Современная историческая литература о развитии медицины и здравоохранения в российской империи

Е.М. Смирнова

СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА О РАЗВИТИИ МЕДИЦИНЫ

И ЗДРАВООХРАНЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

В статье обозревается новая отечественная литература по истории российской медицины и здравоохранения XVIII - начала ХХ в. Выявляется проблематика научных монографий и научно-популярных книг, характеризуется их источниковая база, определяется степень новизны и научная значимость. Делается вывод, что специалисты уделяют преимущественное внимание военной и земской медицине, «медицинской истории» С.-Петербурга и Москвы, судьбе ведущих медицинских учреждений и личностям известных российских медиков.

Ключевые слова: Российская империя, С.-Петербург, Москва, здравоохранение, придворная медицина, военная медицина, земская медицина, медики, историография.

История медицины традиционно разрабатывалась преимущественно медиками. В последнее время к работе в этой области все чаще подключаются профессиональные историки. Тематический спектр исследований весьма разнообразен: в истории медицины России дореволюционного периода привлекают внимание государственная политика в области здравоохранения, лечебные и образовательные учреждения, региональное здравоохранение, персоналии. Относительно недавно получила развитие тема «Медицина и власть»: лечение носителей высшей власти, влияние их здоровья на судьбы государства1.

В 2008 г. вышло прекрасно оформленное фундаментальное исследование «Медицина и императорская власть в России»2. Книгу подготовил коллектив авторов - историков, архивистов, медиков: И.В. Зимин, А.Р. Соколов, С.П. Миронов и другие. Монография, охватывая период деятельности Придворной медицинской части

© Смирнова Е.М., 2013

Министерства императорского двора, реконструирует историю ведомств, отвечавших за здоровье и медицинское обеспечение первых лиц государства, и «медицинскую историю» российского императорского двора. Авторы убедительно доказывают, что при наличии персонифицированной высшей власти состояние здоровья монарха - важный фактор политической жизни, иногда фатально влияющий на исторический процесс.

Источниковедческая база монографии исключительно обширна: секретные архивные материалы, эпистолярные источники, дневники, мемуарная литература, периодика. Многие документы впервые введены в научный оборот, и их ценность для исследователей не исчерпывается данной темой.

Тему придворной медицины плодотворно разрабатывает Б.А. Нахапетов3. В 2007 г. вышла в свет его книга «Врачебные тайны Дома Романовых»4. Первая часть монографии, написанной на основе широкого круга архивных и литературных источников, «Власть и здоровье» посвящена истории придворной медицины. Автор выделяет этапы в развитии этого института, отслеживает постепенное преобразование придворного учреждения (Аптекарского приказа) в общегосударственное, затем его обособление и оформление в виде Придворной медицинской части Министерства императорского двора (1843 г.). Б.А. Нахапетов подробно излагает истории болезней императоров. Профессиональный подход позволил автору проанализировать с современной точки зрения диагнозы, поставленные лейб-медиками, оценить деятельность придворных врачей с учетом весьма ограниченных возможностей медицины XVIII-XIX вв., выявить врачебные ошибки. На основании современных представлений о танатогенезе подробно рассматриваются различные версии причин смерти Петра I, Александра I, Николая I, Александра III.

Вторая часть исследования посвящена придворным медикам -элите врачебного сословия. Б.А. Нахапетов дает общую характеристику этой профессиональной группе, фиксируя при этом и постепенное повышение социального статуса придворного врача, и формирование его особых личностных качеств в процессе общения с представителями высшего эшелона власти, вклад в развитие отечественной медицины и здравоохранения. В этот раздел включены биографии лейб-медиков Р. Эрскина, Н. Бидлоо, Я.В. Вил-лие, С.П., С.С. и Е.С. Боткиных и других. Собранный материал позволил составить список лейб-медиков, включающий около 200 фамилий. Обращает на себя внимание стремление автора восстановить историческую справедливость: деятельность при-

дворных врачей либо замалчивалась, либо получала негативную оценку, обусловленную идеологическими подходами, отношением к институту самодержавия.

Последнее десятилетие отмечено выходом фундаментальных работ по истории медицины С.-Петербурга и Москвы.

К 300-летию С.-Петербурга был приурочен выпуск «Истории медицины Санкт-Петербурга XVIII в.»5, написанной А.А. Будко и А.В. Шабуниным. Статьи А.А. Будко по истории медицины бывшей столицы империи вошли и в другое юбилейное издание -«Три века Санкт-Петербурга. Энциклопедия»6. Его «История медицины Санкт-Петербурга XIX - начала ХХ в.», опубликованная в 2010 г.7, развивает эту тему.

