Вероятность в контексте постнеклассического социума

ДУХОВНЫЕ И СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ОСНОВАНИЯ ПРАВА

УДК 316 : 1 ББК 60.5

В. В. Попов, Б. С. Щеглов, Ю. Н. Усатова ВЕРОЯТНОСТЬ В КОНТЕКСТЕ ПОСТНЕКЛАССИЧЕСКОГО СОЦИУМА

В статье рассматривается понятие вероятности в постнеклассическом дискурсе. Показано, что вероятность использовалась для определенной оценки степени наступления какого-либо исторического или социального события. Особое внимание уделяется исследованию вероятности в самоорганизующихся и саморазвивающихся системах. Рассматривается корреляция вероятности, возможности и случайности.

Ключевые слова: вероятность, интегральная интерпретация, темпоральность, трансформация социума, постнеклассическая наука, самоорганизующиеся и саморазвивающиеся системы, рациональность, возможность, статистика.

PROBABILITY IN THE CONTEXT OF POST-NONCLASSICAL SOCIETY

In article the concept of probability of apost-nonclassical discourse is considered. It is shown that the probability was used for a certain assessment of extent of approach of any historical or social event. It is featured probability research in self-organizing and spontaneous systems. Correlation of probability, opportunity and accident is considered.

Keywords:probability integral interpretation, temporality, transformation of society,postnonclassi-cal science, self-organizing and self-developing system, rationality, opportunity, statistics.

Актуальность исследования понимания вероятности в постнеклассическом дискурсе прежде всего связана с трансформацией научного знания. Новая постнеклассическая картина мира, основанная на нелинейном его представлении, показала, что в рамках описания реальной действительности нелинейность предполагает введение в научный оборот специальной терминологии, которая отражает процессы, характерные для нелинейного видения мира, а именно самоорганизующиеся и саморазвивающиеся системы. Произошло радикальное революционное изменение мировоззрения, когда в рамках представления философской картины мира переосмысливаются процессы, которые происходили при трансформации реальной действительности и связывались не с причинно-следственными отношениями, а с взаимодействиями, в основе которых лежат случайные, нестабильные, спонтанные связи, характерные для нелинейного создания научной картины мира. Так, «периоды современного увлечения редукцией социального к природному сменяются второй, так же ранее пройденной установкой теоцентризма на образ инаковости будущей социальной реальности.

Эсхатологическая проекция, хотя и преимущественно в снятом виде, также сохраняется в современных прогностических проектах, так как несет в себе деятельное начало, столь необходимое в периоды кризиса гносеологических оснований» [1, с. 59].

Появилась необходимость произвести своеобразную переориентацию ряда философских понятий и категорий. При этом исследования в данном направлении не имеют широкого резонанса в современной социально-философской литературе, хотя нельзя не отметить работы В. В. Попова, который акцентирует внимание на том, что «обращение к моделированию социальных процессов и социальной структуры сегодня отличается от традиционных представлений о том, что в его основе лежит принципиально иной мировоззренческий подход - философия нестабильности, что позволяет при построении моделей социальных процессов учитывать такие важные особенности социальных систем, как стохастичность, нелинейность, поливариантность» [2, с. 56].

Приоритетное значение для нас имеют категории случайности и вероятности, претерпевшие наиболее значительное переосмысление в пост-

неклассическом дискурсе. То первоначальное значение, которое отводилось данным категориям, например, в классической науке или неклассической, существенно изменилось в связи с тем, что произошел принципиальный поворот в понимании современной картины мира, когда в центре ее стал человек как социальный субъект со своими желаниями, стремлениями, мировоззрением, оценками и так далее. Вполне понятно, что его активная, преобразующая роль предполагает перенесение определенного акцента на концептуально-семантические моменты, на тот инструментарий, который социальный субъект может исследовать и применять при изучении социально-исторического развития социума, определять особенности происходящих процессов, различать те или иные их сегменты.

С другой стороны, категории вероятности и случайности приобрели методологическое значение, так как вполне естественно, что в рамках различных проблем современной науки (и не только философских проблем) категории случайности и вероятности играют значительную роль. Именно в рамках постнеклассической науки у большинства ученых не осталось никакого сомнения относительно того, что случайность и вероятность являются философскими категориями, а не специальными терминами естественнонаучного или иного знания. В этой связи «на первое место выходят проблемы кризисных периодов, нестабильных ситуаций, социальных противоречий и так далее. Более того, подобные проблемы настолько вышли на приоритетные роли, что их изучение порождает целый комплекс проблем и представляет современное человеческое общество как внутренне противоречивое и требующее очень серьезных изменений как в теоретическом, так и в практическом смысле» [3, с. 198].

