Государственно-конфессиональная политика в СССР: поворот курса в 1985-1988 гг

УДК 94(47).084.9

И. И. Маслова

ГОСУДАРСТВЕННО-КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА В СССР: ПОВОРОТ КУРСА В 1985-1988 гг.1

Аннотация.

Актуальность и цели. В современной России происходит рост социальной активности религиозных объединений и верующих. Очевидна необходимость совершенствования концепции отношений государства с различными конфессиями для обеспечения стабильности современной религиозной ситуации. Цель работы - проанализировать факторы влияния на государственно-конфессиональную политику в 1985-1988 гг., выявить внутренние и внешние причины ее поворота, изучить роль партийных и государственных органов в определении курса данной политики.

Материалы и методы. Реализация исследовательских задач была достигнута на основе использования документов из фондов Российского государственного архива новейшей истории, Государственного архива Российской Федерации, в частности фондов специального хранения, к которым доступ исследователей ограничен. Особое место занимают документы ЦК КПСС и Совета по делам религий при Совете Министров СССР. Методологическую основу исследования составляет принцип историзма, позволяющий проанализировать динамику взаимоотношений советского государства и религиозных обществ в указанный период. В работе были также использованы как общенаучные, так и специально-исторические методы. Структурно-системный метод применялся при изучении системы партийно-государственных органов, осуществлявших государственно-конфессиональную политику советского государства. Статистический метод был необходим для выявления и фиксирования количественных изменений, например, численности религиозных объединений. Диахрон-ный метод позволил анализировать процессы и явления религиозной жизни в исторической последовательности на общеисторическом фоне. Синхронный метод помог установить причинно-следственные связи между событиями и явлениями, одновременно происходившими не только в религиозной сфере, но и в экономике, внутренней и внешней политике, социальных отношениях.

Результаты. Исследован комплекс причин поворота государственно-конфессиональной политики в 1985-1988 гг.: усиление напряженности религиозной ситуации на фоне демократизации политической системы и гласности, распространение деструктивных националистических тенденций в регионах традиционного униатства и ислама, структурные сдвиги в соотношении различных вероисповеданий в пользу католического и протестантского направления, активная позиция духовенства и верующих, идеологическое противостояние с Западом.

Выводы. В годы перестройки М. С. Горбачева, в преддверии празднования Тысячелетия крещения Руси изменилась концепция государственно-конфессиональных отношений, осуществился поворот государства к диалогу с верующими и сотрудничеству с религиозными объединениями. Особую роль в подготовке поворота общества и государства к конструктивному диалогу с верующими сыграл Совет по делам религий, аналитическая деятельность которого показала политическому руководству объективную картину религиозной ситуации в стране.

Ключевые слова: государство, религия, политика, Совет по делам религий.

1 Публикация подготовлена при финансовой поддержке РГНФ. Проект № 15-31-14003/15 «Региональные аспекты формирования российской нации».

1.1. Maslova

STATE AND CONFESSIONAL POLICY IN USSR: CHANGE OF COURSE IN 1985-1988

Abstract.

Background. There is a growth of social activity of religious organizations and believers in modern Russia. It is obvious that there is a need to improve the relations of the state with the concept of different faiths to ensure the stability of the current religious situation. The purpose of the article is to analyze the factors of influence on the church-state policy in the period from 1985 to 1988, to identify the internal and external reasons for its turn, to examine the role of the Communist Party of the Soviet Union and state organs in determining the course of the policy.

Materials and methods. The research tasks were implemented through the use of documents from the Russian State Archive of Contemporary History, the State Archive of the Russian Federation and, in particular, a special fund of storage, access to which is limited to researchers. A special place is occupied by the documents of the Central Committee of the CPSU and the Council on Religious Affairs under the the USSR Council of Ministers. The methodology of the study is based on the principle of historicism, which allows to analyze the dynamics of the relationship of the Soviet state and the religious communities in this period. The research also used many of general scientific and special historical methods. The structural and system method was used in the study of the party and government bodies responsible for the state-religious policy of the Soviet state. The statistical method was needed to identify and fix the quantitative changes, such as the number of religious associations. The diachronic method allowed analysis of processes and phenomena of religious life in the historical sequence in the general historical background. The synchronous method helped to establish causal relationships between events and phenomena occuring simultaneously not only in the religious sphere, but also in the economy, domestic and foreign policy, social relations.

