Эволюция внешней политики Малайзии как отражение внутреннего исторического развития страны

УДК 327

И. Е. Лоссовский

эволюция внешней политики Малайзии как отражение внутреннего исторического развития страны

Представлен исторический анализ формирования внешней политики Малайзии как одного из лидеров стран Юго-Восточной Азии и исламского мира, рассматриваются внутренние и внешние факторы этого процесса. Сформулированы основные вызовы, принципы, критерии, цели и приоритеты. Ключевые слова: Малайзия, внешняя политика, Юго-Восточная Азия (ЮВА), Организация исламской конференции, ASEAN, Движение неприсоединения.

The evolution of Malaysia’s foreign policy of as a reflection of the internal historical development of that country. IGOR E. LOSSOVSKY (Ministry of Forign Affairs of Ukraine, Kiev, Ukraine).

The article presents the foreign policy formation of Malaysia, the country being one of the leaders of SouthEast Asia and Islamic world. It deals with both internal and external factors of the process. Presented are also fundamental challenges and principles, criteria of Malaysia’s foreign policy formation, its objectives and priorities.

Key words: Malaysia, foreign policy, South-East Asia, Organisation of the Islamic Conference, ASEAN, Non-Aligned Movement.

Разнообразные внутренние и внешние факторы (исторические, географические, социальные и политические) вносят свою лепту в формирование внешней политики Малайзии, ее главных приоритетов и их практическую реализацию. При этом внешнеполитическое ведомство страны преследует следующие основные цели: обеспечение добрососедских отношений со всеми странами независимо от их идеологической системы; отстаивание независимой позиции по проблемам международной и региональной политики; развитие взаимовыгодного сотрудничества со странами ASEAN; содействие разрешению конфликтов, поддерживание мира и стабильности в регионе; обеспечение лидирующей роли в ASEAN, поддержка Движения неприсоединения (ДН) и Организация исламской конференции (ОИК); активное участие в ООН; демонстрация примера толерантного, прогрессивного и успешного мусульманского государства [1].

Цель исследования - анализ формирования и эволюции внешней политики Малайзии, одного из лидеров стран Юго-Восточной Азии и исламского мира.

В период британского колониального господства все функции внешнего взаимодействия Малайи (после 1963 г. - Малайзия) находились под полным контролем Великобритании. Но уже с первых дней независимости перед страной встали задачи формирования собственной международной политики, установления диплома-

тических отношений с другими государствами, создания внешнеполитической службы [3, с. 168].

В первые годы своего существования Федерация Малайя не проявляла заметной активности на внешнеполитической арене, пребывая в фарватере внешней политики бывшей метрополии. Можно указать целый ряд причин: последствия 400-летней колониальной зависимости; преобладание иностранного, преимущественно британского, капитала в экономике; присутствие британского военного контингента и неготовность проводить самостоятельную оборонную и внешнюю политику; идеологическое влияние бывшей метрополии; изнурительная война с коммунистическим партизанским движением [4, 6], которое активизировалось после Второй мировой войны; разрушительные последствия японской оккупации 1942-1945 гг. [8]; большое число граждан Великобритании, работавших в государственном аппарате; нехватка национальных специалистов в области внешней политики, ограниченность финансовых и иных ресурсов и возможностей.

На первом этапе государственной независимости развитие отношений с бывшей метрополией и другими странами Британского Содружества стало главным приоритетом внешней политики Малайи. В октябре 1957 г. правительство страны заключило с Великобританией Соглашение об обороне и взаимопомощи, в соответствии с которым последняя сохраняла в Малайе

ЛОССОВСКИИ Игорь Евгеньевич, кандидат физико-математических наук, чрезвычайный и полномочный посланник Украины 2-го класса (Министерство иностранных дел Украины, Киев). E-mail: lossovskiy@hotmail.com © Лоссовский И.Е., 2011

свои войска и военные базы. Соглашение в военнополитическом отношении тесно связывало молодую страну с Великобританией и накладывало существенный отпечаток на ее внешнюю политику [3, с.168].

Результат влияния Великобритании и ее военной помощи в борьбе с партизанским движением, возглавляемым коммунистической партией Малайи (официально вооруженное противостояние длилось с 1948 по 1960 г., фактически - до конца 1960-х) [6], - ориентация страны в своей внешней политике исключительно на Запад, воздержание от связей с восточным блоком, в частности СССР и КНР. Главной мотивацией такой политики были опасения распространения идеологического влияния коммунистического Китая на местную китайскую общину (более 30% населения страны).

