Субъективность в системе факторов организации мифологемы социально-гуманитарного знания

Между философской и частной экономической методологической парадигматикой складываются системные и несистемные типы взаимозависимости, которые, с одной стороны, выражают влияние мировозренческого базиса на складывающиеся экономические представления, с другой - раскрывают влияние самой экономической парадигматики на использование философских систем. Последние выступают в роли обслуживания мыслительных образований, обосновывающих тот или и взгляд на экономику. В то же время влияние философской составляющей выражается в недопущении сведения специфики отраслевого научного знания к решению вопросов только практической направленности, так как в этом случае видение экономических проблем будет значительно ограничено.

Таким образом, методологическим основанием, реализуемым в рамках философского исследования социально-экономических систем, является комплекс частных, общих и всеобщих приемов, обеспечивающих наиболее полное отражение экономической действительности. Многогранность экономической системы как общественного явления обуславливает методологический плюрализм её исследования. Междисциплинарный подход и определение его методологических оснований в современных условиях возрастания интеграции научного знания становятся значимыми для прогрессивного развития социального знания. В рамках этой интеграции осуществляется становление единой науки о природе, человеке, обществе, жизни.

Литература

1. Аристотель. Сочинения: в 4т. Т. 4/общ. ред. А.И. Доватура. М.: Мысль, 1984. 830 с.

2. Смирнов В.В. Эффективность социально-экономического развития региона (системный аспект). М.: Изд-во МГОУ, 2007. 324 с.

3. Федотова В. Г. Практическое и духовное освоение действительности. М.: Наука, 1991.132 с.

СМИРНОВ ВАЛЕРИЙ ВЛАДИСЛАВОВИЧ - кандидат экономических наук, доцент кафедры отраслевой экономики, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (walera712006@mail.ru).

SMIRNOV VALERIY VLADISLAVOVICH - candidate of economics sciences, assistant professor, Chuvash State University, Russia, Cheboksary.

СТЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ - кандидат философских наук, доцент кафедры философии и методологии науки, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (Stalex73@bk.ru).

STEPANOV ALEKSEI GEORGIEVICH - candidate of philosophical sciences, assistant professor chair of philosophy and methodology science, Chuvash State University, Russia, Cheboksary.

УДК 130.122

А.Г. СТЕПАНОВ

СУБЪЕКТИВНОСТЬ В СИСТЕМЕ ФАКТОРОВ ОРГАНИЗАЦИИ МИФОЛОГЕМЫ СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНОГО ЗНАНИЯ

Ключевые слова: субъективность, знание, миф, мифологема.

Мифологические константы обнаруживаются в любой системе культуры, поскольку основываются на бессознательной составляющей человеческой психики и имеют своей отправной точкой прообразы действительности. Складывающийся на этой основе комплекс социально-гуманитар-ного знания не может не нести мифологического характера.

A.G. STEPANOV

SUBJECTIVITY IN THE SYSTEM OF FAKTORS OF MYTHOLGIKAL ORGANIZATION OF THE SOCIAL-HUMANITARIAN KNOWLEDGE

Key words: subjectivity, knowledge, a myth, mythological.

Mythological constants are found out in any system of culture because they are based in unconscious making human mentalities and prototypes of the validity. The complex of social-humanitarian knowledge developing on this basis should have a mythological character.

Необходимость теоретического анализа проблемы определения сущностных качеств субъективности обусловлена как сложившейся ситуацией в современной гносеологии, детерминированной расширением спектра рацио-

нальных типов социальных методологий, так и особой значимостью классических категорий в системе выявления новых оснований актуальной реализации комплекса познавательных ресурсов.

Научная несостоятельность концепции соединения объективности познания с обезличиванием самого субъекта познания обоснована социальной сущностью процесса познания, активной ролью субъекта познавательных отношений в комплексе объектно-субъектных, субъектно-объектных, субъектно-субъ-ектных отношений. Познание совершается реальными людьми, конкретными индивидуальными субъектами, способными производить знание, которое существует только в субъективно-личностной форме. «Не существует ничьих ощущений, мыслей, чувств. Всякое ощущение, всякая мысль - всегда ощущение, мысль определённого человека» [4. С. 69]. Внутренний мир человека представляет собой субъективно трансформированную объективную реальность, существующую в идеальной форме в рамках определённой системы знаний.

