Методология системного исследования правового социума

УДК 340.111.5

А.Н. Иванов

МЕТОДОЛОГИЯ СИСТЕМНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ПРАВОВОГО СОЦИУМА

ПРИВОЛЖСКАЯ ТРАНСПОРТНАЯ ПРОКУРАТУРА

В центре рассмотрения настоящей статьи находятся методологические проблемы современного социального знания, для раскрытия которых автор опирается на традиции материалистической диалектики, органично соединяющей в себе универсум и человека, материю и сознание, сущность и явление, случайное и необходимое. Этот поворот в её рассмотрении необходим с учётом современных реалий, не позволяющих воспринимать реальность как догматически-одномерную. Универсальный характер человеческой деятельности предполагает универсальность самого общества как социальной системы. В свою очередь, историческая дифференциация универсальной человеческой деятельности на рода, типы и виды определяет и аналогичную сферную дифференциацию общества. Представлена концептуальная модель поляризации общественной деятельности. В соответствии с константными родами человеческой деятельности в обществе можно выделить восемь константных сфер жизни общества.

Ключевые слова: методология, концепция, система, структура, системный подход, систе-могенетика, право, правовой социум, общество, социальная жизнь.

Ещё Г.В.-Ф. Гегель указывал, что начать философию с «Я» нельзя - нет объективного движения. Поэтому так важно определиться с предметом и объектом исследования, охарактеризовать самую общую, самую абстрактную категорию анализа - понятие сферы общества или сферы общественной жизни, после чего возможен переход как к правовой сфере общества в целом, так и к феномену права и многомерному характеру его бытия в социуме - в частности. Диалектический синтез естественного и искусственного в окружающей нас действительности - правовой реальности - на примере сущности и существования права как уникального феномена социума, интегративно включённого во все сферы общественной жизни, позволяет концептуально более объёмно и полновесно охарактеризовать правовую сферу общества и её место в научной картине «мира человека». Не будет преувеличением сказать, что целостное, развёрнутое философское осмысление правовой реальности и правового социума ещё впереди. Сегодня мы ставим перед собой задачу концептуального наполнения и выработки стратегии исследования правового социума, определения категориального аппарата и методологии научного анализа с учётом богатого философского наследия в изучении феномена права и познании его социальной сущности.

Проблема метода, методологии любого научного исследования есть чисто философская проблема. Наука по своей природе экстраинтенциональна: она изучает объект, а не своё с ним взаимодействие, что, собственно, и позволяет ей быть объективной (достаточно вспомнить, например, «золотые правила» позитивизма: внешняя позиция наблюдателя, его нейтральность, техничность и общий подход). Если же объект науки расширяется до того, что включает в себя и соотнесённость с собой субъекта, то наука как таковая немедленно превращается в философию самой себя, в философию науки. И если наука изучает мир вне себя, то философия, напротив, познаёт и находит мир в себе; именно своей обращённостью вовнутрь она приобретает качество интроинтенциональности. В то же время, если наука сводит реальность к статичным, формальным понятиям, то философия даёт понятиям жизненную, одухотворённую реальность. Образно говоря, и та, и другая смотрят на мир как в зеркало, но если наука не замечает в нём себя, то философия не замечает зеркала. Наука занята единством бытия, а философия целостностью сущего, и если первая получает своё иное от единого, то вторая обретает его в целом, что, собственно, и позволяет философии взглянуть

на субъект-объектные взаимоотношения как бы со стороны, а значит - более объективно [ 1, с. 69]. Представляется, что древнегреческий мудрец первым из многих философов заметил, что люди каким-то образом обретают способность иметь дело с двумя, по сути, разными родами объектов: кроме обычных вещей (вроде объектов живой природы, свойства которых непостоянны и не могут быть известны абсолютно определенно), мы также оперируем иными, чисто логическими, семиотическими объектами вроде категорий, геометрических фигур и структур - объектами, удивительно стойкими и всецело схватываемыми нашим разумом. В результате наше понимание оказывается результатом взаимодействия объектов этих двух радикально различных родов, в силу чего мы приходим к пониманию эмпирического мира с помощью формальных средств. Современное многообразие методов познания неизменно ставит перед исследователем проблему методологического выбора, в русле которого выстраивается та или иная концепция и проводится его изыскательская работа. Такие востребованные ныне научные течения как синергетика, герменевтика, системогенетика, структурогенез, конструктивизм, аналитический позитивизм и т.д., в противовес раннеклассическим метафизике, схоластике, формальной логике открывают широкое поле для научной деятельности. Суть проблемы кроется, скорее, в вечном, чем в преходящем, а, следовательно, истина в «споре» старого и нового мышления лежит где-то посередине. Поэтому не нужно идти по пути жёстких противопоставлений, отторжения, забвения и хулы разных точек зрения; необходим поиск рационального зерна в теории познания, позволяющего критически, но творчески соединять в себе различные подходы, концепции и мировоззрения. И здесь как нельзя кстати вспоминается полный научного оптимизма призыв английского физика Дж. Максвелла из всех гипотез выбирать ту, которая не пресекает дальнейшего мышления об исследуемых вещах. Такую возможность даёт диалектика с её методом раздвоения единого на противоположности и познания его противоречивых частей в их объективном развитии. Однако позиция учёного требует здесь ещё одного существенного уточнения - речь идёт о материалистической диалектике, органично соединяющей в себе Универсум и Человека, материю и сознание, сущность и явление, случайное и необходимое.