Results. The authors studied a complex of reasons for turning the state-religious policy in the period from 1985 to 1988: increased tension on the background of the religious situation of democratization of the political system and society, the spread of destructive nationalist tendencies in the regions of traditional Islam and the Uniate Church, structural shifts in the ratio of different faiths in favor of the Catholic and Protestant, the active position of the clergy and the faithful, the ideological confrontation with the West.

Conclusions. In the years of Gorbachev's perestroika, specifically in the eve of the millennium of Christianity in Russia, the concept of church-state relations changed with turning the state to engagement in a dialogue with believers and cooperation with religious associations. The Council for Religious Affairs played a special role in preparation of the state's and society's turn to a constructive dialogue with the faithful people. Its analytical work showed an objective picture of the religious situation in the country to the political leadership.

Key words: State, religion, politics, the Council for Religious Affairs.

Вторая половина 1980-х гг. вошла в историю страны как эпоха перестройки М. С. Горбачева. В апреле 1985 г. на Пленуме ЦК КПСС в качестве стратегической цели нового советского руководства и общества в целом был провозглашен курс на ускорение социально-экономического развития страны. Главными его компонентами, с точки зрения политического руководства, являлись научно-технический прогресс, техническое перевооружение маши-

ностроения и активизация человеческого фактора, повышение трудовой дисциплины и инициативы работников всех уровней. Помимо экономических преобразований осуществлялась политическая реформа на основе объявленной демократизации и гласности. Во внешней политике доминировала концепция нового политического мышления, направленная на преодоление холодной войны.

Происходило раскрепощение общественного сознания, переосмысление прошлого и настоящего. Важной причиной пересмотра отношения власти к религии стали начинающиеся перемены в общественном сознании. Общество постепенно осознавало, что верующие являются полноправными гражданами страны, а их взгляды достойны уважения, поскольку религия - это часть мировой и отечественной культуры. Во многом это было обусловлено усилиями интеллигенции - ученых, писателей, деятелей культуры [1], светских и религиозных правозащитников, духовенства. Общественное мнение побуждало власть осознать недопустимость продолжения борьбы с религией [2].

Перемены затрагивали все сферы жизни общества, но в религиозной жизни они наглядно проявились лишь спустя несколько лет, что подтвердила встреча генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева с Патриархом Пименом и членами Священного синода в Кремле 29 апреля 1988 г. Встреча стала подлинно переломным событием во взаимоотношениях Русской православной церкви (РПЦ) и советского государства.

Причины поворота государственно-конфессиональной политики в годы перестройки исследователи объясняют неоднозначно. Так, Г. Штриккер утверждает, что М. С. Горбачев заложил основы новой политики в отношении религии из-за отсутствия поддержки партии, недовольства народа вызванными перестройкой проблемами, нарастающего экономического кризиса, что в совокупности побудило его вовлекать бывших граждан второго сорта, т.е. верующих, в процесс перестройки [3].

Д. В. Поспеловский считает, что Горбачеву необходима была хоть какая-то поддержка народа, а особенно интеллигенции. По его мнению, во времена Хрущева интеллигенция в основном была еще так чужда религии, христианству, что можно было «покупать» ее лояльность небольшими подачками относительной художественной свободы, при этом разворачивая жестокие гонения на церковь, чего интеллигенция тогда даже «не заметила». Но в 1980-1990-х гг. требовались коренные уступки, обязательно включавшие в себя и свободу вероисповедания. Для приобретения доверия Запада надо было доказать отсутствие агрессивности в своей внешней политике и наличие демократических процессов в политике внутренней, одним из признаков которых является веротерпимость [4].

В первые три года перестройки властью не использовались возможности для привлечения к новому политическому курсу религиозных организаций и верующих. Историк М. И. Одинцов считает, что это объясняется ортодоксальными взглядами М. С. Горбачева на религию, свойственными ему в тот период, а также борьбой в Политбюро и партийной элите относительно общего курса реформ [5].

