Современные направления градостроительной науки в аспекте территориального планирования

ГРАДОРЕГУЛИРОВАНИЕ

УДК 711

Н.А. Самойлова

ФГБОУВПО «МГСУ»

СОВРЕМЕННЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОЙ НАУКИ В АСПЕКТЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО ПЛАНИРОВАНИЯ

Осмысление эволюции одного из направлений градостроительной деятельности — территориального планирования, суть которого в определении в документах управления территорией социальных, экономических, экологических и иных факторов. Территориальное планирование: система знаний, профессиональная деятельность, социальный институт. Роль и место территориального планирования в неклассической, постнеоклассической науке.

Ключевые слова: градостроительная деятельность, территориальное планирование, градостроительство, градостроительная наука, комплексное планирование, пространственное планирование, синергетика, многофакторная информация, пространственная модель, сциентифицированная политика.

Актуальность уяснения и уточнения места градостроительной науки в аспекте территориального планирования (далее градостроительная наука) в комплексе взаимозависимых и взаимодействующих отраслей науки: архитектурной, экономической, гигиенической, экологической, инженерно-технических и других наук — чрезвычайно остра, так как от этого зависит наиболее эффективное развитие градостроительства в его прикладной сфере.

С 70-х гг. XX в. объектом исследования науки все чаще становятся системы, экспериментирование с которыми невозможно, при этом важнейшим инструментом научно-исследовательской деятельности выступает моделирование (компьютеризация науки). С учетом метафорического выражения «модель — это сокращенный систематический перевод на другой язык» [1], для градостроительной науки важным становится не только графическое представление материального мира на плане, схеме, эскизе, но и насыщенное большими объемами информации виртуальное моделирование территории. Целью научного градостроительного знания является теоретическая модель — некий универсальный проект развития поселений на территории, применимый в любой конкретной ситуации, позволяющий наилучшим образом решить все задачи имеющимися средствами.

В настоящее время такие исследования получают все большее распространение за рубежом, например, в виде новых знаний об отдельных пространственных зависимостях: связь между искусством и социально-экономическим воздействием в поселениях [2]; связи во внутренней среде поселений (имитации пешеходной среды; отношения между зависимой переменной — транспортной поездкой и набором независимых переменных, например, размер семьи, уровень доходов и др.) [3, 4]; влияние торгового центра на существующую розничную торговлю, транспорт, жилье, окружающую среду и другие системы

[5]; снижение энергопотребления зданий в зависимости от плотности населения, плотности застройки и др. [6]; взаимодействие антропогенной и социальной сред, при котором для оценки модели поселения на макроуровне используются данные микроуровня [7].

Процессы глобализации исследований, использование географических информационных систем (ГИС) и сверхбольших объемов данных аналогично средствам промышленного производства определяют необходимость их финансирования, определения приоритетных направлений и др. Представляется целесообразным, чтобы градостроительная наука стала важнейшим элементом государственной политики и рассматривалась как приоритетная ценность, на основе которой практически совершенствовались бы социально-экономическая, экологическая, культурная и другие сферы бытия техногенной цивилизации.

В России градостроительная наука как социальный институт входит в состав одного из трех отделений Российской академии архитектуры и строительных наук [8]. Градостроительная деятельность как профессиональная научная деятельность осуществляется одновременно в гуманитарной и технической отраслях (ВАК России1 присуждает ученые степени в отраслях наук — архитектура и технические науки в «05» и «07» группах).

Градостроительную науку, представляющую собой сложную и разветвленную систему знаний, как и большинство комплексных многоплановых прикладных наук, по современной классификации невозможно однозначно отнести к одному из пяти выделяемых типов, скорее всего ее место где-то на стыке технических и социально-гуманитарных наук.

Градостроительное регулирование развития поселений (градорегулирова-ние) как сфера деятельности имеет более широкий круг участников, чем градостроительное научное сообщество (мы различаем четыре категории участников: власть, бизнес, общество, индивид).

