О возможной классификации современных подходов к проблеме типологии миссии университетов

УДК 316.4; 378.4

О ВОЗМОЖНОЙ КЛАССИФИКАЦИИ СОВРЕМЕННЫХ ПОДХОДОВ К ПРОБЛЕМЕ ТИПОЛОГИИ МИССИИ УНИВЕРСИТЕТОВ

А.Ю. Карпенко

DOI 10.23683/2072-0181-2017-92-4-63-69

Произошедшие в Европе после Великой Отечественной войны глубокие изменения в системе социальных отношений отразились на самых разных аспектах социальной теории. Изменились теоретические воззрения и на социальный институт образования.

Осуществление системных реформ во всех социальных институтах, в том числе и в институте образования, обусловило дискуссионность такой острой проблемы, как выработка типологии миссии современного университета.

Противоположность научных позиций по этому вопросу состоит в оценке того, может ли быть определена единая для всех высших учебных заведений миссия, или она должна быть представлена на первичных уровнях каждым университетом самостоятельно, как отдельной образовательной организацией. Разрешение этого противоречия имеет важнейшее методологическое основание, уходящее в понимание целевого характера реформы высшего образования. Попытаемся проанализировать основные подходы, сложившиеся в современной науке в определении миссии университета, и на этом основании выработать классификацию существующих позиций.

Д. Белл поставил перед собой задачу найти компромисс между идеей либерального и утилитарного образования, объединив его в новой миссии университета. Этот компромисс автор позиционирует в концепции университета, как нового социального института, обладающего мультифункциональным набором направлений работы. По мнению Д. Белла, решающее значение имеет не университетская программа, а качество преподавания. Качество может быть достигнуто не просто за счет проведения реформ дидактического и организационного порядка, а

Карпенко Анастасия Юрьевна - соискатель кафедры теоретической социологии и методологии региональных исследований Института социологии и регио-новедения Южного федерального университета, 344002, Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская 160, e-mail: nastena-ste@ mail.ru, т. 8(863)2641755.

посредством стимулирования самостоятельного поиска истины. Университет в новой ситуации должен стать центром подготовки специалистов высшей квалификации, обладающих креативным типом мышления, что жизненно важно в условиях новой, постоянно изменяющейся, трансформирующейся реальности [1].

Несколько иначе произошедшие изменения были осмыслены американским футурологом К. Керром. Поскольку сам термин «университет» в новой реальности уже не отражает своего значения как союза преподавателей и студентов, ученый предлагает заменить его новым понятием «мультиверситет» [2]. В своей работе «Критический век университета» [3] он не предлагает каких-либо значимых программ по реформированию университетского образования. Здесь также нет кристаллизации на уровне четко постулируемого тезиса миссии университета. К. Керр ориентирован, скорее, на анализ вероятностных тенденций университетского образования, как он сам понимал данную вероятность и данные тенденции. По мнению специалиста, современный мультиверситет начинает приобретать сложные организационно-структурные связи, в рамках которых формируется несколько автономных университетских сообществ. Цель формирования таких сообществ состоит в поиске новых истин и сохранении старых. Достижение данной цели будет сопровождаться разрастанием университета (мультиверситета) до состояния города-государства (в авторской терминологии - Города Интеллекта). По прогнозу К. Керра, мультивер-ситеты в будущем перестанут быть закрытыми образовательными учреждениями, а превратятся в некие интеллектуальные, постоянно растущие центры, со временем превращающиеся в единый конгломерат под названием Идеополис.

Anastasia Karpenko - Southern Federal University, 160, Pushkinskaya Street, Rostov-on-Don, 344002, e-mail: nastena-ste@mail.ru, tel. +7(863)2641755.

Совершенно очевидно, что такая концепция отражает, как новое отношение к знанию в качестве главной ценности информационного общества, так и определенные опасения автора в том, что общество массового потребления может поглотить и нивелировать традиционно качественное университетское образование. Здесь же мы видим принципиально иной прогноз: Университет (мультиверситет) превращает общество в совокупность Идеополисов - научных центров, продуцирующих и транслирующих знания в социум.

Проект структурной реформы университета был предложен Рональдом Барнеттом. Актуализируя проблему, в самом начале своей программной лекции «Осмысление университета» он высказывает максимально категоричное в данной связи суждение: «Западный университет умер. В это трудно поверить, но такова реальность. Правда, история университета говорит о его необыкновенной способности к обновлению и адаптации к новым условиям. Это позволяет надеяться на то, что и сейчас свершится чудо и возникнет новый университет» [4, с. 97]. Это «чудо», по мнению Р. Барнетта, возможно, если в конструировании новой миссии придерживаться шести выделяемых им принципов:

1. Критическая междисциплинарность.