Автору удалось обнаружить архивные подтверждения идеологизированного отношения к религии со стороны «прорабов перестройки», составлявших ближайшее окружение Горбачева. Так, 10 сентября 1985 г. на заседа-

нии Секретариата ЦК КПСС рассматривался вопрос «О противодействии зарубежной клерикальной пропаганде в связи с 1000-летием введения христианства на Руси». Протокольная запись позволяет восстановить ход обсуждения проблемы:

«Рыжков. Может быть, Александр Николаевич скажет несколько слов по этому вопросу?

Яковлев (зав. Отделом пропаганды ЦК КПСС).

Через три года исполнится 1000-летие введения христианства на Руси. Противник пытается использовать эту дату в подрывных целях. Такая работа ведется уже сейчас. На Западе издается 10-томная история Русской православной церкви. Широкая пропаганда ведется по радио. Осуществляются нападки на нашу демократию. Стремится усилить свое влияние Ватикан. Войтыла мечтает приехать в СССР с политическими целями. Украинская буржуазно-националистическая клерикальная эмиграция муссирует вопрос о восстановлении униатской церкви на Украине, способной якобы защитить украинский народ от «угрозы русификации». Не следует преувеличивать возможности влияния на население нашей страны зарубежной клерикальной пропаганды, но в то же время нельзя и недооценивать действия идеологического противника.

Рыжков. Слово предоставляется Харчеву.

Харчев (председатель СДР при Совете Министров СССР).

Следует заметить, что объектом своей пропаганды зарубежные антисоветские клерикальные центры избрали не только верующих, но и церковь, стремясь воздействовать на ее иерархию, чтобы столкнуть ее с лояльных позиций в отношении государства. Совет по делам религий принимает меры для срыва подобных попыток. Разрабатываются мероприятия по использованию 141 прихода РПЦ за рубежом для контрпропагандистских акций.

Важным является соблюдение законодательства о религиозных культах. Мы просим оказывать нам в этом помощь, поскольку на местах имеют случаи его нарушения...

Зимянин. В целом местные партийные комитеты имеют огромный опыт в проведении антирелигиозной пропаганды. В целом она ведется с соблюдением требований нашего законодательства. Но отдельные отклонения имеются. В связи с 1000-летием введения христианства на Руси наша пропаганда должна носить уравновешенный характер. Надо внимательно следить за ситуацией и осуществлять контрпропагандистские меры.

Рыжков. Мы предварительно обменивались мнениями по этому вопросу. Наша позиция выражена в проекте постановления. С одной стороны, мы не можем недооценивать зарубежную клерикальную пропаганду и должны давать должный отпор враждебным акциям против нашей страны. С другой стороны, нужно проявить взвешенный подход, чтобы не привлекать к этому событию особого внимания.

. Последнее время в печати появляются материалы по истории религии. Тут нельзя допускать перехлеста. Михаилу Васильевичу и Отделу пропаганды ЦК КПСС нужно проследить за этим.

Секретари ЦК согласны» [6].

Данный документ свидетельствует, что первоначальные планы реформирования советского общества предусматривали не достижение диалога государства с церковью и верующими, а лишь некоторое сдерживание атеистической пропаганды в канун церковного юбилея с целью нейтрализации критики положения религии в СССР со стороны общественного мнения Запада, поскольку данный юбилей первоначально рассматривался лишь как внутри-церковное событие, малозначительное для страны.

Но за рубежом тема 1000-летнего юбилея официального введения христианства на Руси привлекала внимание общественности. Во многом благодаря эмигрантским церквям, представители которых рассматривали атеистическую работу в СССР накануне юбилея как «идеологический поход советского государства против православной церкви», правительство хотело помешать церковным торжествам.

Карловацкая церковь начала свою подготовку к юбилею, заявив, что только в условиях западной демократии можно достойным образом отпраздновать 1000-летие крещения Руси. Началась подготовка к публикации десятитомной истории РПЦ, вышел в свет двухтомный труд профессора Д. Поспе-ловского, развернулось строительство храма св. Владимира в Джексоне (США), проводилась кампания по сбору средств для финансирования празднования юбилея, приглашались паломники для участия в торжествах.

