Этнос и самосознание в контексте народной культуры мордовского народа

Н. В. РЯБОВ ЭТНОС И САМОСОЗНАНИЕ В КОНТЕКСТЕ НАРОДНОЙ КУЛЬТУРЫ МОРДОВСКОГО НАРОДА

Ключевые слова: финно-угорский народ, этническое самосознание, самоидентичность, этноцентризм, язык, обряды, традиции

Key words: Finno-Ugric people, ethnic identity, self-identity, ethnocentrism, language, customs, traditions

В статье рассмотрены исторические предпосылки формирования самосознания в контексте народной культуры мордовского народа, а также становление этноса, развитие его структурных элементов, их изменение, адаптация к меняющимся условиям природной и социальной среды.

The paper considers the historical prerequisites for the formation of self-consciousness in the context of the folk culture of the Mordvinian people, as well as formation of the ethnos, development of its structural elements, their alteration, and adaptation to changing conditions of the natural and social environment.

За многие века народы вырабатывали и накапливали материальные и духовные ценности, определяемые как самобытная культура. Каждый этнос имеет исторический код, пространственную и временную протяженность, генотип, свои биологические и социальные связи, обусловленное место в ландшафтном пространстве. Финно-угорский народ своей уникальной культурой всегда привлекал внимание отечественных и зарубежных ученых, так как исследование этнической культуры народов, как неотъемлемой части духовной культуры современного человечества, а также вопросы формирования национального самосознания имеют исключительно важное научно-теоретическое значение.

Специфические особенности формирования и развития этнического самосознания невозможно раскрыть без изучения народной культуры и общих закономерностей ее развития, так как они являются одним из определяющих факторов национального самосознания. С одной стороны, общечеловеческие ценности активно воздействуют на формирование и изменение этнической культуры и национального само-

РЯБОВ Николай Владимирович, доцент кафедры традиционной мордовской культуры и современного искусства Национального исследовательского Мордовского государственного университета, кандидат исторических наук..

сознания, которые происходят в непосредственной связи человека с природой и в условиях межнационального взаимопроникновения. С другой стороны, наблюдается сокращение влияния этносоциальных и этнокультурных предпосылок на развитие национального самосознания. Интерес к познанию культурного классического наследия в наше время происходит в условиях обновления общественной жизни, что влияет на динамику развития национального самосознания как важного явления в сфере духовной культуры. В сфере национального сознания особое место занимает мировоззрение, которое находится в непосредственной близости к выработанной веками ментальности и характеру народа, основанным на идее его национально-исторической жизни, отраженной в художественной культуре.

Под воздействием социально-экономических и природ-но-ландшафтных факторов складываются и формируются этнические общности. Становление любого этноса занимает длительный исторический период на определенной территории в определенных природно-климатических условиях. За многовековой период в местах расселения поволжских финнов создавались разные условия выживания и адаптации. Этот процесс во многом отражается в особенностях материальной и духовной культуры, включая религиозные представления. В результате этническое самосознание приобретает новые качества, по-иному функционирует под влиянием происходящих изменений во множестве культур, народов, религиозных миров, исторических традиций. Говоря о роли природных явлений на развитие этносов, Л. С. Берг отмечает: «Географический ландшафт воздействует на организмы принудительно, заставляя, все особи варьировать в определенном направлении, насколько это допускает организация вида. Тундра, лес, степь, пустыня, горы, водная среда, жизнь на островах и т. д. — все это накладывает особый отпечаток на организмы. Те виды, которые не в состоянии приспособиться, должны переселиться в другой географический ландшафт или — вымереть»1.

