Подъязык и его функционально-системные характеристики

УДК 81'33

ПОДЪЯЗЫК И ЕГО ФУНКЦИОНАЛЬНО-СИСТЕМНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ1

3. С. Хасанова

Данная статья посвящена таким лексическим подсистемам как подъязык и язык для специальных целей, рассматривается их корреляция; раскрываются особенности функционирования данных подсистем в текстах определенной тематики.

Ключевые слова: языковые подсистемы, расслоение языка, коммуникация, лексика.

Человечество с давних пор стремится к познанию неизведанного в окружающем мире. Такой интерес, проявляемый людьми с самых древних времен, явился серьезным толчком к открытиям и изобретениям, которые время от времени преобразовывались, приводили к новым открытиям и переросли, наконец, в научно-технический прогресс, который проник во все сферы человеческой деятельности.

Как известно, прогресс во всех областях научного знания неизбежно влечет за собой изменения в системе языка, затрагивая, прежде всего, его лексический уровень. Вместе с тем, по мнению линг-вистов-когнитологов, любое знание динамично и неизбежно находит свое отражение в языке как знаковой системе культуры. Как справедливо отмечают исследователи, систематизация языкового пространства позволяет не только получить более четкое представление об объекте исследования в целом, но и дает возможность сконцентрировать свои усилия на более узкой проблеме и получить более глубокие результаты [2. С. 11]. Общеизвестно, что все новое требует совре-

1 Публикация выполнена в рамках проекта «Российская и западноевропейская научная ментальность в зеркале языка (1945-2011 гг.): когниолингвистическое и лексикографическое моделирование языковой картины мира научно-инновационной и научно-производственной сфер (эволюционная динамика, внутриязыковые и межъязыковые корреляции)», выполняемого в соответствии с государственным заданием Министерства образования и науки РФ на 2012-2014 гг. (научный руководитель проекта - доктор филологических наук, профессор О. А. Алимурадов).

менного языкового осмысления, следовательно, необходимо использование не просто языка как средства массового общения, но и его составляющих, то есть специализированных языковых подсистем.

Именно языковые подсистемы, анализ их сходств и различий может способствовать более тщательному изучению какого-либо объекта, что обеспечивает эффективную коммуникацию в определенной сфере деятельности. В связи с этим, в нашем дальнейшем исследовании мы попытаемся раскрыть, на какие специализированные подсистемы происходит расслоение языка, что является их сущностью и путем сравнения и противопоставления определить, в какой сфере человеческой деятельности уместны отдельно взятые из них.

Известно, что язык - это «исторически возникший и развивающийся сложный знаковый механизм общения, работающий в единстве и взаимодействии с сознанием и мышлением человека» [7. С. 10]. Осознание того, что язык является знаковым механизмом общения, подтверждает его коммуникативную функцию, которую можно признать единственной функцией языка, включающей в себя все его более частные характеристики, обеспечивающие все сферы общения с самой ранней ступени развития человеческого общества.

Язык как структура - это сложное образование, элементы которого, расположенные на разных уровнях, связаны многообразными зависимостями, вступают в различные отношения друг с другом. В. Раскин считает, что структурное понимание языка как совокупности подсистем является более адекватным, чем представление о языке как о едином списке слов или наборе грамматических правил. Однако, по мнению автора, оно в значительной степени идеализировано и не отражает всей сложности объекта. Именно поэтому описание структуры языка наталкивается на существенные трудности. Одну из главных трудностей такого рода - и, одновременно, одну из основных погрешностей в понимании языка как единой структуры - обуславливает тот факт, что язык не един, а расслаивается на множество подсистем, или подъязыков [15. С. 14], как мы и упоминали ранее.

Важно подчеркнуть, что подъязыки специальных сфер коммуникации существенно отличаются от языка сферы массовой и индивидуальной коммуникации [10. С. 18]. Это мнение справедливо, так как научные исследования, открытия и научно-технический прогресс в целом нуждались в аналитическом осмыслении и последующей языковой фиксации. Такое языковое осмысление способствова-

ло формированию специальной лексики, результатом чего явилась научная речь.

На протяжении нескольких десятилетий научная речь подвергается исследованиям зарубежных и отечественных лингвистов. В современной лингвистике выделяются три основных этапа ее исследования.

