Воспоминания директора провинциального музея М. И. Смирнова как исторический источник

УДК 929Смирнов

Е. В. Яновская

ВОСПОМИНАНИЯ ДИРЕКТОРА ПРОВИНЦИАЛЬНОГО МУЗЕЯ М. И. СМИРНОВА КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК

Известно, что музеи в России создаются, как правило, по инициативе конкретного человека, благодаря его знаниям, умениям, энтузиазму. Музеи и все что в них происходит -это заслуга конкретных людей. Поэтому, когда сталкиваешься с воспоминаниями известных и малоизвестных музейных работников, опубликованными и неопубликованными, всегда читаешь их с большим удовольствием. Это относится и к воспоминания Михаила Ивановича Смирнова (1868 - 1949)1, которые хранятся в Государственном архиве Ярославской области. Как и любые мемуары, они дают нам возможность приближенного рассмотрения повседневных практик, побудительных мотивов, индивидуальных поступков, эмоций и взаимоотношений с людьми и средой. Воспоминания способствуют более глубокому пониманию личности, а значит персонализации истории, а в истории музейного дела это имеет важное знание.

Долгое время к этому источнику не обращались, и это имеет свое объяснение. Имя М. И. Смирнова надолго было вычеркнуто из истории музея. Ситуация начала меняться лишь с середины 1980-х гг.2 Но и те редкие обращения к интересующим нас воспоминаниям, которые можно встретиться в краеведческой литературе последних лет, не дают полной характеристики ни самого источника, ни его автора. Исседователи уделяли больше внимания М. И. Смирнову как краеведу3, оставляя в стороне его музейную

1 Биографический очерк о М. И. Смирнове см.: Филимонов С. Б. Михаил Иванович Смирнов // Научная конференция, посвященная 125-летию со дня рождения Михаила Ивановича Смирнова. Переславль-Залесский, 28 - 30 сентября 1993 г. Переславль-Залесский, 1993. С. 3-14.

2 Во второй половине 1980-х гг. начали изучать воспоминания первого директора; были попытки осуществить публикации. В 1993 г в музее была проведена научная конференция (см. прим. 1) при подготовке докладов и сообщений к которой частично использовались мемуары первого директора. Назовем также одну из публикаций: Смирнов М. Переславль-Залесский. Исторический очерк 1934 года / Сост. В. И. Панфилов. Переславль-Залесский, 1996. В качестве вступления к этому очерку в издании напечатан раздел воспоминаний М. И. Смирнова «Как я стал краеведом». Публикации осуществлена без каких-либо комментариев и без указания места хранения рукописи.

3 Филимонов С. Б. М. И. Смирнов как архивист, археограф и источниковед // Научная конференция, посвященная 125-летию со дня рождения Михаила Ивановича Смирнова. Переславль -Залесский, 28 - 30 сентября 1993 г. Пере-славль-Залесский, 1993. С. 16; Соболев П. В. К истории создания Переславль-Залесского научно-просветительного общества // Научная конференция, посвященная 125-летию со дня рождения Михаила Ивановича Смирнова. Пере-славль-Залесский, 28 - 30 сентября 1993 г. Переславль-Залесский, 1993. С. 22-25 и др.

деятельность4. Часть его документов5 была передана в архив Ярославской области из Государственного исторического музея, среди многочисленных личных и служебных материалов, интерес представляют и автобиографические записи, в которые — входят: ««Хроника моей жизни» (наброски из воспоминаний). Рукопись. Часть 1»6 и ««Как я стал краеведом». Рукопись»7.

Это несколько тетрадей, объем которых превышает 400 страниц (в авторской нумерации), листы линованной бумаги формата А4 сшиты вместе и переплетены автором. Все записи сделаны синими чернилами, встречается несколько примечаний более позднего времени, выполненные фиолетовыми чернилами. Хронологические рамки обозначены самим автором: 1923 - 1926 - 1931 гг.; но период повествования более широкий. При этом необходимо заметить, что, скорее всего (судя по датировке), сначала была написана вторая часть, а затем - после изгнания из музея - первая. Первая часть воспоминаний «Как я стал краеведом», посвящена личностному становлению: много внимания уделяется семье, взаимоотношениям между разными поколениями, описаниям уездного Переславля, образованию, нравам и взаимоотношениям преподавателей и учеников семинарии, чтению, первым опытам изучения родного края, нравственному становлению, службе в земских школах и семинарии, по акцизному ведомству.

