Наджелудочковые нарушения ритма у пациентов с ишемическим инсультом, выявленные методом семисуточного холтеровского мониторирования ЭКГ

2014

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 11

Вып. 3

ВНУТРЕННИЕ БОЛЕЗНИ

УДК 616.8

М. А. Батурова1,2, А. В. Трегубое1, К. В. Голиков3, П. Г. Платонов2, Ю. В. Шубик1

НАДЖЕЛУДОЧКОВЫЕ НАРУШЕНИЯ РИТМА У ПАЦИЕНТОВ С ИШЕМИЧЕСКИМ ИНСУЛЬТОМ, ВЫЯВЛЕННЫЕ МЕТОДОМ СЕМИСУТОЧНОГО ХОЛТЕРОВСКОГО МОНИТОРИРОВАНИЯ ЭКГ

1 Научно-клинический и образовательный центр «Кардиология», Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9

2 Лундский университет, Швеция

3 Городская больница № 2, Санкт-Петербург, Российская Федерация

В статье представлены результаты исследования метода многосуточного холтеровского мо-ниторирования ЭКГ в диагностике фибрилляции предсердий и других наджелудочковых нарушений ритма у пациентов, перенесших ишемический инсульт. В исследование были включены 34 пациента с впервые развившимся инсультом (возраст 61±14 лет, 22 мужчины) и 34 человека из популяции Санкт-Петербурга без инсульта и ФП в анамнезе (возраст 66±1 год, 22 мужчины). Пациентам проводилось семисуточное холтеровское мониторирование ЭКГ. Лицам из контрольной группы — 24-часовое холтеровское мониторирование ЭКГ. Данные первых суток семисуточного мониторирования пациентов сравнивались с данными 24-часового монитори-рования ЭКГ в контрольной группе. Только 50% пациентов имели запись в течение полных 6 суток, остальные прекратили исследование досрочно. Начиная с четвертых суток исследования в группе пациентов новых данных получено не было. Распространенность пароксизмальных наджелудочковых аритмий и среднее число групповых наджелудочковых экстрасистол за сутки было достоверно выше у пациентов с инсультом по сравнению с контрольной группой. Таким образом, методика семисуточного холтеровского мониторирования ЭКГ представляется утомительной для пациентов в острой фазе ишемического инсульта, ее диагностическая значимость неоднозначна. Пациенты с инсультом по сравнению с контрольной группой имеют более высокую эктопическую наджелудочковую активность, которая позволяет заподозрить бессимптомную невыявленную ФП. Библиогр. 21 назв. Ил. 1. Табл. 1.

Ключевые слова: ишемический инсульт, фибрилляция предсердий, наджелудочковая тахикардия, наджелудочковая экстрасистолия, холтеровское мониторирование.

SUPRAVENTRICULAR ARRHYTHMIAS IN PATIENTS WITH ISCHEMIC STROKE DETECTED USING 7-DAY ECG HOLTER MONITORING

M. A. Baturova12, A. V. Tregubov1, K. V. Golikov3, P. G. Platonov2, Yu. V. Shubik1

1 Scientific Clinical and Educational Center "Cardiology" of St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation

2 Lund University, Sweden

3 City Hospital N 2 of St. Petersburg, Russian Federation

The paper presents the results of the study aimed to assess the diagnostic yield of many-day Holter ECG monitoring (HM) in detection of atrial fibrillation (AF) and other supraventricular arrhythmias in stroke patients. Thirty four patients with first-ever ischemic stroke (age 61±14 years, 22 men) and 34

controls from general population of St-Petersburg (age 66±1 years, 22 men) without stroke and AF were included in the study. Stroke patients were examined using 7-day HM. Controls were checked with conventional 24-hour HM. The data of the first day of ECG recording in the stroke group were compared to the data of 24-hour HM in the control group. Only 50% of patients had ECG recording during full 6 days, the rest stopped monitoring prematurely. Beginning with the fourth day no new data were found. The prevalence of paroxysmal supraventricular arrhythmias and mean number of group supraventricular extrasystoles per day were significantly higher in patients with ischemic stroke compared to controls. In conclusion, the method of 7-day HM is cumbersome for ischemic stroke patients. The diagnostic yield of this method is questionable. Compared to controls stroke patients have higher supraventricular ectopy which might be considered as a marker of silent paroxysmal AF. Refs 21. Fig 1. Table 1.