На рубеже 1950-1960 годов сохранявшее тесные связи с бывшей метрополией руководство Малайи начало осознавать необходимость развития отношений с соседними государствами. В 1961 г. страна вступила в Ассоциацию государств ЮВА (АСЕАН), участниками которой были также Филиппины и Таиланд. Попытки установления регионального сотрудничества следует рассматривать как первые самостоятельные шаги страны на международной арене - до создания Федерации Малайзия в 1963 г., которому открыто противодействовали Филиппины и Индонезия, что привело к политической конфронтации в регионе [3, с. 170; 5]. В этот сложный период Малайзию поддержали ведущие западные страны, имевшие свои интересы в регионе (США, Великобритания, Австралия, Новая Зеландия). Тем не менее во внешней политике страны уже в то время начали проявляться тенденции самостоятельности. Малайзия открыто заявила о приверженности политике нейтралитета, отказавшись вступить в SЕАТО, несмотря на давление со стороны Великобритании. С середины 1960-х годов развиваются отношения со странами Азии и Африки, прежде всего мусульманскими.

Нормализация отношений с Индонезией стала необходимой предпосылкой создания в августе 1967 г. ASEAN, в которую вошли Малайзия, Индонезия, Сингапур, Таиланд и Филиппины. Одной из главных причин активного участия Малайзии в развитии сотрудничества в рамках ASEAN было желание урегулировать двусторонние проблемы (преимущественно территориальные), практически со всеми странами Ассоциации.

Прозападная политика откровенного антикоммунизма и тесных связей со странами Британского Содружества, которую проводил в начале независимой истории страны премьер-министр Абдул Рахман (1957-1969), сменилась последующей ориентацией на политику неприсоединения, нейтралитета и мирного сосуществования. Малайзия заявила о готовности развивать сотрудничество со всеми государствами, независимо от политико-идеологической системы. Были установлены дипломатические отношение с СССР

(апрель 1967 г.) и другими странами социалистического лагеря, расширились связи со странами - участницами Движения неприсоединения, прежде всего мусульманскими.

В конце 1960-х годов в связи с решением Великобритании о выводе своих войск из региона вместо утратившего силу Британско-малайского соглашения об обороне и взаимопомощи 1957 г. было заключено пятистороннее Соглашение об обороне, вступившее в силу в 1971 г., в соответствии с которым вооруженные контингенты Великобритании, Австралии и Новой Зеландии размещались на территории Малайзии и Сингапура.

При втором премьер-министре, Абдулле Разаке (1970-1976) [1], Малайзия как член ОИК стала официально идентифицировать себя как мусульманская страна. Ее внешняя политика все больше склоняется к нейтралитету, неприсоединению, мирному сосуществованию, реальной независимости от Великобритании и других глобальных игроков. Страна стала дистанцироваться от «великих держав», смещать акцент на регионализм, углублять практические контакты со странами «коммунистического блока». В экономику привлекались международные инвестиции из разных, а не только британских источников.

В этот период одним из краеугольных камней внешней политики Малайзии была идея создания зоны нейтралитета в ЮВА. В ноябре 1971 г. министрами иностранных дел стран ASEAN подписана Куала-Лумпурская декларация, призывавшая к созданию зоны мира, свободы и нейтралитета. Выдвигая эту идею, руководство Малайзии рассчитывало, что при ее реализации страна сможет достичь ряда стратегических целей как внешнего, так и внутреннего характера, среди которых главное - заручиться обязательствами «великих держав» не вмешиваться во внутренние дела ЮВА.

Успешному проведению политики нейтралитета и снижению опасности столкновения региональных интересов «супердержав» должны были содействовать поэтапная ликвидация иностранных военных баз в регионе, а также выход стран ЮВА из военных союзов, созданных при участии великих держав. Политика нейтралитета предполагала закрепление государственных границ в регионе, что имело большое значение для Малайзии, учитывая территориальные проблемы с соседями. Урегулирование двусторонних конфликтов в ЮВА содействовало бы укреплению внутренней стабильности в самих государствах региона.

В 1970-е годы Малайзия внимательно следила за развитием ситуации в Индокитае. При этом ее отношения с Вьетнамом отличались сложностью и неоднозначностью, поскольку во время американовьетнамской войны официальный Куала-Лумпур поддерживал отношения с сайгонским режимом. Однако уже в 1973 г. были установлены дипломатические отношение с Социалистической Республикой Вьетнам,

а в 1975 г. Малайзия приветствовала прекращение войны и воссоединение этой страны.

