Российская промышленная политика накануне и в годы первой мировой войны

И. КАРАВАЕВА, доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник Института экономики РАН

РОССИЙСКАЯ ПРОМЫШЛЕННАЯ ПОЛИТИКА НАКАНУНЕ И В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Условия развития российского промышленного предпринимательства на рубеже XIX-XX вв. и в начале XX столетия до такой степени отличались от условий развития западноевропейской промышленности, что невольно приходит на ум крылатая фраза об «особом пути развития России».

Особой чертой российского промышленного предпринимательства, и, в первую очередь предпринимательства в тяжелой промышленности, была его неразрывная связь с государственным аппаратом и государственной казной. Возрастание роли государства во второй половине XIX в. - в период промышленного переворота, и в дальнейшем - в процессе формирования в начале XX столетия монополистического капитала в промышленности, объяснялось «недостаточностью внутреннего накопления капитала и слабостью частнокапиталистической промышленности, необходимостью для государства брать на себя некоторые такие хозяйственные функции и задачи, которые в развитых капиталистических странах с большим накоплением брал на себя частный капитал»1.

Xарактерно, что государственное влияние на процесс формирования слоя новой индустриальной буржуазии выражалось двояко:

• с одной стороны, новые промышленные дельцы получали от казны значительную, а часто и основную часть средств на осуществление своей производственной коммерческой деятельности и практически не рискуя собственным капиталом, могли получить и реально получали колоссальные прибыли;

• с другой стороны, такая тесная зависимость от государственной казны и

разветвленного чиновничьего аппарата не располагала новых русских предпринимателей к осуществлению долгосрочных проектов, направлению полученных прибылей на расширение и модернизацию производства. Зависимость от желания, интересов и просто прихоти сановного лица вызывала у предпринимателя стремление к быстрому обогащению, используя спекуляции, обман, взяточничество и казнокрадство.

На протяжении 1850-1900 гг. при прямом государственном участии возник и

разорился, за немногими исключениями, целый слой российских железнодорожных дельцов, предпринимателей в тяжелой промышленности и банковских заправил. Так, из 8 первых частных же обществ в 50-е - 60-е гг. XIX в. только 2 действовали

удовлетворительно, 5 не оправдали себя, а самое крупное «Главное общество российских железных дорог» отличалось «исключительно неумелым образом действия и

хищениями», «убыточностью» для государственной казны - в 1869 г. из 100 млн. руб. долгов частных обществ казне на это общество приходилось 89 млн. руб.2 Несмотря на это, государство в 1870-1871 гг. передало на льготных условиях казенные дороги частному капиталу, и в течение 8 лет (1871-1878 гг.) в России были только частные железные дороги. За эти годы железнодорожная сеть расширилась очень незначительно, а долги казне выросли в 5 раз (со 100 до 515 млн. руб.). Государство ежегодно выделяло по 50 млн.руб.

1 Ляшенко П.И. История народного хозяйства СССР, т. 2. - М.: Госполитиздат, 1956. С.187.

2 Мигулин П.П. «Наша новейшая железнодорожная политика и железнодорожные займы (1893-1902 гг.)». -СПб, 1908. С.3-5.

на выплату процентов и сумм погашения по займам. Почти весь дефицит по бюджету в течение 20 лет (1857-1877 гг.) был вызван поддержкой частных железнодорожных обществ3. После 1878 г. государство вновь было вынуждено заняться железнодорожным строительством за казенный счет, списав долги на сотни миллионов рублей. Весьма схожей оказалась в 70-х - 90-х гг. XIX в. роль государственного участия в образовании капиталов, а также управлении первыми крупными предприятиями новых отраслей тяжелой промышленности (передельная металлургия, транспортное машиностроение, военные заводы).

В итоге за период 1870-1890 гг. так и не был создан устойчивый слой крупной буржуазии в тяжелой промышленности4. Не получился он и из дельцов-учредителей 90-х гг., опиравшихся в годы своего расцвета на использование крупных банков. Все они обанкротились во время кризиса 1900-1903 гг., а их предприятия превратились в объекты правительственной поддержки.

В такой ситуации вполне объяснимым было нежелание крупных и солидных семейных предприятий, по преимуществу московской буржуазии, действительно обладавшей значительными капиталами, вкладывать средства в тяжелую промышленность, в новые отрасли и новые районы. Потомственные российские магнаты не желали рисковать и предпочитали получать значительные прибыли в традиционных для русской промышленности отраслях (хлопчатобумажной, перерабатывающей и др.), выросших из казенных заводов с трудом крепостных крестьян, с отсутствием традиций защиты наемного труда и крайне низкой заработной платой5, как писал об этом М. Туган-Барановский в своей работе «Русская фабрика».

Так, например, в хлопчатобумажной промышленности московского района уровень прибыли значительно превышал доходы тяжелой промышленности даже в самые благоприятные для нее 80-е гг. Этот уровень был выше, чем в металлургии и металлообрабатывающей промышленности, и лишь немногим отставал от нефтяной промышленности. До конца 90-х гг. XIX в. и в начале века XX предприятия Морозовых, товарищества Собиновской мануфактуры, Рабенек ежегодно выплачивали на свои паи дивиденды в размере от 15% до 25% и более, увеличивая сверх того за счет прибыли свои капиталы. Типичным для остальных текстильных предприятий можно считать средний дивиденд в 10%6. А в 1900-1909 гг., когда доходы в тяжелой промышленности, кроме нефтяной, резко снизились, уровень прибыли в московской хлопчатобумажной промышленности оставался высоким, и даже во время предвоенного подъема мало отставал от ведущих отраслей тяжелой промышленности. Становится очевидным, почему крупные российские дельцы в начале XX в. не предпринимали попыток вложения капиталов в новые отрасли промышленности, включая нефтяную - единственное крупное направление тяжелой промышленности с устойчивой доходностью.

Как видим, и здесь Россия пошла по своему особому пути развития: традиционный

3 Там же. С.7-8.

4 См. Гиндин И.Ф. Русская буржуазия в период капитализма, ее развитие и особенности. // «История СССР». -1963. - № 2. С.68,69. Среди новых дельцов - в 60-х - 70-х годах \1\ в. выделялись железнодорожные «короли» -С.С.Поляков, П.И.Губонин, С.И.Мамонтов, П.Г.Дерзин, Н.Ф.Мекк и др. Большинство учредителей первых заводов, такие, как братья Г. и А.Струве, Обухов, Н.И.Путилов, Голубев, князь Тенищев, вместе с другими, уже совершенно случайными учредителями вложили весьма незначительные собственные средства в возглавляемые ими предприятия. Решающим же для развития всех этих производств явились правительственное участие и скрытые субсидии.

