Эволюция банковских систем европейских стран в посткризисный период

Эволюция банковских систем европейских стран в посткризисный

период

Evolution of European banking systems for the post-crisis period

Комарова Ксения Александровна,

аспирант кафедры "Мировая экономика и международные финансовые отношения" Финансового Университета при правительстве РФ Komarova Ksenia Alexandrovna, Financial University komarovak@yandex.ru

Аннотация:

В статье анализируется влияние последствий долгового кризиса в странах ЕС на основные направления посткризисного развития европейских банковских систем. Рассматриваются факторы ухудшения финансовой стабильности ЕС и пути ее повышения. Выделяются ключевые пути совершенствования банковской системы России на основе анализе мер и решений, принятых в ЕС.

Abstract:

This article analyses impact of EU debt crisis on Europe's post-crisis development. Factors of financial instability are reviewed along with measures of it's improvement. Key measures of Russian banking system amelioration are provided based on the EU experience.

Ключевые слова: финансовый кризис, банковская система; финансовая стабильность; регулирование.

Key words: financial crisis; banking system; financial stability; regulation.

Мировой финансовый кризис 2008-2010 гг. оказал значительное влияние на экономики многих стран, в том числе стран Европейского Союза, сделав очевидными ряд проблем банковских систем европейских стран, скрытых до кризиса. В настоящее время региональная экономика ЕС является результатом такие сложных и многофакторных процессов, как трансграничная интеграция, гармонизация законодательства и норм регулирования, эволюция инструментов финансового рынка. Финансовый кризис затронул каждое из данных явлений, изменив облик банковских систем европейских стран.

Мировой финансовый кризис имел особенно тяжелые последствия для банковских систем и экономик стран Европы: темп прироста суммарного ВВП стран ЕС по состоянию на 2008 г. значительно уменьшился по сравнению с докризисным периодом 2003-2007 гг.

В последние годы банковские системы европейских стран переживают довольно радикальную трансформацию: реализуется сверхмягкая денежнокредитная политика, многие банки были вынуждены прекратить деятельность или были поглощены, многие банки целиком сокращают определенные подразделения, новые полномочия приобретает ЕЦБ, создаются панъевропейские фонды финансовой стабильности. Однако для понимания логики данных преобразований необходимо понимать те причины, которые их обусловили.

В предкризисные годы европейские банки отличались сравнительно низкими средними показателями возврата на активы (return on assets, отношение чистой прибыли за к средней величине активов за период) относительно, например, банков США или развивающихся стран.[5] Этот фактор подталкивал европейские банки к поиску способов расширения процентной маржи - как за счет увеличения процентных ставок по активам, так и за счет снижения ставок по пассивам. Следует отметить, что европейским банкам было проще достичь этих целей, чем, например, американским, которые актом Гласса-Стиголла ограничены в проведении

операций с ценными бумагами, или банкам развивающихся стран, где соответствующие ограничения связаны с часто сохраняющейся неразвитостью инфраструктуры фондового рынка и низким располагаемым доходом на душу населения, не позволяющего ему активно инвестировать.

Результатом данной ситуации стало то, что в структуре пассивов европейских банков довольно большую роль стали играть долговые ценные бумаги и межбанковское финансирование, тогда как опережающими темпами росли объемы необеспеченного потребительного кредитования, а также долгосрочного ипотечного кредитования. Параллельно все большую конкуренцию банкам, традиционно игравшим большую роль в финансировании предприятий в Европе, стали составлять инструменты прямого доступа: так, темп прироста объема выпущенных корпоративных долговых обязательств нефинансовых корпораций в Европе в предкризисные 1998-2008 гг. примерно в полтора раза превысил темп прироста объемов кредитования. [7] Таким образом, можно констатировать, что происходит вытеснение банков из сегмента финансирования крупных нефинансовых корпораций. В свою очередь, это ставит под сомнение актуальность классификации финансовых систем на «основанные на банках» и «основанные на рынке ценных бумаг» применительно к крупнейшим европейским странам. Развитие рынка капиталов в Германии, Франции, Нидерландах, Италии и других крупнейших европейских странах уже не позволяет провести четкую границу и вынуждает искать новый критерий для классификации. Таким критерием может стать степень концентрации банковского сектора, которая одновременно с долей в нем крупных банков косвенно иллюстрирует разнообразие кредитных организаций внутри финансовой системы той или иной страны. Таким образом, на современном этапе развития финансовых систем европейских стран представляется более целесообразным классифицировать их как «рыночные с концентрированным банковским сектором» и «рыночные с фрагментированным банковским сектором».

