Формула новой архитектуры — динамика пространства

УДК 72.01

Е.Г. Лапшина

ФГБОУВПО «ПГУАС»

ФОРМУЛА НОВОЙ АРХИТЕКТУРЫ — ДИНАМИКА ПРОСТРАНСТВА

Приведен критический анализ пространственных концепций, построенных на протяжении XX в. известными отечественными и зарубежными архитекторами.

Ключевые слова: архитектура, пространство, динамика, модель, современная техно-цивилизация.

В начале XXI в. необходимо вернуться к рассмотрению архитектуры как сферы деятельности, укорененной в глубинных, довербальных горизонтах сознания человечества, для переосмысления ее сущностной стороны в новых исторических условиях.

Предложенная в данной статье гипотеза состоит в следующем. Полагается, что глубинная сущность архитектуры, связанная с «покорением» человеком косной материи, массы, с каменными сооружениями классического периода, вылившимися в создание ордерной системы, в течение XX в. была отодвинута на второй план. Монументальный, статичный характер архитектуры, стремящейся к созерцательности и обретению уравновешенности, покоя, исчерпан. На передний край архитектурной теории и практики выдвигается динамический аспект, связанный с разработкой новой для нее категории — архитектурного пространства.

Покажем, что принципиально новое мировосприятие, направленное на идею вечного движения живого организма — от биологического до социально-идеологического его уровня, — сменило ориентиры в области архитектуры в направлении динамики, самоорганизации и нелинейности развития ее форм. Поиски эдема, рая, связанные с идеей вечности, к которой нужно стремиться, заменены требованием комфорта, причем «здесь и сейчас». Предлагается идея становления человека на его жизненном пути — к идеалу или просто в процессе его движения как такового.

Один из новых архитектурных мифов XXI в., который обозначен архитектурным критиком А.Г. Раппапортом, связывается им с культом планеты Земля и мирным сосуществованием мировых религиозно-идеологических конфессий: «Архитектура на всем протяжении человеческой истории была одной из основных структур религиозно-идеологического становления человека. Она не просто служила религии и идеологии, но была тем резервуаром смысловых структур, которыми пользовались все мировые религии и идеологии. Быть может, сейчас наступает новый этап в судьбе архитектуры, и вместо очевидного рассеяния ее инициатив ей придется актуализировать свои ресурсы для создания планетарного единства человечества» [1]. Необходимость поиска нового горизонта смыслообразования в архитектуре требует критического анализа основных ее теоретических доктрин, выработанных в течение XX в., на заре новой, техногенной эры.

1. Пространственные концепции первой половины XX в.

Первая половина века связывается с началом новой эры и культуры техно-цивилизации, с модернизмом как архитектурным стилем, присущим ей. В отечественной архитектурной теории новую концепцию пространственной организации человечества разрабатывали Н. Ладовский, А. Габричевский — в начале века, затем, к середине века — А. Некрасов и др. Основные достижения этих пространственных концепций следующие.

Н. Ладовский первым определил пространство как материал архитектуры. Он связывал принципы образования пространственной формы с законами ее зрительного

© Лапшина Е.Г., 2011

17

восприятия, с экономией «психической энергии» человека. Школа Ладовского дала начало новому пониманию архитектурной композиции, построенной на закономерностях взаимовлияния массы и пространства, и рассматривающей основные ее свойства: метр и ритм, нюанс и контраст, динамику и статику, масштабность и т.п. Теоретические основы такого подхода к пространственной форме в архитектуре разрабатывал А. Габричевский [4]. Именно им был выдвинут принцип движения в пространстве. Его формула архитектуры основана на отношении масса — пространство, порождающем форму.

Теория архитектуры, построенная А. Некрасовым, завершает этот этап развития пространственных концепций в России. Как бы обобщая их, он пишет: «понятие архитектуры включает то, что она является: <...> во-первых, вместилищем жизни и деятельности человека; во-вторых, разрешением во имя этой жизни пространства в качестве отрезка окружающего пространства; в-третьих, организацией массы (материальной), ограничивающей этот отрезок» [3]. Некрасов выводит формулу архитектуры в следующем виде: пространство — масса — форма. Далее, он вводит в круг рассмотрения также понятие «образ».

