Дегидроэпиандростерона сульфат, кортизол и первичный стресс у комбатантов

нем пролактина и отдельными показателями иммунитета: уровнем антител к ТГ (г = 0,51, p < 0,0001) и ТПО (г = 0,53, p < 0,05), IL (r = 052, p < 0,0001), a-TNF (r = 0,46, p < 0,0001), IgG (r = 0,51, p < 0,0001). Установлено, что пролактин (ПРЛ) положительно коррелировал с показателями ситуационной тревоги (г = 0,53, p < 0,0001) и личностной тревожности (г = 0,54, p < 0,0001) по шкале STAI и конструктом тревоги шкалы SCL-90 (г = 0,62, p < 0,0001), с показателем тревоги по шкале НАМА (г = 0,58, p < 0,0001), а также с показателями астении по шкале MFI-20: общей астенией (г = 0,73, p < 0,0001); физической астенией (г = 0,62, p < 0,0001); снижением мотиваций (г = -0,67, p < 0,0001).

Согласно Мюнхенскому личностному тесту, для 32,7 % пациентов с ГПРЛ типичными были невротизм, низкая устойчивость к фрустрации, ригидность, стрем-

ление к изоляции, приверженность к социальным нормам. Для 57,1% — экстраверсия, устойчивость к стрессам, склонность к эзотерическим тенденциям, мотивационная направленность.

Выводы. В системе нейроиммуноэндокринных взаимодействий ПРЛ является одним из важных факторов регуляции психоиммунного статуса больных с АИТ

ГПРЛ является не только маркером психических изменений тревожного круга, но и оказывает нейропротек-тивный эффект, обусловливая устойчивость к хроническим процессам различного генеза, как иммунного, так и психического. Для пациентов с ГПРЛ свойственна специфическая комбинация индивидуально-личностных пре-морбидных характеристик. Наличием высокого процента макропролактинемии при АИТ в фазу эутиреоза можно объяснить бессимптомное течение ГПРЛ.

дегидроэпиандростерона сульфат, кортизол и первичный стресс у комбатантов

© С. А. Колов

ГУЗ «Волгоградский областной клинический госпиталь ветеранов войн», Волгоград

В настоящее время в рамках биопсихосоциальной, холистической модели происходит интеграция биологического и психоаналитического подходов к проблеме психической травмы и детерминируемых ею психических расстройств. Психоаналитическая версия этиопа-тогенеза посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) исходит из того, что психический стресс, в том числе и боевой, актуализирует у комбатантов уже существующий подсознательный конфликт, возникающий еще в раннем детском возрасте и называемый первичной травмой (T. J. F. Olivier, 1995). Многие исследования подтверждают гипотезу о том, что деструктивные межличностные травматические отношения в раннем детском возрасте у ветеранов боевых действий (ВБД) не только нарушают и искажают процесс их нормального личностного развития, формируя дисфункциональную идентичность (S. L. Bradshaw Jr. et al.,1991), но и ведут к нейробиологическим и нейроанатомическим изменениям, в частности, к изменению секреции кортизола, дегидроэпиандростерона (ДГЭА) и его конъюгированной формы ДГЭА сульфата (ДГЭА-С) (R. Yehuda et al.,1991). Повышение в раннем детстве уровня кортизола, обладающего нейротоксическим действием на

гиппокамп, связывается с ухудшением познавательных способностей, что создает сложности с адекватной реакцией на стрессовые ситуации в последующей жизни, своеобразную нейробиологическую уязвимость (J. Kaufman et al., 2000).

целью данной работы было определение взаимосвязи уровней ДГЭА-С и кортизола у ВБД с показателями первичного стресса.

Материалы и методы. Для реализации поставленных целей исследования было обследовано 70 комбатантов с их добровольного согласия, которых разделили на две группы: 1-я — 30 ВБД (средний возраст 40,83 ± 7,12, M ± SD) с выраженными признаками ПТСР (106,47 ± 10,66, M ± SD), 2-я — 40 ВБД (средний возраст 40,45 ± 6,25, M ± SD) с отсутствием или субкли-ническими симптомами ПТСР (77,60 ± 10,81, M ± SD). В исследовании применялся традиционный клиникоанамнестический метод, с целью качественного и количественного учета клинических проявлений наличие симптомов и уровня ПТСР выявляли «Миссисипской шкалой посттравматических стрессовых реакций (военный вариант)», дисфункциональные отношения комбатантов со значимыми другими в прошлом и настоящем

