Наука разрывать

Россия лишится доступа к Большому адронному коллайдеру. Совет ЦЕРН решил не продлевать сотрудничество с Россией и Белоруссией после 2024 года. Там объяснили, что военная операция на Украине противоречит основным ценностям Европейской организации по ядерным исследованиям.

Фото: Denis Balibouse / Reuters

В начале марта ЦЕРН приостановил статус России как страны-наблюдателя, а позже и вовсе заявил о временном прекращении участия в исследованиях с российскими институтами, среди которых МГУ, МИФИ и СПбГУ. Таким образом, ученые лишатся доступа к уникальным исследованиям, отмечает главный конструктор проекта «Универсат-СОКРАТ» Василий Петров: «ЦЕРН — крупнейший в мире исследовательский центр по ядерной физике, физике высоких и сверхвысоких энергий. Основная цель его образования — дать сэкономить отдельным государствам на крайне дорогостоящих исследованиях, связанных со строительством сложных, больших, громоздких установок.

Россия сотрудничала с ним достаточно плотно давно. Вклад наших ученых и организаций довольно существенный. Тем не менее членом Европейского исследовательского сообщества РФ никогда не была. Все текущие проекты продолжаются, новые не начинаются. Вот в эти оставшиеся год-полтора работы будут более или менее идти так, как шли. Это повлияет, а сильно или нет — вопрос сложный, поскольку ядерные исследования — это прежде всего фундаментальная физика. То есть, если говорить о каких-то прикладных, связанных с ускорителями, высокими энергиями и так далее, в России довольно большая база, в том числе и ускорительная.

Ее, наверное, недостаточно для полного замещения потребностей народного хозяйства, но для определенных прикладных работ хватит. Если мы могли бы претендовать на отчисления или патентные выплаты по тем или иным результатам, полученным вместе с учеными в ЦЕРН, то по тем проектам, которые мы пропустим, у нас этого права не будет. Если мы захотим использовать эти условия, придется за них платить. Что касается альтернатив, в России есть ряд организаций, например, Объединенный институт ядерных исследований, занимающийся экспериментальной физикой.

Другой вопрос в том, что сопоставимого тому же Большому адронному коллайдеру оборудования в России нет и не предвидится».

В конце прошлого года министр науки и высшего образования Валерий Фальков встретился с генеральным директором ЦЕРН Фабиолой Джанотти. Стороны подчеркнули, что российские ученые плотно сотрудничают в основных экспериментах на Большом адронном коллайдере, в том числе нацеленных на поиск бозона Хиггса и в исследовании суперсимметрии. Джанотти заявила, что Москва — один из ключевых партнеров Европейского центра.

Сейчас российские ученые смогут продолжить работу, но уже на отечественном оборудовании, которое заметно отличается от швейцарского, отмечает научный журналист Александр Баулин: «Российские ученые в ЦЕРН занимались всем, начиная с очевидных вещей. Это, например, предположения о том, что происходит в адронном коллайдере, получение экспериментальных данных и соотнесение их с теоретическими, чтобы сделать выводы о нахождении новых частиц или подправить заключения, подстроить модели.

Боюсь, теперь доступ российских ученых к первичным сведениям с Большого адронного коллайдера будет ограничен.

Они, конечно, могут, как и раньше, читать статьи, использовать какие-то результаты коллег в первичных научных группах. Но самое ценное, первичные научные данные, из которых можно первым сделать какие-то выводы, скорее всего, для них будет недоступно. У нас есть несколько нейтринных обсерваторий в стране, рентгеновская TAIGA. Я думаю, российские ученые переключатся на новые области, но не факт, что все они имеют такое же финансирование, как Большой адронный коллайдер».

В прошлом году стартовала программа «Приоритет-2030», в рамках которой планировалось выстроить более плотное взаимодействие российских вузов с ЦЕРН. Теперь эти проекты не будут реализованы. Всего страна сотрудничала с Организацией по ядерным исследованиям более полувека.

Новости в вашем ритме — Telegram-канал "Ъ FM".