О криминализации некоторых деяний по признаку их повторного совершения в определенных временных границах

1.10. О КРИМИНАЛИЗАЦИИ НЕКОТОРЫХ ДЕЯНИЙ ПО ПРИЗНАКУ ИХ ПОВТОРНОГО СОВЕРШЕНИЯ В ОПРЕДЕЛЕННЫХ ВРЕМЕННЫХ ГРАНИЦАХ

Аитова Олеся Фанилевна, канд. юрид. наук. Должность: старший преподаватель. Место работы: Саратовская государственная юридическая академия. Подразделение: кафедра уголовного и уголовно-исполнительного права. E-mail: ofaitova@yandex.ru

Аннотация: Устанавливая уголовную ответственность за повторные проступки, законодатель должен придерживаться единого их понимания. Однако в действующем УК РФ систематичность и неоднократность действий с позиции временного фактора оцениваются по-разному либо не оцениваются вовсе, что не способствует формированию единообразного подхода к уголовно-правовой оценке соответствующих видов поведения. Методологию исследования составил всеобщий диалектический метод познания явлений и процессов окружающей действительности. В ходе разработки теоретических положений настоящей статьи также применялась совокупность общенаучных и частнонаучных исследовательских методов. Представленные в настоящей работе суждения могут служить теоретической основой для дальнейшей доктринальной разработки вопросов, связанных с криминализацией деяний по признаку их повторного совершения в определенных временных границах. Практическое значение содержания данной статьи состоит в возможности использования сформулированных в ней выводов и рекомендаций в деятельности по совершенствованию уголовного законодательства России и практики его применения в части решения исследуемых вопросов.

Ключевые слова: криминализация деяния, время преступления, административная преюдиция, повторность (повторение) деяния, неоднократность действий (актов бездействия), систематичность действий (актов бездействия).

ABOUT CRIMINALIZING CERTAIN ACTS ON THE BASIS OF THEIR REPETITION IN CERTAIN TIME LIMITS

Aitova Olesia Fanilevna, PhD at law. Position: senior lecturer. Place of employment: Saratov state law academy. Department: Criminal law and Criminal-executive law chair. E-mail: ofaitova@yandex.ru

Annotation: Providing for criminal liability for repeat offences, the legislator must adhere to a common understanding. However outlined in this article clearly indicates that the current criminal code of the Russian Federation the systematic and repeated action from the position to the time factor are different or not evaluated at all, which is not conducive to the formation of a uniform approach to the criminal legal evaluation of conduct are determined through the basis of systematic or repeated.

The methodology of the study was the universal dialectical method of cognition of phenomena and processes surrounding reality. In the course of development of theoretical provisions of this article also apply a set of scientific and specially scientific research methods.

Presented in this work judgments can serve as a theoretical basis for further doctrinal development issues related to the criminalization of the offences on the basis of their repetition in certain time limits.

Practical value of the contents of this article consists in the possibility of using formulated her findings and recommendations in efforts to improve the criminal legislation of Russia and practice of its application in terms of solving issues associated with the criminalization of the offences on the basis of their repetition in a specific period of time. Keywords: criminalization of acts, the time of the crime, the Commission of the act within a certain time, a certain duration of the acts, the repetition of the earlier act, the administrative preclusion.

Время преступления лежит в основе криминализации некоторых видов деяний, выступая одним из тех признаков, совокупностью которых определяется их типичная, минимально необходимая и достаточная общественная опасность преступлений данного вида. На деле это означает, что привлечение лица к уголовной ответственности возможно: в одних случаях при совершении деяния в строго определенное время (например, ст. 190, 3141, 336 УК РФ), в других - при определенной длительности деяния (ч. 1, 3, 4 ст. 337, ч. 1 и 2 ст. 1451 УК РФ и др.), в третьих - при повторении ранее совершенного лицом действия (акта бездействия) в определенных временных границах. В настоящей статье рассмотрим последний из указанных случаев.

