Новый индекс здоровьесберегающего поведения студентов

новый индекс здоровьеоберегающего поведения студентов

Кузнецов В.В.1, Косилов К.В.2, Байрамов Р.1, Косилова Е.К.2,

Ющенко Н.И.3, Смирнов Е.А.1

1 ФГБОУ во «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, владивосток, Россия

2 ФГБОУ во «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России, владивосток, Россия

3 ФГБОУ во «владивостокский государственный университет экономики и сервиса», владивосток, Россия

Цель - исследование корреляции широкого спектра факторов, влияющих на поведение в отношении здоровья, с их суммарным показателем и индексом комор-бидности для обоснования нового индекса здоровьесберегающего поведения. Материал и методы. Рандомизированное слепое стратифицированное по тендерному признаку исследование проведено с 01.11.2017 по 01.12.2018 в ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России. Объем выборки составил 934 студента обоих полов, из них 448 (47,9%] обучались на начальных курсах и 486 (52,1%] - на старших. Средняя частота отклика составила 92,9%. Все участники заполняли анкеты самооценки студента вуза, объективное состояние здоровья и индекс коморбидности оценивали по медицинской документации студенческих лечебно-профилактических учреждений (формы 025/у; 001-1/у; 062/у]. При сравнении значений в субгруппах доверительный интервал ±5% считали достаточным для определения значимых различий. При статистической обработке массивов данных использовали двусторонний анализ дисперсии (АМОУА]. Корреляцию показателей определяли с расчетом коэффициента Спир-мена. При работе с полученным материалом была использована прикладная программа Statistica 6.0.

Результат. В процессе исследования был выявлен широкий спектр проблемных факторов, влияющих на здоровьесберегающее поведение студентов. При оценке по 5-балльной шкале студенты низко оценивали условия проживания [1,7 (0,3] балла], доступность медицинской помощи [1,7 (0,6]], личный доход [2,2 (0,7]], транспортную доступность вуза [1,7 (0,6]]. Было установлено, что студенты проявляют слабый интерес к информации о здоровье [2,5 (1,7]], негативно оценивают свой распорядок дня [1,9 (0,7]], отмечают недостаток ночного сна, свободного времени [0,7 (0,5]]. Большинство студентов оказались не привержены занятиям спортом и физической культурой [2,2 (0,5]], имели минимальные контакты в пабликах, в которых обсуждаются проблемы здорового образа жизни (ЗОЖ] [2,2 (0,5]], редко обращаются за врачебной помощью, даже когда она необходима [2,3 (1,4]]. Анализ корреляционной зависимости между отдельными факторами, характеризующими здоровьесберегающее поведение студентов, и суммарным показателем, а также индексом коморбидности позволил выделить 21 параметр, имеющий как минимум корреляцию среднего и сильного уровней с обоими композитными показателями. Это послужило основанием для включения этих переменных в индекс здоровьесберегающего поведения студентов.

Заключение. Большинство студентов (95%] оценивают свое поведение в отношении здоровья, согласно предложенному индексу здоровьесберегающего поведения, в 61,1-80,7 балла, при максимально возможном значении показателя 105 баллов. Предложенный индекс здоровьесберегающего поведения нуждается в дальнейшем исследовании критериальной и дискриминантной валидности. Тем не менее предварительные данные позволяют с осторожным оптимизмом говорить о его высокой конструктивной валидности и эффективности при комплексной оценке здоровьесберегающего поведения студентов.

Для цитирования: Кузнецов В.В., Косилов К.В., Байрамов Р., Косилова Е.К., Ющенко Н.И., Смирнов Е.А. Новый индекс здоровьесберегающего поведения студентов // Медицинское образование и профессиональное развитие. 2019. Т. 10, № 4. С. 126-141. сЫ: 10.24411/2220-8453-2019-14010. Статья поступила в редакцию 05.09.2019. Принята в печать 25.1 1.2019.

Ключевые слова:

студенты, поведение, здоровьесбережение, анкеты, индекс коморбидности

athe new index of health-preserving behavior

of students

Kuznetsov V.V.1, Kosilov K.V.2, Bayramov R.1, Kosilova E.K.2, Yuschenko N.I.3, Smirnov E.A.1

1 vladivostok state Medical University, vladivostok, Russia

2 Far Eastern Federal University, vladivostok, russia

3 vladivostok state University of economics and service, vladivostok, russia

The aim of the study was to correlate a wide range of factors affecting health behavior with their total score and comorbidity index to justify a new index of health-preserving behavior.

Material and methods. In the period from November 1, 2017 to December 1, 2018 the randomized blind gender-stratified study was conducted on the basis of the Far Eastern Federal University and the Vladivostok State Medical University. The sample size was 934 students of both sexes, of which 448 (47.9%) studied in elementary courses and 486 (52.1%) were graduating students. The average response frequency was 92.9%. All students filled out Self Assessment Questionnaires for students (Pozdeeva, 2008; with the authors' additions). An objective health condition and a comorbidity index were assessed according to the medical records of student health care facilities (forms 025/y; 001-1/y; 062/y). When comparing values in subgroups, a confidence interval of ±5% was considered sufficient to determine significant differences. The two-way analysis of variance (ANOVA) was used in statistical processing of data arrays. The correlation of indicators was determined with the calculation of Spearman correlation coefficient. When working with the obtained material, the software package Statistica 6.0 was used.

result. In the course of the study, a wide range of vulnerabilities was identified that affect the students' health-preserving behavior. The indicators were evaluated on a 5-point scale. Students evaluated the following parameters: living conditions [1.7 (0.3) points], access to health care [1.7 (0.6)], personal income [2.2 (0.7)], transport accessibility of the university [1.7 (0.6)], comfort of learning space (0.9-1.1). It was found that students show mild interest in health information [2.5 (1.7)], negatively assess their daily regimen [1.9 (0.7)], note lack of night sleep and leisure time [0.7 (0.5)]. Most students were not committed to physical education and sport [2.2 (0.5)], hardly participated in public discussions of healthy lifestyle formation [2.2 (0.5)], rarely seek medical advice, even when it was necessary [2.3 (1.4)]. Analysis of correlation dependence between individual factors that characterize students' health-preserving behavior, total score, and comorbidity index, allowed us to identify 21 parameters that had at least an average and high level of correlation with both composite indicators. It served as the basis for inclusion of these factors in the Index of students' health-preserving behavior. Conclusion. Most students (95%) assessed their health behavior, according to the proposed index of health-preserving behavior, at 61.1-80.7 points, with the maximum possible value of 105 points. Further investigation is needed on the criterion and discriminant validity of the proposed index of health-preserving behavior. Nevertheless, preliminary data allow us to speak with self-conscious optimism of its high constructive validity and efficiency in comprehensive assessment of students' health-preserving behavior.

