ВОССТАНОВЛЕНИЕ НАРУШЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ - ОДИН ИЗ КРИТЕРИЕВ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ

УДК 330.15 https://doi.org/10.21440/2307-2091-2020-2-191-199

Восстановление нарушенных земель — один из критериев устойчивого развития

Маргарита Николаевна ИГНАТЬЕВА*, Наталия Георгиевна ПУСТОХИНА**

Уральский государственный горный университет, Россия, Екатеринбург Аннотация

Актуальность. Устойчивое развитие предполагает сохранение количества возобновляемых ресурсов за счет воспроизводства использованных и восстановления нарушенных. Данный критерий имеет прямое отношение к восстановлению земель, нарушенных горными работами, в первую очередь открытыми работами. В то же время до сих пор почти половина нарушенных земель не рекультивируется.

Цель исследования - подтвердить неудовлетворительное состояние рекультивации нарушенных земель, тормозящее переход предприятий, осваивающих ресурсы недр, к устойчивому развитию.

Методы исследования - в процессе исследования использовались методы факторного и сравнительного анализа, статистические методы исследования: обобщения, группировки, сопоставления и др.

Результаты. Обобщение и анализ критериев устойчивого развития позволили подтвердить важность восстановления нарушенных земель для обеспечения устойчивого развития предприятий, осваивающих ресурсы недр. Актуальность рекультивационных работ обуславливает и экологическая компонента (цель 15) Целей устойчивого развития, а также признание значимости концепции биотической регуляции, требующей сохранения и восстановления естественных экосистем. Проанализировано состояние земельного фонда с позиции наличия нарушенных земель с начала 1960-х гг. Из числа нарушенных земель выделена доля, обусловленная разработкой месторождений полезных ископаемых, в том числе для современных условий по отдельным регионам (от 47 до 94 %). Выделена структура с наибольшим объемом нарушенных земель и наибольшим объемом рекультивированных. Выявлены структуры рекультивируемых земель, связанных с разработкой месторождений полезных ископаемых, проведением строительных и лесозаготовительных работ, размещением отходов. Установлена доля земель, занятых отвалами и хвостохранилищами, сокращение которой требует введения системы управления отвалами и применения природоохранных мероприятий. Рассмотрена эволюция понятия «рекультивация», которое в настоящее время сменилось понятием «ревитализация».

Выводы. Подтверждено неудовлетворительное состояние дел с рекультивацией нарушенных земель, в том числе горными работами. Доказано, что наиболее проблематичными являются регионы, относящиеся к числу минерально-сырьевых центров. Для текущего периода характерно 30-35 % восстановления нарушенных земель. Полученные результаты предопределяют актуальность и своевременность решения этой задачи в целях обеспечения устойчивого развития горнопромышленного комплекса России.

Ключевые слова: устойчивое развитие, критерии, недропользование, нарушенные земли, рекультивация.

Введение

Конференция ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро в 1992 г. подтвердила наличие проблемы надвигающегося экологического кризиса и противоречия между характером развития цивилизации и природой, которая достигла своего предела [1]. В результате был провозглашен тезис о переходе на модель устойчивого развития, обеспечивающую прогресс общества при сохранении окружающей природной среды с учетом интересов будущих поколений [2, 3]. Понятие устойчивости по отношению к экономике впервые было сформулировано в 1970-х гг. [4, 5]. Наиболее приемлемой из множества определений устойчивого развития остается трактовка, данная в докладе «Наше общее будущее», подготовленном в 1987 г. комиссией ООН по окружающей среде и развитию под руководством Г. Х. Брундтланд, которая звучит как «Удовлетворение нужд сегодняшнего поколения без ущерба

способности будущих поколений удовлетворять свои потребности» [6]. Устойчивость развития касается социо-э-колого-экономической системы любого уровня (глобальный, национальный, региональный, локальный), при этом во всех случаях устойчивое развитие может быть достигнуто лишь при устойчивости всех трех ее подсистем: экономической, экологической и социальной. В большинстве случаев исследованию подлежит экономическая устойчивость, которая часто ассоциируется с экономической безопасностью, т. е. предполагает экономический рост, достижение целевых критериев при наличии возможной минимизации отрицательного воздействия всех внутренних и внешних факторов. Социальная устойчивость предполагает сбалансированность отношений в рамках социума, снижение числа бедных, сбалансированность численности населения и обеспеченности ресурсами. Особо важная

EDrinis@mail.ru

http://orcid.org/0000-0001 -9014-905Х **kao@m.ursmu.ru

роль принадлежит экологической устойчивости, нарушение которой грозит всеобщим коллапсом. Ее определение в трактовке авторов [7, 8], или, как трактуют концепцию устойчивого развития авторы [8], «Идеология баланса интересов поколений» в рамках экологической парадигмы «это такое состояние природной системы, при котором обеспечивается сбалансированное развитие, целостность системы в течение продолжительного периода времени за счет амортизации возмущающих воздействий, реализация механизма адаптации или возвращение в исходное или близкое к нему состояние после выхода из него под влиянием внешних и внутренних факторов».

