Обратное плавание аргонавтов в орфической Аргонавтике: от Фасиса до Танаиса

В. Т. Мусбахова

ОБРАТНОЕ ПЛАВАНИЕ АРГОНАВТОВ В ОРФИЧЕСКОЙ АРГОНАВТИКЕ: ОТ ФАСИСА ДО ТАНАИСА

Фрагмент Орфической Аргонавтики (ОА 1036-1058) расматри-вается в статье в диахроническом контексте обратных плаваний аргонавтов из царства Ээта. Автор приходит к выводу, что плавание аргонавтов по Фасису восходит к архаическому источнику (возможно Орфической Аргонавтике 6 в. до н. э.), где рекой выхода в Океан служил Фасис, в то время как в предыдущей части пути поэт следовал Аргонавтике Аполлония, а в последующей (от Боспора к Танаису и далее к Океану) - традиции, восходящей к Тимею. Благодаря этому в Фасисе ОА соединены черты реки из поэмы Аполлония с особенностями архаического Фасиса. Последние реконструируется следующим образом: 1) по берегам Фасиса обитают керкеты и синды; 2) Фасис связан с Боспором и одновременно, посредством притока, с Меотидой; 3) на Фасисе находится Кавказ и Эрифия; 4) последняя возникает как крайний пункт похода Геракла на восток в рамках мифа о коровах Гериона, что служит подтверждением восприятия Фасиса в архаическую эпоху как выхода к Океану на востоке, симметричного проливу у Геракловых Столбов на западе, и границы материков. Эти особенности представления Фасиса в ОА позволяют постулировать в качестве архаического Фасиса р. Кубань, о чем независимо свидетельствуют и другие факты.

Ключевые слова: Орфическая Аргонавтика, Аргонавтика Аполлония, путешествие аргонавтов, Фасис, Танаис.

Предметом исследования в данной статье будет фрагмент Орфической Аргонавтики (далее ОА), посвященный описанию обратного плавания аргонавтов из царства Ээта, точнее той его части, по которой протекает река Фасис и ее приток до Боспора Киммерийского (ОА 1036-1058). Дальнейший путь команды Ясона в ОА лежит через Боспор, Меотиду, Танаис, а затем по Океану вдоль северо-западной оконечности материка Европы к Геракловым столбам, через которые Арго возвращается в Средиземноморье. Чтобы оценить своеобразие этого маршрута и особенно необычность сочетания в нем Фасиса и Танаиса, необходимо предпринять краткий обзор других известных нам вариантов возвращения аргонавтов из царства Ээта1.

1 Нижеследующий обзор представляет собой основные положения

Насколько позволяют судить наши источники, разные версии мифа об аргонавтах различаются главным образом маршрутом обратного плавания аргонавтов из царства Ээта. Это обстоятельство теснейшим образом связано как с локализацией самой Эи, так и с особой связью мифа об аргонавтах с меняющимися географическими представлениями греков. Исходно предание помещало Эю на берегу Океана у восхода солнца (Hom. Od. 12. 3-5, Mimn. 11, lia)2. Уже в древнейшем нарративе об аргонавтах, о существовании которого свидетельствует наше самое раннее свидетельство (Od. 12. 70)3, видимо уделялось какое-то внимание обратному плаванию. На это по крайней мере указывает упоминание в Одиссее прохождения через Планкты всем известной Арго, плывущей от Ээта, т.е. на обратном пути (Арую naoï^é^ouoa, пар'Лщтао n^éouoa). Был ли это набор приключений с самой условной привязкой к географии, как в Одиссее, или там уже был выработан некий маршрут, - мы не знаем, но упоминание Планкт на обратном пути позволяет допустить возможность версии «кругосветного» плавания по реке Океану с возвращением в Средиземноморье с другой стороны, с запада.

Прообраз географической карты, представляющей сушу в виде круга, омываемого вокруг рекой Океаном, содержится уже в Илиаде (18. 607 sq.). Понимание того, что Средиземное море находится внутри этой суши, довольно раннее обнаружение выхода к Океану на западе в виде пролива у Геракловых столпов4

концепции автора, сжато изложенной в ряде работ, на которые далее даются ссылки. Отличие данной концепции от других известных нам трактовок (Vian 1982; 1986; Moreau 2000) в том, что в ней проблема локализации царства Ээта и возвращения оттуда аргонавтов в мифе, взятом на всем доступном диахроническом материале, увязывается с проблемой поиска границы материков Европы и Азии на востоке.

2 В исходном предании Эя и остров Ээя соседствовали, на что указывает и производность второго названия от первого (Alain как эпитет, производный от Ain означает 'принадлежащая Эе'; это подтверждается и использованием этого слова в качестве эпитета Кирки и Медеи), а также кровное родство Ээта и Кирки, детей Гелиоса. Поэтому указание Одиссеи на нахождение острова Кирки у восхода Гелиоса вблизи Океана, где жилище Эос, является свидетельством расположения в этих краях и царства Ээта, что полностью согласуется с картиной Мимнерма.

3 О свидетельстве Эвмела см. далее.

4 Геродот рассказывает о самосце Колее, корабль которого отнесло от острова Платея, где вскоре была основана Кирена, за Геракловы

и, видимо, сходное восприятие в доколонизационную эпоху проливов, ведущих в Черное море, - все это привело географическую мысль к необходимости разделения круга суши на два полукружия-материка (Мусбахова 2014: 75 сл.). Принято считать, что это представление было отражено на карте Анакси-мандра, т. е. не позднее первой половины 6 в. до н. э., но вполне можно допустить, что оно сформировалось уже в 7 в., в эпоху бурного освоения западного Средиземноморья и доколониза-ционных плаваний в Черное море. С учетом сказанного, в современном Одиссее мифе об аргонавтах обратное плавание вполне могло мыслиться из некой восточной точки на Океане, где размещали царство Ээта, по южной дуге Океана5 к некой западной точке на Океане, которая служила западным входом во внутреннее море, т. е. к Геракловым столпам. Может быть, не случайно в Аргонавтике Аполлония Планкты появляются при блужданиях аргонавтов в западном Средиземноморье.