For citation: Kuznetsov V.V., Kosilov K.V., Bayramov R., Kosilova E.K., Yuschenko N.I., Smirnov E.A. The new index of health-preserving behavior of students. Meditsinskoe obrazovanie i professional'noe razvitie [Medical Education and Professional Development]. 2019; 10

received 05.09.2019. Accepted for publication 25.1 1.2019.

Keywords:

students, behavior, health-preserving, questionnaires, comorbidity index

Успешность и эффективность процесса обучения в высшем учебном заведении в значительной степени связана с объективным состоянием здоровья студентов. Однако, по разным данным, до 45% и более всего студенческого контингента имеют различные хронические соматические заболевания. Высокая частота встречаемости различных нозологических форм может быть следствием широкого спектра социально-экономических, экологических, биологических и иных показателей, влияющих на уровень здоровья молодых людей [1-3]. Среди множества переменных, определяющих текущий физиологический статус, одним из наиболее существенных является поведение в отношении собственного здоровья [4]. Большинство исследователей представляют данные о том, что от 40 до 72% студентов не отрицают наличие вредных привычек, включая такие, как курение, злоупотребление алкоголем, эпизоды употребления психоактивных веществ. Напротив, высокую физическую активность, включая регулярные занятия спортом и физической культурой, отмечают не более 21-30% студентов высших учебных заведений [5].

Известно, что состояние здоровья лиц, систематически и добросовестно выполняющих основные рекомендации по ведению здорового образа жизни (ЗОЖ], и лиц, следующих саморазрушительным, деструктивным поведенческим стереотипам, при прочих равных условиях достоверно различается [6, 7]. Здоровьесберегающее поведение в современной социологии здоровья и медицинской социологии принято рассматривать как конкретный акт принятия поведенческого решения, процесс формирования поведенческого рисунка, имеющий несколько стадий, и со-

держание деятельности, направленной на его реализацию. Трудно, однако, отрицать, что эти определения взаимосвязаны, а их разделение несколько искусственно и не приводит к формированию качественно новых характеристик ЗОЖ. Исходя из этих предпосылок, возможно, было бы целесообразно определять здоровьесберега-ющее поведение как комплекс мотивов и действий, направленных на сбережение имеющихся физиологических ресурсов здоровья и предотвращение воздействия внешних и внутренних неблагоприятных факторов [8, 9].

Несмотря на значительный интерес экспертного сообщества к изучению проблем здоровья и формирования здоровьесбере-гающего поведения в текущей научной литературе нет единого мнения о критериях и инструментах его оценки. Большинство исследователей при оценке здоровьесбе-регающего поведения студентов делают акцент на физической подготовке, приверженности занятиям физической культурой и спортом, гигиене труда [10, 11], иногда этими пунктами и ограничиваясь, отождествляя здоровьесберегающее поведение с развитием силы, ловкости, выносливости [12]. Ряд авторов при оценке факторов формирования поведенческой модели отдают приоритет материально-техническим, бытовым, финансовым условиям, в которых проходит процесс обучения [7]. Другие исследователи пытаются выделить более широкий и объемный спектр факторов влияния на формирование здо-ровьесберегающего поведения и провести их ранжирование. В частности, отмечают важный вклад в этот процесс знаний о строении и функциях основных систем и органов организма, объективном состоянии своего здоровья, стремлении оптими-

зировать отдых, грамотном использовании гигиенических факторов, оптимизации режима труда и отдыха, сна и бодрствования

[13]. При анализе факторов, формирующих здоровьесберегающее поведение, с использованием анкетирования, опроса фокус-групп, изучения объективных маркеров здоровья выделяются следующие значимые пункты: удовлетворение избранной профессией, коллективом и руководителем, длительность рабочего дня, наличие профессиональных вредностей, режим питания, доступность медицинской помощи, соответствие рабочих мест санитарно-гигиеническим нормам и др.

[14]. В ряде исследований к внедрению предлагают систематические административные меры, направленные на формирование здоровьесберегающих технологий в образовательном пространстве. Подчеркнута важность регулярного мониторинга поведения в отношении здоровья студентов разных специальностей, повышения статуса здравоохранения, доверия к медицине, мотивации сознательного участия в лечебно-профилактических мероприятиях, развития здоро-вьесберегающей спортивно-досуговой, социокультурной, рекреационно-развле-кательной инфраструктуры и некоторых других мер [16].

Тем не менее в доступной литературе практически отсутствует конкретный инструментарий, с помощью которого можно было бы провести объективную количественную оценку здоровьесбере-гающего поведения и его динамики под влиянием тех или иных мер воздействия. Отдельные фрагментарные оценки позволяют выявлять позитивные или негативные тенденции по ограниченному спектру факторов, формирующих по-

ведение студента, но недостаточны для оценки ситуации в целом.

На основании изложенного выше нами была поставлена цель: с учетом имеющихся в научной литературе и собственных данных рассчитать универсальный индекс здоровьесберегающего поведения студента, позволяющий объективно оценить индивидуальную модель поведения студента в отношении своего здоровья и контролировать вариабельность ее переменных. При расчете подобного индекса перед нами встала задача объективного измерения множества различных факторов, их роли и влияния на конечный композитный показатель.

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

Исследование проведено с 01.11.2017 по 01.12.2018 г. в ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России (ДВФУ, Школы биомедицины, искусств и гуманитарных наук) и ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России (ТГМУ, факультеты педиатрический, лечебный, стоматологический) с использованием принципов рандомизации и стратификации по тендерному признаку. Член исследовательской группы, принимающий участие в статистической обработке массива данных, был лишен информации о принадлежности каждого респондента к конкретной группе обследуемых, анкетирование проводилось анонимно. В общую выборку вошли 934 студента обоих полов (465 девушек, средний возраст 21,2 года и 469 юношей, средний возраст 21,6 года). Все респонденты обучались в ДВФУ и ТГМУ [448 (47,9%) на начальных курсах и

486 (52,1%] на старших]. Средняя частота отклика составила 92,9%. Общие демографические, социально-экономические, поведенческие характеристики участников и данные об объективном состоянии здоровья приведены в табл. 1. Критерием включения было обучение медицинской или гуманитарной специальности в

ДВФУ или ТГМУ. Критерии исключения: длительное отсутствие по болезни, академический отпуск, наличие 2-го высшего образования, отказ от участия. Все участники исследования дали информированное согласие на анкетирование и были уведомлены о его анонимном характере.

