Особенности учета виновного начала лица при отказе в регистрации и отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) за избирательно-правовые деликты

ОСОБЕННОСТИ УЧЕТА ВИНОВНОГО НАЧАЛА ЛИЦА ПРИ ОТКАЗЕ В РЕГИСТРАЦИИ И ОТМЕНЕ РЕГИСТРАЦИИ КАНДИДАТА (СПИСКА КАНДИДАТОВ) ЗА ИЗБИРАТЕЛЬНО-ПРАВОВЫЕ ДЕЛИКТЫ

Д.С. Рымарев

При разрешении судами избирательных споров проблема учета виновного начала лица (кандидата, избирательного объединения) не теряет своей актуальности на протяжении многих лет. Как правило, либо заинтересованные стороны пытаются обратить внимание суда на обстоятельства отсутствия вины в избирательном правонарушении [1], либо сами суды, исходя из обстоятельств дела и исследованных доказательств, приходят к выводу о наличии или отсутствии вины субъекта избирательного правонарушения [2].

Вместе с тем действующее избирательное законодательство не дает однозначного ответа правоприменителю на следующие вопросы: нужно ли вообще устанавливать вину кандидата, избирательного объединения при применении к ним таких мер, как отказ в регистрации или отмена регистрации кандидата, списка кандидатов? Всегда или только в определенных случаях? И каким образом следует ее устанавливать?

В частности, в зависимости от обстоятельств дела о защите избирательных прав в некоторых случаях суды прибегают к следующей формулировке: нормы избирательного законодательства не связывают исполнение той или иной обязанности (например, сообщать сведения о судимости, создавать избирательный фонд, возвращать незаконно поступившие пожертвования и др.) с наличием или отсутствием вины кандидата, избирательного объединения [3]. Таким образом, доводы заинтересованных сторон о необходимости учета виновного начала остаются без внимания, а отказ в регистрации либо отмена регистрации кандидата (списка кандидатов) осуществляется исходя из установления факта отсутствия исполнения лицом соответствующей обязанности без выяснения виновного отношения лица к этому.

Для того чтобы ответить на поставленные выше вопросы, мы, прежде всего, должны определиться, почему, когда имеет место отказ в регистрации или отмена регистрации кандидата (списка кандидатов), мы должны ставить вопрос

о необходимости установления вины лица? Почему нельзя идти строго по букве закона и применять данные меры иначе, исходя из формального установления соответствующего основания, перечисленного в статьях 38, 76 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (далее - Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав) [4]?

Практика применения избирательного законодательства уже давно идет по пути признания данных мер как мер особого вида юридической ответственности [5]. В юридической литературе данный вид юридической ответственности получил следующее название - конституционно-правовая ответственность участников выборов, являющаяся разновидностью конституционно-правовой ответственности [6].

При этом данные меры ответственности, исходя из характера их воздействия, во-первых, носят карательный характер, поскольку направлены на то, чтобы наказать правонарушителя - ограничить или отказать в реализации соответствующих прав (отказ в регистрации кандидата, списка кандидатов) - или лишить его соответствующего избирательно-правового статуса (отмена регистрации кандидата, списка кандидатов) [7]. Во-вторых, имеют направленность на то, чтобы изменить отношение правонарушителя - участника избирательных отношений, совершившего избирательно-правовой деликт, к необходимости соблюдения правовых норм и совершенному правонарушению [8].

Суть карательных (штрафных) санкций заключается в претерпевании лицом определенных лишений (обременений), реализующихся путем изменения юридического статуса правонарушителя, ограничения его прав и свобод, их лишения либо посредством возложения дополнительных (специальных) обязанностей [9].

При отказе лицу в регистрации в качестве кандидата либо избирательному объединению в регистрации списка кандидатов наступают небла-

гоприятные последствия в виде воспрепятствования гражданину или группе граждан в реализации пассивного избирательного права на соответствующих выборах, лицу не предоставляется статус участника избирательной кампании [10].

При применении такой меры конституционно-правовой ответственности за избирательные правонарушения, как отмена регистрации кандидата, списка кандидатов, лицо лишается соответствующего статуса и фактически выбывает из избирательной кампании.

Если мы говорим о публично-правовой ответственности, санкции которой носят карательный (штрафной) характер, то их применение к лицу возможно только при установлении его вины и какие-либо исключения из этого правила недопустимы [11]. Данное положение подтверждается и правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, которые будут рассмотрены нами ниже.

Таким образом, именно карательный характер указанных мер конституционно-правовой ответственности обуславливает необходимость установления вины лица при их применении.

