От подражания форме к дословному переводу: принципы параллельной адаптации мелодии в текста византийских песнопений в славянской традиции

Вестник ПСТГУ

III: Филология

2008. Вып. 1 (11), С.26—55

От подражания форме к дословному переводу: принципы параллельной адаптации мелодии

И ТЕКСТА ВИЗАНТИЙСКИХ ПЕСНОПЕНИЙ

В славянской традиции1 Д. Кристианс

В статье рассматривается адаптация музыки и текста византийской гимнографии в славянском богослужении. На материале Рождественского канона Иоанна Дамаски-на, сохранившегося в двух древних славянских версиях, автор статьи определяет два различных принципа этой адаптации, согласно которым в одном случае приоритет отдается музыке, а в другом — тексту.

В древнейшей славянской версии этого византийского канона, написанной Константином Преславским, воспроизводится силлабическая структура византийского оригинала, благодаря чему славянское песнопение могло исполняться по исходной византийской мелодии. Однако для точного сохранения силлабической структуры византийского оригинала, а также для того, чтобы украсить канон изощренным акростихом, Константину Преславскому пришлось отказаться от дословного перевода текста.

Тот же принцип лежит в основе древнегрузинской версии Рождественского канона Иоанна Дамаскина, которая сохранилась в сборнике песнопений Микаэла Модрекили. Но так как автор этой версии отказался от акростиха, она зачастую оказывается ближе по содержанию византийскому оригиналу, чем ранняя славянская.

В ходе перевода полной двенадцатитомной византийской служебной минеи для богослужения в восточнославянских монастырях возникла новая славянская версия того же самого Рождественского канона. Эта версия дословно передает текст канона Иоанна Дамаскина, но при этом она не сохраняет его изосиллабическую структуру. Для музыкального исполнения славянского канона византийская оригинальная мелодия должна была быть переработана для того, чтобы подходить к славянскому тексту. Для этого излишние по сравнению с греческим текстом слоги отдельных стихов, как это видно из невмированной рукописи ГИМ Син 162, нейтрализовывались с помощью повторения музыкального тона.

1 Настоящая статья является переработанной и значительно дополненной версией моей опубликованной в 2001 г. работы: Christians D. Von der Nachahmung der Form zur wortgetreuen Wiedergabe des Inhalts. Übersetzungsprinzipien in der altslavischen Menäentradition // Die Übersetzung als Problem sprach- und literaturwissenschaftlicher Forschung in Slavistik und Baltistik. Hrsg. von B. Symanzik, G. Birkfellner, A. Sproede (= Studien zur Slavistik Bd. 1). Hamburg, 2002.

S. 41-55.

I

7 января (25 декабря), в день Рождества Христова, на утрене в Православной церкви исполняется Рождественский канон Иоанна Дамаскина. В древней славянской рукописной традиции этот канон известен в двух версиях, заметно отличающихся друг от друга теми принципами, на основании которых греческий текст усваивался в славянской культурно-языковой среде.

Первая версия, более древняя по происхождению, была создана Константином Преславским, что следует из акростиха славянского текста. Она сохранилась главным образом в южнославянских рукописях XIII—XIV вв. О наличии этого славянского канона в среднеболгарской праздничной минее XIII в., хранящейся в Народной библиотеке им. свв. Кирилла и Мефодия в Софии (НБКМ № 5222, Скопльская минея [далее Ск]), в 1997 г. сообщил Г. Попов3, который в 1998 г. опубликовал полный текст канона4. В течение следующих нескольких лет болгарский исследователь нашел еще три списка той же самой славянской версии канона Иоанна Дамаскина: в двух праздничных минеях из Хлудовского собрания Государственного исторического музея в Москве (Хл. 1645 и Хл. 1666) и в праздничной минее XV в., хранящейся в Библиотеке Болгарской академии наук (БАН № 23)7. Об этих источниках он сделал доклад на международной конференции по славянской гимнографии, которая была организована в июне 2005 г. Боннским отделением Патристической комиссии Академии наук федеральной земли Северный Рейн — Вестфалия (Германия), возглавляемым Г. Роте8.

Еще один список той же самой древнеболгарской версии представлен в более древней, чем среднеболгарские, восточнославянской рукописи. Это праздничная минея на первую половину церковного года, датированная XIII в. и хранящаяся в рукописном фонде, принадлежавшем ранее Синодальной типографии: РГАДА, ф. 381, № 130 (Тип. 130, лл. 127об. — 130)9. В этом списке содержится

2 Цонев Б. Опис на славянските ръкописи в Софийската народна библиотека. Т. 2. София, 1923. C. 53-54.

3 Попов Г. Новооткрит канон на Константин Преславски с тайнописно поетичко послание // Palaeobulgarica-Старобългаристика. Год XXI. 1997. № 4. С. 3-17.

4 Попов Г. Канон за Рождество Христово от Константин Преславски // Palaeobulgarica = Старобългаристика. Год XXII. 1998. № 4. С. 3-26.

5 Николова С., Йовчева М., Попова Т., Тасева Л. Българското средновековно культурно наследство в сбирката на Алексей Хлудов в Държавния исторически музей в Москва: Каталог. София, 1999. № 46/48. Канон находится на лл. 94об.-99.

6 Там же. С. 49-50; канон на лл. 53об.-55об.; оба Хлудовских списка я цитирую по микрофильмам, находящимся в фонде Боннского отделения Патристической комиссии АН федеральной земли Северный Рейн — Вестфалия.

7 Описание рукописи: Кодов Хр. Опис на славянските ръкописи в Библиотеката на Бъл-гарската Академия на науките. София, 1969. С. 44-48.

8 Попов Г. Каноны на Рождество Христово в древней славянской минейной традиции // Liturgische Hymnen nach byzantinischem Ritus bei den Slaven in ältester Zeit. Beiträge einer internationalen Tagung, Bonn, 7.-10. Juni 2005 / Hrsg. von H. Rothe, D. Christians. Paderborn, 2007. C. 302. Так как у меня не было возможности познакомиться непосредственно с рукописью БАН 23, в настоящей статье я опираюсь на наблюдения Г. Попова.

9 Жуковская Л. П., Тихомиров Н. Б., Шеламанова Н. Б. Сводный каталог славяно- русских рукописных книг, хранящихся в СССР, XI-XIII вв. М., 1984.№ 155.

сокращенная версия канона Константина Преславского, которая в 1997 г. была издана Е. М. Верещагиным в том же самом выпуске журнала «РакеоЬи^апса», в котором Г. Попов сообщил о Скопльской рукописи10.

Ранняя славянская версия канона Иоанна Дамаскина, созданная Константином Преславским, отличается тем, что она воспроизводит формальные особенности византийского оригинала, однако значительно отступает от него по содержанию.

Совсем иначе обстоит дело с более поздним дословным переводом Рождественского канона, создатели которого для точной передачи содержания текста отказались от передачи его формальных особенностей. Эта версия известна в трех восточнославянских полных служебных минеях за декабрь: нотированная минея на декабрь из собрания Государственного исторического музея (Москва) ГИМ, Син. 16211 (лл. 248—251), XII в.; ненотированная декабрьская минея из собрания Российского государственного архива древних актов (Москва) РГАДА, ф. 381, № 9712 (лл. 191—193об.), XIII в.; праздничная минея на весь год РГАДА 381, 98 (Тип 98, лл. 5—6об.), XIII в.13 Последняя рукопись содержит последования лишь некоторых важных праздников всего года, начиная с декабря. Начало памятника не сохранилось, текст начинается с последних алфавитных стихир Романа Сладкопевца на Рождество Христово, которые представляют собой скорее переработку, чем перевод, греческого текста и заканчивается последованием на 15 ноября14.

10 Верещагин Е. М. Особый парафраз канона на Рождество Христово в декабрьской

служебной минее конца XII — начала XIII вв. (Публикация источника) // Palaeobulgarica

= Старобългаристика. Год XXI. 1997. № 4. С. 18—36. Ср. переработанные издания текста в:

Верещагин Е. М. Дальнейшие исследования Рождественского парафрастического канона Константина Преславского с иным прочтением концовки его акростиха // Palaeobulgarica = Старобългаристика. Год XXIII. 1999. № 4. С. 25-40; Служебная минея за декабрь в церковнославянском переводе на основе рукописи ГИМ, Син. 162. Наборное издание, часть 4: Последования дней декабря с 25-го по 31-й, подготовили Е. М. Верещагин, А. Г. Кравецкий,

О. А. Крашенинникова / Под ред. Г. Роте, Е. М. Верещагина (= Abhandlungen der Nordrhein-Westfäl. Akad. der Wiss., Bd. 114 = Patristica Slavica Bd. 14). Paderborn, 2006. C. 155-196.

11 CK № 83; факсимиле: Gottesdienstmenäum für den Monat Dezember. Teil 5: Facsimile der Handschrift Sin. 162 des Staatlichen Historischen Museums Moskau (GIM). Mit einer paläographischen Beschreibung v. E.V. Sul’gina. / Hrsg. von H. Rothe (Abhandlungen der Nordrhein-Westf. Ak. der Wiss., Bd. 106 = Patristica Slavica Bd. 7). Wiesbaden, 2000.

12 СК № 275; факсимиле: Gottesdienstmenäum für den Monat Dezember

nach slavischen Handschriften der Rus’ des 12. und 13. Jahrhunderts. Facsimile der

Handschriften CGADA f. 381 Nr. 96 u. 97 / Hrsg. v. H. Rothe, E. M. Verescagin

(= Bausteine zur slavischen Philologie und Kulturgeschichte. Reihe B: Editionen, Neue Folge Bd. 1 [16]). Köln, Weimar, Wien. 1993.

