Развитие правовых запретов через регулирование сферы торговли в России XVII века

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2017. № 3 (52). С. 30-33.

УДК 340

DOI 10.25513/1990-5173.2017.3.30-33

РАЗВИТИЕ ПРАВОВЫХ ЗАПРЕТОВ ЧЕРЕЗ РЕГУЛИРОВАНИЕ СФЕРЫ ТОРГОВЛИ

В РОССИИ XVII ВЕКА

THE DEVELOPMENT OF THE LEGAL PROHIBITION THROUGH THE REGULATION OF RUSSIAN TRADE SECTOR IN 17th CENTURY

М. Р. ИШКАЕВ

Статья посвящена теоретическим проблемам развития правовых запретов через регулирование сферы торговли в России в XVII в. Новизна настоящей статьи состоит в анализе права Московского государства по указанной проблеме и выводах автора, касающихся роли правовых запретов в области регулирования торговли.

Ключевые слова: правовой запрет; протекционизм; Торговый устав; Новоторговый устав; таможенная пошлина; иностранный купец; конфискация.

The article is devoted to theoretical problems of the development of the legal prohibition through the regulation of Russian trade sector in 17th century. The scientific novelty of the article consists in the analysis of Muscovy law and the conclusions of the author concerning the role of the legal prohibition in the field of the regulation of trade.

Key words: legal prohibition; protectionism; Torgovy statute; Novotorgovy statute; customs duty; foreign merchant; confiscation.

В современном российском законодательстве правовые запреты играют значимую роль в сфере регулирования торговой деятельности, что обусловлено необходимостью защиты национальных интересов государства в условиях экономических санкций и реализации протекционистской политики в отношении отечественных товаропроизводителей. В связи с этим представляет научный интерес вопрос развития правовых запретов через регулирование сферы торговли в России XVII в., так как именно в этот исторический период происходит зарождение отечественного протекционизма.

Соборное уложение, включившее в себя достаточно большую часть правовых норм, действовавших в России в середине XVII в., активизировало правотворческую деятельность царской власти. В течение второй половины XVII в. было издано большое количество нормативных актов, дополнявших и исправлявших Соборное уложение 1649 г.

Самыми значительными среди них были Тор -говый устав 1653 г. и Новоторговый устав 1667 г. Правовые запреты, установленные данными нормативными правовыми актами, стали эффективным средством проведения московским правительством таможенной реформы.

До 1653 г. все виды обложений именовались внутренними таможенными пошлинами - таково было наследие удельной раздробленности. В государстве насчитывалось до 28 таких пошлин, и основным источником права, которым они регулировались, являлся обычай. Появившиеся позднее уставные таможенные грамоты не могли стимулировать народное хозяйство, и прежде всего торговлю, поскольку закрепляли тот же удельный порядок, разделяя субъектов гражданского оборота на «местных, которые облагались минимально (1 денга с рубля), иногородних, которые облагались по более высокой норме (от 2,5 до 6 денег), и иностранных, которые

© Ишкаев М. Р., 2017 30

должны были платить самые высокие пошлины. Но не платили, так как имели царские жалованные и подорожные грамоты, освобождавшие от внутренних таможенных пошлин» [1]. Более того, анализ этих уставных таможенных грамот, или таможенных книг, показал, что они писались для каждого отдельного города, т. е. Россия не имела единого экономического пространства и, соответственно, единого внутреннего рынка [2].

Эти объективные проблемы дополнялись и субъективными: произвольные поборы со стороны таможенных голов и целовальников разоряли купцов, затрудняли торговые связи между областями единого государства. В купеческом челобитье 1653 г. прямо говорилось о том, что, во-первых, «изста-ри таких великих лишних пошлин, как ныне емлют, не бывали»; во-вторых, таможенные головы и целовальники, избегая недоимки, за которую подвергались государевой опале и правежу, ежегодно вводили «новосчинные всякие лишные напрасные пошлины»; в-третьих, торговые люди, испытывая непосильное бремя несанкционированных проезжих и торговых пошлин, подвергались также произвольным задержаниям, «многих торгов своих промыслишков отбыли и в конец погибли душами и животами своими» [3].

Правительство готовило таможенную реформу, защищая не только государственный интерес, но и частные интересы видных промышленников и купцов. Как отмечал А. Г. Маньков, «оно опиралось на мнение именитых людей Строгановых, гостей и представителей гостиной сотни... представителей хозяйственной сферы крупнейших монастырей» [4]. Результатом такой подготовки стал именной указ с боярским приговором от 25 октября 1653 г. «О взимании таможенной пошлины с товаров в Москве и в городах, с показанием поскольку взято и с каких товаров» [5], именуемый в научной литературе Торговым уставом.

