Существенные условия договора обеспечительной уступки денежного требования

Только выход соответствующих постановлений Правительства Российской Федерации завершит в основном формирование правовой основы для передачи религиозным организациям государственного или муниципального имущества религиозного назначения. Часть отмеченных недочетов может быть устранена на этапе подготовки таких нормативных актов.

Конечно, в рамках отдельной статьи невозможно рассмотреть все те изменения и нововведения, которые содержит Федеральный закон от 30 ноября 2010 г. № 321-Ф3 «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». Тем не менее проведенный анализ позволяет сделать вывод о том, что если исправить отмеченные недостатки, принятие Закона в целом благотворно скажется на регулировании отношений по передаче имущества религиозного назначения религиозным организациям.

А.Е. Раздобудько*

СУЩЕСТВЕННЫЕ УСЛОВИЯ ДОГОВОРА ОБЕСПЕЧИТЕЛЬНОЙ УСТУПКИ ДЕНЕЖНОГО ТРЕБОВАНИЯ

Ключевые слова: договор обеспечительной уступки денежного требования, факторинг, обеспечительная уступка, финансовый агент, клиент, существенные условия договора, денежное требование.

A.E. Razdobudko. Important terms of precautionary concession of the monetary requirement contract

There is a problem of legal treatment of a special type of factoring — the precautionary concession of the monetary requirement contract, because the norm of precautionary concession is included in the chapter 43 Civil Code of Russian Federation (Financing of Concession of Monetary Requirement) and not in the chapter 23 Civil Code of Russian Federation (Maintenance of execution of obligations). The features of the legal relations regulation between the financial agent and the client under the said contract are absent in the Civil Code of Russian Federation. The indication in the norm paragraph 2, point 1, page 824 Civil Code of Russian Federation about the fact that the monetary requirement of the debtor could be inferiored to the financial agent aiming the guaranteeing of obligation to the agent does not solve the problems of legal treatment of the precautionary concession of the monetary requirement.

* Аспирант кафедры гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [alexander.razdobudko@mail.ru]

The author examines different approaches of the civilians in solving the named problem; he substantiates his position in point of definition and evaluation of essential conditions of precautionary concession of the monetary requirement contract. Thus the special attention is given to the condition analysis about a contract subject.

Specific differentiation of contracts offinancing under a concession of the monetary requirement has allowed the author to show specificity of the contract of precautionary concession contract through the characteristic of its essential conditions.

Институт факторинга включен в Гражданский кодекс РФ (далее — ГК РФ) посредством иного наименования — договор финансирования под уступку денежного требования, который является новым для гражданского права РФ (гл. 43 ГК РФ). Но само понятие «финансирование под уступку денежного требования», с точки зрения экономической сущности, было известно отечественной практике и до принятия нового ГК РФ 1.

По мнению многих цивилистов, правовую сущность названных договорных отношений составляет уступка денежного требования. Однако, как справедливо отмечает Е.А. Суханов, «отношения факторинга имеют более сложный характер, чем обычная цессия, сочетаясь не только с отношениями займа или кредита, но и с возможностью предоставления других финансовых услуг»2.

Исходя из предписаний абз. 1 и 2 п. 1 ст. 824 ГК РФ, следует проводить видовое разграничение договоров финансирования под уступку денежного требования: а) так называемый классический договор финансирования, по которому уступка денежного требования осуществляется в качестве встречного предоставления; б) договор финансирования, по которому уступка денежного требования совершается в качестве обеспечения исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом (договор обеспечительной уступки денежного требования).

Нормы об обеспечительной уступке включены законодателем в гл. 43 ГК РФ, а не в гл. 23 ГК РФ, посвященную обеспечению исполнения обязательств. Однако в гл. 43 ГК РФ правовая конструкция второй разновидности договора — договора обеспечительной уступки денежного требования — не представлена, отсутствует в ней и конкретный перечень существенных условий.

