Климатическая дискомфортность Дальнего Востока России и заболеваемость населения

Региональные проблемы. 2018. Т. 21, № 2. С. 105-112. DOI: 10.31433/1605-220Х-2018-21-2-105-112.

УДК 551.586+ 613.1

КЛИМАТИЧЕСКАЯ ДИСКОМФОРТНОСТЬ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РОССИИ И ЗАБОЛЕВАЕМОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ

Е.А. Григорьева

Институт комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, ул. Шолом-Алейхема 4, г. Биробиджан, 679016, e-mail: eagrigor@yandex.ru

Для субъектов Дальневосточного федерального округа дана детальная пространственная характеристика дискомфортности климата на основе индекса нормальной эквивалентно-эффективной температуры, показаны его отличия от фактической температуры воздуха в зависимости от влажности воздуха и скорости ветра. Выполнен анализ всей заболеваемости населения, в том числе заболеваний по отдельным причинам, характеризующихся чувствительностью к климатическим факторам. Выявлена высокая обусловленность заболеваемости населения Дальневосточного федерального округа, в первую очередь болезнями органов дыхания, от климатических условий, выраженных индексом нормальной эквивалентно-эффективной температуры.

Ключевые слова: климатическая дискомфортность, ощущаемые температуры, заболеваемость населения, Дальневосточный федеральный округ.

Природно-климатические условия формируют в каждом регионе своеобразные, отличные от других предпосылки к освоению и развитию территории, определяя комфортность среды жизни населения. Климат является одним из главных средообразующих факторов, т.е. качество среды, в которой проходит жизнь и деятельность человека, во многом характеризуется климатическими условиями местности [1, 4-5, 7-9, 11]. Климатические факторы - температура и влажность атмосферного воздуха, ветер, облачность, атмосферное давление, а также их быстрые изменения - обладают свойством эмерджентности, усиливая или ослабляя оздоровительный или патогенный эффект. Многообразное прямое и косвенное влияние погоды и климата на функциональное состояние человека формирует уровень здоровья населения. В период пребывания под открытым небом человек подвергается непосредственному воздействию погодных условий, которое сказывается, прежде всего, на его тепловом состоянии. В то же время климат определяет особенности жилья и одежды, косвенно влияет на специфику питания и на уровень развития социальной инфраструктуры в целом.

На Дальнем Востоке России отмечаются повышенные заболеваемость и смертность населения (в том числе младенческая) и меньшая по сравнению со средними российскими показателями продолжительность жизни [6]. Такая ситуация складывается из-за сложного сочетания жизнеобе-

спечивающих природных условий, в первую очередь климатических. Экстремальный погодный режим, формирующийся во многих субъектах ДФО, особенно на севере, приводит к усилению физиологического напряжения систем терморегуляции человека до чрезмерного, что сказывается на показателях здоровья населения. В работах российских исследователей отмечается значительное воздействие температурного фона региона на заболеваемость населения [1, 8]. Особого внимания требуют климаточувствительные заболевания, тесно связанные с метеорологическими и климатическими факторами [9]. Выявление региональных особенностей распространенности ряда чувствительных к климатическим факторам заболеваний необходимо органам здравоохранения для разработки и принятия решений по совершенствованию медицинской помощи населению.

Цель работы - охарактеризовать биоклиматические условия ДФО как ведущего экологического фактора, определяющего качество среды жизни человека; показать влияние климатической дискомфортности на состояние здоровья на примере заболеваемости населения.

Материалы и методы

Исследование выполнено для Дальневосточного федерального округа, включая 9 субъектов РФ в пределах ДФО: Республика Саха (Якутия), Камчатский, Приморский и Хабаровский края, Амурская, Магаданская и Сахалинская об-

ласти, Еврейская автономная область (ЕАО), Чукотский автономный округ (ЧАО). Для оценки климатической дискомфортности использовались климатические данные сети гидрометеорологических станций (ГМС) по температуре и влажности воздуха, скорости ветра.

