Отражение национальной картины мира в переводах поэтических произведений (на материале переводов песни П. -Ж. Беранже «Jacques» на русский и английский языки)

Направительный центробежный и центростремительный вид могут иметь также и глаголы конца. Например: "to finish" - центростремительный глагол, "to leave" - центробежный, "to retire" -центробежный, "to consume" - центростремительный, "to lose" - центробежный и так далее.

Библиографический список

1. Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. 3 -е изд., испр. - M.: Высшая школа, 2000. - 381 с.

2. Гуревич В.В. Теоретическая грамматика английского языка: Учебное пособие для филологического факультета. - М.: МПГУ, 2001. - 105 с.

3. Давыденко Л.Н. Лексические и синтаксические средства выражения начала и конца глагольного действия в современном английском языке: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1982. - 16 с.

4. МельчукИ.А. Курс общей морфологии. Т. II.

Ч. 2: Морфологические значения. - М.; Вена, 1998. - 544 с.

5. Морозов В.Э. Вид глагола. Таксис и точки отсчета // Семантика языковых единиц. Доклады VI Международной конференции. Т. II. - М., 1998. - С. 24-26.

6. Шматова В.И. Дейксис в системе глагола современного английского языка: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1976. - 23 с.

7. Tobin Yishai. Aspect in the English Verb: Process and Result in Language. English. - London; N.Y.: Longman, 1993. - 398 p.

8. Heaton J.B., Turton N.D. Longman Dictionary of Common Errors. - М.: Русский язык, 1991. - 297 с.

9. Amis Kingsley. Lucky Jim. - Moscow: "Tsitadel", 2002. - 302 p.

10. DahlRoald. You Never Know. - Moscow: "Tsitadel", 2001. - 208 p.

11. Wilson Colin. The Mind Parasites. - Moscow: Raduga Publishers, 1986. - 331 p.

УДК 651.926.82.035

З.В. Сидоровская

ОТРАЖЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ КАРТИНЫ МИРА В ПЕРЕВОДАХ ПОЭТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ

Данная статья представляет собой анализ поэтического произведения французского автора и его переводов на русский и английский языки, которые содержат черты культуры этноса, на языке которого они выполнены, и отражают национальную картину мира переводчика.

Ключевые слова: перевод, поэтический текст, культура, картина мира, понятие, транслировать.

« щ щ еловек входит в человечество через на-W"! циональную индивидуальность, как -Ж- национальный человек, а не отвлечённый человек, как русский, француз, немец или англичанин», - полагал Н.А. Бердяев [2, с. 23]. Важнейшим фактором, определяющим национальную самобытность, является национальная культура: «совокупность материальных и духовных ценностей нации, а также используемых способов взаимодействия с природой и другими нациями». «Национальная культура проявляется в специфике и своеобразии интересов и мышления представителей той или иной нации, их бытовых и жизненных стереотипах, моральных нормах, а также в схемах межличностного и межгруппового поведения членов этнических общностей» [3, с. 39]. Национальная

культура влияет на формирование «этнической картины мира», под которой известный исследователь С.В. Лурье понимает призму, сквозь которую человек смотрит на мир, где должен действовать; как основную парадигму, определяющую возможность и условия действия человека в мире, вокруг которой выстраиваются в его сознании вся структура бытия [4, с. 221]. Этническая картина мира отражается в языке, формируется языковая картина мира, представляющая совокупность зафиксированных в единицах языка представлений народа о действительности на определённом этапе развития народа [5, с. 5]. Любое художественное произведение отражает картину мира его автора. Переводы художественных произведений, особенно поэтических, неизбежно подвергаются влиянию кар-

118

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2009

© З.В. Сидоровская, 2009

тины мира их переводчиков, по причине её обусловленности языком и культурой нации.

