Жизненная сила римского обязательственного права

Жизненная сила римского обязательственного права

А.А. Цветкова, А.А. Алпатов

Настоящая работа обращена к древним истокам обязательственного права, оснований возникновения обязательств, исполнения и других их аспектов с целью поиска резервов дальнейшего совершенствования частного права. Выдающиеся достижения римского права просматриваются через призму современного гражданского законодательства. В унисон характерным историческим тенденциям осмысливаются последние изменения и дополнения в отечественном обязательственном праве.

Ключевые слова: обязательства, контракты, римское право, имущественная ответственность, деликты, новеллы, гражданское (цивильное) право

Для цитирования: Вестник МИЭП. 2016. № 3 (24). С. 88-103.

Природа обязательства

Современное обязательственное право достигло высокой точности в области регламентации сложнейшей сферы имущественных отношений — торгово-экономического оборота. Многие новейшие юридические конструкции складываются из понятий и категорий, разработанных еще в римском праве, значение которого для последующего развития гражданского права неизмеримо. Поэтому понятийная и ситуационная переоценка важнейших элементов современного цивильного права в сравнении с аналогичными правовыми институтами Древнего Рима, для которого характерна эволюционность, отточенность и ясность дефиниций, в значительной степени способствует более глубокому пониманию существа обязательственных отношений и эффективности их правового регулирования [1].

Прежде чем сосредоточиться на исторической компаративистике в совокупности со сложившимися тенденциями развития обязательственных отношений обратимся к этимологии термина «обязательство».

Цветкова Алена Андреевна — студентка Международного института экономики и права.

Алпатов Алексей Андреевич — кандидат юридических наук, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Международного института экономики и права.

Адрес для корреспонденции: alexei.alpatov@gmail.com

В толковом словаре В.И.Даля смысл обязательства раскрывается как «обязанность, принятый на себя долг, данное слово, обещанье и условие, которое надо выполнить» [2]. В словаре Сергея Ивановича Ожегова обязательство интерпретируется как «официально данное обещание, обычно в письменной форме, требующее безусловного выполнения» [3].

Согласно юридическому энциклопедическому словарю обязательство — это «гражданское правоотношение, в силу которого одна сторона (должник) обязана совершить в пользу другой стороны (кредитора) определенное действие (передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.д.) либо воздержаться от него, а кредитор в свою очередь имеет право требовать от должника исполнения его обязанности». Данная дефиниция практически идентична формулировке, закрепленной в ст. 307 Гражданского кодекса РФ с некоторыми минимальными отклонениями исключительно текстуального характера.

Наиболее часто цитируемая римская формула гласит: «Сущность обязательства состоит не в том, чтобы сделать нашим какой-нибудь телесный предмет или какой-нибудь сервитут (servitut), но чтобы связать перед нами другого в том отношении, чтобы он нам что-нибудь дал, сделал или предоставил» (Павел, D.44.7) [4].

Из источников римского права, в частно сти Институций Юстиниана, вытекает, что по представлению римских юристов в обязательстве заключается известная связанность, а также оно подразумевает «правовые оковы» [5].

Опираясь на представленные выше позиции, в обязательстве (obligatio) можно выделить два аспекта. Во-первых, оно представляет собой фактическое отношение, основанное на юридической связи между конкретными участниками гражданского оборота, которая создает для одной стороны формальную возможность «право требовать» от другой стороны, а последняя, соответствуя этому праву, «обязана» исполнить свой долг. А, во-вторых, под обязательством подразумеваются «правовые оковы», в силу которых обязавшееся по сделке лицо принуждается исполнить согласно законам государства (1.3.13. рг.).

Весьма примечательно то, что в древнейшую эпоху «оковы» не были всего лишь образным оборотом. В законах XII таблиц содержалось решение о том, что не исполнившего обязательство должника сковывали цепями, причем предусмотрительно нормировался даже их вес. В последующем с развитием римского общества и права «оковы» из физических, какими они были по законам XII таблиц, приобрели юридическое значение, т.е. трансформировались в имущественную ответственность должника по обязательству [6].