Таблица 1. Демографический, социально-экономический статус и переменные, связанные со здоровьем, у студентов старших курсов медицинских и гуманитарных специальностей ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России

Показатель ДВФУ (n=458) ТГМУ (n=476) V, р

M

Средний возраст 21,4 (2,1) 21,2 (1,5) >0,05

Ежемесячный индивидуальный доход1 6,54 (1,17) 5,97 (0,873) >0,05

Ежемесячный доход домохозяйства1 74,15 (8,16) 77,38 (10,14) >0,05

Условия проживания2 2,6 (0,3) 2,4 (0,4) >0,05

Условия обучения2 3,5 (0,3) 4,0 (0,8) >0,05

Качество питания2 3,3 (0,6) 3,1 (0,7) >0,05

Число хронических заболеваний3 0,7 (0,1) 0,8 (0,4) >0,05

Индекс коморбидности (Чарлсона)3 0,9 (0,6) 0,9 (0,4) >0,05

Число обращений к врачу за год3 1,2 (0,4) 1,4 (0,7) >0,05

Употребление алкоголя2 0,3 (0,3) 0,5 (0,4) >0,05

Курение (интенсивность)2 2,1 (0,6) 1,8 (0,5) >0,05

Занятия спортом (эпизодов в неделю)4 2,2 (0,8) 1,5 (0,4) >0,05

Примечание. Mean (M) - среднее значение показателя в выборке; SD (standard deviation) - стандартное отклонение;1 - тысяч рублей;2 - значение в баллах от 1 до 5;3 - в единицах;4 - Number (N) - число случаев; V (value) - достоверность различий.

Все студенты прошли анкетирование с использованием Анкеты самооценки студента вуза (далее Анкеты] (Поздеева, 2008; с дополнениями авторов]. Данный вопросник содержит несколько блоков: демографический, экономический, условий проживания и обучения, качества образовательного процесса, отношения к своему здоровью и медицинской активности. Для каждого вопроса пред-

усмотрен диапазон оценок от минимальной (0] до максимальной (5]. Анкета содержит ряд вопросов, касающихся режима сна-бодрствования, времени приема пищи, регулярности и качества питания, занятия физической культурой и спортом, наличия вредных привычек, хронических заболеваний, условий проживания и организации учебного процесса. В процессе дополнения и

оптимизации Анкеты мы учитывали рекомендации многих исследовательских групп, ранее выявлявших особенности здоровьесберегающего поведения студентов, и факторы, на него влияющие [5, 7, 11-13, 15-17]. Следует также отметить, что ряд исследуемых параметров оценивали по шкале в «реверсивном» режиме. Так, студентам, отрицающим наличие травм, предлагалось оценивать этот пункт в 5 баллов (отсутствие травмы приравнивалось к максимально позитивному ответу) и т.д.

Объективное состояние здоровья (по наличию и фазе хронических заболеваний] и индекс коморбидности оценивали по медицинской документации студенческих лечебно-профилактических учреждений ДВФУ и ТГМУ. Изучали листы уточненных диагнозов амбулаторных карт пациента (форма 025/у); журналы учета пациентов, которым предоставлен лечебный отпуск (форма 001-1 /у); врачебно-контрольные карты диспансерного наблюдения (форма 062/у). При расчете индекса коморбид-ности суммировали баллы, соответствующие хроническим заболеваниям, согласно таблице Чарлсона по форме 025/у каждого студента.

Общий объем выборочной совокупности определяли на основе характеристик дисперсий показателей в ранее проводившихся подобных исследованиях.

При сравнении значений в субгруппах доверительная вероятность 95% и доверительный интервал ±5% считали достаточными для определения значимых различий. При статистической обработке массивов данных использовали двусторонний анализ дисперсии (АЫОУА). Корреляцию показателей определяли с расчетом коэффициента Спирмена. Огра-

ничения значимости при отсутствующих значениях оценивали с использованием теста Вальда. При работе с полученным материалом была использована прикладная программа $1а11з11са 6.0.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В 27 (2,9%) случаях данные оказались неполными. Это было связано с допущенными ошибками при заполнении или/и сознательным отказом респондента отвечать на какой-либо конкретный вопрос [в 14 (1,5%) случаях - о личном доходе либо доходе домохозяйства]. Анализ соотношения полных и неполных данных по методу Вальда позволил установить, что значимость недостающих данных не повлияла на корректность сравнения.

В табл. 2 представлены результаты оценки различных факторов, влияющих на здоровьесберегающее поведение студентов, а также поведенческих стереотипов, ассоциированных с определенными поведенческими моделями. Изучаемый спектр вопросов был представлен четырьмя блоками: блок А - «Социально-бытовые условия и образовательное пространство»; блок Б - «Информированность, связанная со здоровьесбе-регающим поведением»; блок В - «Поведенческие стереотипы в отношении здоровья»; блок Г - «Медицинская активность и физическая культура». Несмотря на многообразие, неоднородность исследуемых параметров и значительную мощность исследования, позволившую проводить корректные сравнения между подгруппами, ни в одном случае не удалось обнаружить достоверных различий в оценках по возрастному и гендерному признакам.

Таблица 2. Средние значения оценки предполагаемых факторов влияния на здоровьесберегаю-щее поведение студентов ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России

V I-III курсы M±SD IV-VI курсы M±SD I-VI курсы M1±SD I-III курсы M±SD IV-VI курсы M±SD I-VI курсы M±SD V

