О биологии длиннохвостой неясыти Strix uralensis в Приморье

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1593: 1645-1657

О биологии длиннохвостой неясыти Strix uralensis в Приморье

Ю.Б.Шибнев

Второе издание. Первая публикация в 1989*

Ареал длиннохвостой неясыти Strix uralensis в Советском Союзе охватывает почти всю лесную зону — от Прибалтики до Охотского побережья, Сахалина и Приморья; на этой территории представлено 4 подвида. Приморье населяет подвид S. u. nikolskii (Buturlin, 1907), распространённый к западу до бассейна Зеи (Степанян 1975).

Если в западной части ареала длиннохвостая неясыть изучена сравнительно хорошо, то в восточной и, в частности, в Приморье материалы по её биологии фрагментарны. По К.А.Воробьёву (1954), этот вид на Дальнем Востоке гнездится на юг до 43° с.ш. По более поздним работам А.А.Назаренко (1971а,б) и Е.Н.Панова (1973), длиннохвостая неясыть гнездится и в самой южной части Приморского края. Питание длиннохвостой неясыти в Приморье изучал В.А.Нечаев (1979).

Материал для данной статьи собран в 1969-1984 годах в среднем течении реки Бикин, в Юго-Западном Приморье и отчасти на Прихан-кайской низменности. Экологию, в особенности питание вида, изучали главным образом в заповеднике «Кедровая падь».

По нашим наблюдениям, длиннохвостая неясыть населяет самые разнообразные лесные формации по всему Приморью, концентрируясь в гнездовой и послегнездовой периоды в местах массового размножения мышевидных грызунов, преимущественно полёвок. Сплошных хвойных лесов этот вид, как правило, избегает, отдавая предпочтение старым широколиственным и хвойно-широколиственным разреженным лесам по долинам рек, невысоким сопкам и горным распадкам, а при обилии питания гнездится и в почти чистых дубняках по сухим южным склонам гор.

Взрослые особи, выбравшие гнездовой участок и уже гнездившиеся, обычно живут оседло, не покидая участка даже зимой при глубоком снежном покрове, затрудняющем охоту, и при бескормице, в результате чего некоторые из них гибнут от истощения. В то же время молодые птицы осенью совершают значительные кочёвки и на зиму оседают в местах с благоприятными кормовыми условиями, на что указывает и В.А.Нечаев (1979). В октябре-ноябре (период кочёвок) неясыти нередко встречаются в несвойственных им стациях. Например, мы неоднократ-

* Шибнев Ю.Б. 1989. О биологии длиннохвостой неясыти в Приморье IIБюл. МОИП. Отд. биол. 94, 5: 15-25.

но наблюдали их на Лузановой сопке у озера Ханка, окружённой болотами, в десятках километров от ближайших лесных массивов. Зимой же длиннохвостые неясыти держатся преимущественна оседло в лесах и на лесных опушках, вылетая на охоту на луга и поля, где используют в качестве присад отдельно стоящие деревья, телеграфные столбы; охотятся над дорогами за перебегающими её мелкими грызунами.

У оседлых и зимующих неясытей имеются свои постоянные места отдыха после охоты. Это либо хвойное дерево, либо сгущение ветвей повалившихся друг на друга деревьев, обломанный ствол или пень; предпочитают же птицы дупла, обращённые в солнечную сторону. Иногда в холодные и ветреные зимние дни в таких дуплах отсиживаются по две неясыти, в результате под таким деревом к весне скапливается до 50 и более погадок. Зимой охотничий участок у такой пары сов обычно не превышает 3-4 км2, на которых имеется до 3-6 мест отдыха. После обильных снегопадов совы перемещаются дальше — на опушки леса к луговинам или к крутым склонам сопок, где снег местами сдувается ветром и создаются благоприятные для охоты условия. В период глубокоснежья в таких местах может концентрироваться до 4-6 неясытей на 1 км2. Если такие скопления образуются при недостатке корма, значительная часть сов погибает. Такое явление мы наблюдали в марте 1980 года на реке Бикин. Почти всю зиму и в марте высота снежного покрова в долине держалась более полуметра, и неясыти были не в состоянии добыть себе достаточно корма. 26-28 марта двух погибших от истощения сов нашли в долинном лесу в 30 км от селения Красный Яр. Значительная концентрация их в феврале-марте наблюдалась у села Верхний Перевал у крутого южного склона сопки, где неясыти, как и ястреба-тетеревятники ЛсЫрНет gentilis, пытались охотиться на седоголовых дятлов Псыв сапыв, которые слетелись сюда для поисков насекомых, зимующих в расщелинах скал. На 1 км маршрута здесь отмечалось до 3-4 длиннохвостых неясытей. Голодное время удалось пережить не всем, к концу марта на данном участке было обнаружено 3 погибшие от истощения птицы. Для заповедника «Кедровая падь» гибель неясытей от истощения осенью 1960 года отмечал Ю.Б.Пукинский (1977) и зимой 1980/81 года мы, когда было зарегистрировано 2 погибшие совы. Незначительная гибель неясытей на Би-кине была отмечена зимой 1981 года.

