Аксиологический статус концепта «Нымæц»

аксиологический статус концепта «нымдц»

т.ю. ТАМЕРЬЯН, м.с. ДЗЕДАЕВА

В статье на материале паремиологии описывается негативный и позитивный статус концепта «нымкщ в осетинской лингвокультуре, анализируются числовые аксиологические модели в струкруре концепта.

Ключевые слова: концепт, ценностная составляющая, паремическая единица, но-минатор, числовая модель.

Лингвокультурный концепт отличается от других ментальных единиц, используемых в различных областях науки (например, когнитивный концепт, фрейм, сценарий, скрипт, понятие, образ, архетип, гештальт, мнема, стереотип), акцентуацией ценностного элемента. Центром концепта всегда является ценность, поскольку концепт служит исследованию культуры, а в основе культуры лежит именно ценностный принцип [Карасик 1996: 5].

Ценности тесно связаны со способностью человека к созданию глобальных общественных идеалов. «Культура есть направленность, и направлена культура всегда на какой-то идеал, а именно на идеал, выходящий за рамки индивидуального, на идеал сообщества» [Хейзинга 1992: 259-260]. Ценности, а, следовательно, и включающие их в себя концепты, являются по сути отражением отдельных аспектов таких идеалов. Эти идеалы могут рефлексироваться широкими массами носителей данной культуры, но могут и не поддаваться рефлексии.

Б.Д. Парыгин отмечает, что в существующей в обществе системе ценностей следует различать ценности, санкционируемые и культивируемые официально с помощью находящейся в распоряжении государства разветвленной системы средств, и ценности, которые функционируют лишь на уровне обыденного сознания [Парыгин 1971: 124]. Поскольку одним из фундаментальных свойств культуры является ее интегративность, реализующаяся в тенденции элементов культуры образовывать согласованное и неразрывно связанное целое [Мердок 1997: 54], то можно говорить о наличии системных связей между всеми эксплицитно или имплицитно, официально или неофициально функционирующими в данной культуре идеалами, а также и между выражающими их лингвокультурными концептами.

Акцентуация ценностной составляющей в структуре концепта сближает концепт с философской категорией ценности. Однако между философской и лингвистической репрезентацией ценностей есть ряд существенных различий. Они заключаются в следующем: ценностное отношение к объекту действительности реализуется в двух взаимодополняющих потребностях языкового сознания: во-первых, как можно более разнообразно и детально номинировать сам объект (придать ему номинативную плотность), во-вторых, как можно регулярнее использовать

axiological status of the concept

«нымдц»

T.Yu. TAMERYAN, M.S. DzEDAEvA

The article based on paremiology describes negative and positive status of the concept «miMKty) in the Ossetian anthropological linguistics, the numerical models in the structure of the value component of the concept are analyzed.

Keywords: concept, value component idiomatic unit, nominator, the numerical model.

ассоциативный потенциал этого объекта для номинации максимально возможного количества других объектов (сделать его метафорически диффузным). Оценочная категоризация обусловлена системой предпочтений социума, где в значительной степени проявляется тенденция к универсализму.

В настоящей статье на материале паремиологии (ПЕ) рассматривается реализация аксиологического статуса концепта «нымжц» в осетинской лингвокультуре.

Номинатор иу «один» выступает в качестве критерия оценки, когда малое количество может оцениваться как позитивно, так и негативно. Аксиологический пласт концепта «нымжц» отражает положительную и отрицательную оценку некоторого количества.

Амбивалентная оценка присутствует в таких высказываниях, как (6): Иу дзырдай цард саразан дар ис, цард фехалан дар. Одним словом, можно построить жизнь, можно и разрушить; Иу дзырдай зарда балханан ис, зарда скъахан дар. Одним словом, можно угодить (сердце купить) и можно отравить (ПЕ).

