Институты Общей части кодифицированного уголовного закона: вопросы композиции

УДК: 343.01 ББК: 67.4

Тихонова С.С., Бачурина Т.А.

ИНСТИТУТЫ ОБЩЕЙ ЧАСТИ КОДИФИЦИРОВАННОГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНА: ВОПРОСЫ КОМПОЗИЦИИ

Tikhonova S.S., Bachurina T.A.

INSTITUTE OF GENERAL PART CODIFY THE CRIMINAL LAW: QUESTIONS

COMPOSITION

Ключевые слова: Общая часть, преамбула, принцип гуманизма, принцип законности, принцип справедливости, уголовная ответственность несовершеннолетних, уголовно-правовой институт, уголовный закон.

Keywords: general part, the preamble, the principle of humanity, the principle of legality, the principle of justice, the criminal responsibility of minors, criminal law institute criminal law.

Аннотация: в настоящей статье исследуются вопросы перспективного композиционного упорядочения нормативного материала в границах Общей части кодифицированного уголовного закона, анализируются предложения о создании преамбулы к Уголовному кодексу. В качестве юридико-технического дефекта действующего Уголовного кодекса РФ рассматривается выделение особенностей уголовной ответственности несовершеннолетних в самостоятельную рубрику (раздел и главу).

Abstract: this article discusses the perspective of a composite material in streamlining the regulatory boundaries of the General Part of the codified criminal law, analyzed the proposal to establish a preamble to the Criminal Code. As a legal-technical defect of the Criminal Code of the Russian Federation considered the selection of features criminal liability of minors as a separate section (section and section).

Уголовно-правовые предписания Общей части кодифицированного уголовного закона быть разделены на 2 композиционные группы -

системообразующие

(системосохраняющие) положения (так называемая «над-Общая» часть)1 и общие положения.

Системообразующие положения, представляющие собой установочные

нормативные предписания, которые должны определять общую направленность всего уголовно-правового регулирования и интегрировать уголовно-правовые

предписания в единую систему уголовного права, объединены в настоящее время в разделе I Общей части УК РФ, который «по своей значимости формирует нравственный фундамент всей отрасли уголовного права».2 Данные положения оказывают существенное информационно-

1 См.: Коняхин В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного права. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. С. 141, 191.

2 Герасимов, А.М. Нравственность в уголовном праве России: Автореф. дис...канд. юр. наук: 12.00.08. Саратов, 2006. С. 14.

ориентационное воздействие на адресатов УК РФ, определяя:

(1) круг источников и задачи уголовного закона (ст.ст.1-2 УК РФ);

(2) принципы уголовного закона (ст.ст.3-8 УК РФ);

(3) сферу действия уголовного закона (ст.ст.9-13 УК РФ).

Следует отметить, что избранная законодателем последовательность

системообразующих положений не соответствует Рекомендациям по подготовке и оформлению федеральных законов, подготовленных в 2000 году коллективом ученых Института

законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ (далее - Рекомендации 2000 года).1 Согласно п. 3.10.1. данного документа, задачи нормативно-правового акта указываются после описания сферы его действия. Не считая вопрос относительно

последовательности расположения данной информации в системе кодифицированного уголовного закона принципиальным, тем не менее, надлежит признать, что постепенная унификация последовательности

системообразующих положений во всех кодифицированных отраслевых

федеральных законодательных актах с учетом Рекомендаций 2000 года, безусловно, облегчила бы в перспективе работу по поиску соответствующих нормативно-правовых предписаний

различной отраслевой принадлежности.

По мнению А.А. Нечепуренко, ст. 2 УК РФ «Задачи Уголовного кодекса Российской Федерации» целесообразно в перспективе дополнить частью второй следующего содержания: «Для

осуществления этих задач настоящий Кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества и государства деяния признаются

преступлениями, и устанавливает за их совершение меры уголовной

ответственности, включающие судимость, наказание и испытание, а также предусматривает иные меры уголовно-правового принуждения: принудительные меры воспитательного характера, принудительные меры медицинского характера и конфискацию имущества».2 Однако предлагаемое к введению в УК РФ уголовно-правовое предписание скорее напоминает оглавление, имеющее место в неофициальных изданиях УК РФ, в связи с чем практическая целесообразность данного нововведения вызывает большие сомнения.

Обращаясь к перечню принципов уголовного закона, помещенных

законодателем среди системообразующих положений, необходимо отметить, что согласно п. 3.6.1. Рекомендаций 2000 года предписания-принципы (от лат. рппаршш -начало, основа) закрепляют исходные, руководящие нормативные положения общего характера, имеющие значение для права в целом (общеправовые) либо его отдельной отрасли (отраслевые), подотрасли или института. В настоящее время в УК РФ закреплены: принцип законности (ст. 3 УК РФ), принцип равенства граждан перед законом (ст.4 УК РФ), принцип вины (ст. 5 УК РФ), принцип справедливости (ст. 6 УК РФ), принцип гуманизма (ст. 7 УК РФ), принцип

«ответственности»

3

или

принцип

" 4

«основания уголовной ответственности» (ст. 8 УК РФ).

