Афганистан: этапы урегулирования и последствия "постконфликтной ситуации"

РЕГИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

АФГАНИСТАН: ЭТАПЫ УРЕГУЛИРОВАНИЯ И ПОСЛЕДСТВИЯ «ПОСТКОНФЛИКТНОЙ СИТУАЦИИ»

Шоислам АКМАЛОВ

кандидат политических наук, проректор Ташкентского исламского института

Нынешняя ситуация в Афганистане характеризуется тенденцией затянувшегося процесса так называемого «послевоенного» урегулирования, а также растущей угрозой дальнейшего усугубления ситуации в стране. Основным фактором данной угрозы становится ныне очевидная неспособность США и их союзников поддерживать стабильность на афганской территории на фоне усиливаю-

щейся политической напряженности вокруг Ирана и Пакистана.

Сегодня при анализе ситуации в Афганистане обращают на себя внимание два ключевых события — визит президента США Дж. Буша в эту страну и Лондонская конференция государств-доноров афганского восстановления. Эти события символизируют и определяют эволюцию афганской политики Вашингтона и мирового сообщества.

Неожиданный визит президента Дж. Буша в Кабул

В условиях обострения военно-политической ситуации в Афганистане 1 марта 2006 года президент США Дж. Буш посетил Кабул1. Согласно информации западных СМИ,

1 См.: Необъявленный визит президента США в Афганистан, 2 марта 2006 // Агентство «Синьхуа», Жэньминь жибао [http://russian.people.com.cn/].

эта «продолжавшаяся четыре часа конфиденциальная остановка» была сделана в рамках планового визита американского президента в Индию и Пакистан. Глава Белого дома впервые за весь период интервенции сил антитеррористической коалиции во главе с США посетил с визитом Афганистан. В поездке его сопровождала руководитель Госдепартамента Соединенных Штатов К. Райс.

Вашингтонская администрация до последнего момента пыталась скрыть этот визит. Согласно первоначальному плану юго-восточного турне президента Дж. Буш должен был сначала посетить Индию, Пакистан и только после этого Афганистан. Однако, как представляется, массовая антиамериканская демонстрация, проходившая в Дели, заставила изменить график его поездок.

В условиях устойчивого роста ожесточенного сопротивления повстанцев силам коалиции за последние 18 месяцев к приезду главы США в афганской столице были приняты чрезвычайные меры безопасности. В частности, на момент приземления Дж. Буша было закрыто все воздушное пространство над столичным регионом. По официальной версии, глава Белого дома прилетел в Афганистан в целях поддержать администрацию президента X. Карзая, которая «в последнее время столкнулась с новой волной насилия со стороны боевиков движения «Талибан» и террористов «Аль-Каиды»2. В качестве мер, подтверждающих приверженность целям Вашингтона в сфере безопасности, во время пребывания Дж. Буша в Пакистане демонстративно начались крупные военные операции против боевиков «Талибана» и «Аль-Каиды» в провинции Северный Вазиристан.

В ходе своего визита в Афганистан Дж. Буш провел переговоры с президентом Афганистана X. Карзаем и встретился с американскими войсками на базе «Баграм». А на пресс-конференции в Кабуле он заявил, что войска США совместно с афганскими и пакистанскими военными продолжают поиски лидеров террористических группировок, и выразил уверенность в том, что Усама бен Ладен обязательно будет пойман и предан суду.

Несмотря на усугубление условий в Исламской Республике Афганистан, президент Соединенных Штатов высказал удовлетворенность совместными усилиями в борьбе с «Аль-Каидой», в которой, по его словам, «достигнут значительный прогресс». Как отметил Дж. Буш, «события в Афганистане могут стать примером для других стран мира». При этом лидер США выразил восхищение «большими положительными переменами, произошедшими в Афганистане после прихода к власти X. Карзая», а также подчеркнул, что Вашингтон «гордится происходящим в стране прогрессом и тем, что принимает участие в построении афганского будущего. Мы ценим свободу прессы и хотели бы и дальше быть свидетелями демократизации процессов в Афганистане».