Во второй части есть упоминания о том, что М. И. Смирнов начал писать этот труд, уступая настоятельным просьбам коллег и знакомых. Форма изложения не единообразна: при описании более ранних периодов жизни, автор пишет воспоминания, а, приближаясь к современности, использует заметки, иногда даже пытается вести дневник. Сам автор разделил свои воспоминания на несколько логически завершенных частей. Перечислим их: Как я стал краеведом; На службе родному краю; Музей; Пензапроб8; Воспоминания и заметки; 1924 г.; 1925 г.; 1926 г.

Время 1923 - 1926 гг. - период, когда музей и научно-просветительное общество, которыми руководил М. И. Смирнов, достигли успехов, были признаны центральными учреждениями культуры: Главнаукой и Центральным бюро краеведения, музеями во многих областях России. Конечно, автор был вправе подводить определенные итоги жизни. Хотелось бы отметить и еще один аспект мемуаров: язык воспоминаний значительно

4 Исключение составляет: Панфилов В. И. М. И. Смирнов - создатель Переславль-Залесского историкохудожественного музея // Научная конференция, посвященная 125-летию со дня рождения Михаила Ивановича Смирнова. Переславль-Залесский, 28 - 30 сентября 1993 г. Переславль-Залесский, 1993. С. 15-16. Минимальный объем публикации не дает полного представления о масштабах и значении деятельности Смирнова.

5 См.: Филимонов С. Б. Обзор архива М. И. Смирнова // Археографический ежегодник за 1971. М., 1972. С. 318-324.

6 Государственный архив Ярославской области (Далее - ГАЯО). Ф. Р-913. Оп. 1. Ед. хр. 2.

7 Там же. Ед. хр. 1.

8 Сохранился отдельный оттиск этой части воспоминаний - Смирнов М. И. На службе родному краю, в котором, однако, отсутствуют указания на место и год публикации.

отличается от более поздних произведений автора9. Здесь перед нами предстает не только широко и глубоко образованный человек, но и личность, имеющая собственные суждения, осознающая свое место и значение в музее, в уездном городе Переславле-Залесском, в деле развития краеведения; беззаветно верящая в правоту и нужность своего дела.

В воспоминаниях есть сквозные темы, которые проходят через все повествование. Мы считаем нужным подробно охарактеризовать те аспекты, которые связаны с музейной работой. В этом отношении биографические записи достаточно интересны, так как по ним можно проследить весь спектр работы музея. В воспоминаниях можно выделить несколько тем: взаимоотношения с органами власти как центральными, так и местными (Москва, Владимир10 и Переславль), процесс создания фондов (обследование и вывоз ценностей из усадеб, монастырей, церквей; проведение археологических исследований уезда); формирование коллекция музея - историко-бытовой, археологической11 , фольклорной,

палеонтологической, энтомологической и др., постановка изъятых и добытых предметов на

12

музейный учет, создание структуры музея, его сотрудники; виды деятельности: научная , экспозиционно-выставочная, просветительская13. Следует обратить внимание на тот факт, что перед нами предстает повседневность музея, а теоретических размышлений в этих воспоминаниях нет. Однако в результате изучения текста остается твердая уверенность, что автор не только был знаком с передовыми взглядами музееведов того времени, но и старался следовать им в практической работе. М. И. Смирнов стремился создать и создал такой музей, который являлся бы центром всех научных сил уезда, экспозиции музея были построены по строго научным принципам, в основном, на местном материале. Некоторые его суждения, например, по поводу того, что подчинения музеев местным властям, при котором возрастает роль личностного фактора, вредит продуктивности музейной работы, остаюсь актуальными до настоящего времени.

2 июля 1918 г. Переславский отдел народного образования предложил М. И. Смирнову стать директором еще несуществующего музея14. В воспоминаниях читаем: «... мне предстояло на чистом поле создать культурное учреждение в виде библиотеки и музея, создать в такой степени и мере, насколько я смогу. Никаких указаний на этот

9 Ср., напр., очерк М. И.Смирнова о К. И. Иванове. См.: ГАЯО. Ф. Р-913. Оп. 1. Ед. хр. 9. Константин Иванович Иванов (1906 - 1970), директор Переславль-Залесского музея, назначенный после М. И. Смирнова. Читая этот очерк, понимаешь, что пишет его сломленный человек; некоторые места больше похожи на донос.