13 В СК (№. 207) рукопись неправильно называется праздничной миней за декабрь и январь. Об этой рукописи как сборнике важнейших праздников полного недвижного годичного цикла см.: Christians D. Zur Genese des ostslavischen Gottesdienstmenäums // Liturgische Hymnen nach byzantinischem Ritus bei den Slaven in ältester Zeit. Beiträge einer internationalen Tagung, Bonn, 7.-10. Juni 2005 / Hrsg. von H. Rothe, D. Christians (= Abhandlungen d. Nordrhein-Westf. Ak.d.Wiss. Bd. 117. Patristica Slavica Bd. 15). Paderborn, 2007. S. 166-167.

14 Все три списка недавно были опубликованы Е. М. Верещагиным, см.: Служебная минея за декабрь. Ч. 4. С. 155-196.

Наличие двух славянских версий одного и того же византийского канона позволяет сравнить две диаметрально противоположные концепции усвоения в славянской культурно-языковой среде византийских гимнографических, т.е. певческих текстов. Одна из этих концепций применялась в Болгарии начала X в. учениками Кирилла и Мефодия, другая использовалась при переводе повседневных миней предназначенных для монастырского богослужения в Древней Руси XI в. Кроме того, такое сравнение позволяет наглядно показать, как на славянской почве взаимодействовали словесная и музыкальная адаптации византийских литургических гимнов.

В связи со славянской традицией следует указать также на древнюю грузинскую версию Рождественского канона Иоанна Дамаскина, сохранившуюся среди литургических песнопений, которые в X в. собрал известный грузинский гимнограф Микаэл Модрекили. Эта подборка песнопений представлена в рукописи 8 425, датируемой 978—988 гг.15 В научной литературе по славянской гим-нографии уже не однажды обращалось внимание на сходные черты в древнегрузинской и древнеславянской традициях адаптации византийских литургических гимнов. Рассматриваемый в статье Рождественский канон дает возможность на конкретном примере подтвердить и проиллюстрировать этот тезис.

II

Начнем с описания ранней славянской версии Рождественского канона Иоанна Дамаскина, созданной Константином Преславским. Как было сказано, в этой версии точная передача формальных особенностей греческого оригинала выполнена за счет отклонения от его содержания. Характерными формальными особенностями канона Иоанна Дамаскина являются, прежде всего, сложный по своей структуре акростих и единообразная во всех песнях метрическая структура тропарей16.

Акростих как достаточно распространенный в византийской гимнографии литературный прием хорошо известен в многочисленных канонах, особенно в тех, которые были составлены в период расцвета этого жанра. Акростих служил не только для украшения текста, но — это касается, в первую очередь, значительных по объему гимнов — обеспечивал сохранность текста, поддерживая порядок следования его частей. Кроме того, он содержал сведения об авторе произведения и о празднике, в честь которого был составлен гимн. В Византии еще в IX в. гимнографы высоко ценили это внешнее украшение песнопений17.

15 См.: Описание грузинских рукописей коллекции (S) — бывшего Общества распространения грамотности среди грузинского населения. Т. 1. / Сост. Т. М. Брегадзе, Т. П. Енукидзе,

Н. Э. Касрадзе, Л. И. Кутателадзе, Хр. Г. Шарашидзе. Под ред. Е. Метревели. Тбилиси, 1959. С. 544 (на груз. яз.). Как сама рукопись, так и ее факсимильное издание остались мне недоступными, поэтому в данном исследовании я пользуюсь изданием: Гвахария В. Микаэл Модрекили. Гимны. X век. Кн. 2. Тбилиси, 1978. С. 69—71 (на груз. яз.).

16 Канон издан в: Мт)уа1а toü öXou eviairroü. Т.В', uepiexwv тг|У dicoXu0ia.v tov Noe^ißpiou ка1 Aeiceußpiou |ir|vw. 'Ev Тащ|, 1889. 2. 662—671 (далее: MR II). Обстоятельное исследование канона Иоанна Дамаскина готовит О. Petryriko (Eichstätt).

17 Подробный обзор акростихов в византийских песнопениях дан в: Weyh W. Die Akrostichis in der byzantinischen Kanonesdichtung // Byzantinische Zeitschrift. Bd. 17.1908. S. 1-68.

Однако при переводе гимнов на славянский язык византийский акростих не мог быть сохранен. В Болгарии конца IX — начала X вв., т. е. в древнейший период усвоения византийской литургической поэзии в славянской литературе, эта утрата восполнялась созданием новых, славянских, акростихов. Как известно, за последние десятилетия были обнаружены акростихи во многих славянских песнопениях, что позволило по названным в них полным или сокращенным именам установить авторов песнопений, которыми оказались ученики Кирилла и Мефодия: Константин Преславский, Наум Охридский или — чаще всего — Климент Охридский18.

Уже в первой своей статье о Рождественском каноне Г. Попов указывает на то, что этот гимн имеет славянский акростих, указывающий на автора — некоего попа Константина, в котором болгарский ученый видит Константина Преславского: канон нд рождство хРстов Н створен КОНСТАНТИНОМ попом II...19 Акростих в Рождественском каноне Константина Преславского представляет собой довольно сложную структуру: как и его греческий образец, он составлен из начальных букв каждого стиха и образует строфу из пяти ямбических строк. Другой такой акростих Г. Попов недавно обнаружил в одной славянской версии канона на Пятидесятницу, византийский текст которого также вышел из-под пера Иоанна Дамаскина20.

Не менее примечательна и другая особенность древнеболгарской версии Рождественского канона: славянский гимн сохраняет изосиллабическую структуру греческого оригинала. Как и в гимне Иоанна Дамаскина, каждый из пяти славянских стихов тропаря состоит из 12-ти слогов21. Таким образом, новый древнеболгарский канон мог беспрепятственно исполняться по мелодии своего греческого источника. Ямбическую структуру византийского гимна Иоанна Дамаскина сохраняет также и древний славянский вариант канона на Пятидесятницу, который недавно опубликовал Г. Попов22. Показательно, что метрическое

18 Обзор идентифицированных таким образом древнеболгарских песнопений дан в приложении к книге: La poesía litúrgica slava antica. XIII Congresso

Intemazionale degli Slavisti (Lubiana 15—21 Agosto 2003). Relazioni a cura di

K. Stantchev e M. Yovcheva. Roma; Sofia, 2003. S. 109—111. Об акростихах в древних славянских гимнах см. также: Попов Г. Акростих в гимнографическом творчестве учеников Кирилла и Мефодия // La poesia... C. 30—55; Йовчева М. Акростихът в старобългарския канон за св. Троица като свидетел за произхода на творбата // Црквене студще. Годшшьак Центра за црквене сту-доф. Год. II. Bpoj 2. Ниш, 2005. С. 299—312.

19 Попов Г. Новооткрит канон... С. 11; Попов Г. Канон за Рождество...;

Popov G. Über einen neuentdeckten Kanon zu Christi Geburt mit Akrostichon von Konstantin Preslavski // Ars philologica. Festschrift für Baldur Panzer zum 65. Geburtstag. Frankfurt a. M., Berlin; Bruxelles; New York; Wien, 1999. C. 654—659; Верещагин E. M. Дальнейшие исследования... C. 25—40.

20 Попов Г. Новооткритият старобългарски Канон за Неделя Петдесетница и неговият византийски образец// Palaeobulgarica = Старобългаристика. Год XXX. 2006. № 3. С. 3—48.

21 Немногочисленные отступления от 12-ти слоговой структуры в списках канона объясняются ошибками в передаче текста.

22 Попов Г. Новооткритият старобългарски канон... В качестве третьего древнеболгарского песнопения, воспроизводящего ямбическую структуру греческого образца, следует назвать канон Богоявлению. Однако мы оставим его за рамками данной статьи, посколько он как по своей структуре, так и по абсолютной независимости от содержания оригинала существенно отличается от Рождественского канона. Ср. издание текста Богоявленского канона с научным исследованием в: Попов Г. БОГОгавление TH П0№1|1£ V9HCTÇ СЛАВИМ (Старобългарски Канон за Богоявление) // Старобългарска литература. Кн. 33/34. 2005. С. 13—63.

подражание греческому песнопению имеет место и в древнегрузинской версии того же самого византийского канона, сохранившейся в рукописи с песнопениями, собранными Микаэлом Модрекили (S-425)23, однако в грузинском каноне отсутствует акростих.

Построенная по византийскому образцу изосиллабическая ритмическая структура древнеболгарских канонов Рождеству и Пятидесятнице и соответствующих древнегрузинских текстов позволяла без изменений приспособить напев новых канонов к мелодии, задаваемой византийским оригиналом.

III

Прежде чем приступить к рассмотрению способов адаптации Константином Преславским собственно текста канона, обратимся к вопросу о том, как архитектоника и композиция славянской версии соотносятся с его византийским оригиналом.

Раннюю славянскую версию Рождественского канона я цитирую по спискам Ск (по изданию Г. Попова) и Хл 164 (по микрофильму), так как именно эти списки отражают состав канона в наиболее полном виде. В рукописи Хл 166 из-за утраты листов отсутствует текст от начала третьей песни до конца второго тропаря шестой. Тип 130 содержит канон в сокращенном виде: как и в остальных случаях, восточнославянская рукопись полугодовой праздничной минеи сокращает каждую песнь канона (кроме пятой и седьмой) на один тропарь24. Это обстоятельство осложняет соотнесение славянских тропарей с греческими, что в свое время уже дало повод для ошибочных интерпретаций25. Обзор соответствующих друг другу тропарей византийского и обоих славянских канонов находится в приложении к данной статье.

Рождественский канон Иоанна Дамаскина номинально содержит девять песней, в действительности же — восемь. Вторая песнь, как показывает акростих, изначально не была предусмотрена, что является характерной особенностью творчества этого гимнографа-савваита26. Каждая песнь состоит из ирмоса и двух тропарей. В четвертой и седьмой песнях содержится по одному дополнительному тропарю. В отличие от многих других византийских канонов, в акростих здесь включены и ирмосы, которые по своему содержанию соответствуют библейским песням. Для канона Иоанна Дамаскина это не удивительно, так как его творчество развивалось в первую половину VIII в.: наряду с Андреем Критским и Космой Маюмским, он стоял у истоков зарождения канона как гимнографического жанра. Эти три автора сами сочиняли как первые строфы песней в своих канонах, ирмосы, так и последующие. Только во второй период разви-

23 Гвахария В. Микаэл Модрекили... С. 69—71.

