Историко-правовой анализ становления института судебного контроля

Маркелов Сергей Владимирович Маркелова Ольга Николаевна

Историко-правовой анализ становления института судебного контроля

В статье анализируется российское законодательство в сфере судебного контроля за деятельностью правоохранительных органов. Выявляются актуальные проблемы, требующие законодательного урегулирования на современном этапе развития государства.

Ключевые слова: судебный контроль, судебная власть, судебная реформа, уголовный процесс, правоприменение.

Historical and legal analysis of the establishment of the institution of judicial control

The article analyzes the Russian legislation in the field of judicial control over the activities of law enforcement agencies. Revealed urgent problems that require legislative regulation at the present stage of development of society.

Key words: judicial control, judicial power, judicial reform, criminal process, law enforcement.

Развитие отечественного уголовно-процессуального законодательства неразрывно связано с историей Российского государства, поэтому в течение длительного времени судебные и административные функции были сосредоточены в руках государственной власти. Только во второй половине XVII в. Петр I издает указ, который лег в основу разделения административной и судебной ветвей власти в Российском государстве [1]. В этот же период появляются элементы судебного контроля, который осуществлялся в рамках уголовного процесса за деятельностью административных органов посредством применения к субъектам уголовного судопроизводства мер государственного принуждения и значительно ограничивал их права и свободы.

Основной этап развития института судебного контроля в отечественном судопроизводстве приходится на середину XIX в. и связан с проведением Судебной реформы 1864 г. Значительный вклад в разработку проекта данной реформы внес Н.И. Стояновский, сформулировавший принципы деятельности судебных следователей. Ученый лично подготовил три законодательных акта (Наказ полиции о производстве дознания, Наказ судебным следователям, Учреждение судебных следователей), включенных в содержание Устава уголовного судопроизводства (далее - УУС) [2].

Реформирование судопроизводства привело к учреждению в России относительно самостоятельной и на первоначальном этапе независимой судебной власти [3], появлению новых институтов. Судебные следователи, например, получили возможность осуществлять контроль за деятельностью полиции, в полномочия ко-

торой входили дознание и уголовный сыск. Данное обстоятельство позволило исследователям характеризовать меры государственного процессуального принуждения в послерефор-менном отечественном уголовном процессе как меры судебного принуждения и предложить следующую их классификацию:

1. Меры обеспечения явки в суд обвиняемых (меры пресечения уклонения обвиняемого от следствия и суда, а также привод обвиняемого и др.).

2. Меры приобретения различного рода доказательств (различные следственные действия: допрос, выемка, обыск, осмотр и др.).

3. Меры обеспечения «судебного разбора», т. е. меры, направленные на поддержание надлежащего порядка в рамках конкретного судебного слушания [4].

Анализ формирования института судебного контроля в уголовном процессе в условиях реформирования правовой системы российского правосудия в 1864 г. позволил установить следующие направления деятельности судов:

1. Судебный контроль за соблюдением процессуальных прав участников расследования, рассмотрения и разрешения уголовных дел.

2. Судебный контроль за соблюдением соответствующими органами и должностными лицами установленных форм и правил расследования преступлений.

3. Судебный контроль за законностью и обоснованностью ограничения наиболее значимых прав и свобод личности.

4. Судебный контроль за процессом рассмотрения уголовного дела.

Так, в ходе Судебной реформы 1864 г. был принят ряд законов, имевших важное значение

85

для развития института судебного контроля: Устав уголовного судопроизводства, Учреждение судебных установлений (далее - УСУ), Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.

Исходя из анализа содержания УСУ, можно заключить, что институт судебного контроля, являясь процессуально-правовым феноменом, включал в себя основы судоустройства. К примеру, у суда появилась возможность контролировать деятельность субъектов и органов государственной власти, причастных к уголовному производству, которая способствовала изъятию предварительного расследования из компетенции органов полиции и передаче этой функции судебным следователям [1] (ст. 6 УСУ). Непосредственно отнесение следователей в подведомственность суда (с процессуальным, организационным и материальным подчинением последнему) сделало их подконтрольными и подотчетными суду. Судебное следствие приобрело специфический характер судебной деятельности с одновременным возложением на прокурора функции уголовного преследования, что позволило уменьшить количество обвинительных заключений и расширить возможности судебной проверки законности и обоснованности принимаемых решений и выполняемых действий следователя.

Полномочия судебных следователей распространялись на участки, которые были выделены специально для них. Кроме того, они считались членами окружного суда и в некоторых случаях могли выполнять обязанности, возлагавшиеся на судей, однако лишь по уголовным делам, по которым не производили следствие (ст. 79, 146, 147 УУС) [5; 6].

