Сущность вербально выраженной мысли-скрепа как медиатора смысловой интегративности текста

ЛИНГВИСТИКА И МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

Сущность вербально выраженной мысли-скрепа как медиатора смысловой интегративности текста

М. Ю. Чернышов

(Иркутский научный центр Сибирского отделения Российской академии наук)*

В статье представлены результаты исследования принципов смысловой интегративности текста. Постулируется вновь открытый медиатор смысловой интегративности текста, получивший название «вербально выраженная мысль-скреп».

Ключевые слова: смысловое содержание, смысловая интегративность текста, медиатор инте-гративности, мысль-скреп.

Понятие «смысл» относится к множеству понятий, которые пока не имеют четкого, однозначного определения. Тем не менее ученые, работающие в различных областях знания, постоянно прибегают к его использованию, причем для выражения основных идей. Потребность в смысловом анализе данных (в целях получения информации) или текстов (в целях их понимания), потребность в смысловом связывании высказываний в информативный текст возникает при написании научных трудов специалистами, работающими в различных областях знания, при анализе явлений природы и общества, понятий математики, программирования, искусственного интеллекта (ИИ), при решении задач обеспечения технологиче-

ской безопасности, у правоведов при анализе/синтезе смыслового содержания законов и т. д. Умение оперировать смыслами, выполняя операции смыслового анализа/синтеза, в равной степени важно для лингвистов, физиков, химиков, биологов, политологов, психологов и т. д. Но для того чтобы эффективно оперировать смыслами, необходимо понять принципы смысловой организации мышления, на основе которых строится наша речь. До сих пор анализ принципов организации мысли, смысла, суждения, высказывания оставался за пределами возможностей. До сих пор не созданы смысловые системы ИИ, а возможности всех существующих роботов ограничены пока примитивами физических движений.

* Чернышов Михаил Юрьевич — кандидат филологических наук, заведующий методической частью Президиума Иркутского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук, почетный профессор Кембриджского университета, почетный профессор Международной ассоциации логического программирования (ALP). Тел.: +7 (3952) 42-67-27. Эл. адрес: cell@sifibr.irk.ru

1. О понимании смысловой организации и смысла речи. Сложнейшим аспектом проблемы понимания смысла речи является знание принципов ее смысловой организации. До недавнего времени ее интерпретировали как «внутреннюю смысловую связность речи (текста) в единое целое» (Павиленис, 1983: 43). Исследования проблемы смысловой связности велись на протяжении последних 60 лет. Однако многие известные ученые (F. Capra, N. E. Enquist, И. Р. Гальперин, Г. В. Степанов, Г. В. Колшанский, Е. В. Па-дучева, Ю. А. Ладыгин, Н. Д. Арутюнова, И. В. Арнольд, А. И. Новиков) в различные периоды времени указывали на отсутствие убедительных результатов, ведь даже к употреблению понятий смысл, смысловая связность и т. п. исследователи относились легко, не придавая значения точности определений или используя в рассуждениях

о связности текста понятия, относящиеся к высказываниям (синтаксис/когезия текста).

Несмотря на то что структура текста, его тема, его информационное содержание, идея, стиль и т. д. не являются тем же самым, что его смысл, это не одно и то же, многие лингвисты считали возможным сводить исследование смысловой связности текста к рассуждениям о тематической, содержательно-концептуальной, содержательно-фактуальной, композиционно-структурной, денотативной связности. Но ни для кого не было секретом, что эти виды связности — вторичные по отношению к связности, какую имели в виду Г. В. Колшанский, И. Р. Гальперин и Т. А. Ван Дейк, и не имеют отношения к его ядерно-смысловой связности, когда элементарные смыслы сегментов складываются в ядерный смысл текста, или к его коммуникативной связности. Подмены сферы рассмотрения были обусловлены трудностями четкого понимания существа связности. Не случайно в последние годы понятие связность, которое широко использовали в 1970—1990-е годы, уступило место более точной его интерпретации — «смысловая интегративность высказывания (или текста)», понимаемой как смысловая связь

его сегментов между собой в единое целое, предполагающая его смысловую целостность. Такая интерпретация была сформулирована на интуитивной основе в монографиях И. Р. Гальперина (Гальперин, 1980),

А. И. Новикова (Новиков, 2007), диссертациях Э. Д. Синенко (Синенко, 1989), Т. А. Голиковой (Голикова, 1996). Ее допустимость следовало доказать, но этому препятствовали, во-первых, логико-смысловая необоснованность существовавших до сих пор представлений об интегративности, во-вторых, дефицит познаний большинства лингвистов в области логической семантики.