Категория «субъективность» традиционно эксплуатируется в рамках теории отражения для характеристики образа объекта познания по отношению к содержанию самого объекта. Сущность данного подхода заключается в определении познания как следствия необходимости практического изменения действительности, которая существует объективно. Действительность представлена человеку не как «чистая» совокупность ощущений, образов и т.д., а в контексте актуальной практической необходимости, т.е. субъективно. Под воздействием структурных подразделений действительности в сознании возникают образы предметов действительности (явление действительности), которые только в определённой степени соответствуют самой действительности.

Образ, представляя собой определённую экстраполяцию модифицированной модели теоретизированной действительности, очевидно, является результатом избирательности и гипотетического прогнозирования, заданных всем контекстом гносеологической активности. Он аккумулирует в себе те свойства объекта, которые актуальны для субъекта, иные не находят в нём места, тем самым искпючаясь из картины действительности, созданной человеком, но не исчезают из действительности как таковой. Таким образом, образ предмета складывается из отдельных фрагментов этого предмета, актуальных для исследователя в рамках конкретных социокультурных, гносеологических и иных приоритетов. Субъективность, следовательно, определяется как форма организации объективной реальности познающим субъектом. Одно и то же социально-историческое событие разными людьми или одним человеком, представленное в различных контекстах, воспринимается совершенно по-разному. Такое положение дел, вместе с тем, не означает несовместимость субъективности образа с объективностью объекта. Образ предмета и предмет одновременно тождественны и отличны в определённом отношении: тождественны по форме структуры организации и различны по субстрату. «Вещество, из которого сделан предмет и субстрат, на котором держится образ, - это разные реальности, имеющие различные обозначения» [3. С. 20].

Данный факт свидетельствует о значительной степени самостоятельности образа, сохраняющего собственную самость даже при условиях существенного изменения объекта отражения. Субъективность, следовательно, может трактоваться как результат имманентного дуализма отражения, сочетание в нём субъ-ектно-объектных качеств. Человек, наделенный комплексом ресурсов абстрактного отражения действительности, создаёт на основе эмпирической составляющей особенную картину реальности, её идеальную модель. Эта модель, опосредованная стилем мышления, в котором заключается смысл познавательного процесса, конструируется в рамках определённых правил, концептов, обуславливающих как само восприятие, так и формы организации перцептивной действительности.

«Заложенные в стандартах и образцах мыслительной деятельности социальнопознавательные нормы предопределяют информационно-нормативную основу творческой деятельности, в чём и выражается оборачивание метода. Стандарты и образцы мыслительной деятельности, являясь отражением структурных особенностей социоприродной реальности, преобразуются в первичный, якобы априорный, фактор детерминации творчества» [2. С. 43]. Познавательная функция данной модели заключается в конструировании прообраза объекта познания. Мир предстаёт таким, каким он задаётся в определённой концепции, человек воспринимает действительность через призму теоретических парадигм (например, принципов формальной логики). Теоретизированный мир не тождествен миру личному, последний замкнут, индивидуален, уникален, не приемлет упрощений, эмоционально окрашен и т.д. Теоретизированная действительность, напротив, состоит из всякого рода огрублений, схем, допущений, аксиом и т.д. «После вторжения теоретических конструктов в процесс восприятия первоначальное впечатление о мире как сплошном недифференцированном потоке событий сменяется мозаикой «картин» или последовательностью событий, в которой отдельные дискретные единицы маркируются такими философскими или иными категориями, как причина и следствие или случайное и необходимое и т.д.» [3. С. 70]. Действительность, опосредованная определённым теоретическим концептом, предстает как упорядоченная система с определённой иерархичной структурой взаимодействия элементов. Концепты выступают в качестве определённых инвариантов осмысления объекта познания. Это определённый комплекс, предопределяющий механизм реализации мыслительной деятельности, неявная система регулирования мыслительного процесса. «В такой системе имеются фундаментальные постоянные, которыми предопределяются границы функционирования парадигмы мировоззренческой сущности фундаментальных научных понятий [2. С. 43].

