Азербайджан: итоги первой приватизации

Г.Ибадоглу (Байрамов),

кандидат экономических наук

АЗЕРБАЙДЖАН:

ИТОГИ ПЕРВОЙ ПРИВАТИЗАЦИИ

Первая фаза преобразования отношений собственности в Азербайджане началась в конце 1995 г., хотя орган, осуществляющий приватизацию, был создан в 1992 г., а Закон о приватизации принят в январе 1993 г. Задержка приватизации привела к разбазариванию государственного имущества и массовому приостановлению производства на значительной части предприятий. В этот период страна потеряла 62% ВВП, а жизненный уровень населения снизился в четыре раза. Официальная, так называемая "малая приватизация" началась в конце марта 1995 г. Раздача приватизационных паев (ваучеров) стала осуществляться с марта 1997 г., а приватизация средних предприятий — с мая 1997 г. Однако массовая приватизация в стране до сих пор не завершена. С 1999 г. процесс приватизации приостановлен, главным образом, по субъективным причинам. Развернувшаяся в высших эшелонах власти борьба интересов вокруг собственности превратилась в тормоз процесса приватизации. Большую роль в этом сыграли противоречия между сторонниками чековой (первым руководством Госкомимущества — ГКИ) и денежной приватизации (экономической службой президента Азербайджана). Наконец, после долгих обсуждений 10 августа 2000 г. была принята вторая государственная программа приватизации, и начался ее новый этап.

С точки зрения качественного анализа приватизации прежде всего отметим, что государственной программой приватизации в 1995—1998 гг. предусматривалась бесплатная передача гражданам страны 70% государственной собственности. Для достижения этой цели в Азербайджане нужно было решить ряд задач: системные (внедрение в экономику рыночных принципов); политические (вовлечение широких слоев населения в процесс экономической трансформации); экономические (повышение эффективности деятельности предприятий); социальные (внедрение справедливых принципов распределения акций).

Последовательность действий при реализации первой программы массовой приватизации оказалась для Азербайджана отнюдь

не системной. Посредством раздачи приватизационных чеков удалось сформировать спрос на акции государственных предприятий, а благодаря выпуску проспектов эмиссий их акций, их продаже на аукционах — предложение. Вместе с тем баланс между спросом и предложением был нарушен из-за практического отсутствия финансовых институтов — посредников между обладателями чеков и приватизируемыми предприятиями, образующих инфраструктуру приватизации, а также условий для деятельности чековых инвестиционных фондов. Неэффективной была работа чекового инвестиционного фонда "81дша", занимавшегося только скупкой чеков у населения.

На первом этапе приватизации были частично достигнуты ее политические и системные цели, но экономические и социальные оказались полностью не реализованными. Попытаемся оценить эффективность приватизации в различных сферах.

Политический эффект. С одной стороны, была обеспечена невозможность возврата к прежней хозяйственной системе, с другой — в стране не сложились полноценные демократические институты.

Эффект с точки зрения формирования рыночных сил. Приватизация ускорила процесс создания рынка, однако одновременно с этим возникли и препятствия на пути развития цивилизованных рыночных отношений. Поэтому национальные ресурсы Азербайджана через действующий механизм приватизации перераспределяются в ущерб экономическим интересам страны.

Идеологический эффект. Граждане страны неоднозначно восприняли введение института частной собственности. Многочисленные нарушения прав инвесторов в ходе приватизации, в том числе трудовых коллективов, а в последующий период — прав акционеров вызвали массовое неприятие ее результатов. На десятках предприятий государственными чиновниками в целях обеспечения интересов аутсайдеров (сторонних инвесторов) не была проведена закрытая подписка на паи, в сотнях акционерных обществ грубо нарушалось право трудовых коллективов на свободное инвестирование чеками. В итоге из предназначенного трудовым коллективам 15%-ного льготного пая от приватизации средних и крупных государственных предприятий им досталось в среднем 1—3%, остальная же часть была направлена на чековые аукционы. "Непрозрачность" последних и ограниченные возможности общественного контроля за их проведением, как и подконтрольность аукционных центров ГКИ, привели к массовым злоупотреблениям в ходе этого процесса.

