Социальная политика как общественное явление: генезис, эволюция и теоретические подходы к пониманию

© Вестник Военного университета. 2011. № 4 (28). С. 18 - 25.

Кончугов А.В.

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА КАК ОБЩЕСТВЕННОЕ ЯВЛЕНИЕ: ГЕНЕЗИС, ЭВОЛЮЦИЯ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ПОНИМАНИЮ

В последнее время в научной полемике по политическим проблемам жизни общества все чаще обсуждается вопрос о разработке полноценной теории социальной политики. Следует согласиться с Т.Ю. Сидориной, которая отмечает: «Утвердилось представление...что существует только прикладная социальная политика, и ни о какой теории социальной политики, социальной политике как области теоретического анализа не может быть и речи» [21, с. 25]. По мнению автора это связано с недостаточной разработанностью методологического инструментария познания социальной политики как явления, фрагментарностью исследования ее природы и сущности, концептуального обобщения накопленных знаний.

Формирование теории социальной политики зависит и от того, как исследователи понимают и объясняют условия и предпосылки возникновения социальной направленности в действиях властвующего субъекта, соотнося их с историей зарождения и трансформации в обществе отношений социального неравенства. Необходимо отметить, что данное явление рассматривалось античными философами как важнейший объект политико-регулирующей деятельности органов власти. Так, Платон, например, оправдывал разделение общества на касты, аргументируя это тем, что жизнь людей должна регламентироваться жесткими правилами, установленными классом правителей. В иерархическом устройстве общества он видел условие достижения такого порядка, при котором каждому человеку отведена роль, соответствующая заложенному Богом в его душу Началу. Аристотель связывал решение социальных вопросов с социальной структурой общества, раскладом политических сил, соотношением богатых и бедных граждан, имеющих право голоса в органах власти. Из истории известно, что зажиточные слои афинских граждан препятствовали принятию законопроектов, направленных на улучшение жизни бедноты. Только с освобождением политической арены от значительной части состоятельных и знатных граждан (в результа-

те потерь в греко-персидских войнах) были осуществлены реформы в пользу простого народа [8, с. 209].

Фюстель де Куланж, французский историк второй половины XIX в., утверждал, что с появлением имущественной аристократии, пришедшей на смену аристократии родовой, в основу управления полисом был заложен принцип «общественной пользы». Сохранились исторические свидетельства о том, что в Афинах во времена правления Солона и Перикла властью предпринимались действия, направленные на регулирование социальных отношений в обществе. Соло-ном были приняты законы о занятости ремеслами граждан, о содержании за счет полиса солдат-инвалидов, о запрете долгового рабства в Афинах [26, с. 324]. При Перикле было введено жалованье для судей, стал осуществляться регулярный раздел общественной казны между гражданами в порядке обязательной и постоянной помощи. Вместе с тем Фюстель де Куланж акцентировал внимание на том, что именно усиление имущественного неравенства, несмотря на равенство политическое, в конечном итоге привело к гибели полисной демократии.

Главным достижением полисной демократии было то, что своими действиями власть положила начало традиции социальной помощи людям для достижения компромисса между богатыми и бедными [2]. Фюстель де Куланж объяснял жизнеспособность Римского государства многочисленными добродетелями власти, которая принимала соответствующие законы, смягчающие накал отношений между богатыми и бедными. К примеру, в 445 г. до н.э. законом трибуна Канулея было разрешено заключение браков между патрициями и плебеями. В 287 г. до н.э. вышел закон о полном юридическом равенстве патрициев и плебеев [27].

Таким образом, содержание социальной политики в Древнем мире было обусловлено доминированием естественного уровня самоорганизации людей и урегулирования общественных проблем. Предпринимаемые властью действия означали лишь начало зарождения социальной направленности политики управления, осуществляемой на уровне общин, полисов, городов. Власть исходила из того, что решение социальных проблем людей в первую очередь должна была обеспечивать семья. Отсюда и представление о полисе как о большой семье, где правитель - отец своих подданных.