А.А. Будко, основываясь на документальном материале и большом массиве исследований, показал, как С.-Петербург на протяжении XIX в. постепенно превратился в один из центров мировой научной и практической медицины. Именно здесь значительно раньше, чем в других странах Европы, в клиническую практику были внедрены методы физического обследования больных. Со столицей империи связаны жизнь и деятельность корифеев российской медицины Н.И. Пирогова, С.П. Боткина, всемирно известных физиологов И.М. Сеченова и И.П. Павлова и многих других.

Значительное внимание уделено военной медицине8: С.-Петербург являлся главным центром организации медицинского обеспечения армии и флота. Военная медицина активно участвовала в становлении и развитии гражданского здравоохранения: при организации медицинской помощи горожанам использовался опыт работы военных госпиталей, территориальный принцип обслуживания, сочетание лечебной, санитарно-гигиенической и противоэпидемической деятельности, научные разработки.

В монографии всесторонне рассматривается «медицинская жизнь» С.-Петербурга: военная, гражданская и придворная медицина, медицинская благотворительность и организация первых в России общин сестер милосердия, роль медицинских обществ, медицинской периодики и медицинских музеев, деятельность известных врачей. Автор проследил развитие системы медицинского образования, при этом особое внимание уделил Императорской медико-хирургической академии и Женскому медицинскому институту.

Богатый фактический материал, в том числе и ранее неизвестный (например, сведения о первом хирургическом обществе), представляет собой не только исторический интерес.

Сборник «Первый госпиталь и военная медицина России: 300 лет служения Отечеству» задуман как многотомное издание, адресованное массовой аудитории. В 2010 г. вышла в свет 1-я книга 1-го тома9, охватывающая XVIII - начало XIX в. В ее подготовке приняли участие специалисты, представляющие различные отрасли науки: медики, историки, искусствоведы. Среди них известные историки медицины - А.А. Будко, М.Б. Мирский, В.О. Самойлов. Подробно рассмотрена история открытия Московского госпиталя, исчерпывающе проанализированы направления его работы, деятельность выдающихся отечественных медиков, связанных с Московским госпиталем, некоторые аспекты истории военной медицины. Использован богатый фактический материал, в основном имеющихся специальных исследований, не известных или мало известных массовому читателю.

Книга состоит из 28 глав, точнее статей, разных авторов, объединенных общей темой (а в некоторых случаях и выходящих за ее рамки). Видимо, этим обстоятельством объясняется дублирование ряда сюжетов. Так, неоднократно излагаются история строительства госпиталя, учреждения госпитальной школы и организации учебного процесса, биографии Н. Бидлоо, Л.Л. Блю-ментроста, П.З. Кондоиди и других. Обращают на себя внимание некоторые неточности. Так, М.Б. Мирский датирует учреждение Аптекарского приказа 1581 г.10, тогда как в следующей статье искусствоведы С.И. Баранова и Л.П. Колесникова относят создание приказа к началу XVII в.11 У историков медицины нет на этот счет единого мнения, и это надо было бы объяснить читателю. Л.Е. Горелова, подводя итоги развития медицинского образования в XVIII в., пишет: «Таким образом, к началу XIX в. подготовка врачебных кадров осуществлялась на базе медико-хирургических академий и медицинских факультетов университетов». И далее: «...Задача медицинских факультетов университетов заключа-лась...»12 Однако хорошо известно: в XVIII в. врачей готовил только Московский университет. Дерптский, Казанский и другие были открыты уже в XIX в.

В 2010 г. в России широко отмечался 200-летний юбилей Н.И. Пирогова (1810-1881). Библиография Н.И. Пирогова, насчитывает свыше трех тысяч статей, монографий, диссертаций, художественных произведений. К памятной дате было приурочено издание новых работ.

Специалисты Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова (бывшей Медико-хирургической академии), с которой связан наиболее важный и плодотворный период в жизни Пирогова,

тщательно исследуют его жизнь и научное наследие, стремясь сохранить в памяти потомков его образ. В начале 1990-х годов коллектив сотрудников академии приступил к работе над «Пироговской энциклопедией». Подготовленные исследования составили сборник «Николай Иванович Пирогов. Очерки жизни и творчества»13.

Документальной основой исследований послужило научное, педагогическое и мемуарное наследие Пирогова. Авторы сборника стремились к всестороннему освещению жизни и деятельности этого выдающегося ученого, хирурга, администратора, педагога, общественного деятеля, мыслителя. Они отмечают прежде всего новаторство, многогранность гения Пирогова, его высокие личностные качества, интуицию и наблюдательность исследователя. Читатель убеждается, что идеи Пирогова не утратили познавательно-практического значения, например, в области военно-полевой хирургии и военно-медицинского законодательства. Актуальны как никогда его мысли о значении нравственного воспитания молодого поколения.