5 Туган-Барановский М. «Русская фабрика».

6 См. «История СССР». - 1963. -№ 2. С.64.

для западноевропейских государств перелив национального капитала из отраслей легкой промышленности в сферу производства средств производства и инфраструктуру в русской промышленности в начале XX в. не состоялся.

Однако финансовый вакуум должен был быть заполнен, и это произошло - освоение новых производств и областей Российской империи стало естественным полем деятельности сначала предпринимателей иностранного происхождения, а затем и иностранного финансового капитала, которым не нужно было даже конкурировать со своими российскими собратьями. Более того, царское правительство всемерно поощряло приток иностранных капиталов в страну.

Усиленный прилив иностранного капитала в Россию начинается с 1895 г. после введения золотовалютного стандарта и прекращения колебаний курса рубля, обеспечившего устойчивость вексельного курса. В этот период ежегодно учреждается несколько десятков иностранных промышленных предприятий. Привлеченные высокой нормой прибыли, охраняемой льготными таможенными пошлинами, и не менее высокой прибавочной прибылью, вытекающей непосредственно из государственного казначейства в форме заказов, иностранные капиталы потекли в Россию.

Первыми среди иностранных инвесторов оказались французские и бельгийские капиталисты, которые поместили весьма крупные суммы в русские промышленные предприятия, преимущественно в металлургические и металлообрабатывающие производства. Немецкий капитал начал вкладывать свои средства в горнодобывающую промышленность, а английские капиталы сконцентрировались в нефтепромышленности. Общий объем иностранного капитала, оперирующего в русской промышленности к 1901 г., исчислялся в 2075 млн. франков или 778 млн. руб.7

Кризис начала века и последующая промышленная депрессия 1906-1909 гг. резко поставили вопрос о разрешении проблемы «свободной конкуренции» через концентрацию производства и акционирование, а также широкое привлечение кредитов. Однако русская банковская система, такая, какой она была в этот период, не могла удовлетворить запросы русского промышленного капитала. Вновь возникающие акционерные общества были вынуждены обращаться за содействием в реорганизации к кредитным учреждениям Запада, главным образом к французским, а также английским и германским банкам. Так или иначе, но все крупные реорганизации периода 1906-1909 гг. почти исключительно были совершены при содействии иностранных кредитных учреждений. Главными условиями этого кредита являлись: уплата высокого процента и превращение банка-кредитора в одного из крупных, а главное влиятельных акционеров предприятия. Гарантия же выпуска акций практически превращалась во владение выпуском.

К 1914 г. в руках иностранных компаний находилось от 60 до 90% российской добычи и обработки металлов, нефти, угля. Выплавка чугуна на 12 крупнейших металлургических предприятиях почти с исключительно иностранными капиталами на юге России составляла около 70% общего производства. Иностранцы участвовали в акционерных обществах, владеющих каменноугольными копями и доменными заводами, на которых производилось 93,4% общего производства кокса на юге России. Судьба южно-русской каменноугольной промышленности решалась не в России, а за границей, где находились реальные хозяйства этой важнейшей отрасли русского народного хозяйства. Около 90% имперской добычи платины находилось в руках иностранных компаний, что практически лишало Россию, обладающую богатейшими запасами этого металла, ведущей роли на

7 Воронов Л. Иностранные капиталы в России. - М., 1901. С.43-45.

мировом платиновом рынке. Русская химическая промышленность финансировалась почти исключительно германскими капиталистами в форме создания в России филиалов германских химических обществ. По приблизительным подсчетам, до войны в руках немцев находились акции русских химических обществ на сумму в 30 млн. руб. Иностранцы владели акциями русских электротехнических и электрических компаний на сумму в 150 млн. руб., что составляло примерно 90% всей суммы основных капиталов, действующих в России электрических и электротехнических предприятий8.

Создание сети железных дорог в Российской империи также было в значительной степени осуществлено за счет иностранных инвестиций. С 1908 по 1913 гг. было выпущено на 86,5 млн. руб. негарантированных правительством акций, на 7 млн. руб. негарантированных правительством облигаций и на 820 млн. руб. гарантированных государственных ценных бумаг. Реализация этих акций и облигаций была проведена отчасти за счет русских денежных средств, но главным образом, по свидетельству Министерства финансов, за счет привлечения иностранных капиталов. Акции и облигации русских железных дорог размещались преимущественно на германском, голландском, французском и, отчасти, английском денежных рынках. По приблизительным подсчетам, общая сумма вложений иностранных капиталов в русские акционерные общества составляла примерно 1500 млн. руб., а ежегодные дивиденды по этим вложениям превышали 150 млн. руб.9

Оборудование и средства производства для промышленности и технического хозяйства в начале второго десятилетия XX в. в значительной части получались Россией из-за границы: так, в 1912 г. русское производство дало в этой области около 450 млн. руб., а иностранный ввоз - около 270 млн. руб. или 37% всей потребности. Оборудование транспорта было преимущественно отечественным, зато оборудование промышленности было преимущественно иностранным. «Важнейший элемент - машины для

промышленности - из общего потребления 1912 г. в сумме около 217 млн. руб. или 58% был покрыт иностранным ввозом»10. Эти выводы подтверждает структура распределения импорта Российской империи в 1913 г.

Таблица 1

Распределение импорта Российской империи по признаку назначения, (в млн.руб.) 11

Группы импорта 1913 г.

1. Оборудование промышленности 137,5

2. Сырье, полуфабрикаты и вспомогательные материалы 636,1

3. Материалы и изделия сельхозназначения 72,8

4. Материалы и изделия для обслуживания средств и путей сообщения 38,0

Итого товаров производственного назначения 884,4

5. Пищевые продукты 238,3

6. Предметы личного потребления 153,7

Итого товаров потребительского назначения 392,0

8 Цифры даны на основе кн.: В.С.Зив. Иностранные капиталы в русской горнозаводской промышленности. Петербург, 1917. С.112-123.

9 Ванаг Н. Финансовый капитал в России накануне мировой войны. - Изв. Комм. ун-та им. Я.М.Свердлова. -М., 1924. С.63.

10 См. В.И. Гриневецкий. Послевоенные перспективы русской промышленности. - М., 1919. С.32-33, 37-38.

11 Социалистическое строительство в СССР (Статистический ежегодник). - М.: ЦУН\У Госплана СССР, 1935. С.570-571.