В значительной степени на развитие и формирование института судебного контроля повлияла организация прокуратуры при судебных местах (ст. 8, 353 УСУ).

Итогом Судебной реформы 1864 г. стало зарождение в судах общей юрисдикции двух одновременно функционировавших ветвей судебной власти - института мировых судей и общих судов (ст. 1 УСУ), рассматривавших большинство уголовных дел. Наряду с выше-обозначенными функционировали наделенные «особыми постановлениями» военные, духовные, крестьянские и коммерческие суды (ст. 2 УСУ).

Новый вектор развития судопроизводства в России связан с судебно-правовой реформой 1922-1924 гг., в ходе которой был возрожден институт судебных следователей и установлен контроль за законностью деятельности милиции и иных органов дознания.

Уже во второй половине 20-х гг. ХХ в. следователи (в связи с включением их в аппарат

прокуратуры) из судебных деятелей фактически трансформировались в следователей органа прокуратуры. Позже данная должность появилась и в других ведомствах, например в КГБ, МВД. Генеральный прокурор СССР выполнял функцию главного контролирующего органа по расследованию уголовных дел на досудебных стадиях уголовного процесса, что так и не позволило реализовать идею учреждения судебного контроля за законностью действий органов расследования при производстве по уголовным делам.

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепил особое место суда в уголовном процессе. Если ранее неофициально основным участником уголовного процесса (а на стадии предварительного следствия и основной фигурой) являлся прокурор, выполняющий функцию надзора, то сегодня на стадии предварительного и судебного следствия главную роль играет суд.

Статья 29 УПК РФ регламентирует компетенцию суда в судебном разбирательстве [7]. Выражение «только суд правомочен...» говорит о том, что никакой иной орган государственной власти, никакое другое должностное лицо не имеют права принимать решения, закрытый перечень которых сформулирован в указанной статье. При этом, согласно УПК РФ, исключительно суд наделен следующими полномочиями:

признает лицо виновным в совершении преступного деяния и назначает ему наказание;

применяет к лицу меры принуждения, например воспитательное или медицинское воздействие;

отменяет или изменяет решения, принятые судом нижестоящего уровня.

Кроме того, только суд, в том числе в процессе досудебного производства, обладает правом принимать решения:

об избрании некоторых мер пресечения и процессуального принуждения (например, домашний арест, заключение под стражу и др.);

производстве отдельных следственных и иных действий, которые затрагивают конституционные права человека и гражданина (осмотр, обыск, выемка и др.).

Помимо названного, суд в ходе досудебного производства также правомочен рассматривать жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, органа дознания, следователя и прокурора в случаях и порядке, закрепленных в ст. 125 УПК РФ.

Суд может вынести частное постановление или определение, в котором обращает внимание надлежащих должностных лиц и организаций на обстоятельства, способствовавшие совершению противоправного деяния, нарушению прав и свобод граждан России, а также

86

иные нарушения законных предписаний, требующих принятия необходимых мер.

Сегодня уголовно-процессуальный закон закрепляет достаточно широкий спектр правомочий суда. Отметим, что УПК РСФСР 1960 г. предоставлял суду только два полномочия, а функция судебного контроля появилась в уголовно-процессуальном законодательстве лишь в 1992 г. Такие меры, как продление срока ареста, обыск жилища, принятие решений об аресте и др., являются для судебного органа новыми (однако отдельные из рассмотренных выше полномочий суд уже стал использовать во время действия УПК РСФСР: выемка предметов и документов, содержащих информацию о банковской тайне, наложение ареста на по-чтово-телеграфную корреспонденцию) [8].

Несмотря на долгий период развития в отечественном уголовно-процессуальном законодательстве института судебного контроля, сохраняется множество спорных вопросов, связанных с ролью и компетенцией суда при принятии решений, касающихся конституционных прав и свобод граждан (ч. 2 ст. 29 УПК РФ).

Так, российский ученый-юрист И.Я. Фойницкий писал: «Одной из главнейших функций судебной власти признается ограждение свободы личности, на стражу которой становится суд для устранения посягательств, направленных против нее как преступными действиями частных лиц, так и распоряжениями властей посторонних. Самостоятельной и независимой судебная власть может быть признана только там, где она в состоянии доставить действительную безопасность личной свободе против посягательств всякого рода» [9].

Приоритетными направлениями судебного контроля в досудебном производстве являются следующие: 1) оперативно-розыскные мероприятия, затрагивающие конституционные права граждан; 2) заключение под стражу в соответствии со ст. 108 УПК РФ; 3) проведение следственных действий, ограничивающих права и свободы граждан в соответствии со ст. 29 УПК РФ; 4) рассмотрение жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ.