1. 1950-60 гг. - исследование научной речи на материале научно-технических текстов для решения глобальных проблем языка науки (В. В. Виноградов [1963], О. С. Ахманова [1966]);

2. Начало 1970-х конец 80-х гг. - исследование отдельных аспектов научной речи и появление работ, посвященных анализу лекси-ко-фонетических (Т. К. Караулов [1976]), морфологических (Е. И. Миндели [1982]), грамматических (С. А. Тер-Мкртчиан [1976]), лексических (Н. А. Шубова [1972]), лексико-семантических (Е. В. Хомутова [1972]), ритмико-синтаксических (Е. Б. Яковлева [1976]), лексико-фразеологических (Л. А. Чиненова [1986]), синтагматических (С. Г. Тер-Минасова [1986]), структурных (Т. К. Перекальская [1976]), стилистических (Е. Б. Лебедева [1983]), текстологических (М. М. Глушко [1977]) особенностей научных произведений.

3. С 1990-х по настоящее время - исследование различных подъязыков технических, естественных и гуманитарных наук (3. И. Комарова [1991], Г. А. Дианова [1995], М. В. Вербицкая [2000], В. М. Лейчик [2005], С. Сулак [2006], А. И. Глазырина [2006], С. В. Краев [2007], С. А. Иванова [2007], А. А. Прошина [2008] и др.) [13. С. 24-26].

Сущность данных этапов, избранные объекты исследования, методология и принципы теоретизации объектов подтверждают мысль о том, что научная речь включает в себя подъязыки различных научных знаний, которые затрагивают все сферы профессиональной коммуникации. Как справедливо считает Т. Н. Хомутова, профессиональная деятельность человеческого общества разнообразна, и, следовательно, для успешной коммуникации специалистов различных областей необходимо использовать соответствующую профессиональную лексическую подсистему [19. С. 96-106].

В связи с тем, что лексика, используемая в повседневном общении, в обыденной жизни человечества, во многом отличается от языка специальной сферы коммуникации, так как не требует специальных знаний как для передачи какой-либо мысли говорящим, так и для понимания какого-либо высказывания слушающим. Язык, используемый для специального общения и противопоставляемый

массовому языку, в исследованиях различных авторов получил такие названия как: подъязык (Н. Д. Андреев, М. Я. Цвиллинг, А. В. Суперанская, Н. В. Подольская, Н. В. Васильева), язык профессиональной коммуникации (Е. И. Голованова и др.), язык для специальных целей / language for special purposes (LSP) (В. М. Лейчик, Л. Дрозд, Б. Спиллнер, Л. Хоффманн, X. Сейгер). Проанализировав и сопоставив вышеназванные языковые подсистемы, мы постараемся определить, в чем их корреляция и оппозиция, в какой сфере деятельности они употребимы, а также какая из данных подсистем применима для области нашего дальнейшего исследования.

Данные понятия тесно взаимосвязаны, но для того, чтобы понять их сущность, невозможно найти одно определение, в полной мере передающее их лингвистическую значимость.

Одним из первых, кто ввел понятие подъязык, был Н. Д. Андреев, который дал обоснование этой более «дробной» единицы, чем научный стиль [3. С. 23]. Таким образом, несмотря на то, что многие авторы сопоставляют понятия «подъязык» и «функциональный стиль» (ФС), необходимо учитывать различение стиля и подъязыка, как и то, что подъязык связан с определенной предметной областью (онтологией). Под функциональным стилем в современной лингвистике понимают разновидность литературного языка, в которой язык выступает в той или иной социально значимой сфере общественно-речевой практики людей, особенности которой обусловлены особенностями общения в данной сфере [19. С. 96-106]. Вопрос о соотношении подъязыков и функциональных стилей «сложен и может быть решен только с помощью конкретных исследований на обширном языковом материале» [18. С. 23]. Прямая же соотнесенность между подъязыком и функциональным стилем может иметь место только в том случае, «если какой-нибудь подъязык характеризуется исключительно только одним ему присущим стилем» [18. С. 25], что пока, применительно к сопоставляемым понятиям, не обнаружено. В результате формулируется вывод о том, что ФС определяется в зависимости от профессиональной деятельности людей. Следовательно, к ФС можно отнести такие стили, как научный (научные открытия в какой-либо сфере человеческой деятельности), публицистический (газеты, журналы, средства массовой информации), художественный (художественная литература, кинофильмы) и многие другие стили, которые возникают вместе с научно-техническим прогрессом, активным развитием кинематографа и т. д.

