Управление эффективностью экономики региона

Управление эффективностью экономики региона DEPARTMENT OF ECONOMIC PERFORMANCE OF THE REGION

Бостанова Асият Ильясовна, к.э.н., доцент кафедры финансов, денежного обращения и кредита, НОУ ВПО «Кисловодский институт экономики и права»

Bostanov Asiyat Ilyasovna, Ph.D., assistant professor of finance, monetary, KNOW VPO "Kislovodsk Institute of Economics and Law"

Аннотация. В статье рассматривается эффективное управление экономикой региона в контексте управления социально-экономическим потенциалом и развитием социально-экономических систем, теоретическое обоснование и определение новых подходов в оценке качества социально-экономического потенциала региона для эффективного управления социально-экономическим развитием региона.

Ключевые слова: эффективное управление, управление устойчивым

развитием, воспроизводственный потенциал, горизонтальная интеграция, институционализация интеграционных процессов, межрегиональная конкуренция, инновационная компонента воспроизводственного процесса. Summary. The article deals with the efficient management of the economy of the region in the context of socio-economic potential and development of socioeconomic systems, theoretical foundation and definition of new approaches to assessing the quality of socio-economic potential for the effective management of socio-economic development of the region.

Key words: effective management, sustainable development, reproductive capacity, horizontal integration, the institutionalization of the integration process, interregional competition, innovation component of the reproduction process

Опыт реализации рыночных реформ в Российской Федерации показывает, что макрорегиональный уровень управления характеризуется недостаточной проработанностью. Это, прежде всего, связано с неопределенностью места макрорегиона в сложившейся системе управления, неурегулированностью форм и методов взаимодействия различных структур территориальной системы. Однако в условиях усиления взаимозависимости регионов до такой степени, когда действия одного из них затрагивают интересы других регионов и региональных систем, возникает необходимость формирования парадигмы управления устойчивым развитием макрорегиона.

Парадигму макрорегионального управления устойчивым развитием следует рассматривать как исходную концептуальную схему, модель управления, которая должна быть ориентирована на эффективную организацию совокупности процессов и действий, ведущих к образованию и совершенствованию взаимовыгодных межрегиональных связей, сбалансированному развитию системообразующих элементов социальноэкономической системы макрорегиона, согласующемуся с вектором развития национальной экономики.

В современной отечественной науке можно выделить два подхода к вопросу государственного управления развитием социально-экономических систем разного уровня. Первый подход составляет содержание либеральнорыночной модели государственного управления (Е.Т. Гайдар, Е.Г. Ясин, А.Н. Илларионов и др.). Исходя из доктрины «Вашингтонского консенсуса», он доказывает, что механизм рыночного саморегулирования является единственно возможным. Либерально-рыночная концепция предполагает усиление роли частных источников роста (частных фирм и домохозяйств). Они должны замещать и постепенно вытеснять государство из предпринимательской зоны. Государство должно создавать максимально благоприятные условия для функционирования частных экономических агентов, стимулировать их интерес к развитию, то есть стимулировать предложение товаров и услуг на рынке.

Второй подход представлен институционально-государственной (дирижистской) моделью управления, которая наиболее полно сформулирована такими российскими учеными как Л.И. Абалкин, С.Ю. Глазьев, Д.С. Львов. Институционально-государственная концепция границы централизованного государственного регулирования связывает с закономерностями развития технологических укладов и делает ставку на возможности государства, компенсирующего недостатки делового климата и частных инвестиций. Государство в этой конструкции является основным источником роста - и как источник ключевых финансовых ресурсов, и как

нейтрализатор «рыночной стихии», и как держатель ключевых институтов, необходимых для экономического роста. Г осударство определяет приоритеты, концентрирует на них политический и финансовый ресурс, выстраивает финансовую систему, опираясь на принадлежащие государству банки и биржи, напрямую руководит ключевыми производственными компаниями (контролирует «командные высоты»). Государственный спрос не только на товары и услуги, но и на институты, оказывается здесь системообразующим. От государства же зависит в значительной мере и спрос домохозяйств.

Эта дихотомия хорошо известна из экономической теории и из экономической истории. Она возникла задолго до появления современного глобального кризиса. Выбор между экономикой спроса и экономикой предложения лежит в основе характерной для всего ХХ века дискуссии между кейнсианскими и неоклассическими моделями экономического роста.