Однако очень скоро, уже в 6 в., Эя обретает реальную локализацию на реке Фасис, что, судя по всему, было связано с уточнением географических знаний: греки осознали, что Океан на востоке, служивший важнейшим признаком царства Ээта, не доступен непосредственно - а это стало фактом с постепенным освоением Эвксинского Понта, т. е. со второй половины 7 в. до н. э. - была избрана река, подходящая на роль канала, соединяющего внутреннее море с Океаном. При этом определяющую роль в выборе этой реки сыграла симметрия существующей географической схемы-карты с разделением земного круга на два полукружия-материка. Фасис был избран как заметная река на восточном побережье Понта с общей широтной ориентацией течения, позволяющей воспринимать его как пролив к Океану

столпы (Hdt. 4. 152); так самосцы впервые попали в Тартесс и получили колоссальные барыши со своего товара, открыв заодно побережье Океана и для остальных греков. Произошло это, если исходить из привязки истории Колея к колонизации Феры в Ливии, около 640 г. до н. э. Позднее здесь почти в течение столетия активно действовали фокейцы. Однако остров Эрифия, куда за быками Гериона отправился Геракл, помещааемый Геродотом на Океане против Геракловых столпов (Hdt. 4. 8), упоминается как остров на Океане уже в Теогонии Гесиода (Th. 290-92), т. е. на рубеже 8 и 7 вв. до н. э.

5 О том, что древнейшее плавание должно было протекать по южной дуге Океана свидетельствуют архаические версии аргонавтики, по которым аргонавты возвращались в Средиземноморье по Нилу или ливийской пустыне (Hec., [Hes], Pind.), см. ниже.

на востоке, симметричный проливу у Столпов Геракла - уже известному выходу в Океан на западе. Не удивительно, что в силу этого качества Фасис был осмыслен как граница материков. С этого времени миф об аргонавтах оказывается тесно связанным с географией.

В известных нам версиях 6 в. до н. э. аргонавты уплывают из царства Ээта по Фасису в Океан, по которому огибают материк Азии с востока на юг и возвращаются в Средиземное море либо по Нилу (у Гекатея: РвгЫ181 1 Б 18), либо по ливийской пустыне (Ые8. Бг. 241 М-""). Существует целый ряд обстоятельств, не позволяющих думать, что в эту раннюю эпоху Фасис отождествлялся с колхидской рекой Риони. Впервые Фасис упоминается в каталоге рек Теогонии Гесиода вне всякой связи с Колхидой, которая не упоминается даже в пассаже о Ясоне и Медее (ТН. 992-99), обычно относимом к более позднему пласту поэмы6. Есть свидетельства, показывающие, что Фасис ассоциировался с Истром по многоводности и как место обитания амазонок. Их внимательное изучение позволяет связать Фасис с т. н. скифскими амазонками Прикубанья и т. о. отождествить саму реку с Кубанью (Мусбахова 2013 а: 159 сл.). К сходному выводу приводит исследование архаических представлений о границе материков на востоке (РвгЫ181 1 Б 195 а; Мусбахова 2013 а: 14557; 2014). Для объяснения всего комплекса противоречивых свидетельств о Фасисе как реке легенды об аргонавтах и как о границе материков нами была выдвинута гипотеза о ранней

6 Упоминание Колхиды в эпическом фрагменте, приписываемом Эвмелу (fr. 2 Kinkel), не может служить доказательством локализации Эи в Колхиде уже в 8 в., поскольку его принадлежность знаменитому коринфскому поэту вызывает большие сомнения. Эвмелу надежно атрибутируются лишь два стиха лирического просодия, сочиненного для хора мессенцев, посланного на Делос. Это понимал уже Павсаний и другие в древности (Paus. 4. 4. 1: sivai те юс; а^бю? Ейц^ои уорл^Ешг p,ova та впц таита), а в наше время аргументированно показал Баура (C.M. Bowra. Two Lines of Eumelus // CQ 1963. Vol. 13. No. 2. P. 145153). Очевидным свидетельством вторичности коринфского мифа является случайность, необоснованность связи Ээта с Колхидой: Ээт, получивший в удел Эфиру, т. е. Коринф, добровольно отдал власть Буну, с тем чтобы он вернул ее его потомкам, а сам отправился в Колхиду. Таким образом, исконная связь в мифе Ээта с Эей, закрепленная даже в его имени, здесь нарушена в угоду местным коринфским интересам. Неудивительно, что схолиаст, чтобы дать какое-то объяснение этому нелогичному поступку, пишет о неудовлетворенности Ээта властью, тем самым делая эту версию еще менее правдоподобной.

локализации царства Ээта в Прикубанье (Мусбахова 2013 б)7. Название Фасис стало греческой адаптацией местного гидронима, к которому восходит современное адыгейское название Кубани Р8у2 с широко распространенным в регионе корнем 'вода' (Мусбахова 2014).

Однако накопление сведений о более восточных территориях - уточнение природы Каспийского моря, бескрайние просторы материка на восток от него - способствовали отказу от идеи Фасиса, текущего на восток к Океану, и выбору новой реки на роль границы материков. Ею стал Танаис и пролив между Меотидой и Понтом, воспринимавшийся как его продолжение. Греки считали, что Танаис течет с севера, подобно тому, как Нил с юга, и видимо именно аналогия с Нилом позволила Танаису утвердиться в роли новой границы Европы и Азии (Мусбахова 2014: 78 сл.). В литературе, однако, новое представление закрепилось не сразу: в известных нам версиях арго-навтики 5 в. (Ршё. Р. 4, Апйш. Бг. 64-65 Wyss) рекой обратного плавания остается Фасис8.

Тем не менее тенденция отказа от Фасиса как реки обратного плавания проявляется достаточно рано. Так, у Софокла аргонавты уплывали из страны Ээта тем же путем, каким приплыли, т.е. через черноморские проливы (Бг. 547 И)9. Однако заложенная в мифе об аргонавтах идея плавания по Океану требовала освоения нового пути как альтернативы плавания к Океану по Фасису. Возможно, первые версии плавания по Танаису появились уже в 5 в., если верить свидетельству Диодора, в котором он говорит о многих авторах, писавших об этом и, упоминая Тимея (конец 4 в. до н. э.), относит его к более

7 Там же подвергаются критическому разбору основные аргументы исследователей, отстаивающих основание в конце 6 в. до н. э. милетской колонии Фасис и предлагается реконструкция постепенного перемещения царства Ээта в Закавказье, связанного, с одной стороны, с утратой Фасисом-Кубанью былого значения канала к Океану, а с другой - наличием (или появлением) дублета Фасиса в Закавказье.