Многие устойчивые выражения с номинатором иу «один» представляют собой структуры в форме обобщенно-личных односоставных предложений, в которых реализуется такая функция пословиц, как обобщение, передача какой-либо сентенции. Сентенциозность устойчивых выражений с числовым компонентом проявляется в том, что, кроме фактической, они содержат оценочно-этическую информацию: Иу боны цастай касыс цардма. Смотришь на жизнь одним днем. Цардма дар иу боны цастай ма кас, харинагма дар. На жизнь одним днем не надо смотреть, и на пропитание тоже. Иу ницаййагай царды бахаудта. Из (одного) бездельника стал успешным в жизни (ПЕ); Иу фыддзых ама анафсармай заронды бонты адаман куваг лаг сда. Один сквернослов и бессовестный человек к старости стал для народа священником (ПЕ).

Номинатор дыууа «два» маркирует в большей степени отрицательные, чем положительные отношения, к качественным характеристикам и поступкам людей в осетинской культуре. Нумератив дыууа «два» служит для интенсификации негативного качества, поступка или ситуации (10): Сафт - дыууж сафты. Пропажа - двойная пропажа; Даваджы чи сусаг каны, уый - дыууж даваджы. Кто скрывает вора, тот дважды вор (два вора); Жвзар дыууж марды каны. Плохой умирает дважды; Магуыры мард - дыууж марды. Смерть бедняка - две смерти; Ждылы хъадма бонан дыууж цыды каны. Дурак в лес в день по два раза ходит (ПЕ).

Самыми порицаемыми чертами характера осетин считаются зависть и недоброжелательность: Халаг ама адзастуарзон - дыууж анамонды. Зависть и недоброжелательность - два несчастья (ПЕ).

Номинатор дыууа «два» эксплицирует отрицательные черты женского характера: Налат чындз - дыууж мыггаджы худинагганаг. Наглая невеста позорит две фамилии (ПЕ).

Положительно оцениваются отношения между женщинами, принадлежащими к одной фамилии (роду): Дыууж файнусты царын куы зоной, уад хота сты. Если две невестки умеют жить, то они как сестры (будут жить) (ПЕ).

Двоеженство не поощряется, мужчина, имевший двух жен, не одобрялся: Дыуужусон - дывыдон. Имеющий двух жен - несчастен (ПЕ). Двуликим, неискренним считается не только двоеженец, но и болтун: Дыууждзырдонжн -дыууа цасгомы. Двуязычный - (два лица) двуликий (ПЕ).

Образ данных идиом восходит к персонажу римской мифологии - Янусу, богу времени, начала и конца. Янус изображался с двумя лицами, обращенными в

противоположные стороны: молодым вперед, старым назад, в прошлое. В осетинской ментальности этот образ символизирует лицемерного, неискреннего человека. Квантитативный компонент данных идиом реализует значение противопоставления и множества и обладает негативной коннотацией.

В осетинском языке благопожелания и проклятия передают интенсификацию действия, связанную с позитивной или негативной коннотацией: Уа Уай, Дзабо авды рухс дам мын уад дзанаты фабадат, Майрамыхъуайы фырт, хъабатыр у. Уа уай Дзабо, будь в семикратно светлом раю, Уа уай, сын Майрамука, говорят, храбрый Дзабо (НП); авд ахамы хуыздар фестын «в семь раз краше стать»; и проклятий: авд марды аканын «чтобы он семь раз умер» (ФЕ).

Максимальная степень греховности человека передается осетинской поговоркой: Авд сауджын дар ай нал ссыгъдаг канын. Даже семи попам не замолить грехи этого человека (ПЕ). Семикратность нереального действия передает фразеологический оборот: Авд марды аканын «семь раз умереть» (ПЕ).

Оценочное значение паремических единиц реализуется на основе моделей с числовыми компонентами.

