Виталий Ким и его ножи

Виталий Ким и его ножи

Александр Красников

- Добрый день. В эфире передача «Крутые парни» и с вами ведущий Александр Красников! Сегодня у нас в гостях интересный человек, автор и разработчик оригинальной серии тактических ножей Виталий Ким. Здравствуйте!

Виталий Ким

- Здравствуйте!

Александр Красников

- Виталий, первый вопрос, который хотелось бы задать: как вы вообще пришли к созданию и разработке ножей?.

Виталий Ким

- Ножи с детства любил. Первый нож лет в одиннадцать сделал собственными руками из напильников, как все баловались. А непосредственно к разработке, так думаю, начальной точкой стал 2005 год.

Александр Красников

- Что подтолкнуло? Почему?

Виталий Ким

- Это я впервые посетил выставку «Клинок», которая проходила в Центральном доме художника.

Александр Красников

- Ещё старая ЦДХ?

Виталий Ким

- Да! Я посетил эту выставку в связи со своим увлечением метания ножей. Там у них стоял стенд по метанию ножей и молодые ребята тренировались. Я со своими ножами пришел и мучил их дней пять. Познакомился со многими интересными людьми и первый раз увидел Игоря Александровича Скрылёва, Царство ему Небесное.

Александр Красников

- Конструктор, да?

Виталий Ким

- Да. Я считаю, без обид для всех, это был единственный на тот момент настоящий дизайнер, по моему мнению, режущих и колющих изделий. Хотя сам всегда называл нож «заточенной пластиной». У Игоря Александровича была такая ситуация, такой взгляд на конструирование ножей. Я метал разные ножи, и как-то мне пришло в голову, что хочется что-то такое, что будет мне интересно визуально, тактильно и в действии. Я решил запустить первые метательные ножи.

Александр Красников

- Именно метательные? О тактических даже речь не шла?

Виталий Ким

- Именно метательные. Да, что самое интересное, о тактических даже речь не шла. То есть не шла речь, на самом деле, я даже не задумался, я даже не знал! Для меня мир ножей был достаточно узок: прямые кинжалы, которые я не люблю, и всякие такие вещи, как хозбыт, ножи, чаки, естественно, этнические направления, финки. Но когда я поближе познакомился, в первую очередь я так думаю, надо сказать большое «Спасибо» выставке, потому что там было представлено широкое разнообразие и людей, и изделий. В результате в конце 2006 года я пришел к мысли, что стоит попробовать. То есть где-то год до этого я изучал, умными словами сказать, конъюнктуру рынка.

Александр Красников

- А каким образом? Это после «Клинка»?

Виталий Ким

- Да. Я начал посещать все ножевые магазины, которые находятся в городе Москва, либо такие торговые центры как «СпортХит». Там на трёх этажах абсолютно разные ножи и отечественного производителя, и ВДНХ одиннадцатый павильон, где был широко представлен отечественный и иностранный производитель, ну и, само собой, магазины «Басселард». Знакомился с людьми, с изделиями, кое-что покупал, что-то продавал. То есть имеется в виду то, что уже купил. С того времени у меня очень неслабая сложилась коллекция разных ножей и иностранных производителей, и отечественных. Как память о тех временах. А в 2007 году я решил заказать первую партию ножей на мануфактурном производстве, скажем так.

Александр Красников

- То есть у вас не кустарное производство, оно где-то отдельно?

Виталий Ким

- Да, я считаю, что то производство, на котором я размещаю заказы, во-первых, одно из самых гибких, мощных, несмотря на то, что дорогостоящих, с хорошим станковым парком, скажем так. Действительно людям на данный момент, я понимаю это, потому что они изготавливают те изделия, которые я им заказываю, достаточно сложных форм, способов обработки металла. То есть появились новые подходы, действительно, в технологичности изделий.

Александр Красников

- А можно уточнить, Виталий? А выбор производства был или вы сразу куда-то пришли?

Виталий Ким

- Знаете, есть такой небезызвестный в нашем ножевом мире товарищ Гусев, знаете, да? Даже не помню, кто мне посоветовал обратиться к Гусеву по поводу производства. Я обратился к Гусеву, огромное надо ему сказать «Спасибо». Можно сказать крёстный отец по части производства. Он сразу указал на определённого производителя.

Александр Красников

- Куда идти и где заказывать?