В уголовном законодательстве России содержатся преступления (ст. ст. 110, 117, 151, 232 и 241 УК РФ), для наличия которых лицу необходимо систематически осуществлять определенные, указанные в диспозициях соответствующих статей действия или акты бездействия. При этом лишь в 2013 г. понятие систематичности было впервые истолковано в тексте УК РФ. Так, согласно примечанию к ст. 232 УК РФ, распространяющемуся и на ст. 241 УК РФ, под систематическим предоставлением помещений в указанных статьях понимается предоставление помещений более двух раз. Однако, несмотря на этот, безусловно, позитивный шаг законодателя, приведенное определение систематичности не распространяется, к сожалению, на все перечисленные преступления, что порождает случаи неправильного применения уголовного закона. Примером может служить приговор Отрадненского районного суда Краснодарского края от 18.06.2015, которым Г. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 151 УК РФ. Осужденная, по мнению суда, вовлекла свою несовершеннолетнюю дочь в систематическое занятие попрошайничеством, а именно: 1) 29 марта 2015 г. в период времени с 07:30 часов до 16:00 часов и 2) 05 апреля 2015 г. в период времени с 07:30 часов до 16:00 часов [8]. Между тем двукратное совершение указанного в законе действия вряд ли достаточно для вывода о систематическом характере отклоняющегося поведения.

По аналогии с указанным ранее подходом законодателя, а также принимая во внимание сложившееся представление о систематичности в теории уголовного права [6, с. 106] и правоприменительной практике, будем считать, что для систематического унижения человеческого достоинства (ст. 110 УК РФ), систематического нанесения побоев или иных насильственных действий (ст. 117 УК РФ), систематического предоставления помещений для потребления наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а

также для занятия проституцией (ч. 1 ст. 232 и ч. 1 ст. 241 УК РФ) и вовлечения в систематическое употребление спиртных напитков или одурманивающих веществ (ч. 1 ст. 151 УК РФ) необходимо, чтобы такие действия были совершены не менее трех раз в течение непродолжительного времени [4, с. 389, 679.].

В соответствии с ч. 1 ст. 117 УК РФ под истязанием понимается систематическое, т.е. многократное, нанесение побоев или иных насильственных действий (не менее трех раз подряд одному и тому же лицу). Побои будут признаваться многократными, если они наносятся разновременно и между ними существует внутреннее единство. При этом, на наш взгляд, разрыв во времени не должен быть продолжительным, так как только в этом случае можно будет усмотреть взаимосвязанные действия, характеризующиеся единой направленностью умысла, т.е. систему действий. Например, приговором мирового судьи судебного участка № 23 Лузского судебного района Кировской области от 01.10.2015 Н. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ. Из материалов уголовного дела следует, что Н. на протяжении незначительного периода времени три раза наносил побои и совершал иные насильственные действия в отношении своей жены (23 февраля 2015 г., 20 июня 2015 г. и 11 июля 2015 г.), причиняя ей физическую боль, что свидетельствует о систематичности этих действий и определенной линии поведения в отношении потерпевшей [7].

В обратной ситуации, когда разрыв во времени является значительным, наличие нескольких самостоятельных эпизодов, например, небольших повреждений тупыми или острыми предметами одному потерпевшему, нельзя рассматривать как истязание путем систематического причинения боли. Подтверждает данную точку зрения и судебная практика. Так, общественно опасные действия П. Красногвардейским районным судом г. Санкт-Петербурга были переквалифицированы со ст. 117 УК РФ на ст. 116 УК РФ. Разъясняя свою позицию, суд указал, что в многократных действиях П. отсутствуют признаки систематического нанесения побоев потерпевшим (бывшей жене и сыну) с учетом имеющихся между ними значительных временных промежутков и иных обстоятельств совершенного преступления [5].

Вопрос о понятии систематичности действий виновного лица, направленных на вовлечение несовершеннолетнего в совершение тех или иных антиобщественных поступков, предусмотренных ст. 151 УК РФ, также вызывает трудности при квалификации (для сравнения хотелось бы указать, что законодатель в случаях систематического нарушения общественного порядка условно осужденным, за которые он привлекался к административной ответственности, в ч. 5 ст. 190 УИК РФ установил временной период, равный одному году). Некоторыми учеными признак «систематичность» определяется как употребление несовершеннолетним одурманивающих веществ, происходящее под воздействием взрослого лица, в течение такого времени и в таком количестве, после которого у лица вырабатывается привычка, болезненная зависимость к их употреблению [3, с. 414]. Между тем представленное понимание указанного признака не снижает его оценочности, а лишь задает ориентиры для установления его содержания правоприменителем.

Несмотря на определение федеральным законом от 28.12.2013 № 381-ФЗ «О внесении изменений в статью 232 Уголовного кодекса Российской Федерации» поня-

тия систематичности, данную дефиницию также нельзя признать совершенной, поскольку из ее содержания не ясно, каким должен быть период охвата двух или более действий по предоставлению помещений для занятия проституцией или потребления наркотиков. Например, обвинительным приговором Центрального районного суда г. Красноярска от 10.03.2011 К. был осужден за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 232 УК РФ. Во время судебного разбирательства было установлено, что К. трехкратно предоставил гражданам помещение принадлежащей ему бани, расположенной рядом с домом, для потребления наркотических средств в течение одного дня (27 августа 2010 г.) [15].