1 Так, например, операции подобного рода практиковались советскими банками и регламентировались до принятия ГК РФ письмом Госбанка СССР от 12 декабря 1989 г. № 252 «О порядке осуществления операций по уступке поставщиками банку права получения платежа по платежным требованиям за поставленные товары, выполненные работы и оказанные услуги».

2 Гражданское право: учебник. В 2 т. Т. II. Полутом 2 / отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2002. С. 230 (автор гл. 49 — Е.А. Суханов).

При этом существующая судебно-арбитражная практика и анализ научной литературы по данной проблематике показывают, что у сторон, заключающих договор финансирования под уступку денежного требования в целях обеспечения, нет четкого понимания существенных условий такого договора. Это, на наш взгляд, может привести как к признанию судом договора незаключенным, так и к неправильной квалификации договора обеспечительной уступки денежного требования, что может повлечь неблагоприятные последствия для финансового агента.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. При этом существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Отсутствие в законе, в доктрине и судебно-арбитражной практике единообразного подхода к выделению существенных условий указанного договора ставит проблему их определения и толкования.

Так, по мнению М.В. Русакова, существенными для данного договора являются условие о сумме финансирования и условие о денежных требованиях, приобретаемых финансовым агентом. При этом сумма финансирования может быть определена в договоре путем ее прямого указания либо путем установления соотношения между суммой финансирования и суммой уступаемых денежных требований.

Автор отмечает, что условие о сроке, на который предоставляется финансирование, и о вознаграждении финансовому агенту не требует специального согласования, поскольку срок возврата финансирования равняется сроку исполнения денежного требования, а вознаграждение финансового агента представляет собой разницу между номинальной суммой денежного требования и суммой финансирования 1.

В то же время арбитражные суды при рассмотрении конкретных дел относят к существенным условиям договора цену договора и размер вознаграждения финансовому агенту 2. При отсутствии в договоре вышеуказанных условий договор признается незаключенным. Требования же, вытекающие из данного договора, признаются не подлежащими удовлетворению.

1 См.: Русаков М.В. Договор финансирования под уступку денежного требования // Законодательство. 2003. № 12. С. 43.

2 См.: Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 ноября 2010 г. № ВАС-14936/10 по делу № А40-128914/09-133-367; Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от

11 ноября 2010 г. № ВАС-14925/10 по делу № А40-12032/09-133-369.

Данную позицию разделяют и некоторые исследователи. Так, Е.Е. Шевченко отмечает: «...возмездный договор финансирования, условия которого не позволяют определить размер вознаграждения финансового агента. необходимо признать незаключенным в силу отсутствия существенного условия о цене»1.

По мнению К.Д. Гасникова, к его существенным условиям относятся финансирование финансовым агентом клиента и уступка денежного требования. Отсюда вытекает, что в договоре, во-первыгх, должен быть четко определен порядок финансирования фактором клиента, а во-вторыгх, в нем должен содержаться порядок уступки права требования и, кроме того, должны быть указаны сами уступаемые денежные требования 2.

Выделение законодателем второй разновидности договора финансирования под уступку денежного требования (договора обеспечительной уступки денежного требования) диктует необходимость фиксировать в договоре условие об обязательстве клиента, в целях обеспечения исполнения которого клиентом было уступлено финансовому агенту денежное требование к должнику (дебитору 3).

Это условие следует рассматривать как существенное, что обусловлено целевой направленностью самого договора, смысл заключения которого — в обеспечении исполнения обязательства клиента перед финансовым агентом. Очевидно, что в договоре должны быть указаны данные, свидетельствующие о сути данного обязательства.