Действительность выражается через категориальные формы не сама по себе, а вследствие активности субъекта, который организует картину действительности в систему, пригодную для теоретического освоения. Сформированный субъектом в таких условиях образ объекта является проекцией его собственного личностного мира, но сам человек этого не осознаёт. Он полагает, что оперирует действительностью и её феноменами так, как они есть на самом деле. «Кроме того, субъект не готов принять концепцию, согласно которой воспринимаемый им внешний мир субъективен. Невозможно убедить человека в том, что видимый мир -это лишь проекция его собственного внутреннего мира» [3. С. 71]. Дело в том, что субъект не только реагирует на воздействие объективной реальности, но и активно воздействует на неё в поисках адекватного комплекса источников информации, соответствующих его системе гносеологических ресурсов. При этом, однако, субъект воспринимает и познает реалии социальной действительности через комплекс своих представлений и потребностей, составляющих его жизненный мир.

Выделение объекта исследования из действительности системой социально обусловленных средств, теоретическая реконструкция его свойств погружённым в комплекс культурно-ценностных приоритетов субъектом обеспечивает его бытие как трансцендентальное. Трансцендентируя объект исследования, субъект приобретает возможность творческой, относительно независимой от эмпирической реальности интерпретации ценностного содержания реального объекта исследования. Процессом конституирования трансцендентальности детерминируется теоретическое производство знаний, воздействующее на формирование познающего субъекта как концептуально-познавательного основания познания.

Субъект воспринимает свойства и качества объекта исследования не как образную модель, существующую в его сознании, а как вещь, расположенную в пространстве объективного мира. «Согласно традиционным представлениям, это результат обратного проецирования образа, сформированного в специаль-

ных центрах, на внешний мир, на то место, где реально расположен предмет» [3. С. 55]. В теоретизированной модели действительности вообще и в социаль-но-исторической действительности в частности во внешний по отношению к субъекту мир выносятся концепты предметов, извлечённые ранее из самого содержания объективной действительности. Объект познания не задается субъектом как объект действительности, напротив, явление действительности в качестве объекта исследования субъектом вычленяется и концептуализируется. На реальный объект действительности проецируются теоретизированные образы, в содержание которых включены только существенные для субъекта характеристики реального объекта исследования, выраженные в определённых семантических формах. Семантическая составляющая является следствием преобразования информационных сообщений в структуры внутреннего мира субъекта. Семантическая форма организации теоретизированной действительности в реальном процессе познания сочетается со структурами конкретно-чувствен-ного отражения, функции которых, как известно, состоят в обеспечении непосредственной связи субъекта с объектом познания. «Это значит, что семантическая репрезентация мира в голове человека - это не только система или набор значений смысловых образований. Но одновременно особый способ видения мира, и не только способ, но и сам "объективный мир"» [3. С. 77].

Образы, полученные в процессе восприятия, проецируясь во внешний по отношению к субъекту мир, заслоняют от него действительную реальность. Субъект «видит» не явление как оно есть, а явление, как он его видит, потому что вместе с концептами сущности на предмет объективной реальности проецируются и общие знания, и эмоциональные компоненты. «Реальное и идеальное - это две формы существования одних и тех же вещей. Если мысленные (воображаемые) «вещи» составляют в своей совокупности мир субъективных реальностей, то вещи, существующие вне субъекта, вне его сознания, - мир объективных реальностей. Реализм в жизни, в практике, требует, чтобы человек четко различал, что относится к объективной действительности и что к субъективному миру самого человека» [3. С. 91]. Двойственность системы познания заключается в том, что, с одной стороны, оно базируется на определённой чувственной данности явления действительности, с другой стороны, эта данность опосредована личностными структурами субъекта. Производство знаний в таком случае предопределяется качествами субъекта, воплощёнными в системах его внутреннего мира, выступающего в качестве специфического института, определяющего «подбор исследуемого сущего и должного, сущности и существования» [2. С. 39]. Субъект в таком случае создает мир познаваемого исходя из содержания своего внутреннего мира. Иными словами, организацию знаний можно представить как результат непрерывного взаимодействия и как следствие взаимовлияния личностных характеристик субъекта социального познания с объектом его исследования, т.е. с социальной средой.

