К проблеме выбора термина для названия форм цветообозначения в языке

рообрядцев / Е. Н. Бекасова // «Наши» и «чужие» в российском историческом сознании : материалы Междунар. науч. конф. - СПб., 2001. - С. 117-120; Бекасова, Е. Н. Гетерогенность элементов через призму языкового пуризма старообрядцев / Е. Н. Бекасова // V Житниковские чтения : Межкультурные коммуникации в когнитивном аспекте. - Челябинск, 2001. - С. 116-122.

12 Е 1891 - Евангелие из Библии съ параллельными мИстами (тиснение первое). -СПб., 1891.

13 П 1891 - Псалтирь из Библии съ параллельными мИстами (тиснение первое). -СПб., 1891.

14 П 1743 - Псалтирь съ восследованием. - М., 1743.

15 Подробнее об этом см.: Бекасова, Е. Н. Миф о превосходстве южнославянских по происхождению рефлексов в истории русского языка / Е. Н. Бекасова // Филол. науки. - 2005. - № 2. - С. 42-49.

16 См.: Бекасова, Е. Н. О генетической организации системы русского языка / Е. Н. Бексова // Вестн. Оренбург. гос. ун-та. - 2005. - № 2. - С. 90-94.

17 См.: Бекасова, Е. Н. Процессы трансплантации в истории русского языка / Е. Н. Бекасова // VIII Житниковские чтения : Информационные системы : гуманитарная парадигма : материалы Всерос. науч. конф. (Челябинск, 20-22 февр. 2007 г.). - Челябинск, 2007. - С. 47-50.

18 Древние Российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым / изд. подг.

А. П. Евгеньевой, Б. Н. Путиловой. - М. ; Л., 1958.

19 Статистические параметры южнославянских по происхождению элементов в русских народных говорах // Вестн. Оренбург. гос. пед. ин-та. Гуманит. науки. Языкознание. - 1997.- № 2 (6). - С. 4-14.

Д. Н. Борисова

К ПРОБЛЕМЕ ВЫБОРА ТЕРМИНА ДЛЯ НАЗВАНИЯ ФОРМ ЦВЕТООБОЗНАЧЕНИЯ В ЯЗЫКЕ

Данная статья посвящена проблеме выбора термина для лексических единиц с цветовым значением, которая становится все более актуальной, поскольку в современной лингвистической науке языковеды используют различные термины для обозначения слов и выражений со значением цветовых оттенков, применяя либо калькированные термины, либо неточные наименования, либо описательные выражения. Возникают попытки ввести в научный обиход новые термины, что свидетельствует о несогласованности подходов к исследуемой группе слов. Автор статьи делает попытку уточнить существующие лингвистические термины и унифицировать их.

Ключевые слова: термин, цветообозначение, лексические единицы.

Феномен цвета, цветовосприятие и процесс цветообозначения являются предметами многочисленных исследований как в зарубежной, так и в отечественной науке. Многоаспектность исследований и разнообразие научных подходов обусловлены тем, что явление цвета является многомерным и его можно рассматривать с позиций различных наук.

Повышенное внимание языковедов и других ученых к цвету и названиям цветов привело к появлению многочисленных теорий и взглядов, зачастую нахо-

дящихся на стыке различных отраслей науки.

Нами был проведен анализ работ по исследованию слов и выражений, обозначающих цветовые оттенки в различных языках.

Многочисленные исследования лингвистов посвящены отдельным аспектам цветовой лексики: составу и семантической структуре, значению и построению семантических полей, стилистическим функциям. Существуют исследования, посвященные соотношению зон физического цветового спектра, физиологических параметров и языковых категорий для различных языков, распространенности и различным типам слов, обозначающих цвета, психолингвистическому аспекту цвета.