В результате падения Западной Римской империи социальные достижения античного мира были утрачены. Примерно до середины IX в. происходило образование и утверждение раннефеодальных монархий, появился класс феодалов,

складывалась крепостная зависимость крестьян. Между земельными собственниками формировалась многоуровневая феодальная иерархия сложных отношений сюзеренов-сеньоров и вассалов. Однако уже в ХШ-ХУ вв. произошло образование сословно-представительных монархий. Власть вырабатывала механизмы разрешения социальных конфликтов путем компромисса интересов. К примеру, введение сословного представительства в Англии создало условие для подписания королем Иоанном Безземельным в 1215 г. Великой хартии вольностей, закрепившей компромисс между королевской властью и оппозицией. Наибольшую выгоду от этого соглашения получили крупные феодалы, отчасти рыцарство и города. В интересах мелких феодалов были закреплены древние вольности и обычаи, купечество получило свободу передвижения и торговли.

Мыслителями Средневековья оставлено достаточно богатое теоретическое наследие. Ибн Сина одним из первых сконструировал модель «идеального государства», где все работают и получают равные блага. Он отвергал рабовладельческий иерархический порядок общества Платона и не принимал рабовладельческой демократии Аристотеля. В его обществе отсутствовали войны и вражда между людьми, жители вели здоровый образ жизни. Однако относительно деления общества на слои и группы он писал: «Различие по [имущественному] положению и по занимаемой должности, является залогом незыблемости [общественной] жизни людей» [1, с. 320-321].

В эпоху Средневековья были заложены основы теории социального рыночного хозяйства. Еще в XI в. китайский мыслитель и государственный чиновник Ли Гоу сочинил трактат под названием «План обогащения государства, усиления армии, успокоения народа», в котором рекомендовал материальные блага в государстве распределять среди людей по их социальному положению - по рангу. Он выступал за государственное регулирование экономики, и прежде всего путем государственного контроля над рынком и ценами. Принцип государственного регулирования экономикой развивал и известный китайский государственный чиновник Ван Ань-ши. В его проекте под названием «Новый закон» были сформулированы некоторые основополагающие идеи. Ань-ши предлагал стимулировать труд крестьян путем замены натурального налога денежным, предоставления им государственного кредита под небольшой (20% годовых) процент под залог имущества. Он же выдвигал идею создания государственного аппарата управления торговлей, на который бы возлагалась задача обеспечить «рыночное равновесие в обществе» [5, с. 166-167].

Сторонники ранних средневековых догм категорично осуждали торговую прибыль, несправедливый обмен и присвоение чужого труда. Однако с развитием товарно-денежных отношений они сочли возможным несколько по-иному трактовать социальные проблемы и процессы. Наряду с морально-этической характеристикой социального неравенства и справедливой цены добавился принцип двойных оценок, что позволяло трактовать конкретное хозяйственное или социальное явление в удобном для власти смысле. Это просматривается в трудах Фомы Аквинского, который все жизненные блага объявлял созданными Богом, а потому общими для всех людей. Вместе с тем частную собственность провозглашал «естественной», считая ее необходимой («каждый должен защищать свое»). Он видел всех людей равными перед Богом, но одновременно считал «естественным» разделение общества на богатых и бедных [25].

Выдающийся арабский мыслитель Ибн Халдун прославился своей теорией социального прогресса, опередив на многие столетия европейскую социально-политическую мысль. Он утверждал, что объединение людей и появление государства - объективные процессы, обусловленные производственными потребностями, необходимостью совместного создания жизненных благ. Созданный дополнительный продукт и его присвоение породили отношения господства и подчинения, деление людей на имущественные группы. Следствием этого стало зарождение иерархической вертикали подчинения во главе с правителем, который единолично присваивал и распределял дополнительный продукт. Общество, по Халдуну, разделилось на «классы» или «слои» исключительно по имущественному признаку, а не по причине «благородства крови» [6].

Выдвинутые мыслителями Средневековья идеи получили впоследствии свое развитие. Однако Средневековье было, по сути, той исторической эпохой, которую следовало преодолеть. Важная роль в истории развития общества принадлежит эпохе Возрождения и Реформации. Именно в тот период были созданы условия наступления Нового времени. «Это был интеллектуальный и культурный прорыв, несоизмеримый ни с чем предыдущим. Разные и во многом противоречащие друг другу течения объединяла общая для них антифеодальная и про-буржуазная - безусловно, прогрессивная направленность» [4].

