Гендерный фактор в топонимической картине мира хакасов

ГЕНДЕРНЫЙ ФАКТОР В ТОПОНИМИЧЕСКОЙ КАРТИНЕ МИРА ХАКАСОВ

C.I1. Васильева

Гендерные оппозиции, топонимическом картина мира, хакасы, ментальность, пространство, ландшафт, семантические подгруппы.

Под понятие КМ подводились в разное время и разными мыслителями «видение мира», «понимание вещей и событий», «идеология», «художественные представления разных культурных ценностей», «национальное восприятие окружающею мира» и т. п. [Уфимцева 1988:118]. В то же время, по замечанию Ю.Н. Караулова, «картина мира» продолжает оставаться на уровне метафоры [Караулов 197G : 276]. За последние тридцать с небольшим лет произошли позитивные, на наш взгляд, изменения в поисках способов описания картины мира, накоплен опыт. «При исследовании проблемы отражения картины мира в человеческом языке обычно исходят из простой триады: окружающая действительность. отражение этой действительности в мозгу' человека и выражение результатов этого отражения в языке. При этом заведомо предполагается, что человек отражает эту действительность правильно и так же правильно эта действительность выражается в языке» [Серебренников 1988 : 87]. Вопрос об отображаемос-ти первичного мира во вторичном является принципиальным и существенным для жизнедеятельности человека. «Картина мира, отображенная в сознании человека, есть вторичное существование объективного мира, закрепленное и реализованное в своеобразной материальной форме. Этой материальной формой является язык, который и выполняет функцию объективации индивидуального человеческого сознания лишь как отдельной монады мира» [Колшанский 1990 : 15]. Картина мира - это не зеркальное отражение мира, судя по разнообразию интерпретаций. Подлинно адекватный глобальный и целостный образ мира может создать только коллективный субъект в процессе всестороннего постижения внешнего мира, созидая общую картину мира, в которой снимаются все нюансы индивидуального мировосприятия. Нельзя не учитывать, что каждый отдельный субъект является «автором» своего видения, своей модели мировосприятия. Субъективизм в построении модели мира снимается, когда картина мира реконструируется на основе данных языка, как ЯЗЫКОВАЯ картина мира. Обращение (или возвращение, вспомните A.A. Потебню) русистики к принципам антропоцентризма, развитие идей антропоцентризма произошло в последней трети XX в. Развитие идеи антропоцентризма на русской почве относительно американской и европейской лингвистики (Лакофф. Вайсгербер и др.) заключается в обращении к духовности и психологизму отражаемого в языке сознания, т. е. языковой ментальности.

В.В. Колесов и его последователи оперируют понятием ментальности, определяемой как «миросозерцание в категориях и формах родного языка, в процессе познания соединяющее интеллектуальные, духовные и волевые качества наци-

онального характера в типичных его проявлениях» [Колесов 2004 : 15]. Близок к нему по определению ментальности Н.К. Фролов: «Под ментальностью обычно подразумевают образ мыслей, совокупность знаний, умений, навыков, нравственных установок конкретной личности, народности, нации, этнической общности» [Фролов 2004 : 3 (выделено Н.Ф.)].

По мнению Ю.С. Степанова, язык «создан по мерке человека, и этот масштаб запечатлен в самой организации языка: в соответствии с ним язык и должен изучаться» [Степанов 2002 : 15]. Человек отражен в языковой картине мира со всей его динамичностью, как деятель и преобразователь. Ему свойственно выполнять три различных типа действий - физические, интеллектуальные и речевые; ему свойственны также определённые состояния - восприятие, желания, мнения, эмоции и т. п. В языковой картине мира отражены его реакции на внешние или внутренние воздействия [Апресян 1995 : 39-40].

Восприятие человеком окружающего пространства ярче веет выражено в топонимии.

