Полифоническая организация текста современной былички как результат трансформации традиционного жанра

Т. С. Степичева

ПОЛИФОНИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТЕКСТА СОВРЕМЕННОЙ БЫЛИЧКИ КАК РЕЗУЛЬТАТ ТРАНСФОРМАЦИИ ТРАДИЦИОННОГО ЖАНРА

Данная статья представляет собой результаты анализа текстов современной былички с точки зрения их полифонической организации. Основное утверждение работы: современная быличка, во многом сохраняя текстовые модели традиционного жанра, демонстрирует значительный элемент трансформации, что соответствует специфике современного фольклора в целом. Ключевые слова: фольклорный текст; полифония; традиционная быличка; современная быличка.

В рамках современной лингвистической парадигмы сформировался такой подход к анализу речевого произведения, который предполагает рассмотрение его как сложной, нелинейно организованной структуры.

Согласно этой концепции текст представляет собой некий синтез всевозможных готовых дотекстовых фрагментов, имеющих свое исконное содержание. Вплетаясь в текст, они могут создавать качественно новый смысл. Таким образом, текст рассматривается как полифоническая структура, т.е. «такой способ организации текстовой информации, при котором ее производство и восприятие в коммуникативном процессе осуществляется за счет обращения к смысловому содержанию множества речевых фрагментов, созданных и получивших определенную смысловую нагруженность до конкретно-ситуативной реализации текста» [1. С. 58]. Единицей этой структуры является полифоническое включение - речевой фрагмент, имеющий дотекстовую смысловую нагруженность, приобретенную в процессе предшествующего функционирования. Та среда, из которой был «заимствован» фрагмент, называется прототекстовой.

В качестве прототекстовой среды может выступать либо конкретный текст (в этом случае речь будет идти об интертекстуальных отношениях), либо некоторая дискурсивная область (в этом случае может быть заимствована определенная дискурсивная модель).

В связи с тем что объектом рассмотрения является особая организация текста современного фольклора, необходимо определить содержание понятия «текст».

Мы опираемся на определение текста, автором которого является Т.М. Николаева: «Текст - объединенная смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и цельность» [2].

Важным является также то, что мы рассматриваем особый тип текста - фольклорный текст.

С одной стороны, фольклорный текст отличается наличием эстетической переосмысленности и, тем самым, некоторой стабильностью формы (к примеру, частушка характеризуется жесткой структурной организованностью, наличием рифмы, ритма и т.д.).

С другой стороны, фольклорный текст качественно отличается от художественного текста (как структуры «конечной», завершенной), во-первых, отсутствием авторского начала, делающим фольклорный текст общим для данного коллектива, а каждого исполнителя - его транслятором, а во-вторых, устностью бытования, требующей от автора «встраивать» его в ситуативный контекст.

При этом фольклорный текст формируется по особым законам, специфическим образом определяющим структуру его полифонической организации.

В связи с тем что в данной работе объектом рассмотрения является фольклорный текст, необходимо

обозначить некоторые моменты, касающиеся его специфики: 1) о существовании фольклорного текста можно говорить только в том случае, когда рассказчик воспроизводит конкретный вариант услышанного им ранее речевого произведения; 2) в момент исполнения фольклорное произведение складывается из определенных «готовых» элементов, которые хранятся традицией. В терминологии С.Ю. Неклюдова эти элементы именуются «авантекстом». Таким образом, под фольклорным текстом понимается «более или менее устойчивая комбинация элементов традиции, реализующихся в каждом акте исполнения» [3. С. 5].

Современный фольклор по сравнению с традиционным отличается рядом принципиально иных установок. Приведем наиболее актуальные для данного исследования.

