Полилингвальность текстового пространства

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 15 (370). Филология. Искусствоведение. Вып. 96. С. 21-25.

УДК 81>373.2

ББК 81.411.2

В. В. Гузикова

ПОЛИЛИНГВАЛЬНОСТЬ ТЕКСТОВОГО ПРОСТРАНСТВА

Осуществлен анализ письменной коммуникации городского пространства г. Екатеринбурга, рассмотрены названия разного рода предприятий и товаров, включающих иноязычную лексику. Делается вывод о том, что текстовое пространство современного города становится полифонич-ным, языковая ситуация в письменных текстах - полилингвальной.

Ключевые слова: иноязычная лексика, лингвистический ландшафт, кириллица, латиница, полифония, эргононим.

Глобализация и смена технологий являются причиной скоростных изменений, характеризующих современное состояние общества и языка. В условиях современного города происходит постоянное взаимодействие различных национальных культур, представители которых вступают в контакт друг с другом, что связано с различными аспектами городской жизни. Следовательно, отличительным свойством социальной реальности сегодня является поликультурность. Яркой иллюстрацией такой поликультурной атмосферы города могут служить наименования предприятий коммерческого типа (сфера торговли и культурно-развлекательных заведений), переименование улиц в г. Екатеринбурге, который характеризуется множественностью культур в действии.

Лингвистические исследования поликультурной среды имеют давнюю традицию. У истоков определения мировоззрения народов посредством их языков стоял В. Гумбольдт [3]. Его идеи нашли свое отражение в трудах

A. А. Потебни, Ф. Баоса, Э. Сепира, А. Мейе и др. В современной лингвистике сформировалось несколько направлений изучения языка в поликультурном мире. Особо следует отметить исследования А. К. Бабуина, В. В. Воробьева,

B. В. Иванова, Е. А. Земской. Изучением лингвистической ситуации занимались также такие ученые, как Т. М. Дридзе, Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров, В. А. Маслова.

Как известно, в полиэтническом мире культура в качестве «совокупности специфических способов деятельности человека и ее результатов» находится в многовекторной зависимости от языка, определяется им и оказывает влияние на него. Екатеринбург - четвертый по количеству жителей город в России,

центр Уральского федерального округа и Свердловской области, крупный промышленный центр. Полилингвальность текстового пространства Екатеринбурга имеет ряд объективных оснований, а именно: общая численность населения (1 миллион 462 тысячи человек); его национальный состав и удельный вес отдельно взятой национальности, проживающей на территории города; статус «открытого города» в течение последних 20 лет; наличие большого числа иностранных консульств и дипломатических представительств (свыше 12, работающих в г. Екатеринбурге). Екатеринбург занимает третье место в стране (после Москвы и Санкт-Петербурга) по количеству дипломатических представительств.

Этнический состав города достаточно разнообразен. В Екатеринбурге проживает 89,04 % русских, татар - 3,72 %, украинцев -1,03 %, башкир - 0,96 %, марийцев и азербайджанцев по 0,5 %, таджиков и армян по 0,4 %. Евреи, узбеки, белорусы, удмурты, мордва, чуваши и другие национальности составляют 3,31 % [7].

Для анализа полилингвальности письменной коммуникации современного города можно обратиться к методу лингвистического ландшафта, который служит одним из способов описания повседневного существования языка и состоит в исследовании употребления письменных знаков в общественной сфере (публичном пространстве) городской среды [9. Р. 158]. Лингвистический ландшафт (ЛЛ) - сравнительно новая лингвистическая дисциплина, и ее теоретические установки все еще находятся в процессе становления. Исследование ЛЛ дает возможность выявить некоторые закономерности, модели, дающие представление о раз-

личных способах, с помощью которых лица, отдельные группы, ассоциации, институты и государственные учреждения соревнуются в «игре» символов внутри сложной реальности [10. Р. 27].

Названные выше характерные черты ЛЛ свидетельствуют о его действенности в качестве инструмента для изучения социальной когниции, языкового сдвига и других когнитивных, социолингвистических, лингвоантропо-логических явлений, а также проверки результатов мультикультурализма. В пространстве современного города человек сталкивается с различного рода письменной коммуникацией повседневности. Лингвистика повседневности изучает состояние языка в различных сферах его применения: уличном пространстве, официальной деловой среде, домашней обыденной обстановке человека и так далее. В настоящей статье мы остановимся подробнее на сфере уличного пространства, где каждый житель мегаполиса ежедневно сталкивается с различными знаками письменной речи, в том числе на различных иностранных языках. Речь идет об информации на рекламных щитах, о названиях предприятий, магазинов и офисов (эрго-нимы) и так далее.

