Таксисные значения причастных форм немецкого языка

ТАКСИСНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ПРИЧАСТНЫХ ФОРМ НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА

TAXIS MEANINGS OF GERMAN PARTICIPLES

О.М. Снигирева O.M. Snigireva

Таксис, зависимый таксис, функционально-семантическое поле, таксисные значения, одновременность, предшествование, следование, причастия.

В статье рассматриваются значения причастных форм немецкого языка в контексте функционально-семантического поля таксиса. Рассматривается формирование таксисных отношений одновременности и разновременности в немецком языке, определяются тенденции в использовании различных средств для выражения таксисных значений причастий в немецком языке.

Taxis, dependent taxis, functional-semantic field, taxis meanings, simultaneity, forerunning, following, participles.

The paper examines the meanings of participles of the German language in the context of the functional-semantic field of taxis. The formation of taxis relations of simultaneity and time difference in the German language is analysed, the trends in the use of various means to express taxis meanings of participles in German are identified.

Настоящая работа посвящена исследованию средств выражения таксисных значений неличных форм глагола на материале немецкого языка.

В речи аспектуальные, темпоральные и таксисные значения тесно переплетаются друг с другом, выступая как компоненты комплексного семантического целого. Связь элементов таксиса и аспек-туальности проявляется в том, что характеристика временных отношений между действиями включает и характеристику протекания данных действий во времени, т. е. аспектуальную характеристику. Немецкому языку чужда категория аспекта втом виде, как она представлена в русском языке. Если в русском языке таксис представляет собой признак, производный от аспектуальной характеристики глагольных форм, то в немецком языке имеет место триада в виде темпорально-таксисно-аспектуального комплекса. Актуальность анализа вышеназванного семантического комплекса определила направленность исследования.

Необходимо отметить, что многие немецкие грамматисты занимались и занимаются проблемой временной соотнесенности нескольких действий между собой, хотя данный термин не фигурирует в их трудах (Н. Brinkmann, 1971; А. Steube, 1980; H.Weinrich, 1964; D. Wunderlich, 1970; G. Zifonun, 1996). Специальные исследования таксиса как особой функционально-семантической ка-

тегории на материале немецкого языка проводились А.И. Бородиной, С.М. Полянским, Р.З. Мурясо-вым, Л.Н. Гареевой (А.И. Бородина, 1975; Р.З. Муря-сов, 1993, Л.Н. Гареева, 2003; С.М. Полянский, 1987).

Принято считать, что причастие, в отличие от прилагательного, представляет собой признак во времени, т. е. причастие обладает категорией времени. Особенности категории времени у причастий получают в литературе разную интерпретацию, поэтому остается неясным вопрос о характере времени: является ли оно только относительным или, наоборот, преимущественно абсолютным.

Исходя из того, что причастия парадигматически связаны с финитными глаголами, возникает вопрос, что представляет собой время причастий и совпадает ли оно со временем глагола.

Спрягаемые формы глагола имеют по отношению к моменту речи три морфологически выраженных времени: настоящее, прошедшее и будущее. В причастиях морфологически выражены два времени. На основе проведенного исследования мы пришли к выводу, что время причастий соотносится не с моментом речи, а с другим действием предложения, выраженным спрягаемой глагольной формой или неспрягаемой, т. е. имеет соотносительный характер. Причастия настоящего времени означают одновременность с действием, выраженным спрягаемой формой глагола, в каком бы

времени эта спрягаемая глагольная форма ни стояла. Причастия же прошедшего времени обозначают действие-признак, предшествующее действию, выраженному спрягаемой глагольной формой.

Семантические признаки «время», «аспекту-альность», «залог» и «таксис» в немецком языке образуют нередко неразрывный семантический комплекс. При темпоральной характеристике причастий, по мнению Р.З. Мурясова, следует дифференцированно рассматривать их атрибутивное, предикативное и независимое употребление [Мурясов, 2000, с. 43]. В зависимости от этого в вышеназванном комплексе на передний план может выступать тот или иной семантический признак. В лингвистической литературе указывается на наличие у причастных форм категории времени, а именно относительного временного значения. В причастных формах разных языков выделяется три типа относительного временного значения, т. е. три вида таксиса - предшествование, одновременность, следование во времени. Прежде чем рассматривать зависимый таксис в современном немецком языке, необходимо уточнить, что понимается языковедами под отношениями одновременности / разновременности.

Одновременными считаются два действия, если может быть выделен общий темпоральный отрезок их протекания, называемый A.B. Бондарко «срединным фиксируемым периодом» [Бондарко, 1984, с. 118]. Другим признаком одновременности двух действий считается то, что оба они (либо одно из них) являются процессными [Акимова, Козинцева, 1987, с. 258]. «Предложные конструкции одновременности всегда выражают процесс, на фоне и в рамках которого протекает действие финитного (главного, опорного) предиката» [Мурясов, 2001, с. 36].