В этом случае можно говорить о ТОПОНИМИЧЕСКОЙ картине мира как части языковой картины мира, т. е. совокупности стереотипов восприятия и отражения физико-географических особенностей ландшафта, а также различных впечатлений от географических объектов, связанных с национальной ментальностью. В книге «Русская топонимия Приенисейской Сибири: картина мира» мы отмечали, что в восприятии и репрезентации представлений человека о самом себе значительное место занимает гендерный фактор - отражение в названиях специфически мужского и женского начал. В лингвокультурологии были предприняты попытки описать проявления гендерного фактора по данным паремий [Телия 1996 : 260-269: Кирилина 1997: Шишигина 2006 : 82-86]. В топонимии реализация обобщенных образов мужчины и женщины описана Е.Л. Березович. Ею отмечена довольно яркая прорисовка образа женщины (бабы) в структуре географического пространства с его анатомическими деталями, что предполагает номинативное авторство мужчины. Раритетность мужских названий объясняется тем. что «мужчине принадлежит весь мир за пределами деревни с сё бабьими прудами, ручьями и болотами, поэтому номинации, задействующие образ мужчины, обладали бы недостаточными дистинктивными возможностями» [Березович 1998 : 46]. Нами осуществлена попытка представить идеографическое поле Тендерные отношения* в топонимии Приенисейской Сибири. Оно состоит из двух семантических полей: Образ мужчины. Образ женщины. топонимы которых реализованы главным образом в номинативных моделях посессивной и метонимического переноса. К числу ядерных топонимов семантических полей относятся географические названия от мужских и женских имен, отчеств, фамилий, прозвищ, выражающих отношение принадлежности к месту’. На периферии находятся географические названия, обозначающие отношения к бабе, девице, имеющие коннотацию близости к деревне (например, Бабья купальня, Бабий пруд).

Женские имена используются в создании русской микротоионимии, ойкони-мии. гидронимии. В сравнении с мужскими, среди женских отантропонимичес-ких названий, кроме посессивной модели, актуализирована модель переноса имени или прозвища на географический объект (например, урочище Ирина).

Женские огантропонимические названия в русской топонимии считаются более поздними. Женское имя в русской топонимии свидетельствует о выдвижении женщины в связи с потерей мужа (вдовство) или его болезнью, неспособностью кормить семью. Например, названия на -иха обозначают жену по имени или фамилии мужа, мать семейства, жену или вдову (например, поля Андрониха. Гордеиха) [Васильева 2005].

Целью данной статьи является описание гендерного фактора в топонимической картине мира хакасов, проживающих на сопредельных территориях и оставивших свои названия с давних времен на территории юга Красноярского края.

Источником материала для наблюдений послужили Топонимический словарь Хакасско-Минусинского края В.Я. Бутанаева [Бутанаев 1995]. Словарь орони-мов Хакасии Р.Д. Сунчугашева [Сунчугашев 2001].

Чтобы представить себе причины гендерных особенностей хакасских топонимов. следует знать специфику духовной культуры народа и традиционных верований. Хакасы придавали большое значение общим молениям. Во время моления в жертву приносилось нечетное количество белых ягнят с черными головами. Женщины, шаманы и дети к обряду не допускались. Женщинам также запрещалось прикасаться к лошадям, посвященным изыхам - духам-покровителям домашних животных. У хакасов существовал культ тёсей — семейных родовых покровителей, воплощением которых считались их изображения, им молились, чтобы их задобрить, имитировали их кормление. Обряды совершались при участии шамана. Официально хакасы в XIX в. были крещены в православие, но до сих пор придерживаются традиционных верований.

Реализация гендерной оппозиции мужской - женский обнаружена в 59 хакасских географических названиях. Противопоставление выражается в наличии географических названий от имен существительных, обозначающих мужчин и женщин, в рамках семантических групп: по возрасту, по семейному положению. по социальному положению, по физическим данным, но роду занятий.