А. Некрасов в отношении архитектурного пространства выделяет два момента: идею пространства и чувственное переживание пространства, которые, по его мнению, и составляют основу архитектуры. Им рассмотрена «идея направленности пространства» и ее развитие в виде теории линейной перспективы: «Движение здесь и вдаль от человека, и издали к нему <.> создает реальное конвертированное пространство» [3]. Движение в пространстве заявлено им как наиболее существенное свойство архитектуры. При этом выделяется статическое пространство, воспринимаемое человеком в состоянии покоя, и динамическое: «Если даже человек не двигается в нем, то его протяженность влечет его, он ощущает ее зрением и вполне осознает после ее преодоления» [3]. По поводу чувственного переживания пространства Некрасов говорит в связи с понятием «образ» следующее: «все ощущения в процессе восприятия и все чувственные выражения содержащихся в архитектурном произведении свойств входят в состав образа архитектуры <...>. В этом заключается полнота художественно-архитектурного образа» [3].

В области зарубежных исследований необходимо указать на теоретические труды А. Бринкмана, Г. Вельфлина, Ф.Л. Райта, Ле Корбюзье, к середине XX в. — 3. Гидиона.

Известные пять принципов Ле Корбюзье были опубликованы им в журнале L'Esprit Nouveau («Новый дух») в двадцатые годы XX в. и представляли новую концепцию домостроения: опоры-столбы, плоские крыши, свободная планировка, ленточные окна, свободный фасад. Он исповедовал свободу организации пространства и простые геометрические формы, которые считал прекрасными, потому что они понятны, они легко воспринимаются (сравним с экономией психической энергии Н. Ладовского).

Ф.Л. Райт изложил свой взгляд на новую архитектуру в книге «Органичная архитектура: архитектура демократии», вышедшей в 1939 г. Он также делал акцент на пространстве: «Пространство должно рассматриваться как архитектура, иначе мы не будем иметь архитектуры» [4]. Прототипом новой органической архитектуры для Райта послужил японский дом — очень простой по содержанию и форме. В чисто функциональных элементах, не замечаемых ранее, он открыл силу их выразительности.

Эти идеи подхватывает А. Бринкман, отмечая «первые признаки кристаллизации и усиление черт функциональности» [5, с. 80] зодчества. Он стремился выявить общие принципы построения художественной формы, рассматривая пластику массы и пространство как основные формы художественного выражения.

Наконец, 3. Гидион, исследуя теоретические модернистские концепции геометрического функционализма в историческом обзоре западного развития архитектуры в XX в., вводит в понятие пространства новое измерение — время. Он также выделяет два подхода к решению проблемы пространства: «На протяжении всей истории архи-

тектуры существуют две разные тенденции: одна, развивающаяся в сторону рационального, другая — в сторону эмоционального и органического восприятия окружающей среды. Таковы два различных пути к решению пространства» [5, с. 243]. Сравним эту мысль с идеей и чувственным восприятием пространства у А. Некрасова. Исследование Гидионом пространства начинается с ренессансной перспективы и приходит в итоге к футуризму и кубизму с его изучением движения, обходом вокруг предмета и рассматриванием его как бы относительно — с разных ракурсов: «Изображение предметов одновременно с нескольких точек зрения вводит принцип, тесно связанный с современной жизнью, — одновременность» [5, с. 255]. Относительность далее, во второй половине XX в. была развита в пространственных концепциях архитекторов в понятие нестабильности, неопределенности форм современной архитектуры.

2. Пространственные концепции второй половины XX в.

Вторая половина века связана с возникновением и развитием постиндустриального, информационного общества. Оно характерно развитием стиля постмодернизм в архитектуре, когда «совершается отказ от рационального единства классики и модернизма и утверждается первичность хаоса и динамических турбулентных процессов» [1].

Обращаясь к сущности архитектуры, К. Норберг-Шульц, как последователь

3. Гидиона, строит новую формулу архитектуры. Ее представляет воплощенное «экзистенциальное пространство», т.е. пространство измененной системы ценностей культурного сознания [7]. Новый, феноменологический подход опирается на исследование фундаментальных схем пространственного восприятия человека. При этом Норберг-Шульцем были выделены некоторые базовые пространственные элементы: центр и место, направление и путь, область и домен, а также образуемые ими структуры и далее рассматривались масштабные уровни их воплощения: географический, ландшафт, город, дом, вещь. Структуры, образованные как пересечения элементов, выявляют другие свойства пространства, такие как плотность, граница и проем, движение и напряжение, представленное как динамическое поле. Именно с помощью подобных схем устанавливается, как считает Норберг-Шульц, ориентация человека в окружающем мире, и, кроме того — единение людей. Однако следует указать на следующее обстоятельство: этот архитектор не приемлет мобильность, изменчивость по отношению к архитектурной форме, выступает против подобной концепции динамизма, считая, что подлинная свобода человека обретается только относительно устойчивых, неподвижных символов. Чрезмерный же динамизм, по его мнению, порождает хаос в городской среде.