Язык города, рассматриваемый как сложное взаимодействие различных языковых компонентов, является в современной лингвистике предметом фундаментальных исследований. В рамках антропоцентрической суперпарадигмы это осуществляется в социолингвистическом (Б. Я. Шарифуллин), коммуникативном (И. А. Гайдамак, А. М. Емельянова и др.), семиотическом (Е. С. Яковлева, Н. А. Прокуровская, Л. А. Шкатова, Л. 3. Подберёзкина, А. А. Юнаковская и др.), лингвокультурологи-ческом (Е. В. Ворошилова, Е. Ю. Позднякова и др.) аспектах. В последнее время особенно актуальным является комплексный подход к изучению языка города, представляющий собой контаминацию антропоцентрического и традиционного подходов. Прежде всего, это обусловлено спецификой языка города, который можно рассматривать как совокупность разнородных языковых образований (литературный язык, живая речь горожан, урбанони-мия), взаимодействующих друг с другом и образующих сложную единую систему в рамках конкретного города.

Одним из значимых компонентов языка города является урбанонимия, которая объединяет названия внутригородских объектов.

Представляя собой систему ориентиров, урба-нонимия существует в двух разновидностях: официальной (вывески, названия улиц, названия остановок и др.) и неофициальной, отраженной в узусе горожан. Урбанонимия поликомпонентна по структуре и включает: эпиграфику (граффити, наружная реклама), гидрони-мию (названия водных объектов), астионимию (название города), эргонимию (названия деловых объектов), годонимию (названия улиц, районов, площадей, переулков, бульваров), названия остановок общественного транспорта и др.

Принимая во внимание различные точки зрения, можно дать определение урбанониму как названию локально закрепленного городского объекта. В качестве важнейших принципов классификации урбанонимов ученые выделяют объект номинации, принадлежность к тому или иному языку, стратиграфический (исторический) принцип, морфолого-словообразователь-ный и лексико-семантический принципы. Все классификации урбанонимов сводятся к трем принципам описания: собственно лингвистическому, прагматическому и лингвокультуроло-гическому. Из всего многообразия урбаноним-ного пространства города особо выделяется эргонимия - совокупность названий деловых объединений людей, в том числе союза, организации, учреждения, корпорации, предприятия, общества, заведения, кружка [8. С. 54].

Для исследования полилингвальности текстового пространства нами был проведен анализ письменной коммуникации трех центральных улиц г. Екатеринбурга, а именно: пр. Ленина, ул. 8 Марта и ул. Вайнера. Общее количество письменных текстов составило около 1000. Из них тексты на русском языке, включающие информацию на рекламных щитах, названия остановок транспорта и улиц, а также эргонимы, составили приблизительно 68,1 %. В настоящее время во многих языках активно идет процесс проникновения элементов одних языков в другие, результатом чего чаще всего становятся лексические заимствования. Как показали многие исследования, большинство таких заимствований можно отнести к англицизмам, так как английский язык уже приобрел статус языка международного общения. Русский язык в значительной степени ощущает на себе влияние этого процесса, поскольку многочисленные заимствования из английского языка, гораздо реже из других языков, функционируют в текстах самых разных стилей языкового пространства города. Это подтверж-

дается результатами проведенного исследования. Письменная коммуникация на английском языке, что выявлено в результате анализа названий на центральных улицах Екатеринбурга, соответствовала 23,8 %. Например: Subway (кафе), Pins Pub (бар), Friday's (кафе), Ural Federal University (остановка транспорта), Pigs.ru (сайт свинокомплекса), Dream Travel (турагентство) и др. Процентное соотношение письменных текстов на других иностранных языках, выявленных нами на центральных улицах современного мегаполиса, свидетельствует о том, что тексты на французском языке составили около 3 %, на немецком и итальянском языках - 2 %, на японском и китайском языках - 1 %, на чешском языке - 0,3 %, на испанском и белорусском языках - 0,2 % и на узбекском языке - 0,4 %.

Можно согласиться с точкой зрения П. Бакхауса, который отмечал, что город - это место языковых контактов и это позволяет рассмотреть динамику «контакта языков в городской письменной среде языковых знаков» [9. P. 158]. По мнению ученого, «любая городская среда - это мириады письменных посланий в общественном пространстве: знаки учреждений и магазинов, рекламные щиты и неоновые вывески, дорожные знаки. Топографическая информация и карты местности; планы эвакуации и постеры политических кампаний, надписи на камне и настенные граффити. Все эти послания сводят воедино разнообразные языки и надписи, которые в своей совокупности и составляют лингвистический пейзаж местности» [9. P. 158].