А1 3,5 (0,2) 3,7 0,6) 3,6 0,5) 3,3 (1,1) 3,6 0,8) 3,5 0,5) Б1

А2 3,4 (0,5) 3,9 0,5) 3,6 0,7) 4,0 (0,6) 3,9 0,6) 3,9 0,6) Б2

A3 1,9 (0,8) 1,5 0,3) 1,7 0,3) 3,7 (0,4) 4,0 0,6) 3,9 0,5) Б3

А4 2,1 (0,2) 2,8 0,7) 2,5 0,2) 4,0 (0,3) 4,5 0,4) 4,2 1,3) Б4

А5 1,8 (0,4) 1,7 0,4) 1,7 0,6) 4,6 (0,7) 4,8 0,9) 4,7 0,9) Б5

А6 1,5 (0,4) 1,6 0,6) 1,7 0,4) 4,8 (1,6) 4,3 2,1) 4,5 1,3) Б6

А7 2,6 (0,8) 3,0 0,5) 2,8 0,5) 4,0 (1,6) 3,4 1,3) 3,7 1,3) Б7

А8 2,8 (0,6) 3,6 0,1) 3,2 0,8) 4,1 (1,5 4,4 0,9) 4,2 0,7) Б8

А9 0,6 (0,3) 1,2 0,9) 0,9 0,4) 3,5 (0,8) 4,3 1,6) 3,9 1,2) Б9

А10 0,7(1,1) 1,4 1,2) 1,1 0,6) 3,9 (0,9) 4,4 1,3) 3,2 0,8) Б10

А11 1,7 0,5) 2,6 0,5) 2,2 0,7) 2,4 (0,5) 2,9 2,2) 2,5 1,7) Б11

А12 3,6 0,9) 3,9 1,1) 3,8 0,5) 3,8 (0,4) 4,3 0,4) 4,1 0,6) Б12

В1 1,9 0,7) 3,0 0,8) 2,1 0,8) 4,7 (0,7) 4,6 1,3) 4,6 1,2) Г1

В2 2,6 1,3) 2,6 0,9) 2,6 1,2) 1,7 (0,3) 2,9 1,1) 2,3 1,4) Г2

В3 3,5 1,3) 4,3 1,6) 3,9 1,1) 2,3 (0,5) 3,9 0,7) 3,0 0,9) Г3

В4 2,9 1,2) 2,5 0,8) 2,4 1,3) 3,2 (1,4) 3,8 1,2) 3,5 0,3) Г4

В5 3,9 1,4) 4,5 1,3) 4,2 1,6) 3,8 (1,1) 4,6 0,7) 4,3 0,7) Г5

В6 4,1 1,2) 2,9 0,5) 3,5 0,8) 4,7 (0,7) 4,9 1,1) 4,8 0,9) Г6

В7 3,2 1,4) 3,8 1,2) 3,5 0,3) 3,9 (1,0) 4,6 1,1) 4,2 1,3) Г7

В8 4,0 0,9) 1,8 0,9) 2,9 0,9) 4,5 (1,2) 4,9 1,5) 4,7 0,9) Г8

В9 2,3 0,4) 1,9 0,4) 2,1 0,5) 4,3 (1,4) 4,2 1,4) 4,3 0,7) Г9

В10 2,4 1,2) 2,8 0,9) 2,6 1,3) 2,4 (0,6) 2,1 0,8) 2,2 0,5) Г10

В11 0,9 0,9) 1,2 0,6) 1,0 0,6) 0,8 (0,5) 1,5 0,7) 1,2 0,8) Г11

В12 4,6 1,3) 4,2 0,9) 4,4 1,7) 2,3 (0,3) 2,2 1,3) 2,2 1,3) Г12

В13 4,6 1,7) 3,5 0,9) 4,1 1,0) 3,7 (1,2) 2,6 0,9) 3,3 1,4) Г13

В14 3,4 1,4) 3,7 1,5) 3,5 1,2) 1,4 (1,4) 0,7 0,5) 1,2 1,0) Г14

В15 0,6 0,3) 0,8 1,3) 0,7 0,5) - - - -

В16 2,9 1,3) 3,7 0,9) 3,3 1,2) - - - -

В17 3,7 1,0) 3,9 1,4) 3,5 1,2) - - - -

В18 4,0 0,5) 4,4 0,8) 4,2 0,5) - - - -

Примечание. V (variables) - влияния на здоровьесберегающее поведение студентов в баллах от 1 до 5. 132'| Медицинское образование и профессиональное развитие

ПЕРЕМЕННЫЕ

Блок А. «Социально-бытовые условия и образовательное пространство»

1. Регулярное и рациональное питание.

2. Соответствие одежды сезону.

3. Условия проживания (комфорт].

4. Условия проживания (соответствие санитарно-гигиеническим нормативам].

5. Доступность медицинской помощи.

6. Время, затрачиваемое на дорогу к вузу.

7. Рабочий график (расписание занятий].

8. Комфорт образовательного пространства.

9. Климат-контроль в аудиториях.

10. Доступность питьевой воды в вузе.

11. Уровень личного дохода.

12. Уровень дохода домохозяйства.

Блок Б. «Информированность»

Владение информацией

1. По физиологии человека.

2. Функциональной анатомии человека.

3. Инфекционным заболеваниям и способам их передачи.

4. Хроническим заболеваниям внутренних органов.

5. Профилактическим прививкам.

6. Основам ЗОЖ.

7. Последствиям вредных привычек.

8. Контрацептивным средствам.

Доступ к:

9. Электронным ресурсам по ЗОЖ.

10. Пабликам, обсуждающим ЗОЖ. Интерес к информации о:

11. Здоровье.

12. Новых медицинских технологиях в области ЗОЖ.

Блок в. «Поведенческие стереотипы»

1. Режим сна и бодрствования.

2. Режим труда и отдыха.

3. Взаимоотношения в студенческой группе.

4. Взаимоотношения с родителями.

5. Отношение к преподавателям.

6. Наличие друзей в вузе.

7. Наличие друзей вне вуза.

8. Курение.

9. Употребление алкоголя.

10. Употребление психоактивных веществ.

11. Употребление тонизирующих напитков.

12. Стремление к овладению профессией.

13. Стремление к личному успеху.

14. Признаки профессионального выгорания.

15. Наличие свободного времени.

16. Склонность к творчеству, не связанному с профессиональными знаниями.

17. Наличие устойчивых увлечений.

18. Промискуитет.

Блок Г. «Медицинская активность

и физическая культура»

1. Диспансерное наблюдение.

2. Обращение к врачу при появлении патологических симптомов.

3. Наблюдение при наличии хронического заболевания.

4. Самолечение (самостоятельный прием лекарственных препаратов].

5. Самолечение (использование нетрадиционных методов лечения].

6. Поведение при эпидемиях ОРВИ (активная и пассивная защита].

7. Выполнение предписаний врача в случае заболевания.

8. Профилактические прививки.

9. Использование контрацептивных средств.

10. Занятия физической культурой.

11. Занятия фитнесом.

12. Травмы при занятиях физической культурой в анамнезе.

13. Объем интеллектуальных нагрузок.

14. Объем физических нагрузок.