Традиционно вероятность использовалась для определенной оценки степени наступления какого-либо исторического или социального события, причем заранее оговаривались те условия, при которых они могут произойти. Идея представляется таким образом, что сопоставление вероятности с предопределенными условиями относительно, например, возможность наступления любого исторического или социального события в конечном счете позволит сопоставлять различные альтернативы или перспективы с точки зрения реализации тех возможностей, к которым данная процедура вероятности применяется. «Актуальность исследования понимания случайности и вероятности в постнеклассическом дискурсе прежде всего связаны с теми переменами, которые произошли в рамках научного знания» [4].

Это действительно является важной проблемой, так как вероятность, осуществления некоторой возможности, например социального или исторического события в локальных условиях и в конкретной ситуации, учитывает то, что с изменением этих обстоятельств может трансформироваться и вероятность реализации той или иной возможности, что в общем-то поставит перед исследователем совершенно новые проблемы и задачи. Поэтому справедливо и правомерно будет отметить, что вероятность представляется некоторой характеристикой взаимосвязи социально-исторического события с определенными обстоятельствами, так как только относительно этих неизменных обстоятельств можно будет говорить об определенной вероятности реализации выбранного социального или исторического события.

При этом когда исследователь достаточно точно представляет себе диалектику объективных и субъективных условий, то он может говорить о том, что те или иные возможности реализуются в большей или меньшей степени. Причем для локальных ситуаций подобные сравнения могут оказаться весьма эффективными. Поэтому вероятность, показывающую некоторый интервал реализации той или иной возможности, следует рассматривать как необходимую сторону возможности, причем с точки зрения ее количественной определенности. Развитие вероятности в рамках неклассической науки во многом связано с реализацией статистических методов в самых разных сферах научного знания и, соответственно, прикладным характером вероятности для отображения ряда специфических связей, различных совокупностей объектов, имеющих однородный характер. Это доказывает правильность наших выводов относительно того, что вероятность характеризует, например, категорию возможности с количественной стороны. Поскольку исследуются различные ее сферы, то может появиться новый материал, который будет использован для рассмотрения диалектики действительного и возможного в конкретных статистических ситуациях.

Однако статистические ситуации - это, конечно, не те ситуации, которые выходят на первый план в исследованиях, связанных с постнеклас-сической наукой. Это прежде всего нелинейные системы и процессы, самоорганизующиеся и саморазвивающиеся системы, ряд вытекающих из этого проблем, вплоть до возможностей человека вмешиваться в ход флуктуаций в относительно устойчивых параметрах саморазвивающихся систем.

Философия права, 2015, № 3

Проблема достаточно интересная, однако в настоящее время является малоразработанной. Следует отметить, что категории вероятности и случайности требуют доработки с точки зрения концептуально-семантического анализа. Однако постнеклассическая наука поставила и целый ряд задач, коррелирующих с методологическими аспектами вероятности, что связано с новой философской интерпретацией тех проблем, которые возникают вследствие применения вероятности в конкретных науках, в частности социологии, экономике, математике и так далее. В современной литературе, к сожалению, эти проблемы своего разрешения до сих пор не получили.

Отметим, что приведенные интенции относительно вероятности, представляемой как количественная характеристика, связанная с категорией возможности, вовсе не предполагают, что в любой ситуации эта категория будет иметь численное значение. Естественно, что подобная ситуация лишила бы ее статуса философской категории. Подобную ситуацию можно постулировать только лишь в случаях, когда подобная количественная характеристика вероятности, связанная с исчислением вероятности, имеет приложение к возможностям однородных, случайных событий, осуществление которых касается ситуации с многократным повторением, причем если это повторение одних и тех же обстоятельств и условий. В данном случае речь идет о том, что любое событие может приобрести реальное значение исходя из повторения своих исходных условий. Однако это не означает, что саму категорию случайности следует лишать ее философского статуса и связывать исключительно с количественной характеристикой сферы возможного.

Следует отметить и тот факт, что некоторые философы попытались в рамках концептуальных уточнений категории вероятности связать ее с рядом специальных терминов и с той же частотой. В данном случае, на наш взгляд, вряд ли можно говорить о том, что частота всегда относится к сфере действительности, так как она предполагает наступление результатов в рамках диалектики возможного и действительного, и рассматриваемая с позиции вероятности частота, конечно, так или иначе будет относиться к уже реализованным возможностям.

Попытка связать вероятность с частотой на основе выделения в рамках вероятности количественных и качественных характеристик и рассматривать те или иные статистические выкладки как по отношению, допустим, к конкретным философским знаниям, например, связанным как

с частотой повторений тех или иных социальных и исторических событий, так и с частотой наступления явлений во вполне конкретных сферах научного знания - в социологии, экономике, политике. Но это не является в достаточной степени проработанной проблемой, тем более что происходит и другое смешение - смешение философской категории с математическим понятием. Этого, конечно, делать не следует, так как философская категория и концепт специальной науки -понятия не только разнопорядковые, но и имеющие совершенно различные роли и значение как в контексте научного и социального знания, так и в ряду субординационно-координационных связей в современной постнеклассической науке.