Представляется, что принципы, лежащие в основе политико-правового устройства государства, без которых невозможны реализация и применение права безотносительно к отраслевой принадлежности, должны быть

1 Законотворчество в Российской Федерации: Научно-практ. пособие / Отв. ред. А.С. Пиголкин. М., 2000. С. 564583.

Нечепуренко, А.А. Испытание в уголовном праве: Автореф. дис...д-ра юр. наук: 12.00.08.. Омск, 2009. С. 31.

3 См.: Назаренко Г.В. Принципы в уголовном праве // Уголовно-правовые, пенитенциарные принципы и их реализация: правотворческий, правоприменительный уровни. Ч.1: Матер. научно-практ. конф., г. Саратов, 28-29 марта 2005 г. - Саратов: Изд-во СГАП, 2005. - С. 75.

4 См.: Панько К.К. Методология и теория законодательной техники уголовного права России: Монография. Воронеж, 2004. С. 106, 116.

перечислены в Основном законе страны и в силу прямого действия соответствующих нормативно-правовых предписаний не требуют дублирования в первичных (базовых) кодифицированных отраслевых законодательных актах. В этой связи сомнительна целесообразность упоминания в УК РФ принципа равенства граждан перед законом, очевидно имеющего

общеправовой характер. В то же время трудно согласиться с учеными, относящими к разряду общеправовых также принцип законности, предусмотренный в ст. 3 УК РФ.1 Несмотря на столь звучное наименование, его законодательная формулировка значительна уже и имеет строго отраслевой характер, равно как и у принципов справедливости (не случайно именующегося неформально «принципом справедливой уголовной ответственности») и гуманизма. Ввиду отмечающейся повышенной значимости последних, по мнению ряда представителей отечественной уголовно-правовой науки, они должны быть определены в УК РФ более широко: «Уголовный закон находится в социально обусловленном относительном

соответствии с общечеловеческим представлением о должном» (принцип справедливости)2; «Уголовный закон должен быть справедливым, то есть социально обусловленным, а также научно и криминологически обоснованным» (принцип справедливости);3 «Уголовный закон соответствует общечеловеческим представлениям об уважении к личности» (принцип гуманизма).4 Однако при таких формулировках утрачивается

целесообразность введения данных принципов в текст УК РФ.

По справедливому замечанию В.А. Толстика, слишком высокая степень абстрагирования в формулировании норм

См.: Чечель Г.И., Иванов С.А. Современное понимание принципа справедливости в уголовном праве России // Российский криминологический взгляд. 2008. №3. С. 197.

2 Козлов А.П. Механизм построения уголовно-правовых санкций: Монография. Красноярск: Изд-во Красноярск. ун-та, 1998. С. 111.

3 См.: Чечель Г.И., Иванов С.А. Указ.соч. С. 199

4 Козлов, А.П. Указ.соч. С. 111.

приводит к утрате нормативности и превращению нормативного предписания в общую декларацию или в констатацию состояния, т.е. в неправовые категории.5 В этой связи представляется, что совершенствование законодательной

формулировки принципов уголовного закона должно идти не в направлении наращивания уровня их абстрактности, а, напротив, в направлении их отраслевой конкретизации, учитывая при этом, что «исходя из законов законодательной техники, лексики и редакционной стилистики нормативного материала, основополагающие принципы не могут быть развернуты в тексте уголовного закона во всем объеме их содержания и специфических формах внешнего проявления».6

С момента появления в отечественном уголовном законодательстве принципы уголовного закона указывались

непосредственно в тексте законодательного акта, впервые - в ст. 2 Основ уголовного законодательства СССР и союзных республик от 2 июля 1991 года (далее - ОУЗ СССР 1991 года),7 не вступивших в силу с 1 1 июля 1992 года в связи с распадом СССР. Однако в общетеоретической литературе существует предложение в адрес законодателя относительно выделения принципов регламентируемой нормативно-правовым актом деятельности в преамбулу соответствующего нормативно-правового акта.8 В уголовно-правовой литературе также поддерживается предложение перенести принципы уголовного закона из разряда системообразующих положений в Преамбулу к УК РФ, которая явилась бы своего рода «Конституцией уголовного права».9 О том, что принципы отрасли права

5 Ромашов, Р.А. Конкретизация законодательства: процесс и результат (субъективные заметки участника международного симпозиума в Геленджике) // Юридическая техника. 2007. №1. С. 296.

6 Уголовное право. Общая часть: Учебник / Отв. ред. Н.И. Ветров, Ю.И. Ляпунов. М., 1997. С. 40.

7 См.: Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. №30. Ст. 862.

8 См.: Юридическая техника: Курс лекций / Под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика. М.: ДГСК МВД России, 2012. С. 100.

9 См.: Коршиков И.В. Принцип гуманизма в уголовном праве Российской Федерации: Автореф. дис...