Виталий Ким

- Да. Как для человека, который размещает изделия собственного дизайна, он указал на то, что этот производитель не будет копировать мои изделия и, допустим, отдельно их реализовывать, не будет воровать идеи, не будет пользоваться, доверием, что мы действительно на протяжении уже более восьми лет наблюдаем, действительно этот производитель не пользуется этим.

Александр Красников

- А вы в России производите?

Виталий Ким

- Да, мы производим в России.

Александр Красников

- Хорошо, тогда вопрос: вы начали с метательных ножей, а когда к тактическим ножам подошли. И вообще, почему вдруг тактические?

Виталий Ким

- Начнём с того, что, во-первых, я даже не знал этого слова на тот момент.

Александр Красников

- Да, слово такое хитрое.

Виталий Ким

- Да, я не знал. И к ножам я подходил с точки зрения их использования, а с точки зрения дизайна.

Александр Красников

- Метательные ножи с точки зрения дизайна?

Виталий Ким

- Да, как бы это смешно не звучало, что для меня дизайн в первую очередь, как оказалось впоследствии, и с метательными, и с так называемыми тактическими ножами дизайн поставленного угла сыграл весьма положительную роль. Нет, конечно, разговора о пресловутой «Золотой середине», об эталоне каком-то. Но я так подозреваю, что в формах тактических и метательных ножей мы выбрали почти весь полезный потенциал: потенциал дизайнерский, потенциал практический. Может быть, это звучит как похвальба, но история и попытка околоножевого, окружающего нас, околометательного мира, создать что-то новое и революционное в дизайнерском плане, в плане использования близкого к этому делу контингента, то есть настоящих метателей, не тех людей, которые балуются и развлекаются, а именно стремительно развивающихся в спорте метателей ножа. Мы это видим, действительно так и есть: все наши конкуренты, которых мы имеем счастье наблюдать рядом с нами, практически исследуют фарватеры наших изделий. Вплоть до того, я знаю случаи, когда наш небезызвестный метательный нож путём ручного напилинга был превращен в якобы авторский нож другого человека и на данный момент выпускается.

Александр Красников

- Может быть, автор посчитал, что убрал лишнее?

Виталий Ким

- Самое интересное, что прошел ещё короткий промежуток времени, и этот же человек таким же образом стесал две других наших модели и представил их как свои. На самом деле, этот человек достаточно близкий нам, мы его хорошо знаем, хоть и не любим. И потому мы спокойно относимся, это наш человек, коллега, можно сказать, и мы не предъявляем никаких претензий, но как говорится, чутка дискомфортно.

Александр Красников

- Понятно. Хотел задать вот такой вопрос по тактическим ножам: а как рождается форма? У вас явно, смотришь на ножи, и виден почерк, характер. Я посоветую нашим слушателям зайти на сайт kimknife.ru, чтобы посмотреть ножи, о которых мы говорим. Именно по оригинальности режущей кромки, форм, спусков. Как рождается? Почему вдруг среди ножей, которые являются инструментом уже тысячи лет для человека, вы начали искать что-то своё, что-то новое в форме и дизайне?

