РУССКАЯ КУЛЬТУРНАЯ ДОМИНАНТА КАК ОСНОВА РОССИЙСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В СОЦИОЛОГИЧЕСКОМ ИЗМЕРЕНИИ

Е.П. Казбан

РУССКАЯ КУЛЬТУРНАЯ ДОМИНАНТА КАК ОСНОВА РОССИЙСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ В СОЦИОЛОГИЧЕСКОМ ИЗМЕРЕНИИ *

Аннотация

Статья посвящена анализу потенциала русской культуры как доминанты реализации политики идентичности и фактору поддержания целостности российского государства, сохранения суверенитета и стабильности развития общества. В работе используются результаты социологических исследований, которые проводились в различные годы Институтом социологии РАН, Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ) и другими исследовательскими центрами по широкому спектру проблем. Результаты этих исследований позволяют делать выводы о состоянии общественного мнения, приоритетах и ценностных ориентирах граждан России и тенденциях развития российского общества. Применение общенаучных методов анализа и синтеза, сравнительного метода позволило осуществить анализ категориального аппарата, применяемого в работе. На основе анализа различных подходов к изучению политической идентичности, используемых в современной науке, дано представление о сущности данного явления как многосоставного и многоуровневого концепта. Категория «культура» как важнейший элемент, участвующий в механизмах идентификации человека рассматривается в широком смысле, как система, включенность в которую позволяет человеку взаимодействовать с окружающим миром. Анализ феномена «русская культура» проведен в исторической ретроспективе, что позволило акцентировать внимание на ее особенностях, повлиявших на

E. Kazban

RUSSIAN CULTURAL DOMINANT AS THE BASIS OF RUSSIAN POLITICAL IDENTITY IN THE SOCIOLOGICAL DIMENSION

Abstract

The article analyzes the potential of Russian culture as a dominant of identity policy and the factor of maintaining the integrity of the Russian state, preserving the sovereignty and stability of society. We use the results of sociological studies carried out in different years by the Institute of sociology, Russian center of studying of public opinion (VCOM) and other research centres for a wide range of problems. The results of these studies allow us to draw conclusions about the state of public opinion, priorities and value orientations of Russian citizens and trends in the development of Russian society. Based on the use of General scientific methods of analysis and synthesis, comparative method, the analysis of the categorical apparatus used in the work. On the basis of the analysis of various approaches to the study of political identity used in modern science, an idea of the essence of this phenomenon as a multi-component and multi-level concept is given. The category "culture" as the most important element involved in the mechanisms of human identification is considered in a broad sense, as a system in which inclusion allows a person to interact with the outside world. Russian Russian Russian culture phenomenon is analyzed in historical retrospect, focusing on the features in the value orientations characteristic of Russian culture and influenced the formation of the identity of the Russian people: the values of the state and the personification of political power. The author identifies the elements of Russian culture that allowed the USSR

формирование идентичности русского to pursue identity policy on the basis of

человека: ценности государства и пер- the priority of the ideological component

сонификации политической власти. Вы- and to form an idea of the Soviet people

делены элементы русской культуры, as a new, integral historical and political

позволявшие в СССР на основе приори- community. The phenomenon of Russian

тета идеологической составляющей culture is considered as the center of the

проводить политику идентичности и "Assembly center" of Russian society and

формировать представление о совет- the basis for the formation of national

ском народе как новой, целостной исто- and cultural identity, which in turn is the

рической и политической общности. basis for the formation and development

Феномен русской культуры рассмотрен of political community within the Russian

как «центр сборки» российского обще- state. In this regard, the concept of

ства и основа формирования нацио- "identity policy" is analyzed and the prior-

нально-культурной идентичности, кото- ities of its implementation in modern Rus-

рая в свою очередь лежит в основе sia are considered. формирования и развития политической общности в рамках российского государства. В этой связи анализируется понятие «политика идентичности» и рассматриваются приоритеты ее осуществления в современной России.

Ключевые слова: Key words:

политическая идентичность, идентичность, political identity, identity, Russian culture,

русская культура, политика идентичности, identity politics, national and cultural identi-

национально-культурная идентичность. ty.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ и АНО ЭИСИ в рамках научного проекта №19-011-31560.

Кризис идентичности, который в рамках системного кризиса характеризовал развитие российского общества в девяностых и нулевых годах связывают с разрушением Советского союза и радикальными преобразованиями конца двадцатого века. Кризисные проявления коснулись разных сфер и вскрыли многие проблемы, которые были присуще исключительно России. Социологические исследования тех лет фиксировали, что «российские граждане испытывают серьезные проблемы с коллективной идентичностью. По большому счету, их мало что объединяет: нет ни общей идеологии, ни общих целей и интересов» [9, с. 90]. И вместе с тем социологи констатировали, что социальная структура общества сохраняла и воспроизводила базовые ценности жизни общества, которые определяли способы восприятия гражданами действительности. Изменения социокультурных стереотипов, которые определяют тип сознания, происходили медленно, постепенно.

Среди факторов, усложняющих формирование сегодня единого целостного организма в рамках российской идентичности и как составной ее части политической идентичности, помимо сугубо российских проблем следует обозначить и общие, имеющие цивилизационное значение. Эти сложности

связывают с развитием постиндустриального общества, которое предлагает человеку множественность идентификаций. В современном мире мы можем говорить о полиидентичности.

В рамках общества постмодерна или постиндустриального общества, в которое вступила и Россия человек в отличие от предыдущих эпох, традиционного общества и индустриального общества не может соотнести себя однозначно с одной общностью, личность идентифицирует одновременно себя с множеством разнородных идентичностей. Общество постмодерна, которое связывают с представлением о массовом обществе, зачастую ставит человека перед выбором множественности идентификаций и как следствие этого, человек вынужден менять свои предпочтения и качества, определять новый тип идентичности, соединять в своем сознании разновекторные, трудно сопоставимые между собой системы ценностей. Современная эпоха не создает условий для восприятия человеком самого себя как самодостаточной и самотождественной личности [7, с. 170]. В результате индивид становится, по определению французского исследователя постмодерна Ж.-Ф. Лиотара, личностью с нулевой степенью общей культуры.

