-турбинских могильников (СТМ). Связь керамики с валиком и «змейкой» с СТМ становится все более и более очевидной. Все более убедительной становится и связь треугольно-черешковых с шипами наконечников стрел (сейминских) с СТМ (С.В.Кузьминых, Е.Н.Черных, С.В.Большов, П.Ф.Кузнецов). Наличие их в Ростовке и памятниках кротовской культуры (Черноозерье IV и VI) (Н.К.Стефанова) указывает на связь кротовской культуры и сред-неволжских комплексов керамики с валиком и «змейкой» с СТМ.

Наличие свидетельств металлообработки на поселениях позднего этапа волосовской культуры (Руткинское, II Ахмыловское, II Выжумское поселения), по определению С.В.Кузьминых имеющей развитый характер и не уступающей металлообработке фиксируемой на памятниках развитой бронзы, свидетельствует, что начало ЭРМ в Среднем Поволжье связано с культурами развитой бронзы. Это время в лесной полосе Среднего Поволжья характеризуется появлением здесь племен абашевской, балановской и атликасинской культур. Процессы синкретизма и начало складывания нового культурогенети-ческого образования отмечаются на памятниках со смешанными волосовскими, бала-новскими и атликасинскими материалами. Но эти процессы нарушаются вторжением на Среднюю Волгу сейминско-турбинских племен, разрушивших здесь эволюционный ход культурогенеза.

Не исключено, что на севере Среднего Поволжья и абашевцы, и балановцы сталкиваются с сейминско-турбинскими племенами. Судя по материалам Галичского клада и отдельным сейминско-турбинским находкам, сейминце-турбинцы не только уходят на Оку, где оставляют могильник Решное, но и поднимаются по Волге вплоть до Верхнего Поволжья и выше. Не удивительно, что часть средневолжских абашевцев, уходя от сеймин-ско-турбинского преследования, уходят в Волго-Вятское междуречье. Следы средне-волжских абашевцев отмечаются и в Волго-Окском междуречье (могильники Орлово 1, Петряиха, Сенинские Дворики), а также на Верхней Волге (Кухмарь). В этих регионах они также появляются в результате сеймин-

ско-турбинского давления. Другая часть средне-волжских абашевцев была включена в сеймин-ско-турбинское движение. Свидетельства этому находим в Юринском могильнике, где известны абашевские ножи с ромбической пяткой и наконечник копья с округло-ромбическим стержнем и боковым ушком. Ареал распространения этих копий в сейминско-турбинских могильниках (Сейма, Решное, Юрино) совпадает с ареалом распространения абашевской общности. Аналогичные копья известны в абашевских курганах Подонья (Селезни 2 и Большая Плавица). Интересно, что копье из покровско-абашевского кургана Большая Плавица (КД - 30 по Е.Н. Черных и С.В.Кузьминых) найдено в жертвеннике № 1 кургана и воткнуто в перекрытие жертвенника [8, С. 244]. Такая черта обряда отмечается в сеймин-ско-турбинских могильниках Турбино I (в могиле 101), Решное (копья воткнуты рядом с погребениями 1, 2, 4), Ростовка (дно, стенка или край могилы). Аналогичное копье найдено и в Покровском могильнике [9, С. 19-21, 79]. Но наиболее убедительным свидетельством включения сред-неволжских абашевцев в сейминско-турбинское движение являются абашевские сосуды из могильника Решное [10, С. 45], которые находят прямые аналогии в абашевских курганах Волго-Вятского междуречья (поздний этап развития абашевской культуры).

Итак, в конце первой четверти II тысячелетия до н. э. на север Среднего Поволжья проникают племена фатьяновско-балановской и аба-шевской общностей. Фатьяновско-балановские племена, вероятно, приходят в Среднее Поволжье по Волге из Волго-Окского междуречья, доходят до Суры и часть их переправляется на левый берег Волги. Здесь они вступают в контакт с волосовскими племенами. Абашевские племена приходят на Среднюю Волгу из Подонья по Суре и занимают первоначально Правобережье Волги от Суры до Свияги. Приоритет племен одной культуры перед другой установить достаточно трудно. Во всяком случае, на севере Среднего Поволжья выделяется типологический горизонт погребений с керамикой орнаментированной геометрическим орнаментом. Это, прежде всего, погребения абашевских курганов развитого и начала позднего этапов культуры и погребения ат-ликасинского типа. Скорее всего, на Средней Волге происходило мирное сосуществование племен этих культур. Абашевские племена не вмешивались в контактные процессы между во-

лосовскими и балановскими племенами, которые происходили в приустьевой части р. Ветлуга.