8 В неаргонавтической литературе этого времени наблюдается смешение Фасиса и Танаиса в качестве границы материков: в трилогии о Прометее границей Европы и Азии названы как Боспор и Танаис, так и Фасис; Геродот также свидетельствует об этом смешении (4. 45), хотя сам он знает Фасис только как реку в Закавказье (Мусбахова 2013: 145-50).

9 Таким же, судя по всему, был обратный путь Арго и по представлениям Еврипида (Med. 431-34).

поздним приверженцам этого пути10. Иными словами более ранние сторонники этой теории вполне могли появиться уже в 5 в., мы полагаем, однако, что это могло произойти не ранее того времени, когда вместо старой границы стало утверждаться представление о новой границе по Танаису, т. е. не ранее появления географического труда Гекатея Милетского.

В качестве экзотического отступления от новой модели можно воспринимать плавание аргонавтов по Истру у Аполлония, источником для которого послужило произведение эллинистического географа Тимагета, единственного, как подчеркивает схолиаст, кто придерживался такого маршрута (Schol. A. R. 4. 284: oùôek; ôè iaxopeî ôià xow©v xoùç Apyovawaç eianen^eu-Kévai si; x^v ^p,exépav ôà^aooav e^ Tip,ay^xou, ^Ko^ouöncev Ano^rnvioç). За ним стояло представление о том, что Истр, текущий с севера, между Скифией и Фракией делится на два рукава, впадающие один в Черное, а другой в Адриатическое море. Виан полагает, что Аполлоний еще не мог решиться на такую радикальную версию, как плавание по Танаису (Vian 1986: 14). Если верить свидетельству Диодора - едва ли с этим можно согласиться. Возможно, версия Тимагета прельстила Аполлония своей новизной и оригинальностью, которой плавание по Танаису уже не отличалось.

Итак, важно понять, что Фасис утратил позиции реки обратного плавания, когда перестал считаться границей материков, а Танаис в качестве новой границы постепенно их завоевал, несмотря на всю радикальность северной версии. Несомненно, этому должны были поспособствовать известия о плавании Пи-фея из Массалии вдоль западного и северного побережий Европы. Любопытно отметить, что, по представлениям Пифея, он достиг Танаиса, т. е. восточного рубежа Европы; это очевидно из пересказа Страбона, в котором сказано, что Пифей прошел все океанское побережье Европы от Гадиры до Танаиса (Str. 2. 4.

10 D. S. 4. 56. 3: ÜVK ôÀiyoi jàp rmv te àpxaïmv avjjpafémv наг rmv pErayEVEGrépmv, mv èaxi каг Tipaioç, фаа! xoùç Apyovauxaç рЕта xqv xoû Sépouç àpnay^v nuOopévouç ùn' Avqxou лрокатвЛ^фбаг vauai то аторя xoû fiôvTou, npâ^iv émTs^éaaaOai napâSo^ov Kai pvqpnç à^iav. àvan^suaavTaç yàp aÛToùç Sia той TavaiSoç лотарои éni та? nnyâç, Kai ката TÔnov Tivà T^v vaûv Svs^KuaavTaç, Ka0' ÉTépou nâ^iv noTapoû T^v pUaiv exovtoç siç т6v àKsavov кaтaл^EÛаav npoç ^v 0â^aтшv, àno 5è rav apKirav éni т-rçv SUaiv KopiaO^vai n^v yqv £xovтaç é^ EÙravuprav, Kai n^aiov yivopévouç raSsiprav eîç т-rçv Ka0' ^paç 0â^aттav sian^EÛaav.

1), иначе говоря от одной границы до другой. После Тимея, знавшего о путешествии Пифея, северная версия засвидетельствована у Скилака и в интересующей нас ОА. Судя по некоторым признакам, такими же были и представления В. Флакка (Vian 1986: 15), поэма которого осталась недописанной.

На основании вышесказанного мы полагаем, что по крайней мере со второй половины 4 в. до н. э. в мифе об аргонавтах предпочтение было отдано маршруту возвращения по Танаису и северо-западной дуге Океана и что связано это было главным образом с функцией Танаиса как реки, разграничивающей Европу и Азию, и следовательно канала, соединяющего внутреннее море с внешним Океаном.

Именно по этому маршруту возвращаются аргонавты в Средиземноморье и в Орфической Аргонавтике, хотя Танаис там и не назван по имени. Этот текст важен прежде всего тем, что он является единственной сохранившейся литературной версией этого типа обратного плавания. Но гораздо более удивительной чертой ОА является то, что часть плавания аргонавтов на пути от Ээта проходит по реке Фасис, которая в конечном счете оказывается связанной с Меотидой и Боспором (Киммерийским). Особенности представления этой реки в ОА и их возможные источники и будут основным предметом исследования в следующей части статьи.

Приведем весь фрагмент поэмы, связанный с Фасисом, OA

nXeîov sneiyôpevoi потароВ rapov, спешно вышли на середину реки,

И вот, когда они взошли на корабль,

с двух сторон обрезали береговые канаты и быстрой греблей

ек 8' ËKaTepSev 6x0nç лешрат' eKo^av,

ол' eipeoiniç 8è Soflioiv

ой Ti кат' eùSù novTov ел' ix0uosvTa

8ià отора Фаот8о5 eùpù iépeS', à^nlaKÎni 8'

ефорейреба noXXôv ол(оош aièv âvanXeiovTeç^

еЯе(яето 8' йотеа KoXxfflv àçpaSécw Mivoaiç,

окотер-q 8é те apipexev ôpipvq. АВтар sneiyôpevoi

Séopev poov (/(ppaiMiiini

у безрассудных минийцев,

и темная мгла опустилась.

к рыбному Понту

через широкое устье Фасиса

мы устремились, но по ошибке поплыли далеко назад

вверх по течению:

и остались позади города колхов

Спешно мы плыли

из-за своего безрассудства по реке

вовсе не прямо

реооатю1 ле8юю.

