Издательская деятельность астраханских исламских обществ

А.Х. Курмансеитова

ИЗДАТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ АСТРАХАНСКИХ ИСЛАМСКИХ ОБЩЕСТВ

Россия на рубеже Х1Х-ХХ в. по своим экономическим показателям вошла - вместе с Англией, США, Германией и Японией - в пятерку ведущих государств мира. Бурный подъем экономики России способствовал расцвету русской культуры. В то же время социально-экономический и культурный уровень российских мусульман оставался неизменным. Тем не менее в последней четверти XIX в. мусульмане учились не только в университетах и в других учебных заведениях России, но и стали выезжать на учебу во Францию и Германию. Среди российских мусульман стали появляться инженеры, адвокаты, врачи, педагоги, промышленники. Постепенно в российской мусульманской общине стала формироваться светская интеллигенция, осознавшая необходимость модернизации жизни мусульман России и интеграции в европейскую цивилизацию. Ислам в мусульманской общине, определявший все стороны жизни мусульман, «должен был быть приспособлен к новым условиям и требованиям модернизации, экономического, научно-технического прогресса, национального просвещения и пробуждения»1. Российским мусульманам необходимо было преодолеть «экономическую и культурную отсталость исламских “окраин” России», а также обновить «образ мыслей, круг знаний, формы распространения этих знаний (обучения, просвещения, участия печатного слова)»2.

Движение к модернизации духовной культуры мусульманской общины России зародилось в последней четверти XIX в. и активизировалось после Первой русской революции. Прогрессивная мусульманская интеллигенция стремилась поднять духовную культуру российских мусульман до европейского уровня. Первые шаги модернизации в жизни мусульманского общества были сделаны в области народного образования. Модернизация системы мусульманского образования, включавшая обновление программы, обучение светским дисциплинам, изучение родного и русского языков, дала мощный импульс для развития литературы и журналистики, изда-

тельского дела. В среде российских мусульман постепенно увеличивалось число лиц со светским образованием, поднимавших перед царским правительством не только вопросы развития культуры, но и социально-политические проблемы мусульманского общества. В то же время многие проблемы, решенные среди русского населения, для российских мусульман решить было сложно в связи с ограничением их конституционных прав.

Просветительское движение мусульман Астраханской губернии непосредственно связано с педагогической и издательской деятельностью Исмаила Гаспринского. В Бахчисарае 10 апреля 1883 г. Гаспринский начал издавать газету «Терджиман» («Переводчик»), печатавшуюся на литературном тюрки и частично на русском языке. Газету «Терджиман» выписывали астраханские мусульмане, поддержавшие просветительское движение Гаспринского. Астраханские ногайцы Абдул-Ма-джит Абдуллин, Абдрахман Исмаилович Уме-ров, муэдзин мечети №1 Мухамед-Керим Умеров являлись не только подписчиками «Терджиман», они были активными корреспондентами этой газеты3. Исмаил Гаспринский в 1884 г. издал азбуку «Ходжаи сыбъян», составленную им по европейскому звуковому методу обучения. По этому учебнику Гас-принский обучал детей. Переход мусульманской школы от схоластического метода обучения к европейскому звуковому методу способствовал активизации распространения знания в мусульманском обществе. Учащиеся мусульманской школы, обучавшиеся по новой методике, через полгода уже свободно читали, в то время как в старометодной школе этот процесс длился несколько лет. В новометод-ных школах была обновлена программа, введены светские дисциплины, изучали родной и русский языки.

Постепенно движение джадидизма в Нижнем Поволжье ширилось, количество ново-методных школ с каждым годом увеличивалось. В то же время необходимо отметить, что духовная культура мусульман России не могла получить интенсивного развития, так как

царское правительство запрещало мусульманам открывать типографии, издавать книги, периодические издания, развивать художественную литературу. Первая русская революция способствовала активизации деятельности джадидов.

Манифест «Об усовершенствовании Государственного порядка», провозглашенный императором Николаем II 17 октября 1905 г., даровал населению России незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов. Мусульмане России воспользовались полученными правами: стали создавать свои партии, союзы и общества, в регионах проживания мусульман открывались типографии, печатались газеты, журналы, издавались большими тиражами книги по доступной цене. Духовная культура российских мусульман развивалась в едином социокультурном пространстве. Мусульманская интеллигенция Нижнего Поволжья использовала Манифест Николая II для развития духовной культуры. В Астрахани были организованы мусульманские общества, стали открываться типографии, печатались периодические издания и книги на восточных языках.

В 1906 г. в Астрахани было организовано мусульманское общество «Шураи-Ислам», впоследствии появилось и второе общество -«Джамияти-Исламия».

Учредителями общества «Шураи-Ислам» были Мустафа Измайлов, Закир Ходжаев, Курбан-Али Эрембетов, Мухаммед-Сафа Ки-римов, Ахметжан Ижбердиев, Мусса Самака-ев. Члены общества «Шураи-Ислам» хотели преодолеть «правовую, духовную и материальную нужду мусульман Нижнего Поволжья, в соответствии Высочайшего манифеста 17 октября 1905 года»4. В члены общества «Шураи-Ислам» принимали всех мусульман обоих полов и обоих толков, проживавших в Астраханской губернии. Принятие в члены общества «Шураи-Ислам» женщин - это новое явление в исламе, так как в мусульманском обществе традиционно женщины не принимали участия в общественной жизни. Факт принятия в члены «Шураи-Ислам» как суннитов, так и шиитов свидетельствует о толерантности членов общества. Необходимо учесть, что Мустафа Измайлов, один из учредителей «Шураи-Ислам», являлся уроженцем Шемахи, одной из провинций Азербайджана, возможно, он был шиитом. Для вступления в

общество необходимо было представить в совет «Шураи-Ислам» рекомендации от двух его членов. Совет общества на своем заседании рассматривал заявления новых членов и утверждал их.