Таким образом, связь функционального стиля и подъязыка в том, что эти языковые разновидности черпают специальные лексические языковые единицы из научных источников человеческого знания и могут быть применимы в публицистике, а точнее, функциональный стиль является одной из составляющей такой профессиональной лексической подсистемы как подъязык.

А. В. Суперанская, Н. В. Подольская и Н. В. Васильева справедливо считают, что подъязык - это особая форма существования языка с ярко выраженной профессиональной направленностью, за счет чего получается «однобокое» развитие его выразительных средств. В нем разрабатываются, и к тому же ускоренными темпами, лишь те элементы языка, которые необходимы в данной профессиональной деятельности. Остальной фонд национального языка служит для этого лишь своеобразным фоном, на котором формируется подъязык, лишь резервуаром, из которого заимствуются необходимые средства [17.С. 56].

Н. Н. Кошкарова отмечает, что термин «подъязык» появился в 60-е гг. Им стали обозначать совокупность языковых (преимущественно лексических) средств, используемых в текстах определенной специализированной тематики. Мы полностью разделяем мнение автора о том, что подъязык, с одной стороны, богаче общего языка за счет специальных слов, а с другой стороны, беднее - за счет того, что он использует лишь часть выразительных средств последнего. Например, подъязык торговли и коммерции, помимо специальных торговых и банковских терминов, включает номенклатуру продаваемых товаров, названия фирм, имена их сотрудников. Но он свободен от терминов других отраслей знания и от художественных выразительных средств, которые были бы в нем просто неуместны [11].

В современной отечественной лингвистике можно найти также трактовки подъязыка как определенной жанрово-тематической совокупности текстов (подъязык электроники, устной речи, газетных текстов и т. д.) [1. С. 62], как малой лингвистической подсистемы, содержащей набор языковых структур и единиц, заданных тематически однородной областью социального или профессионального функционирования языка, обладающая функционально-стилистической направленностью и обслуживающая определенную сферу общения [13. С. 157], как непосредственно составляющей языка, как первичного языка описания соответствующих миров, т.е. предметных областей (онтологий) [12. С. 250-254]. Т. Н. Хомутова, в свою

очередь, делает акцент на том, что подъязык может быть разъяснен более простой лексикой для тех, кто не является специалистом в той или иной области знания и передаваться посредством разнообразных поясняющих механизмов, неспециализированной лексики, вербализующей обыденные знания. Кроме того, специальное знание в виде некоторых аксиом и истин может входить и в обыденное знание (закон сохранения энергии, закон гравитации, перехода количества в качество и т. д.) [19. С.96-106]. Эти трактовки имеют право на существование, так как отражают корреляции между специализированной и обыденной сферами общения, между научной и обыденной картинами мира.

Соответственно предложенным трактовкам, подъязык обеспечивает эффективную коммуникацию в профессиональной и научной области, где общение происходит с помощью специальных слов, то есть терминологии. Но необходимо иметь в виду и то, что далеко не каждое специальное слово может приравниваться к статусу термина, и не каждая совокупность специальной лексики образует терминологию. Примером такой специализированной лексики являются профессионализмы, которые не являются общепринятыми, конвенциональными средствами обозначения какого-либо конкретного понятия в научном общении, а их функция коренным образом отличается от функции, выполняемой термином [2. С. 12]. Профессионализмы встречаются в употреблении между профессионалами одной предметной области, когда специалисты переходят от использования специально установленных для конкретной деятельности языковых подсистем к профессиональному просторечию, понятному лишь им. Так, например, среди цветонаименований в живописи можно встретить лексемы, являющиеся профессионализмами по своей семантике: к ним относится такое слово как fox - рыжеватый цвет, приближенный к оранжевому (ginger), где в основе лежит метафорическое сравнение с животным, сходным по цвету.