24 Ср. также: Christians D. Zur Genese... S. 165—166.

25 Об этом подробнее в моей статье: Christians D. Von der Nachahmung... С. 48.

26 Ср.: Weyh W Die Akrostichis... С. 66; см. также: Никифорова А. Ю. Проблема происхождения служебной минеи: структура, состав, месяцеслов греческих миней IX—XII вв. из мо-

настыря святой Екатерины на Синае. Диссертация ... канд. филол. наук. М., 2005. С. 99—100.

Я искренне благодарна А. Ю. Никифоровой за предоставленную мне возможность познако-

миться с результатами ее, к сожалению, еще не опубликованной, но достойной внимания дис-

сертации.

ЗІ

тия канона для гимнографов стало обычным использовать первые строфы, или ирмосы, этих трех знаменитых «мелодов» в качестве ритмических моделей для создания новых канонов27. Благодаря этому каноны начали составляться на уже известные мелодии, и поэтому первые тропари каждой песни стали музыкальными моделями для ее тропарей, ирмосами.

Канон Иоанна Дамаскина не во всех песнях имеет одинаковое количество строф. Три пары трехстрофных песней (I/III — V/VI — VIII/IX) разделяются двумя четырехстрофными (IV и VI), в результате чего получается следующая схема:

I III IV V VI VII VIII IX

334334 3 3

В славянской версии канон состоит из восьми песней с одинаковым количеством строф: каждая песнь включает в себя ирмос и три тропаря. Первые тропари канона Иоанна Дамаскина, которые во время создания славянского текста уже были известны как ирмосы канонов более поздних византийских гимнографов, Константином Преславским рассматривались не как часть самого рождественского канона, а как модели для его музыкального исполнения, поэтому начальные буквы их стихов не вошли в состав славянского акростиха.

В большинстве славянских, а также греческих минейных рукописей ирмосы писались не полностью, а указывались только их зачала. Тем не менее можно обнаружить следы древнего, также ямбического, свободного перевода ирмосов:

Песнь III: NeÛCToy ттро? йцуои? olkctüv, Eúeруста - выяк п-Ьние рдвь сы млсрьде (Хл. 164, 95/Ск 153об.)28.

Песнь VII: Тф Паутауактод ё^ефатЗХктау тто0ф — о вел-выи цри иевр'Вгше (нр^ише Хл. 164 / меродише Ск) (Хл. 166, 54об.; Хл. 164, 98; Ск 156об.).

Песнь VIII: М’птрау афХектад е1коуС£оист1 Kópr|s — vp-Бво вес пдлд пллими штроци (Хл. 166, 55; Хл. 164, 98об.; Ск 157)29.

Песнь IX: Етёруеьу цеу тцхад (bç акьубиуоу фору — велиидти те пръстлга двце (Хл. 166, 55—55об., Хл. 164, 98об. -99; Ск 157об.).

27 Ср.: Weyh W. Die Akrostichis... C. 36; развитие девятипесенного канона из библейских песней прослеживается в: Petrynko О. Von den biblischen Cantíca zu den poetischen Neunodenkanones im Sonn- und Feiertagsoffizium Jerusalems. Доклад на конференции: XXXVI Incontro di Studiosi dell’ Antichità Cristiana: Motivi e forme délia poesia cristiana antica tra Scrittura e Tradizione classica,

3 — 5 mai 2007.

28 Полные тексты этих ранних ирмосов по списку Скопльской минеи опубликованы в: Попов Г. Канон за Рождество... С. 19 (п. III), 23-25 (п. VII—XI).

29 Этот ранний перевод ирмоса включен в Хиландарский ирмологий (л. 23об.), ср.: Вели-мировипМ. Структура старословенских музичких ирмолога // Хиландарски зборник. № 1/Ур.: Г. Острогорски. Београд, 1966. С. 155. Кроме того, на этот перевод греческого ирмоса обращается внимание в статье: Hannick Ch. Aux origines de la version slave de PHirmologion // Fundamental Problems of Early Slavic Music and Poetry / Hrsg. von Ch. Hannick (= Monumenta Musicae Byzantinae Subs. 6). Kopenhagen, 1978. С. 86, 98—99. В издании древнеславянского ирмология этот ирмос приводится под номером Ат|’ 9: Hannick Ch. Das altslavische Hirmologion. Edition und Kommentar (= Monumenta Linguae Slavicae Dialecti Veteris. Fontes et Dissertationes. T. 50). Freiburg i. Br., 2006. S. 39; комментарий: S. 561.

Следует полагать, что подобные свободные переводы существовали для всех песней Рождественского канона, но в ходе истории славянского текста первоначальные ямбические ирмосы были заменены их дословными переводами. В песнях первой и с четвертой по шестую во всех списках канона можно обнаружить те варианты ирмосов, которые известны из более позднего дословного перевода того же самого византийского гимна30. В рукописи Тип 130, которая не содержит полных ирмосов, а лишь приводит их зачала в заголовках над песнями, все древние ирмосы уже заменены поздними переводами.

После того как ставшие ирмосами первые тропари каждой песни канона Иоанна Дамаскина формально были выделены из славянской версии, в четвертой и седьмой песнях в распоряжении Константина Преславского все еще имелись три тропаря, прославляющие тайну Рождества Христова, соответственно, вторые и третьи тропари византийских песней. Для остальных песней, которые после выделения ирмосов оказались двустрофными, он добавил по одному тропарю, сочиненному им самим и, таким образом, унифицировал количество строф в песнях, чего не было в византийском оригинале. Новые тропари Константин расположил в начале песней, то есть там, где в византийском каноне находились полные ирмосы. Речь идет о первых тропарях первой, третьей, шестой и восьмой песней. Лишь в пятой песни этот добавленный Константином тропарь является по счету вторым. В девятой песни такой тропарь не сохранился, но разрушение акростиха доказывает, что в первоначальном каноне он существовал. До сих пор нет ответа на вопрос, находился ли этот тропарь в конце песни, как предположил Г. Попов (егоже род Устдга оплот[д ндшд])31, или же он был в начале песни, как в большинстве случаев (егоже родГГ ндт по п]ло-тУ стдга)32.

1}: КАЛА гр^хевидго  )(ОТА ШМИТИ Xе Ск 153; Хл 164, 95; Хл 166, 53об.

Ш1: ХОТА СПТИ БЛЖДАфЛГ ЧЛВКЛ Ск 153об., Хл 164, 95; Тип 130,127об.-128

У2: АДААМЛЪ ДЬЦ1И АВрААМЛЪ вноукд Ск 155, Хл 164, 96об.; 130,128об.

VI^ ДГГЛЬСКЫ ТЫ СЫ СЙе вже И шче Ск 155об., Хл 164, 97; Тип 130,128об.-129

УП^: ЙЙ'В И тыи ве прииде ^АИМОВАВЬ Ск 157, Хл 164, 98об.; Хл 166, 55

ГХр: не сохранился.

В Ск, как и в Хл 164, кроме утраченного тропаря девятой песни, все добавленные Константином Преславским тропари сохранились. Тип 130 содержит лишь три таких тропаря: в третьей, пятой и шестой песнях. В рукописи Хл 166

30 Ср. сравнительное описание Рождественского канона в приложении к настоящей статье.

31 Попов Г. Канон за Рождество... С. 8—10.

32 Ср. также: Верещагин Е. М. Дальнейшие исследования... С. 33—38.

из-за лакуны, упомянутой выше, новые тропари третьей, пятой и шестой песней отсутствуют.

Подобным образом поступил и грузинский переводчик Рождественского канона. Первый тропарь каждой песни византийского канона был использован им как ирмос, поэтому перед песнями указаны только зачала этих тропарей, а полные их тексты находятся в той части рукописи, которая содержит ирмо-логий33. Подобно Константину, грузинский переводчик переработал первоначальную сложную композицию византийского канона, в котором в каждой песни находится разное количество строф. Каждая из песней грузинской версии канона состоит из ирмоса и трех тропарей. Для этого автору также пришлось добавить по одному тропарю, сочиненному без опоры на какой-либо греческий образец, к тем песням, которые в византийском каноне содержат ирмос и лишь два тропаря (I, III, V, VI, VIII и IX). Однако, в отличие от версии Константина Преславского, в которой добавленные тропари находятся в начале каждой песни, грузинский автор поместил их на третьем месте. Таким образом, оригинальный древнегрузинский тропарь завершал ряд тех переводных строф, которые, хотя и достаточно свободно, но все же передавали византийские образцы.

Песнь I как пример переработки трвхстрофных песней канона ИоаннаДамаскина

Иоанн Дамаскин Константин Преславский Дословный слав. перевод Древнегрузинский свободный перевод

1

1 (только др.блг.)*

2 2

3 СО 3 2

3 (только др.груз.)**

Богородичен

33 В начале рукописи (лл. 1—24; см.: Описание... С. 544; издание: Гвахария В. Микаэл Модрекили... С. 1—47) находится перечень ирмосов, составленный по гласам и по песням. К каждому ирмосу там добавлен соответствующий богородичен. В этом ирмологии мне удалось обнаружить только ирмосы первой, седьмой и восьмой песней (Гвахария В. Микаэл Модрекили... С. 4, 6, 8).

* Оригинальное сочинение Константина Преславского.