Для развития духовной культуры Астраханской области общество «Шураи-Ислам» предполагало открывать библиотеки, читальные залы, проводить лекции, беседы, курсы прикладных знаний, школы и издавать журналы педагогического характера с соблюдением действующих узаконений5.

Общество «Шураи-Ислам» в целях материальной поддержки нуждающихся мусульман предполагало открыть особую кассу поддержки неимущих и богадельню для престарелых. С целью оказания юридической помощи и защиты прав бедных мусульман общество обязывалось нанимать поверенных по их делам.

Средства общества формировались из членских взносов и частных пожертвований, а также от концертов и других благотворительных мероприятий, «устраиваемых с надлежащего разрешения»6. Делами общества «Шу-раи-Ислам» управлял совет из 15 членов, избиравшихся сроком на один год. Общее собрание общества созывалось не реже одного раза в год.

Мустафа Измайлов, возглавивший общество «Шураи-Ислам», внес значительный вклад в зарождение и развитие периодической мусульманской печати Астрахани. 30 мая

1906 г. Измайлов получил разрешение издавать в Астрахани газету «Бурган таракки» («Сторонник прогресса»). Газета печаталась в личной типографии Измайлова, располагавшейся напротив Черной мечети в доме Мара-каева7.

Члены общества «Шураи-Ислам» принимали активное участие в издании «Бурган таракки». М. Измайлов сообщил губернатору в августе 1906 г., что в период его отсутствия газету временно будет издавать шемахинский житель Мухаммед Али Салимизада8. Газету «Бурган таракки» в разное время редактировали башкир Загидулла Шарифуллин, ногайский купец Курбан-Али Эрембетов (декабрь

1906 г.), Фатих Шаммазов9. Как свидетельствуют архивные документы, редактора «Бурган таракки» Измайлова чаще всех замещал Ха-бибулла Умеров, уроженец ногайского селения Каргалы (Каргалинское). Об этом губернатор сообщал в докладной от 30 мая 1908 г. в Главное управление по делам печати: «В связи с арестом редактора-издателя газеты “Бурган

таракки” Шемахинского жителя Мустафы Измайлова мною разрешено учителю частного мусульманского училища Хабибулле Уме-рову временно редактировать и подписывать означенную газету за редактора»10.

Период особой популярности газеты «Бур-ган таракки» современники связывают с именем Наджиба Гасри, жителя ногайского аула Мошаик. 26 сентября 1907 г. Наджиб Гасри был приглашен на временное замещение редактора газеты «Бурган Тараки». В личном заявлении на имя астраханского губернатора он написал: «...имею честь заявить Вашему превосходительству, что издаваемая Шемахин-ским учителем Мустафой Измайловым мусульманская газета “Бурган таракки” будет редактироваться мной. Все узаконения и распоряжения правительства о печати мною будут исполняться в точности»11. Помощник цензора Исхак Искендеров после выхода в свет нескольких номеров газеты «Бурган таракки» за подписью «Наджиб Асри» усмотрел в его действиях нарушение Закона о печати от 24 ноября 1905 г.12. Искендеров обратился с докладной к губернатору, в которой написал, что «Наджиб Гасри подписал “Бурган таракки” заведомо ложным именем» и в связи с этим «два последних номера могут быть арестованы на основании Закона о печати от 24 ноября

1905 года»13. Губернатор потребовал объяснения от Наджиба Гасри. Последний был вынужден дать разъяснение и в личном заявлении написал: «Я назвал себя Наджиб Гасри, как я прозываюсь и значусь среди мусульманского общества, полное же мое имя и фамилия Наджиб Аллабердиевич Мавлюбердиев, о чем я имею честь заявить»14.

Газета «Бурган таракки» неоднократно подвергалась преследованиям цензуры. За публикацию фельетона «Так ли надо» (1906, 12 ноября), статьи «Были ли справедливы судьи?» (1908, 21 марта), «По отношению училищ» - о незаконном закрытии училищ (1910, 2 марта) были возбуждены уголовные дела. Редактор Мустафа Измайлов каждый раз был вынужден платить штраф15. По приказу астраханского губернатора 21 марта 1908 г. был наложен арест на № 15 «Бурган таракки». Губернатор обратился в суд с ходатайством о возбуждении уголовного дела против Хаби-буллы Умерова, крестьянина Астраханского уезда Царевской волости, селения Каргалин-ского, подписавшего этот номер газеты, а также против Мустафы Измайлова (Лютфи), автора статьи «Бог справедливый судья и нака-

зывающий справедливо», с приостановлением самого издания за вредное направление»16. Суд вынес решение в пользу астраханского губернатора.

Журнал «Топъ» («Пушка»), издававшийся в Астрахани членами общества «Шураи-Ислам», всегда привлекал особое внимание исследователей восточной печати. Название журнала на русском языке на кириллице напечатано на обложке: «Адресъ: Астрахань. Редакция журнала “Топъ”». В документах, сохранившихся в архивах Астрахани и Санкт-Петербурга, название этого издания зафиксировано как «Топъ». Тем не менее в новейшей историографии России исследователи упорно продолжают называть это издание «Туп», нарушая ГОСТ описания произведений печати de visu.