К понятию хаоса как своего рода сложного порядка обратились в своих пространственных концепциях теоретики постмодернизма, основы которого заложены

4. Дженксом [8, 9], и деконструктивизма — П. Эйзенмана [8, 10]. Дженкса и следующих за ним современных архитекторов, в т.ч. российских, таких как А. Раппапорт, Г. Ревзин, привлекает проблема актуализации смыслов, современных значений архитектурных форм, по выражению A.B. Бокова, «соотнесение этих форм с ценностными и мировоззренческими конструкциями» [11, с. 7]. Боков, рассматривавший геометрические универсалии как модели пространства и формы в архитектуре, полагает их носителями порядка. «Преданность геометрическому порядку — родовая, видовая черта архитектуры», — так утверждает он. В то же время, анализируя эволюцию картины мира от ее традиционного состояния (космос), через классическое (ордер) к современному состоянию, характеризуемому независимостью архитектора от некоего сверхпорядка, возможностью каждого творить свой мир, А. Боков приходит к выводу о возможном свободном взаимодействии, смешении, коллажировании знаков и форм. Он допускает «их предъявление в самых различных наборах и в самых неожиданных ракурсах», что «вполне рифмуется с идеей мира как совокупности бесконечного числа частных, индивидуальных миров и сред» [2, с. 34]. Таким образом, А. Боков выводит следующую формулу архитектуры — «единство в многообразии»,— которая обеспе-

чивает «сосуществование миропорядков и стилей». Он так же указывает, что в этом «массиве современных, индивидуальных миров утверждаются механизмы саморегулирования и самоконтроля, предотвращающие хаос» [11].

Идея архитектуры как самоорганизующейся системы исследуется далее И. Добрициной [12]. Она связывается с новым ощущением нестабильности мира как его перманентного состояния. Открывшаяся в конце XX в. «алогичная сущность мира» позволяет представить его как «хаотическое смешение множества равноправных смыслов» [12]. В теоретических концепциях архитекторов этого периода, связанных с расшатыванием стереотипов, идея нестабильности вылилась в некий парадокс — неопределенность архитектурной формы. Форма, освобожденная от функциональных связей и стереотипных смыслов, начинает эволюционировать самостоятельно. Она как бы всегда находится в стадии становления, всегда незакончена, не кристаллизована. Даже используя геометрические формы, архитектор работает с ними вне правил композиции. Такая динамическая архитектурная форма выливается в формулу «нелинейная архитектура». И. Добрицина отмечает указанный момент следующим образом: «В теории нелинейной архитектуры, в частности, в теоретической концепции «складки» — первой попытке освоить архитектурный объект как процесс — своеобразно отражена модель нестабильности, предложенная наукой в конце 1980-х гг., утверждающая вероятность возникновения «порядка из хаоса»» [12]. Нелинейная архитектура, в отличие от постмодернизма и деконструктивизма, разрушающих стереотипы мышления, заявлена ее лидерами как начало новой архитектуры.

Заключение. Таким образом, можно утверждать, что формулой архитектуры в третьем тысячелетии становится динамика архитектурного пространства. Она связана с идеей преодоления человеком не только косности материи, массы, но бесконечности пространства. В итоге архитектура становится выражением преодоления косности собственного мышления, выражением стремительности мысли, преодоления себя.

Библиографический список

1. Раппапорт А.Г. Основные этапы развития архитектурной мысли [Электронный ресурс] Режим доступа: http://papardes.blogspot.com/2009/08/blog-post_8885.html. Дата обращения: 11.02.2011.

2. Габричевский А.Г. Теория и история архитектуры. Избр. Соч. Т. 2. Киев : Самватас, 1993. 302 с.

3. Некрасов А.И. Теория архитектуры. М. : Стройиздат, 1994. 478 с.

4. Райт Ф.Л. Новые принципы в архитектуре [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.archi.com.ua/ru/biograf/wright. Дата обращения: 05.05.2011.

5. Бринкман А.Э. Пластика и пространство как основные формы художественного выражения / пер с нем. Е.А. Некрасовой ; под ред. М.В. Алпатова. М. : Изд-во Всесоюз. академии архитектуры, 1935. 175 с.

6. Гидион 3. Пространство, время, архитектура / сокр. пер. с нем. М.В. Леонене, И.Л. Черня. 3-е изд. М. : Стройиздат, 1984. 455 с.