Виталий Ким

- Удивительным образом, знаете, первые режущие ножи, в ряду которых появился первый тактический нож – это три малыша у нас было представлено в 2007–2008 году. В 2008 году осенью на выставке «Оружие и охота», о чем свидетельствует фотография в одном из журналов, была тройка ножей «Резус», абсолютно рабочий нож, «Ёжик» и «Дикобраз» – самый первый. Знаете, трудно причинно-следственную связь проследить. Для меня такое ощущение до сих пор складывается, что когда я рисовал «Ёжика», то он рисовался именно как ёжик. И потому ранняя модель, если кто ее видел, она одна у меня сохранилась, как образец, сделанный мною вручную, он действительно как ёжик. Современные наши «Ёжики» шейники тоже похожи: форма клинка соответствует силуэту ёжика. Когда я «Ёжика» нарисовал, я подумал, что он выглядит достаточно академично, как классический ворнклиф (wharncliffe) по типу клинка. Единственное, что гребень, который мы сформировали дополнительно в полуторном лезвии, он, скажем так, чуть революционен для ворнклиф . Но, тем не менее, он выглядел классически. И я подумал, что если изменить форму «Ёжика» необычным способом, внести в геометрию клинка определённые критические и векторальные изменения, то он будет не как наш ёжик – средняя полоса России, а как дикобраз – достаточно экзотическое, но близкое по духу животное: оно выглядит не как ёжик, но близко к ёжику. Такая же история с ножом «Дикобраз»: выглядит, как ёжик, но он не как ёжик. Я говорю про то, что это не от ножей, а больше от природы. Это взгляд в ассоциативе: есть простое, как «Ёжик, допустим. «Ёжик» даже для меня простой, хотя люди считает, что это достаточно тактический нож. А что-то такое, что будет выглядеть необычно, но в своих жестких линия будет иметь определенную гармонию, определенные параллельные линии, которые действительно, если приглядеться, пересекаются. В режущих кромках, я имею в виду. И, скажем так, одновременно отсутствие прерываний силуэта, что родило на тантоидных клинках типа «Ёжика» – это кинжаловидный строй с отсутствием ребра жесткости на плоскости клинка в основном лезвии, то есть в месте перехода в кисаки. Трудное, может быть, для всех понимание, имеется в виду на тантоидный угол, который расположен на основном лезвие спереди клинка. Я считаю, что это исключительно наше ноу-хау, в хронологическом порядке можно проследить. И мы имеем счастье наблюдать с 2013 года наше ноу-хау на изделиях сначала кастомных зарубежных мастеров, а теперь мы видим в серии известных фирм типа «CRKT», не посчитайте за рекламу. И даже «Cold Steel», пусть не обижается Линн Томпсон, но это правда. На прошлогодней выставке «Арсенал» товарищ подошел ко мне и сказал, что я украл у Линна Томпсона свой нож «Хваран», который безумно похож на «Craft Tanto». Надо сказать, не свойственная рукоять для «Cold Steel», она свойственна нашему «Хварану», к сожалению, для Линна Томпсона, но, тем не менее, мы не имеем никаких претензий ни к кому, тем более к иностранным производителям.

Александр Красников

- Виталий, я правильно понимаю, что к разработке ножей вы пришли с дизайнерской стороны, и потом люди эти ножи, которые вы сделали, начали относить к категории тактических, то есть не было захода в эту тему с военной тематики, а именно с дизайнерской стороны?

Виталий Ким

- Нет. С моими товарищами и коллегами на данный момент, конкурентами даже, я познакомился уже после того, как создал первые, так называемые тактические ножи, такие, как «Дикобраз» и «Рекс». Я в Интернете не присутствовал и на guns.ru не присутствовал. Мне на выставку приносили фотографии с распечатками с форума guns.ru в котором уже обсуждались мои ножи. То есть самый первый флагманский, на тот момент, нож – это «Дикобраз-2». Обсуждались в контексте дизайна и в контексте практического использования в тех областях, в которых используют эти люди. Но чаще всего, слава Богу, это простое тестирование, испытание различных форм клинков и ножей разных производителей.

Александр Красников

- Хорошо. Давайте прервемся на небольшую музыкальную паузу, после которой рассмотрим вопросы тестирование ножей.

Александр Красников

- Возвращаемся к теме тактических ножей с Виталием Кимом. Виталий, вопрос к вам такой: коли ваши ножи так или иначе относят все-таки к тактическим, вы не могли бы высказать свое мнение, какие функции должны быть в тактическом ноже, какие понятия относят нож к тактическому, на ваш взгляд?

Виталий Ким

- Я близок, я так думаю, к большинству разумному, что тактический нож – это нож, который важен в определённый момент в определённой ситуации. Когда подразумевается городской тактический нож, это подразумевается небольшой, функциональный нож. Для меня это нож небольшой, но с 2–3 режущими кромками, имеющий определенную форму, которая при коротком клинке будет помогать оператору. То есть, если вам, не дай Бог, придется разрезать ремень безопасности в автомобиле, и лучше его разрезать тем инструментом, который сразу взорвет этот ремень, а вы не будете по нему возить полдня.

Александр Красников

- У него вогнутая режущая кромка?

Виталий Ким

- Либо вогнутая, либо имеющая угол тантоидный, либо несколько углов.

Александр Красников

- Режущий угол вы имеете в виду?