Изучением цветовых представлений на разных уровнях их развития в культурах народов мира занимались Б. Берлин, П. Кей (1969), В. Тернер (1983),

В. И. Шерцль (1984) и др. Цветообозначающая лексика служит материалом для решения таких задач, как разработка методов исследования семантических отношений (Фрумкина P. M., 1984), история языка (Бородина М. А., Гак В. Г., 1971; Бахилина Н. Б., 1975), проблемы языка и мышления (Шемякин Ф. Н., 1960; Saunders В., 1997). В последнее время стала популярной методика, связанная с сопоставлением системы названий цвета в различных языках (Корсунская Т. Г., Фридман Х. Х., Черемисина М. И., 1963; Свешникова Г. С., 1969; Василе-

вич А. Л., 1987; Кульпина В. Г., 2001 и др.). Чрезвычайно интересны исследования цветовой лексики как художественного средства языка писателя (Соловьев С. М., 1976; Лопатин В. В., 1980; Качаева Л. А., 1981, 1984; Брагина А. А., 1983 и др.). Большое внимание заслуживают работы по разнообразным прикладным аспектам: психологии и психодиагностике (Luscher 1971), использование цвета в рекламе (Василевич А. П., Мищенко С. С., 1999) и др.

У лингвистов вызывают также активный интерес свойства сочетаемости названий цветов и определяемых ими предметов, явлений; фразеология, основанная на цветовой лексике, семиотика цвета в контексте художественной литературы, мифологии, сказки. Наблюдается всё возрастающий интерес к выявлению национально-специфических особенностей цветовой лексики в разносистемных языках. Также перспективна и работа по символике цвета, начатая еще И. В. Гёте. Вообще трудно назвать область лингвистики или психологии, в которой бы не привлекалась цветовая лексика.

При всем многообразии подходов к исследованию цветовой лексики, а также при многочисленности аспектов цветовой лексики, которым языковеды уделяют внимание, при анализе лингвистических исследований нами было отмечено, что данная область изучения лишена систематичности и унифицированной лингвистической терминологии.

В исследованных работах при описании лексем, называющих цветовые оттенки, были отмечены следующие понятия: «цветообозначение», «цветонаимено-вание», «имя цвета», «название цвета», «цветовой термин», «термин цвета», «выражение (наименование) с цветовым компонентом», «прилагатель-

ное/существительное со значением цвета».

В целом можно выделить пять тенденций в терминологическом описании интересующих нас лексических единиц.

Первая характеризуется употреблением понятия «цветообозначение». Этот термин является, пожалуй, самым распространенным среди исследованных нами работ. Данное понятие встречается в исследованиях В. А. Московича (1960), Н. Б. Бахилиной (1975), М. Ф. Мурьянова (1979), В. Тэрнера (1983), Т. И. Шхвацабая и Л. В. Полубиченко (1985), А. И. Белова (1988), Н. Линдгрен

(1997), А. Вежбицкой (1999), Т. И. Вендиной (1999), В. Г. Кульпиной (2GG1), С. Г. Тер-Минасовой (2GGG), О. А. Корнилова (2GG3), Л. Р. Гатауллиной (2GG5), С. А. Питиной (2GG5), Е. Н. Поляковой (2GG6) и многих других авторов.

Вторая - применение понятия «имя цвета», «цветонаименование». Данные термины встретились нам в работах В. А. Московича (196G), Р. М. Фрумкиной (1984, 2GG1), А. П. Василевича (1987), Т. А. Михайловой (1994). Данный термин можно сравнить с термином “colour naming” в зарубежной лингвистике.

Третье направление характеризуется использованием в отечественном языкознании выражения «цветовой термин», «термин цвета» (“colour term”), впервые примененного в работе Б. Берлина и П. Кея «Базовая цветовая терминология» (“Basic Color Terms! Their Universality and Evolution”, 19б9). При анализе работ отечественных лингвистов было выявлено, что данное выражение употребляется как синоним к понятию «цветообозначение», в частности, в работах Т. И. Вендиной (1999), В. Г. Кульпиной (2GG1) и других авторов. По всей видимости, данное понятие возникло как раз на базе термина, предложенного Б. Берлином и П. Кеем, т. е. является калькированным лингвистическим термином в русском языке.

