Когнитивное обоснование юмора в современной лингвистической науке

УДК 81'23

Е.Е. Семенова

Когнитивное обоснование юмора в современной лингвистической науке

В статье представлен обзор исследований юмора в современной лингвистической науке, включая семантические, семиотические, психологические, а также представляющие особый интерес когнитивные теории юмора, объясняющие не только механизмы возникновения самого юмора, но и предлагающие основы для понимания когнитивных процессов человека в целом.

The article deals with the survey of humor research in contemporary linguistics including semantic, semiotic, psychological and the most interesting cognitive theories, explaining the mechanisms of humor formation but also offering the basis for understanding of human cognitive process in general.

Ключевые слова: юмор, теория юмора, когнитивная лингвистика, скрипт, единица информации, распознавание, истинная модальность, структура качества, структура количества

Keywords: humor, theory of humor, cognitive linguistics, script, unit, recognition, bona-fide mode, pattern of fidelity, pattern of magnitude.

Юмор, представляющий собой сложное, многоаспектное явление, относящееся не только к речевой, но и к графической и поведенческой сферам, рассматривается в современных гуманитарных науках: в социологии, философии, психологии, эстетике и лингвистике. Поэтому существуют различные теории юмора и их классификации, однако, некоторые вопросы комического до сих пор остаются недостаточно изученными и требуют своего когнитивного осмысления. Для имеющихся классификаций юмора характерна стандартная терминология, к основным понятиям в этих теориях относятся понятия комического и смешного, юмора и смеха и их соотношение.

Исследование социальных аспектов юмора в современном обществе (А.В. Дмитриев, А.А. Сычев, К. Глинка, А.Н. Лук, Ю.Б. Борев), философия и история юмора (И.В. Черданцева, С.Д. Савов, В.М. Пивоев, Л.В. Карасев), условия и средства создания комического удовольствия (З. Фрейд), психология юмора (А.Н. Лук), где юмор рассматривается, как свойство психики человека, составляют интердисциплинарное пространство для дальнейшего развития теории юмора и комического, как «одного из самых сложных и разноплановых категорий эстетики» (Б. Дземидок).

Теория юмора С. Аттардо и В. Раскина, основанная на противопоставлении двух скриптов, соотносящихся с текстом, явилась

78

дальнейшим шагом в исследованиях юмора и обозначила перспективы этих исследований.

Наличие бессознательного компонента, наличие противоречия, несоответствия, столкновения противоположностей, контраста (Гефдинг), парадоксальности, «нарушение узуальной сочетаемости» (И.В. Арнольд), неоправданного ожидания (Э. Кант), «провала символической коммуникации» (А.Г. Козинцев), «взрыва мысли» (М. Минский), «короткого замыкания мысли» (З. Фрейд) выделяются как основные признаки юмора, его существенные компоненты.

В изучение юмора внесла большой вклад лингвистика, фокусируя внимание на семантическом, семиотическом, лингво-литературном, текстовом, психолингвистическом и когнитивном аспектах. Использование таких понятий когнитивной лингвистики, как схемы, фреймы, сценарии, когнитивные модели, позволяет объяснить глубокие ментальные процессы юмора, его возникновение при распознавании мозгом когнитивных структур. Именно когнитивные способности человека позволяют воспринимать и создавать комическое, основываясь на воспоминаниях, ассоциациях, восприятии метазначений, что доказывает когнитивная теория юмора А. Кларка, как дальнейшее развитие научного направления в исследованиях юмора, которое активно разрабатывалось во второй половине ХХ века лингвистическими теориями юмора.

С 60х годов ХХ века в Америке и Западной Европе широкое развитие получают лингвистические теории юмора, среди которых можно выделить семиотические, семантические, лингво-литературные и другие исследования. Американский лингвист Сальваторе Аттардо в книге «Linguistic Theories of Humour» представляет следующую классификацию лингвистических теорий современных западных исследователей: семиотические и текстовые, семантические, основанные на сценариях, стилевые теории. Семиотические и текстовые теории объединены по принципу восприятия смешного текста в контексте, а так же по отношению к литературным видам юмора и его связи с литературными явлениями [3].

