Выйти из тени

Выражение "Не поверил своим глазам" для токаря-фрезеровщика из Челябинска с недавних пор наполнено особым смыслом. Еще несколько месяцев назад он не видел ничего. А сегодня может различать контуры предметов (в черно-белом цвете), свет и тени, движение. Это стало возможным благодаря проведению первой в стране операции по имплантации бионического глаза незрячему пациенту в стенах Научно-исследовательского центра офтальмологии ФГБОУ ВО РНИМУ им. Н. И. Пирогова, созданного на базе ФНКЦ оториноларингологии ФМБА Минздрава РФ.

Контакт с мозгом

Между предметным зрением (когда мы различаем предметы, их конфигурацию, движение) и абсолютной слепотой существует некое состояние световосприятия, говорящее о том, что определенные элементы зрительной системы еще функционируют, но их недостаточно для того, чтоб различать объекты. Подобное состояние отмечается у больных с пигментным ретинитом, который и является пока единственным показанием к операции. Это заболевание возникает у многих мужчин в достаточно раннем возрасте, и к 35-40 годам наступает слепота.

Людей с таким диагнозом в стране около 40-50 тыс. К сожалению, на них пока невозможно тиражировать данный опыт, поставив его на поток, поскольку такая операция стоит сейчас около €140 тыс. Используемый для пересадки имплант — вещь эксклюзивная, подобные изделия становятся дешевыми только при массовом производстве.

Тем не менее перспектива есть, поскольку первая в России операция, как и остальные 40, выполненные в других странах, прошла успешно.

"Бионический глаз — это сложное инженерное устройство, а точнее, целый комплекс Argus-11, изготавливаемый американской компанией Second Sight, которая также выпускает кохлеарные имплантаты, возвращающие слух. Кохлеарная имплантация уже стала делом привычным. Сейчас мы стремимся сделать нечто подобное с глазной патологией. Но эта задача, конечно, гораздо труднее, потому что строение сетчатки значительно сложнее, чем слухового нерва,— говорит Христо Тахчиди, директор Научно-исследовательского центра офтальмологии ФГБОУ ВО РНИМУ им. Н. И. Пирогова.— Это одна из интереснейших технологий, которая решает проблему восстановления предметного зрения у людей, у которых его нет".

"Отец очень интересовался атрофией зрительного нерва,— рассказывает дочь выдающегося российского офтальмолога Святослава Федорова врач-офтальмолог, кандидат медицинских наук, член Итальянского ордена медиков, Американской ассоциации врачей-офтальмологов, директор офтальмологической клиники ФИС Ирина Федорова.— Он хотел найти методы оживления конкретной атрофии зрительного нерва и собирался туда направить свои интеллектуальные и технические возможности. Этим сейчас занимается его ученик Христо Периклович Тахчиди".

"Нам впервые удалось искусственно послать сигнал через сетчатку и зрительный нерв в мозг. Мозг его принял, расшифровал и ответил нам. Человек, который до этого не видел ничего, сейчас различает в черно-белом цвете контуры предметов, их движение, яркость и т. д. А это уже элементы общения через электронную конструкцию с мозгом, причем на языке мозга! — не без гордости констатирует Христо Тахчиди.— Значит, контакт с мозгом установлен и далее нужно совершенствовать технологию, отдельные элементы конструкции, чтобы сигнал был более четким, конкретным, и в результате с каждым последующим общением мы будем глубже расшифровывать язык мозга. Составлять словарь общения. Сегодня мы можем воспроизвести черно-белый цвет, контурность объектов, движение, яркость. А затем начнем различать другие цвета, тональности, контрастность, мелкие детали и т. д.".

Следует отметить, что фирма--производитель оборудования очень тщательно выбирает место, где можно проводить такие операции. Это наиболее высокотехнологичные клиники с самым современным оборудованием и авторитетным профессиональным составом. Российскую клинику тестировали около года.

Идет также очень тщательный отбор больных: на конечном этапе было 15 претендентов. И Христо Тахчиди выбрал человека, который показался ему наиболее позитивно настроенным и мотивированным.

Родные стены

Офтальмология является одной из самых конкурентоспособных областей российской медицины. С начала 1970-х она занимала лидирующие позиции в мире. Благодаря таланту и организаторским способностям Святослава Федорова, признанного международным профессиональным сообществом величайшим офтальмологом XIX-XX веков, в нашей стране разрабатывались новые методики, выстраивалась совершенно новая система оказания помощи. Создание в стране ряда центров микрохирургии глаза стало образцом для дальнейшего развития других отраслей здравоохранения.

Сейчас, регулярно участвуя в международных конгрессах, российские офтальмологи имеют возможность постоянно убеждаться в том, что идут в ногу с зарубежными коллегами. Бывают даже случаи, когда наши врачи изобретают что-то, а потом зарубежные медики о чужом авторстве "забывают". Например, недавно в США был представлен доклад бельгийского офтальмолога по лазерной экстракции катаракты. Присутствовавшие там наши специалисты обнаружили, что предложенные в нем параметры очень схожи с теми, которые более 20 лет назад предложила профессор Валентина Григорьевна Копаева. По словам заместителя генерального директора МНТК "Микрохирургия глаза" по научной работе, председателя Общества офтальмологов России, доктора медицинских наук, профессора Бориса Малюгина, решение проблемы лежит в законодательной плоскости и, безусловно, касается не только донорских тканей, которые используются в офтальмологии, но и отечественной трансплантологии в целом. Нормативов, регулирующих их деятельность в соответствии с мировым опытом, российские трансплантологи ждут давно.

В стране 13 тыс. офтальмологов — обеспеченность на душу населения выше, чем во многих зарубежных странах. По словам Бориса Малюгина, в филиалах МНТК, во многих краевых офтальмологических больницах помощь оказывается на очень высоком уровне. Там, где подобных клиник нет или объем услуг недостаточен, начинает развиваться частный сектор. И это нормально.

"Есть хорошие высокотехнологичные частные клиники, многие специалисты вышли из нашей системы,— отмечает профессор Малюгин.— Но большинство, естественно, стремятся делать то, что коммерчески выгодно и успешно. Там не оказывают стационарной помощи, только амбулаторную. А, например, вмешательство на сетчатке и стекловидном теле требует оборудования не только для его проведения, но и для выхаживания пациентов в стационаре.

Одним словом, пациентам не надо ехать за рубеж. Да и иностранные офтальмологи искренне считают, что в России все операции можно делать так же хорошо и гораздо дешевле. Подтверждение тому — успех уникальной и блестяще выполненной имплантации бионического глаза. По свидетельству медиков, реабилитация пациента проходит хорошо.