Трактат Синезия «De Providentia» в контексте истории Римской империи IV - начала v В. 

2014 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 2 Вып. 3

ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ И АРХЕОГРАФИЯ

УДК 94 (37).08

О. В. Пржигодзкая, А. В. Банников ТРАКТАТ СИНЕЗИЯ «DE PROVIDENTIA»

В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИИ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ IV — НАЧАЛА V в.

Синезий принадлежит к числу наиболее известных позднеантичных авторов рубежа IV-V вв. Среди его произведений есть несколько трактатов, касающихся современных автору событий и имеющих актуальный политический контекст. К одному из таких сочинений относится «De Providentia». Трактат не является историческим, вместе с тем его анализ показывает, что в нем нашли свое непосредственное отражение события, произошедшие в Константинополе в 399-400 гг. В метафорической форме Синезий приводит описание готского мятежа, придерживаясь при этом мнения тех современных ему авторов, которые обвиняли варваров во главе с Гайной в стремлении захватить власть в столице Восточной Римской империи. В трактате Си-незия приводится аллегорическое описание мятежа Гайны и событий, связанных с ним. Будучи их очевидцем, автор сделал иносказательное, но вполне реалистическое описание действий готов, перенеся действие трактата из современного ему Константинополя в Египет. Аллегория в данном случае, по всей видимости, снижает остроту политического накала произведения и придает ему форму, приемлемую для восприятия современников. Библиогр. 18 назв.

Ключевые слова: Синезий, Восточная империя, Константинополь, Гайна, готы, Руфин, Сти-лихон, «De Providentia».

O. V. Przhigodzkaja, A. V. Bannikov

DE PROVIDENTIA BY SINESIUS IN THE CONTEXT OF

THE HISTORY OF THE ROMAN EMPIRE IV — BEGINNING OF THE V CENTURY

Synesius belongs to one of the most famous antique authors in the turn of the IV-V centuries and is the author of a number of treatises and philosophical works. Among the works of this author there are several works, bearing current political context in the framework of the events that took place during the life of Synesius. One of the treatises of this order is «De Providentia».The article is devoted to the problem of interpretation of events in Constantinople in 399-400 be Synesius in his treatise «De Providentia». The author of the treatise draws attention to the details of the events which has taken place and gives description of the rebellion of the Goths under the guidance of Gainas in Constantinople. Synesius supports the version of the other ancient authors about the intention of Gainas and his supporters to

Пржигодзкая Ольга Владимировна — преподаватель, Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9; istfakozo@ yandex.ru

Банников Андрей Валерьевич — кандидат исторических наук, доцент, Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9; barritus@mail.ru

Przhigodzkaja Olga V. — senior lecturer, St.Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St.Petersburg, 199034, Russian Federation; istfakozo@yandex.ru

Bannikov Andrei V. — Candidat of History, Associate Professor, St.Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St.Petersburg, 199034, Russian Federation; barritus@mail.ru

overthrow the legal power in the capital of the Eastern Roman Empire. In the treatise Synesius presents an allegorical description of the rebellion of the river and events associated with it. Having witnessed, the author of the treatise presented quite a realistic description of action ready, but did it in allegorical form, moving the action of the treatise of contemporary Constantinople in Egypt. Allegory in this case, apparently, helps to reduce the political tension and give the treatise is a form acceptable to the perception of his contemporaries. Refs 18.

Keywords: Synesius, Gainas, Goths, The Eastern Empire, Constantinople, Gainas, Goths, Stilicho, Rufinus, «De Providentia».