Врото1 8é piv âpфlV8pоvтаl yupvoi Bouovopai

те Kai 'ApKueç ауро1Йта1 KepKeriKâv т' âv8pffiv

Zivôâv т' âyepMXfflv f oip-qoavTO f pec^yù

Xapav8a(fflv т' aùXfflvfflv

<..........................................>

KavKÛGiov парк npmva

ôia GTEivtfç 'EpvOEÎaç.

АЯЯ' от' ал' àvTOWnç

sipâvq тepYÍpPpотоç 'HMÇ, noiavSeî vqoffli npooeKeXoapev

evSa 8è 8шоа XeBpaciv алЯ^тоют

nepioxiÇouoi péeSpa Фйоц т' e'ôpupevqç

акаЯарре(тп? те Sapayyqç, т6v pa <те> лЯnppBpоuоa

8ià x0оvôç eiç аЯа népnei Ма1Йтц Kavaxn8ov

8Яeюv6pоu 8ià ло(п<;. Kai тот' On' eipeoini

лЯ8оpev 8ià vorara Kai -qpap. Дшоац 8' ev тр^орош!

Воо5 л6pоv s^iKopeoSa,

Xipvnç âv то pec^yù <..........

........>, РоокЯ6ло5 ой поте Tvràv

таВрш1 sфeÇ6pevоç

PpiapMi п6pоv еохюе Wpvqç.

посреди равнины.

Из смертных на ней обитают нагие буономы

и земледельцы аркии, племя мужей керкетов

и отважных синдов ... и среди

харандейских долин

<..............................................>

мимо Кавказского утеса

через узкую Эрифию. Но когда с востока

появилась любезная смертным Эос, мы пристали к цветущему острову:

там два течения обширными потоками

разделяются: Фасис могучий

и спокойнотекущий Саранг; его, наполняя водами,

по земле посылает в море с шумом Меотида

через заболоченную равнину. И оттуда на веслах

мы плыли денно и нощно. За две трети

мы прибыли к коровьей переправе между озером <.......

......>, где некогда Титан, укравший коров,

верхом на сильном быке

пересек проход к озеру.

Итак, добыв золотое руно, аргонавты спешно отправились не прямо к Понту, как можно было бы ожидать для Аргонавтики этого времени, а вверх по течению Фасиса (aièv àvan^e(ovxeç) вглубь материка. Автор специально оговаривает это парадоксальное движение, трижды объясняя его ошибкой (1038-44: .. афраЗес™... афра8(пш1,), что, конечно, бросается в глаза и вызывает недоумение. Соображение Виана, подсказанное ему П. Шювэном (Vian 1987: 32 n. 3), о том что надо понимать как прегрешение (расправа над Апсиртом), а блуждание по Фасису в соответствии с этим - как наказание за

него со стороны богов, кажется слишком большой натяжкой. Слово конечно, может иметь такое значение, но оно

всегда выявляется в контексте, который в данном случае отсутствуетп. Еще более удивительно, что Фасис в ОА течет явно на север, точнее с севера, где в районе Кавказа от него ответвляется река Саранг, впадающая в Азовское море. Желая объяснить эту аномалию, можно допустить, что автор ОА создал свою конструкцию по аналогии с Истром в поэме Аполлония, который разделяется на два рукава, впадающие один в Черное, а другой в Адриатическое море (A.R. 4. 285-92)12, и что такое движение было необходимо для того, чтобы связать Фасис с Меотидой в обход Черного моря, подобно тому как аргонавты Аполлония попали в Адриатику, минуя Эгеиду. Однако в ОА, несмотря на возможность добраться до Меотиды по рекам, аргонавты входят в нее через Боспор. Таким образом, эта схема не работает, а это значит, что она, даже если и присутствовала в сознании автора, не исчерпывала его представления о Фасисе. Гораздо более естественным объяснением этого казуса представляется попытка автора сохранить в своей поэме хотя бы частично архаическую традицию путешествия по Фасису к восточному океану (Vian 1987: 29), о котором говорилось в его источнике. Ссылка на ошибку и неразумность аргонавтов позволяла представить плавание по Фасису неким отклонением от основного маршрута. Что же касается странностей описания самого Фасиса, текущего в Закавказье с Северного Кавказа, то они, возможно, скрывают сведения о Фасисе другой эпохи, отождествлявшемся с другой рекой.

Если исходить из нашего предположения о том, что плавание по Фасису сохранялось в легенде об аргонавтах до тех пор, пока Фасис не утратил роль реки, разграничивающей материки, то источником ОА в интересующей нас части, должна была быть какая-то поэма, написанная не позднее первой половины 5 в. до н. э. На это указывают и другие соображения. Именно начиная с Фасиса автор ОА перестает следовать Аргонавтике

11 Создать его при желании автору не составляло труда. Традиционно считалось, что в результате прегрешения, состоявшего в убийстве Апсирта, аргонавты навлекли на себя скверну, от которой им предстояло очиститься у Кирки.

1 Виан делает это сопоставление, воздерживаясь, впрочем, от вывода о том, что автор ОА создает свою конструкцию по аналогии с местом у Аполлония (Vian 1987: 188 ad v. 1054).

Аполлония, которая до этого была его основным источником13. Более того именно с этого момента меняется язык поэмы, в котором заметно усиливается звучание архаической лексики. По оценке Бакон, в этой части поэмы примерно в два раза увеличивается присутствие лексики, которую исследовательница определяет как орфическую, и примерно так же возрастает влияние гомеровского языка, что позволило ей постулировать в качестве источника для ОА 1038-1143 более раннюю орфическую поэму об аргонавтах, возводимую ею к началу 5 в. до н. э. (Bacon 1931: 177 ff.)14.