Прежде всего коррелируют топонимы, связанные с антропообразными древними каменными идолами-истуканами: девушки — хыс, мужчины - ki.ii [Жевлов 1984 : 11]. Исследователи отмечают важную роль в формировании хакасской топонимической системы фактора «земельного утиснения». при котором использовался каждый участок земли и источник обводнения. При этом возникали хакасские названия, включающие имя человека, например: о-в Онхак (назван по имени хакаса), кл. Мексй Шулу (ключ человека по имени Мекей), лог Мамат Холы (лог человека по имени Мамат) и др. [Жевлов 1984 : 19]. Антропонимы в составе оронимов отмечает Р.Д. Сунчугашев: Ах пастигей (Аск.) (здесь первым поселился человек по имени Ах пас. От него произошли Ахпашевы), Пидес ора-мы (Аск.) (овраг Пидеса - здесь первым поселился Пидес Угдыжеков). Абатай таг (Аск.) (существует предание о происхождении названия этой горы: влюбленный Абатай сделал девушке предложение, но она ответила так: «Если ты верхом на коне проскачешь вниз по склону этой горы, я стану твоей женой». Поскакал Абатай и разбился. В память этого события гору назвали Абатай). Приведенные названия-посессивы характерны также и для русских топонимов, образованных от мужских имен, как мы уже отмечали ранее. Легенды о трагических событиях (Абатай и др.). связанных у хакасов с мужчиной, в русской топонимии

характерны в большей степени для топонимов, образованных от женских имен (ур. Л1арьина Береза - Марья повесилась).

Рассмотрим выделенные нами семантические подгруппы хакасских топонимов.

По возрасту, мужчина и женщина старшей) возраста: старик - старуха; Ап-сахташ - старик-камень, каменное изваяние, почитаемое место; гора Апчагыс -старичок; старуха - гора Индей киндик - старушечий кендюх (Шир.); гора Пней тас - старуха-камень (У. - Абак.); гора Иней Тигей - старуха-вершина (по р. Немир); гора Иней хайа - старуха-скала (Аск.); гора Кадай (Хадай Таг) - Старушечья гора (Таш.); гора Хуртуйах (Хуртуйах Тас) - Старушечья гора (Аск.); лог Хуртуяк Хол (Хуртуйах Хол) - Старушечий лог - здесь стояло каменное изваяние старухи (Аск.); гора Эней-Кочик (Эней Кочиги Хайазы) - Скала старухи Эней-Кочик. - Па этой горе жила ясновидящая старушка, которую каждый охотник одаривал куском мяса.

Номинации, предста в ленные в оппозиции старик - старуха, отличает обозначение почитаемых мест. В количественном отношении сохранилось больше названий от женских наименований старуха, дева, баба, их сопровождает множество легенд, в которых героиней оказывается женщина. Более сдержанно легенды отражают поступки и судьбы мужчин. Однако большое количество названий содержат имена мужчин, охотников и скотоводов, или орудий охоты: Хур-тан Хол - по имени владельца участка (Бей.); лог Айалыг хол - лог. где традиционно устанавливался самострел для охоты на коз. кабаргу, медведя (Аск.).

Оппозиция, представляющая молодой возраст: парень (мальчик) - дева (баба); гора Оолхая (Оол Хайа) - парень-скала (Аск.); ручей Оол -Чохтаджан, пр. реки Анзас (Оол Чохтачан Чу лат) - Ручей, по которому поднимаются парни (Таш.);

мальчик - гора Оолахтаг (Оолах Таг) - мальчишечья гора (Орд.); гора Оолах-Тасхыл (Оолах Тасхыл) - мальчишечий голец (Шир.);

дева - река Аскиз (Голодная дева) - по легенде; гора Ушкыс (Уш Хыс Таг)-Гора трех дев (Таш.): Кыс-кюзе (Хыс Козее) - каменное изваяние Девичье (Аск.): Кыс-обаа (Хыс Обаа) - каменная дева (Шир.. У.-Аб.. Богр.): гора Хыс-тури (Хыс Тур и) - девичья стоянка (Шир.); гора Хыспыках или Кыз-каскан (Хыснанах) -девичья (Орд.): лог Хыстар-хол (Хыстар Хол) - Девичий лог (У.-Аб.): гора Читы-хыс (Чити Хыс) - Семь дев (Шир.); ручей Чити-хыс-чул (Чити Хыс Чулы) впадает в озеро Ошколь - ручей семи дев;

