Развитие информационного общества и информационная безопасность в России: конституционные ценности для поиска золотой середины

УДК 342.4

Д.В. Абдрахманов

РАЗВИТИЕ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА И ИНФОРМАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ В РОССИИ: КОНСТИТУЦИОННЫЕ ЦЕННОСТИ ДЛЯ ПОИСКА ЗОЛОТОЙ СЕРЕДИНЫ

Введение: в статье рассматриваются вопросы развития информационного общества и обеспечения информационной безопасности в России с точки зрения конституционных ценностей, являющихся правовой основой для регулирования данных отношений. Конституционные ценности должны обеспечивать баланс между развитием информационного общества и обеспечением информационной безопасности. Цель: проанализировать взаимодействие между конституционными ценностями, на которых основывается развитие информационного общества и обеспечение информационной безопасности личности, общества и государства. Методологическая основа: диалектический, аксиологический, формально-юридический. Результаты: рассмотрено соотношение развития информационного общества с обеспечением информационной безопасности. Показано существующее соотношение между конституционными ценностями, отвечающими за развитие информационного общества, и обеспечение информационной безопасности. Выводы: большее внимание уделяется обеспечению информационной безопасности, которое порой осуществляется вопреки развитию информационного общества. В связи с этим необходим адекватный выбор между конкурирующими конституционными ценностями. Он должен быть основан на справедливости, экономической целесообразности, эффективности и пропорциональности.

Ключевые слова: информационное общество, информационная безопасность, конституционные ценности, Конституция РФ, конкуренция конституционных ценностей.

D.V. Abdrakhmanov

INFORMATION SOCIETY DEVELOPMENT AND INFORMATION SECURITY IN RUSSIA: CONSTITUTIONAL VALUES FOR THE SEARCH FOR THE GOLDEN MEAN

Background: the article deals with the development of the information society and ensuring information security in Russia from the point of view of the constitutional values, which are the legal basis for regulating these relations. Constitutional values should balance the development of the information society and ensure information security. Objective: to analyze the interaction between the constitutional values on which the development of the information society and the information security of the individual, society and the state are based. Methodology: dialectical, axiological, formal-legal methods of research. Results: the correlation between the development of the information society and the

© Абдрахманов Денис Вадимович, 2019

Старший преподаватель кафедры теории государства и права, конституционного и административного права юридического института (Южно-Уральский государственный университет); е-mail: abdench@gmail.com © Abdrakhmanov Denis Vadimovich, 2019

Senior lecturer of the Theory of state and law, constitutional and administrative law department, of the Law 94 Institute of South

provision of information security has been considered. The existing correlation between the constitutional values responsible for the development of the information society and ensuring information security has been shown. Conclusions: at the moment, more attention is paid to ensuring information security, which is sometimes carried out contrary to the development of the infor mation society. In this regard, an adequate choice is required between competing constitutional values. This choice should be based on the principle of equity, the economic principle, the principle of efficiency and the principle of proportionality.

Key-words: information society, information security, constitutional values, Constitution of the Russian Federation, competition of constitutional values.

Из диалектики нам известно, что одной из движущих сил развития бытия является закон единства и борьбы противоположностей. Проявление закона единства и борьбы противоположностей можно увидеть в развитии информационного общества в России. Информационное общество, находясь в постоянной динамике, включает в себя большое количество противоположностей, которые, с одной стороны, являются неотъемлемыми атрибутами информационного общества как социального явления, а с другой стороны, вступают в конфликт между собой. Исследователи обращают наше внимание на различные социальные и культурные противоречия в информационном обществе. Например В.П. Прытков и А.С. Лебедев выделяют обострение в информационном обществе проблемы, связанной с распространением большого количества недостоверной информации, проблему безработицы, связанной с внедрением в производство информационных технологий, проблему соотношения реального и виртуального и т.д. [1, с. 12-19]. Имманентно присущими информатизации общественных отношений являются угрозы информационной безопасности. Они возникают ровно в тех сферах, в которых внедряются информационные технологии. Расширение областей применения информационных технологий, являясь фактором развития экономики и совершенствования функционирования общественных и государственных институтов, одновременно порождает новые информационные угрозы, — справедливо отмечается в Доктрине информационной безопасности Российской Федерации1. В целях нейтрализации угроз информационной безопасности в области обороны страны, государственной и общественной безопасности, в экономической сфере, в науке, технологиях и образовании, а также в области стратегической стабильности и равноправного стратегического партнерства, государством реализуются меры, направленные на нейтрализацию угроз информационной безопасности. Принимаемые меры нередко вступают в конфликт с развитием информационного общества. Обеспечивая информационную безопасность, государство так или иначе накладывает определенные ограничения на свободу использования и внедрения информационных технологий, что в конечном счете выступает сдерживающим фактором в развитии информационного общества и сказывается не в интересах рядовых пользователей информационных технологий.

