А. А. Жданов в Твери (1919-1922 гг. )

Вестник Санкт-Петербургского университета. 2005. Сер. 2, вып. 3

В.И. Демидов , В. А. Кутузов

A.A. ЖДАНОВ В ТВЕРИ

Тверской край занимает особое место в жизни видного партийного и государственного деятеля A.A. Жданова. В Твери он закончил реальное училище, здесь приобщился к революционной деятельности, вступил в 1915 г. в ряды большевистской партии. Затем была непродолжительная учеба в Московском сельскохозяйственном институте, школе прапорщиков в Тифлисе, служба и партийная работа в г. Шадринске, участие в гражданской войне на Урале.1 Весной 1919 г. он вновь появился в Твери.

10 мая 1919 г. приказом по Тверскому губернскому военкомату A.A. Жданова назначили в нем начальником организационно-агитаторского отделения. «Для пропитания» он приискал себе еще должность преподавателя политграмоты в 4-й кавалерийской школе, и, кстати, именно на этом посту, несмотря на последовавшие затем их смены, он числился у кадровиков по меньшей мере до середины 1921 г. Активность его, однако, выплеснулась куда дальше этих скромных пределов.

В то время политическая работа среди населения Твери и губернии велась многими организациями: губкомом партии, губернским агитационно-просветительным отделом, информационно-инструкторским отделом губисполкома, губпрофсоветом, губернским военным бюро и др. Короче говоря, существовал большой разнобой и ненужный паралелизм. Как вспоминал тверской знакомый A.A. Жданова A.B. Соколов, «нужно было в целях экономии сил и средств объединить и централизовать всю политическую работу в губернии и это важнейшее дело было поручено тов. Жданову...»2

A.A. Жданов обладал на редкость многими притягательными чертами. Поэтому к нему тянулись самые влиятельные деятели 2-миллионной тверской губернии и ее столицы. Уже в июле, с их благословения, он создал под своим руководством оргбюро, а потом на его базе некий политотдел при губкоме РКП

«В ноябре 1919, - читаем в автобиографии A.A. Жданова, - на 6 губконференции избран членом губкома РКП, веду лекторскую работу, заведую агитотделом губкома, отделами кооперации, профсоюзов, с 1920 г. - член бюро губкома, замещаю секретаря, редактирую партийный орган и т.д. Был на 9 съезде партии с решающим голосом и на Всероссийской сентябрьской конференции с совещательным голосом. Участник 1-го съезда Советов, где избран в члены Центрального исполнительного) Комитета Советов...»3 Во ВЦИК, ЦИК СССР, Верховном Совете и его Президиуме он заседал уже до конца жизни.

& В.И. Демидов , В.А. Кутузов. 2005

Образ его тех лет в наших глазах распадается. Вот мы видим его милым безобид-но-интеллигентным затейником, переносящим в политическую жизнь города наивные развлечения семейных праздников и школьных игр. Придумал же («Тверская правда», 30.06.1920) театральную инсценировку «Пролетарский суд над панской Польшей» в партийном клубе, где сам сыграл роль «3-го защитника». Находил время и силы выпускать ежедневную (!) юмористическую стенгазету в губкоме со своими любительскими стихами и эпиграммами. «Часто на партийных собраниях, - вспоминал A.B. Соколов, -A.A. "подсыпал" - на листах - свои шутки и карикатуры на того или иного работника».4 (Наверное, шаржи: Жданов был очень тактичным). «... A.A. был редактором стенной газеты (уже другой), которую он назвал "До-Ре-До". Бывало все собираются в кружок. Тов. Жданов брал в руки вилку, щелкал по ней пальцем, прикладывал к уху вместо камертона и задавал тон: "до-ре-до"... Хор исполнял "Вдоль по Питерской"»5. Любил он инсценировать всюду эти трезвые партийные спевки. Запомнили его и завсегдатаем концертов организованного при его же содействии городского хора (из 80 голосов) и оркестра под управлением Н.М. Сидельникова, армейской самодеятельности (включая молоденького дебютанта будущего Народного артиста СССР С.Я. Лемешева), драматических коллективов (в Твери «на пустом месте» возникло тогда 12 театров, только в одном 1919г. представивших публике 147 премьер) и т.д.

