Государство и алкоголь в дореволюционной России. Единство и борьба противоположностей

YAK 339.3 ББК 65.422.52

A.M. МАРИУПОЛЬСКИМ

A.M. MARIUPOLSKY

ГОСУДАРСТВО И АЛКОГОЛЬ В ДОРЕВОЛЮиИОННОЙ РОССИИ. ЕДИНСТВО И БОРЬБА П РОТИВО ПОЛОЖНОСТЕЙ

STATE AND ALCOHOL IN PRE-REVOLUTIONARY RUSSIA. THE UNITY AND STRUGGLE OF OPPOSITES

Данная статья посвящена проблеме государственного регулирования производства и потребления алкоголя в дореволюционной России. В ней автор стремится в общих чертах охарактеризовать основные моменты государственной политики в отношении винокурения и виноторговли в период с ХVII и до начала ХХ вв., т. е. до установления в России казённой винной монополии. При написании данной работы использовались материалы опубликованных и архивных источников, а также литература по выбранной теме.

This article is devoted to the problem of state regulation of production and consumption of alcohol in pre-revolutionary Russia. The author aims to describe in general terms the main points of state policy in respect of distillation and wine trade in the period from the 17th till early 20th, that is, before the establishment of state wine monopoly in Russia. In the article the author used the materials of published and archive sources, and the literature on the present topic.

Ключевые слова: Россия, алкоголь, государственная политика, винокурение, виноторговля, акцизная система.

Key words: Russia, alcohol, public policy, distilling, wine trade, excise system.

Возросший интерес к алкогольной тематике во многом обусловлен теми проблемами, с которыми столкнулись государство и общество в России в конце ХХ века. Многие вопросы государственного регулирования в этой области, ещё недавно считавшиеся либо решенными, либо не представляющими серьёзной проблемы, ныне вновь приобрели и остроту, и значимость. В этих условиях, обращение к историческому опыту приобретает особую актуальность, что и предопределило выбор темы при написании данной статьи.

Алкогольный вопрос в России имеет давнюю историю. Питейный доход, используя терминологию дореволюционных исследователей, на протяжении не одной сотни лет являлся важнейшим источником государственных доходов. Неслучайно ещё в конце ХК века в русской публицистике, да и в научной литературе, получило широкое распространение выражение «пьяный бюджет». В то же время недостаток серьёзных исследований, посвящённых данной проблеме, с глубоким и всесторонним анализом, основанным на широкой источниковой базе, создаёт почву для возникновения поверхностных суждений и выводов, которые нередко звучат с экранов телевизоров и публикуются в различных средствах массовой информации. Дореволюционная историография вопроса насчитывает не одну сотню томов, среди которых нередко встречаются основательные исследования с серьёзным анализом, построенном на богатом фактическом материале. В последние годы ситуация начала несколько меняться в лучшую сторону, достаточно отметить проведение ежегодных международных научно-практических конференций, организованных Филиалом ФГБОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет» в г. Иваново и международным научным центром «Алкоголь в России».

В настоящей статье мы попытаемся в общих чертах охарактеризовать основные моменты государственной политики в отношении винокурения и виноторговли в период XVII - нач. ХХ вв. При написании данной статьи автором использовались материалы опубликованных и архивных источников, а также литература по выбранной теме.

Изготовление напитков, содержащих алкоголь, было известно в глубокой древности, а их употребление на территории России было распространено ещё в период Киевской Руси. Наши предки отдавали предпочтение мёду и пиву, а среди знати имело распространение виноградное вино, привозимое из Византии. Вообще же считается, что изготавливать водку на Руси начали в XVI в. В тот же период появились первые казённые питейные дома [6, с. 4]. С этого же момента начинается история государственного регулирования питейного вопроса, которая развивается по двум весьма различным направлениям: максимально возможное извлечение дохода с производства и реализации крепких спиртных напитков (т. е. чисто фискальные интересы) и борьба с пьянством среди населения. Не смотря на явное противоречие, оба эти направления развивались параллельно на протяжении всей русской истории, и эта традиция сохраняется вплоть до наших дней.