19 января 1907 г. Курбан-Али Эрембетов, астраханский купец, получил свидетельство на право издания в Астрахани журнала «Топъ». Редактором журнала был Хабибулла Умеров17. В юмористическом журнале «Топъ» еженедельно предполагалось издавать статьи «по следующей программе: 1) Беллетристика, 2) Стихи, 3) Карикатура, 4) Критика, 5) Библиография, 6) Общественно-политические темы по вопросам внутренней и заграничной жизни»18. Журнал печатали в типографии П.Г. Никифорова.

«Топъ» среди мусульманских изданий Астрахани отличался своим художественным оформлением. Обложка журнала мягкая, красного цвета. На обложке нарисована опушка леса, рядом изображена пушка, стреляющая в медведя, гуляющего по лесу. Статьи и заметки в журнале сопровождались сатирическими рисунками. В первом номере журнала «Топъ» внимание читателя привлекла иллюстрация, изображавшая буржуа, сидящего верхом на трудовом народе.

Было издано всего три номера журнала «Топъ». Цензура конфисковала первый и третий номера журнала. Издатель Курбан-Али Эрембетов и редактор Хабибулла Умеров были отданы губернатором под суд. 2 марта

1907 г. был наложен арест на первый номер журнала «Топъ» «за заметку “Телефонные известия”, содержащие глумления по адресу председателя Совета Министров г. Столыпина, и за статью “Письмо Аммосову от Победоносцева” и оскорбительного и заведомо ложного известия о действиях Ахуна Салихова, а также ввиду не помещения адреса редакции и названия типографии»19. Цензор об этих пуб-

ликациях написал: «В первой и во второй статьях сообщаются умышленноложные сведения о действиях правительства и правительственных должностных лиц. При этом присовокупляю, что против редактора означенного журнала Хабибуллы Умерова и издателя Курбан-Али Эрембетова возбуждено уголовное преследование по 281 ст. “Уложения о наказании”»20. Позже арест на первый номер журнала «Топъ» был снят.

Третий номер журнала «Топъ» был арестован за публикацию статьи, которая начиналась словами: «.правительство, не желая упустить из рук узду народную, продолжает в течение трех лет проливать народную кровь, весь народ превратить в нищенство. Начальство, в зависимости от помещиков, старается в пользу последних: крестьянское население от голода погибает, как мухи, продает милых своих детей, однако до этого правительству нет дела, желание его - иметь деньги. Хотя нет рабочего, отдай сынка в солдаты, только, по приказанию начальства, услужи помещикам, впивающимся в сердце, как пиявка»21. 19 марта

1907 г. астраханский окружной суд приговорил редактора журнала Хабибуллу Умерова и издателя Курбан-Гали Эрембетова к двум месяцам тюремного заключения, а издание журнала «Топъ» было «запрещено навсегда»22.

Казанский ученый Р. Амирханов ныне уже не разделяет бытовавшее мнение, что «журнал “Топъ” якобы также является большевистским изданием, считаясь органом Астраханского комитета РСДРП. Его материалы, ничем не отличающиеся от материалов обычной радикально-демократической прессы, ставят подобные утверждения под большое сомне-

ние»23.

Ахун Ады Ходжаев, астраханский ногаец, 5 марта 1907 г. получил свидетельство на право издания газеты «Ислах» («Мир»)24. Первоначально газету редактировал Абубекир Абу-шахманович Дашкин, впоследствии редактором был Абдула Алиевич Ильязов. Газета «Ислах» печаталась в типографии П.Г. Никифорова, расположенной в 5-м участке по Персидской улице в собственном доме25.

Мустафа Измайлов 18 ноября 1908 г. вновь обратился к губернатору с заявлением об издании газеты «Мизан» («Весы»)26. Губернатор сообщил в Главное управление по делам печати о том, что он 24 ноября 1908 г. выдал шемахинскому жителю Мустафе Измайлову свидетельство № 18918 на право издания в Астрахани ежедневной мусульман-

ской коммерческой литературно-педагогической, политической и народной газеты «Ми-зан»27. Редактором и издателем газеты «Мизан» был Мустафа Измайлов. Газета «Мизан» выходила «по следующей программе: действия и распоряжения правительства, агентские телеграммы, статьи по общественным мусульманским вопросам, местная хроника, биржа, судебная хроника, разные известия - внутренние и внешние, справочный отдел, объявления, общий педагогический и школьный во-просы...»28. «Мизан» печаталась в личной типографии М. Измайлова, находившейся в 5-м участке в доме Маракаева. 1 июня 1909 г. газета «Мизан» перестала выходить29.

14 марта 1914 г. астраханский губернатор сообщил в Главное управление по делам печати: «.мною. сего числа за № 2391 выдано Шемахинскому жителю Мустафе Измайлову, проживающему в 5 участке по Персидской ул. в собственном доме, свидетельство на право издания в Астрахани, под его личным ответственным редакторством, газеты на мусульманском языке под названием «Хакъ» («Правда») с ежедневным выходом»30. Газета «Хакъ» печаталась в «типографии Окур и Апресянц», располагавшейся во втором участке по Московской улице в доме Багирова. «Хакъ» выходила не ежедневно, как предполагалось первоначально, а 2-3 раза в неделю.

По определению Р. Амирханова, газеты «Бурган таракки», «Мизан», «Хакъ» были либерально-буржуазного направления31.