Виталий Ким

- Да, именно, угол на основной режущей кромке. Это угол тантоидный, скажем так, чтобы было более понятно. Форма наших ножей подразумевает именно облегченное использование: небольшое приложение силы при выдающемся результате. На удивление, это так и происходит из дизайна проистекла практическая, стопроцентная, по моему мнению, реализованность самого дизайна: так, как он выглядит, так он и работает. А работает он весьма эффективно именно благодаря определённым находкам, которые нам повезло найти для тантоидных клинков. А что может быть более тактическое, по моему мнению, как ни тантоид? То есть нож, который имеет несколько векторов направления режущих кромок, который имеет угол концентрации, который без усилия, даже женщиной и ребенком, разрежет неподатливый в других случаях рабочий материал, там, где классическим дроп-поинтом, допустим, вы будете возить и пилить. Надо сказать чуть-чуть несправедливо, конечно, я к дроп-поинту отнесся, потому что даже классические формы клинков могут способствовать качественному резу. К примеру, мне чуть-чуть не понравилось, что нас ассоциируют исключительно с тактическими ножами, но для этого мы выпустили несколько рабочих ножей, которые имеют не меньшую популярность, чем наши тактические ножи.

Александр Красников

- Это вы, о каких говорите?

Виталий Ким

- Это я говорю о «Хваране», «Резусе», который давно выпускает, об «Ункасе», которые очень-очень популярны, на удивление.

Александр Красников

- Но это не тактик по сути?

Виталий Ким

- Это абсолютно не тактик. Его покупают люди, которые туризмом занимаются, охотой занимаются. Вот у нас один, на удивление, один из тактических ножей, который покупают рыбаки – это «СПЕЦ-5». Он очень легкий, имеет четыре режущих кромки, он резучий, едкий, можно сказать. Он действительно близок к тактическим ножам, но большинство людей, которые его покупают – это люди, которые рыбачат. Он действительно очень удобен, допустим, ковырять и чешую убирать, и всякие другие дела. Для меня нож не делится на тактический или какой-то рабочий, если глубоко взглянул на эти вещи. В любом случае даже рабочий нож для меня – та же самая дизайнерская работа, как тактический нож. Можно сказать такую крамольную вещь: в тактическом ноже больше свободы для дизайнера. Потому что это определение «Тактическость» слегка натянутое, достаточно широкое. Я наблюдаю это последние года два в связи с модой на это слово, в мастерской guns.ru, где сидят аксакалы, которые, кроме финки, ничего и никого не признают. Даже у этих ребят появились изделия, индивидуальным порядком сделанные, которые они включают в названии «Тактические» и называют, к примеру, «Городской тактик». По сути, нож – простой нож, просто маленький.

Александр Красников

- То есть вы не выделяете по большому счету, да?

Виталий Ким

- Нет, я считаю, если тот же нож шейного ношения не может быть простым. То есть это профанация, это дилетантизм, я считаю, когда человек создает шейник и делает просто уменьшенную копию просто ножа. Во-первых, это неинтересно, скучно, во-вторых, это с практической точки зрения обычная форма клинка, уменьшенная, допустим, в два раза, она теряет эффективность. Шейник – это не просто украшение или аксессуарчик, шейник – это нож, который при своём коротком клинке, неудобной рукояти, о рукояти там вообще отдельная история по шейникам, я считаю, должен отрабатывать на все 100% эффективности своей длины клинка, грубо говоря, и возможности всех его режущих кромок.

Александр Красников

- А вот у вас, насколько я знаю, есть несколько моделей шейных ножей. Более того, есть шейные ножи, которые с удовольствием берут женщины украшенные. То есть был нож в виде зуба акулы, очень интересный и другие модели.

Виталий Ким

- Да. Для меня в шейниках очень интересно в этом плане проявила себя моя дочь. Она закончила художественную школу Андрияки и сейчас учится на факультете дизайна Косыгина на Ленинском проспекте. Надо сказать, хорошо учится. Так вот она у нас рисует на клинках либо заданные темы, либо те темы, которые ей самой интересны. Она у нас в прямом смысле художница: хочет – рисует, хочет – нет. У неё нет, допустим, вдохновения, она не будет рисовать. Хотя, надо сказать, материально это очень мощно для нее.

Александр Красников

- Я хотел уточнить, она рисует же с рисунком или травлением?

Виталий Ким

- Да, сначала рисуется, потом нам травит очень близкий наш товарищ, который сам непосредственно занимается травлением. Он нам протравливают большинство её нарисованных работ. Часть из этих работ уже появились в некоторых журналах, в таком журнале, как «Мужской стиль», есть очень интересный нож, который она разрисовала, а мы протравили.

Александр Красников

- И дочь нашла применение, да?

Виталий Ким

- Да, она получает зарплату больше, чем я, прямо на карту! И она ещё не хочет это делать, то есть ленится.

Александр Красников

- Травленые ножи у вас есть очень интересные, рисунки оригинальные, которые передают какую-то тему, допустим, японскую или еще что-то. И особенно шейные ножи небольшие у вас есть модели, украшенные, да?