Л. Н. Гумилев также акцентировал внимание на значимость природных условий в жизнедеятельности этноса: «Это целиком относится к этническим коллективам, которые непосредственно и тесно связаны с природой через свою хозяйственную деятельность. Этнос приспосабливается к

определенному ландшафту в момент своего сложения, а, приспособившись, при переселении или расселении ищет себе область, соответствующую его привычкам. Финно-угры расселялись по лесам; тюрки и монголы — по степям; русские, осваивая Сибирь, заселяли лесостепную полосу и берега рек, англичане колонизовали земли с умеренным климатом, а арабы и испанцы с жарким»2.

Для самосознания мордовского народа и своей идентичности как этноса, природные явления, ландшафт стали естественным осмыслением пространства. Изменение этнической среды (язык, достижения культуры), происходящее во взаимодействии с иными культурными традициями, является достаточным основанием для констатации ассимиляции коренных народов Поволжья, в связи с чем происходит нивелирование общекультурных ценностей. Феномен этнического самосознания связан с осознанием этноопределяющих элементов материальной, социальной и духовной культуры. Ключевым моментом этнического самосознания является идентификация индивидов с определенной этнической общностью, которая проявляется в самоназвании этноса, что отличает его от других национальностей многими факторами: язык, ментальность, тип лица, обряды, традиции и т. д.

Проблема самоназвания этноса и этимологии всегда стояла остро, по той простой причине, что есть внешнее название народа и самоназвание. В историческом контексте «мордва» в литературных источниках у Иордана и Константина VII Багрянородного звучит как «Мотйеиэ» и «Мотдш!;» соответственно, а этимология термина впервые была рассмотрена М. Кастреном. Он считал, что слово «мордва» означает «люди воды». Корень «морд-» он отождествлял с иранским «мужчина, человек», а частицу «ва» — с мордовским словом «вода»3.

В других западноевропейских источниках средневековья мордва называется также Метйаэ, МепИшэ, Метйшт, Мотйат, Мотйиа, Мотйшиоэ. «Мордва» есть внешнее название народа и является свидетельством того, что были с давних пор объектом внимания других этнических сообществ. Самоназвание «эрзя», «мокша» из глубины веков остается неизменным в сознании этноса и служит идентификацией себя.

В процессе формирования этнического самосознания особую роль играет противопоставление «мы — они» и

служит основанием для образования идей этноцентризма и национализма во всех их проявлениях и формах. В образе «мы» концентрируется представление о своем народе, так называемые автостереотипы, представления о происхождении, историческом прошлом, языке, культуре, в том числе традициях, нормах поведения, обычаях, художественной культуре народа. Коллективное «мы» — выражение группового единства этнической общности. В образ «они» входят восприятия, оценки и представления о происхождении, а также в историческом прошлом, языке, культуре, традициях, нормах поведения, обычаях, художественной культуре представителей иноэтничных групп.

Этническое сознание (при всех его неизбежных внутренних трансформациях) — это непрерывная причастность этноса к своей непреходящей самости, сохранение и вольное или невольное наследование этноцентризма. Многообразие этноцентризма народов Поволжья выражено не в национальных претензиях, а в свойствах этнического стереотипа, желании сохранения и возрождения культуры. Значение понятия «этноцентризм» интерпретируется как «свойство этнического самосознания воспринимать и оценивать жизненные явления сквозь призму традиций и ценностей собственной этнической группы, выступающей в качестве всеобщего эталона и оптимума»4.

Этноцентризм заключается в том, что представители одного этноса считают свою культуру центральной, а остальные оценивают через призму своей. Отсюда следует, что ценности, нравственные установки, закрепленные в культуре данной этнической группы, направляют и ограничивают понимание действительности для каждого члена этой группы. Под влиянием укрепившихся стереотипов своей культуры, при необходимости перейти от слов к делу, человек спокойно отбрасывает свои же рассуждения, логически безупречные, и поступает иррационально, руководствуясь чувством. В. П. Фоминых считает, что «в одних случаях этноцентризм проявляется в своего рода эмоциональном захваливании культуры своей нации, без критики ценностей других народов. В других, наоборот, доминирует критика других народов и относительно позитивная оценка ценностей своей нации»5.