Экономический эффект. На микроуровне не были созданы условия для эффективной финансово-хозяйственной деятельности предприятий. Положение большинства из них после приватизации еще больше ухудшилось, а некоторые даже приостановили свою работу. На макроуровне, где в целях создания равных возможностей для деятельности приватизируемых хозяйствующих субъектов предполагалось осуществление демонополизации, возникли новые монополии. В процессе приватизации не были приняты во внимание ее отраслевые особенности. В частности, в аграрной сфере большой ущерб производству сельскохозяйственной продукции нанесли приватизация перерабатывающих предприятий до проведения земельной реформы, слишком низкие темпы их разгосударствления и недостаточная защита прав производителей. В результате, с одной стороны, произошло разбазаривание их имущества, с другой — хозяйственные возможности предприятий в постприватизационный период оказались ограниченными, что, в свою очередь, негативно сказалось на обеспечении продовольственной независимости страны и развитии ее экспортного потенциала. В хлопкоробстве Азербайджана все более доминирующие позиции занимают Узбекистан и Туркмения, а в виноградарстве — Армения, Грузия и Молдова.

Финансовый эффект. В результате использования принятой схемы акционирования у инвесторов, которые в самом начале приватизации приобрели на чековых аукционах 55%-ный контрольный пакет акций, были подорваны стимулы к приобретению последующих 30%. Именно из-за неправильной схемы распределения акций (55 + 30 + 15%) в рамках первой программы приватизации из 955 государственных предприятий, преобразованных в акционерные общества, 663 акционерных общества не сумели продать 30% своих акций. Потери от этого понесли государственный бюджет и вновь созданные частные компании. По данной причине в общей сумме средств, полученных к настоящему времени от приватизации, удельный вес денежных ресурсов, поступивших от продажи акций, составил лишь 35%. Согласно оценкам экспертов, из-за ошибочной схемы распределения акций в Азербайджане потери государственного бюджета достигли 500 млрд. манатов. Снижению поступающих от приватизации средств способствовала и неконкурентная распродажа на аукционах 99,9% малых предприятий их руководителям под "вывеской" трудовых коллективов. Целенаправленное, под надуманными предлогами воспрепятствование участию в аукционах альтернативных покупате-

лей не позволило выявить действительную стоимость малых предприятий. В то же время из-за неправильной формы приватизации малых предприятий, с фискальной точки зрения, оказался неэффективным способ их продажи в рассрочку, что ограничило инвестиционные возможности самих малых предприятий, поскольку при этом их собственники потеряли право получить кредит под залог своего имущества. В настоящее время тысячи малых предприятий, несмотря на то что давно истекли сроки отсрочки, все еще не в состоянии оплатить остающиеся 40% аукционной стоимости. Подобные долги можно причислить только к сомнительной задолженности, в результате потери несет исключительно государственный бюджет.

Социальный эффект. В ходе первого этапа приватизации заметно возросло число социальных конфликтов, усилилась имущественная дифференциация населения, повысился уровень безработицы, не была обеспечена устойчивость положения "средних слоев". Из-за ограниченных возможностей использования розданных населению чеков обесценились паи, находящиеся в государственной собственности. Многие граждане, поверив официальным прогнозам о резком увеличении стоимости чеков, заняли выжидательную позицию и вследствие их ускоренного удешевления не сумели реализовать свои паи. Таким образом, в результате приватизации Азербайджан превратился в страну не сотен тысяч собственников, а горстки миллионеров.

Правовой эффект. На начальной стадии приватизации наблюдалось формальное распределение прав собственности, на последующей — перераспределение прав собственности в пользу крупных акционеров. В итоге в стране не сложилась устойчивая система защиты прав собственности (в частности, как отмечалось выше, нередко грубо нарушались права трудовых коллективов).

Институциональный эффект. В процессе приватизации не были созданы эффективные механизмы корпоративного управления и контроля, не получила достаточного развития инфраструктура рынка ценных бумаг, не была определена роль государства как собственника.

