"посторанжевые" ощущения граждан: кто "выиграл" и кто "проиграл" в Украине

Анатолий РУЧКА

"Посторанжевые" ощущения граждан: кто "выиграл" и кто "проиграл" в Украине

Сегодня, пожалуй, уже мало кто сомневается в том, что "оранжевая революция" 2004 г. была Событием в новейшей истории Украины. Ее значение, понятно, не определяется масштабом вовлеченных в нее участников. По данным репрезентативного опроса взрослого населения страны, проведенного Институтом социологии НАН Украины и Центром "Социс" (март 2005 г., N=1800 человек), в непосредственных акциях "оранжевой революции" участвовали всего лишь около 18% граждан. Но ее смысл, характер и последствия не могли не затронуть так или иначе интересы всего украинского общества. В этом отношении весьма показательным является распределение ответов респондентов на вопрос о поддержке лидеров "оранжевой революции". На момент опроса последних поддерживали 49% респондентов, не поддерживали — 31, затруднились с определенным ответом на данный вопрос 20%.

Из приведенных данных можно заключить, что "оранжевую революцию" поддерживала примерно половина взрослого населения страны, а не только те 18% граждан, которые принимали непосредственное участие в "оранжевых" акциях в Киеве, других городах и сельской местности Украины. Вместе с тем, как видим, третья часть взрослого населения не поддерживала свершившуюся "оранжевую революцию".

По своему характеру данная революция является политической, так как она завершилась, с одной стороны, отстранением от власти политической группировки бывшего президента Л.Кучмы, обвинявшейся в злоупотреблениях, коррупции, фальсификации президентских выборов 2004 г., а с другой — приходом к власти новой политической команды нынешнего президента В.Ющенко, обещавшей не только привлечь к ответственности коррупционеров, виновных в злоупотреблениях, фальсификации выборов, но и повысить уровень жизни простого народа.

Если попытаться коротко охарактеризовать причины успешности "оранжевой революции", то в первую очередь следует отметить ее объективные основания. Последние складывались в условиях доминирования и нарастающего уси-

ления определенных олигархических кланов, которые пытались монополизировать не только большой и средний бизнес, но также законодательную, исполнительную и судебную власть в стране. Под угрозу тем самым были поставлены национальные интересы, демократическая направленность общественных преобразований, политические, экономические, социальные и культурные права граждан. Если к этому добавить всеохватывающую коррупцию, низкий уровень жизни населения, рост безработицы, ограничения свободы слова, особенно в СМИ, авторитарные рефлексы власти, попытки фальсификации результатов выборов и т.п., то можно прийти к вполне правомерному заключению о том, что украинская "оранжевая революция" отнюдь не является случайностью. Она объективно вызрела в условиях агрессивного олигархического капитализма. Ее инициировала активная "оранжевая" оппозиция, которая в ходе революционных событий пользовалась поддержкой большинства населения страны. В то же время успеху "оранжевой революции" в немалой степени "поспособствовал" правящий режим Л.Кучмы, который имел низкий уровень доверия со стороны общества.

В связи с этим 45% опрошенных совсем не случайно считают, что "оранжевая революция" была осознанной борьбой граждан за свои права или стихийным протестом населения против ухудшения уровня их жизни. Среди основных факторов политической активности граждан во время "оранжевой революции" опрошенные выделяют следующие: протест против власти (42%), надежда на улучшение своего материального положения (31), непринятие кандидатуры одного из претендентов на должность президента (25), забота о будущем своих детей (22), эмоциональный протест против несправедливости (20%).

Вместе с тем 36% опрошенных расценивали "оранжевую революцию" как государственный переворот, который был осуществлен при поддержке Запада или подготовлен "оранжевой" политической оппозицией, прежде всего это те, кто не поддерживал лидеров "оранжевой революции".

Это означает, что граждане Украины отнюдь не единодушны в оценках характера произошедшей революции. Чтобы ответить на вопрос: "Откуда такой разнобой в оценках респондентов?" — необходимо обратиться к более подробной социологической характеристике сторонников и оппонентов "оранжевой революции". Позволю сделать небольшое отступление.