Для характеристики состояния здоровья как одного из основных показателей качества жизни были взяты данные по заболеваемости на 100 тыс. чел. населения за 2005-2016 гг., представленные на сайте Единой межведомственной информационно-статистической системы (ЕМИСС) [https:// www.fedstat.ru/]. Рассматривались все заболевания, а также отдельные причины наиболее распространенных заболеваний, характеризующихся чувствительностью к климатическим факторам [9]. Это болезни органов дыхания; болезни системы кровообращения; болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ; некоторые инфекционные и паразитарные болезни; психические расстройства и расстройства поведения; травмы, отравления и другие последствия воздействия внешних причин.

Для оценки климатической дискомфортности взят индекс нормальной эквивалентно-эффективной температуры НЭЭТ, учитывающий температуру и влажность воздуха, а также скорость ветра, для адекватной оценки ощущаемых температур. Индекс был предложен А. Миссенардом как аналитическое выражение шкал эффективных температур, разработанных американскими учеными ещё в первой половине XX в. для учета комплексного воздействия на человека основных метеорологических параметров [2]. Ценность этого биоклиматического показателя состоит в том, что в качестве предикторов используются стандартные климатические данные, индекс не требует сложных расчётов, а конечная величина выражается в обычных единицах изменения [°С]. Кроме того, НЭЭТ можно применять в широком диапазоне температур при оценке как жарких погод в летний период, так и холодных зимой [2, 4-5, 10, 15]. В ранее проведенном исследовании при ранжировании различных индексов, используемых в мировой практике для характеристики тепловой нагрузки климатических условий на человека, НЭЭТ получил высокую оценку [15]. Кроме того, было также показано, что именно НЭЭТ лучше всего использовать для описания суровости биоклиматических условий на Дальнем Востоке с точки зрения их влияния на здоровье человека [2, 4-5]. В данной работе расчеты проводятся по формуле, уточненной В.П. Тунеголовцем [10]:

НЭЭТ = 37 - (37 - Т) / (0,68 - 0,0024 f +

+1/ (1,78 + 1,4 V075)) - 0,29 Т (1 - #100), где Т - температура воздуха, °С; f - относительная влажность воздуха, %; V - скорость ветра, м с-1. Комфортными и субкомфортными считаются значения НЭЭТ в пределах от 12 до 24 °С; температуры за этими границами предъявляют повышенные требования к механизмам терморегуляции, особенно больных людей [7].

Зависимость между климатической дискомфортностью и показателями заболеваемости населения определялась с помощью коэффициента корреляции между значениями НЭЭТ (для средних месяцев основных сезонов января и июля, а также среднегодовой величиной) и показателями заболеваемости (заболеваемость в целом и по отдельным причинам). Корреляционные связи оценивались по коэффициентам парной корреляции Пирсона с критическим уровнем значимости при проверке статистических гипотез, равным 0,01. Значения коэффициента не более 0,3 говорят о слабой тесноте связи; от 0,4 до 0,7 являются показателями умеренной тесноты связи, выше 0,7 -высокой тесноты связи; отрицательные значения указывали на обратно пропорциональную зависимость.

Результаты и обсуждение

В табл. 1 показаны результаты расчета индекса НЭЭТ для каждого субъекта ДФО с использованием среднемесячных и среднегодовых значений отдельных метеоэлементов. Зимний период в ДФО отличается особой суровостью. «Крайне холодные» условия в январе характерны практически для всей территории; НЭЭТ составляет -49,6, -47,3 и -46,6 °С в Якутии, Магаданской области и в ЧАО соответственно. Менее суровые условия наблюдаются в Приморском крае на юге (-31,2 °С). Несмотря на отдельные периоды с исключительно жаркими и душными погодами в южной части ДФО [3], летом округ находится в комфортных условиях с нейтральным теплоощу-щением. Прохладный дискомфорт отмечается на крайнем севере и на побережье морей: в Камчатском крае, Чукотском автономном округе и в Сахалинской области (0,8, 1,3 и 1,8 °С соответственно). В целом среднегодовые значения НЭЭТ за счет длительной и суровой зимы находятся в зоне с холодным теплоощущением (табл. 1).