Вместе с тем, исходя из специфики избирательного законодательства, нужно иметь в виду, что не во всех случаях, когда применяется отказ в регистрации или отмена регистрации кандидата (списка кандидатов), данные меры выступают именно как меры ответственности. Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав объединяет в пунктах 24, 25 статьи 38 и пунктах 7, 8 статьи 76 в одном перечне оснований для отказа в регистрации и отмены регистрации кандидата (списка кандидатов) как избирательно-правовые деликты (подкуп избирателей, использование преимуществ должностного или служебного положения и др.), так и иные обстоятельства (отсутствие пассивного избирательного права, обнаружение вновь открывшихся обстоятельств, являющихся основанием для отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов). В связи с этим в юридической литературе уже достаточно продолжительное время отмечается, что необходимо проводить разграничение, когда отказ в регистрации или отмена регистрации кандидата (списка кандидатов) выступают как меры конституционно-правовой ответственности, а когда как санкции иного рода [12].

Основаниями отказа в регистрации кандидата как меры конституционно-правовой ответ-

ственности, по нашему мнению, являются нарушения, предусмотренные подп. «а2», «е», «и», «к», «л», «о» пункта 24 статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав; основаниями отказа в регистрации списка кандидатов как меры конституционно-правовой ответственности - нарушения, предусмотренные подп. «е», «ж», «и», «к», «н» пункта 25 статьи 38 данного Федерального закона [13].

Отмена регистрации кандидата (списка кандидатов) почти во всех случаях, предусмотренных в пунктах 7, 8 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, выступает в качестве меры конституционно-правовой ответственности, за исключением подп. «а» пункта 7 и подп. «а» пункта 8 данной статьи, когда имеют место вновь открывшиеся обстоятельства, являющиеся основанием для отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов) [14].

Таким образом, именно в данных случаях, когда отказ в регистрации или отмена регистрации кандидата (списка кандидатов) применяются как меры ответственности за совершение лицом избирательно-правового деликта, мы обязаны ставить перед правоприменителем вопрос о вине лица, поскольку по указанным основаниям они выступают в качестве наказания (кары) за совершенное правонарушение и имеют цель - изменить отношение лица к содеянному.

Конечно же, в этом есть несовершенство избирательного законодательства, когда одна и та же санкция выступает в одних случаях и как мера ответственности, когда мы должны устанавливать вину лица, и как санкция иного рода, а к лицу применяется один и тот же вид конституционно-правового принуждения (особенно это имеет отношение к отказу в регистрации кандидата, списка кандидатов). В связи с этим заслуживают внимания предложения отдельных авторов о необходимости сокращения общего перечня оснований отказа в регистрации до избирательно-правовых деликтов. В остальных случаях вместо отказа в регистрации должно применяться оставление представленных документов без рассмотрения или их возврат на основании специального решения избирательной комиссии [15].

Решение данного вопроса возможно только путем комплексных изменений в действующее правовое регулирование избирательно-правовой сферы, но в рамках Федерального закона

об основных гарантиях избирательных прав мы исходим из следующего положения: так как в отдельных случаях мы говорим об отказе в регистрации и отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) как о мерах отдельного вида юридической ответственности, следовательно, в этом случае мы не можем обойти вопрос об обязательном исследовании вины лица, к которому они применяются, поскольку иное противоречило бы природе юридической ответственности.

Еще одним доводом в пользу данного тезиса могут служить правовые позиции по вопросам учета вины лица при привлечении к юридической ответственности, сформулированные Конституционным Судом Российской Федерации в 2001 году в двух постановлениях: от 25 января 2001 года № 1-П и от 27 апреля 2001 года № 7-П.

В своем постановлении от 25 января 2001 года № 1-П Конституционный Суд Российской Федерации по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировал принципиальную позицию по вопросу о необходимости учета виновного начала при привлечении к юридической ответственности: наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно [16].

В последующем данная правовая позиция получила развитие при рассмотрении других дел.

В частности, в постановлении от 27 апреля 2001 года № 7-П при рассмотрении дела о нарушении таможенных правил данный судебный орган конституционного контроля указал, что, исходя из статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями [17]. Наличие состава правонарушения является, таким образом, необходимым основанием для всех видов юридической ответственности, при этом признаки состава правонарушения, прежде всего в публично-правовой сфере, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование

справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами юридической ответственности.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации сослался на правовую позицию, выраженную в постановлении от 25 января 2001 года № 1-П, и отметил, что к основаниям ответственности, исходя из общего понятия состава правонарушения, относится и вина, если в самом законе прямо и недвусмысленно не установлено иное.