Четвертая тенденция - употребление вместо конкретного термина описательных выражений типа «наименование с цветовым компонентом», «название цвета», «прилагательное со значением цвета», «цветовое прилагательное». Данные выражения встретились нам в работах Е. В. Рахилиной (2GGG), Ф. Озхан (2GGG), О. В. Тороповой (2GG6).

Последняя тенденция, которая стала ярко проявляться в работах современных лингвистов, - попытки создать и внедрить конкретный лингвистический термин і так, в работе С. А. Цыгановой «Цветообозначения в фольклоре і символика, смысл, традиция» (2GGG) встретился термин «окказионализм-хроматоним», который автор употребляет для обозначения «редких, а иногда и уникальных слов-цветообозначений, или даже иногда группы слов, грамматически попадающих в разряд определений»1.

Еще один термин, недавно вошедший в обиход лингвистов, - это «колоро-ним». Данный термин был использован в диссертационных работах О. Аркуши «Колороніми в структурі фразеологізмів в англійській мові» (2GG1)2,

С. Л. Кирьянова «Семантико-стилистический потенциал фразеологических единиц с компонентом-колоронимом в квебекском и метропольном вариантах французского языка» (2GG5)3. Термин «колороним» упоминается в автореферате диссертационной работы Э. А. Николаевой «Первичное фразообразование в бельгийском варианте французского языка і семантический аспект» (2GG6). По словам данного автора, термин «колороним» принадлежит Г. Г. Соколовой4.

Таким образом, на современном этапе изучения лексических единиц, обозначающих цветовые оттенки, в лингвистике наблюдается отсутствие однообразия в терминологическом обозначении подобных слов и выражений. Следовательно, необходимо унифицировать разнообразные способы терминологической номинации в данной области.

Первое направление, т. е. применение понятия «цветообозначение» в качестве термина для лексических единиц, называющих цвета, понимается нами скорее не как результат - конкретное слово или словосочетание, например, синий, или белый, или цвета спелой вишни, - а как процесс. Перефразируя, цветообозна-чение - это процесс обозначение цвета в языке, т. е. различные способы номинации цветовых оттенков.

Здесь можно отметить различные способы словообразования: обозначение цветов с помощью прилагательных (красный, англ. violet, нем. blau), существительных (синева, англ. redness, нем. Weisse), глаголов (посинеть, англ. to redden, нем. schwarzen) и других частей речи, а также обозначение цветовых оттенков с помощью добавления префиксов и приставочных слов (синий-пресиний, ярко-красный, нем. enzienblau), суффиксов (сероватый), сложения основ (сине-черный, англ. poppy-red), аббревиации (например, использования блендов типа англ. breen), с помощью словосочетаний двух слов (цвета земляники, светлый орех, англ. lavender mist, cool silver), образных словосочетаний (голубой с дымкой, зеленый с белыми переливами, англ. naive rose, pale pink shine); образование номенклатурных названий цветов с использованием числительных и аббревиации (Сиреневый К55/М, Белый перламутр QX1/P, англ. Pure Pearl White N2, R-81 Milano Red) и т. д.

Говоря о второй тенденции, т. е. использовании понятий «имя цвета», «цве-тонаименование», необходимо учитывать, что термин «имя» в широком смысле применяется как «слово, реже сочетание слов, называющее вещь или человека»5.

Отличительные черты имен как типа слов связаны также с особенностями процесса номинации, приводящего к появлению имен, и с ролью имен в предложении. С грамматической точки зрения при разделении на части речи существуют следующие «имена»: имена существительные, которые в свою очередь подразделяются на имена собственные и имена нарицательные, и имена прилагательные. Таким образом, понятие имени относится, прежде всего, к объекту и его свойствам. Однако при рассмотрении понятия «имя» в более широком аспекте становится ясно, что к именам относятся также лексемы, отвлеченные от субстанциональных свойств, т. е. глаголы и наречия с абстрактным значением, которые служат для обозначения временных, причинно-следственных, условных и других отношений и признаков. Таким образом, в языке существуют «имена предметов», «имена признаков», «имена процессов», «имена состояния», «имена абстрактных понятий»5.