Под перекрестным вниманием авторов, анализирующих различные стороны деятельности Пирогова, зачастую оказываются одни и те же сюжеты: преподавание в Дерптском университете, создание анатомического института и кафедры при Медико-хирургической академии, изучение применения наркоза, разработка положений военно-полевой хирургии. И хотя авторы (Е.И. Веселов, О.С. Лобастов, И.Ф. Гайворонский, Н.Ф. Фомин, С.А. Повзун, С.М. Герасимов, Е.К. Гуманенко, В.С. Антипенко, Н.Д. Тынянкин и другие) стремились добавить новые детали, найти новые яркие штрихи, повторов избежать не удалось.

Более значительный интерес представляют очерки, посвященные слабо изученным сторонам и эпизодам жизни и творчества Пирогова. Это, прежде всего, работы В.О. Самойлова («Физиологические основы врачебной деятельности Н.И. Пирогова»), А.В. Шабунина и Г.А. Грибовской («Участие Н.И. Пирогова в работе Медицинского совета Министерства внутренних дел Российский империи» и «Пироговский кружок и его роль в истории отечественной медицины»). В.И. Погорелов («Мировоззрение Н.И. Пирогова») подводит черту под длившейся более века дискуссией о философских и религиозных взглядах Пирогова, когда и представители материалистического направления отечественной философии, и апологеты официального православия зачисляли великого ученого в свои ряды. Автор приходит к выводу, что «дефицит духовности в обществе, кризис морали, обострение гло-

бальных проблем вновь поставили в повестку дня идею Н.И. Пирогова о необходимости союза религии и естествознания»14.

Не все работы, включенные в сборник, выполнены на достойном научном уровне.

Так, слаба попытка анализа педагогических идей Пирогова в очерке В. И. Буравцова и С. В. Тучина о педагогической деятельности Н.И. Пирогова15. Авторы, указывая на их актуальность, в то же время предоставляют читателю самому домысливать, в чем именно эта актуальность состоит. Работу отличает поверхностная, вне исторического контекста трактовка событий, пространное цитирование, отсутствие научно-справочного аппарата.

В очерке И.С. Захарова «Отношение Н.И. Пирогова к крестьянской реформе 1861 года» обнаруживается недостаток базовых исторических знаний у автора, в первую очередь содержания реформы, проблем ее реализации. Основной источник, на который опирается автор - «Вопросы жизни. Дневник старого врача». Записи, датируемые февралем 1880 г. и мартом 1881 г. (именно на них чаще всего ссылается И.С. Захаров), - это размышления Пирогова о государстве, об отношениях власти и общества и необходимости культурного развития общества как условии социального прогресса. То есть вопросы, которые поднимает Пирогов, гораздо шире, чем это представляет себе автор. Необоснованным представляется выделение Захаровым трех этапов эволюции взглядов Пирогова на реформу 1861 г.16: речь идет о его оценке различных аспектов социального реформирования в России.

Перу А.С. Киселева принадлежит новый биографический труд о Пирогове17. В книге подробно отражены жизненный путь Пиро-гова, духовное и нравственное развитие, долгие и трудные поиски религиозно-мировоззренческих ориентиров, описана среда, в которой он вращался. В центре повествования - профессиональная деятельность Пирогова, ученого, практикующего хирурга, администратора и педагога. Автор анализирует причины конфликтных ситуаций и действие тайных пружин, которые вынудили Пирого-ва покинуть Медико-хирургическую академию и, в конечном счете, привели к увольнению с государственной службы. Автору удалось показать масштабность и многогранность личности одного из корифеев российской медицины. Книга А.С. Киселева - добротное обобщение всего ранее написанного о Пирогове.

Последние годы отмечены выходом целого ряда работ биографического характера, что свидетельствует о повышенном интересе исследователей - медиков и историков - к выдающимся деятелям российской медицины в «человеческом измерении». Общим для

работ по этой тематике является стремление поместить своего героя в реальный культурно-исторический контекст, познакомить читателя с его окружением, понять его внутренний мир, дать морально-нравственную оценку его личности. В научный оборот вводятся неизвестные или не привлекавшие ранее внимания материалы: частная переписка, мемуары, публицистика, фотодокументы.

Внимание, в первую очередь, привлекает книга А.А. Будко и А.В. Шабунина о С.П. Боткине18.

