Концепция кластерного подхода к развитию экономики приграничного региона

УДК 332.1:339.9

DOI: 10.21209/2227-9245-2019-25-1-93-101

КОНЦЕПЦИЯ КЛАСТЕРНОГО ПОДХОДА К РАЗВИТИЮ ЭКОНОМИКИ

ПРИГРАНИЧНОГО РЕГИОНА

CONCEPT OF CLUSTER APPROACH TO THE DEVELOPMENT OF THE ECONOMY OF THE CROSS-BORDER REGION

Рассмотрена эффективность применения кластерного подхода к развитию хозяйства приграничного региона, который в условиях глобализации играет для страны огромную роль в области международного сотрудничества. Дан сравнительный анализ реагирования тех или иных областей хозяйств на кластерный альянс на территориях внутреннего и приграничного субъектов. Определены основные преимущества, которые получает порубежный регион при реализации кластерной концепции экономического развития: укрепление экономических позиций приграничья, позволяющее увеличить инвестиционную привлекательность; способствование стремлениям региона по развитию приграничного сотрудничества; содействие инновационному развитию в приграничном регионе; реальная перспектива по формированию единого трансграничного кластера на базе кластеров из зоны приграничья соседних стран.

Сделан вывод, что федеральные и в большей степени региональные органы власти должны основательно подойти к разработке стратегий регионального развития посредством кластерного подхода. При этом следует учитывать исключительные особенности не только приграничных субъектов, но и индивидуальные характеристики непосредственных стран-соседей, с которыми связано Российское порубежье. Это обосновывается тем, что любым международным связям, устанавливающимся в зоне приграничья, присущи своеобразные характер и, соответственно, ход их развития. Отмечено, что учет таких аспектов, как специализация сопредельного государства, исторические взаимоотношения между сторонами и ряд других особенностей, позволит порубежному субъекту России разработать максимально эффективную стратегическую линию кластерного развития

Ключевые слова: приграничье; приграничный регион; кластер; международное сотрудничество; глобализация; региональная экономика; стратегия развития; инновации; инвестиции; трансграничные связи

The effectiveness of the cluster approach to the development of the economy of the border region, which in the context of globalization plays a huge role for the country in the field of international cooperation, is considered. A comparative analysis is given of the response of various economic areas to the cluster alliance in the territories of the internal and border regions. The main advantages that the foreign region receives in the implementation of the cluster concept of economic development are identified: strengthening the economic position of the border area, which allows to increase the investment attractiveness; contributing to the aspirations of the region for the development of cross-border cooperation; promoting innovative development in the border region; a real perspective on the formation of a single cross-border cluster based on clusters from the border area of neighboring countries.

It is concluded that federal and more regional authorities should take a thorough approach to the development of regional development strategies through a cluster approach. This should take into account the exceptional features not only of the frontier subjects, but the individual characteristics of the immediate neighboring countries with which the Russian border is connected. This is justified by the fact that any international relations established in the zone of the frontier region are peculiar to their nature and, accordingly, the course of their

N. Dambaeva, East Siberia State University of Technology and Management,

Ulan-Ude

Н. П. Дамбаева, Восточно-Сибирский государственный технологический университет технологий и управления, г. Улан-Удэ

tashaom15@gmail.com

93

© H. П. ÄaMÖaeea, 2019

development. It was noted that taking into account such aspects as the specialization of the neighboring state, the historical relationship between the parties and a number of other features, will allow the border entity of Russia to develop the most effective strategic line of cluster development

Key words: borderland; border region; cluster; international cooperation; globalization; regional economy; development strategy; innovation; investment; cross-border relations

ведение. В системе экономического развития особой популярностью на протяжении долгого времени пользуется кластерный подход. На наш взгляд, подобный путь улучшения экономических характеристик территорий особенно благоприятен в современных условиях для хозяйственной системы приграничья. Как отмечают К. Разми-нене и М. Тваронавичене, «процессы глобализации рассматриваются как благоприятствующие развитию кластеров» [11].