Таким образом, понятие имени относится либо к грамматическому разделу языкознания (учению о частях речи), либо к ономасиологическому разделу (процессу номинации). С грамматической точки зрения термин «имя цвета» неправомерен, но в номинативном аспекте данный термин можно использовать только при изучении базовых названий цветов, т. к. их можно отнеси к «признаковым именам», поскольку такие лексемы как «белый», «черный» и др. возникли в результате первичной номинации. Если говорить о периферийных, или неосновных названиях цветов, то здесь процесс номинации идет по определенным моделям (например, метафорического переноса: цвета морской волны, англ. iceberg white), т. е. налицо процесс вторичной номинации. В этом случае понятие «имя цвета», на наш взгляд, неприменимо.

Выражения «термин цвета», «цветовой термин», как было указано выше, возникли в связи с распространением идей Б. Берлина и П. Кея. Рассмотрим понятие «термин»: термин определяется как «слово или словосочетание, обозначающее понятие специальной области знания или деятельности»5. Термины являются ядром языков профессиональной коммуникации, они принадлежат определенной терминосистеме. Кроме терминов, вокруг терминов возникают их социально и профессионально ограниченные синонимы - профессионализмы и жаргонизмы, термины также выступают в качестве гиперонимов для номенклатурных единиц. Таким образом, очевидна связь термина с определенной областью знаний или специальностью (например, существуют научные термины, технические термины, медицинские термины и т. д.). В этом случае возникает вопрос, существует ли не-

кая «терминосистема цвета», в которую входят «термины цвета», т. е. существует ли специальный язык, язык профессиональной коммуникации, где «термины цвета» использовались бы как основа для устного и письменного общения.

Действительно, существует наука колористика, изучающая и объясняющая явления цвета: происхождение цвета тел и всех наблюдаемых объектов, изменения цвета при различном освещении и на различных расстояниях, смешение, взаимодействие цветов и основы их гармонизации. Однако ее основными терминами являются «цвет», «цветовой тон», «насыщенность», «контраст», «колорит», «смешение цветов» и т. д. В колористике не существует конкретного «термина цвета», а понятие «название цвета» является лишь определением цветового оттенка (например, красный цвет, синий цвет, сине-зеленый цвет и т. д.)6.

При этом названия цветов применяются не только в колористике, но и в других областях науки и производства (в составе терминов, номенклатурных названий, профессионализмов в экономике, архитектуре и строительстве, дизайне, машиностроении, косметологии и др.), т. е. так называемые «термины цвета» не являются принадлежностью некой «терминосистемы цвета». Таким образом, выражение «термин цвета» - еще один способ описания лексем с цветовым значением, поэтому, на наш взгляд, оно неприменимо.

Перейдем к попыткам языковедов использовать более конкретный лингвистический термин для обозначения лексических единиц с цветовым значением. Термин С. А. Цыгановой «хроматоним» (от греч. chroma «цвет» + onym «имя»), с нашей точки зрения, может быть применен не ко всем названиям цветов. Безусловно, в отношении названий ахроматических цветов («бесцветных») - белого, черного и серого - данный термин не может быть использован. В этом случае возникают сложности с окказиональными и номенклатурными названиями цветовых оттенков белого, черного и серого: например, угольно-черный, белый жемчуг, англ. charcoal black, iceberg white, black onyx.

Недавно вошедший в употребление термин «колороним» (лат. color «цвет» + греч. onym «имя») является, на наш взгляд, более удачным, поскольку он может быть применен для обозначений названий любых цветовых оттенков (в том числе и ахроматических). Вполне возможно, что данный термин получит довольно широкое употребление, поскольку он образован на основе распространенной модели, по которой были образованы такие термины как гидроним, зооним, фитоним и др.

Наряду с данным термином, во избежание тавтологии в научных работах допустимо использование выражений типа «название цвета», «прилагательное/существительное/глагол/наречие со значением цвета/ с цветовым компонентом» в качестве синонимичных.

