Новая внешнеэкономическая нормальность

Изменение характера взаимодействия участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД) с государством, которое стало очевидным в 2018 году,— одно из самых недооцененных событий в экономике в последние годы. Электронные таможни Федеральной таможенной службы (ФТС), новые Таможенный кодекс ЕАЭС и российский закон о таможенном регулировании, полноценная реализация риск-ориентированного подхода во внешнеэкономическом контроле, новые шаги в либерализации валютного контроля, активное стимулирование экспорта государством, приоритет скорости операций — все эти процессы к 2020 году должны поддержать новые измерения в развитии российского бизнеса. Барьеры для импорта и экспорта, долгое время разделявшие внутренний и внешний рынки, уже стали преодолимыми для большинства игроков — вопрос лишь в том, как скоро они могут интегрировать их в стратегии развития.

2018 год для участников внешнеэкономической деятельности и со стороны государства, и со стороны бизнеса стал своеобразным годом "перехода количества в качество" — видимо, еще никогда в практике России в течение буквально одного года информационное поле вокруг одного из важных и крупных сфер, из которых в итоге и формируется бизнес, не менялось с такой очевидностью. На мартовской коллегии ФТС темами для обсуждения были "снижение конфликтности таможенной практики" и "налаживание конструктивного диалога с представителями бизнес-сообщества", однако уже к этому времени стало очевидно, что процессы эти надо не столько запускать, сколько продолжать и поддерживать: таможня из территории постоянных бизнес-конфликтов по крайней мере для тех, кто сталкивается с ней в крупных бизнес-операциях, превратилась в пусть и довольно жесткий (что вполне соответствует ее назначению), но логично и предсказуемо действующий, конструктивный и вполне современный государственный институт.

Хотя остатки "дореформенного" отношения к ФТС будут сохраняться за пределами сообщества ВЭД еще достаточно долго, внутри сообщества отзывы о том, что происходит с товарами при пересечении границы, резко поменялись в тоне: об этом практически перестали писать и говорить, фокус в интересе к деятельности ФТС, как и в отношении большинства переживших проектную трансформацию госструктур, переместился с персоналий на технологии. Но, в отличие от большинства госведомств, в случае с внешнеэкономической деятельностью разговоров об "активной реформе ФТС" в 2016-2018 годах практически не ведется. Даже о том, что с точки зрения уровня цифровизации операционных процессов российская таможня давно не уступает другим органам власти, заговорили в основном год назад, несмотря на то что исторически ФТС — достаточно хорошо цифровизированная структура. Но в любом случае программа Международного таможенного форума, который пройдет в ЦМТ 24-25 октября, с точки зрения даже пятилетней давности выглядит непредставимо: это программа совместных рабочих семинаров ФТС и бизнеса, что для закрытой структуры, имидж которой таможня сохраняла много лет, просто невозможно.

Совпало сразу несколько обстоятельств, которые обеспечили эту необычную картину. Во-первых, стратегия развития ФТС, реализуемая с 2017 года, именно на стыке 2018 и 2019 годов обеспечивает не только качественную, но и количественную трансформацию взаимодействия участников ВЭД с таможней. Собственно цифровизация — это лишь один из инструментов изменения практики регулирования внешнеторговой деятельности. В 2018 году впервые в практике ФТС доля автоматически зарегистрированных электронных деклараций на импорт, ранее составлявшая 10%, достигнет уровня "обычной практики" — 30%. В 2019 году эта практика станет основной: 60% декларирования импорта будет электронной, а к 2020 году бумажные декларации станут экзотикой. В случае с оформлением экспорта все быстрее: граница между 50% и 60% цифровых деклараций в общем объеме переходится прямо сейчас, как и граница между 45% и 65% цифровых транзитных деклараций. В случае с экспортом речь идет во многом о сознательной поддержке структурами Минфина, Минпромторгом и смежными структурами несырьевого экспорта из РФ: компании, открывающие для себя экспортные возможности после резкого изменения условий внешней торговли осенью 2018 года, уже сразу выходят на внешние рынки с использованием современных инструментов учета и коммуникаций, а также пользуясь новыми программами поддержки экспорта Российского экспортного центра.