Еще более актуальна эта тема для стран с развивающейся экономикой (или стран догоняющей модернизации). Анализируя опыт Германии и России второй половины XIX - начала XX веков, А. Гершенкрон показал, что в условиях догоняющего развития государство должно брать на себя компенсацию рыночной неопределенности, и особенно слабости только зарождающихся рыночных институтов(1).

В этой связи полагаем, что в основу формирования парадигмы управления устойчивым развитием северокавказского макрорегиона должна быть положена институционально-государственная модель.

Однако можно указать, как минимум, на две ловушки, возникающие в рамках реализации дирижистского подхода.

Первая связана с тем, что уровень эффективности (неэффективности) государственных инвестиций будет в пределе задан общим уровнем эффективности инвестиций в экономике, общим уровнем конкурентности рынков, то есть: чем более конкурентной является среда, тем более эффективными (менее неэффективными) могут быть государственные

инвестиции, и, наоборот, снижение уровня конкурентности среды будет вести к пропорциональному росту уровня неэффективности государственных инвестиций.

Вторая обусловлена тем, что большинство успешных опытов дирижистских модернизаций были сопряжены с созданием экономики, ориентированной на промышленный экспорт. При всех недостатках внутренней институциональной среды, значительном уровне вмешательства государства в экономику мерилом успешности фирм оставалась их способность расширять присутствие на внешних рынках в условиях жесткой конкуренции, что и являлось в конечном итоге мотором развития -фильтром, отбирающим наиболее перспективные образцы, проекты и направления бизнеса. И, наоборот, в условиях модели роста, ориентированной на внутренний спрос, плохие институты и расширение присутствия государства в экономике лишь искажают рыночные стимулы, ведут к понижению среднего уровня эффективности.

Таким образом, альтернатива выглядит не как «частные инвестиции / государственные инвестиции», а как «конкурентная среда / неконкурентная среда». В первом случае государственные инвестиции могут помочь рынку, во втором - это всего лишь попытка подменить рынок, компенсировать недостаток конкуренции масштабами и концентрацией инвестиций, собственности, полномочий, а также поиском специфических низкоконкурентных ниш в мировом разделении труда. Осознание этой альтернативы позволяет сформулировать систему безусловных приоритетов в институциональной сфере: необходимо первоочередное улучшение

институтов, низкое качество которых непосредственно подавляет конкуренцию. Следовательно, интервенционистская политика государства может быть относительно успешной, только если она встроена в рынок, а не подменяет его.

В современной России управление устойчивым развитием макрорегиона основывается на административно-интеграционной парадигме,

которая ориентирована на преимущественное использование административных ресурсов власти. Именно эта парадигма легла в основу создания федеральных округов и позволила добиться определенных позитивных результатов, прежде всего, в области восстановления единого правового и отчасти экономического пространства Российской Федерации. Серьезные подвижки достигнуты в координации деятельности федеральных структур на территории каждого субъекта Федерации.

Однако если на начальном этапе формирования федеральных округов данная модель была оправдана, то уже через несколько лет она продемонстрировала ограниченность своих возможностей. Как верно отмечает В. Лысенко, «основные усилия здесь направляются не столько на создание правовых, политических, экономических, финансовых и иных условий для развития малого и среднего бизнеса, повышения самостоятельности местного самоуправления, включения в реформирование институтов гражданского общества, сколько на сосредоточение всех основных рычагов управления и ресурсов в руках государства, выстраивание жесткой вертикали власти под собственным руководством и при помощи федеральных программ социально-экономического развития федеральных округов, напоминающих в большинстве директивное планирование, решить основные проблемы региона»(2).

В этой связи более оправданным видится подход к управлению устойчивым развитием макрорегиона с позиции теории расширенного воспроизводства, которая была выдвинута Р.И. Шнипером и его учениками относительно управления экономикой региона(З). Воспроизводственный подход означает, что управление экономикой региона любого ранга опирается на принципы, которые устанавливаются в соответствии с законами общественного воспроизводства и отражают внутренние взаимосвязи региональной системы(4). В контексте данного подхода предметом управления является воспроизводственный процесс.

