«Хрущевки устарели лишь на 20 процентов»

«Хрущевки устарели лишь на 20 процентов»

Академик Юрий Бочаров рассказал Кириллу Журенкову, почему пятиэтажки сносить нельзя

Хрущевки нельзя сносить, ведь человек не должен жить "выше дерева", считает один из самых авторитетных российских экспертов в области архитектуры и градостроительства Юрий Бочаров

Недавно в Москву приезжал мой коллега из Болгарии и был потрясен: с каждым годом у нас дома строят все выше, а расстояние между ними все меньше. А ведь это расстояние должно быть равно их высоте

1 / 2

Еще во времена Юрия Лужкова, когда впервые заговорили о том, чтобы избавляться от пятиэтажек сносимых серий, академик Российской академии архитектуры и строительных наук Юрий Бочаров был одним из экспертов, которые сразу забили тревогу: инициатива, мол, правильная, но вот строить на их месте высотные дома ни в коем случае нельзя — это навредит городу! Послужной список Бочарова заставляет как минимум прислушаться к его словам: в 1950-х Юрий Петрович восстанавливал Волгоград, проектировал и строил Тольятти и Набережные Челны, составлял технико-экономическое обоснование генерального плана Киева, работал над генпланом Пекина... Сегодня Бочаров — убежденный противник небоскребов и считает, что в России с ее огромной территорией строить их как минимум странно. А еще он не менее убежденный сторонник частных домов на одну семью и с цифрами в руках доказывает, что мы можем себе такое позволить.

Неудивительно, что в вопросе о так называемой реновации позиция Бочарова однозначна: сносить нельзя — реконструировать! В интервью "Огоньку" академик привел аргументы.

— Главный довод сторонников реновации в том, что старые добрые хрущевки устарели и необходимость их сноса давно назрела. Так ли это?

— Это так лишь отчасти. Нельзя говорить о всех хрущевках в целом — нужно разделять конкретные серии. Есть первые серии, технология которых была закуплена нами во Франции и в Дании,— это французские "Камю" (по имени инженера Раймона Камю, разработчика систем панельного домостроения в 1950-е) и датские "Йесперсон". Наши архитекторы и инженеры ездили туда, были на заводах, производивших такие дома, перенимали их опыт...

Так вот, при строительстве пятиэтажек первых индустриальных серий действительно были допущены серьезные ошибки: например, несущие поперечные стены не позволили расширять помещения, утеплитель в стенах проседал, а трубы коммуникаций были проложены внутри панелей... Однако работа над ошибками была проведена, в эксплуатацию ввели новые серии, и то, что сегодня называется несносимыми сериями,— дома вполне качественные.

Я вообще считаю, что Никите Хрущеву нужно поставить памятник. Мы с моим коллегой Марком Мееровичем недавно написали статью, где приводим неизвестные за пределами экспертного круга цифры. Только вдумайтесь: в сталинский период количество квадратных метров городского жилья на одного человека уменьшалось с 6 квадратных метров в 1923 году до 5,4 — в 1950-м. И только со стартом хрущевской жилищной программы вновь начался рост. Если в 1960-м это было уже 8 квадратных метров, а в 1970-м — 11,1, то в 1980-м этот показатель достиг 15,7 квадратных метра. Действительно, дома строили быстро, без лифтов и мусоропроводов, кухни были маленькие, санузлы совмещенные, но люди переезжали туда из подвалов и коммуналок — это было колоссальное достижение!

— С этим никто и не спорит. Но нам говорят, что хрущевки уже выработали свой ресурс...

— Мне это удивительно: разве было проведено независимое технико-экономическое обследование этих домов? А ведь такое обследование должно являться основой столь масштабной программы по сносу или реконструкции. Не мнение части жителей, а именно профессиональное заключение, независимое от муниципалитета! Более того, хорошо бы получить и сравнение различных вариантов реконструкции, а также сравнить, что выгоднее — сносить или реконструировать?

Другой вопрос, что хрущевки сегодня устарели морально. Если рассматривать жизнь в хрущевках с точки зрения советской формулы заселения (где количество жильцов расчетно должно быть больше на одного человека, чем количество комнат в квартире), то она может показаться современным горожанам некомфортной, мы с моим коллегой Марком Мееровичем тоже пишем в статье об этом.

— Что же делать?