В средние по кормовым условиям годы на участке долины реки Бикин от Верхнего Перевала до Красного Яра (70 км) в период гнездования пара неясытей в среднем приходилась на 2 км2. Таким был 1977 год, когда почти в любом месте по долине реки можно было услышать токующих сов, а в некоторых участках с одного места регистрировались голоса 2-3 самцов. При недостатке мышевидных грызунов численность гнездящихся неясытей падает в 2-3 раза и большинство из них, при-

держиваясь своих участков, к гнездованию не приступают. Так, в заповеднике «Кедровая падь» в 1978 году при обилии мышевидных грызунов на 10 км маршрута учитывалось до 12 токующих самцов, тогда как при дефиците корма в 1981 году на 10 км маршрута - не более 3-4 пар длиннохвостых неясытей.

Плотность оседающих на гнездовании неясытей полностью зависит от обилия мышевидных грызунов, на что указывает и Ю.Б.Пукинский (1977). Благоприятным для сов на среднем и нижнем Бикине был 1969 год, когда уже в феврале-марте на каждом маршруте протяжённостью более 2 км визуально отмечалась хотя бы одна птица; они встречались как в долинных лиственных и смешанных лесах, так и по островам леса, релкам среди моховых болот — марей. 20-21 мая в долине Бикина в районе Школьной протоки в разреженном высокоствольном долинном лесу, где ходы дальневосточных полёвок Microtus fortis покрывали буквально всю почву и сами они часто наблюдались перебегающими из норы в нору, с одного места днём удавалось наблюдать до 4 сов, охотившихся за грызунами. С пойманной добычей птицы улетали в разные стороны, вероятно к гнёздам; путь одной совы к гнезду был прослежен. При обилии мышевидных грызунов на местах охоты неясыти относятся друг к другу без какой-либо агрессии, и самцы на таких участках образуют как бы токовища — кричат до получаса и более, собравшись группой в 3-4 особи. Такое явление наблюдается обычно в стороне от гнёзд, близко же к гнезду чужаки не подпускаются.

Токование сов на гнездовых участках, поначалу нерегулярное и непродолжительное, отмечается с середины февраля, реже с первых чисел этого месяца. Наиболее активно оно со второй декады марта до конца апреля, а при благоприятных кормовых условиях и большой плотности гнездования крики самцов можно слышать до 20-х чисел мая и позднее. Причём чем лучше кормовые условия, тем чаще и продолжительнее токование. Самцы в такой период могут начать перекликаться между собой и создавать общее токовое «гудение» в любой отрезок тёмного времени суток.

Первые крики сов чаще всего отмечаются с 20 ч 45 мин до 23 ч, реже токование начинается с 19 ч. Очень редко кричат неясыти в светлое время суток, как правило с 17 ч. Призывные и другие крики неясытей подробно описаны Ю.Б.Пукинским (1977); к этому описанию следует добавить монотонный повторяющийся много раз крик «ду-ду-ду...», который обычно издаёт самец, улетая от гнезда или приближаясь к нему и перекликаясь с самкой. Иногда он чередует его с обычным трёхсложным криком в период токования.

Перед началом гнездования самка длиннохвостой неясыти почти постоянно находится вблизи гнездового дерева, в то время как самец днём отсиживается в 200 м и более от гнезда и первые вечерние крики

начинает оттуда. Лишь на ответные хриплые крики самки он прилетает к ней, но, несколько раз прокричав, вновь удаляется от гнезда и либо токует в стороне, либо улетает на охоту. Почти не токуют неясыти при густом тумане, в морось и в дождь.

В Приморье длиннохвостые неясыти гнездятся в дуплах, причём выбирают сравнительно неглубокие, с небольшим диаметром внутри и нешироким летком. Средние размеры входа в гнездовое дупло (n = 4) 22x18 см, крайние значения 19-25x17-20 см. На уровне гнезда диаметр дупла от 25 до 34 см, глубина от 26 до 42 см. Большее предпочтение отдаётся наклонным дуплам. Дупла располагаются высоко - от 10 до 15-18 м над землёй, лишь одно из четырёх исследованных было на высоте 5 м. Три из них были расположены на ильмах и одно на липе.