При мысли об орфической поэме - предшественнике ОА на ум приходит не столько начало 5 в., сколько вторая половина 6 в., Афины времен Писистрата и его сыновей, при дворе которых было создано большое количество орфических произведений15. Такой поэмой могла быть Аргонавтика Орфея Кротонского, эпического поэта, жившего при дворе Писистрата, свидетельство о котором сохранилось в словаре Суды (Suda 657: Орфей«, Kporavrnrn«, énonoió< ov Пеютатрштаг auveívai тюг xupávvi AcK^nniáSn« év тюг < РфАлюг xv rpa^^axiKv. Декаете-

píSa, ApyovauxiKá^ ка! аЯЯа Tivá). С учетом сказанного выше о взаимосвязи представлений о реке обратного плавания и о реке - границе материков, становится ясно, что в постулируемой орфической Аргонавтике 6 в. обратное плавание аргонавтов из царства Ээта должно было проходить по разграничивающей материки реке Фасис, так же как и в других архаических версиях - у псевдо-Гесиода, Гекатея и, наконец, Пиндара16.

13 По мнению Виана, источником ОА 1036-1249 является традиция, восходящая к Тимею (Vian 1987: 28). Это верно только в отношении плавания по Танаису, т.е. как минимум начиная с Боспора как входа в Меотиду (ОА 1056 и далее), но не объясняет предваряющее его плавание по Фасису.

14 Критерием отнесения к орфической лексике для Бакон является встречаемость слова не только в орфических текстах (прежде всего гимнах), поскольку все они позднего происхождения, но и у поэтов начала 5 в. до н. э., в частности Пиндара и Эсхила.

15 В частности, Ономакрит, которого считали автором поэм, известных под именем Орфея, жил в правление Писистратидов (Clem. Strom. 1. 21. 131: Nai p^v 'Оуоцйкргтос; ö Aö^vaTo^, ov та ец ОрфЕа фЕроцЕУа лощцата ХЕуЕтаг Eivai, ката T^v räv Шюютратгбету apx^v nEpi T^v nEVTHKOGT^v 6Хицлш5а ЕйрюкЕтаг).

16 Бакон полагает возможным постулировать для этой ранней Арго-навтики обратный путь по Танаису. По причинам, изложенным выше, с этим невозможно согласиться. Мы видели на примере Софокла,

Если в орфическом источнике ОА рекой обратного плавания был Фасис, тогда вполне можно допустить, что, желая сохранить этот важный элемент старой поэмы, автор скомбинировал его с более естественными для своего времени представлениями, к тому же господствовавшими в аргонавтической литературе уже на протяжении многих веков, - о плавании по Танаису и северо-западной дуге Океана. Так в новой поэме возникло необъяснимое с точки зрения общей логики маршрута аргонавтов путешествие по Фасису. Более детальное его рассмотрение выявляет целый ряд необычных деталей, которые в рамках предлагаемой гипотезы проливают свет на особенности Фасиса в поэме-источнике.

1. Фасис протекает по равнине. Его берега населяют после колхов буономы, аркии, керкеты и синды. Только последние два народа известны другим источникам, но локализуются они с полной надежностью в северо-западном Предкавказье в нижнем течении Кубани. Неизвестные ни одному другому источнику буономы и аркии скорее всего вымышлены автором17. При этом можно отметить следующее: если бы поэт желал провести свой Фасис из Колхиды в Прикубанье сознательно, путем создания умозрительной конструкции, в его распоряжении была устойчивая этногеография побережья в этом районе - зиги, гениохи, ахеи, тореты, керкеты, синды (в Репе§. 681-90 они перечислены в обратном порядке, от Синдики; в несколько меняющейся последовательности эти племена известны практически всем источникам по этой территории), и он запросто мог, не изобретая новые племена, поселить их на этом Фасисе; то, что он не использовал сами собой напрашивающиеся сведения, говорит ско-

отказавшегося от Фасиса, но еще не принявшего Танаис, что для адаптации северного пути в мифе об аргонавтах, видимо, понадобилось время и что география здесь, скорее всего, значительно опережала следовавшую за ней легенду. Поэтому к сообщению Диодора Сицилийского, на которое опирается Бакон, нужно отнестись с осторожностью.

17 Бакон, пытаясь подыскать аналогии этим и другим этнонимам в источниках по данному региону, склоняется к мысли, что они плод фантазии автора (Bacon 1931: 179 f.). Виан с большей серьезностью относится к отождествлению: буономы - мосхи; аркии - агры (за которыми, по его мнению, угадываются скифы-пахари Vian 1987: 35). На наш взгляд справедливость таких сближений ставится под сомнение самим фактом наличия в тексте правильных этнонимов. Возникает впечатление, что поэт там, где ему не хватало материала, просто придумывал новые названия.

рее о неосознанной контаминации сведений о разных реках. Присутствие керкетов и синдов, на наш взгляд, является сильным маркером локализации древнего Фасиса на сев. Кавказе.

В поэме, однако, содержится и другая информация о его географическом положении. Еще на подходе к Фасису, где-то в районе мариандинов, т. е. в восточной части малоазийского побережья Понта, поэт располагает р. Аракс и сообщает, что от него берут начало Термодонт, Фасис и Танаис (ОА 749 sq.). Правомерно ли трактовать это сообщение в одном контексте с дальнейшим описанием Фасиса и допускать, что в голове автора была такая фантастическая речная система, объединяющая реки Малой Азии и сев. Кавказа в одно целое, как это показано на карте в издании Виана (см. рис.)? Думается, нет. Гораздо естественнее допустить, что к объединению этих рек привела многозначность Аракса, под которым понимали не только закавказскую, но и среднеазиатскую реки с этим именем, и даже, возможно Волгу18. Поэтому связь Фасиса с Араксом в ОА, скорее всего, имела один источник (Л.И. 4. 132-34, где они соединяются посредством реки Лик), а связь Танаиса с Араксом -какой-то другой19. Это показывает, что и представления поэта о Фасисе, могли иметь разные источники, и поэтому схема Виана в части Фасиса, конечно, не может считаться правомерной.

\

MKores

18 Однозначности нет даже в сведениях об Араксе у Геродота (Доватур, Каллистов, Шишова 1982: 183-85). Предпочтительной кажется точка зрения Пьянкова о трех Араксах - Араксе, Амударье (Оксе) и Волге (Пьянков 1975: 65 сл.).

19 Например, когда Аристотель пишет о Танаисе и Араксе (Arist. Met. 350A. 23-25), речь определенно идет о среднеазиатской реке, как ясно из контекста, но за этим Араксом может скрываться и представление о Волге: тогда Танаис, как рукав Аракса, впадающий в Меотиду, выглядит менее фантастично.

