«Наклонная плоскость» и биоэтика: от логики к антропологии

ТЕОРИЯ ГУМАНИТАРНОГО ПОЗНАНИЯ

УДК 17; 614.253 DOI: 10.24412/2071-6427-2021-4-15-27

«Наклонная плоскость» и биоэтика: от логики к антропологии

Аргумент «<Наклонной плоскости», или «скользкого склона», в литературе воспринимается амбивалентно: как логическая ошибка, заблуждение, и как объективный принцип, основанный на причинно-следственной связи явлений. Смысл аргумента в том, что определенные, казалось бы, положительные и невинные действия могут повлечь за собой опасные катастрофические последствия. Несмотря на неоднозначную философскую оценку, аргумент широко используется в практических контекстах: этических, юридических, правовых и политических. Рассмотрены исследования, в которых принцип «наклонной плоскости» имеет центральное значение для демонстрации опасных последствий от введения новых биомедицинских методов в широкую практику. Статья посвящена выявлению механизма действия принципа «наклонной плоскости» и выяснению правомерности его использования для анализа биоэтической проблематики. В статье концепт «наклонной плоскости», или «скользкого склона», рассматривается как прием теории аргументации, феномен и яркая метафора. Анализируется механизм действия принципа «скользкого склона» на примере острых моральных проблем в работах классиков зарубежной и отечественной биоэтики, продемонстрировавших работу аргумента в связи с этическими проблемами начала жизни в репродуктивной медицине, конца жизни и методах ускорения смерти при помощи врача, генной инженерии для «улучшения» человека. Ставится вопрос об аксиологическом значении феномена «соскальзывания». Авторы приходят к заключению, что «соскальзывание» ведет к подтачиванию нравственных

В. А. Киселев

Кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры философии, биоэтики и культурологии Уральского государственного медицинского университета, Екатеринбург E-mail: home8000@yandex.ru

Vycheslav A. Kiselev Ph.D. (Philosophy), Associate Professor, Associate Professor at Philosophy, Bioethics and Cultural Studies Department, Ural State Medical University, Ekaterinburg, Russia

Как цитировать статью: Киселев В. А., Смирнова Т. В. «Наклонная плоскость» и биоэтика: от логики к антропологии // Ценности и смыслы. 2021. № 4 (74). С.15-27.

Т. В. Смирнова

Кандидат культурологии, доцент кафедры философии, биоэтики и культурологии Уральского государственного медицинского университета, Екатеринбург E-mail: smirtavlad@yandex.ru

Tatiana V.Smirnova

Ph.D. (Cultural Studies), Associate Professor at Philosophy, Bioethics and Cultural Studies Department, Ural State Medical University, Ekaterinburg, Russia

оснований не только медицины, но и общества в целом, снятие ограничений способно изменить общественную мораль через трансформацию отношения к таким фундаментальным экзистенциальным феноменам, как жизнь и смерть. Делается вывод об объективном характере феномена «скользкого склона» и важности биоэтической настороженности, так как пределом «соскальзывания» может стать размывание природы человека, потеря родовой идентичности.

Ключевые слова: «наклонная плоскость», «скользкий склон», аксиология, эвтаназия, генная инженерия, добро, зло, принципы биоэтики, технологии улучшения человека, «дети-конструкторы».

Введение

Термин «скользкий склон», или аргумент «наклонной плоскости», появился в 80-е годы ХХ века в англоязычной литературе, исследующей биоэтические проблемы современной медицины. Этот аргумент часто сопоставляется с выражениями «the camel's nose in the tent» (в русском языке можно сравнить с поговоркой «коготок увяз — всей птичке пропасть»), «thin edge of the wedge» («ходить по лезвию ножа», «встать на опасный путь»). Эпистемологически существует два взгляда на концепт «скользкого склона»: как на логическую ошибку, заблуждение, и как на одну из форм аргументации, основанной на каузальной связи.

