Критика ценностных оснований современной культуры в экранной документалистике США 2000-х гг

М.Ф. Казючиц

Научно-исследовательский институт киноискусства Всероссийского государственного института кинематографии

им. С.А. Герасимова, Москва, Россия

КРИТИКА ЦЕННОСТНЫХ ОСНОВАНИЙ СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ В ЭКРАННОЙ ДОКУМЕНТАЛИСТИКЕ США 2000-х гг.

Аннотация:

Статья посвящена исследованию современного этапа развития экранной документалистики США 2000-х годов. Автор анализирует ряд актуальных тенденций на примере фильмов известного американского режиссера-документалиста А. Гибни. В его творчестве оригинальное художественное решение важных тем в области этики и культуры позволяют сделать вывод о появлении фильмов, ориентированных одновременно на различные типы целевых аудиторий.

Ключевые слова: кинематограф, телевидение, документальный фильм, телеканал, Гибни.

M. Kazuychits

Gerasimov Russian State University of Cinematography

Moscow, Russia

CRITICISM OF THE AXIOLOGICAL FOUNDATIONS OF MODERN CULTURE IN THE USA DOCUMENTARY CINEMA OF THE 2000's

Abstract:

The article investigates the current stage of development of the USA documentary cinema of the 2000's. The author analyzes a number of current trends on the example of the films of the famous American documentary filmmaker A. Gibney. Original artistic solutions in his films of important topics in ethics and culture allow us to conclude, that the new type of documentary has appeared. The complex structure of such films allows showing the film to different audiences.

Key words: cinema, television, documentary, Gibney, television channel.

Связь современного документального телевидения и кино в США весьма сложна. К 60—70-м годам в неигровой телеиндустрии в целом складывается высоко дифференцированная система форматов. Особую роль сыграло направление так называемого «прямого кино» в США (в Европе — синема верите). Работы Р. Дрю и Р. Ликока внесли существенный вклад в оформление эстетики современного документального кино- и телефильма [5, с. 32] благодаря внедрению ряда инноваций, как-то: метод включенного наблюдения, бесштативная съемка, синхронная запись звука и т.д.

Индустрия телевидения США весьма неоднородна. Помимо малых телеканалов действуют крупные производители экранной продукции, нередко весьма высокого художественного уровня — компании «HBO», «Show Time», «ESPN» и др. Однако помимо указанной, вполне традиционной стратегии привлечения новых профессиональных кадров следует обратить внимание на появление документальных фильмов, рассчитанных на весьма широкую аудиторию. Однако охват целевой аудитории достигается не столько широкой популярностью предмета, сколько усложнением авторского сообщения. Среди наиболее ярких примеров следует указать на творчество таких режиссеров, как М. Мур, А. Гибни, Д. Кригман, Э. Стайнберг и др.

Однако творчество А.Гибни представляет искусствоведческий интерес благодаря специфике исследуемых процессов. На примере фильмов режиссера можно проследить весьма специфическую эволюцию художественной проблематики в современной экранной документалистике США 2000-х. Данные изменения можно охарактеризовать как смещение интереса от сугубо психологических, остросоциальных вопросов к проблеме духовного состояния нации и мира в целом.

А. Гибни работает на телевидении продолжительное время. Так, в сотрудничестве с «НВО» он выпустил несколько известных фильмов: «Мое путешествие в Аль-Каиду» (My Trip to Al-Qaeda, 2010), «Моя величайшая вина: Тишина в Храме Божьем» (Mea Maxima Culpa: Silence in the House of God, 2012), «Просветление: сайентология и тюрьма веры» (Going Clear: Scientology and the Prison of Belief, 2015). Совместно с другими компаниями режиссер снял такие проекты, как «Опыты над поведением чело-

века» (The Human Behavior Experiments, 2006), «Такси на темную сторону» (Taxi to the Dark Side, 2007), «Ложь Армстронга» (The Armstrong Lie, 2013), «Стив Джобс: человек в машине» (Steve Jobs: The Man in the Machine, 2015) и др. В США Гибни известен как один из наиболее плодовитых документалистов: за 30 лет профессиональной деятельности — более 30 фильмов.

