Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

УДК 81'27

ТРАНСФОРМАЦИЯ СТИЛИСТИЧЕСКИХ И ТИПОЛОГИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК РОССИЙСКОГО МЕДИАДИСКУРСА НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ

Н.И. Клушина

В статье поднимается проблема трансформации типологических и стилистических параметров медиадискурса. Медиадискурс, в зависимости от ведущей дискурсной интенции получает иную, чем в функциональной стилистике, конфигурацию. Своеобразие субдискурсов определяется также через дискурсивные доминанты. Современный медиадискурс отражает стратификацию ранее гомогенного общественного сознания на элитарное и массовое, корректирует ведущие роли адресанта и адресата в коммуникации. В статье ставится вопрос о назревшей необходимости гуманистического «прочтения» мира современными российскими СМИ.

Ключевые слова и фразы: медиадискурс, субдискурс, дискурсная интенция, дискурсивные доминанты, адресант, адресат, элитарное сознание, массовое сознание, медиатизация.

TRANSFORMATION OF STYLISTIC AND TYPOLOGICAL CHARACTERISTICS OF MODERN RUSSIAN MEDIA-DISCURSE

N.I. Klushina

The paper raises the question of transformation of typological and stylistic parameters of mediadiscourse. Configuration of media-discourse differs from discourse in functional stylistics. The features of subdiscourses depend on discourse dominants. Modern media-discourse reflects stratification of homogeneous public consciousness as elitist and mass. This process changes the role of an addressee and addresser in communication. This paper puts a question on humanistic interpretation of reality viewed by modern Russian mass media.

Keywords and phrases: media-discourse, subdiscourse, discursive intention, discursive dominants, addressee, addresser, elite consciousness, mass consciousness, mediatisation.

Изучение языка современных СМИ не исчерпывается культурно-речевыми вопросами, а все более концентрируется на постановке глобальных, междисциплинарных проблем. Перечислим некоторые из них.

1. Стратификация ранее гомогенного советского общественного сознания на «элитарное» и «массовое»

Данная стратификация соответствует глобалистским матрицам современного информационного общества, стирающим национальное и социальное своеобразие, и объясняет новую типологию российских СМИ, в которой выделяются элитарные, массовые и таблоидные медиа.

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Осмелимся утверждать, что все советские СМИ с точки зрения стиля, а не идеологии были качественными.

Советские массмедиа были унифицированы идеологически, но дифференцированы стилистически. Например, в молодежной прессе прослеживалась разговорность и ориентация на молодежный субъязык с его экспрессией и относительной свободой выражения. В районной печати допускались диалектизмы. Канцеляризмы и штампы официальной печати оценивались как негативные стилистические явления. Но подобная стилистическая дифференциация не разрушала единство и качественность стиля советских медиа.

Стилистическая концепция советских СМИ строилась на:

• восходящей линии речевого поведения;

• исключении периферийной лексики;

• заботе о сохранении «чистоты языка»;

• борьбе с канцеляритом;

• осторожном включении новых заимствований при наличии исконных или освоенных лексем;

• вытеснении речевой агрессии в область критики западной/капиталистической идеологии и т.п.

Поэтому современное прочтение советского медийного дискурса как дискурса тоталитарного и квалификация языка СМИ того времени как «новояза» представляются нам линейными и одномерными, поскольку оценивается только идеологическая сторона феномена медиа. Идеология + стиль - конституирующие черты дискурса, позволяющие его рассматривать более объективно. Советская публицистика в лучших своих образцах демонстрировала креативность, риторическую безупречность и стилистическую многогранность языка массмедиа. Известный журналист-международник В.Л. Верников в личной беседе подчеркивал, что он всегда мог найти стилистическую возможность высказать то, что он думал.

Пушкин творил в не менее тоталитарную эпоху, но она не смогла ограничить его талант.

Если отказаться от тенденциозности по отношению к советским СМИ, то можно выделить ряд функций, выполняемых ими:

• идеологическая (пропагандистская),

• культурно-просветительская (воспитательная), экологическая (стилистическая).

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Стилистическим результатом явилось культивирование эталонной речи (через радио и телевидение) и «подравнивание» речи различных социальных слоев под культурные образцы интеллигенции. Таким образом, происходила стилистическая «гомогенизация» общественного сознания.

Советская идеологема «общественное сознание» прочитывалась как «сознательное общество» - общество, в котором велась активная борьба с мещанством, тунеядством и другими социальными пороками. Общественное сознание гомогенно и неделимо, т.е. оно не стратифицируется на элиту и массы, а включает их в себя имманентно (можно говорить о его «инклюзивности» в терминологии Маклюэна).

