О толковании специальной цели легализации (статьи 174 и 174 1 Уголовного кодекса Российской Федерации)

Ершов М.А. О толковании специальной цели легализации

ОТРЯСЯЕВЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ нячки И ПРЯКТИКИ

УДК 343.3/.7

Ершов Максим Александрович Ershov Maksim Aleksandrovich

кандидат юридических наук, заместитель начальника кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права

Нижегородская академия МВД России

candidate of sciences (law), associate professor, deputy head of the department of criminal substantive and sentence enforcement law studies

Nizhny Novgorod academy of the Ministry of internal affairs of Russia

E-mail: maxxim2009@yandex.ru

О толковании специальной цели легализации

On the issue of interpreting the aim of a culprit perpetrating laundering offences

В статье рассматриваются особенности квалификации преступлений, предусмотренных статьями 174 и 1741 Уголовного кодекса РФ. Автором обобщена практика толкования специальной цели легализации, перечислены типичные ситуации, когда деяние оценивается правоприменительными органами как легализация преступных доходов. Приводится авторская позиция по вопросу толкования специальной цели легализации.

Ключевые слова: легализация, специальная цель, толкование, практика.

The article deals with some peculiarities of the legal treatment of offences stipulated in sections 174 and 1741 of the Penal code of the Russian Federation. The author summarizes practices of interpreting such a feature of laundering offences as of the aim of a culprit; typical situations when the act is treated as money laundering by law-enforcement agencies are also listed herewith. Correspondingly the author expresses his view on the issue of interpreting the aim as a specific feature of laundering offences under the current legislation.

Keywords: legalization (laundering), specific aim, interpretation, practices.

Проблемам квалификации преступлений, предусмотренных статьями 174 и 1741 Уголовного кодекса РФ (далее — УК РФ), было посвящено огромное количество научных исследований. Но и сегодня тема противодействия легализации не утратила своей актуальности. Только в 2013 году законодателем проведена работа по существенной корректировке норм УК РФ об ответственности за указанные общественно опасные деяния (ст. 8 Федерального закона от 28 июня 2013 года № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям») [1], а в июле 2015 года Пленумом Верховного Суда РФ уже во втором по счету постановлении от 7 июля 2015 года № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных

преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» [2] были разъяснены положения уголовно-правовых норм о противодействии легализации. Такое пристальное внимание и законодателя, и правоприменителя к статьям 174 и 1741 УК РФ свидетельствует о значимости совершенствования правотворческой и правоприменительной практики в сфере противодействия легализации преступных доходов.

Две, по сути, одинаковые статьи в УК РФ (174 и 1741) предусматривают ответственность за легализацию денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (в результате совершения преступления). Различаются эти статьи лишь по субъекту преступления (это главное отличие, также не существенно отличается формулировка в отношении легализуемого имущества: в одной статье —

106

Юридическая наука и практика

ОТРЯСЛЕЙЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ НЯЧКИ И ПРЯКТИКИ

«приобретенное преступным путем», в другой — «приобретенное в результате совершения преступления»). Субъектом преступления по статье 1741 УК РФ является лицо, совершившее основное (по отношению к легализации) общественно опасное деяние, по статье 174 — лицо, которое непосредственно не совершало преступления, в результате которого было приобретено легализуемое имущество.

Главным и до сих пор окончательно неразрешенным вопросом в рамках противодействия легализации имущества, добытого преступным путем, является вопрос о толковании специальной цели, относящейся к конструктивным признакам посягательств, предусмотренных статьями 174 и 1741 УК РФ. Данная цель определена в законе следующим образом: придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем (в результате совершения преступления).

Анализ следственно-судебной практики позволяет выделить несколько наиболее распространенных типичных ситуаций, когда правоприменительные органы квалифицируют деяния конкретныхлиц по статьям 174, 1741 УК РФ:

1) заключение сделок от имени фиктивных организаций. Так, например, Пресненским районным судом города Москвы был осужден Т. по пунктам «а», «б» части 2 статьи 171 и части 2 статьи 1741 УК РФ за совершение действий по «транзиту» денежных средств с использованием расчетных счетов фиктивных организаций в интересах клиентов за вознаграждение, а также действий по заключению сделки от имени фиктивной компании. При этом суд посчитал, что заключение сделки от имени фиктивной компании является не чем иным, как приданием денежным средствам вида правомерного пользования, владения и распоряжения [3];

2) совершение сделок купли-продажи недвижимого имущества, которым виновные лица завладели преступным путем, например в результате мошенничества, с переоформлением этого имущества на добросовестных приобретателей [4];

3) обналичивание через банкоматы денежных средств, полученных преступным путем, например в результате незаконного сбыта наркотических средств [5];

4) погашение кредита с использованием имущества, добытого преступным путем [6];

5) перечисление денежных средств, добытых в результате совершения преступлений (например сбыт наркотических средств), со счетов, открытых в платежных системах, например в

системе Visa QIWI Wallet, и в основном не име-ющихданных, позволяющих идентифицировать виновных лиц как владельцев счетов, на карт-счета, открытые в различных банкахс последующим обналичиванием денежных средств [7];

6) заключение фиктивных договоров (экономически нецелесообразных, без реальных расчетов), в том числе с последующим обращением в суд, для получения возможности распоряжаться имуществом, добытым преступным путем [8]; и др.

