Правовое регулирование торговой несостоятельности в период с начала XVIII до середины XX веков

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ТОРГОВОЙ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ В ПЕРИОД С НАЧАЛА XVIII ДО СЕРЕДИНЫ XX ВЕКОВ

LEGAL ADJUSTMENT OF TRADING INCONSISTENCY DURING THE PERIOD FROM THE BEGINNING OF XVIII UP TO THE MIDDLE

OF XX CENTURIES

В.Л. МИХАЙЛИКОВ,

кандидат юридических наук

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы механизма правового регулирования отношений, возникающих в связи с несостоятельностью, которые до последнего времени оставались наименее исследованными, а потому весьма актуальными. Анализируется необходимость комплексного рассмотрения проблем правового регулирования отношений, возникающих в сфере несостоятельности, с точки зрения как теоретических аспектов, так и практических вопросов применения соответствующих средств правового регулирования.

Ключевые слова: предпринимательство, несостоятельность (банкротство), право, регулирование.

V.L. Mihajlikov, the candidate of jurisprudence the senior teacher of the chair of civil-law disciplines of the Belgorod Law Institute of the Ministry of Internal Affairs in Russia

Abstract: In modern conditions the institute of inconsistency represents the system phenomenon. Problems of the mechanism of legal adjustment in the relations arising in connection with an inconsistency, until recently remained the least investigated, that is why rather actual. There is a necessity of complex consideration of problems in legal adjustment of the relations arising in sphere of the inconsistency, from the point of view, both theoretical aspects, and practical matters of application of corresponding means in legal adjustment.

Keywords: Business, inconsistency (bankruptcy), the right, adjustment.

Первые законы, регулирующие только конкурсные отношения, появились в России гораздо позже, чем в других странах. «Наиболее интенсивно институты конкурсного процесса начинают развиваться с XVIII века, что было связано с бурным ростом капиталистических отношений после реформ Петра I» [6, с.131].

Важной вехой в развитии института несостоятельности стало принятие 19 декабря 1800 года Банкротского устава [3, с.116]. Это была первая попытка российского законодателя комплексно урегулировать несостоятельность путем принятия единого кодифицированного акта.

Этот закон состоял из двух частей, первая из которых была посвящена торговой

(купеческой) несостоятельности, вторая -несостоятельности дворян. Но, определив предметом своих исследований правовое регулирование несостоятельности (банкротства) граждан, мы в большей степени интересуемся первой частью этого нормативного акта.

Банкротом по уставу признается тот, кто не может сполна заплатить своих долгов, следовательно, в основание понятия о несостоятельности легла неоплатность, недостаточность имущества на покрытие всех долгов. Но, установив такое общее понятие, закон вместе с тем дает некоторые указания, внушающие предположение неоплатности и служащие основанием для открытия торговой несостоятельности, а

именно: 1) собственное признание в суде или вне суда, 2) скрытие должника от предъявленного к нему иска, 3) «наконец, который хотя и явится или кого пришлет, но платежом или сделкою не удовольствует просителя в месяц» [7, с.284].

В отличие от Русской правды Банкротский устав выделяет три вида несостоятельности:

1. Несостоятельность несчастная, которая может быть признана лишь при наличии непредвиденных обстоятельств, нисколько не зависящих от действий должника (пожар, наводнение и т.д.). При таких обстоятельствах должник освобождался от бремени неудовлетворенных требований.

2. Несостоятельность неосторожная, происходившая от вины самого должника.

3. Несостоятельность злостная, иначе, злонамеренное банкротство (так, злостным банкротом мог быть признан в том числе должник, пришедший к такому положению в силу своей неопытности, но по открытии конкурсного производства предпринявший попытки к сокрытию части или всей конкурсной массы).

Открытие несостоятельности могло наступить вследствие судебного признания должника либо по требованию кредиторов. В последнем случае должник вызывался в суд для дачи показаний о состоянии своего имущества. В том же заседании суда принималось постановление о применении обеспечительных мер в отношении имущества должника. Об открытии несостоятельности производилась троекратная публикация в газетах, и, кроме того, на рынках, ярмарках и иных людных местах вывешивалось соответствующее объявление. Личные последствия открытия несостоятельности состояли в том, что должник немедленно заключался под стражу, но кредиторы большинством голосов могли освободить его, удовольствовавшись поручительством. Имущественные последствия сводились к тому, что имущество должника отдавалось «в конкурс», то есть образовывало конкурсную массу. При этом по решению кредиторов допускалось выделение необходимых средств на содержание семьи банкрота [5, с.43].