Украинские католики за рубежом и Украинская автокефальная церковь заявили о своем намерении праздновать в 1988 г. 1000-летие крещения Украины. Украинская эмиграция утверждала, что в 988 г. уже существовала Украина, именно украинцев крестил Владимир, а русские и белорусские народы не имеют к этому никакого отношения, в Киевской Руси было введено христианство западного направления - католицизм.

В западной прессе информация о предстоящем юбилее преподносилась неоднозначно. С одной стороны, признавался авторитет РПЦ, ее исторические заслуги в деле становления российской государственности, развития национальной культуры, науки и образования. С другой стороны, против иерархии РПЦ выдвигались обвинения в забвении интересов верующих и рядового духовенства, в действиях по указке советского правительства.

Зарубежные СМИ отмечали резкий скачок повышения религиозности населения в СССР - «религиозный ренессанс», отход людей от материалистического мировоззрения. В статьях констатировались выводы о духовном кризисе коммунистической идеологии, о «крахе воспитательной работы КПСС в массах» и неверии людей в идеалы партии. Часто упоминались факты дискриминации советских граждан по принципу веры (запрет религиозного обучения детей, ограничения в области социальной работы церкви), регламентации деятельности священнослужителей, произвола местных властей по отношению к религиозным объединениям и отдельным верующим. Звучали утверждения, что особым притеснениям в СССР подвергаются представители религиозных меньшинств и нехристианских религий.

ЦК КПСС рассматривал эти факты как «наступление, развернутое западной пропагандой на фронте идеологической борьбы с Советским Союзом». С точки зрения партийного руководства 1000-летний юбилей использовался на Западе как предлог не только с целью привлечения внимания мировой общественности к положению РПЦ в СССР, но и расширения религиоз-

ности населения, пробуждения интереса к церкви среди неверующих в нашей стране, дискредитации политики советского государства в отношении верующих, а также критики миротворческих инициатив РПЦ [7, с. 36].

Вышесказанное подтверждает тот факт, что в январе 1986 г. в ЦК КПСС был поднят вопрос «О некоторых мерах по противодействию клеветнической клерикальной зарубежной пропаганде в связи с 70-летием Великой Октябрьской социалистической революции». В постановлении подчеркивалось, что в связи с приближением знаменательной годовщины реакционные клерикальные круги Запада развертывают кампанию с целью объявить день 7 ноября международным днем борьбы с коммунизмом. Правление Конгресса русских американцев опубликовало «Обращение к российскому зарубежью», призывая начать подготовку широкой международной кампании по проведению «Дня скорби и непримиримости» [7, с. 37]. Партийно-государственное руководство страны продолжало рассматривать религиозные организации как средство идеологического противовеса Западу, в частности Ватикану, который рассматривался как проводник внешней политики США.

В апреле 1986 г. Совет по делам религий при Совете Министров СССР информировал ЦК КПСС о намерении папы Иоанна Павла II провести молитвы за мир во всех местных церквах и международную встречу представителей всех религий в октябре того же года в Италии под эгидой Ватикана. Инициатива папы расценивалась как попытка римской курии снизить нарастающий накал антивоенных выступлений не только со стороны деятелей католической церкви, но и других религий, подчинить своему влиянию международные и национальные религиозные организации, возглавить миротворческую деятельность, направить ее в выгодное империалистическим кругам русло. Совет по делам, получив согласие ЦК КПСС, рекомендовал религиозным организациям Советского Союза высказать согласие с инициативой папы только в части проведения молитв за мир, отметив, что в нашей стране такая практика уже существует. Участие же религиозных представителей Советского Союза в названной встрече было обусловлено заранее неприемлемыми для Ватикана контрпредложениями. В ходе подготовки встречи руководством Совета планировалось выдвинуть предложения о принятии обращения к главам государств и правительств с призывом взять на себя обязательства по неприменению первыми ядерного и других видов оружия массового уничтожения, прекратить их использование, не допустить милитаризации космического пространства, добиваться полного и всеобщего разоружения к 2000 г., таким образом противодействовать попыткам Ватикана овладеть инициативой в миротворческом движении, высказать ему предложение об участии римско-католической церкви в мирной программе Всемирного совета церквей, предусматривающей созыв в 1990 г. Всемирной конференции церквей в защиту мира, а также в главных мероприятиях Христианской международной конференции (октябрь 1986, Ганновер, ФРГ), посвященных международному году мира [8].