Акцентирование внимания на вопросах формирования идентичности связано с возрастанием интереса к изучению субъективного восприятия человеком политики и проекции такого восприятия на политическое действие, как социокультурных оснований политического процесса [10, с. 8]. Не случайно название, получившее широкую известность «Культура имеет значение» получил сборник, вышедший под редакцией Л. Харрисона и С. Хантингтона и объединивший в разделе, отведенном культуре и политическому развитию, работы Р. Инглхарта, Ф. Фукуямы, С.М. Липсета и Г.С. Ленца [32].

Идентичность есть важнейший параметр сохранения целостности социума, поддержания его жизнеспособности и, следовательно, перспектив поступательного развития. Так как политическая сфера, являясь регулятивной, имеет собственную логику развития и закономерности, задает определенные параметры и направление всей системе, поэтому политическая идентичность, как элемент идентификации человека, выступает важнейшим фактором поддержания целостности и жизнеспособности системы как целостного организма. В этой связи культура общества может рассматриваться как важнейший фактор, влияющий на формирование политической идентично-

сти, использоваться, при проведении политики идентичности, а, следовательно, выступать важнейшим элементом в политическом процессе.

Политическая идентичность может быть определена как составная часть социализации человека. Она формируется как вторичная социализация на основе социальных процессов, происходящих в обществе. Социальные отношения способствуют не только ее возникновению и поддержанию, но даже переформированию [33, с. 152]. В центре внимания политологов оказывается именно политическая идентичность. Объяснительные характеристики данного понятия разнятся.

Р.Г. Абдулатипов под политической идентичностью понимает «объективизацию духовной энергии человека и социального опыта, общности и государства через самосознание и самопознание, через выбор и мобилизацию, которые человек проходит. Это духовный стержень жизнедеятельности человека, общности, и государства» [2, с. 413].

Другой аспект трактовки понятия политическая идентичность может быть связан со значимостью политических символов. Для многих людей политика ассоциируется с определенными символами, которые зачастую приобретают абстрактный характер. Люди, определяя свою политическую идентичность или конструируя ее, отождествляют себя не с людьми или событиями как таковыми, а с определенными символическими значениями, с которыми в их сознании ассоциируются эти люди или политические события.

Между тем, в самом общем и широком смысле понятие политической идентичности можно свести к отождествлению индивидом самого себя, с какой - либо политической группой, или политическим субъектом, принятию определенных политических ролей, трансляции форм политического поведения и стереотипов, которые присущи той социальной группе, в которою данный индивид включен [30].

Вместе с тем надо отметить, что подходы не только к определению, но и изучению политической идентичности существуют разные. Выделяют следующие подходы: функционализм, неомарксизм, символический интерак-ционизм и постструктурализм.

С позиции функционализма политическая идентичность рассматривается как составная часть политической культуры, которая трактуется как присоединение и отождествление индивида с коллективным обобщенным началом. Центральное место в изучении политической идентичности отводится ценностным ориентациям, которые рассматриваются как основы моти-

вационной системы человека [33, с. 64-65]. Ценностные ориентации позволяют индивиду отличать себя от другой системы взглядов, выявлять свою идентичность. Таким образом, политическая идентичность выступает средством позволяющим человеку дистанцироваться, с одно стороны, от одних индивидов, политических организаций и институтов власти, а с другой стороны, отождествлять себя с другими [3, с. 64-65].

С позиций неомарксизма политическая идентичность рассматривается сквозь призму классового подхода, через понятие «классовое сознание». Классовое сознание формируется на основе экономических интересов и потребностей класса и их осознания представителями данного класса. Следовательно, индивид выбирает те политические партии и такой тип политического поведения, которые соответствуют экономическим интересом и потребностям своего класса. Важнейшее значение с позиций неомарксизм имеет классовая идеология. Она рассматривается как теоретическое обоснование и выражение интересов того или иного класса, высшая форма классового самосознания [19].

«Символический интеракционизм определяет идентичность как отнесение к себе действий, прав, обязательств, готовность стяжать функции, ответственность, осуществлять выбор» [31, с. 297-309]. Идентичность с позиций этого подхода рассматривается через призму самооценки.

«Конечная ступень идентификации достигнута, когда человек может войти в политическую жизнь общества и не только рефлексировать по поводу своей реакции на конкретные события или политические институты, но и учитывать при этом нужды, потребности, требования социальной группы, законов, организаций, государства и даже всего мирового сообщества» [4, с. 26-28].

Концепция постструктурализма основывается на идее о том, что у социального мира отсутствует логика развития и в основе его функционирования не лежат определенные структуры. Исходя из основополагающих идей, политическая идентичность определяется на основе отождествления индивидов с другими на основе идентичности схожих габитусов и жизненных траекторий. Человек определяет свою идентичность, основываясь на основе своего опыта, восприятия политической ситуации [19].

Многозначность понятия политической идентичности позволяет характеризовать ее через классификацию уровней и составляющих, сквозь призму которых она определяется. Так, например, один из уровней может опреде-

ляться как институциональный. В рамках данного подхода политическая идентичность связывается с политическими структурами, такими как государство, политические партии. Другой уровень может включать идентичности, которые изначально не были политическими, а приобретают политизированный характер в таких ситуациях, когда для своей защиты используют связь с властью, например: этническая, культурная, языковая идентичности [19].