Такой интерес к искусству не случаен. Его привила еще с детских лет мать A.A. Жданова Екатерина Павловна. Ее внук, сын A.A. Жданова, Юрий Андреевич вспоминает, что когда Ждановы стали жить в Москве, к ним приходила в гости бабушка: «Ее маленькие, старческие сморщенные пальцы, прикасаясь к клавишам, исторгали море сильных, сочных, прелестных звуков. Она играла Бетховена, Листа, Шумана, Шопена, Грига, играла изумительно, хотя не касалась инструмента с дореволюционных времен, добрых два десятка лет. Помню в ее исполнении грандиозное звучание "Лесного царя", романтические, рождающие грусть мелодии "Пер Понта"».''

По воспоминаниям A.B. Соколова, Жданов еще в 1913 г. учился пению у будущего организатора и художественного руководителя ансамбля песни и пляски Советской Армии композитора A.B. Александрова, причем не только пел, но и обладал способностью быстро организовать хор, рассчитать такты, управлять хором. Он владел партитурой.7 И далее:

«... Тов. Жданов считался у нас прекрасным запевалой. Мне вспоминаются тяжелые дни гражданской войны, когда было холодно, голодно и уже во всяком случае не до песен. Андрей Александрович как-то умел расшевелить людей, внести в тоскливую среду дух бодрости и веселья. Например, члены партии фабричного района прямо с работы пришли на партийное собрание. Сидят понурые, голодные, ждут открытия собрания. Но вот появляется тов. Жданов и садится в самую гущу людей. - А, ну, ребятки... Песенку! И зал гудит стройными, бодрыми голосами: "Смело мы в бой пойдем за власть Советов !.."»х

А. Жданов интересовался и живописью. Художник Шутов, руководитель коллектива художников Калининской ситцевой фабрики, писал: «Я встречался с т. Ждановым в 1919 г. Он несколько раз заходил в нашу мастерскую художников и говорил мне, чтобы мы делали свои рисунки на тканях более нежными и радующими глаз. И когда нам в 1929 г. предложили изображать на ситцах разные трактора, паровозы, болты и гайки, то мы вспомнили указания тов. Жданова и категорически отвергли эти вредные пережитки пролеткультовского трюкачества».9

В том же 1919 г. Жданов взялся за объединение всех литературных работников, стоявших на платформе Советской власти. Он был инициатором I съезда писателей Твер-

ской губернии, который состоялся 6 ноября 1919 г. На нем удалось тогда создать довольно сплоченную большевистскую группу литераторов. В группу входили Кузьма Теркин, Львов, Пухальский, молодой поэт H.A. Рябов, впоследствии известный журналист «Правды» и «Крокодила», Яков Уховский и др.10 На съезде развернулась борьба против меньшевиков и эсеров за влияние на известного русского поэта, ученика Кольцова и Никитина С. Дрожжина. Еще до съезда Жданов организовал партийный прием в губисполкоме в честь этого крестьянского самородка, бытописателя русской деревни.

После съезда меньшевики и эсеры организовали свое литературно-художествен-ное общество имени Никитина и сумели перетащить туда колеблющегося Спиридона Дмитриевича. Жданов несколько раз встречался с Дрожжиным. Одна из таких встреч проходила зимой 1921 г. в квартире поэта Я. Уховского. Тогда Жданов декламировал стихи поэта, убеждал его отказаться от идеи «чистого искусства» и связать свое творчество с борьбой за Советскую власть. Сохранились воспоминания Я. Уховского об этой встрече: «Андрей Александрович, вскрывая политические ошибки Никитинского литературного общества, убеждал Дрожжина не порывать связи с большевистской печатью, помогать в печати советскому строительству, партии и государству.

Мне лично не один раз приходилось встречать товарища Жданова в редакции газеты "Тверская правда". Я ходил надоедать туда со своими стихами, а Андрей Александрович сдавал свои статьи и фельетоны. Однажды он спросил меня: "Почему ты не ходишь на "Никитинские среды"? Занят? А кто будет отвоевывать от эсеров такого замечательного русского поэта-крестьянина Спиридона Дрожжина? Идем сегодня же в школу Максимовича". И мы ходили вместе слушать выступления престарелого поэта, стихи которого стали появляться в "Тверской правде". Упрямый старик на склоне своих лет встал на правильный путь»."

