ЕЩЕ СЛОЖНЕЕ

Президент мануфактуры Jaeger-LeCoultre Жером Ламбер (его марка отмечает в этом году 180-летие специальной коллекцией, в которую вошли и две модели с турбийоном — Master Grande Tradition Tourbillon Cylindrique a Quantieme Perpetuel и Hommage a Antoine LeCoultre Gyrotourbillon 3) заметил две тенденции. Первая — производство очень элегантных, артистических часов, вторая — изготовление крайне сложных часов. "Сделать обыкновенный, простой турбийон сегодня способны многие марки. А вот придумать действительно оригинальные часы с таким усложнением могут единицы",— говорит Жером Ламбер.

Действительно, раньше, в начале 2000-х годов, турбийон сам по себе был выдающимся усложнением, им комплектовали, как правило, очень простые в дизайне часы. Механизм турбийона обычно располагался на "6 часах", под него в циферблате вырезали специальное окошко, чтобы владелец часов всегда имел возможность полюбоваться на движение важного часового узла. Самые знаменитые и величественные часовые дома вроде Patek Philippe выпускали турбийоны закрытого типа — как в часах 10 Days Tourbillon 2004 года. В этой легендарной модели турбийон был закрыт циферблатом, в то время как даже такие великие компании, как Blancpain, Breguet и Vacheron Constantin, оставляли турбийоны открытыми для обозрения.

Сегодня турбийон сам по себе уже мало кому интересен. Поэтому часовщики стараются удивить чем-то еще. Первый вариант — усложнить само усложнение. Так поступают в Cartier: удивительная модель Rotonde de Cartier Double Tourbillon Mysterieux показывает механизм, "парящий" в окошке из сапфирового стекла. Такие сложные часы — лучшее свидетельство огромного технического потенциала часового бюро Cartier, которое возглавляет Кароль Форестье-Казапи, признанная лучшим часовщиком 2012 года по версии Grand Prix de Geneve. Именно эта модель может быть признана самыми интересными часами года: Кароль Форестье-Казапи удалось создать оригинальные инновационные часы, за стилистическую основу которых были взяты настольные "Магические часы" Луи Картье с прозрачным корпусом.

Второй вариант — дополнить турбийон усложнением — минутным репетиром, функцией GMT или на худой конец хронографом. На предстоящей в апреле Базельской часовой выставке, вне сомнений, можно будет увидеть новые попытки усложнить жизнь главного часового усложнения.