Как представляется, Дж. Буш, несмотря на большой риск, посетил Афганистан с целью выразить поддержку X. Карзаю, который в последнее время выглядит все более растерянным. Несмотря на громкие заявления главы Белого дома о том, что «Афганистан это триумфальная победа над терроризмом», ситуация в стране продолжает ухудшаться. Кроме того, мягкий отказ относительно создания в Афганистане постоянно действующей военной базы США также негативно сказался на политической активности кабульской администрации.

Таким образом, этот визит был организован для демонстрации «высокой активности» Соединенных Штатов на афганском направлении, скорее всего, под влиянием растущей критики администрации Белого дома со стороны мирового сообщества по вопросу антитеррористической стратегии США, а также был вызван растущим в официальных кругах Кабула недовольством в связи с объявленным скорым сокращением численности военного контингента США в Афганистане.

2 См.: Буш верит, что Бен Ладена поймают, 2 марта 2006 // Би-би-си [http://news.bbc.co.uk/hi/russian/].

Новый постбоннский этап афганского урегулирования

31 января — 1 февраля 2006 года в Лондоне под эгидой ООН прошла международная конференция стран-доноров Афганистана, на которой под председательством Генерального секретаря ООН К. Аннана, премьер-министра Великобритании Т. Блэра и президента ИРА X. Карзая были рассмотрены вопросы «постбоннского» этапа афганского восстановления. По итогам встречи в Лондоне принято «Соглашение по Афганистану» между афганским правительством и международным сообществом, отражающее принципы и механизмы осуществления реконструкции и развития этой страны в 2006—2010 годах. По предварительным данным, общая сумма выделяемой иностранной помощи Афганистану на указанный период составит 10,5 млрд долл.

Как показывает анализ итогов «Боннского процесса» послевоенного устройства Афганистана, а также нынешней ситуации в стране и вокруг нее, в продвижении вопросов афганского постконфликтного восстановления на международной арене особую активность проявляют в основном США и их союзники по антитеррористической коалиции. По всей вероятности, это обусловлено уверенностью основных участников коалиции в том, что успех в Афганистане будет иметь «положительное влияние» на их политику на мировой арене, особенно в Центральной и Южной Азии, а также в исламских странах.

В этой связи, с учетом нынешней легитимности своего присутствия в Афганистане и прозападной ориентации правительства X. Карзая, Запад пытается реализовать свою долгосрочную стратегию под эгидой ООН. Так, накануне конференции представитель правительства Германии по вопросам гуманитарной помощи и прав человека, недавно назначенный специальным уполномоченным ООН по Афганистану Т. Кё-нигс, заявил, что «только долгосрочная и надежная поддержка международного сообщества афганскому правительству принесет продолжительную стабильность этой стране». Различные западные генералы, участвовавшие в командовании силами ИСАФ (Международные силы содействия безопасности в Афганистане), заявляют, что нынешняя ситуация в Афганистане требует присутствия этого воинского контингента как минимум еще на 10—20 лет3.

При этом на Западе проведение в Афганистане парламентских выборов, завершивших собой «Боннский процесс» и ознаменовавших начало работы высшего законодательного органа страны, рассматривают как «большую победу международного сообщества и афганского народа в продвижении демократии в исламском мире и данном регионе». Лондонская конференция, в работе которой приняли участие представители почти 70 стран и международных организаций, нацелена на дальнейшее укрепление легитимности присутствия «международного сообщества» в Афганистане. Принятие итогового соглашения конференции, подготовленного администрацией X. Карзая с участием работающих в структурах ООН и Всемирного банка западных экспертов, позволит узаконить указанное «международное присутствие» в этой стране.

Между тем различие политических и прочих интересов крупных государств мира усиливает тенденцию несовпадения подходов международного сообщества к урегулированию афганской проблемы. Ряд стран, в частности Россия, Китай и Франция, сдержанно и зачастую критично относится к так называемой «англосаксонской стратегии» посткон-фликтного восстановления Афганистана.