Таким образом, в развитии информационного общества и одновременном обеспечении информационной безопасности необходимо сохранение баланса, своего рода «золотой середины». Представляется, что правовой основной для данного баланса может и должна являться Конституция РФ, в которой заложена определенная система ценностей.

1 См.: Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (утверждена Указом Президента РФ 5 декабря 2016 г. № 646) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2016. № 50, ст. 7074.

Ответ на вопрос: возможно ли сосуществование информационного общества и информационной безопасности, невозможен без обращения к содержанию и анализу понятий «информационное общество» и «информационная безопасность».

В мае 2017 г. в законодательстве Российской Федерации впервые появилось официальное понятие информационного общества. Речь идет о принятой 9 мая 2017 г. Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы, в соответствии с которой информационное общество — это общество, в котором информация и уровень ее применения и доступности кардинальным образом влияют на экономические и социокультурные условия жизни граждан2. Приведенное понятие нуждается в дополнительной расшифровке и дополнении. Можно выделить следующие характеристики информационного общества:

во-первых, это реально существующее и постоянно эволюционирующее, развивающееся общество, в котором значимую роль в основных сферах общественной жизни играют информационные технологии. При этом, процессу развития присуща тенденция усиления роли информационных технологий, т.е. процесса информатизации различных общественных отношений. Информатизирован-ность общественных отношений является их специфической особенностью в информационном обществе;

во-вторых, это общество, в котором процесс информатизации различных общественных отношений привел к усилению значимости информации и знаний, которые претендуют на роль основы общества в социально-экономическом плане. Усиление значимости информации и знаний в информационном обществе приводит к количественным и качественным преобразованиям в различных сферах общественной жизнедеятельности;

в-третьих, это общество, в котором информационные технологии, информация и знания используются преимущественно в целях достижения определенных благ, удовлетворения личных и социальных потребностей;

в-четвертых, это общество, которое так или иначе стремится к экстерриториальности. В информационном обществе процесс обмена информацией перестает иметь территориальные, пространственные и даже временные границы.

Таким образом, ключевую роль в современном обществе играют информация и информационные технологии, которые проникают практически во все сферы жизнедеятельности и оказывают на них преобразующее воздействие. Естественно, что информационные технологии и информация могут быть использованы не только в целях достижения определенных благ, но и в целях нанесения ущерба личности, обществу и государству. Потенциально возможное использование информационных технологий и информации в целях нанесения ущерба принято называть угрозами информационной безопасности. В соответствии с Доктриной информационной безопасности Российской Федерации информационными угрозами признаются совокупность действий и факторов, создающих опасность нанесения ущерба объективно значимым потребностям личности, общества и государства в обеспечении их защищенности и устойчивого развития в части, касающейся информационной сферы. Отсюда, логичным образом, выводится понятие информационной безопасности, под которой понимается состояние за-

2 См.: Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 20172030 годы (утверждена Указом Президента РФ 9 мая 2017 г. № 203) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2017. № 20, ст. 2901.

щищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних информационных угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод человека и гражданина, достойные качество и уровень жизни, суверенитет, территориальная целостность и устойчивое социально-экономическое развитие Российской Федерации, оборона и безопасность государства.

Возможно ли обеспечение информационной безопасности в условиях развития информационного общества и развития информационных технологий? Если конкретизировать данный вопрос и спросить, можно ли каким-либо образом в принципе исключить нанесение ущерба личности, обществу и государству в информационной сфере, то очевидно, на него следует ответить отрицательно. На наш взгляд, идея информационного общества без проявления информационных угроз утопична настолько, насколько утопична идея общества без правонарушений. Когда речь идет об обеспечении информационной безопасности, то целесообразнее говорить не о создании «безопасного» информационного общества как некого идеального состояния, а о достижении максимально возможного уровня защищенности личности, общества и государства от информационных угроз. Таким образом, обеспечение информационной безопасности как состояния защищенности не исключает возможность развития информационного общества как такового, однако, указанное развитие не должно пересекать интересы личности, общества и государства. Вместе с тем и обеспечение информационной безопасности не должно чрезмерно сдерживать развитие информационного общества, которое также выгодно для интересов личности, общества и государства. Реализация обозначенных условий сосуществования информационного общества и информационной безопасности возможна в определенной системе правовых ш координат, основу которой составляют конституционные ценности. и