Вместе с тем, материалистическую диалектику нельзя воспринимать догматически и одномерно. Главное требование принятого нами за основу научного метода - объективнореального подхода к действительности - связано с принципиальными положениями материализма. Здесь метод включает в себя диалектику как свой органический момент, без которого сам материализм не может быть научным и не способен адекватно отображать реальность. Следует, однако, иметь в виду, что метафизическое рассмотрение принципа восхождения от абстрактного к конкретному было бы некоторым упрощением. Поскольку многие понятия политической экономии в первоначальной форме были выведены предшественниками К. Маркса - У. Петти, А. Смитом, Д. Риккардо - центр тяжести марксова метода в большей мере был перемещён ко второму этапу анализа - восхождению от абстрактного к конкретному. Поэтому в характеристике своего метода Маркс обычно и акцентировал внимание на этой особенности своего метода. Подобная «вульгарная» характеристика способа построения «Капитала» К.Маркса игнорирует такую важную сторону этого метода как движение от абстрактно-всеобщего к конкретно-всеобщему. Этот стратегический аспект и весьма важная сторона научной философии и политико-экономической теории марксизма остались мало замеченными последующими исследователями. Однако именно они составляют безусловно существенный момент логики движения экономических понятий в марксистской теории [2, с. 62]. Социум как базовое понятие социальной философии разрабатывалось в научной литературе с позиций проблемы этимологии и онтологии социума, феноменологии социума, определения его сущностных характеристик в настоящее время находится лишь в стадии становления. Правомерным представляется исследование данной проблемы А.В. Поляковым, который рассматривает под обществом совокупность людей, выделяемую на основе воспроизводимой ими системы общезначимых действий, фактически рассуждает о социуме [3, с. 223]. Для характеристики социально-исторического этапа развития универсума используют-

ся различные понятия: «общество», «человеческое общество», «социум», «социальная формация» и т.д. При этом общий подход вполне понятен: в развитии, становлении универсума движение осуществляется от простейших абиотических форм к биотическим, а от них - к социальным. Но эта высшая из известных нам пока форм развития и характеризоваться может по-разному: как общество или социум, общественная или социальная система. И здесь возникает очень важная проблема: проблема разграничения общества и социума, на базе которого возможно дальнейшее движение исследовательской мысли: анализ сфер общества и социума, анализ структур общества и социума и т.д.

