Антропоморфная парадигма признаков в структуре концепта ум

АНТРОПОМОРФНАЯ ПАРАДИГМА ПРИЗНАКОВ В СТРУКТУРЕ КОНЦЕПТА УМ

© 2004 М.В. Пименова

Кемеровский государственный университет

Язык, по мнению Лео Вейсгербера, является не важнейшим средством общения и орудием мышления, а неким "промежуточным миром" между реальностью и мышлением. Человек познаёт не объективную действительность, существующую вне его и независимо от него, а тот язык, которым владеет. “Промежуточный мир языка", по Л.Вейсгерберу, национально своеобразен. Характер и развитие мышления определяется его имманентным развитием, поэтому любое мышление имеет чисто национальные черты [см.: 2]. В различных концепциях современного языкознания делаются попытки разрешить один вопрос: определяет язык мировоззрение или он не является первичным способом категоризации действительности и миропонимания. Эти теории постулируют достаточную относительность знаний о мире, которые прямо зависят от того, что служит источником этого знания: сама действительность или ее концептуализация, зафиксированная в значении языковых знаков. В настоящий период эта проблема возникла вновь в связи с исследованием когнитивных процессов, лежащих в основе порождения языковых сообщений и их понимание. В современной гносеологии выдвигается мнение, что добытое (выводное) знание обладает эвристической функцией. Когнитивная обработка нового знания при его концептуализации происходит путем перенесения ‘‘буквального” значения существующих языковых знаков и сопутствующих им ассоциаций на другую область знания. Как отмечает Т.А. Фесенко, “интерпретация фрагмента действительности в концептуальной системе - это, по сути, конструирование информации об определённом мире или “картине мира”, при этом смысл вербальных единиц оказывается как бы “вплетённым’' в данную концептуальную систему” [11, 133]. В основе концептуальных метафор находятся когнитивные модели Под когнитивной моделью понимается некоторый стереотипный образ, с помощью которого организуется опыт, знания о мире. Такая модель определяет нашу концептуальную организацию опыта, наше к нему’ отношение, а также то, что мы желаем выразить. Иными словами. значение слова может быть представлено в виде когнитивной модели - структуры пред-

ставления знания — связанной схематизации опыта, в которой фиксируются прототипические знания о действительности, содержится основная (типовая) информация о том или ином концепте. Когнитивные модели, так или иначе реализованные в языковых знаках, обнаруживают относительную простоту структурных типов и представляют собой последовательную систему, построенную на универсальных законах.

Концепты внутреннего мира обычно представлены в языке посредством метафор. Как отметил А.П. Чудинов, “Каждая из ... метафор -это только мелкая деталь, малозаметное стёклышко в огромной мозаике, но подобные образы - это реализация действительно существующих в общественном сознании моделей... Важно подчеркнуть, что метафорическое зеркало отражает не реальное положение дел..., а его восприятие в национальном сознании" [12, 211]. Метафора привычна в описании любых реалий, "наша обыденная понятийная система, в рамках которой мы мыслим и действуем, метафорична по своей сути... Наш понятийная система играет, таким образом, центральную роль в определении повседневной реальности ... наша понятийная система носит преимущественно метафорический характер, ... наше мышление, повседневный опыт и поведение в значительной степени обусловливаются метафорой” [5, 387]. Постижение и освоение внутреннего мира производится человеком наравне с постижением и освоением мира внешнего [см. подробнее: 7; 8: 9]. Разнообразие антропоморфных признаков в структуре концептов внутреннего мира обусловливает выделение на их основе когнитивной модели *ум человек'.

Впервые назначение антропоморфных образований и их логику описал Дж. Вико [3]. Именно Дж. Вико первым указал на особый культурный статус метафоры, на ее роль в познании нового человеком. Основным положением его теории является то, что человек в состоянии понять лишь то, что он сам сделал, что для него известно. “Антропоморфные представления. включенные в систему объяснения (в качестве элементов логики “развития" с соответствующей метафорикой выражения), представле-

ны в семантических образованиях предзаданно-сти, скрытом замысле или действиях сил, обладающих признаками воли, сознания, интереса, желания и т.п. В них объединяются “природные” и “человеческие” элементы...” [4, 320].