права должны закрепляться в преамбулах законов, писал О.С. Иоффе.1 Насколько же целесообразна реализация данного предложения в кодифицированном уголовном законодательстве?

Известно, что преамбула (от лат. ргаеашЬи1ш - идущий вперед, предшествующий) - это краткая вводная, вступительная часть нормативно-правового акта, являющаяся его вспомогательным структурным элементом.2 Согласно п. 2 Методических рекомендаций по юридико-техническому оформлению законопроектов, совместно подготовленных Правовым управлением Аппарата Государственной Думы Федерального Собрания РФ, Правовым управлением Аппарата Совета Федерации Федерального Собрания РФ, Главным государственно-правовым

управлением Президента РФ, Правовым управлением Аппарата Правительства РФ и Министерством юстиции РФ, исходя из отечественного и зарубежного опыта законопроектной деятельности последних десятилетий, и утвержденных письмом Аппарата Государственной Думы ФС РФ от 18 ноября 2003 года № вн2-18/4903 (далее -Методические рекомендации 2003 года), преамбула предваряет текст закона, но не является его обязательной частью (а структурные единицы закона вообще не могут иметь преамбулы).

В Проекте Федерального закона «О нормативных правовых актах Российской Федерации» (ст. 56 в редакции первого

канд. юр. наук: 12.00.08. Саратов, 1999. С.9-12; Разгильдиев Б.Т. Принцип равенства граждан перед законом и его значение в уголовно-правовом обеспечении прав и свобод личности // Права человека: пути их реализации. Ч.2. Саратов: Изд-во СГАП, 1998. С. 8; Семенова И.С. Проблема принципа равенства граждан перед законом в предмете уголовного права // Предмет уголовного права и его роль в формировании уголовного законодательства Российской Федерации: Матер. научно-практ.конф., г. Саратов, 25-26 апреля 2002. Саратов: Изд-во СГАП, 2002. С. 85.

1 См.: Иоффе О.С. Структурные подразделения системы права (на материалах гражданского права) // Ученые записки ВНИИСЗ. 1968. Вып.14. С. 45.

2 См.: Юридический энциклопедический словарь / Отв. ред. А.Я. Сухарев. М.: Сов. энциклопедия, 1984. С. 281.

3 Комментарий к Методическим рекомендациям по

юридико-техническому оформлению законопроектов. М.,

2005.

чтения в 1996 году и ст. 89 в редакции второго чтения в 1999 году) указывалось, что нормативные предписания включаться в преамбулу не должны. В п. 2 Методических рекомендаций 2003 года помимо того, что преамбула не может содержать нормативных предписаний, дополнительно отмечается, что она: не формулирует предмет регулирования; не содержит легальные дефиниции; не нумеруется; не делится на статьи; не содержит ссылки на другие законодательные акты, подлежащие признанию утратившими силу и изменению в связи с изданием законодательного акта.

В п. 3.1. Рекомендаций 2000 года преамбула и нормативные предписания также разделяются. Согласно п. 3.20. Рекомендаций 2000 года «нормативные предписания в преамбулу не помещаются».

Таким образом, все

вышеперечисленные документы исключают возможность переноса норм-принципов в преамбулу кодифицированного уголовного законодательства.

Нельзя не отметить, что вышеперечисленные ограничения в статусе положений преамбулы вызывают возражения ряда ученых: «один из признаков права, как известно, -нормативность, и в этой связи представить в праве, в нормативном массиве ненормативные элементы едва ли возможно». 4 На этом основании положениям преамбулы придается статус «особой нормативности», «отправных нормативных установлений», «правовых деклараций».5 Даже если согласиться с данным подходом, возникает вопрос о назначении соответствующих предписаний.

4 Власенко, Н.А. Правила законодательной техники в нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей. Т.1 / Отв. ред. В.М. Баранов. Н. Новгород: Изд-во НА МВД России, 2001. С. 180.

5 См.: Давыдова М.Л. Правовые декларации в российском законодательстве // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей. Т.1 / Отв. ред. В.М. Баранов. Н. Новгород: Изд-во НА МВД России, 2001. С. 275-280.

В Проекте Федерального закона «О нормативных правовых актах Российской Федерации» (ст. 56 в редакции первого чтения в 1996 году и ст. 89 в редакции второго чтения в 1999 году) указывалось, что назначение преамбулы - это разъяснение мотивов и целей издания нормативно-правового акта. В п. 3.20. Рекомендаций 2000 года также отмечается, что преамбула, как самостоятельная вступительная часть, помещается в законодательный акт, в случае, когда необходимо разъяснить цели и мотивы принятия закона, преамбула помогает «полнее и глубже понять социально-политическую и экономическую

обстановку, в которой принимался закон, а также необходимость его издания».

В отличие от цели, которая может быть раскрыта в преамбуле, задачи законодательного акта считается лучше оформлять отдельной, самостоятельной статьей непосредственно в тексте самого акта.1 Следовательно, такая информация, как задачи уголовного закона (в настоящее время указанные в ст.2 УК РФ), которая могла бы быть перенесена в преамбулу, не рекомендуется для соответствующего переноса представителями общей теории права.

