Монтаж в отечественном искусстве второй половины ХХ века

Человек и культура

Правильная ссылка на статью:

Денисова З.М. — Монтаж в отечественном искусстве второй половины ХХ века // Человек и культура. - 2019. - № 6. DOI: 10.25136/2409-8744.2019.6.31201 URL: https;//nbpublish.com/Hbrary_read_article.ptp?id=31201

Монтаж в отечественном искусстве второй половины ХХ века

Денисова Зарина Мухреддиновна

кандидат искусствоведения

Заместитель директора, Муниципальное бюджетное учреждение культуры дополнительного образования «Екатеринбургская детская школа искусств №2»

620137, Россия, Свердловская область, г. Екатеринбург, уп. Садовая, 18

И zmdenisova.@mail.ru

Статья из рубрики "Культура и культуры"

Аннотация.

Объектом настоящего исследования является художественный феномен монтажа. Предметом исследования выступает проявление монтажа в отечественном искусстве второй половины XX века. В статье акцентируется, что монтажные принципы в различных формах и в разной степени присутствовали на всех исторических этапах эволюции искусства. Яркое проявление монтажных принципов в XX столетии, с одной стороны, оказывается результатом длительного и поэтапного развития всей его истории. Вместе с тем, именно условия, сложившиеся в отечественном искусстве XX века, позволяют сформироваться этому явлению в самостоятельный художественный феномен. Проявления монтажа рассмотрены автором в различных областях: поэзии, литературе, музыке, живописи. В статье исследуются особое «осознание хода времени», повлекшее формирование монтажных поливременных структур; тенденция художников к многостороннему раскрытию человеческой личности; стремление авторов к психологизации. Основные выводы проведенного исследования следующие. Монтажные принципы широко представлены в искусстве второй половины XX века. Во многом этому способствовала особая духовно-интеллектуальная среда этого времени. Проведенный анализ выявил характерные черты, свойственные монтажному типу построения художественного произведения. Это расчлененность художественного текста, синтаксическая обособленность монтажных структур, активизация внутреннего монолога, использование наплывов-воспоминаний, организация формы «с конца», внутреннее единение мозаичной конструкции и другие. Новизна настоящей статьи заключается в том, что феномен монтажа в отечественной культуре второй половины XX столетия впервые рассматривается в спектре различных видов искусств. На основании данного анализа автором статьи сформулированы общие принципы его функционирования.

Ключевые слова: монтаж, художественное творчество, произведение, научно-техническая революция, временная многопластовость, текст, ассоциативность, пространство-время, психологизация, смысл

DOT:

V о I

10.25136/2409-8744.2019.6.31201

Дата направления в редакцию:

08-11-2019

Дата рецензирования:

30-10-2019

Анализ художественных процессов отечественного искусства второй половины XX столетия показал, что монтажные принципы широко в нем представлены, охватывают различные виды и жанры искусства, получают разнообразное воплощение. Подобная ситуация складывается благодаря научно-технической революции, повлиявшей на тип современного мышления, главным качеством которого становится ассоциативность. Актуализация монтажных принципов в отечественном искусстве этого времени также связана с процессами интеллектуализации искусства и его психологизации, которые во многом повлекли за собой повышение роли монологичности, философского высказывания.

Стоит заметить, что монтаж, став знаковым культурно-художественным феноменом в XX веке, тем не менее, не является его изобретением. Разнообразные проявления монтажности прослеживаются на всех исторических этапах эволюции искусства. Однако, если запрос на новые способы работы с художественным материалом в первые десятилетия ХХ века был связан с бурными изменениями в общественной жизни и отражал некоторые тенденции искусства тех лет: интерес к ассоциативности, эксцентрике, стилизации, то «вспышка» монтажного творчества в отечественном искусстве второй половины XX века, а точнее в 60-70-е годы, объясняется иными причинами.

Научно-техническая революция 60-70-х годов оказала существенное влияние на формирование современного мышления с его ассоциативностью и способностью к обработке значительного объема информации. Научно-технический прогресс повлек усиление интеллектуального начала не только в общественной жизни, но и в искусстве.

Эту особенность современной поэзии отметил в свое время Эдуардас Межелайтис: «Для того, чтобы выжить, — писал поэт, — поэзия все усложняется, становится «умнее», философичнее. Поэзия чувств, только чувств, уступает место поэзии мысли. Ничего не поделаешь, таков век» —22]. Сходные наблюдения высказывали и другие

исследователи: Л. Зинглер А. Якимович I-22!. Последний, в частности, выделяет такие черты изобразительного искусства указанного периода, как возросший интерес к метафоричности, иносказательности, тяготение к многоплановому содержательному подтексту

Общая интеллектуализация искусства, связанная с усложнением его метафорического строя, свободой ассоциативных сближений, широтой и многозначностью художественных обобщений, оказалась той почвой, на которой возросло значение монтажных приемов поэтической речи.