Сформировавшаяся антропологическая парадигма знаний исходит из допущения того, что человек познает мир через осознание своей практической и теоретической деятельности в чём. Языку присущ принцип антропоцентрич-4ости; язык предназначен для человека, и вся категоризация внешнего мира ориентирована на человека. При этом “в языке отражаются не только особенности природных условий или сультуры, но и своеобразие национального ха-)актера его носителей” [6, 21]. Язык “навязыва-гг” человеку стереотипы восприятия мира через :истему языковых категорий. Как отмечают 3.0. Борискина и А.А. Кретов, “языковая кате-оризация мира - это уникальное для каждого ггноса разрешение противоречий между дис-сретностью формы и континуальностью содержания языковых знаков через систему языковых категорий, как явных, так и скрытых (криптоклассов), обусловленное “наивной” систематизацией вербализованного человеческого опыта”

1, 6]. Концептуализация внутреннего мира заложена в языке, и анализируемые концепты рассматриваются с точки зрения антропоморфных признаков.

Концепт >ти в русской языковой картине мира представлен разнообразными когнитивными моделями, реализующими общий для них признак ‘ум человек’ [о структуре концепта ум :м.: 10]. Антропоморфизм ума определяется его ендерными характеристиками {Мужичий ум 'оворит; надо, бабий ум говорит; хочу), а также {ациональными характеристиками (Говорят, \то у Прудона германский ум. Это неправда, хапротив, его ум совершенно французский. ер цен. Былое и думы; Ещё молчит гроза народа, Ещё окован русский ум, И угнетённая свобода Таит порывы смелых дум. Языков. Элегия; 1а, велико его значенье - Он, верный Русскому му, Завоевал нам Просвещенье, Не нас порабо-пил ему... Тютчев. Он, умирая, сомневался...).

Одной из самых обширно представленных когнитивных моделей выступает 'ум воин’

»боевой ум). Для уиа-воинг свойственны такие качества, как дисциплина (дисциплинированный у.м), ловкость (ловкий ум), наблюдательность [наблюдательный ум), решительность (решительный ум), непобедимость (непобедимый ум), смелость (смелый ум), сила (сильный ум; сила ума). Ум, как воин-стрелок, бывает метким {меткий ум). Ум, как и воина, можно убить (убитый ум). Вариантом этой когнитивной мо-

дели может быть ‘ум пленник’ (пленить чей ум). Пленить ум может добродетель (Взойти на ту высоку гору. Где роза без шипов растёт. Где добродетель обитает, - Она мой дух и ум пленяет... Державин. Фелица). Не богатство пленяет ум, а особые качества человека (Не пленила златом, свойством Нас она, ни серебром: Но лишь девичьим геройством, Здравым и простым умом. Державин. Царь-девица). В качестве дополнительных вариантов могут быть когнитивные модели ‘ум победитель’ (побеждать умом), 'ум побеждённый’ (победить/ тенить чей ум), ‘ум разрушитель’ (разрушительный ум).

Вариативной когнитивной моделью является ‘ум властитель’ (власть ума). Ум властвует над миром, над стихиями (Когда ты возлетишь под небеса волнами, - Увидишь смертных ум и их над морем власть; Но в бездны коль падёшь,

- узришь их бренну часть. Взноси ж. Орёл, крыле, чтоб ввек жить меж звездами. Державин. На спуск корабля “Орла”; Я телом в прахе истлеваю, Умом громам повелеваю, Я царь - я раб

- я червь - я бог! Державин. Бог). Уму, как подданные властителю, отдают дань (отдать дань уму; Лариосик отдал дань уму и находчивости Николки, после чего приступил к распечатыванию окна. Булгаков. Белая гвардия). Вариантами когнитивной модели ‘ум властитель' выступают ‘ум чиновник’ (правительственный ум; министерский ум; Над этим делом работали умы государственные! Мельников-Печерский. В Чудове), ‘ум царь’ (О вы, безбожники! не чтущи Всевышней власти над собой, В развратных мыслях тех живущи, Что случай всё творит слепой, Что ум лишь ваш есть царь вселенной... Державин. Гром), ‘ум авторитет' (Чацкого авторитет известен был и прежде, как авторитет ума, остроумия, конечно, знаний и прочего. Гончаров. Мильон терзаний).