** Оригинальное сочинение грузинского автора.

Песнь VIIкак пример переработки четырехстрофных песней канона Иоанна Дамаскина

Иоанн Дамаскин Константин Преславский Дословный славянский перевод Древнегрузинский свободный перевод

1

2 1

3 2

4 3 (~ 4) 3(=4) 3 (“ 4)’

Богородичен

В грузинской рукописи S 425 каждая песнь завершается богородичным, который, однако, написан не полностью, а только в виде зачала. Полный его текст следует искать в ирмологии, который находится в начале рукописи34. У Иоанна Дамаскина в Рождественском каноне, как и в остальных его канонах Господским праздникам35, богородичны не были предусмотрены. Тропари в честь Богородицы стали постоянным элементом канона не раньше, чем в первой половине X в. В произведениях Феофана и Иосифа Песнописца они регулярно включались в состав канона, так как позже — вероятно, при собирании песнопений в литургические книги — богородичны добавлялись в том числе и к тем канонам, для которых изначально они не были предусмотрены36. Наблюдаемая в гимнографическом сборнике Модрекили практика указывать в виде зачал не только ирмосы, но и богородичны37 согласуется с тем фактом, что в начале рукописи помещен ирмологий, который содержит, кроме ирмосов, также полные тексты богородичных. Все это заставляет предположить, что уже в византийской литературе существовал такой сборник с богородичными, которым пользовались авторы более позднего периода истории гимнографического канона, для того, чтобы дополнить свои произведения уже известными тропарями в честь Богородицы, на что указывает А. Ю. Никифорова38.

* В четвертой песни третий тропарь (ßrocogoo jößcoö являет-

ся грузинским оригинальным сочинением, между тем как зачало следующего богородична (döE?V tJE?° ^SogoöQ ogbgb) напоминает зачало четвертого греческого тропаря. Можно предположить, что здесь был изменен лишь порядок тропарей. В перечне ирмосов и богородичных я не нашла текста этого богородична, ср.: Гвахария В. Микаэл Модрекили... С. 70.

34 Лл. 1—24об., см.: Описание... С. 544; Гвахария В. Микаэл Модрекили...

С. 1—47; мне удалось обнаружить богородичны первой и седьмой песней (там же. С. 4, 6).

35 См.: Никифорова А. Ю. Проблема происхождения... С. 73.

36 Ср.: Weyh W. Die Akrostichis... C. 67—68; ср. также: Christians D. Theotokia in Kanones altbulgarischer Provenienz //Palaeobulgarica= Старобългаристика. Год XXVIII. 2004. №1. C. 79-93.

37 На подобную практику в византийских тропологиях Sn4 и Sn5 обращается внимание в статье: Кривко Р. Н. Славянско-синайские гимнографические параллели // Вестник ПСТГУ. Серия III: Филология. 2008. № 1(11). С. 78—90.

38 Никифорова А. Ю. Проблема происхождения... С. 92.

Писцы или редакторы Хлудовских миней №№ 164 и 166, судя по всему, отсутствие богородичных тропарей тоже воспринимали как отступление от нормы. Этот недостаток они компенсировали тем, что последний тропарь каждой песни они обозначили как богородичен, поместив напротив него на полях сокращение В случае с Рождественским каноном такая практика была вполне возможна, потому что в нем во всех тропарях прославляется тайна Рождества Христова.

Кроме указанных отличий от славянской версии, грузинский текст содержит вторую песнь, которая никогда не входила в состав канона Иоанна Дамас-кина, о чем свидетельствует как византийский акростих, так и в целом каноны Господским праздникам савваитского гимнографа. В пользу того, что в данном случае мы имеем дело с интерполяцией, говорит и тот факт, что тропари этой песни, в отличие от остальных песней, не являются ямбическими. Уже в 1977 г. JI. С. Квирикашвили обратила внимание на то, что Микаэл Модрекили сам целенаправленно добавлял вторые песни в большое число канонов, собранных в его сборнике39.

Однако вторая песнь зафиксирована в некоторых списках еще одного хорошо известного канона Рождеству, написанного Космой Маюмским. Как в византийской, так и в славянской традиции этот гимн пелся на рождественской службе вместе с каноном Иоанна Дамаскина. Инициалы тропарей этой второй песни, правда, не включены в акростих, что и позволяет рассматривать ее как более позднюю интерполяцию40. Вторая песнь канона Космы Маюмского сохранилась, например, в греческой рукописи № 58341 из собрания монастыря св. Екатерины на Синае (л. 204об.):

Е:Прбаехе, oiipave кои ХаХт^аы

1.”Ефауеу о ’ Абац. ка! еттХг|ст0г|

2.”Eyvü)|j.ü)v on [lovos imapxei-s

3."Y|j.vr|aav oüpavöv ai SwapeLS

4. Дo£a üoi kv w|hcttois tü [хоуы

Дословные переводы трех из вышеприведенных тропарей засвидетельствованы в Хл 166 (53об.) как вторая песнь канона Космы Маюмского42:

И: БЬНМИ Н8Б0 И вь|^гле

1: СН'БСТЬ лдлмь ндсыти се

2. рд^о^л\-вхол\ь гако ть едияь еси

3. ПО^ВАЛИШЕ НвВбСЫЫК силы

39 См.: Квирикашвили Л. С. Вопрос о второй песни шмнографического канона // Известия АН ГССР. Серия языка и литературы. 1977. № 1. С. 73 и след.

40 См. также: Попов Г. Каноны на Рождество... Ирмос в: Edorpcmädijs I. EipjioXoyiov (' AyiopeiTiicri ßißXio9f|KT], api9.9). Chenneviferes-sur-Marne, 1932. № 8.

41 Служебная минея за декабрь, 12. в., см.: Clark K. W. Checklist of Manuscripts in St. Catherine’s Monastery, Mount Sinai, microfilmed for the Library of Congress, 1950. Washington, 1952. P. 9. Список Sin.gr. 583 цитирую по микрофильму Боннского отделения Патриотической Комиссии АН фед. земли Северный Рейн — Вестфалия; Г. Попов в этой связи упоминает также рукопись Sin.gr. 578. Попов Г. Каноны на Рождество... С. 306).

42 За двумя первыми стихами третьего тропаря (на конце л. 53об.) в рукописи следует лакуна из-за утраты двух листов. На л. 54 текст продолжается в последнем стихе второго тропаря шестой песни из канона Константина Преславского.

В рукописях Хл 164 и Ск дословные переводы всех четырех тропарей второй песни устранены из Рождественского канона Космы Маюмского и включены в канон Константина. При этом по одному тропарю добавлено к песням I, III, V и VI — между вторым и третьим тропарями:

1. сн-Бсть дддмь и идеи се между 1.2 и 1.3

2. рд^оум-вхомь гако ты еси между III.2 и III.3

3. похвдлише NECNHe сили1 между V.2 и V.3

4. елд тев'Б вишнеллоу между KP VI.2 и VI.3 (Хл 164, 97; Ск 155об.).

Недавно Г. Попов открыл и издал по рукописям Российской национальной библиотеки F.n.1.86 и F.n.1.7443 славянскую версию канона Пятидесятнице, существенно переработанную по сравнению с византийской. Для ее создания древнеболгарский автор (здесь речь идет, вероятнее всего, также о Константине Преславском)44 также унифицировал состав песней, однако иным способом, чем в канонах Рождеству: в славянской версии тропари не добавлялись, а устранялись. Из первоначально асимметричного канона с пятью двустрофными (I, III, V, VI, IX) и тремя четырехстрофными (IV, VII, VHI) песнями он сделал канон, содержащий, кроме ирмоса, по два тропаря в каждой песни. Первые тропари каждой песни канона Иоанна Дамаскина Пятидесятнице, которые уже в Византии использовались как мелодические образцы, в славянской рукописи F.n.I. 86 оформлены как ирмосы, однако их тексты написаны полностью. Как показал Г. Попов, инициалы ирмосов вошли в состав акростиха45. Благодаря этому как в каноне Рождеству, так и в каноне Пятидесятнице сохранились изначальные древнеболгарские версии византийских ирмосов, воспроизводящие ямбический размер оригинала. Лишь для ирмоса девятой песни эта ранняя славянская версия, к сожалению, не сохранилась. В рукописи F.n.I. 86 перед девятой песнью приведено зачало более поздней дословной версии ирмоса вместе со ссылкой на его полный текст в предыдущем каноне службы (пи" ыкф вь кХн-ь — л. 205), т. е. в дословном славянском переводе того же самого канона Иоанна Дамаскина, который в рукописи F.n.1.86 читается на лл. 202—204, непосредственно перед древнеболгарской версией44. В седьмой и восьмой песнях древнеболгарского канона приведены зачала ранних ямбических ирмосов также со ссылкой на наличие полных их текстов в предыдущем каноне47. В восьмой песни в дословном переводе канона Иоанна Дамаскина действительно находится полная древнейшая славянская версия ирмоса48, а в седьмой песни эта ранняя версия смешана с поздней: после неполного, как видно из количества слогов, пятого стиха древнейшей версии добавлены последние два стиха дословного перевода49. Хотя писец в данном случае и не задумывался о том, что он приводил две славянские версии одного и того же

43 Попов Г. Новооткритият... С. 3—48.

44 Там же. С. 40.

45 Там же. С. 13—36.

46 Там же. С. 10.

47 См.: Там же. С. 43 или в факсимиле на с. 47.

48 См.: Там же. С. 31.

49 См.: Там же. С. 28.

византийского канона, он тем не менее знал, что песни обоих канонов надо было исполнять по мелодиям одних и тех же ирмосов. Их ранние ямбические версии, очевидно, не вошли в состав славянского ирмология50.