Научная, врачебная, педагогическая и общественно-благотворительная деятельность создателя крупнейшей отечественной школы терапевтов, профессора Императорской медико-хирургической академии (с 1881 г. - Военно-медицинской академии), гуманиста и патриота хорошо изучена. Менее известна частная жизнь, взаимоотношения с коллегами, друзьями, работа в качестве лейб-медика императорского двора. Авторы восполняют этот пробел, уделяя в то же время должное внимание оценке научно-практического наследия Боткина. Широко привлекаются архивные источники: письма самого Сергея Петровича, членов его семьи, соратников, учеников. Главы исследования посвящены родословной талантливой семьи Боткиных, оставившей яркий след в истории русской культуры, основным вехам биографии великого терапевта. Подробно освещается академическая жизнь, борьба между «немецкой» и «русской» партиями (Боткин возглавлял «русскую» партию). Авторы обращают внимание на многосторонний характер деятельности Боткина: работа в академической клинике, в Медицинском совете (МВД), в Георгиевской общине сестер милосердия, в качестве гласного С.-Петербургской городской думы и лейб-медика императорского двора (Боткин был удостоен этого почетного звания первым из русских по происхождению врачей). В 1886 г. он возглавил Комиссию по оздоровлению России при Медицинском совете («Боткинская комиссия»). Авторы отмечают высокий авторитет Боткина в медицинском мире: он был членом многих отечественных и зарубежных медицинских обществ.

Отдельная глава посвящена знаменитым пациентам, среди которых, помимо Александра II и императрицы Марии Александровны, были его коллеги, в частности Я.А. Чистович и В.Л. Грубер, выдающиеся деятели науки и культуры - И.И. Шишкин, Ф.И. Тютчев, Н.А. Некрасов, В.В. Стасов, А.Ф. Кони, Д.И. Менделеев и многие другие. Многогранная личность выдающегося российского ученого и врача во всей полноте раскрывается на фоне широкой панорамы общественной и культурной жизни С.-Петер-

бурга, в которую вписывались музыкальные вечера у Боткина (их посещали М.А. Балакирев, А.П. Бородин, А.Г. Рубинштейн, И.П. Павлов), а также характеристик его друзей - Н.А. Белоголового (однокурсника и первого биографа Боткина), И.М. Сеченова, Э.А. Юнге, Е.В. Пеликана.

Личность Боткина выписана ярко, особенно его поразительное трудолюбие, любовь к людям, бескорыстие, готовность к самопожертвованию, нравственная сила. Книга, заявленная как научно-учебное издание, увлекательно написана. Своим исследованием о Боткине авторы подтвердили, что «каждое поколение находило в нем воплощение своих представлений об идеальном "Враче будущего"»19.

Высокие нравственные качества С.П. Боткина проявились в его детях. Самопожертвование стало смыслом жизни лейб-медика Евгения Сергеевича Боткина (1865-1918). Интерес к этой незаурядной личности связан с переосмыслением событий начала ХХ в., что проявилось в сборнике «Царский лейб-медик. Жизнь и подвиг Евгения Боткина»20. Сборник открывается очерком составителя О.Т. Ковалевской о Е.С. Боткине, добровольно разделившем трагическую участь царской семьи, и его дочери Татьяне Евгеньевне, посвятившей свою жизнь сохранению памяти об отце и семье Романовых. Центральное место занимают воспоминания Татьяны Евгеньевны Боткиной-Мельник (1898-1986). Мемуары прошли долгий путь к российскому читателю. В 1980 г. книга увидела свет во Франции, ее русский перевод многие годы в единственном экземпляре ходил по рукам. Публикация стала возможной лишь в наши дни.

Воспоминания Т.Е. Боткиной охватывают период жизни с отцом в Царском Селе и полное испытаний и тяжелых предчувствий пребывание в Тобольске, куда последовала за отцом 19-летняя Татьяна - до прощальной встречи с отцом. Его после отказа покинуть царскую семью отправили вместе с Романовыми в Екатеринбург. На фоне трагических событий эпохи вырисовывается скромная, цельная, нравственно высокая личность, для которой честь, верность присяге, врачебному долгу, царской семье значили больше, чем собственная жизнь. В книгу вошли письма Е.С. Боткина к детям и брату, П.С. Боткину. Многие документы и фотографии опубликованы впервые.

