Диаспорное языковое сознание русскоязычных жителей казахстана

Е.Г. Свинчукова

УДК 81.23

ДИАСПОРНОЕ ЯЗЫКОВОЕ СОЗНАНИЕ РУССКОЯЗЫЧНЫХ ЖИТЕЛЕЙ КАЗАХСТАНА

На примере образов языкового сознания русских в России и казахстане и казахов в казахстане описываются особенности языковой картины мира трех указанных групп испытуемых. в данной статье приводятся итоги свободного ассоциативного эксперимента и основные результаты исследования.

Ключевые слова: языковое сознание, свободный ассоциативный эксперимент, диаспора, культура.

Еlena G. svinchukova

LANGUAGE consciousness

of Russian diaspora in Kazakhstan

The particularities of language consciousness of three groups of interviewees (those of Russians in Russia and Kazakhstan and of Kazakhs in Kazakhstan) are described by the example of their images of language consciousness. The outcomes of associative experiment and the main results of the research are given in the present paper.

Key words: language consciousness, associative experiment, diaspora, culture.

Целью данной статьи является рассмотрение особенностей диаспорного языкового сознания носителей русского языка и русской культуры, проживающих на территории Казахстана.

Объектом исследования послужили ассоциативные поля 20 слов-стимулов, которые были получены при помощи методики свободного ассоциативного эксперимента [Свинчукова 2011: 239-244]. В качестве экспериментальной группы выступали 135 русских жителей казахстана, а в качестве контрольных групп выступали 110 казахов и 193 русских респондента, жителя России. в процессе обработки данных на первом этапе были отобраны 129 анкет русских жителей Казахстана (далее «группа К»), 100 анкет казахов и 187 анкет россиян (далее «группа Р»).

По половозрастным характеристикам три указанные группы респондентов практически одинаковы, большую часть испытуемых составляют студенты различных курсов высших учебных заведений России и Казахстана.

Так как в данной статье мы рассматриваем именно диаспорное языковое сознание, мы начнем с определения понятия диаспоры. Как полагают многие исследователи, для представителей диаспоры характерна двойная идентичность, т.к. они занимают не единственное культурное пространство. Диаспора предполагает, по определению В.Д. Попкова, «коктейль из разнообразных культурных, социальных, экономических и других сфер, характерных одновременно как для страны происхождения, так и для страны проживания» [Попков 2003: 85]. Поэтому диаспоре приписывается двойная, а иногда и множественная лояльность. Причем особо подчеркивается, что культурная идентичность страны исхода и диаспорная идентичность не одно и то же. По мнению В.Д. Попкова, диаспорная идентичность представляет собой конструкт разнообразных идентичностей, в основе которых лежит представление о едином культурном базисе,

на который накладываются идентичности регионов, принимающих общины диаспоры. В этом случае в качестве базовой идентичности как связующего элемента выступают основные компоненты этнической идентичности страны исхода, приобретаемые с самого детства в ходе социализации индивидов.

Многие члены диаспоры долгое время живут в принимающей стране и одновременно с этим поддерживают связь со страной исхода. Таким образом, эти люди живут сразу в двух культурах, образуя транснациональные сообщества.

Далее необходимо рассмотреть явление аккультурации, которое понимается как «процесс долговременного взаимодействия представителей различных культур, в результате которого наблюдается культурное изменение в одной или обеих группах» [Там же: 54]. Это то изменение, которое может происходить как на уровне индивида, так и на уровне группы. Причем именно от индивидуальных особенностей группы или индивида зависит выбор направления аккультурации. При выборе направления индивид (группа) отвечает для себя на два вопроса: 1) важно ли поддерживать собственную культурную идентичность и культурную характеристику; и 2) важно ли сохранять отношения с другими этническими группами.

В результате ответа на эти два вопроса определяется одна из четырех стратегий аккультурации: интеграция, сепарация, ассимиляция или маргинализация [Там же: 57].

Каков же статус русских в современном Казахстане? После распада СССР и образования независимой республики Казахстан статус русских казахстанцев резко изменился. Закон о языке, принятый в 1989 году, утвердил казахский язык в качестве государственного, а русский - в роли языка межнационального общения. Таким образом, русское население Казахстана впервые столкнулось с необходимостью изучения казахского языка. Тем не менее, большинство русских предпочли или переселиться или просто не идти в госсектор, где требовалось знание казахского. В итоге, к 2000

году только 1% русского населения мог изъясняться на государственном языке.