В мире с начала ХХ в. в урбанистике (градостроительство — по-русски) произошло существенное разделение на три научные ветви [9]: эстетическая (акцент на внешней форме города, на вариантах его композиционной структуры); технологическая (проблемы городской инфраструктуры, в т.ч. транспортные сети; вопросы экономики города и управления развитием, в т.ч. де-велопмент); социальная (проблемы социальной жизни города и горожан, в т.ч. правовые).

При этом, в начале 1920-х гг. возникает новая область деятельности градостроительства — территориальное планирование, или районная планировка (по-английски это spatial planning, regional planning, за исключением генпланов населенных пунктов; в советское время — это были разрабатываемые схемы районных планировок краев, областей и автономных республик), за рубежом первый такой проект планировки был разработан английскими архитекторами Л.П. Аберкромби и Т. Джонсоном для угольного района в Англии.

В СССР с 1917 по 1990-е гг. — в период отсутствия свободного оборота земельных участков и рынка недвижимости, — действовала система социали-

1 Номенклатура специальностей научных работников, утв. Приказом Минобрнау-ки России от 25 февраля 2009 г. № 59.

стического градостроительства как понятие не экономического содержания, а конструкционного, что соответствует западному понятию «физическое региональное планирование». Как система знаний, градостроительство в этот период являлось подотраслью двух отраслей науки: архитектуры и строительства — и сложилось в таком виде в период активного строительства новых городов в 1930-е гг. и официального осуждения урбанистики (точнее отдельных ее двух ветвей — технологической и социальной) и запрета на социологию. При этом городское планирование, имевшее место в [10, 11], уступило идее градостроительного проектирования, когда вопросы формирования городской инфраструктуры были подчинены ведомственной системе государственного планирования, а представления о потребностях горожан были выстроены по нормативной модели, на основе идеологических установок.

В нашей стране разрабатывались два разных плановых документа: Генеральная схема развития и размещения производительных сил и Генеральная схема расселения на территории. У нас было «народнохозяйственное планирование», программы («схемы») отраслей народного хозяйства по соответствующим ведомствам, «консолидированные схемы градостроительного планирования» «районная планировка» и т.п. А в Европе и Канаде с начала 1930-х гг. начал употребляться термин «пространственное развитие», который утвердился в США к началу 1970-х гг. В настоящее время имеются выражения, иллюзорно идентичные общеупотребимым, вроде «территориального планирования», «регионального планирования», но на русском языке невозможно простым образом выразить содержание понятия comprehensive planning (скорее всего: целостное планирование, чему отчасти соответствует привычное «комплексное планирование»). Пространственное территориальное планирование — это одно из существующих многочисленных определений комплекса организованных действий по управлению элементами и связями, происходящими на территории, направленных на рациональные пространственные изменения.

Впервые в 1983 г. на Европейской конференции (СЕМАТ) состоялось специальное обсуждение сбалансированного развития и физической организации пространства в соответствии с общей стратегией защиты окружающей среды и улучшения качества жизни. По завершении научно-практических исследований в 1994 г. Правительством РФ была одобрена Генсхема расселения (официально имеет статус постоянно действующего, обновляемого информационно-аналитического документа), подготовленная институтом «Гипрогор» совместно с представителями Российской академии наук и федеральных ведомств в сфере экономики, труда, миграции населения, сельского хозяйства и другими, что, можно сказать, указывает на «синергетичность» науки градостроительства, учитывая, что термин синергетика в переводе с греческого языка (synergetikos) буквально означает совместный, согласованно действующий. В настоящее время, ведомственный отраслевой подход в подготовке документов территориального планирования РФ вновь преобладает, при этом наметилось направление на подготовку ряда совместных документов: Схемы территориального планирования для приграничных территорий РФ, Программы развития агломераций, Стратегии пространственного развития РФ и др. [12].

