Балканизмы и турцизмы: новые подходы к проблеме

_РЕЦЕНЗИИ_

И. А. Седакова

Балканизмы и турцизмы: новые подходы к проблеме

В обзоре представлен сравнительный анализ трех научных трудов, в которых исследуются балканизмы и турцизмы в южнославянских и балканских языках. Сборник докладов Комиссии балканистов, монография и словарь региональных турциз-мов дают возможность многосторонней характеристики актуальных вопросов языкознания.

Ключевые слова: балканский языковой союз, балканизм, южнославянские языки и диалекты, турцизм, региональный словарь, лексикология, лексикография, болгарский язык, сербский язык, сербский призренский говор.

Начинаем обзор со сборника1, в котором публикуются доклады, прочитанные и обсужденные на конференции Комиссии по балканистике Международного комитета славистов (Вена, 2010). В Комиссию, созданную в 1993 г. на XI международном съезде славистов в Братиславе, входят самые видные балканисты Европы и Америки, и каждая конференция, а затем и сборник докладов - это событие в области языкознания. Данный сборник особенно интересен и важен для лингвистов-типологов, социолингвистов, лексикологов, диалектологов и других специалистов по балканским языкам, что видно уже из его названия, которое состоит из двух ключевых слов «балканизм» и «сегодня». Во-первых, основания для выделения балканского языкового союза и использование самого термина «балканизм», начиная с Н. С. Трубецкого и К. Сандфельда и других, подвергались и подвергаются критике. Во-вторых, развитие балканских языков сегодня (!) остается важнейшей и мало исследованной темой. Динамичная лингвокультурная и социолингвистическая ситуация на Балканах, «дробление» южнославянских языков, активизация диаспор и их диалектов (идеолектов) ставит вопрос о том, наблюдаются ли в наши дни процессы конвергенции в рамках балканского языкового союза и что, собственно, происходит с классическими балканизмами

Работа выполнена при поддержке РГНФ. Грант № 14-04-00546а «Линг-вокультурная ситуация в России и Болгарии и трансформация русско-болгарских языковых взаимоотношений: XXI век».

в грамматике. Кроме того, страны Балкан и их языки, находившиеся в большей или меньшей степени в рамках другого союза - идеологического, после распада соцлагеря и выхода из него значительно изменились: на примере болгарского, скажем, участилось употребление турцизмов взамен бывших русизмов и советизмов. Усилились общие глобализационные процессы, принесшие влияние не только английского (американского) языка, но и других, особенно соседних балканских языков, куда жители стран часто выезжают, в том числе на трудовую миграцию или на отдых.

В связи с этим редакторы сборника Т. Каль, М. Метцелтин и Х. Шаллер в своем предисловии выносят на обсуждение основной вопрос: является ли балканистика исторически ориентированной наукой и смотрит назад, в прошлое, или «балканскость» актуальна и сегодня. Они также предлагают ученым поделиться своими прогнозами на дальнейшее развитие балканского языкового союза.

В книге опубликовано 29 статей, охватывающих фонетику и фонологию, лексикологию, морфологию и синтаксис языков балканского союза и размещенных в трех разделах. В первый раздел вошли статьи с общей теоретической проблематикой, во второй - статьи, основанные на нескольких балканских языках, а в третий - исследования одного балканского наречия. Мы кратко остановимся на тех работах, которые имеют отношение к проблематике двух других книг, к которым мы обращаемся далее в рецензии.

Ряд статей посвящен пересмотру хрестоматийных определений «балканизмов». Х. Шаллер (Германия) в статье «Балканизмы в прошлом и настоящем: теория и реальность», исходя из сравнения балканских языков с германскими и балтийскими, выводит три основных категории балканизмов и говорит о необходимости расширения сферы употребления термина «европеизм» и введения термина «евробалканизм». Т. В. Цивьян (Россия) в статье «Языковые союзы и балканизмы сегодня: вспоминая Н. С. Трубецкого» обращает внимание на ускользнувшее от внимания исследователей определение «балканизма», которое как нельзя лучше коррелирует с нынешними языковыми, культурными и политическими призывами к «единству в многообразии». О. М. Младенова (Канада) в статье «Балканизмы в свете теории маркированности языковых изменений» предлагает программу типового изучения всех балканских черт в каждом из языков союза с детальным привлечением диалектных материалов, которые, по мнению исследовательницы, позволяют проследить языковые изменения в полилингвистическом балканском пространстве.