Проанализировав судебную практику по вышеуказанным категориям уголовных дел [11], приходим к выводу, что для констатации систематичности необходимо, чтобы образующие ее общественно опасные действия или акты бездействия (как минимум три) были выполнены в течение незначительного периода времени, коим предлагаем считать шестимесячный срок.

Помимо преступлений с системой действий, в УК РФ имеются преступления, основание уголовной ответственности за которые предполагает неоднократность тех или иных действий (актов бездействия) субъекта (ст. ст. 1161, 1511, 154, 157, 1581, 1714, 180, 2121, 2154, 2641, 2841, ч. 2 ст. 3141). При этом так же, как и в случае с систематичностью, единого подхода законодателя к ее пониманию не существует: в одних случаях содержится указание на обязательность административного наказания (административной ответственности) за аналогичные проступки, в других - такое предписание отсутствует.

Что касается первой ситуации, то уголовная ответственность лица наступает за повторное административное правонарушение, если ранее к нему уже применялись меры административного наказания за аналогичное деяние (1161, 1511, 157, 1581, 1714, 2121, 2154, 2641, 2841, ч. 2 ст. 3141 УК РФ). При этом в примечаниях к названным статьям УК РФ указывается различное количество действий и различные периоды их совершения, необходимые для установления признака неоднократности:

- неоднократными признаются действия, предусмотренные ст. ст. 1161, 1511, 157, 1581, 2154, 2641, которые лицу необходимо повторно осуществить в период, когда он считается подвергнутым административному наказанию за аналогичные деяния. Представляется, что установленный законодателем срок (один год), в течение которого повторно выполняется аналогичное противоправное действие, адекватен для определения степени общественной опасности лица, их совершающего. В свое время применительно к первоначальной редакции ст. 1511 УК РФ некоторые ученые обоснованно предлагали расширить временные границы, в которых осуществляются такие повторные противоправные действия, со ста восьмидесяти дней до одного года, поскольку в положениях УК РФ и КоАП РФ наличествовали определенные противоречия, связанные с окончанием исполнения постановления о назначении административного наказания[1, с. 202; 16, с. 167].

А.В. Иванчин отмечает, что в скрытом виде административная преюдиция фактически существовала в составах преступлений с признаком «злостность», например предусмотренном статьей 157 УК РФ [2, с. 6566]. Действительно, предупреждение должника судебным приставом-исполнителем об уголовной ответст-

венности по ч. 1 ст. 157 УК РФ служило тем обстоятельством, на основании которого суды усматривали в общественно опасных действиях лица злостность уклонения от уплаты средств на содержание несовершеннолетних детей. Несмотря на это, в судебной практике не был выработан общепринятый подход при решении вопроса о количестве выносимых официальных предупреждений должнику и временных отрезках между такими предупреждениями даже применительно к одному судебному участку. Так, уклонение от уплаты алиментов признавалось злостным, начиная от неоднократно выносимых официальных предупреждений должнику, т.е. при наличии двух таких предупреждений, и до пяти предупреждений. Период времени между официальными предупреждениями варьировался от 05 дней до 2 лет 11 месяцев, а между последним вынесенным официальным предупреждением и датой возбуждения уголовного дела он составлял от 06 дней до 10 месяцев [14]. Примером может служить обвинительный приговор мирового судьи судебного участка № 2 г. Выкса Нижегородской области от 16.04.2014 в отношении С., осужденного за уклонение от уплаты алиментов в период с 15 января 2008 г. по 23 октября 2013 г. В ходе судебного разбирательства было установлено, что за 5 лет и 9 месяцев осужденному С. выносилось пять официальных предупреждений, временные промежутки между которыми колебались от 05 месяцев до 2 лет 11 месяцев. Другим обвинительным приговором этого же суда от 17.06.2014 был осужден Т., продолжительность уклонения от уплаты алиментов со стороны которого составляла меньше 5 месяцев, а официальные предупреждения объявлялись ему также пять раз, разрывы между которыми составляли от 8 дней до 1,5 месяцев [10].