Авторы, склонные видеть в концепте «скользкого склона» логическое заблуждение, указывают на принципиальную недоказуемость наступления страшных и разрушительных последствий как лишь гипотетических и предполагаемых. Но насколько достоверны доказательства того, что будут иметь место ужасные последствия? С этой точки зрения главный посыл аргумента во фразе: «лучше перестраховаться, чем сожалеть». Доводы являются умозрительными, и разные эксперты, оценивающие одни и те же доказательства, приходят к разным выводам. Однако, несмотря на это, исследователи в области биомедицинской этики призывают относиться к аргументу «скользкого склона» предельно серьезно [8, с. 179].

Эта точка зрения подтверждается исследованием психологического механизма функционирования аргумента «скользкого склона». Авторы признают, что несмотря на плохую философскую, эпистемологическую, репутацию, аргумент широко используют в правовых, политических и этических контекстах. Экспериментальные данные, представленные в исследовании, показали, что практическая приемлемость использования приема «скользкий склон» основана не только на субъективно

рациональных теоретических основаниях, но и на том, что объективно «скользкие склоны» действительно существуют, как существует и действительная «ненулевая вероятность», что «проскальзывание» действительно произойдет. Таким образом, исследование дает «конкретное опровержение позиции о том, что использование аргумента «скользкого склона» неприемлемо в рациональных дебатах» [10, с. 148].

В данной статье мы будем рассматривать концепт «скользкого склона» трояко: и как логический аргумент, и как метафору, и как феномен. Так или иначе, главный смысл этого термина означает рискованное предприятие, влекущее за собой негативные, губительные последствия.

Цель исследования

Данная статья посвящена выявлению механизма действия принципа «наклонной плоскости», ее цель состоит в выяснении правомерности использования этого концепта для анализа биоэтической проблематики.

Результаты

Изначально еще классики американской биоэтики Т. Бичамп и Дж. Чилдресс в своем фундаментальном труде «Принципы биомедицинской этики», ставшем концептуальной основой теории биоэтики, неоднократно ссылаются на аргумент «наклонной плоскости». Авторы используют этот прием для анализа проблемы эвтаназии и легализации ассистированного врачом суицида (PAS). В частности, они пишут: «Аргумент не в том, что серьезные нарушения произойдут сразу, а в том, что они будут постепенно нарастать с течением времени. Общество могло бы начать с жесткого ограничения числа пациентов, которым может быть оказана помощь в наступлении смерти, но могло бы позже ослабить эти ограничения, и тем самым положить начало случаям неоправданного убийства. Недобросовестные люди научились бы злоупотреблять системой, как это происходит сейчас с уклонением от уплаты налогов». Таким образом, констатируют Т. Бичамп и Дж. Чилдресс, «путь к неоправданному лишению жизни будет настолько скользким и крутым, что нам никогда не следует вступать на него» [8, с. 177].

В отечественной биоэтике смысл аргумента «наклонной плоскости» впервые раскрывается авторами учебника «Биомедицинская этика: Теория, Принципы и Проблемы» [2]. Анализ подобных языковых этических структур, по классификации А. Н. Бартко и Е. П. Михайловска-

Карловой, относится к ненормативной этике, а именно, к одной из ее концептуальных частей — метаэтике, изучающей функционирование этического мышления, логику и структуру моральной аргументации и оценки. Тем самым анализ этической аргументации связан с дескриптивным уровнем этики, не претендующим на оценочность, рассматривающим этические явления как данности [1, с. 53-55].

Этическая острота этого термина иллюстрируется А. Н. Бартко и Е. П. Михайловска-Карловой не случайно в седьмой и девятой главах. В них опять в фокус зрения попадает обозначенная основателями биоэтики тема участия врача в ускорении смерти пациента: обе главы посвящены этой философской, медицинской, аксиологической проблеме диалектики жизни и смерти, праву человека на достойную смерть.

