ИЗ ИСТОРИИ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ВНЕАКАДЕМИЧЕСКОГО БОГОСЛОВИЯ. ОТЗЫВ НА МОНОГРАФИЮ: ХОНДЗИНСКИЙ П., ПРОТ. «ЦЕРКОВЬ НЕ ЕСТЬ АКАДЕМИЯ»: РУССКОЕ ВНЕАКАДЕМИЧЕСКОЕ БОГОСЛОВИЕ XIX ВЕКА. М.: ИЗД-ВО ПСТГУ, 2016. 480 С

ТРУДЫ КАФЕДРЫ БОГОСЛОВИЯ

Научный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии Русской Православной Церкви

№ 2(6) 2020

И. Б. Гаврилов, В. А. Капитонов

Из истории отечественного внеакадемического богословия.

Отзыв на монографию: Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2016. 480 с.

DOI 10.47132/2541-9587_2020_2_155

Аннотация: Статья представляет собой отзыв на монографию протоиерея Павла Хондзинского «"Церковь не есть академия": Русское внеакадемическое богословие XIX века», содержащую детальный анализ богословских воззрений отечественных мыслителей указанного времени, не получивших систематического теологического образования. Рассматриваются авторские утверждения о генезисе и развитии феномена русского внеакадемического богословия в Синодальный период. Затрагиваются ключевые социокультурные и богословские тенденции столетия, оказавшие влияние на становление лаической богословской мысли в Российской империи. Особое внимание уделено авторскому подходу к анализу богословских мыслей и тенденций Синодального периода через призму теории конфессионализации и идеи общего социокультурного поля. Ставится проблема взаимного влияния и различий академического и внеакаде-мического богословия, а также общего критического настроя светской мысли по отношению к учительской роли Церкви и духовному образованию, воздействовавшего на характер формирования русского внеакадемического богословия.

Ключевые слова: внеакадемическое богословие, лаическое богословие, русское богословие, теория конфессионализации, Церковь, академия, протоиерей П. Хондзинский, протоиерей Г. Флоров-ский, А. С. Хомяков, богословие мирян, богословие и философия.

Об авторах: Игорь Борисович Гаврилов

Кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры богословия Санкт-Петербургской духовной академии. E-mail: igo7777@mail.ru ORCID: https://orcid.org/0000-0003-3307-9774

Владислав Алексеевич Капитонов

Выпускник магистратуры Санкт-Петербургской духовной академии, студент Галле-Виттенберг-

ского университета (Германия).

E-mail: kapitvlad@gmail.com

ORCID: https://orcid.org/0000-0001-8841-8054

Ссылка на статью: ГавриловИ.Б., КапитоновВ.А. Из истории отечественного внеакадемиче-ского богословия. Отзыв на монографию: Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2016. 480 с. // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2020. № 2 (6). С. 155-165.

PROCEEDINGS OF THE DEPARTMENT OF THEOLOGY

Scientific Journal Saint Petersburg Theological Academy Russian Orthodox Church

No. 2 (6) 2020

I.B. Gavrilov, V.A. Kapitonov

From the History of Russian Non-Academic Theology.

Review of the monograph: Khondzinsky P., Archpriest. «Tserkov' ne est' akademiia»: Russkoe vneakademicheskoe bogoslovie XIX veka. Moscow: St. Tikhon's University Press, 2016. 480 pp.

DOI 10.47132/2541-9587_2020_2_155

Abstract: The article is a review of the monograph by Archpriest Pavel Khondzinsky «Tserkov' ne est' akademiia»: Russkoe vneakademicheskoe bogoslovie XIX veka ("The Church is not an Academy": Russian non-Academic Theology of the 19th Century), which contains a detailed analysis of the theological views of Russian thinkers of that time who did not receive a systematic theological education. The author's statements about the genesis and development of the phenomenon of Russian non-academic theology in the Synodal period are considered. The key socio-cultural and theological tendencies of the century that influenced the formation of lay theological thought in the Russian Empire are touched upon. Special attention is paid to the author's approach to the analysis of theological thoughts and tendencies of the Synodal period through the prism of the theory of confessionalization and the idea of a common socio-cultural field. The problem is posed of the mutual influence and differences between academic and non-academic theology, as well as the general critical attitude of secular thought in relation to the teacher's role of the Church and theological education, which influenced the nature of the formation of Russian non-academic theology.