Наблюдения за гнездованием длиннохвостых неясытей (двух пар) проводили в заповеднике «Кедровая падь» в 1978 году, в период обилия мышевидных грызунов. Гнёзда были расположены в широколиственном лесу в 1.5 км одно от другого: одно у вершины северного склона сопки (около 300 м н.у.м.), другое через долину реки Кедровая у основания южного склона сопки. В этот год при обилии корма, главным образом красно-серых полёвок Clethrionomys rufocanus, плотность длиннохвостых неясытей на гнездовье была особенно высокой: почти на каждый 1 км отмечалась пара, с одного места можно было слышать до 5 токующих самцов.

В начальный период гнездования ночью вблизи гнездового дерева неясыти почти не реагируют на человека и таких животных, как енотовидная собака Nyctereutes procyonoides и барсук Meies meles. Если днём на гнездовом участке к сове обычно не удаётся подойти ближе, чем на 15-20 м, то ночью нам удавалось приблизиться к ней на 4-5 м, при этом сова иногда издавала тихое и высокого тона «уу-уу» (звук кажется доносящимся издалека). Даже освещённая фонариком, неясыть не улетала, а только отворачивалась от слепящего света. Ещё до откладки яиц самец постоянно кормит самку, принося ей за ночь до 3 мышей или полёвок; корм передаётся на дереве или на валежине из клюва в клюв, во время передачи корма самка издаёт резкий стрекочущий крик. С наступлением сумерек после трёхсложного или монотонного крика самца на днёвке самка отвечает ему хриплым трёхсложным или криком «кхе-кхе...», похожим на кашель, после чего самец постепенно приближается к гнезду, где некоторое время они токуют вместе. Затем самец улетает на охоту, а самка замолкает или изредка перекликается с самцом.

Спаривание длиннохвостых неясытей наблюдалось 29 марта между 21 и 22 ч в 100 м от гнездового дупла, расположенного у подножия сопки. С наступлением темноты в трёх местах были слышны крики самцов, однако самец из этой пары молчал. Его постоянным местом

отдыха был склон сопки выше гнезда, в 250-300 м от него, откуда он почти всегда подавал свой первый крик. Молчала и самка. В 21 ч она прилетела со стороны гнезда и, сев на дерево над наблюдателем, несколько раз крикнула, после чего все крики неясытей смолкли. Через полчаса крикнул самец из этой пары и ему отозвался ближний — из распадка. Постепенно оба самца с криками стали приближаться к самке (она молчала и не реагировала ни на шорохи мышей, ни на освещение её фонариком). Вскоре самец, её партнёр, с лёта сел ей на спину, крепко вцепившись когтями; самка заверещала, подняла хвост, спаривание длилось 15-20 с. После этого самец улетел на своё обычное место отдыха, два раз крикнул, и все голоса сов надолго смолкли, а самка молча улетела в сторону гнезда. 3 апреля в её гнезде появилось первое яйцо.

К откладке яиц неясыти приступают с третьей декады марта. Так, в гнезде у вершины сопки 26 марта самка насиживала уже 2 яйца. Средняя кладка длиннохвостой неясыти состоит из 3-4 яиц (Пукин-ский 1977), а насиживание длится 28 дней. В трёх осмотренных нами гнёздах было соответственно 3, 3 и 4 яйца. Промеры одной кладки, мм: 50.0x41.7, 49.0x41.5, 50.9x41.4, 50.5x41.1. Ночью самка сидит на кладке очень плотно, даже постукиванием по дереву её трудно выгнать из гнездового дупла, она лишь высовывается из него. Днём же она иногда вылетает при приближении человека к гнездовому дереву или при постукивании по нему.

Несмотря на то, что самец обычно держится в стороне от гнезда и нередко токует вдали от него с другими самцами, вблизи гнезда чужих самцов он ревностно отгоняет. 15 апреля в 22 ч два самца токовали в стороне от гнезда, а затем стали постепенно приближаться к нему. Примерно в 100 м от гнезда самец-хозяин стал нападать на чужака. Последний пытался дать отпор, оба самца сцепились лапами и, беспорядочно хлопая крыльями, стали падать; лишь у самой земли они расцепились, после чего чужак улетел прочь.