Особое внимание исследовательница предлагает уделить лексико-семантическим балканизмам, статус которых определяется труднее всего. В. А. Фридман (США) в работе «Сопряженное калькирование - важнейший балканизм» обращает внимание на заимствование или калькирование двойных союзов глагольного происхождения в ситуации билингвизма, которое не всегда зависит от доминирования или престижности языка-донора.

Р. Александер (США) обращается к первопричинам конвер-генционных процессов в языках балканского союза. Из множества факторов, породивших схождения, она, подобно многим другим современным лингвистам (Б. Джозеф, Й. Линдстедт, В. Фридман и др.), делает упор на собственно социолингвистическую особенность балканской языковой ситуации и специфику коммуникации. По ее мнению, происхождение балканизмов, источники и причины их появления не могут быть однозначными, а являются результатом комплексных и порой разнонаправленных языковых процессов.

В статье У. Хинрихса (Германия) делается попытка систематизировать основные постулаты о балканизмах, сформулированные к 2010 г., и предложить их новый анализ, более подробный, уже в свете геолингвистики. Он полагает, что союз был основан на культурно-коммуникативных принципах и носил исторический характер. Ю. Кристофсон (Германия), словно продолжая эту тему, но на лексическом материале, рассматривает новейшие заимствования в балканских языках и отмечает, что в каждом языке соблюдаются свои правила выбора языка и (или) формы, то есть общебалканские принципы не соблюдаются. К. Штайнке (Германия) заявляет: «Балканский союз умер, да здравствует балканский союз!» и настаивает на том, что балканизмы сохраняются и в наши дни как результат культурно-коммуникативных процессов на Балканах, но подвергаются изменениям в условиях динамически развивающегося языкового союза, что и требует детального анализа. Д. К. Кириазис (Греция) рассматривает факты изосемии в сфере пастушеской лексики в балканских языках, указывая на необходимость тщательного изучения и картографирования диалектной лексики, что поможет точнее установить источники лексикологического развития соседствующих языков. К. Лешбер (Германия) обратилась к процессам творческого использования языковых средств в балканском языковом пространстве. Одним из важных источников креативности в разговорной речи она считает использование общебалканских турцизмов, а также общих морфологических компонентов в языках союза. А. Петрова

(Болгария) в своей статье «Балканская фразеология - в поисках исследовательского подхода» призывает к использованию когнитивных методов в изучении общего фонда балканских фразеологизмов и считает, что необходимо снять оппозицию между синхронией и диахронией и считать все устойчивые выражения фрагментами живого языкового процесса. Г. Невекловский (Австрия) пишет о турецком влиянии на глагольную систему в балканославянских языках, уделяя особое внимание зонам билингвизма. М. Бара (Румыния) изучает балканизмы в базовом словаре современного арумынского языка и полагает, что именно балканская основа позволит этому малому языку удержаться от исчезновения и превращения в узкий диалект. П. Асенова (Болгария), рассматривая некоторые схождения в греческом и албанском языках, отказывает им в статусе балканизмов, хотя существуют мнения, что балканизмами могут считаться явления, известные двум языкам. И. Зерман (Германия) также считает, что бал-канизмами могут считаться только явления, известные трем языкам союза. На материале современного румынского языка она приходит к выводу, что сейчас новые балканизмы не возникают, языки развиваются под сильным европейским (англо-саксонским) влиянием. Межбалканские заимствования и этимология некоторых балканиз-мов исследуются в статьях А. Поручюца (Румыния), Э. Прифти (Германия), Х. Марку (Греция), Л. Димитровой-Тодоровой (Болгария), Т. А. Тодорова (Болгария).

Таким образом, из этого сборника читатель может почерпнуть знания о разнообразии балканских языковых связей и их соотношения с европейскими языками в самые последние годы, а также о самых насущных проблемах и методах изучения «балканизмов».