В общем, схема является достаточно простой, так как вероятность относится к сфере возможного, а частота - к области уже реализовавшейся в этой сфере действительности. Нельзя не отметить и тот факт, что приведенные выше количественные моменты, связанные с вероятностью, действительно в определенных сферах будут являться своеобразным сходством между вероятностью и частотой, которое является скорее прикладным в конкретных локальных ситуациях, не носит более глобального характера, не связано ни с методологией научного знания, ни с проблемами построения в рамках постнеклассической науки нового категориального и концептуально-семантического аппарата.

Поэтому естественно, что обращение к концептам вероятности и частоты выводит нас на соотношение философских категорий случайного и вероятного уже в рамках постнеклассической науки. И в этом смысле правомерно рассуждать о том, что подобные представления позволяют утверждать, что и в рамках математического знания эти категории будут представляться по-новому -концептуально переосмысленными. Тем не менее как вероятность, так и случайность, рассматриваемые в рамках нелинейных самоорганизующихся систем, окажут свое влияние на те концептуальные и семантические аспекты математической теории, которые связаны с этими категориями. При этом очень важно подчеркнуть, что связь вероятности в качестве некоторой меры удаленности или близости той или иной возможности к реализации будет рассматриваться с позиции связи действительного и возможного в контексте реальных процессов развития социума, так как в нем фактор темпоральности играет достаточно серьезную, если не фундаментальную роль.

Причем эти понятия в рамках теории вероятности представляют собой конкретизацию самих философских категорий относительно специфи-

ки диалектики действительного, возможного, необходимого и случайного в контексте так называемых статистических закономерностей. Поэтому проблема, возникшая и связанная с установлением определенных границ использования вероятности в том виде, как она определена в рамках математического знания, является не только значимой, но и весьма принципиальной и полезной с позиции выявления содержания и переосмысления значения категории вероятности в рамках ее постнеклассического философского анализа.

Между тем в ситуациях, когда речь идет об анализе тех или иных систем, которые имеют вероятностно-случайный характер, сама вероятность является количественным индексом реализующих их возможностей, но при этом следует говорить о том, что она становится объектом научного познания и, более того, аксиологического отношения к ней со стороны социального субъекта, то есть речь идет об оценке вероятности. Отметим, что объективное значение вероятности и то ее понимание, которое существует у социального субъекта, благодаря имеющемуся комплексу знаний содержит определенные различия. Впрочем, вместе с этим различием может существовать некоторое сходство, причем оно будет характеризоваться объективной стороной знания социального субъекта и нести в себе объективный аспект процесса познания самой вероятности.

Таким образом, диалектика будет меняться в плане превращения человеческого знания. Это вовсе не означает, что вероятность уходит из

сферы человеческого познания. Она будет осуществляться независимо от тех критериев, которые характеризуют объективные возможности. Диалектика возможности и действительности ведет лишь к увеличению некоторой точности и определению тех вероятностей, которые могут показывать наилучшую степень реализации тех или иных социальных и исторических событий, что действительно важно, так как в данном случае никто не отменял противоречивый характер диалектики возможности и действительности в рамках социального и научного знания.

Литература

1. Попов В. В., Усатова Ю. Н. Прогнозирование противоречий, вероятность и феномен будущего // Приволжский научный вестник. 2012. № 5.

2. Попов В. В. Философия нестабильности и современная социальная структура общества // Приволжский научный вестник. 2012. № 4 (8).

3. Попов В. В., Лойтаренко М. В. Социальная нестабильность в информационном обществе // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2014. № 4.

4. Попов В. В., Щеглов Б. С. Вероятность и случайность в нелинейном развитии // Фундаментальные исследования. 2013. № 10.

5. Щеглов Б. С. Вероятностная история в по-стнеклассическом дискурсе // Международный журнал экспериментального образования. 2014. № 3.

УДК 330 : 1 ББК 65

С. 3. Семерник

ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ РАЦИОНАЛЬНОСТИ В СВЕТЕ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ СОВРЕМЕННОЙ СОЦИОДИНАМИКИ

В статье рассматривается вопрос о необходимости преодоления установки на исключительное использование экономического дискурса в объяснении широкого спектра проблем современной социодинамики. Экономическая рациональность, осуществляющая в последние десятилетия теоретико-методологическую «экспансию» во внеэкономические сферы гуманитарной рефлексии (культура, политика, образование и так далее), нуждается в критическом анализе, выявлении ее научного потенциала, а также предельных возможностей. Речь идет о необходимости расширения границ экономической рациональности, привнесении в нее культуроцентристских, социоцентри-стских и т. п. составляющих.

Ключевые слова: экономическая рациональность, экономикс, экономизм, экономоцентризм, культуроцентризм.