3 Cm.: Kucera J. Counter-Insurgency in Afghanistan—Paving the Way to Peace // Jane’s Defense Weekly,

15 December 2004.

Данная тенденция, скорее всего, окажет соответствующее влияние на ход реализации решений, принятых на конференции в Лондоне. Т ак, делегация РФ выразила «обеспокоенность появлением в афганском парламенте бывших полевых командиров и других одиозных фигур «Талибана». По мнению официального представителя МИД России М. Камынина, «подобные примирительные жесты в отношении талибов не дадут ожидаемого эффекта и не приведут к прекращению ими своей антиправительственной деятельности»4. М. Камынин также подчеркнул, что заметное сокращение посевных площадей наркокультур в Афганистане, которое на Западе оценивается как важное достижение, «фактически не отразилось на объеме производства наркотиков, который в стоимостном отношении даже возрос». В Кремле считают, что непрекращающийся поток наркотиков из Афганистана является угрозой не только для России, но и для всего международного сообщества.

Как отмечает научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук И. Хохлов, «после начала «контртеррористической операции» на территории Афганистана в октябре 2001 года и последовавшего за ней падения режима талибов эта страна опять вышла на первое место по производству наркотиков опийной группы, в первую очередь героина5. Уже в 2002 году рост производства опия-сырца, а следовательно, и героина, составил 1 400%, достигнув объема середины 1990-х годов, когда на территории Афганистана было сосредоточено около 70% посевов опийного мака. В 2001 году производство наркотиков составило 185 т, в 2002-м — уже 1900—2 700 т, в 2003-м — свыше 7 000 т

Вышеуказанная тенденция поляризации наиболее ярко проявляется в подходах указанных стран к решению проблемы укрепления безопасности, которая остается камнем преткновения всех процессов афганского восстановления. Россия, как и Франция, и КНР, занимает позицию, согласно которой ООН должна продолжать играть центральную координирующую роль в международных усилиях по постконфликтному обустройству Афганистана. Москва, Париж и Пекин выступили в Лондоне за укрепление ведущего статуса Миссии ООН по содействию Афганистану.

Позиция указанных стран, скорее всего, нацелена на сохранение подотчетности действий в Афганистане «международного сообщества» и прозападной администрации Х. Карзая перед Советом Безопасности ООН, в котором Россия, Франция и Китай имеют равные права с США и Великобританией. Более того, сегодня под эгидой Организации Объединенных Наций находятся только миротворческие силы ИСАФ, а присутствие войск антитеррористической коалиции узаконено в основном проведением «войны против терроризма» в рамках военных операций «Несокрушимая свобода». В этой связи, в случае принятия данного призыва «тройки», присутствие войск антитеррористической коалиции в Афганистане пришлось бы заново «оформить» в рамках СБ ООН, но уже согласовав этот вопрос с Москвой, Парижем и Пекином.

К тому же в ходе лондонской конференции глава МИД Ирана М. Моттаки высказался за определение сроков вывода иностранных войск с территории Афганистана. По

4 Интервью М. Камынина в связи с Лондонской конференцией по Афганистану // РИА «Новости», 27 января 2006 [http://www.afghanistan.ra/doc.xhtml?id=5018].

5 См.: Хохлов И. Производство опийных наркотиков (героина) в Афганистане: инфраструктура наркобизнеса [http://www.nationalsecurity.ru/library/00021/].

его мнению, «одной из главных причин нестабильности и отсутствия безопасности в стране является присутствие иностранных военных сил на ее территории».

В то же время, находясь под эгидой ООН, вооруженный контингент ИСАФ во главе с НАТО проводит в Афганистане исключительно миротворческую деятельность, отстраняясь от антитеррористических операций, которыми в основном занимаются войска ан-титеррористической коалиции. В данном контексте, Франция в рамках НАТО выступает против призыва США к слиянию миротворческих сил ИСАФ с войсками антитеррорис-тической коалиции. В 2005 году глава оборонного ведомства Франции М. Аллио-Мари заявила, что целью французов в Афганистане является не преследование Усамы бен Ладена, а выполнение взятых на себя обязательств в рамках «Бонского» и «Токийского» процессов».

