В авангарде кассовой борьбы

Сейчас кассовый аппарат — неотъемлемая часть любой розничной "точки". Многие предприниматели утверждают, что его содержание — это непосильное бремя для малого бизнеса. Возможно, этой осенью депутаты примут закон, освобождающий ряд предпринимателей, платящих налог на вмененный доход, от обязательного использования кассовых аппаратов. Захотят ли бизнесмены отказаться от касс и разорит ли нововведение производителей кассового оборудования, разбирались Сергей Донцев и Дмитрий Тихомиров.

Рынок на грани

Контрольно-кассовая техника (ККТ, или, в просторечии, касса) всегда вызывала повышенное внимание со стороны государства и его главного ставленника — налоговой инспекции. Ведь именно кассовые аппараты позволяют контролировать гигантский оборот налички в российской рознице — более $700 млрд в год (через пару лет, по прогнозам экспертов, он достигнет $1 трлн). Дискуссия об обязательном применении касс идет много лет, но, похоже, никто не ожидал, что государство возьмется за ослабление фискального законодательства, ведь до сих пор обычно бывало наоборот. Однако сегодня вопрос о разрешении ряду предпринимателей работать без кассовых аппаратов рассматривается всерьез.

Как указывают сами бизнесмены, содержание кассового аппарата настолько затратно, что тормозит развитие бизнеса.

— Предпринимателю необходимо не только приобрести кассу, но и поставить ее на учет в налоговой инспекции, заключить договор с центром технического обслуживания (ЦТО), менять с помощью ЦТО электронную контрольную ленту и т. д.,— уверяет вице-президент "Опоры России" (общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства) Владислав Корочкин,— кассовый аппарат может уменьшать чистую прибыль малого бизнеса на 5-10%, ежегодно один аппарат, по нашим подсчетам, стоит предпринимателю до 50 тыс. рублей! Все это накладывается на цену продукта, для потребителя.

В РАПКаТ (Российской ассоциации производителей кассовой техники) эти расчеты категорически опровергают, утверждая, что "Опора", как и прочие сторонники отмены касс, завышают потери бизнеса: "Им же надо чем-то заниматься, оправдывая бюджет!" В РАПКаТе указывают, что стоимость самого простого аппарата, который обычно и применяется малым предприятием,— 12 тыс. рублей: "Если эту сумму разделить на семь лет, то есть срок жизни аппарата, получим всего 1,5 тыс. в год. Ну, плюс ежемесячное обслуживание — еще 300-500 рублей. Откуда такие суммы насчитали в "Опоре" — не понимаем. Отмена обязательного использования кассовых аппаратов в первую очередь выгодна нечистоплотным торговцам, и только им!"

Истина, как всегда, находится посередине. Если устаревший, но бывший когда-то очень дорогим POS-терминал (вид компьютерно-кассовой машины) интенсивно эксплуатируется, ему как правило часто требуется ремонт, замена деталей и т. д. Плюс предприниматель платит отдельную ставку кассиру. Тогда годовая стоимость содержания кассы даже может превысить сумму, названную "Опорой". Если же в небольшом павильоне продавец заодно выбивает товар на кассе, а сам аппарат, хоть и куплен задешево, при этом не ломается и работает идеально, то, действительно, за год набежит совсем небольшая сумма.

Законодатели же, оценивая влияние касс на малый бизнес, скорее всего, будут ориентироваться на сведения из налоговых служб. Согласно данным региональных управлений ФНС, доля расходов предпринимателей на приобретение и обслуживание ККТ не превышает в среднем 1% их общих расходов. На первый взгляд, цифра не значительная. Однако любые меры по стимулированию малого бизнеса являются комплексными. Поэтому возможная отмена касс может рассматриваться как один из важных этапов по облегчению жизни предпринимателям. И если каждый из этапов в отдельности может быть и не заметен, то в комплексе они могут дать существенную экономию для бизнеса.