Keywords: non-academic theology, lay theology, Russian theology, theory of confessionalization, Church, academy, Archpriest P. Khondzinsky, Archpriest G. Florovsky, A. S. Khomyakov, theology and philosophy.

About the authors: Igor Borisovich Gavrilov

Candidate of Philosophical Sciences, Associate Professor, Associate Professor of the Department

of Theology of the St. Petersburg Theological Academy.

E-mail: igo7777@mail.ru

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-3307-9774

Vladislav Alekseevich Kapitonov

Graduate of St. Petersburg Theological Academy, student at Halle-Wittenberg University (Germany).

E-mail: kapitvlad@gmail.com

ORCID: https://orcid.org/0000-0001-8841-8054

Article link: Gavrilov I. B., Kapitonov V. A. From the History of Russian Non-Academic Theology. Review of the monograph: Khondzinsky P., Archpriest. «Tserkov' ne est' akademiia»: Russkoe vneakademicheskoe bogoslovie XIX veka. Moscow: St. Tikhon's University Press, 2016. 480 pp. Proceedings of the Department of Theology of the Saint Petersburg Theological Academy, 2020, no. 2 (6), pp. 155-165.

156

Tpyöbi Kafiedpbi 6огосnоeиx № 2 (6), 2020

Монографию протоиерея Павла Хондзинского «Церковь не есть академия»1 по праву можно назвать важным звеном в цепи процесса исследования исторического развития русской богословской мысли. Ее главная предшественница широко известная книга протоиерея Георгия Флоровского «Пути русского богословия» увидела свет более восьмидесяти лет назад. Во второй половине XX столетия исследователи в основном уделяли внимание отдельным представителям внеакадемического богословия (А. С. Хомякову, В. С. Соловьеву, Ф. М. Достоевскому и др.), рассматривая их богословские воззрения и наследие. Такие работы, разумеется, не претендуют на целостный анализ феномена русского лаического богословия. В зарубежной литературе наблюдалась та же тенденция. Конечно, в некоторых исследованиях русское внеакадемическое богословие фигурирует как феномен — например, в статье немецкого историка Церкви К. Онаша «Достоевский в традиции русских богословов-мирян»2. Однако и эта работа является составляющей цикла трудов данного автора, посвященных Ф. М. Достоевскому и его наследию. Таким образом, фундаментальные исследования в области отечественной богословской мысли представляются весьма необходимыми. Притом первостепенной задачей выступает создание общей картины, некоего единого полотна из нитей богословских взглядов отдельных авторов.

Русское богословие уже давно входит в круг научных интересов протоиерея Павла Хондзинского. Его монографии, посвященные богословию XVII-XVIII вв.3 и наследию свт. Филарета Московского4, многочисленные статьи о разных представителях академического и внеакадемического богословия — все это позволяет сделать вывод, что автор рассматриваемой книги закономерно подошел к этапу обобщения накопленных сведений. Тем не менее, в отличие от протоиерея Г. Флоровского, отец Павел не претендует

1 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2016. 480 с.

2 Onasch K. Dostojevskij in der Tradition der russischen "Laientheologen" // Dostoevsky Studies. 1983. Vol. 4. S. 113-124.

3 Хондзинский П., прот. «Ныне все мы болеем теологией»: Из истории русского богословия предсинодальной эпохи. М., 2013. 482 с.

4 Его же. Святитель Филарет Московский: богословский синтез эпохи. М., 2012. 304 с.

Обложка книги протоиерея Павла Хондзинского

на всеобъемлющий обзор русских богословских «путей»: в монографии сделан акцент на одном феномене — движении богословской мысли в среде мирян, не получивших систематического богословского образования.

Примечательно, как данное явление описано в немецком богословском и религиоведческом словаре «Религия в истории и современности». Автор словарной статьи отмечает, что русское лаическое богословие ("russische Laientheologie") не является в собственном смысле слова ни богословием, сформированным мирянами и для мирян, ни богословием-антитезой по отношению к официальному церковному учению, но мыслится как дополнение к последнему5. В этой связи можно отметить две важные особенности труда протоиерея П. Хондзинского.