Как отмечают американские эксперты, Пекин и Москва в двустороннем формате и в рамках ШОС оказывают политическое давление на страны Центральной Азии, вынуждая их минимизировать свою военную и военно-техническую поддержку антитеррорис-тической коалиции в Афганистане, в которых не участвуют ни РФ, ни КНР. Так, эксперт фонда «Наследие» А. Коэн отмечает, что администрация Дж. Буша недооценила «негативный фактор» ШОС, в рамках которой был озвучен призыв о скорейшем выводе из стран Центральной Азии военных контингентов стран НАТО6. Он отмечает, что, после того как американские части покинули военную базу в Xанабаде, Бишкек повысил стоимость пользования военной базой в Манасе7.

В данных условиях внутриполитическая ситуация и обременительная нагрузка одновременных военных операций в Ираке и Афганистане вынуждают США сократить свое военное присутствие этих странах, уговаривая союзников по трансатлантическому партнерству, прежде всего Великобританию, Германию и Канаду, расширить свои контингенты. Так, официальный Лондон, к которому в мае 2006 года перешло командование ИСАФ, принял решение направить в Афганистан дополнительно 3,3 тыс. военнослужащих. Размещение дополнительных сил, по словам Дж. Рида, обойдется Великобритании в

1 млн фунтов стерлингов8. Для психологической обработки общественного мнения в целях получить поддержку в принятии подобного решения Лондону пришлось распространить информацию о том, что после окончания военной академии наследный принц Великобритании может присоединиться к полку, который впоследствии будет отправлен в Афганистан или Ирак.

В условиях восстановления ИРА страны-доноры стремятся получить экономические и политические дивиденды взамен предоставляемой помощи; в частности, на конференции они объявили о своих намерениях внести крупные денежные суммы на восстановление Афганистана. Так, Государственный секретарь США К. Райс заявила, что в ближайший год Вашингтон намерен выделить на эти цели 1,1 млрд долл. Премьер-министр Великобритании Тони Блэр заявил, что правительство его страны в ближайшие три года предоставит Афганистану 500 млн фунтов стерлингов (примерно 900 млн долл.).

Россия, наряду с США и Германией, намерена урегулировать проблему внешнего государственного долга Афганистана в рамках общепринятых механизмов и процедур Парижского клуба. В частности, как утверждает заместитель министра финан-

6 См.: Cohen A., John J. Tkacik, Jr. Sino-Russian Military Maneuvers: A Threat to U.S. Interests in Eurasia, 30 September 2005 [http://www.heritage.org/Research/RussiaandEurasia/bg1883.cfm].

7 См. также: Кыргызстан представил США новые условия пребывания авиабазы коалиционных сил в Бишкеке, 2 февраля 2006, Москва, 25 января // Синьхуанет [http://www.russian.xinhuanet.com/russian].

8 См.: Великобритания отправит в Афганистан дополнительные военные силы, 2 февраля 2006, Лондон [http://www.russian.xinhuanet.com/russian].

сов РФ С. Сторчак, «российская сторона оценивает задолженность Афганистана примерно в 10 млрд долл. и готова полностью аннулировать долг этой страны»9.

По мнению экспертов, такое решение Москвы связано с ее попыткой подтолкнуть Кабул к взаимодействию в сфере вложения российских инвестиций в послевоенное обустройство Афганистана. Например, Россия намерена участвовать в реализации таких инфраструктурных проектов, как освоение нефтегазовых месторождений на севере страны (в провинции Джаузджан), сооружение нефтеперерабатывающего завода в Xайратоне (близ Узбекистана) с его возможной в дальнейшем загрузкой нефтью Казахстана и Туркменистана, разработка крупнейшего месторождения медной руды «Айнак» с привлечением финансирования со стороны КНР, добыча золота на месторождении «Самти».

Кроме того, российские компании планируют восстановить и приватизировать два цементных завода (других в стране нет), в местечках Пули^умри и Джабаль-ус-Серадж. РАО «ЕЭС России» и «Технопромэкспорт» проявляют интерес к ГЭС «Саруби» и «Да-рунта». Подчеркивается, что «на нынешнем этапе Россия в состоянии вложить в Афганистан около 100 млн долл. в виде инвестиций и льготных кредитов».