Авторы называют «скользкий склон» «метафорой», «образом», мощной идеей, которая встречается и в этике, и в политике. По их мнению, этические принципы представляют собой своего рода «колодки», «выступы», предохраняющие от соскальзывания в «яму», «джунгли», «моральный хаос» [2, 168]. «Скользкий склон» может проявиться как в предсказании относительно эмпирических последствий, так и в связи с аргументацией, если некоторые предпосылки становятся общепринятыми. В качестве иллюстрации авторы приводят возможное «соскальзывание» в случае диагностики синдрома Дауна: «сначала мы допускаем аборт плода с синдромом Дауна, затем мы позволим умереть новорожденному с синдромом Дауна» [2, с. 169].

Т. Бичамп и Дж. Чилдресс приводят аналогичный пример: легализация эвтаназии может привести к таким рискам как отказ медицинских работников лечить новорожденных с патологиями и взрослых с серьёзным повреждением мозга, если принимающие решения инстанции придут к выводу, что продолжение жизни таких пациентов будет весьма обременительно не только для них самих, но и для их родных и общества в целом [8].

А. Н. Бартко и Е. П. Михайловска-Карлова рассматривают феномен «скользкого склона» в двух аспектах: в первом случае на материале этической проблемы поддержания жизни пациента (Глава 7), во втором случае «скользкий склон» исследуется в рамках этической проблемы смерти пациента с участием врача (Глава 9). То есть речь вновь идет об одной из острейших этических проблем — эвтаназии, в данном случае в форме ассистированного врачом самоубийства пациента. Авторы

для объяснения работы механизма «скользкого склона» обращаются к истории нацистской Германии и утверждают, что отправной точкой стало принятие некоторыми врачами идеи, что в силу низкого качества жизни некоторым людям лучше умереть, чем жить в таком состоянии.

В наши дни в странах, где эвтаназия легализована, пациенты, желающие уйти из жизни, должны являться взрослыми (совершеннолетними), рациональными (компетентными), умирающими (терминальными), добровольными (свободными от принуждения). Как показывают авторы, ссылаясь на практику стран, легализовавших эвтаназию, «скользкий склон» имеет место: мотивация к «скользкому склону» детерминирована ограниченными ресурсами больниц и семей пациентов, экономическим состоянием общества [2, с. 120-122].

Год за годом эти прогнозы и тенденции более чем двадцатилетней давности стабильно оправдываются. Так, в Нидерландах, легализовавших эвтаназию с 2002 года, ежегодно количество процедур растет в среднем на 8%. Но за 2020 год было эвтаназировано 6 938 человек, что превышает среднегодовые показатели роста. Этот факт связывается с последствиями коронавирусной изоляции, ведь 3% всех эвтаназий пришлось на людей, страдающих психическими расстройствами [9] — эффект «скользкого склона» в действии. Предрекаемая противниками легализации эвтаназии перспектива на самом деле сбылась: с установленных в начале строгих медицинских показаний помощь в ускорении смерти сдвинулась до нетерминальных случаев, а также расширяется до несовершеннолетних пациентов без ограничения по возрасту [13].

Бартко А. Н. и Михаловска-Карлова Е.П. в своем анализе «скользкого склона» опираются на биоэтическую литературу и медицинскую практику 80-90-х годов ХХ века. Но этот феномен остается в центре внимания и последующих биоэтических исследований. Авторы учебного пособия «Медицинская этика» А. Кемпбелл, Г. Джиллет и Г. Джонс также обращают внимание на его важность для рассмотрения этических проблем современной медицинской практики. В силу перевода в данной работе формулировка несколько иная — «наклонная плоскость», «сползание по наклонной плоскости».

Опасность «наклонной плоскости» А. Кэмпбелл и др. видят в том, что «часто один невинный процесс приводит к другому, гораздо менее невинному, который поначалу не входил ни в чьи намерения», другими словами, «разрешение одного вида вмешательства влечет разрешение

всех других видов вмешательства» [4, с. 131]. Поэтому для авторов наклонная плоскость представляется в виде знака «стоп», стоящего на границе черты, преступать которую опасно.