Мы полагаем, что газеты «Бурган таракки», «Мизан», «Хакъ», «Ислах», издаваемые членами общества «Шураи-Ислам», можно расценивать как одну газету; из-за преследований цензуры она меняла название, но ее содержание и направление были постоянными.

Члены общества «Шураи-Ислам» в 1906-1914 гг. издали четыре газеты и один журнал. Мустафа Измайлов, выходец из Шемахи, был издателем и редактором газет «Бурган таракки», «Мизан», «Хакъ». Когда М. Измайлов отсутствовал в Астрахани, его замещали Хабибулла Умеров, Наджиб Мавлюберди-ев, известный среди мусульман России под именем Наджиб Гасри, Загидулла Шарифул-лин, Курбан-Али Эрембетов, Фатих Шамма-зов. Общество «Шураи-Ислам» активно использовало печать для просвещения мусульман Нижнего Поволжья.

В Астрахани было организовано также общество «Джамияти-Исламия», находившееся в конфликте с обществом «Шураи-Ислам».

В уставе общества «Джамияти-Исламия» указано, что оно намерено развивать духовную культуру мусульман Нижнего Поволжья, открывать школы, библиотеки, читальни, помогать бедным. Общество «Джамияти-Исламия» возглавлял известный ученый и автор многочисленных книг, издатель и редактор Абдрахман Исмаилович Умеров, ногаец из рода найман. Среди мусульманской интеллигенции Астрахани Абдрахман Умеров выделялся высокой эрудицией. Он был избран председателем Комитета мусульманского собрания и мударрисом (профессором). Оренбургское Магометанское духовное собрание присвоило Абдрахману Умерову в награду за службу почетное звание - ахун32.

Абдрахман Умеров был делегатом III Всероссийского мусульманского съезда, проходившего в Нижнем Новгороде 16-21 августа 1906 г. Из 72 резолюций съезда 33 были посвящены школьному вопросу. Делегаты съезда приняли решение об обязательном обучении каждого мусульманского мальчика и де-вочки33. Материалы III Всероссийского Мусульманского съезда свидетельствуют о том, что делегаты съезда поддержали реформу школьного образования, выдвинутую Исмаилом Гаспринским. На форуме было принято решение об обновлении учебных программ мектебе и медресе, а также предусматривалось введение единой программы в системе народного образования мусульман России. Всероссийский съезд учителей мусульманских школ должен был быть проведен в начале 1907 г. в Казани. Администрацией Казани съезд был запрещен, делегатам было предложено покинуть город. Тем не менее съезд был проведен в Казани нелегально, делегаты съезда утвердили единую программу для новометодных школ. В связи с этим цензура категорически запретила публикацию материалов съезда в печати. Абдрахман Умеров нарушил запрет цензуры и напечатал заметку: «1 августа

1906 г. и 15 мая 1907 г. в Казани дважды был проведен съезд учителей мусульманских школ и происходили совещания об объединении и улучшении порядка преподавания. В первый раз установлены программы и правила для школ ибтийдайя (начальной), руштия и изданы Каримом Ханафи-эфенди под заглавием “Муаллиммедия Намуия”. Небесполезно было бы господам учителям обратить внимание на это сочинение, принятое после тщательного испытания. Сочинение продается у всех книгопродавцев». Казанский Временный

комитет по делам печати, в связи с тем, что указанные съезды проводились нелегально и стремились выработать единую программу для новометодных мектебе и медресе, рекламировать материалы съезда в календаре А. Умерова запретил. Цензура дала предписание изъять текст о работе съезда мусульманских учителей, отмеченный красным карандашом на 31 странице34. Абдрахман Умеров был вынужден выполнить это требование цензуры и 14 августа представил астраханскому губернатору изъятый из календаря текст «в количестве 1988 листов. не разрешенные цензу-рою»35. Цензура строго и жестко преследовала новометодные школы, авторов, редакторов и журналистов, джадидов, поднимавших социально-экономические проблемы российских мусульман.

Периодические издания общества «Джа-мияти-Исламия» печатались в личной типографии Абдрахмана Умерова. В 1907 г. Умеров получил разрешение на открытие типографии в Астрахани в собственном доме. Издательская деятельность членов «Джамияти-Исламия» началась с издания газеты «Идль» («Волга»). В российской историографии название этой газеты транскрибируют как «Идел», «Идиль» или «Эдил». В личном заявлении первого издателя и редактора «Идль» Загидуллы Шарифуллина название газеты на русском языке зафиксировано как «Идль», в сохранившихся архивных документах газета также обозначена как «Идль». Мы называем газету «Идль», как назвал ее первый редактор. В связи с тем, что мусульмане читали арабописьменные тексты в соответствии с языковыми нормами родного языка, название газеты, выполненное русской графикой, могло писаться по-разному.

Первоначально свидетельство № 4597 на издание газеты «Идль» было выдано Загидул-ле Шарифуллину, крестьянину Уфимской области Мензелинского уезда Нуркъевской волости деревни Сульковой36. В первое время Шарифуллин был и издателем, и редактором газеты «Идль». Газета выходила три раза в неделю «по следующей программе: 1) Действия и распоряжения правительства. 2) Фельетоны литературной и общественной мысли. 3) Телеграммы. 4) Местная жизнь. 5) Разные известия. 6) Внутренняя и заграничная жизнь. 7) Судебная хроника. 8) Биржа. 9) Справочный отдел. 10) Объявления»37.