Только сбалансированность всех трех подсистем, схематичное отображение которой представлено на рис. 1, обеспечивает реализацию концепции устойчивого развития, при которой имеет место рост благосостояния населения одновременно со стабилизацией и повышением уровня социальной обеспеченности при минимизации потребления природных ресурсов, сокращение техногенной нагрузки на природную среду и сохранение «здоровья» экосистем.

Развитие экономической подсистемы подчиняется социальным и экологическим ограничениям [9], так как благополучие человечества предполагает решение социально-экономических задач в рамках экологической емкости планеты [10, 11]. Экономический результат может быть получен при условии выполнения социальных и экологических нормативов - условии, которое еще ранее провозглашал социально-экономический подход к освоению природных ресурсов [12] и его экологизированный вариант - геоэкосоциоэкономический подход [13]. Основные условия, определяющие реализацию концепции устойчивого развития, сводятся к следующим:

- обеспечение сохранности экологических систем при преобразовании технико-технологических способов производства;

- расширение доли экологически нейтральных секторов при изменении отраслевой структуры;

- модификация целевых установок в части усиления экологических приоритетов;

- экологизация рыночных отношений;

- изменение массовых культурных представлений и стереотипов, а также этических норм, определяющих поведение социума в отношении к природе.

Приоритетность экологического фактора находит свое отражение в характеристике критериев устойчивого развития (табл. 1).

Из анализа табл. 1 следует, что одним из критериев устойчивого развития является воспроизводство используемых возобновляемых ресурсов, восстановление нарушенных, обеспечение как минимум простого воспроизводства, что имеет прямое отношение к земельным ресурсам, нарушенным горными разработками.

В современных условиях требование воспроизводства возобновляемых ресурсов актуализируется в связи с признанием значимости концепции биотической регуляции и возможности существования жизни на Земле лишь при поддержании всех характеристик биосферы [19]. Отсюда важной проблемой современности является сохранение и восстановление естественных экосистем в объемах, достаточных для регулирования и стабилизации окружающей среды.

С 2016 г. вступили в силу Цели устойчивого развития (ЦУР), принятые на Саммите ООН в сентябре 2015 г. в Нью-Йорке, в которых отмечается усиление экологической компоненты (табл. 2).

В числе целей выделены требования восстановления экосистем суши и прекращения процесса деградации земель, что имеет прямое отношение к постановке работ по восстановлению земель, нарушенных горными работами.

Проблемы рекультивации и вопросы ее экономической эффективности нашли отражение в работах И. В. Лазаревой, В. А. Овчинникова, Л. В. Моториной, Н. М. Забелиной, Е. П. Дороненко, В. Н. Дриженко, К. И. Корки-на, А. Я. Элькина, В. С. Эскина, В. Д. Горлова, М. Б. Витта, Н. Т. Масюк, В. В. Русского, А. Ю. Даванкова, В. Н. Объ-едковой, Г. М. Чайкиной, А. В. Хохрякова, Г. В. Калабина, А. М. Гайдина, А. Д. Сашурина, Я. Я. Яндыганова, М. Е. Пе-взнера, Н.Ю. Антониновой, В. П. Леликова, А. В. Фаткулиной, М. М. Конорева и др.

Экономическая подсистема

Экологическая подсистема

Устойчивое развитие

Рисунок 1. Схематическое отображение сбалансированности подсистем при устойчивом развитии. Figure 1. Schematic representation of the balance of subsystems with sustainable development.

Результаты

Свод лесов и нарушение земельных ресурсов - это, пожалуй, одни из первых воздействий человека на природную среду. Естественно, что основной причиной нарушения почвенного слоя являются эрозийные процессы [20]. Свой вклад вносят и горные работы, нарушающие земельные ресурсы, при этом масштабные нарушения происходят при открытом способе разработки

Таблица 1. Критерии устойчивого развития. Table 1. Criteria for sustainable development.

месторождений полезных ископаемых, на долю которого приходится большая часть объема горного производства. Достаточно сказать, что при добыче 1 млн т угля нарушается от 22 до 97 га, добыче 1 млн т железной руды - от 14 до 640 га земель, к тому же строительство 100 км дорог нарушает около 200 га земель, трубопроводов - до 450 га, усложнение освоения месторождений ведет к еще большему увеличению землеемкости.