На консультативном совещании руководителей государственных ведомств, занимающихся религиозными вопросами, социалистических стран в г. Будапеште в марте 1986 г. была достигнута договоренность о поддержке глав церквей в этих странах позиции религиозных организаций Советского Союза и координации действий в борьбе за мир.

Миротворческие предложения СССР, озвученные религиозными организациями, получали освещение в советских и зарубежных средствах массовой информации. ЦК КПСС дал согласие руководству РПЦ выступить с разъяснениями своих позиций в газете итальянской компартии «Унита».

Активно привлекая религиозные организации СССР к диалогу с зарубежными объединениями верующих, особенно католическими, с целью вовлечения их в антивоенное движение и нейтрализации гонки вооружений, которая подрывала экономику страны, власть игнорировала проблему положения верующих внутри страны.

Неудивительно, что местные партийные и государственные работники продолжали использовать методы административного воздействия на религиозные объединения. Об этом, в частности, писал в одной из своих секретных записок в ЦК КПСС К. М. Харчев, который сменил в ноябре 1984 г. В. А. Куроедова на посту председателя Совета по делам религий.

Анализируя религиозную ситуацию в стране к середине 1980-х гг., он отмечал, что «в ряде мест верующие лишены возможности спокойно удовлетворять свои религиозные потребности, им не разрешают иметь в соответствии с законом необходимые для этого условия, препятствуют в регистрации их обществ, приобретении молитвенного помещения. В тысячах населенных пунктов группы верующих различных направлений проводят богослужения нелегально. Многие из них годами ходатайствуют о регистрации своих объединений, но их просьбы, как правило, необоснованно отклоняются (Молдавская, Таджикская, Туркменская, Узбекская, Грузинская, Азербайджанская СССР, ряд областей УССР и РСФСР). Законно действующим религиозным обществам нередко запрещают производить ремонт молитвенных домов, пользоваться электроосвещением, приглашать священника. Имеют место факты увольнения с работы или исключения из учебных заведений по религиозным мотивам, лишения верующих поощрений за хорошую работу и ущемление других прав» [9].

Подтверждением этих слов являются статистические материалы Совета по делам религий о регистрации религиозных обществ в 1984-1987 гг. (табл. 1).

Таблица 1

Сведения о регистрации религиозных обществ в СССР в 1984-1987 гг. [5]

Количество зарегистрированных обществ в течение года Всего за период 1985-1987

Годы 1984 1985 1986 1987

1 2 3 4 5 6

Всего по СССР 99 65 67 104 236

в том числе в РСФСР 34 23 28 44 95

Конфессии

РПЦ 2 3 10 16 29

Старообрядческие церкви 5 2 5 11 8

Грузинская православная церковь (ГПЦ) 1 1 1 5 7

Католическая церковь 4 3 3 6 12

Окончание табл. 1

1 2 3 4 5 6

Лютеране 12 10 4 9 23

Евангельские христиане-баптисты (ЕХБ) 19 24 17 24 65

Пятидесятники 26 13 12 22 47

Адвентисты седьмого дня (АСД) 12 5 12 13 30

Меннониты 7 1 11 - 2

Молокане 4 1 - - 1

Мусульмане 7 2 22 - 11

Видно, что количественные показатели регистрации религиозных обществ весьма незначительны. Общества Армянской и Реформатской церквей, а также буддистские, иудейские и некоторые другие не регистрировались органами власти, хотя верующие обращались с просьбами. Продолжалось снятие с регистрации, поэтому не происходило существенного абсолютного роста религиозных обществ в целом по СССР. На начало 1985 г. их число составляло 12 427 единиц, а на начало 1987 г. - 12 524.

В январе 1987 г. состоялся Пленум ЦК КПСС по вопросам перестройки и кадровой политики, приняты решения о демократизации общества и реформировании партии, политике гласности.