Другой подход к определению политической идентичности позволяет выделить различные составляющие, раскрывающие данное понятие. Первая составляющая представляет политическую идентичность через совокупность политических принципов, которые являются нормативным основанием осознания гражданами своей политической общности в рамках страны. Вторая составляющая представляет ориентации и представления как совокупность определенных уникальных особенностей задающих специфику данному государству в соотнесении с Другими как противостоящими в границах маркировки государства. К третьей составляющей может быть причислена совокупность представлений о прошлом данного общества, значимых исторических событиях, которые позволяют осознавать себя единым политическим сообществом [25, с. 5].

При всей неоднозначности и многообразии понимания и объяснения сущности политической идентичности, ее можно определить, «как особый вид социальный идентичности, направленный на самоопределение индивида/группы в политическом плане (политических категориях) посредством идентификации с политическими институтами и предполагающий участие групп и индивидов в политическом процессе, а также взаимоотношения внутри группы и с другими подобными группами.» [20, с. 20].

Рассматривая место и роль культуры в формировании политической идентичности необходимо дать объяснительные характеристики понятию «культура».

В самом широком смысле культуру можно рассматривать «как особую форму бытия, где реализуются и материальные, и духовные действия человека, воплощающие его отношение к природе, к обществу и к самому себе. С этих позиций культура понимается... как система, причем функциональная и исторически развивающаяся в силу ее связи с природой и обществом» [6, с. 5].

Многогранность этого явления позволяют исследователям выделять различные подходы к этому явлению. Так американские культурологи

А. Кребера и К. Клакхона классифицируя определения культуры, выделяют шесть групп.

1. Описательные определения, которые интерпретируют культуру как сумму всех видов человеческой деятельности, обычаев, верований;

2. Исторические определения, которые связывают культуру с традициями и социальным наследием общества;

3. Нормативные определения, которые рассматривают культуру как совокупность норм и правил, организующих человеческое поведение;

4. Психологические определения, в соответствии с которыми культура представляет собой совокупность форм приобретенного поведения, возникающих в результате приспособления и культурной адаптации человека к окружающим условиям жизни;

5. Структурные определения, которые представляют культуру в виде различного рода моделей или единой системы взаимосвязанных феноменов;

6. Генетические определение, которые основываются на понимании культуры как результата адаптации человеческих групп к среде своего обитания [5, с. 45-46].

Культура как сложное, многосоставное явление лежит в основе жизнедеятельности человека и определяет его положение в мире и обществе. Система ценностей, символов, ритуалы, обычаи, язык, религия и поведенческие модели, в жизни любого человека позволяют соотнести себя с определенной культурой. На основе культуры человек получает возможность быть включенным в социальную систему, существовать в ней.

Рассматривая русскую культуру надо определиться с содержанием и историческим значением этого явления. Безусловно, русская культура как продукт и содержание жизни формировались русскими как этнической группой. В силу многонациональности русского государства в сферу влияния русской культуры были включены все этносы, входившие в политическую общность, так как доминанта русской православной культуры лежала в основе российской государственности и оказывала свое влияние на культуры других народов, но, не разрушая их, а обогащая.

В данном случае русская культура может рассматриваться не только как этническая культурная система, а как культура национальная, которая лежит в основе формирования гражданской идентичности и политической идентичности как ее составной части. Так на мировой арене понятие «рус-

ские», обозначает принадлежность именно к государству, независимо от национальности человека.

В условиях многовековой многонациональности российской государственности, и особой роли государства в жизни и истории нашего общества, на что в своих трудах обращали внимание еще выдающиеся правоведы и историки XIX - нач. XX вв.: К.Д. Кавелин, Б.Н. Чичерин, В.О. Ключевский, именно государство становится системообразующим началом в жизни общества, стержнем жизни.

Для большинства граждан и сегодня объединяющим центром по-прежнему остается государство. Социологические исследования последних лет показывают, что государство относится к числу бесспорных доминант массового сознания россиян. Особенностью идентификации россиян является представление о значимой роли государства в жизни человека. Государство воспринимается не только как политико-правовой институт, но и как социальный института и непосредственный участник экономических отношений.

Традиционно русское государство это держава, которая формировалась на основе русской культуры и православия. И сегодня эта доминанта опять в центре политической идентичности россиян. В сознании большинства граждан величие государства ассоциируется с историческим прошлым, достижениями ее культуры и наших предков. Но справедливости ради надо отметить, что, прежде всего это свершения советского общества: «Победа советского народа в Великой Отечественной войне (67%). Еще у 61% опрошенных гордость вызывает восстановление советским народом страны после Великой Отечественной войны. Среди «пятерки» достижений - успехи советской космонавтики» [9].

Достижения русской культуры, как основы формирования могущественного государства использовались и в советское время. Через призму идеологии отбирались те достижения, которые могли подчеркнуть преемственность общих корней и имеющие наднациональное, мировое значения, как символы, объединяющие политическую целостность и укрепляющие роль государства на мировой арене. Широко использовались символы героического прошлого народа, победы русского оружия, достижения русской культуры, как основы формирования в сознании граждан чувства гордости за Родину и могущества государства. Распространение русского языка как государственного наряду с национальными языками и изучение его и русской литературы в системе всеобуча в СССР, способствовало объединению

общества, его консолидации. Русский язык превратился в язык межнационального общения. С учетом формирования доминанты идеологической составляющей и наднациональной советской идентичности как объединяющей в рамках многонациональной политической общности русская культура выполняла важнейшую миссию консолидации общества.

После распада СССР многие народы в качестве механизма самосохранения идентифицировали себя с точки зрения национальной и конфессиональной идентичности. Это была возможность заявить о себе как нации, то есть об общности не только национальной, но и политической, формируются представления о государственности и степени суверенности [12, с. 110].