В случае с импортом речь идет о гораздо более сложном и комплексном процессе: риск-ориентированный подход ФТС применяла в своей работе достаточно долго, но лишь в последние годы накопленные изменения многих лет позволили сместить акценты и сделать эту технологию основной и центральной. Доля автоматически выпущенных деклараций на импортируемые товары, поданные участниками ВЭД низкого уровня риска, в 2017 году составляла 5%. Именно в 2018 году она выросла до четверти всех таких деклараций (в экспорте эта цифра выше — 40%). В следующем году она вырастет до символической половины — 50%, целевой ориентир на 2020 год — 80%: это совершенно нормальное соотношение для страны с преобладающей "белой" экономикой.

Информационно-аналитическая система ФТС в этой ситуации с 2018 года — де-факто независимый и работающий автоматический инструмент, работающий на принципах форматного контроля: досье на 300 тыс. компаний--участников ВЭД позволяет достаточно точно прогнозировать вердикт системы в отношении конкретной декларации, это предсказуемая система. Впрочем, ее внедрение ФТС потребовало от службы и значимых изменений в системе своего управления. Так, стартовавший в 2018 году проект создания электронных таможен в Приволжском, Уральском и Северо-Кавказском федеральных округах, а также создание центров электронного декларирования в Московской, Калининградской и Владивостокской таможнях должен к 2020 году привести к сосредоточению в 16 центрах электронного декларирования всего массива информации о декларируемом импорте и экспорте. Эти 16 точек присутствия ФТС в "цифровом пространстве" внешнеэкономической деятельности в РФ должны быть равноправными и равноудаленными. Эти изменения участники ВЭД — а особенно новые участники ВЭД — должны почувствовать очень быстро: сетевой принцип устройства контрольно-надзорной службы всегда снижает и коррупционные риски, и риски, связанные с нарушением закона экспортером и импортером, эта система более операциональна для "белых" категорий участников ВЭД, но на порядок более жестка к сознательным нарушителям: "карты рисков", составляемые на основе этих принципов, работают намного эффективнее, чем сопоставимые технологии 1990-2000-х годов.

Новые принципы работы ФТС достаточно удачно интегрированы в два новых регуляторных документа 2018 года — Таможенный кодекс ЕАЭС и российский закон о таможенном регулировании. Раскрытие потенциала этих документов будет очевидно в 2019 году. В них приоритет цифровых технологий контроля и поддержки высокоэффективной логистики очевиден, и это довольно перспективно для развития в стране инфраструктуры современного бизнеса, который уже сейчас достаточно сложно представить себе без трансграничных операций.

Наконец, во многом трансформация имиджа внешнеэкономической деятельности — следствие внутриэкономических процессов. Российский несырьевой экспорт растет с 2015 года на порядок быстрее сырьевого, цифровизация и госсектора, и частного сектора именно в последние два года идет особенно быстро (и отличительной особенностью РФ в этой сфере является ориентация на более современные технологии, чем во многих развитых странах — это фактор конкурентности), на 2018 год пришелся очередной раунд либерализации валютного контроля. Если темпы движения государства в сторону более интеллектуального и сложного риск-ориентированного регулирования будут такими же, как в прошедшие несколько лет, в 2019-2020 годах будет виден эффект от сопряжения изменений в ФТС, в Федеральной налоговой службе, в целом в системе надзора и контроля, с корреспондирующими изменениями в других частях государства. Невозможно сейчас предсказать, как пойдет этот процесс. Но в том, что он будет иметь сильный и заметный экономический эффект, которого сейчас мало кто ждет, почти нет сомнений: такого рода совпадения долго готовятся, но быстро проявляют себя и становятся новой нормой.