Происходило переосмысление отношений с КНР. вызванное как общими изменениями геополитической ситуации в Азии. так и активными встречными инициативами Китая. На эти процессы положительно повлияло также завершение в конце 1960-х годов конфронтации правительства страны с коммунистическим движением. участниками которого были преимущественно представители китайской этнической группы. В 1971 г. во время сессии Генеральной Ассамблеи ООН Малайзия, ранее исповедовавшая концепцию «двух Китаев», проголосовала за резолюцию, предусматривавшую восстановление прав КНР в этой международной организации. А в мае 1974 г. в ходе официального визита в Пекин премьера А. Разака между двумя странами были установлены дипломатические отношения.

В годы деятельности третьего премьер-министра Малайзии Хусейна Онна (1976-1981) [1] главным приоритетом внешней политики было сотрудничество в рамках ASEAN. Региональная консолидация усилилась после падения сайгонского режима и объединения Вьетнама, что знаменовало завершение американского военного присутствия в ЮВА. В 1976 г. на индонезийском о-ве Бали состоялся первый саммит ASEAN, был подписан многосторонний Договор о дружбе и сотрудничестве. В этот период в малазийской внешней политике наблюдалась тенденция ориентации на независимость, неприсоединение, равную удаленность от великих держав и региональный нейтралитет.

Главное место во внешней политике Малайзии исторически занимают отношения с ведущими странами Запада, прежде всего с Великобританией, США, Австралией, а также Японией. Традиционно Малайзия проводила линию на активное привлечение инвестиций и развитие военно-технического сотрудничества с этими странами, что делало ее подверженной внешнему давлению, заставляло в принципиальных международных вопросах оглядываться на позиции указанных государств. Для преодоления такой «уязвимости» Малайзия в последние десятилетия проводит политику широкой диверсификации как политических связей, так и торгово-экономического, инвестиционного, военно-технического сотрудничества, что открывает неплохие перспективы для дальнейшего углубления взаимовыгодных связей с Российской Федерацией.

Принципиальные изменения во внешней политике страны произошли при четвертом премьер-министре Махатхире Мохаммаде (1981-2003 гг.) [7; 9, р. 161], хотя ее главные направления, цели и принципы оставались неизменными. Она приобрела прагматическую направленность, характеризовалась настойчивыми усилиями по защите прав и интересов развивающихся стран. Главный акцент был сделан на развитие двусторонних связей с партнерами по ASEAN и мусульманскими странами. Появился целый ряд новых инициатив: политика «лицом к Востоку»; лидерство среди

развивающихся стран; активный подход к решению проблем Палестины и апартеида; политика исламского единства; участие в международной миротворческой деятельности (Босния и Герцеговина, Камбоджа, Косово, Намибия, Сомали, Восточный Тимор). Малайзия выступает против двойных стандартов и избирательности в международной политике, превентивных карательных акций без соответствующих санкций ООН; поддерживает борьбу с международным терроризмом (налажено региональное сотрудничество в противодействии терроризму, в 2002 г. проведены встречи министров иностранных дел стран ОИК по проблемам терроризма, в Куала-Лумпур создан Региональный контртеррористический центр), развитие торгово-экономического, инвестиционного и технологического сотрудничества со странами Африки, Латинской Америки, Центрально-Восточной Европы [2].

М. Мохаммад выдвинул также целый ряд международных инициатив в экономической сфере: ВосточноАзиатское экономическое сотрудничество (ASEAN+3); объединение G-^наиболее развитых стран - участниц Движения неприсоединения; формирование концепции «треугольников развития»; создание Лангкавско-го международного диалога и др. [5, 7]. Первые годы его премьерства ознаменовались ухудшением отношений с Великобританией. В стране резко негативно восприняли решение Лондона о повышении платы за обучение в университетах Великобритании для 16 тыс. малазийских студентов. Вместе с тем Великобритания выразила несогласие с мерами Малайзии по усилению контроля над природными ресурсами страны, рассматривая это как скрытую национализацию. В такой ситуации малазийский лидер ввел строгие ограничения на английские товары и контракты с британскими кампаниями, каждый контракт требовал согласования правительства Малайзии. Такая политика получила название «Покупай британское в последнюю очередь» («Buy British last»). Лишь визит М. Мохаммада в Лондон в 1983 г. и переговоры с британским премьер-министром М. Тэтчер смогли смягчить напряженность в отношениях между странами.

В условиях ухудшения отношений с бывшей метрополией малазийский премьер, стремясь использовать опыт экономического развития таких успешных стран, как Япония и Южная Корея, провозгласил новую внешнеполитическую инициативу «лицом к Востоку», предусматривавшую углубление отношений и интенсивное развитие сотрудничества с этими странами.

Среди наиболее заметных внешнеполитических инициатив в годы пятого премьера Абдулы Бадави (2003-март 2009 г.) можно отметить [1]: формирование прагматических ответов на геополитические и экономические вызовы; комплексный научный подход к формулированию официальной позиции по международным вопросам; позиционирование в качестве влиятельного игрока, регионального лидера, председателя в ДН, ОИК и ASEAN; углубление содержания внешней

политики; концепция Ислама Хадхари1, позиционирование Малайзии прогрессивным, толерантным и успешным мусульманским государством.