В декабре 1907 г. астраханский губернатор сообщил в Главное управление по делам печа-

ти: «В дополнение к отношению от 24 июня сего года за №4599 уведомляю, что издателем газеты в настоящее время состоит астраханский мулла мечети №8 Абдрахман Умеров, ответственным же редактором Загидулла Ша-рифуллин. Печатание газеты перенесено из типографии П.Г. Никифорова в типографию А. Умерова, находящуюся в 6 участке на Цареве, в доме Умерова»38. Впоследствии Уме-ров стал и редактором газеты «Идль». Об этом 29 апреля 1910 г. губернатор написал в Главное управление по делам печати: «.за отказом редактора татарской газеты “Идль” Загидул-лы Шарифуллина от дальнейшего редактирования ее, таковое принял на себя издатель последней Абдрахман Умеров»39.

На страницах газеты «Идль» печатались произведения прогрессивной мусульманской интеллигенции, например, стихи Габдуллы Биги-Мостакаева, Камаля Баширова и других. Редакция «Идль» стремилась развивать духовную культуру мусульман в рамках европейской цивилизации. Именно поэтому в одном из номеров «Идль» в 1909 г. был помещен список европейских писателей, философов и ученых: Гомер, Пифагор, Ксенофонт, Сократ, Еврипид, Аристофан, Плутарх, Цицерон, Сенека, Марк Аврелий, Тацит, Тит Ливий, Гораций, Шекспир, Локк, Ньютон, Юм, Гиббон, Адам Смит, Маколей, Вальтер Скотт, Лейбниц, Кант, Гегель, Гете, Шиллер, Монтень, Декарт, Боссюэ, Мольер, Корнель, Расин, Монтескье, Жан-Жак Руссо, Гизо, Тьер, Тьерри, Вильмен, Местр, Мишле, Жюль Симон, Бар-телеми, Тассо, Петрарка, Макиавелли, Данте, Сервантес, Франклин40.

Газета «Идль» уделяла большое внимание развитию театрального дела среди российских мусульман. Камаль Баширов в одном из номеров газеты писал: «Понятие “татарский театр” существует с 1813 года. Однако о том, что у татар возник театр в XVI веке, свидетельствуют песни дервишей. Репертуар поэтов состоит из хвалебных баитов, повествующих о казни великомученика имама Хусаина - любимца по-этов»41. На страницах «Идль» печатались произведения русской классической литературы. В 1911 г. из номера в номер была полностью напечатана драма «Живой труп» Льва Николаевича Толстого в переводе Сагита Ра-меева.

Всемирно известный ученый Заки Валиди Тоган, будучи совсем молодым юношей, опубликовал на страницах «Идль» свои первые научные статьи. Одна из них была посвящена

книге Мурада Рамзи. Об этой публикации Заки Валиди Тоган написал: «Это была исследовательская и критическая работа, и я считал ее научным трудом. Дело в том, что Мурад Рамзи в своей книге несправедливо нападал на Марджани. Поскольку я считал Марджани прогрессивным, а Мурада Рамзи реакционным ученым, я яростно защищал Марджа-ни.»42. Заки Валиди Тоган, путешествуя по окрестностям Астрахани, в ногайском ауле Джемиль нашел рукопись «Аль-Имама ва ал-сиясат» Ибн Кутайба, умершего в 889 г. Рукопись была посвящена ранней истории ислама. Заки Валиди Тоган отмечал, что в ней содержались похвалы халифам Омейядам, считавшимся в среде российских мусульман плохими правителями, в то же время критиковались правители, «имена которых у нас считались чуть ли не святыми»43. Вспоминая свои первые публикации в Астрахани, Заки Валиди Тоган писал: «Статьями в газете “Идел” я заявил о себе, как исследователе древней истории тюрок и истории ислама»44.

На страницах «Идль» печатались мусульманские женщины. Этот факт отметила цензура в отчете за 1912 г.: «Между прочим в “Идиль” появилось выступление нескольких мусульманских женщин, протестующих против ареста турецкой администрацией трех турецких дам за сбор пожертвований в пользу Красного Полумесяца»45.

Все знаменательные события, происходившие в духовной культуре российских мусульман, были в поле зрения «Идль». Редакция выразила благодарность составителям «Полного русско-татарского словаря с указанием ударений и грамматических свойств слов, с включением иностранных, вошедших в русский язык». Сотрудники газеты, говоря о достоинствах словаря, отметили «высокий научный уровень, удобство пользования», а также подчеркнули, что «он очень нужен не только тем, кто хочет изучать русский язык, но и тем, кто его знает.»46.

Новогодний номер «Идль» за 1914 г. открывался статьей редактора, он писал: «В предыдущих годах наши соплеменники поддавались пьянству, хулиганству, ныне же мы желаем отучиться от этого зла, наше пожелание развивать культуру, ремесла, обогатиться и вести плодотворную жизнь. О, Аллах, благослови нас!» Газета на своих страницах регулярно освещала политическую и культурную жизнь в России. 10 января 1914 г. «Идль» сообщила своим читателям о возвращении Максима

Горького из-за границы, 14 января того же года была напечатана статья о забастовках в Петербурге. На страницах «Идль» большое внимание уделялось проблеме развития духовной культуры мусульман. По этому поводу редактор газеты с удовлетворением написал: «Попечительство в последнее время. хлопочет об открытии читальни и библиотеки. Вообще проснулось общество, число училищ стало больше, число учащихся увеличилось и вообще училища поработали лучше предыдущего года. Были случаи, когда в фельдшерскую школу поступали из среды мусульман, а в последнее время и в кружок театралов - цель их

о лучшей постановке театрального дела»47.