Keywords: ischemic stroke, atrial fibrillation, supraventricular tachycardia, supravenricular premature beat, Holter monitoring.

Фибрилляция предсердий (ФП) является известным фактором риска развития ишемического инсульта (ИИ), ее распространенность достигает 30% у пациентов с этой патологией [1]. Выявление ФП у пациентов с ИИ представляется крайне важной клинической задачей, поскольку диагноз ФП существенно меняет врачебную тактику. В соответствии с современными европейскими и российскими рекомендациями по ведению пациентов с ФП такие пациенты имеют высокий риск тромбо-эмболических осложнений и им показано назначение пероральных антикоагулянтов с целью вторичной профилактики тромбоэмболий [2].

Однако часть пациентов имеют бессимптомную пароксизмальную ФП, о которой неизвестно на момент ИИ. В современной врачебной практике используются различные методы ЭКГ-диагностики ФП. Рутинное 24-48 холтеровское монитори-рование ЭКГ (ХМ) имеет незначительную диагностическую значимость [3, 4]. Продолжение регистрации ЭКГ после инсульта [5, 6] и длительное ХМ [7] повышают выявляемость ФП.

Тем не менее, остается неясным, какова оптимальная продолжительность регистрации ЭКГ у пациентов с ИИ и у какой категории пациентов следует продолжать диагностический поиск с целью выявления ФП. Ранее было показано, что существует взаимосвязь между повышенной наджелудочковой эктопической активностью, развитием ФП и возникновением ИИ [8], а также то, что у пациентов с ИИ частая наджелудочковая экстрасистолия (НЖЭ) является предиктором развития ФП в течение 6 месяцев после инсульта [9].

Целью настоящей работы явилось изучение диагностической значимости семи-суточного ХМ для выявления ФП и распространенности наджелудочковых аритмий у пациентов с ИИ.

Материал и методы. В 2010 г. в исследование были включены 34 пациента с впервые возникшим ИИ, находившиеся на лечении в неврологическом отделении стационара. Диагноз ИИ у всех пациентов был подтвержден данными компьютерной или магнитно-резонансной томографии головного мозга. Критериями включения в исследование было отсутствие ФП в анамнезе и при поступлении в неврологическое отделение по данным истории болезни. Средний возраст пациентов составил 61±14 лет. В исследуемой группе было 12 женщин и 22 мужчины.

Контрольную группу составили 34 человека из общей популяции Санкт-Петербурга без инсульта и ФП в анамнезе. Средний возраст в контрольной группе был 66±1 год, по полу она соответствовала группе пациентов: 12 женщин и 22 мужчины.

Всем пациентам проводилось семисуточное ХМ с использованием кардио-регистратора «Кардиотехника-04-3» (ЗАО «Инкарт», Санкт-Петербург, Россия) в среднем на 6,5 сутки (вероятное отклонение 6) острого ИИ. Лицам из контрольной группы было проведено 24-часовое ХМ с использованием кардиорегистратора «Кардиотехника-04-3 (М)» (ЗАО «Инкарт», Санкт-Петербург, Россия). Анализ данных проводился с помощью программного обеспечения «KTResult 2» двумя независимыми кардиологами. Данные, полученные при ХМ лиц из контрольной группы, сравнивались с данными, полученными за первые сутки семисуточного ХМ в группе пациентов.

Были проанализированы средняя дневная и средняя ночная частота сердечных сокращений, а также наличие и характер наджелудочковых нарушений ритма. При анализе наджелудочковых аритмий оценивалась одиночная, парная, групповая над-желудочковая экстрасистолия, эпизоды (пароксизмы) наджелудочковой тахикардии (НЖТ) и пароксизмы ФП. Отдельно оценивались эпизоды НЖТ продолжительностью 10 и более комплексов подряд как маркеры повышенной эктопической надже-лудочковой активности [7, 8].