В 2006 году Китай выделит Афганистану 80 млн юаней (около 10 млн долл.) в виде безвозмездной помощи. Об этом заявил министр иностранных дел КНР Ли Чжаосин, выступивший на упомянутой конференции в Лондоне10. В частности, он сообщил, что Китай готов на долговременной основе оказывать помощь Афганистану и сотрудничать с ним, руководствуясь при этом принципом взаимной выгоды и совместного развития. В

2006 году основная часть продукции афганских товаропроизводителей, экспортируемой в Китай, будет освобождена от таможенных пошлин, сказал министр. Ли Чжаосин подчеркнул, что официальный Пекин поддерживает усилия афганских партнеров по противодействию терроризму и намерен активизировать содействие Афганистану в подготовке военнослужащих и полицейских. Кроме того, КНР поддерживает усилия Шанхайской организации сотрудничества, направленные на создание антинаркотического пояса вокруг Афганистана, и намерена активизировать взаимодействие с соседними с ним странами в борьбе против наркотрафика. К тому же правительство Китая поощряет участие отечественных инвесторов в афганских проектах, касающихся инфраструктуры, электроэнергетики, горнодобывающей промышленности и транспорта, отметил глава внешнеполитического ведомства КНР.

Индия приняла решение выделить Афганистану дополнительно 50 млн долл., которые будут субсидированы на строительство здания парламента страны в Кабуле. Общий объем индийской финансовой помощи правительству Афганистана увеличивается до 600 млн долл.

Глава внешнеполитического ведомства Ирана пообещал ИРА помощь в решении проблем снабжения электроэнергией после запуска атомной электростанции в Бушере в

2007 году. По всей вероятности, увязывая афганский вопрос с запуском АЭС, Тегеран пытается получить поддержку общественного мнения Афганистана, которая может быть использована в дальнейших международных переговорах по «ядерной проблеме Ирана».

Казахстан объявил о намерении предоставить Афганистану помощь в «обеспечении афганских крестьян семенами традиционных сельскохозяйственных культур, сельхозобо-рудованием и минеральными удобрениями с целью снижения посевов опиумного мака». Кыргызстан и Таджикистан также предлагают свою логистическую поддержку между-

9 Россия готова ускорить решение проблемы афганского долга, 2 февраля 2006, Москва // Синьхуанет [http://www.russian.xinhuanet.com/russian].

10 См.: Китай обещал Афганистану безвозмездную помощь в 80 млн юаней, 2 февраля 2006 // Агентство «Синьхуа» [http://www.russian.xinhuanet.com/russian].

народному сообществу в послевоенном обустройстве Афганистана. Кроме того, Душанбе считает возможным увеличить свой потенциал в обеспечении северных районов Афганистана электроэнергией и в строительстве автодорог. Для этого Таджикистан рассчитывает на помощь со стороны ИРИ, РФ, США и ряда международных финансовых структур, в частности фонда Атамана.

Официальный Ашхабад продолжает объявлять, что готов расширить пропускные возможности своей инфраструктуры на туркмено-афганской границе для доставки гуманитарной помощи международного сообщества. При этом он пытается максимально использовать газовый фактор в своем участии в постконфликтном восстановлении Афганистана, в частности стремится обеспечить ряд его районов электроэнергией, производимой на газотурбинных станциях.

По мнению туркменских экспертов, большие запасы газа позволяют Ашхабаду играть наиболее значимую роль в обеспечении энергией Афганистана и других стран региона. В качестве другого «важного» вопроса участия Туркменистана в послевоенном развитии Афганистана выдвигается проект Трансафганского газопровода. Ашхабад вместе с Кабулом и Исламабадом добиваются поддержки западных стран и международных финансовых структур в реализации данного проекта. Нынешняя нестабильность в Афганистане и вокруг него не позволяют прогнозировать сроки строительства указанного трубопровода. Тем не менее сохранение актуальности этого вопроса может быть использовано в политической сфере, в том числе в туркмено-российских и других переговорах об альтернативных путях экспорта природного газа из стран Центральной Азии.

Как представляется, столкновение геостратегических интересов ведущих стран мира становится одним из ключевых факторов сдерживания процессов послевоенного восстановления Афганистана. Наблюдаемая тенденция усиления конфликтогенного характера геостратегического противостояния указанных сил не позволяет прогнозировать стабилизацию ситуации в Афганистане и вокруг него в среднесрочной перспективе.