В табл. 2 приведены значения разницы между НЭЭТ и фактической температурой атмосферного воздуха для центральных месяцев основных сезонов (январь и июль) и в целом для года. Как зимой, так и летом высокая относительная влаж-

Таблица 1

Индекс нормальной эквивалентно-эффективной температуры для субъектов Дальневосточного федерального округа, °С

Table 1

Index of NEET in the Far Easten Federal District, °С

Субъект ДФО Нормальная эквивалентно-эффективная температура, °С

янв фев мар апр май июн июл авг сен окт ноя дек год

Республика Саха (Якутия) -49,6 -45,3 -33,8 -19,9 -5,9 5,1 9,1 4,9 -5,1 -21,9 -41,1 -47,9 -21,6

Камчатский край -34,3 -33,6 -29,4 -21,0 -12,0 -4,4 0,8 1,3 -4,0 -13,6 -25,0 -32,0 -17,4

Приморский край -31,2 -27,2 -17,4 -6,9 0,5 6,3 12,2 13,0 5,7 -3,8 -16,6 -27,8 -7,8

Хабаровский край -38,9 -33,9 -23,6 -10,9 -2,5 5,5 10,7 9,6 1,5 -9,4 -25,7 -37,1 -12,9

Амурская область -37,9 -32,5 -21,4 -9,2 1,0 9,3 13,5 10,4 1,8 -9,5 -27,1 -37,1 -11,6

Магаданская область -47,3 -44,1 -36,3 -23,4 -9,9 0,2 4,0 2,4 -6,1 -22,5 -39,0 -45,1 -22,3

Сахалинская область -36,4 -34,7 -26,5 -18,1 -11,4 -4,7 1,8 4,2 -0,6 -9,4 -21,1 -31,3 -15,9

Еврейская автономная область -39,7 -33,3 -20,8 -7,2 1,9 9,8 14,5 12,7 4,0 -6,4 -23,8 -37,4 -10,5

Чукотский автономный округ -46,6 -48,0 -43,0 -32,3 -16,7 -2,8 1,3 -2,2 -10,7 -26,4 -40,0 -46,5 -26,2

ность атмосферного воздуха и сильный ветер (со среднемесячными значениями выше 80% и 10 м/с соответственно) на побережье морей усиливают воздействие холода и понижают реальные температуры (на величину -20...-23 °С в зимний период и -10.-13 °С летом) на Камчатке, в ЧАО и на Сахалине. На отдельных станциях зимой разница достигает -30 °С (ГМС Беринговская и Анадырь на Чукотке, Оха на Сахалине). В Хабаровском крае в январе НЭЭТ ниже регистрируемых температур на величину до -20 °С в Николаевске-на-Амуре, Комсомольске-на-Амуре, Хабаровске, т.е. на ГМС в долине р. Амур за счет сильных ветров. Несмотря на исключительно низкие температуры января в Якутии, ощущаемые температуры незначительно отличаются от таковых в других северных регионах с более высокой фактической температурой, что объясняется низкой влажностью воздуха и слабыми ветрами. Летом в Саха (Якутии) НЭЭТ мало отклоняются от реальных значений (табл. 2). В южных континентальных регионах эти величины колеблются от -5 до -7 °С. В целом за год минимальная разница характерна для Амурской области, максимальная - для Сахалина и Чукотки (-8

и -16.-17 °С соответственно), отражая влияние таких факторов, как влажность воздуха и ветер, на действие регистрируемой температуры воздуха.

Анализ заболеваемости населения показал, что заболеваемость по обращаемости на территории ДФО по количественному значению близка к среднероссийским величинам, значительно варьируя между субъектами (рис. 1а). На севере, на Чукотке, этот показатель в два раза выше, чем на юге, в Еврейской автономной области (120 и 66 тыс. чел. на 100 чел. населения соответственно). На втором месте стоит Саха (Якутия) - немногим более 100 тыс. чел., т.е. каждый житель республики как минимум один раз обращается в лечебное учреждение за медицинской помощью. В остальных регионах этот показатель колеблется около средних значений по региону, составляя около 80 тыс. чел. С одной стороны, такая высокая территориальная дифференциация обусловлена именно различием средовых факторов, формирующих уровень здоровья. В то же время обсуждается и влияние в целом уровня развития здравоохранения, в первую очередь доступность качественной медицинской помощи, дефицит врачебных кадров

Таблица 2

Разница между ощущаемой (выраженной индексом нормальной эквивалентно-эффективной температуры) и реальной температурой воздуха для субъектов Дальневосточного федерального округа, °С

Table 2

Difference between perceptible (NEET) and real temperatures in the Far Easten Federal District, °С

и, как следствие, регистрация первичной заболеваемости в том или ином субъекте [6].