7. Прочие и нераспределенные товары 97,6

Весь импорт: 1374,0

Как видим, товары производственного назначения составляли свыше 60% структуры импорта.

Здесь будет уместным привести мнение

М.Н. Покровского, характеризующее ситуацию в русской промышленности накануне Первой мировой войны: «В этом году (1913 г.) общая цифра привоза достигла 1.220,5 млн. руб. Из них почти половина, 570 миллионов, приходится на промышленное сырье и полуфабрикаты, на машины и металлы не в деле, т.е. материалы для машиностроения, -наконец, на каменный уголь и кокс: почти наполовину. Импорт обслуживал промышленность. Быстрый темп развития нашей промышленности нельзя было себе представить без подвоза средств производства из-за границы. Активное сальдо 1913 г., как мы знаем, не превышало 200 млн. руб. Русской промышленности пришлось заплатить за необходимые ей вещи 570 млн. руб. Представьте себе, что это повторялось бы в течение ряда лет, и вы поймете, что этой промышленности пришлось бы сжиматься, пришлось бы урезывать себя, - и скоро от ее роскошного темпа развития ничего бы не осталось, кроме приятных воспоминаний»12.

Следует также подчеркнуть, что монополизация на базе широкого привлечения иностранного капитала создала в России в начале XX в. эффект торможения технического развития производства. Овладев внутрироссийским рынком, монополии встали на наиболее легкий и быстрый путь получения прибылей: путь ограничения производства и взвинчивания цен.

Так, в 1911 г. заводы юга России сократили производство рельсов на 20%, повысив цены на 40%. Начиная с 1904 г., после образования синдиката «Продамет» в России не было построено ни одного крупного металлургического предприятия. Напротив - закрывались уже работающие. С предприятий синдиката взимались штрафы за превышение квоты производимой продукции, а цены на металл росли. Аналогичным образом происходило повышение монопольных цен на нефть: цена пуда нефти с 1902 по 1912 гг. выросла в 6 раз, а добыча нефти значительно уменьшилась, и т.д.

Результатом такой политики монополий в России перед Первой мировой войной стал металлический и топливный голод в промышленности13. Ответственность за подобное развитие событий во многом лежит на верхних эшелонах власти царской России. В поисках средств для промышленного развития страны царское правительство пошло по наиболее простому и дающему наиболее быструю отдачу пути - пути получения иностранных займов и сдачи концессий. Иностранный капитал, ограниченный в экспорте на внутренний рынок России своих товаров, тем не менее пользовался большой свободой вложений средств в промышленность, торговлю и банки внутри страны. В большинстве случаев иностранные монополии пользовались этой свободой для эксплуатации сырьевых ресурсов России, не стимулировали, а часто и тормозили развитие отраслей, наличие которых обеспечило бы технико-экономическую самостоятельность страны, таким образом, пытаясь удержать Россию на положении сырьевого придатка мощных западных партнеров.

Вступление России в I мировую войну закономерно привело к существенным изменениям в функционировании отечественной промышленности.

12 Покровский М.Н. Марксизм и особенности исторического развития России. - Л., Прибой, 1925. С.102.

13 Цыперович Г. Синдикаты и тресты в России. - М., 1919. С.65-66.

Важным фактором, оказавшим существенное влияние на состояние российской промышленности стало то, что военные действия сразу отрезали страну от Польского и Прибалтийского промышленных районов. Кроме того, деятельность промышленных предприятий, прилегавших к фронту в районах западных губерний и Прибалтики оказалась парализованной. По данным Л.Б.Кафенгауза, предприятия, оказавшиеся в зоне военных действий, выпускали в 1913 г. промышленных изделий на 1259,8 млн. руб., что составляло 17,4% общей промышленной продукции Российской Империи14. Между этими районами и остальной территорией страны существовали тесные производственные контакты: Польша и Прибалтика играли значительную роль в производстве паровых котлов, двигателей, электромоторов, красителей, шерстяных тканей и целого ряда других важных для хозяйства страны товаров и полуфабрикатов. Одновременно западные регионы являлись потребителями большого количества промышленных изделий. Поэтому утрата производственных мощностей западных промышленных районов имела своим следствием значительное сокращение снабжения армии и населения промышленными товарами вскоре после начала военных действий.

Вторым важным обстоятельством, повлиявшим на состояние отечественной промышленности в годы войны, стало прекращение внешнего товарообмена по Западной и Черноморской границам, через которые поступал основной объем импортных товаров.

Поскольку в течение всего военного времени иностранное сырье, полуфабрикаты и оборудование для промышленности ввозились главным образом, через Архангельск и Владивосток, а пропускная способность железных дорог, соединявших эти порты с промышленными центрами страны была ограничена, снабжение российской промышленности необходимыми компонентами производства было явно недостаточным. Об этом свидетельствуют данные следующей таблицы:

Таблица 2

Ввоз в Россию товаров промышленного потребления в 1913-1917 гг. (в тыс. руб.)15

Товар 1913 1914 1915 1916 1917

Каменный уголь 7758,0 4885,7 659,0 995,0 782,0

Кокс 973,1 539,2 4,5 17,3 16,3

Xлопчатая бумага (сырец) 196,9 173,7 139,0 77,5 31,0

Джут-сырец 44,8 26,3 5,9 3,6 9,9

Шерсть-сырец 55,5 44,5 21,0 9,1 6,2

Каучук-сырец 12,8 11,4 13,5 11,8 8,7

Металлы, кроме благородных 255,2 312,4 285,1 495,2 253,6

Машины и аппараты 330,3 259,1 61,1 154,6 101,1

Xимические и фармацевтические материалы 228,4 196,5 108,8 206,3 44,1

Краски и красильные вещества 55,7 35,7 13,4 22,3 10,5

При этом важно отметить, что количество товаров, в том числе металлов и машин, реально поступивших к потребителю в военные годы, было значительно меньше приведенных здесь цифр. Вследствие трудности перевозки грузов, из прошедших

14 Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства в России. М., 1994. С.172.

15 Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства России. - М., 1994, АО «Астраселл». С.173.

таможню товаров, а именно их число указано в таблице, лишь некоторая их часть попадала в реальное производство. Многие из привезенных во Владивосток и Архангельск товаров в течение нескольких лет лежали на таможенных складах и только после войны отечественные заводы получили возможность использовать запасы ввезенных в военный период сырья, металлов и станков.