2. Смысловые отношения в тексте и медиаторы его смысловой интегративности. При исследовании смысловой интегративности предметом должны были стать медиаторы (т. е. элементы, опосредующие смысловую связность текста). Вместо этого исследователи обсуждали вербальные элементы, объявленные «средствами связности»: «смысловую веху» (Соколов, 1947); а у Г. В. Бондаренко «ключевые слова сегментов текста», рассматриваемые как вехи, выражающие микротемы текста (Бондаренко, 1976). Но вербальные элементы не могут быть медиаторами смысла (см.: Чесноков, 1966). В двух монографиях автора данной статьи известные концепции связности текста были подвергнуты анализу на достоверность (Чернышов, 2010a; 2010b). Если исследователи хотят оперировать корректными понятиями, то им придется признать, что единственным средством обеспечения смысловой интегра-тивности речи являются интеллектуальные способности человека, строящего мысль и речь. Никаких «вербальных средств смысловой интегративности» в принципе быть не может. Попытка проникновения в тайны действительно смысловых отношений внутри текста речевого произведения вывела на мысль о поиске медиаторов смысловой интегративности в сфере экстра-лингвистических абстрактных сущностей (мыслей; отношений между мыслями/смыслами). Экстралингвистические абстрактные сущности и прежде приходилось учитывать,

например при рассмотрении отношений когезии: в анализе соотнесения референтов с действительностью, при отслеживании отношений между кореферентами/коденотатами текста (Geluykens, 1989). Без них невозможно было обойтись в рассуждениях о логикосмысловой организации текста (Арнольд, 1999). Медиаторами смысловой интегра-тивности могут быть только мысли, несущие смысл и вводимые в текст его автором (Chernyshov, 1991b).

Прежде медиаторы именно смысловой ин-тегративности речи выявить не удавалось. Такие медиаторы и способы оперирования с ними в анализе и синтезе смыслов были выявлены в итоге исследований, проводившихся нами с 1985 г. Концепция смысловой инте-гративности мысли, построенная на основе понятия мысль-скреп, впервые описана в автором данной статьи в его работах (Chernyshov, 1991a, b; Чернышов, 1992; Чернышов, 2010a, b). Речь идет об идентифицированном нами классе медиаторов смысловой интег-ративности, названном мысли-скрепы.

3. О сущности мысли-скрепа как медиатора смысловой интегративности текста.

Исследования, проведенные на огромном объеме текстов, относящихся к множеству функциональных стилей, позволили понять, как речь организуется в смысловом отношении, и научиться выявлять мысли-скрепы (МС).

Мысль-скреп (МС) — мысль, которая вводится в смысловую структуру текста (сегмента) неоднократно и итеративно или же однократно, но тем не менее прослеживается (или может быть восстановлена из подтекста) по ходу текста (сегмента) на всем его протяжении и выполняет функции коммуникативно-, когнитивно- и эмо-тивно-смыслового связывания элементарных смыслов его частей в единый ядерный смысл (ЯС) текста (сегмента), помогая организовать последний для эффективного донесения ЯС до адресата. Вербально выраженные МС (ВВМС):

а) медиаторы, выражаемые вербальными единицами не меньшими, чем синтагма;

б) их нельзя изъять из текста без потери существенной части смысла из-за исчезновения ключевых смысловых связок;

в) достоверность МС и ВВМС доказывается средствами логики (Чернышов, 2010b).

4. Идентификация мысли-скрепа: принципы и примеры. Рассмотрим принцип идентификации ВВМС на примере трех сегментов из романа Э. Хемингуэя.

Сегмент 1 («Islands in the Stream»): ‘...Don’t think about that. Think about details. Think about all the things you should do and how we should be a happy ship until we fight. I’ll think about the fight.’