По всем обозначенным фактам правоприменительные органы квалифицировали деяния по статье 174 либо статье 1741 УК РФ. Однако не во всех случаях такая квалификация является бесспорной. Не всегда суды учитывают, что конструктивным признаком составов анализируемых преступлений являются не просто действия, в результате совершения которых придается правомерный вид владению, пользованию и распоряжению имуществом, добытым преступным путем, а специальная цель, то есть не признак объективной стороны состава преступления, а признак субъективной стороны.

Наличие специальной цели в рамках любого состава преступления означает, что виновное лицо, совершая объективную сторону преступления, стремится достичь конкретного результата. Для легализации этим результатом и является придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению имуществом, приобретенным преступным путем. Такое стремление для лиц, совершающих преступления, особенно экономической направленности, в условиях нашей российской действительности (современного законодательства) — явление редкое.

Редкость этого явления объясняется достаточно просто. Надо понимать, что легализация (как преступление) зародилась в Соединенных Штатах Америки, где выстроена несколько иная, по сравнению с российской, система контроля за доходами и расходами физических и юридических лиц. В США для того, чтобы распорядиться имуществом, в большинстве случаев необходимо объяснить источники происхождения этого имущества. Поэтому в таких условиях владельцы преступных доходов пытаются совершить финансовые операции и другие сделки, чтобы придать законный характер источникам происхождения имущества. В России, в основном, чтобы потратить свои средства, не нужно никому доказывать легальность их получения. В связи с этим становится бессмысленным осуществление со стороны лиц,

Вестник Нижегородской академии МВД России, 2015, № 4

107

Ершов М.А. О толковании специальной цели легализации

Ершов М.А. О толковании специальной цели легализации

ОТРЯСЯЕВЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ нячки И ПРЯКТИКИ

виновных в совершении основных преступлений, различных финансовых операций и других сделок с имуществом, добытым преступным путем. Такие операции и сделки совершаются в иных целях, а не для того чтобы замаскировать источники происхождения средств. Отсутствие же специальной цели даже при наличии формальных признаков (совершение финансовых операций и других сделок, придающих правомерный вид владению, пользованию и распоряжению имуществом, добытым преступным путем) не позволяет квалифицировать деяние по статьям 174 и 1741 УК РФ.

Именно этот нюанс и упускается зачастую российским правоприменителем, на что неоднократно указывалось в различных научных исследованиях по проблемам квалификации легализации [9, с. 93—100].

В своем новом постановлении Пленум Верховного Суда РФ попытался еще раз разъяснить, каким образом должна истолковываться специальная цель в рамках легализации. Для этого высшая судебная инстанция по уголовным делам, обобщив судебную практику, обозначила ряд обстоятельств, наличие которых может говорить о легализации. Среди таких обстоятельств приведены,например:

— приобретение дорогостоящего имущества;

— совершение сделок по реализации (отчуждению) имущества, добытого преступным путем, при отсутствии реальных расчетов либо экономической целесообразности осуществления таких сделок;

— фальсификация источников происхождения имущества, добытого преступным путем;

— обналичивание денежных средств, в том числе при помощи «фирм-однодневок»;

— участие в совершении финансовых операций либо других сделок подставных лиц;

— совершение различных сделок с участием контрагентов, зарегистрированных в офшорных зонах;

— совершение финансовых операций либо сделок с использованием электронных средств платежа.

При этом Пленум Верховного Суда РФ правильно указал на то, что наличие перечисленных ситуаций еще не говорит о легализации и правоприменителю необходимо доказывать специальную цель, исходя из конкретных фактических обстоятельств.

В связи с этим приведем два разнополярных решения судов, демонстрирующих различные подходы правоприменительных органов к понятию легализации.