Во-первых, книга правомерно и аргументированно напоминает всему церковному сообществу, что богословствование не является уделом исключительно иерархии. Массовое сознание нередко различает богословие и философию отнюдь не по методологическому или сущностному принципу. Во введении автор рассуждает о сложности разграничения этих понятий в исторической и даже святоотеческой ретроспективе, говоря, что «известное выражение свт. Григория Богослова "любомудрствовать (т. е. по прямому смыслу — философствовать) о Боге", без сомнения, означает богословствовать»6. Массовое сознание видит как в богословии, так и в философии попытку разрешения главных вопросов о мироздании, человеке и бытии. При этом богословие преимущественно усваивается представителям клира, тогда как философия представляется достоянием любых образованных людей, в том числе и отождествляющих себя с Церковью. Однако не следует забывать фундаментальное экклезиологическое положение о том, что все члены Церкви Христовой составляют «царственное священство» и единый святой «народ Божий» (1 Пет 2:9-10; Исх 19:6). Харизма св. крещения позволяет мирянам участвовать в созидании тела Церкви наряду с представителями иерархии — по мере своего желания и духовного роста, а также в силу своих способностей и талантов. Это, без сомнения, относится и к сфере богословия.

Во-вторых, подобно тому как в православном сознании нет противоречия между новозаветным утверждением о всеобщем священстве и существованием церковной иерархии, так и в монографии протоиерея П. Хондзинского внеакаде-мическое богословие чрезмерно не возвышено, но и не принижено. Подробный анализ воззрений богословов-мирян объективно показывает читателю и положительные, и отрицательные их стороны. В то же время в работе прослеживается взаимосвязь и взаимовлияние академического и внеакадемического богословия, что подчеркивает необходимость существования в Церкви обоих явлений.

Также стоит отметить и еще одну особенность книги, выявляемую при сопоставлении с упомянутыми «Путями русского богословия» протоиерея Г. Флоровского. Как уже было сказано, монография не содержит глобальный тематический охват и имеет ряд структурных и методологических отличий.

5 Hauptmann P. Laientheologie, russische // Religion in Geschichte und Gegenwart: Handwörterbuch für Theologie und Religionswissenschaft. Tübingen, 2002. Vol. 5. L-M. Col. 35-36.

6 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 11.

Однако главное ее достоинство, на наш взгляд, — это попытка объективного анализа. Автор не делает свой труд масштабной иллюстрацией к некой доминирующей идее. Мы не встретим у него броских и поэтически афористичных итогов раздела, вроде следующего: «Но все это "школьное" богословие было в собственном смысле беспочвенным. Оно взошло и взросло на чужой земле... Точно надстройка над пустым местом... и вместо корней сваи... Богословие на сваях, — вот итог XVIII века»7. Таким образом, читатель может с меньшей опаской следовать за авторской мыслью, хотя и не отбрасывая щит критического мышления, но и не прячась за ним в постоянном ожидании, что его так или иначе будут подталкивать к «правильному» выводу.

Структурно монография протоиерея П. Хондзинского представляет собой четыре главы с введением и заключением. Две последние главы — наиболее пространные. Удачным решением стоит признать посвящение первой главы и начального параграфа каждой из последующих глав историко-богословско-му контексту эпохи или рассматриваемого периода соответственно. Такой подход позволяет не утяжелять повествование регулярными историческими отсылками, которые бы утверждали общие причинно-следственные связи. Читатель может сосредоточиться сначала на установлении контекстных рамок и взаимосвязей, а затем уже на подробном анализе идей представителей определенного периода. Кроме того, за счет контекстуальных параграфов достигается необходимый повествовательный баланс, поскольку дается представление о магистральном дискурсе церковного богословия, а также его содержании и значении для эпохи и деятелей внеакадемического богословия.

Введение содержит рассуждения о способах разграничения богословских и философских построений. В нем же предлагается программная для монографии характеристика: «Как богословские будут рассматриваться высказывания и тексты, имеющие интенцию выразить позицию (сотериологический опыт) Церкви в понимании Откровения, или, иными словами, полагающие избираемую ими точку зрения тождественной с точкой зрения Предания»8. Две части этого утверждения видятся нам не совсем согласованными в контексте всей монографии. Первая часть является довольно расширительной и позволяет определить в качестве богословских те труды, которые могут не носить привычного церковно-богословского характера (например, «Некоторые черты о внутренней церкви» И. В. Лопухина) или содержать спорные богословские концепты (например, христология и сакраментология А. Ф. Лабзина), но тем не менее не порывающие с Церковью. Подобные сочинения, на первый взгляд, удовлетворяют критерию, т. к. допустимо сказать, что в них авторы пытаются выразить церковную позицию, которую, как им видится, они понимают более верно. Вторая же часть утверждения, наоборот, вычеркнет эти и другие подобные труды из спектра богословских, поскольку точка зрения их авторов нетождественна Преданию. Примечательно, что ни в первые, ни во вторые границы не укладываются, например, фигура и взгляды Л. Н. Толстого, рассмотренные автором в четвертой главе. Соглашаясь с тем, кого протоиерей

7 Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. М., 2009. С. 152.

