К вопросу обеспечения прав и законных интересов участников уголовного процесса, не являющихся сторонами досудебного соглашения о сотрудничестве

К ВОПРОСУ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ И ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ УЧАСТНИКОВ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА, НЕ ЯВЛЯЮЩИХСЯ СТОРОНАМИ ДОСУДЕБНОГО СОГЛАШЕНИЯ О

СОТРУДНИЧЕСТВЕ

ТО THE QUESTION ABOUT A GUARANTEE OF THE RIGHTS AND LAWFUL INTERESTS OF CRIMINAL PROCEEDINGS PARTIES,

WHO AREN’T PARTIES OF THE PRE-TRIAL COLLABORATION AGREEMENT

УДК 343.12

Т.В. ТОПЧИЕВА,

адъюнкт

Аннотация: научная статья посвящена исследованию вопроса обеспечения прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, не являющихся сторонами досудебного соглашения о сотрудничестве. Особое внимание уделено вопросу об обеспечении процессуальных прав потерпевшего при заключении данного соглашения.

Ключевые слова: уголовный процесс, потерпевший, досудебное соглашение о сотрудничестве, сторона обвинения, сторона защиты, предварительное расследование, особый порядок принятия судебного решения.

T.V. Topchieva, associate of Criminal procedure department, Saint-Petersburg University of the Ministry of the Interior of Russia

Abstract: rhis scientific article is devoted to the research of the question about guarantee of the rights and lawful interests of criminal proceedings parties, who aren’t parties of the pre-trial collaboration (cooperation) agreement. The author gives a special consideration to the question about guarantee of the victim’s judicial rights before concluding this agreement.

Keywords: criminal proceedings, victim, pre-trial collaboration agreement (pre-trial agreement on cooperation), the prosecution, the defense, preliminary inquiry, special order of judicial decision-making.

Основной идеей действующего ныне защите лица, подвергающегося уголовно-

уголовно-процессуального закона му преследованию, нежели обеспечению

является защита прав и законных инте- законных интересов лица, пострадавшего

ресов гражданина, вовлеченного в сферу от преступления. В настоящее время в оте-

уголовно-процессуальных отношений (ст. 6 чественном уголовно-процессуальном праве

УПК РФ). Тем не менее, исходя из комплек- существует дисбаланс прав обвиняемого

сного анализа норм УПК РФ и практики его и потерпевшего [1, 4], поэтому важнейшей

применения, можно сделать вывод о том, задачей уголовного правосудия является

что законодатель больше внимания уделяет «достижение равновесия между законными

интересами трех сторон: государства, обвиняемого и потерпевшего» [4, с. 3].

Несмотря на закрепленные Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законом гарантии обеспечения прав потерпевшего, его фактическое положение не позволяет в полной мере защищать свои права и отстаивать законные интересы в сфере уголовного судопроизводства. Справедливо высказывание О.Р. Зариповой о том, что «главная причина этого явления обусловлена несовершенством уголовно-процессуального законодательства, выражающимся в большом количестве недоработок и коллизионных норм, препятствующих осуществлению доступа потерпевшего к правосудию и практическому осуществлению предоставленных ему прав» [4, с.4]. Сказанное в полной мере относится и к институту досудебного соглашения о сотрудничестве.

Уголовно-процессуальный закон трактует досудебное соглашение о сотрудничестве как соглашение между сторонами обвинения и защиты (п. 61 ст. 5 УПК РФ). К стороне обвинения законодатель относит помимо должностных лиц, уполномоченных осуществлять уголовное преследование, потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца и их представителей (гл. 6 УПК РФ). К стороне защиты - подозреваемого, обвиняемого, защитника, гражданского ответчика и его представителя, а также законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого (гл. 7 УПК РФ). При прямом толковании закона следует, что любой из вышеперечисленных участников уголовного судопроизводства, может принимать участие в рассматриваемой нами процедуре. Однако анализ гл. 40.1 УПК РФ показывает, что досудебное соглашение о сотрудничестве может быть заключено между прокурором, выступающим представителем стороны обвинения, и подозреваемым либо обвиняемым и их защитником, представляющим сторону защиты. Иными словами, законодатель намеренно существенно ограничивает круг субъектов досудебного соглашения о сотрудничестве (думается, по причине соблюдения конфиденциальности процедуры).