Одной из инициатив А. Бадави после вступления в должность премьера была концепция Ислама Хадхари («цивилизованного» ислама). Среди десяти основополагающих принципов этой концепции лишь один имел сугубо религиозное содержание. Благодаря этому в сегодняшней Малайзии ислам рассматривается в качестве генератора цивилизации и культуры, что помогает противостоять экстремистским тенденциям. Задачей концепции было убедить избирателей и мировое мусульманское сообщество в том, что материализм и национализм правящей партии Малайзии не противоречит фундаментальным нормам и принципам ислама.

Внешнеполитическими приоритетами премьера А. Бадави было развитие диалога со странами исламского мира, прежде всего Ближнего и Среднего Востока, основными темами переговоров с которыми были: ситуация в Палестине, создание зоны свободной торговли со странами Персидского залива, другие вопросы практического сотрудничества. Одним из основных внешнеполитических достижений правительства А. Бадави считается подписание в марте 2009 г. Соглашения о делимитации спорных территорий с Брунеем, снявшее проблемный вопрос, бывший камнем преткновения в течение нескольких десятилетий.

Внешнеполитическим приоритетом нынешнего руководства Малайзии - шестого премьер-министра Наджиба Разака (вступил в должность в апреле 2009 г.) стало налаживание контактов с руководством государств ASEAN. Ряд его визитов в Индонезию, Бруней, Сингапур, Таиланд, Вьетнам и Камбоджу, а также активное участие в международных мероприятиях в рамках многосторонних форумов ASEAN и АТЕС свидетельствуют о приоритетности регионального вектора внешней политики правительства.

Важные шаги были сделаны для активизации сотрудничества с Китаем. В 2009 г. состоялся обмен визитами Н. Разака в КНР и председателя КНР Ху Цзинь-тао в Малайзию. Подписан Совместный план действий стратегического партнерства, ставший Дорожной картой, охватывающей 12 основных сфер - экономика, политика, наука, образование, военно-техническое сотрудничество и др. Впервые при определении характера двусторонних отношений сторонами было задекларировано стратегическое партнерство. Достигнута

1 Включает 10 основных принципов: вера в Аллаха и благоговение перед ним; правительство страны, состоящее исключительно из верующих; свобода и независимость граждан; стремление к знаниям и совершенству; всестороннее и гармоничное экономическое развитие; высокий уровень жизни; защита прав национальных и религиозных меньшинств и женщин; культурная и духовная интеграция; забота об окружающей среде; обороноспособность страны.

договоренность о совместной деятельности национальной нефтегазовой компании Малайзии «Петронас» и китайской Национальной нефтяной корпорации, об участии Китая в ряде перспективных инвестиционных проектов в Малайзии.

ЕС, США, Япония, Южная Корея, Австралия и Тайвань все еще остаются главными торговыми партнерами страны, основными источниками внешних инвестиций и передовых технологий, однако в последние годы в малазийской экономике наблюдается существенный рост влияния КНР. С начала нового тысячелетия рост малазийского экспорта в КНР превышает аналогичный показатель экспорта в США, а уже в 2009 г. Китай обошел США как крупнейший рынок экспорта малазийских товаров и стал основным источником туризма для Малайзии, обойдя Японию, многолетнего лидера по этому показателю. Малайзия крайне заинтересована в китайских инвестициях, особенно в условиях продолжающегося мирового финансово-экономического кризиса, существенно ослабившего инвестиционные потоки с Запада.

На фоне усиления китайского присутствия в ЮВА заметна активизация малазийско-американского диалога. В мае 2009 г. министр иностранных дел Малайзии А. Аман осуществил рабочий визит в Вашингтон, а в сентябре Малайзию посетил заместитель госсекретаря Д. Стейнберг, главной темой встречи которого с Н. Ра-заком было разблокирование переговорного процесса о создании двусторонней зоны свободной торговли. Сам факт визита такого уровня (первый после визита госсекретаря США К. Райс в июле 2007 г.) и тематика переговоров свидетельствовали о том, что две страны пытаются построить новую парадигму отношений. При этом Малайзия возлагает большие надежды на новую политику администрации президента США Б. Обамы по отношению к странам исламского мира.