Актуальными остаются и результаты теоретических исследований по проблемам использования интеграционного подхода в управлении многорегиональными системами(5). Предметом управления с позиции интеграционного подхода выступает многообразие взаимодействующих экономических интересов, которые могут быть сведены в четыре группы:

• интересы федерального центра в отношении конкретной территории;

• интересы бизнес-структур, связанные с задачами развития и функционирования социальной и производственной инфраструктуры макрорегиона;

• региональные интересы, связанные с обеспечением устойчивого развития регионов в составе макрорегиона;

• интересы предприятий и организаций различных форм собственности, получающие выражение в осуществлении внутри- и межрегиональных связей.

Системное управление устойчивым развитием макрорегиона возможно, на наш взгляд, лишь на основе комплексного использования воспроизводственного и интеграционного подхода.

Воспроизводственно-интеграционная парадигма предполагает формирование стимулов для функционального и структурного сращивания в системную целостность прежде обособленных региональных воспроизводственных комплексов в рамках макрорегиона. Данная парадигма управления предполагает обеспечение устойчивого развития макрорегиона за счет получения синергетического эффекта от переплетения воспроизводственных потенциалов субъектов РФ, входящих в макрорегион.

В рамках воспроизводственно-интеграционной парадигмы управления устойчивым развитием макрорегиона акцент смещается с вертикальной интеграции (создание федеральных округов и укрепление института полномочных представителей Президента) в пользу усиления горизонтальных связей, на необходимость развития которой обращают ученые. Трудно не согласиться с мнением А. Швецова, который отмечает,

что кардинальное и отвечающее современным мировым веяниям изменение ситуации в территориальном развитии может быть связано только с преодолением в государственной региональной политике тенденции к усиленной централизации. Императивное значение приобретает переход от сверхцентрализованной системы с доминированием интересов, ресурсов и действий федерального уровня власти к новой децентрализованной системе, в которой более заметную роль мог бы играть, а, в конечном счете, и получить преобладающее значение самостоятельный выбор регионами путей своего социально-экономического развития. Разумеется, такое самоопределение должно происходить в пределах и с соблюдением необходимых и достаточных общегосударственных установок, интересов и ограничений (конституцонно-законодательных, институциональных, экономических, социальных). Иными словами, принцип «сверху вниз» в реализации региональной политики в нашей стране должен быть постепенно заменен принципом «снизу вверх»(6). Кроме того, практика все настойчивее требует развития интеграции экономического и социального пространства страны по горизонтали, причем интеграции на более эффективных принципах и механизмах прямого взаимодействия регионов(7), что будет более реалистично в условиях расширения экономических возможностей регионов.

Мы полностью согласны с позицией А.А. Керашева относительно того, что «обеспечить потребности интеграции различных в производственном, коммерческом, финансовом, этносоциальном и других отношениях региональных хозяйственных комплексов сможет не очередная чиновничья пирамида, а структура в форме общественной ассоциации»(5). Как справедливо отмечает автор, реализация принципа ассоциации позволит избежать принуждения и закрепления имевшихся к началу интеграционного процесса разрывов в виде устойчивых форм институциональной асимметрии.

Горизонтальные образования получили развитие в США, Канаде, европейских федеративных государствах и представляют собой важнейший

механизм саморегуляции большинства процессов жизни этих стран без вмешательства центральной власти. Так, в США все штаты сгруппированы в 9 крупных регионов, в которых отсутствуют какие-либо управляющие органы правительственного уровня. При этом федеральные власти всемерно благоприятствуют штатам в их координационном взаимодействии, умело направляя деятельность консультативных органов в нужное для федерации русло.

В России важной формой горизонтальной интеграции являются ассоциации экономического взаимодействия регионов, которые начали создаваться с 1991 г. по инициативе региональных органов власти. Положительной оценки заслуживает опыт работы ассоциаций «Сибирское соглашение» и «Большая Волга», которые решают задачи реализации крупномасштабных региональных инвестиционных программ и проектов, координируют политику занятости и социальной защиты населения, развития инфраструктуры, принимают участие в подготовке концепций по развитию отраслей экономики и производственных комплексов (например, Концепция развития нефтехимии в Поволжье, разработанная ассоциацией «Большая Волга» совместно с Приволжским федеральным округом и с корпорациями «Сибур», «ЛУКойл», «Татнефть»).