Таким образом, проанализировав многочисленные работы, посвященные исследованию слов и выражений, обозначающих цветовые оттенки, мы выявили, что для них не существует унифицированного лингвистического термина. Выделяется несколько тенденций в обозначении подобных лексем: выражения «цвето-бозначение», «имя цвета», «термин цвета», «хроматоним», «колороним», а также более описательные выражения типа «наименование/название цвета», «выражение с цветовым компонентом» и т. д. Мы пришли к выводу о том, что понятие «цветообозначение» следует понимать как общий процесс обозначения цветовых оттенков в языке; понятие «имя цвета» может быть использовано в ономасиологическом аспекте, причем только при изучении названий основных цветов; использование понятия «термин цвета» некорректно, поскольку его суть размыта из-за отсутствия «терминосистемы цвета», а также его равнозначности понятию

«цветовой оттенок» в колористике; термин «хроматоним» является неудачной попыткой унификации, поскольку исключает обозначения ахроматических цветов; наиболее удачным мы считаем термин «колороним», благодаря часто воспроизводимой модели образования и «прозрачности» самого термина; остальные описательные выражения могут быть использованы как синонимичные во избежание тавтологии.

Примечания

1 См.: Цыганова, С. А. Цветообозначения в фольклоре : символика, смысл, традиция / С. А. Цыганова // Mentalitat. Konzept. Gender / Hrsg. Von E. A. Pimenov; M. V. Pimenova. - Landau : Verlag Empirische Padagogik, 2GGG - 35G S. - S. 79-99.

2 См.: Аркуша, О. Колороніми в структурі фразеологізмів в англійській мові :

Магістерська дис. освітньо-кваліфікаційного рівня «Магістр» [Электронный ресурс] / О. Аркуша. - Херсон, 2GG1. - Режим доступа :

http://revolution.allbest.ru/languages/GGGG2889.html.

3 См.: Кирьянов, С. Л. Семантико-стилистический потенциал фразеологических единиц с компонентом-колоронимом в квебекском и метропольном вариантах французского языка : дис. ... канд. филол. наук / С. Л. Кирьянов. - М., 2GG5. - 264 c.

4 См.: Николаева, Э. А. Первичное фразообразование в бельгийском варианте

французского языка : семантический аспект : автореф. дис. ... канд. филол. наук

[Электронный ресурс] / Э. А. Николаева. - М., 2GG6. - Режим доступа :

www.giop.ru/Library.

5 См.: Языкознание. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. -2-е изд. - М. : Большая Рос. энцикл., 1998. - 685 с.

6 См.: Колористика [Электронный ресурс]. - Режим доступа :

http://www.sunhome.ru/journal/l44G7.

Г. Х. Бухарова

РОЛЬ ЯЗЫКОВОГО, РЕЧЕВОГО И СОЦИОКУЛЬТУРНОГО КОНТЕКСТА В РЕАЛИЗАЦИИ ЖАНРА ЭПИЧЕСКОГО КУБАИРА

В статье впервые предпринята попытка выявить концепт1 текста эпоса «Урал-батыр», обусловивший его структурно-семантическую и семиотическую организацию. Обращается внимание на функциональный аспект связи эпического текста 7обайыр с внетекстовой реальностью, т. е. прагматике, учитывается невербальный (социальный, культурный) контекст высказывания (текста), рассматривается связь текста с законом архаичного общества - с обрядом и ритуалом и, исходя из социокультурного контекста высказывания, выдвигается гипотеза о происхождении термина 7обайыр.

Ключевые слова: «Урал-батыр», концепт, эпос, социокультурный контекст, кубаир.

Дискурсный анализ или дискурс-анализ, как особая стратегия исследования текста, предполагает комплекс методик, необходимых для понимания текста, связанных с лингвистическими и экстралингвистическими факторами, внеязыковыми семиотическими процессами. Дискурс-анализ основывается на разных типах