Оппозиционная модель «иу - инна» «один - другой (один)», где положительно маркируется первый член и отрицательно - второй, передает онтологические бинарные противопоставления сквозь призму осетинской ментальности (21): Адам дыууж хуызы сты: иутж - харзта, иннжтж - авзарта. Есть два типа людей: одни - хорошие, другие - плохие; Иу - кады нуазан, иннж - агады. Один бокал - славы, другой - бесславен; Иу йа цинай зары, иннж йа мастай. Один поет от радости, другой от горя; Иу - ахсызгоны уазаг, иннж - на. Один желанный гость, другой - нет; Иу йа тыхстай - кураг, иннж - йа хъалай. Один просит от нужды, другой - от избалованности; Иу йа магуырай куры, иннж - йа хъаздыгай. Один просит от того, что беден, другой просит от чрезмерного богатства; Иу - хуынд уазаг, иннж - хаддзу. Один - званый гость, другой - незваный; Иу харзганагай -хъабатыр, иннж - фыдганаг. Один благодетель - герой, другой - неприятель; Иу хъабатыр - аразаг, иннж халжг. Один витязь - строитель, другой - разрушитель; Иу хъаздыг харзганаг у, иннж фыдганаг. Один богач благодетель, другой -разоритель; Иу агадай тарсы, иннж -лаггадай. Один боится порицания, другой -прислуживания; Иу хъабатыр мараг, иннж - иргъаваг. Один витязь - убийца, другой - освободитель; Иу магусайа магуыр ваййы, иннж та кусагай - бонджын. Один из-за лени бедняк, другой богатый работая; Иу йахи амондан цары, иннж -адамы. Один живет для своего счастья, другой - для счастья людей; Иу амондан цары, иннж анамондан. Один живет для счастья, другой - для несчастья; Иу хиуарзон у, иннж - адамуарзон. Один любит только себя, а другой - людей (ПЕ).

Числовая модель «фыццаг - дыккаг» «первый - второй» передает отношение ко второму браку, сложившееся в осетинской культуре: Фыццаг амонд - цардафсаст, дыккаг амонд - масталгъад. Первая женитьба (счастье) - радость в жизни, вторая женитьба (счастье) - с горечью (ПЕ).

Путем интенсификации негативного состояния выражается народная оценка обычая многоженства по модели «дыууа - арта» «два - три» (3): Дыуужусон -дывыдон, жртжусон - анахалаф. Иметь две жены - вдвойне несчастье, иметь три жены - без штанов ходить (ПЕ).

В рамках модели «фыццаг - дыккаг - (артыккаг)» «первый - второй - (третий)» сконцентрировано отношение к новобрачной в осетинской культуре (4):

Ног чындзан йа фыццаг къайады ахсав, дыккаг - райгуыран ахсав. У молодой невесты: первое - первая брачная ночь, второе - ночь ее рождения; Ног чындзан иу ахсав - уазаджы хатыр, дыккаг ахсав - фысымы хатыр, жртыккаг ахсав -йахи хатыр. К новой невесте в первую ночь снисхождение как к гостье, вторую ночь как к хозяйке, третью ночь - ради неё самой (ПЕ).

Сравнительная оценка эмоционально-психологического состояния мужчины и женщины репрезентируется числовой моделью «иу - арта» «один - три»: Налгоймаган - иу равдыд, сылгоймаган - жртж равдыды. Мужчине одна ласка, женщине - три ласки (ПЕ).

Интенсификацию социального неравенства передает императивная ПЕ на основе метафорической числовой модели «иу - арта» «один - три»: Иу фысай жртж цармы не стыгъдауы. С одного барана три шкуры не снимают (ПЕ).

Интенсификация негативного состояния передается компаративной моделью «иу - дыууа» «один - два» (8): Иу цафай дыккаг тынгдар фариссы. Второй удар болит сильнее, чем первый (ПЕ).

В компаративной модели «дыууа - арта» «два - три» положение человека оценивается как худшее по сравнению с животным (с лошадью): Уынгаджы бах дыгжйттж хасы, уынгаджы лаг жртыгжйттж - букв. подневольная лошадь по две ноши носит, подневольный человек по три (ПЕ).

Представления о женском упорстве и настойчивости отражены в компаративной модели соотношения сил «авд - иу» «семь - один»: Авд цады къамбецта иуырдам ахацыдысты, иу ус иннардам, ама, дам, са ус аласта. Семь пар, запряженных буйволами, потянулись в одну сторону, одна женщина - в другую, и будто бы, она перетянула их (ПЕ).