Наравне с профессионализмами в любой специализированной деятельности также могут употребляться жаргонизмы (нелитературные слова, используемые в речи определённых групп людей, имеющие параллельные варианты в литературном языке) [21] и сленг (очень выразительные, ироничные слова, служащие для обозначения предметов, о которых говорят в повседневной жизни) [22]. В непрофессиональной деятельности людей также встречаются различные лексические пласты, ядром которых является специальная

лексика без терминов. К таким лексическим пластам относятся арго (фр. argot) (условный язык, используемый группой людей с тем, чтобы выделиться или наоборот, стать непонятными другим) [23], вульгаризмы (резкие, грубые просторечные слова и выражения, заменяющие литературные), диалектизмы (слова, используемые в местных говорах - диалектах) [21]. Все вышеназванные лексические подсистемы несут специальный характер и семантически связаны с областью подъязыка.

Исходя из всех вышеупомянутых подходов к изучению подъязыка, можно говорить о нем как о системе специальной лексики, включающей в себя разнообразные, разноотраслевые сферы коммуникации, которые обеспечивают область общения участников научной, коммерческой, торговой, финансовой, деловой, юридической и многих других отраслей между профессионалами (специалисты со специалистами), в образовательных целях (между специалистами и неспециалистами), а также различные коммуникативные ситуации общения с использованием лексем, заменяющих термины или литературные слова, которые затрагивают массовый язык коммуникации.

Итак, в нашем исследовании мы придерживаемся мнения о том, что подъязык - это:

1) полуавтономная языковая система, которая может использоваться для специалистов и неспециалистов для образовательных целей;

2) профессиональная лексическая подсистема, употребляемая профессионалами одной специальной коммуникативной сферы;

3) включает в себя функциональный стиль (научная речь, публицистика, художественная литература и т. д.), профессионализмы, жаргонизмы, сленг, арго, вульгаризмы и диалектизмы.

4) затрагивает массовый язык коммуникации, так как может быть передан посредством общеупотребительной лексики.

Соответственно подъязык - это малая лингвистическая подсистема, которая содержит единицы как профессиональных, так и непрофессиональных уровней языковой системы, которые используются в текстах определенной предметной тематики.

Профессиональный язык, в свою очередь, является результатом функционирования и эволюции научного знания, также в научных кругах его принято называть языком профессиональной коммуникации.

Возникновение данного термина - закономерный итог развития лингвистического и терминоведческого знания, результат перехода определенных областей науки к когнитивно-коммуникативной

парадигме. Язык коммуникации совмещает в себе две стороны названной парадигмы. С одной стороны, этот язык представляет собой систему единиц, вербализующих некое когнитивное пространство -объединение концептов и категорий, связи между которыми носят взаимообусловленный характер. С другой стороны, он сформирован и функционирует в определенной сфере коммуникации и представлен в текстах, значимых для этой сферы. Помимо собственно языковой информации, профессиональные тексты объективируют смыслы, интенции, характер отношений, присущие только данной коммуникативной среде [6. С. 46-47]. Таким образом, языки профессиональной коммуникации представляют собой разновидность языков, соответствующих сферам профессиональной деятельности в обществе. Иными словами, профессиональный язык - это комплекс языковых средств, обслуживающих определенную профессиональную область [6. С. 46-47]. Как известно, любая профессиональная деятельность подразумевает знание специальных слов, которые предназначены для коммуникации в данной ситуации. Такие специальные слова получили название «язык для специальных целей».

Первые идеи о необходимости выделения языка для специальных целей (ЬБР) прослеживаются в работах чешского исследователя Л. Дрозда, который справедливо назвал этот язык функциональным языком (или языком в специальной функции), представляющим собой подъязык «данного национального литературного языка» [8], так как ЬБР способствует успешной коммуникации в определенной предметной области, что является функциональным предназначением любого языка.

В исследованиях других авторов говорится о том, что языки для специальных целей (ЯСЦ) обслуживают не общую сферу, а частные коммуникативные сферы, в связи с чем не имеют общего употребления и не распространяются, подобно литературному языку, по всей территории страны, не проникают во все подсистемы данного лингвокультурного сообщества [24. С. 11-23].

В попытке обосновать повышенный интерес к исследованию языка для специальных целей, Н. Б. Гвишиани указывает на то, что когда в качестве международного языка общения используется один язык, возникает вопрос, какую его разновидность следует употреблять в профессиональной коммуникации [5. С. 219]. Ведь если говорить о разновидностях языковых подсистем профессиональной коммуникации, то их количество соответствует числу сфер

деятельности в обществе: право, политика, медицина, торговля, образование, управление, промышленность и т. д. В данном контексте, ЯСЦ - это комплекс языковых средств, обслуживающих коммуникативный процесс в рамках определенной профессиональной области [6. С. 53]. Кроме того, потребности международного общения и необходимость обучения специалистов в области профессиональной коммуникации также привели к признанию термина «язык для специальных целей / language for special purposes» [5.С.219].

