Термины родства и семейно-родственных отношений в памятнике монгольского права XVIII В. «Халха джирум»

ЯЗЫКОЗНАНИЕ

УДК 81’373.47 ББК 81.23

ТЕРМИНЫ РОДСТВА И СЕМЕЙНО-РОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ В ПАМЯТНИКЕ МОНГОЛЬСКОГО ПРАВА ХУШ в. «ХАЛХА ДЖИРУМ»*

Г. Ц. Пюрбеев

Термины родства представляют особый интерес в рамках изучения традиционных таксономических систем, поскольку относятся к архаичным пластам лексики и входят в основной словарный фонд любого языка. Эта ограниченная по объему лексико-семантическая группа включает названия, отражающие семейно-родственные отношения. Монгольская терминология родства не раз становилась предметом изучения монголистов; в работах лингвистов в качестве источников в последнее время все чаще используются тексты средневековых памятников и словарей [Рыкин 2005; Бадга-ев 2009; Омакаева, Бурыкин 1999 и др.].

Исторически терминология родства у монголов складывалась в условиях большой патриархальной семьи. Сегодня некоторые термины, определяющие степень родства, обозначающие родственников по разным типам родства (по линии матери или отца, ближнего или дальнего, кровного или свойственного, по признаку старшинства и т. д.), из активного словарного запаса перешли в пассивный, а то и вовсе исчезли. Поэтому актуальность изучения данной группы слов, дающих очень ценную информацию не только лингвистического, но и также историко-этнографического характера, не вызывает сомнений. Важнейшим источником в этом отношении выступают монгольские законодательные памятники [Халха джирум 1965]. Юридический анализ законов «Халха джирума» был дан В. А. Рязановским [1931], С. Жа-лан-Аажав [1957], У. Жамцарано и А. Ту-рунов [1923].

Текст памятника богат терминами (словами и словосочетаниями), которые характеризуют семейно-родственные отношения

людей по отцовской и материнской линии, а также их социальное положение и возраст.

Обобщенное понятие ‘родственники, родня, род, сородичи, родство’ передается словами uruy (XVI, 17-302) и torol (V, 7-191), которые выступают и в парном употреблении, причем с разной последовательностью компонентов: uruy torol (XVI, 14-301; 17-302) ‘родственники, родня; родство’; torol uruy ügei kümün (XVI, 14-301) ‘человек, не состоящий с кем-л. в родстве, безродный’; uruy ügei kümün (XIV, 23-277) ‘неродной, неродственник; безродный’. Слово torol обладает также значением ‘колено, поколение родственников’: vacirai qayan-u tabduyar torol (XVI, 306) ‘родственники Вачирай хана в пятом колене’.

Обобщенное значение ‘близкие родные, ближайшая родня’ имеет парное сочетание aq-a degüü-nar (букв.‘старшие-младшие’), что подтверждается фразой: taizi kümün qulyai kibesü... ulus-tai bolbasu ulus-i-inu aq-a degüü-nar-tur-inu abcu oggüy-e (IX, 2-228) ‘Если кражу совершит тайджи, то при наличии у него подданных раздать таковых ближайшим его родственникам’.

Понятие ‘семья, семейство; дом, двор, хозяйство’ выражается не только словом ayil (I, 10-135) аил, но и аналитическими образованиями erüke kümün и ger kümün: yurban erüke kümün (VIII, 6-212) ‘три семейства, семьи’. Термин ger kümün ‘семья, семейство’ (букв. юрта-человек, юрта-люди) не отмечен в современных словарях.

В значении ‘мать’ используется слово eke (XIV, 20-276): buliyalduyci üre bügüde-yin torügsen eke biy bolqula eke-inu mede-tügei (VIII, 25-220) ‘Если жива мать всех тяжущихся детей, то пусть она и распоряжается’. C такой же первичной семантикой

* В круглых скобках указываются римскими цифрами номер закона, затем — в случае отсутствия номера статьи закона — страница (напр., XVI, 306), а при наличии статьи закона — соответствующий номер, после которого через дефис дается ссылка на страницу (напр., IX, 2-228).

Вестник Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН

№ 3 2013

употребляется слово ezi (IV, 8-153) эджи, ‘мать, мама’.

Понятие ‘отец’ передается часто встречающимся словом ecige (VIII, 5-211; XIV, 20-276; XVI, 20-303). В сочетании с ebüge оно обозначает ‘ предок, предки’ (IX, 8-233). Отец парня-жениха именуется süilegsen küü-yin ecige (VIII, 19-217), а отец девушки-невесты — süilegsen ükin-i ecige (там же). Дед по матери называется nayaca ecige (VIII, 23-219). Название ‘родители’ образуется путем сложения слов ecige ‘отец’ и eke ‘мать’ (XIV, 20-276).