Очевидно, что секрет связности сегмента заключен не в повторе глаголов think, которые не выражают мысль. Учтем, что ВВМС может быть выражена единицей не меньшей, чем синтагма. Здесь есть синтагма think about... («думай о главном»). Эта мысль помогает в развитии общей мысли сегмента от самонастройки персонажа (Don’t think about that. Think about... ) до принятия решения (I’ll think about...). Ее итерирование и неизымаемость из текста говорят о том, что мы идентифицировали ВВМС сегмента. Обратите внимание, как ВВМС, вставленная в середину последнего высказывания сегмента, ‘I’ll think about the fight’, устанавливает связь между намерением индивида (‘I’ll’) и его целью (‘the fight’). Но порой ВВМС вроде бы просматривается, но не присутствует во всех высказываниях сегмента: неясно, как она интегрирует сегмент.

Сегмент 2 («At Sea»): ‘(1) Get it straight.

(2) Your boy you lose. (3) Love you lose. (4) Honor has been gone for a long time.’

Текст сегмента необходимо «раскрыть», сделав эксплицитным то, что подразумевается или ушло в подтекст: ‘(1) [You] Get it [i.e. the loss] straight. (2) Your boy you lose.

(3) Love you lose. (4) Honor has been gone [from you] for a long time.’ Во-первых, восстановленные индексалы you еще не идентифицируют ВВМС, но помогают понять, что высказывания (1)-(4) связаны между собой по теме (тема: ‘about you’). Во-вторых, раскрытие местоимения it как the loss способствует

раскрытию содержания отношений в другой цепочке (loss — lose — lose — has been gone) и соответственно идентификации ВВМС. Формальные признаки — наличие мысли, выраженной синтагмой; ее последовательное итерирование (you lose — you lose — has been gone from you); ее неизымаемость — свидетельствуют о том, что мы идентифицировали МС сегмента. Это — мысль об утрате, которую должен принять герой (‘get the loss straight’). Содержание этой утраты последовательно раскрывается в высказываниях: утрачены сыновья, любовь, честь.

Но тривиальные объяснения помогают не всегда. Во-первых, ВВМС выражаются в форме (а) очевидных однотипных, (б) очевидных, но варьируемых и (в) относительно очевидных вербальных повторов лишь в сегментах текстов и то далеко не всегда; во-вторых, ВВМС не всегда выражены в форме вербального повтора; в-третьих, ВВМС следует искать в начале текстового сегмента. Чаще всего для идентификации ВВМС необходим логический анализ. Это потребовало разработать способ условного логического представления МС исключительно для того, чтобы условно демонстрировать функции такого МС как оператора в связывании смысла текста /сегмента.

Мысль-скреп I сегмента {S;}, связывающую элементарные смыслы (ЭС) Sj цепочки его предложений-высказываний (ПВ), можно определить как оператор интегративнос-ти Pj, понимаемый как оператор, реализующий последовательность отображений вида Pi(I ^ S;) (где I — мысль-скреп сегмента; Si — ЭС i-го ПВ), при которых МС отображается в ЭС каждого i-го высказывания сегмента текста, и в итоге осуществляющий на уровне логико-смысловых отношений отображение множества элементарных смыслов {SJ в ядерный смысл П сегмента (абзаца, главы, поэтической строфы и т. п.):

I = defR : {S1,S2,---,Sm}^ П.

Эти логико-смысловые отношения опосредованы отображениями I ^ Sj.

Мысль-скреп I ( = Iij) текста {£;}, связывающую элементарные смыслы (ЭС) Ej це-

почки его составляющих (глав/абзацев текста или др.), можно определить как оператор, реализующий последовательность отображающих воздействий вида R;( I ^ Ei) (где I — мысль-скреп текста; E; — ЭС i-й составляющей текста), при которых МС отображается в ЭС каждой i-й составляющей текста, и в итоге осуществляющий на уровне космысловых отношений отображение множества элементарных смыслов {Ei} в ядерный смысл П текста как смыслового целого, т. е.

I = defR : {E1,E2,-,En} ^П.

Эти логико-смысловые отношения опосредованы отображениями I ^ Е;.

Модельное представление о логической смысловой интегративности текста, опосредуемой с помощью мыслей-скрепов, в схематическом виде можно найти в книге автора (см.: Чернышов, 2010a: 110).

