2016. 03. 025-028. Функциональная организация социокультурных знаний. (сводный Реферат)

ского уровня» (022, с. 116), например: 1) в оценочных определениях в первой статье, изобилующей нейтральной лексикой (грустный, обманутый) и профессиональной юридической терминологией (исполнительные листы, иск администрации); 2) в сочетаниях местоимений с прилагательными или наречиями для усиления воздействия (все подряд, какие-то непонятные).

Объединяя стратегии активизации и пассивации, авторы рассматривают в статье первой активацию, создаваемую сочетанием метафоры (дома вымахали, растут «коробки») и градации «превращаются - растут - вымахали», позволяющую усилить впечатление быстрого роста строящихся домов. Во второй статье показано, как языковые средства способствуют созданию впечатления искусственного сдерживания деятельности застройщика (стройка была заморожена, ведется борьба с застройщиками, этот рынок практически умер).

Подводя итоги кейс-анализа, авторы приходят к выводу о том, что эмоционально окрашенные лексические единицы, слова сниженного (разговорного) стиля, оценочная лексика используются авторами статей для формирования «не-нейтральных предложений-высказываний, образующих нужный автору контекст» (022, с. 119), который, в свою очередь, служит для образования того или иного имиджа судебной власти.

Е.О. Туманова

2016.03.025-028. ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ ЗНАНИЙ. (Сводный реферат).

2016.03.025. БОЛДЫРЕВ Н.Н., ДУБРОВСКАЯ О.Г. О формировании социокультурной специфики дискурса // Вопр. когнитивной лингвистики. - Тамбов, 2015. - № 3. - С. 14-25.

2016.03.026. ЗАБОТКИНА В.И. Прагматическая вариативность современного английского языка: Социокогнитивный аспект // Когнитивное варьирование в языковой интерпретации мира. - М.; Тамбов, 2014. - С. 520-527.

2016.03.027. ИРИСХАНОВА О К. Социокогнитивная лингвистика: Структуры социальных знаний и проблемы их описания // Вопр. когнитивной лингвистики. - Тамбов, 2014. - № 4. - С. 5-17.

2016.03.028. ПЛОТНИКОВА С.Н. Дискурсивные технологии и их роль в конструировании социального мира // Когнитивные аспекты языка и речи. - М., 2015. - С. 72-83.

Ключевые слова: социокогнитивная лингвистика; социокультурная модель; социокультурные знания; метаконцепты; прагматическая вариативность; дискурсивная технология.

В работе О. К. Ирисхановой (027) предлагается методологическое решение проблемы организации социокультурных знаний в виде когнитивных моделей.

Интерес к данной проблеме обусловлен «социальным усилением когнитологии» (027, с. 5), что способствовало возникновению социокогнитивной лингвистики как отдельного направления. В качестве его истоков автор называет: 1) появление теорий языкового употребления, и в частности концепций идеализированной когнитивной модели, когнитивной метафоры, лингвокультурного концепта, культурной модели; 2) усиление влияния социальной психологии и социолингвистики; 3) расширение исследовательской базы (например, привлечение корпусных данных); 4) появление современных теорий коммуникации (например, полимодальной коммуникации). О.К. Ирисханова отмечает, что перечисленные направления объединяет объект исследований, а именно существование специфических структур знаний, которые возникают у представителей того или иного общества на основе многократно повторяющегося социального опыта. Данные структуры, которые автор называет «социокультурными моделями», представляют собой одновременно и ориентиры для социально-коммуникативной деятельности людей, и инструменты моделирования языковой семантики с учетом социального аспекта. Этим они отличаются от более «универсалистских» (027, с. 6) понятий когнитивной семантики. Автор последовательно разграничивает социокультурные модели и иные структуры знаний, получившие описание в когнитивных работах:

1) фреймы (в качестве основного отличия показана необходимость их анализа через универсальные компоненты ситуации -агенс, концептуализатор, категория, др.);

2) идеализированные когнитивные модели (специфический характер которых определяется идеализированным подходом к их

анализу, при котором игнорируются кажущиеся несущественными свойства объекта);

3) культурные скрипты (предполагают обязательное наличие оценочной составляющей);

4) контекстуальные (ситуативные) модели (описание строится с учетом ограниченного количества коммуникативных событий, таких как отказ, комплимент, шутка и др.);

5) культурные модели (учитывают исключительно культурную составляющую структур знаний, пренебрегая социальной).