Рассмотрение системы конституционных ценностей применительно к ин- а формационному обществу и информационной безопасности невозможно без об- о ращения к существу понятия конституционной ценности. Поскольку в рамках К статьи невозможно детальное исследование категории конституционных цен- о

с

ностей, полагаем нужно обратиться к работам ведущих конституционалистов, | посвященных исключительно этому вопросу. в

„ н

В конституционно-правовой доктрине выделяются несколько подходов к о пониманию конституционных ценностей. Во-первых, под конституционными ю

Т5

ценностями можно понимать основополагающие правовые принципы и иные |

нормы общего характера, определяющие приоритеты развития и защиты К

общественных отношений в различных сферах жизни, закрепленные в Консти- а

туции и (или) выводимые из ее содержания путем официального толкования |

[2, с. 75]. Во-вторых, можно рассматривать конституционные ценности как и

универсальные и приоритетные социальные принципы, формализованные в №

основном законе и (или) исходящие из результата конституционно-оценочной 1

деятельности судебных органов конституционного контроля, обеспечивающие )

наиболее оптимальное развитие личности, общества и государства на основе 9 баланса частных и публичных интересов, опирающегося на принцип справедливости [3, с. 12]. В-третьих, конституционные ценности можно отождествлять с некими целевыми установками. В этом плане конституционные ценности определяют идеи, цели, принципы и институты, сформулированные в результате конституционного правотворчества или осуществления конституционного

правосудия и закрепленные в конкретных нормативно-правовых актах или 97

судебных решениях конституционного характера, являющиеся руководящей основой поведения большинства субъектов конституционных правоотношений [4, с. 32]. В-четвертых, под конституционными ценностями можно понимать цели государства и общества, достижение которых является необходимым условием для существования, функционирования и развития человека в определенном социально-историческом контексте [5, с. 155].

На наш взгляд, категория конституционных ценностей достаточно многогранна для определения ее сути. Некоторые конституционные ценности могут быть определены и охарактеризованы с точки зрения всех обозначенных подходов. Например, известно, что в соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Очевидно, что обеспечение реализации прав и свобод человека можно рассматривать и как общий правовой принцип, и как целевую установку для субъектов конституционных правоотношений, и даже как цель государства и общества. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства, и именно эти права и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Таким образом, в определении понятия конституционных ценностей целесообразно воздержаться от их характеристики с точки зрения одной из функций, которую они выполняют.

В связи с изложенным, можно согласиться с А.А. Кондрашевым в том, что ценность — понятие многомерное, оно охватывает различные измерения и уровни социального бытия общества, как находящиеся в сфере конституционно-а правового воздействия, так и вне этого воздействия. При этом нужно учитывать, ? что ценность — это не просто цель или некое абстрактное аксиологическое на-

СЮ и и и о

а чало, это реальный инструмент правового воздействия, это мерило действии | любого государственного органа, должностного лица [6, с. 8]. На наш взгляд, I на сущность конституционной ценности точно указан Н.С. Бондарь, говоря о | том, что ценностная значимость присуща не только Конституции РФ в целом, ! но и конкретным нормам Основного Закона: в этом случае они (конкретные § нормы Конституции РФ) являются отражением фактически сложившихся и | юридически признанных представлений о социальных приоритетах и наиболее | оптимальных моделях обустройства общественной и государственной жизни, о 'I соотношении ценностей власти и свободы, равенства и справедливости, рыноч-| ной экономики и социальной государственности и т.д. [7, с. 167]. Именно на рас-| становке определенных приоритетов и строится правовое регулирование общественных отношений. При этом важно отметить, что конституционные ценности находят свое выражение не только непосредственно в тексте Конституции РФ, § но и в результатах отправления конституционного правосудия. Среди консти-§ туционных ценностей, сгенерированных Конституционным Судом РФ, можно | отметить такие как: справедливость, правовая определенность, стабильность | публичных правоотношений, стабильность условий хозяйствования, поддержание баланса публичных интересов государства и частных интересов субъектов гражданско-правовых отношений и т.д. Что касается конституционных ценностей, получивших свое закрепление непосредственно в тексте Основного Закона, то в основном они сосредоточены в гл. 1, 2 Конституции РФ: человек, его права и свободы (высшая ценность), конституционные основы государства и 98 общества (демократический политический режим, федеративное государственное

устройство, республиканская форма правления, правое, социальное, светское государство, государственный суверенитет, идеологическое многообразие, единство экономического пространства, многообразие форм собственности и т.д.).