Остальные ассоциации, вопреки Федеральному закону «Об общих принципах деятельности ассоциаций экономического взаимодействия субъектов Российской Федерации» и Указу Президента РФ от 13 мая 2000 г., предписывающему сотрудничество института полномочных представителей Президента с ассоциациями, превратились в придаток полпредства или же фактически не функционируют. Неэффективность их работы обусловлена нечеткостью функций и правового статуса, ограниченными экономическими возможностями, входящих в них регионов. Необходима разработка механизмов регулирования интеграционных процессов в рамках ассоциаций, преодоление ориентации руководителей регионов на локальные интересы.

Перспективной формой горизонтальной интеграции является создание объединенных органов администраций нескольких соседних регионов, парламентских ассоциаций и объединенных комиссий законодательных органов субъектов РФ, в составе федерального округа, общественных объединений, создаваемых предпринимательским сообществом. Данные институты должны реализовать выходящее за рамки рутинных процедур комплексное, масштабное и проектное взаимодействие одновременно и органов государственной власти субъектов Федерации, и хозяйствующих на их территории бизнес-структур. Это не что иное как государственно-частное партнерство в ходе реализации проектов, представляющих особый интерес. Такое взаимодействие нескольких, и не только граничащих, регионов может оказаться полезным при реализации крупных инфраструктурных проектов.

Воспроизводственно-интеграционная парадигма управления устойчивым развитием макрорегиона отличается от административноинтеграционной не только по форме интеграции, но и по характеру задач, стоящих перед управляющим субъектом. Ключевыми задачами в контексте рассматриваемой парадигмы являются:

1. Разработка алгоритма институционализации интеграционных процессов в пространстве макрорегиона, детерминирующего последовательность и преемственность основных этапов упорядочивания и внутренней самоорганизации указанных процессов.

2. Формирование комплекса базовых инструментов регулирования воспроизводственного процесса в макрорегионе, учитывающего особенности системной организации социально-экономического пространства и воспроизводственный потенциал как макрорегиона в целом, так и его составляющих (субъектов РФ, входящих в макрорегион), и обеспечивающего согласование экономических интересов.

Институционализация интеграционных процессов выступает определяющим фактором межрегиональных взаимодействий и обеспечения устойчивого макрорегионального развития. Эффективность и

комплементарность институтов в макрорегионах способствуют экономическому росту в регионах, коэволюции региональной среды, обеспечивают единство экономических, социальных и политических задач, что содействует устойчивому развитию как отдельных территорий, так и страны в целом.

В ходе разработки алгоритма институционализации интеграционных процессов в макрорегионе необходимо учитывать, что несовпадение степени сложности нового института, регламентирующего интеграционные

процессы, и общего состояния институциональной среды регионов, может привести к возникновению институциональных разрывов. Особенно остро данная проблема ощутима в макрорегионах, где неформальные правила и традиции могут оказывать доминирующее воздействие на

институциональные нормы (в частности, на Северном Кавказе).Внедрение формальных правил и механизмов «сверху» способствует проявлению некомплементарности институтов и эскалации институциональных конфликтов в регионах.

Переход от административно-интеграционной парадигмы к

воспроизводственно-интеграционной парадигме управления устойчивым развитием макрорегиона меняет акценты в инструментарии его осуществления. В формате воспроизводственно-интеграционной парадигмы формирование базовых инструментов регулирования воспроизводственного процесса в макрорегионе связано с отказом от использования внешних макроэкономических инструментов выравнивания уровней развития регионов (перераспределительных механизмов, распределяющих уже созданный валовой внутренний продукт между регионами) и опорой на механизм внутренней мобилизации территориальных ресурсов.

В этой связи представляется конструктивной позиция В.Н. Овчинникова и Ю.С. Колесникова, считающих, что политика в отношении регионов должна заключаться в создании благоприятных условий для обеспечения самодостаточного режима воспроизводства на

мезоэкономическом уровне, снятии инфраструктурных и институциональных ограничений регионального развития на пути создания разветвленной магистрально-транспортной инфраструктуры, рационализации

использования территориальных ресурсов и обеспечения свободы маневра ими в трансрегиональных координатах реального экономического пространственно-временного континуума(8).

Некоторые ученые-экономисты полагают, что воздействие государства на функционирование экономики региона должно осуществляться через внешнюю среду бизнеса. Они рассматривают систему управления как внешнюю среду, обеспечивающую безопасность товаров и услуг для потребителей, соблюдение экологических требований в процессе производства, достоверность рекламной информации, а также поддержку частного бизнеса на основе субсидирования, защиты от недобросовестной конкуренции, обеспечения возможностей выхода на рынки других стран. Формы и методы реализации региональной политики государства в таком контексте рассматриваются как с позиций интересов бизнеса, так и с позиций региональной социально-экономической системы и общества в целом.