Привычные формы жизнедеятельности этноса, существующего в самоизоляции, его не с чем сравнить, они

кажутся самыми совершенными и цивилизованными. Так формируется консерватизм мышления и попытки сохранения архаических форм жизни и неприятия других культур. В этом заключается, на наш взгляд, корень этноцентризма, которому противостоит культурный релятивизм. Согласимся с утверждением Г. В. Косова, что культурный релятивизм есть, «точка зрения, согласно которой нельзя понять другую культуру, если анализировать ее в свете ценностей собственной культуры. Культурный релятивизм означает также признание возможности существования иной системы ценностей, свойственной другой культуре и уважительное отношение к ней. Самый эффективный путь развития культуры — сочетание этноцентризма и культурного релятивизма, что позволило бы осуществить гармоничное взаимодействие различных этносов, населяющих сегодня планету»6.

Историчность и этническая определенность мордовского народа отразились в литературных произведениях, где самосознание и идентификация отразились в форме героического эпоса. Большинство их персонажей называются эрзянами и мокшанами, а события происходят на эрзя-мокшанской земле. Это свидетельствует о том, что они складывались в эпоху формирования эрзя-мокшанской этнической общности, когда в мировоззрении народа формировалась идея этноцентризма. Возможно, поэтому сохраняется этничность в той форме человеческого единства, которая поддерживается благодаря внутренней связи ее членов, которая наиболее ярко проявляется в их самосознании. Самосознание в данном случае является критерием, который позволяет каждому индивиду идентифицировать себя с конкретной группой. П. А. Белков пишет: «Поскольку остальные признаки этноса подвергаются трансформации, и не всегда удается, опираясь только на них, выделить общность как некую целостность, то этническое самосознание остается практически единственным критерием, благодаря которому можно объединить людей в данную группу. Этническое самосознание, позволяющее существовать определенной общности на протяжении длительного периода, приобретает специфический характер»7.

Сложность состоит в том, что этническое самосознание получило противоречивое восприятие. С одной стороны, этническое самосознание есть наиболее существенный признак, позволяющий этносу существовать. С другой стороны,

широко распространено положение о вторичности этнического самосознания, его производности от объективных признаков этноса, считающихся основными. Становление этноса, возникновение его элементов, их изменение, адаптация под меняющиеся условия природной и социальной среды представляются в виде эволюционного процесса, протекающего постоянно и до сих пор не завершенного.

Национальный характер любого народа генетически обусловлен длительным эволюционным процессом. Особенности психического склада, типы мышления определяются не только исторически сложившимися традициями, социальной средой и воспитанием, но и наследственностью. Формирование национальных особенностей, духовной культуры происходит на протяжении значительного исторического периода под влиянием социально-экономических, политических и других факторов. Следует учитывать и то, что национальность и культура не зависят от наследственности. Национальность, будучи одной из существенных характеристик духовного мира человека, его психологического склада, формируется в конкретной социально-этнической среде. Нация — это исторически сложившаяся форма общности людей, которая приходит на смену народности. Нации свойственна прежде всего общность материальных условий жизни, территории и экономики, общность языка, известных черт национального характера, проявившихся в национальном своеобразии ее культуры.

Национальное своеобразие, особенности восприятия мира находят яркое отражение в культуре этносов. Как полагает А. Г. Агаев, «культура представляет собой не только ценности, созданные народом, но и его творческую деятельность по их производству, распределению и освоению. Поэтому бытие культуры находится в разнообразии форм, темпов, масштабов, состояний и результатов этой деятельности... Национальная культура охватывает все предметное и духовное богатство, созданное народом и используемое им в своем национальном существовании»8. Особенности национального характера для мордовского этноса в культуре проявляются через язык, танец, яркие художественные элементы костюма, в скульптурах малой формы.