Как мы видим, социальные системы выступают предельно высшими для данного уровня исследований системами, где действует принцип снятия низшего высшим, биологического - социальным. Отсюда логический вывод: человек обладает интегральной социальной природой, основанной на полноценном биологическом субстрате. Человек существует в универсуме в закономерном, объективно, генетически и целесообразно заданном взаимодействии с другими людьми. Вследствие этого и формируются системы людей, человеческие целостности: общество, человечество, человеческий род, социум. В универсуме человек как человечество одновременно существует и как общество, общественная система. Общество есть нечто иное по сравнению с человечеством как совокупностью людей, и с человеческим родом как homo sapiens, системой его родовых качеств. Человечество, человеческий род своим континуумом качеств создаёт вокруг себя специфическое поле бытия, куда следует отнести неживые, искусственные технические системы (машиностроение, энергетика, кибернетика, освоение космоса и пр.), а также рукотворные естественные экологические системы (парковый дизайн, селекция, генная инженерия и т.д.). Определившись с методом исследования, логично перейти к понятию сферы общественной жизни в её философском прочтении. Общественная жизнь в целом - понятие столь же абстрактное, как такие базовые философские категории как универсум, материя, разум и др. В силу этого «общественная жизнь» выступает родовым понятием, несёт в себе общие признаки объекта. Общественная жизнь -это всё многообразие бытия социального взаимодействия, связанное непосредственно с нами - людьми, либо происходящее вокруг нас и помимо нас. Однако общественная жизнь не однородна и исторически она дифференцировалась на различные рода, типы и виды, которые благодаря философскому анализу находят типологическую завершённость и обретают идейную и смысловую цельность. Несмотря на то, что типология сфер, областей, сегментов общественной жизни относится к основным задачам социальной философии, недостаточно изученной остаётся не только проблематика оснований типологизации, но и проблематика исследований исходной позиции - определения и конкретизации сфер общественной жизни. С точки зрения математики, сфера не более чем шар, шаровая поверхность: геометрическое место точек пространства, одинаково удалённых от центра; в астрономии небесная сфера есть воображаемая шаровая поверхность произвольного радиуса, служащая для представления взаимного расположения и видимых движений небесных объектов. В переносном смысле, применительно к социальной теории, термин «сфера» характеризует область, среду, окружение, приобретая, тем самым, более насыщенное, объёмное и многогранное содержание. Чаще всего под социальной сферой понимается всё-таки область действия (сфера деятельности, сфера предпринимательских отношений) либо предел распространения чего-либо (сфера влияния, сфера интересов). Характерно, что, несмотря на широкое использование термина «сфера общественной жизни», её сущностная характеристика практически во всех научных трудах ускользает от внимания исследователя. Постулативное оперирование такими понятиями как экономическая, политическая, социальная, духовная, нравственная, военная сфера общества сопряжено с двумя объективными трудностями:

• отсутствие единого сферообразующего основания типологизации;

• отсутствие внятной модели сфер общественной жизни.

Опыт, накопленный на протяжении десятков лет Общероссийской академией человековедения, снимает обозначенные трудности и открывает путь к диалектическому познанию

законов развития общества. Л.А. Зеленов именно проблему сфер общественной жизни называет одной из кардинальных проблем социологии как общей теории общества. Более того, социология так и не стала строгой наукой лишь потому, что игнорирует основной предмет своего исследования - сферы социума. Именно социума, а не общества - особо подчеркивает он. Такой вывод обусловлен выделением трёх базисных подсистем в системе общества: экологической, технической и демографической, на последнюю из которых, прежде всего, и должно быть направлено внимание социологии. Как философская категория понятие «сфера общественной жизни» в научный оборот было введено также Нижегородской философской школой более четверти века назад и сегодня мы можем его определить как совокупность социальных потребностей, способностей, деятельностей, отношений и институтов. Отправной точкой анализа сфер общественной жизни послужил «Капитал» К. Маркса, в котором обосновывается поляризация общественной деятельности в зависимости от стоящих перед ней целей: на производство вещей и производство людей. Именно принцип поляризации положен в основу анализа правовой сферы общества и концепции правового социума, выступая методологической базой для дальнейшего исследования. По Марксу, производство вещей реализуется в двух формах - натуральной и знаковой. В свою очередь, они также раздваиваются: натуральная - на экономическую и экологическую формы, а знаковая - на научную и художественную формы. Производство людей также разделяется на две крупные формы -социальное и биологическое производство; социальное производство реализуется в управленческой и педагогической форме, а биологическое - в медицинской и физкультурной формах. Таким образом образуется восемь самостоятельных, базовых родов человеческой деятельности которые исторически выделились из единой, синкретической деятельности и образуют социальные константы общества: инвариантные в пространстве (страны) и во времени (эпохи) родовые функции человечества.

Схематично концептуальная модель поляризации общественной деятельности представлена на рис. 1.

п р о и з в о д с т в о

л ю д е й

Рис. 1. Константные рода человеческой деятельности

Деятельность, выступая функциональной основой и динамическим стержнем общества, является главной социальной доминантой общественного прогресса. Труд и общественная практика, будь то теоретическая, практическая или духовно-нравственная деятель-

ность, являются определяющими в жизни человечества, всё остальное - ситуативные или институциональные общественные отношения - должно рассматриваться как производное и обусловленное деятельностью. Общественная деятельность проявляется в форме общественных связей и отношений или иначе - социального взаимодействия. Как указывал Маркс, «общество есть продукт взаимодействия людей. [Оно] ... выражает сумму тех связей и отношений, в которых индивиды находятся друг к другу». Вместе с тем, связи и отношения -две основные, взаимопроникающие, но отнюдь не тождественные формы объединения бытия в единое целое. Эти его детерминанты различны, и их различие существенно для последующего анализа. Связи выражают взаимозависимости предметов и явлений, такое их взаимодействие, в ходе которого каждый контрагент стремится уподобить себе другого, а результаты взаимодействия зависят от соотношения сил взаимодействующих субъектов. Отношения же, по Гегелю, есть истина всякого существования, так как всё существует в отношении с самим собой и с другими. Следовательно, для нормального, полноценного и жизнеспособного бытия необходимы не только связи, образующие зависимости между элементами системы, но и относительно самостоятельное существование каждого её элемента.