По мнению П.Н. Панченко, переносу в преамбулу могут быть подвергнуты предписания ч. 2 ст. 1 УК РФ («настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права»), правда, в несколько расширенном виде: «Уголовный кодекс Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права и является главной составной частью непосредственной правовой основы всеобъемлющей государственной и общегражданской деятельности,

направленной на вытеснение преступлений и иных правонарушений из жизни общества. Все другие входящие в данную

1 См.: Юридическая техника: Курс лекций / Под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика. - М.: ДГСК МВД России, 2012. - С. 99.

основу законы, а также иные законы и подзаконные нормативные правовые акты как акты, создающие в совокупности единый комплекс правовых средств вытеснения преступлений и иных правонарушений из жизни общества, должны соответствовать Уголовному кодексу Российской Федерации». 2 Однако есть ли необходимость в данной структурной новации? И нужна ли вообще преамбула к УК РФ?

Еще Ф. Бэкон (1561-1626 гг.) был ярым противником введения преамбул в законодательные акты, призывая «избегать введения преамбул и начинать текст закона сразу же с постановления» («О сложном и неясном изложении законов», афоризм ЬХЕХ).3 В современной отечественной правовой науке также известна позиция, согласно которой «преамбула фактически является лишним текстом, засоряющим документ и затрудняющим комплексное восприятие содержания всего нормативно-

4

правового акта». 4

Противники данного мнения, напротив, считают, что «если речь идет о нормативном акте, в нем желательно всегда помещать, хотя бы краткую преамбулу, чтобы придать юридическому документу некоторое обоснование и убедительность»,5 «от того, как «сконструирован» данный технико-юридический элемент зависит правовая активность граждан и их законных объединений, должностных лиц и органов государства». 6 В этой связи отсутствие преамбул в таких кодифицированных законодательных актах, как Арбитражный процессуальный кодекс РФ, Водный кодекс РФ, Градостроительный кодекс РФ, Гражданский кодекс РФ, Земельный кодекс

2 См.: Панченко П.Н. Законодательная техника как фактор системности законов (на примере уголовно-правовой проблематики) // Юридическая техника. 2008. №2. С. 118.

3 Бэкон, Ф. Сочинения в 2-х т. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Мысль, 1977. Т.1. С. 502.

4 Табарин, И.В. Современная теория права: Новый научный курс. М., 2008. С. 275.

5 Кашанина, Т.В. Юридическая техника: Учебник. М.: Эксмо, 2007. С. 116.

6 Юридическая техника: Курс лекций / Под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика. М.: ДГСК МВД России, 2012. С. 93.

РФ, Налоговый кодекс РФ, Таможенный кодекс РФ, Трудовой кодекс РФ рассматривается В. М. Барановым в качестве ошибки отечественного

законодателя. Но представляется, что в данный список не случайно не включен УК РФ, в необходимости существования которого у населения не может возникнуть сомнения. 1

Ни один из предыдущих отечественных уголовных кодексов (УК РСФСР 1922 года, УК РСФСР 1926 года и УК РСФСР 1960 года) преамбулы не имел. Обращение к современной мировой практике также свидетельствует о непопулярности идеи составления преамбул к уголовным кодексам. Позиция же теоретиков, наделяющих статусом преамбулы всю Общую часть уголовных кодексов,2 не может быть расценена иначе, чем ошибочная.

2-я композиционная группа Общей части УК РФ - общие положения. Логическая последовательность данных положений предполагает первоочередное указание на общие признаки преступлений и общую характеристику вариантов их совершения и только потом - на общую характеристику мер уголовно-правового воздействия. Данная последовательность традиционно избирается как

отечественным, так и иностранным законодателем при построении

кодифицированных уголовных законов, чтобы подчеркнуть первичный характер общественно опасного деяния по отношению к ответному государственному принуждению.

В действующем УК РФ композиция родовых уголовно-правовых институтов, характеризующих общие признаки преступлений и варианты их совершения, является следующей: институт понятия, категорий преступления и множественности преступлений (гл. 3 УК РФ); институт лиц,

1 Тихонова, С.С. Юридическая техника в уголовном праве: Курс лекций. Н. Новгород: Деком, 2008. С. 22-23.

2 См.: Панько К.К. Основы законодательной техники в уголовном праве России (теория и законодательная практика): Автореф. дис... д-ра юр. наук: 12.00.08.

Саратов, 2006. С. 12.

