В россиянах копится гражданская активность

Большинство россиян вполне либеральны во всем, что касается их личного жизненного успеха. Но они довольно консервативны, когда речь заходит о роли государства во внутренней и внешней политике. Такие настроения выявили ученые Института социологии РАН, которые представят сегодня доклад "Гражданский активизм: новые субъекты общественно-политической деятельности". Независимо от ценностных ориентаций россиян их гражданская активность в обществе качественно меняется, требуя от власти встречных шагов к диалогу.

Демократическими институтами "недовольна значительная часть населения не только в России, но и во многих развитых странах", пояснил "Ъ" один из авторов доклада, руководитель Центра комплексных социальных исследований Владимир Петухов. Но "тотального разочарования ни в российской, весьма несовершенной версии демократии, ни тем более в демократических ценностях у сограждан нет", утверждает он.

Есть разочарование в действующих партиях, а также в "одних и тех же" политических лидерах, несменяемых по 20 с лишним лет. Есть недоверие к институтам власти, в неэффективности которых каждый мог убедиться на собственном опыте. В силу этого в стране нарастает гражданская активность, убедились социологи (исследование проводилось в марте 2014 года при поддержке Института социально-экономических и политических исследований).

Социологи не нашли веских подтверждений стереотипу о том, что "российское общество, пережившее посттоталитарную травму, апатично, инертно, патерналистски ориентировано". По их опросам, 37% россиян нацелены "на инициативность, умение добиваться успеха, чувство собственного достоинства, рациональность, готовность к сотрудничеству, стремление к переменам". Устойчивость, "стабильность, воспроизводство себя в неизменной форме и негативное отношение к переменам" свойственно для 29% граждан.

Правда, либеральных ценностей "индивидуализма, нонконформизма, предприимчивости" россияне придерживаются "в достижении собственных жизненных целей". В оценке же роли государства внутри страны и за рубежом либералы составляют 8%, а государственники-державники — 56%. По мнению социологов, очевиден "запрос на "сильную руку" и развитие собственной государственности в противовес ориентации на союз со странами Запада". Но это не означает запроса на "закручивание гаек". Державники уверены, что "сильное государство" должно обеспечить "равенство всех граждан перед законом и обязательные для всех "правила игры"".

Типичный активный россиянин, как выявили социологи,— это человек в возрасте до 30 лет, имеющий высшее образование и проживающий в крупном областном или краевом центре, относящий себя к средним слоям общества и достаточно часто (не менее раза в неделю) использующий социальные сети. Типичный инертный россиянин — житель райцентра в возрасте старше 60 лет, имеющий среднее специальное образование и вышедший на пенсию, относящий себя к низшим слоям общества и не использующий социальные сети. Это различие "отчетливо выражает" скрытый "конфликт "советских" и "несоветских" поколений". Социологам еще предстоит выяснить, какое из поколений более чувствительно, например, к "закручиванию гаек".

Однако, невзирая на разность "поколений" и ценностных ориентиров, активность в обществе нарастает. При этом, "неполитический и политический активизм не противопоставлены, а, напротив, дополняют друг друга". Подавляющее большинство опрошенных (79-81%), "участвующих в деятельности неполитических общественных организаций, в той или иной форме включены и в политическую жизнь страны". В марте 57% опрошенных заявляли, что в той или иной степени причастны к политическому действию. Из них 12% уже предпочли "деятельные формы участия" — от интернет-сообществ политических единомышленников до членства в партиях. Еще 45% проявляют интерес к политике, но не выходят за рамки эпизодической и преимущественно "парадной" включенности (обсуждают политику в своем кругу и целенаправленно ходят на выборы).

В этих условиях крайне важен диалог "государственных институтов и граждан". Последние активны и порой решительны в защите интересов своего дома, своего двора. Но диалог с органами местного самоуправления складывается обычно после акций протеста. Что до политики, то, по мнению социологов, на фоне общего разочарования действующими партиями "объективно назревает некоторая "департизация" политической жизни". Итогом могут стать своеобразные "общественно-партийные холдинги" или "партии одного требования". Это могло бы "снизить остроту идейного и мировоззренческого противостояния" в обществе за счет "существенного расширения общественно-политической повестки дня".

Важно только, чтобы власть и граждане одинаково воспринимали термин "диалог". "Это не разговоры о "наболевшем" с кем-нибудь из начальства",— пояснил "Ъ" Владимир Петухов. По его словам, для гражданских активистов "диалог означает возможность оказывать давление на власть, чтобы добиваться от нее решения назревших проблем". Социологи не исключают нарастания протестной активности, невзирая на нынешний ее спад. Причем в ходе опросов выяснилось, что "конформизм и долготерпение российской глубинки сильно преувеличены".

"Уже сегодня готовность протестовать в защиту экономических и социальных прав граждан чаще высказывают жители сельских поселений (40%) и поселков городского типа (45%)", тогда как среди жителей мегаполисов, где преобладает "ядерный" протестный электорат, готовы к этому лишь 26%. Но у жителей глубинки "существенно меньше" возможностей добиться эффекта легальными формами протеста. Социологи не исключают возврата "таких архаичных форм выражения своего недовольства, как стихийные бунты, погромы". Кроме того, опросы показали, что "сегодня происходит латентная легитимация радикальных форм политической борьбы — все больше граждан считают допустимой мерой защиты своих прав формирование боевых отрядов (рост с 25% в 2012 году до 28% в 2014-м)". Социологи подчеркивают, что "агрессивный дискурс перестает восприниматься как маргинальный".