При анализе ответов на вопросы блока А было отмечено, что большинство студентов низко и крайне низко оценивали комфорт и условия проживания [1,7 (0,3] балла], доступность медицинской помощи [1,7 (0,6]], уровень личного дохода [2,2 (0,7]], время, затрачиваемое на дорогу к вузу [1,7 (0,6]]. Низкие оценки получили такие параметры, как микроклимат в учебных аудиториях [0,9 (0,4]] и доступность питьевой воды в помещениях вуза [1,1 (0,6]]. В то же время такие параметры социально-бытовых и экономических условий, как качество питания, соответствие одежды сезону, уровень семейного дохода, большинство респондентов оценивали достаточно высоко [соответственно 3,6 (0,5], 3,6 (0,7], 3,8 (0,5] балла]. Большинство студентов весьма высоко оценили свои знания и информированность в отношении хронических заболеваний внутренних органов [4,2 (1,3]], профилактических прививок, их целесообразности и эффективности [4,7 (0,9]], основ ЗОЖ [4,5 (1,3]], контрацептивных средств [4,2 (0,7]], новых медицинских технологий в области ЗОЖ [4,1 (0,6]]. Однако интерес к информации, относящейся к здоровью, в целом респонденты проявляли слабо [2,5 (1,7]].

При анализе ответов на вопросы из блока В было установлено, что у студентов вызывает беспокойство (оценивается негативно] собственный распорядок дня/режим сна и бодрствования [1,9 (0,7] балла], отсутствие свободного времени [0,7 (0,5]]. Пристрастие к употреблению алкоголя и тонизирующих, содержащих кофеин напитков студенты традиционно оценивали как минимальное, несмотря на анонимность анкеты [соответственно 2,1 (0,5] и 1,0 (0,6] балла]. Напротив, очень высокими в среднем оценками респонденты характеризовали собственное стремление к овладению профессией [4,4 (1,7]], личному успеху и достижению намеченных

индивидуальных целей [4,1 (1,0]], а также взаимоотношения в студенческой группе [3,9 (1,1]] и отношение к преподавателям [4,2 (1,6]]. При изучении результатов оценки медицинской активности и отношения к физической культуре и спорту было отмечено, что большинство респондентов при появлении патологических симптомов редко обращаются к услугам специалиста [2,3 (1,4]], почти не привержены занятиям физической культурой [2,2 (0,5]] и фитнесом [1,2 (0,8]]. Обследуемые студенты имели минимальный контакт в пабликах, в которых обсуждается ЗОЖ [2,2 (0,5]]. Практически все респонденты отметили ответственное отношение к прохождению ежегодного диспансерного наблюдения [4,6 (1,2]], строгое выполнение предписаний врача в случае обращения к нему за помощью [4,2 (1,3]], приверженность профилактическим прививкам [4,7 (0,9]], противоэпидемическим мероприятиям при эпидемии острой респираторной вирусной инфекции [4,8 (0,9]], использованию контрацепции [4,3 (0,7]]. В то же время многие студенты отметили эпизоды самолечения и использования нетрадиционных методов лечения в случае заболевания [4,3 (0,7]].

Затем мы исследовали корреляционные связи между каждой исследуемой переменной, относящейся к здоровьесберегаю-щему поведению, и суммарным показателем, а также индексом коморбидности Чарлсона. Цель данной части работы - обнаружить показатели, наиболее сильно связанные с общим значением и индексом коморбидности. В процессе анализа мы относили к значимым переменным те, которые имели как минимум сильную корреляцию (г>0,6] с одним из композитных параметров (суммарное значение факторов и индекс комор-бидности] и среднее значение корреляции (0,6>г>0,3] - со вторым. Результаты анализа

БлокА. Социально-бытовые условия и образовательное пространство

Блок Б. Информированность

♦ 0,83 ф0,71 ^ 0,72

0,63 • 0,61 ♦ 0,57

0,89 0,84

♦ ИЗСП *ИК

ÍÎ 0,76

°'68 „0,59

• 0,58 »0,58 • 0,45 ж0,42 0,49 0,42 ^0,31

0,19 5 0,19

♦ 0,11

А1 А2 АЗ А4 А5 А6 А7 А8 А9 А10 А11 А12

♦ изсп • ИК

«0,64 •О,57 ♦0,73 ♦°'79 • 0,65 90,65

ф0,41 ♦0,43 ж в0,59 ф0,49 ♦О'53 ♦„„•0,5 • 0,42 ♦ 0,42 °'51 ♦О,43

•о,33 •0,25 • 0,32 • 0,32 А 0,28 ♦0,23

♦о, 17 • 0,09

Б1 Б2 БЗ Б4 Б5 Б6 Б7 Б8

Б10 Б11 Б12

Блок В. Поведенческие стереотипы

Блок Г. Медицинская активность и физическая культура

♦0,93

^0,72,

0,71

^0,77

♦ изсп

• ик

В1 В2

,0,85

1,19

0,22

0,32 0,24

В4 В5 В6 В7

В9 В10 В11 В12 В13 В14 В15 В16 В17 В18

к ♦ ИЗСП • ИК ж ♦о,85

0,6' 0,4' 0,2' .0,66 ♦О.тг ^0,79 ♦ 0,75 • «0,62 «0,63 °.61 ♦о,52 0,59 0,59« #0,59 *0, ♦ 0,47 * ' 0,53 0,55 ф„ ♦ 0,78 ♦0,63

59 45 • 0,49

• 0,32 • 0,24

• 0,16 .014 «0,18 ♦ 0,13

Г1 Г2 ГЗ Г4 Г5 Г6 Г7 Г8 Г9 Г10 Г11 Г12 Г13 Г14

Рис. 1. Корреляционные коэффициенты

представлены на рис. 1. Исходя из этих критериев мы выяснили, что в блоке «Социально-бытовые условия и образовательное пространство» этим требованиям удовлетворяют следующие показатели:

• регулярное и рациональное питание (г1=0,71, г2=0,63, р<0,05 в обоих случаях);

• адекватность одежды времени года (г1=0,83, г2=0,62, р<0,05, р<0,01);

• соответствие условий проживания санитарно-гигиеническим нормам (г1=0,72, г2=0,69, р<0,05, р<0,05);

• расписание занятий (г1=0,76, г2=0,68, р<0,05, р<0,05);

• уровень дохода семьи (г1=0,89, /2=0,84, р<0,01, р<0,01).