С учетом того, что дело, которое подлежало рассмотрению, касалось нарушения таможенных правил, Конституционный Суд Российской Федерации применительно к данному виду общественных отношений отметил, что отсутствие вины при нарушении таможенных правил является одним из обстоятельств, исключающих производство по делу о данном нарушении, поскольку свидетельствует об отсутствии самого состава таможенного правонарушения. При этом суд, обеспечивающий в связи с привлечением к ответственности за нарушение таможенных правил защиту прав и свобод физических и юридических лиц посредством судопроизводства, основанного на состязательности и равноправии сторон (статья 123 Конституции Российской Федерации), не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения таможенных правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

В рассматриваемом постановлении Конституционный Суд Российской Федерации также затронул немаловажный вопрос о распределении бремени доказывания вины. В частности, Суд указал, что применительно к сфере уголовной ответственности Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности, т. е. возлагает обязанность по доказыванию вины в совершении противоправного деяния на соответствующие государственные органы. В процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая при этом особенности соответствующих отношений и их субъектов (в частности, предприятий, учреждений,

организаций и лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица), а также требования неотвратимости ответственности и интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 15, часть 2; статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации).

Непосредственно по правоотношениям, складывающимся в сфере таможенного права, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что, решая вопрос о распределении бремени доказывания вины, законодатель вправе - если конкретный состав таможенного правонарушения не требует иного - освободить от него органы государственной власти при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтверждать свою невиновность. По смыслу оспариваемых положений Таможенного кодекса Российской Федерации предприятия, учреждения и организации, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, не могут быть лишены возможности доказать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для данных субъектов таможенных отношений препятствиями, находящимися вне их контроля, притом что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения таможенных обязанностей, и что с их стороны к этому были приняты все меры.

Несмотря на то, что в постановлении от 25 января 2001 года № 1-П Конституционный Суд Российской Федерации рассматривал вопрос о проверке конституционности положений Гражданского кодекса Российской Федерации (заявителями выступали 4 физических лица), а в постановлении от 27 апреля 2001 года № 7-П - вопросы о нарушении таможенных правил (заявителями выступали 6 юридических лиц и одно физическое лицо), вместе с тем сформулированные в них правовые позиции о необходимости учета виновного начала при привлечении лица к юридической ответственности носят универсальный характер и распространяются в равной мере как на индивидуальных, так и на коллективных субъектов.

Их можно сформулировать следующим образом (далее - правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации):

1. Наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т. е. закреплено непосредственно.

2. Юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями.

3. Наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов юридической ответственности.

4. Отсутствие вины при нарушении соответствующих норм является одним из обстоятельств, исключающих производство по делу о данном нарушении, поскольку свидетельствует об отсутствии самого состава правонарушения.

5. При привлечении лица к мерам юридической ответственности суд не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения соответствующих норм, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

6. В процессе правового регулирования видов юридической ответственности (за исключением уголовной ответственности, в отношении которой Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности) законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая при этом особенности соответствующих отношений и их субъектов (в частности, характер субъектов -индивидуальные или коллективные), а также требования неотвратимости ответственности и интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

7. Решая вопрос о распределении бремени доказывания вины, законодатель вправе (если конкретный состав правонарушения не требует иного) освободить от него органы государственной власти при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтверждать свою невиновность. В связи с

этим лица, привлекаемые к юридической ответственности, не могут быть лишены возможности доказать, что нарушение соответствующих норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне их контроля, притом что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и что с их стороны к этому были приняты все меры.

Сформулированные Конституционным Судом Российской Федерации правовые позиции играют ключевую роль для решения вопроса о необходимости учета виновного начала при привлечении лица к мерам любого вида юридической ответственности, при условии отсутствия в законодательстве соответствующей правовой регламентации.

Исходя из анализа рассматриваемых постановлений, мы видим, что Конституционный Суд Российской Федерации пришел к данным выводам, когда столкнулся с недостаточной проработанностью законодателем вопроса применения мер юридической ответственности.

Этот вывод подтверждается и дальнейшим обращением Конституционного Суда Российской Федерации к указанным правовым позициям при рассмотрении иных дел: по делу о проверке конституционности положений Федерального закона «Об исполнительном производстве» (абзац четвертый пункта 7 постановления от 30 июля 2001 года № 13-П [18]), по жалобе унитарного государственного предприятия на нарушение его конституционных прав и свобод положениями Налогового кодекса Российской Федерации (абзац четвертый пункта 2 определения от 4 июля 2002 года № 202-0 [19]), по жалобе гражданина С.Н. Вепрева на нарушение его конституционных прав положениями Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (абзац второй пункта 3 определения от 9 апреля 2003 года № 172-0 [20]).

В сфере избирательных правоотношений Конституционный Суд Российской Федерации обращался к данным правовым позициям при рассмотрении дела о проверке конституционности подпункта «л» пункта 25 статьи 38 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в ре-

ферендуме граждан Российской Федерации» и пункта 10 части 9 статьи 41 Закона Вологодской области «О выборах депутатов Законодательного Собрания Вологодской области» в связи с жалобой общественного объединения «Политическая партия «Союз правых сил» (постановление от 11 марта 2008 года № 4-П [21]).

При этом в абзаце четвертом пункта 3.2 постановления от 11 марта 2008 года № 4-П Конституционный Суд Российской Федерации прямо указал, что данные правовые позиции, как интерпретирующие положения Конституции Российской Федерации, обладают такой же юридической силой и потому обязательны как для законодателя, так и для правоприменителей, в том числе судов.

