Здоровье через спорт

Здоровье через спорт

Антон Голоцуцков

российский гимнаст, тренер, двукратный олимпийский призёр, обладатель международных и российских наград в вольных упражнениях и опорном прыжке

Виктория Данильченко:

Здравствуйте, уважаемые слушатели канала Mediametrics, в эфире я, Виктория Данильченко, и программа «Мужской вопрос», в которой мы обсуждаем успехи мужчин из различных сфер деятельности. Сегодня у меня в гостях российский гимнаст, тренер, двукратный олимпийский призер, обладатель международных и российских наград в вольных упражнениях и опорном прыжке Антон Голоцуцков. Как в Вашей жизни появился спорт, почему именно спорт, может быть, есть история, с этим связанная?

Антон Голоцуцков:

Как и у всех детей, родившихся в СССР, было все просто – приходили специалисты в детские садики, отбирали детишек, и очень классная была система, потому что подобрать ребенка под вид спорта не так уж и просто. Приходили специалисты в детские сады, разглядывали таланты и приглашали в разные спортивные секции. Я невысокого роста, был гиперактивным ребенком, и меня заметила Ганус Галина Николаевна, это мой первый тренер, и пригласила на секцию спортивной гимнастики, чему я безумно рад, спасибо ей огромное, потому что я не представляю свою жизнь без гимнастики.

Виктория Данильченко:

Я помню, когда пришла учиться в первый класс, меня выбрали в ЦСКА заниматься плаванием, я долго занималась, но потом, когда уже плечи начали расти, решила, что надо уйти в сторону. В 2012 году Вы закончили свою карьеру как спортсмен, на сегодняшний момент это 10 лет. Мышечная память у организма существует? Из того, что Вы делали раньше, Вы могли бы сделать сейчас?

Антон Голоцуцков:

Да, конечно, но все зависит от человека, есть такие гимнасты, которым нужно тренироваться ежедневно, потому что даже когда они уходят на выходные, субботу и воскресенье, и в понедельник приходят в зал, то вспоминают, как делается тот или иной элемент. У меня ситуация намного лучше, и я недавно объяснял детям, как крутиться на турнике, и решил сделать перелет Ковача, это двойное сальто с турника и опять за него взяться, и я с первого раза это сделал. На коне могу себе позволить покрутиться, конечно, не то уже состояние, что было раньше, но тем не менее.

Виктория Данильченко:

Не то, в смысле что на соревнования сейчас бы не поехали.

Антон Голоцуцков:

Я физически просто не готов, нужна серьезная нагрузка и подготовка, чтобы участвовать в разного рода соревнованиях, а если хорошо размяться, мне кажется, я все элементы смогу сделать, которые делал тогда.

Виктория Данильченко:

Много наград?

Антон Голоцуцков:

Много не бывает, но прилично, около 15 медалей.

Виктория Данильченко:

А сколько лет большого спорта?

Антон Голоцуцков:

С 1998 года я попал в сборную и по 2012-й, до 1998 года тоже нужно было напрягаться, много работать, кайфовое было время. Я когда закончил спорт, как и всем спортсменам мне пришлось искать себя, я два года ничего не делал, мечтал, думал, чем заниматься, искал удобные для себя варианты и пошел работать в Министерство спорта, два года там проработал, отвечал за развитие детского спорта и понял, что тяжело, это не мое, работа не пыльная, но для спортсмена, который все время занимался спортом, стал профессиональным спортсменом, привык уже к активному образу жизни, сидеть в кресле с девяти до шести – это ад, это дико тяжело. Мне было проще три тренировки в день отзаниматься, чем просидеть в кресле с девяти до шести и перекладывать бумажки.

Виктория Данильченко:

Серьезнейшие соревнования – это чемпионаты Европы, Олимпийские игры?

Антон Голоцуцков:

Я не могу сказать, что чемпионат Европы – это суперсерьезные соревнования, для человека, который только поднимается и развивается в спорте, чемпионат Европы – это важно, но для того, кто имеет мировые и олимпийские награды это как отборочный тур, проходящий этап подготовки к основным стартам. Чемпионат Европы, если ты мирового уровня спортсмен, грубо говоря, контрольная тренировка.

Виктория Данильченко:

Меркантильный вопрос, который всех интересует, спортсмены получают какие-то денежные призы за свои награды?

Антон Голоцуцков:

Да, конечно.

Виктория Данильченко:

Это в любом чемпионате или только в серьезных играх?