Человека, осматривающего гнездо или даже забирающегося на соседнее дерево, длиннохвостые неясыти атакуют, нанося острыми когтями кровавые раны, причём в первую очередь стремятся попасть в лицо; наиболее агрессивна при этом самка.

В период насиживания самкой кладки самец с наступлением сумерек первые крики также издаёт со своей днёвки, а затем подлетает к гнезду и, как бы удостоверившись, что там всё в порядке, после нескольких криков улетает на охоту или токование с другими самцами. Через 1-2 ч он вновь возвращается к гнезду (обычно без добычи) и после нескольких криков иногда долго сидит молча. Если же самка на его крики отвечает хриплым «хау-хау...», выражая этим свой голод, то самец улетает на охоту и, поймав добычу, приносит ей.

При появлении птенцов и до их вылета из гнезда корм также добывает самец. Даже при обилии мышевидных грызунов, когда их шорохи почти постоянно слышатся под гнездовым деревом, самка, находясь у гнезда, не обращает на них внимания. Эта добыча как бы оставляется про запас на период после вылета птенцов, когда и она начинает активно ловить мышей и полёвок на гнездовом участке. Самец приносит к гнезду корм как ночью, так и днём. Мы неоднократно наблюдали это в солнечный день с 11 до 15 ч. При обилии пищи и сытых птенцах принесённый самцом корм самка раскладывает в развилках ветвей деревьев, а при первом же крике проголодавшегося птенца берёт его и несёт в гнездо, не дожидаясь нового прилёта с кормом самца. Этими запасами самка чаще всего пользуется при наступлении сумерек, когда самец токует, а птенцы начинают просить есть. Полных дневных наблюдений у гнезда проведено не было, но и из отдельных наблюдений ясно, что самец в течение светлого времени суток приносит корм не менее 3-4 раз.

За 4 ночи наблюдений трёх птенцов в возрасте от 16 до 25 дней самка кормила от 6 до 9 раз за ночь, т.е. каждому птенцу доставалось по 2-3 мыши или полёвки. Кроме того, 2-3 мыши, принесённые самцом, съедала за ночь самка. В ясные ночи кормление птенцов было равномерным, а в сильные туманы и морось самец приносил корм преимущественно в вечерние и утренние сумерки, ночные же кормления прекращались почти полностью. В ясные ночи самец прилетал к гнезду с кормом обычно без крика, а в пасмурные и тёмные всегда перекликался с самкой. Самка при его появлении с добычей начинала «хрипеть» и особенно сильно, когда забирала корм у самца. Передача корма происходит в 20-40 м от гнезда.

Птенцы длиннохвостой неясыти, находящиеся в дупле, по сравнению с другими совами, довольно молчаливы, на что указывает и Ю.Б. Пукинский (1977). Обычно они подают голос, услышав родителей, но иногда самка несёт корм и к молчащим птенцам. В первую очередь корм отдаётся крупным птенцам, и только когда они насытятся, самка опускается в дупло и кормит самых маленьких. В результате того, что меньшему птенцу корм достаётся в последнюю очередь и нерегулярно, а также ввиду молчаливости птенцов, последний, как правило, не доживает до вылета из гнезда, слабеет и затаптывается в тесноте дупла более старшими собратьями. По Ю.Б.Пукинскому (1977), в природе редко удаётся наблюдать выводок лётных молодых, превышающих две особи, что подтверждается и большинством наших наблюдений. Даже в год обилия мышевидных грызунов в гнезде, где вывелось 4 птенца, к моменту вылета осталось 3; во втором гнезде вылетели все 3 птенца. Гнездо оставляется птенцами за 1-2 сут. В наших гнёздах последние птенцы покинули их 22 мая и 1 июня — соответственно на 28-й и 30-й

дни после вылупления, что согласуется с литературными данными.

На Бикине, вероятно из-за более холодной и снежной зимы, сроки гнездования длиннохвостых неясытей незначительно сдвинуты. Так, 15 мая 1969 было найдено гнездо с двумя 4-5-дневными птенцами, т.е. их вылет из гнезда должен был произойти 9-10 июня. В 1980 году 2 птенца, только что покинувших гнездо, наблюдались 6 июня, а в 1982 году 3 птенца — 7 июня.

Молодые с хорошо развитыми рулевыми и маховыми перьями, но ещё в мезоптиле, наблюдались в «Кедровой пади» 12 июля 1970 и 7 июля 1977 (по 2 особи) и 3 июля 1975 (1 птица).