— Рецепт прост: хрущевки надо реконструировать. По моей информации, если у пятиэтажек сносимых серий ресурс выработан на 60 процентов, то у несносимых серий — лишь на 20! Когда я говорю о несносимых — это, например, серии 1-447, 1-511, 1-510, 1-515 и др. В этих домах есть возможность убрать часть внутренних поперечных стен, расстояние между этими стенами от 8,4 до 9,6 метра, и можно увеличить кухню или комнату, объединить квартиры, сделать любую перепланировку! Более того, эти дома смогут физически простоять еще 100-140 лет.

Похожие дома, кстати, строились во многих странах Европы, так вот, вы удивитесь: их практически нигде не сносили — их реконструировали. Посмотрите, к примеру, на Восточную Германию: таких панелек там было очень много и все они получили новую жизнь. В процессе реконструкции один дом превращался в два, его этажность снижалась, участки перед ним отдавались жителям... Это оказалось в два раза дешевле, чем строительство нового здания!

Есть примеры реконструкции пятиэтажек и в России: к дому с внешней стороны пристраивается лифт, расширяются кухни... Чем дольше стоит дом, тем устойчивее фундамент, а это уже возможность для достройки дополнительного этажа и использования пространства под крышами. Словом, у реконструкции есть много различных вариантов.

— И все же почему бы просто не построить новые высотные дома на месте сносимых пятиэтажек? Что плохого с высотками?

— По статистике, человеку лучше жить не выше дерева, то есть примерно до 8-9-го этажа. Есть данные, к примеру, по росту числа нервных заболеваний: там прямая зависимость от того, на каком этаже живет человек,— чем выше, тем хуже. Более того, чем выше этаж, тем у жильцов больше проблем с перепадами давления, вибрация... Наши врачи в какой-то момент стали изучать эту связку этажности и здоровья, но затем такие исследования свернули.

Прибавьте к этому уязвимость высотных зданий в случае ЧП: при возгорании на лестницах сразу же возникнет давка, а пожарные лестницы достанут далеко не до каждого этажа... Словом, для гостиницы или офиса небоскребы подходят, но жилыми их лучше не делать. Весь западный мир сегодня идет по пути малоэтажного строительства, и только в России, напротив, повышают этажность.

— Но эти доводы бьют тем аргументом, что в районах пятиэтажек в Москве плотность застройки слишком мала...

— Это не так. Недавно в Москву приезжал мой коллега из Болгарии и был потрясен: с каждым годом у нас дома строят все выше, а расстояние между ними все меньше. А ведь это расстояние должно быть равно их высоте, но взгляните — разве этот закон где-то соблюдается? Высотки, понатыканные то тут, то там, затеняют соседние дома, мешают инсоляции, ухудшают аэрацию... Ветра дуют на Москву с юго-запада, но сегодня она развивается именно в этом направлении, и массовая высотная застройка уничтожает зеленый защитный пояс столицы, что заблокирует аэрацию центра, а также юго-западной части города и, в свою очередь, вызовет проблемы: меньше воздуха, меньше зелени, смог, заболевания...

Более того, по факту сегодня в Москве плотность застройки выше, чем в западных столицах. Есть сравнительный анализ распределения населения в крупнейших городских агломерациях, так вот, согласно этому анализу, в Москве на сам город приходится 80-85 процентов населения, а на пригород — 15-20, это так называемое центростремительное развитие. Замечу: в развитых странах Запада тенденция прямо противоположная — города развиваются центробежно. Если плотность населения в Москве в пределах МКАДа 13 тысяч человек на гектар, то в Берлине этот показатель 4,5 тысячи, в Лондоне — 5 тысяч, в Риме — 2,3 тысячи.

— Каких еще последствий объявленной реновации стоит опасаться?

— Дополнительной нагрузки на транспортную и инженерную инфраструктуру. В Москве дороги занимают 12 процентов общей территории города, в Нью-Йорке, для сравнения,— 32 процента. В какой-то мере виноваты мы — проектировщики: в советские времена, когда разрабатывались соответствующие нормы, было невозможно представить, что у людей будет столько машин. Старые нормы исходили из расчета 70 машин на 1000 жителей, и этот показатель уже превышен в 6 раз. В таких условиях нагружать город высотками просто недопустимо! Возьмите "Москва-Сити", этот район застроен в три раза плотнее, чем намечалось сначала...

Нам сейчас необходимо развивать в первую очередь транспортную инфраструктуру — дороги. Посмотрите на опыт США: транспорт там напрямую увязан с этажностью. Например, чтобы построить Трамп-тауэр, Дональд Трамп скупал воздух над домами на 5-й авеню, так как там действовало ограничение по общей плотности застройки. У нас же о введении подобных норм говорят давно, но дело не идет дальше разговоров, поскольку инвесторы заинтересованы в повышении плотности и этажности застройки.