баба - Иней-Обаа (Каменная баба), каменное изваяние (Алт., У. Аб. Бей.), «изображение животных и человеческих личин в камне находит объяснение в религиозных взглядах хакасов. С религиозным мировоззрением связаны топонимы с лексемой обаа «камень на кургане», «груда жертвенных камней в честь духа горы» [Жевлов 1984 : 11]; Иней тас (Каменная баба) - место, где совершает моление род кыргыз (У.-Аб.); Хуртуях Тас Чолы (Дорога каменной бабы) - название остатков крепостной стены, принимаемой хакасами за мифологическую дорогу каменного изваяния: гора Чабалхат-тигей (Чабал Хат Тигей) - высота плохой бабы (У.-Аб.). Женские названия встречаются там, где стояли каменные идолы (бабы), почитаемые как религиозный символ, предмет поклонения. В этом случае отмечаем, как и в русской топонимии, наличие модели метонимического переноса -

названия гор по находящимся там идолам (бабам), имеющим женский лик. Отличие заключается в том, что в русской топонимии перенос осуществляется непосредственно «антропоним - топоним» (например, река Ангутиха).

Семейные отношения отражаются в названиях, образованных от имен существительных, обозначающих родственников: отец, лгать, дитя, вдова, невестка, приемыш.

Отец - гора Большой Аталык (Отцовская); мать - река Иней - (Иней Суг) -Материнская река, в честь легендарной матери двух братьев Сыгда и Сыбы-Иней, прародителей рода иргит. Они отстояли независимость во время монгольского нашествия (У.-Аб.); гора Иней-таг (материнская гора) - родовая гора Мойнагашевых. здесь ежегодно проводились моления, в 1956 г. её частично взорвали: гора Иней-тигей - материнская вершина (Аск.); река Ижа, л. пр. реки Абакан (Таш.): река Иджа, и. пр. реки Шуш (Шуш.); гора Энейтаг (Эней Таг) -материнская гора, культовое место (Орд.); дитя (ребенок) - аул Усть-Кындырла (второе название - Олган Ылгачан Холл) - Лог плачущего дитя. Вечером на красный закат солнца слышен плач ребенка (Бей.); гора Хасха Балазы (Хасха Палазы Таг) - гора ребенка из рода хасха (У.-Аб.);

вдова - гора Ту л га Пасчан (Ту л га Пасчан Таг) - вдовая гора (Аск.);

невестка - озеро Келинколь (озеро невестки) - культовое место, куда запрещается приходить невесткам (русское название Круглое) (Шар.); ручей Килень-Башпах - молодая невестка; приемыш - река Киргенек (приёмыш), пр. реки Она (Таш.) - в номинации притока использована проекция семейных отношений на природные явления, в результате появилась метафора Приёмыш.

Социальные отношения выражены в обозначении женщины: госпожа - река Калым (Хадым) - госпожа (Орд.); река Канун (Кур.), река Катынь (Хатын) - госпожа (Бир.). В номинации некоторых рек отражается олицетворение природных явлений, почтительное отношение народа к реке как госпоже.

Физические данные мужчины и его деяния отражены в именованиях: богатырь - гора .Лл ы п - Код ир ге н - скала, поднятая богатырем; Алып Пасхан Кур-ген - курган с богатырской надписью; гора Апыптас - богатырский камень; гора Алып-тепкентас - камень, который пнул богатырь: гора Атып хапхан - скала, поднятая богатырем.

В хакасской топонимии мужские наименования связаны с обозначением гор, т. к. горные нагромождения вызывают представления человека о том. что здесь порезвился богатырь.

Род занятий: шаман - гора Шаман (хак. Хам Таг) - шаманская гора (Таш.); гора Чити путтыг Хам таг - семиногая шаман-гора; гора Шаман (Богр.); гора Хамея - шаманская (Идр.); гора Хам Таскыл- шаманский голец в верховьях реки Томь, где покоится знаменитый хакасский шаман Хазыр-Бюгюр; гора Хам-нан Таг - камлающая гора (Аск.); река Александровка (хак. Хамнаачы Суг) -камлающая река (Таш.): гора Камных (Хамныг Таг) - шаманская гора (Мыс.); река Камзас (Хам Суг) - шаманская река (Таш.); гора Хам Хая (Хам Хайзы) -шаманская скала (Аск.); гора Кам камнаджан-таг (Хам Хамначан таг) - гора, где камлает шаман - место жертвоприношений арбатских шаманистов.

В названиях гор отражены традиционные действия шаманов, камлание, горы внушали священные чувства - присутствия духов, тайных сил, жертвоприношений.

