Детская стоматология

Детская стоматология

Стоматология

Юлия Селютина

Детский стоматолог

Екатерина Крюкова:

Это «Онлайн приём». Я Екатерина Крюкова. У меня в гостях Юлия Селютина - детский стоматолог, победитель конкурса детских стоматологов и блогер. Мы, очевидно, поговорим о детской стоматологии.

Юля, я сразу спрошу: почему вы выбрали этот путь? Потому что дети, наверное, более сложная категория пациентов.

Юлия Селютина:

У меня всё получилось достаточно случайно и спонтанно, и сейчас, когда мне задают подобный вопрос, я отвечаю, что так сложилось, так случилось. Я невероятно благодарна случаю, который привёл меня именно в детскую стоматологию, потому что я здесь нашла определённый комфорт. Мне комфортно работать с детьми, мне комфортнее с ними, чем со взрослыми, хотя многие задают точно так же, как и вы, вопрос: почему именно с детьми? Почему, ведь это так сложно! Я на то могу просто посмеяться, потому что для меня это не сложно, для меня это комфортно и по кайфу, что ли.

Екатерина Крюкова:

А почему? Дети меньше вопросов задают во время манипуляций?

Юлия Селютина:

Дети они искренние, они самые искренние пациенты, их невозможно обмануть. Если ты будешь перед ними тоже неискренен, они это будут понимать и это будет сказываться на результатах. С детьми как-то интереснее, что ли, ты вечно молод душой. Я знаю многих своих коллег, которые очень много времени посвятили именно детской стоматологии, 10-ки лет, не как я, уже старожилы этой профессии, и они молоды. Они молоды внешне, они молоды внутренне. Это своего рода пилюля от старости. Я очень надеюсь, что в преклонном возрасте, когда я буду продолжать заниматься тем, чем занимаюсь – работать с детьми, я буду, подобно им, порхать и быть вечно молодой. Такая пилюля от старости.

Екатерина Крюкова:

Замечательно! Скажите, а сложнее с родителями работать, или с детьми? Они как семья приходят, скорее всего.

Юлия Селютина:

Здесь сложность, мне кажется, умножается. Во-первых, ты должен найти подход к ребёнку в первую очередь. Если ты не нашел подход к ребёнку, то потом будет вдвойне сложнее, потому что нет подхода – нет результата. Но, найти подход к ребёнку – это ещё половина успеха, потому что ты должен донести до родителей важность тех или иных манипуляций, которые требуются ребёнку. Поэтому да, действительно, это вдвойне сложнее, нежели работать со взрослыми.

Екатерина Крюкова:

Всё-таки, слёзы, крики, страхи могут быть, когда ребёнок первый раз приходит к стоматологу. У вас есть какой-то рецепт, чтобы войти к нему в доверие и настроить на позитив?

Юлия Селютина:

Такого рецепта не существует, потому что всё очень индивидуально. С одним ребёнком нужно построже себя вести, с другим ребёнком нужно наоборот, более мягко себя вести, находить подход в виде «сю-сю», разводить какие-то сантименты. Как именно себя вести с тем или иным ребёнком, по большей части подсказывает интуиция. Поэтому не могу ответить однозначно на вопрос.

Екатерина Крюкова:

Вы сказали, что с ребёнком приходится быть честным, они это ценят. Получается, что вы каждую манипуляцию обрисовываете ребёнку на словах, что сейчас будет, какой краник ему в рот залезет, и так далее?

Юлия Селютина:

Конечно, важно ребёнку, во-первых, всё рассказать. Дети часто волнуются, боятся. Я сейчас говорю не о совсем маленьких детях, а о детях, с которыми можно договориться, допустим, с 3-хлетним ребёнком. Ему важно рассказать, но не рассказать всё как на духу, по большей части это не нужно бывает. Не нужно говорить ребёнку: «Я тебе сделаю сейчас укол», потому что дети могут элементарно от этого слова прийти в ужас и страх. В детской стоматологии нужно хитрить где-то. Это не говорит о том, что мы врём, что мы менее честны. Это говорит о том, что мы просто разговариваем на языке ребёнка. Ему где-то можно приукрасить, такого рода игровая детская стоматология, есть такое понятие, когда у нас не укол, а волшебная водичка, которую мы не вкалываем, а поливаем на зуб, для того чтобы он заснул и для того чтобы мы выгнали всевозможных червячков.