Исторический контекст. Ситуация в Восточной Римской империи на рубеже IV-V вв. представляет особый интерес в контексте последующих исторических событий, имевших место в V и даже VI вв. Мятеж Трибигильда и Гайны стал одним из самых знаменательных событий рубежа IV-V вв. Оценка действий Гайны важна для изучения ситуации, сложившейся в империи в результате появления большого количества варваров, занявших высшие командные посты в армии. Мятеж Гайны не был обычным военным мятежом. Это была попытка захвата власти — единственная попытка подобного рода в IV-V вв. По мнению исследователей, уверенность Гай-ны в успехе своего предприятия могла зародиться из-за непродуманной политики восточноримского двора, сделавшего готов одной из опор правительства. В. Т. Сиро-тенко полагает, что именно ориентация на готов, которой придерживалось правительство Восточной Римской империи, привела к столь значительному укреплению положения варваров на территории империи, что они стали представлять угрозу для существования государства [1, c. 55]. Благожелательное отношение императора Феодосия I (379-395 гг.) к готам позволило им не только утвердиться в империи, но и породило в них желание проводить самостоятельную политику в собственных интересах.

На фоне появившихся разногласий между Восточной и Западной империями и неустойчивой ситуации в целом события рубежа IV-V вв. представляются весьма закономерными. В 399 г. Гайна вступил в заговор с комитом армии Трибигильдом, командовавшим готскими отрядами во Фригии, и готские наемники стали основной опорой восставших.

Гайна был по происхождению готом, «перебежавшим к римлянам и из простого воина сверх чаяния достигший степени военачальника» (Soc., VIII, 4, 1). В качестве одного из военачальников он принимал участие в кампании Феодосия I против узурпатора Евгения в 394 г. В 395 г. Гайна был назначен комитом военного дела (comes rei militaris) (Iord., 176) и находился на этой должности до 399 г. В 395 г. он командовал войсками, отправленными Стилихоном на Восток. Во время военного парада, проходившего недалеко от стен Константинополя солдаты Гайны умертвили префекта претория Руфина. Организатором этого убийства многие источники называют Стилихона, который для осуществления своего замысла сделал своим соучастником Гайну (Claud., Ruf., II, 402-403; Zos. V, 7, 4-6). Большинство историков соглашаются с этой версией [2, р. 113; 3, р. 154-155; 4, р. 113; 5, с. 222; 6, с. 140]. Вместе с тем, если мы примем во внимание события 399-400 гг., то более вероятным представляется мнение английского исследователя A. Камерона, согласно которому Руфин был убит в результате сговора между Гайной и Евтропием [7, p. 146-148]. Предположение A. Камерона подтверждается свидетельствами Евнапия и Зосима. О сложных отношениях между Евтропием и Гайной сообщает Евнапий: «Гайна был так мужественен,

что вел усиленную войну с евнухом» (Eun., fr.75, 6), а Зосим отмечает, что Гайна не был удостоен ни полагающегося военачальнику почета, ни даров (бшреас;), кроме того, он был недоволен, что все деньги стекаются в дом Евтропия (Zos., V, 13, 1), а также тем, что Евтропий стал консулом и патрикием (Zos. V, 17, 4). Действительно, до 399 г. включительно Гайна занимал пост comes rei militaris, который получил, вероятно, за участие в кампании против Евгения. Если Евтропий был обязан своим возвышением Гайне, то последний должен был рассчитывать на успешную карьеру при нем, но евнух не стремился помогать Гайне в продвижении по служебной лестнице, что и вызывало недовольство военачальника, о котором упоминают Евтропий и Зосим.

Исследователи выдвигают две версии восстания Гайны:

1. «Гайна был недоволен, что все богатства, конфискованные у Руфина и его сторонников с помощью готских наемников, сосредотачиваются в руках Евтропия» [1, с. 56].

2. «При Евтропии Гайна, обладавший репутацией человека Стилихона, был отодвинут в тень и обойден при назначениях на вакантные военные должности» [8, с. 122].

Представляется возможным объединить эти две версии (с единственным исключением, что Гайна не был ставленником Стилихона) в одну для объяснения событий 399 г., когда Гайна, «раздосадованный таким положением дел, сообщил о своих размышлениях Трибигильду» (Zos., V, 13, 2), который был, согласно некоторым источникам, если и не его родственником, как об этом сообщает Созомен (Soz., VIII, 4, 2), то, по крайней мере, его соплеменником — готом (Philost., XI, 8).