Для названия жены используется слово eme, которое представлено и в значении ‘женщина’ (IV, 14-158; 59-186; XXIII, 326). В статьях уложений, посвященных брачному праву, в частности там, где идет речь об урегулировании взаимоотношений жены и мужа, вообще женщины и мужчины, встречаются самые разные термины со словом eme, в том числе:

1) атрибутивные — gegegsen eme (VIII, 26-211) ‘покинутая, оставленная жена’, kü-mün-ü eme (IV, 59-186) ‘чужая жена’, qaracu eme (VIII, 5-211) ‘жена-простолюдинка’, qurimtu eme (VIII, 13-214) ‘помолвленная женщина’, keüked ügei eme (XVI, 16-302) ‘бездетная женщина’;

2) глагольные - eme abqu (VIII, 2-211) ‘взять, брать в жены; жениться’; eme-yi-inu qaycayulaqu (VIII, 5-211) ‘разлучить жену с мужем; расторгнуть брак с женой’, eme-yi-inu zon-du yaryaqu (IV, 6-197; 12-199) ‘вернуть жену к родным, в ее род’, qaracu kümün-ü eme-dür oroqu (VIII, 11-214) ‘сойтись с женой простолюдина’, kümün-ü eme ba ükin-i bosyoqu (VIII, 11-213; К, 38-227) ‘уводить чужую жену или дочь’.

Жена человека ханского или княжеского достоинства называлась особыми терминами: abai или qatun: urida abai (VIII,

2-209) ‘ прежняя, первая жена привилегированного лица’, qoitu abai (V, 3-210) ‘вторая жена привилегированного лица’, qatun (VIII, 8-212) ‘хатун, жена нойона; княгиня, госпожа’; qatun-dur oroqu (там же) ‘сойтись с хатун, женой нойона’.

Название ‘родители’ образуется путем сложения слов ecige ‘отец’ и eke ‘мать’ (XIV, 20-276), которые обычно употребляются в иной последовательности, т. е. eke ecige. Однако в юридическом тексте специально подчеркивается более высокий социально статус отца как одного из родителей.

Названием мужа служит слово ere, которое применяется и в значении ‘мужчина’ (IV, 57-184, 59-186): qoyitu ere (VIII, 22-218) ‘второй муж’, ere-ece qaycaqu (VIII, 5-211) ‘развестись с мужем’.

Понятия ‘ребенок, дитя’ и ‘дети’ выражаются словами üre (V, 7-191; VIII, 25219, 220) и keüked (VI, 193): noyad üre-degen ümci ogküi-degen... ‘Когда нойоны будут выделять собственность детям...’, keüked-tei kümün (IV,48-179) ‘человек, у которого есть дети’, keüked unayaqu (IV,14-158) ‘сделать выкидыш’ (букв. ‘ребёнка, дитя выронить’).

Для передачи значений ‘дочь, девочка; девушка, девица’ употребляются слова ükin (VIII, 16-216; 21-218) и keüken (VIII, 12214), первое из них встречается в «Халха джирум» чаще, причем конкретная семантика этих лексем дифференцируется контекстом: ükin-i yuyiqu (VIII, 16-216) ‘сватать дочь’, süi ügei ükin (VIII, 7-212) ‘не-сговоренная девица’, süitü ükin (VIII, 6-212; 14-215) ‘сговоренная девушка, невеста’, süilegsen ükin (VIII, 20-217) ‘засватанная девушка’, kümün-ü ükin (IV, 59-186) ‘чужая дочь’; keüken-iyen qurimlaqu (VIII, 12-214) ‘устраивать помолвку дочери’, qurim ügei keüken (там же) ‘девушка, помолвка которой не закреплена хуримом, свадьбой’. Сговор, помолвка невесты и жениха обозначается термином süi, а приданое невесты — термином inzi: süi ebdekü (VIII, 8-212) ‘нарушать сговор, помолвку’, abai-yin izayur-aca dayayulazu iregsen inzi (VIII, 2-210) ‘приданое княжны, с которым она прибыла от родителей’.

Значение ‘сын, мальчик, парень’ передается словами kobegün и küü (VIII, 13219; 25-220): noyad-un kobegüd (I, 1-128) ‘сыновья нойона’, abai ügei kobegün (IV, 47-179) ‘неженатый сын привилегированного лица’, asaraysan kobegün (I, 1-125) ‘приемный сын’, otqan küü (VIII, 23-219) ‘младший сын’, uuyan küü (там же) ‘старший сын’, süilegsen küü (VIII, 19, 20-217) ‘парень-жених, у которого есть засватанная девушка-невеста’.

Понятия ‘старший брат’ и ‘младший брат’ соответственно обозначаются лексемами aq-a и degüü (IX, 2-228).