M46 обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии

том 8/2010/1

выявляли с помощью «Методики незаконченных предложений». Определение уровней утреннего сывороточного (плазменного) кортизола и ДГЭА-С проводился иммунохемилюминисцентным методом на автоматическом анализаторе «1тти№е 1000». Достоверность различий результатов оценивали по критерию и Манна-Уитни

Результаты и их обсуждение. ВБД 1-й группы по сравнению со 2-й имели не только достоверно более низкий уровень ДГЭА-С (1-я — 2,64 ± 0,99, 2-я — 7,01 ± 2,43, М ± SD, р = 0,00000, Р < 0,0001), но и повышенный уровень кортизола (1-я — 472,39 ± 173,45, 2-я — 465,68 ± 122,11, М ± SD, НЗ), а также сниженный уровень соотношения ДГЭА-С/кортизолХ100 (1-я — 0,68 ± 0,55, 2-я — 1,62 ± 0,71, М ± SD, р = 0,00000, Р < 0,0001). Также выявилось, что самой конфликтной, отрицательной зоной для комбатантов всех групп являются отношения с отцом, при этом показатели 1-й группы значительно превышают таковые 2-й (1-я — 4,75 ± 1,97, 2-я — 2,52 ± 1,09, М ± SD, р = 0,0000, Р < 0,0001). Чуть меньше по степени значимости занимают отношения с вышестоящи-

ми лицами (1-я — 3,56 ± 1,98, 2-я — 1,79 ± 1,61, М ± SD, р = 0,001, Р < 0,001) и отношение к самому себе (1-я — 3,53 ± 1,98, 2-я — 1,97 ± 1,78, М ± SD, р = 0,004, Р < 0,001). Далее следуют отношения с семьей (1-я — 2,28 ± 1,55, 2-я — 1,17 ± 1,17, М ± SD, р = 0,004, Р < 0,01) и отношения с матерью (1-я — 2,06 ± 1,15, 2-я — 1,45 ± 1,45, М ± SD, НЗ). Полученные данные показали, что ВБД из 1-й группы имеют более выраженные негативные отношения в раннем детстве с отцом, т. е. первичную травму, и деструктивное отношение к себе со значительным нарушением идентичности. Полученные результаты подтвердили гипотезу о том, что психопатология ВБД имеет сложную этиологию и патогенез, у комбатантов 1-й группы, имеющих так называемую первичную травму, одновременно существует выраженный дефицит нейропротективного гормона ДГЭА. Этот одновременный биологический и личностный дефект может в значительной степени определять их патологические способы реагирования на боевой стресс с возникновением психических расстройств и последующей выраженной психо-социальной дизадаптацией.

изменение уровня нейростероидных гормонов у ветеранов боевых действий с посттравматическим стрессовым расстройством

© С. А. Колов, Е. Ю. Шейченко

ГУЗ «Волгоградский областной клинический госпиталь ветеранов войн», Волгоград

Исследователи отмечают большое значение гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы (ГГН) в патогенезе различных психических расстройств. У ветеранов боевых действий (ВБД) с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) получены противоречивые данные при определении уровней кортизола, дегидроэпиандростерона (ДГЭА) и его конъюгированной формы ДГЭА-сульфата (ДГЭА-С), указывается как на увеличение их уровней (J. W. Mason et al., 2002, B. Spivak et al., 2000), так и на снижение (A. M. Hull, 2002, J. Boscarino, 2004).

целью данной работы было определение показателей ДГЭА-С и кортизола у ВБД с ПТСР в отдаленном периоде боевого психического стресса.

Материалы и методы. Для реализации целей исследования с их добровольного согласия было обследовано 118 человек, из них 77 ВБД, которых разделили на

две группы, 1-я — 31 ВБД (средний возраст 41,65 7,12, М ± SD) с выраженными признаками ПТСР (106,47 ± 10,66, М ± SD), 2-я — 46 ВБД (средний возраст 39,56 ± 5,95, М ± SD) с отсутствием или субклиническими симптомами ПТСР (77,60 ± 10,81, М ± SD), а также 41 здоровый мужчина (средний возраст 39,34 ± 5,52, М ± SD) в качестве контрольной группы (3-я). В исследовании применялся традиционный клинико-анамнестический метод, с целью качественного и количественного учета клинических проявлений наличие симптомов и уровня ПТСР выявляли «Миссисипской шкалой посттравматических стрессовых реакций (военный вариант)». Нейроэндокринный статус оценивался с помощью определения уровней сывороточного (плазменного) кортизола и ДГЭА-С. Забор крови проводился утром натощак вакутейнером с активатором свертывания в течение 3 дней после госпитализации. Исследование выполнялось не позднее 2 часов после

том 8/2010/1

обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии I M47