2. Коллективный самоанализ.

3. Целевое возрождение.

4. Подвижные границы.

5. Ангажированность.

6. Коммуникативная терпимость [4, с. 104-105].

Университет должен быть не просто утилитарен по своей сути, ему следует быть готовым к перманентной мимикрии, адаптивности, аксиологической и структурной подвижности. Неважно, что представляет собой университет сейчас, куда большее значение имеет то, что он может и должен в любой момент становиться другим. Совершенно очевидно, что самостоятельно университетское сообщество не в состоянии выйти за пределы традиционного. Поэтому Р. Барнетт предлагает для управления университетами фактически новую профессию - академических менеджеров, как основных креативных инициаторов всех необходимых трансформаций. Методологически эта конструкция описывается через принципы «неопределенности» и «усложненности», которые по сути своей есть принципы состояния современного социума.

Похожей по своему внутреннему содержанию с проанализированной концепцией является идея «предпринимательского университета»

Б. Кларка [5]. Ее содержание можно выразить в трех тезисах:

1) университет - это не закрытая корпорация, а предпринимательская организация;

2) все субъекты образовательного пространства университета - сотрудники, студенты, преподаватели - должны быть предпринимателями;

3) университет и регион должны стать единым бизнес-сообществом, коммуникацию внутри которого необходимо строить по законам рыночной полезности [6].

Данная концепция представляет собой, пожалуй, наиболее последовательную и четкую по своей направленности идею утилитарности университета. Причем утилитарность напрямую связывается с категорией успешности, верифицируемой через категорию финансы.

Однако надо заметить, что отнюдь не все современные теории образования, касающиеся миссии университета, строятся в рамках подобных методологических установок. Как антипод представленным, безусловного внимания заслуживает точка зрения на миссию современного университета, раскрытая в книге Б. Ридингса «Университет в руинах» [7]. Резюмируя ее в качестве базового вывода, или постулируемой цели, мы приходим к парадоксальным результатам: на современном этапе развития университетского образования никакой миссии у университета нет. Точнее сказать, по мнению автора, она оказалась им утраченной. Чтобы обосновать подобную позицию, Б. Ридингс выделяет несколько стадий развития миссии университета. Первым результатом философской рефлексии на проблему стало утверждение, что миссией университета выступает идея разума. Это было соответствующее следствие эпохи Просвещения, основные принципы которой привели к кризису университетского образования. На втором этапе миссия университета была сформулирована как идея культуры, которая особенно активно поддерживалась немецкими философами идеалистами первой половины XIX в. Послевоенный кризис университетского образования поставил задачу определения новой миссии, актуально значимой для развития современных университетов в обществе массового потребления. В качестве таковой Б. Ридингс называет идею качества, которая, как это удалось ему показать посредством анализа разных направлений работы североамериканских университетов, стала критерием оценки успешности их деятельности. Однако подобного рода трансфор-

мации привели к тому, что университеты стали работать в отрыве не только от образования и науки, но также и от потребностей национальной культуры. Главным мерилом состоятельности их деятельности становится чиновник-технократ, далекий от реальных условий и специфики университетского образования. Бюрократический подход, декларирующий некое формализованное, стандартизированное, количественно измеряемое качество, по сути своей превращает современный университет в социальный симулякр.

Йохан Виссема в своей работе «Университет третьего поколения» раскрывает фундаментальные характеристики модели современного университета, сопряженные с серьезными управленческими вызовами. Целью университета третьего поколения, - по его мнению, - становится извлечение выгоды из своих ноу-хау, поскольку университеты теперь рассматриваются как колыбель новой предпринимательской деятельности - в дополнение к их традиционным задачам научных исследований и образования, они меньше зависят от государственного регулирования. При этом университет продолжает оставаться верным своей миссии: создавать новые знания и делать образование частью этого процесса [8].

Относительно отечественной научной традиции по рассматриваемой проблематике можно сказать, не углубляясь в недра дореволюционных и советских времен, что ее развитие в последние десятилетия стимулируется теми реформами, которые переживает российский институт образования. Реформы эти неоднозначны и вполне естественно, что они породили множество, порой противоречивых, представлений о миссии университета.