Виталий Ким

- У нас есть модель «Кирьян». Три таких маленьких шейных «Кирьяна» она украсила, нарисовали драконов разных стихий: на каждом ноже, на одной стороне клинка был нарисован дракон огня, воды и воздуха. А на обратной стороне этих клинков были нарисованы символы, потом мы протравили, и получилось действительно очень красиво. Естественно, они все моментально продались.

Александр Красников

- Всё оригинальное и ручной работы, несомненно, уходит быстро.

Виталий Ким

- Они были действительно красивые, даже не хотелось отдавать, но, как всегда, мне ничего не оставили.

Александр Красников

- Не осталось у вас?

Виталий Ким

- Нет, ничего. У меня даже моих травленых ножей нет, потому что либо друзья, либо родные, когда они видят и просят, мне неудобно отказывать.

Александр Красников

- По сути это кастомные ножи, да? То есть на серийке вы делаете за счет этого?

Виталий Ким

- Да, по сути, дорожают изделия достаточно заметно, но появляется яркая индивидуальность, потому что даже повторить достаточно сложно, когда человек вручную либо рисует, либо создаёт общий образ ножа. Для меня это комплекс подходов – это травление, индивидуальная лазерная гравировка на рукоять. Я так подозреваю, мы первые в мире начали использовать газовый лазер для гравировки рукояти и различных материалов, начиная от дерева, заканчивая карбонфиброй.

Александр Красников

- Этот интересный и необычно оформленный материал рукояти гравируется лазером? Это не ручная работа?

Виталий Ким

- Да, это гравируется лазером газовой накачки и повторюсь, подозреваю, что мы это начали делать первые в мире. Во-первых, это очень быстро, во-вторых, это технологично в плане повторяемости и, несмотря на то, что это высокотехнологично, возможно задать индивидуальность любому рисунку вплоть до создания на рукояти своего собственного, который мы впоследствии сможем перевести в векторный рисунок и нанести на рукоять личного ножа для человека, и повторяться не будет.

Александр Красников

- Вы иногда принимаете заказы на индивидуальные ножи?

Виталий Ким

- Да, когда мы от базовых моделей меняем накладки на рукояти, мы предлагаем как бесплатную услугу нанесение любого узора вплоть до того узора, который предоставит человек, то есть абсолютно индивидуально. Сам я предпочитаю простые вещи типа оружейного микроромбика. Но людям нравится, мы начали наносить очень интересный узор «Змеиная кожа», и он действительно очень хорошо смотрится, на вид как змеиная кожа.

Александр Красников

- А в руке?

Виталий Ким

- И в руке шершаво, антифрикционно и очень приятно. Недавно мы сделали человеку «змею». Дочка нарисовала на одной стороне клинка змею, и мы на рукоять нанесли лазерную гравировку а-ля «Змеиная кожа». Получилось очень красиво.

Александр Красников

- А вы на выставке «Клинок» будете показывать эти ножи?

Виталий Ким

- Они моментально оказываются на руках и, как правило, они заказные: люди заказывают либо тему, либо какое-то общее направление, а мы можем создать это, либо конкретный рисунок или вплоть до фотографии того, что касается травления. У нас были случаи травления на больших клинках, которые сделаны с фотографии. Было представлено две фотографии, и с двух сторон клинка были нанесены рисунки, которые были впоследствии протравлены, надо сказать повезло, потому что травление по кованым изделиям чревато неожиданностями. Нам повезло, получился очень красивый рисунок. Эти заказы непрерывно идут, поэтому у нас и травильщик, и ручечник находятся постоянно в перманентной занятости, очередь определённая держится 2–3 недели в среднем. Мне даже самому интересно, иногда так хочется что-нибудь своё на каком-нибудь личном ножике нарисовать, чтобы дочь нарисовала, мне протравили и, наконец, у меня появилась вещь своя, которой я мог бы хвастаться и одновременно использовать, как обычный нож.

Александр Красников

- Всё понял, очень интересно. И следующий к вам мой вопрос: Виталий, в Интернете есть видеоролики по тестированию ваших ножей, в частности и с вашим участием. Там есть ножи достаточно большие, которые необычно большие, к примеру, «Дикобраз-maximus», и на видеоролике были показаны возможности ножа порубки. Вы знаете, даже для такого большого ножа, я бы сказал, его качества ближе к рубящим изделиям, чем к режущим. Потому что там помимо дерева с двадцатисантиметровым диаметром ствола, оно было разрублено в считанные минуты. Расскажите, пожалуйста, о тестировании ножей, как проводится, и какие нюансы здесь есть для ваших ножей?