Рассмотрев вопрос о конституционных ценностях как таковых, возможно перейти к рассмотрению их правового воздействия на общественные отношения, возникающие в рамках развития информационного общества и обеспечения информационной безопасности. Следует отметить, что сами стратегические документы, посвященные информационному обществу и информационной безопасности, задают определенные ценностные установки. Как в Стратегии развития информационного общества, так и в Доктрине информационной безопасности эти ценностные установки выражены в определенной системе национальных интересов и приоритетов.

В качестве национальных интересов Стратегия развития информационного общества выделяет: развитие человеческого потенциала; обеспечение безопасности граждан и государства; повышение роли России в мировом гуманитарном и культурном пространстве; развитие свободного, устойчивого и безопасного взаимодействия граждан и организаций, органов государственной власти Российской Федерации, органов местного самоуправления; повышение эффективности государственного управления, развитие экономики и социальной сферы; формирование цифровой экономики3.

Доктрина информационной безопасности в качестве национальных интересов в информационной сфере выделяет обеспечение и защиту некоторых конституционных прав и свобод человека и гражданина; обеспечение устойчивого и бесперебойного функционирования информационной инфраструктуры; развитие в Российской Федерации отрасли информационных технологий и электронной промышленности; доведение до российской и международной общественности достоверной информации о государственной политике Российской Федерации и ее официальной позиции по социально значимым событиям в стране и мире; содействие формированию системы международной информационной безопасности, направленной в частности на защиту суверенитета Российской Федерации в информационном пространстве4.

Логика стратегических документов такова, что информационное общество должно развиваться с учетом интересов информационной безопасности личности, общества и государства, да и правовой основой Стратегии развития информационного общества, в частности, является более ранний документ — Доктрина информационной безопасности. Вместе с этим, несмотря на некую согласованность стратегических документов в развитии информационного общества и обеспечении информационной безопасности на практике происходит постоянная конкуренция между конституционными ценностями, отвечающими за развития информационного общества, с одной стороны, и обеспечение информационной безопасности — с другой.

Для начала следует выделить конституционные ценности, без реализации которых развитие информационного общества в России представить было бы

3 См. п. 21 Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы (утверждена Указом Президента РФ 9 мая 2017 г. № 203) // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2017. № 20, ст. 2901.

4 См. п. 8 Доктрины информационной безопасности Российской Федерации (утверждена Указом Президента РФ 5 декабря 2016 г. № 646) // Собр. законодательства Рос. Федерации.

2016. № 50, ст. 7074. 99

по крайней мере затруднительно. С учетом приведенных характеристик информационного общества можно выделить несколько конституционных ценностей, способствующих его развитию. Это, прежде всего идеологическое многообразие и свобода информации.

Под идеологическим многообразием можно понимать состояние общественной жизни, основанное на признании за личностью идеологической свободы и неприкосновенности и представляющее собой равную конкуренцию идеологических концепций в обществе [8, с. 3]. Исходя из того, что по своей сути идеология представляет собой информацию, очевидно значение конституционного принципа идеологического многообразия для информационных отношений: идеологическое многообразие является предпосылкой к информационному многообразию, особенно в общественно-политической сфере. Понятно, что в случае установления той или иной государственной идеологии информационное многообразие будет возможно исключительно в рамках идеологии, допускаемой государством, и это негативно скажется на развитии информационного общества.

Без реализации принципа идеологического многообразия достаточно сложно представить реализацию принципа свободы информации, который является важнейшей конституционной ценностью, отвечающей за развитие информационного общества. Свобода информации представляет собой правовой принцип, обобщающий ряд конституционных прав и свобод в информационной сфере: свободу массовой информации, право на информацию, свободу слова и право на доступ к информации. Несомненно, от реализации указанных прав и свобод зависит уровень развития информационного общества. Как справедливо отме-з чает А.А. Чеботарева, информационные права, их содержание, объем и гаран-

0 „

? тированный государством механизм защиты — те критерии, которыми можно

§ «измерить» современные процессы формирования информационного общества

| и построения электронного государства [9, с. 51].