Процесс интеллектуализации происходит и в живописи. В конце 60-х годов зарождается так называемое концептуальное искусство. Главный элемент концептуализма — визуальное клише или советский текст (например, работы Э. Булатова, С. Ковальского, В. Пивоварова). Монтажность у концептуалистов выражается в своеобразном разрушении пространства картины, в стремлении создать многоэкранную картину.

Нередко художники второй половины XX столетия опираются на идейные установки художественных течений начала века. В этом смысле, выделяется творчество мастеров Лианозовской группы (В. Нимухина, О. Рабина, Л. Кропивницкого). В их работах монтаж присутствует в форме коллажа из узнаваемых фрагментов. Также художники используют характерные для монтажа приемы: искажение перспективы, деформацию образа, нарушение пропорций.

Аналогичное расслоение можно наблюдать в творчестве И. Глазунова, в частности, в его работах «Мистерия XX века», «Вечная Россия», «Великий эксперимент», «Моя жизнь», «Закат Европы» и других.

Монтажность современного художественного творчества отвечает и особому осознанию «хода» времени, свойственному нашей эпохе. Указывая на это, литературный критик А. Бочаров пишет, что для нынешнего этапа развития искусства характерно восприятие сегодняшней нашей жизни как звена в бесконечной цепи истории, где связи с прошлым оказались прочнее, и состояние будущего неотрывно от настоящего. «Вместо «будущее начинается сегодня», можно сказать — «будущее начинается вчера»», — продолжает

литературовед [2, 2321. Неслучайно в отечественном искусстве 60-70-х годов находят широкое воплощение и получают новую трактовку темы Великой Отечественной войны и исторического прошлого народа.

Обращение к исторической теме позволяет художникам лучше понять сегодняшний день, заглянуть в завтрашний, сравнить идейно-нравственные установки человека прошлого и настоящего, и, тем самым, подчеркнуть неразрывную связь времен. Вспомним высказывание драматурга М. Шатрова, объясняющего причины своего интереса к теме человека и истории: «Была потребность глубоко разобраться в сегодняшнем дне, понять, что мы должны сделать, чтобы наше «завтра» было похоже на то, о чем думали «вчера». Нерасторжимая связь времен существует. Помочь современнику ощутить это сердцем и

душой — значит идейно и нравственно обогатить его» [20, 8].

Таким образом, художники стремятся отобразить временные пласты не «изолированно», а в их непосредственной и неразрывной связи с современностью.

Многоаспектность широкого охвата исторических событий вызвала необходимость построения в современных произведениях искусства монтажных полихронных структур. Временной монтаж активно осваивается в художественной практике отечественного искусства второй половины XX века.

Временная полифоничность становится своеобразным веянием в оперных спектаклях. К образцам подобного рода относятся опера-мистерия В. Рубина «Крылатый всадник», опера-оратория А. Рекашюса «Баллада света», опера М. Карминского «Иркутская история», героико-романтическая опера Г. Ставонина «Олеко Дундич», музыкальная фреска с чертами оратории С. Кортеса «Джордано Бруно», оперы Г. Вагнера «Тропою жизни», Р. Кангро «Жертва» и другие.

Использование наплывов-воспоминаний чрезвычайно характерно для оперного жанра. Подобные эпизоды имеют место в операх «А зори здесь тихие», «Неизвестный солдат» К.

Молчанова, «12 серия» А. Холминова, «Мадонна и солдат» Н. Пайнберга. Некоторые оперные произведения драматургически строятся как цепь подобно трактованных воспоминаний. Таковы «Шинель» А. Холминова, где действие начинается с показа умирающего Башмачкина, а все дальнейшее видится герою в бреду, проносится картинами из прошлого; «Лебединая песнь» В. Кобекина, герой которой в опьянении после бенефиса просыпается глубокой ночью и вспоминает, оценивает события всей своей жизни. Начало драматургического действия «с конца» свойственно и «Судьбе солдата» О. Тактакишвили, открывающейся и завершающейся сценой расстрела Георгия, в результате чего все происходящее на сцене становится лишь воспоминаниями, мелькнувшими в последнюю минуту жизни героя. Та же драматургическая находка лежит в основе «Пассажирки» М. Вайнберга, в которой встреча двух женщин служит поводом для развертывания их судеб в смене сцен, эпизодов прошлого.

Композиционные сдвиги во времени, наплывы, свободная стыковка событий прошлого и настоящего свойственны пьесам М. Шатрова («Шестое июля», «Синие кони на красной траве»), произведениям Н. Салинского («Барабанщица», «Камешки на ладони»), А. Арбузова («Иркутская история», «Годы странствий»), И. Друце («Птицы нашей молодости», «Дойна»), трилогии А. Штейна «Художник и революция».