10 В этот период Переславль-Залесский входил в состав Владимирской губернии.

11 По образованию М. И. Смирнов был археологом. В мемуарах он рассказывает о своих археологических изысканиях.

12 См.: Труды и доклады Переславль-Залесского научно-просветительного общества. Переславль-Залесский, 1919 -1930. 20 вып.

13 Эта деятельность, имеющая как типологические, так и особенные черты, вполне может стать темой отдельной публикации.

14 Елховский В. Е. Переславль-Залесский историко-художественный и краеведный музей. Первое пятилетие (1919 -1924) // Доклады Переславль-Залесского научно-просветительного общества (ПЕЗАНПРОБ). Переславль-Залесский, 1925. Вып. 13. С. 20.

предмет не было, да и быть не могло, и мне была представлена полная свобода действий в течение долгого времени»15. Во Владимире и Ярославле музеи существовали еще с дореволюционного времени, но к моменту получения полномочий М. И. Смирновым губернских и уездных органов управления музеями не было. Это привело к тому, что мандат на создание музея новый директор получил лично от Н. И. Троцкой16. Из документов Главнауки 1920-х гг. можно установить, что музей находился в непосредственном подчинении центральных органов - в «живой связи, которая установлена Всероссийской коллегией с Переславским музеем»17. В дальнейшем большую часть вопросов директор решал непосредственно в Москве. Это обстоятельство наложило отпечаток на его взаимоотношения с советской властью в губернии и уезде. В связи с этим приведем характерное суждение директора музея: «. Нужно сознаться, что я и не подозревал о существовании губернского начальства до тех самых пор, пока не получил приглашения на музейный съезд во Владимир»18.

Процесс создания музея начался с библиотеки. В воспоминаниях читаем: «... Отдел образования помещался наверху в д<оме>. Павлова, куда весною поселился Совдеп. Там на полу по углам лежали книги, привезенные из разгромленного имения Журавлевых из Семендяйки, а во дворе, в амбаре и сарае, валялись грудами книги, реквизированные в имении Г агаринские Новоселки <.> Из книг, реквизированных в революцию по усадьбам и монастырям, предположено было мною устроить две библиотеки: одну - при Отделе образования из книг беллетристического характера и научно-популярных, другую - при музее, как книгохранилище, куда должны были поступать все книги антикварного характера, иностранная литература, краеведные издания и пр.»19. О первоначальных размерах библиотек можно только догадываться. Автор сообщает, что книг «беллетристического характера» из упоминавшихся библиотек было выделено 5000 единиц. Далее читаем: «. в том же 1919-м г. я с значительным успехом двинул библиотечный вопрос. Пользуясь тем обстоятельством, что на Подотделе по охране старины возложено было библиотечное дело, я произвел учет всех библиотек в Переславле и просмотр каталогов. В результате этой работы часть изданий бывших балластом в др. библиотеках, также издания антикварные и строго научные были взяты в центральную библиотеку при музее. Наряду с этим мною предпринимались разные меры к получению трудов от столичных и иногородних научных обществ и учреждений. С ними я вошел в переписку и от одних получил издания бесплатно (напр., от б<ывшей> академии художеств), от др<угих> за плату (напр<имер>, О<бщест>ва любителей естествознания антропологии и этнографии в Москве; от О<бщест>ва любителей истории и древностей и др.). У себя же в

15 Смирнов М. И. На службе родному краю. Б. м., Б. г. С. 33.

16 ГАЯО. Ф. Р-913. Оп. 1. Ед. хр. 20 (Мандат Отдела по делам музеев и охране памятников искусства и старины. Октябрь 1918 г.).

17 Смирнов М. И. На службе родному краю. С. 44.

18 Там же. С. 43.

19 Смирнов М. И. На службе родному краю. С. 31, 33.