На первом месте в структуре заболеваемости как в целом для России, так и для Дальнего Востока стоят болезни органов дыхания, составляя около 43% (рис. 2). Самая высокая доля респираторных болезней в структуре заболеваемости выявлена для ЧАО (47%). Показатель заболеваемости органов дыхания на Чукотке в два раза выше, чем в ЕАО, повторяя закономерность, показанную для общей заболеваемости (рис. 16). Для болезней системы кровообращения самое высокое значение заболеваемости регистрируется на Камчатке, минимальное - в Магаданской области и Хабаровском крае, составляя более 4 тыс. и 1,6-1,7 тыс. на 100 тыс. населения соответственно (рис. 1е).

Среди других климатозависимых заболеваний рассмотрены болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ; психические расстройства и расстройства поведения; травмы, отравления и другие последствия воздействия внешних причин; некоторые инфекционные и паразитарные болезни. В картине территориальной дифференциации для болезней

эндокринной системы лидируют Саха (Якутия) и ЧАО (1,6 и 1,5 тыс. на 100 тыс. чел. населения, соответственно) с большим отрывом от остальных субъектов (рис. 1г). По данным дальневосточных ученых-медиков [6], высокий уровень заболеваний эндокринной системы в Якутии (в 1,5 раза выше, чем в РФ) обусловлен преимущественно патологией щитовидной железы, протекающей с тиреотоксикозом. В два раза ниже этот показатель для Камчатки, Хабаровского края и Амурской области. По психическим расстройствам и расстройствам поведения, травмам, отравлениям и другим последствиям воздействия внешних причин на первом месте с большим отрывом от остальных субъектов находится Чукотка. При изучении региональных различий заболеваемости инфекционными и паразитарными болезнями на первом месте оказалась Магаданская область (5,4); в целом же величина для ДФО (3,8) ненамного отличается от среднероссийского значения (3,3 тыс. чел. на 100 чел. населения).

Для анализа зависимости между климатической дискомфортностью и показателями заболеваемости населения выполнен расчет коэффициента корреляции между значениями НЭЭТ и показателями заболеваемости (табл. 3).

Высокая обратная корреляция выявлена для всей заболеваемости в зависимости от среднегодовой величины НЭЭТ (г = -0,81): чем ниже ощущаемая температура воздуха, тем выше заболеваемость. Такой же коэффициент корреляции определен и для болезней дыхательной системы, которые стоят на первом месте в структуре заболеваемости населения ДФО, признавая климатическую обусловленность распространения патологии органов дыхания на территории Дальнего Востока России [4]. Умеренная теснота связи обнаружена для болезней системы кровообращения (г = -0,54) и для некоторых инфекционных и паразитарных болезней (г = -0,35) в зависимости от значений НЭЭТ летом, что связано, скорее всего, с обострениями заболеваемостей по этим причинам в жаркий период года. В то же время для болезней эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ выявлена высокая детерминированность от январских температур и умеренная - от среднегодовых НЭЭТ. Высокая теснота связи в ДФО с ощущаемыми температурами атмосферного воздуха в летний период показана и для психических расстройств и расстройств поведения (г = -0,72).

Полученные результаты еще раз подкрепляют выводы многочисленных работ российских и

Субъект ДФО Разница между ощущаемой и реальной температурой воздуха, °С

январь июль год

Республика Саха (Якутия) -15,0 -3,2 -10,5

Камчатский край -21,1 -11,0 -16,0

Приморский край -13,6 -6,9 -10,3

Хабаровский край -13,9 -7,1 -11,0

Амурская область -8,1 -5,6 -8,0

Магаданская область -18,6 -8,5 -13,4

Сахалинская область -23,4 -13,1 -16,8

ЕАО -17,0 -5,9 -10,9

ЧАО -22,0 -10,2 -16,8

Рис. 1. Заболеваемость населения Дальневосточного федерального округа на 100 тыс. населения, 2005-2016 гг.: а) все причины; б) болезни органов дыхания; в) болезни системы кровообращения; г) болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ

Fig. 1. Morbidity for 100000 of the population, Far Eastern Federal District: a) total morbidity, b) respiratory disease; c) cardiovascular disease; d) endocrine disease, nutritional and metabolic disorders

130000 120 000 110000 100 000 SO 000 80 000 70 000 60000

Заболеваемость населения

il

rîi

rb

à

i

Л

A

^ / /,/,/,/// ^ S* S- iy

/VVVVV

(¿S* .JkV rfy Sr

" r ¿r

>? 0Я"

c?

70 000 60 000 50 000 40 000 30 000 20 000 10 000

Заболеваемость: болезни органов дыхания

i\

rfl

il

rbl

ïh

Y <ь* > > > & & &

У У X

в)

г)

иностранных авторов о зависимости как общей заболеваемости [9, 11, 14, 17], так и заболеваний органов кровообращения [11, 14, 24] и дыхания [4, 11, 14, 28], эндокринной системы [11, 14, 17, 21, 28], инфекционных и паразитарных болезней [13, 14, 18, 20, 27, 28], психических расстройств, включая суициды [12, 16, 19, 23, 26], травм и других внешних причин, в том числе автомобильных катастроф [22, 25] от климато-погодных условий. При этом сезонные вариации могут несколько отличаться от выявленных нами в зависимости от региона исследований, а также различаться для отдельных групп населения повышенного риска -детей [28] и лиц старшего возраста [14].

Таким образом, подтверждается тезис о

высокой обусловленности заболеваемости населения, в первую очередь болезней органов дыхания, от климатических условий региона. Конечно же, для адекватной оценки ситуации и принятия соответствующих решений необходим многофакторный анализ выявленных различий в уровне и структуре заболеваемости населения ДФО. Результаты проведенного исследования подтверждают тезис о высокой зависимости здоровья от экстремального климатического режима. Детальное исследование по всем климатозависимым заболеваниям для групп населения повышенного риска может дополнить полученную картину воздействия погоды и климата на здоровье человека в регионе. В то же время необходимо акцентировать

Рис. 2. Структура заболеваемости населения в Дальневосточном федеральном округе с акцентом на климатозависимых заболеваниях, 2005-2016 гг.

Fig. 2. The structure of morbidity at the Far Eastern Federal District, 2005-2016

Таблица 3

Коэффициенты корреляции между индексом нормальной эквивалентно-эффективной температуры и показателями заболеваемости населения, ДФО*

Table 3

Coefficients of correlation between bioclimatic index NEET and morbidity, Far Eastern Federal District

НЭЭТ Заболеваемость на 100 тыс. чел. населения

все заболевания болезни органов дыхания болезни системы кровоо-браще-ния болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ психические расстройства и расстройства поведения травмы, отравления и другие последствия воздействия внешних причин некоторые инфекционные и паразитарные болезни

Январь -0,56 -0,57 0,04 -0,70 -0,29 -0,44 0,12

Июль -0,59 -0,55 -0,54 -0,23 -0,72 -0,06 -0,35

Год -0,81 -0,81 -0,37 -0,64 -0,64 -0,41 -0,03

Примечание: *полужирным шрифтом выделены коэффициенты парной корреляции, статистически значимые на уровне 0,01

внимание на других факторах, таких как социально-экономическое положение в регионе, в первую очередь ситуация в организации здравоохранения: потребность здравоохранения в материальных, трудовых и финансовых ресурсах, поздняя диагностика распространенных заболеваний и др.

Тем не менее, учёт региональных особенностей природно-климатических условий, влияющих на формирование заболеваемости, подтверждает необходимость углубленного изучения распространенности основных классов болезней на региональном уровне для совершенствования системы мониторинга состояния здоровья населения и среды обитания, для разработки новых организационных форм управления охраной здоровья и планирования развития здравоохранения в ДФО.