Данные показатели представлены в блоке шифрами А1; А2; А4; А7; А12.

В блоке Б («Информированность, связанная со здоровьесберегающим поведением»), согласно указанным критериям, мы выделили следующие показатели: информированность о хронических заболеваниях внутренних органов (/"1=0,64, г2=0,57, р<0,05, р<0,05), основах ЗОЖ (/"1=0,73, /2=0,65, р<0,05, р<0,05), доступ к электронным ресурсам по ЗОЖ (г1=0,79, /2=0,65, р<0,05, р<0,05). Показатели представлены в блоке шифрами Б4; Б6; Б9.

Значительно больше показателей из блока В удовлетворило заявленным критериям. Это режим сна и бодрствования (г1=0,93, /2=0,53, р<0,01, р<0,05); режим труда и отдыха (г1=0,72, /2=0,57, р<0,05, р<0,05); взаимоотношения в студенческой

группе (г1=0,71, /2=0,52, р<0,05, р<0,05); наличие друзей в вузе (/1=0,77, /2=0,4, р<0,01, р<0,05); стремление к овладению профессией (/1=0,85, /2=0,32, р<0,01, р<0,05); стремление к личному успеху (/1=0,74, /2=0,57, р<0,05, р<0,05); признаки профессионального выгорания (/1=0,76, /2=0,58, р<0,05, р<0,05). Показатели соответствуют шифрам В1; В2+В3; В6; В12; В13; В14.

Наконец, следующие показатели из блока Г («Медицинская активность и физическая культура») имеют высокий и средний уровень корреляции с композитными параметрами: диспансерное наблюдение (/1=0,66, /2=0,61, р<0,05, р<0,05); наблюдение при наличии хронического заболевания (/1=0,72, /2=0,62, р<0,05, р<0,05); активная и пассивная защита при эпидемиях ОРВИ (/1=0,79, /2=0,59, р<0,05, р<0,05), выполнение предписаний врача в случае заболевания (/1=0,85, /2=0,59, р<0,01, р<0,05); объем интеллектуальных (/1=0,65, /2=0,32, р<0,05, р<0,05) и физических нагрузок (/1=0,78, /2=0,49, р<0,01, р<0,05). Шифры показателей в блоке Г: Г1; Г3; Г6; Г7; Г13; Г14.

Таким образом,на основании проведенного корреляционного анализа мы пришли к заключению о целесообразности включения в Индекс здоровьесберегающего поведения показателей и факторов под шифрами ИЗСП = А1+А2+А4+А7+А12+Б4+Б6+ Б9 +В1+В2+В3+В6+В12+В13+В14+Г1+Г3+Г6+

-- - 69,8 (62,2-77,4) р<0,05

-- - 72,2 (60,9-83,5) р<0,05

Общая оценка -- - 71,0 (61,1-80,7) р<0,05

Баллы 60 70 80

Рис. 2. Средние значения и доверительные интервалы индекса здоровьесберегающего поведения студентов ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России

Г7+Г13+Г14. При данной конфигурации составляющих максимально возможное значение ИЗСП составляет 21x5=105 баллов.

Затем мы суммировали отобранные показатели и определили доверительные интервалы, соответствующие 95% отсечению значений. Таким образом, было рассчитано итоговое значение искомого Индекса здоровьесберегающего поведения для студентов младших и старших курсов, а также суммарный усредненный показатель ИЗСП. Результаты этой работы представлены на рис. 2. Среднее значение ИЗСП для студентов младших курсов составило 69,8 (62,2-77,4), старших курсов - 72,2 (60,9-83,5). Среднее значение ИЗСП по выборке оказалось равным 71,0 (61,1-80,7).

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Изучение поведения в отношении здоровья и здоровьесбережения студенческой молодежи в настоящее время продолжает находиться в фокусе внимания многих исследователей. Однако в литературе отсутствует информация об эффективном инструментарии, позволяющем формализовать получаемые данные для дальнейшей статистической обработки и объективного анализа поведенческих стереотипов в отношении здоровьесбе-режения, выработки рекомендаций по его оптимизации. Более того, в настоящее время отсутствуют единые подходы к номенклатуре факторов, влияющих на формирование моделей поведения в отношении здоровья в студенческой среде и их реализацию [7, 15]. Как указывалось выше, разные авторы, работающие в данном направлении, как правило, делают акцент на изучении одной-двух групп фак-

торов, исследуя их достаточно углубленно, но мало учитывая контекст. Так, не вызывает сомнений установочное в отношении здоровьесбережения влияние занятий физической культурой, спортом, фитнесом [10-12]. В то же время без учета влияния социально-экономических факторов или условий проживания и обучения итоговые выводы могут оказаться неполными, иметь ограниченное значение. Исходя из этих представлений в настоящей работе для создания более достоверного оценочного инструмента мы сосредоточили внимание на исследовании влияния на здоровьесберегающее поведение студентов широкого спектра разнородных факторов и на оценке вклада каждого из них в формирование поведенческого стереотипа. С этой целью была значительно расширена и реструктурирована Анкета (Поздеева, 2008), упрощены и оптимизированы ее оценочные шкалы, что позволило получить большой дополнительный массив информации о поведении в отношении здоровья и ассоциированных факторах. В целом были изучены 56 позиций, сгруппированные в 4 блока, касающихся разных аспектов жизнедеятельности студентов.

В результате мы установили, что своеобразными точками уязвимости является ряд гетерогенных факторов, негативно влияющих на трудовой (образовательный) процесс и восприятие информации, связанной с поведением в отношении здоровья. Так, большинство студентов негативно оценивают условия проживания в кампусах (1,7-2,5 балла), доступность медицинской помощи (1,7), расписание занятий (2,8), ряд других социально-бытовых факторов. В целом по выборке студенты низко оценивали со-

блюдение режима сна и бодрствования (2,1), труда и отдыха (2,6), наличие свободного времени (0,7), занятия физической культурой (2,2), фитнесом и т.д. Приведенные результаты примерно совпадают с данными других авторов [5, 6] и подтверждают мнение о существенных социально-экономических и бытовых проблемах, негативно влияющих как на поведенческие стереотипы студентов, так и на успешность их обучения. В то же время нами были получены новые данные, которые могут способствовать лучшему пониманию формирования поведенческих моделей студентов. Так, респонденты достаточно высоко оценивали доступ к интернет-сайтам и пабликам, в которых обсуждаются проблемы ЗОЖ (3,9; 3,2), интерес к новым медицинским технологиям в области ЗОЖ (4,1), ряд других факторов, связанных с информированностью в этой области.