Однако гипотетические бонусы для предпринимателей — это всего лишь один из аспектов проблемы. В глобальном же плане речь идет о том, будет ли государство сохранять жесткий контроль над оборотом наличности в рознице, или фискальный гнет может быть ослаблен. Об аргументах сторонников и противников сохранения касс мы поговорим чуть ниже, пока же отметим, что проблема вышла на самый высокий уровень.

14 мая 2008 года Дмитрий Медведев, всего через неделю после инаугурации, провел совещание, касающееся развития малого предпринимательства. На нем был рассмотрен и вопрос об отмене кассовых аппаратов для компаний--плательщиков ЕНВД (единого налога на вмененный доход). Сам факт, что новый президент поднял вопрос о регулировании рынка ККТ, вызвал среди его участников предчувствия больших перемен: плательщики ЕНВД составляют львиную долю предприятий малого и среднего бизнеса. Правда, не везде.

— ЕНВД действует не во всех регионах РФ,— рассказывает вице-президент компании "Атол" Ирина Макарова.— Отмена касс означает, что обязательно появится неучтенная наличность, с чем так долго и упорно велась борьба. 6 мая 2008 года на основании постановления правительства N359 утверждены новые формы бланков строгой отчетности. Заполнение их весьма трудоемко. Поэтому очень сомнительно, что среди предпринимателей--плательщиков ЕНВД найдутся желающие перейти с касс на отчеты. Предлагаемые отчеты значительно усложнят жизнь плательщикам ЕНВД.

Сегодня в Думе находятся два законопроекта по теме возможной отмены касс: первый предполагает внесение изменений во вторую статью Федерального закона "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт", освобождая плательщиков ЕНВД от обязательного применения касс. В прошлом году законопроект уже прошел первое чтение, получив одобрение правительства. Второй законопроект связан с внесением изменений в некоторые законодательные акты в связи с принятием ФЗ "О развитии малого и среднего предпринимательства в РФ". Дума ушла на каникулы, не успев рассмотреть эти законопроекты, но уже осенью планирует вернуться к ним. Каков будет ответ законодателей, пока неясно.

Рынок продавцов и производителей кассовой техники замер в напряженном ожидании. Его размеры, между прочим, не малы: ежегодно в стране продается 500-600 тыс. кассовых аппаратов. Даже если посчитать, что один стоит 12 тыс. рублей, получим оборот в $250 млн. Но это еще не все: в стране установлено порядка 3,8 млн касс, и каждая нуждается в регулярном обслуживании: в среднем в месяц на это уходит 300-350 рублей. В результате почти 3,5 тыс. (в Москве — 200) ЦТО делят между собой еще до $570 млн. Половина ЦТО в перспективе может остаться без работы.

— Если будет отменено обязательное применение контрольно-кассовой техники, а критерии ЕНВД не будут пересмотрены, рынок ККТ сократится на 50-70%,— уверяет Ирина Макарова,— однако в первую очередь сокращение коснется самого дешевого сегмента — автономных касс. Для рынка такая ситуация станет критичной. Кроме того, с большими проблемами столкнутся и центры технического обслуживания.

Хроника чековой ленты

Российский рынок кассовой техники формировался в начале 1990-х годов. До этого существовал монополист: конструкторское технологическое бюро по проектированию счетных машин "Счетмаш", основанное еще в 1952 году. "Счетмаш" представлял собой своеобразный холдинг: центральный офис разрабатывал кассовую технику, а производством занимались подчиненные ему приборостроительные заводы.

С распадом Союза развалился и холдинг. Правопреемником центрального офиса "Счетмаша", где были сосредоточены инженерные кадры, стало СКБ ВТ "Искра". А на базе бывших предприятий "Счетмаша" (Рязанском, Смоленском, Курском и других заводах) постепенно возникли собственные производства. Одновременно начался и массовый импорт кассовой техники, потом некоторые импортеры сами занялись производством кассовых аппаратов.