Субъективность выступает в качестве специфического средства преодоления противоречия между уже имеющимся знанием и знанием, вновь обретённым, и является следствием природы субъекта как исторического типа. Субъективный образ является результатом сложного процесса взаимодействия и взаимовлияния индивидуальных, социальных, гносеологических качеств, в процессе которого происходят становление и изменение не только образа объекта исследования, но и онтологического статуса самого объекта. Акт отражения объекта субъектом не просто зеркальное воспроизведение объекта, а его преобразование в рамках сложившейся гносеологической парадигмы. В результате этого преобразования новое выступает не столько как абсолютно ранее неизвестное, а как новая система организации взаимодействия предзнания и вновь поступающей информации. Именно этим объясняется расхождение в видении ситуации исследователями и субъективность теоретизированной картины дей-

ствительности, сущность которой заключается в особенностях восприятия и переживания явлений и событий социально-исторической действительности.

Построение образа фрагмента социально-исторической действительности означает её субъективную трансформацию в соответствии с установками мотивацией и конечными целями субъекта, который вычленяет только значимую для себя информацию, преобразуя её в соответствии с сложившейся гносеологической парадигмой, в рамках определённых гносеологических и проблемных ситуаций. Субъективность представляет собой определённое, персонифицированное основание познавательной деятельности, выраженное как форма «видения» действительности, организованная вследствие необходимости соотнесения системы качественной определённости комплекса информационной организации субъекта с информационной системой объекта исследования. Субъективность есть следствие содержания ценностной, целеполагающей, организационной, интеллектуальной основы субъекта, обуславливающей комплекс взаимодействия познавательного ресурса и условий его реализации. Субъективный фактор - это интеллектуальная призма восприятия субъектом объекта исследования. Значение этого фактора становится решающим, прежде всего, в моменты полифур-кационого выбора, когда объективно складываются реальные, антиномичные, по своему характеру, возможности поступательного развития знания.

Субъективность - это уникальная способность субъекта изменять объективное положение вещей в соответствии со своими потребностями. Это система со-циально-личностных детерминант познающего субъекта, проецированная им на предметную сферу объекта, что позволяет включить её в комплекс познавательных отношений. Развитие субъективности влечёт за собой систему мероприятий, инициирующих процесс трансформации действительности человеком в контексте его отношения к ценностям природной и социальной действительности, которые признаются в качестве необходимых для достижения согласованного непротиво-речия в рамках установленной системы знаний. На этой платформе и начинает конструироваться не реальная картина действительности, а её мифологемная модель. Мифологема - это комплекс стереотипических представлений и установок, которые не осознаются, не учитываются и не воспринимаются субъектом в качестве таковых в силу их имманентности природе человека.

Миф совмещает в себе черты объективной и субъективной действительности, объекта и его данности, потребности и способа её удовлетворения, цели и возможности её достижения, составляющие неразрывное единство, совмещённое в сознании человека. «Миф не есть выдумка, или фикция, не есть фантастический вымысел, но логически, т.е. прежде всего диалектически, необходимая категория сознания и бытия вообще» [1. С. 72]. Миф - это результат освоения только таких ценностей, которые становятся актуальными для удовлетворения человеческих потребностей. Миф возникает как избирательное получение, дифференциация и хранение только актуальных для человека аспектов информационного обеспечения знания. Далеко не все предметы, явления и процессы в окружающем мире вызывают у человека мифологическую апперцепцию. Только актуальные для человека переживания могут стать платформой мифоорганизации. Огромный пласт поступающей информации проходит мимо сознания человека, не вызывает в нём никаких реакций, выходящих за рамки обыденного безразличия.