1 Безусловно, принципы идеологического многообразия и свободы информации | являются не единственными конституционными ценностями, отвечающими за i развитие информационного общества. Среди конституционно-правовых основ ин-

§ формационного общества можно выделить и иные ценности, без реализации кото-

ф

| рых было бы сложно представить существование современного информационного § общества в России. В их числе демократический политический режим, единство экономического пространства, светское государство и т.д. В данном случае речь | идет о конституционно-правовых основах не только информационной, но и иных | сфер информационного общества: политической, социально-экономической и духовной. В связи с этим, справедлива точка зрения Т.А. Поляковой, которая обращает внимание на определенное совпадение информационного общества g с гражданским обществом: «Важно отметить, что принципы гражданского § общества в значительной степени совпадают с принципами информационного | общества: приоритет прав человека в его взаимоотношениях с обществом и J государством, свободу человека в экономической, личной и духовной жизни, идеологическое многообразие, политический плюрализм и многопартийность, открытость гражданского общества, его вовлеченность в мировое сообщество и другие» [10, с. 174-175].

С конституционными ценностями, отвечающими за развитие информационного общества, конкурируют конституционные ценности, отвечающие за обеспече-100 ние информационной безопасности. С учетом того, что Доктрина информацион-

ной безопасности выделяет информационную безопасность личности, общества и государства, к данным конституционным ценностям можно отнести принцип государственного суверенитета, а также ряд конституционных прав и свобод.

На наш взгляд, принцип государственного суверенитета занимает центральное место среди конституционных ценностей, отвечающих за информационную безопасность не только государства, но и личности, и общества, в целом. К данному выводу несложно прийти, обратив внимание на ключевое значение принципа государственного суверенитета в информационной сфере. Дело в том, что реализацию национальных интересов в информационной сфере сложно представить в государстве, которое не обладает суверенитетом. Обеспечение государственного суверенитета в информационной сфере — крайне непростая задача, при реализации которой необходимо обеспечивать баланс с конституционными ценностями, отвечающими за развитие информационного общества. Здесь следует отметить, что обеспечение государственного суверенитета и развитие информационного общества возможны, если речь идет о национальном, а не о глобальном информационном обществе. В последнем случае обеспечение государственного суверенитета и развитие глобального информационного общества — практически взаимоисключающие задачи. Справедлива точка зрения главного научного сотрудника ИГП РАН, профессора Г.Г. Шинкарецкой; противоречие между концепциями государственного суверенитета и глобального информационного общества — одно из реальных и весьма острых. «Дело в том, что глобальное информационное общество понимается как свободное пространство, где происходит свободное циркулирование информации. В то время как концепция государственного суверенитета исходит из полновластности и самостоятельности государства, которое обладает территориальным верховенством», — отмечает Г.Г. Шинкарецкая [11, с. 175].

Если рассматривать национальное информационное общество, то обеспечение государственного суверенитета не должно препятствовать развитию информационного общества на национальном уровне. Однако, в условиях стремительного развития информационного общества и усиливающихся угроз информационной безопасности общества и государства, нередко меры, которые предпринимаются в целях обеспечения суверенитета в информационной сфере, оказывают негативное влияние на развитие информационного общества. Достаточно показательным примером могут служить меры, которые предпринимаются в России в рамках противодействия использованию информационных технологий для пропаганды экстремистской идеологии, распространения ксенофобии, идей национальной исключительности в целях подрыва суверенитета. Известно, что в последнее время увеличилось количество уголовных дел за распространение информации в социальных сетях, преимущественно в социальной сети «ВКонтакте». Не вдаваясь в детали конкретных уголовных дел, можно сказать, что некоторые из них свидетельствуют о системных проблемах в реализации принципа свободы информации. Например, отсутствие достаточной правовой определенности в диспозиции ст. 282 Уголовного кодекса Российской Федерации «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» позволяет применить ее равным образом как к члену радикальной националистской организации, так и к человеку, осуществившему репост неудачной шутки. Очевидно, что применение уголовного законодательства в репрессивных целях в сети Интернет крайне негативно скажется на развитии информационного общества, основанного на демократических ценностях. В этой связи обоснованным, на наш

взгляд, представляется проект федерального закона, направленный на конкретизацию состава преступления, предусмотренного ст. 282 Уголовного кодекса Российской Федерации. Согласно законопроекту, уголовному преследованию будут подлежать не любые действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а лишь совершенные с применением насилия или с угрозой его применения и (или) лицом с использованием своего служебного положения либо организованной группой5. Представляется, что принятие данного законопроекта снизит риски необоснованного применения уголовного законодательства, ограничивающего принцип свободы информации.