Заметим, что уже после смерти A.A. Жданова в декабре 1948 г. общественность Калининской области отметила 100-летие со дня рождения Спиридона Дрожжина, автора сборников «Поэзия труда и горя» (1901 г.), «Заветные песни» (1907 г.), «Автобиография с приложением избранных стихотворений» (1923 г.). «Избранные стихотворения» (1923 г., изданы в Твери), «Песни крестьянина» (1929 г.).

А вот Жданов на трибуне большого собрания. В зале - одни тверяки, но по традиции того времени речь обращена и не к догадывающимся о его существовании делегатам открывающегося в Москве 2-го съезда III Коммунистического Интернационала: «Съезду надлежит сказать веское слово...», «Съезд должен... осудить недомыслие.., отрыжку синдикалистского поветрия...», «Съезд... должен взнуздать зарвавшихся товарищей и направить на путь истинный»... Все - по верхушкам статей председателя коминтерна Зиновьева. Занятно - в той же книжке тверского «Вестника Коммунизма» (1920, июль, № 4), где опубликован доклад Жданова, напечатана большая рецензия на работу В.И. Ленина «Детская болезнь "левизны" в коммунизме», но этого автора наш молодой «теоретик» пока игнорирует: в его многочисленных статьях до 1923 г. мы не выявили даже упоминания о Ленине.

Еще один Жданов - на первой сессии городского совета (1921 г.). Только что объявлены результаты выборов: от коммунистов - 92 депутата, меньшевиков - 18, анархистов - 2, «неизвестных партий» - 3 и от беспартийных - 142. Посчитавший себя лидером беспартийных «г-н Клевецкий... петушком взлетает на председательское место... Рядом храбро вступил в бой другой господин - доктор Ашкиназе». Атмосфера (как и во всей губернии, в стране) накалена до предела. Как Жданову с сотоварищами удается ее остудить, объединить с коммунистами беспартийных рабочих, для нас - тайна, присущая любому искусству, включая политику и управление.

Не владей он уже тогда этим искусством, мы никогда бы не познакомились с Андреем Ждановым - экономистом и администратором. Со статьями на экономические темы он начал выступать в 1920 г.: «Что делать с кредитной кооперацией?», «Натуральный налог» и т.д. Но это - статьи: бойкие журналисты выдадут подобные в одночасье - на любую тему. С середины июня 1921 г. ему пришлось не рассуждать и не поучать, а действовать: члена бюро губкома РКП, преподавателя политграмоты в 4-й кавшколе A.A. Жданова назначили председателем Губернской плановой комиссии, включив в нее все прежде бывшие - «по проведению в жизнь декретов о натурналогах, по учету промышленных предприятий, по натурпремированию, по разработке принципов лесозаготовительной кампании, по электрификации.., о рабочей силе вообще и вопросам земельной политики...».

О наделенной всего лишь совещательными правами плановой комиссии уже через месяц заговорили как об эффективном инструменте исполнительной власти (см., например, журнал «Наше хозяйство», благожелательно отмеченный, кстати, председателем СНК В.И. Лениным, 1921 г., № 5-6; там - конкретные даты, факты, предложения, меры...). Нам показалось, что Жданов продемонстрировал не только умение организовывать работу специалистов, что несомненно, но и аналитические способности в такой специфической области, как конкретная экономика. Основанная на реалиях Тверской губернии начала 20-х годов его статья «Финансовая политика и местный бюджет» (ж. «Спутник коммуниста». Тверь, 1922, № 6), возможно, заинтересовала бы кого-нибудь и сейчас: условия-то похожи. А в анализе местных фактов Жданов явно проявлял самобытность.

Весьма показательна характеристика, подчеркивающая разносторонние дарования A.A. Жданова: «Агитатор, лектор. Может быть руководителем какой-нибудь организации партийной или советской не без успеха. Развит хорошо. Предан парии».12 Подчеркнем, что в то время (1920 г.) ему было 24 года. Эти качества Жданова отмечались и во время чистки 1921 г.