К 110-летию Санкт-Петербургского государственного университета физической культуры им. П.Ф. Лесгафта была выпущена книга В.А. Таймазова «Петр Францевич Лесгафт (18371909). История жизни и деятельности», написанная в соавторстве

с Ю.Ф. Курамшиным и А.Т. Марьяновичем21. В основу работы положены документы ЦГИА Санкт-Петербурга, письма коллег и друзей. Использованы ранее не известные материалы, связанные с деятельностью основанного Лесгафтом Общества содействия физическому развитию. Аскет и бессребреник, деятельный гуманист, талантливый педагог и ученый, выступавший против заблуждений и рутины, - таким мы видим основателя научной системы физического воспитания в России Лесгафта на страницах книги.

В совершенно ином свете предстает другая знаковая фигура медицинского мира России XIX в. Речь идет о книге В.Д. Топо-лянского «Доктор Захарьин: легенды и реальность. Антология»22. Автор, известный врач, историк и публицист, пытается найти в прошлом причины кризисных явлений в духовной жизни современного общества, затронувших и сферу медицины: эрозии гуманистических идеалов и коммерциализации. По мнению Топо-лянского, у истоков этих явлений стоял Григорий Антонович Захарьин (1830-1897), профессор Московского университета, основатель одной из научных терапевтических школ. «Антология» состоит из трех частей.

В первой («Суждения современников») собраны воспоминания бывших студентов (Н.Ф. Голубова, П.Ф. Филатова и др.): единодушно отмечается «талантливость и сила ума» Г.А. Захарьина, «блестящего преподавателя и несравненного врача-практика». Сюда же включены свидетельства тех, кому случилось непосредственно оценить его врачебное мастерство.

Вторую часть («Глава Московской клинической школы» ) составили публикации единомышленников и оппонентов Захарьина. Если первые (например, профессор Дерптского университета С.М. Васильев) видят в Захарьине гениального клинициста и блестящего практика, то вторые, высоко ставя Захарьина-клинициста, оценивают его с точки зрения норм врачебной этики. Известный деятель земской медицины и публицист Д.Н. Жбанков (в «Антологии» помещены три его статьи) подводит черту под полемикой вокруг личности Захарьина, развернувшейся в медицинской прессе, и констатирует нравственную деградацию профессора, смотревшего на свои знания «как на доходную лавочку»23.

В третьей части («Жизненный путь») В.Д. Тополянский выступает в качестве автора. На основе многочисленных свидетельств современников и фактов биографии Захарьина он не только обвиняет знаменитого врача в алчности, отказывает ему в отзывчивости и сострадании («он был способен лишь имитировать

милосердие»), но и критикует его диагностический метод (получивший, кстати, международное признание): «Захарьин выступал фактически в роли государственного чиновника, облеченного властью и наделенного правом снимать необходимые для клинического следствия показания»24. Не скрывая своего негативного отношения к Захарьину, считая его «носителем зла», В.Д. Тополянский попутно отрицает и его вклад в науку.

Напротив, В.И. Бородулин пишет о Захарьине как о «самой удивительной, загадочной фигуре в истории отечественной клиники внутренних болезней», о «поразительной противоречивости» его характера, которой «не переставали изумляться писавшие о нем современники и историки»25.

Биобиблиография российской медицины пополнилась двумя работами Л.Б. Лазебника и В.С. Беляевой. Их книга «Российские терапевты»26 - персонифицированная история отечественной медицины, медицинского образования и ведущих терапевтических школ. Авторы использовали материалы научных изданий, публицистику, документальные источники. В книге представлены биографии медиков XVIII-XIX вв. Авторы не ставили перед собой исследовательских задач, обошли «острые углы» (например, вопрос о дате открытия медицинского факультета Московского университета, спорные оценки Г.А. Захарьина).

Перу этих же авторов принадлежит другое популярное издание - биография Ф.П. Гааза (1780-1853)27, одной из самых обаятельных личностей в истории российской медицины. Немец, католик, он с 1806 г. находился на русской службе. Будучи членом Московского губернского тюремного комитета и главным врачом московских тюрем, Гааз приобрел репутацию «святого доктора». Отказавшись от личного благополучия, врач посвятил свою жизнь самоотверженному и бескорыстному служению ближнему. Подвижническая деятельность Гааза, которую питала вера, была направлена на облегчение участи заключенных, сохранение их человеческого достоинства, поддержание духа, здоровья и оказание медицинской помощи. В книге собран известный материал о Гаазе, которого авторы показывают через видение его современников -В.А. Жуковского, А.И. Герцена, А.Ф. Кони и других. Специальная глава посвящена собственно медицинским и религиозно-философским взглядам врача. Девиз «святого доктора» - «Спешите делать добро» - звучит особенно актуально сегодня, когда мы испытываем острый дефицит человечности.