Согласно п. 2 ст. 824 ГК РФ обязательства финансового агента могут включать ведение для клиента бухгалтерского учета, а также предоставление клиенту иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки. На основании данной нормы к числу существенный условий, входящих в предмет договора финансирования под уступку денежного требования, отдельные авторы 4 относят финансовые услуги, оказываемые клиенту финансовым агентом. При этом отмечается, что условие о финансировании и условие о денежных требованиях, передаваемых клиентом финансовому агенту, выступают в качестве предмета договора финансирования под уступку денежного требования всегда, а условие о финансовых услугах, оказыгааемык финансовым агентом, может выступать предметом указанного договора в ряде случаев.

1 Шевченко Е.Е. Договор финансирования под уступку денежного требования в системе гражданского права Российской Федерации. М., 2008. С. 103.

2 См.: Гасников К.Д. Договор финансирования под уступку денежного требования (факторинг) по праву России и Англии. М., 2005. С. 39.

3 Третье лицо (должник) — приобретающая (заказывающая) товары, работы, услуги сторона соответствующего договора (купли-продажи, выполнения работ или оказания услуг), денежное требование из которого уступается клиентом финансовому агенту.

4 См.: Шурганова Н.П. Финансирование под уступку денежного требования: дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2005. С. 67.

Возникает вопрос: является ли договор обеспечительной уступки денежного требования, содержащий условие об оказании финансовым агентом клиенту дополнительных услуг, связанных с уступаемыми правами требования, самостоятельным договором или его можно рассматривать как смешанный договор, содержащий в себе элементы договора финансирования под уступку денежного требования и договора возмездного оказания услуг?

По мнению К.Д. Гасникова, «договор факторинга является самостоятельным договором, поскольку, во-первых, его законодательное регулирование сосредоточено в специальной главе, а во-вторых, он имеет только ему присущий предмет регулирования»1.

С данной позицией трудно согласиться. Известно, что с точки зрения логики разделение «типового» договора на отдельные виды производится на основании выделения комплекса взаимосвязанных признаков, характерных для конкретного вида договора. Под взаимосвязанными признаками могут рассматриваться такие признаки, без которых стороны договора не могут достичь поставленной экономической цели. При этом учитывая широко распространенную в зарубежных странах практику обязательного включения дополнительных финансовых услуг в предмет договора факторинга и не отрицая важности этих дополнительных услуг, нельзя не признать, что на данном этапе развития законодательного регулирования факторинга (в целях обеспечения) в России включение в предмет договора услуги ведения учета дебиторской задолженности и иных финансовых услуг не является обязательным требованием к содержанию указанного договора. Договор факторинга в целях обеспечения может заключаться российскими коммерческими организациями и достигать поставленной экономической цели и без наличия данных условий в договоре.

Указание в ст. 824 ГК РФ на возможность включения в договор условий об обязательстве финансового агента оказывать дополнительные финансовые услуги, связанные с уступаемыми денежными требованиями, свидетельствует о смешанной правовой природе такого договора, так как допускает случаи соединения в одном договоре обязательств разной направленности. Анализируя возможность включения в договор условия о ведении финансовым агентом для клиента бухгалтерского учета, а также оказании последнему иных финансовых услуг, связанных с денежными требованиями, составляющими предмет уступки, Л.Г. Ефимова отмечает, что «этот элемент договора финансирования следует рассматривать как разновидность договора услуг»2.

1 Гасников К.Д. Договор финансирования под уступку денежного требования и практика его применения арбитражными судами // Журнал российского права. 2002. № 9. С. 57.

2 Гражданское право: учеб. / отв. ред. В.П. Мозолин. Т. 2. М., 2004. С. 486 (автор гл. 14 — Л.Г. Ефимова).

Следовательно, договор факторинга, в целях обеспечения, содержащий обязательства финансового агента по оказанию клиенту дополнительных услуг, связанных с уступаемыми денежными требованиями, может рассматриваться как смешанный договор, содержащий элементы договора финансирования под уступку денежного требования и договора возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Как следует из норм ст. 779 ГК РФ и разъяснения Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ ', по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. При этом указанный договор может считаться заключенным, если в нем перечислены определенные действия, которые обязан совершить исполнитель, либо указана определенная деятельность, которую он обязан осуществить.

