Экологические особенности обитания чёрного коршуна Milvus migrans в Туве

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1376: 4788-4793

Экологические особенности обитания чёрного коршуна Milvus migrans в Туве

В.И.Забелин

Второе издание. Первая публикация в 2016*

Наблюдения коршуна Milvus migrans в Туве, сделанные нами в течение последних 50 лет, подтверждают данные П.П.Сушкина о многочисленности этого хищника и тесной связи его биологии с местным населением, в отличие от Минусинского и Усинского краёв и Алтая, где, несмотря на сходные условия обитания, коршун встречался нечасто, а в лесных районах и вовсе отсутствовал. В Туве его обилие приходилось на окрестности степных озёр и рек, в частности, озера Чагытай, по берегам которого росли лиственницы и тополя, удобные для устройства гнёзд, и сосредотачивались летние стоянки тувинцев — скотоводов и рыбаков. При этом были отмечены следующие особенности биологии коршуна: 1) совместная охота двух коршунов, зачастую при участии чеглока Falco subbuteo, когда хищники, сопровождая движущийся караван или перегоняемое стадо, ловят затаившихся или потревоженных животными жаворонков, коньков и других мелких птиц; 2) отсутствие боязни по отношению к человеку, приводящее к смелым и даже наглым действиям этих пернатых хищников, способных у самой юрты выхватить из котла приготавливаемое к варке мясо и т.п.; 3) обилие взрослых летующих птиц, намного превосходящих число молодых вывода этого года; 4) сравнительно ранний отлёт, начинающийся в начале августа и заканчивающийся к концу этого месяца (Сушкин 1914).

В настоящее время чёрный коршун в Туве — самый многочисленный пернатый хищник. Летом его можно видеть парящим почти над каждым сельским населённым пунктом, стоянкой скотоводов, пасущимся стадом, обрабатываемом участком земли в количестве 3-5 птиц одновременно, а возле свалок мусора, на кладбищах, в неорганизованных местах отдыха, около юрт, где забивают скот, они собираются многими десятками и на таких участках плотность вида может достигать сотни особей на 1 км2 (Забелин 2015).

Весной коршуны появляются с первыми проталинами около 24-26 марта. Дата прилёта сохраняется довольно стабильной даже в условиях неустойчивой, холодной и ветреной погоды. Вместе с тем следует отметить, что по сравнению с 1960-ми годами коршуны теперь стали

* Забелин В.И. 2016. Экологические особенности обитания чёрного коршуна в Туве IIХищные птицы Северной Евразии. Проблемы и адаптации в современных условиях: материалы 7-й Международ. конф. Рабочей группы по соколообразным и совам Северной Евразии. Ростов-на-Дону: 408-413.

появляться в Туве на 5-6 дней раньше. Как правило, прилетают поодиночке, реже — по 2-3 особи. Количество встречаемых птиц к середине первой декады апреля постепенно увеличивается, а массовый прилёт приходится на 7-12 апреля. В один из этих дней (10 апреля 2013) вечером наблюдался подлёт рассеянной стаи коршунов в сторону городского парка города Кызыла в количестве около 80 особей. Птицы летели с юга на высоте 20-50 м в 100-300 м друг от друга; ширина стаи по фронту составляла 100-200 м, а протяжённость достигала нескольких километров.

Судя по направлениям полёта наблюдаемых ранней весной коршунов, в Тувинскую котловину они прилетают преимущественно с юга из Северо-Западной Монголии, где появляются около 15-25 марта (встречи в городах Ховд и Улаангом). Через хребет Танну-Ола абсолютной высотой 2100-2900 м коршуны перелетают в наиболее низких местах и часто следуют через перевалы по ущельям, где проходят автодороги, в частности, Хандагайты-Чадан (1900 м н.у.м.) и Самагал-тай-Шурмак (1350 м).