Временная многоплановость отличает и живописные полотна рассматриваемого периода. А. Каменский, отмечая глубокие изменения, происходившие в живописи этих лет, указывает, что единство времени и места, свято и непреклонно соблюдавшееся до сих пор, нарушено, и художники стремятся развернуть повествование по времени. Сделать его многоаспектным, преодолевая «одномоментность живописи». В результате, традиционная статичность и бесфабульность живописных полотен все интенсивнее

вытесняется сложно построенным действием, развитием во времени [10, 26]. Назовем лишь некоторые работы отечественных живописцев, в которых присутствует соотнесение нескольких временных и плоскостных пространств: Э. Аплдроос «Студенты», В. Моисенко «Память», Т. Назаренко «Московский вечер», Р. Валнере «Память об отце», Н. Ливенцова «Отцу и матери — партизанам Белоруссии — посвящается», А. Савицкюс «Литва войны», М. Лейс «Красные кони».

Пространственно-временной монтаж широко осваивается и в современной литературе. Сцепление многочисленных временных пластов можно обнаружить в повестях и романах Ч. Айтматова («Материнское поле», «Прощай, Гульсары», «Буранный полустанок»), городских повестях Ю. Трифонова, трилогии А. Ананьева «Годы без войны», романах И. Дубова «Колесо Фортуны» и В. Орлова «Альтист Данилов».

Композиция литературного произведения также нередко строится как цепь воспоминаний, а форма подачи материала организуется «с конца». В целом, это ведет к усложнению образного строя произведения, что справедливо отмечается рядом критиков. Возрастает значение ассоциативных связей, которые нарушают линейный ход повествовательного времени и приводят к рождению «ассоциативной композиции», в которой повествование осуществляется не плавным переходом от одной картины к другой, не непосредственным их продолжением, а методом контрастного сопоставления мыс ле й, в пе ча тле ний, в о спо мина ний.

Так выстраивается мозаичная конструкция последних романов В. Катаева, повестей В. Астафьева, романа Н. Шундика «Белый шаман».

В 60-е годы отчетливо проявляется тенденция более глубокого и многостороннего раскрытия человеческой личности. Показ человека с широких историко-философских

позиций — одно из творческих кредо художников того времени. На это указывают многочисленные исследователи. Так, Б. Бугров отмечает, что своеобразной чертой театра последних десятилетий является показ судьбы личности в связи с живыми процессами истории, в результате чего сфера личного необыкновенно расширилась и, в

конечном счете, слилась со сферой общественного бытия человека А. Бочаров видит основное преимущество нынешней прозы в осознании человека как личности всемирной, отчего повествование приобретает некий всеохватный, общечеловеческий, космический смысл. Он предлагает рассматривать современную прозу «в аспекте ее «космовоззрения», так как объектом ее отражения становится судьба и жизнь человека

в человечестве» [3, 32].

Тенденции нового осмысления личности сопутствовал общий процесс психологизации в театре, живописи, прозе и музыке. Проникновение в глубины души, исследование внутреннего, духовного мира человека становится важнейшей задачей художника. На

это указывают Э. Эльчин [22], Б. Бугров [5], А. Каменский [10]. Последний, делая критический обзор всесоюзной портретной выставки, замечает: «...по сути дела на наших глазах складывается новый жанр живописи. Раньше стремились запечатлеть облик.

Теперь душу, как и в чем бы она ни являла себя» [10, 33].

Психологизация повлекла за собой повышение значимости планов интимных переживаний, эпизодов размышления, философского осмысления. Одним из проявлений общей психологизации в современном театре и литературе стал расцвет формы внутреннего монолога, раскрывающего глубинные противоречия внутреннего мира героя и современного времени.

Анализ музыкального искусства второй половины XX столетия выявляет важную роль монтажных принципов в творчестве А. Шнитке, С. Слонимского, Я. Ряэтса, Г. Канчели, Р. Щедрина. Нередко композиторы используют их лишь как частность, не подчиняя им все свое творчество или отдельно взятое музыкальное произведение. Подобные процессы обнаруживаются в творчестве С. Губайдулиной, А. Пярта, В. Сильвестрова, А. Тертеряна, А. Эшпая, Б. Чайковского, Ю. Буцко, В. Екимовского, А. Вустина, Н. Корндорфа и других.

Во второй половине XX столетия не угасает и стремление авторов к активизации восприятия. Монтажные приемы предоставляют для этого большие возможности. Денатурализуя изображаемое явление, они способны интенсифицировать мышление, сделать характер восприятия действенным. Монтаж привлекает авторов как средство сильнейшего воздействия на слушателей, зрителей, читателей.