Покинув гнездо, молодые ещё около месяца держатся на гнездовом участке, затем постепенно перемещаются ближе к опушкам леса, в долины рек. Через 1.5 месяца после вылета мы наблюдали молодых в 1.5-2 км от гнезда. В это время молодые держались ещё с родителями и с наступлением сумерек продолжали выпрашивать у них корм. Хриплый крик птенцов в этот период звучит как «тауй-вич» и «квя». Выводок распадается в конце июля - в августе, когда молодых, выпрашивающих корм, услышать уже почти не удаётся. В сентябре-ноябре молодые кочуют по самым разным биотопам в поисках наиболее кормных мест и оседают на благоприятных по кормовым условиям участках; взрослые же неясыти продолжают придерживаться своих гнездовых районов.

Если ночью длиннохвостая неясыть является как бы полным хозяином своего участка и грозным хищником для многих некрупных животных, то днём, несмотря па то, что она нередко охотится и в эти часы, всё же чувствует себя неуверенно и старается скрыть своё присутствие, в первую очередь от птиц. У гнезда мы нередко наблюдали, как пара соек Garrulus glandarius, у которых, по-видимому, недалеко находилось гнездо, атаковывала неясыть: била её лапами в затылок. Сова только пригибалась, щелкая клювом, и лишь после множества таких атак улетела от них. Зимой, заметив неясыть, её с криками окружают стайки синиц, поползни Sitta europaea, близко подлетают малые острокрылые дятлы Dendrocopos kizuki и, как правило, на их тревожные крики вскоре появляются сойки. Неясыть в таких случаях прикрывает глаза, стараясь быть незаметной, но и в таких случаях под напором атак соек ей приходится искать другое подходящее укрытие. Особенно неясыти опасаются ворон Corvus corone. Так, зимой при попытке подойти к сове на 30-40 м она постоянно улетала, но когда над ней стали кружиться вороны, птица забилась в ветки пихты и тогда уже подпустила к себе совсем близко. Поэтому неясыти зимой предпочитают днём отсиживаться в укромных местах: в дуплах глухих участков леса или на северных склонах сопок, обычно мало посещаемых птицами, либо в густых ветвях хвойных деревьев, на пнях, прикрывая глаза, чтобы

быть менее заметными. Летом, обнаружив неясыть, птицы поднимают тревогу. Чаще всего волноваться начинают восточные синицы Parus minor, а затем появляются все гнездящиеся рядом — сизые дрозды Tur-dus hortulorum, китайские иволги Oriolus chinensis, буробокие белоглазки Zosterops erythropleurus и т.д.

Судя по визуальным наблюдениям, на охоте неясыть полагается главным образом на слух. Она свободно ловит мышевидных грызунов и землероек, пробегающих под слоем снега в 15-20 см, но при более глубоком снеге её охота становится затруднительной и малоэффективной. В период малой численности мышевидных грызунов мы пробовали подманивать неясыть на имитацию шороха мыши в сухой листве и траве. Неясыть при этом реагировала более чем за 100 м, она срывалась со склона сопки и, спланировав в долину, усаживалась на дерево у места, где производился шорох.

На среднем Бикине при недостатке корма зимой неясыти нередко поедают белок Sciurus vulgaris и колонков Mustela sibirica, попавших в капканы охотников. Известны также случаи, когда птица хватала на лету подстреленных охотниками белок. При неглубоком снеге неясыти ловят рябчиков Tetrastes bonasia, севших на ночёвку под валежину или в нишу под обрыв или камень. В зимний период на Бикине, на крутом склоне сопки, мы однажды спугнули длиннохвостую неясыть с добытого ею днём фазана Phasianus colchicus.

В «Кедровой пади» погадки с остатками колонков наиболее часто регистрировали зимой 1970/71 года. Несмотря на обилие мышевидных грызунов в этот период, неясыти активно охотились и на колонков.

Не всегда такая охота бывает успешной. В одном случае, судя по следам борьбы и остаткам совы на снегу, молодая неясыть, неудачно схватившая колонка, была им поймана и почти полностью съедена.

Нужно также отметить, что при недостатке пищи в природе длиннохвостые неясыти, обитающие в районе усадьбы заповедника, в сумерках охотятся на кур, усевшихся на ночёвку на деревья. Так, одна неясыть осенью 1981 года в течение полутора недель унесла 5 кур. Причём, в отличие от ястреба-тетеревятника, который, как правило, принимается за добычу на месте поимки, неясыть уносит её довольно далеко, и на 10 м и более от места поимки протягивается полоса перьев, осыпавшихся с добычи.