Все функции, выполняемые судом, можно разделить на две группы: основная - осуществление правосудия и иные, непосредственно не связанные с принятием окончательного решения по уголовному делу.

Последние, в свою очередь, дифференцируются на процессуально совмещенные, т.е. которые вершат процесс правосудия, и процессуально разделенные, осуществляющиеся отдельно от правосудия, в ином порядке.

Ко второму виду ученые относят функцию судебного контроля.

Н.Г. Муратова определяет судебный контроль как многофункциональную уголовно-про-

цессуальную деятельность суда, осуществляемую в определенных законом процессуальных формах, направленную на реализацию комплексного института судебной защиты с целью обеспечения доступа к правосудию и восстановления нарушенных прав и законных интересов личности при производстве по уголовному делу [10].

Система судебного контроля в уголовном процессе представляет собой организованную совокупность следующих компонентов:

юридических фактов, порождающих правоотношения в сфере контрольной деятельности суда;

уголовно-процессуальных норм, регламентирующих данную деятельность;

субъектов судебного контроля;

уголовно-процессуальной деятельности субъектов, которая направлена на защиту прав и законных интересов физических и юридических лиц.

Механизм реализации судебного контроля в уголовном судопроизводстве обеспечивается путем судебного обжалования (ст. 123 УПК РФ), судебной проверки законности или обоснованности действий и решений (ст. 125 УПК РФ), использования судебного иммунитета (ст. 448-450 УПК РФ), судебной проверки законности или обоснованности процессуальных действий и решений при осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства (гл. 5 УПК РФ), предварительного слушания (гл. 34 УПК РФ), проверки судебных решений в суде апелляционной и кассационной инстанций (гл. 43-45 УПК РФ).

Большинство ученых-процессуалистов сходятся во мнении, что существуют две основные формы судебного контроля: перспективный (предварительный) и ретроспективный (последующий).

Перспективный судебный контроль - это деятельность суда в ходе досудебного производства, заключающаяся в принятии решения по ходатайствам об избрании мер пресечения, применении мер процессуального принуждения, проведении определенных оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий.

Однако Д.М. Берова полагает, что данную деятельность суда называть контролем как таковым неверно, т. к. контрольная деятельность осуществляется параллельно или после завершения подконтрольной деятельности. Предварительное разрешение - это не контрольная, а разрешительная деятельность. В связи с этим автор предлагает рассматривать в качестве самостоятельной функции судебное санкционирование [11].

Ретроспективный контроль - это последующий контроль, заключающийся в проверке

87

законности и обоснованности решений и действий должностных лиц.

На стадии досудебного производства данная форма судебного контроля выражается в судебном порядке рассмотрения жалоб участников процесса в соответствии со ст. 125 УПК РФ, проверке законности проведения неотложных следственных действий, решении вопроса об исключении доказательств как недопустимых согласно ч. 5 ст. 165 УПК РФ.

Е.Н. Осипков предлагает дополнить ст. 63 УПК РФ ч. 4: «Судья, принимавший участие в предварительном слушании по факту исключения доказательств, а также решения вопроса о ранее избранной мере пресечения в виде заключения под стражу, не может участвовать при рассмотрении дела в судебном заседании, за исключением случаев коллегиального рассмотрения дела» [12], а полномочия судьи, связанные с организацией контроля за предварительным расследованием, возложить на мировых судей или ввести дополнительную штатную единицу.

Н.Г. Муратова, в свою очередь, выступает за создание двух самостоятельных вертикалей судебной власти на уровне районных судов - судебно-контрольной и уголовно-исполнительной коллегий и должности следственного и пенитенциарного судьи. К компетенции следственного судьи относилось бы осуществление контроля на досудебных стадиях расследования уголовного дела, на стадии предварительного слушания, разрешение ходатайств об исключении доказательств и возвращении уголовного дела прокурору. Пенитенциарный судья должен выполнять функцию осуществления правосудия, контроля на стадии исполнения приговора, реализации права участников уголовного процесса на судебную защиту, восстановления нарушенных прав [13].

Таким образом, институт судебного контроля необходим для обеспечения гарантий прав граждан, однако механизм его применения на практике нуждается в доработке на законодательном уровне.

1. Морщакова Т. Г. Судебная реформа: сборник обзоров. М., 2004.

2. Устав уголовного судопроизводства 1864 г. // Судебные уставы 20 нояб. 1864 г. Ч. 2: Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1866.

3. Курс уголовного процесса / ред. Л. В. Го -ловко. 2-е изд., испр. М., 2017.

4. Ковтун Н.Н. Судебный контроль в уголовном судопроизводстве. Н. Новгород. 2002.

