Влияние сезонных факторов на причины смертности подростков (15-17 лет), проживающих на территории Омской области

40. Сенченков, Н. П. Формирование политической культуры старшеклассников в условиях профильного лагеря / Н. П. Сенченков // Педагогика. - 2010. - № 2. - С. 110-113.

41. Синягин, Ю. В. Мониторинг здоровья / Ю. В. Синягин, Н. Ю. Синягина // Народное образование. - 2011. - № 3. -С. 102-105.

42. Соболева, Т. В. Оценка эффективности оздоровления школьников в загородном оздоровительном лагере / Т. В. Соболева // Лечебная физкультура и спортивная медицина. -2011. - № 7. - С. 51-55.

43. Современные тенденции физического развития детей и подростков / Н. А. Скоблина [и др.] // Здоровье населения и среда обитания. - 2013. - № 8 (245). - С. 9-12.

44. Суховейко, Г. С. Отрасль отдыха и оздоровления детей / Г. С. Суховейко // Народное образование. - 2010. - № 3. -С. 38-41.

45. Фадеева, Т. Ю. Восприятие подростками и родителями рисков, связанных с отдыхом в летнем детском лагере / Т. Ю. Фадеева // Известия Саратовского университета. Новая серия. Акмеология образования. Психология развития. - 2011. -Т. 4, № 2. - С. 93-97.

46. Федорович, А. В. Формирование приоритета здоровья в системе социальных и духовных ценностей школьников / А. В. Федорович // Здравоохранение Российской Федерации. -2011. - № 5. - С. 31.

47. Фришман, И. Организация летнего отдыха детей и подростков: идеи и концепции / И. Фришман // Народное образование. - 2003. - № 3. - С. 33-42.

48. Чагина, Н. С. Специфика организации летнего отдыха детей в лагере интеграционного типа / Н. С. Чагина // Научные исследования в образовании. - 2008. - № 1. - С. 67-69.

49. Шамсутдинова, Д. В. Организация досуга детей и подростков в процессе летнего оздоровительного отдыха / Д. В. Шамсутдинова // Вестник Казанского государствен-

ного университета культуры и искусств. - 2010. - № 4. -С. 21-24.

50. Шведунова, Л. Н. Организации отдыха и оздоровления детей в Российской Федерации / Л. Н. Шведунова // Курортная медицина. - 2013. - № 2. - С. 77-79.

51. Юров, А. А. Социально-экономические проблемы государственной организации детского оздоровления в России / А. А. Юров // Управление экономическими системами. -2011. - № 35. - С. 54.

52. Якушина, Е. В. Компьютерный лагерь - это прекрасная возможность сочетать активный отдых с освоением компьютерных технологий / Е. В. Якушина // Народное образование. - 2014. - № 2. - С. 190-194.

53. Яновская, Г. В. Летняя оздоровительная кампания 2009 года / Г. В. Яновская // Народное образование. - 2010. -№ 3. - С. 29-32.

ВАРНАВСКИХ Елена Андреевна, преподаватель кафедры анатомии, физиологии, спортивной медицины и гигиены Сибирского государственного университета физической культуры и спорта, г. Омск. ЛЯПИН Виталий Алексеевич, доктор медицинских наук, профессор кафедры анатомии, физиологии, спортивной медицины и гигиены Сибирского государственного университета физической культуры и спорта, г. Омск.

КОЗЫРЕВА Фатима Увжикоевна, доктор медицинских наук, доцент, профессор кафедры гигиены Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н. И. Пирогова. Адрес для переписки: dmitrpetrov@bk.ru

Статья поступила в редакцию 05.03.2015 г. © Е. А. Варнавских, В. А. Ляпин, Ф. У. Козырева

УДК 616-036.88-053.7(571.13)+(321;324) Н. А. ЗАКОРКИНА

Омский государственный педагогический университет

ВЛИЯНИЕ СЕЗОННЫХ ФАКТОРОВ НА ПРИЧИНЫ СМЕРТНОСТИ ПОДРОСТКОВ (15-17 ЛЕТ), ПРОЖИВАЮЩИХ НА ТЕРРИТОРИИ ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

В статье рассматриваются ведущие причины смертности подростков. Особое внимание уделяется сезонным факторам, влияющим на уровень насильственной смертности.