Как известно, в современном мире человеческая деятельность зачастую связана с международными связями, совместным сотрудничеством, консорциумами, в особенности если речь идет об экономической, юридической специфике, дипломатии, банковском деле, торговле. Предполагается постоянная необходимость обмена опытом с иностранными организациями, различными международными и транснациональными компаниями и т. д.

В связи с этим можно отметить, что в результате развития международных отношений многие языки для специальных целей часто базируются именно на английском языке (English for Specific Purposes - ESP), знания которого необходимы и неизбежны в межкультурной коммуникации, так как английский язык является «рабочим языком» независимо от того, являются ли участники данной коммуникации носителями упомянутого языка, или от того, является ли страна англоязычной. Но это подразумевает не знание языка в его чистом виде, а специализированные знания определенной языковой подсистемы в определенной коммуникативной среде.

В. В. Чепелюк более подробно раскрывает понятие языка для специальных целей, приводя следующие его характеристики:

1) это часть общенационального языка, интегрирующая общенациональные языковые средства и при этом дополняющая и обогащающая общенациональный язык;

2) это не закрытая, а открытая, постоянно меняющаяся, находящаяся в контакте с другими отраслевыми подъязыками система;

3) он определяется не столько соотнесенностью с определенной социальной группой, сколько коммуникативным содержанием, коммуникативным намерением, коммуникативной ситуацией;

4) отличие языков для специальных целей - не только в специфическом лексическом наполнении (термины и иная профессиональная лексика), у них имеются специфические черты на всех уровнях языковой субсистемы;

5) ЯСЦ многочисленны, их может быть столько, сколько существует или возникает областей человеческой деятельности;

6) ЬБР - не автономные языковые системы, они тесно коррелируют с общеупотребительной лексикой [9. С. 4], что проявляется в процессах терминологизации, детерминологизации и ретерминоло-гизации [2. С. 32].

Данные характеристики в значительной степени раскрывают понятие языка для специальных целей. Как известно, общенациональный язык, противопоставляемый другим национальным языкам, проявляется в устной и письменной формах. Он обладает развитой функциональной системой (функциональные стили, социальные диалекты), способной обеспечить оптимальное решение коммуникативных задач в социуме за счет избирательного вовлечения в сообщение тех ее компонентов, которые обеспечивают необходимый результат. С образованием общенационального языка связывают высший этап в развитии функциональных систем языка. Однако понятие высшего этапа определяется не всем общенациональным языком, а только той его частью, которая относится к национальному литературному языку [14], который в свою очередь является одной из необходимейших ветвей общенационального языка. Из этого следует, что общенациональный язык включает в себя следующие понятия:

- функциональный стиль, причем не один определенный стиль, а все его разновидности, используемые во всех областях деятельности данной нации;

- социальные диалекты, которые имеют территориальные языковые отличия;

- литературный язык.

Не вызывает сомнения тот факт, что ЯСЦ - это не закрытая, а открытая, постоянно меняющаяся, находящаяся в контакте с другими отраслевыми подъязыками система. В своем стремлении углубить и усовершенствовать научное знание, человечество не останавливается на достигнутом. Новые достижения влияют на появление новых областей знания. Так, согласно С. В. Гринев-Гриневичу, только за ХХ век появилось свыше 2000 новых областей специального знания [2. С. 7]. Все новые дисциплины должны пройти языковое осмысление, в связи с этим и происходит постоянная замена одних лексических подсистем на другие, или образовываются новые, более точно передающие смысл значения. Все это подтверждает то, что ЯСЦ может меняться или преобразовываться.