Одной из существенных проблем, которые затрагивает в своем творчестве режиссер, является кризис ценностных оснований западной культуры. Закономерно, что круг вопросов, связанных религиозной составляющей, занимает ключевое положение. Всеобщий кризис религии в обществе, нарастание секуляристских тенденций определяет облик современного западного мира, особенно начиная с 40-х годов ХХ века. Так, еще Ж.П. Сартр в своем знаменитом эссе «Экзистенциализм — это гуманизм» сформулировал насущную проблему времени: в рамках рациональных оснований современной культуры априори отсутствуют механизмы, обеспечивающие возможность сакральной коммуникации [2, с. 344]. В рамках представленной интеллектуальной парадигмы фильмы Гибни могут быть разбиты на две группы. Первая включает фильмы, в которых автор стремится исследовать ценностные деформации в современной культуре, испытывающей кризис духовных оснований, и попытки найти им замену. Вторая группа включает фильмы, непосредственно связанные с осмыслением места религии в современном мире.

Проблема всеобщего духовного кризиса, поставленная в работах американского режиссера, в значительной мере носит универсальный характер и далеко выходит за пределы стандартной экранной публицистики. Ряд фильмов Гибни представляет киноведческий и общекультурный интерес как показательный пример развития проблематики, если так можно выразиться, эволюции западного духа, свободы воли и пр. Весьма любопытно, что подобная художественная модель формируется в системе телевидения США как программы, предназначенные для широкой аудитории. В частности, телевещатель НВО не производит элитарную художественную продукцию в общепринятом для российской и американской телевизионной культуры смысле. Так, фильмы другого выдающегося режиссера-документалиста, Ф. Уайзмена, нередко демонстрируются и снимаются в США при

непосредственном участии телеканала «РВS», близкого в отношении контента и общехудожественных и просвещенческих задач телеканалу «Культура» ВГТРК. Последняя на сегодня работа режиссера «В Джексон Хайтс» (In Jackson Heights, 2015) — пример элитарного телевизионного произведения, рассчитанного на весьма узкую целевую аудиторию. В этой связи режиссер-постановщик и продюсер телеканала, сориентированного на массовый тип производства, ограничены в известной мере рядом требований. К наиболее существенным следует отнести: занимательность темы (тема не должна включать слишком редкий или сложный предмет); доступность в изложении материала; достаточно свежее визуальное решение (напр., так называемый клиповый монтаж, большой объем инфографики — плашки, титры, иллюстрации и пр.), однако не выходящее за границы стереотипов массового зрителя и пр. Однако подобная производственная модель, что следует из анализа творчества Гибни, весьма успешно позволяет создавать многослойное экранное произведение, рассчитанное на дифференцированную аудиторию. Эффективность существования подобной художественной модели подтверждается фактом участия фильмов Гибни и ряда других режиссеров (Я. Матушинский, Д. Кригман, Э. Стайнберг и др.) в крупных кинофестивалях (включая МКФ в Москве). Таким образом, данные работы отбираются представителями профессионального сообщества в качестве авторского кино.

Термин «свобода воли» при всем своем философско-бого-словском семантическом шлейфе, однако, весьма точное определение основного художественного предмета работ режиссера. «Опыты над поведением человека» (The Human Behavior Experiments, 2006) — типичный фильм-очерк, формально посвященный актуальной социальной проблеме. В одном из кафе «Макдоналдс» в США мошенник, представившись сотрудником федеральной службы безопасности, вынудил руководство кафе задержать одну из сотрудниц якобы по обвинению в присвоении денежных средств из кассы. Следуя указаниям голоса в телефоне, администрация кафе подвергла сотрудницу унизительному обыску. Нравственная проблема состояла в том, что администрации было достаточно голоса в телефоне, ни один из менеджеров не задал очевидных вопросов о правомерности действий.