В формировании таксисных отношений разновременности в немецком языке существенную роль играют такие аспектуальные характеристики, как предельность / непредельность, достигну-тость / недостигнутость предела действием и т. д., основным среди указанных выше аспектуальных признаков является отношение к пределу (или значение лимитативности), которое определяется прежде всего лексическим наполнением сочетающихся предикатов и не имеет регулярного грамматического выражения в немецком языке. В рамках

данного способа лингвистического представления временной координации действий наиболее типичной является передача отношений разновременности действий посредством значения достигнутое™ предела соответствующих предикатов.

Еще одним способом представления таксисных отношений разновременности является пре-кращенность действия, которая указывает на несовмещение внутренних времен двух действий в рамках целостного временного периода [Гарее-ва, 2003, с. 56].

При анализе функционального аспекта причастий речь идет о сфере зависимого таксиса, который понимается как «временное отношение между действиями, из которых одно является основным, а второе- второстепенным (сопутствующим)» [Бондарко, 1987, с. 239]. Причастные конструкции относятся к зависимому таксису потому, «что при выражении временной соотнесенности здесь, так же как и в конструкциях с деепричастиями, представлена градация основного и побочного действия, распределение рангов первичной и вторичной предикации. Речь идет о вторичной предикации особого вида - связанной с атрибутивными отношениями» [Бондарко, 1987, с. 239]. По существу, в причастных таксисных конструкциях речь идет не о главном и сопутствующем действии, а о главном действии-предикате и о соотнесенном с ним в высказывании, не сопряженном непосредственной семантической связью атрибуте, включающем отношения вторичной предикации.

В плане языковой репрезентации междутакси-сом одновременности и таксисом разновременности в немецком языке обнаруживаются существенные различия. Главное из них заключается в отсутствии в морфологии немецкого глагола специальных временных форм, выражающих одновременность, и в относительно большом количестве глагольных форм, призванных выражать разновременность. В качестве единственного грамматического средства выражения одновременности служит презентное причастие. Подобная грамматическая особенность таксиса одновременности в немецком языке компенсируется богатым набором предлогов со значением одновременности. Таксис разновременности выражается в немецком языке следующими средствами: 1) специальные временные формы: плюсквамперфект, футур 2 и перфект;

2) соположение одинаковых форм; 3) соположение временной формы и перфектного причастия; 4) соположение временных форм и инфинитива.

Таксис разновременности имеет разные семантические подтипы, отличающиеся друг от друга наличием или отсутствием четкой отграничен-ности контуров «индивидуальных внутренних времен» соотносимых действий. Можно выделить следующие разновидности таксиса предшествования: строгая или сильная разновременность; нестрогая или слабая разновременность. Существование различных таксисных значений рассматривается как отражение неоднородности и нецелостности общекатегориальной семантики, какой является семантика всего функционально-семантического поля таксиса немецкого языка в целом.

Таксисные формы могут иметь различный категориальный статус, т. к. три основных таксисных значения могут выражаться и с помощью финитных и нефинитных форм глагола, и с помощью союзов, предлогов в совокупности с финитными формами глагола, отглагольными именами. В немецком языке в выражении таксисных значений участвуют финитные формы глагола (Perfekt -Praesens, Plusquamperfekt- Präteritum, Futur II-Futur I).

Основными средствами образования оппозиции «одновременность - предшествование» в немецком языке являются презентное причастие и причастие прошедшего времени [Мурясов, 2000, с. 43].

Темпоральный признак причастия II зависит от субграмматических семантических признаков переходности / непереходности и предельности / непредельности. В немецком языке причастие I и причастие II имеют три вида грамматических оппозиций:

1) таксисно-темпоральную (ankommend -angekommen);

2) таксисно-залоговую оппозицию «одновременность и активность- предшествование и пассивность» у предельных глаголов (lesend - gelesen);

3) залоговую оппозицию стаксисным значением одновременности (liebend-geliebt).

Причастие II непереходных непредельных глаголов не употребляется в атрибутивной функции, а встречается только как компонент аналитических форм глагола. Однако встречаются также фор-

мы страдательного залога от непереходных глаголов, управляющих косвенным падежом с объектным значением: в русском языке командовать армией - командуемая им армия (РГ 1980. 668), в немецком языке Ihm wurde gut geholfen.

В атрибутивном употреблении причастия прошедшего времени в русском языке и причастия II предельных глаголов в немецком языке характеризуются семантическим признаком перфективно-сти: рус. взошедшее солнце, нем. die aufgegangene Sonne. Причастие II дуративных глаголов в атрибутивном употреблении входит в противоречие со своим названием «перфективное причастие», или «причастие прошедшего времени», т. к. оно противопоставляется причастию I не по темпоральному признаку, а по признаку залоговости, нем. liebend -geliebt. В русском языке причастие настоящего времени образует оппозицию «актив - пассив»: любящий-любимый. Причастие II, перфективные формы причастия и герундия и транзитивных терми-нативных глаголов всегда однозначно выражают таксис предшествования.