Опросы, проведенные Институтом социологии РАН в 1999 году, показали, что в ответах на вопрос «О ком Вы могли бы сказать - это мы?» подавляющее большинство респондентов отдало предпочтение этнической общности по сравнению с общностью республиканской или общероссийской. Эта тенденция была очень тревожной в 1990-х гг. Ослабление оснований политической идентичности в рамках единого государства вело к нарастанию центробежных тенденций в политическом процессе и несло угрозу целостности России.

Несформированность общегражданской, национальной идентичности приводила к развитию альтернативных форм, таких как: этническая, конфессиональная и различных локальных идентичностей. «По данным социологических исследований, проведенных РНИСиНП в 1998 году, развитие регионального патриотизма в некоторых регионах России (например, на Дальнем Востоке, в Калининградской области) влекло за собой одобрение идеи выхода из состава страны, распространение сепаратистских настроений, а также доминирование региональной идентичности над общероссийской или государственной» [22, с. 67].

Формирование современного российского государства как целостного и суверенного образования изначально мыслилось реформаторами 1990-х гг. по западному образцу на основе либерально-демократических ценностных ориентиров. В основе принципов Конституции РФ 1993 года лежат идеи приоритета естественного права, личных свобод, политического плюрализма и не говорится ничего о национальной государственной идее, вокруг которой будет формироваться новая политическая идентичность. Постепенно стало ясно, что либеральные ценности не могут стать ведущими в гетерогенном российском обществе. Что без объединяющей в ценностно-

смысловом плане ориентации общества невозможна консолидация, сохранение и возрождение государства, а, следовательно, и развитие. В условиях распада советской политической идентичности и находящейся в процессе формирования новой российской идентичности как раз «русская культура» в широком смысле могла бы стать центром собирания новой политической общности.

Как определяют само понятие «русские» сами граждане? Стоит ли за ним биологический фактор или социальный? «Данные, полученные в ходе социологического исследования, не дают на этот вопрос однозначного ответа. 38% опрошенных россиян все же полагают, что «русские - это те, кто воспитан на русской культуре и считают ее своей». Ненамного меньше и тех, кто главным фактором, определяющим «русскость», называет «наличие русских родителей» (33%). 32% россиян считают, что русский - это тот, кто любит Россию, 27% - тот, кто сам называет себя русским, 20% - тот, кто имеет российское гражданство, 13% - тот, кто говорит по-русски, и, наконец, 11% - тот, кто исповедует православную веру. Все эти варианты ответов носят скорее культурологический, почвенный, гражданский характер, чем биологический, связанный с пресловутым «зовом крови» [9].

В условиях многонационального и многоконфессионального общества значимой особенностью политической идентичности россиян является роль политического лидера в определении политических предпочтений россиян. Так социологические опросы фиксируют, что большинство граждан, не отождествляют себя с какой - либо политической партией, политическим движением или идеологией, а скорее с персоной, которая воспринимается как национальный лидер и выполняет, в том числе и объединительные символические функции. Значимость политического лидера: царя, вождя, главы государства, президента, иными словами персонификация власти в полной мере вписывается в модель русской политической культуры и является отличительным ее признаком, сохраняющим значимость в современном политическом процессе. «На посту Президента РФ россияне хотят видеть национального лидера, способного обеспечить смыслополагающую функцию государства на базе разделяемых большинством населения фундаментальных ценностей». Данные социологических опросов подтверждают это [9].

Перечисленные выше особенности идентификационных механизмов россиян исследователи обозначают как негативную политическую идентичность. Данная особенность создает благоприятные условия для воздействия

государства. Власть может оказывать влияние на формирование политической идентичности посредством СМИ и других каналов воздействия. Целенаправленное воздействие со стороны власти по конструированию политической идентичности граждан может быть рассмотрено в контексте категории «политика идентичности», который лежит в основе политической идентичности [18, с. 211].

Отечественные ученые вводят в научный оборот данное понятие, и проблематика сознательного конструирования политической идентичности находится в фокусе научных исследований [21, с. 61-80].

Само понятие «политика идентичности» вводится для обозначения деятельности направленной на целенаправленное формирование определенных ценностных установок, моделей поведения, ритуалов.

Формулируя приоритеты политики государства в этом направлении, председатель Комитета Государственной думы РФ по культуре Г. Ивлиев говорил: «Русская культура при любом экономическом устройстве сохраняет свои характерные качества. Доминантное положение в нашем обществе сейчас занимают уже созданные культурные ценности. Почему мы не жалеем денег на восстановление культурных объектов? Потому что это наша доминанта. Для нас важно создание национального центра духовного возрождения. Мы должны восстанавливать ценности для усиления национальной идентичности, причем именно объекты национально-государственного значения». «Русский проект» как долгосрочная программа положен Правительством в основу концепции социально-экономического развития до 2020 года [8].

Главными принципами проведения культурной политики, консолидирующей общество и выступающей основанием политической идентичности, ученые выделяют принцип непротиворечивости с историей. Еще таким принципом может быть обозначен принцип «подспудность воздействия культурной политики», то есть воздействие на многонациональное и многоконфессиональное общество, должно оказываться непрямо и постепенно. Особую роль в реализации такого воздействия отводится не государственным институтам, а просветительству, образованию, науке, публицистике, формирующим ценностно-нормативную иерархию социокультурных запросов общества [23, с. 248].

Проведение политики идентичности как формирование определенной идентификационной целостности связано и с общими тенденциями, о которых говорилось в начале работы. Нарастание влияния индивидуализма в

сознании граждан создает угрозу кризиса политических институтов, гражданственности и государства в целом. Для проведения успешной политики идентичности государство не может быть единственным субъектом ее реализации, необходимо взаимодействие с институтами гражданского общества: авторитетными лидерами общественного мнения, представителями научного, творческого сообщества, представителями конфессиональных и этнических общин. «Процесс конструирования идентичности может рассматриваться как условие построения эффективной коммуникативной базы и консолидации представителей различных политических, культурных и этнических групп» [18, с. 211].

