Урок политинформатики

Президент России Дмитрий Медведев вчера прилетел в Петрозаводск, осмотрел оцифрованные новейшими технологиями объекты и под впечатлением увиденного распорядился до 1 ноября этого года доложить ему о создании "электронного правительства" России, а также принял революционное предложение оцифровать школьный классный журнал. Специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ в полностью оцифрованном городе нашел-таки неоцифрованный объект.

В Петрозаводске Дмитрий Медведев заехал сначала в местный краеведческий музей. Этот музей пропитан IT-технологиями, как и фильм "Матрица". Казалось, даже иконы, которые мы тут видели, если приглядеться к ним повнимательней, давно, а может, и с самого начала оцифрованы и представляют собой ту же самую Матрицу, что и весь этот музей, а также и весь оцифрованный мир города Петрозаводска.

Так, в городском суде стоит система ГАС "Правосудие", которая цифрует просьбы граждан, их законодательные инициативы и ходатайства об условно-досрочном освобождении (возможно, она уже цифровала на всякий случай и ходатайства, касающиеся УДО Михаила Ходорковского, и он сам теперь тоже часть Матрицы, что, на мой взгляд, не повышает его шансов на УДО).

В Петрозаводском госуниверситете оцифровали не только студентов, но и абитуриентов, зафиксировав при этом наивысший спрос на факультет политологии. Оцифрованные абитуриенты стояли в 50 метрах от входа в оцепленное здание и ждали появления президента, которого, казалось, тут тоже неизбежно должны были оцифровать по полной программе Pinnacle Studio или, по крайней мере, Adobe Premiere — так как тут вообще, судя по всему, цифровали все, что шевелится.

Неоцифрованной здесь оставалась одна только муха, которая зависла на потолке отдела геоинформационных систем и вызвала отчего-то всеобщую озабоченность. Понятно, что только она здесь отказывалась быть охваченной геоинформационным процессом, вносила беспорядок в эту цифровую идиллию и не реагировала даже на прижигание лазерной указкой.

— И так несколько часов! — нервно жаловался главный специалист отдела Анатолий Шредерс.

— Раньше все было иначе,— рассуждал Анатолий Шредерс.— Время сдвинулось, вот в чем дело. Даже дневное! На три часа.

— И когда сдвиг произошел? — с тревогой спросили его студенты, находившиеся в комнате.

— Еще до Смутного времени.

— А что это вы называете Смутным временем? — спрашивали его.— 1991 год или 1993?

Тут, выручив Анатолия Шредерса, вошел Дмитрий Медведев. Проректор Наталья Рузанова сразу показала ему, на что способно это учебное заведение.

— Вот,— говорит она,— новый закон вышел — и сразу появился в электронном виде! Все можно видеть!

— Совсем все? — усомнился господин Медведев.

— Нет, оценки не вывешиваем,— поняла проректор.

— А, это понятно,— разочарованно сказал президент.— Общая информация... Так, что тут это у вас?.. Конкурс, сколько человек на место?.. Я смотрю, ресторанный сервис не очень большой популярностью пользуется?..

— Всем здорова,— прочитал господин Медведев.— Экономисты рулят!

Но на самом деле рулит здесь Наталья Рузанова.

— А может абитуриент на основании того, как выглядит эта кривая, изменить решение и подать документы на другой факультет? — поинтересовался господин Медведев.

Но выяснилось, что он безнадежно отстал от оцифрованных будней Петрозаводского госуниверситета.

— Они сразу на три факультета подают и так,— объяснили ему.

— А не получится, что зачислят сразу на три? — с какой-то даже завистью спросил господин Медведев.

— Да нет,— снова успокоили его,— они же сами потом выбирают, где им учиться... А вот изобразительное искусство. Да, наши студенты могут и не знать этих картин!..— торопливо сказала проректор.

— Желательно, чтобы знали,— заявил господин Медведев.— Это же картины из сокровищницы мирового искусства. Преподаватели могут и не знать, а студенты должны знать.

То есть на преподавателей он махнул рукой, а студентов терять не готов.

— А вот еще один важный портал,— уже не так уверенно продолжила проректор.

На экране появилось фото со встречи Дмитрия Медведева в аэропорту Петрозаводска, происшедшей меньше часа тому назад.

— Да, очень важный портал,— подтвердил господин Медведев.

Когда они перешли к следующему компьютеру, он поинтересовался:

— А вот через ваш сайт посмотреть, где находится документ заявителя в госорганы, можно? Мы же должны заниматься организацией электронного правительства.

— Нет, до этого не дошли еще,— развела руками Наталья Рузанова.

Разумеется, в этом ведь не заинтересован никто, кроме заявителя.

Потом господина Медведева познакомили с группой студентов, которые занимаются программированием и получают призовые места на мировых чемпионатах. Они рассказали, как участвовали в разработке стратегии команды нанороботов, которые действуют внутри человеческого организма (на экране появилась кровеносная система организма, отчего я на этот экран больше ни разу не посмотрел) и должны защищать его от вирусов. Борьба нанороботов с вирусами идет в трехмерном режиме, что еще невыносимей для глаз, в которых, как я понял, эта борьба тоже в разгаре. Причем, как удалось разобраться, вирусы заносят в человеческий организм прежде всего сами нанороботы.