Переславле получил разрешение от т<оварища> Г. Гольберштейна взять с чердака земства валявшиеся там в голубином помете брошюры и издания. Мы с В. Е. Елховским вывезли оттуда большой воз и хорошо сделали. Потом библиотека земства была расхищена и что мы спасли, то и осталось цело. Из Владимира удалось бесплатно получить некоторые издания губернского ведомства. Таким образом, в результате этих хлопот приток книг в библиотеку музея был значительным, и на первом же году ее фонд заключал в себе свыше 20 т. томов»20. К 1920 г. стали появляться новые «каналы» формирования библиотеки: комитеты научных библиотек, которые были созданы на центральном, губернском и уездном уровне. Эти учреждения поддерживались государством, на приобретение книг выделялись государственные средства. И здесь интересно следующее заключение М. И. Смирнова: «. явилась возможность, кроме реквизиции, пополнить библиотеку путем покупки и, следовательно, систематизировать ее хотя отчасти»21 . Центральные органы к этому времени предоставили провинциальным музеям возможность пополнять книжные коллекции: «... можно было в центральном фонде выбирать себе издания почти неограниченно. В первое время я увозил оттуда возами прямо на санях из Москвы до Переславля. А потом в каждый приезд в Москву отбирал что-либо полезное для библиотеки и возил по жел. дороге»22. Более открытую позицию занял и Главмузей, который «отпустил для библиотеки разные художественные издания и репродукции, в результате чего составился в библиотеке очень не дурной отдел по искусству»23. В результате проведенных мероприятий, к концу 1920 г. библиотечный фонд насчитывал до 30 тысяч томов24.

В сохранении книжного фонда и наследия Переславля заслуга М. И. Смирнова и музейных сотрудников велика, но помимо этого, с музейной точки зрения, мы можем наблюдать несколько видов комплектовании: изъятие, передача, покупка.

М. И. Смирнов считал, что музея не существует без фондов, поэтому, как только он был назначен на должность директора музея, начал обследование уезда. Говоря современным языком, эти обследования носили веерный характер - ничего не ускользало от его внимания, а результатом были коллекции, характеризовавшие уезд: историческая, социальная, природная.

В воспоминаниях говорится о комплектования музейных фондов. Обратим внимание на тот факт, что полномочия на обследование и изъятия предметов были получены директором от Коллегии по делам музеев. После этого он начал объезд имений. Вот как в воспоминаниях описывается посещение имения Семендяйки: «Первый такой транспорт был из именья Журавлевых с. Семендяйки (30 окт.). В мае это именье было разгромлено и в течение лета, когда стал заведовать им Глебовский волостной исполком, было несколько покраж - пропало все серебро и ценности <...> Когда я приехал в

20 Там же. С. 46. Данные 1919 года.

21 Там же. С. 48.

22 Там же.

23 Там же. С. 48-49.

24 См.: Там же. С. 49.

Семендяйку вместе с представителями отдела социального обеспечения, то из двух барских домов один был без окон и дверей. Скотный двор сожжен, а в другом доме был полный беспорядок: весь пол устлан был бумагами, состоявшими большей частью из писем и земельных документов; мебель и документы сохранились только частью. Больше всего имущества хранилось в амбаре: там была ценная фарфоровая посуда, сундуки с бельем, одеждой и пр., а на чердаке груды бумаг - писем, дела Переславского ополчения 1854 -55 гг., Переслав<ского> предводителя дворянства и др.

Я отобрал для музея все бумаги и книги <...> гравюры, литографии, акварели и картины. Взял <...> по несколько экземпляров фарфоровой посуды (был сакс), мебель красного дерева - кресла, столы, кое-что из барских костюмов (платья с кринолином, фрак лакея и пр.), из шитья шерстью и пр. Все это перевезено было мною в дом быв<шего> Шилля»25.

Следующим имением было село Трехселище, принадлежавшее помещикам Тихменевым, позднее перешедшее во владение Р. Б. Ливенсону. М. И. Смирнов писал: «С запущенным имением, расположенным в живописной местности, недалеко от р<еки> Дубны, он сделал настоящие чудеса. Провел шоссированные дороги, разбил парк, насадил фруктовый и ягодный сад, соорудил новые постройки и т.д. Одним словом создал уютный уголок, полный комфорта и довольства»26. И здесь были вещи, на которые обратил внимание директор музея. В результате обследования, были вывезены «часть шитых картин, гравюр и статуя Николы Можайского <...> в серебряном одеянии»27. Не все усадьбы были покинуты своими владельцами, но и это не спасало их от разграбления. Пример тому - село Г агаринские Новоселки. «В противоположность другим усадьбам здесь владельцы были налицо <...> Они занимали уголок в одном из флигелей, а вскоре были выселены и оттуда. В большом каменном доме было довольно пусто. Картин не было <...> Но осталась прекрасная мебель карельской березы и часть невывезенной библиотеки, шкафы и пр.