Газета «Идль» черпала информацию о международных событиях из русских газет «Новое время», «Русское слово», «Столичная молва»48.

Все издания на восточных языках, выходившие в Астрахани, принято называть татарскими. Поэтому газету «Идль» также называют татарской, как печатавшейся на татарском языке. Между тем издатель и редактор газеты, Абдрахман Умеров, сам определил язык этого издания. В рекламе газеты «Идль» он написал: «.газета «Идль» - это газета литературная, экономическая. сторонник прогресса в просвещении и культуре. на литературном языке “тюрки”»49.

Газета «Идль» была общетюркской газетой для мусульман Нижнего Поволжья. Члены общества «Джамияти-Исламия», посвятившие свою деятельность развитию духовной культуры мусульман Нижнего Поволжья, много сил и энергии вложили в издание газеты «Идль». В период отсутствия Абдрахмана Умерова в Астрахани чаще всех его замещал Абдрахман Ниязов, туркмен по национальности. Архивные документы свидетельствуют о том, что в июле 1908 г. «в связи с выездом из Астрахани издателя газеты “Идль” - муллы Абдрахмана Умерова, временное издательство принял на себя мулла Абдрахман Ниязов»50.

9 июля 1913 г. Абдрахману Ниязову, мулле соборной мечети № 2 Астрахани, было выдано «разрешение на право быть вторым издателем и ответственным редактором газеты “Идль” (Волга)»51.

Постоянными сотрудниками газеты «Идль» были Сагит Рамеев и Абдрахим Басыров. Цензор об их сотрудничестве с А. Умеро-вым сообщил в секретном донесении жандармскому управлению Астрахани: «В типографии Умерова главным сотрудником состо-

ял некто Сагит Рамеев, бывший редактор татарской революционной газеты «Юлдыз» (Заря), издававшейся в Казани, ныне закрытой, и Абдрахим Басыров, член крайней партии»52. Департамент жандармерии провел специальное расследование и выяснил, что сотрудник газеты «Идль» Сагид Рамеев в 1907 г. «издавал в Казани татарскую газету “Танъ-Юлдуз” (“Утренняя заря”. - А.К.), в помещении коей при обыске 27 января того же года были обнаружены воззвания на татарском языке: по этому делу Рамеев подлежал к дознанию, но из Казани скрылся»53. В связи с выездом Аб-драхмана Умерова из Астрахани в марте 1910 г. газету «Идль» временно издавал и редактировал мулла Абдул-Халим Басыров54.

Периодические издания на восточных языках России всегда были объектом пристального внимания Главного управления по делам печати. Ежегодно печатался анализ восточной периодической печати. В отчетах цензуры газета «Идль» была оценена как умерен-нолиберальная55. Цензор пишет: «“Идиль”. Направление газеты строго прогрессивное, националистическое. Много места уделяется школьному вопросу. Главную причину культурного застоя мусульманства видит в деятельности мулл, по их мнению, вредных для национальной самобытности. Немало мешает этому и инертность самих мусульман»56. Рассматривая восточную печать начала ХХ в., Р. Амирханов называет газету «Идль» в числе «либерально-демократического крыла татарских изданий»57. Несмотря на то, что эта газета, по определению цензуры, была либеральной, она неоднократно подвергалась штрафам. 2 июля 1909 г. было возбуждено уголовное дело против Джаббарова Джигани за стихи «Под именем голоса нации»58.

Общество «Джамияти-Исламия» издавало журнал «Магариф». 12 ноября 1908 г. к астраханскому губернатору с прошением об издании «научно-литературно-культурного» журнала «Магариф» обратились крестьянин Саратовской губернии Петровского уезда Козловской волости деревни Вершаута Мухам-мед-Садык Рахимкулов и ногаец Абдрахман Алиев, указной мулла мечети № 9 Гилянско-го двора в Астрахани в пятом участке59. 2 декабря 1908 г. было выдано свидетельство № 9068 указному мулле Абдрахману Алиеву на право издания журнала «Магариф», под личным ответственным редакторством М.-С. Рахимкулова60. Журнал предполагалось издавать три раза в месяц, печатался он в ти-

пографии Абдрахмана Умерова. 14 июля 1909 г. М.-С. Рахимкулов по собственному желанию был освобожден от занимаемой должности61. В связи с этим журнал «Мага-риф» стал редактировать издатель Абдрахман Алиев62. Абдрахман Умеров предлагал молодому Заки Валиди Тогану, прибывшему к нему в гости, возглавить журнал «Магариф». Последний отказался, так как считал, что «журнал имеет, в основном, религиозное направление, выпускающие его люди мыслят ре-акционно»63. Об этом Заки Валиди Тоган писал: «Я уже схлестнулся с ними в отчаянном споре, переубедить их я не в состоянии. Я -человек самостоятельного мышления и изменить себя не могу не только перед ними, но даже перед горячо любимым отцом и дядей»64.

Первоначально просветительское движение мусульман было направлено на развитие духовной культуры. Однако после Первой русской революции среди джадидов произошел раскол. Джадиды, поддерживающие И. Гаспринского, держали курс на развитие народного образования, книжного дела, периодической печати, их оппоненты поднимали наряду с вопросами культуры и социальноэкономические, а также политические проблемы мусульман, требовали уравнять мусульман в правах с русскими. Поэтому последние выступали с критикой деятельности не только русского правительства, но и последователей И. Гаспринского.