Виталий Ким

- Практически любой нож, будь он тактическим, не тактическим, мы его тестируем самостоятельно либо отдаём на тесты. Как правило, абсолютно безжалостные тесты, особенно когда мы отдаём, в ролике в «YouTube» это демонстрируют. Либо тесты, которые свидетельствуют о возможности на порез, в совокупности порезов, уколов, рубящего, ковыряющего, и выносливость в первую очередь самих клинков.

Александр Красников

- Выживаемость ножа? Сломают или нет, выживет, выдержит?

Виталий Ким

- Да. Наряду с выживаемостью ножа есть восстанавливаемость, продемонстрированная в некоторых роликах после разрушительного воздействия на режущую кромку. Такого, как удар в металлические изделия, вплоть до других ножей. Надо сказать спасибо нашему термисту. Наш вид стали не считается вязким и упругим, скорее всего, он хрупкий.

Александр Красников

- О какой стали мы говорим?

Виталий Ким

- Мы говорим о кованой 95х118 стали. Она до долгого времени считалась достаточно хрупкой, но я думаю, что наш термист нашел золотую середину, что износостойкость высокая. Она действительно стала вязкая. Даже при воздействии на жесткие цели, к примеру, металлические. Как правило, я больше предупреждаю о металле, а не о костях: кости не наносят такого разрушения режущей кромки, как металл. Я к тому, что об металл не выкрашивается чаще всего.

Александр Красников

- Сминается?

Виталий Ким

- Да, она заминается, что легче позволяет ее восстановить. Всякие такие моменты демонстрируются, кстати, в некоторых роликах.

Александр Красников

- А какие? Можете кратко рассказать, как тестировали ваши ножи?

Виталий Ким

- Как тестировали? Трудно сказать. Во-первых, для рубящих, для больших ножей мы действительно пробуем рубить поваленные деревья, крупные цели, требующие ударного воздействия. А режущие ножи мы отдаём на тесты непосредственно операторам, отдаём на тесты на выставках. На выставке «Клинок» проводится даже не тест, а соревнование на рез. Проводятся специальные тесты, мы тоже отдаём эти ножи. Трудно сказать, что именно ими делается, легче сказать, что ими не делается, несмотря на мои предупреждения. Потому что я считаю, что нож предназначен, чтобы резать, и даже если нож большой и рубящий, то он не для того, чтобы рубить железо.

Александр Красников

- Не предназначен?

Виталий Ким

- Да, я считаю, если необходимость возникнет, мы показываем, что, к примеру, замок вырубить из двери, если понадобится, то он вырубит и выковыряет. Я знаю несколько пользователей моих ножей, а надо сказать, что они не пользователи одной модели. Как правило, они попадают в кабалу моего обаяния, и у них три, пять, семь, десять моделей наших ножей.

Александр Красников

- Разные модели? Каждый под разные цели используется?

Виталий Ким

- Да. Надо сказать, радует один такой момент, что большинство так называемых тактических ножей обретают фактически вторую жизнь на полке: владельцам нравится именно их геометрия, их форма, их дизайн и, скажем так, мой подход к ножам. Это действительно не ножевой, не боевой подход, это не подход со стороны боевых искусств. Мой очень хороший знакомый, известный дизайнер, достаточно известный человек в узких кругах, потому его фамилию называть не будем, он занимался разработкой кое-каких вещей для «Mercedec» и «Ferrari». Он свежим взглядом мне так и сказал, что я больше не в ножах, что я больше в дизайне. Но на удивление это тот случай, когда прияственность линий, геометрии, форм для меня вылилась в яркое явление в мире тактических ножей. Явление нового толка, порядка и взгляда именно не на кривульку, пихалку, тыкляло, а взгляд на красивый, я считаю, интересный, надо сказать важную вещь, наиболее эффективный модельный ряд для пресловутого тактического применения. Вот так вот скромно.

Александр Красников

- Интересно. Неожиданно, на самом деле, Виталий, я думал, что вы всё-таки на разработку тактических ножей зашли через боевые искусства и спорт, которым вы увлекались, а оказалось, со стороны дизайна. Для меня это действительно сюрприз, и что ваши ножи отнесли к категории тактических ножей, хотя, в общем-то, как я понял, туда и не стремились, да?