Следовательно, если договор обеспечительной уступки денежного требования включает обязательства финансового агента по предоставлению клиенту дополнительных услуг, связанных с денежными требованиями, являющимися предметом уступки, к существенным условиям такого договора относятся также:

1) указание на определенные действия, которые обязан совершить финансовый агент, либо

2) указание на определенную деятельность, которую он обязан осуществить в целях оказания данных дополнительных услуг.

Кроме того, конкретный теоретический и практический интерес представляет вопрос о возможности включения в договор обеспечительной уступки денежного требования (договор факторинга в целях обеспечения) условия о том, что он вступает в силу с момента уступки денежного требования клиентом.

В доктрине нет единого мнения по данному вопросу. Так, по мнению М.В. Русакова, стороны не вправе устанавливать, что договор факторинга вступает в силу после совершения обеспечительной уступки. Автор обосновывает свою позицию следующим образом: «.после предоставления финан-

1 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 сентября 1999 г. № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг» (п. 1).

сирования обязательства клиента по возврату полученного уже существуют, так как договор финансирования под уступку денежного требования уже признается заключенным. Значит, уступка в целях обеспечения не может быть тем юридическим фактом, с наступлением которого договор финансирования под уступку денежного требования будет признаваться заключенным»1.

Таким образом, М.В. Русаков исходит из того, что уступка требования может осуществляться только после предоставления финансирования клиенту. С указанной позицией не согласен С.В. Сарбаш. Автор считает, что нет никаких препятствий сначала осуществить уступку и затем предоставить финансирование. Каких-либо нормативных оснований для ущемления договорной свободы сторон в этом случае нет 2.

На наш взгляд, стороны вправе сами определять момент вступления договора в силу, в частности, обусловить его моментом уступки денежного требования клиентом. Более того, следует отметить, что законодатель использует только понятие существенных условий договора. Что же касается выделения понятий обычных и случайных условий договора, рассматриваемых в доктрине, то они могут употребляться лишь на стадии переговоров о заключении договора, но не использоваться в качестве таковых в уже заключенном договоре.

Итак, можно выделить следующие условия договора финансирования под уступку денежного требования, относящиеся, по нашему мнению, к существенным:

1) условие о денежных требованиях, которые клиент уступает финансовому агенту в целях получения финансирования, и порядке их уступки;

2) условие о сумме и порядке выплаты финансирования;

3) условие о размере вознаграждения финансового агента;

4) условие об обязательстве клиента, в целях обеспечения исполнения которого (перед финансовым агентом) было уступлено клиентом финансовому агенту денежное требование к должнику (дебитору);

5) условие об определенных действиях, которые обязан совершить финансовый агент, или определенной деятельности, которую он обязан осуществить в целях оказания клиенту дополнительных услуг (для договоров факторинга в целях обеспечения, предусматривающих оказание дополнительных услуг клиенту финансовым агентом).

1 Русаков М.В. Указ. соч. С. 28.

2 См.: Сарбаш С.В. Основные черты обеспечительной уступки денежного требования в гражданском праве России // Гражданское право современной России / сост. О.М. Козырь, А.Л. Маковский. М., 2008. С. 156—179.

Отсутствие соглашения сторон по всем существенным условиям договора факторинга может быть связано с риском признания данного договора не заключенным по иску клиента или дебитора. Признание договора обеспечительной уступки незаключенным приведет к тому, что финансовый агент не будет рассматриваться как законный владелец прав требования и не сможет получить удовлетворения путем взыскания задолженности с дебиторов.

Кроме того, не будет действовать и условие договора об ответственности клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору обеспечительной уступки в виде пени или штрафных санкций, равно как и условие о плате за факторинговое обслуживание, установленное договором.

Остановимся более подробно на характеристике предмета договора — условии о денежных требованиях, которые клиент уступает финансовому агенту в целях обеспечения исполнения своего обязательства перед финансовым агентом.