Так как коммунисты вселялись в усадьбу, то пришлось спешно все увозить оттуда, что и было выполнено моим сотрудником В. Е. Елховским. Кроме того, В. В. Татищева добровольно отдала ему часть своих вещей для хранения в музее: «Буль», другой шкаф палисандровый, фарфор и др.»28, - читаем в мемуарах. Описания можно продолжать. Но сделаем обобщение - состояние имений, расположенных в Переславском уезде достаточно плачевно, в большинстве случаев они покинуты владельцами. Отношение к ним местного населения и представителей власти было потребительским, а в некоторых случая и варварским. Благодаря оперативным действиям и настойчивости М. И. Смирнова и сотрудников музея значительную часть движимого имущества удалось сохранить, сформировав тем сам музейный фонд.

25 Там же. С. 35. В этом доме первоначально располагался музей.

26 Там же. С. 41.

27 Там же.

28 Там же.

«Покончив обследование имений по уезду, я принялся за переславские монастыри», - читаем далее в воспоминаниях29. Обследование имело «тотальный» характер, но при этом директор музея подчеркивал, что, на первом этапе, обращал внимание на «небогоугодные вещи, библиотеки и архивы»30. В дальнейшем можно выделить два наиболее драматические эпизода: 1923 г. - изъятие церковных ценностей в связи с борьбой с голодом, а затем изъятие этих же ценностей уже из музеев. М. И. Смирнов был назначен членом комиссии по Переславскому уезду по отбору церковных древностей. После обследования и изъятия все вещи свозили в казначейство, и там М. И. Смирнов отбирал некоторые из них для музея. Нет сведений какое количество вещей было вывезено из Переславского уезда, но М. И. Смирнов в своих воспоминаниях пишет: «. кроме того осталось за музеем 586 вещей, в том числе, 3 раки, водосвятные чаши, потиры, кресты, оклады и пр. Вся эта масса вещей свезена была из казначейства в ризницу Данилова м<онасты>ря»31. Чуть позже изъятия начались из музейных фондов. В воспоминаниях есть упоминание об указании властей: «При изъятии ценностей из музея необходимо придерживаться следующего порядка: все предметы из ценного металла не

представляющие из себя художественной или исторической ценности, с согласия администрации музея, должны быть изъяты немедленно <...> Эта работа должна вестись совершенно отдельно от работы по изъятию ценностей из действующих церквей ...»32. Директор музея обратился в Главнауку. Это учреждение не смогло полностью оградить музей от изъятия, хотя несколько смягчило удар. «В Главнауке я получил разрешение выдать из художественных ценностей дублеты XVIII и XIX вв. и, приехав в Переславль, организовал комиссию по пересмотру музейных ценностей. В августе она закончила свои работы и 151 предмет в том числе, Даниловская серебряная рака, всего весом около 10 пуд<ов>, было сдано в казначейство»33, - писал М. И. Смирнов. Это были не единственные потери музея. Чуть раньше произошла кража, организатором которой выступал музейный сторож. И вновь обратимся к воспоминаниям: «Нанятый через биржу труда сторож Г. Шабанов, земляк Д. Н. Кардовского (из д<еревни> Осурово), оказался квалифицированным вором (по прозвищу «Сосунок»). Пользуясь такой свободой, что с 3-х часов до 9 часов утра оставался хозяином положения, он, понятно, воспользовался случаем и обокрал музей: подобрав ключ, отпирал в запасной кладовой замок и крал фарфор Татищевой. Спустил в Б<ольшой> Бремболе34 и др<угих> местах чашки, тарелки и пр., менял их на яйца. Открылось не сразу. А когда открылось, то следствие велось так, что ничего не выяснилось. Но удалось выпереть его из музея, а охрану его поручить милиции,

29 Там же. С. 42.

30 Там же. Такие принципы изъятие действовали до 1923 г.

31 Там же. С. 54.

32 Там же. С. 55.

33 Там же.

34 Родина М. И. Смирнова.

которая и охраняла его несколько месяцев»35. В данной ситуации напрашивается вывод: в этот период необходимость и значимость музея не понималась местными жителями и властями, что делает еще актуальнее заслуги М. И. Смирнова в деле сохранения наследия и создания музея.