С принципом свободы информации, помимо принципа государственного суверенитета в конкуренцию вступают также некоторые конституционные права и свободы, призванные обеспечить информационную безопасность личности. В их числе: право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ), а также запрет на сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (ч. 1 ст. 24 Конституции РФ). Примером данной конкуренции может служить реализация так называемого «права быть забытым», которое ограничивает право на свободное распространение информации. Анализ законодательного закрепления «права быть забытым» позволяет прийти к выводу, что оно носит абсолютный характер и чрезмерно расширяет конституционное право на неприкосновенность частной жизни и конституционный запрет на сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия. На наш взгляд, в целях обеспечения принципа свободы информации «праву быть забытым» нужно предать относительный характер: его реализация должна быть связана не с субъективным желанием заявителя «быть забытым», а с нарушением его прав и законных интересов [12, с. 65]. Аналогичный пример можно привести с законодательной дефиницией понятия «персональные данные», т.е. практически любую информацию, даже косвенно относящуюся к субъекту персональных данных. Чрезмерно широкое толкование понятия на практике приводит к отнесению к персональным данным так называемой обезличенной информации, распространение которой должно допускаться без какого-либо согласия. Только в случае корректного понимания персональных данных обеспечивается оптимальный баланс между конституционным правом на неприкосновенность личной жизни, личную и семейную тайну и правом на свободное распространение информации.

Приведенные примеры показывают, что конституционные ценности, отвечающие за развитие информационного общества, «проигрывают» в конкуренции с конституционными ценностями, отвечающими за обеспечение информационной безопасности. Причиной этого может являться как осознанный выбор федерального законодателя, так и несовершенство юридической техники, выражающееся в отступлении от принципа правовой определенности и склоняющее правоприменителя в пользу обеспечения информационной безопасности, а не развития информационного общества. Развитие информационного общества и обеспечение информационной безопасности должны гармонично сочетаться друг с другом. Достижение данной гармонии на уровне информационного законодательства возможно в случае адекватного выбора между конкурирующими конституци-

5 См.: Проект Федерального закона «О внесении изменения в статью 282 Уголовного кодекса Российской Федерации». URL: http://sozd.parliament.gov.ru/bill/495566-7 (дата обращения:

102 24.08.2018).

онными ценностями. Выбор должен осуществляться при помощи применения различных принципов, выработанных в доктрине и практике конституционного права: справедливости, экономического принципа, эффективности и пропорциональности. Можно согласиться с точкой зрения И.А. Карасевой, что выбор приоритетных конституционных ценностей требует применения всех указанных принципов в совокупности [2, с. 85]. Думается, что вопрос о конкуренции конституционных ценностей в современном информационном обществе в России не должен разрешаться как-то по-другому.

В результате рассмотрения конституционных ценностей как некого инструмента для поиска золотой середины между развитием информационного общества и обеспечением информационной безопасности можно прийти к следующим выводам. Во-первых, развитие общества в России может и должно обеспечивать информационную безопасность личности, общества и государства. В то же время обеспечение информационной безопасности не должно чрезмерно сдерживать развитие информационного общества в России. Во-вторых, правовой основой для обеспечения согласованности в развитии информационного общества и обеспечении информационной безопасности являются конституционные ценности. В-третьих, среди основных конституционных ценностей, отвечающих за развитие информационного общества, выделяются принципы идеологического многообразия и свободы информации. К основным конституционным ценностям, отвечающим за развитие информационного общества, относятся принцип государственного суверенитета, а также права человека и гражданина, обеспечивающие информационную безопасность личности, в частности право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ), а также запрет на сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (ч. 1 ст. 24 Конституции РФ). В-четвертых, существующее законодательство Российской Федерации и практика его применения показывают, что большее внимание уделяется обеспечению информационной безопасности, которое порой осуществляется вопреки развитию информационного общества. В-пятых, для обеспечения золотой середины между развитием информационного общества и обеспечением информационной безопасности в рамках изменений, вносимых в законодательство Российской Федерации, необходим адекватный выбор между конкурирующими конституционными ценностями, основанный на принципе справедливости, экономическом принципе, принципе эффективности и принципе пропорциональности.

