С точки зрения вечности

СИБИРСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ ЖУРНАЛ № 32008

ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ

УДК 616.1

Т.И. Коляда, О.Н. Коляда C ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ВЕЧНОСТИ

институт микробиологии и иммунологии им. и.и. Мечникова АМн украины, г. Харьков

Представлены материалы из научного наследия выдающегося ученого, академика Академии медицинских наук России и академика Академии экологических наук Украины Н.В. Васильева

Ничто не дает такого удовлетворения и уверенности в наличии смысла жизни, как занятие наукой.

Н.В. Васильев

Данный эпиграф как нельзя лучше отражает творческий путь известного российского ученого-энциклопедиста, академика РАМН Николая владимировича васильева, крупного мыслителя России, имеющего мировую известность. Его именем названа малая планета №6482 «NIKOLAJ vASIL'Ev», которую открыл в 1990 году бельгийский астроном. Э.У. Элст, его биография опубликована для двух библиотек: World Wide and the BWW Society «500 Great Minds of early 21st Century» [1].

Диапазон научных интересов Николая владимировича был необычайно широк, его теоретические и прикладные разработки изложены в 41 монографии и более чем в 600 научных публикациях. Но еще более грандиозными были его планы, о которых можно судить по незавершенным рукописям, по заметкам на полях конспектируемых книг, по записям в дневниках.

Основные направления научной деятельности, которые определил для себя Н.в. васильев,— это регуляция иммунитета, иммунология экстремальных состояний, экологические и биомедицинские последствия природных и техногенных катастроф, а стержневой объединяющей идеей всегда было развитие общефизиологического эволюционного направления в естествознании [2] (более подробно этот вопрос освещался в предыдущих наших публикациях [3, 4]). в последний период жизни и творчества мощный научный потенциал Николая владимировича, подкреп-

ленный огромным опытом его научных исследований, начинает концентрироваться на проблеме «Космос, биосфера и человечество».

Каждый ученый, в течение многих лет развивающий свою линию в науке, стремится создать главный труд своей жизни, в котором бы отражалась генеральная линия его мышления. Более десяти лет Николай владимирович васильев работал над трехтомной монографией «Адаптация Сибири», в которой предполагал представить планетарный масштаб биосоциальной эволюции человека

Анализ адаптационных реакций открывал для Николая владимировича строго закономерные взаимоотношения этнографических, исторических, бытовых, экономических, социальных и культурных особенностей на механизм становления видовой физиологии человека c учетом соотношения генотипических и фенотипических факторов в его адаптогенезе. Для современной науки, развивающейся в условиях научно-технической революции, характерно две линии изучения материального мира: первая — это доминирование на молекулярном, атомном и субатомном уровнях его организации; вторая связана с большим распространением планетарно-астрофизических исследований, а также космизации исследований в целом. Н.в. васильев рассматривал адаптацию как фундаментальное свойство живой материи, «биологическое время», по в.и. вернадскому, а негэнтро-пийность жизни — как космическое явление.

Свою общетеоретическую позицию Николай владимирович видел, прежде всего, в преемственности связи со всем предшествующим развитием естествознания: «Представляется перспективным изучение проблемы взаимосовмещения научных направлений, основанных К. Марксом и в.и. вернадским (учение о ноосфере, формационная модель) и Л.Н. Гумилевым (закономерность этногенеза)». Следует отметить, что многие проблемы новой биологии человека, поднятые Н.в. васильевым, созвучны идеям в.и. вернадского о ноосфере и ноосферогенезе. в частности, вслед за в.и. вернадским он утверждал, что не техногенез, а совместная эволюция биосферы и человечества есть путеводная звезда к научному «синтезу Космоса».