В отличие от русского языка, употребление презентного причастия для выражения одновременности на любой временной плоскости в немецком языке носит универсальный характер: Du siehst die am Fenster sitzende Frau. Du wirst die am Fenster sitzende Frau sehen. Du sahst die am Fenster sitzende Frau.

Под таксисом следования понимается такое временное соотношение, при котором время второстепенного (сопутствующего) действия, выражаемого причастной формой, следует за действием, выражаемым глагольным предикатом [Мурясов, 2000, с. 44].

Категория следования, получившая в немецком языке название «относительное будущее» (relative Zukunft), находит свое грамматическое выражение в специальных формах конъюнктива (Futur I и Konditionalis), в большинстве языков не имеет формального выражения в неличных формах глагола.

Анализ собранного материала позволяет говорить о том, что в немецком языке можно выделить первичное грамматическое значение причастных форм и вторичные (производные). Другими словами, в немецком языке имеются причастные формы, однозначно выражающие одно из таксисных значе-

ний. К таковым можно отнести причастие I для выражения одновременности; причастие II термина-тивных глаголов для выражения предшествования.

«Во многих языках таксис объединен в рамках одной категории либо со временем, либо с видом. Сочетание таксиса и времени дает значение сложной временной организации, выражаемой в некоторых языках специальными формами, входящими в систему так называемых относительных времен» [Маслов, 1984, с. 8]. Вместе с тем таксис-ные значения одновременности, предшествования и следования во времени регулярно возникают в результате взаимодействия, так что в некоторых языках выражение таксисных отношений может рассматриваться как одна из важнейших функций глагольного вида. Тем самым категория вида сближается с категорией относительного времени.

Таким образом, на основе вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

- в причастных формах разных языков выделяется три типа относительного временного значения, т. е. три вида таксиса - предшествование, одновременность, следование во времени;

- использование конструкций с перфектным причастием для выражения предшествования и презентного причастия для выражения одновременности в немецком языке имеет ограниченный характер.

- презентное причастие является единственным грамматическим средством выражения одновременности в немецком языке. Основным способом выражения разновременности в немецком языке является соположение временных форм в структуре одного предложения или в контактирующих независимых предложениях при условии, что выражаемые ими действия хронологически совместимы.

Список сокращений

РГ- Русская грамматика.

Библиографический список

1. Акимова Т.Г., Козинцева H.A. Зависимый таксис

// Теория функциональной грамматики. Аспек-

туальность. Л., 1987. С. 257-274.

2. Бондарко A.B. Таксис // Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. Л.: Наука, 1987. 352 с.

3. Бондарко A.B. Функциональная грамматика. Л.: Наука, 1984. 133 с.

4. Бородина А.И. Категория таксиса в современном немецком языке в сопоставлении с категорией таксиса в английском: автореф. дис.....

канд. филол. наук. Киев, 1975. 25 с.

5. Гареева Л.Н. Независимый таксис в немецком языке: дис. ... канд. филол. наук. Уфа, 2003, 161 с.

6. Маслов Ю.С. Из истории второго причастия германских языков // Язык и мышление. М.: Наука, 1984.

7. Мурясов Р.З. Некоторые проблемы аспекто-логии // Вопросы языкознания. 2001. № 3. С. 60-69.

8. Мурясов Р.З. Неличные формы глагола // Вопросы языкознания. 2000. № 2. С. 43-56.

9. Полянский С.М. Одновременность / разновременность и другие типы таксисных отношений // Теория функциональной грамматики. Л., 1987. С. 243-257.

10. Разумовская В.А. Информационная неоднозначность художественного текста: Неисчерпаемость оригинала и переводная множественность // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. 2012. № 3. С. 269-273.

11. Русская грамматика / под ред Н.Ю. Шведова. М.: Наука, 1980. Т.2: Синтаксис. 709 с.

12. Brinkmann Н. Die deutsche Sprache // Gestalt und Leistung. Düsseldorf: Pädagogischer Verlag. Düsseldorf, 1971. 939 S.

13. Steube A. Temporale Bedeutung im Deutschen. Berlin, 1980. 219 S.

14. Weinrich H. Textgrammatik der deutschen. Mannheim; Leipzig; Wien; Zürich: Dudenverlag, 1993. 721 S.

15. Wunderlich D. Tempus und Zeitreferenz im Deutschen. Berlin, 1970. 358 S.

16. Zifonun G., Ludger H., Strecker B. Grammatik der deutschen Sprache / G.Zifonun. Berlin; New York: Verlag Walter de Gleiter, 1996. 2569 S.