Одной из наиболее сложных задач, от решения которой зависит моделирование культурогенеза лесной полосы Среднего Поволжья, является чирковско-сейминская проблема. В ней, как в фокусе, сконцентрировались основные моменты культурогенеза данного региона конца средней бронзы. Признание раннего проникновение балановско-атликасинских племен в лесную зону Средней Волги на рубеже Ш - II тыс. до н. э. и их участия в формировании чирковской культуры противоречит датировкам сейминско-турбинского феномена. Связь керамики с валиком и «змейкой», племена которой принимали участие в сложении чирковской культуры, с сейминско-турбинским населением становится все более очевидной. Исходя из принятых датировок сейминско-турбинского феномена: исходный импульс датируется XVII в. до н. э., а западные сейминско-турбинские могильники (Юрино, Сейма, Решное) не могут быть ранее конца XVII - начала XVI в. до н.э. [9, С. 261]. Таким образом, на формирование чирковской культуры отводится не менее 400 лет, в то время как сама чирковская культура, включая и начальный этап ее формирования насчитывает несколько поселений. А на одном из основных памятников культуры - Юринской стоянке в одном жилище встречены и балановская, и атликасинская керамика, и керамика с валиком и «змейкой». Вероятно, в лесной зоне Среднего Поволжья фиксируется почти одновременный процесс проникновения в поздневолосовскую среду балановско-атликасинского и сейминско-турбинского населения. Во всяком случае, между ними нет значительного хронологического интервала. Косвенным подтверждением этого являются и позднеабашевские материалы на Юринское стоянке и сосуды аналогичные абашевским сосудам из могильников Волго-Вятского междуречья в сейминско-турбинском могильнике Решное. Появление сейминско-турбинских племен в лесной зоне Среднего Поволжья относится ко времени конца развитого - началу позднего этапа средневолжской абашевской культуры. Пеп-кинский курган и подобные ему памятники (Алгаши, Абашево) - свидетельство воору-

женного конфликта между абашевскими и сейминско-турбинскими племенами. Впервые на связь черешковых наконечников стрел с шипами подобных наконечникам стрел из Пепкинского кургана с сейминскими наконечниками стрел указывали НЯ.Мерперт и А.Х.Халиков [11, С. 155; 12, С. 218]. Позднее Е.Н.Черных и С.В.Кузьминых отметили, что черешковые наконечники стрел с шипами являются одним из основных типов оружия и были широко распространены у сейминско-турбинских племен [9, С. 234]. Наконечники стрел, аналогичные пепкин-ским наконечникам стрел, встречены в Ростовке, Турбино, Сейме. П.Ф.Кузнецов также считает, что Пепкинский курган - свидетельство абашев-ско - сейминского вооруженного конфликта [13, С. 71-72; 14, С. 146-154]. Следует отметить, что коллективное погребение со следами травм на черепах и сейминским наконечником стрелы обнаружено Б.В.Каховским в кургане 12 Алгашин-ского могильника. В погребении зафиксировано 12 костяков со следами насильственной смерти [15, С. 9-10]. Сейминско-турбинское вторжение в лесную зону Среднего Поволжья не только нарушило процессы взаимодействия поздневоло-совского и балановско-атликасинского населения, но и сыграло значительную роль в судьбах средневолжских абашевцев.

С большой долей уверенности можно утверждать, что сейминцы разрушили абашевскую и балановскую системы культурно-исторических общностей на Средней Волге. Связи средневолж-ских абашевцев и балановцев с другими регионами общностей были прерваны. Культуры были выключены из систем КИО, так как существовали на периферии этих систем и были наиболее подвержены разрушительным внешним импульсам. Абашевцы частично были включены в сей-минско-турбинское движение на запад (могильник Решное). Часть абашевцев под давлением сейминце-турбинцев были вынуждены уйти к западу, северо-западу от Среднего Поволжья. Аба-шевские могильники на Верхней Волге (Кух-марь) и в Волго-Окском междуречье (Орлово 1 и др.) появились в результате прихода сюда сред-неволжских абашевцев. Небольшие группы и абашевцев, и балановцев, возможно, остались на Средней Волге и были вынуждены занять глубинные районы Волго-Вятского междуречья с выходом на Вятку. Но они уже не играли сколько-либо значительной роли в культурогенезе данного региона.