Таким образом, отношения строятся на способности предметов уподоблять себя другому, сохраняя одновременно и свои особенности. Получается, что связи - это вертикальные отношения в структуре общества или отношения власти и подчинения, а собственно отношения - горизонтальные, конвенциальные общественные отношения. Очевидно, что отношения могут полноценно реализовываться только в соединении с соответствующим типом связей. И если нарушается единство связей и отношений, то, «как бы ни были сильны зависимости, бытие рано или поздно разрушается. В свою очередь, взаимодействие выступает родовым понятием для всех видов активного отношения материальных систем: от законосообразного взаимодействия в неживых (абиотических) системах и геносообразного - в живых (биотических) системах, до целесообразного взаимодействия людей в социальных системах. Единицей каждой из этих систем выступают, соответственно, физическое тело, биологический организм и человек.

Целостное, системное понимание деятельности развёртывается через характеристику её необходимых компонентов: субъект, процесс, средства, объект, условия, результат, систему и среду деятельности. Совершенно очевидно, что именно субъект выступает источником любой деятельности, причём сама деятельность тогда оказывается способом бытия самого человека. Направленность деятельности предполагает наличие объекта познания или преобразования, т.е. явления объективной реальности, на которое направлена активность субъекта. Любая деятельность осуществляется при помощи средств деятельности - тех или иных орудий труда, которые субъект использует для воздействия на объект.

Любая деятельность есть последовательное выполнение во времени и пространстве различных операций, составляющих в совокупности процесс деятельности, а исходя из целесообразности человеческой деятельности, её целевой направленности, процесс деятельности всегда приводит к какому-либо результату. Следует учитывать также, что деятельность совершается не только в определённых условиях, которыми являются компоненты других систем деятельности, включённые в данную (чаще всего это результат деятельности), но и сама она формирует структурированный состав собственных компонентов - систему данной деятельности. И как система, любая деятельность объективно находится во взаимодействии с другими системами деятельности (экономическая - управленческая, медицинская - физкультурная и т.д.), которые выступают для неё как среда.

Таким образом, деятельность по мере общества обладает двумя определяющими качествами, выступая одновременно сущностным и системообразующим элементами общественной жизни. Но деятельность не возникает на пустом месте - она образуется на субстрате потребностей и способностей, являющихся интегральными образованиями потенциала человека. Глубокий философский анализ до-деятельного аспекта бытия общественной жизни представлен в монографии О.Л. Краевой «Диалектика потенциала человека» и других её работах. Потенциал человека представляет систему его творческих возможностей, возникаю-

щих в диалектике возможностей мира и свобод человека и оформляемых в систему его родовых сущностных сил: потребностей и способностей. Потребность, равно как и способность, выражает и наличное бытие человека, и лишь могущее быть, до-деятельное, предшествующее деятельности состояние, т.е. сущность человека. Потребность является побудительной силой в структуре деятельности и есть ни что иное, как рассогласование, противоречие между сущим и должным, реальным и идеальным, фактическим и необходимым состоянием человека и выражает не только предметную положенность человека, зависимость от объективных условий, но и деятельное противостояние им.

Лежащее в основании потребности противоречие между миром и человеком рождает универсальную человеческую потребность в преобразовании мира - в деятельности предметного характера. В любых своих модификациях потребность сохраняет свою особенность: объективно быть и как внутренняя сущностная сила отражать и предметную положенность человека, и само противоречие между человеком и предметным миром. Потребность является объективным состоянием, но, проходя через сознание человека, субъективные формы бытия потребности образуют её модификации. Поиск конечного числа таксонов как вариантов, модификаций конкретных параметров конкретного объекта (таксонометрия) исследований также входит в сферу основных задач философии, вооружающей общенаучный блок и частные науки методологией и системологией познания.