Первые и вторые тропари древнеболгарского канона соответствуют вторым и третьим тропарям византийского канона, четвертые тропари которого не вошли в состав древнеболгарского песнопения:

Песнь I как пример переработки трехстрофных песней канона Иоанна Дамаскина

Иоанн Дамаскин Свободный перевод Дословный перевод

1

2 1

3 2

Песнь IVкак пример переработки дамаскинских четырехстрофных песней

Иоанн Дамаскин Свободный перевод Дословный перевод

1

2 1

3 2

4 - 3

IV

Выделение ирмосов из состава канона и унификация количества тропарей в песнях, осуществленные авторами славянской и грузинской версий Рождественского канона, привели к тому, что обоим книжникам пришлось включить в их каноны дополнительные тропари, отсутствующие в греческом оригинале. Эти тропари они создали сами, без обращения к греческим образцам. При составлении же всех остальных тропарей канона они сверялись с греческим текстом таким образом, чтобы тот подошел к заданной форме. Решающее значение при переложении текста на славянский язык имели место два фактора: во-первых, акростих предписывал начальные буквы каждого стиха, во-вторых, необходимо было точно воспроизвести силлабическую структуру византийского источника, что позволило бы приспособить пение новосозданного канона к мелодии гимна Иоанна Дамаскина. Обратимся к примерам:

50 В издании славянского ирмология ни одного из этих ранних ирмосов канона на Пятидесятницу не зафиксировано, ср.: Hannick Ch. Das Altslavische Hirmologion.

IV-3: Иоанн Дамаскин (МЯII665): Константин (Тип 130, 128; Ск 21*):

'Рь^т|? фиеТсга той ’[есташ, Пар0еуе ЛИ мти двою/- иосбовд родд

"Орои? ттарГ|Х0ея' тйу Рротйу тг]<? оисла? П преиде соуцм оустдвъ члвчь

Патро? те коша тоу ттро ахыушу Лбуоу 0 очб пр’Ьв’Ьчыюк слово рожьши

г|й86кг|стеу аьтдя еафраукт|1ёуг|у П печдтьл'Ьнд и-чр’Ьвд про<иде>

]Чп8иу ВьеХбеьу тл кеушаеь тл Сеул. 0 остдвл пдкъ! гакоже въсхот'Блъ

1 Ск: дъво.

Славянский автор при создании этого тропаря должен был учитывать два момента: 1) для акростиха ему нужны были начальные буквы, из которых сложилось бы сочетание (констднтино)м попо(м); 2) тропарь должен был состоять из пяти стихов по 12 слогов. Для того, чтобы соблюсти эти требования, в первый стих было добавлено слово ллдти к д'ьво / дъвою, чтобы получить М акростиха, а греческое причастие фиеХста он оставил без перевода. К р[£л? было подобрано семантическое соответствие родд, тогда как при дословном переводе следовало бы ожидать, скорее, кореие. Не исключено, что на такой выбор повлияло также значение вышеуказанного причастия.

При переводе второго и третьего стихов изменений в содержании не потребовалось, были сделаны лишь необходимые перестановки для того, чтобы получить нужные буквы в акростихе. Для того, чтобы в четвертом стихе получить требуемую для акростиха букву П, пришлось частично заимствовать лексику пятого стиха. Пятый стих, однако, доставил автору большие сложности: в оставшейся не использованной для четвертого стиха части оригинального текста не было слова, которое при переводе начиналось бы с необходимой для акростиха буквы 0. Поэтому славянский автор начал пятый стих фразой ост два пдкъ1 и дополнил ее придаточным предложением, опущенным при переводе четвертого стиха (гакоже въсхот-ьлъ). Выражение тг) кеусбстеь тг) £еут] было оставлено без перевода.

Таким образом, очевидно, что при составлении славянского тропаря было найдено соответствие для бблыпей части слов греческого текста. С помощью удачных перестановок, убавлений и добавлений содержание было подогнано под заданную форму, что можно легко увидеть на примере второго тропаря шес-

той песни. Здесь также почти каждое греческое слово имеет славянское соответствие.

Иоанн Дамаскин (MR II666): Константин Преславский (Ск, с. 22):

"О? rjy Év ápyfi ттро? веоу Qeos Aóyos С сыи искоии о»с вд вь ело

Nw! кратОуеь, [xf] aGévouaav тт]У TTáXai Л лжкдвиолль нй'Ь вила испрьвд

’ 18шу фиХабаь тт]У ка0’ f]|ias ошгау. 0 ослдвлеыо же кр’Впить ^рдил ндше

KaGels ёаитоу беитера коьуыуСа, Б вторить WBNHIfJANHKMh СИ

Au0i? ттрофаьушу тшу ттабшу ёХеъберау. € кство пдкы сьлъвлж везь гръ^д.

Однако не к каждому тропарю такой способ переложения мог быть применен столь успешно. Возьмем для примера первый тропарь пятой песни:

Иоанн Дамаскин

’Атгпуе? ёубо? то ттро? аитоу, Дестттотг|? ЛИ /прдчыю^ льсть и врджию посБкъ 12

Тецшу бьарлтаб стар ко? év ттарошьа. X вллкд пришьствишь плъти 13

^Iva кратоОуто? шХесте фиуофборои Р 1р<ьвбиик же га>ро дд1 погоувить 12

Костцоу аиуатгтшу та!? áOXois owíaL?, С съдьрждцмго мирд съвъкоупить. 12

Ti0elg TTpocTr|yfj тоу текоута тт) ктьстеь. Т тъ/нь и силдмъ же пръв'ышшлль. 12

1-1: по Ск, Тип 130: рдвьыъ яи кже рода

Для акростиха были необходимы буквы (попо)лл хрст(д).

В первом стихе греческому словосочетанию árnives ёхбод ‘жестокая ненависть / вражда’ соответствует мрдчьыоу льсть и врджию. Выражение мрдчыюу льсть заимствовано из первого стиха ирмоса, который относится к той же песни: ’Ек vuKTÓ? ёруыу есткоткт^еуоь? TTXávris lXa.CT|j.óv трьу51, однако с опиской под влиянием итацизма: е<жотк7р.еуг|5. В результате причастие €cjkotlct|1€vos становится согласованным с существительным ттХ0уг| в форме родительного падежа: ¿сткот1ет|1бУГ|? ттХауг|д. Акростих требовал слова, которое начиналось бы с буквы ла. Во втором стихе добавлено: христосъ.

Лексема рьввыиЕ, которая в третьем стихе дает необходимый инициал акростиха, не имеет эквивалента в греческом оригинале. Прямое дополнение к

51 См.: EóoTpariáStis I. Ei.pfioX.0yi.oy. № 9.

(ЗХесте — Iva (винительный падеж от Ts ‘сила, крепость’) Константин прочитал как 'iva и, соответственно, перевел да погубить. Вероятно, это недоразумение имело место уже в греческой рукописной традиции, так как в более позднем славянском переводе того же самого канона для Iva ... ыХесте мы также находим дд ... погубить52 (='iva ... (ЗХесте). Славянское соответствие для кратоштод еъдьрЖАИ перенесено в четвертый стих, где оно управляет родительным падежом ллирА (греч. костцоу). Словосочетание съдьрждфдго ллирд отсутствует в оригинале. Это, видно, ошибка переводчика, хорошо знавшего по многим другим текстам выражения типа съдьржди мирд, т. е. ‘дьявол’. Однако в данном случае kóct|jlov является прямым объектом, зависимым от cjuvcbrrav.

Выражение превышние силы в пятом стихе семантически соответствуют греческому словосочетанию тахд áúXois oimai?.

В некоторых случаях в славянском переводе тропаря можно обнаружить лишь отдельные отрывки, перекликающиеся с содержанием греческого текста, как, например, во втором тропаре первой песни:

Иоанн Дамаскин

"Нуеуке уасттт)р f)yia(jp.€VTi Aóyov Н ыбСб1 чр’Ьво Сфнок ыъш’Ь слово 12

Еафы? афХектф £(оурафои|1еуг| |Мтф Й ДДДМЛЮ КЛАТВСЛС И КВЖИЫО^ рл^лрл 13

MiyévTa цорфг) тт) рротт]СТ1а 0eóv, Р рожденъ хъ въ спсъ той 12

Eüas TaXaLvav i/r|8úv, ápas тг|?г iTÓXai 0 осигавъ мрдкъ слыце исто<к>2 12

Лшута ттькра?- ov Рротоь 8o£á(To[iev. Ж же ыъ! съ ^елллд св’Ьтд поддга ыдл\ъ. 12

1: по Ск, Тип 130: [.?]н-; 2: по Ск, Тип 130: исто

Первый стих переведен практически дословно. Второй стих славянского перевода содержит причастный оборот клятву Евы и — чего требовал акростих Адама разоряя, взятую из четвертого и пятого греческих стихов. В остальном славянский текст полностью расходится с оригиналом.

Описанный способ переложения греческого текста, когда соблюдалось как количество слогов источника, так и принцип акростиха, прослеживается по всему канону.

Существенно более близкой византийскому оригиналу зачастую оказывается грузинская версия, в которой не было акростиха. Чтобы проиллюстрировать это, я приведу в пример первый тропарь первой песни и третий тропарь песни пятой53:

52 См. далее, с. 44.

53 Сердечно благодарю мою коллегу Тинатин Кронц за ее помощь, оказанную мне при сравнении грузинского текста с греческим. Мы совместно готовим параллельное издание грузинского и византийского канонов, которое предполагает также исследование переводческой техники в грузинском каноне.

It: Иоанн Дамаскин (MR II662):

(1) "Нуеуке удаттр r\yiao[iévT\ Aóyov

(2) Хафшд афХектф £ыурафоир.еуг| {Затсо

(3) Мьуеута цорфл тд (Зротт]ст[а Beóy,

(4) Eüag TáXaivav уг|8ш, ápag Trjg TíáXai

(5) Лиоута тгькрад • ov Ррото'ь ЗоЫбэ^еу.

Грузинская версия54:

(1) Ъб'Эпаог) ^3otpob¿aof) е^Эс^отоЪ^а ^¿ЭппБсоб :

(2) ъпъа *Здо^,д<ь ЭоЪ^^Б

(3) *ЭдЪбзз?>ор)0 : й’дБдйбЪб (jófjonóLó

(4) joó ззйпЪ ^a3ÓQ 8°¿o5b£á :áorta.ng Я<ч«йок?о

(5) (*)геЭзерЪ.ь В'эзб рор^зЪ : ^б^тЪосп ^^¿gpwücpgg).