Следующая ситуация была связана с передачей музеям имущества монастырей -передавались не только движимые и недвижимые памятники, но и земля. Против этих передач возражал уездный отдел народного образования. В уезде и губернии вопрос решить не удалось. Уездные власти настаивали на том, чтобы музей был передан под управление губернией. И поэтому был «подключен» центральный орган власти - Главмузей. В результате под музейное начало были переданы Горицкий, Федоровский и Данилов монастыри36. А как разрешился конфликт с уездным отделом народного образования? За ответом вновь обратимся к воспоминаниям: «... я собрал всю переписку и направил ее <.> в Главмузей. В ответ на нее получено было авторитетное указание УОНО37 на его претенциозность. «Отдел по делам музеем считает необходимым указать, что, очевидно, уездный отдел наробраза недостаточно точно осведомлен о последних постановлениях, регламентирующих деятельность государственных учреждений.

Переславл-Зал<есский> музей, как включенный в сеть государственных музеев, руководствуется в своей работе указаниями отдела музеев Главнауки и совершенно не является учреждением, подведомственных УОНО. Государственный музей должен координировать свою деятельность с УОНО, но не обязан подчиняться распоряжениям последнего»38.

Прежде чем говорить об экспозициях музея, обратим внимание на то, что в воспоминаниях есть определение значение и профиля музеев такого типа: «. уездные музеи должны быть краеведные. Памятники старины должны быть представлены вместе с экономикой и природными особенностями. Местный музей должен был отображать

39

местную жизнь возможно разносторонне»39. То есть музеи должны носить универсальный характер, или быть многопрофильными (комплексными по современной терминологии). Важно, что экспонаты, представленные на экспозиции, должны быть связаны с данным местом, отражать все особенности местности. К маю 1919 г. экспозиция занимала 8 залов, в которых размещались: картинная галерея, художественно-бытовой отдел, отдел

родиноведения (география и естественная история), музею была передана усадьба «Ботик Петра I», в структуру музея были включены также исторический архив и книгохранилище. В 1920 г. экспозиция музея значительно расширилась. Были открыты оружейный отдел, отдел старинной переславской архитектуры, иконографический отдел, выставка репродукций картин Третьяковской галереи. А к лету 1923 г. появился еще один отдел -

35 Там же. С. 51.

36 См.: Там же. С. 54-59, 61-62.

37 УОНО - Уездный отдел народного образования.

38 Там же. С. 59.

39 Там же. С. 43.

церковных древностей. Всего к этому моменту представленная вниманию посетителей экспозиция располагалась в 15 залах40. В воспоминаниях есть описание создания экспозиции, посвященной церковным древностям. Оно интересно с точки зрения анализа экспозиционной деятельности, условий и принципов построения: «Так как вместе с Даниловским имуществом музею была передана лошадь, то я начал свозить из закрытых монастырей шкафы, киоты и пр., которые обратил потом в витрины. Самые же отделы расположил в быв<шей> домовой церкви училища. Но чтобы придать ей музейный вид, нужно было снять верхнюю часть иконостаса, клиросы и т.д. Все это проделал я со сторожем. Правда, несколько помог мне гостивший в музее художник Eвгений Осипович Машкович. Но вся работа, черная и научно-художественная, была исполнена, глав<ным> обр<азом>, мной. В. E. Eлховского я посадил за др<угие> музейные дела, а сам больше 3-х месяцев работал, не покладая рук. В быв<шем> алтаре устроил серебряный зал, где сосредоточил ценности, начиная с XII в. В центре зала имеется потир XII в., в особых витринах выставлены (чернь): потиры XVII в., чаши водосвятные, кадила, лампады, евангелия, дароносицы и пр. Собралась целая витрина столового серебра: чарок, кубков, стаканчиков и пр. В двух витринах развесил ризы и др. одеяния XVII - XIX в.

В б<ывшем> самом храме по затянутому красным сукном иконостасу развесил иконы XVI - XVII в., в центре Корсунский крест, на стенках иконы и шитье.

Три витрины занял историей письменности с XVI по XIX в., начиная евангелием І52І г. и оканчивая дворянским альбомом «Приношение Лизе на І8І2 г.». Среди подлинных документов подлинный указ Петра I от 7 февр<аля> 1722 г. воеводам переславским.