Вводимое понятие «социокультурная модель» (СКМ) призвано обозначить единицы фоновых знаний, которые «уже сформированы в сознании носителей той или иной культуры и используются ими в готовом виде, выступая в роли заданных обществом ориентиров» (027, с. 7). СКМ выстраиваются на основе универсальных пропозиций и предполагают расширение сформированной модели за счет новых случаев ее языкового употребления.

Среди основных свойств данных моделей О.К. Ирисханова называет: 1) этнокультурную и историческую вариативность; 2) структурную сложность при удобстве в использовании; 3) разную степень определенности / неопределенности компонентов модели; 4) частичную порождаемость в тексте; 5) полимодальность. Перечисленные свойства рассматриваются на примере СКМ ПРЕСТИЖ, структура которой представляет собой одну из базовых (универсальных, общекультурных) ценностей, в то же время демонстрируя меньшую культурную вариативность. На предварительном этапе анализа проводится анализ словарных дефиниций (по данным философских, энциклопедических, социальных, этимологических словарей) понятия «престиж» в целях выявления его этнокультурной универсальности и оснований для исторической вариативности.

Далее описывается структурная организация исследуемой СКМ. Она включает в себя событийную пропозициональную организацию, которая строится на трех пропозициях (Хь Х2...ХП наделяет У свойством «престижный»; У успешен / знаменит / дорог, др.; Хь Х2...ХП стремятся обладать / иметь / подражать У), связанных причинно-пространственными отношениями. Описывается также оценочная организация, формирующаяся как часть оценоч-

ной шкалы для престижных объектов (при этом выбор основания оценки зависит от объекта оценки, субъекта и его перспективы).

Анализируются основания определенности / неопределенности элементов данной СКМ, которая является результатом изменяемости и диффузности базы оценочной шкалы, подвижности модели, отсутствия жесткой привязанности к одному обозначению, но в то же время и необходимости ориентировать в обществе и выполнять функцию социального предписания. Свойство частичной порождаемости в тексте (т.е. возможностей для адаптации модели в режиме дискурсивной деятельности) выражается в существенном перестроении пропозиций, реализующих структуру модели. При этом типичные качества модели (в данном случае это качество престижности) дефокусируются, а вместо них на первый план выходят иные ценности. Свойство полимодальности (интеграция вербальных и невербальных компонентов модели, играющих неодинаковую роль) демонстрируется на материале анализа рекламного видеоряда, представляющего СКМ ПРЕСТИЖ. Показывается, что совмещение вербального и невербального компонентов служит для сокращения и увеличения дистанции между предметом и зрителем и способствует слиянию идентичностей зрителей, относящихся к разным социальным слоям.

В качестве заключения автор указывает, что вариативность СКМ в контексте определяется ее нацеленностью на социальную адаптацию и ограничивается рамками социальных предписаний (нормы).

Статья Н.Н. Болдырева и О.Г. Дубровской (025) посвящена определению основных факторов структурирования социокультурных знаний в виде концептуально-тематических областей. Систематизируются основные подходы к исследованию социокультурной специфики языка по следующим критериям: 1) типам исследуемых единиц, выступающих в качестве материала исследования; 2) особенностям их репрезентации; 3) способам описания национально-культурного компонента в языке и речи; 4) типам культурных значений, др. Разнообразие лингвистических подходов иллюстрируется множественными терминосочетаниями с лексемами «культурный» и «культурологический»: «культурные смыслы», «культурологическая информация» (Е.Г. Беляевская), «национально-культурный компонент» (Д. О. Добровольский), «культурологи-

ческий комментарий» (В.Н. Телия), «национально-культурная специфика речевого поведения» (А.А. Леонтьев) и др. Показано, что понятие «культурный» может значить «связанный с кодом культуры» (В.Н. Телия); «отличительный, нехарактерный для своей лин-гвокультуры» (И.А. Стернин); «маркированный с точки зрения национальной или этнической принадлежности» (О.А. Леонтович). Систематизированы методы описания структуры социолингвистических знаний: лингвострановедческая теория слова (Е.М. Верещагин); метод установления лакун (И.Ю. Марковина, Ю.А. Сорокин); анализ культурных скриптов (А. Вежбицкая); анализ культурных измерений (Э. Холл) и др.