Национальная культура обладает способностью с наибольшей наглядностью отображать национальное: психо-

логию, специфическое в характере, особенности народа, его нравственное сознание и самосознание. Этнокультура и национальное самосознание тесно взаимосвязаны между собой. В связи с этим можно утверждать, что национальное мышление является связующим звеном, необходимым как специфическая сторона общественного сознания, которая отражает бытие человека, его материальную культуру. Национальное мышление в области духовной культуры — это не просто способность человека рассуждать, отражая объективную действительность в своих понятиях, представлениях, рассуждениях. Оно зарождается в недрах народа, аккумулируя в себе все, вплоть до природных условий, материальной культуры, традиций, обычаев и черт семей-но-бытового уклада. И только тогда оно может отражать действительность окружающего мира в национально-своеобразном, национально-специфическом характере.

Духовную жизнь общества определяют национальные идеи этносоциальной жизни, идеалы общества. Свободный дух культуры выражается через мировоззрение художника и его творчество. Однако и отдельная личность должна иметь свои национальные ориентиры и стремление к их духовному проявлению. Поэтому с историей многонационального народа, проживающего в Поволжском регионе, следует обращаться бережно, не перечеркивать ее и не приукрашивать, а научиться на ее примерах формировать национальное самосознание, учитывая национальную психологию и особенности национального характера того или иного этноса.

В России необходимо глубокое социально-философское осмысление этнического наследия народов. К. Юнг писал: «Наш бессознательный ум, как наше тело, — хранилище следов и воспоминаний прошлого, что мы рождаемся не только с биологическим, но и психологическим наследством. И то и другое в какой-то степени определяет поведение и опыт. Как человеческое тело представляет собой целый музей органов, каждый со своей эволюционной историей, так — можем мы ожидать — и психика организована подобным образом. Она не может быть порождением истории, как и тело, в котором она существует»9.

Также К. Юнг подчеркивал, что человек наследует эти образы от своего родового прошлого, которое наряду с этим включает в себя поведенческие манеры предков. Необходимо

иметь в виду, что некоторые архетипы не просто имена или даже философские понятия, они являются маркером исторических видов. Это моменты самой жизни — образы целостного восприятия, связанные с живым индивидуумом, эмоциональными связями10. В связи с этим Л. Н. Гумилев отметил, что «в отличие от культурной традиции, традиция этническая — это не преемственность мертвых форм, созданных человеком, а единство поведения живых людей»11. Этнические стереотипы и автостереотипы формируются в рамках массового сознания в образах и понятиях, функционирующих на данном уровне. При этом этнические стереотипы формируются на основе шкалы ценностей, принятых народом через призму традиций и культуры, сложившихся в процессе его жизнедеятельности. В традиционно-бытовом слое выделяют давние, архаические и новые, формирующиеся традиции, которые в совокупности влияют на формирование национального самосознания и национальной психологии человека.

Этническая специфика народов Поволжья из сферы материальной культуры в современных условиях как бы перемещается в сферу духовную. В ней нельзя не учитывать возникновение и влияние на сферы сознания людей новых традиций, в том числе в среде повседневной культуры, элементы которой возникают и проникают в жизнь народа, видоизменяясь и взаимообогащаясь. У современных исследователей есть сложившееся мнение относительно особенности эволюции этнокультурного процесса нерусских этносов в регионе. В. Н. Романов обращает внимание на то, что в культурном взаимодействии «народы Поволжья являются своеобразной буферной зоной между восточной и прозападной культурами»12.

Этот факт и сегодня накладывает значительный, а порою и определяющий отпечаток на особенности эволюции этнокультурного процесса нерусских этносов в регионе. Основной причиной возникновения этнической традиции, безусловно, является самосознание и самоидентичность этноса. Повышенный интерес к национальной идентичности сопровождается стремлением к сохранению этнической культуры, национальных традиций, которые проявляются в виде осознания человеком себя, как части определенной этнической общности, в условиях сложной экспансии «запад-

ного», «американского» образа жизни, его стиля мышления, нравственных и культурных ценностей.