Как можно заметить, указанный судебный орган конституционного контроля предлагает определенную схему, как следует поступать правоприменителю при привлечении лица к мерам юридической ответственности, если соответствующее законодательство прямо не ставит вопрос об обязательности учета вины этого лица.

В этом отношении избирательное законодательство как раз и является таковым. На сегодняшний день оно допускает фрагментарность правового регулирования в вопросах ответственности, ничего не говоря нам о том, нужно ли учитывать вину кандидата, избирательного объединения при отказе в регистрации или отмене регистрации кандидата (списка кандидатов), применяемых в качестве мер ответственности.

Именно по этой причине, на наш взгляд, Верховный Суд Российской Федерации при вынесении окончательных решений по избирательным спорам основывает некоторые свои решения на данных правовых позициях [22].

Таким образом, применительно к избирательно-правовой сфере на основе правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации можно сделать следующие выводы относительно необходимости учета вины лица при рассмотрении избирательных споров:

1. Необходимость установления вины лица является одним из основных принципов конституционно-правовой ответственности участников выборов, поскольку избирательное законодательство прямо не предусматривает каких-либо исключений из этого правила.

2. Конституционно-правовая ответственность в виде соответствующих мер может наступать только за избирательно-правовые

деликты (правонарушения в сфере избирательного права).

3. Необходимым основанием для конституционно-правовой ответственности участников выборов является наличие состава избирательно-правового деликта.

4. При привлечении лица к мерам конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты суд не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения соответствующих норм, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины субъекта ответственности, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

5. Исходя из положений Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, подразумевается, что органы, применяющие к лицу меры ответственности, освобождены от бремени доказывания вины соответствующего субъекта (если конкретный состав избирательно-правового деликта не требует иного), а сам нарушитель должен быть обеспечен возможностью подтверждать свою невиновность. В связи с этим лица, привлекаемые к конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты, не могут быть лишены возможности доказать, что нарушение соответствующих норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне их контроля, притом что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и что с их стороны к этому были приняты все меры.

Данные положения имеют большое значение для избирательно-правовой сферы, поскольку позволяют в условиях отсутствия надлежащей законодательной регламентации отказывать в регистрации или отменять регистрацию кандидата (списка кандидатов) за избирательно-правовые деликты с соблюдением общих принципов юридической ответственности.

Указанные выводы - это проекция универсальных правовых позиций, выработанных Конституционным Судом Российской Федерации при рассмотрении различных категорий дел, предметом которых являлись вопросы юридической ответственности как в частноправовой, так

и в публично-правовой сфере. При этом, как уже подчеркивалось ранее, они, как интерпретирующие положения Конституции Российской Федерации, обладают такой же юридической силой и потому обязательны как для законодателя, так и для правоприменителей, в том числе судов.

Вместе с тем, исходя из публично-правовой природы конституционно-правовой ответственности участников выборов, следует, на наш взгляд, сделать некоторые уточнения относительно положения об освобождении соответствующих органов от бремени доказывания вины, а также предложенных критериев, на основании которых правоприменитель может установить вину как индивидуального, так и коллективного субъекта избирательно-правового деликта.

Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что наличие вины - это общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, но если иное не предусмотрено законом, органы, привлекающие к ответственности, освобождены от бремени доказывания вины, а сами субъекты правонарушения не должны быть лишены возможности подтверждать свою невиновность.

Если привлечение к мерам юридической ответственности идет в судебном порядке, то суды не могут ограничиваться формальной констатацией факта нарушения соответствующих норм, не выявляя иных связанных с ним обстоятельств, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

При отказе или отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) данные выводы могут быть применены следующим образом.

В соответствии с пунктом 18 статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав отказ в регистрации кандидата (списка кандидатов) осуществляется соответствующей избирательной комиссией, проверяющей документы кандидата, избирательного объединения, при наличии оснований, предусмотренных пунктами 24, 25 данной статьи.

В этом случае избирательные комиссии выступают и в качестве проверяющих (выявляющих) органов, и в качестве органа, который сам налагает ответственность в виде отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов) за совершение избирательно-правового деликта.

а а х а ^ л I г л 1 л I г \ ^ Л Д I

Поскольку решение вопросов ответственности в Федеральном законе об основных гарантиях избирательных прав носит фрагментарный характер, и тем более федеральным законодателем в данном случае никак не решается вопрос о распределении бремени доказывания вины, то, исходя из изложенной выше правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, подразумевается, что при применении отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов) как меры конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты избирательные комиссии освобождены от обязанности доказывать вину кандидата, избирательного объединения, но при этом сами кандидаты, избирательные объединения не лишены возможности подтверждать свою невиновность.