Гибни сразу исключает сатирическую или острую публицистическую трактовку события. Вполне закономерно тема фильма связывается автором с проблемой так называемого подчинения в поведении человека, хорошо известной в социальной психологии. Фактический предмет проекта — знаменитая серия опытов Милгрэма. Общим итогом исследования стал известный тезис о релятивности, относительности нравственной системы в случае, если с индивида снимается ответственность морального выбора. Иными словами, в опытах с испытуемых снималась ответственность за наказание ударами электрическим током, которое и просили применять к подопытному. Более половины участников эксперимента достигали максимального (смертельно опасного) напряжения тока, поскольку сотрудники лаборатории уверяли, что наказания или иной ответственности для них не последует [4, с. 371—378].

Данная работа является монтажным хроникально-документальным фильмом, созданным из архивных материалов. Автор формулирует основной вывод о весьма противоречивых основаниях современной социальной системы, поскольку подчинение как манипуляция массами — основная форма взаимосвязи государства и общества. Показательно, что художественный принцип разработки концепции фильма состоит по крайней мере из трех уровней: познавательно-развлекательный (история психологических экспериментов); проблемно-социальный (собственно формальная тема фильма — связь экспериментов Милгрэма и случая в Макдоналдсе); третий уровень связан с анализом режиссером предмета фильма лишь как модели, символа, который в свою очередь, свидетельствует о природе человека вообще и, таким образом, возможном развитии современного общества, а именно: утрата гуманности.

Данный тезис режиссер развернул в фильме «Такси на темную сторону» на актуальном особенно для Америки материале. Главная тема — вопиющий случай в американском лагере для иракских военнопленных Абу-Грейв, получивший широкую огласку. Охранники лагеря, уверенные в своей защищенности, систематически издевались над заключенными, фиксировали действия на фото и видео. Режиссер развивает сформулированный ранее тезис о природе подчинения и его последствиях для

современной культуры на новом материале. Автор делает закономерный вывод о справедливости опытов Милгрэма. Однако стремление Пентагона представить случай в Абу-Грейв как рядовой случай позволяет сделать второе заключение: природа подчинения является условием сохранения государства как системы.

Представляют интерес фильмы Гибни, которые целесообразно выделить в отдельную подгруппу. Данные фильмы («Ложь Армстронга», «Стив Джобс: человек в машине» и др.) объединены общей темой, которую можно было бы обозначить как «заместители религии», «место кумира в безрелигиозном мире». В жанровом отношении работы могут быть отнесены фильмам-портретам с элементами журналистского расследования. Проекты посвящены, как правило, какой-либо известной фигуре и серии связанных с ней скандалов. Однако показанная выше стратегия авторского дискурса успешно применяется и в указанных фильмах.

«Ложь Армстронга» с точки зрения формальных жанровых характеристик является фильмом-портретом. Главный герой — известный американский велогонщик Л. Армстронг. Как известно, в результате серии крупных скандалов в рамках антидопинговой кампании спортсмен был лишен наград (многократный победитель «Тур де Франс») и пожизненно дисквалифицирован. Гибни составил фильм из интервью и материалов, предшествовавших скандалам и официальному признанию Армстронгом факта употребления запрещенных препаратов и интервью, которое спортсмен дал режиссеру после саморазоблачения в прямом эфире. Закономерно, что композиция проекта, включающая подобную перипетию линии главного героя, достаточно отчетливо раскрывает основной тезис автора: взаимосвязь индивида и его имиджа в обществе, массовой культуре. Однако авторское художественное решение включает некоторые дополнительные аспекты. Отказ личности от известных условий реализации имиджа и неизбежные для нее последствия позволяют Гибни подвергнуть критике сам механизм порождения кумира и, следовательно, систему ценностей современного общества. Громкие успехи спортсмена, участие в благотворительных акциях, рекламных кампаниях имели большее значение, нежели предъявлявшиеся ему обвинения в приеме допинга. Режиссер включает в фильм отдельную линию, содержащую подробный рассказ о

функционировании индустрии производства и приема допинга. Благодаря монтажным столкновениям указанного материала интервью Армстронга и кадров, связанных с кампанией против спортсмена, Гибни подвергает деконструкции сам механизм, порождающий, так сказать, систему мифов, именно в том смысле, как их сформулировал в свое время Р. Барт [1, с. 265—324]. Сформулированная автором проблема сводится, таким образом, к неспособности массовой культуры транслировать и поддерживать ценностные основания, предъявляя обществу различного рода идеологические концепты.