Однако, наряду с этими отрицательными явлениями, в годы войны в развитии отечественной промышленности отмечаются и определенные позитивные тенденции. Так, по данным проф. Чернавского, затраты казны на расширение мощностей машиностроительных заводов с 1913 г. по 1915 г составили 350 млн. руб., вследствие чего производственная мощность отечественного машиностроения и

металлообрабатывающего производства значительно возросла16. Значительное развитие получила химическая промышленность. Весьма существенным фактором, способствовавшим увеличению объемов снабжения армии, стали высокие урожаи технических культур в 1914 и 1915 гг.: свеклы, табака, масличных семян, льна и хлопка17. Все эти обстоятельства оказались в состоянии смягчить кризис отечественной промышленности, вызванный войной, и отодвинуть надвигающуюся катастрофу. Тем не менее, мобилизация русской промышленности осуществлялась в сложных условиях и с большим опозданием по сравнению с другими европейскими государствами.

Учитывая вышеприведенные факторы, попытаемся проследить общие тенденции в работе отечественной промышленности на оборону, в изменении в положения важнейших отраслей промышленности, численности рабочих, оценить достигнутые технические и количественные результаты отечественного производства в годы I мировой войны.

Железнодорожное хозяйство

Главными причинами напряженности работы железнодорожной сети в годы первой мировой войны стали особенности российского железнодорожного хозяйства, сформировавшегося в предвоенные годы: недостаточное развитие сети железных дорог; бессистемность железнодорожного строительства, несогласованного с экономической жизнью страны, политика экономии в расходах на железнодорожное хозяйство и стремление к максимальному получению прибыли от железных дорог.

Если сравнить степень обеспеченности железными дорогами России и ведущих иностранных государств, то оказывается, что мы в этом отношении занимали последнее место. На 100 квадратных километров пространства в канун войны приходилось железнодорожных сетей: в Бельгии — 16,0 км.; Англии — 12,0 км., Германии— 11,7 км., Франции — 9,4 км., Австро-Венгрии— 7,0 км., Италии — 6,2 км., США — 4,3 км., а в России только —0,4 км. Бедность рельсовыми путями усиливалась еще и тем, что в то время, как иностранные государства имели от 40% до 60 % общей длины всей сети железнодорожных сетей в две и три колеи, то для наших дорог этот процент в 1910 г. составлял всего 27,2%18. Подобное положение было связано с тем, что сеть железных дорог расширялась по мере возможности использования железнодорожных займов, казенных или гарантируемых казной. Иными словами, были деньги—железные дороги строились, не было денег—

16 Металлопромышленность республики и ее нужды. - М.: Изд. Главного управления металлургической промышленности. 1921 г. С.48.

17 Кефенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства в России. - М., 1994. С.175

18 Михайлов И. Положение железнодорожного транспорта. // Народное хозяйство. - 1919. - № 5.

ожидали пока они будут.

Но не только по густоте железнодорожной сети мы занимали почти самое последнее место среди западно-европейских государств, но и в отношении технической оснащенности наши железные дороги не удовлетворяли современным требованиям. Этой технической отсталостью мы были обязаны, главным образом, той близорукой политике последних 10 — 15 лет, той неразумной экономии, которая так твердо проводилась Министерством путей сообщения. В то время, когда западноевропейские государства, учитывая значение железнодорожной сети для жизни страны, большую часть доходов от железных дорог направляли на их техническое улучшение и расширение сети, в России доход от эксплуатации железных дорог в бюджете 1914 года в смете доходов занимал второе по значимости место (первое занимал доход от винной монополии).

Важно отметить, что такая политика являлась, в значительной мере, следствием необходимости погашения иностранных железнодорожных займов. В погоне за повышением чистой доходности железных дорог всемерно сокращались эксплуатационные расходы, расходы на ремонт подвижного состава и особенно паровозов. Так, перед самой войной была продана значительная партия запасных частей от паровозов, а во время войны казна покупала их обратно по завышенным в несколько раз ценам.

Таким образом, в мировую войну Россия вступила совершенно неподготовленной к длительной, колоссально напряженной работе транспорта. Самый грубый подсчет показывал, что для полного использования пропускной способности наших главнейших магистралей и поддерживания движения на боковых линиях, хотя бы в размерах движения 1913 г., недоставало 2.000 товарных паровозов и 80.000 товарных вагонов19.

Недостаток подвижного состава министерство путей сообщения пыталось компенсировать, принимая меры к более интенсивному использованию паровозов и вагонов. Была установлена сменная езда на паровозах (так называемая американская, когда обслуживание паровоза осуществлялось не одной и той же паровозной бригадой -хозяином, а ближайшей свободной — с целью сокращения бесполезного простоя паровозов во время отдыха бригады - хозяина); удлинены сроки освидетельствования паровозных котлов; отменены, в отношении вагонов передаваемых с одной дороги на другую, требования, предусматривающие сохранность вагонов, а оставлены лишь условия, касающиеся безопасности движения и т. п. Результатом длительного применения этих облегченных условий при передаче вагонов, а также сменной езды на паровозах, явилась высокая изношенность подвижного состава уже в первые годы

войны20.

При таком положении дел естественно, что продолжительная работа железных дорог, в условиях их технической неподготовленности, при недостатке рабочих рук и материалов для ремонта, не могла не выразиться в постепенном ослаблении работоспособности всего железнодорожного транспорта.

Так, годичное производство вагонов составило за 3 г. (1914—1916) около 27.000 штук в среднем, т.е. около 60% производительной способности заводов. Годичное производство паровозов составило за те же 3 года около 700 штук в среднем, т.е. около 50% производительной способности, при чем в 1916 г. из общего числа 576 паровозов— 2 южные завода дали 60%, а остальные шесть - всего 40%. Такой результат надо приписать,

19 Михайлов И. Положение железнодорожного транспорта. // Народное хозяйство. - 1919. - № 5.

20 Там же.

прежде всего нелепой политике министерства путей сообщения, затем — крайним затруднениям в снабжении материалами и полуфабрикатами с юга заводов центра и севера страны. На создавшееся положение влияло также занятие значительной, а иногда преобладающей части производительной способности паровозо- и вагоностроительных заводов гораздо более выгодными военными заказами, начиная от вагонеток и полевых паровозов, кончая станками и пушками. Проявление этой болезни особенно обострилось в 1917 г.: в то время, как еще в мае месяце 1917 г. железные дороги недогрузили против того же месяца 1916 г. 151.000 вагонов, в ноябре этот недогруз достиг уже до 350.000 вагонов, продолжая расти и в декабре месяце. Всего же на дорогах России за 1917 г. погружено вагонов менее предыдущего года примерно на 2.700.000, т.е. грузооборот страны уменьшился на 2,5 миллиарда пудов21.