Данная логика полностью согласуется с подходом Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления от 27 апреля 2001 года № 1-П.

Таким образом, на практике так и получается, что когда избирательная комиссия отказывает лицу в регистрации в качестве кандидата либо избирательному объединению - в регистрации списка кандидатов, комиссия не доказывает вину соответствующего лица, а исходит из установленного факта неисполнения той или иной обязанности. В данном случае фактически имеет место презумпция вины субъекта избирательно-правового деликта. Вместе с тем, в силу общеобязательных положений, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации, у кандидатов и избирательных объединений есть возможность доказать, что нарушение соответствующих норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне их контроля, притом что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и что с их стороны к этому были приняты все меры. Однако воспользоваться этой возможностью кандидаты и избирательные объединения, как правило, могут только в судебном порядке при оспаривании решения избирательной комиссии об отказе в регистрации кандидата (списка кандидатов) в соответствии с пунктом 6 статьи 76

Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, поскольку избирательные комиссии как правоприменительный орган обычно действуют строго в рамках буквы указанного Федерального закона, где прямо не упоминается о необходимости установления виновного начала субъекта ответственности.

Из-за отсутствия должной законодательной регламентации практика применения норм Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав, регламентирующих основания отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов), складывается таким образом, что кандидаты (избирательные объединения) для того, чтобы обратить внимание на необходимость учета вины лица при вынесении решений об отказе в регистрации кандидата (списка кандидатов) в качестве мер конституционно-правовой ответственности, в последующем вынуждены обращаться в суды, которые также не всегда принимают во внимание соответствующие доводы [23].

В связи с этим, на наш взгляд, очень важным является еще на стадии принятия решения избирательной комиссии ориентировать данный правоприменительный орган на необходимость исследования виновного начала лица, в отношении которого отказ в регистрации кандидата (списка кандидатов) применяется в качестве меры конституционно-правовой ответственности.

С учетом того, что избирательные комиссии освобождены от бремени доказывания вины, кандидату (уполномоченному представителю избирательного объединения) следует в письменных возражениях изложить все обстоятельства, которые позволят сделать вывод о том, что нарушение норм избирательного права было вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне контроля субъекта избирательно-правового деликта, притом что он действовал с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и что с его стороны к этому были приняты все меры.

Данные возражения должны быть представлены в избирательную комиссию до рассмотрения вопроса об отказе в регистрации кандидата (списка кандидатов) для того, чтобы им была дана соответствующая оценка при вынесении решения избирательной комиссией. В

дальнейшем это позволит быть последовательным при отстаивании своей позиции в судебных инстанциях.

В отличие от отказа в регистрации отмена регистрации кандидата применяется только судом по заявлению зарегистрировавшей кандидата избирательной комиссии или кандидата, зарегистрированного по тому же избирательному округу, а отмена регистрации списка кандидатов - по заявлению избирательной комиссии, зарегистрировавшей список кандидатов, избирательного объединения, список кандидатов которого зарегистрирован по тому же избирательному округу (пункты 7, 8 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав).

При рассмотрении судами данных избирательных споров применяется общее правило, установленное в части 1 статьи 56 ГПК РФ, о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в своем заявлении об отмене регистрации кандидата (списка кандидатов).

Если избирательная комиссия, зарегистрировавшая кандидата, обращается в суд с заявлением об отмене его регистрации, она обязана доказать те нарушения, которые являются основанием для применения данной меры ответственности, но при этом на практике остается открытым вопрос, входит ли вина лица в предмет доказывания.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации при привлечении лица к мерам юридической ответственности суд не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения соответствующих норм, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины субъектов правонарушения, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

Таким образом, при рассмотрении избирательных споров, связанных с отменой регистрации кандидатов (списка кандидатов), суд обязан выяснить наличие или отсутствие вины кандидата (избирательного объединения), даже если избирательной комиссией или иным лицом, выступающим в качестве заявителя, не представлены соответствующие доказательства [24].

В рамках практики применения судами норм избирательного законодательства, регламентирующих основания отмены регистрации кан-

дидата (списка кандидатов), как правило, вина лица в совершении избирательно-правового деликта считается установленной, если имеется причастность лица к соответствующему неправомерному деянию [25], при этом форма вины (умысел и неосторожность), за редкими исключениями, не исследуется [26].

Вместе с тем установление причастности лица и его вины не одно и то же. Как справедливо отмечается в юридической литературе, вина - это психическое отношение правонарушителя к противоправному деянию и его последствиям, а причастность - это участие в совершении правонарушения. Поэтому причастное лицо не всегда может быть виновным [27]. При этом необходимо сделать оговорку, что в отношении коллективных субъектов (избирательных объединений) понятие вины имеет другое содержание.