5 сентября 1921 г. приступила к работе Тверская городская комиссия по чистке партии. Она состояла из председателя K.M. Сенюшкина, секретаря A.B. Соколова и П.Н. Поспелова, будущего секретаря ЦК КПСС. A.B. Соколов вспоминал позднее: «15 сентября тов. Жданов принес в комиссию свою автобиографию и сказал: "Вот вам... целый вечер писал... Промывайте теперь мои косточки... - Почему? - А как же иначе? Ведь все же я сын магистра философии».13

Как подпольщику Жданову по инструкции нужно было заверить свой партийный стаж подписями трех коммунистов, знавших его по совместной работе в подпольной организации. «В связи с этим порядком, - по воспоминаниям A.B. Соколова, - многим подпольщикам приходилось бегать по городу, разыскивать товарищей, рассылать письма и телеграммы, выезжать в Москву, Петроград и другие города. Товарищ Жданов, не выходя из помещения комиссии по чистке, тут же заверил свой партийный стаж тремя подписями - Виноградова И.Н., Грибова М.Н. и Соколова А.В.».И

Вечером того же дня в помещении театра Морозовской фабрики состоялось общегородское партийное собрание совместно с беспартийными рабочими. Присутствовало до 1500 чел. Чистку проходили члены бюро губкома и президиума губисполкома. Каждый выходил на трибуну, рассказывал свою биографию, отвечал на вопросы, порой нелицеприятные. Если судить по воспоминаниям A.B. Соколова, то «когда Жданов пытался говорить, то его голос тонул в шуме одобрения: знаем... свой... хватит. Товарищ Жданов безнадежно махнул рукой и сел на место очень смущенный и, видимо, недовольный таким исходом чистки. Над ним потом подшучивали: "Единственный случай, когда тверские рабочие не дали Жданову говорить"»15

Весной 1922 г., пройдя «испытания» в должности зампреда по вопросам экономики, A.A. Жданов становится «губернатором» - председателем исполнительного комитета Тверской губернии. Всего на три месяца. В «Тверской правде» от 9 июля мы наткнулись на весьма необычную для того сурового времени заметку:

«В порядке персональной переброски ЦК РКП(б) председатель губисполкома, член губкома РКП(б) и член ВЦИК тов. Жданов Андрей Александрович откомандировывается для работы в Сормово... Но можно ли только этим ограничиться, провожая тов. Анд-рюшу?..

Тот, кто близко сталкивался с ним в работе, знает, что тов. Андрюша заслуживает быть отмеченным не только как сердечный товарищ, но как человек с недюжинными способностями на поприще общественной деятельности... Здесь его деятельность проходила, что говорится, «под зеркалом». Везде и всюду внешне незаметный, но внутренне прямолинейный и открытый он, казалось, был столпом здравого мышления и огромной организаторской деятельности».

Переброски были обычным делом (как утверждал бывший секретарь Сталина Борис Бажанов, именно в 1922 г. Ленин предложил политбюро усилить подготовку и выдвижение молодых партийных кадров),"' но прощальных заметок столь теплого тона нам больше не попадалось.17

1 Подробнее об этом см.: 1) Демидов В.И.. Кутузов В.А. Детские и юношеские годы A.A. Жданова // Вестн. С.-Петерб. ун-та. 2004. Серия 2. Вып. 3-4; 2) A.A. Жданов: начало партийной деятельности // Политические партии России: прошлое и настоящее. Материалы Всероссийской научной конференции. 22-23 сентября. 2004. СПб., 2005.

2 Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 77. Оп. 2. Д. 77. Л. 65.

'Там же. Оп. 2. Д. 2. Л. 15 об.

4 Там же. Ф. 77. Оп. 2. Д. 77. Л. 75.

5 Там же. Л. 85.

6 Жданов Ю.А. Взгляд в прошлое: воспоминания очевидца. Ростов н./Дону, 2004. С. 80-81.

7 РГАСПИ. Ф. 77. Оп. 2. Д. 77. Л. 83-84. * Там же. Л. 84.

4 Там же. Л. 85 об.

10 Там же. Л. 74.

11 Там же.

12 Там же. Оп. 2. Д. 2. Л. 63 об. u Там же. Д. 77. Л. 95.

ы Там же. Л. 96.

15 Там же.

16 Бажанов Б. Воспоминания бывшего секретаря Сталина. СПб., 1992. С. 106.

17 О работе A.A. Жданова в Н. Новгороде см.: Демидов В.И., Кутузов В.А. Андрей Александрович Жданов в Нижнем Новгороде // Век XX: Историография, источниковедение, региональная история России. Сб. трудов / В Н. Бобылев (отв. ред.). Н. Новгород, 2004.

Статья поступила в редакцию 30 июня 2005 г.