«Британия ничего подобного не переживала»

Тереза Мэй уходит в отставку: премьер-министр Великобритании заявила, что это произойдет 7 июня. По данным газеты The Times, одна из основных причин — конфликт с членами правительства, которые не желают поддерживать очередной вариант сделки по «Брекситу». При этом некоторые эксперты заявляли, что премьер предложила лучший из возможных план выхода из ЕС, а полный политический разгром случился из-за неспособности британских политиков идти на компромисс. Подробности ведущему Петру Косенко рассказал собственный корреспондент “Ъ FM” в Лондоне Андрей Остальский.

— Главный вопрос — почему именно 7 июня? Почему именно эта дата озвучена?

— Никаких специальных причин нет, просто надо было какой-то примерно такой день подобрать в июне — чтобы не слишком далеко от нынешней даты и не слишком близко. Я не думаю, что есть особые причины, которые диктовали бы именно этот день. 7 июня Тереза Мэй уйдет в отставку с поста лидера Консервативной партии. После этого в течение полутора месяцев, плюс-минус, будет продолжаться процесс выборов нового лидера партии.

И только когда он будет избран, произойдет смена премьер-министра. А до тех пор Тереза Мэй на этом посту останется.

— Но она все равно, как скажут американцы, в ситуации «хромой утки» будет находиться?

— Да, конечно. Уже никто всерьез особенно ее воспринимать не станет. Но, тем не менее, как-то надо будет правительству продолжать функционировать. Но отношения действительно, как вы заметили, отравлены.

— Но получается замкнутый круг: кризис в правительстве Соединенного Королевства произошел из-за того, что политики не могут никак договориться по варианту соглашений по «Брексит». То есть внешнеполитический фактор стал причиной внутриполитического кризиса. Но как сейчас этот внутриполитический кризис, который, как вы говорите, может растянуться на полтора-два месяца, скажется на процедуре переговоров с Брюсселем?

— Все будет заморожено, ничего не будет происходить, потому что именно новый премьер-министр должен попытаться вдохнуть новую жизнь в этот процесс. Между тем, большинство обозревателей очень скептически к этому относится и не думает, что кому бы то ни было удастся что-то принципиальное сделать.

Проблема именно в компромиссе. Недаром сегодня достаточно большую часть своего драматического выступления Тереза Мэй посвятила этой проблеме.

Она процитировала одного из своих избирателей — человека, знаменитого тем, что он спасал еврейских детей из Чехословакии во время Второй мировой войны, организовал их эвакуацию, очень много жизней спас. И этот уважаемый человек как-то отвел ее в сторону и сказал: «Всегда помните, "компромисс" — это не грязное слово, от компромисса зависит жизнь людей».

Действительно, вся проблема, вся эта ненависть к Терезе Мэй, из которой сделали козла отпущения в политическом смысле слова, связана с тем, что люди не желают рассматривать возможность достижения компромиссов. Ни с одной, ни с другой стороны ни на сантиметр не хотят подвинуться, наоборот, позиции ужесточаются. Все или ничего: или полное возвращение в Евросоюз, или полный разрыв, то есть жесткий самый вариант «Брексит». Вот именного этого хотят самые большие фракции в британском парламенте, и никаких способов примирить их нет.

— А насколько вероятен жесткий сценарий выхода Великобритании из ЕС? В Брюсселе ведь намекали, что их терпение давным-давно иссякло.

— Парадокс заключается в том, что британский парламент постановил — и это практически имеет силу закона, — что жесткий вариант «Брексита» запрещается. Но, тем не менее, он произойдет, если не предложить ничего другого. 31 октября наступит последний день членства Великобритании в Европейском союзе. Если ЕС его не продлит, а сейчас, как вы верно замечаете, настроение в Брюсселе именно такое, тогда по умолчанию произойдет «выбрасывание» страны из Евросоюза на самых жестких условиях,— неприятных для экономики и Евросоюза, и Великобритании. Вроде бы большинство ни в парламенте, ни в обществе этого не хочет, но, видимо, именно так и случится, если что-то гениальное не придумает новый премьер-министр. А что это может быть такое — никто себе даже представить не может.

— Кстати, а какие потенциально кандидатуры на пост премьер-министра сейчас обсуждаются?

— Их много, но главная фигура, маячащая над всеми,— это Борис Джонсон. При этом он весьма непопулярен среди очень многих политиков Консервативной партии, не говоря уже об остальных. Но его безумно любят рядовые члены партии консерваторов, просто безумно, большинство из них мечтают только о том, чтобы именно Борис Джонсон был премьером.

Я напомню, что сначала за кандидатуру нового премьер-министра будет голосовать парламентская фракция Консервативной партии, и имена тех, кто наберет больше всех голосов, уже вынесут на голосование всех членов партии консерваторов. Но решатся ли, скажем, депутаты, не любящие Бориса Джонсона, не включить его в этот список? Ведь если это произойдет, то может быть просто невероятное, небывалое восстание всей Консервативной партии.

— То есть партийный раскол у самих Тори может произойти?

— Он уже фактически состоялся — партия в тяжелейшем состоянии. Вчера состоялись выборы в Европейский парламент, они не столь важны, и там заседать эти депутаты, скорее всего, не могут. Но все это воспринимают как своего рода второй референдум о членстве Великобритании в ЕС. Там с большим преимуществом должна победить партия сторонников «Брексита», которые настаивают именно на самом жестком его варианте. Между тем, некоторые обозреватели договорились до того, что ни одного места на этих выборах Консервативная партия не получит.

Не знаю, насколько этот прогноз точен, но, по крайней мере, очередное унижение партию консерваторов ждет. И это, конечно, усилит раскол внутри нее.

— Возможен ли возврат к обсуждению перспектив повторного референдума относительно членства в Евросоюзе, коли уж Великобритания оказалась в таком положении?

— Более либеральная, скажет так, часть парламента и политического истеблишмента спит и видит, чтобы второй референдум произошел. Хотя, может быть, этот аппетит начнет пропадать, когда результаты выборов в Европарламент покажут, что большинство британцев, видимо, считают, что второй референдум все равно подтвердит уход Великобритании, и зачем тогда тем, кто хочет продолжения тесных связей с Европейским союзом, добиваться его проведения? Бессмысленно. Но, так или иначе, сейчас большинства в Палате общин не просматривается для того, чтобы резолюция, разрешающая проведение второго референдума, могла набрать достаточное число голосов.

— То есть по-прежнему ситуация патовая?

— Патовая абсолютно, и никто не знает, как она дальше будет развиваться, происходит совершенно беспрецедентное развитие событий, Британия ничего подобного не переживала.