Исходя из анализа правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, мы последовательно пришли к выводу о том, что нужно устанавливать вину лица при привлечении к мерам конституционно-правовой ответственности в избирательно-правовой сфере. Когда избирательная комиссия принимает решение об отказе в регистрации кандидата (списка кандидатов), вина соответствующего нарушителя презюмируется, а субъект ответственности должен сам доказать свою невиновность. Когда суд отменяет регистрацию кандидата (списка кандидатов), он обязан установить наличие или отсутствие вины независимо от того, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания. При этом лицо также не лишено возможности доказывать свою невиновность, под которой понимается, что нарушение соответствующих норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне контроля субъекта ответственности, притом что лицо действовало с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и с его стороны к этому были приняты все меры.

Категория «виновность лица» предполагает обязательное установление не только причастности лица к совершению правонарушения, но и наличие его вины. В свою очередь, невиновность означает, что лицо не причастно к совер-

шенному правонарушению либо оно причаст-но, но не доказана его вина [28].

Как мы можем заметить, указанные подходы к установлению вины в избирательно-правовой сфере не зависят от характера субъекта конституционно-правовой ответственности и смешивают понятия «вина», «виновность» и «причастность». Получается так, что избирательной комиссии, суду фактически не важно, кандидат или избирательное объединение выступает в качестве нарушителя. Подразумевается, что они виновны, если ими не будут представлены доказательства своей невиновности в рамках тех критериев, которые мы указали выше (объективно непредотвратимые обстоятельства, притом что лицо сделало все, чтобы исполнить необходимые обязанности).

Вместе с тем понятие вины физического лица как одно из составляющих понятия «виновность» неприменимо для коллективных субъектов ответственности. Вина индивидуального субъекта ответственности - это психическое отношение лица к содеянному, которое проявляется в форме умысла или неосторожности. Данная категория едина для всех отраслей права. Содержание вины коллективного субъекта - это фактически критерии его виновного поведения, позволяющие правоприменителю установить возможность выбора вариантов его поведения. В этом аспекте понятия «вина» и «виновность» для коллективного субъекта являются, на наш взгляд, тождественными. Разделяя позицию сторонников объективно-правовой концепции [29], под виной коллективного субъекта конституционно-правовой ответственности за избирательно-правовые деликты мы понимаем непринятие коллективным субъектом всех зависящих от него мер, в том числе неиспользование предоставленных ему прав (полномочий), для соблюдения правовых норм действующего избирательного законодательства и выполнения возложенных на него обязанностей, за нарушение которых предусмотрена соответствующая мера конституционно-правовой ответственности.

Таким образом, выработанные на основе правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации критерии виновного поведения применимы только для коллективных участников выборов, а в отношении кандидатов в практике применения избирательного законодательства вина именно как психическое

отношение лица к содеянному не устанавливается, т. е. нельзя говорить и об их виновности.

В этом, по нашему мнению, кроется один из основных недостатков существующего правоприменения действующих норм избирательного права, регламентирующих основания отказа и отмены регистрации в отношении индивидуальных субъектов с точки зрения принципа виновной ответственности. Без установления вины кандидата нельзя достигнуть тех целей, которые преследуют меры конституционно-правовой ответственности участников выборов. Не зная сознательно-волевого отношения лица к совершенному деянию, недопустимо налагать на него меры ответственности, носящие карательный характер и направленные на изменение отношения нарушителя к необходимости соблюдения правовых норм и совершенному избирательно-правовому деликту, поскольку мы не установили, как лицо относится к содеянному.

Вторым немаловажным моментом является то, что применение правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации в избирательно-правовой сфере приводит нас к тому, что правоприменительные органы (в частности, избирательные комиссии при применении отказа в регистрации) освобождены от бремени доказывания вины субъекта избирательно-правового деликта, его вина пре-зюмируется, пока обратное не будет доказано самим лицом.

Когда Конституционный Суд Российской Федерации рассматривал дело о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации и в постановлении от 27 апреля 2001 года № 7-П сформулировал анализируемые в данной статье правовые позиции, судьей данного судебного органа А.Л. Кононовым было изложено особое мнение, в котором содержалась, на наш взгляд, справедливая критика примененного подхода к установлению вины и распределению бремени ее доказывания [30].

В частности, А.Л. Кононовым было отмечено, что, освободив государственные органы от обязанности доказывать вину субъекта ответственности в ситуациях, когда состав правонарушения не требует иного, Конституционный Суд Российской Федерации, по его мнению, ошибочно исходил из аналогии с гражданско-правовыми отношениями, недопустимо

смешивая риск предпринимательской деятельности с бременем объективного вменения, частноправовые принципы правовосстанови-тельного характера - с применением штрафных санкций за публичные правонарушения.

При этом им подчеркивалось, что положения статьи 49 Конституции Российской Федерации о принципе виновной ответственности, презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности как в уголовном, так в равной мере в административном праве, что общепризнано в отечественной правовой доктрине.