В западной идеологии акцентировалось массовое сознание. Смысл массового сознания остроумно обозначил древнегреческий законодатель Солон: «Каждый отдельно взятый афинянин - хитрая лиса, но когда афиняне вместе собираются на городском собрании, то представляют собой стадо баранов».

Массовое сознание - это лишь одна составляющая в оппозиции элитарное/массовое, разлом которой проходит по ряду параметров: креативность/эпигонство; духовность/телесность; стиль/мода; индивидуальность/тиражируемость; пассионар-ность/инертность и др.

После моральных и стилистических экспериментов «перестройки» российское общественное сознание перестало быть гомогенным и получило новую конфигурацию. Партийная идеология сменилась на коммерческую. Ориентация российского социума на европейские экономические, политические, культурные модели привела к жесткой стратификации общественного сознания по западному образцу: на элитарное и массовое. Эти процессы отразились и выразили себя в новейшем дискурсе российских СМИ [Клушина 2013].

Современный медиадискурс перестраивает свою структуру, чтобы отразить интересы элиты и масс. Российский медиадискурс сегодня отражает разновекторные интересы своих аудиторий.

2. Дифференциация современного медиадискурса

В русской стилистической традиции медиадискурс рассматривался как дихотомия публицистического и информационного подстилей в рамках единого газетно-публицистического стиля. Сегодня в нем можно выделить 3 основных типа субдискурсов: публицистический/тенденциозный, информационный/новостной и субдискурс развлечения.

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Мы сознательно не включаем в данную типологию рекламный, политический и религиозный дискурсы, подвергшиеся сегодня массированному изучению, поскольку считаем их не собственно медийными дискурсами, порождаемыми именно медиа, а зонами пересечения деятельности СМИ (как самостоятельного социального института) и деятельности политических, экономических и религиозных институтов.

Выделяемые нами 3 субдискурса, функционирующих в медийном пространстве, различаются своей интенциональностью, коммуникативными стратегиями и тактиками порождения текстов, а также перлокутивным эффектом, направленным на адресата. Журналистская практика рассчитана на самые широкие слои населения, на массового адресата. Тем не менее массовость не означает однородность аудитории. Адресант медиадискурса создает свои произведения с четкой ориентацией на «своего» адресата - вдумчивого, анализирующего (адресат качественных СМИ) или, наоборот, «легкого» читателя желтой прессы. Поэтому для реализации своей интенции в каждом из обозначенных типов дискурса (интенции информирования, убеждения или развлечения) адресант использует различные коммуникативные стратегии воздействия.

Интенциональность публицистического текста обусловлена обязательным наличием в нем идеологемы - центральной категории публицистического текста и публицистического дискурса. В информационном тексте идеологема не выражена, но она вычитывается из всего информационного контента, т.е. является не текстовой, а дискурсивной доминантой, а основу информационного текста формирует социально значимое событие.

Дискурс развлечения принципиально не идеологичен. Центральной его категорией становится занимательный факт.

Соотношение и распределение данных субдискурсов в средствах массовой коммуникации неравномерно и напрямую связано с типологией издания - качественная пресса, массовая или желтая. Идеология качественной прессы - информирование и просвещение вдумчивого читателя. Желтая пресса проповедует идеологию развлечения и рассчитана на обывателя.

Выделенные нами интенциональные (в зависимости от ведущей интенции) типы современного медиадискурса различаются и по стилистической доминанте.

В качественной прессе реализуется «интеллектуальная стилистика»: через косвенные речевые акты; через прецеденты мировой культуры; интеллектуальную языковую игру; высокий процент риторических фигур, рассчитанных на когнитивную и стилистическую компетенцию адресата; цитацию (эксплицитную и имплицитную) и др.

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Интеллектуализация языка СМИ в качественных медиа способствует его развитию и усложнению, а также дает импульсы к развитию русского национального стиля в целом.

Качественная пресса рассчитана на интеллектуальную элиту общества, которая предъявляет высокие требования к деятельности СМИ: поставлять проверенную и достоверную информацию, предоставлять широкий спектр экспертных оценок, креативно использовать стилистические ресурсы языка. Иными словами - предлагаемые СМИ информационные продукты должны иметь в том числе эстетичное стилистическое оформление.

В массовых медиа, ориентированных на массовую аудиторию, происходит «массовиза-ция» информации при ее стилистическом опрощении. Именно массовая пресса - питательная среда для низведения метафоры в штамп и тиражирования готовых идей-формул, формирующих общественное мнение. Но массовая пресса имеет строгие представления о пороге дозволенности, что и дифференцирует ее от таблоидов.