Строительство гнёзд приходится на вторую-третью декады апреля, хотя большинство размножающихся пар используют прошлогодние или более ранние постройки, подремонтировав их или устраивая новое гнездо на остатках старого. Гнёзда чаще всего строят на деревьях и располагают на высоте 7-12 м на толстых ветвях у ствола либо в его развилке. Среди деревьев предпочтение отдаётся тополю как наиболее распространённому и крупноствольному среди древесной растительности степных пойменных лесов, реже используется берёза и лиственница. В последние 2-3 десятилетия коршун гнездится и в городской черте Кызыла и некоторых посёлках Тувы, поселяясь среди групп деревьев или на отдельно стоящих тополях, лиственницах и даже металлических опорах ЛЭП-110, где гнездо устраивается на одной из наклонных опор в месте соединения с горизонтальной траверсой или на верхней площадке. Гнездовая постройка включает в себя около 120-150 сухих ветвей, а в верхней части — почти всегда тряпки, куски шкур, полиэтиленовой плёнки, туалетной бумаги, довольно много земли и сухого навоза, которыми зачастую выстилается лоток. Диаметр гнезда обычно в пределах 60-70 см, но встречаются и многократно подновляемые гнёзда размером до 120 см в поперечнике и до 50 см высотой. В таких больших постройках нередко гнездятся 1-2 пары полевых воробьёв Passer montanus, устраивая входы в свои жилища в боковых стенках гнёзд. В дальнейшем жилища воробьёв используются их хозяевами, а также большими синицами Parus major для ночёвок.

Как правило, гнёзда коршунов располагаются на участках обитания поодиночке, но нередко бывают и групповые поселения, включающие в себя 2-3 и даже 5-6 построек на расстоянии 50-70 м друг от

друга. В городском парке Кызыла на площади около 1.5 км2 из 20-25 построек ежегодно занимаются под гнездование 12-15, причём некоторые из них могут быть обитаемы подряд в течение 2-3 сезонов, а другие не используются уже на следующее лето и могут быть разрушены непогодой или разобраны под собственные постройки врановыми птицами. По соседству могут находиться гнёзда других хищных птиц, в частности чеглока, обыкновенной пустельги Falco tinnunculus, мохноногого курганника Buteo hemilasius, к которым коршун относительно толерантен, и врановых — ворона Corvus corax и чёрной вороны Corvus corone orientalis, которые гнездятся раньше коршуна и к его появлению на их гнездовых участках относятся враждебно, с криком активно преследуют в полёте и, вероятно, могут вынудить покинуть намеченное место гнездования. Более терпимые отношения складываются у коршуна с сорокой Pica pica и редким в Туве грачом Corvus frugilegus. Нами наблюдался случай устройства гнезда сорокой на тополе на высоте около 12 м, ниже которого в 5 м находилось старое полуразрушенное гнездо коршуна. С прилётом его «хозяев», несмотря на постоянные «протесты» пары сорок (имитация нападения сверху в вертикальном броске), гнездовая постройка была подновлена, в гнездо были отложены 2 яйца и впоследствии поднялись на крыло 2 молодые птицы; птенцы сороки благополучно покинули гнездо намного раньше. В колонии грачей, располагающейся в небольшой тополиной роще у городской набережной и состоящей из 11 гнёзд, гнездовая постройка коршуна размещалась на лиственнице всего в 2 м ниже и в 7 м в стороне от ближайших грачиных гнёзд. Грачи не обращали никакого внимания на столь близкое соседство пернатого хищника, а тот, в свою очередь, был лоялен по отношению к обитателям колонии, в частности, к грачонку-слётку, выпавшему из гнезда и на протяжении нескольких дней подкармливаемому родителями на земле под гнездом хищника. Подобное нейтральное отношение коршуна наблюдалось в зелёной зоне города Ховд (Северо-Западная Монголия) по отношению к семье большого крохаля Mergus merganser, отложившего кладку (7 яиц) в старой гнездовой постройке на высоком тополе в нескольких десятков метров от его гнезда.

При приближении человека к гнездовому участку коршуна обе птицы, слетая с гнезда и находящейся поблизости присады, с криком облетают территорию вокруг гнезда и к ним обычно присоединяется несколько особей соседей. Если в гнезде уже находятся птенцы (а их обычно бывает 2-4, реже 5), то родители ведут себя более агрессивно и имитируют нападение на залезающего на дерево наблюдателя, а в некоторых случаях — как это было с детьми-подростками в городском парке Кызыла - стараются с лёту ударить в голову. Подобным образом с гнездового участка изгонялись и собаки.