Ключевые слова: подростки 15-17 лет, сезонные факторы, уровень насильственной смерти.

Рост несчастных случаев в структуре причин смертности подростков является основной причиной неестественной смерти, составляя от 58 % до 81%, на втором месте находятся дорожно-транспортные происшествия. Кроме того рост смертности населения от несчастных случаев, травм и отравлений определяет снижение ожидаемой продолжительности жизни практически на 75% [1].

На территории Омской области, как и в РФ в целом, в формировании безвозвратных потерь здоровья подростков ведущую роль играла травматическая компонента, удельный вес которой среди сельских подростков составил 75,4 %, среди городских — 86,7 %.

Вклад других причин был более чем на порядок ниже (табл. 1).

Таблица 1

Структура смертности подростков за период с 2000 по 2012 гг.

Причины смертности Сельские жители Городские жители

Удельный вес в % Ранг Удельный вес в % Ранг

Смертность от внешних причин 75,4 1 86,7 1

Смертность от новообразований 6,2 3 3,0 5

Смертность от болезней нервной системы 5,2 5 3,4 3-4

Смертность от симптомов, признаков и отклонений от нормы, выявленных при химических и лабораторных исследованиях, не классифицируемых в других рубриках 6,1 4 3,4 3-4

Прочие 7,1 2 3,5 2

№

Таблица 2

Сезонная динамика среднемноголетней смертности подростков, проживавших в Омской области, за период с 2000 по 2012 гг. от внешних причин

Месяц Уровни среднедневной насильственной смертности на 10 млн соответствующего населения

Преднамеренные самоповреждения Транспортные несчастные случаи Повреждения с неопределенными намерениями Воздействие сил природы Нападения (убийства) Случайные отравления

Январь 5,0-72,5* 2,8-54,9 1,3-46,4 2,9-263,6 0,2-20,0 0,05-166,7

Февраль 6,7-97,1 1,8-35,3 1,2-42,9 0,5-45,5 0,4-40,0 0,03-100,0

Март 6,4-92,8 1,5-29,4 1,0-35,7 0,3-27,3 0,2-20,0 0,02-66,7

Апрель 6,5-94,2 4,3-84,3 2,8-100,0 0,2-18,2 1,0-100,0 0,02-66,7

Май 7,3-105,8 8,2-160,8 2,0-71,4 1,6-145,5 0,5-50,0 0,05-166,7

Июнь 5,9-85,5 8,8-172,5 4,1-146,4 1,9-172,2 2,2-220,0 0,03-100,0

Июль 6,9-100,0 5,9-115,7 4,8-171,4 0,5-45,5 2,2-220,0 0,04-133,3

Август 8,2-118,8 8,3-162,7 5,1-182,1 1,0-90,9 2,0-200,0 0,05-166,7

Сентябрь 9,1-131,9 6,8-133,3 3,9-139,3 1,4-127,3 1,8-180,0 0,05-166,7

Октябрь 6,0-87,0 5,1-100,0 2,3-82,1 0,7-63,6 1,0-100,0 0,02-66,7

Ноябрь 7,0-101,4 3,0-58,8 2,4-85,7 0,3-27,3 0,6-60,0 0,03-100,0

Декабрь 7,8-113,0 5,0-98,0 2,8-100,0 1,8-163,6 0,3-30,0 0,03-100,0

Среднедневной 6,9 5,1 2,8 1,1 1,0 0,04

Удельный вес сезонных колебаний, % 7,2 35,0 29,8 22,7 43,2 -

*1-я цифра — уровни

2-я цифра — индексы сезонных колебаний, %

В структуре причин насильственной смертности сельских подростков за период с 2000 по 2012 гг. ведущими являлись преднамеренные самоповреждения (самоубийства) — 36,4 %, транспортные несчастные случаи — 26,4 %, повреждения с не-

определенными намерениями (утопления, электротравмы, случайные выстрелы, падения с высоты и другие) — 20,7 %, воздействия сил природы и нападения (убийства) по 5,7%, случайные отравления (алкогольные) — 2,9 % (рис. 1).