Идейно-теоретические концепции общественно-политических реформаци-онных движений объединял ряд сходных требований, сформулированных их лидерами. Это касалось преобразований системы церковного устройства, ограничения ее влияния на жизнь общества, кардинального переустройства мира, осно-

ванного на социальной справедливости, устранения причин социального неравенства (Я. Гус, М. Лютер, Т. Мюнцер, Ж.Кальвин и др.). Главное значение Реформации состоит в том, что философско-религиозные и политические учения того времени подготовили почву для буржуазных революций [20, с. 51]. Возрождение стало временем появления новой философско-политологической концепции переустройства общества - утопического социализма (Т. Мор и Т. Кампанелла). Причину социальной несправедливости мыслители видели в частной собственности, несовершенстве общественного строя, недооценке человека. Однако используемые ими аргументы в пользу гуманизации общественных отношений, развития интеллектуальных и нравственных качеств человека как основы его положения в обществе соседствовали с установками на аскетизм жизни, приоритет общественных интересов в ущерб интересам отдельной личности, с равнодушием в отношении создания соответствующих организационных и правовых условий для ее свободного и всестороннего развития.

В XVI-XVII вв., несмотря на постепенное усложнение процессов общественного развития, роль политики в регулировании социальных отношений долгое время исчерпывалась разовыми мерами со стороны власти. Это было связано с тем, что первоначальная стадия развития промышленного производства формировалась в условиях избытка трудовых ресурсов. Власть имела возможность воздействовать на складывавшиеся социальные отношения, решать возникающие социальные проблемы людей достаточными для этого административными способами, исключая политико-властные действия из арсенала средств регулирования социального положения основных производителей. Интерес владельцев средств производства полностью удовлетворялся самовозрастающей способностью капитала [23, с. 9].

Целенаправленной и осознанной данная деятельность стала гораздо позже, когда дальнейшее игнорирование социальных проблем стало создавать почву для социального недовольства, которое выливалось в открытое противостояние власти и народа. Противостояние на фоне усугубления экономических проблем, борьбы за власть новых политических сил привело многие страны к революциям, которые не только изменили экономические и политические общественные системы, но и заставили государства по-новому решать социальные проблемы людей. Например, под влиянием развития либеральной английской парламентской традиции в ходе буржуазной революции в центре внимания государства и общества оказалась философия гражданских прав, одним из представителей которой

был Дж. Локк [18, с. 23]. Ее основу составляла теория естественного права, опиравшаяся на разработанные ранее положения Г. Гроция о договорном возникновении государства, объединившая взгляды ученых о более разумном устройстве общества, роли человека в его совершенствовании и его месте в мире. В дальнейшем теория общественного договора явилась теоретико-правовым обоснованием революций в XVII-XVIII вв.

XIX в. - это период бурного развития капитализма: частной собственности, свободной конкуренции и частной инициативы. Он сопровождался массовым разорением крестьян и ремесленников, бедственным положением рабочих. У капиталистов не было ни моральной, не правовой ответственности по отношению к рабочим, труд и личность безжалостно эксплуатировались. Все это стало причиной зарождения новых концепций общественного развития. Такие концепции появились в Америке, Англии, Австрии, Германии, Швеции. Основой для них послужило ведущее направление политической мысли первой половины XIX в. -либерализм, в рамках которого ученые по-разному обосновывали социальные функции государства и его роль в регулировании общественных процессов. Например, Д. Милль в своем трактате «О свободе» поддерживал либеральный принцип невмешательства государства в дела гражданского общества [14, с. 389390]. В. Гумбольдт в работе «Идеи к опыту, определяющему границы деятельности государства» анализировал и обосновывал наиболее важные социальные функции государства (мир, безопасность, забота о счастье и благе каждого) [3]. И. Фихте в работе «Замкнутое торговое государство» изложил концепцию максимального участия государства в обеспечении социальных условий жизни граждан [24]. Вторая половина XIX в. стала этапом систематизации разрозненных знаний о социальной политике, разработки классических основ ее понимания.

Необходимо отметить, что существенный вклад в осмысление и теоретическое оформление взглядов на социальную политику внесла научная школа немецких исследователей. Так, сам термин «социальная политика» впервые появился в 1853 г. в труде профессора Мюнхенского университета В.Г. Риля «Естественная история народа как основа немецкой социальной политики» («Naturgeschichte des Volkes als Grundlage einer deutschen Sozialpolitik») [17, с. 450]. Свою главную задачу В. Риль, как историк, видел в изучении и верном понимании народной жизни. «Изучение народа, а не государственных систем, должно быть альфою политической мудрости, - писал он в первой части своего труда - «Гражданское общество». - Историческая наука об обществе может строиться только

на фундаменте социального народоведения, где изображается народ в своих общих наслоениях, в пределах известной, определенной страны, известного, определенного периода времени» [19, с. 32-33]. Основой немецкого народа, его «остерегающими и движущими силами» В. Риль считал крестьянство и мелкое бюргерство под руководством аристократии. Его идеалом был немецкий княжеский абсолютизм XVIII в.