Всю историю российского кассового рынка можно охарактеризовать как целенаправленное "закручивание гаек": лазейки для утаивания наличности последовательно закрывались. 18 июня 1993 года был принят один из старейших законов РФ "О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением" (или, как его еще называют, "Закон о ККМ"). В 2003 году его заменил новый закон (N54-ФЗ), сохранивший, однако, основные положения предшественника: обеспечение фискальных интересов государства, повышение налоговой дисциплины, регламентацию применения кассовых аппаратов как основного инструмента контроля за денежным оборотом страны.

Правда, с простыми на тот момент кассовыми аппаратами предприниматели могли производить любые действия, занижая свои обороты в разы. Поэтому в 1995 году для всех касс была введена обязательная плата — "фискальная память". Однако производить ее были уполномочены сами разработчики кассовых аппаратов. В результате память легко корректировалась торговцами, нередко при помощи самих установщиков касс. Как вспоминает большинство предпринимателей, "тогда сложно было найти кассу, в которой не проводилось "скручивания"".

В 2000 году государство решило учесть все модификации касс (на тот момент их было более 800), введя ведомость и паспорт ККМ. Этот процесс получил название "эталонизация".

Но настоящей "революцией" на кассовом рынке стало требование применять в кассовых аппаратах ЭКЛЗ ("электронную контрольную ленту защищенную") — дополнительный блок памяти, фиксирующий денежные суммы, проходящие через ККМ. Как уверяют специалисты, ЭКЛЗ положила конец махинациям со "скручиванием" данных и занижением выручки.

Государство, обязав внедрять ЭКЛЗ, фактически создало новый рыночный сегмент. За три месяца до своей ликвидации ГМЭК (Государственная межведомственная экспертная комиссия, до 2003 года курировавшая кассовую отрасль) без проведения тендера, приказом, назначила разработчиком ЭКЛЗ компанию "Безант", а производство поручило приборному заводу "Тензор". Потом, конечно, много говорилось о том, что кроме указанных организаций никто не был способен создать реально защищенное от взлома устройство, но неприятный осадок остался. Да и сама ЭКЛЗ многим предпринимателям жизнь поначалу усложнила.

Екатерина Д. приобрела кассовый аппарат в начале 2006 года за 12 тыс. рублей, но через два месяца вышла из строя ЭКЛЗ. "Выход лишь один — замена,— вспоминает Екатерина,— но у меня маленький продуктовый магазин, а без кассы работать нельзя — штраф 30 тыс. В ЦТО ЭКЛЗ в наличии не оказалось, ждали неделю! В холодильниках — скоропортящийся товар, так что торговали практически из-под полы, под угрозой штрафов".

Из 3,8 млн касс, работающих в России, примерно половина оснащена ЭКЛЗ. Если знать, что ежегодно в стране продается 500 тыс. новых кассовых аппаратов, каждый из которых в обязательном порядке оснащается ЭКЛЗ, а также учесть, что "срок жизни" ЭКЛЗ в большинстве розничных предприятий — около 13 месяцев, после чего она нуждается в замене, и все эти цифры умножить на $150 (стоимость ЭКЛЗ), получается неплохой рынок.

Внедрение ЭКЛЗ в корне изменило расстановку сил на кассовом рынке. Дело в том, в 1993 году на основании действовавшего тогда закона был организован Реестр контрольно-кассовых машин. Законом о ККТ 2003 года функции ведения этого реестра были переданы Федеральному агентству по промышленности (ФАП). Однако агентство не могло приступить к работе до принятия ряда подзаконных актов. В результате производители, успевшие внести кассы с ЭКЛЗ в реестр, получили колоссальное конкурентное преимущество и возможность извлекать сверхприбыли. А те, кто не успел, уже ничего не могли поделать — они просто не смогли продавать свои кассы.