Антон Голоцуцков:

Раньше у нас были совершенно другие зарплаты, не те, которые сейчас, но мы развивались, страна тоже на месте не стоит, создавались фонды поддержки олимпийцев, придумывали какие-то коэффициенты, где за определенные соревнования спортсмену выплачивались денежные премии по году, то есть в конце года выплачивались премии. Если взять медаль на Европе и на мире, то можно было получить в конце года около 2-3 миллионов рублей, на тот момент это были немаленькие деньги.

Виктория Данильченко:

Основной мой вид деятельности – адвокатура, и я представляла интересы достаточного количества спортсменов и поэтому знаю некоторую кухню. У меня есть мой клиент, которого я представляла, Никита Зайцев, игрок НХЛ, сейчас играет в Канаде. Я знаю переходы Никиты из клуба в клуб, понимаю, что есть контракт, по которому игрок получает энную сумму денег. Есть ли такое же у гимнастов или это совершенно другая тема?

Антон Голоцуцков:

У нас такого нет, но к этому нужно стремиться, и основная проблема спортивной гимнастики в том, что ее привыкли видеть в нашей стране, как спорт для бедных: коньки, щитки покупать не нужно, бутсы и т.д. Белые носочки, темно-синие шорты, белая майка – все, родители счастливы, тренировочный процесс идет, тренер какие-то деньги получает, и вроде все довольны, хотя гимнастика – это базовый вид спорта, основа, и дорогу в мир спорта открывает гимнастика абсолютно для всех детей. Ребенка приводят, он получает базовые физические навыки, и так в СССР и было, поэтому мы были непобедимы, нам не было никогда равных. Но в силу того, что люди с каждым годом начинают смотреть иначе на мире, на его восприятие, каждый начинает тянуть одеяло на себя, поэтому получается как в басне Крылова – лебедь, рак и щука. До сих пор медали еще берут, но результат мог бы быть гораздо лучше.

Моя задача и задача академии, которую я развиваю, чтобы у нас гимнастику стали воспринимать как элитный вид спорта, потому что если будет базовая гимнастика, у ребенка все гораздо лучше будет получаться и в других видах спорта. Из тех, например, 100 пришедших детей у нас будет максимум 3-5 человек оставаться в спорте высших достижений именно в спортивной гимнастике, а остальные 95 разойдутся по другим видам спорта. Я буду искренне рад, потому что мы в любом случае делаем добро, подготавливаем детей и упрощаем работу других специалистов, которые с нетерпением ждут детишек в том же самбо, футболе, хоккее, где угодно.

Виктория Данильченко:

Если посмотреть, что происходит в мире вокруг спортивной гимнастики, а я сейчас говорю как обыватель, то могу сказать следующее: «А где у тебя ребенок? – Мы в теннис ходим. – А у нас футбол, хоккей». И слово гимнастика на сегодняшний момент всплывает на уровне – я прихожу в тренажерный зал, и моя тренер рассказывает, что она бывшая гимнастка. И больше про гимнастику ты не слышишь. Это означает, что с гимнастикой все плохо?

Антон Голоцуцков:

Я не скажу, что с гимнастикой все плохо, на Олимпиаде в Токио мальчишки и девчонки взяли золотые медали, у нас есть Федерация спортивной гимнастики России, которая в последнее время хорошо и активно работает, прилагает максимальные усилия, для того чтобы гимнастика развивалась и популяризировалась. Но у нас большая проблема в том, что люди, которые работают в таких структурах, как Министерство спорта, например, или Москомспорт, хотя он уже лучше работает, в то время, когда я закончил спорт и искал себе рабочее место, я понимал, что не все эти люди разбираются в спорте. И здесь та история, когда люди тянут одеяло на себя, то есть я знаю про футбол, что-то слышал, более-менее разбираюсь, поэтому мне проще построить какой-то шатер, кинуть туда искусственную траву, закупить 10 мячей, найти физрука без образования, вот тебе мяч, фигачь, вроде бы классно, а мы спорт развиваем.