На улицах современного г. Екатеринбурга человек встречается с целым арсеналом различного рода названий организаций, фирм, клубов и так далее. Такие названия могут быть переданы:

— кириллицей, например, Бэст Вояж (турфирма), Вуаля! (салон красоты), Глобал Холидей (турфирма), Лас-Книгас (книжный супермаркет), Йогалактика (фитнес-клуб);

— латиницей, примером служат эргоурбо-нимы типа Grimerka (салон красоты), VetraNet (магазин верхней одежды), Fazenda (ресторан), Obuv.com (сеть магазинов стильной обуви, сумок, аксессуаров), The Perchik (семейный ресторан), PROSTO (салон красоты) и др.;

— буквами и цифрами, как 7-я (детский центр развития), 180 градусов (салон красоты), 17 Club (бар), F1 Club (бар), ВЦ - 7 (компьютерный магазин);

— буквами и компьютерными знаками, например: Детск@я компьютерн@я школ@ №1,

Toni & Guy (парикмахерский салон), Столы & Стулья (мебельный магазин), Пив&КО (сеть фирменных магазинов разливного пива), Myoblik.ru (салон красоты) и подобное;

— разными способами выделения букв, к примеру: Sunflowers (салон цветов), где вместо буквы О изображен подсолнух, Диверсант (оружейный бутик), вместо буквы Р выделено изображение револьвера, Будем! (алкомаркет), в названии которого вместо буквы У показана рюмка, ПАРАХОД (обувной магазин), в названии которого буква А представлена в виде пары ног, РУБАШКА (магазин мужской одежды), где вместо буквы У изображен ворот рубашки с галстуком, NORD24.RU (интернет-магазин сети магазинов «Норд»), где в названии вместо буквы О изображен смайлик и так далее.

Анализируя результаты проведенного исследования, можно сделать вывод о том, что на территории центральных улиц города Екатеринбурга в большинстве своем преобладают названия на русском языке. Однако присутствует и большое количество названий, включающих заимствования. Следует отметить и ту часть названий, которая включает сложносоставные искусственно созданные слова. В этом случае речь идет о заимствованиях из современных европейских языков. Некоторые слова, в том числе и реалии русского языка, были транслитерированы латиницей, например: Kinoteatr «Iskra», Lada Kalina, Komandor и др., а другая часть слов иностранного происхождения транслитерирована кириллицей, такие как Л'Этуаль, Рандеву, Свит Мама, Октоберфест и так далее.

В Екатеринбурге русский язык в ряде коммуникативных ситуаций начинает вытесняться английским, несмотря на существующие законодательные акты. Можно выделить три стадии подобного вытеснения: гибридные тексты, понимание которых (пусть и не всегда в полной мере) возможно без знания английского языка; гибридные тексты, понять которые может только владеющий английским языком; полностью английские тексты (электронный авиабилет; распечатки некоторых медицинских исследований, некоторые рекламные щиты и так далее) [5. С. 37].

Список литературы

1. Воробьев, В. В. Лингвокультурология (теория и методы) / В. В. Воробьев. - М.: РУДН, 1997. - 331 с.

2. Верещагин, Е. М. Мирознание вне и посредством языка. В поисках новых путей развития лингвострановедения: гипотеза (лого) эпистемы / Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров. - М.: Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина. 2002. - 168 с.

3. Гумбольдт, В. О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития / В. Гумбольдт // Звегинцев, В. А. История языкознания Х1Х-ХХ вв. в очерках и извлечениях. - М., 1964. - Ч. 1.

4. Костомаров, В. Г. Наш язык в действии: очерки современной русской стилистики / В. Г. Костомаров. - М.: Гардарика, 2005. - 80 с.

5. Кирилина, А. В. Перевод и языковое сознание в динамической синхронии: психические границы языка (на материале русского языка Москвы) / А. В. Кирилина // Вопросы психолингвистики. - 2011. - № 2. - С. 30-39.

6. Маслова, В. А. Лингвокультурология / В. А. Маслова. - М.: Академия, 2001. - 208 с.

7. Национальный состав, владение языками, гражданство Свердловской области. - URL: https://ru.wikipedia.org/wiki. - Дата обращения: 21.01.2015.

8. Подольская, Н. В. Словарь русской ономастической терминологии / Н. В. Подольская. -М.: Наука, 1988. - С. 54.