Градостроительные системы поселений (на уровне страны, региона, такие как мегалополис, агломерация, конурбация и др., элементы которых каркас, ткань, транспортная структура, среда) возможно изучать с помощью метана-уки, подмечающей и изучающей общий характер тех закономерностей и зависимостей (которые частные науки ранее считали «своими»), с использованием инструментария синергетики, позволяющего выявлять наличие детерминированного хаоса, бифуркаций, «катастроф», новых аттракторов, на которые выходит система после очередного состояния неустойчивости, и других нелинейных эффектов, таких как непропорциональность откликов изучаемой системы на внешние воздействия, наличие событий, происходящих без видимых причин, непредсказуемость развития и состояний хаоса и др.

Кроме того, до последнего времени прикладная градостроительная деятельность, осуществляемая по заданию органов власти (федеральных, региональных и муниципальных) для подготовки градостроительной документации, предусмотренной Градостроительным кодексом РФ 1998 г., гл. VI, и документов территориального планирования (за исключением генпланов), предусмотренных Градостроительным кодексом РФ 2004 г. гл. 3, зачастую оперировала такими понятиями, как интуиция, здравый смысл, накопленный опыт, так как общепринято считать, что градостроительство в значительной степени — творческий процесс. В то же время процесс территориального планирования связан с необходимостью учета объективных условий и закономерностей функционирования поселений (которые включают в себя множество элементов и обладают большим количеством исходной многофакторной информации), при этом сложные содержательные теории, которые лежат в основе градостроительного регулирования (в первую очередь речь идет о нормативно-технических документах, таких как своды правил (ранее СНиП), технические регламенты), не могут быть полностью формализованы и выражены посредством абстрактно-логических символов и схем, т.е. необходимо сочетать творческий процесс с научным, рациональным знанием. При этом, для того чтобы считать градостроительную теорию истинно научным знанием, она должна отвечать основным критериям научной рациональности.

Создатели концепций идеальных городов-звезд, утопий и образцовых городов представляли полис как закрытую систему, сохраняющую свои свойства неизменными на протяжении всего времени ее существования. В естественной среде такая консервация (изоляция) невозможна. На смену приблизительному характеру создания теоретических моделей поселений приходит точный, научный метод создания различных социально-технических объектов, т.е. применяется особый метод проектирования — графический метод научно-технических расчетов основных параметров будущей градостроительной системы поселений, ее предварительного исследования.

Мониторинг существующих и моделирование новых состояний открытых, нелинейных, диссипативных систем поселений может быть осуществлен на основе модели формирования пространственной среды поселения, разработанной Ю.В. Алексеевым [13, 14], в виде системы из 4 организованных объектов: I — пространство замкнутого построения (здания и сооружения); II — пространство открытого построения, организованное градостроительное

пространство (территориальное планирование); III — земля, IV — пространство надземных территорий; с дифференцированными функциональными процессами, функциями и факторами.

Логико-формальная модель регулирования территориального планирования (объект II) следует в русле тенденций, имеющих место в современном мире, когда постепенно стираются некогда стабильные демаркационные линии между наукой, обществом и политикой, наблюдается переструктурирование взаимоотношений между ними, имеющее далеко идущие последствия. То есть производство научного знания понимается уже не столько как поиск основополагающих законов природы, сколько как процесс, обусловленный контекстом применения знания, представлениями о социальных потребностях и потенциальных потребителях.

Вообще система государственного управления территориальным развитием включает в себя законодательную базу, административно-территориальное устройство страны, информационное обеспечение, подготовку кадров, научно-проектную деятельность. Сложившаяся в современных социально-экономических условиях в России система градостроительного регулирования территории вызывает неудовлетворенность у большого круга потребителей результатов градостроительной деятельности (в виде территориального планирования). При этом известно, что регулирование представляет собой так называемое «косвенное» управление наряду с «прямым» — через задание объекту требуемого результата и путей его достижения. Посредством регулирования («косвенное» управление) создаются возможности и ограничения деятельности, которые должны вызвать в управляемом объекте мотивацию и целепола-гание, желаемые с точки зрения субъекта управления.

Важным для территориального планирования (объектов и зон, которые созданы и создаются в условиях регулирования или «псевдорегулирования», происходящих в последние годы в период становления — с момента введения в Градостроительный кодекс РФ 2004 г. положений о территориальном планировании) является целеполагание деятельности. Целеполагание находится в зависимости от интереса и возможностей участников градостроительного регулирования. Особо остро вопросы градостроительного регулирования стоят в ресурсодобывающих поселениях, возникших в центрально-управляемом хозяйстве.