Очень мало построено гимнастических залов, хотя в советское время в Москве было 35 школ, на сегодняшний день дай Бог, если 10 соберется, именно государственных, и то две из них мои. Куда отдавать ребенка? Об этом можно разговаривать сутками, потому что без гимнастики никуда, а люди сидят и не разбираются, как развивать спорт, что делать, у них есть свои цели и задачи. Недавно я нашел один зал, он недалеко от моего дома, я супруге говорю: «Давай позвоним руководителю, у них огромный свободный зал, мы закупим оборудование, поставим и будем развивать гимнастику». Я не буду говорить, где это, чтобы не подставлять чиновника, но тем не менее вышли на директора, созвонились, я рассказываю историю, что хочу открыть школу, мне понравилась локация, шикарное место, современный новый зал, в это зале 350 кв. м. И я с настроением, с подачей, что сейчас сделаем, детей будет много, там вокруг огромный жилмассив, и директор отвечает: «А зачем нам это надо?» И начинает мне гордо говорить о том, что на 350 кв. м у них действует 21 вид спорта. Я говорю: «Извините, конечно, но как они там помещаются? – Раз в месяц у нас здесь волейбол проводится, раз в месяц баскетбол». И говорят, что их хвалят, какие-то награды, что они в таком месте развивают целый 21 вид спорта. Классно, если бы у нас была раз в полгода литература в школе или русский язык, наверное, все были бы чемпионами олимпиад по данным видам.

У нас в стране привыкли – на бумаге написано, красиво нарисовано, руководящий чиновник почитал, галочку поставил – молодец, премию дали, а по факту развития ноль. 21 вид спорта, раз в месяц волейбол, раз в месяц баскетбол, шикарно, школа же работает, численность какая-то есть, цифровизацию ведут, галочки поставили – сюда ходят 100 человек, сюда 200, сюда 300, а по факту ни один из этих людей не получает ту школу, которую необходимо получать, для того чтобы как-то развиваться. Лучше скажите, что у нас здесь 2 вида спорта, и они работают реально на результат.

Виктория Данильченко:

Мы не хотим вашу гимнастику, у нас тут волейболом с утра до ночи занимаются.

Антон Голоцуцков:

Пускай, игровые виды спорта – это тоже здорово, это же закалка.

Виктория Данильченко:

Я хочу вернуться в обывательский круг, а обывательский круг говорит: жалко, что-то мы ничего не слышим о гимнастике, волейболе. Но мы считаем чужие деньги очень здорово, когда Федерер взял столько-то, а вот наши чемпионы. И люди падки на это, и люди падки на то, о чем я уже сказала: о, давайте пойдем в футбол, потом его купит такая-то команда, пойдем в хоккей, и его потом тоже кто-то купит. Я не хочу говорить огульно, но у большинства людей стоит вопрос – если мой ребенок идет в большой спорт, то это исключительно финансовая составляющая. Как говорят психологи, всегда все взаимосвязано, если у меня были двойки по математике, то моя дочь пойдет в маткласс, если я не умею играть на скрипке, то она пойдет играть на скрипке, то есть ты все делаешь в обратную сторону. Я как тот родитель из описания, у меня дочь пошла в маткласс, потому что я с точными науками не дружу, я абсолютный гуманитарий. У меня дочь пошла играть на скрипке, правда, долго не проиграла, ушла. А дальше она делала потрясающие результаты в плавании, в большом теннисе, но я не рассматривала ее в виде карьеры спорта, но я исходила из того, что плавание хорошо для здоровья, теннис тоже хорошо. Но другую сторону никто не знает, что она в свои 24 года с артрозом коленей, все то, что остается за кадром, даже не будучи в большом спорте, я могу себе представить, что было у Вас. Я прочитала про Вас, что здесь Вы участвуете в соревнованиях со сломанной ногой, здесь со сломанной рукой, чуть не переломили позвоночник. Как с этим люди живут, это же адовые боли?

Антон Голоцуцков:

Очень тонкая тема, во-первых, жить вредно, и от этого умирают. Многие начинают подводить, что спорт не лечит, а калечит, на самом деле это не так. Неважно, спорт личный или командный, это в любом случае командная работа, потому что у тебя как спортсмена есть тренер, высшее руководство, это команда, которая идет к одной цели. Я вообще не жалуюсь, да, были проблемы, на первой Олимпиаде я выбил палец, и не потому что гимнастика – травмоопасный вид спорта, а потому что был определенный ряд причин, и получилось так, что меня просто осветила лампочка .Я когда делал сальто на брусьях, там стояла лампа сильного света, чтобы освещать стадион, и я сам остановил свой взгляд на этой лампе, и когда долго на свет смотришь, переводишь взгляд, все моргает, и я просто промахнулся мимо жерди. Палец вылетел, его вставили, проблем нет, да, болело, но дети катаются с горки и так же травмируются, есть люди, которые никогда в жизни не занимались спортом, но они сшибают плечами косяки, травмируют ключицу. Кто-то не чувствует свое тело в пространстве и гораздо больше страдает в обычной жизни, нежели в спорте высших достижений, поэтому спорт точно не травмоопасен. Везде существует техника безопасности, есть определенные правила, как себя вести на производстве, как работать на фрезерном станке, чтобы пальцы были на месте. Поэтому если все это дело соблюдать, никаких проблем не будет.