Некоторые проблемные моменты двусторонних отношений, наблюдавшиеся в первом квартале 2010 г., принципиально не повлияли на общую тенденцию, характеризующуюся сближением позиций, улучшением взаимопонимания и активизацией диалога администраций Б. Обамы и Н. Разака. Основанием для такого вывода могут служить результаты четырехдневного визита малазийского премьера в США в апреле 2010 г. Н. Разак принял участие в работе саммита по вопросам глобальной ядерной безопасности и провел встречу с президентом США, во время которой обсуждались вопросы двусторонних отношений, безопасности и борьбы с терроризмом в Азии. Примечательной особенностью этого события стало то, что из всех азиатских стран американская сторона инициировала встречи Б. Обамы лишь с Н. Разаком и председателем КНР Ху Цзиньтао. Подводя итоги своего визита в США, Н. Разак отметил, что это один из наиболее плодотворных его заграничных вояжей, что результатом встречи с президентом США стало дальнейшее потепление двусторонних политических

отношений и существенное оживление сотрудничества в экономической и инвестиционной областях.

По оценкам международных экспертов, такое развитие событий может свидетельствовать о принципиальных изменениях в малазийско-американских отношениях, и в будущем можно ожидать формализации этих изменений в начало новой эры более тесного сотрудничества. В этой связи Н. Разака рассматривают как наиболее «проамериканского» премьер-министра за всю историю страны, поскольку именно он пришел к заключению, что ни конфронтационный стиль премьера М. Мохаммада, ни мягкое игнорирование единственной в мире супердержавы его преемником А. Бадави не соответствуют фундаментальным национальным интересам Малайзии. Отвечая на настойчивые обращения США, Малайзия как передовая мусульманская страна могла бы более активно участвовать в восстановлении Афганистана, международных антитеррористических усилиях, поддержать другие инициативы президента Б. Обамы, такие как Транс-Тихоокеанское партнерство (ТТП), являющееся своеобразным мотором широкой Азиатско-Тихоокеанской интеграции. Однако следует иметь в виду, что принципиальные изменения парадигмы малазийско-американских отношений могут иметь негативное влияние на другие направления внешней политики Малайзии. Так, ТТП может «бросить тень» на такой многолетний приоритет страны, как Восточно-Азиатская интеграция и процесс ASEAN+3. Поддержка отдельных инициатив США может нивелировать обязательства страны в рамках ДН и ОИК, а также негативно повлиять на отношения с такими странами, как Иран, Куба и Венесуэла.

Мотивация американской стороны в смене парадигмы взаимоотношений может быть связана с опасениями стремительно растущих политических амбиций КНР, тревожными симптомами потери доверия между Китаем и США, которые, по оценкам экспертов, наблюдаются последние два года. В этой связи американская администрация старается проводить политику нейтрализации «великодержавных устремлений» Китая, активизируя при этом сотрудничество в АТР как со своими традиционными региональными партнерами со времен «холодной войны» - Японией и Южной Кореей, так и с другими влиятельными региональными игроками, в число которых последние годы все более активно выходит Малайзия.

Важным приоритетом правительства Н. Разака остается многостороннее сотрудничество в формате ASEAN. В 2009 г. Малайзия активно участвовала в ряде традиционных мероприятий ассоциации, главные среди них - 14-й и 15-й саммиты (Таиланд, февраль и октябрь), по итогам которых было подписано 63 международных документа, в частности Декларация о дорожной карте для Сообщества ASEAN до 2015 (по аналогии с ЕС), Соглашение о свободной торговле ASEAN-Австралия-Новая Зеландия.

В апреле и октябре 2010 г. во Вьетнаме проходили 16-й и 17-й саммиты АSЕАN, одним из основных вопросов повестки дня которых была дискуссия вокруг включения России и США в группу партнеров по диалогу (КНР, Индия, Австралия, Япония, Южная Корея, Новая Зеландия). В результате было принято решение пригласить РФ и США на Восточноазиатский саммит в 2011 г.

Индия является важным торговым партнером Малайзии. За минувшие 10 лет товарооборот между странами вырос более чем в 4 раза, а индийские инвестиции в экономику Малайзии за последние 5 лет составили более 1,2 млрд долл. США. В январе 2010 г. состоялся визит Н. Разака в Индию, в ходе которого согласованы ключевые моменты двустороннего Соглашения об экономическом сотрудничестве, регулирующем большее число направлений взаимодействия, чем Соглашение о свободной торговле АSЕАN-Индия.

Анализ малазийской внешней политики позволяет выделить три главных ее критерия: доверие других государств, исповедование общепризнанных международных принципов, служение национальным интересам; отстаивание интересов своих граждан, обеспечение международного признания и уважения страны; последовательность, понятность и предсказуемость, обеспечение благоприятного имиджа страны - надежного партнера в международных отношениях [1, 9].