«Стив Джобс: человек в машине» посвящен знаменитому основателю «Apple», одной из ведущих компаний в сфере компьютерной промышленности, Стивену Джобсу (1955—2011). Режиссер использует в фильме богатый архивный материал, включая записи внутренних совещаний, проводившихся Джобсом в компании. В проекте представлены интервью ближайших коллег, а также сотрудников иных организаций (печатные СМИ, телевидение), в разные годы сотрудничавших с «Apple». Гибни прибегает к интересному с точки зрения киноведения (искусствоведения) приему использования фотографии в кинокадре. Интервью подобраны и смонтированы таким образом, чтобы подчеркнуть противоречивость личности Джобса: «Его продукты были любимы всеми, но его самого не любили»1. Кадры, из которых явствует его несостоятельность как супруга и отца, жесткость в отношении коллег и друзей, сталкиваются средствами монтажа с материалами СМИ, экспертных мнений о выдающихся профессиональных способностях. Однако подобный подход в целом весьма традиционен для современной экранной документалистики. Однако в монтажную структуру фильма с интервью и закадровым комментарием Гибни включает архивные фотографии Джобса, как правило, выполненные в рекламных целях. Герой на снимках присутствует обычно вместе с компьютером, планшетом и пр. Большинство представленных фотографий имеют фронтальный ракурс: Джобс смотрит непосредственно в камеру. В этой связи монтажный контраст достигается помимо столкновения смысловых блоков интервью с неподвижным изображением. Целесообразно обратить внимание на

1 Фраза из фильма «Стив Джобс: человек в машине».

семиотическую специфику подобной схемы. Как показали отечественные и зарубежные исследования 60—70-х годов иконических знаков, эстетики фотографии и экранного изображения в целом, закадровый комментарий и эквивалентные ему подписи, поясняющие титры, позволяют сузить область значений (означаемое у Р. Барта), выделив существенные для данного сообщения значения. В фильме фотографии Джобса в большинстве случаев размещены в конце конечного смыслового фрагмента, при этом за кадром комментатор произносит несколько фраз , формулируя основную идею эпизода. Эстетика рекламных фотографий (изображений) сводится, что хорошо было показано Бартом [там же], к созданию так называемого «мифа» (вторичной моделирующей системы). Закономерно, что такого рода фотографии в силу своего назначения призваны решать такие задачи, как формирование положительного впечатления о герое, выражающегося в мимике, жесте, использовании различных атрибутов богатства, роскоши и пр. Однако подобная мифологема, будучи включенной в монтажную фразу, неизбежно приходит в противоречие с один из двух типов сообщений: о недостатке гуманности (человеколюбия) у героя, отсутствии ряда гуманистических качеств личности; успешности его в качестве профессионала. Противоречие, следует предположить, возникает именно потому, что подобное сложное сообщение опирается на представления о базовых ценностях у целевой аудитории. Действительно, базовые ценности были сформированы в цивилизованном обществе под влиянием христианства, затем вошли в качестве норм в систему международного права и права отдельных стран. При этом реалии жизни и базовые ценности могут непрерывно приходить в противоречие, однако, именно последние обеспечивают реализацию права, развитие социальных программ, функционирование различных институтов культуры, образования и пр. Таким образом, возникающее противоречие позволяет режиссеру вынудить зрителя сделать закономерный вывод о неразрешимом противоречии выдающейся карьеры изобретателя-коммерсанта и нормативного представителя цивилизованного человечества (ценностных представлений о человеке).

Значительный интерес представляют фильмы второй группы, посвященные проблеме кризиса религии и связанного с ней культурного контекста. Предмет фильма «Моя величайшая

вина:Тишина в Храме Божьем» — кризис католицизма как института. Предмет второго фильма «Просветление: сайентология и тюрьма веры» — кризис нового религиозного движения Церкви сайентологии (ЦС).