Методология исследования. Существует острая проблема экономической депрессивности большинства порубежных субъектов России. Целью исследования является выявление главных преимуществ, получаемых приграничными регионами от реализации кластерной стратегии развития. Для достижения поставленной цели исследования автором использованы методы анализа и сравнения.

Результаты исследования и их обсуждение. В результате данного исследования получены следующие итоги, характеризующие ключевые преимущества, которые получают приграничные регионы от применения кластерного подхода. Во-первых, выяснено, что кластерный подход является эффективным способом повышения инвестиционной привлекательности порубежных территорий. Во-вторых, близость такого субъекта к экономическому пространству сопредельного государства в сопряжении с кластерным путем развития хозяйственной системы благоприятствует наиболее тесным и взаимовыгодным приграничным связям. В-третьих, кластерная реализация стратегии развития приграничья содействует положительному инновационному импульсу в субъекте. В-четвертых, создание кластера на территории порубежного региона должно предопределять появление в будущем трансгранично-

го кластера, организованного совместными усилиями с сопредельным государством.

Вопросом кластерного подхода в приграничном регионе занимались многие российские ученые, среди которых ряд исследователей уделяет особое внимание проблеме формирования на подобной территории кластера туристского плана. Такой интерес к туризму разъясняется в первую очередь признанным мировым сообществом его широким спектром положительного воздействия на все соприкасающиеся сферы жизнедеятельности территории и, соответственно, прибыльностью как для регионального бюджета, так и для бизнеса.

Согласно исследованию А. А. Дроздец-кой, посвященному разработке методики формирования приграничного туристского кластера, синтез кластера и порубежного субъекта несет большие плюсы, поскольку специфика приграничья дает данной отрасли потенциальные возможности активно развиваться. Так, для сферы туризма приграничный регион представляет такие преимущества, как «количество краткосрочно въезжающих иностранных туристов на территорию, местный приграничный обмен (пересечение границы туристами, местными жителями обеих сопредельных стран, бизнесменами), пропускная способность пограничных переходов» [2].

В свою очередь, в регионе вместе с развивающимся кластером ожидается комплексный сдвиг в улучшении экономической обстановки. Кластеры играют важную роль в развитии региона, потому их можно назвать неким генератором хозяйственного прогресса, а современные условия таковы, что приграничным зонам уделяется пристальное внимание по причине глобализации экономики. Это способствует тому, что государство направляет удвоенные силы на укрепление своих позиций в приграничном

сотрудничестве. В результате приграничный регион получает государственную поддержку и, следовательно, поступательное развитие территории, что гармонично сочетается с формированием здесь кластера, деятельность которого так или иначе будет соприкасаться с сопредельным государством. По нашему мнению, такая организация экономической жизни населения в приграничном регионе позволит кратно увеличить деловую активность как со стороны местного населения, так и со стороны иностранных инвесторов.

А. И. Большаков считает, что особенно чувствительной к глобализационным процессам оказывается зона приграничья. Так, любое государство, понимая всю стратегическую значимость порубежной территории, в соответствии с возникшими обстоятельствами должно предпринять определенные действия. Ученый к одним из таких действий относит создание на территории приграничных регионов туристских кластеров, имеющих большие шансы на успех «в силу высокой доступности для туристов». Тем самым созданный на пору-бежье туристский кластер будет не только способствовать укреплению приграничного сотрудничества субъекта, но и распространит свой положительный эффект в национальном масштабе путем улучшения международных контактов страны в целом [1].

Автор разделяет мнение А. И. Большакова, поскольку сосредоточение кластера в особенной геополитической зоне представляется некой предпосылкой для ответной реакции сопредельной страны. Так, при появлении по ту сторону границы аналогичного кластера можно говорить о возможности создания международного кластера на базе существующих смежных, что будет сопутствовать еще более тесным и эффективным связям. Иными словами, после реализации этого уровня кластерной концепции развития региона появившееся объединение приграничных кластеров будет способствовать тому, что усилившиеся взаимовлияния смежных территорий приведут к благоприятному укреплению пространства, уже в некоторой степени

сформированного за счет функций границы. Положительный эффект на экономику приграничного региона от действия такого вида кластера, по мнению автора, следует ожидать не только от туристского, как, к примеру, описывал А. И. Большаков, но и кластера с любой другой спецификой функционирования.