Внешняя политика Малайзии, как и большинства других стран, не является статической категорией, ее формирование - динамичный процесс. За 53 года существования независимого государства она эволюционировала от смены лидерства [7, р. 4], изменения глобальной политики до региональных инициатив и экономического развития. Сегодня на формирование внешней политики и международные отношения влияют и стремительно прогрессирующие информационно-компьютерные технологии, и фактор глобализации.

История малазийской внешней политики как последовательная смена правления шести премьер-министров отражает эволюцию прагматических ответов страны на геополитические, экономические изменения и вызовы своего времени. Хотя периодическая изменяемость исторически была и остается чертой, присущей внешней политики Малайзии, очевидными являются и такие ее характеристики, как непрерывность, последовательность и преемственность. При осуществлении государством своих международных отношений прагматические изменения вместе с последовательностью и преемственностью характеризуют высокий уровень самодостаточности и зрелости самой страны и ее внешней политики.

Сегодня можно констатировать, что, по крайней мере в отдельных международных вопросах, представляющих значительный интерес для развивающихся стран исламского мира и ЮВА, лидерство Малайзии является общепризнанным. Некоторые малазийские инициативы в рамках международных форумов

фактически обозначили страну на политической карте мира. Растущая экономика и политическая стабильность позволяют Малайзии играть свою роль на международной сцене. Ощущения своего возрастающего присутствия и веса на мировой арене дают возможность стране пользоваться определенным влиянием в решении отдельных вопросов международной повестки дня. Будучи менее зависимой сегодня от международной экономической и политической конъюнктуры, Малайзия имеет возможность открыто выступать по международным вопросам, в которых другие страны «третьего мира» ощущают свою ограниченность свободного отстаивания позиции, учитывая возможные негативные последствия со стороны более влиятельных стран.

Четко сформулированные цели малазийской внешней политики относительно обороны и безопасности, регионального развития и торговли, международного сотрудничества и дипломатии определяют принципиальную модель, реализуемую Малайзией в отношениях с соседями, а также с другими странами в рамках многочисленных международных организаций и структур: ООН, ASEAN, АРЕС, форум «Азия-Евро-па», региональный форум ASEAN по вопросам мира и безопасности, Организация сотрудничества «Юг-Юг», ОИК, Организация Британского Содружества, ДН и др. [1, 9].

Малайзия строго придерживается устава ООН и продолжает участвовать в международной миротворческой деятельности: в ноябре 2009 г. в состав миротворческого контингента ООН в Западной Сахаре было направлено 20 сотрудников медицинского подразделения ВС Малайзии, принявшее участие в миссиях ООН в Афганистане, Пакистане и Индонезии. В апреле 2010 г. состоялась ротация малазийских миротворцев в Ливане, куда был направлен (на замену первому) второй миротворческий батальон ВС страны (300 военнослужащих, 8 офицеров), выполнявший миротворческую миссию свыше 9 месяцев.

Малайзия последовательно подчеркивает особую важность соблюдения принципа невмешательство во внутренние дела, прежде всего в контексте региональных отношений. Ее позиция состоит в том, что политика так называемого конструктивного вмешательства, проповедуемая отдельными государствами, не способствует развитию нормальных цивилизованных взаимоотношений, хотя в ее позиции к принципу невмешательства в определенных «экстремальных» случаях имеют место и исключения. Так, в 1999 г. Малайзия политически поддержала военную операцию НАТО в Сербии в ответ на «кровавую жестокость и геноцид по отношению к народу Косово». Внешнеполитическим ведомством страны отмечается, что особые ситуации, подобные косовской, требуют прагматизма в интересах гуманности и защиты общечеловеческих ценностей при условии признания ключевой роли ООН в решении существующих проблем.

Примером прагматизма во внешней политики Малайзии является также приверженность политике «единого Китая», несмотря на тесные экономические связи страны с Тайванем. Откровенный прагматизм наблюдается и в отношениях Малайзии с западными государствами, значительные объемы внешней торговли с которыми и их масштабные инвестиции в экономику страны не считаются достаточным основанием для отказа официального Куала-Лумпура от острой критики Запада по отдельным вопросам международной повестки дня.

Сегодня главным приоритетом внешней политики Малайзии является развитие отношений с соседними странами [1, 5, 9]. При этом исповедуется конструктивный подход к решению имеющихся проблем, включая территориальные претензии и правовое закрепление границ. Для этого Малайзией прилагаются дипломатические усилия с целью обеспечения бесконфликтности отношений с соседями. Свидетельством принципиальной направленности страны на мирное взаимоприемлемое решение двусторонних проблем являются достигнутые договоренности об обращении в Международный суд в Г ааге для решения имеющихся территориальных споров с Индонезией и Сингапуром. Созданы специальные совместные комиссии с участием Малайзиии, Брунея, Вьетнама, Индонезии, Лаоса, Филиппин и Таиланда, ставшие эффективным механизмом развития двустороннего сотрудничества.