Таблоидные медиа пропагандируют неограниченную (даже этическими рамками) сенсационность. Эпатажная стилистика желтой прессы регулируется только посредством юридических запретов. Ориентация на человеческие страсти (слухи, сплетни, скандалы) и на низовую культуру (низовая культура не равна народной, это культура маргинального «дна») реализует утешительную для обывателя концепцию: «ничто человеческое не чуждо». Желтая пресса - некое оправдание не проснувшихся к духовным поискам людей.

Помимо интенции и стилистической доминанты, дифференцирующим признаком выделяемых нами субдискурсов в составе медиадискурса является эмоциональная доминанта. Эмоциональная доминанта в качественных медиа не подавляет идеологической и стилистической доминанты, а также «работает» на стратегию интеллектуализации. Эмоция в качественной прессе присутствует как составная часть интеллекта, как его отклик на познание. Интеллектуальная эмоция находит выражение в соответствующем стилистическом оформлении эмоций. «Стилистика эмоций» в качественной прессе при сохранении полной своей палитры (различных форм выражения как позитивных, так и негативных эмоций) ориентируется на сдержанность как элемент воспитания и культуры интеллектуальной элиты общества.

От качественных медиа через массовые к таблоидам наблюдается крещендо эмоциональности. В желтой прессе эмоциональность намеренно культивируется, так как соответствует стратегии сенсационности и «человеческих страстей». Стилистика эмоций в желтой прессе превалирует над фактами, сближая эстетику таблоидных СМИ с эстетикой зрелищ (на это сближение работает и чрезмерная, китчевая визуализация таблоидов).

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Резкое отличие в эмоциональной и стилистической подаче одних и тех же фактов в различных субдискурсах медиадискурса вводит в заблуждение некоторых ученых, которые ставят под сомнение единство медиадискурса и «законность» включения его в таксономию стилей современного русского языка.

Например, А.А. Кибрик, рассмотрев различную стилистическую подачу одной и той же новости в разных СМИ, пишет: «В целом представляется, что в современном глобальном мире публицистический, или медийный, ф-стиль менее определенен, чем научный, официальный или художественный. Медийный ф-стиль гораздо сильнее интегрирован с немаркированным бытовым ф-стилем. Вызывает большое сомнение, что есть какой-либо инвариант или хотя бы прототип, объединяющий новости 1-го канала и тексты желтой прессы, рекламу и репортажи радио «Культура», и при этом надежно отличающий их от других ф-стилей» [Кибрик 2011: 83]. И приходит к заключению: «На данный момент представляется наиболее вероятным, что медийный дискурс, или публицистический ф-стиль, в целом вряд ли может быть идентифицирован как вариант или даже прототип. Медийные контексты для этого слишком многообразны...» [Кибрик 2011: 84].

Но проблема определения границ медиадискурса и его дифференциации от других дискурсов лежит не в области классической стилистики и решается не с помощью функционально-стилистического метода, к которому апеллирует А.А. Кибрик, а с помощью «интенционального метода» [Клушина 2012], позволяющего по-новому конструировать и описывать дискурс, в соответствии с ведущей дискурсной интенцией, а также в соответствии с тематической, концептуальной, стилистической и эмоциональной доминантами, организующими пространство любого дискурса.

Сомневаясь в возможности доказать таксономическую правомерность медиастиля, А.А. Кибрик перекладывает это «бремя» на медиалингвистов: «.бремя доказательства должно быть на том, кто утверждает, что публицистический, или медийный, ф-стиль существует, отождествим и отличим по каким-либо объективным параметрам от других ф-стилей» [Кибрик 2012:81]. Но, парадоксальным образом, отмеченная исследователем как разрушающая единство стиля его интегрированность с другими стилями («.медийный ф-стиль гораздо сильнее интегрирован с немаркированным бытовым ф-стилем») является, напротив, его отличительным свойством, дифференцирующим его от других стилей. Переплетение в медиадискурсе официальных «голосов» (чиновников, политиков, ученых и др.) с «голосами» улицы (свидетелей, очевидцев, случайных прохожих и др.) порождает «многоголосие» медиастиля, отражающее окружающую нас действительность: мы все живем в мире различ-

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

ных голосов, в многоголосице различных (по статусу, возрасту и т.п.) людей, с различным использованием ими языка в разнообразных ситуациях. Д. Матисон, вслед за Эриксоном, называет журналистов «культурными рабочими»: «Журналисты, гости ток-шоу, сценаристы мыльных опер - все они "смешивают" голоса и идеи специалистов и переводят их на язык общеизвестного знания» [Матисон 2013: 20].