Первым законодательным актом, в котором встречается более или менее полная регламентация питейного дохода, являлось Соборное Уложение царя Алексея Михайловича 1649 г. Начиная с этого момента, историю питейного налога можно разделить на следующие периоды [3, с. 158]:

С 1649 г. по 1795 г. - период казённой продажи вина с постепенной заменой её откупной системой.

С 1795 г. по 1819 г. - период господства откупной системы.

С 1819 г. по 1827 г. - период исключительно казённой продажи вина.

С 1827 г. по 1863 г. - период полного господства и развития откупной системы.

Эти формы взимания питейного налога относились к территории бывшего московского государства, т. е. к так называемым великорусским губерниям. В прочих местностях Российской империи практиковались другие способы, связанные с местными условиями и традициями.

С 1863 г. по 1894 г. - период акцизной системы (в Сибири акцизная система была полностью заменена государственной монополией с 1 июля 1902 г.).

С 1895 г. по 1917 г. - период постепенного распространения казённой продажи вина. Этот период без сомнения можно продлить до начала 90-х гг. ХХ в., поскольку на всем протяжении существования советского государства сохранялась государственная монополия на производство и продажу спирто-водочной продукции.

С 1925 по 1993 гг. в стране существовала абсолютная государственная монополия на производство и продажу всех алкогольных напитков.

Уложением 1649 г. питейный налог рассматривался как монополия государства с частичной сдачей его на откуп. Предметом этой монополии были вино, пиво и мед. Следует отметить, что под вином в дореволюционной России понимался приготовленный, чаще всего из хлебного спирта, напиток крепостью в 400. Слово водка употреблялось не как обобщённое понятие алкогольного напитка определённой крепости, а как специальное наименование, соответствующее его определённому сорту. Содержание спирта в нем первоначально варьировалось от 380 до 450. Привычная современному жителю нашей страны крепость для водки в 400 была законодательно установлена решением Государственного совета и утверждена царём Александром II 18 июня 1868 г. [2, с. 4].

Уложение 1649 г. не содержит каких-либо правовых положений относительно порядка производства и продажи крепких спиртных напитков, оно преследовало чисто фискальные цели. Определённые правила в отношении винокурения и виноторговли были изложены в другом нормативном акте, ко-

торый был принят в 1652 г. и получил в литературе весьма красноречивое наименование - Устав о кабаках. Это было тем более символично, потому что сами кабаки были переименованы в кружечные дворы, однако прежнее название продолжало широко употребляться даже в официальных документах. За год до этого, в 1651 г., вышел указ о полной отмене откупов и утверждении исключительно казённой продажи вина. Устав 1652 г., регулировал, таким образом, порядок открытия и функционирования исключительно казённых питейных заведений. Значительное место в нем было отведено мерам по борьбе с пьянством, однако все эти благие намерения были начисто парализованы предписанием питейной администрации ежегодно представлять в казну доходы в большем размере, чем в предыдущий год.

Поскольку в период с 1652 г. по 1795 г. правительство несколько раз поочерёдно то вводило, то отменяло, наряду с казённой, откупную продажу вина, можно считать, что виноторговля существовала в двух формах: казённая (или «на вере») и частная.

Раздробительная продажа крепких спиртных напитков осуществлялась в так называемых кружечных дворах, или кабаках. Если кабак принадлежал казне, то торговлю в нем осуществлял целовальник, который находился как бы на доверии у правительства, т.е. торговал «на вере». Постройкой и ремонтом кружечных дворов, а также производством казённого винокурения занимались кабацкие головы. Должности целовальника и кабацкого головы отбывались в виде повинности сроком один год по избранию местными жителями, которые несли за них имущественную ответственность. Первоначально управление питейными сборами было подчинено воеводам, а с 1676 г. было передано непосредственно московским приказам. Продажная цена на вино определялась затратами на винокурение и в 60-е гг. XVII в. колебалась от 60 к. до 1 р. 20 к. за ведро (в дореволюционной России основной мерой жидкости являлось ведро, которое равнялось примерно 12 л).

Заготовка вина производилась или на казённых винокуренных заводах, или посредством подрядов, к которым допускались помещики, вотченники и представители других привилегированных сословий (государственные и помещичьи крестьяне к производству и продаже вина частным порядком не допускались). Подрядчики не имели права выкуривать вина более, чем требовалось для казны.