Ниже будет рассмотрено поэтическое произведение французского поэта-песенника П.-Ж. Беранже и его переводы на русский и английский языки. Песня П.-Ж. Беранже «Jaсques» написана в начале XIX века, англоязычный перевод выполнен в середине того же века, русскоязычные переводы датируются XIX и XX веками. Название песни сохранено в английском варианте, в одном из русскоязычных переводов название также передано дословно, однако во втором переводе В. Курочкина название изменено и передано как «Сон бедняка». Французское название песни даёт понять, что в произведении речь идёт о человеке по имени Жак, это имя является одним из типичных французских имён. Название одного из русскоязычных переводов обобщает тему произведения. Стихотворение посвящено не конкретному человеку, а обобщённому образу всех бедняков. Вторая составляющая названия понятие «сон» конкретизирует тему стихотворения. Становится понятно, что стихотворение посвящено сну бедняка, однако, что это за сон, можно узнать, только прочитав произведение до конца.

Стихотворение написано от лица жены Жака, которая будит своего мужа, так как приехал судебный исполнитель, который «рыщет» по деревне, сопровождаемый сторожем, охраняющим урожай, и собирает налоги. В английском варианте произведения французские реалии huissier (судебный исполнитель) и messier (сторож, охраняющий урожай) заменяются на английские: agent (шпион) и bailiff (судебный пристав, который собирал налог от имени лендлорда, помещика, который владел землёй). Концепты, содержащие в себе понятия о лицах, которые собирают налог с крестьян в XIX веке, переданы различными лексическими единицами. В картине мира обывателя суровой Викторианской Англии привычным является понятие шпион, тогда как лексемы, выражающей такую реалию, как сторож, охраняющий урожай, возможно и не было. В русском переводе XIX века собирающие налог переданы общим понятием «власти».

Власти наехали в наше село,

Требуют подати... время пришло...

В канве русского перевода произведения встречаются такие лексические единицы, как «село», «подать», которые являются экспонентами русских реалий. Подушная подать была отме-

нена в России только в 1889-1896 годах. Перевод был выполнен в середине XIX века, именно поэтому переводчик не удовлетворяется эквивалентным французской лексической единице переводом «налог». В другом русскоязычном переводе советского периода также появляются реалии, свойственные русскому этносу: « подать», «судейский», «сборщик».

В следующей строфе упоминается французское имя Реми, имя старика, у которого конфисковали его товары ещё до рассвета. В английском варианте данная строфа передана дословно, в одной из русских интерпретаций (советского времени) французский персонаж сохраняется, однако у него не просто отбирают имущество: «Всё с молотка уже прошло у старого Реми в счёт долга». Влияние русских общественных устоев на перевод очевидно. В России можно было продавать имущество должников на аукционе. В переводе XIX века французское имя не сохраняется, заменяется на нейтральное понятие «сосед», что способствует обобщению событий, описываемых в произведении. Введение паремических выражений, свойственных русской культуре: «не к добру», «до нитки» способствует трансляции французского поэтического произведения в русскую культуру.

Следующая строфа начинается восклицанием жены бедного Жака: «Pas un sou!». Дословно данное восклицание переводится как «ни одного су». «Су» - это монета в пять сантимов, существовавшая в эпоху написания песни. В современном мире данная лексическая единица часто употребляется французским этносом для передачи концепта «деньги». В английском варианте переводчик прибегает к обобщению понятия: «No money!» (Нет денег!). Французская денежная единица не упоминается, а передаётся обобщённым понятием «деньги», что способствует нейтрализации произведения, обобщению происходящих событий. Поэтическое произведение теряет черты принадлежности к французской культуре. В одном из русскоязычных переводов (перевод Валентина Дмитриева, начало XX века) денежная единица передана экспонентом русского слова, означающего самую маленькую денежную единицу прошлого : «Нет ни гроша...». По с лова-рю Даля: «грош - две копейки, медный двукопе-ечник; с переложения счета на серебро, название это выходит из употребления, как и деньга, полушка.» В данный момент слово «грош» в пе-