Авторы

Критерий 1

Количество возобновляемых природных ресурсов или их возможность продуцировать биомассу должно, по крайней мере, не уменьшаться в течение времени, т. е. должен быть обеспечен как минимум режим простого воспроизводства

Объемы изъятия возобновляемых природных ресурсов не должны превышать объем их воспроизводства

Критерий 2

Замедление темпов исчерпаемости_невозоб-новляемых природных ресурсов с возможной заменой их в будущем на нелимитированные виды ресурсов

Использование невозоб-новляемых природных ресурсов должно соответствовать включению в экономическую практику их возобновляемых заменителей

Критерий 3

Минимизация образования отходов на основе внедрения малоотходных ресурсосберегающих технологий

Критерий 4

Загрязнение окружающей среды в перспективе не должно превышать его современный уровень. Возможность минимизации загрязнения до социально и экономически приемлемого уровня

Э. В. Гирусов [14]

Т. А. Акимова [9]

Производство отходов не должно превышать ассимиляционных способностей окружающей среды к их поглощению

И. И. Дрогомирецкий,

Е. Л. Кантор,

Л. А. Чикатуева [15]

Сохранение количества возобновляемых природных ресурсов, их возможность продуцировать биомассу

Максимально возможное замедление темпов исчерпания запасов невозобновляемых природных ресурсов

Возможность минимизации отходов на основе внедрения малоотходных, ресурсосберегающих технологий

Загрязнение окружающей среды (суммарное и по видам) не должно превышать его современный уровень

А. П. Москаленко и

др. [16]

Н. Н. Яшалова, Д. А. Рубан [17]

Обеспечение как минимум режима простого воспроизводства возобновляемых природных ресурсов, их количество или возможность продуцировать биомассу не должны уменьшаться во времени

Количество возобновляемых природных ресурсов и их возможность продуцировать биомассу не должно уменьшаться в течение времени, т. е. должен быть обеспечен режим простого воспроизводства

Максимизация замедления темпов исчерпае-мости запасов невозоб-новляемых природных ресурсов с перспективой их замены на альтернативные или другие нели-митированные ресурсы в будущем

Максимально возможное замедление темпов исчерпаемости запасов невозобновляемых природных ресурсов с перспективой их замены на другие неограниченные виды ресурсов

Минимизация отходов производственной деятельности на основе реализации малоотходной, энерго- и ресурсосберегающих технологий, технологических целей комплексного и (или) глубокого передела сырья, комплексного использования энергии, утилизации отходов потребления

Возможность минимизации отходов на основе использования малоотходных и ресурсосберегающих технологий

Минимизация загрязнения до социально и экономически приемлемого уровня. В перспективе как минимум суммарное и структурное загрязнение не должно превышать современный уровень

Загрязнение окружающей среды в дальнейшей перспективе не должно превышать его современный уровень

Д. Б. Каримова [18]

Возобновляемые_при-родные ресурсы должны использоваться не быстрее, чем они восстанавливаются

Невозобновляемые природные ресурсы должны использоваться не быстрее, чем могут быть заменены на возобновляемые

Выбросы и отходы должны поступать в окружающую среду не быстрее, чем они могут быть ассимилированы

Начиная с 1959 г. в среднем за год изымалось 1,4 млн га сельскохозяйственных земель для разного рода строительства объектов, в том числе для разработки месторождений [21]. С годами ситуация с ростом нарушенных земель и несвоевременным и неполным их восстановлением только ухудшилась. В СССР с 1963-1971 гг., по данным Н. В. Мельникова, было изъято около 12 млн га, из которых 5 млн га составляли сельскохозяйственные земли. К началу 1970-х гг. площади, нарушенные открытыми горными работами, составляли более 1,5 млн га, из них половина приходилась на торфоразработки. На Украине в 1965 г. территории, нарушенные горными работами, составляли более 28 тыс. га [22].

Только на территории КМА отвалы вскрышных пород занимали территорию более 7,5 тыс. га при общей площади земельных отводов около 18 тыс. га. В Кривом Роге под карьеры, обогатительные фабрики, шахты было отведено около 21 тыс. га. Десятки тысяч гектаров земли отводились под открытые разработки в Белоруссии, Эстонии, Украине, на Дальнем Востоке и Урале. В то же

время большинством горняков в этот момент еще не осознавалась важность рекультивации, а затраты на работы по восстановлению территории считались излишними, удорожающими себестоимость. В силу сказанного, доля рекультивируемых земель первоначально была небольшой, тем более что многие принципиальные вопросы, связанные с рекультивацией, оставались нерешенными в действующем законодательстве. По состоянию на 01.01.80 г. добывающими министерствами было нарушено 645,615 тыс. га, в том числе 30 % - сельскохозяйственных угодий (табл. 3) [21].

Из табл. 3 следует, что наибольшая доля нарушенных земель приходится на Минцветмет и Минуглепром СССР (58,0 %) от общей площади, нарушенной добывающими министерствами. По данным государственного учета, на 01.01.96 г. площадь нарушенных земель в РФ составила более 1139,4 тыс. га, в том числе 61 % были нарушены в процессе разработки месторождений полезных ископаемых и проведения геологоразведочных работ. Рекультивация оценивается достаточно низким процентом:

Таблица 2. Экологическая компонента в Целях устойчивого развития. Table 2. Environmental component for sustainable development.