Эпоха бронзы в лесной полосе Среднего Поволжья характеризуется дискретностью культурогенеза. Наиболее очевидно это на стыках периодов, стадий и эпох и, в частности, в конце средней - начале поздней бронзы.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Массон В.М. Некоторые вопросы культуро-

генеза в доскифских обществах Восточной Европы // Доно-Донецкий регион в системе древностей эпохи бронзы восточноевропейской степи и лесостепи. - Воронеж: Воронежск. ун-т, 1996.

2. Генинг В.Ф. Вопросы периодизации архео-

логических эпох. Прикамье в эпоху племенного строя // Взаимодействие древних культур Урала. - Пермь: 1990.

3. Клейн Л.С. Археологическая типология. -

Л.: Изд-во АН СССР, 1991.

4. Никитин В.В. Медно-каменный век Марийского края (середина III - начало II тысячелетия до н. э.). - Йошкар-Ола: 1991.

5. Молодин В.И., Пряхин А.Д. Евразийская ле-

состепь в эпоху средней-поздней бронзы (некоторые проблемы) // Доно-Донецкий регион в эпоху средней и поздней бронзы. АВЛ. Вып. 11. - Воронеж: 1998.

6. Кожин П.М. Атли-Касинская культура в

свете исследований балановской культуры О.Н.Бадером и А.Х.Халиковым // Древность и средневековье Волго-Камья. - Казань - Болгар.: 2004.

7. Соловьев Б. С. Бронзовый век Марийского

Поволжья. - Тр. МАЭ. - Т. VI. - Йошкар-Ола: 2000.

8. Мельников Е.Н. Покровско-абашевские по-

гребения кургана у с. Большая Плавица // Абашевская культурно-историческая общность: истоки, развитие, наследие. -Чебоксары: 2003.

9. Черных Е.Н., Кузьминых С.В. Древняя металлургия Северной Евразии (сейминско-турбинский феномен). - М.: Наука, 1989.

10. Бадер О.Н. Новый могильник сейминско-го типа на Оке и вопрос о связи могильников с поселениями // Проблемы археологии Поволжья и Приуралья (неолит и бронзовый век). - Куйбышев: 1976.

11. Мерперт Н.Я. Абашевские курганы Северной Чувашии // Абашевская культура в

Среднем Поволжье. - МИА. - № 97. - М.: Изд-во АН СССР, 1961.

12. Халиков А.Х. Памятники абашевской культуры в Марийской АССР // Абашевская культура в Среднем Поволжье. - МИА. - № 97. -М.: Изд-во АН СССР, 1961.

13. Большое С.В. Абашевско-сейминские параллели (к вопросу о датировке волго-вятской группы абашевских памятников) // Международное (XVI Уральское) археологическое совещание. - Пермь: 2003.

14. Кузнецов П.Ф. Пепкинский курган как отражение конфронтации в начальный период формирования новой культурно-исторической эпохи бронзового века Европы // Вопросы археологии Урала и Поволжья. Вып 2. - Самара: 2004.

15. Каховский Б.В. Исследования Чувашской археологической экспедиции - 1986 г. -Архив ИА РАН. Р - 1. Д. 10977.

PROBLEMS OF THE MIDDLE BRONZE AGE CULTURE FORMATION IN THE FOREST ZONE OF THE MIDDLE VOLGA REGION

© 2007 S.V.Bolshov

Mari Research Institute of Language, Literature and History named after V.M. Vasiliev

The paper examines primary problems of forming of the Middle Bronze Age culture of the northern Middle Volga region. At the late stage of evolution local Volosovo tribes entered into the early Metal Age as a result of penetration into the region of the tribes with traditions of the advanced Bronze Age. The culture formation process in the region was discrete. The development of the new culture generation on the basis the Volosovo, Balanovo and Atlicasy tribes' interaction was disrupted by the the Seym-Turbino tribes' intrusion into the region.