Интерес к данной проблематике способствует становлению нового направления, нацеленного на описание социокультурной специфики дискурса, связанной с интерпретирующей деятельностью сознания и интерпретирующей функцией языка. В качестве основных принципов формирования данного направления авторы называют функциональный подход к естественному языку, анализ активности субъектов в границах социумов и культур, а также внимание к языковому, когнитивному, деятельностному аспектам конструирования мира в дискурсе.

Далее исследуются особенности интерпретирующей функции языковой картины мира. Отмечается, что «общность объектов, устанавливаемая человеком, способствует структурированию и группировке приобретаемых знаний по областям и сферам их получения и применения, а их языковая репрезентация приводит к формированию соответствующих концептуально-тематических областей в языковой картине мира» (с. 17). Например, концептуально-тематическая область СПОРТ может быть представлена концептами ХОККЕЙ, НХЛ, ХОККЕЙ НА ТРАВЕ и др. В дискурсивной деятельности социокультурные знания выступают интерпретирующим контекстом, который определяет содержание дискурса. В контексте социокультурных знаний интерпретирующая деятельность проявляется в выборе явлений и их признаков, классификации, приписывании им оценки. Авторы демонстрируют три указанных типа интерпретирующей деятельности на примере анализа нескольких концептуально-тематических областей и заключают, что социокультурные знания структурируются с помощью мета-концептов как «универсальных категорий высокого уровня абст-

ракции, не зависящих от того или иного языка или социокультуры» (025, с. 18).

В ходе анализа дискурса, обладающего социокультурной спецификой, выявляются ключевые метаконцепты: РОЛЬ, СТЕРЕОТИП, ЯЗЫКОВОЙ ОПЫТ, ЦЕННОСТЬ, НОРМА. Каждый из перечисленных метаконцептов получает подробное описание в работе применительно к реализации ими интерпретирующей функции селекции, классификации и оценки. В заключение авторы приходят к выводу, что в процессе дискурсивной деятельности «субъект наполняет метаконцепты конкретным содержанием, формируя социокультурную специфику дискурса» (025, с. 23).

В публикации С.Н. Плотниковой (028) анализируются дискурсивные технологии конструирования социального мира. Показаны место и роль дискурсивных технологий в ряду современных гуманитарных исследований. С опорой на технологические и тех-нологизированные концепции (М.Н. Эпштейна, М. Фуко, Н. Фэрк-лофа) автор определяет технологию как «некий порождающий процесс, алгоритм, сценарий, ведущий к намеченной технологом цели - созданию определенного продукта» (028, с. 74). Продуктом дискурсивных технологий является дискурс, специально разработанный для какой-либо цели, например для обучения персонала внимательному отношению к клиентам. Отмечается, что технологичный дискурс начинает выполнять роль экономического механизма, поскольку он становится средством, позволяющим приобретать экономическую выгоду.

В качестве основной дискурсивной технологии рассматривается дискурсивное конструирование реальности / действительности / мира, который создается людьми в процессе их непосредственного общения друг с другом и потому социально детерминирован. Язык при этом играет важную роль: «...сама проговоренность создает реальность, поскольку то, что не проговаривалось, не существует» (028, с. 76)1. В конструируемом или «возникающем» мире (термин У. Матураны и Ф. Варелы) дискурсивное конструирование объективирует ситуации взаимодействия говорящих и имеет свои особенности, в числе которых автор называет следующие: непрерыв-

1 Автор ссылается на работу: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: Трактат по социологии знания. - М., 1995. - 323 с. - Прим. реф.