Фильм «Моя величайшая вина: Тишина в Храме Божьем» посвящен не столько кризису религии и веры, сколько собственно кризису Церкви. Основной конфликт — отказ Ватикана признать ряд случаев сексуальных поползновений (sexual abuse) священнослужителей в отношении несовершеннолетних прихожан, в том числе инвалидов. Фильм основан на нескольких интервью глухонемых прихожан, которые в детском возрасте подверглись насилию. Гибни привлекает архивные материалы, многочисленные документальные свидетельства. Автор видит основную проблему в том, что церковь действует в современном обществе как бюрократическая инстанция. Характерным аспектом подобного кризисного состояния духовного института является стремление чиновников защитить себя от гражданско-правовой ответственности. В этой связи в картине отчетливо проведена линия кардинала в Бостоне Б. Лоу, который на протяжении многих лет не давал хода обращениям рядовых верующих о сексуальном насилии. Неспособность конкретной религии как института ответить на вызов времени свидетельствует, по мысли режиссера, об изменении культуры в целом, где на первый план выдвигаются процессы секуляризации.

Однако в следующей работе «Просветление: сайентология и тюрьма веры» Гибни ставит значительно более глубокую проблему: место веры в современном мире. Данный фильм формально основан на известном сектоведческом бестселлере «Просветление: сайентология, Голливуд и тюрьма веры» журналиста Л. Райта, лауреата Пулитцеровской премии. Книга Райта состоит из трех частей: становление церкви, Голливуд и современный этап, сопровождающийся разоблачениями и скандалами. В центральном блоке — сайентологические перипетии в Голливуде, особенно киноактеры-сайентологи описывались подробнее, чем в фильме. У Гибни Голливуд остался только в виде линии Т. Круза и Дж. Траволты (весьма краткой), ветеранов ЦС.

Гибни в многочисленных интервью, нередко совместно с Райтом, говорит о смысловом акценте именно на проблеме веры,

о невозможности нередко в современной культуре отличить религиозное направление от секты [3]. Райт четко обозначил свою позицию в самой ленте, отметив, что его прежде всего интересовал вопрос, каково место веры как ценности и какова плата за нее в современном мире.

Движение Р. Хаббарда последние 15—20 лет в США и мире сопровождают многочисленные скандалы, которые традиционно сопровождают все крупные неорелигиозные движения. Композиция фильма разбита на две логичные части: становление движения и современный кризисный этап. Подробный биографический очерк о Хаббарде в первой части содержит массу сведений, в основном рассчитанных на аудиторию, не знакомую с проблемой или располагающую лишь общими сведениями. Основатель ЦС начинал как писатель бульварной фантастической прозы, принимал участие в различных паранаучных и мистических обществах в Европе и Америке 30-х. После Второй мировой он выпустил бестселлер «Дианетика», когда интерес к ней угас, преобразовал общественное движение в религиозное — Церковь сайентологии.

Вторая часть картины начинается с 80-х годов, после смерти Хаббарда. В кадре и за кадром авторскую позицию выражают ключевые герои (Райт, М. Рэтбун, М. Рид — бывший спикер ЦС). Сам же Гибни всегда остается только закадровым комментатором. Характерный авторский прием — титры с общеизвестной информацией или высказывания официальных лиц церкви, к которым контрапунктом даются вспомогательные титры, излагающие реальное положение дел. К закадровому комментарию прибавляется письменный. «Мне всегда было интересно, как умные, критически мыслящие люди оказывались втянуты в систему верований. Как, руководствуясь верованиями и убеждениями, они действуют так, как никогда не поступили бы прежде...»2, — резюмирует Райт. Однако вся дальнейшая долгая и местами мучительно неспешная история ведет гораздо дальше этого трюизма. Задача фильма — выяснить, как вообще в цивилизованной Америке могла состояться сайентология. Поскольку в фильме недвусмысленно сказано о всемирном распространении церкви Хаббарда, постольку данный вопрос имеет универсалистский характер.

2 Интервью из фильма «Просветление: сайентология и тюрьма веры».

Показательно, что режиссер намеренно не позволяет высказаться ни религиоведам, ни официальным представителям мировых религий относительно духовного статуса Церкви сайентологии. Гибни фактически ставит вопрос, ранее известный по фильму «Моя величайшая вина...», об отсутствии в современной культуре механизмов для определения истинной и не истинной религии, определения места бога в мире и пр. Автор подчеркивает в фильме тот факт, что сайентологию в США признало религиозным движением Налоговое управление, которому формально вменяется эта функция.