8 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 12.

П. Хондзинский определяет как представителей внеакадемического богословия, мы все же полагаем, что формулировка принципа определения богословских текстов и высказываний требует некоторой доработки.

Первая глава посвящена общему историко-богословскому контексту эпохи, предшествовавшей времени появления внеакадемического богословия в России. Эта ретроспектива позволяет наметить предпосылки, которые вызвали к жизни данный феномен отечественной религиозной мысли. В первых двух разделах важна рассмотренная автором тенденция богословского осмысления в Западной Европе общего для католиков и протестантов августиновского наследия, которая выражалась в дискуссии о «чистой любви» и «заслугах». Стоит отметить и рассуждения о процессе конфессионализа-ции, который, согласно автору, в допетровскую эпоху можно усмотреть лишь в некоторых частных проявлениях богословской мысли. Со времени же первого русского императора Россия входит в общеевропейское социокультурное поле, что служит катализатором процесса конфессионализации, который и становится одним из факторов появления внеакадемического богословия. Таким образом, теория конфессионализации является одним из ключевых инструментов рассмотрения социокультурных процессов в монографии. Такой подход вписывается не только в отечественную исследовательскую тенден-цию9, — европейская наука также задается вопросом о возможности применения данной концепции к регионам Восточной Европы и к Православной Церкви, и проблемой соответствующих коррективов в исходной теории10.

Заслуживает внимания и рассуждение о внутренних предпосылках формирования лаического богословия. Автор отмечает характерное для отечественной университетской системы разделение богословского и светского образования. Наряду с замыканием духовенства как сословия, это сделало систематическое богословское образование практически недоступным для интеллигенции, что и стало, по его мнению, одним из факторов становления внеакадемического богословия.

Раздел, посвященный петровским преобразованиям в рассматриваемый период, содержит необходимый минимум общей информации. Практически таков же и раздел, характеризующий дискурс святоотеческого богословия. В нем автор кратко останавливается на фигурах свтт. Димитрия Ростовского и Тихона Задонского. Анализируя их наследие и соотнося высказанные святителями идеи с современными им европейскими концептами, протоиерей П. Хондзинский делает меткое и актуальное замечание, что «стремление утвердить точку зрения, наименее пересекающуюся с иноконфессиональной, вовсе не обязательно прямо выводит нас к святоотеческой, т. е. церковной, точке зрения»11.

9 См.: Дмитриев М. В. «Православная конфессионализация» в Восточной Европе во второй половине XVI века? // Дорогобицький краезнавчий збiрник. Вип. XVI. 2012. С. 133-152.

10 См.: Grigore M., Kührer-Wielach F. Orthodoxa Confessio? Konfessionsbildung, Konfessionalisierung und ihre Folgen in der östlichen Christenheit Europas. Göttingen: Vandenhoeck & Ruprecht, 2018. 359 s.

11 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 36.

Вторая глава отражает этап вхождения России в общеевропейское богословское пространство и социокультурное поле: от принятия основных вопросов эпохи и поисков ответов на них, так сказать, для самих себя (начиная с творчества И. В. Лопухина) до выхода за пределы поместного масштаба и трансляции собственных ответов и новых вопросов в общеевропейское пространство (работы на французском А. С. Стурдзы). На примере трудов представителей этого периода автор демонстрирует формы внешнего, европейского, влияния, послужившие возникновению отечественного лаического богословия. Среди них: довольно свободное циркулирование мистико-аскети-ческой литературы, в том числе и переводной, личные связи с европейскими носителями этой культуры, а также работа российского отделения Библейского общества. Протоиерей П. Хондзинский справедливо отмечает, что характерной чертой первого периода существования внеакадемического богословия в России является то, что практически все авторы поначалу находились в европейском мистико-аскетическом дискурсе12.