Екатерина Крюкова:

Усыпляете бдительность.

Юлия Селютина:

Можно и так сказать. Если этого не будет, и мы будем честны, именно честны в прямом смысле слова, говорить всё как есть, «Мы тебе сейчас будем зуб сверлить» или что-то в этом духе, то это может напугать ребёнка. А если ты на его волне, если ты знаешь, какие мультики сейчас в моде, знаешь, какие игрушки сейчас в моде, ты можешь поддержать разговор. Ребёнок адаптируется, ребёнок более открыт с тобой, потому что ты с ним разговариваешь на его языке и ты в теме всех его дел. Ты входишь в доверие, и тогда можно и рот открыть, и зуб посверлить, и пломбу поставить, и сделать все необходимые манипуляции, которые требуются для лечения. Мы же лечением занимаемся, а не просто играем.

В детской стоматологии, как и везде с детьми, в процессе лечения надо прибегать к игровой форме общения.

Екатерина Крюкова:

Скажите пожалуйста, а боль вообще возможна во время сеанса лечения, или можно подготовить спокойно ребёнка к тому, что «боли не будет, дружище, просто чуть-чуть посверлят».

Юлия Селютина:

Если мы будем говорить о том, что тебе будет сейчас не больно, во-первых, мы привлечём лишнее внимание и зародим страх, который нам не нужен. Чисто технически, естественно, стоматологические манипуляции – это не SPA-процедуры. Это определённый дискомфорт, назовём это так, и боль в том числе может присутствовать. Тем более, мы не говорим о стандартах. Если углубляться в лечение, в тонкости стоматологических процедур, они, теоретически, могут быть болезненные. То же самое обезболивание, которое требуется для постановки пломбы, для проведения лечения зубов, сама по себе может быть неприятной. Мы делаем анестезию, которая нужна для того, чтобы было не больно, но она сама по себе может причинить дискомфорт, которую ребёнок может интерпретировать как боль. Взрослому человеку, когда мы делаем анестезию, мы можем предварительно объяснить, что сейчас мы сделаем тебе укол, анестезию, и взрослый человек адекватно к этому отнесётся. Стоматолог объясняет, что после анестезии ты почувствуешь то-то и то-то, заморозка, онемение, описываем ситуацию, и взрослый человек адекватно может это оценить. Когда мы проводим ту же самую манипуляцию ребёнку, тем более, если мы делаем её первый раз в его жизни, он может интерпретировать как «Мне больно» и может в принципе не дать продолжить манипуляцию. Поэтому предварительно, в большинстве, практически, в 100 % случаев, если мы имеем дело с ребёнком, которому можно всё объяснить и который уже понимает, о чём мы вообще говорим, нужно не сразу, грубо говоря, брать быка за рога и делать то, что нам нужно, а нужно предварительно объяснить, и желательно объяснить на его, детском языке, что сейчас нам для того, чтобы вот это и это сделать, нам нужно будет обмануть зуб, или обмануть того червяка, которого мы будем выгонять. Мне кажется, это целая тема, которой можно посвятить целый эфир, игровая детская стоматология. Если очень кратко, то как-то его подготовить к тому, что мы сейчас будем делать то-то и то-то, и ты это почувствуешь в виде, допустим, холодка. Ребёнок более-менее, в большинстве случаев, не всегда, но в большинстве случаев адекватно воспринимает и даёт всё доделать.

Екатерина Крюкова:

Я что хотела спросить, у нас же есть известный рекламный слоган, «Стоматология без боли». На данном этапе времени пока что мы не можем обеспечить детям абсолютно полное отсутствие неприятных ощущений?

Юлия Селютина:

Ни один врач не может в 100 % случаях гарантировать, что всем без исключения будет комфортно и не больно, как бы, кто бы и что бы ни говорил. Потому что у каждого понятие боли разное, различное, у разных людей порог чувствительности разный; есть понятие «порог чувствительности», все об этом знают. Допустим, я. Если мне потребуется лечение зубов, мне нужно обезболить всё, что только можно, потому что мой порог чувствительности бесконечно низок, и, чтобы вылечить элементарно маленькую дырочку, назовём это так, мне нужно обезболить полчелюсти. И то не факт, что у меня будет всё на 100 % обезболено. А кому-то достаточно сделать небольшое введение анестетика, чего уже будет достаточно, чтобы обработать должным образом зуб и привести его в нужную форму.