При этом следует отметить тенденцию к росту степени концентрации в банковских системах европейских стран: даже несмотря на присоединение к ЕС новых стран, количество банков за почти десять лет с 2003 года по октябрь 2013 года сократилось с 9 465 до 8 838. [6] В значительной мере росту концентрации в банковских системах способствовал финансовый кризис, в результате которого банки, попавшие в тяжелое финансовое положение, становились объектом для поглощения - в качестве примера можно привести такие крупные учреждения как британский HBOS, немецкий Dresdner Bank, бельгийско-нидерландский Fortis. Другим следствием роста концентрации банковских систем европейских стран становится универсализация составляющих их кредитных учреждений: это происходит как за счет компетенций приобретенных кредитных учреждений, так и за счет освоения новых сегментов банковского бизнеса.

С учетом финансовых инноваций и появления новых финансовых инструментов, в т.ч. производных, указанные тенденции создают новые риски для банковских систем. Важным достижением финансовых рынков последних двух десятилетий стало развитие секьюритизации, которое создало новых подход в риск-менеджменте, подразумевающий распределение принятых на себя рисков, а также существенно увеличило оборачиваемость средств при долгосрочном кредитовании. Обратной стороной таких финансовых инноваций стало распространение кредитного риска и, соответственно, риска понесения финансовых потерь множеством экономических субъектов, тогда как ранее этот риск ограничивался лишь одним субъектом. В сочетании же с ростом концентрации и универсализации в банковских системах европейских стран эти факторы распространяют риски не только на кредиторов банка-эмитента секьюритизированных долговых обязательств, но и на его вкладчиков и корреспондентов. Таким образом, определенным «побочным эффектом» классической функции банков как финансовых посредников становится распространение взаимосвязей, в том числе и рисков, между самыми различными субъектами

экономики - нефинансовыми компаниями, физическими лицами-вкладчиками, банками, держателями облигаций, залогодержателями и т.д. Глубина и широта этих взаимны связей подводит к понятию системного риска в банковской системе, т.е. риска одновременной и взаимообусловленной реализации обычных присущих банковской деятельности рисков для всех ее субъектов.

В рассматриваемом аспекте европейские банки значительно отличаются от американских, которые по акту Гласса-Стиголла изначально не могут проводить подобные операции с ценными бумагами, а, следовательно, за счет своей большей фрагментированности и гетерогенности финансовая система США в большей степени обеспечивает защиту инвесторов и финансовую стабильность. Так как принятие законов, по смыслу аналогичных акту Гласса-Стиголла, в странах Европы объективно невозможно, то местные регуляторы, в первую очередь ЕЦБ, вынуждены иным образом обеспечивать финансовую стабильность с учетом европейской специфики. Таковой, в основном является, то, что ЕС представляет из себя не единое государство, а политико-экономический блок государств, пока еще проводящих самостоятельную экономическую политику.

Недавние соглашения в ЕС, касающиеся создания банковского союза, существенно увеличивают роль ЕЦБ, по сути, делая его центром единой денежно-кредитной политики. Это, вместе с дополнением ЕЦБ как регулятора специальными органами, осуществляющими мониторинг системного риска, позволяют решить задачу его отслеживания. Следует отметить, что создание банковского союза представляет собой важный шаг по углублению интеграционных процессов в рамках ЕС. Представляется, что деятельность банковского союза будет способствовать большей эффективности институтов надзора и регулирования, повышая в конечном счете финансовую стабильность.

Также в рамках ЕС был создан инструмент для разрешения кризисных ситуаций: Европейский фонд финансовой стабильности, чьи средства уже

были использованы для выделения помощи «проблемным» странам еврозоны, и Европейский механизм финансовой стабильности. Вместе с тем данные фонды предназначены, в первую очередь, для помощи государствам. Представляется, что в дополнение к ним достижению финансовой стабильности будет способствовать создание панъевропейского фонда страхования вкладов, который позволит решить две задачи: оказать помощи при нехватке средств в национальных фондах страхования вкладов, а также защитить иностранных вкладчиков, чьи вклады могут не быть застрахованы ни национальной системой, ни системой страны происхождения банка.