По первому решению: в мае 2015 года Лефортовским районным судом г. Москвы Б. был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 4 статьи 2281 и частью 1 статьи 1741 УК РФ. Судом было установлено, что Б. денежные средства, полученные от сбыта наркотических средств, поступающие на банковские карты, оформленные на третьих лиц, либо обналичивал через банкоматы, либо сначала перечислял денежные средства на другие карты, а затем обналичивал. При этом суд квалифицировал как легализацию действия, фактически продолжающие реализацию преступного умысла на сбыт наркотиков, то есть получение материальной выгоды путем снятия наличных денежных средств [10]. Соответственно в этом случае виновное лицо не совершило преступления, предусмотренного частью 1 статьи 1741 УК РФ.

По второму решению: действия П. органами предварительного расследования были квалифицированы по пункту «б» части 2 статьи 1741 УК РФ. Следствием по делу было установлено, что П. похитил денежные средства у инвесторов ЖСПК. Указанные денежные средства находились на расчетном счете ЖСПК. П. заключил между ЖСПК и ИП П. фиктивные предваритель-ные договоры купли-продажи земельных участков, находившихся у него (П.) в собственности. По этим договорам он с расчетного счета ЖСПК перечислил денежные средства инвесторов на расчетный счет ИП П., тем самым, как посчитали следственные органы, совершил легализацию. Однако суд абсолютно правильно не согласился с такой позицией, пояснив, что П. не предпринималось никаких действий по приданию правомерного вида владению, пользованию и распоряжению имуществом, добытым преступным путем. П. лишь распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению [11]. В данной ситуации ошибку в квалификации допустили следственные органы, что не повлияло на окончательную более точную правовую оценку содеянного.

Таким образом, проблема понимания и толкования специальной цели легализации налицо. Направлений разрешения ее может быть несколько. Приведу два основных.

Первое направление — это усиление финансового контроля за доходами и расходами физических и юридических лиц, когда для распоряжения имуществом необходимо объяснить источники происхождения этого имущества. Такая практика сейчас введена для государственных и муниципальных служащих, например,

108

Юридическая наука и практика

ОТРЯСЛЕЙЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ НЯЧКИ И ПРЯКТИКИ

в рамках Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» [12].

Второе направление — это декриминализация легализации в нынешнем виде как несвойственного явления для действующего российского законодательства, с одновременной криминализацией любых действий по совершению финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем (наподобие ст. 175 УК РФ). При этом, как по первому, так и по второму направлениям требуется проведение соответствующего глубокого исследования с обсуждением его результатов с научным сообществом.

Примечания

1. Собрание законодательства РФ. 2013. № 26, от. 3207.

2. Российская газета. 2015. 13 июля.

3. URL: http://presnensky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 109366441&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

4. URL: http://kuncevsky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 219095598&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

5. URL: http://lefortovsky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 258635424&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

6. URL: http://sormovsky.nnov.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 57879510&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

7. URL: http://gorodecsky.nnov.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 137062854&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

8. URL: http://bogorodsky.nnov.sudrf.ru/modules.

php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1& number=67178780&delo_id=1540006&new=&text_ number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

9. Харламова A.A. К вопросу об ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества // Журнал российского права. 2015. № 5.

10. URL: http://lefortovsky.msk.sudrf. ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number=

258635424&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

11. URL: http://arzamassky.nnov.sudrf.ru/modules. php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1& number=59584735&delo_id=1540006&new=&text_ number=1 (дата обращения: 28.08.2015).

12. Собрание законодательства РФ. 2008. № 52,

ч. 1, от. 6228.

Notes

1. Collection of legislative acts of the RF. 2013. № 26, art. 3207.

2. Rossiyskaya gazeta. 2015. July 13.

3. URL: http://presnensky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 109366441&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

4. URL: http://kuncevsky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 219095598&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

5. URL: http://lefortovsky.msk.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 258635424&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

6. URL: http://sormovsky.nnov.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 57879510&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

7. URL: http://gorodecsky.nnov.sudrf.ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 137062854&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

8. URL: http://bogorodsky.nnov.sudrf.ru/modules.

php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1& number=67178780&delo_id=1540006&new=&text_ number=1 (date of access: 28.08.2015).

9. Kharlamova A.A. On the issue of responsibility for money or other property laundering // Journal of Russian law. 2015. № 5.

10. URL: http://lefortovsky.msk.sudrf. ru/modules.php? name=sud_delo& name_op=doc&srv_num=1&number= 258635424&delo_id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

11. URL: http://arzamassky.nnov.sudrf.ru/

modules.php? name=sud_delo& name_op=doc &srv_num = 1&number=59584735&delo_ id=1540006&new=&text_number=1 (date of access: 28.08.2015).

12. The collection of legislation of the RF. 2008. № 52, p. 1, art. 6228.

Вестник Нижегородской академии МВД России, 2015, № 4

109

Ершов М.А. О толковании специальной цели легализации