Два периода, на которые автор разделяет лаическое богословие Александровской эпохи, — это время до и после Отечественной войны 1812 г. Для богословия первого периода характерны рассуждения о «внутренней церкви», или «церкви любви», что свидетельствует о надконфессиональных и универсальных, можно даже сказать глобалистских, тенденциях. Во втором периоде становится очевидным процесс конфессионализации. Его представители отождествляют идею «внутренней церкви» с Церковью исторической и более или менее успешно встают на защиту Православия, начиная полемику с Западом. Тем самым совершается вхождение в общеевропейское социокультурное пространство.

Связь с магистральным церковным богословием в этот период характеризуется двояко. С одной стороны, лаическое богословие практически не использует святоотеческое наследие даже в качестве аргументационной базы, хотя авторы периодически цитируют некоторых из отцов. С другой стороны, существует определенный антагонизм по отношению к учительской функции церковной иерархии. При этом, однако, примечательно, что выдающийся церковный деятель и богослов свт. Филарет Московский смог стать авторитетом для всех авторов данного периода13.

Третью главу можно было бы назвать «Под звездой А. С. Хомякова». Автор вполне справедливо утверждает, что «хомяковское богословие подлинно представляет собой своего рода точку "золотого сечения" для внеакадемического богословия XIX века»14. На примере А. С. Хомякова мы видим, как усиливается опосредованное влияние академического дискурса. Для русской духовной школы этот период — время не просто накопления знаний, но и систематизации и создания первых собственных компендиумов, вроде «Догматики» митрополита Макария (Булгакова). Особое же значение для внеакадемического

12 Анализ основных тенденций русской мысли данного периода см.: Гаврилов И. Б. К характеристике философия образования А. С. Шишкова // Христианское чтение. 2019. № 3. С. 181-203.

13 См.: Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 98.

14 Там же. С. 162.

богословия имели переводы святоотеческих творений, издававшиеся духовными академиями и Опти-ной Пустынью15. Именно они стали для богословов-мирян дверью в сокровищницу святоотеческой мудрости, в которую те, однако, все же не углублялись систематически. Урывочный характер познаний в области церковной богословской традиции автор монографии отмечает не только у А. С. Хомякова, но и у другого представителя внеакадемического богословия XIX в. — Н. В. Гоголя16. Данную проблему иллюстрирует, например,

тезис богословия Хомякова о свя-Алексей Степанович Хомяков.

Фото 1950-х гг тости счастья и исходящая из него

идея антиаскетики, вынудившая протоиерея П. Хондзинского сделать вывод о том, что такое «богословие не есть возращение к святым отцам»17.

В этой же главе автор предпринимает попытку систематизировать экклезио-логию и христологию А. С. Хомякова. К несомненным успехам можно отнести авторскую четырехчастную структуру, описывающую сочинение «Церковь одна», и подробное рассмотрение латинского текста «О Троице», проясняющее несогласие двух его русских переводов. Кроме того, автор на примерах показывает эволюцию экклезиологических идей Хомякова от указанного сочинения «Церковь одна» через переписки с А. И. Кошелевым18 и В. Паль-мером19 до французских брошюр. В этом отношении допустимо говорить «об имплицитном переходе от концепции "церкви-организма" к концепции "церкви-общины"»20, которая становится для Хомякова базовой.

15 См.: Там же. С. 164.

16 См.: Там же. С. 230. Вопрос о религиозно-философском миропонимании Н.В.Гоголя рассматривается: ВоропаевВ.А. «Ей, гряди, Господи Иисусе»: Тайна смерти Н. В. Гоголя в свете его церковного мировоззрения // Русско-Византийский вестник. № 1 (2). 2019. С. 244-288; Гаврилов И.Б. Вопросы просвещения и образования в русской религиозной мысли второй четверти XIX в. // Христианское чтение. 2020. № 2. С. 153-177; Виноградов И. А. А. С. Хомяков и Н. В. Гоголь: проблема взаимоотношений // Русско-Византийский вестник. 2021. № 1 (4) (в печати).

17 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 171.

18 Кошелев Александр Иванович (1806-1883) — русский общественный деятель и публицист-славянофил.

19 Палмер Вильям (Уильям) (1811-1879) — британский богослов и антиквар, англиканский священник (архидиакон) и преподаватель (затем вице-президент) колледжа Магдалины в Оксфорде, позднее перешедший в католичество. Занимался вопросами взаимодействия Англиканской и Православной Церквей.

20 Там же. С. 455.