Цели устойчивого развития

Содержание

Цель 6 Цель 7 Цель 11 Цель 12 Цель 13 Цель 14

Цель 15 Цель 17

Обеспечение наличия и рациональное использование водных ресурсов и санитарии для всех

Обеспечение всеобщей доступности к недорогому, надежному, устойчивому и современному энергоснабжению

Сделать города и населенные пункты открытыми, безопасными, жизнестойкими и устойчивыми

Обеспечение устойчивых моделей потребления и производства

Принять срочные меры по борьбе с изменением климата и его последствиями

Сохранять и рационально использовать океаны, моря и морские ресурсы в интересах устойчивого развития

Сохранять и восстанавливать экосистемы суши и содействовать их рациональному использованию, рационально распоряжаться лесами, бороться с опустыниванием, остановить и обратить вспять процесс деградации земель и остановить процессы утраты биоразнообразия

Укреплять средства достижения устойчивого развития и активизировать работу механизмов глобального партнерства в интересах устойчивого развития

Таблица 3. Площадь нарушенных земель. Table 3. The area of disturbed land.

Площадь нарушенных земель

Министерства Всего, га Всего, % В том числе по добывающим министерствам, %

Всего по СССР 2 094 697 100,0 -

В том числе по основным добывающим министерствам 645 615 30,8 100,0

Из них:

Минцветмет СССР 217 680 10,4 33,7

Минуглепром СССР 157130 7,5 24,3

Минчермет СССР 91 800 4,4 14,2

Минпромстройматериалов СССР 71 950 3,4 11,2

нефтедобывающая промышленность - 37 %, газовая промышленность - 35 %, предприятия черной металлургии

- 1 %, угольной промышленности - 2 %.

Нарушение земельных ресурсов без последующей рекультивации имеет место и в современных условиях [2325]. Только в течение 2017 г. было нарушено 255,9 тыс. га, а рекультивировано - 98 тыс. га [26], общий же объем нарушенных земельных ресурсов на 01.01.17 г. составил 1085,6 тыс. га. Анализ нарушения земель по регионам России показал, что наибольшая их доля сосредоточена в минерально-сырьевых центрах России, таких как Уральский, Дальневосточный, Сибирский. Около 600 тыс. га нарушенных земель формируют Ямало-Ненецкий, Ханты-Мансийский автономные округа, Кемеровская и Иркутская области, Республика Коми (табл. 4).

Некоторое снижение доли нарушенных земель при разработке месторождений в ХМАО, ЯНАО и Республике Коми обусловлено наличием существенной доли нарушения земель при строительных работах: 31,6 %, 29,5 % и 46,3 % соответственно.

Основные причины появления нарушенных земель

- разработка полезных ископаемых и строительные работы - остаются таковыми для всех регионов РФ. Не исключение - и Свердловская область. Общая площадь ее нарушенных земель, составляющая 25 473 га, на 71,1 % обусловлена разработкой месторождений полезных ископаемых.

Таблица 4. Нарушенные земли. Table 4. Disturbed lands.

Совсем иная картина вырисовывается при оценке рекультивации нарушенных земель. Как оказалось, восстановление в регионах с высоким уровнем нарушенных земель проводится в небольших объемах, значительная доля нарушенных земель не восстанавливается. В целом уровень восстановления в ХМАО - 3,6 %, в ЯНАО - 3,7 %, в Кемеровской области - 0,9 %, в Иркутской области - 5,1 % в текущем периоде. За 2017 г. рекультивировано 38,5 %. Наибольший процент рекультивации касается земель, нарушенных при производстве строительных работ, наименьший - при разработке полезных ископаемых (табл. 5). Наибольший процент восстановления нарушенных земель имеет место в регионах, входящих в Приволжский, Центральный и Северо-Кавказский федеральные округа.

Из информации о распределении земель на горных предприятиях следует, что большую часть территории занимают отвалы и хвостохранилища (табл. 6) [27, 28].

Средний процент земель, занятых отвалами, составляет 52,47 %, что подтверждают и зарубежные практики. Охрана ландшафтов при освоении ресурсов недр предполагает, с одной стороны, реализацию мероприятий по уменьшению прямого воздействия на земельные ресурсы: управление карьерными откосами, использование для размещения вскрышных пород и отходов производства, малопродуктивных земель, противоэрозионных мер защиты земель, нарушенных горными работами. Основным

Регион

Объем нарушен- В процентах Объем нарушенных земель при раз-

ных земель, га от общего объема работке полезных ископаемых, га

В процентах от общего объема по регионам

Ханты-Мансийский автономный округ

Ямало-Ненецкий автономный округ

Кемеровская область

Иркутская область

Республика Коми

Итого

266 182

132 302

98 093 53 851 48 810 599 239

44,4

22,1

16,4

9.0

8.1 100,0

199 280

100 287

92 332 47 412 22 862 462 173

74,87

75,80

94,13 88,04 46,84 77,13

Таблица 5. Рекультивация земель за 2017 г. по РФ. Table 5. Land reclamation for 2017 in the Russian Federation.