Действующие лица в трактате Синезия «De Providentia». Синезий выводит действующих лиц своего трактата под вымышленными именами, что позволяет ему в иносказательной форме рассказать об участниках недавних событий. Одним из главных персонажей «De Providentia» становится Осирис, в котором иследовате-ли видят префекта претория Востока 399 г. Аврелиана [9, S. 442-483, S. 449; 10, S. 18; 11, р. 128]. До назначения на эту должность Аврелиан последовательно был магистром оффиций, квестором священного дворца и префектом Константинополя. Он был идеологом партии антигерманистов при дворе императора Аркадия [11, р. 128] и другом Синезия. Благодаря его протекции Синезию удалось выступить перед императором с речью «О царстве». В 399 г. Аврелиан был смещен Аркадием по требованию Гайны и приговорен к смерти, которая затем была заменена изгнанием. Об этом свидетельствуют как историки этого периода — Зосим, Созомен, Сократ Схоластик (Zos., V, 18, 7-9; Soz.,VIII, 4-5; Soc., VI, 6, 9-10), так и Синезий (Syn., De prov., 1, 16). После подавления готского восстания Аврелиан вернулся в Константинополь (Syn., De prov., 2.4) и впоследствии вновь занял пост префекта претория Востока (414416 гг.) [11, р. 129].

Под именем Тифона у Синезия могут скрываться два человека. Большинство исследователей [12, р 94.; 13, р. 91; 14, р. 101] полагает, что Синезий так назвал Кесария — магистра оффиций в 386-387 гг., а затем префекта претория Востока в 395-397 и 400-403 гг. Другие считают, что под Тифоном подразумевался Евтихиан — префект претория Востока в 397-399, 399-400 и 404-405 гг. Главным аргументом в последнем случае служит назначение Евтихиана префектом претория Востока в 399-400 гг., когда Гайна пытался захватить власть.

Варварский военачальник у Синезия — это несомненно гот Гайна, добившийся в 399 г. звания магистра обоих родов войск [15, p. 125].

Таким образом, мы приходим к заключению, что Синезий вывел под вымышленными именами своих современников, причем наделил их разными чертами в соответствии с их ролью в событиях 399-400 гг.

Синезий о причине восстания. «Если дела будут обстоять так, как думает Осирис, ибо он обвиняет (их) в предательстве и считает, что идущая сейчас война организована по сговору, так как варвары разделили войско, будучи единомышленниками <...> Он (Осирис) объявил бы военачальника частным человеком, послав ему указ, и привлек бы его к закону <. > Когда же он (военачальник) будет убит, он (Осирис) подумает, что и с другими (так поступить) будет несложно» (Syn., De prov., 1, 15).

Эти образные выражения Синезия, спроецированные на исторический контекст, позволяют понять, какова же была, согласно версии автора трактата, причина мятежа: Гайна был послан на подавление восстания Трибигильда; однако по возвращении из похода его ждали обвинение в измене и смерть, за которой последовало изгнание готов из Константинополя. Синезий особо подчеркивает, что у Гайны имелись опасения относительно возможного обвинения в измене со стороны Аврелиана. Синезий также обращает внимание на то, что Трибигильд и Гайна были «единомышленниками» (Syn., De prov., 1, 15), и несомненно видит в константинопольских событиях сговор двух варварских военачальников.

Э. Демужо полагает, что Гайна не имел ни достаточного могущества для изменения государственного строя, ни достаточных оснований, чтобы добиваться власти [3, p. 252]. Однако подобная точка зрения противоречит тому, что мы узнаем из нарративных источников, во многих из которых содержится информация о том, что Гайна действовал именно в этом направлении: античные авторы называют предводителя готов тираном или рассказывают о его тиранических намерениях. Об этом упоминают почти все, кто писал о событиях конца IV в. — Зосим (Zos. V, 18, 9), Сократ Схоластик (Soc., VI, 6), Созомен (Soz., VIII, 8), Феодорит (Theod., V, 32).