В 1996 году был принят документ «Концепция языковой политики республики Казахстан» с целью успокоить волнения по поводу складывающейся этнолингвистической ситуации. За казахским языком признавался принципиальный статус «основы национальной культуры», чтобы сохранить межэтническое согласие», а также содействовать взаимному обогащению в этнокультурной среде. По программе «Концепции» казахский язык был призван стать языком общения между всеми национальностями и в этом качестве заменить русский. За русским языком признавалась определенная социальная роль, которая четко ограничивалась определенными областями: русский язык как источник научной и технической информации, средство общения с другими странами СНГ. В профессиональной сфере, как отмечалось ранее, проявляется языковая дискриминация (представители определенных профессий должны знать казахский) [Ларюэль, Пейруз: 2007].

Однако число сторонников русского в казахском руководстве все еще настолько велико, что русский язык занимает здесь гораздо более высокие позиции, чем, например, в государствах Балтии или в Узбекистане и еще долго будет их сохранять. все усилия оттеснить русский язык и поддержать казахский пока мало что изменили. как и прежде, русский язык является доминирующим в науке, средствах массовой информации и в большой политике. Спор о языках является не межэтническим русско-казахским конфликтом, а, скорее, внутриэтническим конфликтом разных поколений казахов, а также проявлением разницы между городом и деревней, разделяющего казахстан на два лагеря.

Ларюэль М. и Пейруз С. называют русских жителей казахстана «русским миром». Это понятие включает в себя русскоязычных и тех, кто ориентирован на русскую культуру, и «выходит далеко за пределы этнических рамок» [Ларюэль, Пейруз 2007:

301]. «Русский мир - это результат сложной российской истории, когда мощные волны эмиграции унесли из страны миллионы подданных Российском империи, затем граждан Советского Союза. Русский мир объединяет все слои российской диаспоры нового и старого зарубежья». Термин не носит территориального или политического характера, а отражает духовное и культурное родство [Русское слово 2003: 18].

Русское население современного казахстана само по себе не является сплоченной диаспорой, наподобие уйгурской, чеченской, ингушской и т.д., что позволяет говорить о некой политической индифферентности русских Казахстана. Большинство исследователей считает основной причиной данного явления государственное вмешательство. в. Р. Легойда считает, что политика руководства республики «не по-зволяла...создавать полноценные диаспо-ральные общности», второй причиной автором был назван относительно небольшой возраст диаспоры. Его точку зрения разделяет и С.А. Панарин говоря о «низком уровне политической активности русскоязычных», также видя в этом определенное влияние со стороны государства. По мнению, М.Н. Гу-богло, все же основной причиной является «слабая политическая мобилизация русского населения». Согласно приведенным им статистическим данным - 85,8% русских испытывают серьезные затруднения при определении своего отношения к созданию политической организации для русскоязычного населения. Б. Эшмент утверждает, что здесь играют свою роль «сильные отличия по социальному, экономическому и культурному уровню» среди русского населения Казахстана, именно поэтому «успешное представительство своих интересов затрудняется для русских, что они до сих пор не нашли новой идентичности, не могут осознать себя в качестве единой группы» [Русские в Казахстане: эл.ресурс].

В исследованиях В.Н. Резникова по новой русской диаспоре было выявлено, что в норме в групповом сознании суще-

ствует прочная устойчивая связь между позитивной этнической идентичностью и этнической толерантностью, связь, подтверждаемая тесными корреляциями и являющаяся социально-психологическим законом. В неблагоприятных социально-политических условиях данная связь может разрушаться или становиться обратной, активизирую механизмы психологической защиты, что выражается в росте негативных гетеростереотипов, этнической интолерант-ности, этноцентризме (в понимании Н.М. Лебедевой) [Резников 2007: 35].

Как отмечают русские и казахи, опрошенные в исследовании Н.М. лебедевой, проведенном в г. Алма-Аты в 1994 году, русские заимствовали у казахов образ жизни и обычаи (62%), а именно: восточное гостеприимство, уважение к страшим, трудолюбие, терпимость к чужим обычаям и обрядам. казахи, по мнению опрошенных, заимствовали у русских язык, элементы «европейской культуры», тягу к образованию, интеллигентность, отношение к труду, постоянную работу в городах, совершенствование специальности; негативные заимствования: снижение морального уровня, бюрократизм, безалаберность, нахальство, медлительность, склонность к спиртному, мат [Лебедева 1995: 43].