Изучение устава «Джамияти-Исламия» показывает, что основная деятельность общества была направлена на расширение сети но-вометодных школ, развитие периодической печати и книжного дела на литературном языке тюрки. Члены общества целенаправленно развивали духовную культуру мусульман Нижнего Поволжья. В уставах общества «Шу-раи-Ислам» и «Джамияти-Исламия» поставлена цель - просвещение мусульман Нижнего Поволжья. В то же время эти общества изначально были в конфронтации. Конфликт, возникший между обществами «Шураи-Ислам» и «Джамияти-Исламия», освещали на своих страницах мусульманские газеты «Фикир», «Бурган таракки» (1909, 10 ноября, № 107), «Мусульманин» (Париж).

Газета «Фикир» писала, что «астраханские татары хотели ввести такие обряды, которых не было в средневековом исламе: разрешить женщинам ходить в мечеть, проводить в мечети бракосочетание и другие обряды». Статья Хасан-заде «Направление астра-

ханских мулл» посвящена дискуссии в среде мусульманского духовенства, возникшей между консерваторами и либералами. По предположению Ф. Яхина, «под давлением общественности реакционная часть духовенства вынуждена была несколько отступить назад»65.

10 ноября 1909 г. «Бурган таракки» сообщила своим читателям, что «муллы с целью погубить общество “Шураи-Ислам” приступили к осуществлению другого [общества] “Джамияти-Исламия”», что «известный астраханский ученый и автор Абдрахман Умеров ясно высказал, что “Джамияти-Исламия” учреждается с целью погубить общество “Шу-раи-Ислам”, в настоящее время он не откажется от этого»66.

Члены общества «Шураи-Ислам» заявили, что их цель - это дать «познание о мусульманской религии, согласно существующим законам ...»67. Публикации периодической печати, изданной «Шураи-Ислам», показывают, что члены общества на страницах газет «Бурган таракки», «Мизан», «Хакъ», «Ислах» и журнала «Топъ» поднимали проблемы социально-экономической и политической жизни российских мусульман, в то время как газета «Идль», издававшаяся обществом «Джамияти-Исламия», больше внимания уделяла вопросам культуры.

Деятельность обществ «Шураи-Ислам» и «Джамияти-Исламия» была прогрессивной. В члены общества «Шураи-Ислам» принимали женщин, что было новым явлением в общественной жизни мусульман Нижнего Поволжья. Общество «Джамияти-Исламия» открывало новометодные школы для обучения девочек. Традиционно в мусульманской общине девочки получали образование дома, их обучение в мусульманской школе было шагом вперед в общественной жизни мусульман. Газета «Идль» на своих страницах поощряла мусульман, получавших светское образование в русских учебных заведениях. Астраханская ногайка Аминат Юсупова получила образование в гимназии Н. Шавердовой.

Если рассмотреть позиции отдельных членов «Шураи-Ислам» и «Джамияти-Исламия», то сложно определить разницу в их политических взглядах. В «Бурган таракки», печатном органе «Шураи-Ислам», продолжительное время работал Наджиб Гасри. Об этом периоде его деятельности написал Гали Ибрагимов: «Газета “Бурган таракки”, издаваемая в Астрахани, на протяжении 5-6 месяцев

была очень левой, социалистической ориентации. В этот период в газете работал Наджиб Гасри»68. Впоследствии Наджиб Гасри по приглашению Гаяза Исхаки выехал в Москву, а затем в Петербург, где они совместно выпускали газеты «Иль», «Сюз», «Безнен иль». Указанные газеты, по предположению Р. Амирханова, были либерально-буржуазного направления, «объединенные общим идейным руководством и единством концепции»69. Из-за преследований цензуры газеты изменяли лишь название, но сохраняли содержание и идейное направление. Гаяз Исхаки и его соратники на первом этапе Октябрьской революции поддержали большевиков. Впоследствии Гаяз Исхаки, не согласившись с концепцией по национальному вопросу, разработанной И.В. Сталиным, встал в оппозицию Советской власти.

Мировоззрение лидера общества «Джами-яти-Исламия» Абдрахмана Умерова нельзя оценивать однозначно. Абдрахман Умеров первым открыл новометодную школу в Астрахани, оборудовал мебелью и оснастил наглядными пособиями. Девочки начали получать образование в школе, то есть он нарушил традицию домашнего образования девочек в мусульманском обществе. При «Джамияти-Ис-ламия» были организованы училища. В одном из них обучалось до 200 мальчиков, второе, женское, училище располагалось в доме Адельшинова по Старой Заливной улице, где обучалось до 200 девочек, и третье, тоже женское, училище было в шестом участке на Ца-реве70. Абдрахман Умеров заведовал женским мектебе при мечети № 8, где преподавал богословские науки71.

На страницах газеты «Идль» печатались женщины; данная газета поощряла развитие театрального дела, открытие библиотек и читален, распространение в Нижнем Поволжье новометодных школ и русских одно-двух-классных училищ. Цензура определила направление газеты «Идль» как либеральное. В то же время в редакции газеты работали сотрудниками Абрахим Басыров, член правой крайней партии, и Сагит Рамеев, социал-рево-люционер, бежавший из Казани в Астрахань. Этот факт свидетельствует если не о поддержке социал-революционеров, то о сочувствии к ним членов общества «Джамияти-Исламия».