Статьи в сборнике представлены на трех языках - немецком, английском и русском. К сожалению, в ряде статей на русском есть немало очень досадных погрешностей, в том числе неверное транскрибирование и спряжение фамилий всемирно известных ученых, кальки с соответствующих славянских языков и т. д. В сборнике есть и некоторая небрежность - так, примечания в одной статье иногда даются на разных языках (болгарском, русском, немецком). Во многих статьях отсутствуют аннотации; удивляет и качество библиографии - зачастую она не выверена, есть повторы, кроме того, она далеко отстоит от традиционных требований к выходным данным, порой даже названия работ не даются целиком, что странно для европейских изданий.

Вторая книга2 представляет собой фундаментальное исследование турцизмов в болгарском языке, которое заполняет лакуну в

нескольких областях болгарского языкознания - исторической и современной лексикологии и лексикографии, семантики и стилистики. Монография М. Стаменова имеет исключительное значение и для балканистики, поскольку наличие турцизмов - существенная черта словарей всех языков, входящих в балканский языковой союз. Изучение турцизмов, по мнению многих ученых, является одной из самых актуальных задач балканистики.

Само оглавление монографии, размещенное на 7 страницах, производит на читателя сильное впечатление. Книга состоит из двух монументальных частей, при этом Часть I «Место и функции тур-цизмов в болгарском языке» содержит 9 полноценных глав, а Часть II «Турцизмы в зеркале болгарской культуры» - 15. В конце книги дается Индекс турцизмов, характеризующих человека, и этот указатель имеет самостоятельную ценность, поскольку представляет собой первый в своем роде полноценный тематический словарь.

В книге содержится подробный анализ всех теоретических работ по турцизмам, а также и словарей. Заметим, что М. Стаменов -очень строгий критик, и, как кажется, иногда излишне критически относится к работам иностранных болгаристов. Взгляд специалиста на язык со стороны иногда более проницательный и объективный, поскольку он лишен «внутренних» идеологических и прочих установок, - таковы, к примеру, работы Й. Линдстедта, Уте Дуковой и др.

Судьбе турцизмов в болгарском языке посвящено обстоятельное Введение, в котором автор специально оговаривает, что исследует только «османизмы» - то есть заимствования из турецкого языка и его диалектов периода Османской империи, до 1923 г., а не из «современного турецкого» (с. 21). Для М. Стаменова это принципиальное положение, что он последовательно в своей книге и стремится доказать, в противовес В. Фридману, К. Ра Хауге, А. Гранесу и другим авторам. Кроме того, он постоянно показывает, что значение и употребление слов турецкого происхождения в болгарском языке значительно отличается от их статуса в современном турецком. Важным является постоянное внимание лингвиста к метаморфозам турцизмов в болгарском языке (на примере слова мурафет, калтак, гьонсурат и др.).

Книга М. Стаменова столь обстоятельна и информативна, что охарактеризовать ее во всей полноте проблематики и материала не представляется возможным. Отметим самые удачные аспекты этого исследования. Прежде всего, новаторским является параллельное описание болгарской и османской лингвокультурной ситуации (с

особым вниманием к ситуации в религии) и анализ роли турецкого языка времен империи на развитие болгарской языковой картины мира тех лет. Безусловно интересной и заслуживающей особого внимания является авторская разработка некоторых концептов в болгарском языке, которые передаются турцизмами, - например, «лень» (хайлаз, хайлазуване). Через этот концепт М. Стаменов показывает, что именно использование турцизма, а не славизма (мързе-ливец, ленивец) передает аксиологию отношения болгарина к труду как к значительной ценности. Много очень важных идей, которыми языковедам следует заниматься, упоминаются как бы между прочим. Так, кратко характеризуя кулинарную лексику, М. Стаменов отмечает, что необходимо обратить внимание на диалектный характер балканской (содержащей столь много турцизмов) кухни и описать локальную специфику приготовления блюд, имеющих одинаковое название, но различающихся по регионам, а также их символику (например, гендерное восприятие болг. шкембечорба как преимущественно мужской пищи, с. 65) и метафорику терминологии.