В питании коршуна, обитающего вблизи населённых пунктов и стоянок скотоводов, преобладают остатки всевозможных продуктов питания с предпочтением мяса и рыбы. Коршун — типичный падальщик, уступающий своё место кормления у павшей коровы или овцы лишь чёрному грифу Aegypius monachus или крупным орлам. Может отобрать у собаки что-нибудь даже малопригодное в пищу, вроде куска шкуры или обгрызенной кости, утащить у незадачливого рыбака только что пойманную рыбу. Часто можно видеть коршуна, «патрулирующего» рано утром участок шоссейной дороги с целью подобрать погибших под колёсами автомобилей животных — ушастых ежей Hemiechinus auritus, полёвок, птиц. При этом нередки случаи столкновения присевшего на дорогу хищника с быстро идущим автомобилем, сопровождающиеся ударом в ветровое стекло или переднюю облицовку и обычно приводящие к гибели птицы.

Но коршун — и хороший охотник, способный добыть в стремительном броске с горизонтального полёта практически любое животное от мелких грызунов и трясогузок до сизого голубя Columba livia и даурской куропатки Perdix dauurica. Не гнушается питаться беспозвоночными и снулой рыбой. В конце лета при обилии в степи саранчовых характерно питание ими больших сообществ коршунов, преследующих насекомых пешком или добывающих в полёте низко над землёй.

В последние годы многократно фиксировались нападения коршуна в городской обстановке на детей, когда птица с лёту вырывала из рук ребёнка мороженое или другое съестное. В некоторых случаях из-за полученных при этом травм пострадавшие обращались за медпомощью. Одно из нападений на взрослую женщину произошло в момент, когда она вышла на балкон многоэтажного дома с грушей в руках, но не успела поднести её ко рту, поскольку ближайший из четырёх коршунов, летавших рядом с домом, в стремительном рывке бросился к ней, чтобы выхватить пищу. В последний момент, поняв, что груша не представляет для него интереса, коршун отказался от своих намерений, но, не успев замедлить рывок, ударил крыльями и лапами в лицо и руки перепуганной женщины, оставив на них глубокие царапины. Такое поведение хищной птицы было спровоцировано тем, что люди ради развлечения часто подкидывают находящимся в полёте коршунам кусочки пищи (преимущественно мяса) и те ловко ловят их на лету.

Следует остановиться и на такой особенности поведения коршуна, как концентрация большого числа особей (до 50-70, скорее всего молодых неполовозрелых и неразмножающихся взрослых), в том числе и в гнездовое время, в районах свалок, степных пожаров, звероферм, птицефабрик, на захламлённых местах отдыха и на других участках, богатых пищевыми отбросами. Один из них, где свалка в горно-таёжных условиях у верхней границы леса была устроена на рудничных отва-

лах в 50 км от ближайшего жилья, коршуны обнаружили на следующий год и уже в середине июля 2015 года здесь держалось более полусотни птиц. Разница в численности летующих и гнездящихся особей коршуна может достигать значительных величин. Например, в Кар-гинской долине Южной Тувы она составляла 8 крат, а в Саглинской — 30 (Баранов 1996).

В начале 1990-х годов вблизи большой зверофермы у города Кызыла, где скапливались остатки рыбы и другой пищи после кормления песцов и чернобурых лисиц, в течение лета постоянно держалось несколько сотен коршунов и часть из них осталась на зиму. Это — единственный достоверный случай зимовки коршуна в Туве. Обычно же со второй половины августа происходит интенсивный отлёт этих птиц с мест летнего обитания, и к концу первой декады сентября они исчезают почти полностью, тогда как многие другие птицы, в том числе хищные, отлетают на месяц позже. Период отлёта коршуна совпадает с традиционными осенними перекочёвками тувинцев-скотоводов к местам зимовок. Причина столь раннего начала миграции остаётся невыясненной, поскольку сентябрь и начало октября в Туве обычно стоят тёплыми, и плотность животного населения в степи в это время достигает максимальных значений.