Как утверждается в транзитологической литературе, успех или неуспех рыночных и демократических преобразований в переходных обществах с самого начала так или иначе связан с "зависимостью от пройденного пути' ("path dependency"). Это понятие, как известно, ввел в научный дискурс Д.Норт (1990), который имел в виду зависимость исходных условий системной трансформации транзитных обществ от наследия их исторического пути. И хотя дальнейшее продвижение в направлении развитой демократии и эффективной экономики все больше (со временем) будет зависеть от действий (политики) правительств и функционирования заново созданной (преобразованной) институциональной системы, пройденный страной исторический путь будет, тем не менее, так или иначе давать о себе знать.

Это обстоятельство достаточно характерно для современной Украины. Историческое прошлое страны, безусловно, накладывает свой отпечаток на восприятие и оценку актуальных явлений и событий. Для различных групп населения общественные явления и события, например, Переяславская Рада, Октябрьская революция, распад СССР, могут иметь разное значение, неодинаковый смысл. Такая вариативность проявляется (имеет продолжение) в определенном видении актуальной общественной ситуациии, при принятии тех или иных решений, в различного рода социальных, политических и культурных практиках.

На определенную зависимость ментальности населения Украины от исторического прошлого указывает такой известный автор, как С.Хан-тингтон. В своей книге "Столкновение цивилизаций" (1996) он утверждает, что Украина является исторически расколотой страной с двумя культурами. Линия разлома между ними проходит прямо по центру страны вот уже несколько столетий. Западная Украина в различные моменты в прошлом входила в состав Польши, Литвы, Австро-Венгрии. Значительная часть ее населения — приверженцы униатской (грекокатолической) церкви, которая совершает православные обряды, но признает верховенство Папы Римского. Западные украинцы в основном разговаривают на украинском языке и в своих воззрениях весьма националистичны. В то

же время население Восточной Украины в массе своей — православные, разговаривают в основном на русском языке. Такие социокультурные различия между Западной и Восточной Украиной не могут не сказываться на ментальности их населения. Особенно это проявилось на президентских выборах 1994 г. Тогда действующий президент Л.Кравчук, идентифицировавший себя в качестве национального политика, победил в 12 областях Западной Украины. А его оппонент Л.Кучма, который во время предвыборной кампании брал уроки разговорного украинского языка, одержал победу в 13 областях Восточной Украины1.

После президентских выборов 2004 г. позицию маститого американского автора следует несколько уточнить. Я не думаю, что нужно столь категорично утверждать о расколотости Украины на две культуры. По-видимому, более правильным будет утверждение о существовании в рамках целостной украинской культуры нескольких региональных субкультур (Запада, Центра, Юга и Востока Украины). При этом если на полюсах шкалы украинской ментальности находится население Западной и Восточной Украины, то срединное, промежуточное положение между ними занимает население Центра и Юга Украины. По многим показателям ментальность населения Центра близка ментальности населения Запада Украины, а ментальность населения Юга близка ментальности населения Востока Украины2.

Итак, можно сказать, что в современной Украине сосуществуют две сильные субкультуры (Западной и Восточной Украины) и две менее сильные, но отнюдь не слабые субкультуры (Центра и Юга Украины). Ментальность населения этих субкультур действительно формировалась в зависимости от исторического наследия, которое в случае Запада и Востока Украины сильно различается. Сегодня же субкультуры Украины подвергаются массированному воздействию массовой культуры (через масс-медиа), различных процессов аккультурации и глокализации, в результате чего получают распространение разного рода меланж-эффекты, гибриды, смеси. Так, в политической сфере происходит одновременное формирование различных типов связи между политиками и электора-

1 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003. 603 с.

2 Подробнее см.: Сподівання на іншу Україну. Президентські вибори — 2004 та навколо них: Думки, настрої, оцінки людей / За ред. С.Макссва.. К.: Ін-т соціології НАН України, 2005. 88 с.; Шангина Л. На войне — как на войне: Сводка о потерях // Зеркало недели: Еженедельник. 2005. № 37. 24 сент.