Общее понятие «социальная политика» стало применяться в середине 50-х гг. XIX в. Оно отражало филантропическую основу социальной политики в обществе, подчеркивая ее внегосударственный характер. Это время характеризовалось распространением в обществе либеральных идей. С развитием капиталистических экономических отношений устанавливаются конкурентные формы связи в обществе, обозначается антагонизм его социальных сил. Определение роли государства в новых реалиях общественного развития перемещается в центр борьбы теоретических концепций построения моделей «экономического» и «социологического» человека.

В 1872 г. ряд немецких ученых объединились в кружок по изучению социальной политики («Verein fur Sozialpolitik»). Труды участников кружка (В. Зомбарта, А. Вагнера, Г. Шмоллера и др.) способствовали привлечению внимания научного сообщества в разных странах к проблемам государственного регулирования социальных процессов в рамках капиталистической системы. В. Зомбарт отмечал, что «социальные дебаты занимают обширное место в заседаниях германского рейхстага начиная с 1877 года» [7, с. 4]. Тогда же в научной мысли сформировалось несколько подходов к пониманию социальной политики. Каждый из подходов объединил взгляды ученых, поддерживавших то или иное основание, выбранное для концептуализации накопленных о социальной политике знаний.

В ходе дискуссий сформировалась группа ученых, объясняющих социальную политику, исходя из этимологии понятия «социальный», отождествляемого с понятием «общественный», когда социальная политика фактически приравнивалась к общественной политике и противопоставлялась политике частнопредпринимательской. Немецкий ученый О. фон Цвидинек в своем труде «Социальная политика» (изд. 1911 г.) определял ее как осуществление «общественных действий по решению проблем, затрагивающих все общество», а предназначение ее видел в том, чтобы «постоянно способствовать достижению целей общества» [28, с. 47].

Другая группа ученых исходила из того, что главным объектом социальной политики является рабочий класс, трудящиеся. Ее цель - улучшение положения рабочего класса, регламентирование отношений труда и капитала. Сторонники этого подхода считали, что посредством реализации законодательства она должна играть роль социального амортизатора массового недовольства производителей, средства нейтрализации социалистических идей и крайнего радикализма в рабочем движении. Так, барон Гертлинг в своем исследовании писал, что понятие «социальная политика» приемлемо в смысле решения специальных задач, «относящихся к положению, потребностям и требованиям рабочего класса» [29, с. 5].

Еще одну группу ученых объединяли взгляды, сформировавшиеся на основе утверждений о том, что главным объектом социальной политики являются бедняки или даже пауперы, деклассированные и нетрудоспособные члены общества. Социальная политика по своему содержанию приравнивалась к общественному вспомоществованию. Ее главная цель - обеспечение минимально приемлемого уровня удовлетворения потребностей.

Особый взгляд на социальную политику объединил ученых, рассматривавших ее как инструмент исправления негативных социальных последствий рыночной системы производства через систему редистрибутивных (перераспределительных) мероприятий. Сфера применения политики ограничивалась, таким образом, процессами распределения доходов, а средством выступала активная налоговая политика.

Ученые, рассматривавшие в качестве базового принципа социальной политики принцип социальной справедливости, выработали еще один, консолидированный подход к ее пониманию. Социальная политика в данном случае трактовалась как средство регулирования отношений социального неравенства преимущественно между общественными образованиями. При таком ее понимании она противопоставлялась социальной политике, реализуемой в условиях действия рыночных законов, которые предполагали регулирование отношений социального неравенства прежде всего между индивидами. Принципу «каждый за себя» противопоставлялся принцип «общество за всех», то есть принцип коллективной ответственности.

Внимание немецких ученых к проблемам социальной политики имело в дальнейшем свое практическое воплощение. В Германии ранее всего была начата целенаправленная деятельность, ориентированная на построение социального

государства. Концептуальному оформлению идей построения социального государства предшествовали разработка В. Ойкеном с позиций ордолиберализма учения о конкуренции [15; 16] и теоретическое оформление модели социально ориентированного рыночного хозяйства А. Мюллером-Армаком [13].