Несмотря на то, что в местах охоты длиннохвостых неясытей в заповеднике обитает маньчжурский заяц Lepus mandshuricus, его остатки в погадках не были обнаружены. 15 апреля 1978 мы наблюдали ночью, как неясыть низко спланировала над кормящимся в лесу зайцем и села над ним на ветку, но охотиться не пыталась, возможно из-за обилия красно-серых полёвок. Интересно, что и заяц совершенно не реагировал на сову и продолжал кормиться.

Ы

о

в

о g

to

ш

к о Я тэ

п> о о

и В

Я

^

к £

U1

о и>

Состав пищи длиннохвостой неясыти $1г1х ига1еп$15

CN U1

оо

1975/76 1977/78 1978/79 1980/81 1981/82 1982/83 1983/84

55 погадок 15 погадок 27 погадок 19 погадок 158 погадок 91 погадка 36 погадок

Объект питания Количество встреч

Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. %

Mammilia: 132 96.4 33 66 46 61.3 45 90 412 96 268 92.1 83 71.6

Моде га robusta 4 7.2 - - - - - - 4 2.4 1 1.1 1 2.8

Sorex mirabilis - - 1 6.7 - - - - - - - - - -

Sorex unguiculatus 1 1.0 - - - - - - 2 1.2 - - 1 2.8

Sorex tundrensis 1 1.8 - - - - - - 1 0.6 - - 1 2.8

Sorex daphaenodon - - - - 1 3.7 - - - - - - - -

Sorex isodon 2 3.6 - - - - - - 1 0.6 3 3.3 2 5.6

Sorex caecutiens 4 7.2 - - - - - - 2 1.2 4 4.4 4 11.2

Sorex sp. 4 7.2 1 6.7 1 3.7 - - 3 1.8 2 2.2 - -

Crocidura lasiura 3 5.4 2 13.4 - - 4 21.2 6 3.6 2 2.2 8 11.2

Crocidura sp. 2 3.6 2 13.4 - - - - 4 2.4 - - - -

Pipistrellus savii - - 1 6.7 - - - - - - - - - -

Pipistrellus sp. - - - - - - 1 5.3 - - - - - -

Pteromys volans 3 5.4 - - 3 11.1 - - 4 2.4 6 6.6 2 5.6

Sciurus vulgaris - - - - - - 1 5.3 - - 1 1.1 - -

Tamias sibiricus - - - - 1 3.7 - - - - - - 1 2.8

Apodemis agrarius - - - - - - - - 2 1.2 - - 3 8.4

Apodemus peninsulae - - - - 4 11.1 - - 2 1.2 24 18.7 11 28.0

Apodemus sp. 7 12.7 5 33.3 6 18.5 8 37.1 49 22.2 21 19.8 17 29.8

Micromys minutus - - - - - - - - 4 2.4 - - - -

Clethrionomys rufocanus 40 45.5 22 80.0 24 51.8 17 70.6 149 50.0 179 78.0 26 41.6