Публикация подготовлена в рамках поддержанного РФФИ научного проекта №18-00300923.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Геосистемы Дальнего Востока России на рубеже ХХ-ХХ1 веков: в 3 т. / колл. авторов; под общ. ред. академика П.Я. Бакланова. Т. 2. Природные ресурсы и региональное природопользование / колл. авторов; отв. ред. П.Я. Бакланов, В.П. Каракин. Владивосток: Дальнаука, 2010. 560 с.

2. Григорьева Е.А. Биоклиматические особенности территории как ресурс развития туризма // Регионы нового освоения: экологическая политика в стратегии развития: материалы международ. конф., г. Хабаровск, 1-3 октября 2013 г. Хабаровск, 2013. С. 334-340.

3. Григорьева Е.А. Волны тепла в Хабаровске -подходы к определению // Региональные проблемы. 2014. Т. 17, № 1. С. 43-48.

4. Григорьева Е.А. Климатические условия Дальнего Востока как фактор развития болезней органов дыхания // Региональные проблемы. 2017. Т. 20, № 4. С. 79-85.

5. Григорьева Е.А. Многоуровневость территориальной дифференциации в биоклиматических исследованиях // Геосистемы в Северо-Восточной Азии: территориальная организация и динамика. Владивосток: ТИГ ДВО РАН, 2017. С. 13-19.

6. Дьяченко В.Г., Пригорнев В.Б. и др. Здравоохранение Дальнего Востока России в условиях рыночных реформ: монография / под общ. ред. В.Г. Дьяченко. Хабаровск: Изд-во ДВГ-МУ, 2013. 687 с.

7. Кандрор И.С. Дёмина Д.М., Ратнер Е.М. Физиологические принципы санитарно-клима-тического районирования территории СССР. М.: Медицина, 1974. 176 с.

8. Максимов А.Л., Белкин В.Ш. Биомедицинские и климато-экологические аспекты районирования территории с экстремальными условиями среды проживания // Вестник Дальневосточного отделения РАН. 2005. № 3. С. 28-39.

9. Оценка риска и ущерба от климатических изменений, влияющих на повышение уровня заболеваемости и смертности в группах населения повышенного риска: Методические рекомендации МР 2.1.10.0057-12. М.: Федеральный центр гигиены и эпидемиологии Ро-спотребнадзора, 2012. 48 с.

10. Тунеголовец В.П. О некоторых показателях физиологического комфорта применительно к территориям Приморского края и Сахалинской области // Гидрометеорологические и экологические условия Дальневосточных морей и оценка воздействия на морскую среду. Тем. вып. ДВНИГМИ № 3. Владивосток: Дальнаука, 2000. С. 205-222.

11. Alexander P. Association of monthly frequencies of diverse diseases in the calls to the public emergency service of the city of Buenos Aires during 1999-2004 with meteorological variables and seasons // Int. J. Biometerol. 2013. Vol. 57(1). P. 83-90. DOI: 10.1007/s00484-012-0536-8.

12. Brandl E.J., Lett T.A., Bakanidze G. et al. Weather conditions influence the number of psychiatric emergency room patients // Int. J. Biometeorol. 2017. DOI: 10.1007/s00484-017-1485-z.

13. Bruce M., Zulz T., Koch A. Surveillance of infectious diseases in the Arctic // Public Health. 2016. Vol.137. P.5-12. DOI: 10.1016/j. puhe.2016.06.014.

14. Bunker A., Wildenhain J., Vandenbergh A., [et al.]. Effects of air temperature on climate-sensitive mortality and morbidity outcomes in the elderly; a systematic review and meta-analysis of epidemiological evidence // EbioMedicine.

2016. Vol. 6. P.258-268. DOI: 10.1016/j. ebiom.2016.02.034.

15. de Freitas C.R., Grigorieva E.A. A comparison and appraisal of a comprehensive range of human thermal climate indices // Int. J. Biometeorol.

2017. Vol. 61. P. 487-512. DOI: 10.1007/ s00484016-1228-6.

16. Dixon P.G., Kalstein A.J. Where are weather-suicide associations valid? An examination of

nine US counties with varying seasonality // Int. J. Biometeorol. 2016. DOI: 10.1007/s00484-016-1265-1.