Исходя из всех вышеуказанных определений понятия языка для специальных целей понятно, что в научных кругах ведется широкая полемика на предмет правомерности его выделения в составе того или иного структурно-функционального образования. Исследователи рассматривают ЯСЦ в составе общего литературного языка как один из его функциональных стилей, или общего национального языка на правах автономной подсистемы, или как фрагмент национального языка, который создается на базе национального языка, а значит, является неотъемлемой его частью. Определение ЯСЦ зависит от того, подходим ли мы к его определению как независимой системы или как части, но части, находящейся на периферии естественного языка. В связи с этим такие термины, как национальный язык, литературный язык, общий язык, стандартный язык встречаются в работах многих исследователей, как самого языка, так и его структурных компонентов - подъязыков. Данными терминами оперируют достаточно часто, однако при этом их понимание не всегда однозначно [14]. Соответственно этому формируются и различные термины-понятия, расходящиеся по своему объему и содержанию, но не всегда достаточно четко противопоставляемые друг другу [20. С. 6].

Так, например, Т. Н. Хомутова, указывает на то, что LSP тесно связан с общеупотребительным, общелитературным языком, или, «языком для общих целей» (Language for General Purposes - LGP), но также отмечает, что в целом определение LSP путем противопоставления его языку для общих целей, которое доминировало в 1960-е гг., уступило место новому определению LSP как системно и функционально упорядоченной совокупности языковых средств, используемых в устном и письменном текстах специализированной тематики [19.С. 96-106].

Говоря о связи LSP и LGP, Т. Н. Хомутова отмечает, что морфологические и синтаксические характеристики LSP, как правило, соответствуют характеристикам общелитературного языка, но могут значительно отличаться по частотности употребления. На уровне текста LSP характеризуются собственными традиционными жанрами с определенными композиционными моделями построения (письменные: патенты, статьи, тезисы докладов, аннотации, отчеты и т.д.; устные: доклады, судебные заседания, парламентские слушания, деловые переговоры, спортивные комментарии, проповеди и т. д.) [19. С. 96-106].

Важно отметить, что ЬБР полностью зависит от потенций общелитературного языка на каждом уровне своей системы, за исключением специфических словообразовательных моделей. Так, источниками лексикона ЬБР могут быть:

- переосмысливаемые слова общелитературного языка, например, «тяготение» в физике; «амортизация» в экономике и т. д.;

- дериваты, возникшие в результате словообразовательных процессов с латинскими и греческими элементами, например, аква-, гидро-, и т. д.;

- заимствования из других языков;

- цифровые и искусственные символы (в математике, физике, химии, генетике и др.);

- полутермины, балансирующие на грани общелитературного языка;

- фирменные знаки и названия, например, «аспирин», «Кодак» и др. [19. С. 96-106]. Можно согласиться с тем, что при коммуникации с использованием специальной языковой подсистемы встречаются заимствования из других языков, например, названия различных медикаментов с использованием латинского языка, «девальвация», «дефолт» в экономике, «когниция», «константа» в лингвистике и т. д.

В свете сказанного показательно мнение Б.А. Серебренникова о том, что общий язык обеспечивает лишь возможность взаимного понимания (да и то, строго говоря, лишь в пределах определенных тем - соответственно тому характеру кооперативных связей, который объединяет всех членов данного коллектива), но отнюдь не единую характеристику системы языкового мышления (в фонетическом, морфологическом и других отношениях) [16].

Следовательно, общий язык может употребляться между специалистами из разных областей, причем участники коммуникации опираются на естественные знания друг друга с целью взаимного понимания. Здесь специализированная лексика может и проявляться, и не проявляться, в зависимости от конкретной ситуации. Отсюда видно, что справедливо мнение некоторых авторов о том, что общий язык обеспечивает лишь возможность взаимного понимания в пределах определенных тем.

Таким образом, проведенный анализ показал, что возникновение и дальнейшее развитие таких понятий как подъязык, язык профессиональной коммуникации, ЬБР связано с появлением множества сфер человеческой профессиональной деятельности, которые нуж-

дались в дальнейшем языковом осмыслении. Подъязыки существуют в каждой сфере человеческой деятельности, то есть сколько существует областей профессиональной человеческой деятельности, столько и подъязыков. Также подъязыки проявляются и в узкоспециализированной деятельности людей (профессионализмы, жаргонизмы, сленг, арго), и в общенациональном языке (диалектизмы), и в малых социальных группах (вульгаризмы). Язык профессиональной коммуникации проявляется в каждом подъязыке, когда речевая деятельность связана со специальными знаниями, что предусматривает использование языка для специальных целей, ядром которых является термин. Корреляции между ЬБР и терминологией можно представить в виде следующей схемы:

Рассмотрев и сопоставив вышеназванные понятия, нам представляется целесообразным использовать понятие «подъязык» для анализа отраслевых лексических систем, так как в данном понятии наиболее полно репрезентируется лексический спектр данных подсистем и акцентируются динамические корреляции подъязыков и языка для общих целей.