Microtus fortis 59 58.2 - - 5 18.5 12 57.9 176 72.8 24 18.7 6 13.8

Microtus sp. - - - - - - 1 5.3 - - - - - -

Mustela nivalis - - - - 1 3.7 - - 1 0.6 - - - -

Mustela sibirica 2 3.6 - - - - - - 1 0.6 - - - -

Mammilia sp. - - - - - - 2 10.6 1 0.6 1 1.1 - -

Окончание таблицы

1975/76 1977/78 1978/79 1980/81 1981/82 1982/83 1983/84

55 погадок 15 погадок 27 погадок 19 погадок 158 погадок 91 погадка 36 погадок

Объект питания Количество встреч

Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. % Абс. %

Aves: 3 2.2 2 4 15 20 4 8 17 4.0 23 7.9 10 8.4

Otus bakkamoena - - - - 1 3.7 - - 1 0.6 - - - -

Picus canus - - - - - - - - - - 1 1.1 - -

Dendrocopos major - - - - - - - - - - 1 1.1 - -

Turdus naumanni - - - - - - - - - - - - 1 2.8

Parus palustris 1 1.8 - - 8 18.5 - - '2 1.2 6 6.6 6 11.2

Parus. minor - - - - 1 3.7 - - - - - - - -

Sitta europaea 1 1.8 - - - - 1 5.3 4 2.4 13 13.2 1 2.8

Emberiza sp. - - - - - - - - 3 1.8 - - - -

Carpodacus roseus - - - - - - - - - - 1 1.1 - -

Pyrrhula pyrrhula - - - - - - - - 2 1.2 1 1.1 - -

Spodiopsar cineraceus - - - - 1 3.7 1 5.3 1 0.6 - - - -

Garrulus glandarius 1 1.8 - - 1 3.7 - - 1 0.6 - - - -

Aves sp. - - 2 12.4 3 11.1 2 10.6 3 1.8 - - 2 5.6

Amphibia: 2 - 10 20 14 18.7 1 2 - - - - 9 7.8

Rana semiplicata 2 1.8 10 13.4 14 22.2 1 5.3 - - - - 9 11.2

Grustacea: - - 5 33.3 - - - - - - - - - -

Cambarioides dahuricus - - 5 33.3 - - - - - - - - - -

Insecta: - - - - - - - - - - - - 14 12.2

Tettigoniidae sp. - - - - - - - - - - - - 1 2.8

Acrididae sp. - - - - 1 - - — - — - — 13 14.0

Сбор материала по питанию длиннохвостой неясыти (погадок) проводился с 1975 по 1984 год на площади около 6 км2 на том же участке, где в 1978 году наблюдали за гнездованием. Основной целью было изучение объектов питания сов в годы с различной численностью мышевидных грызунов и выявление встречаемости других кормов в зависимости от обилия или дефицита основных. Всего проанализирована 401 погадка, в которых обнаружено 1148 пищевых объектов, относящихся к 35 видам (см. таблицу). Насекомоядные определены М.В.Охо-тиной, грызуны — Т.В.Аллёновой.

Пробы пищи собирали с октября-ноября по апрель. Позднее в тёплый период поиски погадок положительных результатов почти не давали из-за того, что вышедшие из нор енотовидные собаки и особенно барсуки, плотность которых в заповеднике высока, съедали их. Даже в период гнездования, когда самка длиннохвостой неясыти постоянно находилась у гнезда, погадок не удавалось обнаружить, но почти каждую ночь наблюдений весь гнездовой участок сов тщательно обследовался барсуками.

Рацион длиннохвостой неясыти довольно разнообразен, причём доля разных видов в питании различается незначительно. Лишь для преобладающего среди мышевидных грызунов вида, что относится преимущественно к полёвкам, процент встреч превышает остальные и в питании совы. Временное переключение с одного корма на другой может происходить и при обилии полёвок. Так, например, после выпадения глубокого снега, когда охота на полёвок становится затруднительной, неясыти начинают охотиться на летяг Pteromys volans, белок, разных птиц и на другие более доступные корма, а при выходе дальневосточных лягушек Rana semiplicata с зимовок и на них.

В малом объёме, но постоянно в питании неясыти отмечаются землеройки. Чем больше их в природе в данный сезон, тем чаще они регистрируются в погадках этой совы. Но основу питания всегда составляют мышевидные грызуны и главным образом полёвки. По Ю.Б.Пукин-скому (1977), на их долю приходится более 80%. По данным В.А. Нечаева (1979), собравшего 141 погадку, в средней части Южного Приморья полёвки составляют 90% встреч, по нашим материалам (таблица) — 64.4%. Здесь нужно заметить, что последний результат получен с учётом данных и за годы с очень низкой численностью полёвок, когда в питании неясытей возрастало значение других кормов.

Преобладание того или иного мелкого грызуна в питании неясыти полностью соответствует его численному преобладанию на охотничьем участке совы. В «Кедровой пади» такими доминирующими видами являются дальневосточная и красно-серая полёвки. При массовом размножении одной из них и благоприятных условиях охоты неясыти почти полностью переключаются на этот вид. В случае преобладания

красно-серой полевки — обитателя лесов — неясыти охотятся на своём участке вблизи постоянных мест отдыха, но когда лесных полёвок мало, а дальневосточные, живущие на открытых участках, многочисленны, совы летают на охоту за 2 км и более на опушки леса и луговины, возвращаясь на свой участок лишь на отдых и днёвку.

В период обилия корма сравнительно велики и размеры погадок. При его недостатке или после выпадения глубокого снега, когда резко ухудшаются условия охоты, размеры погадок резко уменьшаются, количество экземпляров добычи в них падает. В зиму 1982/83 года при большой численности красно-серых полёвок погадки были величиной 35-125x20-31 мм (n = 40). Среднее число экземпляров пойманных животных на одну погадку равнялось 3, но в зиму 1980/81 года, при низкой численности полёвок, этот показатель снизился до 2 экз.