Библиографический список

1. Прыткое В.П., Лебедев А.С. Социальные и культурные противоречия информационного общества // Теория и практика общественного развития. 2014. № 13. С. 12-19.

2. Карасева ИА. Конкуренция конституционных ценностей в правоприменительной практике России и зарубежных государств // Сравнительное конституционное обозрение. 2014. № 4. С. 75-85.

3. Ереклинцева Е.В. Суверенитет и демократия как конституционные ценности современной России: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2010. 25 с.

4. АлексеевА.П. Ценности в российском конституционном праве // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2015. № 1 (32). С. 30-35.

5. Пермиловский М.С. Конституционно-ценностное содержание права на благоприятную окружающую среду // Ученые записки Казанского университета. Сер.: Гуманитарные науки. 2012. № 154 (4). С. 155-157.

6. Кондрашев А.А. Конституционные ценности в современном российском государстве: о конфликтах и девальвациях // Конституционное и муниципальное право. 2017. № 1. С. 6-13.

7. Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М.: Норма, Инфра-М, 2011. 544 с.

8. Кононов КА. Институциональная природа идеологического многообразия // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 22. С. 2-7.

9. Чеботарева АА. Теоретико-правовые проблемы законодательного обеспечения информационных прав и свобод // Юридический мир. 2015. № 1. С. 49-53.

10. Полякова ТА. Правовое обеспечение информационной безопасности при построении информационного общества в России: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2008. 438 с.

11. Полякова ТА., Жарова А.К. Научный семинар «Проблемы информационного права и информационной безопасности» // Труды Института государства и права РАН. 2017. № 1 (59). С. 172-188.

12. Абдрахманов Д.В. Правовая определенность как гарантия реализации конституционно-правовых основ информационного общества в Российской Федерации // Юрист. 2018. № 7. С. 59-70.

References

1. Prytkov V.P., Lebedev A.S. Social and Cultural Contradictions of the Information Society // Theory and practice of social development. 2014. Vol. 13. P. 12-19.

2. Karaseva I A. The Competition of Constitutional Values in the Law-enforcement Practice of Russia and Foreign States // Comparative constitutional review. 2014. Vol. 4. P. 75-85.

3. Ereklyntseva E.V. Sovereignty and Democracy as Constitutional Values of Modern Russia: extended abstract of dis. ... cand. of law. Chelyabinsk, 2010. 25 p.

4. Alekseev A.P. Values in the Russian Constitutional Law // Bulletin of the Volgograd Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2015. Vol. 1 (32). P. 30-35.

5. Permilovsky M.S. Constitutional-value Content of the Law to the Favorable Environment // Uchenye zapiski Kazanskogo Universiteta. Series: The humanities. 2012. Vol. 154 (4). P. 155-157.

6. Kondrashev A.A. Constitutional Values in the Modern Russian State: on Conflicts and Devaluations // Constitutional and municipal law. Vol. 1, P. 6-13.

7. Bondar N.S. Judicial Constitutionalism in Russia in the Light of Constitutional Justice. M.: Norma, Infra-M, 2011. 544 p.

8. Kononov K.A. Institutional Nature of Ideological Diversity // Constitutional and municipal law. 2007. Vol. 22. P. 2-7.

9. Chebotareva A.A. Theory-legal Problems of Legislative Maintenance of Information Rights and Freedom // The legal world. 2015. Vol. 1. P. 49-53.

10. Polyakova Т.А. Legal Support of Information Security in Constructing the Information Society in Russia: dis. ... of doct. of law. M., 2008. 438 p.

11. Polyakova TA, Zharova A.K. Scientific seminar «Problems of Infor-mation Law and Information Security» // Proceedings of the Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences. 2017. Vol. 1 (59). P. 172-188.

12. Abdrakhmanov D.V. Legal Certainty as a Guarantee of the Implementation of the Constitutional and Legal Foundations of the Information Society in the Russian Federation // Jurist. 2018. Vol. 7. P. 59-70.