С течением времени начали обнаруживаться все большие злоупотребления со стороны целовальников и кабацких голов. Это, помимо всего прочего, приводило к снижению государственных доходов от производства и продажи вина. Стремление увеличить питейные сборы побудило императрицу Екатерину II манифестом от 1 августа 1765 г. ввести откупную систему вместо казённой повсеместно, кроме Сибири. Новые правила вступили в силу с 1767 г. Однако в случае отсутствия откупщиков, допускались ещё и казённые заведения для продажи вина.

С целью дальнейшего увеличения питейного дохода 17 сентября 1781 г. был издан Устав о вине, в который включались все постановления по питейному сбору, а руководство им на местах было возложено на Казённые палаты. Вино заготавливалось палатами или на казённых заводах (строительство которых активно велось в 60-е гг. XVIII в.), или на основании подрядов у частных лиц. Раздробительная торговля вином производилась из питейных домов, которые были на откупе. Откупщики были обязаны покупать вино у казны. В отдельных местностях, в случае ненахождения откупщика, Казённая палата могла открыть питейный дом «на вере». Причём сидельцам (из купцов и мещан) или выплачивалось жалование, или они получали определённую долю прибыли. Цена на вино была установлена для казённых и частных питейных домов в одинаковом размере - 3 р. ассигнациями, а с 1794 г. - 4 р. ассигнациями (в пересчёте на серебро это составляло 2 р. 84 к.). С введением нового порядка доход казны исчислялся в 7-10 млн р. в год, а расход в 630 тыс. р. сер. [1, с. 10-11].

В 1795 г. были установлены новые правила для откупов. Отменялся основной принцип Устава о вине 1781 г. - производство вина казной. С этого момента откупщики сами стали заготавливать вино. Кроме того, окончательно закрывались казённые питейные дома. Не менее важным было и то, что совершенно уничтожались мелкие откупа и торги стали проводиться на целые уезды и губернии. Особо следует подчеркнуть, что откупщикам были дарованы большие права по охране их интересов. Так, в частности, служащих у откупщика дозволялось арестовывать только за уголовные преступления и то лишь с его ведома. Общим результатом всех этих мероприятий было быстрое и значительное повышение питейного дохода. В 1807-1811 гг. питейные сборы равнялись 29,1 млн р. асс. ежегодно, что составляло более четверти всего государственного бюджета того времени. В период 1815-1819 гг. государство получало 57631,4 тыс. р. асс. ежегодно или 14407,8 тыс. р. сер. [1, с. 12].

2 апреля 1817 г. утверждён был новый Устав о питейном сборе, которым была установлена казённая продажа вина с 1819 г. Касаясь причин этих изменений, тогдашний Министр финансов граф Гурьев писал: «Важной причиной, сделавшей откупа невыгодными для казны и тягостными для народа, было и то, что общество откупщиков, располагая большими массами денег, имело повсюду большое число людей, от них зависящих и им приверженных, и получало все более силы и влияния на все дела, до них относящиеся» [1, с. 13]. Несмотря на высказывавшиеся как самими откупщиками, так и некоторыми государственными чиновниками прогнозы, о неизбежном финансовом крахе казённой продажи вина, правительство рискнуло пойти на эти радикальные меры. Производство вина и его оптовая продажа были переданы в казённые руки, а раздробительная торговля осталась в частных руках.

В первые три года существования новой системы финансовые результаты были обнадёживающими. Питейный доход государства вырос по сравнению с предыдущим периодом в полтора раза и составил в 1819 г. по великорусским губерниям и Сибири - 19778,9 тыс. р. сер., в 1820 г. - 22914 тыс. р. сер., в 1821 - 22386,5 тыс. р. сер. Но затем он начал понижаться и в 1827 г. достиг в своём падении первоначального уровня - 19776,1 тыс. р. сер. Одновременно с этим наблюдался и процесс сокращения потребления вина населением с 18,5 млн вед. в 1819 г. до 12,1 млн вед. в 1826 г. [1, с. 14-15]. Казалось бы, факт отрадный, уменьшилось пьянство в народе. Однако имелась и другая сторона этой тенденции. Уменьшился спрос на хлеб для винокурения, что породило недовольство среди дворянства, поскольку отрицательно сказывалось на их доходах. Кроме того, все более широкое распространение получили злоупотребления питейной администрации, тайное винокурение и корчемство.