кроме того, в системе ценностных ориентаций респондентов довольно большое место занимают такие этнические ценности как: остаться русским (важно для 31,3% респондентов), жить среди русских (6,3%), мир и межнациональное согласие (49,7%). Таким образом, русские в Казахстане надеются сохранить позитивную этническую идентичность, не уезжая из республики. А что же значит для респондентов «быть русским»? Для 21,9% опрошенных это значит - жить в России, для 53,1% - говорить на русском языке, для 68,8% - жить русской культурой, для 37,5% - исповедовать православие, для 9,4% - быть представителем России в другой стране. Можно сделать вывод о том, что территориальная принадлежность к Российской Федерации не является главным критерием русскости, а именно культура определят национальность живущих в Казахстане русских. тем не менее, по данным Н.М. Лебедевой, наблюдается тесная внутренняя связь с Россией. Так при ответе на вопрос «Что вас больше эмоционально задевает?» 53,2% респондентов ответили «когда оскорбляют Россию в целом» (гораздо меньше ответов «оскорбляют меня лично», «меня как русского») [Лебедева 1995: 47].

По результатам анализа полученных в ходе нашего эксперимента ассоциативных

Стимул Близость ассоциативных полей русских россиян и русских казахстанцев Близость ассоциативных полей русских россиян и казахов Близость ассоциативных полей русских казахстанцев и казахов

Жизнь 04168 0,105 0,07

Работа 0.3158 0,0992 0113

Семья 0,4008 0115 01446

Деньги 0,353 0,124 0,114

Друг 0,3096 0,21 0,3948

Ребенок 0,3586 01848 01996

Смерть 0,3682 0,174 0,2236

Тадость 0,3798 0,2016 0194

Мужчина 0,4072 0,3 0,3296

Мир 0,3914 0,081 0,1298

" Время 0,4384 0,175 0154

" Машина 0,352 0,129 0,1932

Счастье 0,3864 0,12 0091

Я 0,4506 0,096 0,0756

Женшина 0,4264 0,25 0,2178

Война 0,4804 0,085 0,0884

Земля 0,5274 0,174 0,2224

Человек 0,3346 0,074 0,1388

Муж 04568 0,229 0,2186

" Любовь 0,3568 01138 0116

Таблица 1. Близость ассоциативных полей

График 1

0,6 -0,5 -0,4 -0,3 -0,2 -0,1 -0 -

.4? J* J

* ^ ^ /VVV*

о?

•У

HW

полей респондентов группы Р, группы К и казахов был вычислен коэффициент близости трех указанных ассоциативных полей (W), который представлен в таблице 1 [Григорьев, Кленская 2000].

Указанные данные можно представить в виде графика 1, где

W (Р-Кр) - близость ассоциативных полей русских россиян и русских казахстанцев;

W (Р-Кк) - близость ассоциативных полей русских россиян и казахов;

W (Кр-Кк) - близость ассоциативных полей русских казахстанцев и казахов.

На основе приведенных в таблице и в графике данных можно сделать вывод о том, что в данном случае на языковое сознание не влияет место проживания, а влияет этническая принадлежность: лишь в одном случае (при ответе на стимул «друг») близость ассоциативных полей респондентов, проживающих в Казахстане, оказалась на порядок выше, чем в случае «русские в России и в Казахстане» и «русские россияне и казахи».

Таким образом, даже без анализа конкретных реакций и их удельного веса очевидна высокая степень совпадения в двух группах русских по сравнению с казахами.

Если мы рассмотрим количество ответов в двух группах русских в соответствии с логико-понятийной моделью A.B. Иванова [Иванов 1995], то увидим, что показатели по двум группам отличаются применительно к отдельным стимулам (эти значения выделе-

ны в таблице жирным шрифтом). Логико-понятийная модель сознания представляется A.B. Ивановым в виде круга, куда вписан крест, делящий его на четыре части.

в нашем исследовании мы следуем модели A.B. Иванова, разделяя реакции на 4 поля, вписанные в прямоугольник с выделенной 5-й зоной, предназначенной для тех реакций, которые, по нашему мнению, не вошли ни в одну из указанных зон в силу того, что в некоторых случаях трудно отнести ту или иную реакцию в какую-либо конкретную зону из-за многозначности слов и невозможности определить, какое именно значение было выявлено в ходе эксперимента.