Криминогенный эффект. Первый этап приватизации был проведен по номенклатурному сценарию, что позволило обеспечить распределение государственной собственности преимущественно в пользу одной группы лиц. В этих целях была усилена централизация механизмов приватизации. Депозитарная система оказалась в подчинении ГКИ, а альтернативные структуры образованы не были. Наря-

ду с реестром акционеров ее сотрудники вели также реестр ценных бумаг. В результате чиновники от приватизации получили возможность пролонгировать в своих интересах передачу реестра акционеров независимым регистраторам. На первом этапе приватизации едва ли в половине из 995 предприятий, преобразованных в акционерные общества, были своевременно проведены общие собрания, только в 301 из них составлены реестры акционеров, из 60 722 акционеров лишь 3614 выданы выписки из реестров и сертификаты акций. Чиновники ГКИ, непосредственно руководившие проведением чековых аукционов и имевшие возможность получать любую информацию об их ходе, добились нужных им результатов. Таким образом, возникли условия для совершения сделок с "выгодными" инвесторами и устранения, причем с потерями для них, инвесторов "невыгодных". Кроме того, приватизация стратегически важных и рентабельных объектов с участием представителей компрадорской буржуазии повысила вероятность отмывания "грязных денег".

Недавно началась приватизация объектов стратегического назначения: предприятий и объединений химической, машиностроительной, топливно-энергетической промышленности, связи, авиатранспорта и др. Их приватизация будет осуществляться путем проведения инвестиционных конкурсов и на основе индивидуальных проектов. Вторая программа приватизации предусматривает переход в частное владение примерно 50 тыс. средних и крупных предприятий, общая стоимость которых оценивается в 25 млрд. долл.

Для повышения эффективности второго этапа приватизации необходимо, чтобы реструктуризация приватизируемых предприятий сопровождалась политикой комплексного оздоровления национальной экономики. Обеспечить поддержку приватизационных процессов широкими слоями населения можно путем передачи трудовым коллективам контрольных пакетов акций некоторых рентабельных и перспективных предприятий, увеличения на ряде других доли собственности трудового коллектива, реализации проектов Б8ОР. Важно привлечь к процессу приватизации наряду со стратегическими инвесторами и институциональных инвесторов в виде пенсионных фондов, шире внедрять механизмы корпоративного управления и контроля, создать условия для деятельности посреднических инвестиционных фондов и финансовых институтов. Для защиты интересов мелких акционеров следует запретить в течение трех лет продажу, дарение, любое отчуждение их акций и акций всех владельцев — членов

трудового коллектива. В ходе приватизации надо отдавать предпочтение поэтапной продаже акций высокорентабельных государственных предприятий.

"Вопросы экономики", М., 2003 г., № 2, с. 87—92.

М.Олкотт,

политолог

КАЗАХСТАН: НЕВЫПОЛНЕННОЕ ОБЕЩАНИЕ

Профессор Колгейтского университета (Хамильтон, США) и сотрудник Фонда Карнеги Марта Олкотт в своей книге1 анализирует различные аспекты десятилетия независимости Казахстана, уделяя особое внимание роли его президента Н.Назарбаева и проводя аналогию между Нигерией, богатой природными ресурсами, но страдающей от плохого руководства (мнение писателя Чинуа Ачебе), и современной Республикой Казахстан. Вначале правящая казахская элита хотя бы говорила о переходе к демократии и макроэкономическим реформам. Но это вскоре было забыто. Как и в Нигерии, Запад не слишком требовал реформ в Казахстане, опасаясь отказа в доступе к его природным богатствам, хотя в долгосрочной перспективе именно отсутствие преобразований может дестабилизировать обстановку и тем самым затруднить этот доступ. Нефтегазовые ресурсы Каспийского бассейна стали особенно притягательными для США и всего Запада после 11 сентября 2001 г., ибо могут стать важной альтернативой Персидскому заливу. Причем прежде всего речь идет о месторождениях в Казахстане, Азербайджане и Туркмении, тогда как Россия проявила меньше заинтересованности в западных инвестициях. Все лидеры Центральной Азии (ЦА), включая Н.Назарбаева, заявляют, что традициям азиатских народов чужда демократия. Ясно, что и они не стремятся к ней. Независимость принесла много искушений, особенно в богатом природными ресурсами Казахстане. Иностранные инвестиции позволили миновать тяжелей-

1 Olcott M.B. Kazakhstan: Unfulfilled promise. — Wash., Carnegie endowment for intern. peace, 2002. — XII, 321 p.