Нормы гл. 40.1 УПК РФ не предполагают и участия потерпевшего в процедуре заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. По нашему мнению, это обстоятельство является существенным недостатком нового процессуального института, поскольку противоречит не только основным принципам

уголовного судопроизводства, но и Конституции РФ.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет за потерпевшим определенные права, которые он может реализовать на любой стадии уголовного процесса. В случае применения процедуры досудебного соглашения о сотрудничестве уже на стадии предварительного расследования потерпевший ограничивается в своих правах: не уведомляется о заключении соглашения между подозреваемым (обвиняемым) и прокурором, не участвует в определении предмета соглашения о сотрудничестве (хотя бы в части возмещения причиненного преступлением вреда). Ограничивается и его право ознакомления со всеми материалами уголовного дела, так как часть материалов, идентифицирующих личность обвиняемого, может находиться в опечатанном следователем конверте. Следовательно, потерпевший «лишен прав не только на скорейшее возмещение ущерба, назначение подсудимому более строгого наказания, но и в некоторых случаях (в случае засекречивания персональных данных сотрудничающего со следствием подозреваемого (обвиняемого) - прим. автора) на возмещение ущерба вообще» [5, с. 436].

Более существенное ограничение прав потерпевшего наблюдается на стадии судебного разбирательства уголовного дела в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. При наличии оснований, перечисленных в ст. 317.6 УПК РФ, судья обязан принять судебное решение в порядке, предусмотренном ст. 316 УПК РФ, который предполагает согласие потерпевшего на применение особого порядка принятия судебного решения. Однако в нормах ст. 317.7 УПК РФ прямого указания на это обстоятельство нет, что вызывает некоторые проблемы применения процедуры досудебного соглашения о сотрудничестве на практике. Так, приговором Ленинградского областного суда к лишению свободы был осужден гр-н К., с которым в ходе предварительного следствия было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. В связи с тем, что уголовное дело поступило в суд с представлением прокурора об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по данному уголовному делу, судом был поставлен вопрос об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу

в отношении гр-на К. с целью соблюдения условий, предусмотренных ч.1-2 ст. 317.6 УПК РФ.

Потерпевшие Т. и В. категорически возражали против рассмотрения данного уголовного дела в особом порядке, обосновывая свои возражения требованиями ч. 1 ст. 317.7 УПК РФ, согласно которой судебное заседание и постановление приговора в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, проводится в порядке, установленном ст. 316 УПК РФ, с учетом требований ст. 317.7 УПК РФ. При этом, согласно ч. 4 ст. 316 УПК РФ, при участии в судебном заседании потерпевшего, судья выясняет у него отношение к ходатайству подсудимого о постановлении приговора без судебного разбирательства. В соответствии с ч. 6 ст. 316 УПК РФ, при возражении подсудимого, государственного обвинителя, потерпевшего против постановления приговора без проведения судебного разбирательства либо по собственной инициативе, судья выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке. Однако ходатайство потерпевших было судом отклонено, дело рассмотрено в особом порядке, а приговор был постановлен и наказание назначено с учетом положений ст. 62 УК РФ [9].