При анализе данных семисуточного ХМ в группе пациентов определялась частота пароксизмов НЖТ 10 и более комплексов в сочетании с пароксизмами ФП за каждые сутки мониторирования и суммарная частота выявления ФП и НЖТ в течение семи суток ХМ.

Для статистической обработки данных была использована программа SPSS Statistics 19 (SPSS Inc, Chicago, IL, USA). Группы сравнивали с помощью точного теста Фишера, критерия хи-квадрат для категориальных переменных и теста Стьюдента для непрерывных переменных. При значениир < 0,05 различие между группами расценивалось как достоверное.

Результаты. Всем пациентам с ИИ было выполнено семисуточное ХМ. Средняя продолжительность записи составила 5,2±2 суток: от 0,71 до 7,7. Только 17 пациентов (50%) имели запись в течение по меньшей мере полных 6 суток, у 14 человек регистрация ЭКГ составила менее 3 суток. Один пациент имел запись менее 24 ч. Причинами прекращения исследования было преждевременное отсоединение электродов пациентами в связи с «усталостью» и/или аллергическими реакциями на электроды. Кроме того, в ряде случаев присутствовало множество артефактов, что привело к невозможности анализа существенной части данных. Средняя продолжительность записи в контрольной группе составила 23,5±0,9 ч (от 22 до 25,8).

В отдельную группу как наиболее значимые с клинической точки зрения были выделены пароксизмы ФП и НЖТ 10 и более подряд эктопических сокращений. Сравнительная выявляемость этих наджелудочковых тахиаритмий, ежесуточная и суммарная («кумулятивная») за 7 суток ХМ представлена на рисунке.

Как следует из рисунка, наиболее информативными оказались первые трое суток ХМ. Начиная с 4-х суток новые пациенты с ФП и НЖТ не выявлялись. В первые сутки ХМ пароксизмальная ФП была зарегистрирована у четырех пациентов (12%). Длительность пароксизмов составила от 9,6 мин до 75,8 ч, в среднем 29,2±33,6 ч. Два пациента имели пароксизмы ФП продолжительностью более суток. Следует отметить, что все пароксизмы ФП были бессимптомны. Еще у трех пациентов были зарегистрированы пароксизмы НЖТ более 10 QRS комплексов продолжительностью менее 30 сек. Их длительность составила от 7,2 до 10,8 сек, в среднем 8,4±2,1. В после-

суммарная частота выявления пароксизмов ФП и/или НЖТ

частота пароксизмов ФП и/или НЖТ за сутки

Сутки мониторирования

Рис. Пароксизмальная фибрилляция предсердий и/или наджелудоч-ковая тахикардия: сравнение выявляемости суммарной («кумулятивной») и за каждые отдельные сутки 7-суточного мониторирования ЭКГ

дующие сутки регистрации ЭКГ дополнительных случаев ФП зарегистрировано не было. На вторые сутки записи у двух пациентов была выявлена НЖТ длительностью от 3,6 до 10,1 сек, в среднем 6,8±4,6. На третьи сутки еще у двух пациентов была зарегистрирована НЖТ, длительность которой у обоих пациентов составила 3,6 сек.

В контрольной группе за сутки ХМ не было зарегистрировано пароксизмов ФП. Лишь в одном случае был выявлен единственный за сутки пароксизм НЖТ более 10 комплексов длительностью 2 сек.

Основные оцениваемые ЭКГ-параметры, проанализированные за первые сутки семисуточного ХМ в группе пациентов и за сутки ХМ в контрольной группе, представлены в таблице.