Перевод грузинского тропаря:

Через священное чрево явилось Слово Божие, подобно купине, оно (= чрево) не сгорело от Него (= Слова) в соединении с человеческим естеством и отпустило древнее согрешение Евы;

Его сегодня песнями славим.

У2: Иоанн Дамаскин (MR II666):

(1) 'О Xaóg elSev о ттр1у гцхаирш^еуод

(2) цеО’rpépay фй? Tfjg ávco фргжтарСад

(3) ё0ут| 0еф 8ё KXrjpov Tló? ттроафереи

(4) yé|icoy éкеьсте tt)v атт0ррг|тоу xápiv

(5) ov ттХеТсттоу é£rjv0r|(jev f| ацяртСа.

Грузинская версия55:

(1) 3(^0 (^пЭзеоо ЬБзцоЪб Эззрой оуп Зо^ззер

(2) obogpá я>£?зЬ ббоэзеро 'дЪз'ЭотбзЪо

(3) rtógóSL 8ó9óbó ЭпЪ^ь ^‘Э'ЗЗЗ6 9зЭ<ьБ

(5) g>ó 806 : 3mb(jó (зЪпз^зйбо ЪбЭбСбйрооЪпа

Перевод грузинского тропаря:

Народ, у которого прежде был мрак, сегодня увидел вышний свет,

Отцу же славу принес Сын и покорил падших милосердием, и даровал жизнь вечную.

54 Гвахария В. Микаэл Модрекили. С. 69 (24—27).

55 Там же. С. 70(19-20).

Тот же самый способ адаптации византийского гимна в славянской культурно-языковой среде можно также обнаружить в каноне Пятидесятнице, что подтверждает параллельное сопоставление двух ирмосов греческого канона и его древнеболгарской версии:

ГУИ: Иоанн Дамаскин Славянская версия Кп.1.86 (с. 19)*

”Ауа£ ¿уактшу, оьо? е£ оьои цоуо?. И исть кдиного клинь вь снь •

Аоуоя ттроеХбсоу Патро? ё£ ауатои. Т ты црь си йрь слово •

’ 1аосг9еуё? стсш ПуеОца то1<? аттостт6Хо1<? Я дплоть д^ь рдвьнь сев'Б

Мцхертё? е£ётте|1фа?, ¿¡я еиеруетт]?. Ж животворефь рл^ллга  гакоже вь и

”А8сшстг До£а ты кратеь стои.Кирье 6 ксть • слдвд силъ твоки поюц1ил\ь-:-

Уи: Иоанн Дамаскин Славянская версия Еп.1.86

Литпрюу кабарспу а(1ттХакт|(1атсоу Г Гр’ЬУЬ рД^Ар'ЬШбНИК  ШЧИфбНИК

ПирСттуооу 8ё£аст0е Пуеииато? Зростоу Н ыдши^ъ • прим'Бте луовнык ддрь

тёкуа фсотоцорфа тг|? ’ЕккХтрга??' 121 1ДКШ СО^фе СВ'ЬТИЛД ирьквдмь

№)у ёк 2ла)У уар ё^еХ^Хибеу уо^од ? < > шгнеоврд^нд •

'Н уХшстстоттирстоцорфоя' Пуеицато? уар1Я‘. П поддно С8 ВЫВАКТЬ пр'Бшвилно

Четвертый стих сохранился не полностью. По смыслу акростиха — ... (о)гша <д>п(остолол\) ... — Г. Попов реконструировал его первую букву — <д>.

Из приведенных выше примеров видно, что изначально в процессе переложения канонов Иоанна Дамаскина Господским праздникам важнейшую роль играло сохранение без изменений мелодии оригинала. Для этой цели оба автора, как болгарский, так и грузинский, точно соблюдали силлабическую структуру византийского канона. В древнеболгарской книжной среде, кроме того, путем подражания византийскому оригиналу создавался и сложный по структуре акростих, искусно связывающий тропари между собой. Этот акростих образовывал строфу из пяти 12-тисложных стихов, которая таким образом соответствовала ритмически каждому тропарю канона.

Славянский и грузинский авторы отказались от дословного перевода греческого текста. Но составленные ими ямбические версии в то же время не были

* Цитирую по изданию канона: Попов Г. Новооткритият...

и парафразой византийского гимна в точном смысле этого слова. На мой взгляд, в их технике переложения греческого источника очевидно стремление не только воспроизвести силлабическую структуру оригинала и выбрать подходящий акроним для акростиха, но и по возможности также передать лексику греческого текста соответствующими славянскими эквивалентами. При этом славянский и грузинский авторы часто отклонялись от греческих синтаксических конструкций, что приводило к отступлениям от смысла оригинала. Такие формальные критерии, как искусное нанизывание отдельных стихов на связующий их акростих (в славянских версиях) и прежде всего сохранение мелодии византийского оригинала, были важнее для авторов славянской и грузинской версий, чем точная передача его содержания.

У

Обратимся теперь к более поздней славянской версии Рождественского канона Иоанна Дамаскина. Эта версия возникла в связи с переводом литургических книг, которые требовались для богослужения в монастырях, основанных в Древней Руси после принятия христианства. Для этой цели с греческого языка на славянский была полностью переведена византийская повседневная минея56, а следовательно, также и канон Иоанна Дамаскина, помещенный в ней под 25-м декабря. Эта новая версия канона представлена в восточнославянских рукописях Син. 162 и Тип 97, содержащих служебную минею за декабрь, а также в праздничной минее на целый год Тип 98.

Для того, чтобы наглядно показать различия между ранней и более поздней версиями, приведем первый тропарь пятой песни, древнеболгарская версия ко-

торого уже рассматривалась в разделе II:

Иоанн Дамаскин (МЯII665):

(1) ’ Аттг|уё5 ех9о? то ттрод сштоу Дестттотт^ 12

(2) Терхоу бьартга^ старко? еу ттарошш 12

(3) 91уа кратошто? ыХесте фихофборои 12

(4) К6ст(10У стшатттсоу то1? сшХоьг ошьаьд 12

(5) Тьбеьд ттр00т|ут] тоу те коута тт) ктшеь. 12

Служебная минея (Син 162, 249-249об.; Тип 97, 192; Тип 98, 5об.):

(1) Лютоую врлждоу ЮЖ6 КЪ НбМО^ БЛДД’ЫКА 14

(2) отъсвклга гав-в пл’ьтьскътлм» пришествикмь 17

(3) ДА ДЬрЖАфААГО ПОГОуВИТЬ ГАрО ТЬЛАфАДГО 19

(4) мирл съчетдга съ веспдътьнъшлли соуфьствъ! 14

(5) положивъ пр’Встоупьыоу рожышдго твдрь. 15

Константин Преславский (Тип 130, 128об.; Ск, с. 21):

(1) Мрдчьноу льсть и врджию ПОСЬКЪ 12

(2) хъ влдкд пришьствжллъ плъти 13

(3) р<ьвбыик же га>ро да погубить 12

56 О происхождении повседневной служебной минеи, представленной в восточнославянских рукописях XI—XIII вв., см.: Christians D. Zur Genese..., особенно с. 156-169.

(4) съдьрждфдго мира съвъкоупить

(5) т-ёлль и силдллъ же пр'Ьв’ышшм<'ь>.

12

12

В новой версии канона отсутствует акростих — формальный элемент, игравший важную роль при адаптации канона в Болгарии. Количество слогов в славянском стихе отличается от количества слогов его греческого источника, причем в рамках одного тропаря это количество колеблется от одного стиха к другому.

Как и в канонах Константина Преславского и грузинского гимнографа, начальный тропарь каждой песни канона Иоанна Дамаскина здесь выделен из самого канона, а его зачала указаны в начале песней в качестве музыкальной модели. При этом, однако, сохранялась первоначальная структура греческого канона, состоящая из шести трехстрофных и двух четырехстрофных песней.

Песнопения восточнославянской служебной минеи были переведены буквально, таким образом достигалось максимально точное воспроизведение структуры греческого текста с помощью его славянских соответствий: переводчик шел от стиха к стиху, от слова к слову, от морфемы к морфеме. Получившийся в результате славянский перевод зеркально отражал греческий текст, правда, при этом не всегда сохранялся первоначальный смысл.

Переводчики, разумеется, не редко и ошибались. Ошибки возникали прежде всего в тех случаях, когда грамматические конструкции выходили за пределы одного стиха. Это говорит о том, что при поморфемном переводе песнопений стих по-прежнему оставался важной структурной единицей. Однако при дословном переводе сохранить количество слогов оригинального стиха было невозможно, поэтому в новом славянском переводе количество слогов от стиха к стиху изменялось. При этом возникает вопрос, как такое колебание увязывалось с задаваемой византийским образцом мелодией? Как можно было петь стихи, которые отличались друг от друга количеством слогов?

В рукописи Син 162, в отдельной строке, записанной над текстом, написаны знаки нотации, или невмы. Для иллюстрации ниже приводится невмати-ческая структура первых двух тропарей пятой песни57:

57 О нотации стихир и канонов в рукописи Син. 164 см.: Christians D. Die Notation von Stichera und Kanones im Gottesdienstmenäum für Dezember nach der Hs. GIM Sin. 162. Verzeichnis der Musterstrophen und ihrer Neumenstruktur (= Abhandlungen d. Nordrh.-Westf. Akad. d. Wiss., Bd. 108. Patrística Slavica, Bd. 9). Wiesbaden, 2001. Я искренне благодарна моей коллеге Дарье Рафиенко (Патриотическая комиссия, Бонн) за создание шрифта употребляемых в данной статье нотных знаков.