Определить мировоззрение и политические взгляды членов «Шураи-Ислам» и «Джамияти-Исламия» по отдельным публикациям невозможно. Чтобы дать оценку их деятельно-

сти, необходимо провести контент-анализ периодических изданий, опубликованных этими обществами. В целом история мусульман в годы Первой русской революции, накануне Октябрьской революции и их отношение к Советской власти являются малоизученными страницами истории не только Нижнего Поволжья, но и Северного Кавказа. Привлечение в исследованиях данной проблемы арабописьменной периодической печати поможет заполнить эти страницы. В связи с этим становится актуальной подготовка научных кадров, владеющих восточными языками.

Примечания

1 Червонная С.М., Гилязов И.А., Горошков Н.П. Тюркизм и пантюркизм в оригинальных источниках и мировой историографии: исходные смыслы и цели, парадоксы интерпретаций, тенденции развития // Ас-алан, 2003, № 1(10), с. 24.

2 Там же.

3 Государственный архив Астраханской области (ГААО). Ф. 1, оп. 1а, 1900 г., вязка (в.) 160, д. 3454, л. 9, 11.

4 Там же. Ф. 13. оп. 1, д. 5572, л. 32.

5 Там же.

6 Там же.

7 Там же. Ф. 1, оп. 1а, в. 82. 1908 г., д. 1735, л. 1.

8 Там же. Ф. 1, оп. 1, в. 64, 1906 г., д. 1426, л. 12.

9 Там же. Л. 20, 29, 38.

10 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1906 г., д. 28, л. 14.

11 ГААО. Ф. 1., оп. 1, в. 64, 1906 г., д. 1426, л. 17.

12 Там же. Л. 16.

13 Там же.

14 Там же. Л. 19.

15 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1906 г., д. 465, л. 47.

16 Там же. Д. 228, л. 5-12.

17 Там же. 1907 г., д. 27. л. 1.

18 Там же.

19 Там же. Л. 2.

20 Там же.

21 Там же. Л. 3.

22 Там же. Л. 5, 7.

23 Амирханов Р. Татарская дореволюционная пресса в контексте «Восток-Запад» (на примере развития русской культуры). Казань, 2002, с. 61.

24 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1907 г., д. 72, л. 1.

25 Там же.

26 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, в. 82, 1908 г., д. 1735, л. 10.

27 Там же.

28 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1908 г., д. 210, л. 1.

29 Там же Л. 2.

30 Там же. 1911 г., д. 55, л. 1.

31 Амирханов Р. Указ. соч., с. 62, 64.

32 ГААО. Ф. 13, оп. 61, 1908 г., д. 4042, л. 3, 23, 27.

33 III Всероссийский Мусульманский съезд. Казань, 1906, с. 3.

34 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, в. 90, 1907 г., д. 1914, л. 101.

35 Там же. Л. 102.

36 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1907 г., д. 194, л. 1.

37 Там же.

38 Там же. Л. 2.

39 Там же. Л. 5.

40 Червонная С.М., Гилязов И.А., Горошков Н.П. Тюркизм и пантюркизм в оригинальных источниках и мировой историографии: исходные смыслы и цели, парадоксы интерпретаций, тенденции развития // Ас-алан, 2003, № 3, с. 78.

41 Камаль Башир. Татар театры башланувы хакын-да // «Идль», 1910, 14 май.

42 Заки Валиди Тоган. Воспоминания. Борьба мусульман Туркестана и других восточных тюрок за национальное существование и культуру. М., 1997, с. 59.

43 Там же.

44 Там же.

45 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1913 г., д. 1, ч. 2, л. 202.

46 Каримуллин А.Г. Люди и книги. Казань, 1985, с. 145.

47 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, в. 138, 1913 г., д. 2755, л. 27.

48 Магдеев М.С. Социальные корни таланта: из истории татарской литературы в годы нового революционного подъема и первой империалистической войны. Казань, 1990, с. 23.

49 Куюн дефтери. Астрахань, 1911, с. 31.

50 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1907 г., д. 194, л. 3.

51 Там же. Л. 15.

52 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, 1913 г., в. 123, д. 2458, л. 3.

53 Там же. Оп. 2, 1913 г., д. 1294, л. 27.

54 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 2, 1907 г., д. 194, л. 4.

55 Там же. 1915 г., д. 221, л. 3; д. 418, ч. 1, л. 4.

56 Там же. 1913 г., д. 1, ч. 2, л. 202.

57 Амирханов Р. Указ. соч., с. 19.

58 РГИА. Ф. 776, оп. 21, ч. 1, д. 494. л. 2.

59 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, 1907 г., в. 82, д. 1734, л. 5.

60 Там же. Л. 6.

61 Там же. Л. 8.

62 Там же. Л. 11.

63 Заки Валиди Тоган. Указ. соч., с. 59.

64 Там же.

65 Яхин Ф. Татарская литература периодической печати Уральска (1905-1907 гг.). Казань, 1992, с. 110-111.

66 ГААО. Ф. 1, оп. 1а, в. 90, 1907 г., д. 1914, л. 17.

67 Там же. Д. 1974, л. 17.

68 Ибрагимов Г. Сочинения. Т. 6. Казань, 1986, с. 277.

69 Амирханов Р. Указ. соч., с. 64-65.

70 ГААО. Ф.1, оп. 1а, в. 90, 1907 г., д. 1914, л. 18.

71 Там же. Оп. 2, 1913 г., д. 1294, л. 28.

'Х2<£§|Р>£У>