Миры повседневной реальности в зеркале социологии: введение к тематическому разделу

ТЕМА НОМЕРА: СОЦИОЛОГИЯ ПОВСЕДНЕВНОСТИ

М.А. ЯДОВА МИРЫ ПОВСЕДНЕВНОЙ РЕАЛЬНОСТИ В ЗЕРКАЛЕ СОЦИОЛОГИИ:

Введение к тематическому разделу

Тема повседневной жизни долгое время игнорировалась социальными исследователями как вненаучная и малозначимая. Первыми, кто увидел в рутине обыденности явление, достойное внимания ученых, стали основоположники этнометодологического и феноменологического подходов (Г. Гарфинкель, Э. Гуссерль, И. Гофман, А. Щюц, позднее - П. Бергер и Т. Лукман). Вместе с тем сегодня социологи заговорили о наметившемся в социальных науках новом парадигмальном повороте, связанном с возрождением исследовательского интереса к проблемам повседневности. Причиной тому - всё более усложняющаяся социальная реальность, в условиях которой приходится существовать современному человеку. Например, З. Бауман предлагает считать постмодернистскую социологию всего лишь комментарием к повседневности, в то время как П. Штомпка вводит в научный обиход понятие третьей социологии, для которой наиболее перспективной исследовательской площадкой должна стать повседневная жизнь «как арена, где социальное существование наилучшим образом проявляет себя»1. Более того, по мнению П. Штомпки, изучая тривиальные, на первый взгляд, явления, «третья социология» - после первой социоло-

1 Штомпка П. В фокусе внимания повседневная жизнь: Новый поворот в социологии // Социологические исследования. - М., 2009. - № 8. - С. 9.

гии систем и второй социологии действия - будет способствовать пониманию многих «загадок человеческого общества»1.

Необходимо отметить условность и неоднозначность термина «повседневность»: каждая научная дисциплина, изучая те или иные стороны повседневной реальности, вносит в осмысление данной категории нечто свое. Этнографов, как правило, интересует быт как одна из форм частной и социальной жизни, для историка изучение повседневной действительности невозможно без анализа того социального фона, который окружает бытовую среду. Культурологи стремятся проанализировать феномен повседневности в целом, выделяя его сущность, образы, структурно-пространственные и другие характеристики. В свою очередь, предметом интереса социологов повседневности становятся рутинизированные практики и паттерны социального взаимодействия, образ жизни отдельных индивидов и социальных групп2.

В тематической подборке рефератов исследуются специфика и динамика взаимодействия социальных и индивидуальных «миров» пространства повседневности. В открывающем раздел сводном реферате анализируются статьи одного из номеров отечественного журнала социально-гуманитарных исследований «Лабиринт» (№ 2, 2015 г.), посвященного феномену обще-жития в повседневной жизни советского общества 1920-1960-х годов. Вниманию читателей предлагается мультидисциплинарный дескриптивный анализ некоторых реалий быта и отдыха советского человека с точки зрения дихотомии приватного и публичного.

Обращение к советскому прошлому в данном случае не только дань уважения традициям, оно имеет и вполне актуальное обоснование. Масштаб влияния советской социально-политической системы на сегодняшнюю Россию трудно переоценить. Массовые опросы последних лет свидетельствуют о том, что современные россияне, несмотря на кардинальные перемены, произошедшие за последнюю четверть века в российском обществе, не сильно изменились по сути. Социальные трансформации парадоксальным об-

1 Штомпка П. В фокусе внимания повседневная жизнь: Новый поворот в

социологии // Социологические исследования. - М., 2009. - № 8. - С. 3.

2

Подробнее см.: Малова Е.Ю. Повседневность: Сущность и предмет изучения в гуманитарных науках // Современные наукоемкие технологии. - М., 2007. -№ 7. - С. 68-71.

разом не затронули глубинной сущности «советского простого человека»; причем это утверждение во многом верно и в отношении молодежи, которая по некоторым мировоззренческим позициям слабо отличается от поколений «отцов» и «дедов». В этих условиях интерес к советскому прошлому вполне объясним: чтобы адекватно оценивать настоящее и прогнозировать будущее, нужно знать и понимать прошлое.