Мигрируют коршуны поодиночке или группами в 2-3 особи. Преобладающие направления полёта в Тувинской котловине — на запад и юг. Прослежено движение на юг по тем же перевалам через хребет Танну-Ола, где оно наблюдалось и весной. В окрестностях города Ула-ангом, расположенного в Западной Монголии среди степей в 100 км к югу от хребта Танну-Ола, коршуны концентрируются многими сотнями. Здесь осенью 2010 года в местном аэропорту зафиксировано столкновение коршуна с самолётом и прекращение в связи с этим полётов авиации на месяц, пока птицы не улетели на зимовку (Болдбаатар, Букреев, Звонов 2013). Следует отметить, что местные жители относятся к коршуну довольно равнодушно, хотя некоторые охотники не упускают возможность произвести выстрел по «вредной», как они считают, хищной птице. Немало случаев добычи монголами в Улаангоме и Ховде десятков коршунов ради извлечения печени с целью приготовления лекарств по рецептам тибетской медицины.

Таким образом, чёрный коршун, массово населяющий территорию Тувы, демонстрирует всё более высокую степень адаптации к урбанизированным ландшафтам и широкую лабильность поведенческих реакций на человека, главным образом в добывании корма.

Литер атур а

Баранов А.А. 1996. Численность хищных птиц в Южной Туве // Фауна и экология животных Средней Сибири. Красноярск: 7-16.

Болдбаатар Ш., Букреев С.А., Звонов Б.М. 2013. Птицы котловины озера Убсу-Нур и факторы, влияющие на условия их обитания // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии: Материалы 5-й Международн. орнитол. конф. Улан-Удэ: 7-24.

Забелин В.И. 2015. Эволюция природных условий и фауны птиц Алтае-Саянской горной области. Кызыл: 1-227. Сушкин П.П. 1914. Птицы Минусинского края, Западного Саяна и Урянхайской земли // Материалы к познанию фауны и флоры Российской империи. Отд. зоол. 13: 1-551.

ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1376: 4793-4795

К экологии малого жаворонка Calandrella brachydactyla longipennis на юго-востоке Казахстана

Н.Н.Березовиков, А.Ф.Ковшарь

Второе издание. Первая публикация в 1994*

Гнездовую экологию малого жаворонка Calandrella brachydactyla longipennis Eversmann 1848 изучали 22 марта - 29 июня 1987 и 23 марта — 5 июля 1982 года в окрестностях железнодорожной станции Копа, в 100 км западнее города Алматы, где обследовано 23 гнезда этого подвида.

Наряду со степным жаворонком Melanocorypha calandra, малый жаворонок — одна из самых многочисленных птиц полынной суглинистой полупустыни и солончаковой сарсазановой поймы реки Копы в местах с интенсивным выпасом скота. В меньшем числе, нежели степной жаворонок, живёт на посевах ячменя и кормовых трав, отдельные парочки встречаются на незасеянной пашне с множеством нагнанных ветром шаров «перекати-поля». В соседних Чу-Илийских горах сравнительно часто встречается в холмисто-увалистой местности со щебнистыми сопками и злаковыми долинами, а также по увалам и плато, пышно поросших полынью.

На юго-востоке Казахстана малый жаворонок появляется в первой половине марта (Корелов 1970). В третьей декаде марта 1987 и 1988 годов в долине реки Копы, на которой уже не было снега и начинала зеленеть полынь, наблюдался выраженный пролёт стайками по 5-25 особей, продолжавшийся по 5-10 апреля. Уже в конце марта — начале апреля самцы активно пели и токовали. Первые гнёзда с полными

* Березовиков Н.Н., Ковшарь А.Ф. 1994. К экологии малого жаворонка на юго-востоке Казахстана //Редкие и малоизученные птицы Узбекистана и сопредельных территорий. Материалы 4-й республ. орнитол. конф. Ташкент: 12-14.