Поскольку обязательственное отношение рассчитано на будущее время, то по своей природе оно есть отношение, основанное на доверии (от credo — верю). Соответственно, сторона в обязательстве, имеющая право требования, называется кредитором, а сторона, которая должна исполнить его требование, является должником.

Эволюция обязательственного права

Обязательственное право — один из ключевых разделов всякой национальной правовой системы, входящей в романо-германскую семью. Рене Давид подметил, что юрист, работающий в рамках этой правовой семьи, с трудом может себе представить, что обязательственное право неизвестно другим системам, в частности, общего права [7]. В то же время было бы неправильно полагать, что понятие обязательства, столь обыденное и незаменимое для континентальных юристов, не нашло отражения в системе англосаксонского права, так как, тем не менее, дух обязательственных отношений все же присутствует и в его институтах.

Современное обязательственное право — это юридическая форма самых распространенных гражданских отношений, без которых невозможно представить себе полноценный имущественный оборот между самостоятельными субъектами (физическими, юридическими лицами, публичными образованиями). Однако оно не было бы настолько совершенным, если бы ему не предшествовала длительная и уникальная по своему содержанию и перевоплощениям эволюция римского права, справедливо характеризуемого учеными и практиками как непревзойденное по полноте и точности правовое регулирование многочисленных ситуаций гражданского оборота.

Пройдя непростой путь кристаллизации, «изысканные» юридические формулы обязательственного права, каким-то причудливым образом сформировавшись в Древнем Риме, в Средние века проникли (посредством рецепции), в силу свой уникальной практичности, в право-порядки континентальных государств, а после буржуазных революций прочно закрепились в гражданском законодательстве.

История римского общества и права берет начало с тех пор, когда Рим представлял собой сельскую общину, в которой преобладала замкнутая натуральная система хозяйственных отношений со слабыми зачатками меновых отношений. Благодаря долгой эволюции и особой специфичности социально-экономических условий римское право смогло достичь небывалых высот. При этом, сохраняя все ценное, присущее консервативному формализму древних традиций, оно давало

признание новым интересам и потребностям, тем самым искусно и гибко стимулировало гражданский оборот.

Характерными особенностями современного обязательственного права являются юридическое равенство и свобода договора субъектов правоотношения — товаровладельцев, в значительной степени автономно определяющих характер и содержание своих соглашений. Имущественные и личные неимущественные отношения между участниками товарооборота регламентируются в основном диспозитивными нормами и лишь для того, чтобы не допустить неблагоприятных последствий для сторон сделок, в редких случаях применяются императивные нормы законодательства.

Римские обязательства имели две специфические черты, существенно отличавшие их от современных концепций обязательств. Если сейчас всякое не противное праву соглашение двух сторон об установлении какого-либо обязательства само по себе имеет юридическую силу, то в Древнем Риме неформальное соглашение не порождало юридически значимого обязательства. В условиях ведения натурального хозяйства, слабого развития меновых отношений формализм и связанные с ним неудобства не чувствовались. Одновременно с этим соблюдение формы обеспечивало ясность, запоминание и определенность внешнего выражения заключаемой сделки, устанавливаемого отношения и исключало неудобства разрешения всякого рода спорных моментов. Формализм также предупреждал поспешность и необдуманность совершения актов имущественного оборота.

Во-вторых, изначально обязательство в зарождающемся римском праве представлялось строго личным отношением между определенными лицами — кредитором и должником, несмотря на имущественный характер содержания обязательства. С установлением обязательства связывались определенные юридические последствия исключительно для тех лиц, которые его установили. Понимание обязательства как сугубо личного отношения между сторонами приводило к тому, что оно первоначально признавалось абсолютно непередаваемым — ни на стороне кредитора, ни на стороне должника. Лишь по мере развития хозяйственной жизни были допущены некоторые смягчения, стали возможным представительство, замена лиц в обязательстве.