Поиски оптимальных путей развития здравоохранения в современной России побуждают исследователей обращаться к исто-

рическому опыту, искать в прошлом ответы на актуальные вопросы дня сегодняшнего. Этим, на наш взгляд, объясняется появление в последние годы работ, посвященных анализу политики российского государства в сфере «охранения народного здравия» в XVIII - начале ХХ в. Предметом исследований становятся создание и развитие системы здравоохранения, правовое обеспечение, деятельность центральных и местных органов государственной власти, органов местного самоуправления. Внимание к теме представляется тем более своевременным и обоснованным, что в отечественной историографии нет фундаментальных работ, которые бы всесторонне рассматривали эволюцию государственной политики в данной области.

Работа А.Н. Пищита и Н.Г. Гончарова о правовом регулировании здравоохранения в России, охватывающая весь период существования российской государственности, содержит краткий обзор основных нормативно-законодательных актов и конкретных организационно-правовых форм управления здравоохра-нением28.

Монография Н.И. Пристансковой о правовом регулировании врачебно-санитарной деятельности в Российской империи29 представляет собой исследование нормативно-правовой базы медицинской деятельности, процесса формирования и развития системы органов управления здравоохранением. Хронологические рамки исследования - 1830-1917 гг. Выбор точки отсчета - 1830 г. (завершение работы над Полным собранием законов и Сводом законов Российской империи), на наш взгляд, неоправдан. За рамками исследования остался период становления государственной системы управления здравоохранением в XVIII в. и ее реформирования в конце XVIII - начале XIX в. Автор обходит молчанием основные элементы системы: Медицинский департамент (до 1803 г. - Медицинская коллегия) и канцелярия Генерал-штаб-доктора по гражданской части в составе Министерства внутренних дел (в 1810-1819 гг. - Министерства полиции), врачебная управа - именно эти органы управляли гражданской медициной, а не приказы общественного призрения, как ошибочно полагает автор. В перечне министерств, которые ведали здравоохранением, не упоминается, в частности, Министерство государственных иму-ществ. Между тем это министерство в 1840-1850-е годы в рамках реформы управления государственными крестьянами создало для них особую «медицинскую часть».

Анализируя пореформенный период, Н.И. Пристанскова ограничивается рассмотрением роли земских учреждений (и отчасти

городских самоуправлений) в организации медицинской помощи населению, ее форм, достижений земской медицины, отраженных в приведенном статистическом материале, и значения. Однако земская медицина не заменяла собой государственную организацию здравоохранения, к тому же земское положение распространялось только на 34 губернии империи. Вопрос о нормативно-правовом регулировании отношений между земскими учреждениями и местной администрацией в сфере здравоохранения, о разделении функций между земскими медицинскими структурами и врачебным отделением губернского правления, под контролем которого они функционировали, не рассматривается. Как была организована медицинская помощь населению в губерниях, где отсутствовало земство, на какой правовой основе - об этом не сказано ни слова.

Нельзя согласиться с предложенной автором периодизацией развития врачебно-санитарного законодательства30: она сделана по различным основаниям. Выделение первого (начало XIX в. -1832 г.) и третьего (1864-1890 гг.) этапов не обусловлено развитием нормативно-правовой базы здравоохранения: первый этап автор связывает с завершением работы по кодификации российского законодательства (к тому же сам этот этап не рассматривается в монографии). Третий этап характеризуется как период «зарождения и становления» земской медицины (но не ее нормативно-правовой базы). Выделение второго (1832-1865 гг.) и четвертого (1890-1917 гг.) этапов определяется изменениями законодательной базы, при этом содержание второго этапа, по мнению автора, - становление врачебно-санитарного законодательства и органов управления государственной медицины, что не соответствует действительности (эти процессы происходили в течение XVIII в.).

За последние годы вышли также работы, в которых история медицины соединена с литературоведением.

Так, М.Я. Каган-Пономарев в книге «Литераторы-врачи: очерки и подходы» исследует специфические черты творчества врачей-писателей (А. Чехова, В. Вересаева, М. Булгакова и других)31.

В «Медицинской карте М.Ю. Лермонтова» Б.А. Нахапетова32 страницы биографии поэта рассмотрены через «очки» врача-клинициста. Изучен контекст разнообразных взаимосвязей Лермонтова с людьми из мира медицины, что нашло отражение в его творчестве, - доктором Н.В. Мейером, Н.Ф. Арендтом, И.Е. Дядьков-ским и другими. Показано, что родоначальника психологического

реализма интересовала взаимосвязь душевного и физического здоровья его героев как фактора, определяющего их поступки.