том: харизматического, идеологического и патронажного. Если харизматический тип связи держится на личном авторитете, например, лидера политической партии, а идеологический — исключительно на привлекательности соответствующей идеологии, то патронажный тип связи предполагает прямой обмен выгодами между политиками и избирателями—клиентами (ты мне — голоса, я тебе — работу, материальную помощь, покровительство). В этом отношении на Западе и в Центре Украины — особенно в городах — распространены и популярны харизматический и отчасти идеологический типы связи между политическими партиями и электоратом. В свою очередь, на Востоке и Юге Украины доминирует патронаж. Понятно, что такое различие сказывается на ментальности населения и имеет определенное продолжение в соответствующих социальных и политических практиках.

Теперь перейдем к более детальной характеристике сторонников и оппонентов "оранжевой революции". Для этого проанализируем так называемые "посторанжевые ощущения" респондентов, которые связаны с самооценкой их жизненных шансов в результате произошедшей "оранжевой революции". Во внимание были приняты три группы опрошенных: 1) те, кто в результате "оранжевой революции" ощущает себя в "выигрыше" (таких в выборке оказалось 32%)', 2) те, кто в результате "оранжевой революции" ощущает себя не в "выигрыше", но и не в "проигрыше" (56%), 3) те, кто в результате "оранжевой революции"ощущает себя в "проигрыше"(12%).

Интересно, что 79% тех, кто ощущает себя выигравшими в результатае "оранжевой революции", считают последнюю осознанной борьбой граждан за свои права или стихийным протестом населения против прежней власти. Зато 83% тех, кто ощущает себя проигравшим в результате "оранжевой революции", расценивают ее как государственный переворот. Кроме того, среди первых 88% на момент опроса поддерживали лидеров "оранжевой революции", а среди вторых 85% не поддерживали.

В таблице 1 приводятся данные, которые показывают распределение выделенных трех групп респондентов в зависимости от их статусных характеристик. Как видим, в распределении по полу доминируют те, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Второе место здесь занимают те, кто ощущает себя в "выигрыше", третье — те, кто в "проигрыше". При этом различие процентных распределений между респондентами-мужчинами и рес-понентами-женщинами во всех трех случаях, по критерию Стьюдента, статистически незначимо.

В распределении по возрасту доминируют также те, кто не выиграл, но и не проиграл, второе место за теми, кто ощущает себя в "выигрыше" в результате "оранжевой революции", третье занимают те, кто проиграл. С возрастом, как видим, увеличивается доля тех, кто ощущает себя в "проигрыше". Однако различие процентных распределений между выделенными возрастными категориями во всех трех случаях статистически несущественно.

Распределение по национальности характеризуется в целом преобладанием тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Однако среди русскоязычных респондентов тех, кто не выиграл, но и не проиграл, статистически значимо больше (64%), чем среди респондентов-украинцев (54%). Одновременно среди респондентов-украинцев тех, кто ощущает себя в "выигрыше", статистически значимо больше (38%), чем среди респондентов-русских (10%). Зато среди последних тех, кто проиграл в результате "оранжевой революции", статистически значительно больше (26%), чем среди респондентов-украинцев (8%).

Распределение по родному языку в целом похоже на соответствующее распределение по национальности. Здесь также преобладают те, кто "не выиграл", но и "не проиграл". Однако среди респондентов, родным языком которых является русский, статистически значимо больше тех, кто не проиграл, но и не выиграл в результате "оранжевой революции", чем среди респондентов, родным языком которых является украинский. В то же время среди опрошенных, родным языком которых является украинский, статистически значимо больше тех (44%), кто выиграл в результате "оранжевой революции", чем среди опрошенных, родным языком которых является русский (11%). Зато среди респондентов, родным языком которых является русский, статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "проигрыше" (24%), чем среди респондентов, родным языком которых является украинский (5%).