2. Другой необычной деталью ОА является отсутствие упоминания Кавказа в контексте царства Ээта. Между тем в мифе, начиная, видимо, уже с конца архаической эпохи они связаны многими нитями. У Аполлония Кавказ находится слева при входе в русло Фасиса рядом с городом Эей (A.R. 2. 1266 sq.). Аргонавты, подплывая к Фасису, слышат стон Прометея и видят летящего к нему орла (2. 1247-58), и этот мотив засвидетельствован уже в Колхидянках Софокла (Fr. 340 R). Наконец, Аполлоний знает миф о логове Тифона на Кавказе (2. 1210), известный в начале 5 в. до н. э. Ферекиду (3 F 54), который, вполне возможно упоминал Кавказ и в своем повествовании об аргонавтах (3 F 105-113). Возникает вопрос: что же означает отсутствие Кавказа в ОА в ближайшей связи с царством Ээта?

3. Согласно ОА, аргонавты приближаются к Кавказу уже миновав керкетов и синдов, и плывут мимо него через узкую Эрифию (ОА 1048). Автор, видимо, представлял себе Эрифию в данном случае как некую местность рядом с Кавказом, вдоль которой лежал путь Арго. Однако исходное мифологическое значение имени Эрифия - это о-в Гериона, у которого Геракл увел коров по заданию Эврисфея. И поскольку Геракл и бык тоже упоминаются в этом тексте (ОА 1058 sq.), кавказская Эрифия, видимо, наделена определенным смыслом. Еще одна любопытная деталь: Кавказ назван в тексте утесом (OA 1048: Kauraciov пара nprova), т.е. это такая гора, которая выдается в море или реку. В данном случае получается, что Кавказ возвышается над Эрифией, по которой протекает Фасис.

Проплыв через Эрифию, аргонавты достигают того самого острова, где Фасис разделяется надвое: один рукав (следуя логике повествования, тот, по которому они плыли до сих пор) называется Фасисом, а другой - Сарангом. О последнем сказано, что он сообщается с Меотидой, которая, наводняя его, с шумом посылает в море через низменные луга (OA 1053 sq.). Видимо, это надо понимать так, что Саранг, будучи ответвлением Фаси-са, сам в свою очередь разделяется на два рукава, один из которых впадает в Меотиду, а другой в Понт (е ç ^a). Как справедливо отметила Бакон, эта река «ведет себя» как Кубань (Bacon 1931: 179; Vian 1987: 32). Действительно, Кубань в нижнем течении разделяется на два основных русла, которые сообщались с Азовским и Черным морем, а местность, по которой они протекают, представляет собой низменную, заливаемую и заболачиваемую территорию. Название Саранг, однако, до сих

пор не нашло убедительной поддержки. Река Саранг, упоминаемая Аррианом в Индии, кажется слишком далеким сопоставлением. Вполне возможно, что перед нами еще одно, неизвестное по другим источникам название Кубани или ее части. Можно вспомнить и другие подобные названия Кубани, известные лишь единичным источникам: Вардан (Птолемей), Фат (Диодор). В этой связи кажется соблазнительным сопоставить имя Саранг с названием города Сарака/Серака у реки Вардана, о котором сообщает Птолемей (Sepára, Sapára^ nó^i^ napa Se xóv OúapSávnv noxa^óv)20, ведь Вардан у Птолемея и есть Кубань. Но и индийскую реку не стоит полностью сбрасывать со счетов, если учесть, что в истории похода Александра в Индию мы находим «тезку» такого причерноморского объекта, как Кавказ (Arr. Ind. 2. 4; An. 5. 3).

Следует также обратить внимание на эпитет, которым поэт наделяет Саранг: aKa^appeíxn? (1052) - слово, которое используется только как эпитет Океана у Гомера, 'спокойнотекущий' (в составе формульного выражения, Il. 7. 421 sq.: 'Héb,o¡; ^ev eneixa véov npocépa^ev apoúpa^ / ¿^ акаХаррытао PaBuppóou 'QKEavoío, то же в Od. 19. 433 sq.). С учетом того, что это слово никогда более, за исключением ОА 1052, во всей известной нам греческой литературе не используется применительно к другим рекам, можно осторожно предположить, что его выбор здесь не случаен, а указывает на какую-то связь этой реки с Океаном. Если Саранг является частью Фасиса, то может быть поэт перенес на него старый эпитет Фасиса, почерпнутый им в архаической Аргонавтике?

Итак, после раздвоения Фасиса аргонавты дальше плывут по Сарангу, но приплывают не в Меотиду, что было бы естественно ожидать, а в море, к проливу между ним и Меоти-дой. Как же интерпретировать весь этот материал?

Мы полагаем, что представление Фасиса в ОА является результатом наложения сведений из двух источников. Первым и ближайшим к автору по времени является Аргонавтика Аполлония и восходящая к ней традиция о Фасисе в Закавказье, сближающемся бассейном с р. Аракс. Этот Фасис уже не считался связанным с Океаном, а аргонавты покидали царство Ээта по

20 Птолемей 5. 8. 28 (Сведения о Скифии и Кавказе // ВДИ. 1948. № 2. С. 249). Любопытно, что Птолемей знает также город Сарака на Фасисе в 160 стадиях от устья (Птолемей 5. 9. 5: Там жею С. 251). Виан по какой-то причине упоминает только о последнем (Vian 1987: 32).

морю, чтобы затем плыть обратно тем же путем, каким они попали в царство Ээта: через проливы (Софокл и др.), по Истру (Аполлоний) или по Танаису (Тимей и др.). Представления о другом Фасисе должны восходить ко времени, когда он считался связанным с Океаном и служил рекой обратного плавания аргонавтов. Этим Фасисом, по нашему мнению, была река Кубань. Источником представлений о нем для автора могла быть архаическая Орфическая Аргонавтика.