Денежное требование — это право кредитора (клиента) на получение от должника (дебитора) денежных средств из соответствующего договора (купли-продажи, выполнения работ, оказания услуг).

Анализируя круг денежных требований, которые могут быть предметом уступки в рамках рассматриваемого договора, следует отметить, что в рамках правоотношений факторинга в целях обеспечения следует выделить четыре основные группы требований, рассматриваемых как предмет возможной уступки:

— право требования оплаты товаров (работ, услуг), вытекающее из заключенного договора, с исполненной встречной обязанностью клиента, срок исполнения обязательств дебитора по которому уже наступил;

— право требования оплаты товаров (работ, услуг), вытекающее из заключенного договора, с исполненной встречной обязанностью клиента, срок исполнения обязательств дебитора по которому еще не наступил;

— право требования оплаты товаров (работ, услуг), вытекающее из заключенного договора, срок исполнения встречной обязанности клиента, а также срок исполнения обязательств дебитора по которому еще не наступил;

— право требования оплаты товаров (работ, услуг), которое возникнет в будущем (соответствующий договор купли-продажи, выполнения работ, оказания услуг будет заключен в будущем).

Выделяя указанные права требования как возможный предмет договора обеспечительной уступки, обратим внимание на две основные проблемы, с которыми сталкивается судебно-арбитражная практика.

Первая из них связана с неточным определением существующего права требования нормами ст. 826 ГК РФ. Так, Н.П. Шурганова отмечает, что при существующей формулировке закона предметом договора может быть денежное требование, срок платежа по которому уже наступил (существующее требование) и право на получение денежных средств, которое возникнет в будущем (будущее требование). По мнению автора, из сферы действия договора могут быть исключены наиболее ценные требования — права, принадлежащие кредитору в силу исполнения им своей встречной обязанности, срок платежа по которым еще не наступил '.

Вторым недостатком анализируемой нормы является недостаточная определенность понятия будущих требований, которые могут являться предметом уступки в рамках договора факторинга в целях обеспечения. В действующей редакции остается неясным, входят ли в эту категорию требования, вытекающие из договора, который еще не заключен.

Среди цивилистов, исследующих институт финансирования под уступку прав требования, нет единства мнений по вопросу, какие требования могут быть отнесены к будущим.

Например, Л.А. Новоселова считает, что к будущим денежным требованиям следует отнести и требования, которые не существуют в момент заключения договора финансирования под уступку денежного требования, т.е. прежде всего требования, основанные на договорах, которые клиент заключит уже после совершения договора финансирования под уступку денежного требования 2.

Аналогичного мнения придерживается и Н.Н. Агафонова: «Будущее требование может иметь место, когда клиент еще не поставил товары своему должнику, не выполнил для него работы, не оказал услуги или когда клиент еще не заключил, но намеревается заключить договор с предполагаемым должником»3.

В.В. Витрянский предлагает при анализе понятий «существующее требование» и «будущее требование» в рассматриваемой ситуации руководствоваться их специальным (целевым) использованием в гл. 43 ГК РФ. Автор считает, что в целях гл. 43 ГК РФ под существующим требованием понимается только такое обязательство, срок платежа по которому уже наступил, следовательно, часть существующих требований, срок исполнения которых еще не наступил, в рамках гл. 43 ГК РФ обозначаются понятием

1 См.: Шурганова Н.П. Указ. соч. С. 10.

2 См.: Новоселова Л.А. Финансирование под уступку денежного требования // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2002. № 1. С. 56.

3 Агафонова Н.Н. Финансирование под уступку денежного требования // Хозяйство и право. 2000. № 6. С. 113.

«будущие требования». Вместе с тем отмечается, что данный подход не соответствует общим положениям обязательственного права, по которым права и обязанности должника должны считаться возникшими и существующими с момента возникновения самого обязательства (момента заключения договора)1.