В условиях глобализации естественной реакцией сохранения материальной и духовной культуры становится самоидентичность, позволяющая той или иной группе отличать себя от других, и тем самым определять свое место и роль в системе социальных отношений. Н. И. Воронина пишет, что «для миллионов людей этническая идентичность — это само собою разумеющая данность, не подлежащая рефлексии, посредством которой они себя осознают и благодаря которой могут ответить сами себе (Кто я и с кем я?)»13. В условиях общности стремление не только отдельных людей, но и народов осознать свою этническую идентичность вполне естественно. В этом смысле идентичность всегда выступает социальным конструктом. Что касается национальной идентичности, то наряду с гражданской, культурной, религиозной, политической, региональной она является одной из разновидностей идентичности как таковой.

Важным элементом в системе механизмов национальной идентификации выступает мифология. Она является компонентом национального сознания как структурообразующего фактора этноса и национального самосознания, через которое происходит идентификация отдельных представителей этноса с единым, коллективным целым. Компонентами коллективной идентичности являются общее историческое прошлое, историческая память, пространственно-временные концепты, мифология, религиозные доктрины, общепринятые ритуалы, культурные ценности. В каждый из исторических периодов самоидентификация личности происходит по-своему с учетом характера ментальности, особенности ценностных структур, доминирования телесного, духовного или рационального начал в человеке14.

При рассмотрении процесса этнической идентификации можно заметить интересную закономерность: основным способом этнической идентификации является выработка и усвоение мифов. Именно миф может быть рассмотрен как основная форма упорядочивания сложной социальной реальности. Национальная картина мира как способ отношения человека к миру, окружающей его действительности представляется как упорядоченная система представлений и соотнесение их с определенными национальными ценно-

стями, которые выражаются через мифологию, философию, язык, идеологию, традицию, фольклор и т. п. При этом национальная картина мира не является неизменной. Она разная в различные периоды жизни народа и для различных групп внутри этноса. Это связано с различиями в культурно-ценностных доминантах. Неизменными оказываются лишь те мифы или архетипы, символические первообразы культуры, которые постоянно трансформируются с развитием самой культуры.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Берг Л.С. Номогенез, или Эволюция на основе закономерностей. Пб.: Гос. изд-во, 1922. С. 180—181.

2 Гумилев Л.Н. Этнос и ландшафт. Историческая география как народоведение // Изв. Всесоюз. геогр. общества. 1968. № 3. С. 195.

3 См.: Юрченков В.А. Взгляд со стороны: очерки. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1995. С. 22—29.

4 См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 812.

5 Фоминых В.П. Общественная психология сельских жителей Чувашии. Чебоксары, 1990. С. 170.

6 Косов Г.В. История народной художественной культуры: Курс лекций. URL: http://www.sspi.ru/dir/_nau/fil/3.pdf (дата обращения: 15.09.2013).

7 Белков П.А. О методе построения теории этноса // Этносы и этнические процессы. М., 1993. С. 49.

8 Агаев А.Г. Нациология: философия национальной экзистенции. Махачкала: АГУ, 1992. С. 134—135.

9 См.: Теория личности в западноевропейской и американской психологии. Самара: Бахрах, 1996. С. 134.

10 Там же.

11 Гумилев Л.Н. От Руси к России. М.: Экопрос, 1994. С. 296.

12 Романов В.Н. Взаимодействие культурных систем в этническом пространстве Среднего Поволжья. Ульяновск: УлГУ, 2003. С. 38.

13 Воронина Н.И. Города и люди: культурная идентичность. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2008. С. 12—13.

14 Черная Л.А. Самоидентификация личности в культуре «внеличностного» типа // Культура сквозь призму идентичности. М.: Индрек, 2006. С. 268.

Поступила 21.02.2014.