19

14

17

14

15

V2:

( 1 ) *** \J ЛИ* Л** Л*" Ы ы *** 1* ^ * 13

(2) —- ЩИ* **т If* tu* —»» —- **r tu* •^*r \J \ 33\ “S* * 15

(3) tN ^ ^ -Jr, -b. 17

(4) 4s ^ *—• ^ ?• i* • 16

(5) 10

Сравнение невм соответствующих друг другу стихов одной и той же песни показывает, что количество и последовательность всех невм, за исключением стопиц (—), остаются неизменными. Они нужны для того, чтобы вести мелодию и указывать на изменения тона, например, его повышение или понижение. Что касается столицы, то она является знаком, обозначающим, что предыдущий тон повторяется58. Такое повторение тона могло использоваться многократно, в зависимости от количества лишних по сравнению с греческим образцом слогов.

Таким образом, например, второй стих в первой песне, состоит из 17-ти слогов, над 11 -ю из которых надписаны стопицы, во второй песне он содержит только 15 слогов, т. е. на два меньше, соответственно стопицы здесь стоят только над 9-ю слогами.

Значительную «эластичность» византийских мелодий показывают дословные переводы тех тропарей, ирмосы которых содержат стихи, повторяющиеся в тропарях песни рефреном. Это относится, например, к тем тропарям, греческие образцы которых были сочинены по ирмосу восьмой песни восьмого гласа 'ЕтттаттХастьы? кацьуоу59. Один такой тропарь содержит девять стихов. В ирмосе же стихи с седьмого по девятый предназначены для рефрена: (7) oí ттаХЗед ейХоуеьте, (8) lepeîç àvu|xveÎTe, (9) Xaoç, иттерифоОте Хрьсттоу eis toùç aiojvaç. Как показывают опубликованные в издании служебной минеи за декабрь тропари по образцу этого ирмоса60, в греческом тропаре полный текст рефрена зачастую не исполнялся, причем некоторые части его были заменены на текст, соответствующий тематике конкретного последования. В этих случаях в славянском тропаре перевод текста греческих стихов 1—7 (или же 1—8) накладывался на мелодию стихов 1—6, а начиная с 7-го стиха пелся полный рефрен ирмоса. Таким образом, в славянском тропаре возникли необыкновенно длинные стихи. Их лишние по

58 Cp: Palikarova-Verdeil R. La musique byzantine chez les Bulgares et les Russes (du IXe au XVIe siècle) (= Monumenta Musicae Byzantinae. Subsidia. Ed.: C. Hoeg, H.J.W. Tillyard, E. Wellesz una cum archimandrita Cryptaeferratae. Vol. 8). S. 84; Floros C. Universale Neumenkunde. Bd. 1. Kassel, 1970. S. 101.

59 EûorpaTiàôriç I. Elp|ioXóyiov. № 314.

60 Ср.: Gottesdienstmenäum für den Monat Dezember. Teil 5: Facsimile,

лл. 30—31, 93об.—94; Teil. 1: 1. bis 8. Dezember, besorgt und komm. v. D. Christians, A. G. Kraveckij, L. P. Medvedeva, H. Rothe, N. Trunte u. E. M. Vereäöagin, hrsg. v. H. Rothe u. E. M. VereSöagin (Abhandlungen d. Nordrh.-Westf. Ak. d. Wiss. Bd. 98 = Patrística Sla-vica Bd. 2), Opladen 1996, c. 280—288; Teil 2: 9. —19. Dezember, besorgt u. komm. v.

D. Christians, N. Trunte / Hrsg. von H. Rothe, E. M. Verescagin (= Abhandlungen... Bd. 98 = Patrística Slavica. Bd. 2). Opladen, 1997. S. 204—210.

сравнению с греческим образцом слоги сопровождались стопицами, т. е. они нейтрализовывались повторениями тона.

При переводе повседневной служебной минеи, предназначенной для пользования в монастырях Древней Руси, мелодии византийских песнопений благодаря повторению тона приводились в соответствие тексту славянского перевода, который содержал в большинстве случаев большее количество слогов, чем его византийский образец61. Для учеников же Кирилла и Мефодия, наоборот, преимущественное значение имело именно сохранение мелодии византийского гимна, поэтому славянский текст они приводили в соответствие с мелодией.

Различие между двумя принципами адаптации литургических гимнов в славянской культурно-языковой среде можно также увидеть в невмировании двух славянских версий одного и того же греческого ирмоса восьмой песни первого гласа Мг|трау афХёктш? еькоуь^оисть корт]?, зафиксированных в Хиландарском ирмологии. На л. 21об. в этой рукописи записан дословный перевод ирмоса из канона Иоанна Дамаскина (оутроБотр иеитдлимоу проишрАзеують д-бвичк»), а на л. 23об. — ранняя ямбическая версия (Чр-ьво вес пдлд пллимии штроци), которая, как уже отмечалось, является единственным первоначальным ирмосом канона Константина Преславского, вошедшим в состав славянского ирмология62.

В начале X в. болгарский автор придавал большое значение воспроизведению формальных особенностей греческого оригинала, что неизбежно приводило к расхождениям на уровне содержания. При этом сохранение силлабической структуры по образцу исходного греческого канона позволяло перенять мелодии его песней без изменений. Тот факт, что приоритет здесь отдавался музыке, можно объяснить тем, что христианство византийского обряда было распространено во многих регионах Болгарского царства задолго до его официального крещения, а следовательно, и музыка византийских литургических гимнов была в Болгарии хорошо знакома63. Когда же литургические гимны появились в Древней Руси, византийская церковная музыка там была фактически новшеством, поэтому переводчики не должны были воспроизводить точную силлабическую структуру. Это и послужило предпосылкой точного перевода текста. Музыка же приспосабливалась к этому переводу за счет нейтрализации лишних слогов, тогда как основные особенности распева византийского оригинала сохранялись.

Однако в условиях поморфемного перевода каждый тропарь одной и той же песни по количеству слогов отличался от ирмоса. Следовательно, мелодия славянского ирмоса, зафиксированная в переводе византийского ирмология, не могла беспрепятственно служить образцом распева для отдельных тропарей.

610 нейтрализации лишних слогов с помощью повтора музыкального тона см. также: Flo-ros C. Universale Neumenkunde. Bd. 1. S. 101.

62 Обе версии были сопоставлены уже в 1966 г. М. Велимировичем (Структура... С. 155). См. также: Hannick Ch. Aux origines... P. 5—120; 86, 98—99; Idem. Das altslavische Hirmologion. S. 36, 38.

63 Hannick Ch. Das musikalische Leben in der Frühzeit Bulgariens. Auf Grund literarischer Quellen des frahslavischen Schrifttums// Byzantinoslavica. Vol. 49. 1988. № 1. S. 23-37.

Византийский ирмологий выполнял две функции. С одной стороны, он содержал полные тексты ирмосов, на которые в минейных рукописях делались ссылки в заголовках над песнями. С другой стороны, через нотные знаки над каждым ирмосом он давал певцам инструкции для распева всех тропарей, созданных по его метрическому образцу. Славянский ирмологий как дословный перевод греческого ирмология, возникший в Древней Руси XI в.64, больше не мог выполнять эту вторую функцию. Мелодия славянского ирмоса, как она была зафиксирована в ирмологии, без изменений не могла быть перенесена на конкретные тропари соответствующей песни, которые пелись во время службы. В связи с этим на Руси пришлось модифицировать мелодию каждого отдельного тропаря. Необходимо было решить, какие слоги дожны были нести значимые для мелодической фразы невмы, а какие следовало нейтрализовать с помощью стопиц. В этой связи стало необходимым нотировать не только ирмосы в ирмологии, но каждый тропарь канонов. Этот же принцип соблюдался и в сттіхлра 'проаоц.оіа. Таким образом, новая концепция адаптации византийских литургических гимнов для использования их в монастырях Древней Руси привела к тому, что именно там и возникли такие рукописи служебной минеи, как фрагмент за декабрь (РГАДА 381, № 9665) и почти полностью сохранившийся минейный годичный цикл в рукописях ГИМ Син 159—16866, в которых все каноны и группы стихир были полностью нотированы.

64 См.: Наппіск ЄН. Das М5Іауі8сИе НігшоІояіоп... 8. 398, 413—414.

65 СК № 159.

66 СК №№ 78, 80,81, 83-85, 87, 89, 91 и 94.

Греческий оригинал Изосиллабическая версия по Тип 130 / Ск Дословный перевод по Син 162

Песнь I

1.”Естысте Хаоу, Эащштсшруыу Дестттотг|5 И не сохранился И Спее люди

1. [Ск] Ндлд гр’Бхов'ыАго шмити,

2. "Нуеуке уаатг]р Т)у1аа|±ёуг| Лоуоу 2. [и^]несе ур’Бво сфноЕ нъш*Б слово 1. И^несе ир’Бво евдфенок слово ганъ ыеопАлиллд

3. ’'Е8е1^еу аатт]р тоу ттро г|Х[ои Лоуоу 3. Диь зв’Ьзда слово пьрв'Ье соуфе 2. Показа ^в^зда преже сълньца слова

Песнь III

1.№шоу ттрод йцуои? оькетыу, Ейеруёта И [Ск] Еигйь п’Ьиие рдвь си л\лрде И приди НА П’ЬИИК

1. Хота съпасти бло^ддфлаго члвка

2. Ки|1фг)? ттауаууои тоу ттау6Х(Зюу токоу 2. [Ск] Еиддфе рожво пръчтыж двцж 1. [Не]вЪСТЪ| преуистъиа превогдто рожьство

3. "Уфоид ауаастыу оирауыу ешттХаухУьа 3. ОТЪ ДВЦ-Б ПрИИДе НбВрАЧЬНО 2. Босотою цьсдрьство^гаи на невесь^'ь ллилосьрдик/нь

Песнь ГУ

1. Геуоид Рротеьоъ тг]У ¿уаттХаспу ттаХаь Н не сохранился И Рода ^емльмд

2. Чстод ттрот^ХЭе? тоь? |ЗротоТ? екоистьа)? 1. [Ск] Оть дъвы рАвеыь УЛВКОМЬ 1. Равьио прои^иде къ члов’Бколлъ волею

3. ”Е0уг| та ттро(70еу тт) фбора |3е|3шцёуа 2. Нъш-в роукдми въсплбф'Втб, га^ыци 2. ГСЦъщи преже тьлею испълненъ!