Опасность «наклонной плоскости» авторы демонстрируют практикой применения активной эвтаназии в Нидерландах, где «диапазон показаний к ней существенно расширился», хотя они и признают, что такое положение дел, видимо, отвечает некоторым вполне реальным нуждам [4, с. 279].

Какова же конструкция, механизм «скользкого склона», или «наклонной плоскости»?

Следуя физическому, наглядному образу, это линия, имеющая «верх» и «низ». С аксиологической точки зрения, «верх» занимают положительные ценности: моральные (добро, благо, принципы медицинской этики), справедливость, юридические, защищающие жизнь, здоровье, красоту человека, пациента. «Низ» этой вертикали — ценности противоположные: зло, вред, ущерб.

Отменить «верхний» аксиологический ряд нельзя, так как откроется путь к моральному хаосу, злоупотреблениям. Сделать его абсолютно непререкаемым, непреодолимым тоже не представляется возможным, ведь развитие медицинской науки и практики необходимо, а главный метод развития — эксперимент. И поэтому в реальности биомедицина, как правило, подходит к «красным линиям», порождая эффект «соскальзывания» за знак «стоп».

Поставим вопрос: всегда ли «соскальзывание» — это путь к «злу» от «добра». Может быть, это «соскальзывание» есть ответ, следствие объективных (например, медицинских, экономических) или субъективных (мотивационных) обстоятельств. Вспомним, что говорили авторы «Медицинской этики» об условиях проведения эвтаназии: «в Нидерландах, видимо, отвечает некоторым вполне реальным нуждам» [4, с. 279].

Более того, действие феномена «скользкого склона» необходимо рассматривать в историческом аспекте. В самом деле, А. Н. Бартко и Е. П. Михаловска-Карлова в 1999 году выразили опасение, что помощь пациентам в эвтаназии смещается к несовершеннолетним пациентам. А затем оказывается, что в Бельгии парламент принял закон, допускающий эвтаназию для неизлечимо больных детей младше 18 лет. Причем в парламенте за этот закон отдали голоса 86 депутатов против

44. Критерии для проведения эвтаназии в основном те же, что и для совершеннолетних: терминальное состояние, невыносимые страдания, мнение психиатра или психолога о том, что ребенок осознает последствия своего выбора, а также обязательное согласие родителей [5]. Таким образом, после принятия этого закона применение эвтаназии к несовершеннолетним является не «соскальзыванием», а обычной медицинской процедурой.

Возьмем другую область медицины — генные технологии. Обращаясь к практике генной терапии, А. Кэмпбелл и соавторы в самом конце XX века подчеркивали, что преодолеть соскальзывание по наклонной плоскости, а именно от терапии соматических клеток к терапии зародышевых клеток, может помочь понимание и принятие четкой границы между «миром терапии и миром евгеники или генетического усовершенствования» [4, с. 131]. Между тем в 2000 году произошел нашумевший случай, подстегнувший полемику по поводу правомерности и этичности выбора будущего ребенка по определенным качествам с помощью экстракорпорального оплодотворения и преимплантационной генетической диагностики (PGD).

Адам Нэш (Adam Nash) стал первым ребенком, родившимся с помощью этой технологии. Родители пошли на это для спасения старшей дочери, страдавшей от генетического заболевания анемией Фанкони. Из биологического материала пары было произведено 15 эмбрионов, и среди них выбран самый здоровый для последующей трансплантации гемопоэтических стволовых клеток из пуповинной ткани — никакие другие доноры не подходили для этой цели. Тем самым рождение Адама Нэша можно назвать первым движением по «скользкому склону», направленному к практике создания детей с предзаданными параметрами — «спроектированных детей», «детей-конструкторов» (designer babies) [11].