подлежащих уголовной ответственности (гл. 4 УК РФ); институт вины и обстоятельств, исключающих виновность (гл. 5 УК РФ); институт неоконченного преступления

(гл. 6 УК РФ); институт соучастия в преступлении (гл. 7 УК РФ); институт обстоятельств, исключающих преступность деяния (гл. 8 УК РФ). Однако данная последовательность уголовно-правовых институтов подвергается критике в отечественной уголовно-правовой науке. Так, по мнению М.С. Жука, оптимальной является несколько иная композиция: институт понятия, категорий преступления и обстоятельств, исключающих

общественную опасность (преступность) деяния; институт лиц, подлежащих уголовной ответственности; институт вины и обстоятельств, исключающих виновность; институт неоконченного преступления; институт множественности преступлений; институт соучастия в преступлении.3 В целом соглашаясь с данной позицией и считая ее достойной выступать в качестве теоретической основы построения Общей части очередного кодифицированного уголовного закона, можно отметить лишь спорное место родового института множественности преступлений в предлагаемой композиции. Учитывая признаваемую самим М. С. Жуком необходимость совершенствования порядка изложения уголовно-правовых институтов в УК РФ, следуя логике: от общего к частному, от единичного к

множественному, было бы логичнее расположить родовой институт

множественности преступлений последним, поскольку все иные перечисленные уголовно-правовые институты, в отличие от института множественности, характеризуют именно единичный акт совершения преступления.

Характеристика форм реализации уголовной ответственности представлена в УК РФ в типовых институтах: наказания (раздел III УК РФ), освобождения от

3 См.: Жук М.С. Институты российского уголовного права: понятие, система и перспективы развития: Автореф. дис.д-ра юр. наук: 12.00.08. Краснодар, 2013. С. 14-15, 41-42.

уголовной ответственности и наказания (раздел IV УК РФ), уголовной ответственности несовершеннолетних

(раздел V УК РФ) и иных мер уголовно-правового характера (раздел VI УК РФ). Однако в нарушение формальнологического правила, согласно которому

«деление должно проводиться по одному

1

основанию», уголовно-правовые

предписания, объединенные в разделе V УК РФ «Уголовная ответственность

несовершеннолетних», несут не только информацию о специфической форме реализации уголовной ответственности (применении принудительных мер воспитательного воздействия), но и о льготах в отношении иных форм реализации уголовной ответственности для субъекта преступления,

характеризующегося возрастной

спецификой.

Избрание критерием формирования одного из институтов Общей части УК РФ специфики субъекта преступления в перспективе может привести к выводу о целесообразности конструирования

аналогичных институтов уголовной ответственности женщин (отдельно -беременных, отдельно - имеющих детей в возрасте до

3-х, 14-и лет), военнослужащих (отдельно -проходящих военную службу по призыву, отдельно - по контракту), инвалидов 1, 2 групп и т.д., поскольку в УК РФ достаточно уголовно-правовых предписаний,

отражающих льготы для субъектов, характеризующихся различными

социальными признаками. Однако следовать данной логике категорически не нужно. Напротив, обращаясь к вопросу перспективного совершенствования

кодифицированного уголовного закона, нельзя не отметить целесообразности упразднения такого структурного образования, как современный раздел V (глава 14) УК РФ «Уголовная ответственность несовершеннолетних».

Российское уголовное право на всех

1 Кириллов, В.И., Старченко, А.А. Логика. М., 1996. С. 57.

этапах своего существования

демонстрировало особый подход к несовершеннолетним как субъектам уголовных правоотношений, учитывая их специфику при определении границ уголовной ответственности. Впервые особый уголовно-правовой статус несовершеннолетние получили еще в Артикуле Воинском Петра I 1715 года. Однако юридико-техническое обособление уголовно-правового материала,

касающегося особого статуса

несовершеннолетних, появилось впервые только в УК РФ (не считая ОУЗ СССР 1991 года), представляя собой следствие радикального реформирования Общей части отечественного уголовного права. В предшествующих уголовных законах совокупность уголовно-правовых

предписаний, касающихся «пониженной» уголовной ответственности

несовершеннолетних (запрет применения отдельных видов наказаний, ограничение максимального срока лишения свободы и т.д.), была рассредоточена в нескольких рубриках. В УК РФ эта информация частично объединена.

В отечественной уголовно-правовой науке принято считать, что выделение самостоятельного раздела V (главы 14) УК РФ, посвященного особенностям уголовной ответственности несовершеннолетних, «обусловлено актуальностью проблемы преступности подростков.. .и значением уголовно-правовых мер противодействия правонарушениям этой социальной группы», «позволяет учесть при решении вопросов об уголовной ответственности несовершеннолетних особенности их психики, воспитания, причины и условия, способствовавшие совершению

преступления, назначить законное и справедливое наказание.», «ориентирует правоприменителей к более полному уяснению и оценке данных особенностей, предполагает более четкое и скурпулезное разрешение дел»2 и т.п. Однако

2 Журавлев, А.В. Теоретические и практические аспекты назначения уголовного наказания несовершеннолетним: Автореф. дис... канд. юр. наук: 12.00.08. М., 2006.

С. 15-16.