4. 'Р[£л? фиеТста тои ' 1есташ, Парбёуе 3. Мти ДВОЮ ИОСЬОВА РОДА 3. Ис КОреие ВЪЗДрАСТЪШИ ИОСЬОВА, Д’ЬВИЦб

Кристиане Д. От подражания форме к дословному переводу

Греческий оригинал Изосиллабическая версия по Тип 130 / Ск Дословный перевод по Син 162

Песнь V

1. ’Ек WKTÔS ёрушу, еакот1стр.еут1? тт\ауг|5 И не сохранился И Щ noijiii дъло шллрдуенъ!

2. ’AiTr|vès e\Qos то ттрод аитоу Деиттбтт^ 1. Мрдуьноу ЛЬСТЬ и врджию ПОС'ВКЪ 1. Лютоую врлжьдоу юже къ ысллоу, влддъ1кд

2. ДДЛМЛА ДЪЦ1И, АВрДМЛА въыоукд

3. 'О Xaos elSey о ттрьу гцхаиры^еуод 3. ГСЦъщи древле ВИД’БШД омрачении 2. Людик видъшд преже оллрдиеыии

Песнь VI

l.Naiwv ’Icoyâç èv [luxoîç GaXaXaTTÎois И не сохранился И Пловъ! иоыд въ моу'т'Ьх'ь /норьск’ыих’ь

1. Днглъ си тъ1 сие вжии очь

2. "Og rjy àpxti TTpàs 0eôy 0eô? Aôyog 2. [Ск] Сын искони oif вд вь ело 1. Иже въ испьрвд къ BoroY вожик слово

3.’lierai Si’ f)fiâs ’ A|3paà^ è£ остфш? 3. Ыъш'Ь се приде съпдсти ^отл въ 2. ГрАдеть ндсъ рдди и^ъ дврдмль уръелъ

Песнь VII

1. Тф Паутауакто? ёёефаиХктау ттбЭш Н [Ск] 0 вел’Ьыи цри иеродишж И ВьсВ^ъ црл

2. 'YTTepf|Taç |ièy é|i payais катафХеуеь 1. Ико пдлить горо^шоу пыфь слуги 1. Слв^ГЫ оуво ГИ'ЪВЬИО ПОПЛЛАКТЬ

З.’Арсоуе Хрьстте, тоу (Зрото!? еуаутСоу 2. HlWbia X?, N8H^p8V6NhN0 ПЛЪТЬ 2. Пол\оц1ьниуе Христе, илов'Ьколлъ противьиок

4. Тт]у àypLtüTTÔy акратй? yavpov[iévr\v 3. Сверъпьиъ неоудьрждиьыо 3. Свьр’Бпооврд^ьи'ыи неоудьрждыьно ^ВДЛАфЬ СА

Исследования

о

к ^

‘3 *

3*5 о 2

^ и

й ' ^ & >а з

I

8

С

й

1-0

X

о

и

с

<

ш

ж

о

л

£

£

<з

г

ф

Э

<3

и

о

<

о

*

<

л

%

&

<3

ш

а

*

ш

5

Э-

Г

<

3

г<

г

'в

[ф

х

4

Е-

о

X

<

Ф

за

Гм1

и

«

;

эг

*3

б*

о-

са

О

<4

и

Л

а

*

и

2

с

*г

Е-

О

р

СО

~Ь

Сл -3

Со

ей

=*_

-Р"

?-

о.

н

М

Со

"2

й

ь

_,

Ъ

Со

-©-

"Й Со ь

Со

Р

О =!_

г*-

'р р-

о.

б

с^’

<Р

О

Ш

Ф

'Ё

(Л

'3 X р Ь-

а»

I- Со

Р

О

со

ю

£

Ь

Р

о

о.

в

1=

Греческий оригинал Изосиллабическая версия Дословный перевод

Песнь I

Е 0єіф каХифбєІ? о РрабиуХсоасто? ууофф И 9\[МЛ И^Ь ЦШИЮ (НЬГЛОу истр'Ьвивь И БЖТВЬНЫМЬ покрьвень БЪ1ВЬ

1. ”Ефг| то стетттоу каї стє|За(тр.іоу сттб|іа 1. Л^ь ^вд оустд рекоше стдга 1. Рекоше утлга и итьндід оустд

2. "Ород Ре(3г|кы?, атрекесттато? Лоуод 2. Оть ^елллє вьшьдь слове нн'В 2. ЗД|*СТАВЬ пр'Вшьдь истиньноє слово

Песнь III

Е ”Еррг|£є уасттро? г)тєкуо)цєуг|? ттёбад И Плодьыдга нн'В иєплодна ідви се И рд^врь^е оутровоу не чддецюую д’Втии

1. ”АХг|ттт6д єсттіу т| 0єархік(отатт| 1. Лютык мьглы нев'Бд'Бнига люди 1. Непостогаыьно ксть вондчєльнок

2. тНу єктгорєитоу є£ ауєуутітои фаои? 2. Аплмь вь си^и'Б днь 2. гаже бЪ исходыю Ш нерогАеинд св'Ьть

Песнь IV

Е ” Ауа^ ауактшу, оіо? є£ оїои цоуо^ И Исть кдиного кдинь вь сїїь И Црь црмь акоже сдмь не тдкогожде кдинь

1. Лоитроу то 0єіоу тт]? ттаХьууеуестьад 1. Сє ЕАІ4Ю МН'Б ПАКИБЫТИЮ, 1. Едню БЖТВЬНО^Ю ПДКИБЫТИ1Д

2. Ка рте і та ттаута тф ПаракХг|ты уоуи 2. Аплмь днь рече слово 2. ПрокАдыгають ти се оут'Ешителю колена

3. ТеХєїстбє ттаутє? тт) вєархікштаті] 3. Прдздьноують вси вондчельн'Б

Песнь V

Е Литтрюу кабарстіу артХактцхатсоу И Гр^ь рАЗДрЪшвник шчиціеник И И^вдвленик И ШЦ'ЬЦіеНИК Гр’ЪХОВЬ

1. Кабытге р єі)8окг|стеу айте^ошьш? 1. О июдо пръслдвьнок дплть 1. ІЯкоже и^воли сдмовлдстьно

2. ’Іг|то та? фрєуад цєу є£ ¿[лартіа? 2. (Оть) №ЦА ДХЬ сдмовлдстьною 2. Дд исц'Ьл’Ькть о^бо мысль Ж гр'Ьхь

Исследования

Греческий оригинал Изосиллабическая версия Дословный перевод

Песнь VI

Е '1Хаст|хо9 thj.lv Хркттё ка! аалт|р[а И И^ь двы вьсига ты и шцЪфеник И Оц’Ьфеыие ндмь ^е и спсение

1. '1р.ертбу fip.lv, еи0е? ёу тоь? ёукатоь? 1. Скоро прим’Ьмь сьи пр’Бв’Бчьыыи шоумь 1. Истиньныи нлл\к и прдвы вь оутровъ

2. ’Оректбу а^1Ы[1а то!? аттосттбХоьд 2. ДпАмь нТгь свыше посилдк 2. Желдньно кдиностогаиик дпломь

Песнь VII

Е 2й[1фыуоу ёбротреу оурауыу |1еХод И Понеже оустрдши шргднь глдсь И Съглдсно оустрдши пифдльскдга пъ

1.фа)ут)у ттрофг|т6ф0еуктоу г|ууот|к6тег 1. 121ВЪ ые рд^оу/№Бвше прруьски ГЛА 1. ГЛА Прркд ВЬПИЮфАГО не рдзоулл’Бвьше

2. вёсгту катеРроутг|стеу о |ЗХёттсоу бтта 2. бгдд вь^грын'Б реме пръсловы 2. Прорицдникмь вь^грьм'Бвшд виждоу

З.Трьттт) |хёу £1)Ц0фТ|стеу сорыу тт]у \apvv 1. Трии оуво рДЗД'БЛИ ВИДЪВЬ вл?"гь

Песнь VIII

Е Лиеь та бестца, ка1 Зрость^еь тг]у фХоуа И ПрО^ЛАДИ П6Ц1Ь и слр^ы рдздр'Бши И Рдздр'ЬшАеть оу^ы и прохлджддеть плд/нень

1.Муфг|У 6 Хрютб? тсоу (Вротостстоыу ёттсоу 1. По/ноц1ь дак гакоже двдь ре 1. Пдметь хе влко спсьны^ь словесь

2. Еооттркобй?, айтобеаттбтт)? 1оу 2. Шьствовдвши св'Ьть св'Ьтодавьць 2. Спсешврд^но сд/иовлдстьно и^иде

3. ’Нсте ттроф^тйу ттуеъцятёцфороу сттбця 3. Погашу прриьскдга дхвьндга оустд

Песнь IX

ЕХаХроь? ” Ауастста |1Г|троттар0еуоу кХёо? И (не сохранился) И Р&оуи се црице мтремь и двдмь слдво

1. "УЗеьу ёоьке фшьСсооу кбрт|у 1. Си ве^ь ндиелд ВЖЬСТВА ксттвомь 1. Пъти подовдше живоносноу двоу

2. "Остсяд ёттуешеу г) ©еоррито^ Х“Р1^ 2. Скоро в'Ьрни имиже се вьдь^ноу 2. блико комоуже вьдь^ноу влгоуьстивд бл?"гь

Кристиане Д. От подражания форме к дословному переводу