В этой связи можно согласиться с идеей, высказанной норвежским антропологом Т. Хиландом: нация возникает «с момента, когда группа влиятельных людей решает, что именно так должно быть. И в большинстве случаев нация начинается как явление, порождаемое элитой. Тем не менее, чтобы стать эффективным политическим средством, эта идея должна распространиться на массовом уровне» [29, с. 105].

Русская культура в условиях многонациональности и многоконфессио-нальности, безусловно, может выступать «центром сборки» общества, но в этой связи может быть выделена одна проблема. Русская культура не должна идентифицироваться с националистическим правым спектром в политической жизни страны, ее необходимо в сознании большинства граждан «отделить» от крайне правых сил. Необходимо выделять пропагандировать, тиражировать, внедрять в массовое сознание те проявления русской культуры, которые обладают объединительным потенциалом, имеющие мировое значение, которые помогут гражданам повышать свой общекультурный уровень, приобщаться к мировым достижениям, встраиваться в единую политическую и гражданскую общность.

Говоря о русской культуре и идентификационных ее началах в национально-политическом аспекте необходимо затронуть вопросы религии. Русская культура формировалась и развивалась на протяжении веков в лоне православия, не случайно в дореволюционной России русский понимался как православный. Идентификация граждан сегодня по религиозному принципу является составной частью культурной идентификации. Но основания религиозной идентификации остаются разными.

Так к первой группе можно отнести людей, которые с детства идентифицировали себя с религией, их меньшинство. Другая группа - это люди,

которые после распада СССР и возможности свободы религиозного выбора сознательно пришли к религии или в силу традиции своего народа. Следующую группу составляют те, которые отдавая дань, моде, следуя общей тенденции, или в силу отсутствия других нравственных ориентиров приобщился к религии. И наконец, есть многочисленная группа людей, которые причисляют себя к той или иной конфессии на основе отождествления со своей генетической культурной традицией [12].

Безусловно, религия рассматривается как важнейшая составляющая любой культуры, но в контексте общенациональной культурной составляющей православие может рассматриваться как одна из традиционных религиозных систем, пусть даже имеющих наибольшее количество последователей на территории России. Терпимость к другим вероисповеданиям, диалог конфессиональных организаций, равноправие, закрепленное законодательно, вот те принципы, которые должны быть основой развития национальной культуры. Ведь попытки привести все е единообразию всегда вызывает несогласие и протест, а это в свою очередь порождает ответную реакцию в виде подавления тех, чье мнение и действие не соответствует норме [13, с. 451]. Национально-культурная идентичность подразумевает принятие всеми членами общества не зависимо от их этнической и конфессиональной принадлежности добровольно общих правил, норм, символов и представлений. Основой такого объединения может стать русская культура, которая на протяжении многих веков и выполняла такие функции.

Вопросы изучения политической идентичности находятся в центре внимания нашей политической науки. Особый интерес к этой проблематики проявляется в начале 2000 гг. и связывается с актуализацией поиска пути развития страны, повышению интереса к изучению особенностей политической культуры России, вопросам цивилизационного выбора. Так в работах О. Малиновой, в научный оборот вводится категория «политическая макроидентичность» и используется анализа политического дискурса для выявления моделей идентичности политических акторов [16, с. 5-28].

В работах отечественных исследователей политическая идентичность рассматривается достаточно широко, как параметр политического сознания, а не просто набор политических установок относительно политических институтов, как многоуровневое явление, которое позволяет индивиду формировать линию политического поведения, ориентироваться в происходящих политических событиях. «В исследованиях политической иден-

тичности развивается такой конструкт как «матрица политической идентичности» (Н.В. Назукина) Он явился развитием идей множественности объектов (О.В. Попова) и многоуровневости феномена идентичности (З.А. Жаде)» [18, с. 210].

Появляются работы в фокусе внимания, которых в контексте анализа политической идентичности акцентируется внимание на вопросах ее формирования и русская культура рассматривается как доминанта, системообразующий центр формирования национально-культурной идентичности [17].

Обращают на себя внимания исследования, в которых вопросы национально-культурной идентичности, рассматриваются в контексте более узкой предметной области. В работах Н.Л. Смакотиной, Н.А. Хвыля-Олинтера, Е.М. Арутюновой таким фокусом является молодежь, в работах В.А. Авксентьева, А.Д. Саетгараева - этнические общности.

Вопросам политической идентичности россиян, месту и роли русской культуры в формировании национально-культурной идентичности как основы поддержания целостности государства и стабильности развития были посвящены исследования, которые проводили Институт социологии РАН, ФНИСЦ РАН, соответствующие центры МГУ им. М.В. Ломоносова, ВЦИОМ, фонд «Общественное мнение», «Левада-центр».

Вместе с тем, следует отметить, что вопрос об основе российской политической идентичности неоднозначно решался в теоретическом плане, несмотря на то что, общественный запрос на объединение и потребность в консолидации общества фиксировались всеми исследователями. В научном сообществе, политических кругах и широком общественном дискурсе, как в научно-теоретическом, так и в политическом аспектах рассматривались два варианта возможных оснований консолидации общества: культурная или гражданская. Принципиальные различия заключались в том, что культурная основа идентичности предполагает, что в центре идентичности лежит культура, а в России это может быть русская культура, следовательно, идентичность русская, а не российская, гражданская. В основе второй точки зрения лежит идея о том, что основой идентичности должны стать гражданские начала, хотя содержание понятия гражданская идентичность тоже имело варианты толкования. Обсуждение в научном сообществе данной проблемы актуализировалось задачами обновления «Стратегии государственной национальной политики», принятой 2012 году [26].