В современном мире наука и техника обретают функцию легитимации господства. В результате возникает феномен «сциентифицированной политики, нацеленной на минимизацию конфликтного потенциала общества, ... при этом эксплицируется связь внутринаучных целей с вненаучными социальными целями и ценностями» [15]. Производство научного знания становится рефлексивным процессом, необходимым элементом которого является учет его социальных импликаций. В России данное обстоятельство является важным для градостроительной науки в аспекте территориального планирования, так как уже назрело, что территориальное планирование без современного научного обоснования не может быть необходимым элементом государственной политики, адекватным инструментом градостроительного регулирования территории. Однако полноценное использование научных методов территориального

планирования, в т.ч. с использованием синергетики, предполагает высокую степень самостоятельности участников градостроительной деятельности, развитые самоуправление и самоорганизацию у них.

Библиографический список

1. Батурин Ю.М. Моделирование как вспомогательный инструмент истории и техники // Вестник Российской академии наук. 2013. № 1. Т. 83. С. 3—9.

2. Grodach C. Urban branding: an analysis of city homepage imagery. Journal of Architectural and Planning Research. 2009, no. 26(3), pp. 181—197. Режим доступа: http:// japr.homestead.com/files/Grodach.pdf. Дата обращения: 27.04.13.

3. Maghelal P., Natesan P., Naderi J.R., Kweon Byoung-Suk. Investigating the use of virtual reality for pedestrian environments. Journal of Architectural and Planning Research. 2011, no. 28(2), pp. 104—117. Режим доступа: http://japr.homestead.com/Maghelal_ FinalVersion111213.pdf. Дата обращения: 26.04.13.

4. Huntsinger L., Rouphail N., and Bloomfield P. Trip Generation Models using Cumulative Logistic Regression. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013, no. 139(3), pp. 176—184. Режим доступа: http://ascelibrary.org/doi/abs/ 10.1061/%28ASC E%29UP.1943-5444.0000151. Дата обращения: 28.04.13.

5. Ozuduru B. Assessment of Spatial Dependence Using Spatial Autoregression Models: Empirical Analysis of Shopping Center Space Supply in Ohio. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013, no. 139(1), pp. 12—21. Режим доступа: http://ascelibrary. org/doi/abs/10.1061/(ASCE)UP.1943-5444.0000129?af=R&. Дата обращения: 28.04.13.

6. Marins K., Romero M. Urban and Energy Assessment Resulting from a Systemic Approach of Urban Morphology, Urban Mobility and Buildings, Applied to Agua Branca Case Study, in Sao Paulo. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013. Режим доступа: http://ascelibrary.org/doi/abs/10.1061/%28ASCE%29UP. 1943-5444.0000149. Дата обращения: 28.04.13.

7. Yin L. Assessing Walkability in the City of Buffalo: Application of Agent-Based Simulation. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013, no. 139(3), pp. 166—175. Режим доступа: http://ascelibrary.org/doi/abs/10.1061/%28ASCE%29 UP.1943-5444.0000147. Дата обращения: 28.04.13.

8. Устав Российской академии архитектуры и строительных наук, утв. постановлением Правительства РФ от 6 мая 2009 г. № 393 / РААСН. Режим доступа: http://www. raasn.ru/aasn1.htm. Дата обращения: 25.03.13.

9. Глазычев В.Л. Политическая экономия города. М. : Дело, 2009. 192 с.

10. Семенов В. Благоустройство городов. М., 1912.

11. Милютин Н. Соцгород: проблема строительства социалистических городов. М.-Л., 1930.

12. Основные направления деятельности Минрегиона России на 2013—2018 гг. Режим доступа: http://www.minregion.ru/press_office/news/2977.html. Дата обращения: 31.05.13.