Таблица. ЭКГ-параметры, зарегистрированные у пациентов с инсультом в первые сутки семисуточного мониторирования ЭКГ и у лиц из контрольной группы в течение суточного

мониторирования

ЭКГ-параметры Пациенты с ИИ Контрольная группа Значение р

Средняя частота сердечных сокращений днем, mean±std 73±11 80±12 0,016

Средняя частота сердечных сокращений ночью, mean±std 64±10 62±7 0,214

Среднее число одиночных НЖЭ за сутки, mean±std 678±1703 338±902 0,389

Среднее число парных НЖЭ за сутки, mean±std 117±357 12±21 0,168

Среднее число групповых НЖЭ за сутки, mean±std 19±30 3±3 0,017

Распространенность пароксизмов ФП и НЖТ, п (%) 7 (21) 1 (3) 0,027

Распространенность пароксизмов ФП, п (%) 4 (12) 0 (0) 0,114

Примечание: mean — среднее значение, std — стандартное отклонение, ИИ — ишемический инсульт, НЖЭ — наджелудочковая экстрасистолия, ФП — фибрилляция предсердий, НЖТ — наджелудочковая тахикардия.

Как можно видеть, у пациентов с ИИ достоверно ниже была средняя частота сердечных сокращений в дневное время по сравнению с лицами из контрольной группы. Видимо, это объясняется очевидными различиями в физической активности во время ХМ. В основной группе эктопическая активность оказалась более высокой, чем в контрольной. Это касается всех исследуемых характеристик: одиночной, парной и групповой НЖЭ, а также пароксизмов ФП, как отдельно, так и в сочетании с пароксизмами НЖТ. Однако статистически существенными эти различия были только при групповой НЖЭ и пароксизмальных наджелудочковых тахиаритмиях. Возможно, различия в количестве одиночных и парных НЖЭ оказались статистически незначимыми в связи с небольшой анализируемой выборкой, а также вследствие больших отличий числа НЖЭ у разных больных.

С учетом того, что более высокая наджелудочковая эктопическая активность взаимосвязана с ФП [10], мы исключили из анализа пациентов с зарегистрированной ФП, чтобы подтвердить достоверность существования более высокой эктопической активности у пациентов с ИИ по сравнению с контрольной группой. После исключения из анализа пациентов с зарегистрированной ФП вновь было определено среднее число групповых НЖЭ за сутки. В группе пациентов с ИИ, у которых не была зарегистрирована ФП (п = 30), среднее число групповых НЖЭ по сравнению с контрольной группой по-прежнему осталось достоверно более высоким: 18±34 и 3±3 соответственно, р = 0,031.

Обсуждение. При использовании метода семисуточного ХМ пароксизмальные наджелудочковые тахиаритмии были выявлены у каждого третьего пациента с ИИ. Частота выявления пароксизмальных наджелудочковых тахиаритмий увеличилась от 21% в первые сутки ХМ до 32% к третьим суткам. Следует отметить, что в нашем исследовании, начиная с четвертых суток, регистрация ЭКГ-данных оказалась неинформативной в отношении диагностики ФП и пароксизмов НЖТ. В связи с тем, что метод семисуточного ХМ оказался утомительным и трудновыполнимым для пациентов в острой фазе ИИ и только 50% пациентов смогли завершить исследование, не представляется возможным делать однозначное заключение о диагностической значимости этой методики.

Тем не менее, наши данные соответствуют данным других авторов [7]. Так, только 69% пациентов с ИИ, которым проводилось семисуточное ХМ, имели 5 полных суток пригодной для анализа записи ЭКГ. Причиной прекращения исследования в большинстве случаев также было преждевременное отсоединение электродов пациентами. Более того, в этом исследовании авторы отметили, что диагностическая значимость пролонгированной записи ЭКГ в выявлении ФП недостоверно увеличивалась только в течение первых трех суток ХМ.

Наши данные по частоте выявления пароксизмальных тахиаритмий не противоречат данным других исследований. В группе пациентов с имплантированными устройствами, у которых развился ИИ, в 22% случаев регистрировалась субклиническая пароксизмальная ФП в течение 3 месяцев до инсульта [11]. В другом исследовании у пациентов с имплантированными устройствами и тромбоэмболиями без анамнеза ФП пароксизмы предсердной тахикардии или ФП были диагностированы в 28% случаев после тромбоэмболического события в течение 1 года, причем большинство эпизодов были бессимптомными [12]. В обоих этих исследованиях диагно-

стировались эпизоды длительностью более 6 и 5 мин соответственно и не учитывались короткие пароксизмы ФП.