Сторонники данного направления отмечают, что региональная экономика функционирует в рамках регулируемой внешней среды, которая определяет поведение хозяйствующих субъектов посредством воздействия на них в следующих направлениях(9):

- внутрифирменные отношения;

- контрактные отношения с другими фирмами;

- внешнеэкономические связи;

- рыночная конъюнктура;

- кредитование;

- страхование рисков;

- правовые нормы, стандарты и т.д.

В данном контексте региональное управление представляет собой сложную систему форм и методов влияния на внешнюю среду функционирования бизнеса, определяющую правила поведения субъектов и устанавливающую параметры, в рамках которых реализуется процесс согласования частнопредпринимательских интересов и интересов регионального сообщества в целом.

В рамках многоукладной экономики при наличии множества собственников цель управления экономикой макрорегиона состоит в обеспечении рационального использования и расширенного воспроизводства региональных ресурсов, создании условий для жизнедеятельности населения и развития предпринимательства.

Общая эффективность системы регионального управления будет зависеть от того, насколько адекватно ее элементы отражают функции и полномочия управления, в какой степени они согласованы и соответствуют целям социально-экономического развития региона. Основные функции региональной власти состоят в создании, во-первых, достойных человека условий жизни с учетом качества среды проживания и удовлетворения потребностей в материальных благах и услугах общественного сектора, во-вторых благоприятной среды для деятельности экономических субъектов всех форм собственности. Трансформируя обозначенные функции в практические задачи управления, можно сказать, что механизм управления макрорегионом и регионами в его составе должен способствовать воспроизводству и эффективному использованию всех региональных ресурсов - природных, человеческих и финансовых, региональной инфраструктуры, - а также обеспечивать равновесие и Парето-оптимальное развитие социальной, природной и рыночной подсистем территориальной экономики.

При этом формирование социально-экономической среды макрорегиона в рамках воспроизводственно-интеграционной парадигмы управления рассматривается как процесс взаимодействия региональных

воспроизводственных циклов, а создание финансово-экономической базы региона происходит в результате эквивалентных производственноэкономических связей между бизнесом и региональной экономикой, что предполагает прямую зависимость экономических возможностей региональных органов управления от эффективности работы предприятий и организаций, расположенных на его территории.

Для обеспечения прочности конструкции макрорегионального хозяйства важно активно использовать инструменты и институты, обладающие значительным интеграционным потенциалом. В макрорегионе в качестве интеграционного модуля по отношению к общественному воспроизводству выступают магистральная инфраструктура, включающая сеть транспортных коридоров, энергосистему, сеть телекоммуникаций и др., а также рыночная инфраструктура (торгово-посредническая, финансовокредитная, внешнеэкономическая, информационная, экономико-правовая). Недостаточный уровень развития магистральной и рыночной инфраструктуры макрорегиона приводит к снижению деловой активности, отставанию в развитии производства, нарушению нормального воспроизводственного процесса.

Реализации крупных инфраструктурных проектов будет содействовать межрегиональное государственно-частное партнерство, которое может осуществляться разными способами: в виде финансовой кооперации, путем реализации совместных инвестиционных проектов, в форме совместных социальных программ и т.п.

Особую остроту в контексте новой парадигмы управления устойчивым режимом функционирования экономики макрорегиона вызывают вопросы межрегиональной конкуренции.

В экономической литературе выделяется две формы межрегиональной конкуренции - вертикальная и горизонтальная(10). Проявлением вертикальной конкуренции выступает конкуренция за привлечение финансовых ресурсов и увеличение объема властных полномочий. С этой

целью могут применяться как ценовые способы конкуренции (деятельность, направленная на лоббирование финансовых трансфертов, финансирование региональных программ и т.п.), так и неценовые (законодательная работа, выход на мировой рынок).

Г оризонтальная конкуренция осуществляется за экономические ресурсы и рынки сбыта и основывается на использовании таких инструментов как: налоговые льготы, создание зон с особым экономическим режимом, льготное кредитование, развитие рыночной и социальной инфраструктуры и др.