Конституционно-правовая ответственность участников выборов также является публично-правовой ответственностью, в которой действуют отношения власти и подчинения между государственным органом, налагающим ответственность, и субъектом избирательно-правового деликта, где имеет место неравноправие сторон, а меры носят карательный (штрафной) характер. Исходя из этого, мы полагаем, что при отказе в регистрации или отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) правоприменительные органы должны исходить из принципа презумпции невиновности, который, как указывал судья Конституционного Суда Российской Федерации А.Л. Кононов, носит характер особой конституционной и общеправовой гарантии от произвола обвиняющей власти, гарантии соблюдения прав и свобод.

Другой вопрос состоит в том, что для этого нужно по-другому выстраивать работу избирательных комиссий, но вместе с тем логика применения отказа в регистрации и отмены регистрации кандидата (списка кандидатов) в качестве мер публично-правовой ответственности, носящих карательный (штрафной) характер, именно такая.

***

Таким образом, проведенный анализ правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации позволяет нам сделать вывод о том, что, несмотря на отсутствие в действующем избирательном законодательстве правового регулирования вопросов учета вины, избирательные комиссии, суды при применении отказа

в регистрации или отмены регистрации кандидата (списка кандидатов) в качестве мер конституционно-правовой ответственности должны исходить из следующих положений:

1. Необходимость установления вины лица является одним из основных принципов конституционно-правовой ответственности участников выборов, поскольку избирательное законодательство прямо не предусматривает каких-либо исключений из этого правила.

2. При отказе лицу в регистрации в качестве кандидата либо избирательному объединению в регистрации списка кандидатов имеет место презумпция вины: лицо считается виновным во всех случаях, если им не будет доказано, что нарушение норм избирательного права вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне контроля соответствующего лица, притом что он действовал с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в целях надлежащего исполнения лежащих на нем обязанностей, и что с его стороны к этому были приняты все меры.

3. При отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) суд обязан не только установить факт нарушения избирательного законодательства, но и выяснить иные связанные с этим обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины кандидата (избирательного объединения), в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания.

При этом лицо также не лишается возможности доказывать, что нарушение соответствующих норм вызвано чрезвычайными обстоятельствами, а лицо действовало с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в целях надлежащего исполнения соответствующих обязанностей, и им были предприняты все меры к этому.

Вместе с тем противоречивость данных выводов заключается в том, что, говоря о необходимости установления вины субъекта избирательно-правового деликта, соответствующие органы освобождены от необходимости ее доказывания, а сами правоприменители в отношении индивидуальных субъектов, как правило, не устанавливают вину кандидатов именно как сознательно-волевое отношение к содеянному, что, на наш взгляд, является недопусти-

мым с точки зрения карательного (штрафного) содержания мер конституционно-правовой ответственности участников выборов, носящей публично-правовой характер.

1. См.: Определение Верховного Суда РФ от 7 сентября 2000 г. № 26-Г00-3 // СПС «КонсультантПлюс»; решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 августа 2014 г. по делу № 2-2907/2014 // Архив Избирательной комиссии Иркутской области.

2. См.: определения Верховного Суда РФ от 24 ноября

2003 г. № 33-Г03-20, от 8 декабря 2011 г. № 89-Г11-11, от 19 августа 2014 г. № 5-АПГ14-27 // СПС «КонсультантПлюс».

3. См.: определения Верховного Суда РФ от 9 марта

2004 г.№ 18-Г04-11, от 7 декабря 2007 г. № 36-Г07-11 //СПС «КонсультантПлюс»; решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 августа 2014 г. по делу № 2-2907/2014 // Архив Избирательной комиссии Иркутской области.

4. Собрание законодательства РФ. 2002. № 24. Ст. 2253; 2014. № 48. Ст. 6636.

5. См.: в отношении отказа в регистрации кандидата (списка кандидатов) - Постановление Конституционного Суда РФ от 25 апреля 2000 г. № 4-П; Определение Верховного Суда РФ от 13 октября 2005 г. № 57-Г05-13 // СПС «КонсультантПлюс»; решение Оренбургского районного суда от 17 сентября 2010 г. по делу № 2-1671. URL: http:// docs.pravo. ru/document/view/24654872 (дата обращения: 12.12.2014); в отношении отмены регистрации кандидата (списка кандидатов) - Постановление Конституционного Суда РФ от11 июня 2002 г. № 10-П; определения Верховного Суда РФ от 6 декабря 2003 г. № 45-Г03-33, от 17 ноября 2004 г. № 72-Г04-11, от 7 октября 2005 г. № 41-Г05-38, от 12 марта 2010 г. № 6-Г10-9 // СПС «КонсультантПлюс».