Список литературы

1. Алексеев, П. М. Лексическая и морфологическая статистика английского подъязыка электроники // Статистика речи. Л., 1968.

List of literature

1. Alekseev, P. М. Leksicheskaja i morfologicheskaja statistika an-glijskogo pod#jazyka jelektroniki // Statistika rechi. L., 1968.

2. Алимурадов, О. А. Особенности структуры и функционирования отраслевых терминосистем (на примере терминосистемы на-нотехнологий): монография / О.

A. Алимурадов, М. Н. Лату, А.

B. Раздуев. Пятигорск : СНЕГ, 2011. 112 с.

3. Андреев, Н. Д. Распределительный словарь и семантические поля // Статистико-комби-наторное моделирование подъязыков: сб. науч. ст. / под ред. Н. Д. Андреева. М. ; Л. : Наука, 1965. С. 490-497.

4. Гаврилова, Н. В. Деловая терминология международной экономики во французском, английском и русском языках в те-заурусном аспекте: дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2009. С. 15-17.

5. Гвишиани, Н. Б. Язык научного общения (вопросы методологии). М., 1986. 219с.

6. Голованова, Е. И. Введение в когнитивное терминоведение: учеб. пособие. М. : ФЛИНТА : Наука, 2011. 53 с.

7. Головин, Б. Н. Введение в языкознание. М., 1983.

8. Граудина, Ширяев. URL: http:// www.filologia.su

9. Дорошенко, В. Ю. Коммуникативная обусловленность функционально-стилистических особенностей делового английского языка: дис. ... канд. филол. наук. СПб., 1995.

2. Alimuradov, О. A. Osoben-nosti struktury i funkcionirovani-ja otraslevyh terminosistem (na primere terminosistemy nan-otehnologij): monografija / O. A. Alimuradov, M. N. Latu, A. V. Razduev. Pjatigorsk : SNEG, 2011. 112 s.

3. Andreev, N. D. Rasprede-litel'nyj slovar' i semanticheskie polja // Statistiko-kombinatornoe modelirovanie pod#jazykov: sb. nauch. st. / pod red. N. D. Andreeva. M. ; L. : Nauka, 1965. S. 490-497.

4. Gavrilova, N. V. Delovaja terminologija mezhdunarodnoj jekonomiki vo francuzskom, an-glijskom i russkom jazykah v tezaurusnom aspekte: dis. ... kand. filol. nauk. Ekaterinburg, 2009. S. 15-17.

5. Gvishiani,N. B. Jazyknauchno-go obshhenija (voprosy metodolo-gii). M., 1986. 219s.

6. Golovanova, E. I. Vvedenie v kognitivnoe terminovedenie: ucheb. posobie. M. : FLINTA : Nauka, 2011. 53 s.

7. Golovin, B. N. Vvedenie v ja-zykoznanie. M., 1983.

8. Graudina, Shirjaev. URL: http:// www.filologia.su

9. Doroshenko, V. Ju. Kommunikativnaja obuslovlennost' funkcional'no-stilisticheskih oso-bennostej delovogo anglijskogo jazyka: dis. ... kand. filol. nauk. SPb., 1995.

10. Котов, Р. Г. Естественный язык, искусственные языки и информационные процессы в современном обществе / Р. Г. Котов, С. Е. Никитина, Н. В. Васильева. М. : Наука, 1988. 176 с.

11. Кошкарова, Н. Н. Структурно-семантические особенности и степень адаптации английской частично ассимилированной лексики в русском компьютерном подъязыке: дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2004. 172с.

12.Максапетян, А. Г. Язык и метафизика. Ереван, 2001. С. 250254.

13.Миньяр-Белоручева, А. П. История становления языка для специальных целей // Актуальные проблемы теоретической и прикладной лингвистики: материалы Междунар. науч. конф. (Челябинск, 10-13 декабря 2007 г.) / отв. ред. О. А. Турбина. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2007. Ч.1.С. 24-30.

14.Нелюбин, Л. Л. Толковый переводческий словарь. М., 2003. 157с.