Мифологические константы обнаруживаются в любой культуре, в любой форме мировоззрения, поскольку основываются на бессознательной составляющей человеческой психики и имеют своей отправной точкой прообразы действительности. Складывающийся на этой основе образ мира не может не нести мифологического характера. «Миф - необходимейшая, прямо нужно сказать, трансцендентально-необходимая категория мысли и жизни; в нём нет

ровно ничего случайного, ненужного, произвольного, выдуманного или фантастического. Это подлинная и максимально конкретная реальность. ...жизненно ощущаемая и творимая, вещественная реальность и телесная, до живучести телесная действительность» [1. С. 24]. Субъективистская составляющая знания совершенно неизбежна в силу того, что само мировоззрение личностно, а сама личность содержит внутри себя доличностную парадигму архетипа и исторически развивающуюся систему обобщенных знаний об окружающем её мире. Миф заключает в себе чувство единства, связывающее человека с миром познаваемого, где реальное взаимодействие структурных подразделений действительности заменяется объективацией потребностных состояний человека, а действительное содержание свойств и качеств явлений, отраженных субъектом познания, обуславливается личностными образами.

Литература

1 .Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура. М.: Политиздат, 1991. 525 с.

2. Кульков Ю.П. Мировоззрение в познании природы: науч. издание. Йошкар-Ола: Мар ГТУ, 2005.

3. Малое Д.А., Феизов Э.З. Объективация субъективного как философская проблема. Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2004.138 с.

4. Рубинштейн П. С. Бытие и сознание. Мир человека. СПб.: Питер, 2003. 512 с.

5. Степанов А.Г. Категория «объект познания» в контексте социально-философского анализа // Вестник Чувашского университета. 2010. № 2. С. 117-123.

6. Степанов А.Г. Анализ перцептивной системы аналитического уровня познания // Вестник Чувашского университета. 2010. № 4. С. 141-146.

7. Степанов А.Г. Факторы социальной детерминации системы социально-исторического познания // Вестник Чувашского университета. 2011. № 1. С. 154-160.

СТЕПАНОВ АЛЕКСЕИ ГЕОРГИЕВИЧ. См. с. 172.

УДК 101.1:316

А.Н. СТЕПАНОВ СОЦИАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ИДЕИ Н.К. МИХАЙЛОВСКОГО

Ключевые слова: эстетика социальных отношений, эстетика общественного бытия, эстетика жизни человека и общества.

Предложены результаты исследования эстетических проблем социальной философии на историческом материале творческого наследия русского народника Н.К. Михайловского. На основе эстетических категорий изучается содержание общественного бытия России последней трети XIX в. Анализируются эстетические проявления в содержании социальных, экономических, производственных, правовых, культурологичеких идей и в отношениях общественной и государственной системы. Эстетический способ постижения содержания социального бытия представлен двуединым процессом - сенсорным и рациональным.

A.N. STEPANOV SOCIAL-AESTHETIC IDEAS OF N.K MICHAJLOVSKY

Key words: an esthetics of social relations, a social being esthetics, a human life and society esthetics.

Results of research of esthetic problems of social philosophy on a historical material of a creative heritage of Russian populist of N.K. Mihajlovsky are offered. Aesthetic categories the maintenance of social being of Russia of last third ofXIX-th century is studied. Esthetic displays in the maintenance social, economic, industrial, legal, culturesties ideas and in relations of public and state system are analyzed. The esthetic way of comprehension of the maintenance of social life is presented by two-uniform process - touch and rational.

Николай Константинович Михайловский (1842-1904) - талантливый литературный критик, философ, либеральный народник, субъективный метафизик, противник диалектики и марксизма. Михайловский оставил богатое творческое наследие - десятитомник полного собрания сочинений, в который вошли такие его работы, как «Что такое прогресс» (1869), «Аналитический метод в общественной науке» (1869), «Теория Дарвина и общественная наука» (1870-1873), «Вольница и подвижники», «Герои и толпа» (1884), «Эксперименталь-