Между тем относительная нормализация обстановки в данной стране, а также дальнейшее оказание международной помощи в ее восстановлении создают условия для активного участия Узбекистана в процессе восстановления Афганистана. Правильно организованная активизация участия официального Ташкента в данном процессе позволила бы получить соответствующие выгоды в политической и экономической сферах. В частности, в целях укрепления позиций Узбекистана в дальнейшем развитии процесса послевоенного обустройства Афганистана представляется возможным привлечь политические и иные ресурсы ШОС и ЕврАзЭС. Так, Ташкент мог бы продолжить инициировать взаимодействие между этими структурами и Кабулом в целях повышения эффективности участия стран-членов данных организаций в послевоенном восстановлении афганской экономики.

Усугубление постконфликтной ситуации

Военно-политическая ситуация в Афганистане в целом остается нестабильной. Боевые действия сражающихся сторон на его территории продолжают наносить значительный урон инфраструктуре страны с долгосрочными экономическими и социальными последствиями. Сохраняется активность сил вооруженной оппозиции почти на всей территории страны, в том числе в особо охраняемом Кабуле. Постоянные теракты, похищения людей и захват заложников оказывают негативное влияние на морально-психологичес-

кое состояние местного населения и иностранцев, непосредственно участвующих в реализации восстановительных проектов.

Экономический коллапс и беззаконие в стране создают дополнительные условия для увеличения числа сторонников экстремистских движений. Таким образом, после военной интервенции США и их союзников афганская территория остается (наряду с иракской) наиболее «благополучной» для вербовки и тренировки боевиков различных бандформирований и террористических организаций, включая «Аль-Каиду».

К тому же согласно заявлениям ряда высокопоставленных лиц в Белом доме, США планируют, начиная с 2006 года, сократить численность своих военных контингентов в Ираке и Афганистане, поскольку «успехи, достигнутые по обеспечению стабильности» в этих страна, позволяют принять такое решение. Однако большинство экспертов считают, что причина подобного шага администрации Дж. Буша — складывающаяся политическая конъюнктура в Вашингтоне.

Систематическое повышение военных расходов в Ираке и Афганистане, а также рост потерь среди американских солдат вызывают жесткую критику антитеррористичес-кой стратегии США и усиливают антивоенные настроения в американском обществе. По данным Пентагона, ныне ежемесячные расходы на военные операции в Ираке и Афганистане составляют в среднем соответственно 5,9 млрд и 900 млн долл. Так, по некоторым сведениям, общая сумма расходов США на проведение военных операций после событий

11 сентября 2001 года в ближайшее время превысит 400 млрд долл., а к концу 2007 года достигнет 500 млрд.

В этой связи администрация Дж.Буша была вынуждена направить в Конгресс запрос относительно того, чтобы дополнительно выделить на боевые действия в Ираке и Афганистане еще 75 млрд долл. (т.е. почти в три раза больше суммы, запрошенной на восстановление районов США, пострадавших от урагана «Катрина» в 2004 г. — 19,8 млрд долл.).

Пытаясь урегулировать эту ситуацию, Белый дом принял решение сократить численность военного контингента Соединенных Штатов в Ираке и Афганистане. В целях более активного использования человеческих ресурсов афганских силовых структур, главную роль в формировании новой армии и в национальном военном строительстве Афганистана в целом играют США. При этом они пытаются создать легковооруженные контрпартизанские силы, которые смогли бы контролировать обстановку в стране, оставаясь при этом достаточно слабыми, чтобы защитить ее суверенитет, который в течение длительного времени «будет гарантировать» Вашингтон.

Вместе с тем в целом афганские органы безопасности и силы МВД характеризуются слабым уровнем подготовки сотрудников и военнослужащих, коррупцией, наличием в полицейских структурах сторонников оппозиции. В армии и полиции широко распространено дезертирство.

В условиях растущей критики антитеррористической политики Дж. Буша его администрация склонна поэтапно сократить численность вооруженных сил США в Ираке и Афганистане, чтобы улучшить шансы Республиканской партии на победу в выборах в Конгресс, которые состоятся в конце 2006 года. При этом сокращение войск будет идти под предлогом того, что местные силы безопасности в указанных странах все более укрепляются и способны самостоятельно обеспечивать стабильность.