Кредиторы (верители), вызванные публикацией в суд, составляли конкурс, находящийся в непосредственном управлении кураторов. Последние выбирались из среды самих верителей и утверждались судом. Назначение кураторов самим судом могло последовать только в случае недостаточного числа верителей или отсутствия соглашения

между ними.

Публикация об открытии несостоятельности обязывала всех кредиторов и дебиторов, а также лиц, имевших в своем владении какие-либо вещи банкрота, заявить о том конкурсу в течение трех месяцев в случае нахождения в том же городе, девяти месяцев

- в случае нахождения в других городах или на европейской территории и, наконец, восемнадцати месяцев - в случае нахождения «в других частях света» [6, с.293]. Пропуск указанных сроков лишал соответствующего кредитора права требования. Предъявленные кредиторами претензии требовали доказательства их действительности и записывались в особые книги (реестр требований кредиторов). Сам способ проверки доказательств определялся кураторами.

После объявления о несостоятельности все имущество должника составляло конкурсную массу, за исключением имущества, сданного должнику на хранение, находящегося у должника по договору комиссии, относящегося к личным вещам и находящегося в залоге [7, с.117].

Важно отметить, что после составления кураторами сметы расчета следовало само удовлетворение кредиторов и здесь были четко закреплены очереди. В первую очередь подлежала удовлетворению задолженность банкрота перед церковью и монастырями, а также долги за службу и работу приказчикам и рабочим. Все остальное подлежало соразмерному удовлетворению остальных верителей. Раздел имущества несостоятельного мог быть предотвращен заключением мирового соглашения. Для его заключения требовалось согласие большинства кредиторов, представлявших большую часть всей долговой суммы.

В целом, Торговый устав получил хороший отзыв у исследователей, так Г.Ф. Шерше-невич [7, с.141] в своих работах отмечал полноту и ясность его положений, точное определение признаков несостоятельности, важность устранения личных последствий для банкрота.

Устав 1800 г. имел длительное и широкое применение, в ходе которого выявились определенные его недостатки. Результатом появившейся потребности в изменениях действовавшего законодательства явился Устав о торговой несостоятельности 1832 г. [6, с.493].

Новый закон фактически заменил только первую часть банкротского устава 1800 г., потому что его постановления охватывали

ПРАКТИКА.

круг торгового сословия. Таким образом, установилось полное различие между несостоятельностью лиц торгового сословия и несостоятельностью лиц дворянского сословия.

Характеризуя Устав о торговой несостоятельности 1832 г., следует выделить его следующие ключевые положения [5, с.45]:

- применялся только к случаям несостоятельности лиц, осуществлявших торговую деятельность;

- сохранил три вида несостоятельности - несчастную, неосторожную и злонамеренную;

- в отличие от Устава 1800 г. допускал применение ареста в отношении всех несостоятельных (в том числе и банкротов «по несчастью»);

- не содержал критериев определения свойства несостоятельности, оставляя решение данного вопроса на усмотрение кредиторов;

- ввел институт присяжных поручителей, назначавшихся судом, которые действовали наряду с кураторами, но при этом сами кредиторами не являлись;

- установил минимальную сумму долга, при наличии которого инициировались конкурсные отношения, в размере пяти тысяч рублей;

- ввел деление требований кредиторов на роды и разряды;

- исключал имущество жены и детей должника из состава конкурсной массы;

- закрепил положение о признании недействительными сделок должника, заведомо ухудшавших его финансовое состояние;

- установил порядок принятия решений кредиторами «большинством голосов», чем внес существенную неясность при рассмотрении конкретных дел (только в 1842 г. законом было определено, что большинство должно исчисляться не по количеству лиц, а по размеру суммы долга);

- уменьшил сроки для заявления требований кредиторов (но при этом допускалось их восстановление при наличии «чрезвычайных обстоятельств»).