13. АлексеевЮ.В., Старостина Н.Г., Филипенко Ю.А. Тенденции и проблематика развития территорий застройки 1950-х и 1960-х годов в Москве // Промышленное и гражданское строительство. 2011. № 12. С. 20—22.

14. Алексеев Ю.В., Беляев В.Л. Подземные здания и сооружения как системный элемент взаимодействующих пространственных сред развития городской территории // Вестник МГСУ 2012. № 2. С. 6—10.

15. Ефременко Д.Н. Концепция общества знания как теория социальных трансформаций: достижения и проблемы // Вопросы философии. 2010. № 11. С. 49—66.

Поступила в редакцию в сентябре 2013 г.

Об авторе: Самойлова Надежда Александровна — аспирант кафедры проектирования зданий и градостроительства, ФГБОУ ВПО «Московский государственный строительный университет» (ФГБОУ ВПО «МГСУ»), 129337, г. Москва, Ярославское шоссе, д. 26, 8(495)781-80-07, kanz@mgsu.ru.

Для цитирования: Самойлова Н.А. Современные направления градостроительной науки в аспекте территориального планирования // Вестник МГСУ. 2013. № 11. С. 210—217.

N.A. Samoylova

MODERN TRENDS IN TOWN-PLANNING SCIENCE IN TERMS OF SPATIAL PLANNING

In the article the present stages of the urban planning development of the territory in non-classical and post-neoclassical science are discussed. The author carries out the judgment on the evolution of one of the directions of urban planning activity — the spatial planning. Three aspects of urban planning science (knowledge system, professional activity, social institute) are considered. The Author makes an attempt to define the role and position of town-planning science in a complex of interdependent and interacting branches of science.

Sociocultural conditions of spatial planning development in the USSR are stated. Distinctive characteristics of the Russian urban planning process (economic, sociological and legal) are specified. The author offers the terminological comparison of definitions used in science in the sphere of urban planning development of the territories. The ambiguity of interpretation of the Russian term «town planning» and English term «spatial planning» and «regional planning» is specified.

It is offered to consider spatial planning as complex scientific knowledge which operates the tools of synergetics. The theoretical formation model of the spatial environment of a settlement is taken for a basis. This model was developed by the Doctor of Architecture, professor Yu.V. Alekseev as a system of 4 organized objects: I —space of a closed construction (buildings and structures), II — space of an open construction, the organized urban planning space (spatial planning), III - the earth; IV — space of above ground territories; together with the differentiated functional processes, functions and factors.

The purpose of the scientific research conducted by the author is to receive new knowledge in order to improve the theoretical model as a universal development project of settlements in the given territory, applicable in any concrete situation, allowing to solve all the problems by available means in the best way.

Key words: urban development, spatial planning, urban planning, urban planning, town-planning science, comprehensive planning, spatial planning, synergetics, multifac-torial information, spatial model, scientificated policy.

References

1. Baturin Yu.M. Modelirovanie kak vspomogatel'nyy instrument istorii i tekhniki [Modeling as an Auxiliary Tool of History and Techniques]. Vestnik Rossiyskoy akademii nauk [Proceedings of the Russian Academy of Sciences]. Moscow, 2013, no. 1, vol. 83, pp. 3—9.

2. Grodach C. Urban Branding: an Analysis of City Homepage Imagery. Journal of Architectural and Planning Research. 2009, no. 26 (3), pp. 181—197. Available at: http://japr. homestead.com/files/Grodach.pdf. Date of access: 27.04.2013.

3. Maghelal P., Natesan P., Naderi J.R., Kweon Byoung-Suk. Investigating the Use of Virtual Reality for Pedestrian Environments. Journal of Architectural and Planning Research. 2011, no. 28 (2), pp. 104—117. Available at: http://japr.homestead.com/Maghelal_Final Ver-sion111213.pdf. Date of access: 26.04.2013.

roañoperyAupcBaHue

4. Huntsinger L., Rouphail N., Bloomfield P. Trip Generation Models using Cumulative Logistic Regression. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013, no. 139(3), pp. 176-184. Available at: http://ascelibrary.org/doi/abs/ 10.1061/%28ASCE%29 UP. 1943-5444.0000151. Date of access: 28.04.2013.