Обратной когнитивной моделью является модель ‘ум -> подчинённый’. Над умами имеют власть (властвовать умами; иметь власть над чьим умом). Умами управляют (Как он умеет самовластно Сердца привлечь и разгадать, Умами править безопасно, Чужие тайны разрешать! Пушкин. Полтава). Помогает управлять умами людей особый дар слова (Не я ль язык твой одари1 Могучей властью над умами? Пушкин. Подражание Корану). Ум угнетают (ум угнетён чем). Ум может остаться свободным (свободный ум). Ум подавляют (подавленный ум). Подчинённость ума вызвана бедностью (бедный ум), забитостью (забитый ум). Умы, как люди, требуют вождей (Явился ты в Ферней - и циник поседелый, Умов и моды вождь пронырливый и смелый... Пушкин. К

вельможе). Вариантом этой когнитивной модели выступает ‘ум раб’ (Знать, миру явному дотоле Наш бедный ум порабощён. Что переносит поневоле И в мир мечты его закон! Бара-ты некий. Фея; Здесь нет ни скиптра, ни оков, Мы все равны, мы все свободны, Наги ум - не раб чужих умов, И чувства наши благородны. Языков. Песни).

Когнитивная модель ‘ум работник’ реализуется посредством признаков труда, работы, входящими в структуру концепта ум (напряженная работа ума; работники умственного труда; умственная деятельность; ср.: Встретились и калеки умственного труда. Орлов. Альтист Данилов). Работа ума может быть определена как дело (не твоего ума дело; Приказчик запретил мне читать в лавке книги, сказав:

- Это не твоего ума дело! Горький. В людях). Обычно работа ума понимается как творчество. Ум человека определяется творческими качествами (творческий ум), наделяется свойствами созидательной деятельности (ум творит; Пусть только ум Екатерины, Как Архимед, создаст машины; И росс вселенной потрясёт. Державин. На взятие Измаила). Созидательная деятельность ума понимается как особое его свойство - изобретательность (изобретательныйум; [Паратов:] Если мужчина заплачет, так его бабой назовут; а эта кличка для мужчины хуже всего, что только может изобресть ум человеческий. Островский. Бесприданница). В таких случаях возможно говорить о реализации когнитивной модели ‘ум -> изобретатель’.

Отсутствие деятельности ума называется праздностью или ленью (умственная лень; праздность ума). Лень ума - это свойство толпы (Так иногда толпы ленивый ум Из усыпления выводит Глас, пошлый глас, вещатель общих дум, И звучный отзыв в ней находит. Баратынский. Осень). Праздность ума трактуется как отсутствие у человека цели (Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум. Пушкин. Дар напрасный, дар случайный...).

Разнообразно представленной в русском языке является когнитивная модель ‘ум помощник’. Ум помогает человеку в его делах (Без ума торговать, только деньги терять; делать с умом; И с умом воровать - беды не миновать; работать с умом: С умом задумано, а без ума сделано; С умом, подумаем; а без ума, сделаем; сделано с умом), в его поступках (поступать с умом). Помощь ума приводит иногда к обратному эффекту (С умом жить - мучиться, а без ума жить - тешиться). Ум помогает извлекать пользу (С умом изо всего извлечь нам пользу можно, Когда обходимся с вещами осторожно;

А без ума - всегда С опасными вещъми беда.

Н.Бестужев. Мартышка и бритва). Ум — это помощник в ситуациях выбора спутника жизни (Я иной раз скажу: с умом надо было замуж выходить, Дусенька! Абрамов. Дом). Вариантами этой модели могут быть ‘ум -> советник’ (ум подсказывает; Ум шепчет: перестань... Бальмонт. Избранный),'ум -> наставник’ (Ум разуму учит).

Когнитивная модель ‘ум друг/ недруг’ дополняется моделью ‘ум противник’ (Ум с сердцем не в ладу; жить в согласии со своим умом). Ум “дружит” с мыслями (От развлечения, от внешних впечатлений Тогда отвыкнув, уж я в себе самой Для сердца и души искала наслаждений, И пищи, и огня, Там ум сдружился мой С отрадой тихою спокойных размышлений... Ростопчина). В русской языковой картине мира противником ума считается сердце - орган чувств (В разладе с сердцем светский ум. Ростопчина).