17. Fouillet A., Rey G, Laurent F., Pavilion G., Bellec S., Guihenneuc-Jouyaux C., [et al.]. Excess mortality related to the August 2003 heat wave in France // Int Arch Occup Environ Health. 2006. Vol. 80(1). P. 16-24. DOI: 10.1007/s00420-006-0089-4.

18. Liu J., Wu X., Li C., Xu B., Hu L., Chen J. Dai S. Identification of weather variables sensitive to dysentery in disease-affected county of China // Science of The Total Environment. 2017. Vol. 575. P. 956-962. DOI: 10.1016/j. scitotenv.2016.09.153.

19. McWilliams S., Kinsella A., O'Callaghan

E. Daily weather variables and affective disorder admissions to psychiatric hospitals // Int. J. Biometeorol. 2014. Vol. 58(10): P. 20452057. DOI: 10.1007/s00484-014-0805-9.

20. Oliveira-Santos M., Santos J.A., Soares J., Dias A., Quaresma M. Influence of meteorological conditions on RSV infection in Portugal // Int. J. Biometeorol. 2016. Vol. 60. P. 1807-1817. DOI: 10.1007/s00484-016-1168-1.

21. Pierre K., Schlesinger N., Androulakis I.P. The role of the hypothalamic-pituitary-adrenal axis in modulating seasonal changes in immunity // Physiol Genomics. 2016. Vol. 48: P. 719-738. DOI: 10.1152/physiolgenomics.00006.2016.

22. Ortiz R.C., Tenias J.M., Estarlich M. Ballester

F. Systematic review of the association between climate and hip fractures // Int. J. Biometeorol. 2015. Vol. 59. P. 1511-1522. DOI: 10.1007/ s00484-014-0945-y.

23. Shiue I., Perkins D.R., Bearman N. Physically equivalent temperature and mental and behavioural disorders in Germany in 2009-2011 // J. Ment. Health. 2016. Vol. 25(2): P. 148-153. DOI: 10.3109/09638237.2015.1101431.

24. Stewart S., Keates A.K., Redfern A., McMurray J.J.V. Seasonal variations in cardiovascular disease // Nature Reviews Cardiology. 2017. Vol. 14. P. 654-664. DOI: 10.1038/nrcardio.2017.76.

25. Stoupel E., Babayev E.S., Shustarev P.N. et al. Traffic accidents and environmental physical activity // Int. J. Biometeorol. 2009. Vol. 53. P. 523-534. DOI: 10.1007/s00484-009-0240-5.

26. Talaei A., Hedjazi A., Rezaei Ardani A., Fayyazi Bordbar M.R., Talaei A. The relationship between meteorological conditions and homicide, suicide, rage, and psychiatric hospitalization // J. Forensic. Sci. 2014. Vol. 59(5). P. 1397-1402. DOI: 10.1111/1556-4029.12471.

27. Tokarevich N., Tronin A., Gnativ B., Revich B., Blinova O. & Evengard B. Impact of air temperature variation on the ixodid ticks habitat and tick-borne encephalitis incidence in the Russian Arctic: the case of the Komi Republic // International Journal of Circumpolar Health. 2017. Vol. 76(1). 1298882. DOI: 10.1080/22423982.2017.1298882.

28. Xu Z., Hu W., Su H., Turner LR, Ye X, Wang J, Tong S. Extreme temperatures and paediatric emergency department admissions // Journal of Epidemiology and Community Health. 2014. Vol. 68(4). P. 304 311. DOI: 10.1136/jech-2013-202725.

CLIMATIC DISCOMFORT AND MORBIDITY AT THE RUSSIAN FAR EAST

E.A. Grigorieva

A detailed spatial characteristic of the climate discomfort is given for the federal subjects of the Far Eastern Federal District, based on the index of Normal equivalent-effective temperature. Differences between Normal equivalent-effective temperature and air temperature depend on humidity and wind speed. Spatial patterns of all-cause morbidity and cause-specific morbidity for the definite disease sensitive to climatic influence are analyzed. The high dependence of morbidity in Far Eastern Federal District and climatic conditions expressed by Normal equivalent-effective temperature, first of all, diseases of the respiratory system, is discussed.

Keywords: climatic discomfort, Normal Equivalent-Effective Temperature, morbidity, Far Eastern Federal District.