ность; совместная (с другими людьми) форма порождения; сочетание системности и бессистемности (спонтанность) и т.д. Дискурсивное конструирование мира осуществляется при помощи когнитивных сценариев действия и дискурса, которые основаны на типизациях и отличаются конвенциональностью.

Далее С.Н. Плотникова обращается к коллективным технологиям, которые определяются как основанные на латентном знании. В качестве примера такой технологии автор со ссылкой на Н. Фэрклофа1 рассматривает конверсационализацию дискурса как повсеместное внедрение в институциональный дискурс и симуляцию в нем неформального разговорного общения. Н. Фэрклоф описывает особенности реализации данной технологии в Великобритании, где она получила распространение в целях демократизации, эгалитарности отношений между менеджерами и рабочими и в целом между людьми, находящимися на высоких и низких уровнях социальной иерархии.

В отличие от коллективных технологий авторские технологии рассматриваются С.Н. Плотниковой как инструмент разрыва с объективистским подходом к конструированию социального мира. Отмечается, что при этом автор чаще всего остается неизвестным, поскольку скрывается сам факт создания и использования такой технологии. В качестве примера автором приводится технология создания современного текста-проспекта британских университетов, которая получает описание в работе Н. Фэрклофа. Вместо требований к поступающему (абитуриенту) перечисляются достоинства учебного заведения, при этом функции дискурса перемещаются с информирования и перечисления обязанностей на убеждение и перечисление выгод. Такие тексты создаются конкретными дискурсивными технологами, которые причастны к дискурсивному знанию, к социальным институтам, к трансинституциональным моделям дискурса.

В качестве отдельной технологии определяется и конструирование будущего, тесно связанное с конструированием настоящего. Будущее не прогнозируется, а строится, так как замысел технологов реализуется ими же.

1 Fairclough N. Technologisation of discourse: Texts and practices: Readings in critical discourse analysis. - N.Y., 1996. - P. 143-159.

Не меньшее внимание в работе уделено и технологии конструирования прошлого как создания новой «фактичности» (028, с. 82) прошлого, отличающейся от документированной фактичности. Так появляются мифы, уничтожающие реальность, в ходе которых затушевываются различия между фактом и вымыслом.

В заключение утверждается, что идея конструирования социального мира при помощи дискурсивных технологий перспективна, так как демонстрирует новый ракурс в рассмотрении проблемы дискурсивной креативности.

В работе В.И. Заботкиной (026) рассматривается взаимосвязь между прагматической вариативностью и социокогнитивным потенциалом различных субкультур на материале современного английского языка. Под прагматической вариативностью здесь понимается «варьирование в употреблении слова в соответствии с основными параметрами прагматического контекста» (026, с. 520) в условиях социальной дифференциации языка. Проводимый анализ, нацеленный на определение факторов или параметров, ограничивающих прагматическую вариативность, проводится с опорой на модель социальной дифференциации языка У. Лабова1, дополненную А. Д. Швейцером2. Данная модель предполагает разграничение осей стратификационной вариативности (классовая и слоевая принадлежность, принадлежность к социальным институтам, наличие специфических черт личности) и ситуативной вариативности (ролевые отношения участников коммуникации, формы локализации, сфера коммуникативной деятельности, тональность и установка и др.).

Предварительное исследование показало, что в последние годы активными оказываются следующие параметры стратификационной вариативности: социальный статус, профессиональная принадлежность, этническая, возрастная и гендерная составляющие. Из ситуативных параметров наиболее активным оказался параметр тональности. Такие результаты связываются автором с демократизацией современного западного общества и преобладанием неформального общения.

1 Labov W. The social stratification of English in New York City. - Wash., 1966. - 655 p.

2 Швейцер А. Д. Норма: Происхождение и развитие // Proceedings of the 12th International congress of linguistics. - Tokyo, 1983. - P. 765-792.