Одним из родоначальников семиотической теории юмора считается А. Кёстлер (Koestler), бисоциативная когнитивная теория которого заключается в восприятии ситуации в двух самосогласованных, но несовместимых фреймах, при столкновении которых возникает комический эффект. С. Аттардо отмечает, что эта теория мало соотносима с теорией скриптов и носит больше теоретический и психологический характер, но, тем не менее, она являлась толчком для развития последующих теории, и ее терминология широко использовалась в дальнейшем.

Представление юмора, основывающееся на теории несовместимости содержит семиотическая теория юмора Д. Дорфлеса (Dor-fles) (1968). Независимо от Д. Дорфлеса в начале 70х методологию семиотики использует Милнер (1972), представивший систематизацию каламбуров, где разнообразные форы юмора возникают при столкновении двух универсумов (universes) в одном лингвистическом контексте, при этом само столкновение возникает в процессе инверсии.

Среди семиотических теорий С. Аттардо выделяет группу исследований, относящуюся к Болонской школе, представленной итальянскими учеными Болонского Университета, сделавшими значительный вклад в генеративную лингвистику и исследования искусственного интеллекта.

В 70е годы гипотезу противопоставления смешного языка «серьезному» выдвигает Манетти (1976), который развивает гипотезу Дорфлеса и определяет шесть механизмов отстранения: метонимию, метафору, изменения в произношении, деконтекстуализа-цию, сравнение и деформацию, с использованием «двойной изотопии» Греймаса находит оппозицию между недвусмысленным языком и семантическим двусмысленным комическим языком.

У. Эко изучает приемы юмора и указывает на существование риторических средств, в которых даются социальные или интертекстуальные фреймы или сценарии уже известные публике, вариации фреймов, вовлеченные в текст, вызывают комический эффект [3, с. 179].

Теории эволюционно-культурной семиотической модели, представляющие собой многодисциплинарный подход - соединение семиотики, психологии и социологии, включают семиогенетический подход Коха и теорию Вогель [3, с. 181].

Теории на основе интереса к литературным феноменам, относящиеся к лингво-литературным, представлены текстовой теорией Шмидта [3, с. 186].

На фоне возросшего интереса в генеративной грамматике к контекстуальной семантике в конце 70х годов развиваются семантические теории юмора, одним из основных понятий в которых является понятие «скриптов». К наиболее значительным исследованиям относится семантическая теория скриптов В.Раскина (1979), которая определяет чувство юмора как способность воспринимать, интерпретировать и наслаждаться смешным, что, несмотря на все обилие литературы, рассматривалось в исследованиях лингвистов в незначительном объеме.

В рамках семантической теории скриптов В. Раскин определяет два необходимых условия существования смешного: 1) текст соот-

носится с двумя разными скриптами; 2) эти два скрипта составляют оппозицию. Таким образом, действие теории заключается в двух этапах: порождение комического текста из имеющихся элементов говорящим, и распознавание комического текста слушающим. Скрипт или сценарий является когнитивной структурой, несущей в себе информацию о чем-то. Скрипты выстраиваются в одну семантическую схему, образуя между собой антонимические, синонимические и другие виды связей. По мнению В. Раскина, семантическая теория ставит перед собой две задачи: установить все скрипты, доступные говорящему, и комбинаторные правила, которые связывают все возможные значения скриптов до тех пор, пока не будут задействованы все элементы текста. При соотнесении друг с другом скрипты могут частично совпадать, при этом, если скрипты находятся в оппозиции, то совпадение порождает юмор, если же скрипты не противоположны, то это может быть метафорой, аллегорией, аллюзией и др. таким образом, еще раз подчеркивается одно из главных условий SSTH "the two scripts that in the text to be "opposed"" [3, с. 204].