Таким образом, топонимическая картина мира хакасов имеет общие черты с топонимической картиной мира русских, проявляющиеся в наличии общих основных номинативных моделей: посессивной и метонимической. Специфика топонимической картины мира хакасов заключается в отражении анималистических представлений человека, в олицетворении природных явлений и географических объектов, наделении их человеческими качествами и приписывании им человеческих поступков (приемыш - о притоке, госпожа - о реке и др.). В топонимии Хакасии отразились традиционные верования и мифология народа. Происхождение многих топонимов связано с обозначением священных мест и шаманских действий.

Библиографический список

1. Серезопич, Е.Л. Топонимия Русского Севера: Этнолингвистические исследования: монография / Е.Л. Бсрезович; УрГУ. - Екатеринбург, 1998. - 338 с.

2. Бутанаев, В.Я. Топонимический словарь Хакасско-Минусинского края / В.Я. Бутана* ев; отв. ред. IТ.Н. Гесуев; Лаборатория этнографии НПО ХГУ им. Катанова. - Абакан: УПП «Хакасия», 1995. - 267 с.

3. Васильева, C.II. Русская топонимия Приенисейской Сибири: картина мира/

C.II. Васильева. - Краснояр. гос. под. ун-т им. В.П. Астафьева. - Красноярск, 2005. -240 с.

I. Жевлов, М.А. Топонимия Хакасско-Минусинской котловины: автореф. лис. ... канд. фнлол. наук / М.А. Жевлов. - Алма-Ата, 198-1. - 21 с.

5. Караулов. Ю.Н. Общая и русская идеография: монография / Ю Н. Караулов: Ин-т русск. яз. АН СССР. - М.: Наука, 1970. - 355 с.

6. Кирилина, A.B. Женский голос в русской паремнологии / A.B. Кирилина //Женщина в российском обществе. - 1997. - N° 3. - С. 23—26.

7. Колесов, В.В. Язык и ментальность: монография / В. В. Колесов. - СПб., 2004. - 240 с.

8. Колшанскнй, Г.В. Объективная картина мира в познании и языке / Г.В. Колшан-ский / под ред. Л.М. ПТахнарович. - М.: Наука, 1990. - 103 с.

Э. Серебренников, Б.А. Язык отражает действительность или выражает её знаковым способом? I Б.А. Серебренников II Б.А. Серебренников, Е.С. Кубрякова, В.И. Ностова-лова и др. // Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира. - М.: Наука. 1988.-216 с.

L0. Сунчугашев, Р.Д. Ороннмия Хакасии: автореф. дне.... канд. филол. наук/Р.Д. Сун-чугашев. - М.: Ин-т русск. яз. АН СССР, 1999. - 22 с.

II. Сунчугашев, Р.Д. Словарь оронимов Хакасии. - Абакан, 2001.

12. Телия, В.Н. Русская фразеология. Семантический, грамматический и лингвокуль-турологический аспекты / В.Н. Гелия. - М., 1996. - С. 260-269.

13. Уфимцева. A.A. Роль лексики в познании человеком действительности в формировании языковой картины мира / A.A. Уфимцева // Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира: монография. - М.: Наука, 1988. - 216 с.

14. Фролов, Н.К. Лексико-семантические типы топонимизированных географических анеллятивов в русских диалектах Тюменского Приобья / Н.К. Фролов // Аспекты вузовской русистики. - Тюмень, 1998. - С. 17-24.

15. Фролов, Н.К. Духовная основа русской ментальности / Н.К. Фролов // Славяно-русское духовное пространство в Сибири: мат. XXVII Межрегион. научн.-практич. конф. В 2 ч. - Тюмень: Изд. ТГУ, 2004. - 4.1. - С. 3-7.

16. Шишигина, О.Ю. Вербализация концепта «женщина» в английской фразеологии: учеб. пособие / О.Ю. Шишигина. - Кемерово: Кузбассвузнздат, 2006. - 140 с.

Список сокращений районов

Алт. - Алтайский район

Аск. - Аскизский район

Богр. - Боградский район

Бей. - Бсйский район

Идр. - Идринский район

Орд. - Орджоникидзевский район

Тага. - Таїгатьіпский район

У.-Аб. - Усть-Абаканский район

Шир. - Ширинский район