Следует заметить, что представители философского дискурса еще в 60—80-х годах достаточно точно определили данную проблему. Современная культура потеряла религию в качестве духовной основы общества. Религия все более социализируется, сакральный трепет, нуминозное оттесняются на периферию повседневной жизни. Сартр назвал это атеистическим экзистенциализмом, Хабермас — постмодерном. Вопрос об атрофии духовной способности у современного человека и институтов современной культуры, уничтожающих эту способность, занимает важное место в творчестве Гибни.

Возвышение нового лидера сайентологии Д. Мискэведжа — основная тема второй части «Просветления». Здесь Гибни подготовил чрезвычайно яркие интервью с бывшими соратниками Мискэведжа и рядовыми адептами. Визуальный ряд составили редкие архивные видеоматериалы из домашних архивов или для служебного пользования. Многочисленные материалы позволяют сформировать автору образ современной ЦС, превратившейся де-факто в империю и установившей особые отношения с государством. Поскольку проект сориентирован на многомиллионную аудиторию, то авторская инстанция двойственна. Для американского зрителя на экране (кроме пленок из домашнего архива Хаббарда) не появилось ничего принципиально нового, что он не встречал бы на телевидении. Автор здесь намеренно схоластичен. Вместе с тем проблема недостатка веры и утраты значения религиозной культуры неизбежно ставит вопрос об одиночестве человека и утрате духовных корней. Последнее интервью в фильме «Просветление: сайентология и тюрьма веры» принадлежит Саре Голдберг, состоявшей в церкви 27 лет. Ее

выход из ЦС вынудил всех родных и близких (оставшихся сайентологами) отречься от нее. Ни власть, ни социальные структуры оказались не в силах изменить существующий порядок вещей: поскольку внутренние вопросы религиозной общины защищаются законом о свободе совести и вероисповедания.

Таким образом, Гибни по сути ставит вопрос о порочном круге, в котором оказывается культура и общество, связанные с государством. Усиление влияния контроля государства ведет к неизбежным ограничениям свобод индивидов, умалению гуманистического начала, которое противоречит внешней политике государства (локальные войны, экономическое давление на слаборазвитые государства и пр.). Вместе с тем критика ценностных оснований в западной культуре облечена у режиссера в оригинальную форму экранного произведения, рассчитанного на высоко дифференцированную целевую аудиторию, что позволяет в значительной мере расширить круг потенциальных реципиентов авторского сообщения.

Список литературы References

1. Барт Р. Мифологии. М., 2008.

Barthes R. Mifologii [The Mythology]. M., 2008.

2. Сумерки богов. М., 1989.

Sumerki bogov [The twilight of the gods]. M., 1989.

3. Gibney A., Haggis P., Rinder M, Wright L. Interview // Time stalks. New York Times. URL: https://www.youtube.com/watch?v=yWNTHse6Mfs

4. Milgram S. Behavioral study of obedience // Xhe journal of abnormal and social psychology. 1963. Vol. 67. № 4. P. 371-378.

5. O'Connell P.J. Robert Drew and the development of cinema verite in America. S. I.: SIU Press, 2010.

3. Gibney A., Haggis P., Rinder M, Wright L. Interview // Time stalks. New York Times. URL: https://www.youtube.com/watch?v=yWNTHse6Mfs

4. Milgram S. Behavioral study of obedience // The journal of abnormal and social psychology. 1963. Vol. 67. № 4. P. 371-378.

5. O'Connell P.J. Robert Drew and the development of cinema verite in America. S. I.: SIU Press, 2010.

Данные об авторе:

Казючиц Максим Федорович — кандидат философских наук, Научно-исследовательский институт киноискусства Всероссийского государственного института кинематографии им. С.А. Герасимова. E-mail: mkazuchitz@gmail.com

Data about the author:

Kazuychits Maksim Fedorovitch — candidate of Philosophy, Research institute of motion picture art, Gerasimov Russian State Institute of Cinematography, Moscow, Russia. E-mail: mkazuchitz@gmail.com