У меня были травмы со спиной, это были мои накопленные проблемы, потому что когда я со своим тренером учил тот или иной элемент, у каждого спортсмена свой характер, и когда не получается, ты начинаешь дергаться. И я несколько раз с брусьев спрыгивал в прямые ноги, у меня был надрыв почек, но это не потому что гимнастика такая, а потому что я себя вел так в тот момент, показывал свой характер, упирался, то есть обратную сторону медали никто не видит. Это то же самое, как научить ребенка убирать игрушки на место, ты же не скажешь ему: «Уважаемый мой, убери игрушки», – и он сразу их убрал. Естественно, метод кнута и пряника должен быть, и ребенок всегда будет показывать характер, потому что он этого не хочет делать.

Тренировки и спорт – это ежедневная работа над собой, над своим телом, над своей физической выносливостью. Каждый спортсмен показывает свой характер и где-то от этого страдает. Повторюсь, жить вредно, от этого умирают, нужно просто подобрать себе правильного тренера, а их мало. Была такая история, когда я закончил спортивную карьеру, мне было очень непросто, я не мог найти себе место с мире гимнастики вообще, не мог никуда устроиться по определенным причинам, в старом белье копаться не будем, но тем не менее мне было обидно, когда один из вице-президентов спортивной гимнастики мне говорил: «Ну, иди в World Class поработай». У меня олимпийские медали, я рвал пятую точку, наизнанку выворачивался за страну, а мне вице-президент по спортивной гимнастике говорит – иди в World Class поработай. Я бы мог и туда пойти, но для того чтобы мне пойти работать туда, мне нужно пройти не год и не два обучение, потому что фитнес и гимнастика – это разные вещи, и идти пудрить мозги людям, для того чтобы заработать на хлеб, я не готов, потому что каждый должен заниматься своим делом. Если я в гимнастике профессионал, здесь я могу поспорить с кем угодно и как угодно, потому что я знаю свое дело. Фитнес – это не моя история. Или пойти работать финансистом я тоже не смогу, моя задача – развивать спорт, развивать гимнастику и быть полезным в этом. А когда ты заканчиваешь спорт, и тебе говорят: «Слушай, у нас тут как раз есть место, у тебя медали, знания, пожалуйста», – вот это было бы приятно. А у нас двигаться никто не хочет, но кушать тоже все хотят, и я их прекрасно понимаю, но всегда должно быть место для специалистов. У нас тут замкнутый круг, специалистов нет, нам сейчас нужно 5 специалистов в академию, и я не могу их найти, приходит молодежь, у которой нет образования, зато все хотят 150 тысяч зарплату, а ты спрашиваешь: «Опыт работы есть? – Нет. – Образование есть? – Нет, но мы готовы учиться». За мой счет?

Виктория Данильченко:

Это сказка про белого бычка, то, от чего я завожусь, как спичка, потому что когда мне рассказывают, что я хочу вот такую зарплату, я ничего не знаю, но буду учиться, я говорю – тогда ты мне плати деньги и я буду тебя учить, а не наоборот.

У нас ребенка, у которого есть какие-то задатки, тот же родитель сразу видит спортсменом и сразу в большом спорте, но Вы же как очень опытный человек, тренер видите, что ничего там не будет, никакого будущего нет. Эту информацию можно донести до родителя, это первый вопрос, и второй, из него возникающий, – можете ли Вы ошибаться или это сто процентов, что ребенок не будет гимнастом, или это ошибка, он такой трудолюбивый, что добьется чего-то?

Антон Голоцуцков:

Спорт высших достижений – такая история, где работают не только спортсмен и тренер, а еще и родители, и талантливого ребенка видно сразу сто процентов. И по ребенку можно сказать не то, что он точно будет олимпийским чемпионом, но шанс и возможность видна сразу. И здесь начинается целая работа. Но я для себя понял только в 11 классе, что я действительно гимнаст европейского уровня на тот момент. Я поехал в 11 классе на молодежный чемпионат Европы, привез медаль, мне заплатили какие-то деньги и понял, что заработал в 10 раз больше, чем мама. И тогда у меня появился вкус, кайф от того, чем я занимаюсь. А до этого мне просто нравилась гимнастика, мне нравилось общаться с детьми, с моими коллегами по спорту, мне нравилось, как мы с тренером работали, учить сложные элементы, для меня это было круто, я тогда даже не мечтал об Олимпиаде. И когда я заработал первые деньги, выиграл медаль, потрогал ее, она тяжелая, увесистая, понял, что я хочу.