Не обходит третья глава вниманием и продолжающийся процесс конфес-сионализации. Принадлежность А. С. Хомякова к общеевропейскому социокультурному полю, по мнению автора, видна в восхождении некоторых черт его богословия к блж. Августину и к европейским спорам о «чистой любви». В то же время именно Хомякову отец Павел усваивает заслугу открытия в Православии особого содержания, что завершило «круг конфессионализации»21.

В непосредственной связи с наследием А. С. Хомякова рассматривается фигура Ю. Ф. Самарина. Через развитие богословских воззрений и, особенно, экклезиологических построений в его переписке, магистерской диссертации и комментаторской деятельности показан путь от собственных богословских упражнений к тому, что после знакомства с Хомяковым «Юрий Федорович раз и навсегда признал себя его учеником и пошел за старшим другом»22. В этом смысле фигура Н. В. Гоголя стоит особняком, поскольку его богослов-ствование в меньшей степени испытало хомяковское влияние, хотя писатель и прилагает общинный концепт А. С. Хомякова к евхаристическому действу. Однако богословие Гоголя больше сосредоточено на Литургии как центральном элементе жизни Церкви, через который раскрывается «действительно очень важный для Гоголя "Троический лейтмотив"»23. Это позволяет протоиерею П. Хондзинскому сделать вывод, что именно Н. В. Гоголь «может быть назван предтечей того "евхаристического возрождения", которое приходит в русскую традицию в конце XIX — начале XX века»24.

Заключительная глава монографии охватывает последнюю треть XIX в. Пожалуй, главная тенденция, которую увидит здесь читатель, состоит в характерном всеобщем дроблении, а также осмыслении и развитии наследия предшествующей эпохи. Эти процессы протекали как в академическом, так и во внеакадемическом богословии. Титанические монолитные фигуры свт. Филарета Московского и А. С. Хомякова уступают место плеядам наследников. В академическом богословии автор отмечает имена свт. Феофана Затворника, св. прав. Иоанна Кронштадтского и митрополита Антония (Храповицкого), а также В. И. Несмелова, архимандрита Сергия (Стра-городского), включая феномен Оптиной Пустыни. Во внеакадемическом богословии — всемирно известных русских писателей: Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого, а также оригинальных, но далеко неоднозначных мыслителей Н. Ф. Федорова и В. С. Соловьева.

Пожалуй, эту главу, по аналогии с предыдущей, можно было бы назвать «Стоя на плечах А. С. Хомякова». Для святоотеческого богословия указанного периода характерна связь с наследием прошлого, которую прп. Симеон Новый Богослов именует «златой цепью» святых, достигающей до наших дней25. Не наблюдая такого единства в богословии внеакадемическом, все же можно отметить, что воззрения его представителей так или иначе восходят к позициям

21 Там же. С. 240.

22 Там же. С. 219.

23 Там же. С. 237.

24 Там же. С. 238.

25 Симеон Новый Богослов, прп. Деятельные и богословские главы // Добротолюбие: в 5 т. ТСЛ, 1992. Т. 5. С. 51-52.

Хомякова — или развивая их, или отрицая. Как и в предыдущих главах, автор уделяет внимание отдельным богословским теориям, таким как софиология В. С. Соловьева и идея «общего дела» Н. Ф. Федорова. В целом, несмотря на отсутствие доминирующей идеи, читателю демонстрируется череда попыток распространения триадологии на прочие богословские вопросы, особенно на экклезиологию. Возможно, полагает автор, важнейший богословский конфликт эпохи, получивший развитие в XX в., — попытка отождествления «церковной жизни с мистерией Троицы»26. Этот конфликт становится маркером того, что, при всех своих достоинствах, внеакадемическое богословие так и не смогло обрести подлинной связи со святоотеческим наследием — сосудом истинного богословия.

Из четвертой главы монографии становится очевидно, что тенденция к расслоению и сепарации доминирует в рассматриваемый период во всех сферах общественной интеллектуальной жизни. Несмотря на проводимые Великие реформы, на живые примеры подлинно святой христианской жизни, прежнее скептическое отношение интеллигенции к церковной иерархии и ее учительской функции перерастает в еще большее отчуждение, доходящее порой до открытого противостояния27. Как замечает протоиерей П. Хондзин-ский, «образованное общество в целом не интересуется жизнью и позицией Церкви»28. Трагедию этого разобщения иллюстрирует, в частности, замечание автора по поводу церковно-общественных дискуссий вокруг фигуры и учения Л.Н.Толстого: «Никто из них [светских богословов], будучи представителем общества, не рискнул выступить против того, кто "почитался гордостью нации", пусть даже его критика и была убийственна для самого общества. Открытый переход на позицию Церкви, очевидно, страшил тогда представителей интеллигенции гораздо более, чем перспектива приближаемой толстовской проповедью катастрофы»29.