Действительно, с того момента, как впервые был запущен маховик общесоциальных реформ начала 90-х годов, университетское образование стало предметом пристальной оценки со стороны специалистов. Общество в те времена испытывало колоссальную нехватку специалистов по новым профессиям, появившимся как результат перехода к рыночной экономике и трансформации практически всех социальных институтов. Поэтому неслучайно, что миссия университетов определялась как подготовка высококлассных специалистов в различных областях знания [9]. Ближе к нулевым годам, когда стали очевидны последствия и все опасности отрыва от предшествующей образовательной традиции, в концептуализацию миссии были внесены коррективы, и она приобрела более системный характер. Например, с точки зрения

Ю.А. Афанасьева, грани миссии должны соответствовать трем переменным: образованию, культуре и науке, в рамках которых необходимо интегрировать опыт прошлого, достижения настоящего и предполагаемые ориентиры движения в будущее [10].

Интеграция в мировое образовательное пространство российского института образования потребовала от специалистов соотнесения не только его реального состояния с соответствующими структурами стран Болонской системы, но и осмысления программных установок функционирования университетов, т. е. определения их миссии.

Надо заметить, что для работ российских авторов в области теории университетов в настоящее время характерны те же самые тенденции и направления в оценке миссии университета, что и для зарубежной. Здесь присутствуют и утилитаристские модели университетской миссии, и либеральные.

Примером общего конструирования миссии либерального образца может быть точка зрения В.Д. Позвуна, согласно которой миссия университета являет собой «совокупность представлений об основополагающих ценностях, целях и пространстве развития образовательного учреждения, о том, что он несет, производит вовне, зачем он нужен обществу, государству, людям» [11]. Данную позицию можно было бы назвать интегративной, поскольку без соответствующей детализации она не содержит указания на характерные особенности ее содержания.

Более предметно выражено мнение Е.В. Строгецкой. Она предлагает рассматривать миссию университета в контексте решения задач междисциплинарности. По ее мнению, современный университет не может и не должен готовить специалистов узкопрофильного характера. Его роль состоит в том, чтобы поддерживать «междисциплинарный и межкультурный диалог», способствовать развитию «междисциплинарных исследований», предоставляя для этого равные образовательные возможности всем участникам, стимулировать у субъектов образовательного пространства креативные и инновационные возможности. Достижение этой цели предполагает замену факультета, как устаревшей образовательной площадки, на проектный метод обучения и исследования [12].

О.В. Саввина видит главную угрозу современному университетскому образованию в том, чтобы оно не превратилось в аналог средневековой бурсы с ее корпоративной замкнутостью и

косностью [13]. Университет должен отражать запросы времени, но при этом соответствовать высоким ценностям профессии ученого и преподавателя. Мы полагаем, что данные опасения несколько надуманы, так как последние годы университеты находятся под такой жесткой опекой государства, переживают такие основательные встряски и перестройки, что едва ли следует сейчас опасаться проявления в их среде замкнутости и косности.

Во многом родственными, что дает нам возможность их объединить, являются воззрения на миссию университета А.Ю. Согомонова и Е.Ю. Колесниковой. Университет нельзя рассматривать в качестве площадки для подготовки специалиста и только. Университет не может быть утилитарным механизмом для достижения узко понимаемой пользы. Его миссия значительно шире. Ее можно свести к внетемпоральному и экспространственному производству «фундаментального знания», «академических исследований», определению постулатов «культурной идентичности» [14]. Миссия университета представляет собой свободную передачу знания через продуцирование нового знания [15].

Пожалуй, наиболее категорично антиутилитаристская модель миссии университета выражена у Ю.А. Сазоновой. Рельефно авторскую идею можно отразить посредством следующей формулировки: «Миссией Университета в широком смысле является гармонизация мира человека, осознание человеческого статуса в Универсуме, взаимосвязи биосферы и Вселенной, обучение жизни в условиях информационной среды» [16]. Эту точку зрения нельзя свести к упрощенному пониманию «гармонично развитой личности», но, если убрать некоторую па-фосность риторики, то в сухом остатке мы получим очень схожие представления.