Причины нарушения земель Объем нарушенных земель, га Объем рекультивированных земель, га В процентах от общего объема

При разработке месторождений полезных ископаемых 178 266 51 004 28,61

При строительных работах 56 509 35 088 62,09

При лесозаготовительных работах 6227 2733 44,54

При размещении отходов производства и потребления 1201 369 30,72

Всего 256 242 98 673 38,50

Таблица 6. Распределение земель, %. Table 6. Land distribution, %.

Объекты Карьеры Промплощадки, дороги и другие объекты Отвалы Шламохранилища Всего

Железорудные предприятия Северо-Западного района 14,5 - 31,9 53,6 100,0

Производственное объединение «Фосфор» 16,7 6,4 73,5 3,4 100,0

Железорудные предприятия Центрального района 11,7 - 60,0 28,3 100,0

Комбинат «Челябинскуголь» 23,3 9,1 43,7 23,9 100,0

Железорудные карьеры Урала 25,2 25,5 31,0 18,3 100,0

Железорудные предприятия Сибирского района 15,0 - 65,9 19,1 100,0

Железорудные предприятия Уральского района 32,5 - 42,2 25,3 100,0

Производственное объединение «Эстонсланец» 8,6 2,4 89,0 - 100,0

Железорудные предприятия Украины 23,6 - 41,4 35,0 100,0

Железорудные предприятия Казахстана 37,2 - 46,1 16,7 100,0

Составлено по [27, 28]. Данные по железорудным предприятиям экономических районов не учитывают земли промплощадок, дорог и других объектов.

же мероприятием восстановительного характера является рекультивация.

Изначально рекультивация воспринималась как комплекс различных мероприятий (горнотехнических, инженерных, мелиоративных, сельскохозяйственных, лесо-хозяйственных и т. д.), направленных на восстановление продуктивности нарушенных земель с целью возвращения их в различные виды рационального хозяйственного использования [22]. Согласно ГОСТ 17.5.1.01-83 «Охрана природы. Рекультвация земель», рекультивация определяется как «комплекс работ, направленных на восстановление продуктивности и народнохозяйственной значимости нарушенных земель, а также на улучшение условий окружающей среды в соответствии с интересами общества». Появился этот термин впервые в работе И. В. Лазаревой, которая рассматривала зарубежный опыт рекультивации для целей строительства (1962), и трактовался как «специальное мероприятие по подготовке почвы для сельскохозяйственного или полеводческого использования» [29], что представляет собой достаточно узкий подход к решению проблемы восстановления нарушенных земель. Достаточно скоро появились уточнения понятия «рекультивация», и оно стало заменяться термином «рекультивация ландшафтов». Последнее предполагает создание на месте рекультивируемых земель «более продуктивных и рационально организованных ландшафтов», что становится возможным при использовании различных направлений рекультивации в процессе оптимизации техногенных ландшафтов. В последнее время все чаще

термин «рекультивация» заменяется на «ревитализация» или «ренатурализация» [30-33], т. е. создание ландшафта, который бы гармонично вписывался в окружающую среду и отвечал предъявляемым к нему эстетическим требованиям. Появляются рекомендации о привлечении к проектированию восстановления нарушенных земель ландшафтных дизайнеров для создания на первом этапе ланд-шафтно-архитектурных схем планирования территорий. Ревитализация нарушенных горными работами земель, способствующая восстановлению экологического равновесия и обеспечивающая качество жизни, является одним из важнейших критериев устойчивого развития горных предприятий и горнопромышленных комплексов, позволяющих оценивать достигнутый уровень устойчивости.

Выводы

Обеспечение устойчивого развития требует сохранения объемов возобновляемых ресурсов за счет воспроизводства использованных и восстановления нарушенных, что имеет прямое отношение к своевременному восстановлению земель, нарушенных горными работами. Как следует из анализа, площади нарушенных земель продолжают оставаться в большинстве своем нерекультивиро-ванными. Для текущей обстановки характерно 30-35 % восстановления земель, нарушенных при разработке месторождений полезных ископаемых, что свидетельствует о неудовлетворительном выполнении условий устойчивого развития. Полученные результаты предопределяют усиление внимания к данной проблеме, обозначенной в целях устойчивого развития.

ЛИТЕРАТУРА

1. Данилов-Данильян В. И., Лосев К. С. Экологический вызов и устойчивое развитие. М.: Прогресс-Традиция, 2000. 416 с.