Однако такое условие, как неоднократность выносимых официальных предупреждений судебным приставом-исполнителем об уголовной ответственности по ч. 1 ст. 157 УК РФ лицу, не желающему уплачивать алименты на содержание детей, на основании которого суды нередко устанавливали злостный характер уклонения, не являлось обязательным. Данная точка зрения основывается на положениях, закрепленных ст. ст. 80 и 85 Семейного кодекса РФ, где предусмотрены обязанности родителей по материальному обеспечению своих несовершеннолетних детей, неисполнение таких обязательств влечет официальную реакцию государства. То есть наличие одного объявленного официального предупреждения о взыскании алиментов в совокупности с другими обстоятельствами дела являлось минимально достаточным условием для признания продолжающегося противоправного поведения должника как злостного уклонения.

Описанные примеры наглядно демонстрируют, что в решениях судов отсутствовала одинаковая оценка одних и тех же общественно опасных действий, в связи с чем возникла необходимость исключить из ст. 157 УК РФ такой оценочный признак, как злостность. Федеральным законом от 03.07.2016 № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности» в ст. 157 УК РФ были внесены поправки, состоявшие в замене злостности неоднократностью неуплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей без уважительных при-

чин. При этом неоднократной предложено считать неуплату средств лицом в период, когда оно считается подвергнутым административному наказанию за ранее совершенное аналогичное деяние (примечания 1, 2);

- неоднократным признается нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, если лицо ранее привлекалось к административной ответственности за аналогичное деяние более двух раз в течение ста восьмидесяти дней (примечание к ст. 2121 УК РФ). Из буквального толкования данного положения следует, что для привлечения к уголовной ответственности необходимо, чтобы субъект в течение ста восьмидесяти дней совершил как минимум три правонарушения, которые подпадают под ст. 20.2 Ко-АП РФ и за которые он привлекался к административной ответственности, и после этого совершить в указанный период четвертый, как минимум, проступок (нужно отметить, что приведенное число противоправных деяний свидетельствует, скорее, о систематичности отклоняющегося поведения, нежели о его неоднократности). Если же четвертое правонарушение имело место по истечении указанного периода, то такие действия влекут за собой административную ответственность (ст. 20.2 КоАП РФ).

Однако, в отличие от ранее рассмотренных вариантов описания неоднократности, в примечании к ст. 2121 УК РФ не уточняется, с какого момента необходимо вести отсчет этим дням: с момента составления протокола об административном правонарушении по ст. 20.2 КоАП РФ или с момента, когда лицо, совершившее административное правонарушение (ст. 20.2 КоАП РФ), подвергается административному наказанию. В определенной мере данный вопрос был решен в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.05.2016 № 21 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 3141 Уголовного кодекса Российской Федерации». П. 10 данного постановления со ссылкой на ст. 4.6 КоАП РФ предусматривает, что лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления. В силу этого при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 3141 УК РФ, суду надлежит выяснять, исполнено ли постановление о назначении лицу административного наказания, дату окончания исполнения указанного постановления; не прекращалось ли его исполнение; не истек ли годичный срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию; не пересматривались ли постановление о назначении лицу административного наказания и последующие постановления, связанные с его исполнением, в порядке, предусмотренном главой 30 КоАП РФ. Очевидно, что на сегодняшний день из этих правил суду следует исходить и при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 2121 УК РФ. Однако в перспективе уголовному законодателю необходимо отказаться от расплывчатого выражения, указывающего на ранее имевшее место привлечение лица к административной ответственности (ст. 2121, ч. 2 ст. 3141 УК РФ), и использовать вместо него формулировку, известную действующему административному законодательству - совершение деяния в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние;