5. Ozuduru B. Assessment of Spatial Dependence Using Spatial Autoregression Models: Empirical Analysis of Shopping Center Space Supply in Ohio. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013. no. 139(1), pp. 12—21. Available at: http://ascelibrary.org/doi/ abs/10.1061/(ASCE)UP.1943-5444.0000129?af=R&. Date of access: 26.04.2013.

6. Marins K., Romero M. Urban and Energy Assessment Resulting from a Systemic Approach of Urban Morphology, Urban Mobility and Buildings, Applied to Agua Branca Case Study, in Sao Paulo. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013. Available at: http://ascelibrary.org/doi/abs/10.1061/ %28ASCE%29UP. 1943-5444.0000149. Date of access: 28.04.13.

7. Yin L. Assessing Walkability in the City of Buffalo: Application of Agent-Based Simulation. Journal of Urban Planning and Development, ASCE. 2013, no. 139(3), pp. 166-175. Available at: http://ascelibrary.org/doi/abs/10.1061/%28ASCE%29UP.1943-5444.0000147. Date of access: 28.04.13.

8. Regulations of the Russian Academy of Architecture and Construction Science, Approved by the Decision of the Government of the Russian Federation, 6.05.2009, no.393. RAASN Publ. Available at: http://www.raasn.ru/aasn1.htm. Date of access: 25.03.2013.

9. Glazychev V.L. Politicheskaya ekonomiya goroda [Political Economy of a City]. Moscow, Delo Publ., 2009, 192 p.

10. Semenov V. Blagoustroystvo gorodov [Urban Redevelopment]. Moscow, 1912.

11. Milyutin N. Sotsgorod: problema stroitel'stva sotsialisticheskikh gorodov [Social City: the Problems of Social Cities Construction]. Moscow-Leningrad, 1930.

12. Osnovnye napravleniya deyatel'nosti Minregiona Rossii na 2013—2018 gody [The Main Areas of the Activity of the Ministry of Regional Development of Russia for the years 2013—2018]. Available at: http://www.minregion.ru/press_office/news/2977.html. Date of access: 31.05.13.

13. Alekseev Yu.V., Starostina N.G., Filipenko Yu.A. Tendentsii i problematika razvitiya territoriy zastroyki 1950-kh i 1960-kh godov v Moskve [The Tendencies and Problematics of the Build-up Areas Development in 1950th and 1960th in Moscow. Promyshlennoe i grazh-danskoe stroitel'stvo [Industrial and Civil Engineering. 2011, no. 12, pp. 20—22.

14. Alekseev Yu.V., Belyaev V.L. Podzemnye zdaniya i sooruzheniya kak sistemnyy element vzaimodeystvuyushchikh prostranstvennykh sred razvitiya gorodskoy territorii [Underground Buildings and Structures as Constituent Elements of Interacting Spatial Environments within the Urban Development Framework]. Vestnik MGSU [Proceedings of Moscow State University of Civil Engineering]. 2012, no. 2, pp. 6—10.

15. Efremenko D.N. Kontseptsiya obshchestva znaniya kak teoriya sotsial'nykh trans-formatsiy: dostizheniya i problemy [The Concept of the Society of Knowledge as a Theory of Social Transformations: Achievements and Problems]. Voprosy filosofii [Problems of Philosophy]. 2010, no. 11, pp. 49—66.

About the authors: Samoylova Nadezhda Aleksandrovna — postgraduate student, Department of Building Design and Urban Planning, Moscow State University of Civil Engineering (MGSU), 26, Yaroslavskoye shosse, Moscow, Russia, 129337, Russian Federation; kanz@mgsu.ru; +7 (495) 781-80-07.

For citation: Samoylova N.A. Sovremennye napravleniya gradostroitel'noy nauki v aspekte territorial'nogo planirovaniya [Modern Trends in Town-Planning Science in Terms of Spa-cial Planning]. Vestnik MGSU [Proceedings of Moscow State University of Civil Engineering]. 2013, no. 11, pp. 210—217.