Анализ распределения трех групп опрошенных по языку общения в семье (дома) показывает следующее. Среди респондентов, языком общения которых дома является преимущественно украинский, статистически значимо больше тех, кто выиграл в результате "оранжевой революции" (52%), чем среди опрошенных, языком общения которых дома является преимущественно русский (13%). Среди респондентов, кто дома общается преимущественно на украинском языке, также статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше", чем среди опрошенных, которые дома общаются как на

Социально-демографические характеристики "выигравших" и "проигравших" в результате "оранжевой революции"

Социально-демографические группы Те’ кт° ощущает себя ^ ^ в выигрыше Те, кто ощущает себя т , ,, Те, кто ощущает себя не в выигрыше , но и ’ “V14 ,, ,, в проигрыше не в проигрыше

1 2 3 4

Пол: мужчины 34 53 13

женщины 31 58 11

Возраст: до 30 лет 32 58 10

30-54 года 31 58 11

55 лет и старше 35 51 14

Национальность: украинцы 38 54 8

русские 10 64 26

другие 19 58 23

Родной язык: украинский 44 51 5

русский 11 65 24

другой 27 50 23

Язык общения в семье (дома): преимущественно украинский 52 45 3

украинский и русский, в зависимости от обстоятельств 25 66 9

преимущественно русский 13 63 24

Образование: неполное среднее 33 54 13

общее среднее 31 58 11

среднее специальное 31 56 13

высшее 33 58 9

Место проживания: Киев 35 60 5

город с населением более 250 тыс. человек 21 61 18

небольшой город 34 54 12

село 42 51 7

Регион проживания: Запад 63 35 2

Центр 43 54 3

Юг 19 68 13

Восток 7 62 31

Статус занятости: работодатели 42 58 _

самозанятые 37 51 12

наемные работники 30 58 12

незанятые (не работают систематически в сфере производства или услуг) 34 54 12

1 2 3 4

Социально-профессиональный статус:

представители административного слоя (работники государственного аппарата, руководители предприятий и учреждений) 13 79 8

специалисты технического профиля (с высшим или средним специальным образованием) 29 58 13

специалисты гуманитарного профиля (в сфере науки, культуры, здравоохранения, образования и т.д. с высшим или средним специальным образованием) 39 52 10

предприниматели (в большом, среднем и мелком бизнесе) и самозанятые 38 53 9

служащие, занятые нефизическим, рутинным трудом 28 61 11

квалифицированные рабочие 30 57 13

малоквалифицированные рабочие 30 59 11

учащиеся/студенты 33 57 11

пенсионеры 33 52 15

домохозяйки 33 59 8

безработные 36 55 9

Материальный статус семьи (самооценка):

низкий 26 59 15

средний 39 53 8

высокий 40 55 5

Удовлетворенность жизнью:

неудовлетворенные 25 60 15

неопределившиеся 34 56 10

удовлетворенные 43 49 8

Степень гордости гражданством Украины:

низкая 16 61 23

средняя 16 70 14

высокая 46 46 8

Интерес к политике:

не интересуются совсем 19 69 12

интересуются в определенной мере 29 59 12

очень интересуются 50 38 12

Политико-идеологическая идентификация:

"левые" 27 53 20

"центристы" 28 56 16

"правые" 62 33 5

"неидентифицированные" 26 66 8

Религиозность:

нерелигиозные 23 61 16

православные 29 59 12

католики 58 38 4

греко-католики 78 20 2

другие (протестанты, исламисты, иудаисты и т.д.) 25 56 19

украинском, так и на русском языках (в зависимости от обстоятельств). Зато среди респондентов, которые в семье общаются преимущественно на русском языке или как на русском, так и на украинском (в зависимости от обстоятельств), статистически больше тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате победы "оранжевой" оппозиции, чем среди опрошенных, кто общается дома преимущественно на украинском языке. В то же время среди преимущественно русскоязычных респондентов статистически значимо преобладают те, кто ощущает себя в "проигрыше" (24%), чем среди опрошенных, которые общаются в семье преимущественно на украинском языке (3%).

В распределении по образованию преобладают те, кто не выиграл, но и не проиграл. Второе место здесь занимают те, кто выиграл в результате "оранжевой революции", третье — те, кто ощущает себя в "проигрыше". Однако различие процентных распределений между образовательными категориями во всех трех случаях статистически незначимо.