Екатерина Крюкова:

Аппликационные методы анестезии пока не дают подходящего результата?

Юлия Селютина:

Аппликационная анестезия – это просто первый этап в проведении анестезии. Есть манипуляции, для безболезненного проведения которых можно будет достаточно провести аппликационную анестезию. Аппликационная анестезия — это что в стоматологии, в частности? Это помазать анестетиком, для того чтобы обезболить слизистую оболочку. Этого достаточно, чтобы наиболее безболезненно провести саму анестезию, ввести укол, само введение анестезии будет сглажено, что ли. В детской стоматологии иногда аппликационной анестезии, то есть попшикать, помазать гелем, достаточно для того, чтобы максимально снизить болезненность при удалении подвижного-преподвижного зуба. Дети часто удаляют самостоятельно молочные зубы. Они расшатывают зубы, если они начинают расшатываться, начинается это приблизительно в 6 лет. Им чаще всего бывает это интересно. Они смотрят мультик, расшатывают, «мама, я сам буду это всё делать», и добиваются успеха. Иногда бывает, что ребёнок либо боится это делать, ему это как-то дико, потому что дети тоже разные бывают. Им страшно, им не нравится то, что они чувствуют, иногда бывает, что они начинают плохо зубы чистить из-за того, что чувствуют определённый дискомфорт. Много всевозможных факторов могут стать последствием. Тогда приходят к стоматологу, и родители говорят: «Доктор, сделайте всё что угодно, лишь бы с этим справиться». Смотришь, а там ерунда, можно только помазать, быстренько чик – и всё, и проблем никаких не будет. Для этого аппликационной анестезии бывает достаточно. Ещё раз повторю: чтобы максимально снизить сам факт введения основной анестезии, но не более того. Лечить зуб с аппликационной анестезией не то что никто не сможет, кто-то и станет, но в большинстве случаев этого недостаточно для обезболивания именно самого зуба.

Екатерина Крюкова:

О зубках ещё поговорим отдельно. Я хотела спросить: а что за конкурс детских стоматологов России? Как стать конкурсантом?

Юлия Селютина:

Я не знаю уже, потому что я участвовала в этом конкурсе достаточно давно. Я работала в достаточно известной стоматологической клинике; люблю её всей душой, вспоминаю всегда. Сейчас я там не работаю, но, всё равно, эта клиника мне много дала. Ценю, люблю всех, кто там со мной работал и продолжает сейчас работать. В один прекрасный момент, по-моему, в 2010 или 2011 году, руководство клиники направило меня на этот конкурс, я про него даже на знала ничего. Оказывается, каждый год в России в одном из городов проходит конкурс стоматологического мастерства. Есть подразделения по детской стоматологии, наверняка, по другим отраслям стоматологии – по терапевтической, по хирургической. Я попала на конкурс стоматологического мастерства по детской стоматологии. В тот год это проходило в Белгороде, туда ездила. Прошла много этапов, для того чтобы показать своё мастерство, и получилось так, что я оказалась на 1-м месте. Это конкурс молодых специалистов, по сути. Ничего сверхъестественного, как мне кажется, там не было, но это всё равно определённый опыт, и я благодарна случаю за то, что у меня получилось, во-первых, попасть туда, во-вторых, стать победителем этого конкурса. Это, бесспорно, определённый этап в жизни, определённый статус или не статус, но я могу об этом говорить, почему нет? Я же заняла это место. Но это не говорит о том, что я после этого стала каким-то суперспециалистом, ни в коем случае, хотя, может быть.

Екатерина Крюкова:

Инстаграм ваш популярный. Он вам зачем? Чтобы информировать наше население о всяческих нюансах детской стоматологии, привлекать пациентов, и то и другое? Что вы из него извлекаете?

Юлия Селютина:

Инстаграм я завела, будучи в декретном отпуске. Мне кажется, большинство блогеров, популярных сейчас, начинали именно тогда, в тот период своей жизни, как-то совпало и у меня тоже. Изначально было хобби. Я не строила никаких бизнес-планов по этому поводу, что я сейчас сделаю себе Инстаграм, продвину его, стану суперпопулярной, будут ко мне все ходить. У меня такого плана не было. Изначально у меня был план не забыть всё. Когда погружаешься в декретные дела, в мамские дела, ты уходишь вообще во всё это.