— Власти не видят этого набора проблем?

— А вы взгляните на карту районов тех самых хрущевок — это же очень выгодные места в пределах МКАДа. Вот вам и ответ: здесь дорогая земля, в четыре раза дороже, чем в Новой Москве, а у строительного комплекса и инвесторов сейчас проблемы — он закредитован, на 15 процентов за прошлый год упали объемы строительства, квартиры не продаются, цены падают... Вот и предложена так называемая реновация.

— А что вы предлагаете в качестве альтернативы? Малоэтажное строительство?

— Именно, и это предлагаю не только я. Еще в середине 1920-х гражданский инженер Сергей Шестаков придумал проект "Большая Москва": Кремль, по этому проекту, должен был стать музеем, а правительственный центр переносился на Ходынку, сам город предлагалось застроить в основном малоэтажными, по большей части семейными домами, предусматривалась развитая сеть дорог. К сожалению, Шестаков был репрессирован, а его план так и остался на бумаге. Однако сами эти идеи не умерли — их просто развили на Западе. Там сегодня основная городская единица — это частный малоэтажный дом. Так живут 85 процентов населения США, Канады, Норвегии и ряда других стран. Есть ли у них небоскребы? Да, но в них, повторюсь, в основном офисы, гостиницы или бизнес-жилье, чтобы переночевать, приехав в центр города по делам. Мало кто живет в многоэтажках годами, это жилье для определенного отрезка жизни.

При этом основная часть горожан на Западе живет за городом, в одно-, двух-, трехэтажных домах, таунхаусах. Я видел, как в Новой Зеландии реконструировали двухэтажный дом, потому что никто не хотел, чтобы на втором этаже ходили чужие люди. Меняется сам подход к жилищу: сейчас есть заводские сборные конструкции, утеплители, такой частный дом можно возвести очень быстро, за недели, а не строить его по нескольку лет, как многоэтажку... По сути, речь о том, что эпоха индустриализации сменяется эпохой индивидуализации: то есть человек получает быстросборный дом под свои нужды.

— Скажите это китайцам...

— В Китае свои проблемы, там огромное население, которому надо где-то жить. К тому же, на мой взгляд, нужно ориентироваться на западные стандарты, а не на восточные...

— Правильно ли я понимаю, что проблемы Москвы — это, по сути, производное от проблем всей страны?

— Верно. Судите сами: в США города занимают 8 процентов от всей территории страны, в Англии — 12, в России — 1,1 процента! То есть при наших пространственных ресурсах (а Россия занимает первое место в мире по территории и 85-е место по обеспеченности жилыми квадратными метрами на человека) число городов, поселков и сел сегодня снижается. Если во всем мире столицы — это "локомотивы" социально-экономического развития, то у нас Москва скорее "пылесос", она взяла на себя все возможные функции — политические, управленческие, деловые, научные... Для сравнения, в других странах у столиц обычно есть города-противовесы в разных частях страны. Например, у Вашингтона (напомню, что он меньше Москвы по населению в 15 раз) — это Нью-Йорк и Лос-Анджелес, у Пекина — Шанхай, Гуанчжоу и еще три города.

— А насколько в городах, которые вы проектировали (в Тольятти, Набережных Челнах), удалось избежать обсуждаемых нами ошибок?

— Когда мы проектировали Тольятти, то закладывали этажность не выше 9 этажей. Да и то для руководства завода были построены одно- и двухэтажные коттеджи, поближе к лесу. Была предусмотрена и развитая дорожная сеть, то есть нельзя сказать, что мы не думали об автотранспорте. И все же сегодня я вынужден признать: удалось далеко не все, были ошибки. Для автомобильного города улицы в том же Тольятти узковаты, к тому же сейчас там идет активная застройка зеленых прибрежных территорий, не предусмотренная проектом... Однако сегодняшние проблемы наших моногородов не связаны с их градостроительными особенностями или этажностью, в Тольятти, например, высокая безработица, но сам город в этом не виноват.

Взгляните на карту районов хрущевок — это же очень выгодные места в пределах МКАДа. Вот вам и ответ: здесь земля в четыре раза дороже, чем в Новой Москве, а у стройкомплекса и инвесторов сейчас проблемы

Беседовал Кирилл Журенков

География

Пятиэтажный пояс

Чтобы понять потенциальные масштабы реновации, достаточно вглядеться в то, как Москву опоясали районы хрущевок

Размещение в Москве районов массового жилищного строительства на 1959-1965 гг.