Особое внимание Николай васильев уделял проблеме симбиоза, тесно сопряженной с интерпретацией явлений иммунитета, понимаемых и трактуемых с позиций широких общебиологических подходов, которые явились прямым продолжением направления развития иммунологии, намеченного и.и. Мечниковым и нашедшего свое дальнейшее развитие в трудах Н.и. Павлова, Н.Н Сиротинина, в.П. Эфроимсона, П.Н. Румянцева, но до настоящего времени не получившего надлежащего места в общей конструкции учения иммунитета как общебиологического феномена. в первой главе своей монографии «Некоторые соображения о роли симбиоза в развитии биосферы (иммунитет как движущая сила эволюции)» Николай владимирович отмечал: «Симбиоз, в широком

Т.И. Коляда, О.Н. Коляда

C ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ВЕЧНОСТИ

смысле слова, — это вся жизнь. Именно взаимодействие, а не просто бесконтактное сосуществование некоей суммы индивидуумов, составляет существо процессов, происходящих в биосфере В.И. Вернадского — в тончайшей пленке сверхактивного био-геохимически и негэнтропного направления своей деятельности вещества, превратившегося в могучую геологическую силу, определяющую в настоящее время судьбу нашей планеты в целом.

...Эволюция неотделима от феномена симбиоза и связана с историей живого вещества планеты, с её узловыми точками, к числу которых относится образование прокариот, затем эукариотических клеток, дихотомия растительного и животного царств, становление фотосинтеза, смена анаэробиоза на аэробиоз, выход жизни на сушу, формирование основных путей круговорота вещества и энергии в биосфере, появление нейроэндокринной регуляции, процесс цефа-лизации, заканчивающий появление Homo sapiens.

.Именно микробный, преимущественно прока-риотический, уровень жизни составляет собой... андеграунд, тот «нулевой цикл» и метаболическую основу, на которой зиждется все здание биосферы, включая самые высшие ее этажи. Исследование роли симбиозов в формировании этого «этажа» биосферной пирамиды представляет особый интерес, далеко выходящий за рамки прикладных подходов. .В современной медицине в этиологии заболеваний решающее значение придается патогенным бактериально-вирусным и другим агентам. Это существенно определило современные нозологические классификации болезней. Но практика жизни показывает, что лечение и ликвидация таких патологий успешны лишь при определенных, достаточно ограниченных формах инфекций. Эндоэкология и эволюция человека на современном этапе проявляются в новом качестве и требуют специального изучения».

С этой точки зрения адаптация рассматривалась Н.В. Васильевым как взаимодействие человека с окружающей его промышленной и бактериально-вирусной средой, в понимании взаимодействия преемственности поколений потоков человеческих популяций. Николай Васильев ввел термин «ноосферный десин-хроноз», под которым подразумевал отставание хода «биологических» часов от хода часов «исторических» (социальных). В числе наиболее важных факторов влияния первоочередным он считал возросшую в результате развития транспортных связей скорость миграционных потоков, которая усугубляется экспоненциальным ростом плотности населения Земли. Это увеличило не только возможность прямого контакта с нехарактерными для данного региона возбудителями, адаптация к которым отсутствует, но и формирование гибридных геномов, ведущее к скачкообразному изменению свойств возбудителя - сальтации. Немаловажную роль во всем этом играет расконсервация исторически сложившихся природных очагов, особенно в экваториальном поясе планеты, что может привести

к проявлению феномена интродукции, т.е. внедрения в местные биоценозы вида, искусственно занесенного туда извне. Примером этого, с точки зрения Николая Владимировича, может служить распространение ВИЧ. Внезапность, с какой заявил о себе ВИЧ, позволяет предполагать, что в данном случае мы имеем дело не с постепенным накоплением мутационных изменений, а с сальтацией — скачкообразным изменением генома, происшедшим, скорее всего, на основе интродукции и рекомбинации генетического материала. Учитывая резко возросшую частоту рекомбинационных процессов, можно прогнозировать возможность повторения эпизодов и в будущем. Нельзя не считаться и с мнением о том, что ликвидация некоторых инфекций высвобождает в биосфере экологические ниши, которые могут заполняться возбудителями новых инфекций.