В феврале 1987 г. председатель Совета К. М. Харчев представил в ЦК КПСС аналитическую записку «О некоторых вопросах реализации политики партии в отношении религии и церкви на современном этапе», которая в условиях гласности подводила итоги многолетнему анализу религиозной ситуации в стране [10].

Председатель подчеркивал, что за последние десятилетия в этой сфере общественной жизни произошли существенные изменения, требующие соответствующих корректив в формах, методах управления, перестройки мышления кадров. Полоса массового отхода от религии, характерная для 1920-30-х гг., в основном завершена, в общественном сознании прочно утвердилось материалистическое мировоззрение. В то же время определенная часть населения все еще остается под влиянием религиозной идеологии и морали. Преимущественно это честные советские труженики, патриоты своей страны, активные участники социалистических, коммунистических преобразований. По прогнозам Совета, эта группа населения (10-20 %) будет существовать еще длительное время, а отход от религии станет развиваться как процесс эволюции их сознания, размывания религиозных ценностей, вытеснения их идеалами, нравственными нормами социализма.

Ссылаясь на установки XXVII съезда КПСС, К. М. Харчев подчеркивал, что главным средством борьбы с религией должно стать активное вовлечение верующих в трудовую и общественную деятельность, пропаганда материалистического мировоззрения, выбор таких форм государственного регулирования деятельности церковных организаций, которые пресекали бы религиозный экстремизм, попытки использования религии против социализма, не оскорбляя при этом религиозные чувства верующих, не нарушая принципа свободы совести.

Однако, по сведениям Совета, местные партийно-государственные кадры продолжают борьбу с религией, с одной стороны, методами абстрактного просвещения, а с другой - административного нажима. У значительной части партийных и советских работников заметна неприязнь к верующим, стремление ограничить и ущемить их в гражданских правах, в вопросах материального и морального поощрения; у другой части - безразличие и примиренчество к религиозным проявлениям. Председатель Совета критично заметил: «Это две стороны одной и той же медали - попытка кавалерийским наскоком опрокинуть религию, которая будто бы только и держится на "происках попов" и живучести пережитков прошлого».

Но позиции религии стабилизировались. К 1987 г. в стране действовало более 20 тыс. религиозных объединений разных конфессий. В последней четверти века практически не снижался уровень религиозной обрядности. Церкви значительно укрепили свою материальную базу. Денежные поступления от верующих и доходы от продажи предметов культа возросли более чем в два раза. Реконструировано, приобретено и построено около 600 молитвенных домов. Обновился кадровый состав духовенства, возрос его образовательный уровень, число служителей культа увеличилось до 30 тыс. человек.

К. М. Харчев перечислил результаты «кавалерийского наскока» на религию. Грубый административный контроль над религиозной ситуацией привел к тому, что произошли негативные структурные сдвиги в соотношении различных вероисповеданий. За последнюю четверть века число приходов РПЦ уменьшилось почти вдвое. Зато в ряде мест активизировалось и численно выросло «сектантство», особенно баптизм, оживились «экстремистские элементы», выросла их миссионерская деятельность. При относительной стабильности числа приверженцев католицизма заметны вспышки религиозной активности униатов, стремящихся легализовать свою деятельность. Появляются новые формы религиозности, прежде всего среди молодежи и интеллигенции - мистические организации и секты, проповедующие псевдовосточные учения. Наиболее высокой остается религиозность в районах традиционного ислама, где процесс вытеснения религии из сферы массового сознания будет более длительным. Но местные партийно-государственные работники, не желая отставать в «деле атеизма», не регистрируют многие религиозные объединения и служителей культа. Положение усугубляется тем, что сохраняя сеть молитвенных домов и православных церквей, которые, как правило, посещаются лицами некоренной национальности, местные власти часто закрывают мечети, не дают разрешения на пользование даже закрытыми, чем провоцируют антирусские, националистические проявления.