Распределение трех выделенных групп респондентов по месту проживания характеризуется преобладанием тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Особенно это касается опрошенных, которые проживают в городах с населением свыше 250 тыс. человек. Среди них статистически значимо больше тех, кто не выиграл, но и не проиграл, чем среди респондентов, проживающих в сельской местности. В то же время среди жителей сельской местности статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше" (42%), чем среди опрошенных, которые проживают в городах с населением свыше 250 тыс. человек (21%). Соответственно, тех, кто ощущает себя в "проигрыше", менее всего в г. Киеве (5%) и сельской местности (7%), а более всего — в городах с населением свыше 250 тыс. человек (18%). Среди респондентов, которые проживают в небольших городах, также статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше", чем среди опрошенных, которые проживают в городах с населением свыше 250 тыс. человек.

Анализ распределения выделенных групп респондентов в зависимости от региона их проживания показывает, что на Западе Украины доминируют те, кто ощущает себя в "выигрыше" в результате "оранжевой революции" (63%). На Юге, Востоке и даже в Центре страны статистически значимо преобладают те, кто не выиграл, но и не проиграл в результате данной революции. Одновременно среди респондентов Востока Украины статистически значимо

больше тех, кто ощущает себя в "проигрыше" (31%), чем среди опрошенных Запада, Центра и Юга страны.

Распределение респондентов в зависимости от статуса занятости характеризуется преобладанием тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Второе место здесь занимают те, кто ощущает себя в "выигрыше", третье — те, кто в "проигрыше". Однако распределение различий мнений между категориями опрошенных по статусу занятости во всех трех случаях статистически незначимо.

Анализ распределения выделенных групп респондентов в зависимости от их социалъно-профессионального статуса также показывает перевес тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Особенно это касается представителей административного слоя, служащих, занятых нефизическим, рутинным трудом, малоквалифицированных рабочих, домохозяек. Более всего ощущают себя выигравшими такие социально-профессиональные группы, как предприниматели и самозанятые (38%), специалисты гуманитарного профиля (39), безработные (36), домохозяйки (33), учащиеся/студенты (33%). Менее всего ощущают себя в "выигрыше" служащие (28%) и представители административного слоя (29%).

Распределение опрошенных в зависимости от материального статуса семьи (самооценка) также свидетельствует о преобладании тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Второе место здесь занимают те, кто ощущает себя в "выигрыше", третье — те, кто проиграл. При этом наблюдается лишь один случай статистически значимого различия. Среди респондентов из семей со средним материальным положением статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше" (39%), чем среди опрошенных из семей с низким уровнем материального достатка (26%).

Распределение респондентов в зависимости от уровня удовлетворенности жизнью показывает перевес тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Второе место здесь занимают те, кто ощущает себя в "выигрыше", третье — те, кто проиграл. В то же время среди удовлетворенных жизнью статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше" (43%), чем среди неудовлетворенных жизнью (25%).

Распределение опрошенных в зависимости от того, гордятся ли они тем, что являются гражданами Украины, также характеризуется перевесом тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". Среди респондентов

с низкой степенью гордости гражданством Украины статистически значимо больше тех, кто ощущает себя не в "выигрыше", но и не в "проигрыше" (70%), чем среди опрошенных, гордящихся своим украинским гражданством (46%). Зато среди последних статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше" (46%), чем среди респондентов с низкой и средней степенью гордости гражданством Украины (16%). Кроме того, среди опрошенных с низкой степенью гордости гражданством Украины статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "проигрыше" (23%), чем среди респондентов с высокой степенью гордости гражданством Украины (8%).

Распределение респондентов в зависимости от интереса к политике показывает преобладание тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате "оранжевой революции". В то же время среди опрошенных, которые совсем не интересуются политикой, статистически значимо больше тех, кто ощущает себя не в "выигрыше", но и не в "проигрыше" (69%), чем среди респондентов, которые "очень интересуются" политикой (38%). Кроме того, среди последних статистически больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше" (50%), чем среди опрошенных, которые совсем не интересуются политикой (19%) или интересуются ею в определенной мере (29%).