Екатерина Крюкова:

Решили классифицировать информацию?

Юлия Селютина:

Не то чтобы классифицировать. Изначально было желание не забыть. Когда ты постоянно находишься в работе, в любимой работе, ты постоянно говоришь одно и то же, одно и то же, с пациентами общаешься, и кажется, всё само собой разумеется. Когда ты становишься мамой, все эти знания так или иначе притупляются. Я иногда замечаю за собой, когда, допустим, куда-то уехал отдыхать, и, если отдых удался, ты возвращается весь расслабленный, как будто ты никогда этими делами не занимался, я имею ввиду рабочими процессами. А когда ты уходишь надолго в декретный отпуск, вообще, всё может настолько притупиться и забыться, что потом будет очень сложно возвращаться в профессию. Я знаю примеры врачей, которые были долго в декретном отпуске, возвращались и забывали, что вообще это такое. Сложно вернуться, втянуться обратно. Поэтому я, как истинный трудоголик, решила себя занять новым делом.

У меня получилась самая настоящая обязанность. Я очень ответственный человек, любящий свою работу, поэтому у меня был самый настоящий рабочий график. Сейчас всё осталось, естественно, продолжается, но в более серьёзных масштабах. Тогда у меня было, условно, 40 человек подписчиков, из них все были мои знакомые. У меня был график, у меня было условие в голове, что я каждый день что-то выкладываю. Мне казалось, что рассказать-то много чего есть, но в то же время мне казалось настолько всё узко! Что можно говорить о детских зубах бесконечно, каждый божий день, кроме субботы и воскресенья? Но сейчас, уже на протяжении, практически, 3-х лет, оказывается, можно, и оказывается, остаются вопросы. Чем больше становилось подписчиков, тем больше этих вопросов. Казалось бы, бери всё, переписывай, одно и то же пиши. Но, когда ты доходишь до определённого количества людей, которым ты каждый день даёшь информацию, возникает ответственность, появляется необходимость себя усовершенствовать. За 3 года у меня накопились, сохранились тысячи текстов, в тысячах уже всё измеряется. Я могу перечитать то, что писала, условно, 3 года назад, и сейчас, я читаю и думаю: «Что за глупость, как я могла это писать? Как могла составить таким образом предложение?» Это стало моей дополнительной профессией. Сейчас это да, это моя работа. Я принимаю пациентов, это моя основная работа, а вторая моя работа — этот мой «ребёнок», и я его никому никогда в жизни не отдам. Хотя я знаю, и все знают, что некоторые люди являются лицом своего определённого блога, но участвуют постольку-поскольку в его ведении. Мне предлагают такие услуги, допустим, «Мы будем вести ваш аккаунт, дайте нам права и всё будет у вас». Никогда я его не дам, потому что как вести мой блог, знаю только я. Это мой ребёнок, назовём это так.

Екатерина Крюкова:

Юля, сейчас непростой вопрос задам. Мне кажется, ситуация печальная с нашими родителями, которые с советских времён, наверное, не привыкли обращаться к детским стоматологам, показывать своего ребёнка. Вообще, кто-то вряд ли подозревает, что у ребёнка могут быть проблемы с зубами, да ведь? «Они молочные, или всего один зуб, всё в порядке, всё само поправится». Есть понимание того, что в головах у наших родителей?

Юлия Селютина:

Родители сейчас очень начитанные. С появлением интернета это стало ещё как-то более ярко проявляться, потому что родители хотят знать всё. Они читают, ищут истину, но в любом случае количество неосведомлённых родителей катастрофически высоко, поэтому и остаются одни и те же вопросы, у меня, в частности. Многие люди, многие родители не знают и продолжают верить в определённые мифы. В стоматологии это миф о том, что молочные зубы не нужно чистить, молочные зубы не нужно лечить, потому что они временные. Это два самых распространённых мифа. Третий распространённый миф: зачем ходить к стоматологу, если тебя ничего не беспокоит? Когда что-то забеспокоит, тогда и пойдём. С этими тремя основными мифами, самыми главными, я борюсь, в том числе, посредством своего блога.

В стоматологии есть два самых распространённых мифа: что молочные зубы не нужно чистить и не нужно лечить, потому что они временные.