Согласно классификации, рассмотренной А. С. Михайловым, подобный кластер называется трансграничным. Характеризуется такой вид международного кластера составом участников, которые локализованы собственно в зоне порубежья соседних стран. Ученый акцентировал внимание на том, что приграничные регионы, продвигая кластерную концепцию на международном уровне, тем самым запускают «эффективный механизм инновационного развития» [6].

На наш взгляд, инновации представляют собой важный элемент, без которого не обойтись в стратегии развития любого приграничного региона. Это обусловлено тем, что в большинстве своем периферия страны не отличается высокими экономическими показателями, что является следствием удаленности от развитого центрального района страны, устаревших технологий производства и т. д.

Вопрос об инновационном развитии приграничного региона в призме необходимости повышения его конкурентоспособности затрагивает С. В. Тишков. Он утверждает, что приграничный регион первостепенно нуждается в получении новых знаний и технологий, поток которых возможен из-за границы. Ученый считает, что активизировать инновационные процессы в регионе могут кластеры, которые, в свою очередь, имеют зависимость от местного руководства. Так, вырисовывается некая схема связи элементов, которую С. В. Тишков представляет в виде «власть» — «наука-образование» — «производство». В данной схеме, как считает ученый, есть недостаток, выражающийся в том, что взаимодействие этих составляющих фактически «очень слабое», а это, несомненно, тормозит полноценное использование «инновационного потенциала». Соответственно, «отправная

точка» для интенсификации инновационных процессов видится в региональной стратегии характерной направленности, одной из задач которой является активное применение кластерного подхода развития. С. В. Тишков рассмотрел пути реализации кластерной концепции:

- предоставление пространства для сотрудничества в сфере определения и оценки новых видов потребительского спроса, а также новых технологических возможностей и вариантов поставок;

- обеспечение быстрого доступа к источникам новых компонентов, услуг и оборудования;

- оказание сильного воздействия со стороны конкурентов и коллег;

- предоставление доступа к имеющимся ресурсам мобильных и хорошо подготовленных специалистов, работающих в данном кластере, с целью содействия распространению наилучшего практического и технического опыта [8].

Мы согласны с ученым в том, что кластер как экономический механизм позволяет региону модернизировать систему своего хозяйства со всеми сопутствующими выгодами, давно доказанными мировым опытом, но при локации в приграничном регионе кластер получает дополнительные условия для его успешного функционирования. Это объясняется тем, что географическая близость такого региона к экономической системе другого государства обеспечивает качественно новое течение в его развитии за счет таких форм приграничного сотрудничества, как инвестиционная поддержка из-за рубежа, обмен технологиями, информацией и др. При разработке кластерной стратегии развития порубежного субъекта представителям регионального управления важно учитывать не только собственный потенциал, но и особенности сопредельного государства. Как пишет Е. Куценко: «... всегда существует риск того, что без государственной поддержки кластер не сможет перейти на делаемую траекторию» [10].

Выделим основные преимущества применения кластерного подхода к развитию экономики приграничного региона.

1. Укрепление в первую очередь экономических позиций приграничья, что позволит увеличить инвестиционную привлекательность территории для потенциальных вкладчиков из-за рубежа.

Для примера сравним два российских кластера из одной сферы деятельности. Согласно карте кластеров России, информационно-коммуникационными технологиями занимаются десять кластеров, из которых мы выбрали два ближайших друг к другу в границах одного федерального округа (Центральный федеральный круг): один располагается на территории приграничного субъекта (Смоленская область), другой — внутреннего региона (Орловская область) [5].