представляется, что во всех вышеприведенных высказываниях

наблюдается некое смешение понятий: необходимость в существовании уголовно-правовых предписаний, устанавливающих льготы для несовершеннолетних, и необходимость в обособлении данных предписаний в отдельную объемную рубрику (в частности, главу и раздел) - не одно и то же. Можно ли считать, что значение информации, содержащейся в тексте УК РФ, принижается отсутствием подобной рубрики, что без нее правоприменитель был бы не способен разрешать уголовные дела, учитывая возрастные особенности виновного?

Несмотря на то, что создание родо-типового института уголовной

ответственности несовершеннолетних

нарушает логику создания типовых институтов Общей части УК РФ в зависимости от формы реализации уголовной ответственности, решение законодателя о его конструировании можно было бы признать оправданным, если бы вопросы ответственности

несовершеннолетних решались только на основании положений раздела V (главы 14) УК РФ. Однако утверждения, согласно которым «сосредоточение всех

привилегирующих нормативных

предписаний Общей части, относящихся к несовершеннолетним, в одном ее структурном подразделении позволило законодателю привести указанные нормативные предписания в систему и четко отграничить их от предписаний,

устанавливающих общий порядок

1

уголовной ответственности», являются не соответствующими действительности. На несовершеннолетних распространяются и иные нормы Общей части УК РФ, что делает бессмысленным частичное обособление отдельных уголовно-правовых предписаний. Более того, в ряде статей Общей части УК РФ, расположенных за пределами раздела V (главы 14), поясняются именно особенности уголовной ответственности несовершеннолетних (ч. 4 ст. 18, ст. 20, ч. 1 ст. 61, ч. 1 ст. 63 УК РФ и

1 Коняхин, В.П. Указ. соч. С. 143-144.

т.д.).

В настоящее время уяснение совокупности правовых ограничений, представляющей собой содержание каждого из видов наказаний, указанных в ст. 88 УК РФ «Виды наказаний, назначаемых несовершеннолетним», возможно только на основании ст.ст. 46 - 58 УК РФ (например, размер удержаний из заработка при назначении исправительных работ, длительность лишения права заниматься определенной деятельностью и т.д.). Именно поэтому текст практически любого комментария к УК РФ изобилует фразами: «все иные положения уголовного закона, регламентирующие этот вид наказания, относятся к несовершеннолетним осужденным в равной мере со взрослыми», «кроме пониженного размера, иные положения УК РФ, регламентирующие этот вид уголовного наказания,

распространяются и на

несовершеннолетних осужденных»,

«никаких иных изъятий из общих положений, касающихся содержания и условий назначения этого вида уголовного наказания, для несовершеннолетних не установлено» и т.п.2 Однако уточнения по срокам и порядку исполнения отдельных наказаний в отношении

несовершеннолетних лучше было бы сделать в ст.ст. 46 - 56 УК РФ, чем была бы достигнута оптимальная емкость положений УК РФ. Имеющееся же в УК РФ расположение уголовно-правовых

предписаний, когда часть положений, касающихся несовершеннолетних,

перемещена в самостоятельный раздел V (гл. 14) УК РФ, неоправданно усложняет

2 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.В. Коряковцев, К.В. Питулько. 2-е изд., перераб. и доп. СПб.: Питер, 2006. С.195-197; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.И. Рарог. 4-е изд., перераб.и доп. М.: Проспект, 2006. С.155-158; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: расширенный уголовно-правовой анализ с материалами судебно-следственной практики/ Отв. ред. А.П. Новиков. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Экзамен, 2006. С.189-192; Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.Э. Жалинский. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Эксмо, 2006. С. 252-255.

внутриструктурные связи в УК РФ.1

Так, например, согласно ч. 1 ст. 89 УК РФ «при назначении наказания несовершеннолетнему кроме обстоятельств, предусмотренных статьей 60 настоящего Кодекса, учитываются условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц». Согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ, к которой сделана отсылка, «при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание». Однако более удобным расположением уголовно-правового

материала явилось бы отсутствие его распределения по рубрикам. О необходимости учета условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, влияния на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц законодатель мог бы сказать в самой ст. 60 УК РФ.

Еще один пример. Ст. 94 УК РФ «Сроки давности», являясь специальной по отношению к ст. 78 УК РФ «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности» и ст. 83 УК РФ «Освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда», содержит лишь уточнение сроков давности привлечения несовершеннолетних к уголовной ответственности и исполнения обвинительного приговора, что из соображения удобства пользования УК РФ могло быть сделано в рамках самих ст.ст. 78, 83 УК РФ. Однако в настоящее время на практике необходимо их совместное применение, т.к. все предписания о порядке исчисления сроков давности и возможности приостановления их течения обозначены законодателем именно в ст.ст. 78, 83 УК РФ, что создает сложности для

1 См.: Тихонова С.С. Юридико-технические требования информационной насыщенности уголовно-правовых предписаний Общей части УК РФ// Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Матер. Межд. научно-практ. конф., г. Москва, 28-29 января 2010 г. / Отв. ред. А.И. Рарог. М.: Проспект, 2010. С. 118-119.