Частота выявления более коротких пароксизмальных тахиаритмий длительностью более 5 сек с помощью неимплантируемого регистратора событий в течение 30 дней после инсульта неизвестной этиологии составила 12% [13]. Однако в это исследование включались пациенты только с инсультом неустановленной этиологии, и регистрировались события продолжительностью более 5 сек, что могло привести к потере части более коротких эпизодов аритмичеких событий, которые остались бессимптомными.

По данным семисуточного ХМ, инициированного в первые часы после ИИ, частота коротких пароксизмов НЖТ более 10 комплексов составила 44%, а пароксизмов ФП длительностью более 30 сек — 12,5% [7]. Данные этих авторов совпадают с нашими по частоте выявления ФП, но превышают их при диагностике коротких эпизодов тахикардий. Следует заметить, что в этом исследовании ХМ было инициировано в первые часы острого ИИ, а в нашем исследовании — в среднем на 6 сутки, тогда как было показано, что чем раньше инициируется регистрация ЭКГ, тем выше процент выявления пароксизмальной ФП [14].

По результатам приведенных исследований бессимптомные пароксизмальные НЖТ могут быть диагностированы в достаточно высоком проценте случаев. Однако методики диагностики, примененные в этих исследованиях, не могут использоваться в широкой клинической практике. Рутинное 24-48-часовое ХМ не имеет большой диагностической значимости и позволяет выявить паркосизмальную ФП в 1-6,4% [4, 5, 7]. Семисуточное ХМ повышает выявляемость наджелудочковых нарушений ритма, но является трудоемким для персонала и утомительным для пациентов [7].

В связи с этим все больше исследований направлено на то, чтобы определить группу пациентов, которые потенциально могут иметь бессимптомную ФП и, следовательно, у которых следует продолжать диагностический поиск. Было показано, что у пациентов без инсульта и ФП в анамнезе высокий сердечно-сосудистый риск, определенный по шкалам CHADS2 и CHA2DS2-VASc, ассоциируется с развитием ФП и ИИ [15]. Частая НЖЭ, диагностированная методом 24-часового ХМ, и высокий риск, определенный по шкале CHADS2, также являются предикторами развития ФП как в совокупности, так и независимо друг от друга [16].

У пациентов с ИИ тяжесть инсульта, патология митрального клапана, увеличение размера левого предсердия, повышенный уровень мозгового натрийуретиче-ского пептида являются предикторами развития ФП [17, 18]. У больных с инсультом неопределенной этиологии было показано, что развитие ФП в течение первых 6 месяцев после инсульта ассоциируется с пожилым возрастом, нарушением внутри-предсердной проводимости, увеличением размера левого предсердия и выявленной при ХМ предсердной экстрасистолией [19].

Зарегистрированная с помощью 24-часового ХМ частая НЖЭ ассоциируется с выявлением ФП в краткосрочном периоде после ИИ и является маркером той группы пациентов, которые потенциально могут иметь бессимптомную незарегистрированную ФП [9].

В нашем исследовании мы уделили пристальное внимание эпизодам НЖТ продолжительностью 10 и более комплексов и в анализе приравняли их к пароксиз-мальной ФП, поскольку такие эпизоды связаны с госпитализацией по поводу ФП

[8]. Высокий процент таких эпизодов, зарегистрированных у пациентов в первые сутки ИИ, позволил предположить, что они являются «суррогатами» продолжительных эпизодов ФП [7]. Однако остается неясной причинно-следственная связь между аритмиями, зарегистрированными в первые дни после инсульта, и развитием ИИ. Существуют, впрочем, данные об их взаимосвязи с тяжестью инсульта [20].

В нашем исследовании пациенты с ИИ по сравнению с контрольной группой имели более высокую встречаемость НЖЭ и пароксизмальных наджелудочковых тахиаритмий, включая ФП, за стуки. Повышенная наджелудочковая эктопическая активность может дать основание заподозрить потенциально большую распространенность бессимптомной пароксизмальной ФП, которая осталась невыявленной методом ХМ. Рутинная методика ХМ в течение 24 ч может позволить определить группу пациентов с маркерами развития или возможного существования бессимптомной ФП в виде повышенной эктопической наджелудочковой активности. Таким образом может быть отобрана группа пациентов для продолжения диагностического поиска ФП, выявление которой позволит инициировать терапию пероральными антикоагулянтами с целью вторичной профилактики тромбоэмболических осложнений.