В результате к концу войны сложилось то катастрофическое состояние железнодорожного транспорта, которое наглядно видно из следующей таблицы:

Таблица 3

Состояние железнодорожного хозяйства России в 1914-1919 гг.22

Годы Эксплуатация длины сети в тыс. верст Количество здоровых паровозов % больных паровозов от общего их количества % больных вагонов от общего их количества

1914 64 17 500 15-16% 3-4%

1915 65 16 500 15-16% 3-4%

1916 65 16 500 16,5% 3,3-5,4%

Декабрь 1917 50,1 15 800 29,4% 7,1%

Декабрь 1918 23,6 4 670 47,8% 16,6%

Декабрь 1919 36,5 4 140 55,4% 17,2%

Металлургическая и металлообрабатывающая промышленность Годы в преддверии I мировой войны характеризуются значительным ростом русской металлургической промышленности. Под влиянием сильно возросшего спроса на ее продукты, как со стороны металлообрабатывающих заводов, так и других потребителей, выплавка чугуна, железа и стали к 1914 г. достигли весьма значительных размеров. Во время войны этот спрос, хотя и связанный с изменившимися потребностями еще более возрос. Но целый ряд факторов способствовал сдерживанию производительности металлургических заводов.

Если 1913 г. принять за 100%, то производство металлургической промышленности за пять лет можно представить в следующем процентном отношении:

Таблица 423

Годы чугун Полупродукты Готовые продукты

1913 100 100 100

1914 93 103,2 102

21 Михайлов И. Положение железнодорожного транспорта. // Народное хозяйство, 1919г., № 5.

22 Михайлов И. Наши паровозы и вагоны. // Народное хозяйство, 1920 г., № 16.

23 Иванов А.И. Положение русской металлургической промышленности. // Народное хозяйство. - 1919. - № 9.

1915 87,5 95,2 91

1916 90 99 94

1917 74 76,4 70,8

Стоит обратить внимание также на изменение цен на продукты металлургического производства за годы войны. Максимальные и минимальные цены на некоторые виды чугуна и железа, по данным «Бюллетеня Харьковской каменноугольной и железоторговой биржи" и "Бюллетеня Екатеринбургской товарной и горнопромышленной биржи", изменились следующим образом (табл.5).

Таблица 524

Копейки за пуд

1913 1914 1915 1916

А) Харьков

Чугун литейный 69-72 73-74 90-115 130

Чугун предельный 64-66 66-68 77-80 125

Железо сортовое 149-158 159-163 220 230

Двутавровые балки 146-159 153-167 215-224 220

Рельсы 112 112 132 132

Б) Екатеринбург

Чугун литейный штыковой 75-80 - - 140-145

Чугун передельный штыковой 72 - - 135

Железо сортовое 140-180 152-192 - 280

Железо кровельное 222-237 247-252 300-390 440-455

Таким образом, за три года войны цены на чугун и железо поднялись почти вдвое, причем наиболее значительное увеличение цен произошло на Урале. Однако, несмотря на достаточно успешное развитие металлургической промышленности, страна постоянно испытывала острый металлический голод. При этом из-за высоких цен на металлургическую продукцию запасы чугуна, железных и стальных полупродуктов, готовых железа и стали по России в течение военного периода последовательно возрастали.

Таблица 6

Запасы чугуна, железа и стали в России на металлургических заводах (в тыс. тонн)25

Годы чугун Полупродукты Готовые продукты

1913 29 736 8 874 20 796

1914 29 049 11 542 24 538

1915 30 611 11 455 28 677

1916 26 431 13 461 24 107

1917 36 616 18 204 25 973

Как видим, в 1913 г. запасы чугуна составляли 29 736 тыс. пудов, и до 1916 г. эта цифра незначительно то повышается, то понижается в зависимости от условий транспорта и общего состояния промышленности, однако уже в 1917 г. производство чугуна падает против 1916 г. на 16%, а запасы его возрастают на 31%, достигнув внушительной цифры 36

24 По материалам статьи А.И.Иванова «Русская металлургия во время войны» // Народное хозяйство. - 1919. -№ 10.

25 Там же.

616 тыс. пудов. Еще хуже обстоит дело с полупродуктом, заготовленным в значительном количестве и, в силу разных причин, оставшимся на заводах. Запасы его к концу 1913 г. составляли 8 847 тыс. пуд., в 1914 и 1915 гг. поднялись до 11 542 и 11 455 тыс. пуд., а в 1917 г. достигли 18 204 тыс. пуд., увеличившись в два с лишним раза, или на 205%.

В целом, металлургическая промышленность обнаруживала тенденцию некоторого сокращения производства и одновременно накопления значительных объемов невостребованной металлургической продукции.

Производство же оборудования, машин, орудий и двигателей, представляло весьма пеструю картину: целый ряд заводов развил старое производство, другие занялись этим производством вновь и поставили его на широкую ногу. Среди заводов, изготовивших каждый по несколько сот станков, можно назвать: Тульский оружейный, Ю. Штолле, братьев Бромлей, В. Грачев и К0 в Москве, Коломенский, Сормовский, Брянский, Людиновский, Краматорский и т. д.. Это производство, представлявшее из себя наиболее слабое и отсталое место русского машиностроения, выросло не только количественно, но и качественно. Многие заводы поставили производство по типу нормализованного или массового: Тульский оружейный завод, Ю. Штолле, технические школы, объединенные „Земгором", Краматорский, Сормовский и Брянский заводы строили станки весьма тонкие или сложные и давали лучший фабрикат, чем большинство скандинавских и иных военных импортеров. С двигателями дело обстояло гораздо хуже — первоклассные заводы, строившие дизели, перешли почти исключительно на работу для морского ведомства, другие также были загружены заказами, но могли исполнять их чрезвычайно медленно из-за недостатка материалов и прочего. Еще хуже обстояло дело с производством машин и орудий прочих производств26.

Снарядное производство, ранее почти незнакомое частной промышленности, получило значительное развитие. В центральном районе кульминационным месяцем был ноябрь 1916 г.— в нем было исполнено трехдюймовых снарядов по заказам генерала Ванкова на 40% больше, чем за весь 1915 г., к ним запальных стаканов на 300% больше, чем за весь 1915 г., и т. д.. Некоторые заводы, изготовившие за японскую войну 30.000 шт. снарядов выпускали свыше 1 миллиона штук в год. В 1915 г. рекордными цифрами производительности на станок в Московском районе были 7—10 шт. трехдюймовых снарядов; в 1916 г. рекордными цифрами были 22—25 штук, а в южном районе еще выше27.