ОА содержит весьма примечательное, но почти не привлекавшее внимание исследователей свидетельство в пользу того, что древний Фасис считался каналом, связанным с Океаном, а следовательно границей материков. Речь идет об Эрифии, изображенной в поэме как некая долина, или скорее ущелье, узкий проход рядом с Кавказом, через которую проплывают аргонавты (OA 1048: KauKaoïov пара npôva ôià arsivtfç 'EpvOsiaç). Появление Эрифии на Кавказе Виан совершенно справедливо связывает с упоминанием в этом же тексте переправы Геракла на быке через Боспор Киммерийский (Vian 1987: 33); именно этой переправой объясняется в поэме название Боспора (ОА 1056-58: ...Booç nopov е^хоцесба, <...> PooK^onoç ou поте Trràv xauproi ¿9eZ6^evoç Ppiapôi nopov ес%ше A,i^,vqç)21. Благодаря этой связи реконструируется неизвестная по другим источникам версия мифа о походе Геракла с коровами Гериона, которая приобретает особый смысл, если рассматривать ее в диахроническом ряду других версий этого мифа. В самой ранней из них, изложенной в Теогонии Гесиода, Геракл по приказу Эврис-фея увел коров у Гериона, который жил на острове Эрифия, расположенном на Океане (Hes. Th. 287-94), а именно, как поясняет Геродот, у Гадиры за Геракловыми столпами22, т.е. у западной границы Европы. Гесиод сообщает только, что Геракл, добыв коров, переправился с ними через Океан и доставил их в Тиринф Эврисфею. Однако в рассказе Мифологической Библиотеки мотив путешествия с коровами становится преобладающим: переправившись через Океан, Геракл отправляется из Тар-тесса, проходит через Абдерию, Лигурию, Тиррению, выходит к излучине Ионийского моря, но не поворачивает на юго-восток,

21 Геракл назван Титаном в Орфическом гимне в свою честь (12. 1). Как ясно из контекста, речь идет о Боспоре Киммерийском

22 Н(И. 4. 8: Гприоува 5Е <...> катогкпр-Еуоу т^у ^Еуоиог 'Ери0£шу у^ООУ, т^у лро^ Габйроюг тогог Е^Ю 'Нрак^Еюу ОТП^ЕЮУ ЕЛ! тюг 'Ок£ауйг.

чтобы попасть в Тиринф, как это было бы естественно ожидать, зная цель похода, а движется со стадом дальше через Фракию к Геллеспонту; рассказ неожиданно завершается у Стримона (река во Фракии) сообщением о том, что Геракл перегородил реку из зависти а сам доставил коров Эврисфею (ЛроИоё. 2. 109-112). Скомканность финала (рассказчик словно вдруг вспоминает о цели похода и просто сообщает о его прибытии к Эврисфею, нисколько не смущаясь возникающей лакуной и не утруждая себя сообщением подробностей путешествия от Стримона в Ти-ринф)23 и оторванность маршрута от цели путешествия в этом рассказе очень хорошо показывает, что изначальная цель похода Геракла в мифе постепенно отодвигалась на второй план, уступая место самому путешествию, которое распространялось на все новые географические области, и тем сообщая мифу характер периэгезы24. С другой стороны, в упомянутом мифе в качестве новой, географической цели путешествия декларируется Геллеспонт, который до освоения Понта воспринимался как водный рубеж Европы на востоке, а позднее оставался его частью, и в этом свете поход Геракла предстает как обход всей Европы с запада на восток.

23 [Apollod.] 2. 112: ...Sxpu^ova цец^йцеуо^ tov лотацоу, лаХаг то pEiöpov лХютоу ov £цлХ^оа<; лЕтрац алХютоу ¿noinoE, каг та<; ßoa^ EvpuGÖEi коц1оа<; SESroKEv. Возможно, этот вариант является переработкой какой-то другой версии, где Геракл перегородил Стримон именно для того, чтобы переправить через него стадо, с которым он двигался к Геллеспонту. Во всяком случае объяснение, которое дает Библиотека - что Геракл перегородил реку из зависти, потому что она до этого была судоходной - не вписывается в логику повествования.

24 Т. о. этот миф относится к категории мифов, которые мы предлагаем называть периэгетическими. Периэгетический миф, или миф-путешествие, герой или герои которого совершают путешествие, представленное в виде каталога народов или мест, приобрел большую популярность в архаическую эпоху, что, несомненно, связано с расширением греческой ойкумены в процессе колонизации. В одном из произведений гесиодовской традиции, по свидетельству Эфора, рассказывалось о путешествии Финея, гонимого гарпиями, и называлось оно Pqq Перю5од, «Обход земли» (M-W F. 151 [Str. 7. 3. 9]), весьма близко к названию географического труда Гекатея Pqq Шртлуп01?. Фрагменты этого произведение свидетельствуют о том, что в нем содержалось описание всего земного круга. Яркими примерами мифа-путешествия являются мифы об Ио и о походе Геракла за яблоками Гесперид, представленные в своей предельной географической форме в трилогии о Прометее (Мусбахова 2013 а).

В еще одном варианте этого мифа, который рассказывает Геродот со слов понтийских эллинов, Геракл приводит стадо Гериона в Скифию (Hdt. 4. 8), но рассказ этот служит лишь почвой для нового мифа - о происхождении скифов от Геракла (Hdt. 4. 9-10), судьба же стада остается без внимания. Этот рассказ естественно трактовать как новый этап географического расширения на восток мифа о походе Геракла с коровами Гери-она, вобравший вслед за Фракией Скифию.

В этом контексте достижение кавказской Эрифии, к которому отсылает ОА, представляется предельным вариантом путешествия от одного края Европы до другого. Связь же Эрифии с Фасисом указывает на роль последнего как пограничной реки и канала, связанного с Океаном на востоке, о чем мы знаем по функции Фасиса в архаических версиях возвращения аргонавтов.

В ОА Эрифия охарактеризована как OTewrç 'узкая', что позволяет представить ее как некую долину, точнее ущелье, по которому протекает Фасис25. Само прилагательное oxewôç отсылает к таким его субстантивациям как та OTevà со значением узкий проход (Hdt. 7. 223: е^ю töv OTewrov) или канал (Str. 3. 5. 5 о Гибралтаре); в последнем значении ед.ч. то OTevô употребляется у Лукиана применительно к Геллеспонту (Luc. DMar. 6. 1: То ^èv GTevôv toùto <...> 'E^^onovToç... ка^ешбю). Т. о. нельзя исключать, что неожиданный эпитет Эрифии в ОА выдает некое забытое представление о проходе рядом с Кавказом, проливе. В таком случае естественно предположить, что некогда этот пролив, являющийся по существу Фасисом, считался выходом к океану на востоке, симметричным Геракловым столпам на западе.