Современная медицина и биология человека развивается в прикладных направлениях. В основе этих направлений доминирующим остается представление о том, что эволюция человека на Земле подчиняется основным биологическим законам и, по существу, идентична эволюции других групп организмов. Эти закономерности получают специфическое развитие под воздействием доминирующих социальных закономерностей.

В то же время успехи в изучении человека остаются в значительной мере скромными. Поэтому огромное внимание Николай Владимирович уделил соотношению биологического и социального в эволюции человека, а именно, адапто-, этно- и расогенезу, а также их специфическим особенностям и роли в эволюции человека на основе учений Н.И. Вавилова, Н.В. Тимофеева-Рессовского, Л.Н. Гумилева.

По мнению Н.В. Васильева, социальная эволюция человека сочетается с появлением принципиально новых биологических механизмов эволюции, прежде всего, нового спектра регуляций, сближающих взаимодействие нервной и генетической памяти. Эти механизмы доминируют в процессах онтогенеза, в равной мере на протяжении всей жизни, включая и эмбриональный период. При воздействии на организм экстремальных условий наряду с низшими формами рефлекторно-регуляторных процессов (ЦНС) у человека формируется план опережающих психосоциальных действий: трансформация естественного отбора в биосоциальный, историчность и этапность этого процесса, отбор на альтруизм и отбор на эгоизм в их диалектической связи. В соответствующие социально-исторические периоды направленность биосоциального отбора была различной, и в соответствующих условиях предпочитались и закреплялись разные гены фенотипических свойств. Исторически закрепленные варианты конституции далее преобразовывались, но не исчезали. Их свойства рекомбинировались в различных сочетаниях и способствовали формированию новых качеств. В измененных условиях среды приоритетными становились новые конституциональные варианты, например, стайер и спринтер. В результа-

ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ

те все большего напряжения миграционных потоков скорость биосоциального отбора, а следовательно, и эволюции человека, возрастает.

Реализация всех вышеуказанных процессов подготавливает план соматической реконструкции. Она реализуется на клеточно-тканевых и органных уровнях и завершается новой морфофункциональ-ной «настройкой» организма. в случае ее неадекватности формируется истинная патология адаптации.

в биологическом аспекте период адаптации у человека при его переезде в неадекватную зону (северные регионы, пустыни, тропики и т. д.) длится от 1,5 до 3 лет («Ойкумена» как зона интенсивного адапто-генеза). По своему содержанию он, вероятно, эквивалентен процессу, осуществляющемуся у животных на протяжении многих поколений. Одним из важных механизмов прогрессивной эволюции животного мира следует считать возникновение и совершенствование иммунокомпетентных систем, главное значение которых в способности обратного развития (инволюции) вследствие биологической несовместимости.

в указанных биологических особенностях человека требуется специальное исследование соматической направленности. Следует предполагать, что неспецифические нейрогормональные регуляции иммунологического гомеостаза в такие периоды будут снижать возможность внутреннего иммунологического конфликта. возможно, что эти процессы регуляции в какой-то степени будут напоминать программу функционирования иммунной системы при беременности. в этом разделе книги Николай васильев предполагал продолжить и развить идеи об иммунитете как движущей силе эволюции. По его мнению, новых эволюционно-биологических подходов требовали и вопросы о конституции человека, в частности его адаптация на уровне сознания и подсознания (Фрейд, «Тень» Юнга), архитипы мышления и их роль в формировании общественного сознания как формы коллективной адаптации, этнопсихология и этнопсихиатрия.

С точки зрения естественных природных свойств человека Н.в. васильев выделял в глобальном масштабе популяцию человека, потоки этносов в исторической смене поколений, его взаимосвязи с социально-политическими и экономическими тенденциями. в популяционном аспекте предметом человековедения является этнос, который определялся Л.Н. Гумилевым как природное, объективно существующее явление, как совершенно особый, формирующийся столетиями и тысячелетиями механизм отбора и поддержания генофонда человеческих популяций. С возникновением этносов формируются одновременно и нравственные нормы поведения людей, и моральный кодекс отношения к природе.