Утилитаризм в отношении определения миссии образования в отечественной научной традиции в основном развивается в рамках концепции вышерассмотренной нами предпринимательской модели высшего образования. Наиболее обоснованной и чаще всего обсуждаемой в этом ракурсе выступает теория «третьей миссии» университета [17]. Базовая функция университетов здесь рассматривается как осуществление трансфера технологий и знаний в социум. Причем речь идет именно о тех технологиях и знаниях, которые легко конвертировать в капитал. Сам «трансфер» по сути своей есть предоставление образовательных услуг от организации, работающей на принципах, типичных

для любой другой коммерческой структуры. Однако такое понимание связи между обществом и университетом в научном сообществе весьма далеко от примитивного вульгаризма. В обоснование этого достаточно обратить внимание на формулировку миссии университета, данную в совместном труде Н.В. Головко, Е.А. Рузанкиной, О.В. Зиневич, которые пишут, что общественная функция университета выражается в необходимости «научить мыслить самостоятельно и показать важность рационального критического рассуждения» [18].

Концепция инновационного университета, ориентированного на подготовку специалиста и интеграцию в инфраструктуру региона, предложена Н.М. Паньковой. Автор отстаивает прагматический подход, в рамках которого аккумулируется идея повышения качества образования за счет ориентированности на общественные потребности и отражении их в образовательных программах и соответствующем подборе кадрового потенциала [19].

Н.М. Макаркин и О.Б. Томилин в определении миссии университета исходят из того, что приоритетной задачей является уход от конструирования общих положений, а ориентироваться, в первую очередь, следует на детализацию миссии конкретного университета. Иными словами, по мнению ученых, общие фразы не в состоянии отразить реальные практические задачи, стоящие перед университетским образованием. Поэтому постулирование абстрактного университета в качестве культурного и научного центра не дает возможности обнаружить индивидуальные качества конкретного университета. Отсюда, как утверждают авторы, миссия должна быть определена для каждого образовательного учреждения отдельно. При этом необходимо исходить из того, что университет - это хозяйствующий субъект на рынке образовательных услуг, миссия которого отражает направление стратегического планирования его бизнес задач [20].

Такой же, менеджерский по сути, подход имеет место и в работах А.Ю. Мешкова. Для него в миссии должны выражаться особенности функционирования конкретного вуза с точки зрения структурирования и организации внутренней среды и выстраивания эффективного взаимодействия со средой внешней. При этом миссия является понятием динамичным. Если университет рефлексирует на состояния внешней среды, а она изменчива, то такими же изменчивыми должны быть формулировки, которые фиксируют его миссию. Автор фактически ото-

ждествляет миссию со слоганом, поскольку основывает ее на таких критериях, как афористичность, краткость, привлекательность [21].

Еще более категоричен в своих суждениях в рамках менеджерской позиции относительно миссии университета А.В. Прохоров. По его мнению, миссия университета - это корпоративная форма реагирования образовательного учреждения на запросы общества в форме выстраивания соответствующей корпоративной культуры [22].

В нашем экскурсе по изучаемой проблеме отражены идеи и воззрения далеко не всех специалистов. Однако, исходя из того, что проведенный анализ включает в себя основные тенденции и базовые элементы всего совокупного спектра сформировавшегося дискурса по проблеме идентичности миссии университета, возможно предложить классификацию современных позиций, в рамках которых миссия университета была подвергнута наиболее плодотворному изучению. Предлагаемая классификация основана на выделении критериев, посредством которых осуществлена дополнительная систематизация подходов.

С точки зрения цели передачи знания, миссия университета может быть определена как:

а) утилитарная, ориентированная на трансфер практических, полезных знаний, необходимых для овладения узкой специальностью;

б) универсалистская, приоритетно связанная не с получением знаний, а с обучением методам самостоятельного обретения знаний.

По готовности к проведению внутренних реформ и трансформаций миссия определяет университета как:

а) субъект хозяйственных отношений, гибко реагирующий на запросы рынка, свободно меняющий учебные программы и организационную структуру в зависимости от изменений рыночной конъюнктуры;

б) часть процесса обмена достижениями культуры, которая по сути своей традиционна и основывается на базовых ценностях, а потому консервативный с точки зрения содержания (учебных программ) и формы (организационной структуры).

Согласно типу управления, миссия конструирует университеты на:

а) независимые корпорации, существующие за свой собственный счет на основе самостоятельных источников доходов;

б) организации, управляемые бюрократами-технократами;

в) финансируемые государством традиционные университетские сообщества, пользующиеся известной долей управленческой автономии.

По характеру передаваемого знания миссия определяет приоритет:

а) эмпирических наук, интегрирующих знания в текущие потребности социума;

б) фундаментальных наук, задающих ориентиры стратегического развития.