Обсуждение проблемы из научной плоскости перешло в политическую. Так в обновленной редакции «Стратегии государственной национальной политики Российской федерации на период до 2025 года», утвержденной Указом Президента РФ от 19.12.2012 №1666 (ред. от 06.12.2018) дается следующее понятие: «Общероссийская гражданская идентичность (гражданское самосознание) - осознание гражданами Российской Федерации их принадлежности к своему государству, народу, обществу, ответственности за судьбу страны, необходимости соблюдения гражданских прав и обязанностей, а также приверженность базовым ценностям российского общества.». В то же время зафиксировано, что «общероссийская гражданская идентичность основана на сохранении русской культурной доминанты, присущей всем народам, населяющим Российскую Федерацию. Современное российское общество объединяет единый культурный (цивилизационный) код, который основан на сохранении и развитии русской культуры и языка, исторического и культурного наследия всех народов Российской Федерации и в котором заключены такие основополагающие общечеловеческие принципы, как уважение самобытных традиций народов, населяющих Российскую Федерацию, и интегрирование их лучших достижений в единую российскую культуру» [1].

Подводя итог надо отметить, что социологические исследования последнего времени фиксируют, что российское общество остается сложным и не вполне интегрированным. Две тенденции как ведущие выявляются в процессах идентификации. Они развиваются параллельно. С одной стороны растет идентичность людей с государством, страной, что рассматриваться как положительная и обнадеживающая тенденция, способствующая политической консолидации народа, его сплочению. Параллельно развивается противоположная тенденция. Сокращается гражданская идентичность. По сравнению с 1990-ми гг. уменьшается число людей, которые считают, что могут влиять на положение в стране [27, с. 56; 60].

Развитие этих тенденций опосредованно подтверждает и директор ВЦИОМ В.В. Федоров «Российская идентичность сейчас очень сильна - в отличие от 1990-х гг., ... Сейчас же абсолютно доминирует убеждение, что наша страна должна идти собственным путем, проводить независимую политику. ... После потрясений 1998-1999 гг. российское общество нашло для себя «точку сборки». Такой точкой стало возрождение сильного государства, способного побороть первозданный хаос «лихих девяностых». Символом и мо-

тором процесса возрождения стал президент В. Путин. Он помог нашему обществу собраться, начать жить и работать и достигать успехов» [24].

Государство в течение последних лет разрабатывало и проводило политику, направленную на консолидацию общества, одним из инструментов которой может выступать политика идентичности.

Надо понимать, что политика государства - это инструмент достижения определенных целей, и этот инструмент может изменять свое содержание и уточняться, в зависимости от того какая задача решается на политическом уровне. В этой связи политика идентичности, как раз тот инструмент, с помощью которого можно решать политические задачи объединения общества. На каждом этапе развития эти задачи могут уточняться при сохранении общей стратегии консолидации общества. Эти уточняющие элементы могут быть связаны с теми запросами, которые возникают в обществе под воздействием как объективных, так и субъективных факторов. Так в 1990-е гг. был велик запрос не просто на объединение, а на возрождение самосознания и самоуважения русских как этнической общности на основе, которой исторически формировалось многонациональное государство. Возрождение национальной идентичности русских было залогом подъёма всего общества. Сейчас социологи делают вывод о том, что «Кризис идентичности русского народа, который фиксировали в 1990-е годы, исчерпал себя. Этнонациональ-ная идентичность русского народа не только выросла, но стала проявляться в других формах. Растет потребность не только в компенсационной составляющей идентичности, но и в той, которая бы поднимала достоинство, престиж народа (например, «Крым наш»)» [26, с. 21].

Русская культура в процессах возрождения национального самосознания русских не просто как этноса, а как основы, системообразующего начала российского государства призвана была играть ведущую роль.

Одновременно следует иметь в виду, что на протяжении всей истории русского государства «именно русская культура всегда выступала в качестве объединяющего начала, некоего центра духовного и культурного притяжения. Она развивалась как национальная, впитавшая в себя особенности полиэтничного и многоконфессионального общества» [15, с. 31].

Понимание национальной проблемы России как культурной, разделяли русские философы. Мыслитель русского зарубежья Г.П. Федотов под развитием национального сознания понимал «расширение русского сознания в сознание российское» [28, с. 65]. И.А. Ильин называя русский народ «веду-

щим» и видел его задачу не в том, чтобы подавить «ведомый» народ, а в том, чтобы приобщить его к культуре «ведущего» народа [11, с. 214].

Именно культура в широком смысле не порождает острого политического противостояния, может являться одной из основ формирования чувства солидарности на основе языковой общности, общности исторической памяти. Задача формирования общегражданской идентичности на почве осознания общего интереса и принадлежности к общей культуре мало того, что не выглядит недостижимой, но она уже постепенно реализуется [14].

Вместе с тем следует отметить, что задачи поддержания политической целостности и развития общества в центр проводимой государственной политики ставят и другую задачу, которая объективно осознается национальным сообществом - это развитие гражданской идентичности.

Литература

1. Указ Президента РФ от 19.12.2012 №1666 (ред. от 06.12.2018) «О Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года» http://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_139350/ (дата обращения 06.06.2019).

2. Абдулатипов Р.Г. Российская нация (этнонациональная и гражданская идентичность россиян в современных условиях). Москва: Науч. кн., 2005.

3. Абельс Х. Интеракция, идентичность, презентация. Введение в ин-терпретативную социологию / Пер. с нем.; Под общ. ред. Н.А. Головина и В.В. Козловского. СПб.: Изд-во Алетейя, 1999.

4. Заковоротная М.В. Идентичность человека социально-философские аспекты. Ростов-н/Д.: Изд-во Северо-Кавказского науч. Центра высш. шк. 1999.

5. Ионин Л.Г. Социология культуры. Москва: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2004.

6. Гафиятуллина А. О подходах к изучению понятия «культура» // Вестник КГУКИ. 2011. №2.