B целом процентное количество реакций по трем секторам практически совпадает в 2-х группах, и разница наблюдается лишь в логико-понятийном секторе, на который в среднем приходится 23,75% в группе Р и 31,03% в группе К (См. Таблица 2 и График 2).

B целом, русскоязычные респонденты, отвечая первым пришедшим в голову словом, описывают понятия, относящиеся именно к этому стимулу (перечисляя характеристики этого понятия) или дают реакции по принципу антонимии, причем в этом случае синонимичные варианты также присутствуют, но встречаются намного реже, чем в ответах казахов, которые, пользуясь богатыми синонимическими рядами казахского языка, дают реакции парадигматического характера.

таблица 2. количество ответов по секторам в двух группах русских (в процентах) на каждый стимул и средние значения по каждому сектору для двух групп

слово-стимул Ценностно- смысловой сектор логико- понятийный сектор Эмоционально- аффективный сектор телесно- перцептивный сектор

Россия казахстан Россия казахстан Россия казахстан Россия казахстан

Мир 16 16,3 29,4 44,9 25,7 19,4 11,8 15.5

Земля 6,4 9,3 35,3 36,4 6,4 10 41,7 41

смерть 13,4 14 22,5 35 29 29,5 26,2 18,6

счастье 38,5 33,3 16 24,8 16 18,6 19,3 17,1

Муж 26,2 22,5 26,8 32,6 20,3 30 10,7 5,4

семья 45 43 24,6 32 7 8,5 12,3 14,7

война 25,1 28,6 30,5 32,6 18,2 15,5 13,9 14

Женщина 28,3 27 21,4 28,7 22,5 25,6 16,6 17,8

Машина 6,5 15,5 7 21,8 20,8 22,5 43,8 31,7

Я 8 22 36,9 47,2 20,9 20 16,6 7

время 17,6 22,5 26,7 37 35,8 28,7 4,8 7,8

Человек 26,9 19,4 27,4 28 27,8 28 17 17

Жизнь 35,3 31 17,6 23,3 28,9 33,3 9,1 13,2

Радость 10,2 22,2 29,9 34 11,2 11,7 37,5 31,8

Ребенок 25 23,3 25,6 31 16,6 24,8 19,3 15,5

Работа 33,2 27 15 34 31 29,5 12,8 5,4

любовь 13,4 11,6 16 23,3 26,2 37 22,5 22,5

Мужчина 27,3 20,2 24 27 26,2 31 17,2 20,2

Друг 18,7 14 20,9 27 35,8 33,3 16,6 24

Деньги 17,1 29,5 21,4 20 34,8 33,3 11,8 10

средний

показатель по каждому сектору 21,9 22,61 23,75 31,03 23,06 24,51 19,08 17,51

график 2. средний показатель по каждому сектору

35 30 25 20 15 10 0

Русские в России

г

Русские в казахстане

Ценностно-смысловой сектор

логико-понятийный сектор

Эмоционально-аффективный сектор

телесно-перцептивный сектор

Наше исследование показывает, что в отличие от приведенных выше точек зрения других авторов (М.Н. Губогло, В.Н. Резников, с.А. Панарин, М. Ларюэль, с. Пей-руз), русские казахстанцы не стали казахами только лишь потому, что живут на территории Казахстана. В данном случае происходит как бы «консервация» языкового сознания, а, следовательно, и образа мира русских казахстанцев. так, при ответе на некоторые стимулы респонденты группы к дают реакции, зафиксированные в «Русском ассоциативном словаре» (материал для которого был собран с 1988 по 1998 год), и которые практически отсутствуют в ответах современных русских россиян [свинчукова 2011].

кроме того, можно привести анализ самых частотных ответов по всем стимулам в двух группах россиян, из которого видно, что в целом языковое сознание русских в двух группах довольно близко. Для сравнения приведем данные по ядру русского языкового сознания [Уфимцева 1996] (см. таблицу 3).