Выступая 4 января 2006 года в Пентагоне, Дж. Буш подтвердил, что до конца года численность американских вооруженных сил в Афганистане будет сокращена с 19 до 16,5 тыс. чел., а в Ираке — с 17 до 15 боевых бригад. Такое решение принято на основании информации руководства военного контингента США в этих государствах.

Сокращение военного присутствия Соединенных Штатов в Афганистане будет также компенсировано ожидаемым расширением в нем контингента НАТО. Согласно мне-

нию властей США, НАТО может восполнить любое ослабление системы безопасности, вызванное выводом американских войск. При этом Вашингтон планирует оставить основную часть своего военного контингента в юго-восточной части Афганистана, откуда проникают боевики «Талибана» и «Аль-Каиды». В конечном счете США хотели бы вывести свои войска и с этой территории, заменив их силами Североатлантического альянса. Однако эти планы Вашингтона вызывают недовольство руководства Афганистана, поскольку новые политические институты страны и ее силы по обеспечению безопасности недостаточно окрепли, а НАТО не всегда решается вступать в бой с противником. Согласно оценкам зарубежных аналитиков, в отличие от иракцев большинство афганцев до сих пор считают американские войска фактором обеспечения безопасности и свидетельством приверженности международного сообщества к задачам восстановления Афганистана. При этом, по словам афганских экспертов, в этой стране НАТО воспринимается неадекватной заменой американских сил, так как подразделения Альянса «нерешительны и не желают воевать». Большинство же его стран-членов (кроме Великобритании, Австралии и Канады) не разрешают своим военнослужащим участвовать в операциях против боевиков.

Более того, расширение военного присутствия НАТО в Афганистане не гарантировано. Так, 8 декабря 2005 года Альянс объявил о переброске 6 тыс. военнослужащих, включая 4 тыс. британских, в южный Афганистан, где боевики проявляют наибольшую активность. Однако на следующий день это сообщение было подвергнуто сомнению в связи с заявлением голландских властей, которые сообщили, что передислокация их контингента численностью в 1 тыс. чел. будет проведена при условии ее одобрения парламентом (оппозиционные партии Голландии выступают против этого)11.

Афганские эксперты не исключают возможность дальнейшего роста нерешительности государств-участников международной коалиции в расширении деятельности НАТО в Афганистане. По их мнению, именно и на это нацелена активизация за последний год боевиков «Талибана» и «Аль-Каиды» на юго-восточных районах страны. В результате нападений боевиков в 2005 году погибло около 1,5 тыс. афганцев и 90 американских солдат. Кроме того, с конца 2005 года боевики применяют тактику «террористов-смертни-ков», используемую исламистскими радикалами в Ираке.

В попытках сократить свое военное присутствие в Афганистане США все настоятельнее требуют от своих союзников взять больше ответственности в урегулировании афганской проблемы. Это требование, по всей вероятности, обращено прежде всего к Великобритании и Германии, новое руководство последней «должно» на деле доказать приверженность своим объявленным приоритетам укрепления трансатлантического партнерства.

Одним из практических шагов по участию Альянса в антитеррористической кампании США в борьбе с международным терроризмом стало принятое Советом НАТО решение взять в руки Альянса с 11 августа 2003 года командование ИСАФ. Представители НАТО старались принизить значение данного события, подчеркивая, что формально миротворческая операция в Афганистане не меняет мандата и по-прежнему проводится под эгидой ООН и под командованием стран-добровольцев. Ни флага, ни эмблем Альянса на мундирах западных миротворцев в Афганистане нет — НАТО предоставляет только структуру. Однако научный сотрудник отдела внешнеполитических исследований Казахстанского института стратегических исследований (КИСИ) при Президенте РК Тимур Шаймергенов, изучив ситуацию, сделал вывод, что США при-

11 См.: Кофи Аннан за направление в Афганистан воинского контингента Нидерландов, 2 февраля 2006, Брюссель, 30 января // Синьхуанет [http://www.russian.xinhuanet.com/russian].