Симметрию двух крайних точек - выходов к Океану усиливает нахождение вблизи восточной Эрифии Кавказа, так же как вблизи Эрифии на западе находилась другая великая гора -Атлас (Атлант). То, что эти две горы тоже несли функцию двух крайних географических точек, ощутимо как в мифологии трагедии Прометей Прикованный, так и в мифе о походе Геракла за яблоками Гесперид по совету Прометея, другом периэгетичес-

25 Однако тут же упоминается и некий остров, у которого разделяются Фасис и Саранг, и он характеризуется как цветущий (1050: жогаувег у^оюг лрооЕКЕ^оарЕУ), что наводит на сопоставление с рекой Антемунтом на острове Гериона ([Apollod.] 2. 108: о 5е ката^аР&у 'Нрак^Еа пара лотар,оу Ау0£р,оиуш та^ Роа^ алауоута).

ком мифе, подобном истории о Геракле и коровах Гериона (см. выше прим. 24). В последнем Геракл совершает путешествие от Прометея на Кавказе к Атланту, который приносит ему яблоки Гесперид, пока он его подменяет в функции колонны неба (т.е. поддерживая небо вместо него). Таким образом, таинственная Эрифия рядом с Кавказом на Фасисе является, вероятно, рудиментом какой-то старой версии о выходе к Океану по Фасису мимо Кавказа, симметричном проливу у Геракловых столпов и горы Атланта на западе.

В свете сказанного не кажется странным, что аргонавты поплыли не к Меотиде, что было бы логично с точки зрения общего маршрута, а к Понту, чтобы войти в нее через Боспор. Ведь и путешествие по древнему Фасису должно было начинаться с понтийского устья. И здесь встает вопрос о соотношении Фасиса и Саранга в ОА. Вторая река возникла, на наш взгляд, в связи с необходимостью соединить два Фасиса - старой и новой традиции. Поскольку понтийское устье Фасиса, через которое аргонавты попадают в царство Ээта, было использовано новой традицией, потребовался некий рукав, который соединял бы Фасис с Понтом в районе Боспора. Его роль и сыграл Саранг. Это не исключает возможности того, что это была реальная река, точнее реальный приток или часть Кубани в нижнем течении. От прежнего Фасиса ему достался эпитет, применяемый к Океану, к которому Фасис и тек по древнейшим представлениям.

Литература

Доватур, Каллистов, Шишова 1982 - Доватур А. И., Каллистов Д. П., Шишова И. А. Народы нашей страны в «Истории» Геродота. М.: Наука, 1982.

Мусбахова 2013 а - Мусбахова В. Т. Прометей Прикованный. Проблема авторства и датировки трагедии. СПб.: Нестор-История, 2013. Мусбахова 2013 б - Мусбахова В. Т. Комплекс античных свидетельств о локализации царства Ээта в Прикубанье // Материалы Шестой международной Кубанской археологической конференции. Краснодар: Экоинвест, 2013. С. 301-306. Мусбахова 2014 - Мусбахова В. Т. В поисках границы между Европой и Азией: Гекатей Милетский / Ладога в контексте истории и археологии северной Евразии. Сборник статей памяти Д. А. Мачинс-кого. СПб.: Нестор-История, 2014. С. 75-92. Пьянков 1975 - Пьянков И. В. Массагеты Геродота // ВДИ. 1975. № 2. С. 46-70.

Bacon 1931 - Bacon J.R. The Geography of the Orphic Argonautica / CQ. Vol. 25. P. 172-183.

FrGrHist - Fragmente dergriechischen Historiker / Hrsg. von F. Jacoby.

Erster Teil A, a. Leiden, 1957. Moreau 2000 - Moreau A. Les transformations du périple des Argonautes. Un miroir des progrès de la colonisation grecque // Euphrosyne. Vol. 28. P. 325-34.

Vian 1982 - Vian F. Les navigations des Argonautes. Élaboration d'une

légende // BAGB. P. 273-85. Vian 1986 - Vian F. Les retours des Argonautes et le progrès des

connaissances géographiques // REL. Vol. 64. 13-5. Vian 1986 - Vian F. (ed.) Les Argonautiques Orphiques. Paris: Les Belles Lettres.

V. T. Musbakhova. Argonauts' return journey in the Orphic Argonautica: from the Phasis to the Tanais

Lines 1036-1058 of the Orphic Argonautica are studied in the article in the context of the tradition of the Argonauts' return journeys from Aeaetes' kingdom. The author arrives at the conclusion that the navigation of the Argonauts in the Phasis in this poem goes back to an archaic source (probably the Orphic Argonautica of 6 BC) where this river served the Argonauts as a way of escape to the Ocean in the east, while in the preceding part of the narration the poet followed Apollonius' Argonautica and in the subsequent part he drew upon the tradition going back to Timaeus, according to which the Argonauts sailed up the Tanais to the northern Ocean. This is why in the presentation of the Phasis in OA the traits of the two rivers — the archaic Phasis and the Apollonius' Phasis — are combined. The particularities of the archaic Phasis may be detected in the following features: 1) its banks are inhabited by the tribes of Cercetae and Sindoi; 2) it is connected with both the Cimmerius Bosporus and the Maeotian lake (by the branch called Saranges); 3) the Caucasus is situated on the Phasis and Erytheia is described as a valley or a gorge nearby where the Phasis flows; 4) the latter may be interpreted as a goal of Hercules' trip to the East in the myth about Hercules and the cattle of Geryon, which undergoes a remarkable geographical expansion during the Archaic age when it began to include Italy, Thrace up to the Hellespont, and even Scythia (the mention of Hercules' crossing of the Cimmerian Bosporus on a bull at OA 1056-58 also points to this tradition). This interpretation of Caucasian Erytheia on the Phasis would agree with the role of archaic Phasis as the channel connected to the Ocean in the east and symmetrical to the Pillars of Hercules in the west. These facts allow the author to hypothesize that the archaic Phasis was the river Kuban, to which many other data point independently.

Keywords: Orphic Argonautica, Apollonius' Argonautica, Argonauts' journey, Phasis, Tanais.