Екатерина Крюкова:

Подписчиков много, потому что информация неожиданная, прямо-таки.

Юлия Селютина:

Конечно, конечно. Казалось бы, я в течение 3-х лет одну и ту же информацию перетираю, перетираю, перетираю, что нужно чистить зубы с момента появления первого зуба. Вопрос в комментарии: «У нас прорезался один зуб, нам тоже нужно чистить?» Таких комментариев очень, очень много. Родители читают, но не все, может быть, вчитываются, родители интересуются, но, может быть, другой вопрос их интересует больше. Поэтому, всё равно, что они прочитали, что не прочитали – результат один и тот же.

Второе, если к мифам возвращаться, зачем вообще чистить зубы? «Вы говорите, нужно чистить зубы. А зачем?» Затем, что молочные зубы и налёт, который на этих зубах остаётся, ничем не отличается от налёта, который остаётся на постоянных зубах. Внимание, вопрос: почему постоянные зубы надо чистить, и все об этом знают, стараются, в любом случае, делать, а молочные зубы считают неким рудиментом, который не требует должного ухода, должного внимания. Это неправильная позиция. Это нужно делать. Если не соблюдать основу основ, в частности, ухода за молочными зубами, то в перспективе могут быть достаточно определённые проблемы, кариес никто не отменял. Кариес молочных зубов тоже может быть, и в год, и в 10 месяцев. Иногда зубы прорезаются и буквально через месяц с ними начинаются проблемы. Если родители будут знать о том, что такие проблемы могут быть, и знать, как с ними нужно справляться, то возможно, что пациентов с осложнениями будет меньше. Чтобы родители знали об этом, мой блог и существует.

Екатерина Крюкова:

Да, ещё подробнее это осветим. Детская стоматология начинается с какого возраста ребёнка?

Юлия Селютина:

Считается, с момента появления первого зуба. Сейчас вышел новый закон, назовём так, о том, что ребёнка впервые нужно показывать стоматологу в 1 месяц. Раньше этот возраст градировался в год, первое посещение стоматолога можно было осуществить в год, в среднем, и педиатры направляли на посещение, то сейчас, с января нынешнего года немного всё поменялось. Теперь педиатры должны направлять к стоматологу в 1 месяц. Казалось бы, там и зубов нет, и изначально я думала, что это какая-то чушь, бред, что можно там посмотреть? Но потом я немножко пересмотрела свои взгляды, свои позиции, и считаю, что такая поправка логична в том плане, что родители элементарно не знают, как нужно ухаживать за зубами, нужно ли это делать и чем это чревато. Если родителям повезло, и они попали к доктору, профессионалу своего дела, к хорошему детскому стоматологу, они узнают все тонкости, к чему нужно готовиться, как нужно ухаживать, не возникнет вопросов: а чем чистить, зачем, а почему, а как, а сколько? Первое посещение детского стоматолога, как раз и нужно для того чтобы внедрить в сознание родителей, не знающих вообще ничего, тем более, если ребёнок первый, чтобы внедрить в их сознание понимание всех этих вопросов.

Екатерина Крюкова:

Юля, давайте закончим тему с первым зубом. Почему важно его чистить и какими средствами?

Юлия Селютина:

Почему важно чистить, потому что это налёт, который может стать средой для размножения бактерий. Основная проблема и основная причина того, что зубы, в том числе молочные, могут разрушаться, это инфекция. Кариес – это инфекционный процесс, это нужно просто зарубить на носу всем. Кариес возникает не потому, что кто-то ест много конфет, это миф, а потому что полость рта человека населяют определённые бактерии, стрептококки. Они в процессе своей жизнедеятельности вырабатывают кислоту. Именно эта кислота способна растворить ткани зуба и зуб начинает разрушаться. Если мы не будем чистить зубы, даже молочные зубы, то эта среда будет благоприятна для размножения пресловутого стрептококка. Тогда у нас в разы возрастают риски возникновения проблем с зубами, и не какие-то, а определённые, конкретные.