В. Ойкен и другие теоретики фрейбургской школы провозгласили венцом социальной справедливости рыночное распределение доходов в условиях совершенной конкуренции. Лишь в отдельных случаях, подчеркивал В. Ойкен, «если самопомощь и страхование окажутся недостаточными», станут необходимыми «государственные благотворительные учреждения» [16, с. 140]. А. Мюллер-Армак в работе «Регулирование экономики и рыночное хозяйство» (1947) впервые ввел термин «социальное рыночное хозяйство», который определялся им как своеобразный третий путь, пролегающий между центрально-администрируемым и рыночным хозяйством (между социализмом и капитализмом) и лишенный недостатков обоих идеальных типов. Вместе с тем А. Мюллер-Армак, разделяя основные принципы фрайбургской школы (неприкосновенность частной собственности, открытые рынки, стабильность денежного обращения и национальной валюты), отказался от курса на возрождение совершенной конкуренции путем «обуздания монополий». Он перенес акцент с антимонопольной проблематики, хотя она и сохраняла определенную роль в его концепции, на вопросы социальной политики. В ордолиберальном учении эти вопросы не имели самостоятельного значения.

А. Мюллер-Армак считал, что активная социальная политика, реализуемая по принципу «социальной компенсации», должна определять основное отличие социального рыночного хозяйства от капитализма. «Социальным это рыночное хозяйство становится благодаря тому - и этим объясняется словообразование «социальное рыночное хозяйство», - что вытекающее из процесса производства «функциональное» распределение собственности превращается посредством социальной политики в общественно желательное «персональное» распределение доходов». Главным инструментом социальной компенсации он считал прогрессивное налогообложение лиц с высокими доходами и перераспределение полученных средств в пользу менее имущих слоев в виде бюджетных дотаций на содержание детей, выплату квартплаты, строительство собственных жилищ и т.п. Неотъемлемыми формами социальной политики он также считал создание развитой системы социального страхования (по безработице, болезни и т.д.) и достойной человека социальной инфраструктуры.

Практическую реализацию модель социального рыночного хозяйства получила в конце 40-х гг. в деятельности правительства К. Аденауэра и Л. Эрхарда. Результаты этой реализации оцениваются очень высоко благодаря экономическим успехам послевоенной германской экономики. Необходимо отметить, что уже в 1949 г. Федеративная Республика Германия в своей Конституции установила, что она является как правовым, так и социальным государством. В последующие годы практика конституционного закрепления статуса социального государства получила дальнейшее распространение в большинстве европейских стран.

Принципы построения социального государства в той или иной форме закреплены в Конституциях Дании (1953 г.), Франции (1958 г.), Швейцарии (1972 г.), Швеции (1974 г.), Португалии и Греции (1975 г.), Турции и Испании (1978 г.) и других стран. Так, в статье 2 Конституции Италии (1948 г.) говорится: «Республика признает и гарантирует неотъемлемые права человека - как частного лица, так и как члена общественных объединений, в которых проявляется его личность, - и требует выполнения непреложных обязанностей, вытекающих из политической, экономической и социальной солидарности» [10].

Эта тенденция была поддержана и рядом бывших социалистических стран Восточной Европы. Так, например, согласно своим конституциям Румыния является правовым, демократическим и социальным государством, а Республика Польша - демократическим, правовым государством, осуществляющим принципы социальной справедливости [9, с. 8].

Конституционное закрепление обязательств государства перед гражданами в социальной сфере стало прерогативой не только европейских стран. Даже раньше, чем в ФРГ, в статье 25 Конституции Японии 1947 г. было провозглашено: «Во всех сферах жизни государство должно прилагать усилия для подъема и дальнейшего развития общественного благосостояния, социального обеспечения, а также народного здоровья» [11].

В настоящее время все развитые страны мира, независимо от наличия или отсутствия в их основных законах соответствующих положений, в большей или меньшей степени де-факто являются социальными государствами. Цели социального государства провозглашены в программных документах многих политических партий. Это означает, что государство в своей деятельности должно руководствоваться принципом социальной справедливости, осуществляет политику, направленную на обеспечение достойного человека уровня жизни, создание

условий для удовлетворения основных жизненных потребностей всех социальных групп.

В России научный интерес к проблемам социальной политики был вызван закреплением в Конституции Российской Федерации в 1993 г. социального статуса государства. Это дало возможность по-новому оценить значимость социальной политики в деятельности государства и ее роль в жизни общества [12]. На фоне существенных изменений в экономической и политической сферах общества переосмысливалась социальная политика советского периода, накапливался российский опыт ее реализации. Ключевые аспекты социальной политики стали предметом острых научных, политических и идеологических дискуссий.