Имплицитная негативная оценка отражена в оппозиционных синонимических моделях «иу - дыууа» «один - два», «дас - иу» «один» лучше, чем «два», «десять» лучше, чем «один» (7): Иу разма хацы, дыууж - фастама. Один тянет вперед, двое - назад; Джсжй аразынц, иу - халы ама йын фылдар антысы. Десять строят, один ломает и он преуспевает (ПЕ).

Компаративные числовые модели с нумеративом «один» образуются по схеме «Х лучше, чем Y» или наоборот, где Х - это «мало», а Y - «много». Таким образом, «мало» может быть лучше, чем «много», или «много» лучше, чем «мало». Другая разновидность числовых моделей передает отношение равенства неравнозначных компонентов.

Синонимичные компаративные модели авд - иу «семь - один», дас - иу «десять - один», сада - иу «сто - один» опираются на представления о том, что «один» лучше, чем «много» («семь», «десять», «сто») (14): Авд авзар лаппуйа иу -хуыздар. Чем иметь семеро нерадивых сыновей, лучше одного нормального; Джс мардай иу удагас - зынаргъдар. Из десяти мертвых один живой - дороже; Сждж мардай иу агас хуыздар. Один живой человек лучше, чем сотня убитых (ПЕ).

Обратные смыслы несут компаративные модели «сада - иу» «сто - один», «дыууа - иу» «два - один», где «много» лучше, чем «один» (9): Иу зондай сждж зонды хуыздар. Сто умов лучше, чем один; Иу зондай дыуужйы зонд фылдар у. Два ума больше, чем один. - аналог. русск. Один ум хорошо, два лучше (ПЕ).

Акцентуация большей значимости матери, чем отца, передает модель «иу- дыууа» «один - два»: Фыдай сидзар- иу сидзар, мадай сидзар- дыууж сидзары. Без отца -единожды (один раз) сирота, без матери - дважды (два раза) сирота (ПЕ).

Модель «дыууа - иу» «один (из) двух» (4): Дыууж хылганагай иу барондар разыны. Из двух ругающихся один оказывается уступчивей; Дыууж цыфыддар туджджынай дар ма иу барондар куы разыны. Даже из двух злейших кровников один уступчивее бывает (ПЕ).

Модель «иу = дыууа» «одно - общее (на двоих)», передает отношение к ситуации кровной вражды в соответствии с осетинским законом Жгъдау (5): Исты фыд раканын дыуужйжн амбис у. Преступление делиться на двоих (ПЕ).

Модель «фыццаг - дыккаг - артыккаг» «первый - второй - третий» констатирует этическую, градуированную оценку по шкале «хорошо - нормально -плохо», отражая отношения к поступкам людей в виде предписания или совета (6): Фыццаг хонаг - кадджын, дыккаг хонаг афсарм, жртыккаг хонаг - агад - букв. первое приглашение - почетно, второе - уважительно, третье - унижение (позор); Иу радыдай барст, дыууайан - хатыр, жртыккагжн - уайдзаф - букв. одна ошибка - пропускается, двум ошибкам - прощение, трем - упрек (ПЕ).

Негативное отношение к пустословам зафиксировано интенсификационной моделью иу - сада «один х сто» (4): Жвзар йа иу дзырд сждж дзырды каны. Болтун одно слово сто раз говорит (ПЕ).

Таблица 1

Оценочные модели с числовыми компонентами

модель значение

иу - инна «один - другой (один)» (21) онтологические бинарные противопоставления

«фыццаг - дыккаг» «первый - второй» (2) отрицательное отношение ко второму браку

«дыууа - арта» «два - три» (3) отрицательная оценка обычая многоженства

«фыццаг - дыккаг - (артыккаг)» «первый - второй - (третий)» (4) положительное отношение к новобрачной

«иу - арта» «один - три» (2) сравнительная оценка эмоционально-психологического состояния мужчины и женщины