Но в целом наступала еще большая ясность: здесь, в этом здании, царствовали цифровые технологии, и обычному человеку тут делать было, в общем, нечего. Казалось, и Дмитрий Медведев осознал это, но напоследок успел спросить студентов:

— Соединение какое?

— Wi-Fi,— ответ был кратким и беспощадным и словно обещал: если что, достанем везде.

Напоследок Дмитрий Медведев решился потрогать руками холодную плазму, которая потрескивала на кончике какой-то палочки ясным электрическим разрядом. С такими палочками хорошо управлялся Нео. Дмитрий Медведев от нее, по крайней мере, не пострадал.

На совещании по IT-технологиям Дмитрий Медведев раскритиковал состояние этой отрасли в России. Он сказал, что уровень ее развития влияет и на политическую систему (это было понятно в основном для посвященных, т. е. для тех, кто работал в отделе геоинформационных систем ПетрГУ), и на развитие демократии.

Если это так, то демократия в России находится в зачаточном состоянии.

— Практически нигде в нашей стране граждане не могут отправить по интернету декларацию, узнать, как проходит документ, с которым они обратились в органы госвласти... Одна из причин — низкий уровень компьютерной грамотности самих служащих. Эта причина — самая сложная, потому что она ментальная. Человек, который не владеет компьютерными навыками, должен искать себе другую работу,— закончил господин Медведев. Хотя было понятно, что именно этим он и должен закончить, если будет рассуждать логически, все равно прозвучало неожиданно.— Или учись, или до свидания,— добавил он.

Министр связи и телекоммуникаций Игорь Щеголев доложил о состоянии его отрасли. Господин Щеголев еще только вникает в хозяйство, оставленное ему (очевидно, с неохотой) господином Рейманом, но у него уже довольно много соображений.

Так, господин Щеголев обратил внимание на то, что некоторые телеспутники на орбите просто, если так можно выразиться, на глазах приходят в негодность. А их всего, грубо говоря, два, да и то в рабочем состоянии, по сути, один.

— А если он вышел из строя? — поинтересовался господин Медведев.

Вице-премьер Сергей Иванов пояснил, что производство нового спутника занимает минимум два года.

— Ну и что делать? — вдруг спросил господин Медведев.— А если что-то случится?

Игорь Щеголев решил подумать, прежде чем ответить. Пауза трагически затянулась. Все представляли себе, наверное, в меру своей фантазии (все же в детстве прочитали разное количество фантастических книг), что же случится и в космосе, и на земле, если спутник выйдет из строя.

— У нас должна быть схема работы в такой ситуации,— прервал наконец молчание Дмитрий Медведев.— Мы не можем даже представить, что на день или на два отключится телесигнал...

Игорь Щеголев, впрочем, пояснил, что возможности выйти из положения есть. Правда, схемы, как я понял, нет.

Из замечания губернатора Пермского края господина Чиркунова стала известна еще одна трагическая подробность процесса информатизации в РФ. Оказывается, в 30 регионах бюро образования и культурных программ госдепа США открыло учебные центры "Открытый мир информационных технологий". Участники совещания переглянулись с видом пограничников, которые во время утреннего обхода засекли на полосе следы сразу десятков чужих сапог. Опасность пришла, откуда не ждали.

— Ничего плохого в этом нет,— медленно проговорил господин Медведев, делая, безусловно, хорошую мину при плохой игре.— Но не госдеп же должен этим заниматься!

Похоже, впрочем, что больше некому.

— Мы же не банановая республика,— расстроено добавил господин Медведев,— которой предлагают приобщиться к благам цивилизации...

После этого Олег Чиркунов посягнул едва ли не на главное достижение господина Медведева на посту первого вице-премьера правительства, когда он курировал нацпроекты, о которых как-то слишком уж быстро стало немодно вспоминать.

— Мы давно подключили к интернету массу школ,— заявил господин Чиркунов.— Но учителя больше, чем ученики, боятся этой системы. Надо сделать так, чтобы у них выбора не было. Мы постараемся уже в следующем учебном году отменить бумажный классный журнал, бумажный дневник ученика,— пообещал господин Чиркунов, цифрующий, очевидно, втихомолку свой Пермский край.

— Дайте оценку этому безобразию,— попросил министра науки и образования господина Фурсенко президент.— Нужен такой журнал? Кстати, у вас сегодня день рождения. Вы проведете его в хорошем месте и в хорошее время.

— На самом деле уже много таких школ,— пожал плечами господин Фурсенко.

— Давайте мы вот как сделаем,— предложил Дмитрий Медведев.— Давайте вменим в обязанность ввести параллельную форму отчетности по классным журналам. Дневник — более сложная в этом смысле вещь, в дневнике и ученик задействован. А журнал-то можно!

Так что по итогам совещания решили оцифровать классный журнал.

На следующем совещании могут и до школьных тетрадей дойти.