С тех пор обсуждение этой перспективы становится все острее. Тем временем в 2004 году вызвал дискуссию еще один случай, когда обеспеченная пара, имеющая одного здорового ребенка, запросила преимплантационную генетическую диагностику, типирование лейкоцитарного антигена (HLA), для зачатия последующих детей, чтобы они в будущем при необходимости могли бы служить взаимными донорами для трансплантаций [12]. Тогда в научных кругах встал новый вопрос: этично ли проводить подобную профилактическую селекцию при отсутствии прямых медицинских показаний?

Риск «соскальзывания» к практике создания «сконструированных детей» проявился с новой силой, стало ясно: как только методика станет доступной и будут установлены генетические особенности личностных характеристик, пары смогут обратиться за преимплантационной генетической диагностикой по немедицинским показаниям, таким как выбор цвета глаз и волос, уровня интеллекта, роста и других желаемых параметров. Если такая селекция эмбрионов будет разрешена, она таит в себе риск вмешательства в природу через производство «детей-конструкторов».

Некоторые авторы прямо указывают, что мы уже на кривой «скользкого склона» и призывают в ответ на желание пар произвольно пользоваться генетическими технологиями ввести жесткие условия, ограничить принцип уважения автономии человека и свободу выбора, поскольку потенциальная польза для конкретной пары ставит под угрозу общественное благо. Как следствие «соскальзывания» — нарастание таких проблем как усиление дискриминации между субъектами, нереалистичные ожидания родителей по отношению к такому ребенку, психосоциальные последствия для «спроектированных детей» [14].

Следующий революционный случай произошел в ноябре 2018 года, когда китайский ученый Хэ Цзянькуй заявил об успешном изменении геномов новорожденных близняшек, по имени Лулу и Нана (Lulu and Nana). 35-летний ученый со своими помощниками путем воздействия на ген эмбрионов (CCR5) якобы сумел создать малышей, невосприимчивых к ВИЧ и имеющих пожизненный иммунитет от данного вируса. Ученый Хэ Цзянькуй привлек к своему эксперименту восемь пар добровольцев, в которых мужчины были больны ВИЧ, а женщины нет. Не вдаваясь в юридические подробности, подчеркнем, что в Китае, как и во всех развитых странах, существуют этические и юридические нормы, запрещающие пересаживать генетически редактированные эмбрионы женщинам.

Значит, генетик Хэ Цзянькуй осуществил «соскальзывание» в генной терапии, он пересек «красную линию» запрета. Но, оказывается, эксперименты по редактированию гена CCR5 в Китае проводятся, в России проводятся эксперименты по удалению гена CCR5. Однако ранее эти эксперименты не доводились до рождения детей [3]. Процесс скольжения по склону начался, а биоэтики в своих трудах предостерегали, что любое движение в сторону попыток усовершенствовать человека как родовое существо, улучшить его сущностные свойства — «и мы оказываемся на

наклонной плоскости, ведущей к перфекционизму и манипуляторству» [4, с. 131].

Напрашивается вывод: генетика, генетическая практика вплотную подошла к этой «красной линии», «соскальзывание» случилось. Ученый поплатился свободой. Не исключено, что через какое-то время (например, по положительным результатам наблюдения за близняшками или другими медицинскими случаями) подобное «соскальзывание» обретет моральную и юридическую легитимность, как в Нидерландах относительно эвтаназии несовершеннолетних детей. Показательно в этой связи, что после первой крайне отрицательной реакции научного сообщества на этот смелый эксперимент, отношение постепенно начало смягчаться вплоть до призывов активизировать разработки в этой области генной инженерии и до признания вклада Хэ Цзянькуя в происходящую в наше время революцию в генетике [7].

Известный отечественный биоэтик И. В. Силуянова, анализируя процессы, происходящие в современной репродуктивной медицине, констатирует, что данная область давно скользит по наклонной плоскости и геномное «улучшение» человека — это шестая «регрессивная ступень прогресса», за которой следует открытие искусственной матки, «биосумки» (ЫоЬад). После серийного запуска этой технологии, считает автор, придет эра нового «искусственного человечества» и такие понятия как «семья» и «родитель» станут анахронизмами [6].