Последствия «кавалерийского наскока», рецидивов волюнтаристской практики борьбы с религией 1960-х гг., прогнозируемые Советом, приведут к числу роста незарегистрированных и не контролируемых религиозных общин, где чаще всего рождаются экстремистские настроения. Количество их в 1987 г. составляло уже несколько тысяч. Хотя в 1970-1980-е гг. необоснованное сокращение религиозной сети было приостановлено, а в ряде мест даже возобновилась регистрации наиболее активных общин, тем не менее практика, ориентированная на административные методы борьбы с религией, сохранилась. Состояние и тенденции религиозности, эффективность атеистической работы продолжают оцениваться по внешним, формальным показате-

лям по количеству зарегистрированных, а не фактически существующих общин; по количеству учтенных, а не фактически совершенных обрядов; по количеству проведенных атеистических мероприятий.

Вывод К. М. Харчева был неутешительным для политического руководства страны: «Все это говорит о том, что возникла реальная опасность ослабления роли и влияния государства в управлении процессами, происходящими в деятельности религиозных объединений и способствующими воспроизводству религиозности населения». Возможными последствиями этого могут быть, во-первых, растущий протест верующих, их неуверенность в искренности политики государства в религиозном вопросе - препятствие в деле укрепления политического и морального единства советского общества. Во-вторых, повод для антисоветских спекуляций «империалистической и клерикальной пропаганды, навязывающей мировому общественному мнению образ СССР как тоталитарного, антидемократического государства», что помешает укреплению авторитета страны на международной арене [11].

Даже статьи в ортодоксально-партийном журнале «Коммунист» по поводу Тысячелетия крещения Руси в августе 1987 г. подтверждают постепенное изменение религиозного климата в СССР [5].

Председатель Совета по делам религий Харчев в апреле 1987 г. приветствовал поддержку, оказываемую перестроечной властью верующим, отметив при этом их важную роль в процессе обновления: «Верующие поддерживают курс партии на коренное обновление нашего общества. Они видят в перестройке заботу партии, государства о... сохранении мира, об утверждении принципов социальной справедливости, о чистой нравственной атмосфере общества» [12].

Можно констатировать, что особую роль в подготовке поворота общества и государства к конструктивному диалогу с верующими сыграл Совет по делам религий, аналитическая деятельность которого показала политическому руководству объективную картину религиозной ситуации в стране.

Итак, в 1985-1988 гг. произошел пересмотр отношения к религии и церкви со стороны партийно-государственного руководства страны. Существовал целый комплекс причин данного поворота вероисповедной политики: усиление напряженности религиозной ситуации на фоне демократизации политической системы и гласности, распространение деструктивных националистических тенденций в регионах традиционного униатства и ислама, структурные сдвиги в соотношении различных вероисповеданий в пользу сект католического и протестантского направления, активная позиция духовенства и верующих, идеологическая конфронтация с Западом.

Надо иметь в виду, что перестройка отношений государства и церкви во второй половине 1980-х гг. была рассчитана еще и на пропагандистский эффект, направленный на общественное мнение Запада. Незадолго до празднования 1000-летия крещения Руси с 29 мая по 2 июня состоялся визит в Москву президента США Рейгана и переговоры с М. С. Горбачевым, на которых обсуждались вопросы об ограничении стратегических ядерных вооружений, региональных конфликтах и правах человека. Спустя несколько дней, 5 июня, начались юбилейные торжества, в Богоявленском патриаршем соборе в Москве, весь мир мог убедиться в гарантиях прав верующих в СССР [13].

Список литературы

1. Маслова, И. И. Цензура против свободы совести: страницы истории / И. И. Маслова // Права человека в России и за рубежом : материалы Междунар. науч.-практ. конф. «Правовые средства обеспечения и защиты прав человека: российский и зарубежный опыт», «Религия в изменяющейся России: проблемы исследования религии и защита свободы совести». - М. : Изд-во МНЭПУ, 2007. -С. 297-302.

2. Маслова, И. И. Православное духовенство в ХХ веке: социально-исторический портрет / И. И. Маслова // Свобода совести в России: исторический и современный аспекты. - М., 2005. - Вып. 2. - С. 277-286.

3. Русская Православная Церковь в советское время (1917-1991). - М., 1995. - Т. 1. -С. 195.