Наряду с неполными данными семисуточного ХМ недостатком нашего исследования было отсутствие стратификации пациентов по группам в соответствии с типом инсульта по этиологической классификации TOAST [21] в связи с небольшой выборкой. В анализ вошли все пациенты, включая пациентов с определенными причинами инсульта как кардиоэмболического, так и сосудистого генеза. Наибольший интерес представляла бы группа пациентов с инсультом неопределенной этиологии. Диагностика нарушений ритма у пациентов с установленной причиной инсульта могла бы пролить свет на вопрос о причинно-следственной связи аритмий с его развитием.

Семисуточное ХМ у пациентов с ИИ является трудоемким и утомительным для пациентов в острой фазе заболевания. Диагностическая значимость этой методики в выявлении ФП остается неоднозначной и требует дополнительных исследований. У пациентов с ИИ по сравнению с контрольной группой выше распространенность пароксизмальных наджелудочковых аритмий и выше эктопическая наджелудочко-вая активность, которая может быть «суррогатом» бессимптомных пароксизмов ФП. Однако это предположение требует дальнейших исследований.

Литература

1. Henriksson K. M., Farahmand B., Johansson S. et al. Survival after stroke-the impact of CHADS2 score and atrial fibrillation // Int. J. Cardiol. 2010. Vol. 141 (1). P. 18-23. Epub 2009/01/16.

2. Camm A. J., Kirchhof P., Lip G. Y. et al. Guidelines for the management of atrial fibrillation: the Task Force for the Management of Atrial Fibrillation of the European Society of Cardiology (ESC) // Eur. Heart J. 2010. Vol. 31 (19). P. 2369-2429. Epub 2010/08/31.

3. Schaer B. A., Zellweger M. J., Cron T. A. et al. Value of routine holter monitoring for the detection of paroxysmal atrial fibrillation in patients with cerebral ischemic events // Stroke. 2004. Vol. 35 (3). P. e68-70. Epub 2004/02/14.

4. Suissa L., Lachaud S., Mahagne M. H. Optimal Timing and Duration of Continuous Electrocardiographic Monitoring for Detecting Atrial Fibrillation in Stroke Patients // J. Stroke Cerebrovasc Dis. 2012. Epub 2012/02/22.

5. Jabaudon D., Sztajzel J., Sievert K. et al. Usefulness of ambulatory 7-day ECG monitoring for the detection of atrial fibrillation and flutter after acute stroke and transient ischemic attack // Stroke. 2004. Vol. 35 (7). P. 1647-1651. Epub 2004/05/25.

6. Kamel H., Lees K. R., Lyden P. D. et al. Delayed detection of atrial fibrillation after ischemic stroke // J. Stroke Cerebrovasc Dis. 2009. Vol. 18 (6). P. 453-457. Epub 2009/11/11.

7. Stahrenberg R., Weber-Kruger M., Seegers J. et al. Enhanced detection of paroxysmal atrial fibrillation by early and prolonged continuous holter monitoring in patients with cerebral ischemia presenting in sinus rhythm // Stroke. 2010. Vol. 41 (12). P. 2884-2888. Epub 2010/10/23.

8. Binici Z., Intzilakis T., Nielsen O. W. et al. Excessive supraventricular ectopic activity and increased risk of atrial fibrillation and stroke // Circulation. 2010. Vol. 121 (17). P. 1904-1911. Epub 2010/04/21.

9. Wallmann D., Tuller D., Wustmann K. et al. Frequent atrial premature beats predict paroxysmal atrial fibrillation in stroke patients: an opportunity for a new diagnostic strategy // Stroke. 2007. Vol. 38 (8). P. 22922294. Epub 2007/06/23.