Устав о торговой несостоятельности 1832 года по-разному был оценен современниками. Так, А.Х. Гольмстен отмечал, что этот Устав «внес много нового в наш конкурсный процесс» и явился продуктом «всей предшествующей вековой кодификационной работы» [4, с.260]. В то же время Г.Ф. Шершеневич

оценил новый закон о несостоятельности достаточно критически. Он, в частности, писал: «По полноте постановлений, по ясности положений Банкротский устав (1800 г.) стоит выше Устава о несостоятельности 1832 г., особенно если принять во внимание позднейшее время издания последнего и существование такого образца, как французское Торговое уложение» [7, с.69].

Последующие изменения законодательства не были значительными, хотя до 1917 года было издано большое количество актов, уточнявших правовое положение лиц, а также более четко регламентировавших процессуальную сторону несостоятельности, но все они базировались на Уставе о торговой несостоятельности 1832 года.

Важно заметить, что на данном этапе развивались и другие категории института банкротства. В частности, достаточно четко были определены критерии разграничения торговой и неторговой несостоятельности, вытекающие из оснований их возникновения. В решении Сената 1899 г. [6, с.493] было указано, что для признания несостоятельности торговой необходимо, чтобы хотя бы один долг происходил из торговли.

Происхождение долга из торговли подразумевало осуществление должником предпринимательской деятельности. В дальнейшем Сенат сам истолковал данную формулировку: «торговая несостоятельность вызвана сделкой по торговле, а не единичной сделкой, каковой является, к примеру, перепродажа» [8, с.137].

Кроме общего законодательства в России действовали и местные конкурсные законы. Так, в Великом княжестве Финляндском действовал самостоятельный конкурсный устав 1868 г., основанный на прусском законе 1855 г., в губерниях Привислянских имело силу старое французское конкурсное право, содержавшееся в Торговом кодексе Царства Польского. Устав о несостоятельности 1832 г. с незначительными дополнениями и изменениями действовал вплоть до 1917 г.

Таким образом, правовое регулирование несостоятельности граждан в России имеет глубокие исторические корни, характеризующиеся эволюционным развитием норм и положений, высоким уровнем практической апробации и неизменной соотносимостью с уровнем развития экономических отношений.

Литература

1. Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок,

внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ).

2. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (с изм. и доп.

от 17.07.2009 г).

3. Архипов И.В. Конкурсный процесс в системе торгового права России XIX в. // Правоведение. 1999. № 1.

4. Гольмстен А.Х. Исторический очерк русского конкурсного процесса. - СПб., 1888.

5. Назаров Д.И. Институт несостоятельности (банкротства) в отечественном гражданском праве XVIII - XIX веков: основные черты // Гражданское право. 2006. № 4.

6. Неволин КА. История Российских гражданских законов. - М.: Статут, 2006.

7. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 4: Торговый процесс. Конкурсный процесс (Классика российской цивилистики). - М.: Статут, 2003.

8. Российское законодательство X-XX веков / Под общей ред. О.И. Чистякова. - М., 1994.

References

1. The Constitution of the Russian Federation (accepted by national voting 12.12.1993) (in view of the

amendments brought by Laws of the Russian Federation about amendments to the Constitution of the Russian Federation from 30.12.2008 № 6-FCL, from 30.12.2008 № 7-FCL).

2. The Labour Code of the Russian Federation from December, 30, 2001 № 197-FL (with amendments from 17.07.2009).

3. Arhipov I.V Competitive Process in the System of the Russian Commercial Law XIX Century

// Jurisprudence. 1999. № 1.

4. Golmsten AH. Historical Sketch of the Russian Competitive Process. SPb., 1888.

5. Nazarov D.I. The Institute of Inconsistency (Bankruptcy) in Domestic Civil Law XVIII - XIX Centuries: the basic features // Civil Law. 2006. №4.

6. Nevolin K.A. History of the Russian Civil Laws. M.: Statut, 2006.

7. Shershenevich G.F. The Course of Commercial Law. V. 4: Trading Process. Competitive Process

(Classics of the Russian Civil Law). M.: Statut, 2003.