Со своей подругой в чужой монастырь

В июне 2005 года европейские газеты опубликовали шокирующую новость: в одном из румынских православных монастырей настоятель и монахини совершили обряд экзорцизма, распяв одну из послушниц на кресте. В 2012 году румынский режиссер Кристиан Мунджу получил приз Каннского фестиваля за сценарий фильма "За холмами", основанный на этой истории, а две актрисы из его фильма разделили приз за лучшую женскую роль. Мунджу обошелся с необычным сюжетом со всей возможной деликатностью, а фильм получился не про религиозных мракобесов, а, как ни странно, про любовь.

Молодая послушница Войкица (Космина Стратан) привечает в монастыре старую подругу Алину (Кристина Флутюр) — девочки вместе выросли в приюте, а потом Алину отдали в приемную семью, откуда она уехала на заработки в Германию. Вернулась Алина, подыскав себе и лучшей подруге новую работу — официантками на круизном лайнере. Теперь дело за малым: ведь Войкице собраться — только подпоясаться, по крайней мере так думает Алина. Но Войкица колеблется — настоятель (Валериу Андриута), которого монахини зовут просто "батюшка", предупреждает ее, что, уйди она сейчас, назад он ее не примет, "ведь Господу нельзя служить только время от времени, с перерывом на отпуск". Когда-то приютским сиротам приходилось в жизни несладко, и Алина обучилась карате, чтобы защищать себя и Войкицу, и с тех пор пробивалась как могла, зарабатывая, откладывая деньги и лелея мечту купить дом. Войкица же успокоилась, найдя оплот в религиозном чувстве. Так и вышло, что Алина спасалась от одиночества мыслями о Войкице, в то время как та сделала собственный выбор, рассудив, что с Богом в душе больше никогда не будет одинока. Страстная любовь Алины к Войкице больше не находит ответного чувства такого же накала: все, что Войкица может дать Алине,— спокойная, ровная привязанность. И планы на жизнь у Войкицы теперь другие, но импульсивной, порывистой Алине претит непонятный монастырский быт и уклад. С Алиной случается припадок, и переполошившиеся монахини отправляют ее в больницу, где ей только и могут что колоть галоперидол и разводить руками: вот легочная инфекция — та у Алины точно присутствует, а что за душевный недуг ее терзает — да бог его знает. Для священника и матери настоятельницы (Дана Тапалага) эта невесть откуда взявшаяся буйная Алина — только лишняя обуза, и в монастыре обеих девочек никто не держит. Но Войкица настаивает, что только тут Алина может успокоиться и подлечиться, и уговаривает своих приютить беспокойную подругу хотя бы на время, тем более что монастырь и есть самое подходящее место для исцеления душевных недугов.

За исцеление Алины сестры берутся со всем старанием: для начала ей зачитывают список из 464 грехов, чтобы ей было проще определиться, в каких конкретно покаяться. "Грех номер один: потеряла ли ты веру в Божью помощь и милосердие? Думала ли ты о том, что Бог тебя оставил? Грех номер пять: думала ли ты, почему в мире столько зла, а Он бездействует?" Сцена с протокольным списком грехов работает как лакмусовая бумажка. Далекий от религии зритель воспримет ее как сатирическую, в то время как Мунджу, против ожидания, подает свой сюжет вполне бесстрастно, да и в самих вопросах нет ничего нелепого. Другое дело, что у пребывающей в душевном раздрае Алины весь этот список грехов очевидно отпечатан на лбу. Да и сами сестры, какими бы благими ни были их побуждения, исповедуют православие как некое сочетание заученных ритуалов и самых темных суеверий. Одна из монахинь валится в обморок, когда колет дрова: она увидела черный крест на полене, а остальные тут же пустились причитать, что ведь и куры сегодня не несутся — никак, знамение! Немудрено, что припадки Алины в монастыре единодушно решают лечить чтением над нею молитв, дабы выгнать беса, особенно после того, как та пускается во все тяжкие — сначала заходит за алтарь в поисках чудотворной иконы, потом пытается утопиться в колодце и поджигает келью. Увещевания священника, что без веры напрасно ждать чудес, и робкие уговоры Войкицы, что Бог посылает тебе не то, что хочется, а лишь то, что необходимо, на Алину больше не действуют. Любовь мирская выжигает ее изнутри, ее цель — чтобы ее любили здесь и сейчас, немедленно. И молитва так же бессильна тут, как и галоперидол, священник и врач могут привязать девчонку к кровати, но никого не вылечишь насильно, если он сам того не хочет — это единственный ответ, который позволяет себе дать Мунджу на множество заданных в фильме вопросов. И проще всего было бы обозвать его фильм "антиклерикальным памфлетом про лесбиянок", если бы все два с половиной часа экранного времени сам Мунджу строго не вытравлял из своей истории скандальность давнишних газетных заголовков, последовательно и честно стараясь избегать любых однозначных суждений и ярлыков.

В прокате с 25 октября