Основное значение этого акта заключалось в том, что было установлено равное для всех таможенное обложение торговых сделок (со всех товаров, включая хлеб и другие измеримые товары) единой 5-процентной рублёвой пошлиной. Наряду с обязывающими нормами, здесь интенсивно использовались правовые запреты: все прежние сборы с то-

вара, проезжие и прочие мелкие сборы отменялись.

Один из серьёзных конфликтов, урегулированных Торговым уставом, - это конфликт интересов таможенных чиновников, завышавших пошлину, и купцов, заявлявших низкую цену на товар, чтобы заплатить как можно меньше. Устав определил размер облагаемой цены: «продажная цена», т. е. не произвольно объявленная собственником товара или определённая чиновником, а именно та, по которой товар мог быть продан, что требовало определённых усилий со стороны чиновников.

Первая группа запретов касалась государственных служащих - таможенных голов и целовальников. Им запрещалось завышать цены, чтобы получить лишнюю пошлину. Санкция за нарушение этого запрета была суровая, но неопределённая: «чинить наказание без всякой пощады».

Вторая группа запретов регулировала поведение собственников товаров и их представителей. Для них устанавливались два запрета: во-первых, утаивать товары от досмотра и обложения, а во-вторых, занижать цену, чтобы уплатить низкую пошлину. Санкция за нарушение этих запретов была единая: конфискация этих товаров в государственную казну.

Что же касается попыток избежать обложения или снизить его размер, следует обратить внимание на разнообразный субъектный состав данных правонарушений. В качестве субъектов выступали не только «всяких чинов люди и иноземцы», т. е. собственники товара, но и их представители: «братья, и племянники, и приказчики, и дворовые люди». Если запреты нарушались ими по собственной инициативе, без ведома собственника, то конфискация не применялась, а непосредственные виновники подвергались телесному наказанию «нещадно».

Третья группа запретов касалась процесса перемещения товаров по дорогам. Один из них запрещал куплю-продажу на дорогах, в местах, не оборудованных для торга и неподконтрольных таможенным чиновникам. Другой касался особого налога на складирование товаров и запрещал взимать этот налог, если складирование не производилось, а товар был продан или обменён «с колёс».

М. Р. Ишкаев

Такая классификация по порядку изложения и диспозиции правовой нормы позволяет выявить особенность применения публично-правовых запретов: здесь они использованы законодателем для регулирования гражданского оборота, представляли известные преимущества и облегчения для частных торговцев, но тем самым способствовали увеличению этого оборота товаров, что, несомненно, способствовало наполнению казны.

Новоторговый устав 1667 г. [6], по мнению ряда авторов, завершил таможенную реформу в стране и защитил внутренний рынок Российского государства от захвата иноземными купцами, в первую очередь английскими, гамбургскими и голландскими. Источниками его стали нормативные правовые акты прошлых лет, с помощью которых проводилась в жизнь таможенная реформа, а также челобитные многочисленных купцов, видные представители которых вместе с чиновниками приняли участие в составлении законопроекта. Возглавил эту работу глава Посольского приказа и московского правительства (именно так обычно переводят на современный язык его титул «Великих государственных посольских дел и государственной печати оберегатель») боярин А. Л. Ор-дин-Нащокин.

При составлении Новоторгового устава, выработанного на основе соответствующего законодательства предыдущих лет, царём Алексеем Михайловичем была учтена и челобитная 1646 г. Туда вошли статьи относительно размера и порядка взимания таможенных сборов, устройства таможен, соблюдения таможенных правил. Устав регулировал отношения русских торговых людей с иностранными коммерсантами на основе протекционистских принципов. Из 94 статей устава 52 имели непосредственное отношение к Архангельску как главному порту страны [7].

Новоторговым уставом запрещено было сибирским воеводам, в чём бы то ни было, ведать купецких людей как на сухом пути, так и на водяном. После это запрещение было неоднократно повторяемо. Есть примеры и таких изъятий, которые имели случайный, временный характер. В 1665 г., вследствие насилия воеводы Голохвастова, велено было енисейских посадских лучших людей ведать

таможенному голове до тех пор, пока не будет прислан новый воевода [8].