Современный фольклор, в отличие от традиционного, не имеет цельной мировоззренческой основы и не является единым для всего современного общества, но представляет собой совокупность фольклоров разных субкультур. Необходимым является рассмотрение специфики организации полифонии в фольклоре. В связи с тем что теория полифонии связана с понятием интертекста, важно сказать о том, как некоторые исследователи рассматривают фольклорный интертекст. По мнению С.Ю. Неклюдова, авантекст - это необходимое условие существования фольклора в целом, так как каждая модификация фольклорного произведения представляет собой некую структуру, которая строится из элементов традиции. Причем эти элементы могут варьироваться в зависимости от специфики фольклорной памяти рассказчика. Таким образом, с точки зрения С.Ю. Неклюдова, интертекст в фольклоре - это диалог между конкретным сообщением и традицией в целом [3]. В терминологии А.В. Костиной эта традиция называется идеальным фондом, или «словарем», содержащим «абстрактные модели, лежащие в основе традиционного творчества и реализуемые в практике» [4. С. 247].

Иная концепция у Г. А. Левинтона, который считает, что компоненты, общие для нескольких фольклорных текстов, нельзя называть интертекстом, так как в данном случае речь идет не о включении элементов одного текста в другой, а об отношениях текста и общефольклорной системы [5]. С другой стороны, к фольклору может быть применимо понятие интердискурсивности, так как модели иных дискурсов включаются в фольклорный текст на правах его органичных компонентов.

В данной работе ключевым является понятие полифонической структуры текста, которая представляет собой результат как интертекстуальных, так и интердискурсивных отношений. Следовательно, внутри-фольклорные «заимствования» в данном случае актуальны. Более того, современный фольклор во множестве примеров демонстрирует включение конкретных

фрагментов законченных текстовых форм (Я другой такой страны не знаю, потому что не был я нигде), поэтому применительно к современному фольклору можно также использовать термин «интертекст».

Под жанром в настоящем исследовании понимается «исторически сложившаяся и реализуемая в конкретных произведениях, в совокупности произведений (но могущая быть сформулированной в виде ряда универсалий) система содержательных, собственно поэтических, функциональных и исполнительских принципов, норм, стереотипов, за которыми стоят выработанные коллективным опытом представления, отношения, связи с теми или иными сферами действительности, социальными институтами, бытом и т.д.» [6. С. 167].

Каждый жанр по-своему отражает некую концепцию мира. Однако целостную модель действительности во всей её многогранности ни один отдельно взятый жанр не отражает, а лишь фиксирует некоторые её стороны.

В фокусе данного исследования - тексты былички. В настоящее время многие исследователи обращаются к этому жанру (см. работы В.М. Найдыш, Е.Е. Левкиев-ской, Е.С. Ефимовой, С.Е. Волосковой и др.).

В «классическом», традиционном виде жанр былич-ки представляет собой рассказ небольшого объема, в котором представлен конкретный случай встречи с мифологическим существом. С точки зрения структурной и сюжетной организации этот жанр характеризуется следующими признаками: линейность сюжета; двух- или трехчастная композиция; в основе сюжета - амбивалентность реального и сверхъестественного; кульминацией рассказа является столкновение человека с фантастическим персонажем. В плане когнитивной направленности данного жанра необходимо говорить об установке на достоверность произошедшего, которая является важным компонентом на пути достижения основной цели былички - «доказать, утвердить, подкрепить то или иное верование» [7]. В связи с этим можно говорить о том, что одной из основных функций былички является функция информативная, непосредственно связанная с эмоциональной и дидактической функциями.

Важным является также то, что рассказчик былички, в отличие, например, от исполнителя частушки, в формальном отношении реализует ее текст как компонент собственного речевого опыта, «растворяя» его в монологе (так, для ее введения используются модели «вот у нас был один парень...», «как-то она зашла в сарай, а там...» и подобные). Для былички распространенным способом введения является ссылка на рассказанное другими с целью создания эффекта достоверности.

Современная быличка является результатом трансформации данного жанра, утратившей ряд признаков, актуальных для «классической» былички. Обозначим результаты трансформации.

1. Современная быличка, как и многие жанры современного фольклора, бытует в основном в рамках конкретных субкультур - туристические былички, медицинские былички, студенческие былички и пр. [8].

2. В большинстве случаев процесс рассказывания бы-лички лишается своей сакральности, связанной с мифологическими представлениями традиционной культуры.

3. В отличие от традиционного жанра, где преобладающей является информативно-дидактическая функция,

в современной быличке на первый план выходит функция эмоционально-развлекательная.