Логика психологического анализа совмещается с лингвистическим подходом при рассмотрении М. Аптером (Apter) мотивационно-го компонента восприятия юмора. «Мотив и цели восприятия юмора в значительной степени определяют актуализацию тех или иных когнитивных схем при интерпретации и реинтерпретации юмористического события» [1, с. 653].

Среди психологических теорий юмора следует отметить теорию Р. Уайр и Дж. Коллинза, основывающих свое исследование на несовпадении двух когнитивных схем, вовлеченных для того, чтобы понять одно и то же событие или ситуацию, при условии, что интерпретация второй схемы, менее важная, по сравнению с начальной схемой. "The amount of humor elicited also depends on the amount of cognitive elaboration that is generated concerning event and its implications. Cognitive elaboration has to do with the degree to which the activated schemas play back and forth on each other, eliciting further concepts and mental imagery. The more cognitive elaboration is elicited by the humorous event, the more it will be enjoyed and perceived to be funny" [6, с. 87]. ]. Если Дж. Коллинз и Р. Уайр рассматривают влияние на комический эффект смысловой потенциал шутки, то влияние настроения на юмор изучает Ламберт Деккерс "Personality traits and psychological states are two types of response dispositions that affect the likelihood or threshold of exhilaration" [5, с. 309].

Следует отметить, что в последнее время все больше появляется теорий на стыке психологии и лингвистики, к таким исследова-

ниям относятся работы С. Аттардо и В.Раскина, Коллинза и Уайра, Салса и др.

В когнитивной лингвистике механизмы восприятия юмора рассматриваются независимо от вида юмора или использованных приемов остроумия. Значительным вкладом в этой сфере является теория распознавания структур юмора британского ученого Аласта-ра Кларка, изложенная в серии работ «Восемь структур юмора» (The Eight Patterns Of Humour). Основной элемент теории А. Кларка - структуры, состоящие из более мелких единиц, которые в огромном количестве уже находятся в сознании человека или попадают туда извне, и, в целом, представляющие собой любую информацию, доступную человеческому мозгу. "Since we are concerned here with the process of apprehension of all information, a consequence of the theory is a reintegration of all sources of amusement and all causes of laughter, revealing a far greater faculty than the apparently light-hearted world of comedy might imply" [4, с. 16]. Основными терминами и понятиями, которыми оперирует А. Кларк, являются единицы информации, примеры или случаи восприятия информации, контекст восприятия и понимания информации, структуры, возникающие при восприятии единиц информации.

Согласно А. Кларку, структуры, разделенные по типам отношения единиц и контекста на два типа, таким образом составляют систему для анализа внешнего мира и влияния на него: структуры точности, включающие в себя позитивное повторение (positive repetition), разделение (division), завершение (completion), перевод (translation) и структуры значения, состоящие из аппликативной и качественной декон-текстуализации (applicative and qualitative recontextualization), оппозиции (opposition) и градации (scale).

Структуры качества (Patterns of fidelity) подразумевают схожесть двух или более единиц в одном и том же повторяющемся контексте. "The recognition of similarity involves the identification of a connection between those units, a common property or cluster of properties expressed in both. While this connection may be composed of any quality or quantity, it provides the context, the stated criterion, by which all selected units are compared" [4, с. 36]. Наиболее частотной является структура повторения, представляющая собой совокупность двух или нескольких схожих единиц (предметов, свойств, действий), встречающихся в одном контексте. Как пример такой структуры А. Кларк приводит смех людей, которые узнают, что жили на одной и той же улице в одно и то же время в прошлом до знакомства друг с другом. Повторение частей разделенного объекта в пространственных, временных или качественных рамках представляет собой структуру разделения, часто встречающуюся в клоунаде, физиче-

ском передразнивании. Структура завершения, характерная для сенсаций, слухов, детских забав и проказ, подразумевает наличие добавочной информации, расширяющей повторяемую единицу, в качестве которой могут выступать чувства и эмоции человека. Структура перевода осуществляется путем перевода единиц информации из одной сферы в другую. "Translation is ... comparing analogous units in different media" [4, с. 59].