Безусловно, по отношению к Гайне понимать слово «тирания» не следует буквально. Вероятнее всего, речь шла об укреплении Гайной, желавшим достичь того же положения что и Стилихон на Западе, своих позиций в Восточной империи. Однако Гайна предпочел пойти насильственным путем, путем военного мятежа [3, p. 252-253].

На наш взгляд, действия Гайны можно разделить на два этапа:

1. События 399 г., когда Гайна сменил магистра Льва, не сумевшего разбить войска Трибигильда, и после переправы в Малую Азию должен был сам возглавить ведение борьбы с восставшими; однако Гайна не предпринимал никаких активных действий против Трибигильда, а, наоборот, тайно помогал ему (Zos. V, 15, 3). Гайна извещал императора об успехах Трибигильда и о том, что тот сложит оружие только в случае смещения Евтропия (Zos. V, 17, 5). На первом этапе целью Гайны было сместить Евтропия, чего он и добился, тем более, что его поддержала императрица Евдоксия (Phi^t., 11, 3). Евтропий был отправлен в ссылку на Кипр, а затем возвращен и приговорен к смертной казни (399 г.) (Zos. V, 18, 2).

После падения Евтропия в Константинополе усилилась антиварварская партия во главе с Аврелианом. Гайна понимал, что ситуация существенно не изменилась, и Аврелиан, враждебно настроенный к готам, не будет поощрять их возвышение,

в том числе и возвышение самого Гайны. «Ибо он (Осирис), — пишет Синезий, — вручил себя им (варварам) ради страны, храмов, законов, если бы они не захватили (его), то стали бы угрожать все уничтожить. <...> и (было созвано) собрание варваров, (чтобы решить), как он (Осирис) должен пострадать. Там (на собрании) Тифон потребовал, чтобы он умер так быстро и так жестоко, как это возможно. Варвары же, хотя считали себя обиженными, посчитали (это) несправедливым, и проявили уважение к добродетели. Они (варвары) осудили его (Осириса) на изгнание, однако, снова устыдились, и постановили, что должно быть не изгнание, а добровольный уход» ^уп., De ргоу., 1, 15).

Аврелиан (Осирис) был изгнан по инициативе Евтихиана из-за настоятельного требования Гайны. В трактовке Синезия этот инцидент представлен как желание Тифона-Евтихиана, а варвары, т. е. готы, становятся фактически защитниками Аврелиана-Осириса.

2. Конец 399-400 гг. — на втором этапе целью Гайны стал захват власти, о чем и сообщают позднеантичные авторы. Гайна, возможно, решил осуществить свое намерение, так как у него был надежный союзник в лице Трибигильда. Гайна встретился с Трибигильдом в г. Фиатире. Затем он отправился в Вифинию, а Трибигильд к Геллеспонту. Гайна потребовал свидания с императором, которое произошло в Халкедоне. На этой встрече мятежный военачальник потребовал от Аркадия казни трех самых видных представителей партии антигерманистов — Аврелиана, Са-турнина и Иоанна, но затем казнь была заменена изгнанием ^об., V, 18, 7-9), Созо-мен передает, что тогда же Гайна был возведен в достоинство магистра обоих родов войск ^02., VIII, 4, 5). Войска Гайны вошли в Константинополь ^об., V, 18, 10). «Обосновавшись в столице, готы стали полными распорядителями судеб государства» [16, с. 151]. Э. Демужо, отрицая стремление Гайны к тирании, полагает, что он желал иметь положение, подобное тому, которое имел Стилихон на Западе» [3, р. 252-253; с£ 17, р. 197], хотя, безусловно, разительное отличие Гайны от Стилихона состояло в том, что последний не добивался своего положения силой и имел, правда, спорные, но основания для своих полномочий. Гайна же не только прибег к узурпации, но возможно, стремился к большему, чем было достигнуто.