В свое время испанский философ Ортега-и-Гассет, оценивая роль мистики, сказал «мистики — это лоцманы философии». Перефразируя слова Ортеги-и-Гассета, можно сказать, что «соскальзывающие» — это лоцманы медицинской этики, всей аксиологической и праксиологической стороны медицины.

Вспомним первую клиническую пересадку сердца, проведенную К. Бернардом в 1967 году, и двойственное отношение к ней как медицинского, так немедицинского, религиозного сообщества: правомерность извлечения сердца из трупа, имплантация сердца умершего в тело живого человека. Ведь первый реципиент с новым сердцем прожил всего две недели, но второй в 1968 году прожил почти два года.

Конечно, «соскальзывание», по всей видимости, оправдано, когда имеет терапевтическую цель, так или иначе соответствует принципам и правилам медицинской этики: «не навреди», «делай добро», уважение моральной автономии, справедливости, информированного согласия,

конфиденциальности. Однако многие исследователи сходятся в обратном: «соскальзывание» биомедицины к расширению использования новых технологий без жестких показаний по законам рыночной сферы услуг ведет к моральной эрозии, деградации, подтачиванию нравственных оснований не только медицины, но и всего общества.

Так, А. Кемпбелл, Г. Джиллет и Г. Джонс видят в законе не просто разрешительные функции. К закону, подчеркивают авторы, прибегают для разъяснений, что этически приемлемо и рационально оправдано, поэтому снятие юридических ограничений влечет ослабление ограничений этических. В пределе этот процесс может привести к подрыву представлений о природе человека как морального существа, так как легализация любого нововведения чревата ослаблением настороженности к этическим проблемам и дилеммам, поскольку «закон не только отражает, но и изменяет нашу этику» [4, с. 280].

В этом коллектив авторов «Медицинской этики» вторит основоположникам биоэтической области знания, которые неоднократно подчеркивают, что правила этических кодексов не просто отражают наши отдельные моральные чувства относительно таких экзистенциальных вопросов как начало и конец жизни, но эти вопросы являются нитями в единой ткани правил, поддерживающих уважение к человеческой жизни как таковой. По мере устранения ограничений и запретов ткань становится все менее прочной, так как запреты важны не только функционально, инструментально, но и символически, и их снятие может ослабить осмотрительность по отношению ко всей совокупности моральных проблем и вызвать изменения даже в тех областях, которые должны остаться неприкосновенными [8, с. 178].

Заключение

Таким образом, когда мы анализируем феномен «наклонной плоскости» в отношении биоэтической проблематики, мы повсюду сталкиваемся с антропологическими рисками размывания самой природы человека, будь то на этическом уровне, как морального существа, когда мы имеем дело с такими проблемами как право на достойную смерть, помощь в ускорении смерти; или на биологическом уровне — проблема изменения с помощью генных и клеточных технологий естественных параметров отдельного индивида, а через это в перспективе и всей популяции. Тем самым механизм действия этого логического приема, яркой метафоры

и одновременно феномена современной биомедицинской практики призывает к биоэтической настороженности, красноречиво, наглядно и объективно предостерегает от эсхатологических последствий снятия ограничений на широкое использование новейших технологий.

Литература

1. Бартко А. Н., Михайлова Е. П. Биомедицинская этика: теория, принципы и проблемы. Часть 1: Теория и принципы биомедицинской этики. М.: ММСИ, 1995. 239 с.

2. Бартко А. Н., Михаловска-Карлова Е. П. Биомедицинская этика: теория, принципы и проблемы» Часть 2: Принципы и основные проблемы биомедицинской этики. М.: ММСИ, 1999. 275 с.

3. Гасюк А. Гениальные арестанты // Российская газета. Декабрь 2019. № 296 [Электронный ресурс]. URL: https://rg.profkiosk.ru/784083 (дата обращения: 08.06.2021).