На региональном уровне историю медицины активно изучали местные историки, медики, краеведы. Их книги, как правило, отличаются стремлением к популярности изложения и разнообразием тематики (реконструкция истории здравоохранения края и лечебных учреждений, биографии видных врачей и т. д.). Некоторые работы представляют собой попытку научного анализа проблем общероссийского масштаба: становление и развитие системы медицинского обслуживания населения и становление земской ме-дицины33.

За последние годы три монографии опубликовала исследователь из Курска Н.Н. Коротеева34. Всем им свойственны серьезные недоработки и недостатки. Так, для книги «Государственная политика в сфере российской фармации XVI - начала ХХ в.» характерны непонимание автором многообразных факторов и логики развития аптечного дела, рассмотрение его вне связи с развитием медицины и здравоохранения, ошибочная периодизация истории аптечного дела, отсутствие анализа правовой базы аптечной деятельности, обширное изложение хрестоматийного материала, давно введенного в научный оборот историками медицины. Подробно недоработки и недостатки этой монографии были рассмотрены нами в другой статье35.

Обзор исторической литературы о развитии медицины и здравоохранения в Российской империи, опубликованной в последние годы, приводит к выводу, что основная работа ведется по традиционным направлениям: военная и земская медицина, «медицинская история» обеих столиц, научные медицинские школы, ведущие медицинские учреждения, персоналии. Усилия специалистов, в первую очередь профессиональных медиков, сконцентрированы на поиске и введении в научный оборот новых документов, ликвидации остающихся «белых пятен», обобщении и популяризации результатов исследований.

Медицина естественным образом связана с многовековой историей России. Она является важной составляющей политической, социальной и культурной жизни общества. На этом широком поле открываются возможности новых подходов, расширяются тематические горизонты. Показательна в этом отношении разработка темы медицинского образования, которая удачно вписывается исследователями в конкретно-исторический контекст. Пример - монография И.В. Зимина о подготовке медицинских кадров в XIX - начале XX в.36 Ее логическое продолжение - изу-

чение противоречивого процесса становления и развития советской системы высшего медицинского образования в работах Н.Т. Ерегиной37.

Подключение к изучению общей и частной истории медицины специалистов, работающих в разных отраслях гуманитарных наук, в первую очередь профессиональных историков, открывает многообещающие перспективы.

Примечания

1 Миронов С.П., Перов ЮЛ, Цветков В.М., Ястребов В.М. Кремлевская медицина (От истоков до наших дней). М., 1997; Зимин И.В. Медики и самодержцы: загадка смерти Николая I // Отечественная история. 2001. № 4; Он же. Император Александр II 1 марта 1881 года // Отечественная история. 2001. № 5; Он же. Деятельность придворной медицинской части Министерства Императорского двора: 1843-1917 гг. // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2002. № 3; Зимин И.В., Лукичев Б.Г., Клечиков В.З. История болезни и смерти Императора Александра III // Нефрология. 2002. № 2.

2 Медицина и императорская власть в России: Здоровье императорской семьи и медицинское обеспечение первых лиц России в XIX - начале ХХ века. М., 2008.

3 Нахапетов Б.А. В попечении о государевом здравии (Лейб-медики российских императоров). М., 2003; Он же. Тайны врачей дома Романовых. М., 2011; Он же. Лейб-медики российских императоров // Вопросы истории. 2000. № 1; Он же. Придворная медицинская часть в России, XIX век // Вопросы истории.

2002. № 8; Он же. Последний лейб-медик Российской империи // Вопросы истории. 2003. № 9.

4 Нахапетов Б.А. Врачебные тайны Дома Романовых. М., 2007.

5 Будко А.А., Шабунин А.В. История медицины Санкт-Петербурга XVIII в. СПб.,

2003.

6 Будко А.А., Селиванов Е.Ф. Медицинские органы управления // Три века Санкт-Петербурга: Энциклопедия. В 3 т. Т. 1. Осьмнадцатое столетие. Кн. 1. СПб., 2001; Они же. Медицина и здравоохранение // Три века Санкт-Петербурга: Энциклопедия. В 3 т. Т. 1. Осьмнадцатое столетие. Кн. 1.

7 Будко А.А. История медицины Санкт-Петербурга XIX - начала ХХ в. СПб., 2010.

8 Будко А.А., Быков И.Ю., Селиванов Е.Ф., Чиж И.М., Шабунин А.В. История военной медицины России, XIX - начало ХХ в. Т. 3. СПб., 2006.

9 Первый госпиталь и военная медицина: 300 лет служения Отечеству. В 2 т. Т. 1. Становление военной медицины России: В 3 кн. Кн. 1. Военная медицина и Московский госпиталь в XVIII - начале XIX столетия. М., 2010.