В анализируемых работах показано, как на фоне огосударствления общественной жизни в СССР «частное» постепенно вытеснялось и поглощалось «публичным». Несколько материалов посвящены коммунальному быту как одному из ярких явлений советской повседневности и его отражению в подцензурном (кинематограф) и свободном (анекдоты) пластах отечественной культуры. М.В. Воробьева и М.В. Соколовская в качестве характерной черты коммунального сознания отмечают отсутствие какого-либо беспокойства по поводу недостатка приватности: герои советских фильмов и анекдотов не только не предпринимают усилий для отстаивания своих прав на личную жизнь, но и не считают нужным сделать последнюю менее «прозрачной».

В работе А.В. Жидченко на основе реконструкции стиля повседневной жизни студенческого общежития 1950-1960-х годов рассматривается, как советская молодежь воспринимала и адаптировалась к повсеместному дефициту приватности. Сравнивая образ жизни в общежитиях ремесленного училища Городка нефтяников (Омск) и новосибирского Академгородка, автор обнаружил существенное влияние социокультурной среды на организацию быта и досуга комсомольцев. Так, рабочую молодежь отличали сильные ориентации на коллективизм, стремление к созданию семьи и преодолению материальных трудностей; в свою очередь, быт и отдых студентов Новосибирского университета определяла характерная для Академгородка неповторимая атмосфера свободы и творческого поиска.

В центре внимания Е.С. Кочуховой и Е.И. Рабиновича - реализация концепции городских парков культуры и отдыха в 1930-е годы на примере парковых сооружений г. Свердловска. По замыслу авторов концепции, ПКиО должны были сменить прежние формы досуговых пространств, характерные для тогдашнего времени, а именно - клубные сады, организованные при клубных учреждени-

ях. Клубные сады объявлялись проводниками идей мещанства и критиковались за недостаток агитационной активности. В итоге с их уничтожением из содержания культурного отдыха советских граждан были вычеркнуты «камерность» и нацеленность на диалог с посетителями; центральные парки с их масштабными агитационными и просветительскими мероприятиями не могли, да и не стремились восполнить образовавшийся пробел.

Статья британского профессора социологии Л. Бэка посвящена теме незаметных мелочей, наполняющих нашу жизнь смыслом и делающих ее лучше. Внимание исследователя привлек рабочий район Большого Лондона - Новый Эддингтон (далее - НЭ) в Кройдоне. В сознании большинства лондонцев НЭ представляет собой «отстойник», населенный представителями потенциально опасного «низшего общества». По мнению исследователя, важно обратить внимание на повседневные практики обитателей НЭ, призванные скомпенсировать жизненные трудности и ощущение социально-экономической депривации. В частности, Бэк анализирует традицию семьи 30-летнего водителя автобуса А. Хопкинса, отец которого прославился пышным празднованием Рождества. Многие годы его ярко украшенный дом, словно «рождественский маяк», олицетворял собой праздник и надежду на лучшие времена не только для близких, но и для всех жителей города. Теперь традицию проведения «праздника для всех» продолжает его сын.

О значении незаметных мелочей в жизни человека также пишет соотечественница Бэка - Дж. Беннет: она изучает повседневные практики «совладания» с погодными условиями. Эмпирическую базу исследования Беннет составили транскрипты интервью и дневниковые записи жителей небольшого английского городка Уиган, которым пришлось пережить чрезвычайно суровую зиму. Автор показывает, как особые погодные ритмы, вызванные затяжными снегопадами, повлияли на будничную жизнь горожан и их взаимоотношения друг с другом.

В статье доктора искусствоведения С. Бильро из Университета Париж I рассказывается о возможности субъективного преобразования городского пространства с помощью метода психогеогра-

фии1 и стрит-арта. Автор предлагает читателям «дрейфовать» по привычным и порядком поднадоевшим маршрутам прогулок, опираясь на эмоции, воображение, ассоциации, что позволяет заново открывать виденное много раз. Трансформированный подобным образом город превращается в пространство увлекательной игры.