9. Backhaus, Pr. Linguistic Landscape. A comparative Study of Urban Multilingualism in Tokio / Pr. Backhaus // Multilingual Matters (136). - NY; Ontario: Clevalon, 2007. - 158 p.

10. Ben-Rafael, E. Linguistic Landscape as symbolic construction of the public space: the case of Israel / E. Ben-Rafael, E. Shohamy, M. H. Amara, N. Trumper-Hecht // International Journal of Multilingualism. - 2006. - № 3 (1). -P. 7-31.

Сведения об авторе

Гузикова Валентина Викторовна - кандидат филологических наук, доцент кафедры иностранных языков Уральского юридического института МВД РФ (Екатеринбург). V.Guzikova@e1.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. No. 15 (370). Philology. Arts. Issue 96. Pp. 21-25.

POLYLINGUALISM OF TEXTUAL SPACE OF A MODERN CITY

V. V. Guzikova

Ural Law Institute of the Ministry of the Interior of Russia. V.Guzikova@e1.ru.

A number of foreign written texts discovered in the principal streets of Yekaterinburg are regarded and analyzed in the present paper. Foreign lexis is used in the names of different enterprises and goods. The analysis of written communication was conducted including foreign words and symbols. The paper focuses on the notion and application of one of the most recent methods of modern linguistics, namely the approach of lingual landscape (abbreviated LL). The author comes to the conclusion that the textual space of the modern city is becoming polyphonic and the language situation in written texts polylingual. Thus any human being living in a modern globalized world faces such kind of written communication containing foreign lexis or artificially made symbols, the so-called hybrids practically every day giving rise to a sort of misunderstanding and incomprehension. This means that people living in the modern world must be aware of some foreign languages in order to survive in the contemporary conditions.

Keywords: foreign lexis, lingual landscape, Cyrillic alphabet, Latin alphabet, polyphony, ergonom.

References

1. Vorobyev V.V. Lingvokul'turologija (teorija i metody) [Linngual and cultural studies (theory and methods)]. Moscow, RUDN Publ., 1997. 331 p. (In Russ.).

2. Veretchagin E.M., Kostomarov V.G. Miroznanie vne iposredstvom jazyka. V poiskah novyhputej razvitija lingvostranovedenija: gipoteza (logo) jepistemy [Universe knowledge outside and through the

language. In search of new ways of language study development: hypothesis (logo) epystems]. Moscow, 2002. 168 p. (In Russ.).

3. Gumboldt W. O sravnitel'nom izuchenii jazykov primenitel'no k razlichnym jepoham ih razvitija [About the comparative study of languages according to different epochs of their development]. Zvegintsev V.A. Istorija jazykoznanija XIX-XXvekov v ocherkah i izvlechenijah [History of language study of XIX-XX centuries in essays and abstracts]. 1964, part 1. (In Russ.).

4. Kostomarov V.G. Nash jazyk v dejstvii: ocherki sovremennoj russkoj stilistiki [Our language in action: essays of modern russian stylistics]. Moscow, Gardarika Publ., 2005. 80 p. (In Russ.).

5. Kirilina A.V. Perevod i jazykovoe soznanie v dinamicheskoj sinhronii: psihicheskie granicy jazyka (na materiale russkogo jazyka Moskvy) [Translation and language consciousness in a dynamic synchronome: psychic language boundaries (on the basis of the materials of the russian language of Moscow)]. Voprosypsiholingvistiki [Issues of psycholinguistics], 2001, no. 2, pp. 30-39. (In Russ.).

6. Maslova V.A. Lingvokul'turologija [Lingual and cultural studies]. Moscow, Academy Publ., 2001. 208 p. (In Russ.).

7. Nacional'nyj sostav, vladenie jazykami, grazhdanstvo Sverdlovskoj oblasti [National composition, language acquisition, Sverdlovsk region citizenship]. Available at: https://ru.wikipedia.org/wiki, accessed 21.01.2015. (In Russ.).

8. Podolskaya N.V. Slovar' russkoj onomasticheskoj terminologii [The dictionary of russian onomastic terminology]. Moscow, Science Publ., 1988. P. 54. (In Russ.).

9. Backhaus Pr. Linguistic landscape. A comparative study of urban multilingualism in Tokio. Multilingual matters (136), NY; Ontario, Clevalon Publ., 2007. 158 p.

10. Ben-Rafael E., Shohamy E., Amara M.H., Trumper-Hecht N. Linguistic landscape as symbolic construction of the public space: the case of Israel. International journal of multilingualism, 2006, no. 3 (1), pp. 7-31.