Особое значения имеют малазийско-сингапурские отношения [1, 9], потенциал и перспективы которых весьма значительны, хотя эмоциональная составляющая, связанная с отдельными страницами общей истории соседей, вносит определенные сложности. Очевидной является необходимость сдержанности и взвешенности сторон, отношения которых должны базироваться на принципах «обоюдного выигрыша», взаимозависимости и взаимовыгодности, отказа от стратегии «игры с нулевой суммой». Такой подход особенно актуален, поскольку напряженность в отношениях между странами будет неизбежно создавать проблемы и истощать ресурсы. По аналогичному принципу строятся сегодня отношения Малайзии и с другими соседями.

В историческом, экономическом и культурном смысле огромное значение для Малайзии имеют отношения с Индонезией, часто складывающиеся непросто. В последние годы для преодоления напряженности сторонами задействуются высокие правительственные механизмы, в частности визиты министров иностранных дел, президента Индонезии С.Б. Юдхойоно в Малайзию и Н. Разака в Индонезию. Стороны традиционно решают проблемы торгово-экономического, инвестиционного сотрудничества, защиты прав индонезийцев - трудовых мигрантов в Малайзии (в стране официально трудоустроено 400 000 иностранных домашних работников, среди которых 300 000 индонезийцы), делимитации и демаркации территориальных

вод, континентального шельфа и особых экономических зон в морях Сулавеси и Южно-Китайском, а также в Малаккском проливе.

В декабре 2009 г. состоялся визит Н. Разака в Таиланд, в ходе которого руководители двух стран посетили южные провинции с преимущественно мусульманским (малайским) населением. Визит был символичным, учитывая продолжительную конфликтную ситуацию в Южном Таиланде, унесшую за последние шесть лет жизни свыше 3 700 человек. Н. Разак отметил, что Малайзия - «исключительный партнер» Таиланда не только в сфере экономики, но и в области регионального мира и безопасности, в рамках ASEAN и глобальной проблематике. Тайский премьер подчеркнул, что две страны являются близкими друзьями, чьи судьбы и истории тесно переплетены. Значительное внимание было уделено вопросом повстанческих движений в депрессивных южных провинциях Таиланда, которым Малайзия обязалась предоставить помощь в сфере экономики и образования. Отмечена необходимость создания надлежащих условий для увеличения потоков взаимных инвестиций. Премьер Малайзии поддержал стратегию правительства Таиланда по развитию доверия, мира и безопасности в южных провинциях, вместе с тем он призвал население воздержаться от насилия. Однако по вопросу будущего политического статуса Южного Таиланда сохраняются расхождения в толковании сторонами терминов «автономия» и «децентрализация».

Проблемы в отношениях Малайзии с Брунеем Даруссаламом прежде всего связаны с нерешенностью вопросов демаркации и делимитации границ в условиях перспективной нефтегазоносности спорных территорий. Однако эти проблемы сегодня близки к окончательному решению путем заключения коммерческих соглашений о совместном участии в добыче нефти и газа на спорных участках акваторий. При этом определенные территориальные уступки Малайзии в пользу Брунея по двум перспективным нефтегазоносным блокам на сопредельном шельфе Южно-Китайского моря не стали ощутимой потерей для страны, поскольку малазийская национальная корпорация «Petronas» получила в апреле 2010 г. официальное приглашение руководства Брунея на совместное проведение поисково-разведочных работ и разработку перспективных месторождений на этих площадях в течении следующих 40 лет.

На субрегиональном уровне усилия малазийской внешней политики направляются на реализацию потенциальных преимуществ концепции так называемых треугольников роста (Индонезия-Малайзия-Таиланд; Индонезия-Малайзия-Сингапур), а также инициативы экономического сотрудничества в формате Бруней-Ин-донезия-Малайзия-Филиппины. Целью этих усилий является развитие депрессивных территорий.

На региональном уровне Малайзия проводит активную линию на укрепление ASEAN. Такая политика

включает весь спектр функционального сотрудничества, взаимодействие в формате «ASEAN+», формирование необходимых условий функционирования Соглашения о свободной торговле в рамках ассоциации, а также создания зоны инвестиций.

В сегодняшней геополитической ситуации, сложившейся в Азиатском регионе по завершению «холодной войны», в условиях формирования конкурирующих региональных экономических структур и неопределенности региональной безопасности Малайзия все больше внимания уделяет углублению сотрудничества в рамках ASEAN, считая, что сильная и успешная региональная ассоциация является не только экономической необходимостью, но и стратегически императивом безопасности, реализует модели отношений, значительно уменьшающие риски безопасности, углубляя сотрудничество и способствуя формированию «привычки» к открытому диалогу.