4

5,7 2,9 2,2

Кл самоубийства Х01 повреждения с неопределенными намерениями I | воздействие сил природы

транспортные травмы нападения (убийства) случайные травмы | прочие

Рис. 1. Структура причин насильственной смертности подростков, проживавших в сельской местности Омской области за 2000-2012 гг.

январь

декаорь

февраль

нояорь

октяорь

сентяорь

март

апрель

июль

Транспортные несчастные слу!ян

- Преднамеренные елмоповрездения

- Уоийствл Воздействие сил природы

Рис. 2. Сезонная динамика смертности подростков от внешних причин

январь

декабрь

февраль

ноябрь

март

октябрь

сентябрь

апрель

Транспортные несчастные случаи -о— Преднамеренные самоповреждения  У йпнства

ж Воздействие снл природы

Рис. 3. Динамика внутригодовой смертности подростков по индексам сезонных колебаний за 2000-2012 гг.

Высокий удельный вес насильственных причин смертности подростков предопределил более глубокое изучение показателей смертности и факторов, влияющих на неё, связанных с сезонными колебаниями.

Прежде всего оценивалась сила влияния сезонных факторов на уровень смертности по индексам сезонных колебаний и удельному весу смертности, вызванной сезонными факторами (табл. 2).

Показатель смертности от суицидов не имел четкой сезонности. Наряду с подъемом данного показателя в мае, августе, сентябре (наивысший уровень на 31,9% выше среднегодового определялся в сентябре), отмечалось также его превышение по отношению к среднегодовому показателю в ноябре и декабре на 1,4 и 13,0% соответственно.

Наиболее низкий уровень смертности от самоубийств наблюдался в январе (на 27,5% ниже среднего за год).

В целом удельный вес случаев преднамеренных самоповреждений, вызванных влиянием сезонного характера, составил 7,2% (рис. 2).

Уровень смертности, вызванной транспортными травмами, испытывал сезонный подъем в теплое время года (май —сентябрь), достигая наивысшего значения в июне (уровень смертности на 72,5 % выше среднего за год).

Наиболее низкий показатель смертности имел место в марте — чуть меньше трети (29,4 %) среднегодового уровня смертности. Следует отметить резкое снижение смертности с января по март. Удельный вес смертности от транспортных травм, вызванной сезонными колебаниями, составил 35,0 %.

Смертность, вызванная повреждениями с неопределенными намерениями (утопления, элетро-травмы, падения с высоты, случайные выстрелы), имела также летне-осеннюю сезонность (июнь — сентябрь).

Наиболее высокого уровня смертность достигала в августе (на 82,1 % выше среднего), наиболее низкий уровень отмечался в марте (на 64,3 % ниже среднего за год). В целом сезонные колебания определили 29,8 % случаев смертности от повреждений с неопределенными намерениями.

Показатель смертности, вызванной воздействием сил природы, имел ярко выраженный сезонный подъем в холодное время года (декабрь, январь), менее выраженный в теплое время (май, июнь, сентябрь), достигая наибольшего значения в январе, когда он в 2,6 раз превышал среднегодовой уровень смертности.

Самый низкий уровень смертности наблюдался в апреле, составив всего 18,2 % от среднегодового. Сезонные колебания уровня смертности, вызванной воздействием сил природы, определили 22,7 %.

Смертность от нападений (убийств) имел ярко выраженный подъем в теплое время года (июнь — сентябрь). Наиболее высок уровень убийств был в июне —июле, когда он в 2,2 раза превысил среднегодовой уровень смертности.

Самый низкий уровень смертности отмечался в январе и марте, только 20 % от среднегодового уровня. Сезонные колебания были наиболее сильными, определив 43,2 % случаев смерти от убийств.