Затем мы провели корреляционный анализ и определили уровень взаимосвязи каждого исследуемого фактора с суммарным показателем и индексом комор-бидности. Было установлено, что лишь 21 параметр имеет с ними как минимум высокий и средний уровень взаимосвязи. На этом основании мы предположили, что данные параметры наиболее достоверно характеризуют здоровьесберегающее поведение студентов, и их целесообразно включить в суммарный показатель Индекс здоровьесберегающего поведения. Расчет доверительных интервалов общего показателя позволил определить, что значения ИЗСП для 95% студентов составляют 61,180,7 балла. При экстраполяции этих значений на процентную шкалу мы получаем диапазон 60-80%. Иными словами, здоро-вьесберегающее поведение большинства студентов из выборки на 60-80% соот-

ветствует идеальным значениям. Данный результат в целом соответствует результатам, полученным при использовании других изолированных оценочных шкал [5, 6, 9, 11, 12], что, на наш взгляд, дает возможность сделать предварительное предположение о конструктивной валид-ности данного инструмента.

Безусловно, мы отдаем себе отчет, что предложенная конфигурация параметров объективизации здоровьесберегающего поведения нуждается в дальнейшем уточнении. Кроме того, очевидна необходимость специальной оценки критериальной и дискриминационной валидности. Отсутствие этих данных является ограничением данного исследования. К недостаткам исследования также можно отнести отсутствие в выборке студентов технических, военных и иных специальностей.

Тем не менее полученные результаты в представленном виде могут быть полезны при оценке здоровьесберегаю-щего поведения студенческой молодежи социологами, педагогами, врачами-организаторами, гигиенистами и исследователями смежных направлений.

выводы

1. Наиболее значимыми проблемными точками здоровьесберегающего поведения студентов являются неудовлетворительные условия проживания, недоступность своевременной и качественной медицинской помощи, низкий личный доход, отдаленность образовательного учреждения, низкий комфорт образовательного пространства. Согласно полученным данным, студенты проявляют слабый интерес к информации о здоровье, негативно оцени-

вают свой распорядок дня, отмечают недостаток ночного сна, свободного времени. Большинство студентов не привержены занятиям спортом и физической культурой, имеют минимальные контакты в пабликах, в которых обсуждаются проблемы ЗОЖ, редко обращаются за врачебной помощью при обнаружении патологических симптомов.

2. Анализ корреляционной зависимости между отдельными факторами, характеризующими здоровьесберегающее поведение студентов, и суммарным показателем, а также индексом коморбидности позволил выделить 21 параметр, име-

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

ющий как минимум среднюю корреляцию с обоими композитными показателями. Это послужило основанием для включения данных факторов в Индекс здоровьесберегающего поведения студентов.

3. Большинство студентов (95%) из этой выборки оценивают свое поведение в отношении здоровья, согласно предложенному Индексу здоровьесберегающего поведения, в 61,1-80,7 балла при максимально возможном значении показателя 105 баллов.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Кузнецов Владимир Вячеславович (Kuznetsov Vladimir V.) - кандидат медицинских наук, заведующий кафедрой общественного здоровья и здравоохранения ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, Владивосток, Россия

E-mail: kuznetsov0tgmu.ru https://orcid.org/0000-0001-5320-5876

Косилов Кирилл Владимирович (Kosilov Kirill V.) - доктор медицинских наук, профессор департамента социальных наук Школы искусств и гуманитарных наук ФГБОУ ВО «Дальневосточный федеральный университет» Минздрава России, Владивосток, Россия

E-mail: oton20000mail.ru https://orcid.org/0000-0001-9747-3100

Байрамов Руслан (Bayramov Ruslan) - аспирант кафедры общественного здоровья и здравоохранения ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, Владивосток, Россия E-mail: bairamov920mail.ru https://orcid.org/0000-0001-5787-9886

Косилова Екатерина Кирилловна (Kosilova Eketerina K.) - ассистент кафедры общественного здоровья и здравоохранения ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, Владивосток, Россия E-mail: katrina.kosilova0yandex.ru https://orcid.org/0000-0001-9428-3248

Ющенко Никита Игоревич (Yuschenko Nikita I.) - магистрант, ФГБОУ ВО «Владивостокский государственный университет экономики и сервиса», Владивосток, Россия

E-mail: www.nikita.ru.950mail.ru

Смирнов Евгений Андреевич (Smirnov Evgeniy А.) - аспирант кафедры общественного здоровья и здравоохранения ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет» Минздрава России, Владивосток, Россия E-mail: jenyasmi19880gmail.com https://orcid.org/0000-0003-1027-1528

ЛИТЕРАТУРА

1. Бабина В.С. Проблемы здоровья студенческой молодежи // Молодой ученый. 2015. № 11. С. 572-575.

2. Евсевьева М.Е., Кошель В.И., Еремин М.В. и др. Скрининг ресурсов здоровья студентов и формирование внутривузовской профилактической среды: клинические, образовательные и воспитательно-педагогические аспекты // Мед. вестн. Северного Кавказа. 2015. № 1. С. 64-69.

3. Алексеенко С.Н., Дробот Е.В. Категории жизнестойкости и качества жизни у студентов медицинского вуза в сопряженности с самооценкой здоровья // Земской врач. 2014. № 2 (23). С. 41-44.

4. Савич Л.Е. Здоровьесбережение человечества как социально-гуманитарная проблема: культурно-исторические и современные аспекты // ЮНЕСКО: стратегия развития культуры, науки и образования в контексте нового гуманизма : материалы Международной научно-практической конференции (в рамках Международного форума «Сбережение человечества как императив устойчивого развития»). Казань, 2016. С. 236-242.

5. Бруснева В.В., Клименко Т.В. Значимые факторы и условия жизни, влияющие и формирующие состояние здоровья студенческой молодежи города Ставрополя // Мед. вестн. Северного Кавказа. 2012. № 3. С. 82-86.

6. Сагидуллина Л.С., Ксетаева Г.К., Орынбасарова К.К. и др. Внешние факторы, влияющие на успеваемость студентов вуза // Вестн. КазНГМУ. 2017. № 4. С. 290-294.