Исходя из этого в условиях устойчивого роста международного авторитета, экономической и оборонной мощи ассоциации, России в контексте своих усилий по обеспечению стабильности и безопасности в регионе, освоении перспективных рынков АТР целесообразно еще активнее участвовать в механизмах «секторального диалогового партнерства» ASEAN, в частности в региональном форуме ASEAN по безопасности, форуме «Азия-Европа» и восточноазиатских саммитах.

Малайзия поддерживает отношения практически со всеми государствами мира, единственным исключением является Израиль, гражданам которого запрещен въезд на территорию страны. При этом необходимым условием установления дипломатических отношений с Израилем является заключение им всестороннего мирного соглашения с Палестиной. В вопросах урегулирования ситуации на Ближнем Востоке Малайзия традиционно поддерживает арабские страны, активно выступая за скорейшую имплементацию соответствующих резолюций ООН, предоставление народу Палестины всех прав и возможностей для создания и полноценного функционирования суверенного государства, за меры международного давления на Израиль с целью скорейшего завершения ближневосточного урегулирования [1].

В XXI столетии на внешнюю политику Малайзии, как и на политику большинства других государств мира, заметное влияние оказывает фактор глобализации. В этих условиях принципиальная стратегия страны - перенять все лучшее в процессах глобализации и внести собственный вклад в систему международных отношений, коллективных усилий по развитию более безопасного и справедливого мира, обеспечить конструктивное лидерство в регионе, быть примером успешной и толерантной мусульманской страны.

Руководство Малайзии никогда не проявляло особых симпатий к процессам глобализации, в том числе в их политическом, экономическом измерении, поскольку несмотря на завершение холодной войны мир

не стал сегодня более безопасным, а идиллия «глобальной деревни» - реальностью. Старые конфликты не прекращаются, а наоборот, - возрождаются. Тем временем возникают новые противостояния, часто еще более кровавые и жестокие, забирающие жизни многих тысяч людей. В последние десятилетия наиболее чувствительными для Малайзии были конфликты в Боснии, Косово, Восточном Тиморе, некоторых странах Африки, а также проблемы палестинского урегулирования, Афганистана, Ирака, Джаммы/Кашмира.

Мировыми проблемами, вызывающими серьезную обеспокоенность Малайзии, являются международный терроризм и распространение оружия массового уничтожения, провоцирующие глобальную ядерную, химическую и биологическую угрозы. Поэтому внешнеполитические усилия страны направляются на то, чтобы все большее число государств подписало и ратифицировало соответствующие международно-правовые документы [1, 9].

Экономическое измерение глобализации еще больше разочаровывает официальные круги Малайзии. Финансовый кризис 1997 г., ударивший по всей Восточной Азии, а также мировой финансово-экономический кризис 2008-2009 гг. привели не только к социальному обнищанию и экономическим бедствиям, но и к политической нестабильность. По мнению руководства страны, главный вызов внешней политике текущего и будущего десятилетий кроется именно в этой сфере.

И это требует неотложных коллективных усилий государств по реформированию международной финансовой системы и развитию новой региональной и глобальной финансово-экономической архитектуры.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Веб-сайт МИД Малайзии. URL: www.kln.gov.my (дата обращения: 21.01.2011).

2. Гусев М. Малайзия - председатель ОИК // Азия и Африка сегодня. 2004. № 9. С. 45-47.

3. Малайзия: справочник / авт.-сост. Ю.Г. Александрова и др. М.: Наука, 1987. 361 с.

4. Тюрин В.А. «Чрезвычайка» в Малайе // Азия и Африка сегодня. 2009. № 7. С. 59-62.

5. Ahmad M.Y. 50 years ofMalaysia’s “Economic Diplomacy”: The continuing struggle for peace, security and development // The Journ. of Diplomacy and Foreign Relations. 2008. Vol. 10, N 1. Р. 45-66.

6. Clutterbuck R. The long long war. The emergency in Malaya 1948-1960. Singapore: Cultured Lotus, 2003. 206 p.

7. Dhillon K.S. Malaysian Foreign Policy in the Mahathir Era 1981-2003: Dilemmas of Development. Singapore: NUS Press, 2009. 300 p.

8. Holder R. The fight for Malaya. Kuala Lumpur: Editions Didier Millet, 2007. 196 p.

9. Jeshurun Ch. Malaysia: Fifty Years of Diplomacy 1957-2007. Kuala Lumpur: The Others Press, 2007. 419 p.