В фокусе внимания французского социолога Б. Видаля и немецкой исследовательницы М. Бельян - роль средств массовой коммуникации в управлении общественным сознанием и индивидуальными эмоциями при освещении чрезвычайных ситуаций. Как отмечает Б. Видаль, каждодневно обрушивающийся на современного человека поток аудиовизуальной информации о трагических происшествиях привел не просто к «нормализации» в массовом обыденном сознании масштабных бедствий, но и породил феномен коллективной «жажды» катастроф. По сути, потребительскую аудиторию СМК можно сравнить с информационным наркоманом, постоянно требующим новостных «доз» о происходящих в мире трагедиях.

В работе М. Бельян исследуется воздействие, которое оказало на повседневную жизнь немецкого общества появление и распространение информации о СПИДе. По словам автора статьи, ни об одной другой болезни в 1980-е годы не писали в прессе так много и подробно, как о СПИДе. Первые журналистские материалы о новом заболевании, как правило, не отличались достоверностью и пестрили клише о «смертельной эпидемии». Спустя десятилетие характер публикаций начал меняться: в обществе получило распространение более грамотное представление о ВИЧ в противовес уже развившемуся заболеванию - собственно СПИДу. По мнению Бельян, пресловутый страх человека перед СПИДом во многом является результатом спровоцированной «моральной паники» и обусловлен прежде всего страхом стигматизации и социального исключения.

Продолжает тему стигматизации статья ирландских исследователей В. Тимонен и М. Дойл о феномене одиночества на протяжении всей жизни. Анализируя жизненные истории 26 участников проекта, авторы обнаружили, что те, кто выбрал одиночество соз-

1 Психогеография - исследовательский подход, направленный на изучение эффекта воздействия городской среды на эмоции и поведение людей.

нательно, остаются самодостаточными и в старости; мечтавшие же о браке, но по той или иной причине не сумевшие в него вступить, испытывают разочарование. Практически всем информантам в той или иной мере пришлось пережить опыт стигматизации и стерео-типизации. Наибольшие препятствия для вступления в брак испытывали обладатели низкого социального статуса. Прослеживаются и гендерные различия: зачастую женщинам - и это отличает их от мужчин - мешало создать семью желание сделать карьеру.

Подводя итоги, заметим, что социология повседневности не претендует на роль новой научной дисциплины, скорее - это оригинальный подход, помогающий взглянуть на уже знакомые вещи под иным углом зрения. Подобное видение существенно расширяет исследовательские возможности, позволяя обнаружить скрытый смысл в том, что кажется привычным и обыденным. Более того, взгляд сквозь призму повседневности дает возможность перебросить «мостик» от микросоциологии к макросциологии, увидев за кажущимися малозначительными деталями контуры масштабных социальных явлений.

Сегодня в условиях стремительно меняющегося и усложняющегося мира важно понимать, что гармонизирует нашу жизнь и способствует оптимизму. Во многом это результат слаженной работы структур рутинизированной повседневности. Теракты, катастрофы, войны... Ничто не может остановить движение времени, наполненное «трудами и днями» обыденной жизни: «надо жить» (вспомним знаменитую чеховскую формулу) - и человечество живет.

2016.02.001-004. ПУБЛИЧНОЕ И ПРИВАТНОЕ В СОВЕТСКОЙ ПОВСЕДНЕВНОСТИ: НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ БЫТА И РЕКРЕАЦИИ В 1920-1960-е годы. (Сводный реферат).

2016.02.001. ВОРОБЬЕВА М.В. Коммунальная квартира в советских кинофильмах и анекдотах: Попытка объемного портрета // Лабиринт: Журнал социально-гуманитарных исследований. - Иваново, 2015. - № 2. - С. 19-31.

2016.02.002. ЖИДЧЕНКО А.В. Повседневная жизнь студенческих общежитий новых районов крупных городов Сибири в 1950-1960-е годы (локальный аспект) // Лабиринт: Журнал социально-гуманитарных исследований. - Иваново, 2015. - № 2. - С. 52-62.