Помимо административно-территориальной локации, географической близости отобранных для анализа субъектов учтен год их основания (2015) и общий статус, выражающийся в поддержке ЦКР (Центр кластерного развития), что окончательно выравняло их по основным характеристикам. При таких условиях, на наш взгляд, главным их отличием становится сосредоточение в зоне приграничья или вне этой зоны.

Динамика инвестиционной активности в данных регионах за два года до появления кластеров и изменения этой динамики после их образования представлены в табл. 1 [9 ].

Анализ показал, что после одного года существования кластера в Орловской области ощутимых изменений не произошло, что можно считать нормой, поскольку данный проект находится на стадии запуска. Например, в 2014 г. по отношению к прошлому году инвестиционная составляющая финансовой системы в регионе увеличилась на 16,3 %, а за 2015 г. показатель даже сократился на 0,7 %. И только за 2016 г. в области объем инвестиций в основной капитал увеличился по сравнению с показателем 2015 г. на 3,5 %. То есть в течение четырех лет (с 2013 по 2016 гг.) динамика деловой активности в Орловской области получила относительно больший скачок даже до образования кластера.

Таблица 1 / Table 1

Объем инвестиций в основной капитал (за исключением бюджетных средств), тыс. р.*/ Volume of investments in fixed capital (with the exception of budget funds), thousand rubles

Регион / Region Года до создания кластера / Years before the creation of the cluster Года после создания кластера / Years after cluster creation

2013 r. 2014 r. 2015 r. 2016 r.

Орловская область / Orlov region 37535603 43635521 43335779 44856504

Смоленская область / Smolensk region 50060400 51368984 50454490 54740814

*Подготовлено автором на основании данных ФСГС

В Смоленской области появление кластера вызвало реакцию на следующий 2016 г.: инвестиции увеличились по отношению к прошлому году на 8,5 %, тогда как в прошлые годы динамика была нестабильной. До запуска работы кластера (в 2014 г.) объем инвестиций увеличивался по отношению к прошлому году на 2,6 %, а в 2015 г., как и в ситуации с Орловской областью, данный показатель сократился на 1,8 %.

Если обратить внимание на иные характеристики, к примеру, на количество участников в этих кластерах, то и здесь заметно их различие в скорости и способности к эффективной реализации кластерной концепции.

Так, «Территориальный инновационный кластер навигационно-телемати-ческих и геоинформационных систем с использованием спутниковых технологий ГЛОНАСС/GPS на территории Орловской области» составляют всего 13 участников, а «Кластер информационных технологий Смоленской области» — 22 [5].

Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что получить пользу от кластерной стратегии развития в виде такого важного сопутствующего ей элемента, как инвестиции, способен в большей степени приграничный регион, поскольку он является наиболее привлекательным для потенциальных участников или партнеров в силу наличия прямого выхода к Белоруссии и, соответственно, дальнейшей перспективы трансграничных связей со странами Европы, способствующих, в свою очередь,

еще большему инвестиционному потоку в регион.

2. Способствование стремлениям региона по развитию приграничного сотрудничества, в частности, по расширению доступа к экономическому пространству сопредельной страны, что является дополнительной возможностью улучшить положение отдельных сфер хозяйства не только на региональном, но и на национальном уровнях.

Полагая, что образование кластера в приграничном регионе имеет зачастую больший эффект в виде скорейшего увеличения инвестиционных поступлений, чем в случае его функционирования во внутреннем субъекте, автор считает, что при таком расширении инвестиционного потока происходит и постепенное улучшение всех отраслей региональной экономики.

Для анализа на карте кластеров России нами выбраны два кластера, занимающиеся сельским хозяйством: «Молочный кластер Вологодской области» и «Кластер по производству и переработке молочной продукции "Донские молочные продукты"» (Ростовская область) [5; 9].