«иу - арта» «один - три» (2) интенсификация социального неравенства

«дыууа - арта» «два - три» (1) социальное положение человека

«авд - иу» «семь - один» (1) представление о женском упорстве и настойчивости

«иу - дыууа» «один - два», «дас - иу») «десять - один» (7) «один» лучше, чем «два»; «десять» лучше, чем «один»

авд - иу «семь-один», дас - иу «десять -один», сада - иу «сто - один»

сада - иу «сто - один», дыууа - иу «два - один» (9) «много» («сто», «два») лучше, чем «один»

«иу - дыууа» «один - два» (1) акцентуация большей значимости матери, чем отца

«дыууа - иу» «один (из) двух» (4) выбор

«фыццаг - дыккаг - артыккаг» «первый - второй - третий» (6) градуированная оценка по шкале «хорошо -нормально - плохо», отражает отношение к поступкам людей в виде предписания или совета

иу - сада «один х сто» (3) негативное отношение к пустословам

Анализ ценностной составляющей концепта позволил заключить, что позитивный и негативный аксиологический статус концепта «нымжц» (219 -22,6%), выявленный на основе концептосоставляющих пластов, актуализирует количественно-качественную оценку и аксиологическую градуированность когнитивных признаков.

Номинатор иу «один» (137 - 62,5%) является базовым объективатором ценностной составляющей. Репрезентант дыууа «два» (43 - 19,6%) маркирует в большей степени отрицательное, чем положительное отношение к качественным характеристикам и поступкам людей в осетинской культуре, в то время как номинатор авд «семь» (28 - 12,8%) передает амбвивалентную оценку, сложившуюся в осетинском языковом сознании, что подтверждает их использование как в благожеланиях, так и в проклятиях.

Оценочное значение паремических единиц реализуется на основе моделей с числовыми компонентами: однокомпонентная модель (24) «иу - инна» «один -другой (один)» отражает онтологические бинарные противопоставления сквозь призму осетинской ментальности; двухкомпонентная модель (9) «иу - арта» «один - три» передает интенсификацию социального неравенства; компаративные числовые модели с нумеративом иу «один» (23) «иу - дыууа» «один - два», «дас -иу» «десять - один» «один» лучше, чем «два», «десять» лучше, «один», образуются по схеме « Х лучше, чем Y» или, наоборот, «Y лучше, чем Х», где Х означает «мало», а Y - «много». Таким образом, «много» может быть лучше, чем «мало» или «мало» лучше, чем «много». Синонимические компаративные модели (9) «авд -иу» «семь - один», «дас - иу» «десять - один», «сада - иу» «сто - один» опираются на представления о том, что «один» лучше, чем («семь», «десять», «сто») «много». Модели «фыццаг - дыккаг» «первый - второй», «авд - иу» «семь - один», «иу -арта» «один - три» (12) отражают характер гендерных сравнений. Модель «иу = дыууа» «одно на двоих (общее)» передает отношение к ситуации кровной вражды в соответствии с осетинским законом Жгъдау.

Трехкомпонентная градуированная модель (4) «фыццаг - дыккаг - артыккаг» «первый - второй - третий» передает этическую оценку, сложившуюся в осетинском социуме по шкале «хорошо - нормально - плохо».

Преобладает позитивная оценка (65 - 78,3%), реализованная посредством числовых моделей, негативная оценка (18 - 21,7%), актуализированная числовыми моделями, менее характерна.

Литература

1. Карасик В.И. Культурные доминанты в языке //Языковая личность: культурные концепты: Сб. науч. тр. / ВГПУ, ПМПУ - Волгоград-Архангельск: Перемена,

1996. - С. 3-15.

2. Мердок Дж. Фундаментальные характеристики культуры// Антология исследований культуры. Т. 1. Интерпретация культуры. - СПб.: Университетская книга,

1997. - С. 49-57.

3. Парыгин Б.Д. Основы социально-психологической теории. - М.: Мысль, 1971. -351 с.

4. Хейзинга Й. Homo ludens. В тени завтрашнего дня. - М.: Издательская группа «Прогресс», «Прогресс-Академия», 1992. - 554 с.