Далее подробному анализу подвергаются выявленные параметры стратификационной вариативности, для чего привлекаются данные когнитивной антропологии и социолингвистики (положения концепций В.А. Виноградова, М.М. Гухман, Л.П. Крысина, М. Халлидея и др.). Отмечается, что различия культур прослеживаются «как по линии концептуальной картины мира, так и по линии ценностной картины мира со своей системой стереотипизирован-ных образцов концептуализации оценок» (с. 523). Рассматривается взаимодействие между общеупотребительной лексикой и социолектом: описываются виды переходов с учетом знаний о поведенческих и коммуникативных нормах, отмечается двунаправленность взаимодействия двух указанных пластов лексики. В. И. Заботкина указывает, что прагматическая вариативность проявляется как на уровне лексемы, так и на уровне отдельного значения. При оценке параметров применительно к современному английскому языку автор описывает явление так называемой «диффузии субкультуры» (026, с. 523), при которой язык этой субкультуры распространяется на другие периферийные пласты лексической системы и на стандартный язык. Показаны возможности стадиальной прагматической вариативности. Так, например, слово glitch, заимствованное из языка идиш в значении «неожиданное происшествие или нарушение ожидаемого функционирования», проникает на первом этапе в жаргон астронавтов в значениях «поломка» и «внезапное изменение направления вращения небесного тела». Далее слово начинает использоваться в компьютерном жаргоне в значении «внезапное отключение источника электрической энергии». В русский язык слово заимствуется в значении «глючить». Таким образом, автор указывает на сложное взаимодействие прагматики и семантики в аспекте стратификационной вариативности, что может проявляться в амбивалентном характере новой лексики, т.е. в варьировании знака оценки в зависимости от позиции адресата. В качестве примера приводятся единицы slam dance («стиль танца, в котором танцоры пытаются сбить друг друга с ног») и bovver boot («ботинки со стальным носком и шипами»), отношение к которым меняется со сменой адресата.

Однако вопреки ожиданию не все социолектные формы оказываются оценочными или предикатными именами; значительную долю составляют идентифицирующие единицы.

В.И. Заботкина констатирует, что в языке наличествуют системы различных видов варьирования, диалектически связанные между собой. Разработанный подход позволяет автору систематизировать виды прагматического варьирования для описания структурной организации социокультурных знаний.

М.И. Киосе

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЯ

2016.03.029. КОВШОВА МЛ. СЕМАНТИКА ГОЛОВНОГО УБОРА В КУЛЬТУРЕ И ЯЗЫКЕ: КОСТЮМНЫЙ КОД КУЛЬТУРЫ. -М.: Гнозис, 2015. - 368 с. - Библиогр.: с. 355-365.

Ключевые слова: язык и культура; лингвокультурология; наименования головных уборов; образы головных уборов в лексике и фразеологии; метафоры головных уборов в поэзии; история головных уборов; костюмный код культуры.

М.Л. Ковшова - д-р филол. наук, ведущий науч. сотрудник Сектора теор. языкознания Ин-та языкознания РАН, специалист в области теории языка, общей и русской фразеологии, лингвокуль-турологии1.

В монографии, состоящей из введения, 11 разделов и заключения, представлено исследование головного убора в России как знака костюмного кода в обиходно-бытовой, обрядово-ритуальной и других сферах жизнедеятельности. Анализ материала проводится на основе лингвокультурологического метода изучения вербальных знаков и их корреляций с невербальными в процессе семиозиса культуры.

Введение, содержащее изложение теоретических предпосылок исследования, состоит из двух глав.

В главе «Семиотизация мира и коды культуры» отмечается, что культурная семиотизация мира является важной составной ча-

1 Автор монографий: Телесный код русской культуры. - М., 2007. - 288 с.; Лингвокультурологический метод во фразеологии: Коды культуры. - М., 2012. -456 с.; соавтор двух фразеологических словарей русского языка лингвокультуро-логической направленности, созданных под рук. проф. В.Н. Телия: см. Большой фразеологический словарь русского языка: Значение. Употребление. Культурологический комментарий / Отв. ред. Телия В.Н. - М., 2006. - 784 с. - Прим. реф.