Весьма действенным инструментом представляется появившаяся практика разделения ответственности и затрат на разрешение кризисных ситуаций между регуляторами и инвесторами: она позволяет избежать не выходящих за рамки злоупотреблений со стороны последних, заключающихся в покупке долговых обязательств или кредитовании банков, которые заведомо будут поддержаны государством.

Проведение единой денежно-кредитной политики в рамках зоны евро является одновременно и шагом вперед в европейском интеграционном процессе, и важным фактором укрепления финансовой стабильности. Однако все еще большую проблему составляет решение несогласованности между странами Европы другой части экономической их политики, фискальной, чего требует наличие единой валюты - евро. Именно такая несогласованность в фискальной политике вызвала долговой кризис в Европе и распространение его последствий через единую валюту на вполне устойчивые с точки зрения бюджета страны Европы. Фискальная политика является прерогативой национальных правительств, поэтому ее согласование между разными странами - намного более сложный процесс, чем согласование денежно-кредитной политики. Сочетание текущей сверхмягкой денежно-кредитной политики ЕЦБ и жесткой фискальной политики уже привело к существенному искажению обычного соотношения риск/доходность в банковском секторе: получив возможность привлекать

фондирование под крайне низкие ставки, банкам также стало возможно получать приемлемую процентную маржу при операциях со считающимися безрисковыми низкодоходными государственными облигациями. Такая ситуация имеет следствием две проблемы: замедление темпов роста кредитования, которое становится менее интересно банкам, и потенциальным наращиванием госдолга для правительств, нуждающихся в средствах для покрытия бюджетных дефицитов. Однако такая практика в долгосрочном периоде лишь еще сильнее дестабилизирует государственные финансы. Таким образом, уже достаточно скоро потребуется приведение в соответствие единой денежно-кредитной политики в Европе и фискальной политики отдельных стран.

Способствовать внедрению единых подходов в фискальной политике должно подписание Европейского фискального соглашения, однако ЕЦБ имеет возможности для косвенной поддержки заявленных в соглашении принципов. В частности, Европейский Центробанк имеет возможность устанавливать повышенные ставки резервов, создаваемых под приобретенные долговые обязательства стран, не соответствующих определенным макроэкономическим критериям. Представляется, что ЕЦБ следует как можно активно использовать данный инструмент. Другой, уже известный инструмент - это операции на открытых рынках, в т.ч. с суверенными долговыми обязательствами стран Европы.

Резюмируя, можно отметить следующее: в посткризисный период в банковских системах европейских стран лишь увеличилась степень концентрации и универсализации, что, соответственно, обусловливает увеличение системного риска. Таким образом одной из ключевых задач ЕЦБ на данном этапе становится увеличение разнородности банковских систем посредством диверсификации применяемых банками финансовых инструментов, бизнес-практик, подходов в риск-менеджменте. Необходимым становится постоянный мониторинг системного риска. Одновременно, ЕЦБ должен стать активным проводником единой денежно-кредитной политики

стран Европы и активным кредитором последней инстанции, обеспечивающим поддержку деятельности национальных Центробанков. Наконец, ЕЦБ, несмотря на определенное противоречие с его мандатом, должен поддерживать достижение единых подходов в фискальной политике, применяя доступные ему инструменты управления нормами резервирования и проводя операции на открытом рынке.

Представляется, что выводы анализа причин и последствий кризиса в европейских странах, а также опыта деятельности надзорных и регулирующих институтов, могут быть адаптированы для российской действительности в целях прогнозирования путей развития российской банковской системы и выработки рекомендаций по ее совершенствованию. Следует отметить черты, которые прослеживаются и в ряде европейских банковских систем, и в российской.

Во-первых, с точки зрения финансовой стабильности как европейские банковские системы, так и российская не в полной мере ее обеспечивают. Европейские банковские системы, традиционно причисляемые к банковским финансовым системам (с преобладающей ролью банков в экономике) под действием процессов финансовой глобализации и инноваций постепенно, не утратив, однако, важной роли банков в национальных экономиках, стали во многом зависеть от финансовых рынков. Данное обстоятельство привело к появлению дополнительного канала возникновения рисков в банковских системах. В то же время для национальных банковских систем ЕС характерен высокий уровень взаимообусловленности и проникновения, что в случае развития кризисных явлений в банковском секторе одной страны может негативно сказываться на других странах. При этом существовавшая на момент кризиса система надзора и регулирования не в полной мере учитывала риски, повышающиеся по причине усложнения как сущности применяемых банком инструментов, так и экономической среды в целом. Роль системообразующих институтов, в частности банков, в докризисное время оценивалась неадекватно тем рискам, которые данные банки создавали

на национальном, а особенно - на региональном уровне. Отставание развития институтов надзора и регулирования от степени развития стратегий, операций, инструментов, применяемых банками, является одним из важнейших факторов, ограничивающих финансовую стабильность.