По классификации передаваемых знаний миссия ориентирует университет на:

а) приоритетность объема гуманитарного знания, способствующего личностному развитию обучаемого;

б) значимость естественнонаучного и технического знания, связанного с потребностями развития социума.

Исходя из численности контингента обучаемых, миссия делит университетское образование на:

а) элитарное (малое количество университетов);

б) эгалитарное (большое количество университетов).

По способу передачи знания миссия университета обуславливает:

а) производство инновационного знания, выработанного в том числе в сотрудничестве преподавателей и студентов;

б) трансляцию общеизвестного знания с целью достижения социально определенного уровня образованности.

Классификация позиций и предложенная систематизация подходов может рассматриваться в качестве методологического конструкта для дальнейшего изучения проблемы исследования - миссии университета, предания стройности и системности их типологии и идентичности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: Опыт социального прогнозирования. М.: Academia, 1999. 949 с.

2. Красиков В.И. Университетское образование в контексте традиций и реалии современного информационного общества // Классический университет в неклассическое время. Томск: Изд-во ТГУ, 2008. С. 13-15.

3. Kerr C.A. Critical Age in the University World // Europe Y. of. Ed.Abington, 1987. Vol. 22. № 2. P. 183-193.

4. Барнетт Р. Осмысление университета (По мат. инаугурационной профессорской лекции. Институт образования, Лондонский универси-

тет) // Образование в современной культуре. Серия «Университет в перспективе развития». Минск: Пропилеи, 2001. С. 97-114.

5. Кларк Б.Р. Создание предпринимательских университетов: организационные направления трансформации. М.: Высшая школа экономики, 2011. 240 с.

6. Мкртычян Г.А. Предпринимательский университет: концепция и диагностика культуры // Вестник Минского университета. 2014. № 4. [Электронный ресурс]. URL: http://www.mininuniver.ru/ mediafiles/u/files/Nauch_deyat/Vestnik/2014-12-4/ Mkrtychyan.pdf.

7. Ридингс Б. Университет в руинах. М.: Высшая школа экономики, 2010. 304 с.

8. Йохан Г. Виссема. Университет третьего поколения. Управление университетом в переходный период / Пер. с англ. М.: Олимп-Бизнес, 2016. 432 с.

9. Петров Ф.А. Российские университеты в первой половине XIX века. Формирование системы университетского образования. М.: Государственный исторический музей, 1998. 281 с.

10. Афанасьев Ю.Н. Может ли образование быть негуманитарным? // Вопросы философии. 2000. № 7. С. 37-42.

11. Повзун В.Д. Миссия университета - история и современность // Вестник Оренбургского государственного университета. 2005. № 1. C. 13-21.

12. Строгецкая Е.В. Идея и миссия современного университета // Вопросы образования. 2009. № 4. C. 67-82.

13. Саввина О.В. Миссия университета // Современное образование. 2012. № 2. C. 155-179.

14. Согомонов А. Корпорация «Университет» // Неприкосновенный запас. 2006. № 4-5. C. 205-216.

15. Колесникова Е.Ю. Идея университета и его миссия: классические и современные интерпретации // Южно-российский форум. 2012. № 2. С. 63-70.

16. Сазонова Ю.А. Миссия университета как социального института в современном мире // Электронный научно-практический журнал «Психология, социология и педагогика». 2014. № 9. [Электронный ресурс]. URL: http://psychology. snauka.ru/2014/09/3562.

17. The Public understanding of science. [Электронный ресурс]. URL: rayalsocie-ty.org/policy/publications/ 1985/public-understanding-science/ (дата обращения: 20.02.2016).

18. Головко Н.В., Рузанкина Е.А., Зиневич О.В. «Третья миссия» университета и проект общественного понимания науки: доклад Бодмера // Философия образования. 2014. № 6. С. 77-93.

19. Панькова Н.М. Миссия университета в современных концепциях высшего университетского образования // Известия Томского политехнического университета. 2008. Вып. 6. Т. 312. С. 185-189.

20. Макаркин Н.П., Томилин О.Б. Миссия университета // Университетское образование. 2003. № 5-6. С. 9-13.

21. См., напр., Мешков А.Ю. Проблема определения миссии университета как организации // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Образование. Педагогические науки. 2012. Вып. № 41. С. 36-41.

22. Прохоров А.В. Миссия как основной элемент корпоративной культуры университета // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2011. Вып. 11. Т. 103. C. 271-274.