7. Norberg-Schulz Chr. Existence, Space and Architecture. NY, 1971. 120 p.

8. Азизян И.А., Добрицина И.А., Лебедева Г. С. Теория композиции как поэтика архитектуры М. : Прогресс-Традиция, 2002. 568 с.

9. Jencks Charles. Aphorisms on Power // Architectural Design. London, 1995. № 1. P. 21—23.

10. Eisenman Peter. En Terror: In Trails of Grotextes // Architectural Design. London, 1989. № 8. Pp. 40—43.

11. Боков A.B. Геометрические основания архитектуры в картине мира : дисс. ... д-ра ар-хит. М. : НИИТАГ, 1995. 44 с.

12. Добрицина И.А. От постмодернизма — к нелинейной архитектуре. Архитектура в контексте современной философии и науки : дисс. ... д-ра архит. М. : НИИТАГ, 2007.

Поступила в редакцию в декабре 2011 г.

Об авторе: Лапшина Елена Геннадьевна — кандидат архитектуры, профессор, докторант по кафедре архитектурного проектирования, ФГБОУ ВПО «Нижегородский государствен-

ный архитектурно-строительный университет», зав. кафедрой основ архитектурного проектирования, ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет архитектуры и строительства», 440028, г. Пенза, ул. Г. Титова, 28, ПГУАС, (841) 249-59-29; факс: (841) 24972-77, elenlaps@sura.ru.

Для цитирования: Лапшина Е.Г. Формула новой архитектуры — динамика пространства // Вестник МГСУ. 2012. № 1. С. 17—21.

E.G. Lapshina

FORMULA OF MODERN ARCHITECTURE IS DYNAMICS OF SPACE

The offered paper is to brief the critical analyze of space conceptions, which were constructed by some well-known architects during XX century in Russia and abroad.

Key words: architecture, space, dynamics, model, contemporary techno-civilization.

References

1. Rappaport A.G. Osnovnye jetapy razvitija arhitekturnoj mysli [Main Steps of architecture ideas development] http://papardes.blogspot.com/2009/08/blog-post_8885.html.

2. Gabrichevsky A.G. Teorija i istorija arhitektury [Theory and History of Architecture]. Izbr. Soch. T. 2. [Mane Works, T. 2]. Kiev, Samvatas, 1993, 302 p.

3. Nekrasov A.I. Teorija arhitektury [The Theory of Architecture]. Moscow, Stroisdat, 1994, 478 p.

4. Wright F.L. Novye principy v arhitekture [New principals of Architecture]. http://www.archi.com.ua/ru/biograf/wright/.

5. Brinckmann A.E. Plastika i prostranstvo kak osnovnye formy hudozhestvennogo vyrazhenija [Plastic and Space as base forms of art gestalt]. Moscow, Isd. Vsesous. Academy of architecture, 1935, 175 p.

6. Giedion S. Prostranstvo, vremja, arhitektura [Space, Time, Architecture] Moscow, Stroisdat, 1984, 455 p.

7. Norberg-Schulz, Chr. Existence, Space and Architecture, NY, 1971, 120 p.

8. Azizjan I.A., Dobricina I.A., Lebedeva G.S. Teorija kompozicii kak pojetika arhitektury [The Theory of composition as poetic of architecture]. Moscow, Progress - Tradition, 2002, 568 p.

9. Jencks Charles. Aphorisms on Power. Architectural Design, no 1. London, 1995, Pp. 21—23.

10. Eisenman Peter. En Terror: In Trails of Grotextes. Architectural Design, no 8. London, 1989, Pp. 40—43.

11. Bokov A.V. Geometricheskie osnovanija arhitektury v kartine mira [Geometry Principles of Architecture in World Picture]. Moscow, 1995, 44 p.

12. Dobricina I.A. Ot postmodernizma — k nelinejnoj arhitekture. Arhitektura v kon-tekste sovre-mennoj filosofii i nauki [From Postmodern to the Nonlinear Architecture. Architecture at Context of Contemporary Philosophy and Since]. Moscow, 2007.

A b o u t a u t h o r s: Lapshina Elena Gennadyevna — Candidate of Architecture, Professor, applicant for academic degree of Doctor in NNGASU, Holder of the Chair of Architectural design base, Penza State University of Architecture and Construction, 28, G. Titov str., Penza, 440028, Russia,+7 (841) 2-49-59-29; fax: +7(841) 249-72-77, elenlaps@sura.ru.

F o r c i t a t i o n: Lapshina E.G. Formula novoj arhitektury — dinamika prostranstva [Formula of modern architecture is dynamics of space]. Vestnik MGSU [Proceedings of the Moscow State University of Civil Engineering], 2012, no 1, Pp. 17—21.