2. Dolmaci N., Kusat N. Green Economy - Green Sustainability - Green Ethics // 3rd International Symposium on Sustainable Development, May 31-July 01, 2012. Sarajevo: International Burch University, 2012. P. 313-318.

3. Daly H. Steady-State Economics: Second Edition with New Essays. Washington: Island Press, 1991. 302 p.

4. Hartwick J. M. Intergenerational Equity and the Investing of Rents from Exhaustible Resources // The American Economic Review. 1977. Vol. 67, № 5. P. 972-974. URL: https://www.jstor.org/stable/1828079

5. Hartwick J. M. Sustaining periodic motion and maintaining capital in classical mechanics // Japan and the World Economy. 2004. Vol. 16. P. 337-358. URL: http://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0922-1425(03)00042-2

6. Наше общее будущее: доклад Междунар. комиссии по окружающей среде и развитию (МКОСР) / пер с англ.; под ред. С. А. Евтеева, Р. А. Перелета. М.: Прогресс, 1989. 371 с.

7. Игнатьева М. Н., Косолапов О. В. Устойчивость как одна из характеристик системы // Изв. УГГУ. 2013. № 4. С. 77-78.

8. Касимов Н. С., Мазуров Ю. Л., Тикунов В. С. Концепция устойчивого развития: восприятие в России // Вестник РАН. 2004. Т. 74, № 1. С. 28-36.

9. Акимова Т. А. Основы экономики устойчивого развития. М.: Экономика, 2013. 322 с.

10. Захаров В. М. Эколого-биологические основы устойчивого развития // Изв. СамНЦ РАН. 2014. Т. 16, № 5. С. 9-15.

11. Turner R. K. Sustainability: principles and practice // Sustainable Environmental Management: Principle and Practice. Chichester: Wiley, 1993. P. 3-36.

12. Козаков Е. М., Пахомов В. П., Игнатьева М. Н. Социально-экономическое обоснование освоения минеральных ресурсов. Свердловск: Ин-т экономики УрО РАН, 1992. 112 с.

13. Игнатьева М. Н. Основные положения геоэкосоциоэкономического подхода к освоению природных ресурсов // Изв. УГГУ. 2014. № 3(35). С. 74-80.

14. Экология и экономика природопользования / под ред. Э. В. Гирусова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007. 951 с.

15. Дрогомирецкий И. И., Кантор Е. Л., Чикатуева Л. А. Экономика и управление в использовании и охране природных ресурсов. Ростов н/Д: Феникс, 2011. 536 с.

16. Экономика природопользования и ресурсосбережения / под ред. А. П. Москаленко. Ростов н/Д: Феникс, 2014. 478 с.

17. Яшалова Н. Н., Рубан Д. А. Особая значимость экологического фактора для устойчивого развития национальной экономики: концептуальный анализ // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2014. № 4. С. 20-30.

18. Каримова Д. Б. Устойчивое развитие: новые вызовы для развития экологического права в странах Таможенного союза // Экологический вестник России. 2013. № 11. С. 38-43.

19. Лосев К. С. Мифы и заблуждения в экологии. М.: Научный мир, 2011. 224 с.

20. Vitousek P. M. Beyond Global Warming: Ecology and Global Change // Ecology. 1994. Vol. 75, № 7. P. 1861-1876.

21. Витт М. Б. Экономическая оценка отводимых под строительство земель. М.: Стройиздат, 1984. 120 с.

22. Моторина Л. В. Рекультивация земель, нарушенных промышленностью // Изв. АН СССР. Сер. географ. 1966. № 5. С. 40-47.

23. Антонинова Н. Ю., Шубина Л. А. Актуальные проблемы сохранения и восстановления земельных ресурсов Уральского федерального округа // Изв. СамНЦ РАН. 2012. Т. 14, № 1-8. С. 2032-2035.

24. Харионовский А. А., Данилова М. Ю. Рекультивация нарушенных земель в угольной промышленности // Вестник Научного центра по безопасности работ в угольной промышленности. 2017. № 3. С. 72-77.

25. Фаткулина А. В. Экологическая безопасность при землепользовании // Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. 2019. № 10(177). С. 54-58.

26. Наумов И. В. Исследование пространственных диспропорций в процессах нарушения и рекультивации земельных ресурсов в России // Изв. УГГУ. 2019. № 4(56). С. 142-150.

27. Певзнер М. Е., Костовецкий В. П. Экология горного производства. М.: Недра, 1990. 235 с.

28. Горлов В. Д. Рекультивация земель на карьерах. М.: Недра, 1981. 260 с.

29. Моторина Л. В., Овчинников В. А. Промышленность и рекультивация земель. М.: Мысль, 1975. 240 с.

30. Гайдин А. М. От геоэкологии к геоэстетике // Горный журнал. 2009. № 4. С. 72-75.