15.Петрашова, Т. Г. Язык для специальных целей в контексте содержания понятий. Национальный язык. Томский политехнический университет. URL: http://nopril.ru/res/DOC39/Pe-trashova/article/

16.Раскин, В. К теории языковых систем: изд. 2-е, доп. М. : Эдиториал УРСС, 2007. 14 с.

10.Kotov, R. G. Estestvennyj ja-zyk, iskusstvennye jazyki i infor-macionnye processy v sovremen-nom obshhestve / R. G. Kotov, S. E. Nikitina, N. V. Vasil'eva. M. : Nauka, 1988. 176 s.

11. Koshkarova, N. N. Strukturno-semanticheskie osobennosti i ste-pen' adaptacii anglijskoj chastichno assimilirovannoj leksiki v russkom komp'juternom pod#jazyke: dis. ... kand. filol. nauk. Ekaterinburg, 2OO4. 172s.

12.Maksapetjan, A. G. Jazyk i metafizika. Erevan, 2OO1. S. 25O-254.

13.Min'jar-Belorucheva, A. P. Istorija stanovlenija jazyka dlja special'nyh celej // Aktual'nye problemy teoreticheskoj i priklad-noj lingvistiki: materialy Mezh-dunar. nauch. konf. (Cheljabinsk, 1O-13 dekabrja 2OO7 g.) / otv. red. O. A. Turbina. Cheljabinsk: Izd-vo JuUrGU, 2OO7. Ch. 1. S. 24-3O.

14.Neljubin, L. L. Tolkovyj perevodcheskij slovar'. M., 2OO3. 157s.

15.Petrashova, T. G. Jazyk dlja special'nyh celej v kon-tekste soderzhanija ponjatij. Nacional'nyj jazyk. Tomskij po-litehnicheskij universitet. URL: http ://nopril.ru/res/DOC3 9/Pe -trashova/article/

16. Raskin, V. K teorii jazykovyh sistem: izd. 2-e, dop. M. : Jeditorial URSS, 2OO7. 14 s.

17. Серебренников, Б. А. Общее языкознание: формы существования, функции, история языка. М., 1970.

18.Суперанская, А. В. Общая терминология. Вопросы теории / А. В. Суперанская, Н. В. Подольская, Н. В. Васильева. М. : Наука, 2003. 246 с.

19.Тулдава, Ю. А. Проблемы и методы квантитативно-системного исследования лексики. Таллин : Вагус, 1987. 204 с.

20. Хомутова, Т. Н. URL: http:// lib.herzen.Spb.Ru/text/khomutova

21.Цвиллинг, М. Я. Функциональный стиль, подъязык и современные диалекты // Общие и частные проблемы функциональных стилей. М. : Наука, 1986. 15с.

22. URL: www.altstudy.ru/paper/ rus4.html

23.URL: www.lib.csu.ru/ vch/093/109.pdf

24. URL: www.e-slovar.ru/diction-ary/33/23633/

25.Havranek, В. Influence de la fonction de la langue littéraire sur la structure phonologique et grammaticale du tcheque littéraire // Travaux du Cercle linguistique de Prague 1. Prague, 1929. P.11-23.

17.Serebrennikov, B. A. Obshhee jazykoznanie: formy sushhest-vovanija, funkcii, istorija jazyka. M., 1970.

18.Superanskaja, A. V. Obshhaja terminologija. Voprosy teorii / A. V. Superanskaja, N. V. Podol'skaja, N. V. Vasil'eva. M. : Nauka, 2003. 246 s.

19.Tuldava, Ju. A. Problemy i metody kvantitativno-sistemnogo issledovanija leksiki. Tallin : Vagus, 1987. 204 s.

20.Homutova, T. N. URL: http:// lib.herzen.Spb.Ru/text/khomutova

21.Cvilling, M. Ja. Funkcional'nyj stil', pod#jazyk i sovremennye di-alekty // Obshhie i chastnye problemy funkcional'nyh stilej. M. : Nauka, 1986. 15s.

22. URL: www.altstudy.ru/paper/ rus4.html

23. URL: www.lib.csu.ru/ vch/093/109.pdf

24.URL: www.e-slovar.ru/diction-ary/33/23633/

25.Havranek, B. Influence de la fonction de la langue littéraire sur la structure phonologique et grammaticale du tcheque littéraire // Travaux du Cercle linguistique de Prague 1. Prague, 1929. P.11-23.