REFERENCES

1 Berg L.S. Nomogenez, ili Jevoljucija na osnove zakonomernostej. Pb.: Gos. izd-vo, 1922. S. 180—181.

2 Gumilev L.N. Jetnos i landshaft. Istoricheskaja geografija kak narodovedenie // Izv. Vsesojuz. geogr. obshhestva. 1968. № 3. S. 195.

3 Sm.: Jurchenkov V.A. Vzgljad so storony: ocherki. Saransk: Mordov. kn. izd-vo, 1995. S. 22—29.

4 Sm.: Filosofskij jenciklopedicheskij slovar'. M., 1983. S. 812.

5 Fominyh V.P. Obshhestvennaja psihologija sel'skih zhitelej Chuvashii. Cheboksary, 1990. S. 170.

6 Kosov G.V. Istorija narodnoj hudozhestvennoj kul'tury: Kurs lekcij. URL: http://www.sspi.ru/dir/_nau/fil73.pdf (data obrashhenija: 15.09.2013).

7 Belkov P.A. O metode postroenija teorii jetnosa // Jetnosy i jetnicheskie processy. M., 1993. S. 49.

8 Agaev A.G. Naciologija: filosofija nacional'noj jekzistencii. Mahachkala: AGU, 1992. S. 134—135.

9 Sm.: Teorija lichnosti v zapadnoevropejskoj i amerikanskoj psihologii. Samara: Bahrah, 1996. S. 134.

10 Tam zhe.

11 Gumilev L.N. Ot Rusi k Rossii. M.: Jekopros, 1994. S. 296.

12 Romanov V.N. Vzaimodejstvie kul'turnyh sistem v jetnicheskom prostranstve Srednego Povolzh'ja. Ul'janovsk: UlGU, 2003. S. 38.

13 Voronina N.I. Goroda i ljudi: kul'turnaja identichnost'. Saransk: Mordov. kn. izd-vo, 2008. S. 12—13.

14 Chernaja L.A. Samoidentifikacija lichnosti v kul'ture «vnelichnostnogo» tipa // Kul'tura skvoz' prizmu identichnosti. M.: Indrek, 2006. S. 268.

N. V. Ryabov. Ethnicity and Self-Consciousness in the Context of the Ethnic Culture of the Mordvinian People

For the centuries-old history of existence and the process of evolution, peoples developed and accumulated material and spiritual values which are defined as unique culture. Each ethnic group has a historic code, spatial and temporal extent, its own genotype, biological and social ties, and its place in the landscape space. The Finno-Ugric people has always attracted attention of Russian and foreign scientists with its unique culture, as the study of ethnic cultures of peoples as an integral part of the spiritual culture of modern humanity as well as the issues of formation of ethnic self-consciousness are of great importance.

In the sphere of ethnic consciousness, the world outlook plays a special role which is in close proximity to the mentality of the people developed over centuries, based on the idea of ethno-historical life reflected in the artistic culture. For the self-consciousness of the Mordvinian people and its identity, natural phenomena and the landscape became a natural background for understanding of space. Changes in ethnic environment (language, cultural achievements) occurring in interaction with other cultural traditions are a sufficient ground for the assertion of assimilation of indigenous peoples of the Volga Region connected with the ongoing leveling of common cultural values.

The key point of the ethnic self-consciousness is the identification of individuals with a certain ethnic community, which is reflected in the self-

ethnonym of an ethnic group. The major differences of ethnic groups from other nationalities are: language, character, type of face, rites, and traditions. When considering the process of ethnic identification, quite interesting regularity can be noticed: the main way of ethnic identification is in making and learning myths. Only those myths or archetypes, symbolic primordial images of culture remain unchanged, that are constantly transformed with the development of the culture itself.

RYABOV Nikolai Vladimirovich, Candidate of Historical Sciences, Associate Professor, Department of Traditional Mordvinian Culture and Modern Art, National Research Ogarev Mordovia State University (Saransk, Russian Federation).