Обязательственное право большинства государств характеризуется некоторыми общими направлениями развития. Ведущее место в нем занимает договорное право, регулирующее обменные экономические отношения. В силу их многообразия само договорное право дифференцируется по отраслям хозяйственной деятельности. В отличие от этого

внедоговорные обязательства, по сути, представляют собой разновидность гражданско-правовой ответственности и в этом качестве обособляются от договорных обязательств. Другими словами, внедоговорные обязательства возникают не из правомерных актов субъектов частного права, а из гражданских правонарушений — деликтов.

В древнейшее время государство не вмешивалось в столкновения между частными лицами. Реакция на причиненную обиду была делом самого обиженного и его рода. Институт ответственности по обязательствам опирался на принцип талиона, тесно сопряженный с личностью должника.

В силу самого характера родовых отношений архаическому обществу не свойственно было представление о том, что всякое соглашение между отдельными лицами в отношении имущественного объекта уже само по себе может подразумевать обязательство.

Древнейшему праву также было не знакомо разграничение между уголовным и гражданским правонарушением, между деликтом и неисполнением обязательств. Этим объясняется то обстоятельство, что последствия неисполнения договоров выражались через санкции, направленные на саму личность должника, причем при определенных условиях оно даже давало кредитору право продажи в рабство или убийства просрочившего должника.

Демаркация обязательственного права

Для понимания природы обязательств необходимо провести некоторые разграничительные линии между правами обязательственными и вещными. К вещным правам в Риме относились право собственности и тесно с ним связанные владение и права на чужие вещи. Если объектом права является вещь, то перед нами вещное право. Если же объектом права служит действие другого лица, так, что субъект права может лишь требовать совершения условленного действия (или воздержания от него), это право обязательственное. Значит, в тех случаях, когда у субъекта нет непосредственного права на вещь, а только есть право требовать от другого лица предоставления вещи, такое право называется обязательств енным.

Дифференциация имущественных прав на вещные и обязательственные права не характерна для римского права, но существовало различие исков вещных (actiones in rem) и личных (actiones in personam). В последующем именно на этом материале было выработано разграничение вещных и обязательственных прав. Более того, считалось, что

правовое положение лица, владеющего вещью на праве собственности, и лица, вступившего в соглашение с собственником вещи о том, что этот последний обязуется передать ему вещь во временное пользование, — не одного порядка. В первом случае собственник вещи имеет возможность пользоваться ею, уничтожить ее, передать другому лицу и т.д., независимо от какого-либо другого лица. Во втором случае права должника на вещь ограничены, во-первых, оговоренным в соглашении сроком пользования либо моментом востребования вещи, если срок не согласован, и, во-вторых, необходимостью вернуть вещь, иным образом распорядиться ее (уничтожить или продать) не допустимо.

Противопоставление передачи права собственности или установления сервитута принятию лицом на себя обязательства передать вещи в собственность или исполнить иное действие имеет тот смысл, что обязательство, даже если оно состоит в обязанности одного лица предоставить другому в собственность некую вещь, не создает для этого лица права собственности не нее. Только в результате исполнения такого обязательства и при наличии других условий лицо, получившее вещь, станет ее собственником. Таким образом, из обязательства возникает только право требования передачи вещи.

Разграничение вещных и обязательственных прав, принятое в современном гражданском праве, прямо коррелирует с тем, что было выработано в римском праве. Из разницы в объекте права вытекало и различие в защите, которое римские юристы выражали противопоставлением вещных и личных исков. Эта позиция основывалась на том, что правоотношения по принадлежности материальных благ конкретным лицам носят абсолютный характер. Здесь собственник противостоит неопределенному кругу лиц, которые должны воздерживаться от всяких неправомерных посягательств на его имущество и не препятствовать осуществлению его права. Римские юристы также считали, что, поскольку вещное право имеет объектом вещь (телесный предмет), на которую может посягнуть любой, оно защищается специальным вещным иском против всякого нарушителя — абсолютная защита.