В тексте памятника зафиксирован термин zige ‘внук, племянник по женской линии’: otqan zige (VIII, 23-219) ‘младший внук (по матери)’, uuyan zige (там же) ‘старший внук (по матери)’. Кроме этого, представлены также другие термины родства по

ЯЗЫКОЗНАНИЕ

женской линии: tôrküm (VIII, 2-210) ‘родители, родственники невесты’, tôrôgsen nayaca (VIII, 23-219) ‘родной дядя по матери’, nayaca ecige (там же) ‘дед по матери’.

Понятие ‘зять, муж дочери’ обозначается словом kürgen (VIII, 21-218): kürgen oroqu ‘войти в семью как зять’, kücin-i kürgen (там же) ‘зять, который пришел в семью невесты; работник-зять’.

Название прежнего жениха, или человека, с кем женщина была помолвлена, передается термином-словосочетанием izayur-un qurimtu kümün: noyon qaracu kümün-i eme-yi busu kümün-dür ôgkü bolqula, qurimtu kümün-i noyon-dur sonusyazu ôg. Sonusqal ügei ôgbesü izayur-un qurimtu kümün-dü qariulazi ôgtügei (VIII, 13-214) ‘Если нойон выдаст за другого человека женщину, помолвленную с простолюдином, то он обязан предварительно предупредить об этом нойона этого простолюдина. Если же не предупредит, то женщина должна выходить за прежнего жениха, того, с кем была помолвлена ранее’.

Общим названием отца жениха по отношению к отцу невесты является термин quda ‘сват, кум’: quda boloqu (VIII, 19-217) ‘свататься, становиться сватами’. Следует отметить, что в данном памятнике слово quda выступает только в “мужском” значении, в чем можно убедиться из текста статьи 19 Закона 1709 г.: yeru quda boluysan kümün mal-iyan abuyad, ükin-iyen ôggül ügei yabuysayar zil udaysan qoyina ükin-i ecige udazi qayacaqula, nigen zil doturaki-yi toyabar-i ôg, küü-yin ecige udazi salyaqula ôggügsen mal zayu bolqula tegün-iyen abqu (УШ, 19-217). ‘Если кто, выдавая дочь замуж, получит скот и расторгнет помолвку, то он должен возвратить полностью весь скот, полученный за последний год. Если брак будет расторгнут по почину отца жениха, то последний должен взять лишь тот скот, который он дал’.

Таким образом, терминология родства, выявленная нами в тексте памятника монгольского права «Халха джирум», позволяет судить о характере семейно-родственных отношений в монгольском обществе XVIII в. Данная группа слов, в которой ярко

проявляется общность основного словарного фонда монгольских языков, отражает реальные отношения в обществе и семейно-родственном коллективе того времени, определяет статус индивидуума среди множества других людей, связанных с ним определенными узами родства, что важно для изучения форм социальной организации и функционирования социальных институтов в прошлые эпохи.

Литература

Бадгаев Н. Б. Фонетические особенности некоторых терминов родства и свойства в монгольском глоссарии «Мукаддимат Ал-Адаб» // 7 Конгресс этнографов и антропологов России (Оренбург, 1-5 июля 2009 г.). Оренбург: Издат. центр ОГАУ, 2009. С. 530-531. Жалан-Аажав С. Халх журам бол монгол хууль цаазны эртний дурсгалт бичиг мен. Улаан-баатар, 1958. 212 х.

Жамцарано Ц., Турунов А. Халха джирум: Описание памятника // Сб. трудов Иркутск. унта. Вып. 6. Иркутск, 1923. С. 1-18.

Омакаева Э. У., Бурыкин А. А. Система терминов родства и свойства калмыков // Алгебра родства. Родство. Системы родства. Системы терминов родства. СПб., 1999. Вып. 4. С. 212-221.

Пюрбеев Г. Ц. Памятник монгольского права XVIII в. «Халха джирум». Лексика. Грамматика. Транслитерация текста. Отв. ред. член-корр. РАН А. В. Дыбо. М.; Калуга: Изд-во «Эйдос», 2012. 270 с.

Ринчен Б. Ра^-а ,дтт // 8Ш&а Мо^оИса. Т. 1, £ 1. Улаанбаатар, 1959. 70 х.

Рыкин П. О. Семантический анализ термина aqa в среднемонгольском языке: к проблеме реконструкции ностратической терминологии родства и свойства) // Алгебра родства. СПб., 2005. Вып. 9. С. 32-44.

Рязановский В.А. Монгольское право, преимущественно обычное. Харбин: Тип. Н. Е. Чи-нарева, 1931. 306 с.

Халха джирум: Памятник монгольского феодального права ХУШ в. Сводный текст и перевод Ц. Жамцарано; подготовка текста к изданию, редакция, введение, примечания С. Д. Дылыкова. М.: Наука, 1965. 340 с.