Из комплексного анализа уголовно-процессуальных норм следует, что любые процессуальные институты должны основываться на единых принципах, соответствовать назначению уголовного судопроизводства, а также находиться во взаимосвязи и не противоречить друг другу. В рассматриваемом нами случае налицо коллизия двух норм уголовно-процессуального закона, что требует совершенствования нового процессуального института. По нашему мнению, потерпевший должен стать полноправным участником процедуры досудебного соглашения о сотрудничестве (от момента ее заключения до рассмотрения дела в суде), поскольку иное противоречит не только принципам состязательности, равенства сторон и справедливости, но так же положениям Конституции Российской Федерации и международных правовых актов. Мы полностью разделяем позицию А.А. Сумина о том, что «исключение возможности участия потерпевшего в судебном заседании является не чем иным, как препятствием его доступу к правосудию, что прямо нарушает положения ст. 52 Кон-

ституции РФ, а также п. 4 и 6 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью (принята 29.11.85 Резолюцией № 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН), согласно которым «к жертвам следует относиться с состраданием и уважать их достоинство. Они имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством», а также: «следует содействовать тому, чтобы судебные и административные процедуры в большей степени отвечали потребностям жертвы путем ...обеспечения возможности изложения и рассмотрения мнений и пожеланий жертв на соответствующих этапах судебного разбирательства в тех случаях, когда затрагиваются их личные интересы, без ущерба для обвиняемых и согласно соответствующей национальной системе уголовного правосудия» [8, с. 6].

По данному вопросу необходимо учитывать и позицию Конституционного суда РФ, который указал, что «согласно Конституции РФ право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод (ч. 1 и 2 ст. 17 и 18; ст. 46; ст. 52 Конституции РФ). Из приведенных конституционных положений во взаимосвязи со ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что правосудие как таковое должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости» [2, п. 2].

Вместе с тем, в современной юридической литературе высказывается мнение о том, что «участие потерпевшего при заключении соглашения о сотрудничестве не является обязательным условием для заключения такого соглашения» [6, с. 42], поскольку обязанность государства обеспечивать восстановление прав потерпевшего от преступления не предполагает наделение потерпевшего правом осуществления уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также правом определять пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности. Такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений может принадлежать только государству в лице правоприменительных органов [3]. Кроме того, обязанность за соблюдением

прав потерпевшего на стадии предварительного расследования авторы закрепляют за следователем, а надзор за соблюдением законности в процессуальной деятельности органов следствия, в том числе за соблюдением в ходе расследования прав и законных интересов потерпевшего, возлагают на прокурора. Этим и обосновываются существующие нормы действующего уголовнопроцессуального законодательства.

Нашему пониманию данного вопроса более близка позиция А.В. Смирнова, основанная на принципах соблюдения международного и конституционного права. Ученый подчеркивает мысль о приоритете права потерпевшего на доступ к правосудию: «...понятие доступа к правосудию не формально, что означает для потерпевшего не просто право присутствовать при осуществлении судебных процедур, но возможность заявлять и отстаивать свою позицию и защищать собственные права и интересы на основе полного равенства и с наибольшей эффективностью как в суде, так и ходе досудебной подготовки дела» [7].

Исходя из вышеизложенного, мы считаем необходимым включить в процедуру досудебного соглашения о сотрудничестве участие потерпевшего. Для этого в УПК РФ надлежит включить нижеследующие положения. В случае удовлетворения ходатайства подозреваемого или обвиняемого о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве следователь уведомляет об этом потерпевшего, разъясняет суть и последствия данной процедуры, а также право на возмещение причиненного преступлением вреда и процедуру его реализации. Потерпевший свое волеизъявление может выразить в форме ходатайства, в котором могут быть отражены его согласие на применение досудебного соглашения о сотрудничестве и указаны предложения по возмещению причиненного вреда, которые

в дальнейшем при составлении соглашения о сотрудничестве могут стать одними из его условий. Ходатайство потерпевшего приобщается к материалам уголовного дела.

Следователь при составлении текста соглашения о сотрудничестве знакомит прокурора и сторону защиты с ходатайством потерпевшего и его предложениями по возмещению причиненного вреда. В ходе совместных действий прокурор и подозреваемый (обвиняемый) принимают решение о включении в перечень обязательств со стороны обвинения возмещение вреда потерпевшему. В случае несогласия подозреваемого (обвиняемого), предложения потерпевшего не могут быть внесены в текст соглашения о сотрудничестве. После заключения соглашения о сотрудничестве следователь в письменном виде должен уведомить потерпевшего как о взятом на себя обязательстве подозреваемого по возмещению ему вреда, так и об отказе от такового. Данная процедура, во-первых, будет способствовать реализации равенства сторон, во-вторых, позволит в дальнейшем потерпевшему выработать стратегию поведения при судебном разбирательстве. В-третьих, не будет оказывать влияния на принимаемые правоохранительными органами меры безопасности в отношении подозреваемого (обвиняемого), заключившего соглашение о сотрудничестве.