Обязательственное же право состоит в праве лица требовать от одного или нескольких (точно определенных) контрагентов совершения известного действия. Поэтому нарушителем обязательственного права может быть только контрсторона договора, и только против конкретного лица (лиц) стороны соглашения субъект права может предъявить личный иск — в этом смысле защита обязательственного права носит относительный характер.

И в римском, и в современном гражданском праве обязательственное правоотношение позитивно ориентировано на его прекращение в результате правомерного исполнения. Этим оно отличается от права собственности, устанавливаемого на неопределенное, продолжительное время. В тех случаях, когда должник добровольно не исполняет лежащей на нем обязанности, кредитору дается средство принудительного осуществления своего права требования. Средствами принуждения должника к удовлетворению кредитора по обязательству в Древнем Риме являлись личный иск и принудительное взыскание. Применение принудительной санкции в отношении должника рассматривалось как право взыскать обязательство против его воли.

Особенности типологии договорных обязательств

Высокоразвитого состояния римское договорное право достигло во многом благодаря возможности долгой эволюции хозяйственной и общественной жизни Древнего Рима. Его формирование шло по двум траекториям, а именно, по мере развития и усложнения хозяйственных отношений расширялся круг договоров, пользующихся исковой защитой, и одновременно с этим шло постепенное ослабление традиций древнего формализма и признание исковой силы за неформальными соглашениями.

Древнереспубликанскому римскому праву были знакомы три вида обязательственных договоров: nexum — совершавшийся в ходе сложного обряда с помощью меди и весов (per aes et libram), стипу-ляция — словесный договор в форме вопроса и ответа и литтераль-ный контракт. Общим местом для всех этих договоров являлся их формальный характер. Договор nexum — самый архаичный, известный еще законам XII таблиц. Его природа и значение доподлинно не ясны. Древнереспубликанские юристы понимали его в смысле сделки, совершаемой с помощью обряда. В этом соглашении должник самозакладывался кредитору, и факт неисполнения передавал первого в полное распоряжение второго. Принятие Петелиева закона (Lex Poetelia) в 362 году до н.э. стало поворотным моментом в том смысле, что кредитору запрещалось убивать или продавать в рабство должника, т.е. за долги стало отвечать имущество. Закон запретил наложение цепей на должников, за исключением только тех, которые попали к кредитору вследствие преступления. Это подорвало позиции nexum, и он стал сходить с общественной сцены, что ознаменовало крупный сдвиг в сторону формирования основ цивилизованной системы права. Если старое цивиль-

ное право в основном опиралось на формальные сделки, то новая система признавала неформальные договоры, и на первый план выходила имущественная сторона обязательства, которая приобрела не только самостоятельное, но и доминирующее значение.

Корреальные и субсидиарные обязательства

Как известно, помимо простых двусторонних обязательств, в которых участвуют один кредитор и один должник, бывают сложные, в которых каждая сторона может быть представлена несколькими лицами, причем их отношения между собой могут быть различными. В этих случаях порядок исполнения обязательства его участниками определяется в зависимости от предмета обязательства и условий соглашения.

Первоначально в римском праве единственным способом установления такого соучастия был договор стипуляции. В последующем было принято, что соучастие может быть предусмотрено законом (несколько соопекунов) или возникнуть в результате совместного деликта (несколько воров). По римскому праву допускалось корреальное соучастие либо с двумя корреальными кредиторами (согта credendi), либо с двумя кор-реальными должниками (согт debendi). От корреальных обязательств отличались обязательства солидарные (т solidum) и так называемые «^эйриМю» — добавочный (субсидиарный) кредитор (adstipulator) являлся для должника таким же кредитором, как и сам последний: он мог получать платеж, предъявлять иск и даже простить долг. Но он действовал только в интересах кредитора и потому полученное или взысканное он должен был передать ему.