Итак, мы лишь условно обозначили, как и из каких составляющих формируется смысл текста, какие отношения устанавливаются между элементарными смыслами сегментов. С учетом определений, МС I и МС I, ядерный смысл П сегмента есть функция вида П = I(Si,S2,...,Sm), а ядерный смысл П текста — функция вида П = I (Ei,E2,...,En), связывающая элементарные смыслы. Рассмотрим пример, предполагающий необходимость такого анализа.

Сегмент 3 («Islands in the Stream»): ‘(1) Think about after the war and when you will paint again... (2) Hang on good now to how you truly want to do it. (3) But life is a cheap thing beside a man’s work. (4) The only thing is that you need it. (5) Hold it tight. (6) Now it is the true time to make your play. (7) Make it now without hope of anything.’

Известные подходы к анализу смысловой организации текстового сегмента можно подразделить на два типа: 1) формальные (предполагающие, например, установление вербальных повторов, которые до сих пор интерпретировали как форму связи между вербальными элементами) и 2) литературоведческие. В данном сегменте очевидны повторы индексалов it (2) — it (4) — it (5) —

it (7) и повтор thing (3) — thing (4). Но наличие повторов, выявленных по формальным признакам, не является в общем случае показателем интегративности сегмента текста. Покажем, в чем состоит отличие нашего приема логической идентификации признаков интегративности сегмента текста с помощью мыслей-скрепов.

Еще в 1940-е годы А. Н. Соколов, ставя задачу выявлять смысл текста, предлагал анализировать первые абзацы текстов, которые он считал «ключевыми», и идентифицировать смысловые вехи, т. е. «смысловые сегменты, являющиеся носителями обобщенного смысла». По его мнению, смысловую веху как маяк связности следует искать в начале первого абзаца текста (Соколов, 1947: 165). Этот интуитивный вывод содержал рациональное зерно, но до сих пор никому не удалось доказательно связать смысловые скрепы повествования с множеством первых высказываний сегментов, все искали вербальные повторы, а не мысли, обусловливающие связность текста.

В рассматриваемом сегменте МС выявляется уже в первом предложении-высказывании (ПВ) сегмента: МС Ij ~ ‘paint (i.e. work) again(!)’. Докажем это.

1) Мысль, выражаемая синтагмой ‘paint (i.e. work) again(!)’, следует перед цепочкой ЭС остальных ПВ сегмента, которые она связывает в единый смысл.

2) Нетрудно показать, что каждое звено этой цепочки имеет связь c данной мыслью. Она опосредована логическими отношениями, но не теми, которые отображаются цепочкой очевидных (но случайных) вербальных индексалов it (4) — it (5) — it (6) — it (7) или thing (3) — thing (4). Правильно идентифицировав МС, мы получаем возможность выявить неочевидную, но подлинную цепочку опорных вербально выраженных элементов множества ПВ, являющуюся результатом построения отношений соотображения Pi(I ^ St), I = 1, n (здесь I — МС сегмента; Si — ЭС i-го ПВ; знак ^ показывает, что МС отображается в ЭС каждого i-го ПВ), обеспечивающих интегративность. Лишь в том

случае, если синтагма, выражающая МС, выявлена верно, смысловая связь ПВ между собой и их связь с МС сегмента становится очевидной.

3) Поверим это, последовательно раскрыв содержание индексалов и именных фраз в ПВ (1)-(7) данного сегмента: (1) МС = paint (work) again ^ (2) it (=painting) ^

(3) man's work (=painting) ^ (4) it (=paintingman's work) ^ (5) it (=painting, man’s work) ^ (6) your play (=painting, man's work) ^ (7) ^ it (=painting, man's work). Отношения логичны, и это уже подтверждает вывод

о том, что МС сегмента I = ‘paint (work) again (!)’. Но этого недостаточно.