6. См.: Бровченко В.Н. Юридическая ответственность в избирательном праве Российской Федерации : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 17; Игнатенко В.В. Конституционно-правовая ответственность в избирательном процессе // Академический юридический журнал. 2002. № 6. С. 18; Кондрашев A.A. Теория конституционно-правовой ответственности в Российской Федерации : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2011. С. 15; ШтурневA.E. Конституционно-правовая ответственность за избирательные правонарушения в Российской Федерации. Иркутск, 2004. С. 32-34.

7. См.: Сазонов П.А. К вопросу о вине избирательного объединения при применении меры конституционно-правовой ответственности в виде отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов // Избирательное право. 2006. № 3. С. 46; ШтурневА.Е. Указ. соч. С. 133-145.

8. См.: ШтурневА.Е. Указ. соч. С. 91.

9. См.: Кислухин В.А. Виды юридической ответственности : дис.... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 48-49; ТихоненкоИН. Основания освобождения от юридической ответственности: дис.... канд. юрид. наук. М., 1995. С. 13; Трофимова М.П. Функции юридической ответственности : дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2000. С. 8.

10. См.: ШтурневА.Е. Указ. соч. С. 131-132.

11. См.: Афанасьев В.А., Сунцова Е.А. Некоторые проблемы теории правонарушений и юридической ответственности // Право и политика. 2006. № 3. С. 23; Иоффе О.С.

Вина и ответственность по советскому праву // Сов. государство и право. 1972. № 9. С. 43.

12. См.: Луканина Т.И. Отказ в регистрации в качестве кандидата как мера конституционно-правовой ответственности участников избирательного процесса // Российский юридический журнал. 2011. № 6; Российское избирательное право от А до Я : словарь-справочник / под ред. В.В. Игнатенко. Избирательная комиссия Иркутской области; Институт законодательства и правовой информации им. М.М. Сперанского. Иркутск, 2013. С. 236-247; Сазонов П.А. Указ. соч. С. 49; Стружак Е.П., Халин И.Н. Отказ в регистрации кандидата как мера конституционно-правовой ответственности в избирательном праве России // Проблемы юридической ответственности: история и современность : статьи по итогам Всероссийской научно-практической конференции / под ред. Г.Н. Чеботарева. Ч. 1. Тюмень: изд-во Тюменского государственного университета, 2004. С. 102-107.

13. См.: Российское избирательное право от А до Я : словарь-справочник. С. 236-243.

14. Там же.С. 243-247 .

15. См.: Сазонов П.А. Указ. соч. С. 49.

16. Собрание законодательства РФ. 2001. № 7. Ст. 700.

17. Собрание законодательства РФ. 2001. № 23. Ст. 2409.

18. Собрание законодательства РФ. 2001. № 32. Ст. 3412.

19. Вестник Конституционного Суда РФ. 2003. № 1.

20. Вестник Конституционного Суда РФ. 2003. № 5.

21. Собрание законодательства РФ. 2008. № 11 (ч. 2). Ст. 1073.

22. См.: определения Верховного Суда РФ от 9 октября 2009 г. № 5-Г09-109, от 11 апреля 2002 г. № 45-Г02-11, от 13 апреля 2002 г. № 45-Г02-14, от 19 августа 2014 г. № 5-АПГ14-27 // СПС «КонсультантПлюс».

23. См.: решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 августа 2014 г. по гражданскому делу № 2-2907/2014 // Архив Избирательной комиссии Иркутской области.

24. См.: определения Верховного Суда РФ от 24 ноября 2003 г. № 33-Г03-20, от 8 декабря 2011 г. № 89-Г11-11, от 19 августа 2014 г. № 5-АПГ14-27 // СПС «КонсультантПлюс».

25. См.: Определение Верховного Суда РФ от 27 марта 2003 г. № 4-Г03-6 // Вестник ЦИК РФ. 2003. № 3. С. 88-96; Определение Верховного Суда РФ от 23 ноября 2004 г. № 91-Г04-23 // СПС «КонсультантПлюс»; Определение Верховного Суда РФ от 22 декабря 2004 г. № 60-Г04-20 // Вестник ЦИК РФ. 2005. № 2. С. 142-148.

26. См.: Сидякин А.Г. Принцип виновной ответственности и фактор вины в избирательном процессе // Журн. рос. права. 2005. № 1. С. 14; Он же. Отказ в регистрации и отмена регистрации кандидата (списка кандидатов) : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 76.

27. См.: Старовойтова Е.И. Правовые презумпции в избирательном праве : дис. ... канд. юрид. наук. Владивосток, 2012. С. 109-110.

28. См.: Там же. С. 108-109.

29. См.: Виноградов В.А. Конституционно-правовая ответственность: системное исследование : дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 151; Кондрашев А.А. Конституционно-правовая ответственность в Российской Федерации: теория и практика. С. 167; Сидякин А.Г. Отказ в регистрации и отмена регистрации кандидата (списка кандидатов). С. 73; ШтурневА.Е. Указ. соч. С. 61.

30. Собрание законодательства РФ. 2001. № 23. Ст. 2409.