Кариес — это основная проблема, с которой мы боремся все, все стоматологи, и детские, и взрослые, и все-все-все на свете. Кариес бывает разным. Он не появляется сразу, сегодня мы проснулись и у нас дырка на зубах, будем понятно объяснять. Он возникает достаточно длительное время, потом прогрессирует, пока не возникнет дырка. Появляется вначале пятно на зубе, это так называемый кариес стадии пятна. Если вовремя не продиагностировать и ничего с ним не делать (причём, продиагностировать может даже мама у своего ребёнка), то кариес рано или поздно перейдёт в более серьёзную стадию, когда нарушается целостность ткани зубов. При кариесе в стадии пятна целостность зуба не нарушена, появилось пятно на том месте, где его раньше не было. Если не предпринимать никаких мер, то пятно превратится в дырку, которая будет увеличиваться, увеличиваться, разрушая зуб. Дырку нужно компенсировать, нужно убирать весь кариес, который возник. При кариесе растворяются ткани зубов, твёрдые ткани становятся мягкими, и это необратимо. Всё мягкое нужно убрать, компенсировать пломбировочным материалом.

Кариес – это инфекционный процесс. Это нужно всем зарубить на носу.

Екатерина Крюкова:

Но ребёнок не сможет сладкое есть, будет больно и зуб будет побаливать.

Юлия Селютина:

Теоретически, конечно, в перспективе.

Екатерина Крюкова:

Как его можно мотивировать к стоматологу? Да, это риторический вопрос.

Я по поводу совсем малышей хотела спросить. Я знаю, для собак, для кошек есть паста, которая не смывается, чтобы они могли с эти примириться. Как с младенчиком быть? Он же не сможет сам сплюнуть, наверное, производную пасты, пополоскать себе рот?

Юлия Селютина:

Да, это частый вопрос, как можно почистить ребёнку зубы, если он не может выплёвывать, тем более, зубную пасту, и так далее, и тому подобное. Нужно понимать, что навык выплёвывания вообще, пасты в частности, это навык приобретённый. Его можно развить, начиная с 2,5-летнего возраста, у кого-то пораньше, у кого-то попозже. Нужно прививать его и ребёнок рано или поздно научится. У ребёнка нет никаких проблем, если он в год не умеет выплёвывать вообще, в принципе. Поэтому существуют детские зубные пасты, которые можно проглатывать. Если всё будет регламентировано, если родитель будет следить за количеством зубной пасты, за составом зубной пасты, то не будет ничего критичного, если малыш один, лучше два раза в день проглотит маленькое, микроскопическое количество пасты. Её будет достаточно для проведения чистки должным образом и для того чтобы насытить минералами, которые в том числе в этой пасте должны содержаться, и побороться с кариесом таким образом.

Екатерина Крюкова:

Скажите, какая следующая веха после 1-го месяца для ребёнка, когда следует показаться детскому стоматологу?

Юлия Селютина:

Если предаваться документам, то Минздрав рекомендует после 1-го месяца обратиться к стоматологу в 2 года. Но я с этим не согласна, потому что на протяжении долгих 2-х лет может произойти всё что угодно, вплоть до разрушения зуба под корень. Тогда последствия будут достаточно катастрофические и решение этого вопроса будет достаточно безальтернативным. Поэтому, чтобы избежать этих бед, я считаю, что нужно показаться вначале через полгода. Даже, знаете, не так я отвечу на этот вопрос. После 1-го месяца, если мы показались стоматологу в 1 месяц, как того требует сейчас Минздрав, я бы следующий приём назначила на период, когда прорежутся хотя бы 4 зуба. Почему нет определённых сроков, потому что у всех без исключения детей эти сроки плавают. Есть таблица сроков прорезывания зубов и сроков смены зубов, и они достаточно чёткие. Но есть дети, которые не соответствуют этим стандартам. Эти сроки приблизительные, их нужно знать, но переживать по поводу смещения срока либо в одну, либо в другую сторону, не стоит. Поэтому, для посещения стоматолога в следующий раз мы опираемся на период, когда у ребёнка прорезались первые зубы. Если вы пришли к стоматологу, он ещё раз вам проговорил, как нужно ухаживать за зубами, констатировал факт, что с зубами вашего ребёнка всё в порядке, нет никаких проблем, то следующий приём назначается через полгода, и дальше уже по ситуации.