влекают силы НАТО в Афганистане, чтобы сфокусировать свое внимание исключительно на операции в Ираке12.

Альянс впервые руководит операцией вдалеке от традиционной зоны своей ответственности. Причем на фоне, когда сменившее талибов правительство в Кабуле сталкивалось с растущими проблемами доверия внутри страны и с повышением активности сил, симпатизирующих талибам. Вместо полугодовой ротации штабов, представляемых разными странами-участницами стабилизационных сил, руководство этим контингентом было возложено на командование Объединенными вооруженными силами НАТО в Северной Европе (АФНОРД). Командующий силами в Кабуле назначается верховным главкомом ОВС НАТО в Европе, а координирующее звено афганской операции располагается на территории европейского стратегического штаба Альянса в Монсе (Бельгия).

Конечной целью НАТО в Афганистане является помощь в создании условий, в которых в этой стране сможет действовать представительное правительство, могут быть установлены прочный мир и стабильность. ИСАФ способствует постепенному развитию соответствующих афганских институтов, в частности путем содействия в подготовке первых подразделений Национальных вооруженных сил и полиции.

Несмотря на относительную стабильность, которая ныне прослеживается в Афганистане, следует отметить, что ни ИСАФ, ни НАТО на практике полностью не контролируют политическую ситуацию в стране. На фоне определенных положительных моментов в современном ее развитии военно-политическая обстановка, подверженная внешним и внутренним рискам, продолжает оставаться напряженной, и пока преждевременно говорить о том, что НАТО играет основополагающую роль в стабилизации положения. Мнение о том, что Афганистан встал на путь, ведущий к миру, внутреннему спокойствию и экономическому возрождению, весьма противоречиво.

В целом нынешняя военно-политическая обстановка в Афганистане остается непредсказуемой. В то же время затянувшийся процесс «послевоенного урегулирования» в стране становится одним из структурных факторов нестабильности Центральной Азии. Неожиданно резкое изменение политической ситуации вокруг Ирака, в частности уход с политической арены А. Шарона, приход к власти Ахмадинежада в Тегеране, а недавно XАМАСа — в Палестине, а также растущая напряженность положения в Сирии и Иране становятся дополнительными факторами афганской дестабилизации. К тому же военнополитическая обстановка ухудшается в связи с усугублением ирано-израильских отношений (особенно после недавних нашумевших заявлений президента ИРИ в адрес Тель-Авива), обострением проблемы ядерной программы Ирана, а также победой XАМАС на выборах в Палестинской автономии, со всеми вытекающими отсюда последствиями для афганской политики США.

Как отмечал президент Узбекистана И. Каримов, «уже сегодня, глядя на Афганистан... можно констатировать, что происходящие там конфликты и их последствия отбросили это государство в его развитии как минимум на десятки лет назад»13. «Военно-политический кризис в Афганистане не может не оказать негативное воздействие как на состояние региональной стабильности в Центральной Азии в целом, так и национальной безопасности Узбекистана в частности»14. «К примеру, война в Афганистане, разрушившая почти полностью и так не очень развитую экономику страны, в настоящее время является

12 См.: Шаймергенов Т. Современные подходы НАТО к борьбе с международным терроризмом: афганский опыт // «Analytic», 2GG5, № б (см. также вэб-сайт KИСИ, Архив (Безопасность), 17 февраля 2GG6).

13 Каримов И.А. Узбекистан на пороге XXI века: угрозы безопасности, условия и гарантия прогресса. М.: Издательский дом «Дрофа», 1997. С. 22.

14 Там же. С. 25.

основным препятствием для прокладки новых транспортных коммуникаций, которые позволили бы государствам Центральной Азии выйти к портам «теплых морей» и влиться в существующую систему мировых хозяйственных связей»15. Нынешняя обстановка в Афганистане «позволяет моделировать потенциальную возможность переноса террористической деятельности за пределы национальных границ Афганистана...Тем более при наличии прозрачных границ между Центральноазиатскими государствами, в то время как Афганистан, его территория и границы превратились в неконтролируемые арсеналы

оружия»16.

15 Там же. С. 29.

16 Там же. С. 31.