Значительные успехи были достигнуты в производстве взрывателей, которое в начале войны сдерживалось бедностью инструментальных средств, неподготовленностью рабочих и плохим качеством станков. Справиться с этими затруднениями удалось преимущественно организационными мерами: раздроблением обработки на самые элементарные операции и соответственной подготовкой рабочих и инструментов. Ряд заводов освоили производство точных инструментов не только для себя, но и для продажи. Среди таких заводов можно назвать: казенные оружейные заводы, кампанию К0 Зингер в Подольске, Международную кампанию жатвенных машин в Люберцах, а также ряд других. Наконец, некоторые заводы, как Сормовский, весьма быстро поставили у себя труднейшее пушечное производство28.

26 По материалам книги В.И. Гриневецкого «Послевоенные перспективы русской промышленности». - М., 1919. С.37-44.

27 Там же.

28 По материалам книги В.И. Гриневецкого «Послевоенные перспективы русской промышленности». - М., 1919. С.37-44.

В дополнение ко всему, военные годы характеризуются существенным увеличением числа рабочих на металлургических предприятиях России.

Таблица 7

Движение рабочей силы на металлургических заводах России в 1913-1917 гг.29

Год ы Юг России Урал Подмо ск. район Приво лжск. район Северн. район Всего в России Количес тво заводов

1913 74080 74080 26875 12071 25716 212716 153

1914 80496 76670 27832 13180 30405 228583 148

1915 85558 86662 27373 17543 36715 253851 139

1916 107037 104887 35229 21464 41075 309692 145

1917 129952 133816 39616 23785 41643 386802 144

Как видим, процесс развития металлургической и металлообрабатывающей промышленности в России обладал весьма противоречивыми тенденциями. При этом, удельный вес металлургии в общем объеме промышленного производства по данным Л.Б. Кафенгауза последовательно возрастал: по стоимости продукции с 20% в 1913 г. до 32% - в 1916 г. и по числу рабочих - с 20% - в 1913 г. до 32,4% - в 1916 г.30

Каменноугольная промышленность Донбасса31 Каменноугольная промышленность в 1913-1916 гг. работала со все возраставшей напряженностью, диктуемой условиями военного времени. Железные дороги, металлургические заводы, обслуживавшие военное ведомство, предъявляли усиленный спрос на топливо. Донецкие углепромышленники развили добычу угля до максимальных размеров. В итоге форсированной работы за эти три года было добыто 5.062 млн.пуд., против 4.067 млн. пуд. добычи предшествовавшего трехлетия, что составляло повышение на 24%. 1916 г., давший 1.751 м. пуд. добычи, был рекордным, дав самую большую добычу за все время существования Донбасса.

Вместе с тем, проблемы с железнодорожным транспортом не давала возможности вовремя вывозить готовую продукцию каменноугольных предприятий. С 1916 г. стали быстро расти запасы угля на шахтах и рудниках. К 1917 г. запасы увеличились в 2,5 раза по сравнению с нормальными запасами (на 1-е янв. 1914 г. запасов было 44,5 м. пуд., на 1-е янв. 1917 г.— 110 м. пуд.). Ситуация усугублялась расстройством технического

оборудования шахт, месячная производительность которых из года в год падала. (Месячная производительность одного забойщика в 1913 г. была равна 3.550 пуд., в 1914 г.—3.358, в 1915 г.—3.000, в 2.825, в 1917 г.—2.300).

В итоге, форсированная добыча угля, расстройство железнодорожной отрасли и отсутствие мероприятий по технической реконструкции оборудования шахт, привели к резкому спаду производства в 1918 г., составившему 37,9% от продукции 1913 г.

Таблица 8

Добыча угля в Донецком бассейне за 1913—1918 гг. (в мил. пуд.)32

1913 г. 1914 1915 1916 1917 1918

29 Иванов А. Положение русской металлургической промышленности. // Народное хозяйство. - 1919. - № 9.

30 Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства России. - М., 1994. С.207.

31 Материал подготовлен по изданию "Совместный съезд горнопромышленников Юга России". - М., 1917, арх. док МФ РФХХ1Х-УШ. С.30-58.

32 Каменноугольная промышленность Донбаса. Стат.сб. - изд. ГУКП. Донбас.

1,560,15 1,683,78 1,626,58 1,751,25 1,510,0 541,0

Нефтяная промышленность России

Ситуация для развития русской нефтяной промышленности в годы войны также складывалась неблагоприятно. Уже в 1914 г. для сбыта нефтепродуктов были закрыты рынки Германии и Австрии и фактически стал невозможным экспорт в другие страны Западной Европы. В дальнейшем, после присоединения Турции к коалиции стран центральной Европы, прекратился экспорт через Дарданеллы, что привело к полной приостановке торговли и с Западной Европой, и Востоком, за исключением близко расположенных к нам Швеции, Норвегии, Финляндии, Персии, Афганистана и Китая.

Цифры экспорта нефти составили: в 1913 г.— 57.814 тыс. пуд., в 1914 г.— 32.377 (55,8°/о от 1913 г.) и в 1915 г.—4.739 тыс. пуд. (8,2%). Что касается 1916 и 1917 гг., то данные об экспорте за эти годы имеются только по европейской границе. Так, в 1916 г. экспорт нефти и нефтепродуктов составил 2.534 тыс. пуд. (в т.ч. в Финляндию 2.239 тыс. пуд.), в том числе - керосина 1.622 тыс. пуд. и смазочных масел 222 тыс. пуд.33

К 1917 г. влияние войны успело расшатать нефтяную промышленность во всех промысловых районах. Добыча неуклонно сокращалась, еще стремительнее падало бурение. Особенно отчетливо эти тенденции можно проследить в основном районе — Бакинском: за весь 1917 г. там было добыто всего 402 млн. пуд. нефти, то есть на 75 млн. пуд. менее, чем в предыдущем году. В частности на четырех главных площадях добыча 1917 Г. понизилась до 262,5 млн. пуд., вернувшись к масштабу, бывшему в начале 90-ых гг. прошлого столетия34.