7. Журавель В.В. Поведенческие факторы здоровья студенческой молодёжи // Культурные тренды современной России: от национальных истоков к культурным инновациям : сборник докладов V Всеро-сийской (с международным участием) научно-практической конференции студентов, магистрантов, аспирантов и молодых учёных : в 3 т. / отв. ред. С.Н. Борисов, И.Е. Белогорцева, В.С. Игнатова, Е.В. Бронникова. Белгород, 2017. С. 241-244.

8. Побединская И.В. Здоровьесберегающая деятельность педагога: тезаурус исследования // Изв. ВГПУ. 2017. № 1 (274). С. 32-41.

9. Гатиятуллина Л.Л. Здоровьесберегающее пространство в медицинских образовательных организациях // Казан. мед. журн. 2018. № 1. С. 110-116.

10. Болотин А.Э., Миронова О.В., Лукина С.М., Ярчиковская Л.В. Содержательные и организационные аспекты формирования навыков здорового образа жизни у студентов вузов // Теория и практика физической культуры. 2016. № 6. С. 18-20.

11. Серов Д.В. Медико-социальная характеристика здоровьесберегающего поведения взрослого населения мегаполиса // Вестн. Рос. ун-та дружбы народов. Сер.: Медицина. 2016. № 1. С. 150-157.

12. Аварханов М. А. Технология формирования здоровьесберегающего поведения студентов в процессе физического воспитания в вузе // Вестн. Моск. гос. областного ун-та. Сер.: Педагогика. 2017. № 2. С. 258-264.

13. Бакаев В.В., Болотин А.Э. Показатели готовности студентов к здоровьесберегающему поведению // Ученые записки ун-та им. П.Ф. Лесгафта. 2013. № 12 (106). С. 36-39.

14. Биловус В.К., Минасян Л.А. Установки молодежи на здоровьесберегающее поведение // Создание условий в учебных заведениях высшего профессионального образования, обеспечивающих охрану и укрепление физического, психологического и социального здоровья обучающихся, формирование устойчивой мотивации на здоровье и здоровый образ жизни : материалы межвузовской научно-практической конференции. Шахты, 2008. С. 68-79.

15. Лепихина Т. Л., Карпович Ю.В. Анализ факторов, формирующих здоровьесберегающее поведение работников // Фундамент. исслед. 2014. № 8-2. С. 400-403.

16. Киенко Т.С. Институциональные и неинституциональные факторы формирования здоровьесберегающего поведения // Соврем. пробл. науки и образования. 2015. № 1-1. С. 1443.

17. Донченко В.И. Структурная модель обучения студентов-медиков здоровьесберегающим технологиям // Концепт. 2015. № 10. С. 111-115.

REFERENCES

1. Babina V.S. The health problems of student youth. Molodoy uchenyy [Young Scientist]. 2015; (11): 572-5. (in Russian]

2. Evsevieva M.E., Koshel V.I., Eremin M.V., et al. Screening of student health resources and the formation of an intra-university preventive environment: clinical, educational and pedagogical aspects. Meditsinskiy vestnik Severnogo Kavkaza [Medical Bulletin of the North Caucasus]. 2015;

3. Alekseenko S.N. Categories of vitality and quality of life among students of a medical university in conjunction with a self-esteem of health. Zemskoy vrach [Country Doctor]. 2014; 2

4. Savich L.Ye. Health saving of mankind as a socio-humanitarian problem: cultural, historical and modern aspects. In: YUNESKO: strategiya razvitiya kul'tury, nauki i obrazovaniya v kontekste novogo gumanizma: materialy Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii

5. Brusneva V.V. Significant factors and living conditions that influence and shape the health status of students of the city of Stavropol. Meditsinskiy vestnik Severnogo Kavkaza. [Medical Bulletin of the North Caucasus]. 2012;

6. Sagidullina L.S., Ksetaev G.K., Orynbasarova K.K. External factors affecting the performance of university students. Vestnik KazNGMU [Bulletin of KazNGMU]. 2017;

7. Zhuravel V.V. Behavioral health factors of student youth. In: Kul'turnyye trendy sovremennoy Rossii: ot natsional'nykh istokov k kul'turnym innovatsiyam: sbornik dokladov V Vserossiyskoy

8. Pobedinskaya I.V. Educator's health-saving activities: research thesaurus. Izvestiya VGPU [News of VGPU]. 2017; 1

9. Gatiyatullina L.L. Health-saving space in medical educational organizations. Kazanskiy meditsinskiy zhurnal [Kazan Medical Journal]; 2018;

10. Bolotin A.E., Mironova O.V., Lukina S.M., Yarchikovskaya L.V. Content and organizational aspects of the formation of healthy lifestyle skills among university students. Teoriya i praktika fizicheskoy kul'tury [Theory and Practice of Physical Culture]. 2016;

11. Serov D.V. Medical and social characteristics of the health-saving behavior of the adult population of the metropolis. Vestnik Rossiyskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Meditsina [Bulletin of the Russian University of Peoples' Friendship. Series: Medicine]. 2016;

12. Avarkhanov M.A. Technology of the formation of health-saving behavior of students in the process of physical education at a university. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta. Seriya: Pedagogika [Bulletin of Moscow State Regional University. Series: Pedagogy] 2017;

13. Bakaev V.V. Indicators of students' readiness for health-saving behavior. Uchenie zapiski instituta imeni P.F. Lesgafta [Scientific Notes University of P.F. Lesgaft]. 2013; 12

14. Bilovus V.K. Attitudes of youth on health-saving behavior. Sozdaniye usloviy v uchebnykh zavedeniyakh vysshego professional'nogo obrazovaniya, obespechivayushchikh okhranu i ukrepleniye fizicheskogo, psikhologicheskogo i sotsial'nogo zdorov'ya obuchayushchikhsya, formirovaniye ustoychivoy motivatsii na zdorov'ye i zdorovyy obraz zhizni: materialy mezhvuzovskoy nauchno-prakticheskoy konferentsii [Creation of conditions in educational institutions of higher vocational education, ensuring the protection and strengthening of students' physical, psychological and social health, the formation of sustainable motivation for health and a healthy lifestyle: materials of interuniversity scientific practical conference]. Shakhty, 2008: 68-79.

15. Lepikhina T.L., Karpovich Yu.V. Analysis of factors shaping the health-saving behavior of workers. Fundamental'nye issledovaniya [Fundamental Researches]. 2014; 8

16. Kienko T.S. Institutional and non-institutional factors in the formation of health-saving behavior. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya [Modern Problems of Science and Education]. 2015; 1

17. Donchenko V.I. Structural model of teaching medical students health-saving technologies. Koncept [Concept]. 2015;