5. Уголовный процесс: учеб. для вузов / под общ. ред. А.М. Баранова. 5-е изд. М., 2017.

6. Судебные уставы 20 ноября 1864 г.: с изложением рассуждений, на коих они основаны: 2-е изд., доп. СПб., 1867. Ч. 1

7. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 18 дек. 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 29 июля 2017 г.) // Собр. законодательства РФ. 2001. № 52. Ст. 4921.

8. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР 1960. № 40.

9. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. Т. I.

10. Муратова Н.Г. Формирование концепции судебного контроля современного уголовного процесса // Вестн. экономики, права и социологии. 2007. № 1.

1. Morshakova T.G. Judicial reform: collection of reviews. Moscow, 2004.

2. Charter of criminal proceedings of 1864 // Judicial statutes d.d. Nov. 20, 1864. Pt. 2: The Statute of criminal procedure. St. Petersburg, 1866.

3. The course of the criminal process / ed. by L.V. Golovko. 2nd ed., rev. Moscow, 2017.

4. Kovtun N.N. Judicial control in criminal proceedings. Nizhny Novgorod, 2002.

5. Criminal procedure: textbook for universities / ed. by A.M. Baranov. 5th ed. Moscow, 2017.

6. Judicial statutes d.d. Nov. 20, 1864: outlining the arguments on which they are based: 2nd ed., augm. St. Petersburg, 1867. Part 1.

7. Criminal Procedure Code of the Russian Federation: fed. law d.d. Dec. 18, 2001 № 174-FL (as amended on July 29, 2017) //Coll. of legislation of the Russian Federation. 2001. № 52. Art. 4921.

8. Criminal Procedure Code of the RSFSR d.d. Oct. 27, 1960 // Bull. of the Supreme Soviet of the RSFSR. 1960. № 40.

9. Foinitsky I.Ya. Course of criminal proceedings. St. Petersburg, 1996. Vol. I.

10. Muratova N.G. Formation of the concept of judicial control of modern criminal process // Bull. of Economics, law and sociology. 2007. № 1.

11. Berova D.M. Functions of the court in criminal proceedings // Society and law. 2015. № 5(32).

88

11. Берова Д.М. Функции суда в уголовном судопроизводстве // Общество и право. 2015. № 5(32).

12. Осипков Е.Н. Действие принципа состязательности сторон на этапе подготовки к судебному заседанию в уголовном судопроизводстве России: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Оренбург, 2007.

13. Муратова Н.Г. Проблемы восполнения дефектов судебного контроля в уголовном судопроизводстве // Вестн. экономики, права и социологии. 2009. № 2.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Маркелов Сергей Владимирович, кандидат юридических наук, профессор кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России; тел.: +78612583757;

Маркелова Ольга Николаевна, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса Краснодарского университета МВД России; тел.: +78612583279.

INFORMATION ABOUT AUTHORS

S.V. Markelov, Candidate of Law, Professor of the Chair of Criminal Procedure of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; ph.: +78612583757;

O.N. Markelova, Candidate of Law, Assistant Professor of the Chair of Civil Law and Process of the Krasnodar University of the Interior of Russia; ph.: +78612583279.

ИЗДАНИЯ КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ

Актуальные вопросы науки и практики [Электронный ресурс] : материалы VI Междунар. науч.-практ. конф. курсантов, слушателей и студентов, 12 апр. 2018 г / редкол.: А. Л. Осипенко, С. С. Киселев, Н. В. Агаронова, К. В. Вишневецкий, А. В. Герасимов, А. С. Данильян, Л. В. Карнаушенко, Д. В. Карабаш, И. В. Мятченко, С. В. Пахомов, С. Ф. Самойлов, А. Б. Сизоненко, И. Н. Старостенко, А. А. Таганова, А. Б. Цукахин, А. С. Шиенкова. -Электрон. дан. - Краснодар : Краснодарский университет МВД России, 2018. - 1 электрон. опт. диск (CD-ROM).

В сборнике опубликованы материалы VI Международной научно-практической конференции курсантов, слушателей и студентов «Актуальные вопросы науки и практики», состоявшейся в Краснодарском университете МВД России 12 апреля 2018 г.

Для профессорско-преподавательского состава, докторантов, адъюнктов, аспирантов, курсантов, слушателей и студентов образовательных организаций.

12. Osipkov E.N. Effect of the principle of adversarial parties at the stage of preparation for the trial in the criminal proceedings of Russia: auth. abstr.... Candidate of Law. Orenburg, 2007.

13. Muratova N.G. Problems of filling defects of judicial control in criminal proceedings // Bull. of economics, law and sociology. 2009. № 2.

89