При выборе кластеров мы исходили из соображений максимально возможной их схожести: по году основания — 2015 г.; по статусу — поддерживаемые ЦКР; по территориальной близости — европейская часть страны (в данном случае выбранные кластеры составили самый оптимальный вариант для анализа, хотя каждый из них относится к разным федеральным округам). Поскольку оба кластера специализи-

руются на сельском хозяйстве, обратимся к зяйства на появление кластера в регионе соответствующим статистическим данным (табл. 2). для выявления реакции данной отрасли хо-

Таблица 2 / Table 2

Продукция сельского хозяйства (в хозяйствах всех категорий), млн р.* / Agricultural product (in farms of all categories), million rubles

Регион / Region Года до создания кластера / Years before the creation of the cluster Года после создания кластера / Years after cluster creation

2013 г. 2014 г. 2015 г. 2016 г.

Вологодская область / Vologodsk region 22038 25588 28608 30822,1

Ростовская область / Rostov region 161301 191316 244325 280942,1

*Подготовлено автором на основании данных ФСГС

Таким образом, в процентном соотношении союз приграничного региона и образованного на его территории кластера показывает более плодотворный результат относительно кластерного подхода развития в рамках внутреннего субъекта страны.

Так как выбранные кластеры функционируют только третий год и мы располагаем статистическими данными с момента их образования за 2015 и 2016 гг., то для баланса рассмотрены и два года до их создания. Так, в 2014 г. в Вологодской области показатель произведенной сельскохозяйственной продукции равнялся 25588 млн р., что относительно 2013 г. выше на 16,1 %. В первый год запуска кластерного проекта в области данный показатель увеличился по отношению к прошлому году на 11,8 %, и в 2016 г. его положительная динамика продолжилась, процент роста составил 7,7 %.

В Ростовской области с 2013 по 2016 гг., как и в Вологодской области, сфера сельского хозяйства имеет положительную тенденцию. Отличие составляет лишь разница в скорости прогрессирования. Если в 2014 г. по отношению к 2013 г. продукция сельского хозяйства региона увеличилась на 18,6 %, то в следующем — на 27,7 %. Однако в 2016 г. рост относительно показателя 2015 г., увеличился, но не был столь отличным, как в первый год образования кластера (15 %).

Таким образом, можно сделать вывод, что в Вологодской и Ростовской областях именно темпы роста в 2013—2014 гг. проходили примерно одинаково, т. е. 16,1 и 18,6 % соответственно, но с момента реализации в них кластерной концепции развития территорий процентное соотношение этих темпов стало разниться более ощутимо. Так, в первый год существования кластеров разница темпов роста составила уже не 2,5, а 15,9 % в пользу приграничного региона. На следующий год темпы роста производительности в сельском хозяйстве снизились у обеих областей, но даже в этом случае разница в процентах была на стороне порубежного субъекта и составила 7,7 %, что является превышением темпов роста интересующего нас показателя Ростовской области над показателем Вологодской области почти в два раза.

3. Содействие инновационному развитию в приграничном регионе за счет обмена технологиями, знаниями, новыми принципами управления производством и др.

Инновации, как отмечалось ранее, являются незаменимой составляющей в развитии экономики. Такие элементы, как кластер, инновации и развитие экономики, составляют между собой тесную связь, причем фундаментально подкрепленную принципом сотрудничества. Так, Т. А. Прокофьева, В. В. Клименко отмечают, что «.современное производство

высоких технологий может базироваться только на процессах интеграции...» [7].

Приграничный регион, на наш взгляд, представляет лучшую площадку для существования кластерного образования. К примеру, с появлением в 2013 г. в Новосибирской области Инновационного кластера

информационных и биофармацевтических технологий ощутим значительный рост инновационных процессов.

Динамика объема используемых передовых производственных технологий представлена в табл. 3 [5; 9].

Таблица 3/ Table 3 Используемые передовые производственные технологии, млн р. */ Used advanced production technologies, million rubles

Регион / Region Года до создания кластера / Years before the creation of the cluster Года после создания кластера / Years after cluster creation

2010 r. 2011 r. 2012 r. 2013 r. 2014 r. 2015 r.