реносном значении означает «мелочь», «ничто». В XX веке (время выполнения перевода) денежная единица «грош» выходит из употребления. Переводчик употребляет выражение: «Нет ни гроша!» в переносном смысле, но при этом транслируя произведение в свою культуру, так как данное выражение является привычным и понятным только носителям русского языка. В этой же строфе появляется понятие король - roi (m): «Si le roi pouvait attendre!» (если бы король мог ждать!), - восклицает жена бедного Жака. В английском переводе данное понятие находит соответствующий коррелят king, в русском переводе начала 20 века - король. Однако в переводе В. Ку-рочкина XIX века, данное понятие, не свойственное русской культуре, не упоминается. Смысл строки франкоязычного произведения, приведённой выше передан обобщённо: «Ах! Если б ждать эти люди умели!.. »

В четвёртой строфе подлинника встречается старая французская земельная мера арпан: «On compte avec cette masure, un quart d'arpent.» (С этой лачугой получается четверть арпана). В англоязычном переводе французская реалия передана обобщённо: «scrap of ground» (клочок земли). В строфе говорится о том, что земля, принадлежащая этой семье, унавожена нищетой, а урожай собран ростовщиком. Очень близко передана строфа в русскоязычном варианте советского времени:

Как дорого - помещик знает -Мы платим за участок свой! Он унавожен нищетой, А урожай лихва снимает! Однако в переводе появляются реалии, свойственные русской культуре, такие как, помещик (землевладелец, владеющий поместьем, вотчинник в России конца XV - начала XX веков), устаревшее слово лихва (прибыль, процент с отданного взаймы капитала), которые русифицируют произведение. Русский перевод XIX века является вольным, пропитанным русским духом: Нет ничего у нас! Раньше все взято... Даже с кормилицы нивы родной, Вспаханной горькою нашей нуждой, Собран весь хлеб для корысти проклятой. Исконно русские концепты нива, кормилица не имеют эквивалентов в иностранных языках. Земля издревле кормила русского крестьянина, поэтому называли её ласково, с любовью: «родная», «кормилица». Выражения из последующих строф: «сбудь за бесценок», «с голоду еле сто-

ишь на ногах», не имеющие коррелятов в подлиннике, способствуют трансляции произведения в русскую культуру

Английский вариант строфы довольно точно передаёт лексическое наполнение подлинника, что свидетельствует о родственности европейских языков и культур.

В следующей строфе жена Жака восклицает: «Beaucoup de peine et peu de lucre!» (много горя и мало дохода). Перевод данной строфы заслуживает внимания в иноязычных текстах. В англоязычном переводе строфа передана как: «Much pain and little comfort knowing». В данном контексте слово comfort может быть переведено, как «комфорт, удобства», «содействие, поддержка, помощь», «отдых, расслабление». Скорее всего концепт comfort для англичан включает все эти понятия, но ни одно из них не связано с понятием доход, употреблённом в подлиннике. В одном из русскоязычных переводов (XX век): «Один лишь труд, но мало пищи...» Перевод XIX века: «Вечно работа и вечно невзгода!» Таким образом, ни в одном из переводов речь о доходе не идёт. Данное понятие в подлиннике подтверждает общепринятое мнение о французах, как о рационалистах и экономных людях, умеющих считать деньги. Английский этнос характеризуется стремлением к комфорту и отдыху, тогда как для русского этноса первоочередное значение имеет пища.