7. Постмодернизм // Новейший философский словарь / А.А. Грицанов. Минск: Современный литератор, 2007.

8. Ивлиев Г. Культура - доминанта нашей идентичности // Невское время. 2008 27 марта. URL: https://nvspb.ru/2008/03/27/ kulturadominantanasheiidentich-37891 (дата обращения 27.07.2019).

9. Идентичность в социологическом измерении Аналитический доклад. Подготовлен в сотрудничестве с представительством Фонда имени Фридриха Эберта в Российской федерации. Москва: Институт социологии РАН, 2007.

10. Идентичность как предмет политического анализа. Сб. ст. по итогам Всерос. науч-теоретич. конф. (ИМЭМО РАН, 21 - 22 октября 2010 г.). Москва: ИМЭМО РАН, 2011.

11. Ильин И.А. Собрание сочинений. Т. 2. В 10 т. Москва: Русская книга, 1993.

12. Степанянц М.Т. Культура и идентичность // Россия в диалоге культур / отв. ред. А.А. Гусейнов, А.В. Смирнов, Б.О. Николаичев. М.: Наука, 2010.

13. Кукатас Ч. Либеральный архипелаг: теория разнообразия и свободы. Москва: Мысль, 2011.

14. Летняков Д.Э. Возможности и перспективы национальной консолидации в современной России: критика унитаристских подходов // Поли-лог/Polylogos. 2018. T. 2. №2. URL: http://polylog.jes.su/s258770110000042-8-1 (дата обращения 27.03.2019).

15. Литвинцева Г.Ю., Пашедко Ю.М. Русская культура как основа национальной идентичности россиян // Международный научно-исследовательский журнал. 2017. Часть 1. №11(65).

16. Малинова О.Ю. Конструирование макрополитической идентичности в постсоветской России // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2010. Т. 6. №1.

17. Национально-культурная идентичность в современной России: истоки, особенности, перспективы: сб. ст. СПб.: Алетейя, Сер. Наука. Философия. Религия. 2015.

18. Попова О.В. Исследование проблем политической идентичности в России // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2013. Том 9. №2.

19. Саетгараев А.Д. Политическая идентичность в России // Вестник ЕГГПУ. 2010. №3(21).

20. Саетгараев А.Д. Соотношение политической и этнической идентич-ностей. Автореферат дисс... канд. полит. наук. Казань, 2011.

21. Семененко И.С. Российская идентичность перед вызовами XXI века: проблемы и риски на пути формирования гражданской нации // Дестабилизация мирового порядка и политические риски развития России / отв. ред. В.И. Пантин, В.В. Лапкин. Москва: ИМЭМО РАН, 2010.

22. Смакотина Н.Л., Хвыля-Олинтер Н.А. Национально-культурная идентичность молодежи: социологический метод оценки // Вестник Моск. Ун-та., Сер. 18. Социология и политология. 2010. №2.

23. Серегина Т.С. Феномен идентичности и культурная политика современной России // Контекст и рефлексия: философия о мире и человеке. 2016. Том 5. №6.

24. Солопенко А. Глава ВЦИОМ: Путин стал символом возрождения сильной России // Baltnew. URL: https://lv.baltnews.com/authors/20190517/1023017649/glava-vciom-putin-somvol-russia.html (дата обращения 04.07.2019).

25. Тимофеев И.Н. Политическая идентичность России в постсоветский период: альтернативы и тенденции. Москва: МГИМО Университет, 2008.

26. Учёные записки ФНИСЦ РАН: материалы заседания Учёного совета (Москва, 27 февраля 2019 г.). Вып. 2. Москва: ФНИСЦ РАН, 2019.

27. Потенциал межэтнического согласия как ресурс консолидации российского общества // Учёные записки ФНИСЦ РАН / Отв. ред. М. К. Горшков. Вып. 3. Москва: ФНИСЦ РАН, 2019.

28. Федотов Г.П. Судьба и грехи России: Избранные статьи по философии, русской истории и культуры. СПб.: София. Т. 1. 1992.

29. Eriksen T.H. Etnicity and Nationalism: Anthropological Perspectives. London: Pluto Press, 1993.

30. Fogelson R.D. Person, Self and Identity. Some Anthropological Retrospects, Circumspects and Prospects // Psycosocial Theories of the Self. Path in Psychology. Boston: Springer, 1982.

31. Franklin C. Measurement and the Dynamies of Party Identification // Political Behavior. 1992. V. 14.

32. Culture Matters. How Values Shape Human Progress / L.E. Harrison, S.P. Huntington (eds.). NY: Basic Books, 2000.

33. Hopf T. Identity and Security: Construction, Imposition and Choice. New York: Ann Arbor, 1994.

References

1. Ukaz Prezidenta RF ot 19.12.2012 №1666 (red. ot 06.12.2018) «O Strategii gosudarstvennoi natsional'noi politiki Rossiiskoi Federatsii na period do 2025 goda» http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_139350/ (data obrashcheniya 06.06.2019).

2. Abdulatipov R.G. Rossiiskaya natsiya (etnonatsional'naya i grazhdanskaya identichnost' rossiyan v sovremennykh usloviyakh). Moskva: Nauch. kn., 2005.

3. Abel's Kh. Interaktsiya, identichnost', prezentatsiya. Vvedenie v interpretativnuyu sotsiologiyu / Per. s nem.; Pod obshch. red. N.A. Golovinai V.V.Kozlovskogo. SPb.: Izd-vo Aleteiya, 1999.

4. Zakovorotnaya M.V. Identichnost' cheloveka sotsial'no-filosofskie aspekty. Rostov-n/D.: Izd-vo Severo-Kavkazskogo nauch. Tsentra vyssh. shk. 1999.