4. Изменению подвергаются статусные отношения рассказчика и слушателя былички: если в традиционной быличке их статус был равным (что понимается исследователями как «равное владение... приемами речевого жанра былички» [8], позволяющее слушателю «опознать» описываемое мифологическое существо), то современная быличка в большинстве рассказывается «“бывалым” “профану”» [8].

Одной из особенностей бытования былички является ее «вписанность» в беседу. Оформляют быличку как единый текст особенности сюжета (встреча со сверхъестественным) и, иногда, особые текстовые маркеры (однажды у нас произошел такой случай или мне такую историю тетка рассказывала и др.).

Эти и другие особенности не являются актуальными для всех текстов современного трансформированного жанра: тексты деревенской культуры во многом сохранили близость к традиционной быличке.

Рассмотрим специфику организации текста современной былички.

Текст современной былички представляет собой некую многослойную структуру, в состав которой входят элементы, воспринятые из различных речевых сфер.

Основу текста былички составляет речевая структура, организованная по законам устной разговорной речи, с ее прозаической формой, соответствующим уровнем спонтанности, пространственно-временной конкретностью, выраженной в использовании определенных форм личных и притяжательных местоимений (со мной был случай..., у нас одна женщина рассказывала ..., наша соседка однажды.) и т.д.

Специфика устной разговорной речи задает наличие в тексте былички осознанных обращений к «чужому» тексту, вводимых рассказчиком для придания достоверности своему рассказу. Одним из видов осознанных включений являются цитируемые рассказчиком реплики персонажей, используемые в целях театрализации повествования (И вот одна бабушка пришла в больницу и говорит: «Где вы согрешили, где ребенка похоронили? Если вы этого ребенка откопаете и похороните нормально, тогда и погода наладится, и будет все, как прежде»).

Жанровая специфика текста былички диктует наличие в ее текстовой структуре полифонических включений, являющихся маркерами данного жанра (в его «классическом» варианте). Как исполнитель, так и слушатель каждого фольклорного жанра имеет определенные когнитивные представления о форме осуществления данного жанра (что позволяет понимать его содержание соответствующим образом, отличая фольклорный текст от бытового, а также от текстов других жанров). Во-первых, большинство быличек характеризуется наличием повторяющихся структурных элементов, текстовыми маркерами которых могут выступать формулы: с тех пор, с этого времени и др., указания места, времени (2007 г., лагерь «Космонавт», 7-й отряд) и т.д. При этом данные элементы условно делят текст былички на три части: первая часть - описание хронотопа, вторая часть - основное действие, третья часть - его результат (Дело было зимой перед самым Новым годом - начало рассказывания; его искали много дней, но так и не на-

шли. С тех пор в этом корпусе стали происходить странные вещи: по ночам стали слышны стоны и шаги, вскоре этот корпус закрыли - финальная часть).

В связи с тем что жанр былички в качестве одного из основных жанровых свойств предполагает наличие образа мифологического существа, текстовая компонента былички представлена также относительно устойчивыми развернутыми характеристиками мифологизированных персонажей (Нормальный вроде как это... человек шел, вот, со всем снаряжением. Просто единственное что: в горах один человек, считается, не ходит. То есть обязательно должна как минимум пара, а это был один человек. И, в том числе, без рюкзака).

Текст былички «принимает» в свою текстовую среду включения, которые по форме также являются фрагментами текста, отсылающими к текстовой среде иного типа и, тем самым, вносящими особые смысловые компоненты в текст данного жанра.

1. Включения традиционного фольклора. В связи с тем, что исследуемые былички - современный фольклорный жанр, в него встраиваются компоненты, отсылающие к традиционному фольклору в целом, к различным его жанрам.

В ряде текстов встречаются полифонические включения, созданные по сказочной модели и передающие компоненты традиционной картины мироустройства: так, в некоторых быличках актуализируется установка на троекратное повторение действия (Так было в первую ночь и во вторую, в третью ночь он не выдержал и рассказал своим друзьям), в одной из быличек пение петухов выступает в качестве маркера границы между временами суток (Так, водили целую ночь. Упадет с него фуражка, они поднимут, оденут и снова. Под утро привели на мельницу и посадили на крылья. Тут петухи запели - они исчезли). Важный временной момент - наступление рассвета как переход ко времени господства светлых сил - обозначен через действие «петухи запели», и понимание этого осуществляется на основании общекультурного фольклорного кода.