Так, применительно к проблематике потребностей можно выделить следующие её таксоны-модификации: мотивы, влечения, желания, стремления, хотения, интересы, запросы, ориентации, ценности, убеждения, цели, задачи, программы. Все они входят в мотивационную подсистему личности, которая характеризует отношение человека к предметному миру. Потребность в структуре деятельности выражает мотивационную готовность и является побудительной силой («хочу»), побуждающей человека к деятельности, то способность во взаимодействии с потребностью выступает силой деятельной («могу»). Если потребность является способом актуализации необходимости, и всё, что удовлетворяет потребности человека, обретает смысл, то процесс актуализации способности осуществляется в форме опредмечен-ной, предметно или идеально объективированной деятельности как «сферообразующего начала общества», в форме присущего человеческому роду взаимодействия, взаимосвязи человека со средой, в которой человек осуществляет сознательно поставленную им задачу целесообразного взаимодействия с предметным миром.

Интересно, что тесное взаимодействие потребностей и способностей породило научные споры по вопросу ведущей роли какой-либо одной из этих сторон. Одни исследователи (А.П. Белик) склонны признавать ведущую роль способностей, другие в этом соотношении отдают приоритет потребности как побудительной силе человека (Е.Г. Куделин, Л.А. Зеле-нов, А.Г. Здравомыслов, Н.П. Дубинин, О.Л. Краева и др.). Действительно, с одной стороны потребность как противоречивая в своей основе сила по всем законам диалектики есть начало движения, действия, деятельной способности. С другой стороны, без самого человека с его способностями потребности теряют всякий смысл.

Именно отсюда сторонники первого направления делают рациональный вывод, что толчок к деятельности и развитию человека дают все же способности. Но из аргументов обеих сторон следует вывод, что, очевидно, нельзя так жёстко противопоставлять потребность и способность как родовые сущности человека; они конвергированы, теснейшим образом взаимосвязаны между собой. При всей своей специфике это сущности тождественные, ибо они имеют своей основой единую сущность - сущность человека, его родовые сущностные силы. Потребность в снятом виде входит в способность как побуждение к её проявлению, как са-мополагание способности через реализацию одной потребности и возникновение другой, как своё собственное полагание (самополагание потребности) через исчерпание одной способности и возникновение другой. Следовательно, потребность, так же, как и способность принадлежит самому субъекту, она есть форма и сила, в которой интегрируются его внутренние творческие, деятельные силы, а не носит только характер объективной, внешней необходи-

мости. Такова диалектическая взаимосвязь потребностей и способностей как интегральных составляющих потенциала человека.

знаю

надо

хочу —

могу

делаю

умею

Рис 2. Алгоритм готовности человека к деятельности

На основе приведённого анализа готовности (мотивационной - «хочу», информационной - «знаю», операционной - «умею») субъекта к деятельности, можно заключить, что предваряет её индивидуальная или общественная потребность («надо»), а реализует - деятельность как общественный факт - «делаю» (рис. 2).

Однако деятельность человека редко бывает обращена сама на себя. Гораздо чаще деятельность и её результат обращены на других, и тогда в процессе деятельности люди вступают в общественные отношения, взаимодействуют с окружающим миром и между собой. Следует оговориться, что здесь и далее применительно к категории «общественные отношения» используется подход, охватывающий этим понятием вертикальные и горизонтальные связи (и уподобление себе другого и уподобление себя другому).

Социальные отношения опосредованы девятью различными явлениями, что следует из приведённого ранее компонентного состава деятельности. Они развёртываются, соответственно, как отношения к субъекту, объекту, средствам, процессу, условиям, результату, системе, среде и сфере деятельности (последняя, в отличие от среды, образует неактивный фон, индифферентна по отношению к другой системе деятельности). Отношения оказываются той социальной формой, которая насыщается содержанием социальной деятельности, образуя с ней диалектическую связь. При этом они образуют как внутреннюю форму деятельности, так и внешнюю: как отношения субъектов данной деятельности между собой (духовные и материальные, непосредственные и опосредованные вещами), так и их отношения с субъектами других видов деятельности. Но социальные отношения - это не только совокупность связей.

Диалектический подход требует полярности, и такой противоположностью социальных связей субъектов деятельности являются отграничения, выражающие обособленность, различие, самостоятельность, специфику субъектов. Следовательно, результатом социального взаимодействия может быть как усиление связей, так и усиление обособленности, единство или разъединённость, сближение или отдаление (второй аспект особенно рельефно проявляется, например, в области социальной и юридической конфликтологии). В ходе многократного повторения однотипной деятельности на базе социальных отношений в обществе исторически складываются разнообразные социальные институты: учреждения, союзы, партии и т.д., являющиеся функционально устойчивой организацией отношений людей, создаваемой их совместной деятельностью с целью удовлетворения различных индивидуальных и общественных потребностей.