Пермский край / Perm region 5182 4510 4392 4395 4596 4764

Новосибирская область / Novosibirsk region 2483 2457 2538 2619 2790 2878

*Подготовлено автором на основании данных ФСГС

Анализ показал, что в Новосибирской области со времени работы на ее территории кластера инновационные процессы набирают все большие обороты. Если еще в 2010 г. используемые передовые технологии были в количестве 2483, то к 2011 г. они уменьшились на 1 %, но в следующем году произошел небольшой рост относительно 2011 г. — 3,3 %. За первый год работы кластера показатель увеличился на 3,2 %, количество технологий составило 2619. В последующие рассмотренные три года рост продолжился и составил в 2015 г. по отношению к прошлому году 3,2 %. Если сравним темпы роста этого показателя за три года до появления кластера и темпы роста за три года после запуска кластерного альянса, то увидим, что нестабильность сменилась положительной тенденцией.

В параллель приграничной Новосибирской области взят для сравнения идентичный по специфике и году основания кластер Пермского края, являющегося внутренним субъектом. В данном случае, как и в ситуации с Новосибирской областью, до образования инновационного кластера наблюдались колебания роста и упадка значений показателя. С 2013 по 2015 гг. в крае наблюдается стабильный рост числа используемых передовых производственных технологий. В этот период средний

темп роста интересующего нас показателя составил 4,2 %, тогда как в Новосибирской области, благодаря инновационному кластеру, средний темп роста - 4,9 %. Если сравнить переходное состояние регионов в 2012—2013 гг., т. е. первый год функционирования кластера, то заметна будет весомая разница в реагировании инновационной сферы субъектов на такую перестройку экономической системы: рост используемых передовых технологий в Пермском крае составил 0,1 %, а в приграничной области — 3,2 %.

4. Реальная перспектива по формированию единого трансграничного кластера на базе кластеров из зоны приграничья соседних стран, что станет «новым витком» по углублению связей между сторонами.

Заключение. Итак, подобный сценарий имеет место быть, поскольку экономическое усиление территории у границ страны посредством кластерного подхода однозначно вовлекает в процесс углубления приграничных контактов сопредельное государство. Так, вполне объяснимо появление аналогичного кластера и по ту сторону границы.

Примером создания на базе такого тесного порубежного альянса трансграничного кластера может выступить Медиконовая долина. Данный кластер расположился на

порубежье Дании и Швеции. Его специализация относится к области медицинских и биотехнологий, фармацевтики и медицинского оборудования [4].

Как пишет Л. Ф. Закиева, «кластер "Медиконовая долина" признан одним из наиболее успешно функционирующих биотехнологических кластеров во всем мире».

Можно говорить, что, благодаря такому грамотно выстроенному сотрудничеству, регион извлекает множество положительных моментов, что подтверждает «одно из лидирующих мест данного кластера в области здравоохранения и по количеству медицинских и фармакологических изобретений» [3].

Список литературы_

1. Большаков А. И. Формирование и развитие приграничных туристских кластеров [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.rguts.ru/templates/Rguts/images/sector/dissertation_council/ad_de-fences (дата обращения: 08.09.2018).

2. Дроздецкая А. А. Формирование туристских кластеров на приграничных территориях [Электронный ресурс] // Современные проблемы науки и образования. 2013. № 2. Режим доступа: https://www. science -education.ru/pdf/2013/2/545.pdf (дата обращения: 18.09.2018).

3. Закиева Л. Ф. Особенности формирования биотехнологических территориальных кластеров в крупногородских агломерациях // Известия Казанского государственного архитектурно-строительного университета. 2016. № 4. С. 155—161.

4. Захарченко Л. А., Медведева Г. Б. Трансграничный кластер как форма инновационного развития региона // Инновационное развитие экономики: тенденции и перспективы. 2015. Т. 1. С. 44—54.

5. Карта кластеров России [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.map.cluster.hse.ru/ (дата обращения: 09.10.2018).

6. Михайлов А. С. Формирование международных кластеров в Балтийском регионе [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.e]ibrary.ru/item.asp?id=19076532 (дата обращения: 28.10.2018).