10 Мирский М.Б. Медицина допетровской Руси // Первый госпиталь и военная медицина... С. 25.

11 Колесникова Л.П., Баранова С.И. Здание Главной аптеки на Красной площади в Москве // Первый госпиталь и военная медицина... С. 31.

12 Горелова Л.Е. Первая госпитальная школа России // Первый госпиталь и военная медицина... С. 139, 140.

13 Николай Иванович Пирогов: Очерки жизни и творчества. СПб., 2010.

14 Погорелов В.И. Мировоззрение Н.И. Пирогова // Николай Иванович Пирогов: Очерки жизни и творчества. С. 186.

15 Буравцов В.И., Тучина С.В. Педагогическая деятельность Н.И. Пирогова // Николай Иванович Пирогов: Очерки жизни и творчества. С. 133-150.

16 Захаров И.С. Отношение Н.И. Пирогова к крестьянской реформе 1861 года // Николай Иванович Пирогов: Очерки жизни и творчества. С. 166.

17 Киселев А.С. Страницы жизни великого хирурга. СПб., 2010.

18 Будко А.А., Шабунин А.В. Великий Боткин: Сердце, отданное людям. СПб., 2006.

19 Там же. С. 4.

20 Царский лейб-медик: Жизнь и подвиг Евгения Боткина. СПб., 2010.

21 Таймазов В.А., Курамшин Ю.Ф, Марьянович А.Т. Петр Францевич Лесгафт (1837-1909): История жизни и деятельности. СПб., 2006.

22 Тополянский В.Д. Доктор Захарьин: легенды и реальность: Антология. М., 2009.

23 Там же. С. 264.

24 Там же. С. 435, 445, 541.

25 Бородулин В.И. История медицины России: Клиника внутренних болезней во второй половине XIX - первой половине ХХ века. М., 2011. С. 15.

26 Лазебник Л.Б., Беляева В.С. Российские терапевты. М., 2010.

27 Лазебник Л.Б., Беляева В.С. Ангелы добра: Житие и деяния московского доктора Федора Петровича Гааза. М., 2011.

28 Пищита А.Н., Гончаров Н.Г. Эволюция правового регулирования здравоохранения в России. М., 2007.

29 Пристанскова Н.И. Правовое регулирование врачебно-санитарной деятельности в Российской империи (XIX - начало ХХ вв.). СПб., 2007.

30 Там же. С. 146.

31 Каган-Пономарев М. Литераторы-врачи: очерки и подходы. М., 2007.

32 Нахапетов Б.А. Медицинская карта М.Ю.Лермонтова. М., 2008.

33 Выборнова М.А. Медицинское обслуживание населения Самарской губернии во второй половине XIX - начале ХХ века. Самара, 2010; Гущина Н.В., Илюхин А.А, Крупичатов В.К. Из истории лечебного дела в Калужском крае: К 200-летию Хлюстинских медицинских учреждений. Калуга, 2009; Долгушин И.С. Страницы истории медицины Тамбовского края и работа Тамбовской третьей городской больницы во второй половине ХХ в. Тамбов, 2009.

34 Коротеева Н.Н. История фармации (XVI - начало ХХ вв.). Курск, 2006; Она же. Земская фармация в Курской губернии (1865-1917). Курск, 2006; Она же. Государственная политика в сфере российской фармации XVI - начала ХХ в. Курск, 2010.

35 Смирнова Е.М. «Новое прочтение» истории фармации в России // Новый исторический вестник. 2012. № 2 (32). С. 105-112.

36 Зимин И.В. Подготовка медицинских кадров в России (XIX - начало ХХ вв.). СПб., 2004.

37 Ерегина Н.Т. Высшая медицинская школа России в годы Гражданской войны // Высшее образование в России. 2008. № 8. С. 172-176; Она же. Медицинский факультет Ярославского университета: несостоявшаяся судьба (1919-1924 гг.) // Новый исторический вестник. 2009. № 3 (21). С. 20-31; Она же. Новые страницы истории медицинского образования в России // Новый исторический вестник. 2009. № 3 (21). С. 143-146; Она же. Сталинские идеологические кампании и высшая медицинская школа,. 1946-1953. // Новый исторический вестник. 2009. № 4 (22). С. 48-57; Она же. Высшая медицинская школа России (1917-1953 гг.). Ярославль, 2010; Она же. Профессура высшей медицинской школы России под властью Советов (1917-1922) // The Soviet and Post-Soviet Review. 2012. Vol. 39. Issue 2. P. 56-83.