Четыре года реестр был закрыт. Это привело к тому, что, устраняя огрехи в конструкции и не имея возможности внести эти изменения в официальное описание версии, производители фактически выпускали на рынок не эталонные, а незаконные кассы.

В 2007 году наконец вышло постановление правительства об утверждении правил ведения реестра, и он стал заполняться новыми моделями кассовых аппаратов, давно разработанными производителями и только ждавшими своего часа. Сейчас в реестр включено 33 поставщика со 183 моделями контрольно-кассовых машин: за OAO "Счетмаш" числится 23 вида ККМ, за СКБ ВТ "Искра" — 19 ККМ, за ЗАО "Контрольные кассы Самсунг" — 16 ККМ, восемь поставщиков внесли в реестр лишь по одной кассе. Остальные участники рынка помимо этих 33 компаний — либо их дилеры, либо партнеры, создающие на основе включенных в реестр фискальных регистраторов собственные POS-системы.

Но эйфория от появившейся возможности вносить новые модификации кассовых аппаратов в реестр быстро закончилась: 13 мая 2008 года ФАП было ликвидировано, а его функции переданы Министерству промышленности и торговли.

Неразбериха с реорганизацией ведомств привела к скандалу: будучи формально ликвидированным, ФАП 27 июня выпускает распоряжение о включении в реестр фискального регистратора от компании "Сервис Плюс" и буквально сразу же — постановление, исключающее это устройство из реестра.

— Это решение стало для нас полной неожиданностью,— рассказывает заместитель гендиректора компании "Сервис Плюс" Николай Косогоров,— процедура ведения реестра непрерывно усложняется, поставщики проделывают колоссальную работу и несут значительные издержки, отслеживая все новые технические требования. Добавьте сюда сроки, установленные министерством на рассмотрение заявок, большое число заявителей... В итоге наш принтер "простоял в очередях" несколько лет, пройдя за это время все мыслимые и немыслимые доработки, экспертизы и проверки. И вот, дождавшись, казалось бы, заветной цели и оказавшись в реестре, практически немедленно из него исключается!

Исключение из реестра — это ЧП, для которого должны быть серьезные основания. Однако, по конфиденциальной информации, в ФАПе просто ошиблись при оформлении заявки на внесение в реестр. Подобные инциденты не добавляют спокойствия отрасли.

Тем не менее, несмотря на многочисленные проблемы, рынок ККТ динамично развивается. Директор Агентства регионального развития потребительского рынка и сферы услуг Сергей Лыков уверяет, что его рост достигает 30% в год "не только благодаря открытию новых торговых предприятий, но и благодаря замене выработавшей свой ресурс старой кассовой техники".

— В начале 2000-х годов наблюдалось лавинообразное открытие новых магазинов, и сейчас как раз завершается срок эксплуатации купленной тогда кассовой техники,— продолжает Сергей Лыков,— сейчас многое зависит от того, в каком направлении пойдет законотворческий процесс: динамика роста либо сохранится, либо существенно снизится. Впрочем, даже если кассы для плательщиков "вмененки" будут отменены, кассовая отрасль не умрет: далеко не все используют упрощенную схему налогообложения, а главное, многие из тех, кто может получить право работать без касс, им не воспользуются — во избежание конфликтов с покупателями.

Кроме того, кассовая отрасль может осваивать новые ниши: так, владельцев платежных терминалов могут обязать устанавливать в них полноценные кассы с фискальной памятью. Во всяком случае, такие предложения содержит законопроект "О деятельности по приему платежей физлиц, осуществляемой платежными агентами", находящийся на рассмотрении в Госдуме. Так что производители касс без работы вряд ли останутся.

На войне как на войне

Аргументы как сторонников касс, так и их противников серьезны.