4) Теперь, с учетом идентифицированной МС, для каждого i-го высказывания можно восстановить (пока — средствами интуиции) истинную (обусловленную развитием мысли, а не случайными повторами) последовательность вербальных отображений, отражающих элементарные смыслы Si, из которых затем складывается ядерный смысл сегмента. Покажем, что и на этом уровне имеют место очевидные отношения интегра-тивности, идентифицируемые с помощью МС. Для МС I = paint (work) again мы с помощью формулы интегративности, предполагающей систему последовательных отношений соотображения, можем идентифицировать следующие отношения интегратив-ности Pj(I ^S) : Pj(I ^ S ~ think about... when you will paint again)) — P2I ^ S ~ hang on to the idea of the work)) — P3I^ (S3 ~ man cannot survive without his work)) — P4I^ (S4 ~ man needs man’s work)) — P5I^ (S5 ~ hold to the idea of man’s work)) — P6(I\^ (S6 ~ it is time to do man’s work)) — P7I^ (S7 ~ do your work now without any hope of reward)). Очевидно, что цепочка была выбрана правильно, а потому для каждого из высказываний имеет место общее отображение мысли-скрепа в последовательности элементарных смыслов Si, а именно: paint again ^ do man’s work. Итак, отображение МС в элементарные смыслы высказываний сегмента убеждает в том, что МС всего сегмента I = “paint (work) again (!)”.

Заключение. Введение в рассмотрение мысли-скрепа как медиатора смысловой ин-тегративности сделало модель смысловой интегративности текста более прозрачной. Сравнительно несложная концепция, построенная в рамках логической семантики, сделала наглядным, как и из каких составляющих формируется смысл текста, какие отношения устанавливаются между элементарными смыслами сегментов и как они устанавливаются. Стало ясно, что многоаспектная интегративность текста не ограничена ядерно-смысловой и структурносмысловой составляющими, а предполагает также когнитивно-, коммуникативно-и эмотивно-значимую интегративность. Последние три аспекта интегративности определяют степень оформленности ядерного смысла текста для его эффективного донесения до адресата. Это именно те аспекты интегративности, которые и опосредуются мыслями-скрепами.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Арнольд, И. В. (1999) Импликация как прием построения текста и предмет филологического изучения // Арнольд И. В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность : Сб. статей. СПб. : Изд-во С.-Петербургского ун-та. С. 77-92.

Бондаренко, Г. В. (1976) Mетоды лингвистического анализа структуры текста на сверх-фразовом уровне (на материале научно-технических текстов) : дис. ... канд. филол. наук. M.

Гальперин, И. Р. (1980) Интеграция и завершенность текста. M : Наука.

Голикова, Т. А. (1996) Слово как интегративный компонент репрезентации концептуальной картины мира (на материале творчества

В. В. Набокова) : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Барнаул.

Новиков, А. И. (2007) Текст и его смысловые доминанты / под ред. Н. В. Васильевой, Н. M. Нестеровой, Н. П. Пешковой. M. : Изд-во Ин-та языкознания РАН.

Павиленис, Р. И. (1983) Проблема смысла : современный логико-философский анализ языка. M. : MbiMK

Синенко, Э. Д. (1989) Соотношение члени-мости и интегративности художественного текста (на материале главы английского романа XVIII-XX вв.) : автореф. дис. ... канд. филол. наук. М.

Соколов, А. Н. (1947) Психологический анализ понимания иностранного текста // Известия АПН РСФСР. Вып. 7. С. 163-190.

Чернышов, М. Ю. (1992) Элементы логики и семантики отношений в ЕЯ тексте // Известия Российской академии наук : Теория и системы управления. № 5. С. 231-243.

Чернышов, М. Ю. (2010a) Вербальные средства выражения мыслей-скрепов как медиаторов смысловой интегративности текста. М. : Наука и право.

Чернышов, М. Ю. (2010b) Проблема идентификации вербально выраженных мыслей-скрепов как медиаторов смысловой интегра-тивности текстов. М. : Наука и право.

Чесноков, П. В. (1966) Основные единицы языка и мышления. Ростов-на-Дону : Ростовское книжное изд-во.

Chernyshov, M. Yu. (1991a) A Logic Approach to Modeling NL Sentence Semantics // Proc. 2d Intern. Cognitive Linguistics Conference (Santa Cruz, CA, July 29 — Aug. 2, 1991). Duisburg : LAUD Press. P. 14-15.

Chernyshov, M. Yu. (1991b) The English Language as a System and Elements of Its Logic / M. Yu. Chernyshov // Systems Thinking in Europe / eds. M. C. Jackson et al. Proc. Intern. Conference «Systems Thinking in Europe» (Huddersfield, U.K., Sept. 10-13, 1991). N. Y ; London : Plenum Press. P. 475-480.

Geluykens, R. (1989) Referent-tracking and Co-operation in Conversation: Evidence from Repair // Chicago Linguistic Society. Vol. 25. P. 65-76.