Межрегиональная конкуренция имеет ряд экстерналий. В.Н. Овчинников и Ю.С. Колесников предлагают различать прямые и косвенные экстерналии(8). К прямым экстерналиям могут быть отнесены положительные и отрицательные эффекты, возникновение которых происходит в других регионах от производства общественных благ в рассматриваемом регионе. Косвенные экстерналии опосредованы движением мобильных факторов между регионами и включают следующие эффекты: импорт ценных ресурсов, экспорт налогов, экспорт проблем региона на другие территории.

Следствием межрегиональной конкуренции в границах макрорегиона может выступать нарушение Парето-оптимальности, выражающееся в ухудшении социально-экономического положения отдельных регионов и снижении степени связанности единого экономического пространства макрорегиона как ключевого критерия устойчивого развития.

В условиях конкуренции исходное неравенство территорий и нарастание темпов изменений будут продуцировать усиление межрегионального неравенства. Будет происходить жесткий, но естественный отбор территорий, не деформирующий условий рыночной конкуренции. Исходя из либерально-экономических критериев пространственной политики такой отбор более предпочтителен нежели директивное определение полюсов роста государственными властями.

По мнению А. Швецова, региональная конкуренция может быть социально справедливой и экономически эффективной только при условии максимально возможной децентрализации системы использования финансовых ресурсов страны. Иными словами, на каждой территории следует оставлять как можно большую долю средств, источником которых является осуществляемая на этой территории экономическая деятельность. Безусловно, признание естественности межрегиональной конкуренции не отменяет допустимости, и даже необходимости принятия специальных государственных мер по уменьшению чрезмерных контрастов в уровнях развития территорий посредством оказания финансовой помощи нуждающимся регионам или реализации программ оздоровления депрессивных территорий.

Современные тенденции развития общественного воспроизводства, связанные с усилением инновационной компоненты воспроизводственного процесса, снижают эффект от межрегиональной конкуренции. Как отмечает ряд ученых, «все труднее в одиночку создавать конкурентное пространство за счет редкости ресурса или ограничения на получение информации ... такая постановка вопроса предполагает смещение акцента с конкурентной борьбы на конкурентное сосуществование, которое, в свою очередь, невозможно без формирования тех или иных интеграционных соглашений между субъектами экономики»(11).

В перспективе наибольшей угрозой территориальному развитию станет глобальная экономика с ее возрастающей конкуренцией на мировом уровне, нивелированием ограничений и расширением спектра неожиданных событий, причины которых будут лежать далеко за пределами возможностей влияния местных сообществ. Вся совокупность этих факторов неизбежно создает и громадные возможности для экономического прорыва регионов и их конгломератов.

В этой связи важной задачей в области управления устойчивым развитием макрорегиона является обеспечение перехода от межрегиональной

конкуренции к макрорегиональной конкуренции, под которой понимается конкурентное и взаимодополняющее сосуществование регионов в составе макрорегиона, основанное на реализации общих стратегических целей и соблюдении критерия Парето-оптимальности. Макрорегиональная конкурентоспособность может быть идентифицирована в формате конкуренции в национальном или глобальном экономическом пространстве, где отдельный регион позиционирует себя от имени макрорегиона или страны с помощью своего регионального бренда, этнического «окраса» и т.п.

В основе макрорегиональной конкурентоспособности лежит теория «ядра многорегиональной системы». В терминологии А.Г. Гранберга ядром многорегиональной системы выступает «множество таких вариантов развития, в осуществлении которых заинтересованы все регионы в том смысле, что им невыгодно выделяться из системы, образуя коалиции»(12).

Решению такой управленческой задачи как формирование ядра макрорегиона способствует эффективная реализация такой функции полпредства как стратегическое планирование социально-экономического развития территории. Следует согласиться с мнением В.Н. Лексина, полагающего, что в последнее десятилетие отмечается противоречие между массовым увлечением формальной и разрозненной разработкой различных «стратегий», «программ» и тому подобных документов, которые, в принципе должны были бы определить задачи и направления территориального развития в субъектах РФ и многих муниципальных образованиях, и отсутствием единой общегосударственной системы разработки документов, позволяющих взаимоувязывать перспективы развития отдельных регионов и страны (или макрорегиона) в целом(13). Разработка региональных стратегий носила изолированный характер, недостаточно учитывались интересы и конкурентные преимущества соседних регионов. В этой связи формирование эффективной системы управления устойчивым развитием макрорегиона предполагает максимально полный учет конкурентных преимуществ каждого из регионов по сравнению друг с другом и разработку стратегии их

взаимодополняющего развития, обеспечив тем самым переход от межрегиональной конкуренции к межрегиональной интеграции. Более того необходимо обеспечить согласование всех четырех уровней экономических интересов.