Думается, что осуществление процедуры заключения досудебного соглашения о сотрудничестве в предложенном нами порядке не только будет способствовать удовлетворению законного материально-правового интереса потерпевшего, но и более соответствовать международным и конституционным нормам, способствовать реализации принципов состязательности, охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, а также назначению уголовного судопроизводства в целом.

Литература

1. Проблемы защиты потерпевшего от преступлений : специальный доклад Уполномоченного по правам человека Российской Федерации В.П. Лукина // Российская газета. 2008. 4 июня.

2. По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 337, 380, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ «Нижнекамскнефтехим» и «Хакасэнерго», а также жалобами ряда граждан : Постановление Конституционного суда РФ от 05.02.2007 № 2-П // СПС Консультант плюс.

3. По делу о проверке конституционности положения пункта 8 постановления Государственной Думы от 26 мая 2000 года «Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы

в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» в связи с жалобой гражданки Л.М. Запорожец : Постановление Конституционного Суда РФ от 24.04.2003 № 7-П // СПС Консультант плюс.

4. Зарипова, О. Р. Правовой статус потерпевшего и проблемы его реализации в уголовном

судопроизводстве : автореф. ... к.юрид.н. / О. Р. Зарипова. - СПб., 2011.

5. Уголовно-процессуальное право (Уголовный процесс) : курс лекций / под общ. ред.

Г. И. Загорского. - М. : Волтерс - Клувер, 2010.

6. Решетова, Н. Ю. Досудебное соглашение о сотрудничестве по уголовным делам о пре-

ступлениях коррупционной направленности : пособие / Н. Ю. Решетова, Ж. К. Конярова. - М. : Академия Генеральной прокуратуры, 2011.

7. Смирнов, А В. Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного

соглашения о сотрудничестве / А. В. Смирнов // СПС КонсультантПлюс // http://www. consultant.ru/

8. Сумин, А А. Досудебное соглашение о сотрудничестве: все ли так гладко? / А. А. Сумин // Уголовный процесс. 2009. № 12.

9. Архив суда Ленинградской области, уголовное дело № 2-44/2010.

References

1. Special report of the Ombudsman of the Russian Federation Lukin V.P. “The problems of protecting the victim of crime” // Russian newspaper. 2008. June 4.

2. The decision (ruling) of the Constitutional Court of the R.F. of 05.02 2007 № 2 “On the complaints of the open joint-stock companies ‘Nizhnekamskneftehim’ and ‘Khakasenergo”.

3. The decision (ruling) of the Constitutional Court of the R.F. of 24.04.2003 № 7 “On the complaint

of the citizen Zaporozhetz L.M.’’

4. Zaripova O.R. The legal status of the victim and the problems of its realization in the criminal

justice: abstract of thesis . S-Pg., 2011.

5. Criminal procedure: a course of lectures/ edited by Zagorski G.I. M.: Volters-Kluver, 2010.

6. Reshetova N.J., Konyarova Zk. K. Pre-trial collaboration agreement (pre-trial agreement on cooperation) in criminal cases about crime and corruption direction. Handbook. Academy of the General Prosecutor. 2011.

7. Smirnov A.V. The special order of judicial decision-making at the conclusion of the pre-trial collaboration agreement (pre-trial agreement on cooperation).

8. Sumin AA. Pre-trial collaboration agreement (pre-trial agreement on cooperation): is everything so smoothly? // Criminal procedure, 2009. №12.

9. Archives of the court of the Leningrad Region, criminal case № 2-44/2010.