Изложенные выше причины побудили правительство отменить казённую продажу питей и вновь ввести откупа. Опыт был признан неудачным. Восстановленная откупная система мало чем отличалась от действовавшей прежде. Откупщики, заменяя собой казну, заготавливали вино сами, за свой счёт через винокуренных заводчиков. Входя в соглашения с одними владельцами заводов, откупщики добивались закрытия и опечатывания других заводов в целях предупреждения корчемства, т. е. тайного производства и продажи вина. Таким образом, откупщики имели возможность по своему произволу оживить производство в одной местности, где для этого не было благоприятных условий, и совершенно уничтожить его в другой. При таком положении дела, откупщики приобретали громадное влияние в ущерб интересам населения. Так продолжалось до 1847 г., когда существовавшая система, с целью ослабить вредное влияние откупа, была заменена акцизно-откупным комиссионерством. Сущность последнего заключалась в том, что каждый уезд составлял округ, отдаваемый на откуп частному лицу (откупщику-комиссионеру), который получал за полученный от казны спирт вознаграждение. Кроме того, он мог открывать по своему усмотрению питейные заведения и продавать вино на 30 ниже установленной крепости, водки же, пиво и мёд - по вольным ценам.

Однако предпринятое нововведение не привело к ожидаемым результатам. Изменилась форма злоупотреблений, сущность же осталась прежней. Винокурение было совершенно оторвано от земледелия и развивалось без всякого отношения к нему. Произвол откупщиков также имел широкие масштабы. Требовалось выработать принципиально новый подход к решению питейного вопроса.

Высочайше утверждённым - 4 июля 1861 г. - положением о питейном сборе с 1 января 1863 г. были уничтожены откупа и установлен новый способ взимания питейного дохода, получивший название акцизной системы. Сущность данной системы основывалась на 4-х основных принципах: 1) свобода производства спиртных напитков; 2) свобода торговли этими напитками; 3) обложение налогом выкуриваемого спирта (акциз) и обложение налогом мест продажи спиртных напитков (патентный сбор); 4) государственный контроль как за производством вина и спирта, так и за их реализацией.

По отношению к великорусским губерниям акцизная система освобождала производство и продажу крепких спиртных напитков от многочисленных стеснений, которыми эти виды экономической деятельности были окружены во время откупов. Допуск частного капитала в винокурение позволил значительно повысить технику производства, увеличить его объёмы. Можно отметить и некоторые другие положительные моменты акцизной системы, в частности, улучшение качества производимых и продаваемых напитков, а также расширение их ассортимента. Однако наиболее блестящие результаты новой системы проявились в увеличении питейного дохода государства. В 1862 г., последнем году существования откупов, питейный доход государства составил 121470 тыс. р. Первый год акцизной системы дал 137816 тыс. р., т. е. более 16,3 млн р. [1, с. 74].

Питейный акциз, занимавший первое место среди косвенных налогов в России, представлял собой самую крупную статью доходного бюджета государства (в 2,5 раза больше, чем все прямые налоги). В течение 30-летия (с 1867 г. по 1897 гг.) приносимый им налог более чем удвоился. Во многом это было связано с увеличением самой формы обложения, которая, составляя в начале акцизной системы (т. е. в 1863 г.) 4 к. с градуса безводного спирта, в 1897 г. достигала уже 10 к. в то же время, следует отметить, что относительное значение питейного акциза заметно сократилось. В 1867 г. он дал 71,5% всех косвенных налогов и 30,5% всех обыкновенных доходов государства, а в 1897 г. - только 45,9% всех косвенных налогов и 19,8% всех обыкновенных доходов. Надо сказать, что Россия в сравнении с другими европейскими странами не занимала во второй половине XIX в. ведущего места по уровню потребления спиртных напитков на душу населения. В этом легко убедиться на следующем примере. На каждую душу населения в 1897 г. питейный акциз составлял: в Англии - 6 р. 84 к., во Франции - 4 р. 69 к., в России же -2 р. 21 к. [5, с. 200]. Во многом это было связано с тем, что основную массу населения России составляло крестьянство, в среде которого потребление алкогольных напитков в значительной степени регулировалось необходимостью проведения сельскохозяйственных работ (в зимний период заметно возрастало, в летний период наоборот значительно сокращалось).