Художественные искания 60-70-х годов, устремленные к осмыслению современности в ее исторической связи с прошлым и будущим, величайшей эпохи социальных потрясений, технических и культурных завоеваний, к выяснению ответов на общечеловеческие вопросы бытия, к постижению духовно-нравственной сути человека во всей ее сложности и глубине, к воплощению богатейшего мира человеческих жизней, не разрывая связей с традицией, следуют по пути многостороннего освоения новых средств выразительности. Предоставив художникам неограниченную свободу реализации творческого замысла, монтаж оказался наиболее эффективным средством его воплощения.

Библиография

1. Акопян, Л. О. Анализ глубинной структуры музыкального текста [Текст] / Л.О. Акопян. - М. : Практика, 1995. - 225 с.

2. Бочаров, А. Рождено современностью [Текст] / А. Бочаров // Новый мир. - 1981. -№ 8. - С. 227-246.

3. Бочаров, А. Эпос повседневности [Текст] / А. Бочаров // Литературное обозрение.

- 1981. - № 3. - С. 8-35.

4. Бычков, В. В. Эстетика: Учебник. [Текст] / Бычков В.В. - М.: Гардарики, 2004. - 556 с.

5. Бугров Б.С. Русская советская драматургия [Текст] / Б.С. Бугров. - М.: Высшая школа,1981. - 232 с.

6. Горных А.А. Монтаж как историческая форма [Текст] / А.А. Горных // Визуальная антропология: новые взгляды на социальную реальность / ред. Е. Р. Ярской-Смирновой, П. В. Романова, В. Л. Круткина. Саратов: Научная книга, 2007. - С. 348-367.

7. Демченко, А.И. Коллаж и полистилистика: от экспериментов авангарда в общехудожественное пространство. [Текст] А.И. Демченко // Русский авангард 1910-1920-х годов: проблема коллажа, отв. ред. Коваленко Г.Ф.; гос. Ин-т искусствознания Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ - М. : Наука, 2005. — 430 с.

8. Долинская, Е. О русской музыке последней трети XX века: учеб. пособие по курсу «История соврем. отечеств. музыки» для студентов муз. вузов [Текст] / Е. Долинская; Магнитогор. гос. консерватория, Моск. гос. консерватория им. П. И. Чайковского. - Магнитогорск: Изд-во Магнитогор. гос. консерватории, 2000. - 157 с.

9. Зинглер, Л. Некоторые тенденции развития образа современника в портретной живописи конца 60-начала 70-х годов [Текст] / Л. Зинглер // Советская жи-вопись.

- М. : Советский художник, 1976. - Вып. 74. - С. 140-152.

10. Каменский, А. Всесоюзная выставка портрета. Парадоксы портретного образа [Текст] / А. Каменский // Советская живопись - М. : Советский художник, 1976. -Вып. 74. - С. 25-35.

11. Михайлов, А.А. Поэты и поэзия [Текст] / А.А. Михайлов. - М.: Просвещение, 1978. -228 с.

12. Монтаж: Литература. Искусство. Театр. Кино [Текст] / Отв. ред. Б.В. Раушенбах. -М. : Наука, 1988. - 240 с.

13. Никитина, И.П. Художественное пространство как предмет философско-эстетического анализа: автореферат диссертации док-ра философских наук / И. П. Никитина. - М. : 2003. - 36 с. - Режим доступа: https://search.rsl.ru/ru/record/01002654258. - Загл. с экрана.

14. Птушко, Л. История отечественной музыки XX века: Учебное пособие. - Н. Новгород: ННГК им. М.И. Глинки, 2010. - 112 с.

15. Раушенбах, Б. В. Пространственные построения в живописи [Текст] / Б.В. Раушенбах.- М.: Наука,1980. - С. 140.

16. Руднев, В.П. Прочь от реальности: исследования по философии текста [Текст] / В.П. Руднев. - М. : Аграф, 2000. - 428 с.

17. Флоренский, П.А. «Анализ пространственности и времени в художественно-изобразительных произведениях» [Текст] / П.А. Флоренский. - М.: Прогресс, 1993.

- 324 с.

18. Фунтикова, С. А. Трансформация монтажа как выразительного средства в кинематографе // автореф. ... канд. филос. наук. - М.: 2011. -23 с.

19. Хализев Е. В. Теория литературы [Текс] / Е.В. Хализев - М.: Высшая школа, 2000. -

20. Шатров, М. Лениниана продолжается [Текст] /М.Шатров// Литературная газета,1980. - № 42.

21. Эйзенштейн, С.М. Избранные произведения: в 6-ти томах [Текст] / С.М. Эйзенштейн, Т.2. - М.: Искусство, 1964. - 778 с.

22. Эльчин, Э. Вечное время посева [Текст] / Э. Эльчин// Литературное обозрение. -1981. - №5.

23. Якимович. А, Сюжеты и образы притчи [Текст] / А. Якимович. - В кн.: Советская жи-вопись 79. - М.: 1981.