Виталий Ким

- Я даже не знал об этой нише, если честно. Я даже не знал о такой знаковой фигуре и о таком ноже как «НДК» и Андрей Николаевич Качергин, я понятия не имел. Когда я нарисовал свой метательный нож «Спец», который имеет угол в основной режущей кромке, вот тогда в 2008 году Боб Лам умер, Царство ему Небесное, я считаю его отцом для своих тантоидов. Таких как «Хваран». Так вот, когда мне принесли «НДК», и тогда я впервые увидел это изделие и услышал о понятии «тактические ножи». Мало того, я услышал понятие «гражданский ножевой бой», то есть не гражданский, а спортивный. Я это понимал и слыхал раньше краем бока, и был знаком с армейским боем, но я даже не представлял, что это, оказывается, существует в гражданской жизни. И вот когда мне принесли первый раз, начали рассказывать, потом мне принесли распечатку с форума gunz.ru, на которой обсуждается мой нож «Дикобраз» именно в контексте ножевого боя, тактических ножей. Хотя я ни сном, ни духом, если честно. Есть у меня близкий товарищ, который приобрёл этот нож у нас в 2008 году. Человек близкий к спорту, близкий к различным боевым искусствам, но он этот нож использует для прививки садовых деревьев у себя на даче, и он так доволен этим ножом! И действительно, чрезвычайно удобная вещь для прививки саженцев, деревьев, потому что он имеет вогнутую режущую кромку, он имеет дополнительную выгнутую режущую кромку на гребне, имеет и короткую режущую кромку, и угол воздействия, который не грубый, а именно деликатный скальпельного воздействия. Именно благодаря сквозной врезке без отсутствия угла, извиняюсь за эти частности. А так, по большому счету, это так и есть из-за того, что для меня это красота, любая линия в наших тактических ножах не то, чтобы идеальна, но она стремительна, находится в контексте формы и общего моего взгляда на ножи. Конечно, я могу сказать, тенденция, которая сейчас существует в развитии новых модельных вариантов, она уже близка к тому, чтобы частично зависимость начинает присутствовать от рынка. Тут, я так считаю, это жизненная необходимость, то есть конъюнктура, спросы и всякие такие пожелания. Естественно, мы не стоим на месте, стараемся смотреть в разные стороны.

Александр Красников

- Это хорошо, что не останавливаетесь на достигнутом. Я хотел поинтересоваться у вас: не так давно, пару лет назад, вышел складной нож Виталия Кима Напомните, пожалуйста, название?

Виталий Ким

- Он называется «REX-F/S».

Александр Красников

- Вопрос такой: правильно я понимаю, что вы складные ножи начали делать производство не в России?. Расскажите, пожалуйста, подробнее с какими трудностями столкнулись? По-моему, вы единственный из производителей ножей, кто обратился за рубеж для производства ножей и какой результат вы получили, Виталий?

Виталий Ким

- Надо сказать без лишней скромности, что да, мы в Юго-Восточной Азии разместили свой первый заказ на свой первый складной нож, который сформирован на базе нескладного нашего ножа «Рэкса», полностью повторён силуэт клинка с определёнными изменениями. И, без лишней скромности, мы протоптали на тот момент дорожку к этому производителю.

Александр Красников

- Это Китай?

Виталий Ким

- Да, это Китай. И уже несколько производителей. Известный в узких кругах Кевин Джон. И несколько отечественных товарищей наших уже размещали там заказы, уже эти заказы получили и сейчас достаточно активно занимаются продвижением своей продукции на рынке.

Александр Красников

- Извините, а почему Китай? Почему не в России? Почему к тому же производителю, с которым вы работаете, вы не доверили это направление? Это специфика своя?

Виталий Ким

- Да. Я бы сказал так: я бы доверил это направление, если бы он имел возможности, опыт, материалы и оборудование к изготовлению. Я так подозреваю, что даже дело за оборудованием бы не стало, тут больше требуется квалификация кадров, определённых людей, которые будут заниматься. Но тот, кто видел этот наш нож, он достаточно сложный, сложная форма клинка. Даже производитель Юго-Восточной Азии замучался, скажем так, делать макеты на клинок, а рукоять мы использовали от другого известного ножа, потому как этот же производитель потребовал, во-первых, десятикратного увеличения бюджета для создания новой, оригинальной рукояти, а во-вторых, изготовление в три раза больше изделий, чем мы изготовили. На тот момент у нас абсолютно не хватало средств, мы не могли себе позволить, да и на запуск этого не хватало ничего. Но я, как настоящий фанат, я до сих пор выплачиваю долги и от реализации этого ножа, как правило, не имею ничего, потому что у меня есть партнёр, который должен был заработать на этих изделиях, он зарабатывает. А для меня это, скорее, альтруизм и создать что-то такое складное, что я сам буду носить и пользоваться.