Многоголосие медиастиля не разрушает его, а дифференцирует от моностилей (официально-делового, научного). Но медиастиль не сливается и с разговорно-бытовым, так как в медиадискурсе журналист «присваивает» чужие голоса для преобразования их смысла и создания собственного текста, в отличие от разговорно-бытового стиля, где такое преобразование невозможно, так как участники диалога ведут собственную речевую партию. Журналисты же «выполняют некое социальное действие над словами других людей» [Матисон 2013: 57].

3. Корректировка ведущих ролей в коммуникативном блоке «адресант/адресат»,

произошедшая в современном информационном обществе, в котором СМИ отказываются от своей социальной миссии и все больше становятся продавцами новостей. Это приводит к вытеснению содержательной основы журналистики стилистическими экспериментами.

Бесконечная ротация однотипных сюжетов по многочисленным каналам массмедиа, рерайтинг и коммуникативные скандалы, расширяющие одну и ту же новость, приводят к движению и наращиванию информации, а не нового смысла.

В современных СМИ один и тот же факт предстает в различных «стилистических обертках». Форма становится превалирующей ценностью для изданий, пытающихся «отстроиться от конкурентов». Оригинальность авторского стиля является преимуществом в условиях информационного общества, в котором массмедиа делают бизнес на потреблении информации, поскольку эстетика стиля может скрыть тавтологичность содержания.

Но при таком подходе информация практически теряет свою ценность. СМИ, вовлекаясь в рыночные отношения, все больше отходят от социальной ответственности. Сегодня адресат сам выбирает ассортимент изданий и каналов, тем самым дифференцируя себя как личность, а адресанту остается стиль. То есть в информационно-торговых отношениях СМИ отказались от социальной ответственности за так называемое «воспитание общества». Адресат теперь сам отвечает за свой выбор информационных продуктов. Как писал В. Франкл: «Мы живем в обществе изобилия, средства массовой информации заливают нас потоками стимуляции... Если мы не хотим утонуть в этом потоке..., то мы должны научиться различать, что

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

существенно, а что нет, что имеет смысл, а что нет, за что отвечать, а за что нет» [Франкл 1990: 39].

К сожалению, не каждый адресат оказался готов к смене ролей. Брошенный в пучину информации без спасательного круга ориентирующей идеологии, российский массовый адресат в первую очередь обвиняет СМИ в падении культуры, размывании морали, хотя на самом деле здесь есть большая вина и самого адресата.

Многие читатели по привычке ждут от СМИ гораздо большего, чем те им предлагают. Российский адресат приучен искать в массмедиа ответы на вечные русские вопросы. Но каждый раз выставляя претензии к низкокачественным продуктам массмедиа, мы должны понимать, что в этом в одинаковой степени виноваты и мы как адресаты. Никлас Луман так сформулировал главный вопрос своей теории массмедиа: «Что представляет собой общество, которое именно так описывает себя и свой мир?» [Луман 2012: 29].

И этот вопрос коррелирует с отечественной традицией понимания журналистики как социально ориентированной творческой деятельности. Даже с точки зрения стилистики, признающей самоценность формы, в журналистике «идеология» (понимаемая как культурные и мировоззренческие общественные идеалы) не должна находиться на периферии и подавляться стилистическими экспериментами.

Таким образом, включение российского постперестроечного общества в единый глоба-листский информационный контекст эпохи привело к типологическим и стилистическим изменениям медиадискурса, что, в свою очередь, отразилось на общественном сознании.

И, наконец, четвертая проблема, которую мы только наметим.

4. Медиареальность: варианты прочтения мира

Взаимоотношения СМИ и культуры, понимаемой в самом широком значении - как интеллектуального продукта, в мировой научной критике описываются с самых различных позиций. Точкой совпадения различных концепций является тезис о все возрастающей медиатизации общества и культуры (независимо от типа культуры и типа общества).

В России отношение к медиа (с точки зрения научной традиции) имеет свою уникальную историю, в которой отразились почти все имеющиеся концепции его понимания: от демонизации СМИ до их оправдания и попыток нейтрального, объективного описания как особой, замкнутой системы, как «винтика» в механизме социальной жизни, объективированной, нечувственной, без привнесения личностного, страстного.

Медиа «прочитывают» [Коньков 2012] и интерпретируют реальность. В России медийную интерпретацию мира хронологически можно представить следующим образом:

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

• идеологическое прочтение мира (советская эпоха, когда медиа были одеты в «школьную форму» идеологии);

• апокалиптическое прочтение (перестройка, «перевернувшая» идеологические клише и разрушившая стилистический узус);

• постмодернистское прочтение мира (перестройка и постперестройка, со сплетением различных культурных кодов и раскавычиванием цитат);

• конструктивистское прочтение (новейшая эпоха, прочитывающая мир как ментальный конструкт, запечатленный в виде беспрерывного надличностного течения новостей).

