Сталин? Путин? Рузвельт?

5 марта 2018 года – 65 лет со дня смерти Иосифа Сталина. А в воскресенье исполнилось ровно 85 лет с момента вступления в должность президента США Франклина Рузвельта. Обозреватель «Коммерсантъ FM» и главный редактор проекта «Сноб» Станислав Кучер считает, что в России второго десятилетия XXI века полезно помнить о наследии обоих исторических деятелей.

В день смерти Сталина и за 13 дней до переизбрания Путина на формально четвертый срок я хочу напомнить об уроках президентства Франклина Рузвельта – единственного американского лидера, который избирался более чем на два срока.

За 12 лет в Белом доме — Рузвельт умер в самом начале своего четвертого срока — он сумел вытащить Америку из самого страшного в ее истории экономического кризиса и превратить в сильнейшее государство планеты. Для этого ему не потребовались ни массовые расстрелы и посадки, ни уничтожение политической конкуренции и независимого суда, ни ограничения свободы слова и собраний — короче, ничего из того набора, без которого, как кажется многим в сегодняшней России, большой стране невозможно осуществить прорыв в светлое будущее.

Специально для тех, кто уже набрал в легкие воздуха, чтобы выкрикнуть предсказуемое — «Штаты всего этого добились за чужой счет! Они не теряли 30 миллионов жизней в войне!» —замечу: основные реформы, позволившие Америке встать на ноги после Великой депрессии и сделать рывок вперед, Рузвельт провел еще в первый срок своего президентства, то есть до начала Второй мировой. Разумеется, у каждого государства свои особенности, у каждого правительства свой народ, у каждого народа свой менталитет — и все же, уверен, у Рузвельта есть, чему поучиться всем, кто полагает, что в тяжелые времена эффективный менеджмент невозможен без закручивания гаек.

Великая депрессия стала для американского народа самым тяжелым испытанием за всю его историю. Наши 90-е по сравнению с теми временами – эпоха благоденствия. Треть взрослого населения Америки остались без работы. Распадались семьи, обнищавшие родители бросали детей, лишившиеся возможности платить за свет и газ люди тысячами умирали от гриппа и пневмонии. Голодные обмороки зимой 1931-32 годов стали привычной сценой на улицах больших городов. На фоне всего этого – преступный беспредел, рост популярности левых и правых националистов. Компартия на глазах превращалась в третью по влиянию силу в стране. Именно такой, полностью потерявшей себя во времени и пространстве, «принял страну» Франклин Делано Рузвельт.

Я убежден, что феномен Рузвельта – явление по природе своей наднациональное. Главный секрет его успеха в том, что он сумел понять сам и внятно объяснить соотечественникам простую истину: хочешь лучшей жизни – сумей изменить себя, не изменив себе. Присягнув на Библии 85 лет назад, Рузвельт обратился к народу с речью, в которой произнес свою самую знаменитую фразу: «Единственное, чего нам следует опасаться – это самого страха».

Меры по выходу из банковского кризиса и реанимации сельского хозяйства, резкое изменение налоговой политики – каждый из многочисленных шагов своего нового курса новый президент лично разъяснял согражданам. Именно с разъяснения миллионам американцев мер по выходу из кризиса начались и знаменитые «Беседы у камина» — регулярные радиообращения Рузвельта к нации. Принципиальной новизной отличалось и общение Рузвельта с прессой. Начиная со своей первой пресс-конференции 8 марта 1933-го, он отказался от практики предшественников получать вопросы заблаговременно и в письменном виде. Больше того, Рузвельт сразу обратился к журналистам с призывом почаще критиковать его самого и его правительство. Только за первые четыре года президентства он провел 340 пресс-конференций, а за 12 лет — около тысячи.

На мой взгляд, опыт Рузвельта необходимо изучать всем, кто идет в большую политику, вне зависимости от государственной принадлежности. При этом важно помнить не только, что делал самый эффективный президент Америки, но и то, как он это делал.

Сторонники «твердой руки» в России любят повторять, что Рузвельт давил на Конгресс и нарушал американскую Конституцию. Этой теме можно посвятить отдельную диссертацию, но его инициативы никогда не касались фундаментальных положений основного закона – свободы слова, демонстраций, предпринимательства. По сути, Рузвельт менял не Конституцию, написанную отцами-основателями, а поправки к ней. И именно менял, а не нарушал — разумеется, с одобрения Конгресса, который соглашался с президентом не потому, что был его карманным органом, а потому что понимал: Рузвельт прав, и народ на его стороне. Народ же четыре срока подряд оказывался на стороне президента в том числе и потому, что президент говорил ему правду и, являясь настоящим национальным лидером, никогда не относился к нации как к толпе не готовых к правде детей.

Впрочем, даже эффективность Рузвельта не помешала американцам после его смерти ограничить пребывание лидера у власти двумя сроками.