- неоднократными признаются руководство деятельностью на территории Российской Федерации иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо участие в такой деятельности, а также несоблюдение лицом, в отношении которого установлен административный надзор, административных ограничения или ограничений, назначенных ему судом в соответствии с федеральным законом, при условии, что такие лица ранее привлекалось к административной ответственности за аналогичное деяние два раза в течение одного года (ст. 2841 и ч. 2 ст. 3141 УК РФ). Однако анализ судебной практики показал [12], что необходимое количество повторений преступных действий (обязательное наличие трех проступков), как правило, осуществляется в значительно меньший временной промежуток. Подтверждением сказанному служит следующее уголовное дело. Т., будучи лицом, в отношении которого установлены административные ограничения обязательной явки для регистрации четыре раза в месяц в орган внутренних дел по месту жительства или пребывания, запрещения пребывания вне жилого помещения или иного помещения, являющегося местом жительства, в период времени с 23:00 до 06:00, запрещения посещения мест проведения массовых и иных мероприятий и участия в указанных мероприятиях, запрещения пребывания в определенных местах: школах, детских дошкольных учреждениях, а также об административной и уголовной ответственности за нарушение установленных ограничений, действуя умышленно, без уважительных причин 09 февраля 2015 г. и 23 февраля 2015 г. не прибыл на регистрацию в МО МВД РФ «Троицкий» Челябинской области в соответствии с утвержденным графиком, нарушив тем самым установленное ему ограничение об обязательной явке в орган внутренних дел по месту жительства. 11 февраля 2015 г. и 26 февраля 2015 г. Т. постановлениями мирового судьи Троицкого района Челябинской области был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.24 КоАП РФ. Однако в период с 20 марта 2015 г. по 01 апреля 2015 г. Т. в ночное время умышленно без уважительных причин отсутствовал по месту своего жительства, нарушив тем самым установленное ему ограничение о запрете пребывания вне жилого помещения, а также 23 марта 2015 г. он вновь, не имея уважительных причин, не явился на регистрацию в МО МВД РФ «Троицкий», в связи с чем 02 апреля 2015 г. Т. постановлением мирового судьи Троицкого района Челябинской области был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 19.24 КоАП РФ. Таким образом, Т. в период с 21.01.2015 г. по 02.04.2015 г. совершил неоднократное несоблюдение административных ограничений, установленных ему судом в соответствии с федеральным законом, на основании чего приговором Троицкого районного суда Челябинской области от 18.06.2015 был осужден за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 3141 УК РФ [9].

Сказанное позволяет заключить, что совершение противоправных действий более двух раз, т.е. минимум три, в отдельных ситуациях может обнаруживать признаки системы, поэтому, возможно, законодателю следует задуматься об использовании применительно к ст. 2121 и ч. 2 ст. 3141 УК РФ признака «систематичность» с одновременной корректировкой периода, в

рамках которого соответствующая система должна себя проявить, или скорректировать количество повторений противоправных действий.

Как уже отмечалось, кроме составов преступлений с административной преюдицией, отечественное уголовное законодательство содержит составы, в которых признак неоднократности также присутствует, но обязательность применения мер административного наказания за предыдущие аналогичные проступки не фигурирует. К таким уголовно-правовым нормам можно отнести ст. 154 УК РФ, предусматривающую ответственность за незаконное усыновление (удочерение), совершенное неоднократно, и ст. 180 УК РФ о неоднократном использовании средств индивидуализации товаров (работ, услуг).

Большинство ученых усматривает в неоднократности, упоминаемой в диспозициях названных статей Особенной части УК РФ, существенное упущение законодателя, который, отказавшись в Общей части от неоднократности как вида множественности преступлений (ст. 16 УК РФ), забыл убрать отдельные ее проявления из Особенной части. Однако думается, что неоднократность используется здесь в другом значении - криминообразующего признака, участвующего в формировании основания уголовно-правовой охраны и в дальнейшем основания уголовной ответственности. Поэтому полагаем, что их можно рассматривать как повторные проступки, за которые ранее к лицу уже применялись меры административного наказания, предусмотренные, соответственно, ст. 5.37 КоАП РФ «Незаконные действия по усыновлению (удочерению) ребенка» и ст. 14.10 КоАП РФ «Незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг)». То есть, несмотря на отсутствие в ст. ст. 154 и 180 УК РФ указания на административное наказание за предыдущее аналогичное деяние, в уголовно-правовой теории и на практике исходят именно из такого понимания соответствующих деяний [13, с. 132133; 17, с. 282-283]. Таким образом, о наличии состава названных преступлений можно говорить, если повторное деяние было осуществлено в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию. В соответствии с этим предлагаем дополнить названные статьи примечаниями с соответствующим пониманием признака неоднократности.

Завершая рассмотрение вопроса о криминализации некоторых деяний по признаку их повторного совершения в определенных временных границах, можно сделать ряд основных выводов:

- оценочный признак «злостность», который используется при описании преступлений и содержание которого зачастую раскрывается посредством установления длительности отклоняющегося поведения, следует во всех случаях заменить термином «без уважительных причин», что позволит достичь единообразного и эффективного их применения;

- для констатации систематичности отклоняющегося поведения требуется, чтобы образующие его общественно опасные действия или акты бездействия (как минимум три) были выполнены в течение незначительного периода времени, коим необходимо считать шестимесячный срок;

- терминология, используемая при конструировании составов преступлений с административной преюди-цией, должна отличаться единообразием во всех статьях Особенной части УК РФ, указывая на повторное совершение противоправного действия (акта бездействия) в период, когда лицо считается подвергну-

тым административному наказанию за аналогичное деяние. Совершение же противоправных действий более двух раз, т.е. минимум три, требуемое в отдельных уголовно-правовых нормах, может обнаруживать признаки системы отклоняющегося поведения, поэтому законодателю следует задуматься об использовании в этих случаях (например, в ст. 2121, 2841 и ч. 2 ст. 3141 УК РФ) признака «систематичность».