Наибольшее количество остатков особей добычи на одну погадку было 8 (3 бурозубки, 3 мыши, синица и лягушка), что составило 0.3% от всех погадок. В 4 погадках было по 7 животных (1%), в 10 — 6 (2.5%), в 16 - 5 (4%), в 62 - 4 (15.4%), в 140 - 3 (34.9%), в 123 - 2 (30,7%) и в 45 погадках - по 1 экз. (11.2%).

Специальных учётов мышевидных грызунов не проводилось. Их общая численность оценивалась лишь по следам на снегу при низком снеговом покрове на маршруте по долине реки Кедровой протяжённостью 6.6 км. Здесь фоновым видом среди мелких грызунов является красно-серая полёвка, а в некоторые зимы (например, 1982/83 и 1983/84 годов), судя по питанию неясыти (таблица), существенно увеличивается доля в населении азиатской лесной мыши Apodemus peninsulae.

Много мышевидных грызунов было в зимы 1977/78 и 1982/83 годов (более 200 следов на 10 км маршрута). В эти зимы процент встречаемости красно-серых полёвок в питании неясыти был выше, чем в другие (80 и 78%). Среднее количество мышевидных грызунов (от 100 до 150 следов на 10 км маршрута) отмечалось в зимы 1978/79 и 1981/82 годов, когда соответственно и процент встречаемости красно-серых полёвок был ниже (51.8 и 50%). В остальные зимы мышевидных грызунов на данном участке было мало (100-50 и менее следов на 10 км); соответственно был самым низким и процент встречаемости красно-серых полёвок в погадках совы.

Учётов дальневосточных полёвок не проводилось, но, судя по встречаемости этого вида в питании длиннохвостой неясыти, численность была выше средней в зимы 1975/76 года (58.2%) и 1980/81 года (57.9%), а наибольшей - в 1981/82 году (72.8%).

Из землероек относительно часто в погадках длиннохвостой неясыти отмечались наиболее обычные для заповедника большая Sorex mirabilis, средняя S. caecutiens и равнозубая S. isodon бурозубки. Среди второстепенных объектов питания неясыти отмечены уссурийский

крот Mogera robusta и летяга. Из птиц чаще всего её добычей становится черноголовая гаичка Parus palustris и поползень Sitta europaea.

Литератур а Воробьёв К.А. 1954. Птицы Уссурийского края. М.: 1-360.

Назаренко А.А. 1971а. Краткий обзор птиц заповедника «Кедровая Падь» // Орнитологические исследования на юге Дальнего Востока. Владивосток: 12-51. Назаренко А. А. 19716. Птицы вторичных широколиственных лесов Южного Приморья и некоторые аспекты формирования природных сообществ // Орнитологические исследования на юге Дальнего Востока. Владивосток: 79-97. Нечаев В. А. 1979. О питании длиннохвостой неясыти в Приморье // Биология птиц юга

Дальнего Востока СССР. Владивосток: 105-108. Панов Е.Н. 1973. Птицы Южного Приморья (фауна, биология и поведение). Новосибирск: 1-376. Пукинский Ю.Б. 1977. Жизнь сов. Л.: 1-240

Степанян Л.С. 1975. Состав и распределение птиц фауны СССР: Неворобьиные Non-Passeriformes. М.: 1-372.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1593: 1657-1658

Весенняя встреча чернозобого дрозда черноголовой формы Turdus atrogularis var. relicta в окрестностях села Черга в Горном Алтае

В.С.Шумаев

Владимир Семёнович Шумаев. Чергинская средняя общеобразовательная школа, Октябрьская улица, д. 125, село Черга, Шебалинский район, Республика Алтай. Россия

Поступила в редакцию 20 марта 2018

Летние нахождения чернозобого дрозда черноголовой формы Turdus atrogularis var. relicta на Алтае известны в пойме реки Чарыш между сёлами Козуль и Коргон Усть-Канского района Республики Алтай (Мосейкин, Хайдаров 2005) и в долине Бухтармы в Восточно-Казахстанской области (Ковшарь 2005; Колбинцев 2005; Березовиков, Алексеев 2013). В период весенней миграции отмечался в апреле на озере Маркаколь и в долине реки Ульбы у села Бутаковка (Березовиков 2007, 2013). Мною одиночный самец T. atrogularis var. relicta наблюдался и был сфотографирован 26 апреля 2017 в окрестностях села Черга Шебалинского района Республики Алтай. Дрозд кормился на зелёной лужайке в берёзово-ивовой пойме ручья (см. рисунок).