Анализ распределения выделенных групп респондентов в зависимости от их политикоидеологической самоидентификации показывает среди "правых" перевес тех, кто ощущает себя в "выигрыше" в результате "оранжевой революции" (62%). Среди "неидентифицированных" в политико-идеологическом отношении респондентов превалируют те, кто не выиграл, но и не проиграл (66%). Среди "левых" больше всего тех, кто ощущает себя в "проигрыше" (20%). Кроме того, среди "левых" статистически значимо больше тех, кто не выиграл, но и не проиграл (53%), чем среди "правых" (33%). В свою очередь, среди "неидентифицированных" респондентов статистически значимо больше тех, кто не выиграл, но и не проиграл (66%), чем среди "левых" (53%). В то же время среди "правых" статистически значимо больше тех, кто выиграл в результате "оранжевой революции" (62%), чем среди "центристов" (28%), "левых" (27) и "не-идентифицированных" (26%).

Анализ распределения респондентов в зависимости от их религиозности свидетельствует, что среди греко-католиков и католиков превалируют те, кто ощущает себя в "выигрыше" в результате "оранжевой революции". Среди нерелигиозных респондентов и православных преобладают те, кто не выиграл, но и не проиграл.

Среди протестантов, исламистов, иудаистов и нерелигиозных респондентов больше всего тех, кто ощущает себя в "проигрыше". В то же время среди нерелигиозных респондентов статистически значимо больше тех, кто не выиграл, но и не проиграл в результате данной революции, чем среди греко-католиков и католиков. Среди православных также статистически больше тех, кто ощущает себя не в "выигрыше", но и не в "проигрыше", чем среди греко-католиков и католиков. Одновременно среди греко-католиков и католиков статистически значимо больше тех, кто ощущает себя в "выигрыше", чем среди православных и нерелигиозных респондентов.

В целом проведенный анализ социологических данных позволяет выделить среди опрошенных категории сторонников и оппонентов "оранжевой революции" 2004 г. в Украине. Показателем принадлежности к одной из указанных категорий является характер "посторанжевых" ощущений граждан. Тех из них, кто ощущает себя в "выигрыше" в результате "оранжевой революции", можно, пожалуй, идентифицировать как ее сторонников, а тех, кто ощущает себя в "проигрыше", — как ее оппонентов. На момент опроса (март 2005 г.) первые, в отличие от вторых, более позитивно оценивали деятельность политических лидеров "оранжевой революции", больше доверяли им и поддерживали их, занимали более лояльную позицию к гражданству независимой Украины, больше гордились этим гражданством, одобряли вступление Украины в Евросоюз, не поддерживали двойное гражданство, критически были настроены в отношении присоединения Украины к союзу России и Белоруссии.

Доли сторонников и оппонентов варьируют в зависимости от разнообразных факторов и разграничений. Среди них наиболее значимыми выступают национальность, родной язык, язык общения в семье (дома), регион проживания, степень гордости гражданством Украины, интерес к политике, политико-идеологическая самоидентификация, религиозность.

Вместе с тем не следует забывать про значительную долю тех граждан, которые ощущают себя не в "выигрыше", но и не в "проигрыше" в результате "оранжевой революции". По своим оценкам, ожиданиям и ориентациям данная категория граждан в одних случаях приближается к сторонникам "оранжевой революции" (позитивная оценка деятельности политических лидеров данной революции, относительное доверие к ним, лояльная позиция в отношении украинского гражданства, относительная гордость этим гражданством, позитивное отношение к вступлению Украины в Евросоюз). В других

случаях эта категория граждан более близка к оппонентам "оранжевой революции" (одобрение двойного гражданства, позитивное отношение к идее присоединения Украины к союзу России и Белоруссии). Кроме того, в ряде случаев данная категория граждан демонстрирует собственные позиции. Например, они в равной степени доверяли "оранжевому" правительству, не доверяли ему, поддерживали и не поддерживали лидеров "оранжевой революции". Можно утверждать, что категории граждан, которые не выиграли, но и не проиграли в результате "оранжевой революции", составляют главный источник пополнения как ее сторонников, так и оппонентов. В преддверии парламентских выборов в марте 2006 г. борьба за симпатии указанной категории граждан становится весьма важным фактором для дальнейшей успешности "оранжевой революции".