В связи с этим целесообразным является приведение объема понятия «будущие требования», использованного в главе 43 ГК РФ, в соответствие с общими положениями гражданского законодательства о моменте возникновения обязательственного правоотношения.

Анализируя судебно-арбитражную практику в отношении условия о денежных требованиях, являющихся предметом уступки по договору факторинга в целях обеспечения, необходимо отметить следующее.

Денежные требования, являющиеся предметом уступки, должны быть определены в договоре таким образом, чтобы была возможность идентифицировать существующее требование в момент заключения договора, а будущее — не позднее чем в момент его возникновения.

Нередко в договорах обеспечительной уступки, заключаемых банками с коммерческими организациями (клиентами), можно встретить условие следующего содержания: «Все существующие и будущие права требования клиента, возникающие из предпринимательской деятельности клиента в период действия договора, являются предметом уступки». Однако правоприменительная практика не подтверждает правильности такого подхода. Так, в постановлении Федерального арбитражного суда Уральского округа по делу № Ф09-4440/05-С3 от 17 января 2006 г. отмечено, что «ссылка в договоре на передачу любого требования к любому дебитору не позволяет идентифицировать данное требование»2. Аналогичные выводы можно обнаружить и в постановлениях других арбитражных судов.

Как указывает Л.Г. Ефимова, «обычно считается, что индивидуализация требования достигается при условии индивидуализации пяти его составляющих: 1) предмета требования; 2) активной стороны (кредитора);

3) пассивной стороны (должника); 4) содержания требования (какие действия с предметом обязательства должник обязан выполнить); 5) основания возникновения требования»3.

1 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 5: В 2 т. Т. 1: Договоры о займе, банковском кредите и факторинге. Договоры, направленные на создание коллективных образований. М., 2006. С. 580.

2 Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 17 января 2006 г. по делу № Ф09-4440/05-С3 // СПС «КонсультантПлюс».

3 Гражданское право: учеб. / отв. ред. В.П. Мозолин. Ч. 2. С. 485 (автор гл. 14 — Л.Г. Ефимова).

Таким образом, чтобы уступаемые денежные требования были идентифицированы в договоре надлежащим образом, а отношения по договору обеспечительной уступки денежного требования подлежали судебной защите, целесообразно в отношении каждого существующего денежного требования определять:

— реквизиты договора (купли-продажи, выполнения работ, оказания услуг),

— наименование дебитора (покупателя, заказчика),

— реквизиты товарной накладной или иного документа, подтверждающего приемку-передачу товара (работ, услуг),

— сумму уступаемого денежного требования.

Если предметом договора обеспечительной уступки являются будущие денежные требования, необходимо, на наш взгляд, указывать реквизиты договора (купли-продажи, выполнения работ, оказания услуг) и наименование дебитора (покупателя, заказчика).

О.С. Гринь *

К ВОПРОСУ О ФОРМАХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ ДОЛЖНИКОМ ПО ОСНОВНОМУ ОБЯЗАТЕЛЬСТВУ И ПОРУЧИТЕЛЕМ

Ключевые слова: поручительство, поручитель, договор о предоставлении поручительства, фидуциарные отношения, кауза договора поручительства.

O.S. Grin. The forms of relationships between a principal obligor and a surety

The article carries material about different forms of relationships between a principal obligor and a surety and also about its influence both on the general and secondary obligations.

The author notes that the relationships between the surety and the principal obligor traditionally are not regulated by a contract of suretyship, but their studying represents both scientific and practical interest.

According to the author, the first form of such relations is legal relationships. In this case a contract of granting of a suretyship is concluded between the specified subjects. This contract may be characterized as a contract of financial services. Also the author ascertains that the main duty of the executor (the potential surety) under such contract is the making of the offer to conclude the suretyship contract to the general creditor.

* Аспирант кафедры гражданского и семейного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [grin.oleg@mail.ru]