4. Кэмпбелл А., Джиллет Г., Джонс Г. Медицинская этика: Пер. с англ.: Учеб. пос. /Под ред. Ю. М. Лопухина, Б. Г. Юдина. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2005. 400 с.

5. Парламент Бельгии принял закон о детской эвтаназии // BBC News [Электронный ресурс]. URL: https://www.bbc.com/russian/society/2014/02/140213_ belgium_euthanasia_parliament (дата обращения: 03.06.2021).

6. Силуянова И. В. Феномен «наклонной плоскости» в репродуктивной медицине // Церковь и медицина. 2019. № 1 (18). С. 56-60.

7. Шестаков И. Комфортная антиутопия: как мир примиряется с генной модификацией людей // Известия | IZ.RU. 25 марта 2019, 00:02 [Электронный ресурс]. URL: https://iz.ru/859165/ignat-shestakov/komfortnaia-antiutopiia-kak-mir-pri-miriaetsia-s-gennoi-modifikatciei-liudei (дата обращения: 08.06.2021).

8. Beauchamp T. L., Childress J. F. Principles of Biomedical Ethics. 6th ed. Oxford; Oxford Univ. Press, 2009. 417 pp.

9. Cassy F.-C. 'Horrifying' reports from Netherlands: Thousands euthanized in 2020 // Live Action. 2021. May 7 [Электронный ресурс]. URL: https://www.liveaction. org/news/devastating-netherlands-euthanized-people-ever-2020/ (дата обращения: 03.06.2021).

10. Corner A., Hahn U., Oaksford M. The psychological mechanism of the slippery slope argument // Journal of Memory and Language. 2011. № 64. P. 133-152.

11. Crockin S. Adam Nash: legally speaking, a happy ending or slippery slope? // Reproductive BioMedicine Online. 2000. Vol.1(2). P. 6-7.

12. Johnson M. H. A moral case study for discussion: designer babies and tissue typing // Reproductive BioMedicine Online. 2004. 9 (4): 372. DOI: 10.1016/ s1472-6483(10)61271-0

13. Netherlands backs euthanasia for terminally ill children under-12 // BBC News. 14 October 2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bbc.com/news/world-eu-rope-54538288 (дата обращения: 05.06.2021).

14. Simon Alex, Schenker Joseph G. Ethical consideration of intentioned preim-plantation genetic diagnosis to enable future tissue transplantation // Reproductive BioMedicine Online. 2005. Vol.10 (3). P. 320-324 [Электронный ресурс]. URL: www. rbmonline.com/Article/1615 (дата обращения: 03.06.2021).

"SLIPPERY SLOPE" AND BIOETHICS: FROM LOGIC TO ANTHROPOLOGY

The argument of the "slippery slope" is perceived ambivalently in the literature: as a logical error, a fallacy, and as an objective principle based on the causal relationship. The argument is that certain seemingly positive and innocent actions can lead to dangerous and catastrophic consequences. Despite its ambiguous philosophical assessment, the argument is widely used in practical contexts: ethical, legal, juridical, and political. Studies in which the principle of the "slippery slope" is of central importance for demonstrating the dangerous consequences of the introduction of new biomedical methods into general practice are considered. The article is devoted to the identification of the mechanism of action of the "slippery slope" principle and to the clarification of the validity of its use for the analysis of bioethical problems. In the article, the concept of "slippery slope", is considered as a method of argumentation theory, a phenomenon and a vivid metaphor. The mechanism of action of the "slippery slope" principle is analyzed on the example of acute moral problems in the works of classics of foreign and domestic bioethics. They demonstrated the work of the argument regarding with the ethical problems of the beginning of life in reproductive medicine, the end of life and methods of physician assisted death, genetic engineering for the "improvement" of a person. The question of the axiological significance of the phenomenon of "slipping" is raised. The authors come to the conclusion that "slipping" leads to the undermining of the moral foundations of not only medicine, but also society as a whole, the removal of restrictions can change public morality through the transformation of attitudes to such fundamental existential phenomena as life and death. The authors make a conclusion about the objective nature of the "slippery slope" phenomenon and the importance of bioethical alertness, since the limit of "slipping" can be the erosion of human nature, the loss of generic identity.