4. Поспеловский, Д. В. Русская православная церковь в XX веке / Д. В. Поспе-ловский. - М. : Республика, 1995. - С. 387.

5. Одинцов, М. И. Русская православная церковь в ХХ веке: история, взаимоотношения с государством и обществом / М. И. Одинцов. - М. : ЦИНО, 2002. -С. 43.

6. Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ). Ф. 89. Оп. 25. Д. 10. Л. 1-2.

7. Маслова, И. И. Вероисповедная политика в СССР: поворот курса (19851991 гг.) / И. И. Маслова. - М. : МНЭПУ, 2005.

8. РГАНИ. Ф. 89. Оп. 11. Д. 41. Л. 1-5.

9. Отечественные архивы. - 1995. - № 1. - С. 59-60.

10. Коллекция документов Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ).

11. Коммунист. - 1987. - № 12.

12. Наука и религия. - 1987. - № 2.

13. Россия. Хроника основных событий. IX-XX вв. - М. : РОССПЭН, 2002. - С. 664.

References

1. Maslova I. I. Prava cheloveka v Rossii i za rubezhom: materialy Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. «Pravovye sredstva obespecheniya i zashchity prav cheloveka: rossiyskiy i zarubezhnyy opyt», «Religiya v izmenyayushcheysya Rossii: problemy issledovaniya religii i zashchita svobody sovesti» [Human rights in Russian and abroad: proceedings of the International scientific and practical conference "Legal means of human rights provision and protection: Russian and foreign experience", "Religion in changing Russia: problems of religious research and protection of freedom of conscience"]. Moscow: Izd-vo MNEPU, 2007, pp. 297-302.

2. Maslova I. I. Svoboda sovesti v Rossii: istoricheskiy i sovremennyy aspekty [Freedom of conscience in Russia: historical and modern aspects]. Moscow, 2005, iss. 2, pp. 277-286.

3. Russkaya Pravoslavnaya Tserkov' v sovetskoe vremya (1917-1991) [Russian Orthodox Church in Soviet times (1917-1991)]. Moscow, 1995, vol. 1, p. 195.

4. Pospelovskiy D. V. Russkaya pravoslavnaya tserkov' v XX veke [Russian orthodox church in the XX century]. Moscow: Respublika, 1995, p. 387.

5. Odintsov M. I. Russkaya pravoslavnaya tserkov' v XX veke: istoriya, vzaimootnosheniya s gosudarstvom i obshchestvom [Russian orthodox church in the XX century: history, relations with the state and society]. Moscow: TsINO, 2002, p. 43.

6. Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv noveyshey istorii [The Russian state archive of contemporary history]. (RGANI). F. 89. Op. 25. D. 10. L. 1-2.

7. Maslova I. I. Veroispovednaya politika v SSSR: povorot kursa (1985-1991 gg.) [Religious policy in USSR: a change of course (1985-1991)]. Moscow: MNEPU, 2005.

8. RGANI. F. 89. Op. 11. D. 41. L. 1-5.

9. Otechestvennye arkhivy [National archives]. 1995, no. 1, pp. 59-60.

10. Kollektsiya dokumentov Gosudarstvennogo arkhiva Rossiyskoy Federatsii [Collected documents of the State Archive of the Russian Federation]. (GARF).

11. Kommunist [The communist]. 1987, no. 12.

12. Nauka i religiya [Science and religion]. 1987, no. 2.

13. Rossiya. Khronika osnovnykh sobytiy. IX-XX vv. [Russia. Chronicles of major events. IX-XX centuries]. Moscow: ROSSPEN, 2002, p. 664.

Маслова Ирина Ивановна

доктор исторических наук, профессор, кафедра кадастра недвижимости и права, Пензенский государственный университет архитектуры и строительства

(Россия, г. Пенза, ул. Германа Титова, 28) E-mail: imas2010@yandex.ru

Maslova Irina Ivanovna Doctor of historical sciences, professor, sub-department of real estate cadaster and law, Penza State University of Architecture and Construction

УДК 94(47).084.9 Маслова, И. И.

Государственно-конфессиональная политика в СССР: поворот курса в 1985-1988 гг. / И. И. Маслова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2015. - № 4 (36). - С. 43-54.