У меня сын Лев в хоккей еще помимо гимнастики ходит, и я вижу родителей, которые долбят детей, заставляют, подкатки. Какие подкатки в 5 лет? У ребенка должно быть детство, ты лучше с ним во дворе побегай вместо подкатки, и он гораздо активнее будет, чем выкидывать деньги на ветер. Кончено, подкатка даст какой-то плюс, но она не подвинет ребенка к Кубку Стэнли. Эту работу должен делать тренер, давать задания, распределять, надо или не надо, но в 5 лет это перебор. Я знаю родителей, которые продают квартиры, лишь бы запихать ребенка в какую-то команду, чтобы он играл. Потом они год играют, и их отчисляют, а потом родитель стоит и тыкает ребенку, что я из-за тебя квартиру продал, мы остались ни с чем, ты такой-сякой, а я хотел на тебе деньги сделать. Так на себе сделай, ребенка нельзя заставлять, его нужно направлять, ребенок должен сам выбрать путь. Как Вы сказали, где не получилось у меня, получится у моего ребенка – нет, он мне скажет: «Папа, иди лесом со своими желаниями, я вообще плавать хочу».

Виктория Данильченко:

Я буду, может быть, спортом заниматься, фитнесом, мне этого более чем достаточно, у меня другие интересы, хочу быть финансистом, такое же может быть. А что делать, когда Вы видите, что ребенок, которому уже не 5 лет, а 10-12, когда Вы точно можете сказать, что он не гимнаст, а родитель говорит: «Нет, это наша звездочка, наше будущее»?

Антон Голоцуцков:

Каждый человек выбирает себе вторую половину по душе, для того чтобы создать ячейку общества, то же самое и здесь. Как мама или папа может говорить ребенку с кем встречаться, с кем жить, то же самое и в спорте. У меня ребенок занимается спортивной гимнастикой, хоккеем, у него фортепиано, пение, робототехника и юный дизайнер. Ему это все нравится, я стараюсь водить его везде постоянно, для того чтобы он сам выбрал, и он еще ни разу мне не сказал: «Папа, мне это не нравится», – то есть он развивается, а дальше больше, когда придется делать выбор, я ему сам скажу: «Сынок, если хочешь в хоккей, надо сократить количество часов в гимнастическом зале, либо ты вообще хочешь петь», – и он постепенно этот выбор в любом случае сделает, потому что жить в таком ритме постоянно и стоять на уровне просто самому надоест. И он какие-то моменты постепенно начнет отсекать, то есть из 5 видов один убрали, останется 4, и постепенно это будет сокращаться, останется тот, который ему действительно по душе, в котором он хотел бы развиваться. Это мое мнение, родитель просто должен тратить свое время и помогать ребенку, мы же живем для них, хотя психологи говорят, что так говорить нельзя, каждый живет для себя, но хочется, чтобы ребенок был счастлив, развит и у него все получалось. Поэтому давить на детей нельзя.

Виктория Данильченко:

В 2015 году Вы открыли вместе со своей женой Верой высшую школу гимнастики, академию гимнастики, туда попасть можно?

Антон Голоцуцков:

Да, конечно. У нас в Москве 2 школы и еще одна в Сочи в Олимпийском парке.

Виктория Данильченко:

Как туда попасть, если кому-то очень захочется?

Антон Голоцуцков:

Просто набрать в интернете Академия гимнастики Антона Голоцуцкова, зайти на сайт, и там вся информация есть. Я работаю с детьми, у нас много хороших специалистов, все дипломированные, все обученные, лучшие.

Виктория Данильченко:

Огромное спасибо, что стали моим гостем, спасибо за то, что Вы развиваете этот спорт. Гимнастика всегда была, есть и должна оставаться в нашей стране, в нашем мире, спасибо большое за работу с детьми, и я думаю, после нашей передачи все, у кого есть дети и кто задумывается об их физическом здоровье, обязательно обратятся к Вам, и Вы, думаю, сделаете все возможное, чтобы ребенок стал членом Вашей академии.