31. Jancura P., Balacek B. Quarry revitalization through form of symbolic landscape. Krakow, 2003. 45 p.

32. Fahle W. Reclamation and remediation in the Eastern German lignite regions. Krakow, 2003. 220 p.

33. Гайдин А. М. Ревитализация ландшафтов, нарушенных горными работами // Горный журнал. 2011. № 8. С. 101-103.

Статья поступила в редакцию 20 апреля 2020 года

УДК 330.15 https://doi.org/10.21440/2307-2091-2020-2-191-199

Restoration of disturbed lands is one of the criteria for sustainable development

Margarita Nikolaevna IGNAT'EVA*, Nataliya Georgievna PUSTOKHINA**

Ural State Mining University, Ekaterinburg, Russia Abstract

Relevance. Sustainable development is maintaining the amount of renewable resources through the reproduction of used and restoration of disturbed ones. This criterion is directly related to the restoration of land disturbed by mining, primarily opencast mining. At the same time, almost half of the disturbed lands are still not being rehabilitated. Purpose of the study is to confirm the unsatisfactory state of reclamation of disturbed lands, inhibiting the transition of enterprises developing the resources of the subsoil to sustainable development.

Research methods - during the research process, the methods of factor and comparative analysis were used, as well as some statistical research methods: generalization, grouping, comparison, etc.

Results. Generalization and analysis of the criteria for sustainable development have confirmed the importance of restoring disturbed lands to ensure the sustainable development of enterprises that develop subsoil resources. The relevance of remediation work is determined by the environmental component (goal 15) of the Sustainable Development Goals, as well as the recognition of the importance of the concept of biotic regulation, which requires the conservation and restoration of natural ecosystems. The state of the land fund has been analyzed from the standpoint of the presence of disturbed lands since the beginning of the 1960s. Among the disturbed lands, a share was determined due to the development of mineral deposits, including for modern conditions in certain regions (from 47 to 94%). The structure with the largest amount of disturbed land and the largest amount of reclaimed land is identified. The structures of reclaimed land associated with the development of mineral deposits, construction and logging, waste disposal have been identified. The share of land occupied by dumps and tailing dumps has been determined, the reduction of which requires the implementation of a dump management system and the application of environmental measures. The evolution of the concept of "reclamation", which is currently replaced by the concept of "revitalization", is considered.

Conclusions. The unsatisfactory state of reclamation of disturbed lands, including mining, was confirmed. It is proved that the most problematic regions are those belonging to the number of mineral resource centers. The current period is characterized by 30-35% restoration of disturbed lands. The obtained results predetermine the relevance and timeliness of solving this problem in order to ensure the sustainable development of the Russian mining complex.

Keywords: sustainable development, criteria, subsoil use, disturbed land, reclamation.

REFERENCES

1. Danilov-Danilyan V. I., Losev K. C. 2000, Ekologicheskiy vyzovi ustoychivoye razvitiye [Environmental challenge and sustainable development]. Moscow, 416 p.

2. Dolmaci N., Kusat N. 2012, Green Economy - Green Sustainability - Green Ethics. 3rd International Symposium on Sustainable Development, May 31-July 01. Sarajevo. P. 313-318.

3. Daly H. 1991, Steady-State Economics: Second Edition with New Essays. Washington, 302 p.

4. Hartwick J. M. 1977, Intergenerational Equity and the Investing of Rents from Exhaustible Resources . The American Economic Review. . vol. 67, no. 5. P. 972-974. URL: https://www.jstor.org/stable/1828079

5. Hartwick J. M. 2004, Sustaining periodic motion and maintaining capital in classical mechanics. Japan and the World Economy. vol. 16. P. 337-358. URL: http://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0922-1425(03)00042-2

6. 1989, Nashe obshcheye budushcheye: doklad Mezhdunar. komissii po okruzhayushchey srede i razvitiyu (MKOSR) [Our Common Future: Report of the International Commission on Environment and Development], Evteeva, R. A. Pereleta. Moscow, 371 p.

7. Ignatieva M. N., Kosolapov O. V. 2013, Sustainability as one of the characteristics of the system. Izvestiya Ural'skogo gosudarstvennogo gornogo universiteta [News of the Ural State Mining University], no. 4, pp. 77-78.

8. Kasimov N. S., Mazurov Yu. L., Tikunov V. S. 2004, The concept of sustainable development: perceptions in Russia. Vestnik RAN [Bulletin of the Russian Academy of Sciences], vol. 74, no. 1. pp. 28-36.

9. Akimova T. А. 2013, Osnovy ekonomiki ustoychivogo razvitiya [Fundamentals of sustainable development of economics]. Moscow. 322 p.

10. Zakharov V. M. 2014, Ecological and biological foundations of sustainable development. Izvestiya Samarskogo nauchnogo tsentra Rossiyskoy akademii nauk /Izvestia of Samara Scientific Center of the Russian Academy of Sciences], vol. 16, no. 5. pp. 9-15.