Сущность этноса состоит не в панмиксии и не в изоляции тех или иных человеческих популяций, а в его единстве с природой. изучая разнообразие и географическое распределение генофонда культурных

растений, Н.И. вавилов установил, что географическая локализация видообразования культурных растений совпадает с локализацией видообразовательно-го процесса, свойственного флорам всего земного шара. Н.в. васильев при раскрытии причин возникновения новых инфекционных заболеваний всегда учитывал логику закона Н.и. вавилова о параллельной эволюции хозяина и паразита, трансформированную в приложении к специфике человеческого сообщества. Стабильность человечества зависит от наличия разнообразных развитых этносов. историческая география природы и наложение на нее этносов - это интересный, но сложный процесс.

в человековедении мы видим естественноисто-рический феномен, в котором пытаемся оценить движение поколений, их выживаемость, социальную, демографическую, биологическую и генетическую эффективность, производительность в конкретных географических, производственных и экономических условиях, в связи с чем актуализируется проблема сохранения и выживания человека. Обращаясь к этому вопросу Николай владимирович васильев отмечал, что в настоящее время человечество входит в эпоху катастрофизма, представляющего собой не случайное явление, а совокупность научно-технического, природного, экономического и социального противоречий. Частично идеи катастрофизма отражены в его последней опубликованной при жизни монографии «Медико-социальные последствия ядерных катастроф», в которой представлена сравнительная характеристика событий, развивающихся на различных радиоэкологически неблагополучных территориях: Семипалатинск, Алтай, Южный Урал, полигон «Северный» (Новая Земля), Чернобыль.

Оценив глобальную ситуацию в ее динамике, Н.в. васильев сформулировал ориентировочный прогноз на ближайшее будущее: «возросший в последние десятилетия интерес к проблеме медицинских последствий природных и техногенных катастроф не случаен и связан с двумя категориями обстоятельств. во-первых, достижения фундаментальной науки привели к осознанию определяющей роли катастроф в развитии мира вообще и цивилизации в частности. во-вторых, современный этап развития земной цивилизации, колоссальный рост энерговооруженности человечества чреваты беспрецедентными по своим размерам техногенными катастрофами. Наконец, развитие трансконтинентальных связей привело к слиянию населения Земли в единую суперсистему, вследствие чего любая крупная нештатная ситуация почти обязательно порождает планетарный резонанс».

Продолжением цикла работ по проблеме экологических последствий катастроф стала монография «Тунгусский метеорит. Космический феномен лета 1908 г.», вышедшая уже без Николая владимировича. С одной стороны, она представляла собой книгу-предупреждение о возможной катастрофе цивилизации, причиной которой может стать столкновение Земли

Т.И. Коляда, О.Н. Коляда

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ВЕЧНОСТИ

с каким-либо космическим объектом наподобие Тунгусского «метеорита» в том случае, если это произойдет в густонаселенном, насыщенном ядерными установками районе Земли. Но, с другой стороны, главным в монографии все-таки было стремление к познанию тайн Вселенной, которое проливает свет на эволюционные истоки человечества, помогает человеку лучше понять ближнего, ощутить связь с космосом, прошлым и будущим, то есть подняться еще на один виток эволюционного развития Мира. Насколько важным это было для самого автора, свидетельствует эпиграф к данной книге:

В каких бы образах и где бы средь миров Ни вспыхнул мысли свет, как луч средь облаков, Какие б существа ни жили, — Но будут рваться вдаль они, подобно нам, Из праха своего к несбыточным мечтам, Грустя душой, как мы грустили.