Иногда бывает так, что зубы прорезываются не таким крепкими, как хотелось бы, с пороками развития. Существуют врождённые пороки развития, зубы при прорезывании сразу могут быть с какими-то изменениями. Гипоплазия, так называемая, бывает, порок развития. Возникновение гипоплазии связано чаще всего с нарушениями во время беременности у мамы, то есть чего-то ребёнку не хватило, проще говоря, в момент именно закладки зубов. Закладка молочных зубов происходит достаточно рано, на 5-7-ой неделе беременности уже есть зубы у ребёнка. Если в этот период мама испытывала сложности со своим здоровьем, будь то токсикоз, будь то банальное ОРВИ или стрессовая ситуация — это всё может наложить в перспективе отпечаток на здоровье зубов, из-за этого возникает порок развития. Порок развития на самом-самом начальном этапе можем продиагностировать.

Ребёнка до 2-х лет необходимо регулярно, каждые полгода показывать стоматологу.

Екатерина Крюкова:

Его уже видно врачам сильно заранее.

Юлия Селютина:

Конечно. Не то что сильно заранее – сразу, с момента появления, зубы прорезываются какими-то «не такими», что-то с ними не так. Врач это может продиагностировать и сказать: мама, папа, у вашего ребёнка зубы слабые, поэтому за ними нужен уход, глаз да глаз. Если вдруг там что-то, то нужно будет делать то-то и то-то, профилактические процедуры. В частности, можно будет проводить фторирование в кабинетных условиях именно стоматологом. Это можно провести в младенческом возрасте, а не доводить до того, чтобы присоединился кариес, а он может присоединиться, и тогда зубы будут таять на глазах. Соответственно, если мы такое диагностируем у совсем маленького малыша, мы это вбиваем в голову, как бы это грубо ни звучало, вбиваем в голову родителей, и они уже должны, как я называю, маньячить, они должны совершать маниакальный уход, кто бы что ни говорил. Я сейчас имею ввиду тех же самых бабушек, которые могут начать рассказывать истории из своей молодости, когда они были мамами и не чистили зубы ребёнку, и нормально всё выросло, и выпало, и всё хорошо. Родители должны держать руку на пульсе и должны знать, что такая история произошла с их ребёнком, потому что, если произойдет непоправимое, то придётся не просто помазать зубы. В этом, сами понимаете, ничего такого критического нет, даже если ребёнок совсем маленький, даже если он в момент процедуры может изъявить какие-то недовольства. Просто нужно понимать, что это просто помазать ребёнку зубы. А если мы потом, позже, промедлив, не делая эти элементарные процедуры, поимеем более серьёзные проблемы, то возникнет необходимость в более серьёзном лечении с постановкой пломб, с постановкой коронок на молочные зубы, постановка коронок тоже практикуется. Что больше всего пугает большинство родителей, это необходимость прибегнуть к общему обезболиванию, то есть ребёнка погружают в сон, как родители говорят, «из-за каких-то там зубов». Но это бывает крайне необходимо и такое действие просто требуется, для того чтобы ещё хуже не стало. Поэтому важно.

Екатерина Крюкова:

В любом случае, к врачу надо обратиться, если родитель не сможет, посмотрев ребёнку, понять, что к чему.

Юлия Селютина:

Конечно, конечно.

Екатерина Крюкова:

Что касается молочных зубов, почему сразу не растут постоянные? В чём их практический смысл молочных зубов?

Юлия Селютина:

Практический смысл в том, чтобы сформировалась должным образом челюсть. У ребёнка постепенно должно всё сформироваться к определённому возрасту. Если представить, постоянные зубы же намного крупнее, чем молочные зубы, элементарно, они не уберутся на маленькие челюсти ребёнка, это будет просто невозможно. Чтобы должным образом всё формировалось и подготавливалось к смене зубов и ко взрослой жизни, нужно, чтобы какое-то время послужили молочные зубы. Причём, у службы молочных зубов есть определённые сроки. Опять же, возвращаясь к вопросу о том, зачем лечить молочные зубы, если возникла необходимость? Ну, удалили, потом новый вырос, и всё. Можно не тратить своё время, можно не мучить ребёнка, можно не тратить свои деньги – логичное рассуждение, согласитесь. Почему это важно? Потому что, возвращаясь к срокам службы молочных зубов, они у каждой группы зубов свои. В 6 лет, условно, начинают меняться центральные зубы, зубы самые дальние, жевательные, меняются в 12 лет. Если мы дотянем до периода, что неизбежно будет удаление молочного, преждевременное удаление, допустим, в 5 лет того зуба, который должен поменяться в 9 лет, мы к чему придём? Мы удалим молочный зуб, его будут ограничивать 2 ещё молочных зуба. Период такого дефекта, который образуется, будет длиться достаточно длительное время. Условно, мы в 5 лет удалили зуб, а до 9 лет там будет пустое место. Природа не терпит пустоты, и есть большой, гигантский риск того, что в это место зубы, которые будут ограничивать этот дефект, будут в сторону этого дефекта смещаться, тем самым пожирая это место, которое вроде должно быть для постоянного зуба. На этом месте, по идее, должен вырасти постоянный зуб.