правоприменителя. Наличие затруднений в ходе применения указанных предписаний подтверждается тем фактом, что в п.16 постановления Пленума Верховного суда РФ от 1 февраля 2011 года №1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и уголовного наказания несовершеннолетних» подчеркивается: судам «следует учитывать сокращенные сроки давности» для несовершеннолетних.

Таким образом, разрыв

текстуального единства общих правил и содержательных исключений из них для несовершеннолетних при наличии их логического единства представляет собой сомнительный юридико-технический прием. Налицо «идеологическая подоплека юридико-технического решения»

(В.М. Баранов). При современном описании льгот для несовершеннолетних возникает разрозненность и фрагментарность уголовно-правового материала, а также рубрикационная избыточность. Для устранения данных недостатков в целях обеспечения удобства пользования кодифицированным уголовным законом в перспективе целесообразно выделить в самостоятельную главу только родовой институт принудительных мер

воспитательного воздействия (в настоящее время соответствующие уголовно-правовые предписания содержатся в ч. 2 ст. 87, ст.ст. 90 - 92 УК РФ). Все иные уголовно-правовые предписания, представляющие собой исключения для

несовершеннолетних, целесообразно

перенести в иные рубрики сообразно типовым институтам Общей части, к которым они фактически относятся, т.е. прямо зафиксировав данные исключения в месте закрепления основных уголовно-правовых норм.

Что касается идеи вынесения уголовно-правовых предписаний,

касающихся уголовной ответственности несовершеннолетних, за пределы кодифицированного уголовного закона, то есть создания самостоятельного уголовного закона, регламентирующего их

ответственность, то она представляется

малоплодотворной. Несмотря на то, что, по данным М.С. Жука, эту идею поддерживает 63% опрошенных им лиц,1 параллельное существование двух уголовных законов приведет лишь к увеличению нормативной базы и возникновению дистантных

законодательных коллизий.

В то же время следует поддержать М.С. Жука в том, что в перспективе «система институтов Общей части уголовного права должна строиться вокруг двух центральных категорий отрасли: преступления и уголовной

ответственности». 2 На этом основании в диссертационном исследовании М.С. Жука предлагается следующая перспективная композиция родовых уголовно-правовых институтов, характеризующих уголовную ответственность: институт понятия и целей уголовной ответственности; институт освобождения от уголовной

ответственности; институт понятия и видов наказания; институт назначения наказания; институт освобождения от отбывания наказания (за исключением правовых предписаний об освобождении от дальнейшего отбытия наказания, уже частично отбытого, как имеющих иную отраслевую принадлежность - уголовно-исполнительную); институт конфискации имущества; институт принудительных мер медицинского характера; институт судимости. 3 В целом соглашаясь с данным предложением, представляется

целесообазным осуществить его

корректировку за счет конструирования соответствующих типовых институтов: института уголовной ответственности, объединяющего родовые институты понятия и целей уголовной ответственности, освобождения от уголовной

ответственности; института наказания, объединяющего родовые институты понятия и видов наказания, назначения наказания, освобождения от отбывания наказания, судимости; института иных мер уголовно-

правового характера, объединяющего родовые институты принудительных мер воспитательного воздействия,

принудительных мер медицинского характера и конфискации имущества. Объединение трех последних родовых институтов в рамках единого раздела (в последовательности, более привычной для правоприменителя: принудительные меры воспитательного воздействия;

принудительные меры медицинского характера, конфискация имущества) позволит законодателю более рельефно показать специфику юридической природы принудительных мер воспитательного воздействия, принудительных мер медицинского характера и конфискации имущества и их отличие от основного типа мер уголовно-правового характера -наказания. Таким образом, следует вернуться к принципиальной схеме Общей части УК РСФСР 1960 года, где в рамках одной рубрики (глава 6) объединялись институты принудительных мер воспитательного и медицинского характера (ст.ст. 58-63 УК РСФСР).

1 Жук, М.С. Указ.с оч. С. 34.

2 Там же. С. 14.

3 Там же. С. 15, 42, 51.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Бэкон, Ф. Сочинения в 2-х т. - 2-е изд., перераб.и доп. - М.: Мысль, 1977. - Т.1. -С. 502.

2. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991.

№30. Ст. 862.

3. Власенко, Н.А. Правила законодательной техники в нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей. Т.1 / Отв. ред. В.М. Баранов. - Н. Новгород: Изд-во НА МВД России, 2001. - С. 180.

4. Герасимов, А.М. Нравственность в уголовном праве России: Автореф. дис... канд. юр. наук: 12.00.08. - Саратов, 2006. - С. 14.

5. Давыдова, М.Л. Правовые декларации в российском законодательстве // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей. Т.1 / Отв. ред. В.М. Баранов. - Н. Новгород: Изд-во НА МВД России, 2001. - С. 275-280.

6. Жук, М.С. Институты российского уголовного права: понятие, система и перспективы развития: Автореф. дис. д-ра юр. наук: 12.00.08. - Краснодар, 2013. - С. 1415, 34, 41-42, 51.