7. Прокофьева Т. А., Клименко В. В. Проблемы формирования транспортно-логистических кластеров в регионах Российской Федерации // Вестник транспорта. 2012. № 3. С. 2—12.

8. Тишков С. В. Модернизация и инновационное развитие приграничного региона (на примере Республики Карелия) // Вестник Южно-Уральского государственного университета. 2016. № 3. С. 78—85.

9. Федеральная служба государственной статистики [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications (дата обращения: 06.09.2018).

10. Kutsenko E. Pilot innovative territorial clusters in Russia: a sustainable development model // Forsight-Russia. 2015. Vol. 9. No. 1. P. 32-55.

11. Razminiene K., Travonaviciene M. Economic globalization and its impacts on clustering / / Terra Eco-nomicus. 2017. No. 2. P. 109-121.

References_

1. Bolshakov A. I. Formirovanie i razvitie prigranichnyh turistskih klasterov (Formation and development of border tourist clusters). Available at: http://www.rguts.ru/templates/Rguts/images/sector/dissertation_ council/ad_defences (Date of access: 08.09. 2018).

2. Drozdetskaya A. A. Sovremennye problemy nauk i obrazovaniya (Modern problems of science and education), 2013, no. 2. Available at: https: //www.science-education.ru/pdf/2013/2/545.pdf (Date of access: 18.09.2018).

3. Zakieva L. F. Izvestiya Kazanskogo gosudarstvennogo arhitekturno-stroitelnogo universiteta (News of the Kazan State University of Architecture and Civil Engineering), 2016, no. 4, pp. 155—161.

4. Zakharchenko L. A., Medvedeva G. B. Innovatsionnoe razvitie ekonomiki: tendentsii i perspektivy (Innovative development of the economy: trends and prospects), 2015, vol. 1, pp. 44—54.

5. Karta klasterovRossii (Map of clusters of Russia). Available at: http://www.map.cluster.hse.ru/ (Date of access: 09.10.2018).

6. Mikhailov A. S. Formirovanie mezhdunarodnyh klasterov v Baltiyskom regione (Formation of international clusters in the Baltic region). Available at: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=19076532 (Date of access: 28.10.2018).

7. Prokofieva T. A., Klimenko, V. V. Vestnik transporta (Bulletin of Transport), 2012, no 3, pp. 2—12.

8. Tishkov S. V. Vestnik Yuzhno-Uralskogogosudarstvennogo universiteta (Bulletin of the South Ural State University), 2016, no. 3, pp. 78-85.

9. Federalnaya sluzhba gosudarstvennoy statistiki (Federal State Statistics Service). Available at: http:// www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications (Date of access: 06.09.2018).

10. Kutsenko E. Forsight-Russia (Forsight-Russia), 2015, vol. 9, no. 1, pp. 32-55.

11. Razminiene K., Travonaviciene M. TerraEconomicus (Terra Economicus), 2017, no. 2, pp. 109-121.

Коротко об авторе _ Briefly about the author

Дамбаева Наталья Петровна, аспирант, Восточно-Сибирский государственный технологический университет технологий и управления, г. Улан-Удэ, Россия. Область научных интересов: региональная экономика, международные отношения, кластерная концепция tashaom15@gmail.com

Natalia Dambaeva, postgraduatet, East Siberia State University of Technology and Management, Ulan-Ude, Russia. Sphere of scientific interests: regional economy, international relations, cluster concept

Образец цитирования _

Дамбаева H. П. Концепция кластерного подхода к развитию экономики приграничного региона // Вестн. Забайкал. гос. ун-та. 2019. Т. 25. № 1. С. 93-101. DOI: 10.21209/2227-9245-2019-25-1-93-101.

Dambaeva N. Concept of cluster approach to the development of the economy of the cross-border region // Transbaikal State University Journal, 2019, vol. 25, no. 1, pp. 93-101. DOI: 10.21209/2227-9245-201925-1-93-101.

Статья поступила в редакцию: 20.09.2018 г. Статья принята к публикации: 11.01.2019 г.