Российская банковская система, как и ряд европейских банковских систем, характеризуется преобладающей ролью банков над рынком ценных бумаг в экономике страны, однако, высокая концентрация банковского сектора с точки зрения финансовой стабильности может рассматриваться как негативный фактор.

Банковские системы таких стран ЕС как Германия, Италия, Франция отличаются большим количеством небольших институтов, различающимся как по организационной форме, по ключевым направлениям деятельности, так и по степени заинтересованности в максимизации прибыли. Помимо банков, применяющих стратегию максимизации прибыли акционеров (Shareholder Value Model), существуют банки, чьей миссией является в том числе удовлетворение интересов круга заинтересованных лиц (Stakeholders Value Model).[1]

Российская банковская система характеризуется высоким уровнем концентрации - 1 августа 2013 г. 51% (на 1 августа 2012 г. — 50,6%) [3] всех активов российской банковской системы приходилось на 5 крупнейших банков, 20 крупнейших банков составляли 70,1% (на 1 августа 2012 г. — 70%) всех активов всей российской банковской системы.[4] Данное обстоятельство позволяет сделать вывод, что в случае проблем системообразующего банка банковская система России оказывается подвержена достаточно высокому системному риску.

В данной связи представляется уместным рассмотреть опыт деятельности европейских институтов регулирования и надзора в целях выявления перспектив российских органов и выработки рекомендаций. Как отмечалось выше, одной из причин кризиса была неадекватность архитектуры надзорных и контролирующих органов реалиям времени. В

России, как, впрочем, и в ЕС, и в США, не существовало специального органа, занимающегося мониторингом системных рисков, а также мерами по его ограничению. Представляется, что в целях повышения финансовой стабильности в целом и контроля за системным риском в частности, создание органов надзора, при формировании структуры и задач которых учитывался бы прошлый негативный опыт, является приоритетной задачей как ЕС, так и России.

Действующая в ЕС с января 2011 г. система надзора (the European System of Financial Supervision) созданная в целях усиления надзора в финансовой сфере за счет делегирования значительного круга вопросов специальным институтам, также подразумевает усиление дисциплины: рекомендации, прежде носившие факультативный характер, станут обязательными. В рамках данной системы в 2010 году были созданы три полномочных органа (European Supervisory Authorities): Европейское

банковское агентство (European Banking Authority, EBA), Европейское агентство по страхованию и трудовым пенсиям (European Insurance and Occupational Pensions Authority, EIOPA), Европейское агентство по ценным бумагам и фондовым рынкам (European Securities and Markets Authority, ESMA).[2] Данные органы созданы с центрами в трех городах: Лондоне, Франкфурте и Париже. Таким образом, создание новой системы надзорных органов в ЕС идет по пути разделения органов в зависимости от сферы их компетенции, однако, очевидно, что сущность системного риска в региональной экономике подразумевает создание единого наднационального мегарегулятора, который бы аккумулировал данные и эффективно осуществлял надзор, своевременно предупреждая развитие кризисных явлений.

В России идея создания мегарегулятора порождала множество дискуссий о необходимости его создания, сферах компетенции, а также круге полномочий. С 1 сентября 2013 года в России начал действовать мегарегулятор финансового рынка, созданный на базе Банка России и ФСФР.

В функции данного органа кроме надзора за коммерческими банками также входят надзор за небанковскими финансовыми организациями, страховыми компаниями, компаниями по управлению активами, пенсионными фондами, брокерскими компаниями.

Следует отметить, что перспективным путем развития российской банковской системы является развитие сотрудничества и укрепления связей с европейскими надзорными органами. До кризиса в европейской практике сотрудничество обычно оформлялось меморандумами о взаимопонимании, которые, однако, не стимулировали стороны к активному и плодотворному сотрудничеству. В данной связи можно отметить, что своевременный обмен информацией о системных рисках в будущем позволил бы смягчать кризисы ликвидности, который в 2008 г. оказался серьезным испытанием для большого числа российских банков.