Проделанный анализ позволяет сделать следующие выводы:

- русскоязычные жители казахстана в силу сложившихся исторических предпосылок не могут считаться в полной мере диаспорой, которая, осознавая свою идентичность, старается отделиться от титульной нации: 20 лет независимости казахстана не успели коренным образом переменить языковую ситуацию, хотя и наметилась тенденция к укреплению статуса казахского языка и культуры на территории независимого казахстан;

- тем не менее, статус русского языка остается еще довольно высоким, а престиж русского языка осознается даже молодым поколением казахов, жителей городов, которые, по нашим наблюдениям, предпочитают общаться даже между собой на русском языке, в следствие чего влияние казахского языка на русскоязычных жителей казахстана либо не осуществляется вообще, либо очень мало (чаще всего русские даже не говорят на казахском языке): в проведенных нами

экспериментах русские жители Казахстана всегда отвечали на русское слово-стимул по-русски, в то время как казахи на казахское слово-стимул часто давали перевод или реакцию на русской языке;

- среди казахов отмечается очень большое единодушие при ответе на стимулы в ассоциативном эксперименте, т.е. большинство ответов входит в «смысловое ядро», в отличие от русских, для которых характерна большая «размытость» языкового сознания;

- в целом в ответах казахов стимулы характеризуются как понятия, приводятся многочисленные синонимы слов-стимулов, в ответах русских двух стран большую роль играет эмоциональный компонент, хотя для русских казахстанцев понятийный сектор сознания (в терминах A.B. Иванова) важнее, чем для россиян.

Языковое сознание русских в Казахстане можно охарактеризовать как диаспор-ное в том смысле, что русские в этой стране, безусловно, характеризуются общими чертами, при этом во многом схожими с особенностями россиян. С другой стороны, именно территориальная изолированность русских казахстанцев от страны исхода явилась тем пусковым механизмом, который позволил им сохранить культурные особенности, характерные для русской культуры в целом, а иногда даже и для предыдущего поколения русских, причем эти особенности постепенно утрачиваются современными молодыми россиянами.

Кроме того, представляет интерес тот факт, что казахская культура повлияла на консолидацию русских казахстанцев (например, большая ориентированность на другого по сравнению с русскими в России и казахами), к тому же в языковом сознании респондентов группы «русские в Казахстане» преобладает понятийный компонент в большей степени, чем эмоциональный, что сближает их с казахами, а не с россиянами.

Можно говорить о том, что интеграция (в терминах Дж. Берри) выбрана в качестве стратегии аккультурации, эта стратегия определяется гибкостью личности. Возмож-

таблица 3

ранг Ядро русского языкового сознания [Уфимцева 1996] ранг русские в России ранг русские в Казахстане