Синезий поддерживает версию о захвате варварами власти в городе. Он не говорит, что именно варварский военачальник, т. е. Гайна, решил захватить власть, а сообщает об общем стремлении варваров уничтожить государственность: «Когда же варвары напали (на страну), было ясно, что они это сделали не как раньше, чтобы изменить египетские порядки, а с тем, чтобы с корнем вырвать их (порядки) и установить в стране скифское государственное устройство» ^уп., De ргоу., 2. 3).

В Константинополе Гайна потребовал передачи одного из храмов готам ариа-нам. Феодорит, епископ Киррский, рассказывает по этому поводу следующее: «Его (Гайну. — О. П., А. Б.) боялись не только все другие, но и сам царь, замечавший в нем стремление к тирании. Заразившись арианством, он доложил царю об уступке ему одного из божьих храмов. Царь обещал рассмотреть и удовлетворить его желание. Призвав к себе божественного Иоанна (Златоуста. — О. П., А. Б.), он объявил ему о просьбе Гайны, напомнил о его силе, намекнул о замышляемой им тирании и убеждал епископа уступкой обуздать гордость варвара. Но благородный муж сказал: "Не делай такого обещания, государь, не приказывай отдавать святая псам. Я не допущу, чтобы исповедующие и прославляющие Бога-Слово выведены были из божествен-

ного храма и сдали его хулителям Христа"» (Theod., V, 32). Иоанн Златоуст не допустил передачи храма в Константинополе готам.

Тогда Гайна решил «напасть на продавцов серебряной монеты, надеясь захватить у них много денег» (Soz., VIII, 4, 11), что ему сделать не удалось.

Возможно, надеясь довести свою авантюру до конца, Гайна попытался занять императорский дворец (Soc. VI, 6). Он дважды посылал готов ко дворцу, на третий раз он лично возглавил отряд, но всякий раз дворец охраняли воины, хотя дворцовая охрана была выслана из города. В. Т. Сиротенко предполагает, что защитников посылала ортодоксальная церковь, усилившая антиарианскую пропаганду [1, с. 60]. Неоднократные попытки Гайны захватить дворец императора могли быть вызваны и стремлением к грабежу, тем более, что нападение на лавки менял было неудачным.

После безуспешных попыток захватить дворец Гайна решил покинуть город, и в ночь 12 июля 400 г. готы стали уходить из Константинополя, но были замечены городской стражей, и произошла стычка. Зосим так рассказывает об этих событиях: «Гайна оставил в Константинополе столько варваров, что они численно превосходили дворцовую охрану, а сам двинулся в передовой фронт, удаленный на 40 стадий от города, чтобы там ожидать, когда варвары нападут на город <.> Варварам ничто не мешало овладеть городом. Так как он не дождался пароля и приблизился к стенам города, то стража испугалась и подняла крик. Возник шум, слышны были жалобы и возгласы, которые обычно раздаются в городе, когда все собираются вместе, чтобы защитить город от варваров. Когда же город избежал опасности, то горожане заперли семь тысяч варваров, бежавших в христианскую базилику, находящуюся рядом с дворцом, чтобы лишить их возможности спастись. Император приказал их здесь же и убить <. > И было приказано разобрать крышу над престолом и поставить туда рабов бросать сверху горящие балки, чтобы сжечь всех врагов. Таким образом варвары были уничтожены. Гайна, которому не удалось задуманное, напал на Фракию, но обнаружил, что города обнесены стенами, которые охраняли как воины, так и жители. Гайна ничего не видел, кроме травы и стен, которые надежно укрывали плоды, скот и добро, и решил покинуть Фракию» [18, с. 71].