В денежном выражении питейный доход государства составлял: в 1867 г. - 133,9 млн р., в 1877 г. - 190,9 млн р., в 1887 г. - 257,7 млн р. и в 1897 г. - 280,1 млн р. Следует также отметить, что важное значение в отношении роста или падения уровня потребления алкоголя среди населения играла раздробительная (розничная) торговля алкогольными напитками, её структурная организация, уровень обслуживания и т. д.

Относительно развитая структура виноторговли сложилась в России в период акцизной системы, она включала в себя достаточно широкое наименование питейных заведений. Наиболее распространёнными из них были питейные дома, ренсковые погреба и трактирные заведения. В период с 1867 по 1895 гг. было выкуплено патентов на открытие: питейных домов - 90609 на

сумму 8945691 р., ренсковых погребов 13216 на 1043458 р., трактиров 2940 на сумму 348910 р. Всего же за указанный период было выкуплено 116714 патентов на разные виды питейных заведений, государственный доход от этой операции составил 10468173 р. [4]. Следует отметить, что государственный доход от продажи патентов на заведения для торговли спиртными напитками не сравним с поступлениями от акциза на вино и спирт, но, тем не менее, и он играл важную роль в отношении пополнения государственного бюджета.

Следующим шагом в регулировании алкогольного вопроса в России стало введение казённой винной монополии. Данный подход предусматривал полную ликвидацию частной оптовой виноторговли и существенное ограничение торговли раздробительной при сохранении частного винокуренного производства. Для практического решения поставленной задачи в стране было организовано строительство крупных казённых оптовых складов вина и спирта, которые располагались в крупных населённых пунктах. Из казённых оптовых складов водка поступала в казённые же заведения для раздробительной продажи, откуда и осуществлялась её реализация населению.

Касаясь оценки казённой винной монополии, как способа регулирования питейного вопроса, следует сказать, что наиболее блестящие результаты были достигнуты в фискальном отношении. Она полностью оправдала ожидания правительства. Уже в 1904 году питейная прибыль насчитывала 546705 тыс. руб., а в 1912 году - 819788 тыс. руб., что составляло около 40% доходной части государственного бюджета [2, с. 38.].

Относительно итогов реформы в социальном отношении ограничимся тем замечанием, что фискальное направление в целом оказалось для государства значительно более приоритетным, нежели направление социальное. Казённая винная монополия просуществовала в России до 1914 года, когда в связи с началом Первой мировой войны на всей территории страны был введён сухой закон. После смутного периода войн и революций новое Советское государство с 1925 г. восстановило винную монополию, которая прекратила своё существование фактически вместе с вышеназванным государством.

Оценивая основные этапы государственной политики в области винокурения и виноторговли, хотелось бы отметить, что главным её содержанием было стремление добиться максимально высокого питейного дохода, сохраняя при этом уровень потребления алкогольных напитков в пределах разумного. Единство и борьба противоположностей с явным превалированием хозрасчета.

Литература

1. Казённая продажа вина. Приложение [Текст] // Главное управление неокладных сборов и казённой продажи питей. - СПб., 1900. - 310 с.

2. Краткий очерк взимания питейного налога с крепких алкогольных напитков и 50-летия деятельности учреждений, заведывающих неокладными сборами [Текст]. - СПб., 1913. - 290 с.

3. Мариупольский, А.М. Питейный вопрос в Сибири и фискальная политика государства [Текст] / А.М. Мариупольский // Вестник Алтайской академии экономики и права. - 2003. - Вып. 7. - С. 158-160.

4. РГИА. Ф. 574. Оп. 6. Д. 234-250, 266-279, 297-302.

5. Государственный бюджет России и его составные части [Текст] // Россия. Энциклопедический словарь / сост. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. - Л. : Лениз-дат, 1991. - 922 с.

6. Фридман, М.И. Винная монополия [Текст] // Соч. : в 2 т. / М.И. Фридман. -Петроград : Правда, 1916. - Т. 2. - 627 с.