Нельзя обойти стороной подробно освещенный в книге процесс пейоризации турцизмов в истории болгарского языка и перспективы их использования в будущем. М. Стаменов связывает широкое и участившееся после 1989 г. употребление турцизмов с их статусом «отрицательных суперлативов», то есть исключительной экспрессивностью, которая особенно востребована в период социального негативизма и сложностей гражданского общества (с. 171). При этом автор неоднократно отмечает, что в некоторых своих позициях тур-цизмы остаются по-прежнему незаменимыми. Это доказывается, в частности, использованием заимствования как «смягченного» ругательства, а также языковой игрой и квазитурцизмами (то есть «переводом» славянских или европейских слов и выражений на турецкий, включая даже 'компьютер' акълсандък и др.).

Подробнейшим образом автор монографии исследует статус турцизмов в разных стилях болгарского языка, описывает их место в классической болгарской литературе, в современных СМИ и политической речи. В этом ряду Стаменов рассматривает турцизмы в народном творчестве (на примере пословиц и поговорок) и отмечает очень важную их особенность - отсутствие пейоризации этой лексики, ее нейтральность и сосуществование с болгарскими синонимами (с. 251). Действительно, это подтверждается и на более широком материале - например, в терминологии и метаописании обрядов жизненного цикла, календарных ритуалов и пр.

Во II части автор обращается к турцизмам в обширной лексико-семантической группе «Человек» и подробно анализирует место заимствованной лексики в описании характера, специфических свойств и психологических состояний, а также человеческой деятельности. Действительно, количество турцизмов в этой группе очень велико. Добавим, что особенно впечатляет частотность заимствований в разговорной речи. В главах этой части содержатся завершенные этюды по отдельным лексемам в рамках тематических подгрупп («характер и социальные роли»: урсуз(ин), тепегьоз, маскара, ахмак и др.) и концептам (рахат «сладкая жизнь, беззаботность», с. 539-550), даются списки турецкой по происхождению глагольной лексики (с. 394-409), характеризуются имена и прозвища и мн. др. Эта часть, безусловно, дает огромный материал для подготовки и составления словаря турцизмов в болгарском языке, причем как в историческом их освещении, так и в современном значении и функционировании. В целом монография М. Стаменова содержит богатейший эмпирический материал и теоретические обобщения, к ней обращаются и будут обращаться лингвисты, занимающиеся различными аспектами языкознания. Болгарские ученые пока что не подготовили словарь турцизмов, и монография М. Стаменова станет важным подспорьем в этой области болгарского языкознания.

Наконец, третья книга3 также посвящена турцизмам (в терминологии автора, С. Петрович, «балканским турцизмам»), но ограничивается одним сербским говором, призренским, и представляет собой публикацию и анализ рукописи известного языковеда первой половины ХХ в. Д. Чемерикича. По мнению С. Петрович, в Призрене, гетерогенном и исключительно толерантном, сложилась особая социолингвистическая и этнокультурная ситуация. В Призрене был распространен анадолийско-румелийский диалект турецкого языка, имеется много рукописей и архивов как турецкого, так и сербского говоров. Ситуация «микродиалекты в контакте» дает исследователю возможность установить пути проникновения заимствования.

С. Петрович, кроме систематизации и публикации собрания Д. Чемерикича, ставит перед собой несколько задач, среди которых уточнение списка турецких слов и их этимонов, а также и дополнение призренского турцизма его инобалканскими версиями, что особенно важно для общебалканской диалектной и контактной проблематики. Надо отметить, что это издание особенно ценно и как публикация словаря турцизмов в одном региональном говоре, и как собственно

исследовательская работа с упором на этимологию, которую провела С. Петрович при подготовке этой книги.