Однако истекшие десять месяцев "оранжевой" власти показывают, что об эффективности такого рода борьбы говорить пока еще рано. Это стало особенно ясно после сентябрьского политического кризиса, который ознаменовался скандалами внутри новой власти, отставкой правительства Ю.Тимошенко и подписанием президентом В.Ющенко меморандума о сотрудничестве с бывшими политическими противниками. Такой ход событий многими приверженцами "оранжевой революции" был расценен как отход от ее первоначальных целей и задач.

С течением времени оценки деятельности новой власти со стороны граждан становились все более критичными и острыми. Они были связаны с ростом цен, инфляции, снижением уровня жизни, неумением властей успешно справиться с локальными кризисами: бензиновым, мясным, сахарным, транспортным. Все это сопровождалось ростом разочарования граждан по адресу "оранжевой" власти. Социологические центры страны стали фиксировать также рост недоверия к ней, снижение ее поддержки со стороны граждан. Так, согласно данным социологических опросов Центра Разумко-ва, в сентябре 2005 г. число стойких приверженцев новой власти составило лишь 6%. В то же время число разочаровавшихся в новой власти выросло до 27%. По данным Центра Разумкова, если в августе 2005 г. президента страны поддерживали 30% опрошенных, то в сентябре — уже 20%. При этом 29% опрошенных указали, что они не поддерживают президента, т.е. в сентябре 2005 г. был впервые зафиксирован отрицательный баланс поддержки нового президента страны.

В октябре 2005 г. социологи Киевского международного института социологии зафиксиро-

вали отрицательный баланс и в отношении доверия граждан Украины своему президенту: на 33% опрошенных, которые высказали доверие президенту страны, пришелся 41% опрошенных, которые высказали ему недоверие.

По данным социологической службы "Украинский барометр", доля приверженцев "оранжевой революции" к сентябрю существенно сократилась (почти на 12%). Однако это не означает, что бывшие приверженцы революции пополнили ряды ее противников. Численность последних пока остается постоянной (примерно на уровне 30%). Бывшие приверженцы революции пополняют категорию граждан, которые не поддерживают ни ее сторонников, ни противников. За последние десять месяцев эта категория граждан численно существенно выросла.

Такая перекомбинация приверженцев и противников "оранжевой революции", ее сторонников и оппонентов, несомненно сказывается как на общем видении гражданами перспектив своей страны, так и на их политической идентификации. Сегодня, например, около половины граждан, участвующих в социологических опросах, считают, что события в Украине развиваются в неправильном направлении. Это означает, что политическая идентификация граждан страны с новой властью слабеет. Доказательством этому может служить снижение рейтинга партии власти (Народный союз "Наша Украина"), как это показывают данные социологических опросов.

Таким образом, можно сделать следующий парадоксальный вывод: значительную часть тех граждан, которые осенью 2005 г. сразу после "оранжевой революции" ощущали себя в "выигрыше", следует, по-видимому, считать наиболее проигравшими (разочарование, крушение надежд, потеря веры, обманутые ожидания). То же самое можно сказать и в отношении граждан, которые не выиграли, но и не проиграли в результате "оранжевой революции", но чьи оценки, ожидания и ориентации были близки к оценкам, ожиданиям и ориентациям сторонников данной революции. Зато непроигравшими следует считать тех граждан, которые сразу после революции ощущали себя в "проигрыше". К осени, как выяснилось, они ничего не потеряли, остались при своем как оппоненты "оранжевой революции". Ничего не потеряли и те граждане, чьи оценки, ожидания и ориентации были близки к оценкам, ожиданиям и ориентациям "оппонентов" данной революции.

Таким образом, к концу 2005 г. отчетливо вырисовываются контуры рокировки, поменявшей местами выигравших и проигравших граждан, которые считали себя таковыми в начале этого года.