В третьем отделе, глав. обр., иконы XVIII в., но там же шитье XVII ст., набойки XVII - XIX вв., резьба по дереву и камню»41 . Судя по описанию, экспозиция была построена по тематико-хронологическому принципу. Все экспонируемые предметы связаны с местом, т.е. находились в Переславских монастырях, что дает возможность говорить об определенной мемориальности экспозиции. Далее - автор постарался выделить и подчеркнуть наиболее значимые предметы, выставляя их в специальном оборудовании или подчеркивая цветом. И последнее - фраза «но вся работа, черная и научнохудожественная», сконцентрировала суть работы музейных сотрудников на все времена.

М. И. Смирнов пишет и об охране памятников. На том этапе создание музеев и охрана движимых и недвижимых памятников были тесно связаны между собой. Обращает на себя внимание тот факт, что автор воспоминаний называет переславские монастыри именно «музейными памятниками»42. Помимо мандата на создание музея, он получает от Главмузея и мандат на охрану памятников и входит во все уездные организации, которые занимаются этими вопросами. 17 декабря 191 8 г. уездный исполком выпустил

40 См.: Там же. С. 42, 48, 63. Об экспозиции музея см. также: Смирнов М. И. Переславль-Залесский. Путеводитель и справочник. Переславль-Залесский, 1928. С. 41-57.

41 Смирнов М. И. На службе родному краю. С. 63.

42 Там же. С. 43.

постановление, по которому в Переславле-Залесском создавалась коллегия по охране памятников старины «из 3-х членов: от исполнительного комитета, археолога-специалиста и представителя отдела народного образования»43. В коллегию входили: Магер-Паули, М. И. Смирнов и Альбицкий. На них же было возложено наблюдение за архивами и библиотеками44, т.к. коллегия имела широкие полномочия и при определенных условиях могла способствовать комплексному сохранению наследия на территории уезда. Обследование усадеб, церквей и монастырей, вывоз и фиксирование имущества и ценностей, которые в них находились, можно отнести и к полномочиям коллегии, и к функциям музея. В это же время М. И. Смирнов организовал широкомасштабную деятельность по фотофиксации памятников старины на территории уезда. Начата она была в 1919 г. на средства, отпущенные Всероссийской коллегией по делам музеев и охране памятников. Осуществляли ее два местных любителя В. И. Маркелов и М. П. Лебедев45.

Не менее интересен и вопрос кадрового состава музея. В Переславле наблюдалась следующая картина: музей является своеобразным местом сосредоточения всех научных сил уезда, а в некоторых случаев и других губерний; а работа в музее инициирует научную деятельность его сотрудников. Среди наиболее известных музейных сотрудников следует назвать Д. Н. и О. Л. Кардовских, В. Е. Елховского, А.Ф. Дюбюка, С. С. Геммельмана и самого М. И. Смирнов. Все они были специалистами в той или иной области искусства, науки, внесли большой вклад в изучение уезда, формирование и описание музейных коллекций.

Воспоминания М. И. Смирнова - первого директора Переславль-Залесского музея во многом представляются нам уникальными. Во-первых, музейных воспоминаний вообще не так много, а воспоминаний этого периода - еще меньше. На сегодняшний день, в той или иной степени, история музейного дела известна и в основных своих принципиальных позициях устоялась. Наличие таких воспоминаний дает возможность детализировать и персонализировать музейный процесс, выявить местные особенности. Мы видим, что в воспоминаниях описаны практически все направления деятельности музея. Это может оказать значительную помощь в реконструкции не только событийной стороны первых лет существования музея, но и той морально-психологической и нравственной обстановки, которая была характерна для данного периода. При этом источник дает возможность изучить вопросы, связанные с мотивацией, менталитетом музейных работников первой трети ХХ в. В этот период уездный музей был местом сосредоточения научных сил, ценностей, характеризующих и отражающих историю края. Часто именно благодаря действиям музейных сотрудников были сохранены те музейные фонды, которые составляют сегодня нашу гордость. В некоторых ситуациях действия музейных работников способствовали минимализации потерь и предотвращали утрату ценностей.

43 Там же.

44 См.: Там же.

45 Не будет преувеличением утверждение: работа носила масштабный характер. Эти фотографии составили основу раздела экспозиции, посвященного переславской архитектуре.