Как отмечает автор во Введении, словарь служит богатым источником для разного рода исследований, в частности, для этнолингвистических. Действительно, читатель обнаруживает ценные сведения по обрядовой терминологии и ее содержанию с достаточно полным этнографическим контекстом. Некоторые ритуалы коррелируют с соответствующими турецкими (например, к слову бо]'а 'краска' дается описание ритуала окрашивания волос невесте, известное и туркам, с. 86). Приводятся народные термины болезней с гипотезой их семантического развития на славянской почве (Т)елиндоне 'свинка', с. 126), этноботанические сведения (растение аньмина рука как полукалька из тур. hanmeli, известное у болгар и македонцев как кадънска ръка), лексика семейной обрядности (назлщ'а 'единственный сын среди множества дочерей в семье), даются редкие сведения по календарным обрядам - например, гадание накануне Юрьева дня мартифал и др. Интересным словосочетанием, возникшим из турцизмов, очевидно, исключительно на сербской почве, является дембе^аз 'бабье лето'. Немало в книге и важнейших народно-религиозных терминов. Так, к ашуре 'десятидневный пост у дервишей' дается объяснение происхождения термина из обрядового поминального блюда (подслащенная каша), распространенного у балканских мусульман (с. 58). Пословицы, проклятия, приветствия, благопожелания с балканскими турцизмами также находят место в книге. Этическая и эстетическая лексика, терминология счастья и несчастья, характеристика человека и его качеств составляют значительную часть словника словаря, и их сравнение с тем, как они представлены в выше рецензируемом издании М. Стаме-нова, позволит исследователю сделать важные семантические, словообразовательные и прочие выводы.

Словарь позволяет увидеть географию заимствований из турецкого языка османского периода и преобладание/наличие той или иной формы на Балканах. Так, ажда)а 'мифологическое существо, обжора', судя по пометам, распространено преимущественно в северо-западной части Балканского полуострова, а в других регионах доминирует аждер (с. 33). Фиксируются редкие турцизмы, известные преимущественно в Призрене (например ак 'белый', известное в основном в сербской топонимии, с. 38).

Благодаря инославянским и балканским параллелям становятся очевидными фонетические различия между турецкими балканизма-ми в разных говорах. Это касается, например, отсутствия/наличия х в

разных позициях (серб. призрен. а]лаз, ата]а / болг. хайляз, хаталия); чередования согласных бенга/бемка, аффрикат. Словарь фиксирует и словообразовательное разнообразие турцизмов на славянской почве, а из объяснений автора можно и понять причины этого явления. Адаптация к славянским категориям рода, множественного числа и типа склонения очень важна, что С. Петрович показывает на многочисленных примерах (бела]а и др.). Кроме того, нередко аффиксы добавляются по аналогии со сходными словами - мегер(ем) (из тур. meger) уподобляется синонимичному барем (с. 207). Автор отмечает и деривацию от турецких корней в призренском говоре, которая не всегда совпадает с другими балканославянскими диалектами. Так, к местным относятся такие слова, как дамкосувати 'метить', окорити 'ослепнуть, окосеть', инацильк 'упрямство' и др. Отдельно оговаривает она и идиоматические кальки (немати време 'не располагать средствами' и полукальки дати мегдан 'объявить о чем-либо ).

Эти и другие явления подробно анализируются во второй части книги, где дается анализ фонетики, словообразования и семантического развития призренских турцизмов. Индекс турцизмов, обширное резюме на английском и фотографии рукописей Д. Чемерикича добавляют этому словарю научной ценности. В заключении С. Петрович выражает мнение, что подобный словарь может служить моделью для других словарей балканских турцизмов, очерчивая перспективу балканской лексикографии.

Таким образом, три издания демонстрируют разные подходы к представлению балканской проблематики и турецкой лексики в южнославянских языках, и обращение к ним поможет лингвистам в изучении многих актуальных проблем югославистики и балканистики.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Kahl T. Thede and Michael Metzeltin, Helmut Scahller (Hg). Balkanismenheute - Balkanisms Today - Балканизмы сегодня. Balkanologie - Beiträgezur Sprach- und Kulturwissenschaft. Wien; Berlin, 2012. Bd. 3.

2 Стаменов, М. Съдбата на турцизмите в българския език и българ-ската култура. София, 2011.

3 ПетровиЬ, С. Турцизми у српском Призренском говору. На материалу из рукописне збирке речи Димитрща ЧемерикиЬа. Бео-град, 2012.

Sedakova I. A.

Balkanisms and Turkisms: New Approaches to the Problem

The review analytically compares three academic publications, which investigate the problems of Balkanisms and Turkisms in Southern Slavic and Balkan languages. Proceedings of an international conference of the Balkan Commission, a monograph and a dictionary of regional Turkisms allow to see the topical problems from different point of views.

Keywords: Balkan Sprachbund, Balkanism, Southern Slavic languages and dialects, Turkism, regional dictionary, lexicology, lexicography, Bulgarian language, Serbian language, Serbian dialect of Prizren area.