10. Chong B. H., Pong V., Lam K. F. et al. Frequent premature atrial complexes predict new occurrence of atrial fibrillation and adverse cardiovascular events // Europace. 2012. Vol. 14 (7). P. 942-947. Epub 2011/12/21.

11. Healey J. S., Connolly S. J., Gold M. R. et al. Subclinical Atrial Fibrillation and the Risk of Stroke // New England Journal of Medicine. 2012. Vol. 366 (2). P. 120-129.

12. Ziegler P. D., Glotzer T. V., Daoud E. G. et al. Incidence of newly detected atrial arrhythmias via implantable devices in patients with a history of thromboembolic events // Stroke. 2010. Vol. 41 (2). P. 256260. Epub 2010/01/02.

13. Flint A. C., Banki N. M., Ren X. et al. Detection of paroxysmal atrial fibrillation by 30-day event monitoring in cryptogenic ischemic stroke: the Stroke and Monitoring for PAF in Real Time (SMART) Registry // Stroke. 2012. Vol. 43 (10). P. 2788-2790. Epub 2012/08/09.

14. Rizos T., Rasch C., Jenetzky E. et al. Detection of paroxysmal atrial fibrillation in acute stroke patients // Cerebrovasc Dis. 2010. Vol. 30 (4). P. 410-417. Epub 2010/08/20.

15. Zuo M. L., Liu S., Chan K. H. et al. The CHADS(2) and CHA(2)DS(2)-VASc scores predict new occurrence of atrial fibrillation and ischemic stroke // J. Interv. Card. Electrophysiol. 2013. Epub 2013/02/08.

16. Suzuki S., Sagara K., Otsuka T. et al. Usefulness of Frequent Supraventricular Extrasystoles and a High CHADS Score to Predict First-Time Appearance of Atrial Fibrillation // Am. J. Cardiol. 2013. Epub 2013/03/19.

17. Fujii S., Shibazaki K., Kimura K. et al. A simple score for predicting paroxysmal atrial fibrillation in acute ischemic stroke // J. Neurol. Sci. 2013. Epub 2013/03/26.

18. Okada Y., Shibazaki K., Kimura K. et al. Brain natriuretic peptide as a predictor of delayed atrial fibrillation after ischaemic stroke and transient ischaemic attack // Eur. J. Neurol. 2010. Vol. 17 (2). P. 326-331. Epub 2009/10/23.

19. Cotter P. E., Martin P. J., Ring L. et al. Incidence of atrial fibrillation detected by implantable loop recorders in unexplained stroke // Neurology. 2013. Epub 2013/03/29.

20. Kallmunzer B., Breuer L., Kahl N. et al. Serious cardiac arrhythmias after stroke: incidence, time course, and predictors-a systematic, prospective analysis // Stroke. 2012. Vol. 43 (11). P. 2892-2897. Epub 2012/09/11.

21. Adams H. P., Jr., Bendixen B. H., Kappelle L. J. et al. Classification of subtype of acute ischemic stroke. Definitions for use in a multicenter clinical trial. TOAST. Trial of Org 10172 in Acute Stroke Treatment // Stroke. 1993. Vol. 24 (1). P. 35-41. Epub 1993/01/01.

Статья поступила в редакцию 20 июня 2014 г.

Контактная информация

Батурова Мария Альбертовна — старший научный сотрудник; аспирант; mbaturova@mail.ru

Трегубов Алексей Викторович — младший научный сотрудник; altregubov@mail.ru

Голиков Константин Вячеславович — заведующий отделением неврологии; dr_golikov@mail.ru

Платонов Петр Георгиевич — профессор; Pyotr.Platonov@med.lu.se

Шубик Юрий Викторович — руководитель Научно-клинического отдела аритмологии;

yshubik@mail.ru.

Baturova Maria A. — senior researcher; post graduate student student; mbaturova@mail.ru Tregubov Alexey V. — junior researcher; altregubov@mail.ru

Golikov Konstantin V. — Head of the Department of Neurology; dr_golikov@mail.ru

Platonov Pyotr G. — Professor; Pyotr.Platonov@med.lu.se

Shubik Yuri V. — Head of Arrhythmology department; yshubik@mail.ru