Н. Луман справедливо утверждал, что «массмедиа не могут притязать на исключительное право конструировать реальность». Любая из перечисленных медиаинтерпретаций действительности - лишь один из возможных вариантов ее прочтения. Поэтому любая редукция эффектов медиа, сведение их только к какому-либо одному варианту воссоздания реальности приводит к непониманию сложности и комплексности этого феномена.

Медиа «прочитывают» мир. А мы «прочитываем» медиа, включая некоторые медийные когниции в контекст собственной жизни.

Наиболее важной и исторически обусловленной для России, думается, может стать гуманистическая концепция медиа, которая не редуцирует, а интегрирует множество различных подходов и ставит в центр своих исканий - человека, возвращая общество к традиционным ценностям мировой культуры: человек - мера всех вещей, а не их потребитель и обладатель.

Конструктивистская интерпретация мира устраняет человека, постмодернистская -«убивает» автора, идеологические реторты стремятся унифицировать и укротить идеи. И только гуманистическое медиапрочтение мира может поставить перед обществом нужные вопросы, ведущие читателя к духовному поиску.

Список литературы

Кибрик А.А. Дискурсивная таксономия и медийный дискурс // Язык и дискурс средств массовой информации в XXI веке / под ред. М.Н. Володиной. М.: Академический проект, 2011. С. 79-85.

Клушина Н.И. Интенциональная конфигурация медийного пространства // Политическая лингвистика. 2013. № 2 (44). С. 40-46.

Клушина Н.И. Интенциональный метод в современной лингвистической парадигме // Медиаскоп: электронный научный журнал Факультета журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова. 2012. № 4. URL: www.mediascope.ru.

Коньков В.И. От предложения к тексту, от высказывания к произведению // Лингвистика речи. Медиастилистика: коллективная монография, посвященная 80-летию проф. Г.Я. Солганика. М.: Флинта: Наука, 2012. С. 354-363.

106

Экология языка и коммуникативная практика. 2013. № 1. С. 98-107

Трансформация стилистических и типологических характеристик российского медиадискурса новейшего времени

Н.И. Клушина

Луман Н. Реальность массмедиа. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2012. 256 с. Маклюэн Г.М. Понимание медиа: внешние расширения человека. М.: Кучково поле, 2011. 464 с.

Матисон Д. Медиадискурс. Анализ медиатекстов. Х., 2013. 264 с. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. 372 с.

References

Kibrik А.А. Diskursivnaya taksonomiya i medijnyj diskurs // YAzyk i diskurs sredstv mas-sovoj informatsii v XXI veke / pod red. M.N. Volodinoj. M.: Akademicheskij proekt, 2011. S. 7985.

Klushina N.I. Intentsional'naya konfiguratsiya medijnogo prostranstva // Politicheskaya lingvistika. 2013. № 2 (44). S. 40-46.

Klushina N.I. Intentsional'nyj metod v sovremennoj lingvisticheskoj paradigme // Me-diaskop: ehlektronnyj nauchnyj zhurnal Fakul'teta zhurnalistiki MGU im. M.V. Lomonosova. 2012. № 4. URL: www.mediascope.ru.

Kon'kov V.I. Ot predlozheniya k tekstu, ot vyskazyvaniya k proizvedeniyu // Lingvistika re-chi. Mediastilistika: kollektivnaya monografiya, posvyashhennaya 80-letiyu prof. G.YA. Solganika. M.: Flinta: Nauka, 2012. S. 354-363.

Luman N. Real'nost' massmedia. M.: Knizhnyj dom «LIBROKOM», 2012. 256 s. Maklyuehn G.M. Ponimanie media: vneshnie rasshireniya cheloveka. M.: Kuchkovo pole, 2011. 464 s.

Matison D. Mediadiskurs. Analiz mediatekstov. KH., 2013. 264 s. Frankl V. CHelovek v poiskakh smysla. M.: Progress, 1990. 372 s.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:

Клушина Наталья Ивановна, доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры

стилистики факультета журналистики

МГУ имени М.В. Ломоносова

Россия, 119991, Москва, Ленинские горы, 1

E-mail: nklushina@mail.ru

ABOUT THE AUTHOR:

Клушина, Natalia Ivanovna, Doctor of Philology, Full Professor, Professor of the Department of Stylistics of Faculty of Journalism

Moscow State University n.a. M.V. Lomonosov 1, Leninskie Gory, Moscow 119991 Russia E-mail: nklushina@mail.ru