В русской языковой картине мира употребительной выступает когнитивная модель *ум путник’. Для реализации этой модели используются метафоры движения (доходить/ дойти своим умом; Летами ушел, а умом не дошел; Рожею подкрасил, а умом не дошёл; Ум придет, да пора уйдет; Ум с умом сходились, дураками расходились; Была пора, так не было ума; а пора ушла, и ум пришел). У ума, как у путника, есть свои пути (пути ума). Движение ума ничем не ограничено (простор для ума). Путник-уи характеризуется свободой передвижения (Голова прикована, а уму воля дана; Ты царь: живи один. Дорогою свободной Иди, куда влечёт тебя свободный ум, Усовершенствуя плоды любимых дум, Не требуя наград за подвиг благородный Пушкин. Поэту). Ум, как и путника, преследуют. В качестве преследователей ума могут быть мысли, чувства (преследовать ум; мысли/ чувства преследуют чей ум; Любовь и жажда наслаждений Одни преследуют мой ум. Пушкин. Руслан и Людмила). Вариант этой когнитивной модели - ‘ум попутчик’ (Пускай ум наперед: отстанет, не догонит). В попутчики берут только свой ум (Чужойум не попутчик).

Когнитивная модель ‘ум ученик’ проявляется через признаки, выяаленные у концепта ум

- ‘образование’, ‘воспитание’ и ‘развитие’ (воспитание/ развитие/ образование ума; Акулина видимо привыкала к лучшему складу речей, и ум её заметно развивался и образовывался. Пушкин. Барышня-крестьянка,1 Хотя ум и способности молодого наследника дома Форли были раз-виты прекрасным воспитанием и заботами нежной матери. .. Ростопчина).

К окказиональным (единичным, авторским) когнитивным моделям относятся ‘ум -> актёр' (Только личное его [ Чацкого] горе произошло не от одного ума, а более от других причин, где ум его играл страдательную роль, и это подаю Пушкину повод отказать ему в уме. Гончаров. Мильон терзаний), ‘ум -> изменник* (Здесь изменяет ему [ Чацкому] не только ум, но и здравый смысл, даже простое приличие. Гончаров. Мильон терзаний).

Таким образом, на основе выделенных когнитивных моделей можно определить шесть групп основных метафор, свойственных для концепта ум в русском языке: (1) ум - воитель; (2) ум - труженик, творящее/ созидающее существо или творческая натура (актёр); (3) ум -представитель иерархической системы в обществе (властитель/ подчинённый); (4) ум - путник, попутчик; (5) ум - друг или недруг, (6) ум -ученик.

ЛИТЕРАТУРА

1. Борискина О.О., Кретов А.А. Теория языковой категоризации: Национальное языковое сознание сквозь призму криптокласса / 0.0. Борискина, А.А. Кретов. - Воронеж, 2003.

2. Вейсгербер Л.Й. Родной язык и формирование духа / Л.Й. Вейсберг. - М., 1993.

3. Вико Дж. Новая наука / Дж. Вико. - М., 1936.

4. Гудков Л.Д. Метафора и рациональность как проблема социальной эпистемологии /Л.Д. Гудков. - М., 1994.

5. Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живём / Дж. Лакофф, М. Джонсон // Теория метафоры. - М.: “Прогресс”, 1990. - С. 347-415.

6. Падучева Е.В. Таксономические категории глагола и семантика видового противопоставления / Е.В. Падучева // Семиотика и информатика. Вып.34.-М., 1994.

7. Пименова М.В. Этногерменевтика языковой наивной картины внутреннего мира человека / М.В. Пименова - Кемерово, Landau: Куз-бассвузиздат, Verlag Empirische P&dagogik, 1999. (Серия “Этногерменевтика и этнориторика”. Вып. 5).

8. Пименова М.В. Особенности репрезентации концепта чувство в русской языковой картине мира / М.В. Пименова // Мир человека и мир языка: Коллективная монография. - Кемерово: ИПК “Графика”, 2003. - С.58-120.

9. Пименова М.В. Душа и дух: особенности концептуализации /М.В. Пименова. - Кемерово: ИПК “Графика”, 2004 (Серия “Концептуальные исследования”. Вып. 3).

10. Сергеева Н.М. Концепты ум. разум в русской языковой картине мира: Автореф. лис ... канд. филол. наук / Н.М. Сергеева. - Екатеринбург, 2004.

11. Фесенко Т.А. Специфика национального культурного пространства в зеркале перевода Т.А. Фесенко. - Тамбов: ТГУ им. Г.Р. Державина, 2002.

12. Чудинов А.П. Россия в метафорическом зеркале: когнитивное исследование политической метафоры (1991-2000) / А.П. Чудинов. -Екатеринбург: УГГГУ, 2003. - 2-е изд.