REFERENCES

1. Bell D. Gryadushcheye postindustrial'noye ob-shchestvo: Opyt sotsial'nogo prognozirovaniya [The Coming Postindustrial Society: The Experience of Social Forecasting]. Moscow, Academia, 1999, 949 p.

2. Krasikov V.I. Universitetskoye obrazovaniye v kon-tekste traditsiy i realii sovremennogo informatsi-onnogo obshchestva [University education in the context of the traditions and realities of the modern information society]. In: Klassicheskiy universitet v neklassicheskoye vremya [Classical University in non-classical times].Tomsk, Tomsk State Univ. Press, 2008, pp. 13-15.

3. Kerr C.A. Europe Y. of. Ed. Abington, 1987, vol. 22, no. 2, pp. 183-193.

4. Barnet R. Osmysleniye universiteta (Po mat. inau-guratsionnoy professorskoy lektsii. Institut obra-zovaniya, Londonskiy universitet) [Understanding the University]. In: Obrazovaniye v sovremennoy kul'ture [Education in Modern Culture]. Minsk, Pro-pilei, 2001, pp. 97-114.

5. Klark B.R. Sozdaniye predprinimatel'skikh univer-sitetov: organizatsionnyye napravleniya transfor-matsii [Establishment of entrepreneurial universities: organizational directions for transformation]. Moscow, Vysshaya shkola ekonomiki, 2011, 240 p.

6. Mkrtychyan G.A. Predprinimatel'skiy universitet: kontseptsiya i diagnostika kul'tury. In: Vestnik Min-skogo universiteta, 2014, no. 4, available at: http:// www.mininuniver.ru/mediafiles/u/files/Nauch_dey-at/Vestnik/2014-12-4/Mkrtychyan.pdf.

7. Ridings B. Universitet v ruinakh [University in ruins]. Moscow, Vysshaya shkola ekonomiki, 2010, 304 p.

8. Yokhan G. Vissema. Universitet tret'yego pokole-niya. Upravleniye universitetom v perekhodnyy period. [University of the third generation. University management in transition]. Moscow, Olimp-Biznes, 2016, 432 p.

9. Petrov F.A. Rossiyskiye universitety v pervoy po-lovine XIX veka. Formirovaniye sistemy univer-sitetskogo obrazovaniya [Russian universities in the first half of the XIX century. Formation of the system of university education]. Moscow, Gosudarstvennyy istoricheskiy muzey, 1998. 281 p.

10. Afanas'yev YU.N. Voprosy filosofii, 2000, no. 7, pp. 37-42.

11. Povzun V.D. // Vestnik Orenburgskogo gosudarstven-nogo universiteta. 2005, no. 1. pp. 13-21.

12. Strogetskaya E.V. Voprosy obrazovaniya, 2009, no. 4, pp. 67-82.

13. Savvina O.V. Sovremennoye obrazovaniye, 2012, no. 2, pp. 155-179.

14. Sogomonov A. Neprikosnovennyy zapas, 2006, no. 4-5, pp. 205-216.

15. Kolesnikova E.YU. Yuzhno-rossiyskiy forum, 2012, no. 2, pp. 63-70.

16. Sazonova YU.A. Elektronnyy nauchno-prakticheskiy zhurnal «Psikhologiya, sotsiologiya i pedagogika», 2014, no 9, available at: http://psychology.snauka. ru/2014/09/3562.

17. The Public understanding of science, available at: http://royalsociety.org/policy/publications/1985/ public-understanding-science. (access: February 20, 2016).

18. Golovko N.V., Ruzankina E.A., Zinevich O.V. Fi-

losofiya obrazovaniya, 2014, no. 6, pp. 77-93.

19. Pan'kova N.M. Izvestiya Tomskogo politekhnichesk-ogo universiteta, 2008, vol. 312, no. 6, pp. 185-189.

20. Makarkin N.P., Tomilin O.B. Universitetskoye obrazovaniye, 2003, no. 5-6, pp. 9-13.

21. Meshkov A. Yu. Vestnik Yuzhno-Ural'skogo gosu-darstvennogo universiteta. Seriya: Obrazovaniye. Pedagogicheskiye nauki, 2012, no. 41, pp. 36-41.

22. Prohorov A.V Vestnik Tambovskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnyye nauki, 2011, vol. 11, no. 103, pp. 271-274.

21 ноября 2017 г.