11. Turner R. K. 1993, Sustainability: principles and practice. Sustainable Environmental Management: Principle and Practice. Chichester: Wiley. P. 3-36.

12. Kozakov E. M., Pakhomov V. P., Ignatieva M. N. 1992, Sotsial'no-ekonomicheskoye obosnovaniye osvoyeniya mineral'nykh resursov [Socioeconomic rationale for the development of mineral resources]. Sverdlovsk, 112 p.

13. Ignatieva M. N. 2014, Main provisions of the geoecosocioeconomic approach to the development of natural resources. Izvestiya Ural'skogo gosudarstvennogo gornogo universiteta [News of the Ural State Mining University], no. 3

14. 2007, Ekologiya i ekonomika prirodopol'zovaniya [Ecology and Economics of nature management]. Ed. by V. Girusov. Moscow, 951 p.

EDrinis@mail.ru

http://orcid.org/0000-0001 -9014-905Х

**као@т.игети.ш

15. Drogomiretskiy I. I., Kantor E. L., Chikatueva L. A. 2011, Ekonomika i upravleniye v ispol'zovanii i okhrane prirodnykh resursov [Economics and management in the use and protection of natural resources], Rostov-on-Don, 536 p.

16. 2014, Ekonomika prirodopol'zovaniya i resursosberezheniya [Economics of nature management and resource conservation], ed. by A. P. Moskalenko. Rostov-on-Don, 478 p.

17. Yashalova N. N., Ruban D. A. 2014, The particular importance of the environmental factor for the sustainable development of the national economy: a conceptual analysis. Natsional'nyye interesy: prioritety i bezopasnost' [National Interests: Priorities and Security], no. 4, pp. 20-30.

18. Karimova D. B. 2013, Sustainable development: new challenges for the development of environmental law in the countries of the Customs Union. Ekologicheskiy vestnik Rossii [Ecological Bulletin of Russia], no. 11, pp. 38-43.

19. Losev K. S. 2011, Mify i zabluzhdeniya v ekologii [Myths and fallacies in ecology]. Moscow, 224 p.

20. Vitousek P. M. 1994, Beyond Global Warming: Ecology and Global Change. Ecology. vol. 75, no. 7. P. 1861-1876.

21. Vitt M. B. 1984, Ekonomicheskaya otsenka otvodimykh pod stroitel'stvo zemel' [Economic assessment of land allocated for construction]. Moscow, 120 p.

22. Motorina L. V. 1966, Reclamation of land disturbed by industry. Izvestiya Akademii nauk SSSR [Bulletin of the Academy of Sciences of the USSR. Geography Series], no. 5, pp. 40-47.

23. Antoninova N. Yu., Shubina L. A. 2012, Actual problems of conservation and restoration of land resources of the Ural Federal District. Izvestiya Samarskogo nauchnogo tsentra Rossiyskoy akademii nauk [Izvestia of Samara Scientific Center of the Russian Academy of Sciences], vol. 14, no. 1-8. pp. 2032-2035.

24. Kharionovsky A. A., Danilova M. Yu. 2017, Reclamation of disturbed lands in the coal industry. Vestnik Nauchnogo tsentra po bezopasnosti rabot v ugol'noy promyshlennosti /Bulletin of research center for safety in coal industry], no. 3, pp. 72-77.

25. Fatkulina A. V. 2019, Environmental safety in land use. Zemleustroystvo, kadastr i monitoring zemel' [Land management, cadastre and land monitoring], pp. 54-58.

26. Naumov I. V. 2019, The study of spatial imbalances in the processes of violation and land reclamation in Russia. Izvestiya Ural'skogo gosudarstvennogo gornogo universiteta [News of the Ural State Mining University], no. 4

27. Pevzner M. E., Kostovetsky V. P. 1990, Ekologiya gornogo proizvodstva [Ecology of mining production]. Moscow, 235 p.

28. Gorlov V. D. 1981, Rekul'tivatsiya zemel' na kar'yerakh [land reclamation in quarries]. Moscow, 260 p.

29. Motorina L. V., Ovchinnikov V. A. 1975, Promyshlennost'i rekul'tivatsiya zemel' [Industry and land reclamation], Moscow, 240 p.

30. Gaydin A. M. 2009, From geoecology to geostatic. Gornyy zhurnal [Mining journal]. no. 4. pp. 72-75.

31. Jancura P., Balacek B. 2003, Quarry revitalization through form of symbolic landscape. Krakow. 45 p.

32. Fahle W. 2003, Reclamation and remediation in the Eastern German lignite regions. Krakow, 220 p.

33. Gaydin A. M. 2011, Revitalization of landscapes disturbed by mining. Gornyy zhurnal [Mining journal]. no. 8, pp. 101-103.

The article was received on April 20, 2020