Список литературы:

1. Галимов Р.Р., Клызбаева В.А. Спорные вопросы применения ст. 151.1 УК РФ «Розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции» // Евразийский юридический журнал. 2015. № 3. С. 200-202.

2. Иванчин А.В. Конструирование составов преступлений с административной преюдицией: pro et contra // Вестник ЯрГУ. Серия: Гуманитарные науки. 2012. № 3 (21). С. 65-69.

3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. А.И. Чучаева. М., 2009.

4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева. 5-е изд., перераб. и доп. М., 2007.

5. Константинов П. Уголовная ответственность за истязание // Законность. 2000. № 4 [Электронный ресурс] // Сейчас.ру (бизнес и власть). URL: http://www.lawmix. ru/comm/7051/ (дата обращения: 09.11.2017).

6. Малков В.П. Повторность преступлений: понятие и уголовно-правовое значение. Казань, 1970.

7. Обвинительный приговор мирового судьи судебного участка № 23 Лузского судебного района Кировской области от 01.10.2015 № 1-104/2015 (22161) [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/court-sudebnyj-uchastok-23-luzskogo-rajona-s/act-224239320/ (дата обращения: 05.11.2017).

8. Обвинительный приговор Отрадненского районного суда Краснодарского края от 18.06.2015 № 1113/2015 [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» -судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/ court-otradnenskij-rajonnyj-sud-krasnodarskij-kraj-s/act-495456547/ (дата обращения: 12.11.2017).

9. Обвинительный приговор Троицкого районного суда Челябинской области от 18.06.2015 № 1-100/2015 [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/court-troickij-rajonnyj-sud-chelyabinskaya-oblast-s/act-497067356/ (дата обращения: 13.11.2017).

10. Обзор судебной практики по применению положений ст. 157 УК РФ о злостном уклонении от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних, нетрудоспособных детей, утв. постановлением Президиума Нижегородского областного суда от 17.12.2014 // Бюллетень Нижегородского областного суда. 2014. № 12 [Электронный ресурс]. Доступ из локальной сети: СПС «КонсультантПлюс» (по сост. на 08.11.2017).

11. Практика применения статьи 110 УК РФ [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/law/Статья_110_ УК_РФ (дата обращения: 16.11.2017); Практика применения статьи 117 УК РФ [Электронный ресурс] // «Рос-Правосудие» - судебная практика. URL: https://ros-pravosudie.com/law/Статья_117_УК_РФ (дата обращения: 13.11.2017); Практика применения статьи 151 УК РФ [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/law/ Ста-

тья_151_УК_РФ (дата обращения: 20.11.2017); Практика применения статьи 232 УК РФ [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/law/Статья_232_УК_РФ (дата обращения: 03.11.2017); Практика применения статьи 241 УК РФ [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» -судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/law/ Статья_241_УК_РФ (дата обращения: 13.11.2017).

12. Практика применения статьи 3141 УК РФ [Электронный ресурс] // «РосПравосудие» - судебная практика. URL: https://rospravosudie.com/law/Статья_314.1_ УК_РФ (дата обращения: 16.11.2017).

13. Сидоренко Э.Л. Административная преюдиция в уголовном праве: проблемы правоприменения // Журнал российского права. 2016. № 6. С. 125-133.

14. Справка о результатах обобщения практики рассмотрения судами Вологодской области дел о злостном уклонении от уплаты средств на содержание детей

15. Справка по итогам изучения судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами, рассмотренным судами Красноярского края (Красноярск, 11.08.2011) [Электронный ресурс] // Красноярский краевой суд. URL: http://kraevoy.krk.sudrf.ru/modules. php?id=163&name=docum_sud (дата обращения: 01.08.2016).

16. Сытников В.О. Правовые проблемы конструкции объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнал. 2013. № 6. С. 167-169.

17. Юнусов А.А., Серкова Т.В. Административная преюдиция в российском уголовном праве // Актуальные вопросы экономики и права. 2015. №1 (33). С. 278282.

Статья прошла проверку системой «Антиплагиат»; Оригинальность текста - 82,96%