1 человек 1 человек 1 человек

2 дом 2 дом 2 хорошо

3 нет 3 друг 3 жизнь

4 хорошо 4 хорошо 4 друг

5 жизнь 5 домой 5 дом

6 плохо 6 жизнь 6 деньги

7 большой 7 деньги 7 белый

8 друг 8 счастье 8 домой

9 деньги 9 семья 9 счастье

10 дурак 10,5 вместе 10 мир

11 много 10,5 цвет 11 хороший

12 радость 12 12 семья

14.5 дело 13 вопрос 13,5 день

14.5 думать 14 белый 13,5 жить

14.5 все 15 мужчина 15 радость

14.5 хороший 16 много 16,5 снег

17 день 17 свет 16,5 большой

18.5 лес 18 дорога 18 да

18.5 любовь 19 жить 19 идти

20 работа 20,5 есть 20 дорога

21 говорить 20,5 мир 21,3 далеко

22 быстро 22 любовь 21,3 вместе

23 жить 23 далеко 21,3 маленький

24 есть 24,5 плохо 24 близко

25 ребенок 24,5 большая 25 плохо

26 стол 26,3 я 26,5 моя

27 дорога 26,3 рядом 26,5 вопрос

28 мой 26,3 ребенок 28,5 мужчина

29 разговор 29,5 снег 28,5 я

30.5 плохой 29,5 смерть 30,5 свет

30.5 идти 31 большой 30,5 быстро

32 мужчина 32 день 32,3 мало

33 мир 34,2 мой 32,3 рядом

34 свет 34,2 моя 32,3 умный

35 дерево 34,2 маленький 35,5 много

36 я 34,2 ночь 35,5 жена

37 долго 38 радость 36,3 ночь

38 парень 39 хороший 36,3 дело

39 женщина 40,5 парень 36,3 всё

40 книга 40,5 идти 39 любимый

41 счастье 42,5 люди 40 цвет

42 красный 42,5 красивая 41 мой

43 вода 44,5 всё 42,5 работа

44 очень 44,5 думать 42,5 папа

45 белый 46,5 нет 44,2 люди

46 далеко 46,5 ветер 44,2 мы

47 старый 48 дело 44,2 она

48 всегда 49 близко 44,2 любовь

49 он 50,2 тепло 44,2 ребенок

50.5 сделать 50,2 мальчик 44,2 смерть

50.5 солнце 50,2 яркий 50,3 —

52.5 время 50,2 Россия 50,3 плохой

52.5 мальчик 54 флаг 50,3 черный

54 машина 55,3 любимый 53,3 парень

55 зеленый 55,3 путь 53,3 медленно

56.5 море 55,3 мало 53,3 красивая

56.5 кино 58 жизни 56 дети

58.5 муж 59,3 муж 57 девушка

58.5 нельзя 59,3 солнце 58,5 тепло

60 город 59,3 любимая 58.5 нет

61 маленький 62,1 сила 60,5 ты

62 ответ 62,1 лучший 60,5 большая

63 черный 62,1 черный 62,3 солнце

64 девушка 62,1 быстро 62.3 стул

65.5 боль 62,1 медленно 62,3 путь

65.5 товарищ 62,1 жена 65 горе

67 предмет 62.1 долгий 66,2 враг

68.5 домой 69,2 да 66,2 слабый

68.5 собака 69,2 ехать 66,2 красивый

70 ночь 69,2 девочка 66,2 родина

71.5 вместе 69,2 девушка 66,2 мать

71.5 ничего 69,2 стул 66,2 женщина

73 хлеб 74,2 отдых 72,5 зло

74 его 74,2 работа 72,5 тьма

75 путь 74,2 тьма 74,2 любить

но, русское начеление Казахстана и не является полноценной диаспорой с политической точки зрения, с одной стороны, в силу общего советского прошлого двух независимых в настоящее время стран - принимающей страны и страны исхода, с другой стороны, с точки культурных особенностей русскоязычное общество имеет свои характерные черты, которые, которые подвергаются лишь незначительному влиянию казахской культуры. Русская диаспора неосознанно, а в силу сложившихся экономических, социальных и политических условий предпочла интегрировать с казахской культурой, при этом сохранив русский язык и, следовательно, рус-

скую культуру. При этом русские осознают необходимость мирного сосуществования (поэтому стратегией аккультурации является именно интеграция, а не сепарация). Вспомним исследование Н.М. Лебедевой, которая продемонстрировала важность для русских казахстанцев сохранить мир (что также подтверждается и нашими исследованиями, в которых «мир» - это «дружба», которая очень важна). кроме того, для представителей русской диаспоры также очень важно «остаться» русским, что по мнению самих респондентов означает «жить русской культурой» (т.е. говорить на русском языке и исповедовать православие).

Литература

ГригорьевА.А., КленскаяМ.С. Проблемы количественного анализа в сопоставительных исследованиях ассоциативных полей // Языковое сознание и образ мира. Сборник статей / Отв. ред. Н.В. Уфимцева. - М., 2000. - С. 313-319.

Дмитрюк Н.В. Казахско-русский ассоциативный словарь (Словарь ассоциативных норм казахского языка). - Шымкент-М., 1998. - 240 с.

Иванов А.В. Сознание и мышление - М., 1994. - 129 с.

Ларюэль М, Пейруз С. «Русский вопрос» в независимом Казахстане: история, политика, идентичность / Пер. с фр. Григорьевой Т.Н. - М., 2007. - 359 с.

Лебедева Н.М. Новая русская диаспора: социально-психологический анализ. - М., 1995. - 385 с.

Попков В.Д. Феномен этнических диаспор. - М., 2003.

Резников В.Н. Задачи этнической психологии // Этническая психология и общество: материалы 1-ой конференции секции этнической психологии при Российском психологическом обществе. - М., 2007 - с. 26-39.

Русские в Казахстане: эмиграция или адаптация http://freeas.org/?nid=421

Русские в современном Казахстане (XX - начало XXI) // эл.ресурс Ы*р:/^.еШпо^у. ru/win/rus-now.html

Русский ассоциативный словарь: [В 2 т.] / Ю.Н. Караулов, Г.А. Черкасова, Н.В. Уфимцева, Е.Ф. Тарасов, Ю.А. сорокин. - М., 2002.

Русское слово. - 2003; №1.

Свинчукова Е.Г. «Мир» глазами русских, казахов и русских казахстанцев: межкультурный диалог (по материалам ассоциативного эксперимента) // Языковой дискурс в социальной практике: материалы. - Междунар. научно-практ. конф. 1-2 апреля 2011. -Тверь, 2011. - с. 239-244.

Уфимцева Н.В. Русские: опыт ещё одного самопознания // Этнокультурная специфика языкового сознания. - М., 1996, с. 139-162.