Стратегия развития проблемного макрорегиона, в том числе и Северного Кавказа, должна включать ряд этапов, позволяющих обеспечить последовательное распространение экономической активности от относительно более развитых к относительно менее развитым субъектам Федерации.

Мы солидарны с Р. Мельниковым, который утверждает: «На первом этапе целесообразно сконцентрироваться на стимулировании развития наиболее перспективных отраслей и пространственных полюсов роста проблемных регионов»(14). Это позволит решить ряд задач:

• повысить темпы экономического роста отстающих регионов в сравнении с лидирующими и сократить масштабы неравенства между регионами;

• сформировать в границах отстающих регионов динамичные центры роста, способные передавать импульсы развития смежным территориям;

• аккумулировать в результате реализации эффективных инвестиционных проектов финансовые ресурсы, необходимые для дальнейшего развития.

При этом, как отмечалось ранее, не должен нарушаться критерий Парето-оптимальности.

На втором этапе становится практически реализуемой эффективная поддержка территорий в границах проблемного региона, обладающих несколько меньшим потенциалом развития. Используя созданные на первом этапе финансовые ресурсы и рыночные возможности, можно будет подготовить и реализовать инвестиционные проекты, ориентированные на обеспечение более сбалансированного развития отстающих территорий.

Подводя итоги, можно сказать, что региональная политика федерального центра на Северном Кавказе должна трансформироваться из политики сглаживания текущих межрегиональных различий в бюджетных расходах в долгосрочную политику формирования условий и снятия ограничений, детерминирующих развитие региональных систем,

обустройства территории и развития инфраструктуры с соответствующим изменением ее организации и применяемых инструментов.

Литература:

1. Gerschenkron A. Economic Backwardness in Historical Perspective: A Book of Essays. Cambridge, Mass.: The Belknap Press of Harvard University Press, 1962.

2. Лысенко В. Развитие федеральных округов и будущее федеративного устройства России // Федерализм. 2002. №3. С.169.

3. Воспроизводственные проблемы планового управления регионом/ Под ред. Р.И. Шнипера и А.С. Новоселова. - Новосибирск: Изд-во ИЭОПП СО РАН, 1989; Маршалова А.С., Новоселов А.С. Основы теории регионального воспроизводства. - М.: Экономика, 1998; Новоселов А.С. Методологические проблемы управления экономикой региона // Регион: экономика и социология. 2008. №2. С.49-67.

4. Новоселов А.С. Методологические проблемы управления экономикой региона // Регион: экономика и социология. 2008. №2. С.55.

5. Керашев А.А. Интеграционно-воспроизводственная парадигма управления хозяйственным комплексом макрорегиона: дис. ... д-ра экон.наук. - Майкоп, 2005.

6. Швецов А. Традиционный централизм или новый регионализм: подходы к обеспечению территориального развития // Регион: экономика и социология. 2007. № 1. С. 13.

7. Швецов А. Децентрализация федеральной региональной политики // Федерализм. 2006. №4. С.16.

8. Овчинников В.Н., Колесников Ю.С. Силуэты региональной экономической политики на Юге России. - Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2008. С.112.

9. Новоселов А.С. Методологические проблемы управления экономикой региона // Регион: экономика и социология. 2008. № 2. С. 57-58.

10. Конкурентоспособность регионов: теоретико-прикладные аспекты/

Под ред. Ю.К. Перского, Н.Я. Калюжновой. - М.: ТЕИС, 2003. С.35.

11.Важенин С.Г., ЗлоченкоА.Р., Татаркин А.И. Слагаемые конкурентоспособного поведения региона //Регион:экономика и социология. 2004. №3. С.37.

12.Гранберг А.Г. Основы региональной экономики. - М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2004. С.89.

13.Лексин В.Н. К методологии исследования и регулирования процессов территориального развития // Регион: экономика и социология. 2009. №3. С.28-29.

14.Мельников Р. Федеральная региональная экономическая политика: стратегические альтернативы и пути реализации // Федерализм. 2006. №2. С.52.