Синезий описывает мятеж готов следующим образом: «Варвары, оставившие мулов с поклажей, в тот момент были остановлены у выхода (у ворот), когда они собирались (уйти) или уже ушли (из города), но вскоре вернулись, чтобы помочь своим соплеменникам, а (вокруг) собралась большая толпа (жителей города). Кто-то (из жителей) сам погиб от удара (мечом), другой же убил скифа, и (в тот момент) то кто-то падал (убитый), то кто-то убивал других (из числа скифов), кого-то убивал скиф» (Syn., De prov. 2. 2).

Вся глава 2.2. трактата Синезия посвящена подробному описанию событий летней ночи 400 г. Более детального описания нет ни в одном другом источнике, и, учитывая, что Синезий был очевидцем событий, можно допустить, что столь подробное их изложение близко к исторической реальности.

Из Фракии Гайна отступил за Дунай, где был разбит гуннами, и их предводитель Ульдис прислал голову вождя мятежников в Константинополь (3 января 401 г.).

В трактате Синезия приводится аллегорическое описание мятежа Гайны и событий, связанных с ним. Несомненно, будучи их очевидцем, автор представил вполне реалистическое описание действий готов, но предпочел сделать это в иносказательной форме, перенеся действие своего сочинения из современного ему Константи-

нополя в Египет. Аллегория в данном случае, по всей видимости, помогает снизить остроту политического накала трактата и придает ему форму, приемлемую для восприятия современников.

Литература

1.Сиротенко В. Т. История международных отношений в Европе во второй половине IV — начале VI вв. Пермь: Изд-во ПГУ, 1975, 281 с.

2. Bury J. B. History of the Later Roman Empire. Vol. I. London: Macmillan and Co, 1923. 471 р.

3. DemougeotE. De l'unité à la division de Г Empire romain. Paris: Adrien-Maisonneuve, 1951, 620 р.

4. Jones A. H. M. the Later Roman Empire. Vol. I. Oxford: Blackwell, 1964. 522 р.

5. Гиббон Э. История упадка и разрушения Римской империи / пер. с англ. В. Н. Неведомского. Т. III. СПб.: Наука Ювента, 1997. 404 с.

6. Кулаковский Ю. А. История Византии. Т. I. СПб.: Алетейя, 1996. 445 с.

7. Cameron А. Claudian. Poetry and Propaganda at the Court of Honorius. Oxford: Clarendon Press, 1970. 508 р.

8. Глушанин Е. П. Ранневизантийская военная знать 364-395 гг. // Проблемы истории государства и идеологии античности и раннего средневековья. Барнаул: АлтГУ, 1988. С. 107-127.

9. Seek O. Studien zu Synesios // Pilologus. 1894. S. 442-483.

10. Hemelin I. Zu den briefen des Bischops Synesios. Uppsala: Inaugural-Dissertation, 1934. 90 S.

11. The Prosopography of the Later Roman Empire. A. D. 260-395 / A. H. M. Jones, J. R. Martindale, J. Morris. Vol. I. Cambridge: Cambridge University Press, 1971. 1152 р.

12. Barnes T. D. Synesius in Constantinople // GRBS. 1986. 27. P. 93-112.

13. Cameron A., Long J. Barbarians and politics at the court of Arcadius. Berkeley; Los Angeles; Oxford: University of California, 1993. 441 p.

14. Lacombrade Chr. Synésios de Cyrène. Hellène et chrétien. Paris: Belles Lettres, 1951. 320 p.

15. Pando J. C. The life and times of Synesius of Cyrene as revealed in his works. Washington: The Catholic University of America, 1940. 72 p.

16. Васильев А. А. История Византийской империи. Время до крестовых походов. СПб.: Алетейя, 1998. 608 с.

17. Heather P. Goths and Romans (332-489). Oxford: Clarendon Press, 1992. 378 р.

18. Сиротенко В. Т. Народные движения в поздней Римской империи и образование варварских королевств. Днепропетровск: ДГУ, 1988. 78 с.

Статья поступила в редакцию 11 марта 2014 г.