Основной причиной падения производства в нефтяной промышленности явился необычайный упадок бурения: достаточно указать, что на 4 главных площадях Бакинского района в 1917 г. было пройдено 23 тыс. саженей — почти втрое менее, чем в 1913 г.. Необходимые материалы для бурения вздорожали и их не хватало: импортное оборудование не завозилось, а изготовление отечественного

нефтедобывающего оборудования вследствие перехода промышленности к работе на оборону, уменьшилось. Нефтедобывающая промышленность жила за счет основного капитала и не восстанавливала его, оборудование изнашивалось, ремонтные работы уменьшались или совсем приостанавливались. Такое положение объяснялось нежеланием нефтепромышленников вкладывать крупные денежные средства в буровое дело, дорогостоящее и оправдывающее затраты лишь через несколько лет. Нефтепромышленники не скрывали, что фиксация цен на нефть, осуществленная государством, ограничивая их прибыль и не давая возможности использовать полностью конъюнктуру рынка, парализует стимул к бурению. Понятно, что от заложения новых скважин они воздерживались, и в 1917 г. таковых было начато бурением только 77, против 319 скважин в 1913 г. Параллельно сокращалось число производительных скважин. В 1913 г. оно составляло на главных площадях около З,5 тыс. скважин, а затем, постепенно уменьшаясь, дошло к концу 1917 г. до 2.730 скважин35.

В Грозненском районе бурение также сокращалось. В 1913 г. здесь было пробурено около 29 тыс. сажен, а в 1917 г. — уже только 15 тыс. сажен. Зато добыча росла, и с 73 млн. пуд. в 1913 г. повысилась в 1917 г. до 108 млн. пуд. Это увеличение происходило за счет

33 Годзишевский З.Э. Русская нефть на мировом рынке. - М., 1924. С.54

34 Нефтяная промышленность России за три года советской власти. -М.: Изд. ВСНХ, 1920. С.3

35 Годзишевский З.Э. Русская нефть на мировом рынке. - М., 1924. С.44

„новой" площади, введенной в эксплуатацию только в 1913 г. и успевшей в 1917 г. дать более 30 млн. пуд. Производительность же промыслов „старого" района, наоборот, сокращалась36.

Масштаб работы нефтеперерабатывающих заводов, определяемый размерами общей выработки за годы войны также неуклонно снижался. В 1917 г. из 54 нефтеперегонных заводов в Баку работало только 50%, при чем выработано было 220,7 млн. пуд. всех продуктов, т.е. на 100 млн. пуд. менее, чем в 1913 г. При этом процессу количественного сокращения выработки сопутствовало и качественное понижение уровня бакинской нефтеперерабатывающей промышленности: происходило форсирование выпуска

нефтяных остатков (мазута) за счет сокращения выработки осветительных и смазочных масел. Для характеристики этого процесса показательны следующие цифры: выработка нефтяных остатков понизилась в 1917 г. против 1913 г. на 19°/о, тогда как выработка осветительных масел сократилась за тот же период на 26%, а смазочных масел даже на 60%. Вместе с тем, доля участия выработки нефтяных остатков — возросла. В 1913 г. эта доля составляла 48% общей выработки, а в 1917 г. повысилась до 65%37.

Общие тенденции развития нефтяной промышленности России в годы войны представляет табл.9.

Таблица 9

Добыча нефти и выработка нефтепродуктов за 1913 —1918 гг.38

Годы Всего добыто млн. пуд. В том числе % от добычи 1913 г. Выработано всех нефтепродуктов

в Баку в Грозном

1913 561,3 467,0 73,7 100 376,4

1914 556,3 431,1 98,4 99,1 338,8

1915 568,7 450,8 87,8 101,3 326,0

1916 602,1 476,9 102,7 107,3 320,0

1917 518,2 402,3 107,8 92,3 293,1

1918 232,9 192,3 25,2 41,0 73,9

Химическая промышленность Химическая промышленность до войны была одной из весьма слабых групп, почти лишенной многих важных отраслей, например, обработки каменноугольных продуктов, производства фармацевтических веществ, искусственных удобрений и т.д. Крупная химическая промышленность по производству кислот и оснований, лишенная базы широкого и развивающегося потребления, также не обладала достаточной устойчивостью. Война своим чрезвычайным спросом на взрывчатые вещества, для производства которых в России не хватало основных материалов, совершенно новой потребностью в средствах военной химической продукции, спросом на фармацевтические и иные продукты поставила перед российской химической промышленностью чрезвычайно трудные задачи. Было необходимо организовать целые новые отрасли, обработку продуктов каменноугольной перегонки, производство взрывчатых веществ, средств газовой борьбы, фармацевтических продуктов и иных видов продукции. Вместе с тем, расширение уже

36 Там же. С.45-46.

37 Там же. С.48.

38 Нефтяная промышленность России за три года советской власти. - М.: Изд. ВСНХ. С.7.

существующих и строительство новых предприятий осложнялось тем, что в мирное время оборудование для заводов химической промышленности шло преимущественно из-за границы, и, как правило, из Германии, а заводы нередко обслуживались иностранными техниками.

К реальным результатам развития химической промышленности в годы войны можно отнести следующие. Вследствие усиленного строительства мощности сернокислотных заводов за годы войны возросла втрое: с 147,4 тыс. тонн моногидрата в 1913 г. до 442,4 тыс. тонн в 1917 г. Также возросли мощности заводов по переработке каменноугольной смолы39. С целью удовлетворения потребностей пороховых заводов, наряду с развитием производства серной кислоты, существенно расширилось производство азотной кислоты, оно увеличилось с 18,1 тыс. тонн в 1914 г. до 49,1 тыс. тонн в 1917 г. За время войны было построено 18 новых азотнокислотных заводов и оборудованы сернокислотные установки на 23 заводах. Также для военных нужд были оборудованы несколько новых заводов для выработки газообразного и жидкого хлора40. В целом, с 1913 г. по 1916 г. валовая продукция всей химической промышленности возросла на 153 415 тыс. руб., или на 64,1%41.

Однако у процесса милитаризации химической промышленности была и другая сторона. С отвлечением средств на развитие производств, вырабатывающих материалы и полуфабрикаты для взрывчатых веществ, сократилось производство кислот и солей для нужд текстильной промышленности. За годы войны также значительно сократилось производство содовых продуктов: выработка кальцинированной соды упала с 159 873 т. в 1913 г. до 101 307 т. в 1917 г., что отрицательно отразилось на всей легкой перерабатывающей промышленности.

В целом, в химической, как и в металлообрабатывающей промышленности, наряду со значительным развитием и расширением милитаризованного производства и с весьма существенным качественным подъемом его уровня, выпуск товарной продукции для обслуживания нужд невоенных потребностей экономики угрожающе падал.