Екатерина Крюкова:

Как это можно поправить?

Юлия Селютина:

Во-первых, если возникла необходимость в лечении, то нужно лечить, а не доводить до того, что зуб придётся удалять. Это первое, что мы можем сделать. Но, если всё-таки зуб пришлось удалить, потому что бывают абсолютно безальтернативные показания для преждевременного удаления зуба – тогда, когда мы говорим о необратимом воспалении, которое может повлиять на зачаток постоянного зуба, формирующегося сейчас. Если такое произошло и пришлось удалить зуб, то ребёнка необходимо показать врачу-ортодонту. Есть такой специалист, который занимается исправлением прикуса и как раз такими патологиями в виде преждевременного удаления зубов. Ортодонт предлагает чаще всего изготовить так называемую заместительную пластину. Это съемный аппарат, похож на протез. Все знают, как выглядит протез у бабушек, у дедушек. По сути, это то же самое, такая пластмассовая штуковина, которая изготавливается индивидуально для каждого ребёнка в лаборатории. В конструкцию этой пластины входит утраченный зуб. Это детское протезирование. Направлено оно, во-первых, на восстановление функции, потому что функция с утратой зуба тоже теряется, ребёнку элементарно нечем жевать. Как многие родители реагируют на новость о том, что зуб необходимо удалять, к сожалению? Первый вопрос: «А чем ребёнок будет жевать?» Это логично. Поэтому нужно изготавливать, если есть такая возможность, и финансовая, в том числе.

Немаловажную роль играет возраст ребёнка, потому что если ребёнку удалили, условно, в 3 года такой зуб, то маловероятно, что 3-хлетний ребёнок будет носить посторонние вещи в полости рта. Просто такие возрастные особенности. Нужно ждать определённого возраста, когда ребёнок будет адекватно воспринимать необходимость ношения чего-либо во рту. Потом это всё носится. Мы восстановили функцию, ребёнку есть, чем жевать, во-первых, а во-вторых ещё одна из основных функций ношения данного аппарата, это как раз замещение утраченного зуба. Если в этом месте, в этом промежутке, который образовался, будет находиться этот прибор, то зубам не будет возможности туда смещаться. Соответственно, мы держим, грубо говоря, это место. Заместительная пластина как держатель места. Когда придёт время расти постоянному зубу, для него элементарно будет место, оно не будет занято соседними зубами, которые изначально ограничивали этот дефект.

Екатерина Крюкова:

Как часто водить ребёнка с нуля до тинейджерства? Нужна ли профессиональная чистка, как у взрослых происходит, фторирование? Предположим, что у нас более-менее беспроблемные зубы.

Юлия Селютина:

Если беспроблемные, то кратность раз в полгода. Раз в полгода достаточно, я считаю, и я считаю правильным проводить профессиональную гигиену хотя бы раз в полгода, есть такой критерий. Если мы говорим про состояние зубов более или менее, когда всё хорошо, нет никаких кариозных очагов, то этого вполне достаточно именно для профилактики. Если же имеется достаточно большое количество пролеченных зубов, много пломб у ребёнка, у него высокий уровень поражённости кариесом, то есть ребёнок в группе риска, в группе диспансерного наблюдения, то кратность должна быть каждые три месяца. Почему, потому что, если вдруг возникает проблема у ребёнка, допустим, начальный кариес, то за эти полгода, на которые мы его гипотетически можем отпустить, эта маленькая кариозная область может превратиться в серьёзную кариозную полость. А если мы будем встречаться каждые 3 месяца, то, даже если возникла небольшая проблема, мы её можем устранить.

Екатерина Крюкова:

Спасибо вам большое! Тема оказалась шире, чем мне казалось.

Юлия Селютина, детский врач-стоматолог, блогер и победитель конкурса детских стоматологов России.