Павел Ч., хозяин небольшого магазина, торгующего канцтоварами, в продолжение темы о проблемах, связанных с использованием кассовых аппаратов, рассказывает: "В конце каждого года или квартала, в зависимости от отчетности, мы вынуждены пользоваться услугами мастеров ЦТО, ведь только они имеют право снимать данные с ЭКЛЗ для налоговиков. Многие в это время занимаются шантажом: представляете, конец квартала, надо сдавать отчетность, опоздал — штраф. Понятно, что у центров завал работы, им звонишь, а там отвечают: ставим в очередь, к вам приедут! А за ускорение работы многие хотят деньги, до 5 тыс. рублей за вызов мастера. Так что работников центров, которые могут остаться без работы, не жалко совершенно". У Михаила Четвертакова, директора компании "ВНВ Шорле Бевериджис", был случай, когда из-за опоздания мастера всего на один день в налоговой выписали штраф в 32 тыс. рублей.

Правда, в РАПКаТ уверяют, что подобные случаи "отслеживают и наказывают подобные компании, да и предприниматель может без проблем сменить ЦТО".

С другой стороны, не стоит забывать, что в свое время именно розничные операторы прославились экспериментами по взлому "фискальной памяти" — скручиванию касс, и, естественно, возможность отказаться от кассы многим из них покажется соблазнительной.

— Государство в течение последних лет вело упорную борьбу со всевозможными схемами нелегального обналичивания денежных средств,— говорит руководитель отдела экспертизы компании "Штрих-М" Ольга Шибина,— на этом фоне отказ от контроля за оборотом наличности в розничной торговле вызывает недоумение. Он может фактически перечеркнуть все меры по повышению прозрачности денежного оборота.

На стороне сохранения касс и многие покупатели, уверяющие, что кассовый чек — их основной защитник, гарант потребительских прав (предъявить претензии к магазину в случае продажи товара ненадлежащего качества без кассового чека можно, но тяжело). В середине лета ВЦИОМ провел опрос: как оказалось, всегда берут чеки после совершения покупки 12% респондентов, "почти всегда" — 16%, и "когда нужно" — 25%, то есть половина всех покупателей нуждается в чеке.

Многие забыли о том, что и сейчас у предпринимателей, работающих в сфере услуг, существует возможность обходиться без кассовых аппаратов, при условии выдачи ими бланков строгой отчетности (так называемых "мягких чеков"). Однако необходимость оформлять заказ на их печать в специальных типографиях до недавнего времени сводила к нулю экономию на содержании кассового аппарата. Достаточно было лишь упростить существующую схему, и многие бизнесмены смогли бы работать без применения касс.

6 мая 2008 года постановлением правительства N359 в привычную схему работы с бланками было добавлено существенное нововведение — теперь их можно печатать самостоятельно при помощи автоматизированных систем. Однако в постановлении есть важная оговорка: автоматизированная система должна быть защищена от несанкционированного доступа. А это значит, что государство, вполне возможно, будет вводить новые ограничения, например в форме обязательной сертификации программного обеспечения. Эксперты рынка не исключают, что по аналогии с Реестром ККТ будет создан Реестр программ для автоматизированных систем.

— Перспектива появления нового списка разрешенного ПО наверняка повлечет за собой формирование процедуры сертификации, требований к экспертизе, и т. п., создаст новые сложности для отрасли,— считает Ольга Шибина,— правда, в этот раз они уже лягут не на производителей кассовой техники, а на разработчиков программного обеспечения.

И, надо думать, без коррупционных скандалов и попыток установления монополии тут не обойдется...

Некоторые эксперты видят за противостоянием сторонников и противников касс интересы конкретных государственных ведомств. Так, Министерство экономического развития заинтересовано в росте соответствующих экономических показателей страны, и, как следствие, ослаблении государственных регуляторов, тормозящих работу малых предпринимателей. Минфин, наоборот, заинтересован в сохранении этих регуляторов, в том числе и касс, так как они помогают контролировать оборот наличности и собирать налоги. Сами же малые предприниматели, основные пользователи касс, как и участники кассового рынка, не имеют достаточного лоббистского потенциала, чтобы влиять на законотворческую деятельность.