Следующие строки: «Tout ce qui nourrit est si cher! Et le sel aussi, notre sucre!» (всё что кормит, так дорого, и соль тоже, наш сахар - дословный перевод) свидетельствуют о том, что во Франции

XIX века цены на соль были высоки. В других странах соль также стоила очень дорого, поэтому каждый переводчик передал эту мысль посредством своего языка. «Good strengthening food so dear is growing. And salt, the poor man's sugar too.» «Все, что нам нужно, все дорого -страх! Самая соль - этот сахар народа,» - Василий Курочкин XIX век. «Фунт соли дорог чересчур, а соль ведь это сахар нищих», - В. Дмитриев

XX век. В последнем переводе встречается старорусская мера веса «фунт» (0,41 кг). Раньше сахар и соль на Руси продавались фунтами. Вместе с другими старорусскими мерами веса, фунт был отменён в России в 1924 году. В. Дмитриев, переводивший песню в середине XX века, невольно транслирует французскую песню в русскую культуру досоветских времён. Далее в данном переводе встречается устаревшее слово «скры-

120

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 2, 2009

ня» (по словарю Ушакова - ларец, короб): «На две-три мыши больше в скрыне». Данная лексическая единица также придаёт переводу оттенок старинности.

Последняя строфа французского произведения представляет собой слова автора: жена Жака зовёт его напрасно, он испустил дух; для тех, кто изнурён работой, смерть - это «мягкая подушка» (дословный перевод). И автор просит простых людей помолиться о жене Жака. Английский вариант лексически близок к подлиннику. Однако английский автор обращается к добрым христианам с просьбой помолиться за жену Жака: «Good Christians, pray for his poor wife!» Это свидетельствует о культе религии в Англии эпохи королевы Виктории. Русскоязычный перевод XIX века также характеризуется высокой набожностью. Часто встречаются обращения к богу: Господи!.. Входят... Но ты... без участья Смотришь... ты бледен... как страшен твой взор! Боже! недаром стонал он вечор!

В последней строфе:

Братья, молитесь за мать и сироток!

Для русского религиозного общества XIX века характерны обращения к людям, свойственные скорее священнослужителям: братья, сёстры.

В переводе, выполненном в советское время упоминание Бога, обращения к высшим силам, религиозные обращения не встречаются, что обусловлено эпохой выполнения перевода. В советское время церковь была официально запрещена, поэтому переводчик не осмелился либо не захотел по идеологическим соображениям упоминать имя Бога и употреблять религиозные обращения. Последние строки: «Те, кто измучены нуждой, лишь в смерти обретут покой! О, кто сироток пожалеет!» Однако в обоих русских переводах речь идёт о сиротах. Во французской песне говорится лишь о жене Жака и ни слова о детях. Видимо, проблема сиротства в России XIX и XX веков была очень актуальной, поэтому перевод-

чики вводят в канву произведения новых персонажей: детей бедняка.

Проведённый анализ показал, что английский перевод является самым близким к оригиналу, однако некоторые реалии, свойственные французской культуре, заменяются на аналогичные англоязычные. Концепты, важные для французского этноса, переданы экспонентами концептов, имеющих значение для англичан. Два русскоязычных перевода насыщены понятиями, свойственными русской культуре. Перевод XIX века лишает произведение французского духа, обобщая тему песни и вводя в канву произведения русские паремические выражения, религиозные обращения, русифицирует песню французского автора. Перевод советских времён сохраняет французские имена, но, использование устаревших слов и выражений, свойственных русской культуре XIX века, русифицирует произведение, а полное элиминирование религиозной тематики отражает советскую эпоху. Таким образом, каждый перевод, независимо от воли переводчика, несёт черты своей культуры и эпохи его выполнения.

Библиографический список

1. Беранже Пьер-Жан. Избранное. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. - 265 с.

2. Бердяев Н.А. Судьба России. - М.: МГУ, 1990. - 490 с.

3. Галустова О.В. Этнопсихология: Конспект лекций. - М. : Приор-издат, 2005. - 160 с.

4. Лурье С.В. Историческая этнология. - М.: Аспект-пресс, 1998. - 445 с.

5. Попова З.Д. Язык и национальная картина мира. - Воронеж: Истоки, 2003. - 60 с.

6. Béranger. Oeuvres choisies. - М.: Прогресс, 1980. - 421 с.

7. Pierre-Jean de Béranger, selected and translated by William Anderson Lyrical Poems. - Edinburgh: Sutherland & KNOX, 1847. - 218 с.