Помимо преимуществ взаимодействия между регуляторами ЕС и России, реализуемых на уровне регуляторов и конкретных банков, сотрудничество в данной сфере представляется особо актуальным для России в свете цели создания в Москве международного финансового центра. Открытость и предоставление информации для иностранных инвесторов способствовало снижению рисков инвестирования в российский фондовый и долговой рынок, что полностью отвечает логике создания данного центра.

На основе анализа решений и мер, ставших результатом мирового финансового кризиса и реализованных в европейской практике, можно выделить и систематизировать проблемы, характерные для европейских банковских систем и для России, а также предложить пути решения данных проблем в России. Представляется, что эффективное решение данных проблем будет способствовать развитию российской банковской системы и способствовать повышению финансовой стабильности (табл. 1).

Таблица 1. Пути совершенствования банковской системы России на основе анализе мер в ЕС

Проблема Проявление в России Решение в Европе Решение в России

¡.Концентрация банковской системы Активы 5 крупнейших банков составляют 50,6% активов всей банковской системы, 20 крупнейших банков - 70% Антимонопольные меры, запрет на приобретение других банков Запрет на поглощение других банков

2.Риск системообразующих институтов Необходимость решения проблем приобретенного ВТБ Банка Москвы Усиление мер надзора 1. Усиление мер надзора; 2. Нахождение баланса между частным и государственным участием при сохранении государственного доли в крупнейших банках

З.Слабая диверсификация банковской системы, доминирование модели универсального банка Крайне малое количество НКО, несущественная доля в активах банковской системы Проблема не имеет актуальности в связи с традиционным разнообразием элементов банковских систем ЕС 1. Диверсификация требований к капиталу с целью упрощения создания НКО. 2. Дифференциация нормативов для банков и НКО

4.Совмещение традиционного банковского и инвестиционного бизнеса Убытки российских банков из-за деятельности их инвестиционных подразделений Усиление надзора, повышение требований к резервами. Принятие Базель-III Усиление надзора, повышение требований к резервами. Принятие Базель-Ш

5.Отсутствие органа, осуществляющего мониторинг системного риска Создание в России мегарегулятора на базе Банка России и ФСФР Создание Европейского Совета по системным рискам (European Systemic Risk Board) Эффективная деятельность мегарегулятора с включением в структуру института, осуществляющего мониторинг системных рисков. Данный институт может быть создан в форме совещательного органа с участием представителей Банка России, Министерства Финансов, Министерства Экономического развития, Счетной Палаты, Федеральной службы

государственной статистики, представителей академической среды.

6.Качество активов и пассивов Рост просроченной задолженности в банковских портфелях Мониторинг системного риска 1. Мониторинг системного риска; 2. Ужесточение требований к финансовой отчетности; 3. Внедрение консервативных бизнес-практик в банках с значительным государственным участием.

7.Конфликт интересов инвесторов и стабильности банковской системы На данный момент проблема не проявилась, однако в будущем может иметь большое значение для стабильности банковской системы. Мониторинг системного риска 1. Мониторинг системного риска

Источник: составлено автором.

Список литературы:

1. Llewellyn, T.D. Whither European Banking: Convergence or Diversity? // Paper for ECB Seminar.- 2005.- C. 32-36.

2. Wymeersch E. Europe’s New Financial Regulatory Bodies // Ghent University, Financial Law Institute, ECGI.-2011.-C. 12-20.

3. Статистика Банка России -

URL: http://www.cbr.ru/statistics/print.aspx?file=bank system/4-13 010812.htm&pid=pdko&sid=opdkovo.

4. Статистика Банка России -

URL: http://www.cbr.ru/analytics/bank system/obs ex.pdf

5. Статистика Банка международных расчетов -URL: http://www.bis.org/publ/arpdf/ar2012e6.pdf

6. Статистика ЕЦБ - URL: http://www.ecb.europa.eu/stats/pdf/money/mfi/mfi latest.pdf?a3le5bac8f25 l89acb9bb52l6467d4fc

7. Статистика ЕЦБ -

URL: http ://sdw.ecb. europa.eu/browse. do?node=bbn l39