5. Ionin L.G. Sotsiologiya kul'tury. Moskva: Izd. dom GU VShE, 2004.

6. Gafiyatullina A. O podkhodakh k izucheniyu ponyatiya «kul'tura». Vestnik KGUKI. 2011. №2.

7. Postmodernizm. Noveishii filosofskii slovar'. A.A. Gritsanov. Minsk: Sovremennyi literator, 2007.

8. Ivliev G. Kul'tura - dominanta nashei identichnosti. Nevskoe vremya. 2008 27 marta. URL: https://nvspb.ru/2008/03/27/ kulturadominantanasheiidentich-37891 (data obrashcheniya 27.07.2019).

9. Identichnost' v sotsiologicheskom izmerenii Analiticheskii doklad. Podgotovlen v sotrudnichestve s predstavitel'stvom Fonda imeni Fridrikha Eberta v Rossiiskoi federatsii. Moskva: Institut sotsiologii RAN, 2007.

10. Identichnost' kak predmet politicheskogo analiza. Sb. st. po itogam Vseros. nauch-teoretich. konf. (IMEMO RAN, 21 - 22 oktyabrya 2010 g.). Moskva: IMEMO RAN, 2011.

11. Il'in I.A. Sobranie sochinenii. T. 2. V 10 t. Moskva: Russkaya kniga,

1993.

12. Stepanyants M.T. Kul'tura i identichnost'. Rossiya v dialoge kul'tur / otv. red. A.A. Guseinov, A.V. Smirnov, B.O. Nikolaichev. M.: Nauka, 2010.

13. Kukatas Ch. Liberal'nyi arkhipelag: teoriya raznoobraziya i svobody. Moskva: Mysl', 2011.

14. Letnyakov D.E. Vozmozhnosti i perspektivy natsional'noi konsolidatsii v sovremennoi Rossii: kritika unitaristskikh podkhodov. Polilog/Polylogos. 2018. T. 2. №2. URL: http://polylog.jes.su/s258770110000042-8-1 (data obrashcheniya 27.03.2019).

15. Litvintseva G.Yu., Pashedko Yu.M. Russkaya kul'tura kak osnova natsional'noi identichnosti rossiyan. Mezhdunarodnyi nauchno-issledovatel'skii zhurnal. 2017. Chast' 1. №11(65).

16. Malinova O.Yu. Konstruirovanie makropoliticheskoi identichno-sti v postsovetskoi Rossii. Politicheskaya ekspertiza: POLITEKS. 2010. T. 6. №1.

17. Natsional'no-kul'turnaya identichnost' v sovremennoi Rossii: istoki, osobennosti, perspektivy: sb. st. SPb.: Aleteiya, Ser. Nauka. Filosofiya. Religiya. 2015.

18. Popova O.V. Issledovanie problem politicheskoi identichnosti v Rossii. Politicheskaya ekspertiza: POLITEKS. 2013. Tom 9. №2.

19. Saetgaraev A.D. Politicheskaya identichnost' v Rossii. Vestnik EGGPU. 2010. №3(21).

20. Saetgaraev A.D. Sootnoshenie politicheskoi i etnicheskoi identichnostei. Avtoreferat diss... kand. polit. nauk. Kazan', 2011.

21. Semenenko I.S. Rossiiskaya identichnost' pered vyzovami KhKhl veka: problemy i riski na puti formirovaniya grazhdanskoi natsii. Desta-bilizatsiya mirovogo poryadka i politicheskie riski razvitiya Rossii / otv. red. V.I. Pantin, V.V. Lapkin. Moskva: IMEMO RAN, 2010.

22. Smakotina N.L., Khvylya-Olinter N.A. Natsional'no-kul'turnaya identichnost' molodezhi: sotsiologicheskii metod otsenki. Vestnik Mosk. Un-ta., Ser. 18. Sotsiologiya i politologiya. 2010. №2.

23. Seregina T.S. Fenomen identichnosti i kul'turnaya politika sovremennoi Rossii. Kontekst i refleksiya: filosofiya o mire i cheloveke. 2016. Tom 5. №6.

24. Solopenko A. Glava VTslOM: Putin stal simvolom vozrozhdeniya sil'noi Rossii. Baltnew. URL: https://lv.baltnews.com/authors/20190517/ 1023017649/glava-vciom-putin-somvol-russia.html (data obrashcheniya 04.07.2019).

25. Timofeev I.N. Politicheskaya identichnost' Rossii v postsovetskii period: al'ternativy i tendentsii. Moskva: MGIMO Universitet, 2008.

26. Uchenye zapiski FNISTs RAN: materialy zasedaniya Uchenogo soveta (Moskva, 27 fevralya 2019 g.). Vyp. 2. Moskva: FNISTs RAN, 2019.

27. Potentsial mezhetnicheskogo soglasiya kak resurs konsolidatsii rossiiskogo obshchestva. Uchenye zapiski FNISTs RAN / Otv. red. M.K. Gorshkov. Vyp. 3. Moskva: FNISTs RAN, 2019.

28. Fedotov G.P. Sud'ba i grekhi Rossii: Izbrannye stat'i po filosofii, russkoi istorii i kul'tury. SPb.: Sofiya. T. 1. 1992.

29. Eriksen T.H. Etnicity and Nationalism: Anthropological Perspectives. London: Pluto Press, 1993.

30. Fogelson R.D. Person, Self and Identity. Some Anthropological Retrospects, Circumspects and Prospects. Psycosocial Theories of the Self. Path in Psychology. Boston: Springer, 1982.

31. Franklin C. Measurement and the Dynamies of Party Identification. Political Behavior. 1992. V. 14.

32. Culture Matters. How Values Shape Human Progress / L.E. Harrison, S.P. Huntington (eds.). NY: Basic Books, 2000.

33. Hopf T. Identity and Security: Construction, Imposition and Choice. New York: Ann Arbor, 1994.