В настоящее время, несмотря на проведение многочисленных эмпирических исследований отдельных направлений социальной политики, продолжает ощущаться нехватка системной концептуализации проблемы, ее изучения как целостного феномена общественной жизни, универсального по своим возможностям и потенциалу. Ведь практика социальной политики в отсутствие адаптированной к отечественным условиям теории социальной политики, по убеждению автора, так и будет носить противоречивый, запаздывающий и малоэффективный характер.

* * *

1. Всемирная история экономической мысли: от зарождения экономической мысли до первых теоретических систем политической жизни. М., Мысль, 1987-1997. (Т. 1. От зарождения экономической мысли до первых теоретических систем политической жизни /пред. ред. коллегии тома И.П. Фаминский. М., Мысль, 1987. 606 с.).

2. Гришин М.Г. Проблемы социальной политики Афинского государства в 1-й половине У в. до н.э. // Власть и общество в античности: материалы межд. конф. антиковедов. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2001.

3. Гумбольдт В. Язык и философия культуры. М., 1985.

4. Демократия / сост. С.В. Сироткин. М.: Мемориал: «Звенья», 2001. 126 с.

5. Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. М.: Вост. лит., 2006. Т. 1. Философия / ред. М.Л. Титаренко, А.И. Кобзев, А.Е. Лукьянов.

6. Зикиров Х.Х. Социально-политическая философия Ибн Халдуна: дис. ...канд. филос. наук. Душанбе, 2009. 160 с. Машинопись.

7. Зомбарт В. Идеалы социальной политики: пер. с нем. СПб., 1900.

8. Ковалев С.И. История античного общества. Греция. Л., 1936.

9. Конституции государств Восточной Европы: учеб. справ. пособие / отв. ред. Д. А. Ковачев. М.: Норма, 1996.

10. Конституции государств Европы: в 3 т. / под общ. ред. Л. А. Окунькова. М.: Норма, 2001.

11. Конституции зарубежных государств: Великобритании, Франции, Германии, Италии, Европейского союза, США, Японии, Индии: учеб. пособие / сост. В.В. Маклаков. М.: Норма-Инфра-М, 2010.

12. Конституция Российской Федерации. М.: ЦИК РФ, 2003.

13. "Левое крыло" либерализма (фрайбурзкая школа) [Электронный ресурс] // Econominfo.ru: [сайт]. URL: http://econominfo.ru/view-article.php?id=73 (Дата обращения 11.09.2011).

14. Милль Д.С. О свободе // Антология западноевропейской классической либеральной мысли. М., 1995.

15. Ойкен В. Основы национальной экономии. М., 1996.

16. Ойкен В. Основные принципы экономической политики. М. 1995.

17. Политическая энциклопедия: в 2 т. М.: Мысль, 1999. Т. 2.

18. Политология: учеб. пособие / под ред. Б.И. Краснова. М.: «Союз», 1995.

19. Риль В.Г. Гражданское общество. СПб., 1883.

20. Рыжов О.А., Сацута А.И. История политической мысли: учеб. пособие. М.: Воен. ун-т, 2009. 270 с.

21. Сидорина Т.Ю. Два века социальной политики. М.: РГГУ, 2005.

22. Социально-экономическая мысль средневековья [Электронный ресурс] // Econominfo.ru: [сайт]. URL: http://econominfo.ru/view-article.php?id=53 (Дата обращения 11.09.2011).

23. Стребков А.И. Индивидуальная легитимация социальной политики современного государства: автореф. дис. ...д-ра. полит. наук. СПб., 2000.

24. Фихте И. Сочинения: в 2 т. СПб., 1993. Т. 2.

25. Фома Аквинский [Электронный ресурс] // Библиотека Михаила Грачева: история политических и правовых учений: электронная хрестоматия [сайт]. URL: http://grachev62.narod.ru/hrest/chapt10.htm (Дата обращения 11.09.2011).

26. Фюстель де Куланж. Древняя гражданская община. М., 1895.

27. Хронология римской империи [Электронный ресурс] // Всемирная история: [сайт]. URL: http: // history.xsp.ru/hron/rome.php (Дата обращения 9.09.2011).

28. Journal of Social Policy. 1979. Jan. Vol. 8. Part 1.

29. Naturrecht und Sozialpolitik. Freiburg, 1892.