7. Журавлев, А.В. Теоретические и практические аспекты назначения уголовного наказания несовершеннолетним: Автореф. дис. канд. юр. наук: 12.00.08. - М., 2006. -С.15-16.

8. Законотворчество в Российской Федерации: Научно-практ. пособие / Отв. ред. А.С. Пиголкин. - М., 2000. - С. 564-583.

9. Иоффе, О.С. Структурные подразделения системы права (на материалах гражданского права) // Ученые записки ВНИИСЗ. - 1968. - Вып.14. - С. 4.

10. Кашанина, Т.В. Юридическая техника: Учебник. - М.: Эксмо, 2007. - С. 116.

11. Кириллов, В.И., Старченко, А.А. Логика. - М., 1996. - С. 57.

12. Козлов, А.П. Механизм построения уголовно-правовых санкций: Монография. -Красноярск: Изд-во Красноярск. ун-та, 1998. - С. 111.

13. Коняхин, В.П. Теоретические основы построения Общей части российского уголовного права. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2002. - С. 141, 143, 144, 191.

14. Коршиков, И.В. Принцип гуманизма в уголовном праве Российской Федерации: Автореф. дис. канд. юр. наук: 12.00.08. - Саратов, 1999. - С. 9-12.

15. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.В. Коряковцев, К.В. Питулько. 2-е изд., перераб. и доп. - СПб.: Питер, 2006. - С.195-197.

16. Комментарий к Методическим рекомендациям по юридико-техническому оформлению законопроектов. - М., 2005.

17. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: расширенный уголовно-правовой анализ с материалами судебно-следственной практики / Отв. ред. А.П. Новиков. 5-е изд., перераб. и доп. - М.: Экзамен, 2006. - С.189-192.

18. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.И. Рарог. 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Проспект, 2006. - С. 155-158.

19. Назаренко, Г.В. Принципы в уголовном праве // Уголовно-правовые, пенитенциарные принципы и их реализация: правотворческий, правоприменительный уровни. Ч.1: Матер. научно-практ. конф., г. Саратов, 28-29 марта 2005 г. - Саратов: Изд-во СГАП, 2005. - С. 75.

20. Нечепуренко, А.А. Испытание в уголовном праве: Автореф. дис. д-ра юр. наук: 12.00.08. - Омск, 2009. - С. 31.

21. Панченко, П.Н. Законодательная техника как фактор системности законов (на примере уголовно-правовой проблематики) // Юридическая техника. - 2008. - №2. - С. 118.

22. Панько, К.К. Методология и теория законодательной техники уголовного права

России: Монография. - Воронеж, 2004. - С. 106, 116.

23. Панько, К.К. Основы законодательной техники в уголовном праве России (теория и законодательная практика): Автореф. дис. д-ра юр. наук: 12.00.08. - Саратов, 2006. - С. 12.

24. Разгильдиев, Б.Т. Принцип равенства граждан перед законом и его значение в уголовно-правовом обеспечении прав и свобод личности // Права человека: пути их реализации. Ч.2. - Саратов: Изд-во СГАП, 1998. - С. 8.

25. Ромашов Р.А. Конкретизация законодательства: процесс и результат (субъективные заметки участника международного симпозиума в Геленджике) // Юридическая техника. - 2007. - №1. -С. 296.

26. Семенова, И.С. Проблема принципа равенства граждан перед законом в предмете уголовного права // Предмет уголовного права и его роль в формировании уголовного законодательства Российской Федерации: Матер. научно-практ. конф., г. Саратов, 25-26 апреля 2002. - Саратов: Изд-во СГАП, 2002. - С. 85.

27. Табарин, И.В. Современная теория права: Новый научный курс. - М., 2008. - С.

275.

28. Тихонова, С.С. Юридическая техника в уголовном праве: Курс лекций. - Н. Новгород: Деком, 2008.- С. 22-23.

29. Тихонова, С.С. Юридико-технические требования информационной насыщенности уголовно-правовых предписаний Общей части УК РФ// Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Матер. Межд. научно-практ. конф., г. Москва, 28-29 января 2010 г. / Отв. ред. А.И. Рарог. - М.: Проспект, 2010. - С. 118-119.

30. Уголовное право. Общая часть: Учебник / Отв. ред. Н.И. Ветров, Ю.И. Ляпунов. -М., 1997. -С. 40.

31. Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Отв. ред. А.Э. Жалинский. 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Эксмо, 2006. - С. 252255.

32. Чечель, Г.И., Иванов, С.А. Современное понимание принципа справедливости в уголовном праве России // Российский криминологический взгляд. - 2008. - №3. - С. 1 97, 199.

33. Юридическая техника: Курс лекций / Под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика. -М.: ДГСК МВД России, 2012. - С. 93, 99, 100.

34. Юридический энциклопедический словарь / Отв. ред. А.Я. Сухарев. - М.: Сов. энциклопедия, 1984. - С. 281.