Завершая наш отзыв на монографию «Церковь не есть академия», отметим, что в рассмотренные периоды русская богословская мысль прошла насыщенный путь, включавший как частную полемику, так и институциональную дискуссию с западной богословской традицией. Рассуждая же о развитии внеакадемического богословия по отношению к Русской Церкви, протоиерей П. Хондзинский приходит к выводу, что лаическое богословие от попыток быть голосом Церкви, через усвоение себе права учить от имени Церкви, доходит до готовности «учить и самую Церковь»30. Этот дискуссионный тезис,

26 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 399.

27 Анализ некоторых тенденций русской мысли данной эпохи см.: Гаврилов И. Б., Антонов С.В. Из истории антинигилистической полемики 1860-х гг. // Русско-Византийский вестник. 2020. № 1 (3). С. 110-126.

28 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 387.

29 Там же. С. 389. Обстоятельный критический анализ воззрений Л. Н. Толстого см. в статье: Фатеев В.А. Лев Толстой и революция: «Религиозная» философия с нигилистической подкладкой // Христианское чтение. 2017. №2. С. 325-344.

30 Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века... С. 453.

безусловно, требует отдельного глубокого разговора с участием церковных богословов и светских философов.

Монография протоиерея Павла Хондзинского «"Церковь не есть академия": Русское внеакадемическое богословие XIX века» вносит существенный вклад в осмысление малоисследованной традиции отечественного внеакаде-мического богословия и будет полезна широкому кругу читателей, преподавателей, студентов-богословов и историков русской мысли.

Источники и литература

1. ВиноградовИ.А. А.С.Хомяков и Н.В.Гоголь: проблема взаимоотношений // Русско-Византийский вестник. 2021. № 1 (4) (в печати).

2. Воропаев В.А. «Ей, гряди, Господи Иисусе»: Тайна смерти Н. В. Гоголя в свете его церковного мировоззрения // Русско-Византийский вестник. № 1 (2). 2019. С. 244-288.

3. Гаврилов И. Б. Вопросы просвещения и образования в русской религиозной мысли второй четверти XIX в. // Христианское чтение. 2020. № 2. С. 153-177.

4. Гаврилов И. Б. К характеристике философия образования А. С. Шишкова // Христианское чтение. 2019. № 3. С. 181-203.

5. ГавриловИ.Б., АнтоновС.В.Из истории антинигилистической полемики 1860-х гг. // Русско-Византийский вестник. 2020. № 1 (3). С. 110-126.

6. Дмитриев М. В. «Православная конфессионализация» в Восточной Европе во второй половине XVI века? // Дорогобицький краезнавчий збiрник. Вип. XVI. 2012. С. 133-152.

7. Симеон Новый Богослов, прп. Деятельные и богословские главы // Добротолю-бие: в 5 т. ТСЛ, 1992. Т. 5. 482 с.

8. Фатеев В.А. Лев Толстой и революция: «Религиозная» философия с нигилистической подкладкой // Христианское чтение. 2017. № 2. С. 325-344.

9. Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. М.: Институт русской цивилизации, 2009. 848 с.

10. Хондзинский П., прот. «Ныне все мы болеем теологией»: Из истории русского богословия предсинодальной эпохи. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013. 482 с.

11. Хондзинский П., прот. «Церковь не есть академия»: Русское внеакадемическое богословие XIX века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2016. 480 с.

12. Хондзинский П., прот. Святитель Филарет Московский: богословский синтез эпохи. М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. 304 с.

13. Grigore M., Kührer-WielachF. Orthodoxa Confessio? Konfessionsbildung, Konfessionalisierung und ihre Folgen in der östlichen Christenheit Europas. Göttingen: Vandenhoeck & Ruprecht, 2018. 359 s.

14. Hauptmann P. Laientheologie, russische // Religion in Geschichte und Gegenwart: Handwörterbuch für Theologie und Religionswissenschaft. Tübingen, 2002. Vol. 5. L-M. Col. 35-36.

15. Onasch K. Dostojevskij in der Tradition der russischen "Laientheologen" // Dostoevsky Studies. 1983. Vol. 4. S. 113-124.