Александр Красников

- Щелчок знакомый.

Виталий Ким

- Действительно я ношу это изделие уже больше года, вполне себе доволен, честно говоря. В первую очередь, я могу ещё сказать по поводу производства в России складных ножей, что наш производитель может делать складные ножи, но это примитивные ножи конца 70–80 годов советского производства. А нас интересовало высокотехнологичное изделие, изделие, которое сможет повторить наше лицо, наш дизайн клинка. Открою такую небольшую тайну: я пробовал обращаться три с половиной года назад к отечественным производителям по поводу изготовления складного ножа. Они достаточно известны, поэтому я не буду говорить, кто это, могу сказать лишь одно – на момент трёхлетней давности на изготовление ста изделий были объявлены полтора миллиона рублей.

Александр Красников

- Вот так! А во сколько вам обошлось производство в Китае?

Виталий Ким

- В среднем в два раза меньше с учётом доставки, рисков всех.

Александр Красников

- Удивительно. А вот такой вопрос, он короткий: если вы задумаете делать ещё один складной нож, опять к этому производителю пойдёте?

Виталий Ким

- Я на данный момент считаю, очень трудная ситуация у нас экономическая, изменились ценовые позиции на изготовление, очень сильно изменились, надо сказать. Я бы с удовольствием разместил в России, но это требует, скорее всего, именно дизайнерского, конструкторского подхода, чтобы обеспечить простоту и технологичность для отечественного производителя, именно для нашего. Нам приходится думать, чтобы ему было легче это сделать. У нас есть кое-какая задумка, мы не будем об этом сейчас говорить. Приходится думать об упрощенной конструкции для создания технологичности, упрощение технологии изготовления, но и в тоже время без потери функциональности и красоты, скажем так. Это достаточно нелёгкая задача, но она решаема, и дай Бог им здоровья, старые кадры уходят, а на их место приходят молодые, более гибкие, я имею в виду производители, более горящие своим делом. Им пока ещё интересно, вот этим молодым людям. А мы в свою очередь уже сумели их заинтересовать и начинаем их толкать на более сложные и интересные вещи.

Александр Красников

- Хорошо. Виталий, наша передача подходит к концу и в завершении хотелось бы поинтересоваться какие планы на будущее? Куда вы собираетесь развиваться дальше в плане разработки ваших ножей?

Виталий Ким

- Планов громадье! На самом деле. Удивительно, в России, видимо, так: пока петух, как говорится, не клюнет и гром не грянет, у нас никто не крестится и в больницу не ходит. Это я к тому говорю, что удивительным образом становление нас в нелёгкие экономические условия вызывает наоборот огромное желание делать что-то новое. И скажем так, мы запускаем действительно, это вы в точку попали, мы запускаем абсолютно новый продукт, клинковый продукт, которого ещё не было на рынке ни за рубежом, ни у нас. Это будет новая ниша, я считаю, очень интересная, широко развиваемая в разные стороны, и в сторону размерных номинаций, и в сторону необычности форм. Дня три назад я разговаривал с экспертом ЭКЦ МВД, так вот этот опытный человек даже не знает, как мы будем проводить эти изделия, потому что они не попадают ни в одни категории, ну и, слава Богу, они не попадают в холодное оружие. Так что ждите, ребята!

Александр Красников

- Когда?

Виталий Ким

- Я так думаю, не позже, чем через месяц. На ближайшей выставке «Клинок» будет представлен новый модельный ряд «дикров», включая «Дикр-интеграл» с волнистым серрейтором на полуторном лезвии, двумя типами серрейторов, скажем так.

Александр Красников

- Ну что ж, спасибо вам, Виталий за интересный разговор. Наших слушателей мы приглашаем на выставку «Клинок» для того, чтобы познакомиться с новой линейкой ножей Виталия Кима. С вами была программа «Крутые парни» и в гостях у нас сегодня был разработчик тактических ножей Виталий Ким. Спасибо вам, Виталий! Всего доброго!

Виталий Ким

- Всего доброго! Спасибо!