2. Включение языковых моделей того дискурса, в рамках которого был создан текст былички: медицинского, научного и др. Так, в медицинской быличке встречается большое количество элементов, обусловленных типом дискурса. Источником для них служит медицинская документация, связанная с выпиской больного, с заполнением амбулаторных карт и т.д. (.Обычно такие больные

умирают. Или длительнейшее восстановление с необратимыми патологиями в психике).

В текстах туристической, медицинской и других бы-личек достаточно частотными являются полифонические включения, которые можно обозначить как некие пояснения рассказчика в условиях общения с представителями других культур, причем эти пояснения вводятся в текст вполне осознанно и выполняют информативную функцию. В числе таких пояснений выделяются конкретные расшифровки специфичных терминов (в памирках, палатках горных, у них два входа, вот... И два выхода, значит... Вот, две дыры... Один сзади, другой спереди). К ним относятся также тексты, включенные в быличку в концентрированном виде и обладающие собственной культурной значимостью (вроде бы... человек, а вроде бы и волк. То есть он превращается там в какое-то время, в полнолуние там... ммм... человек обращается в волка... Он там бегает, убегает в горы, там рыщет... какое-то время, вот. Ну, там, вроде бы, кого он укусит, тоже становится оборотнем. Вот... то есть он не ест, а кусает).

3. Включения, прототекстовой средой которых является язык определенного коллектива (Вот, значит, привезли мальчику или он сам из дома привез гуся целого, тушку. Они её повесили, видимо, в пакет за окно. И то ли ветер был, то ли что, короче, упал этот пакет за окно. Когда они обнаружили, этот пацан побежал вниз. Пока добежал, гуся нет. Он, естественно, весь «на гусе»). В данном случае выражение на гусе принадлежит лексикону людей из одной компании, означает неуравновешенное состояние человека. Это включение используется не только для того, чтобы в яркой форме передать эмоциональное положение персонажа, но также для создания языковой игры, которая заключается в соположении сюжетного компонента («гусь» в прямом смысле) и данного включения.

4. Включения, прототекстовой средой которых является индивидуально-личностная речевая среда. В тексте былички реализуются языковые особенности ее рассказчика в виде часто употребляемых им выражений (по барабану, вот такие пироги и т.д).

Таким образом, исходя из вышесказанного, можно сделать следующий вывод: современная быличка, во многом сохраняя текстовые модели традиционного жанра, демонстрирует значительный элемент трансформации, что соответствует специфике современного фольклора в целом.

ЛИТЕРАТУРА

1. Тубалова И.В. Коммуникативные модели реализации полифонической рефлексии в разговорно-бытовом дискурсе // Картины русского мира:

образы языка в дискурсах и текстах / Под ред. З.И. Резановой. Томск: ИДСК, 2009. С. 56-97.

2. Николаева Т.М. Текст // Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В.Н. Ярцевой. М., 2009. ИЯЬ: ЬИр://1іп§УІ8ІісЬевкіу-

s1ovar.ru/description/tekst/629

3. Неклюдов С.Ю. Семантика фольклорного текста и «знание» традиции // Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика Публи-

кации. иЯЬ: www.ruthenia.ru/fo1k1ore

4. Костина А.В. Интертекстуальность как фундаментальный признак культуры постмодернизма: к вопросу о соотношении массовой культуры

и культуры традиционной // Фольклор и художественная культура. Современные методологические и технологические проблемы изучения и сохранения традиционной культуры. М.: Государственный республиканский центр русского фольклора, 2004. С. 246-257.

5. Левинтон Г.А. «Интертекст» в фольклоре // Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика Публикации. ИЯЬ: http://www.ruthenia.ru/fo1k1ore

6. Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура; 1п memoriam. СПб.: Петербургское Востоковедение, 2003. 464 с.

7. Померанцева Э.В. Устные рассказы о мифических существах, их жанровые особенности. ИЯЬ: http://www.kaf1it.ru

Статья представлена научной редакцией «Филология» 23 ноября 2010 г.