Случайные отравления в большей степени также характеризовались сезонным подъемом. Уровень смертности достигал наибольшего значения в январе, мае, августе и сентябре (на 66,7 % превышали средний уровень за год).

Три месяца из четырех относились к теплому времени года. В остальные месяцы данные показатели находились ниже или на уровне среднегодового (рис. 3).

Таким образом, выраженное влияние сезонных колебаний на уровень смертности подростков от внешних причин в целом связано с теплым временем года (с мая по сентябрь), что характеризует особенности подростковой среды: отсутствие занятий в учебных заведениях, ограниченная занятость подростков, усиливающееся действие девиантного поведения старшеклассников, сезонное увеличение численности транспортных средств и др.

Библиографический список

1. Рогожников, В. А. Проблемы охраны здоровья сельского населения / В. А. Рогожников, В. И. Стародубов, Г. Г. Орлова. -М. : ГЭОТАРМЕД, 2004. - 448 с.

ЗАКОРКИНА Наталья Аркадьевна, доктор медицинских наук, профессор кафедры основ безопасности жизнедеятельности и методики обучения биологии.

Адрес для переписки: omz@omgpu.ru

Статья поступила в редакцию 04.03.2015 г. © Н. А. Закоркина

№

УДК 314.42/44-053.7:330.567.4

Н. А. ЗАКОРКИНА И. А. БАНЮШЕВИЧ

Омский государственный педагогический университет

Омская государственная медицинская академия

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОТЕРИ, СВЯЗАННЫЕ С ИНВАЛИДНОСТЬЮ И СМЕРТНОСТЬЮ ПОДРОСТКОВ (15-17 ЛЕТ), ПРОЖИВАЮЩИХ В ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

В статье рассматривается медико-социальное значение экономических потерь, связанных с инвалидностью и смертностью подросткового населения (15-17 лет) Омской области.

Ключевые слова: экономический ущерб, смертность, инвалидность, подростки 15-17 лет.

Региональные различия смертности находятся в зависимости от экономических показателей уровня жизни, более низкий темп роста смертности отмечается в экономически более благоприятных территориях.

Проведенный анализ причинно-следственных связей между уровнем общей смертности подростков и обеспеченностью сельских районов Омской области ресурсами здравоохранения за 2008-2013 гг. выявил среднюю по силе отрицательную связь (г = -0,34, р < 0,05). Так, в четырех районах из пяти с низким и ниже среднего уровнем обеспеченности ресурсами здравоохранения показатель смертности отмечался высоким и очень высоким (Любинский, Называевский, Нижнеомский, Усть-Ишимский), а в пяти районах, наоборот, при выше среднего и среднем (максимальном) уровнях обеспеченности ресурсами отмечался показатель смертности на среднем уровне (Горьковский, Павлоградский, Русско-Полянский, Саргатский, Тарский).

Также выявлена отрицательная, средняя по силе связь между обеспечением сельских территорий врачами всех специальностей и уровнем смертности (г = - 0,52, р < 0,05), то есть чем лучше обеспе-

чен район врачебными кадрами, тем ниже смертность подросткового населения.

В группу районов с низким уровнем смертности входили Большереченский, Марьяновский, Полтавский, Седельниковский, среднемноголетний уровень смертности в них находился в интервале от 48,1 до 67,1 на 100 000 подросткового населения.

Географический фактор особых различий не имел: из четырех районов этой группы два относились к северной группе, один — к южной, один — расположен в средней полосе. Расстояние районов от города также находилось в больших пределах от 20 до 350 км и, видимо, в меньшей степени оказывало влияние на смертность, между уровнем смертности и расстоянием сельского района от города Омска не выявлено достоверной корреляционной зависимости (г = 0,11, р > 0,05).

В этой группе районов, как и в целом по области, также не выявлена причинно-следственная связь между уровнем смертности от внешних причин (суицидов) и общей заболеваемостью подростков психическими расстройствами (г = -0,19, р > 0,05), а отмечена средняя по силе отрицательная связь между уровнем смертности от внешних