THE NATURE OF VERBALLY EXPRESSED

LINKING THOUGHT AS A MEDIATOR OF TEXT SENSE INTEGRATION M. Yu. Chernyshov

(The Irkutsk Scientific Center at the Siberian

Branch of the Russian Academy of Sciences)

The paper presents some results of the investigation bound up with the principles of text sense

integration. A mediator of text sense integration, which has been discovered by the author and is known as «the verbally expressed linking thought», is postulated.

Keywords: semantic content, text sense integration, mediator of integration, linking thought.

BIBLIOGRAPHY

Arnol’d, I. V. (1999) Implikatsiia kak priem postroeniia teksta i predmet filologicheskogo izucheniia // Arnol’d I. V. Semantika. Stilistika. Intertekstual’nost’ : Sb. statei. SPb. : Izd-vo S.-Peterburgskogo un-ta. S. 77-92.

Bondarenko, G. V. (1976) Metody lingvistich-eskogo analiza struktury teksta na sverkhfra-zovom urovne (na materiale nauchno-tekhnich-eskikh tekstov) : dis. ... kand. filol. nauk. M.

Gal’perin, I. R. (1980) Integratsiia i zavershen-nost’ teksta. M : Nauka.

Golikova, T. A. (1996) Slovo kak integrativnyi komponent reprezentatsii kontseptual’noi kartiny mira (na materiale tvorchestva V. V. Nabokova) : avtoref. dis. ... kand. filol. nauk. Barnaul.

Novikov, A. I. (2007) Tekst i ego smyslovye dominanty / pod red. N. V. Vasil’evoi, N. M. Nes-terovoi, N. P. Peshkovoi. M. : Izd-vo In-ta iazy-koznaniia RAN.

Pavilenis, R. I. (1983) Problema smysla : so-vremennyi logiko-filosofskii analiz iazyka. M. : Mysl’.

Sinenko, E. D. (1989) Sootnoshenie chleni-mosti i integrativnosti khudozhestvennogo teksta (na materiale glavy angliiskogo romana XVIII-XX vv.) : avtoref. dis. ... kand. filol. nauk. M.

Sokolov, A. N. (1947) Psikhologicheskii analiz ponimaniia inostrannogo teksta // Izvestiia APN RSFSR. Vyp. 7. S. 163-190.

Chernyshov, M. Iu. (1992) Elementy logiki

i semantiki otnoshenii v EIa tekste // Izvestiia Rossiiskoi akademii nauk : Teoriia i sistemy uprav-leniia. № 5. S. 231-243.

Chernyshov, M. Iu. (2010a) Verbal’nye sredst-va vyrazheniia myslei-skrepov kak mediato-rov smyslovoi integrativnosti teksta. M. : Nauka

i pravo.

Chernyshov, M. Iu. (2010b) Problema identi-fikatsii verbal’no vyrazhennykh myslei-skrepov kak mediatorov smyslovoi integrativnosti tekstov. M. : Nauka i pravo.

Chesnokov, P. V. (1966) Osnovnye edinitsy iazyka i myshleniia. Rostov-na-Donu : Rostovskoe knizhnoe izd-vo.

Chernyshov, M. Yu. (1991a) A Logic Approach to Modeling NL Sentence Semantics // Proc. 2d Intern. Cognitive Linguistics Conference (Santa Cruz, CA, July 29 — Aug. 2, 1991). Duisburg : LAUD Press. P. 14-15.

Chernyshov, M. Yu. (1991b) The English Language as a System and Elements of Its Logic / M. Yu. Chernyshov // Systems Thinking in Europe / eds. M. C. Jackson et al. Proc. Intern. Conference «Systems Thinking in Europe» (Huddersfield, U.K., Sept. 10-13, 1991). N. Y ; London : Plenum Press. P. 475-480.

Geluykens, R. (1989) Referent-tracking and Co-operation in Conversation: Evidence from Repair // Chicago Linguistic Society. Vol. 25. P. 65-76.

Научные проекты МосГУ, поддержанные научными фондами

Российский гуманитарный научный фонд поддержал проект «Образ Гамлета как константа русской культуры» (проект №11-34-00221а1). Руководитель проекта — Б. Н. Гайдин, старший научный сотрудник Института фундаментальных и прикладных исследований МосГУ.