Н. Минский

Изучение Тунгусского феномена давало для Николая Владимировича возможность расширить горизонт науки на основании не только общих фило-софско-методологических исследований, но и конкретного эмпирического материала. Сомнения в недостаточности интеллектуального инструментария представляют собой адекватную оценку состояния научных знаний, и допущение возможных революционных изменений в представлении о мироздании сопровождали Н.В. Васильева еще в начале его творческого пути. Именно поэтому эпиграфом к его монографии по иммунологии были слова Фрэнсиса Бэрнета: «Меня все больше одолевают сомнения о том, что мы когда-либо сможем даже просто постичь механизмы, для появления и становления которых потребовались миллиарды лет эволюции, — настолько грубы и наивны наши теории. Любое заключение — это просто кратковременная остановка в пути, откуда мы можем с надеждой или отчаянием — в зависимости от темперамента — взглянуть на громоздящиеся впереди трудности» (Ф. Бэрнет. Клеточная иммунология).

Эти же мысли звучат и в его работе, которую некоторые ученые называют научным завещанием, — «Наука и общество в ХХ1 веке»: «.каждый наш шаг вверх по винтовой лестнице познания лишь увеличивает (по крайней мере, пока) круг непознанного. Процесс этот подобен восхождению на высокую башню, с вершины которой отчетливо видно, сколь удалился от нас горизонт.

.познанная нами доля Мира составляет, вероятно, даже не проценты, а их тысячные от непознанной его части, и представляем мы себе его истинную природу и сложность не лучше, чем муха устройство компьютера, на чехле которого она потирает лапки» [5].

Как всякий последний труд, он должен был стать главной работой, в которой предполагалось разобрать

общебиологические представления, но в процессе написания центральная часть постепенно обрастала общефилософскими размышлениями, поскольку речь шла о единстве человеческого познания. В целом обращение к философии как основе миропонимания и гуманитарным наукам, наряду с социальными и социально-биологическими, Николай Владимирович считал «не просто велением времени, а непременным условием "безаварийного развития" человечества на ближайший обозримый исторический срок».

Главным вектором развития естествознания на современном этапе Н.В. Васильев считал последовательную разработку естественноисторического типа мышления. Нельзя в полной мере понять и оценить характер и масштабность личности и научного творчества ученого, не учитывая его активного противостояния напору технологического мышления. В силу своего научного воспитания и развития, в силу своего интеллекта он не мог допустить прерывности развития естественноисторического мышления, не мог допустить распада времен. Николай Владимирович не мог не бороться с тем, что так называемая научно-техническая революция создала пропасть между человечеством и природой. В нем жила уверенность, что все, что он делает, пригодится. Он был нужен тем, кто останется жить после него. Это было утешение, привычное, скорее, художнику, чем ученому.

Пользуясь библейской мифологией, Николая Владимировича Васильева можно сравнить с Иоанном Предтечей . Он сеял - зная, что не увидит всходов. Он один из тех, кто готовил новое понимание биологии. За несколько лет ученый подготовил рукопись по историческим и климатогеографическим особенностям адаптации человека к Сибири. Стало ясно, что вряд ли он успеет охватить биологические науки. В своем дневнике 30 января 2001 года Николай Владимирович писал: «Все происходящее снова и снова подталкивает к мысли о том, что времени осталось гораздо меньше, чем я себе представлял. Надо торопиться. На этой полувеселой волне проработал весь день, к вечеру стало полегче».

Николай Владимирович Васильев строил свои прогнозы относительно будущего. Он говорил о драматической диспропорции в темпах приращения технического потенциала, с одной стороны, и нравственным, духовным развитием личности, с другой: «.Человечество стоит перед жестким выбором. Или оно кардинально ускорит наращивание своего морального потенциала, сделав его соизмеримым с темпом технического прогресса, или технический прогресс, не будучи согласован с моральными нормами, выйдет из-под контроля и приведет к экологическому коллапсу и к гибели цивилизации.

.Гарантированное будущее человечеству может быть обеспечено только на путях нравственного прогресса, последний же невозможен без изучения основ мотивации поведения человека, как на индивидуальном, так и на популяционном уровне. Образно говоря,