Текстильная промышленность

В текстильной промышленности, во многом переориентированной на выполнение военных заказов, произошли существенные изменения во внутренней структуре производства и ассортименте вырабатываемых товаров. Значительно возрос спрос на грубошерстные шерстяные ткани и суррогаты шерстяных тканей в виде тяжелых хлопчатобумажных и смешанных тканей. Также увеличилось производство грубых льняных, джутовых и брезентовых тканей. При этом выработка высококачественнных ситцевых, шелковых и шерстяных тканей существенно снизилась, чему способствовало сокращение импорта высоких сортов хлопка, недостаток красителей и химических материалов для отделки пряжи и тканей. Совокупность всех этих причин привела к значительному понижению уровня качества, а соответственно и стоимостного уровня всей отечественной текстильной продукции, что наглядно демонстрирует табл. 11.

Таблица 11

Прирост числа рабочих и валовой продукции в текстильной промышленности в 1913-1917 гг. (%)42

39 Фокин Л.Ф. Обзор химической промышленности в России. - М., 1922. С.46.

40 Там же.

41 Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства России. - М., 1994. С.190.

42 Кафенгауз Л.Б. Эволюция промышленного производства России. - М., 1994. С.200.

Годы Прирост рабочих в текстильной промышленности Прирост валовой продукции в тыс. довоенных рублей

1913 100,0 100,0

1914 100,7 96,5

1915 102,7 99,5

1916 103,5 89,4

1917 105,2 62,4

Приведенные данные показывают систематическое снижение ценности произведенных тканей, что практически не было связано с сокращением общих объемов производства, но было обусловлено главным образом снижением их качества, уровня обработки и отделки.

Аналогичная ситуация была в целом характерна для всей российской легкой промышленности, о чем свидетельствуют следующие данные, приведенные в табл.12.

Таблица 12

Легкая промышленность России в 1913-1917 гг. 43

Годы Всего В том числе без винокуренного и

пивова ценного производства

Число Валовая Число Валовая

рабочих продукция рабочих продукция

тыс.руб. % тыс.руб. %

11913 1116987 2526171 100 1050744 2349063 100

11914 1119245 2501164 99,0 1061302 2329119 99,1

11915 1121874 2525165 99,9 1087564 2460962 104,8

11916 1126466 2361416 93,5 1131071 2334763 99,4

11917 1112145 1774358 70,2 1131511 1762622 75,0

Как видим, при последовательном росте числа рабочих, мы наблюдаем такое же последовательное снижение стоимостного эквивалента качественного уровня произведенной продукции.

Мы полагаем, что в качестве общей характеристики развития легкой промышленности за годы I мировой войны следует согласиться с мнением Л.Б. Кафенгауза, который писал: "В отличие от тяжелой промышленности легкая промышленность не приобрела за время войны нового более высокого технического опыта, но наоборот, деградировала в качественном отношении...", перейдя в преобладающих областях массового производства к выпуску ".менее разнообразных и худших по качеству, более грубых простых групп изделий"44.

Общие закономерности изменений в структуре отечественной промышленности в годы

войны отражены в табл. 13.

Таблица 13

Развитие основных групп отраслей российской промышленности в 1913-1917 гг. 45

43 Там же. С.206.

44 Там же.

45 Там же. С.207.

Группа отраслей Удельный вес группы отраслей по стоимости

1913 1916 1917 1913 1916 1917

Топливная 9,7 8,6 9,4 12,3 12,3 11,3

Рудная 3,0 1,8 1,8 7,2 5,3 4,2

Металлическая 20,1 32,0 28,8 20,9 32,4 34,1

Химическая 11,0 13,3 14,6 3,5 5,0 6,0

Пищевая 14,4 11,9 13,2 10,4 8,2 7,6

Текстильная 30,1 23,4 21,9 29,3 24,8 24,9

Бумажная 1,6 1,3 1,2 1,7 1,4 1,3

Силикатная 3,1 1,6 1,7 7,5 3,8 3,3

Вещи и одежда 0,9 1,8 2,3 1,1 1,0 2,0

Приведенные данные наглядно показывают последовательный рост удельного веса отраслей металлургической и химической промышленности при снижении показателей всех остальных сфер производства. А весь предыдущий материал убедительно доказывает, что результатом милитаризации российской экономики стало:

• значительное снижение производства в каменноугольной, нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности, в сельскохозяйственном машиностроении и паровозостроении;

• существенно снизился уровень качества продукции легкой промышленности;

• за годы войны существенно сократилась и деградировала транспортная система России;

• рост военного производства в металлургии, металлообработке и химической промышленности в значительной мере сократил производственные мощности продукции, необходимой для смежных отраслей народного хозяйства (пищевой, текстильной, аграрной и т.д.) и далеко не полностью оправдывал себя из-за транспортных проблем по доставке военной продукции этих отраслей к действующей армии.

В финансовом плане приоритетная ориентация русского правительства на иностранное инвестирование в конечном счете вылилась в катастрофическое увеличение государственного долга. По займам, в частности, своим союзникам следовало платить, а война не только не предоставляла такой возможности, но требовала все новых и новых средств.

По официальным сметным данным, движение государственного долга было таковым46.

1 июля 1914 г. 8.764,6 млн. руб.,

1 января 1915 г. 10.488,5 млн. руб.,

1 января 1916 г. 18.876,7 млн. руб.,

1 января 1917 г. более 31.000 млн. руб.

На платежи по государственным долгам внесено в сметы военных лет:

1914 г. 402,1 млн. руб.,

1915 г. 439,7 млн. руб.,

1916 г. 690,3 млн. руб.,

1917 г. 720,8 млн. руб.

Таким образом, очевидно, что как только внешние финансовые и технические вливания в российскую экономику иссякли, фундамент ряда ведущих отраслей русской

46 Прокопович С. Война и народное хозяйство. - М., 1917. С.75.

промышленности начал размываться, а их государственная поддержка оказалась явно недостаточной и не смогла обеспечить необходимые потребности военной машины.

Эпоха Первой мировой войны стала для России, в целом, эпохой промышленного упадка, снижения уровня и качества производства. Фундамент, заложенный быстрым развитием монополистического капитализма в последние годы XIX и в начале ХХ столетий, не выдержал давления выстраиваемой на нем новой структуры милитаризованной экономики, которая строилась, во-первых, со значительным опозданием и, во-вторых, без надежной опоры на национального производителя и национальный банковский капитал.

Недальновидная финансовая и промышленная политика царского правительства во многом предопределила трагическое развитие событий 1914-1917 гг. и Россия оказалась обречена на проигрыш в первой мировой войне еще до вступления в нее. Проигрыш, обернувшийся в итоге развалом российского государства.