Структуры количества (Patterns of magnitude) основаны на повторении одних и тех же единиц в разных контекстах. "... it is vital to a comprehension of magnitude that the same unit, with the same persistent identity, is seen to be the unit that is repeated in the new context" [4, с. 65]. Структуры противоположности основаны на зеркальной или других оппозициях физических, концептуальных или семантических аспектов. Аппликативная деконтекстуализация представляет замену функций единицы. При игре в засаду происходит реинтерпритация стимула из пугающего в добрый (благоприятный). Юмор возникает, когда происходит второе распознавание деконтекстуализации информации - из серьезного в игровое. При варьировании единицы при разных условиях и состояниях, сохраняя свою подлинность, реализуется структура качественной деконтекстуализации. Повторение единиц разных размеров или свойств представляет собой структуру градации, наглядным примером чего А. Кларк приводит зеркальную комнату.

Единицы информации, находящиеся в мозге или попадающие туда, в зависимости от контекста и взаимодействия с ним образуют когнитивные структуры юмора.

А. Кларк утверждает, что чувство юмора человека является не только способностью воспринимать и производить смешное, но также является и значительным стимулом когнитивной активности мозга, что подтверждает значительность развития когнитивной лингвистики и исследования юмора с использованием ее механизмов. «Basically humour is all about information processing, accelerating faculties that enable us to analyse and then manipulate incoming data» [4, с. 12].

Ценность исследования А. Кларка состоит не только в том, что он изучает условия возникновения юмора, а рассматривает способы развития когнитивных процессов через процессы, возникающие при восприятии юмора.

В отечественном языкознании, переживающем период интенсивного развития когнитивного направления, сформулированы основные теоретические постулаты и методы лингвокогнитивного исследования юмора, чему была посвящена конференция, проведенная Институтом языкознания РАН в Дубне в 2005 году. По итогам конференции была выпущена книга «Логический анализ языка. Языковые механизмы ко-

мизма» [2], содержащая материалы анализа языковых механизмов, вызывающих комический эффект, а также анализ функций комизма в межличностном и социальном общении.

Таким образом, в современных гуманитарных науках вопрос об онтологии юмора сохраняет свою актуальность, особый интерес представляют современные теории юмора, всесторонне рассматривающие такое явление, как юмор. Наличие обширной базы лингвистических исследований открывает перспективы для дальнейшего изучения юмора, однако, наиболее актуальным на данный момент является исследование когнитивных основ юмора, так как когнитивные структуры юмора позволяют понять не только механизм возникновения самого юмора, но и предлагают основы для понимания когнитивных процессов человека в целом. С когнитивной лингвистикой связаны новые акценты в понимании языка, открывающие широкие перспективы его изучения во всех разнообразных связях с человеком, его интеллектом, со всеми познавательными процессами. Когнитивная лингвистика выходит за рамки собственно лингвистики, соприкасаясь с логикой, психологией, социологией, философией, что делает возможным комплексное изучение социально значимого явления комического.

Список литературы

1. Ениколопов С. Н., Иванова Е.М. Юмор: психология и лингвистика // Логический анализ языка. Языковые механизмы комизма / отв. ред. Н. Д. Арутюнова. - М.: Индрик, 2007.

2. Логический анализ языка. Языковые механизмы комизма / отв. ред. Н.Д. Арутюнова. - М.: Индрик, 2007.

3. Attardo Salvatore Linguistic Theories of Humor. Humor Research. - Berlin; New York: Mouton de Gruyter, 1994.

4. Clarke Alastair The Eight Patterns Of Humour - Cumbria, UK: Pyrrhic House,

2009

5. Deckers Lambert Influence of mood on humor // The sense of humor: exploration of a personality characteristics / edited by Wilibald Ruch. - Berlin; New York: Mouton de Gruyter, 1998.

6. Martin Rod A. The psychology of humor: an integrative approach - Academic Press, 2007.

7. Raskin Victor The sense of humor and the truth // The sense of humor: exploration of a personality characteristics / edited by Wilibald Ruch. - Berlin; New York: Mouton de Gruyter, 1998.