Генезис социального института обусловлен частой повторяемостью в социуме того или иного тождественного обезличенного действия, когда оно становится образцом, осознаётся как образец, и может быть совершено в будущем тем же самым образом и с тем же практическим усилием (например, в процессе эволюции из отношений мужчины и женщины как самца и самки исторически возник институт моногамной семьи и брака).

Социальные институты выступают в качестве средств деятельности и общественных отношений, упорядочивая их обще-приемлемую организацию и структурируя различные образования социума. С обретением историчности социальные институты получают и новые качества - объективность и реальность. Но здесь важно отметить, что объективность институционального мира создана, исторически сконструирована самим человеком в процессе его

деятельности. Социальный институт является формой существования самого общества, в силу чего может рассматриваться и как завершающая форма становления сферы общественной жизни.

Вполне естественно при этом, что в социальном институте в снятом виде содержатся все предшествующие системные компоненты: потребности, способности, деятельность, отношения. Высказывается даже мнение о тождественности социального института и гомогенной ему сферы общественной жизни. Вряд ли можно разделять такую точку зрения, ведь кроме институциональных форм организации общественной жизни мы так часто наблюдаем вокруг себя в неисчислимом множестве и неинституциональные, случайные, эпизодические, но оттого не менее объективные и значимые для общественного развития формы самоорганизации социума. Природное стремление человека к свободе априорно отрицает вообще какую-либо организацию как форму ограничения свободы, и лишь волевое усилие самого человека через различные формы общественного принуждения, собственного целеполагания и умопостижения миропорядка приводят к пониманию им необходимости жить сообща и в значительной мере следовать единым для всех правилам.

Таким образом, историческое и логическое становление, развитие и оформление пяти взаимосвязанных и однородных социальных образований - потребностей, способностей, деятельности, отношений и институтов - привело к формированию общественной целостности, определяемой нами как сфера общественной жизни. Универсальный характер человеческой деятельности предполагает универсальность самого общества как социальной системы. В свою очередь, историческая дифференциация универсальной человеческой деятельности на рода, типы и виды определяет и аналогичную сферную дифференциацию общества.

Таким образом, в соответствии с константными родами человеческой деятельности в обществе можно выделить восемь константных сфер жизни общества. Это:

1) экономическая сфера, связанная с производством, распределением, обменом и потреблением материальных благ;

2) экологическая сфера, связанная с сохранением, восстановлением, совершенствованием природной среды и одновременно, напротив, с защитой человека от пагубного воздействия природы;

3) научная сфера, связанная с генерированием знаний, с теоретическим моделированием действительности;

4) художественная сфера, связанная с образным моделированием действительности;

5) педагогическая сфера, связанная с межпоколенной трансляцией социального опыта человечества;

6) управленческая сфера, связанная с регуляцией поведения личностей и общностей в системе социума;

7) медицинская сфера, связанная с сохранением и восстановлением жизнеспособности индивидов;

8) физкультурная сфера, связанная с сохранением и развитием биопсихического субстрата человека.

Человек, будучи целостным родовым существом, несущим в себе единство биологических, психических и социальных начал, сам, выступая субстратом социального, обладает свойствами, присущими ему одновременно как «родовому человеку», индивиду, индивидуальности и личности. С формально-логической точки зрения, личность здесь, снимая все предшествующие фазы её становления, выступает как единство всеобщего, особенного и единичного в человеке. Личность не перестаёт быть индивидом человечества; личность становится и существует на основе индивидуальности человеческого индивида, которая, таким образом, есть осуществление всеобщего (сущности человека) в единичном (осуществление человека). При этом, в отличие от человека вообще и организма в частности, личность существует и развивается одновременно и на психологическом, и на социальном уровне. Понима-

ние этого становится сегодня основой методологии системного исследовании правового социума.

Библиографический список

1. Шипилов, Е.П. Диалектика социума. Опыт построения структурно-эволюционной модели социокультурного континуума [Текст] / Е.П. Шипилов - Воронежв, 2003. - 209 с.

2. Орлов, В.В. Философия экономики [Текст] / В.В. Орлов. - Пермь, 2005. - 389 с.

3. Поляков, А.В. Правогенез [Текст] // Правоведение. 2001. № 5. С. 223.