Все привезённые для продажи весовые товары облагались единой 5-процентной пошлиной (ст. 12), а штучные товары и деньги, привезённые для покупки товаров, - 4-процентной пошлиной (ст. 13).

Контроль торговли под запись осуществлялся и во время торговли, и по её окончании перед погрузкой в суда, и по окончании погрузки перед отправлением. Излишки в каждом случае конфисковались в казну (ст. 14, 15).

Ещё более ограничена власть воевод в отношении купцов. Не только подтверждался прежний запрет на взимание провозных пошлин, но воеводам запрещалось вмешиваться и в условия найма купцами вольных людей для обеспечения (ст. 18). При этом Новоторговый устав защищал купцов от последствий незаконных действий их персонала. Такие действия наказывались кнутом и штрафом в половину имущества проворовавшихся приказчиков и слуг (ст. 20).

В связи с усилением протекционистской политики государства Новоторговый устав предусматривал достаточно большую группу правовых запретов в отношении иностранных купцов, при этом акцент делался на необходимости соблюдения условий торговли иностранными купцами из восточных и южных стран. Например, была установлена 5-процентная торговая пошлина для «южан»: персов, индийцев, бухарцев, кумыков, черкасов, взимание её на Астраханской таможне, разрешение торговать по городам (ст. 77-78). В свою очередь, с греков, валахов и молдаван взималась 10-процентная пошлина (ст. 80). Проезжая пошлина, от которой освобождались русские купцы, с иностранцев также взималась.

При этом с помощью правовых запретов регулировалась как внутренняя торговля, участниками которой были иностранцы, так и порядок ввоза и вывоза отдельных категорий товаров. Были закреплены особые запреты для иностранных купцов: на беспошлинную торговлю русским товаром между собой (ст. 40, 41), на розничную торговлю по городам (ст. 83, 84), на торговлю с приезжими купцами - её разрешали вести только с купцами того города, в котором идёт торг

(ст. 60-62). Санкция за нарушение данных норм предусматривала конфискацию товара в пользу государства.

Из торгующих иностранцев было разрешено пропускать в Москву и другие города лишь тех, у которых будут «...Великаго Государя жалованныя грамоты о торгах, за красною печатью...» [9]. Что же касается тех иностранцев, у которых таких грамот не было, то им запрещался въезд в Москву, а торговать они имели право только в приграничных городах.

Иностранцам запрещалось вывозить купленные во внутренних городах России товары свыше описи. Излишек подлежал обязательной конфискации в казну (36). Исключением был привесок весовых товаров, кото -рый не конфисковался, но подлежал повышенному обложению - 13 % (ст. 37).

Также применялся строгий запрет на поставку некачественных товаров. Иностранные поддельные товары запрещалось пускать в оборот, их возвращали с оглашением «во весь свет» и отсылали с бесчестьем с ярмарки, а в государство-производитель писали, чтобы таких товаров впредь не присылали (ст. 45).

Проведённый анализ права Московского государства XVII в. в сфере торговли позволяет сделать вывод, что российская государственная власть умело использовала правовые запреты для регулирования экономического пространства и совершенствования то-

варооборота, а сами правовые запреты стали важным инструментом протекционистской политики.

1. Разманова Н. А. Институциональные аспекты зарождения российского протекционизма: принятие Торгового устава 1653 года // Гуманитарные науки. Вестник Финансового университета. - 2014. - № 2(14). - С. 26.

2. Там же. - С. 19-32.

3. Шумилов М. М. Торговля и таможенное дело в России: становление, основные этапы развития, К-Х'УП вв. - СПб. : Дмитрий Була-нин, 2006 (СПб.: Тип. «Наука»). - С. 114.

4. Маньков А. Г. Законодательство и право России второй половины XVII в. - СПб. : Наука, 1998. - С. 141.

5. Полное собрание законов Российской империи. Собр. первое. - СПб., 1830. - Т. 1. -№ 107.

6. Полное собрание законов Российской империи. Собр. первое. - СПб., 1830. - Т. 1. -№ 408.

7. См.: Афанасьева В. И. Привилегии в торговле России Х^-Х'^ вв. // Законодательство и экономика. - 2009. - № 9. - С. 26-29.

8. См.: Дмитриев Ф. М. История судебных инстанций и гражданского апелляционного судопроизводства от судебника до учреждения о губерниях. - М. : Тип. А. И. Мамонтова и К°, 1899.

9. Мыш М. И. Об иностранцах в России: сборник узаконений, трактатов и конвенций, с относящимися к ним правительственными и судебными разъяснениями. - СПб., 1888.