Keywords: "slippery slope", axiology, euthanasia, genetic engineering, good, evil, principles of bioethics, improvement of human, designer babies.

References

• Bartko A. N., Mihajlova E. P. Biomedicinskaya etika: teoriya, principy i problemy. Chast' 1: Teoriya i principy biomedicinskoj etiki. M.: MMSI, 1995. 239 s. [In Rus].

• Bartko A. N., Mihalovska-Karlova E. P. Biomedicinskaya etika: teoriya, principy i problemy» Chast' 2: Principy i osnovnye problemy biomedicinskoj etiki. M.: MMSI, 1999. 275 s. [In Rus].

• Beauchamp T. L., Childress J. F. Principles of Biomedical Ethics. 6th ed. Oxford; Oxford Univ. Press, 2009. 417 pp.

• Cassy F.-C. \'Horrifying\' reports from Netherlands: Thousands euthanized in 2020 // Live Action. 2021. May 7 [Elektronnyj resurs]. URL: https://www.liveaction.org/news/devas-tating-netherlands-euthanized-people-ever-2020/ (data obrashcheniya: 03.06.2021).

• Corner A., Hahn U., Oaksford M. The psychological mechanism of the slippery slope argument // Journal of Memory and Language. 2011. № 64. P. 133-152.

• Crockin S. Adam Nash: legally speaking, a happy ending or slippery slope? // Reproductive BioMedicine Online. 2000. Vol.1(2). P. 6-7.

• Gasyuk A. Genial'nye arestanty // Rossijskaya gazeta. Dekabr' 2019. № 296 [Elektronnyj resurs]. URL: https://rg.profkiosk.ru/784083 (data obrashcheniya: 08.06.2021). [In Rus].

• Johnson M. H. A moral case study for discussion: designer babies and tissue typing // Reproductive BioMedicine Online. 2004. 9 (4): 372. DOI: 10.1016/ s1472-6483(10)61271-0

• Kempbell A., Dzhillet G., Dzhons G. Medicinskaya etika: Per. s angl.: Ucheb. pos. /Pod red. Yu. M. Lopuhina, B. G. Yudina. M.: GEOTAR-Media, 2005. 400 s. [In Rus].

• Parlament Bel'gii prinyal zakon o detskoj evtanazii // BBC News [Elektronnyj resurs]. URL: https://www.bbc.com/russian/society/2014/02/140213_belgium_euthanasia_par-liament (data obrashcheniya: 03.06.2021). [In Rus].

• Siluyanova I. V Fenomen «naklonnoj ploskosti» v reproduktivnoj medicine // Cerkov' i medicina. 2019. № 1 (18). S. 56-60. [In Rus].

• Shestakov I. Komfortnaya antiutopiya: kak mir primiryaetsya s gennoj modifikaciej lyudej // Izvestiya | IZ.RU. 25 marta 2019, 00:02 [Elektronnyj resurs]. URL: https://iz.ru/859165/ ignat-shestakov/komfortnaia-antiutopiia-kak-mir-primiriaetsia-s-gennoi-modifikatciei-liudei (data obrashcheniya: 08.06.2021). [In Rus].

• Netherlands backs euthanasia for terminally ill children under-12 // BBC News. 14 October 2020. [Elektronnyj resurs]. URL: https://www.bbc.com/news/world-eu-rope-54538288 (data obrashcheniya: 05.06.2021).

• Simon Alex, Schenker Joseph G. Ethical consideration of intentioned preimplantation genetic diagnosis to enable future tissue transplantation // Reproductive BioMedicine Online. 2005. Vol.10 (3). P. 320-324 [Elektronnyj resurs]. URL: www.rbmonline.com/ Article/1615 (data obrashcheniya: 03.06.2021).