Причиной появления адстипуляции в праве римлян считалась недопустимость в легисакционном процессе представительства. Так, если кредитор предвидит, что ко времени взыскания он лично не в состоянии предъявить иск, то он должен заранее приготовить себе заместителя, сделав его добавочным (субсидиарным) кредитором. Ввиду того, что договор поручения не имел исковой силы, специально устанавливалась ответственность добавочного (субсидиарного) кредитора, злоупотребившего своим положением в ущерб кредитору. С допущением процессуального представительства эта функция адстипуляции отмерла. Напротив, чаще стало практиковаться присоединение добавочного (субсидиарного) должника (adpromissio) к основному. Главной целью такого действия являлось поручительство. За долг основного должника ответственность принимало на себя другое лицо — поручитель.

В современном законодательстве законом или договором между кредитором и должниками может быть предусмотрено, что при неудовлетворении основным должником требований кредитора эти требования могут быть заявлены в неисполненной части другому добавочному (субсидиарному) должнику.

Основания возникновения обязательств

Главное деление обязательств по признаку основания их возникновения сводится к двум вариантам: из договора (ex contractu) и из правонарушений (ex delicto). Обязательства из частных право (delicta privata) противопоставлялись уголовным преступлениям (crimina) и были более древнего происхождения по отношению к договорным обязательствам. Однако договорами и правонарушениями не исчерпывались все те случаи, когда в жизни возникали обязательства. На практике встречалось много разнообразных казусов, когда не было ни правонарушения, ни договора, а между тем все-таки складывалось обязательство. Такие случаи классические юристы выделили в общую третью группу и обозначили их как возникающие из различных видов оснований (ex variis causarum figuris).

Позднее в праве возникла тенденция к систематизации, предполагается, что под греческим влиянием. В Институциях Юстиниана можно натолкнуться на более широкий перечень оснований возникновения обязательств: из договора, из деликта, из квазидоговора (quasi ex contractu) и из квазиделикта (quasi ex delicto). При разработке этой классификации римские юристы, по всей видимости, хотели указать на те случаи, когда договора нет и, тем не менее, возникает обязательство, напоминающее договорное. Равным образом к обязательствам «quasi ex delicto» относили такие обязательства, которые возникали из действий неправомерных, но не подходивших ни под один из деликтов, предусмотренных действующим правом.

Хотя римское право и основательно проработало структурные элементы обязательств, в действительности существовали лишь определенные конкретные обязательства, строго связанные со своими специальными исками. Поэтому там, где не было исков, не было и обязательства, и наоборот. В этой связи с точки зрения здравого смысла напрасно и слишком опрометчиво вступать в такие обязательства, для которых не были предусмотрены иски. Правило «pacta sunt servanda», впоследствии инкорпорированное новейшими законодательствами, римскому праву было не свойственно.

Следуя пошагово за запросами, предъявляемыми практикой, римское право развило свою систему обязательственных отношений путем последовательного признания новых типов соглашений. Количество санкционированных законом соглашений стало настолько обширно, что почти все житейские потребности могли быть ими удовлетворены. Тем не менее для юридической силы договора необходимо было не только доказать наличие соглашения между сторонами, но и указать на известный закону и походящий тип контракта. Вследствие этого один из наиболее важных вопросов для юристов при разборе конкретной ситуации заключался в том, какой иск следует предъявить. На этом покоится и основное в римском праве деление договоров на контракты (contractus) и пакты (pacta). Общего понятия «сделки» римские юристы не выработали.

Итак, к контрактам в классическом римском праве относились договоры, признанные цивильным правом и снабженные исковой защитой. Существовал определенный круг контрактов, за пределами которого стороны были не вправе практиковать какие-либо новые, не предусмотренные законом соглашения. В отличие от контрактов пакты представляли собой неформальные соглашения самого разнообразного содержания. По общему правилу, пакты не пользовались исковой защитой, правда, с течением времени некоторые из них все-таки обрели юридическую силу.

Систематизация контрактов

Римские классические юристы стремились свести всю совокупность известных им обязательств в некоторую систему оснований установления обязательственной связи (causae obligandi). Гай, классифицируя различные виды контрактов, полагал, что обязательств, возникающих из контрактов, четыре вида: обязательство возникает посредством передачи вещи (res), или путем произнесения слов (verba), или на письме (litterae), либо по соглашению (consensus). В состав каждой категории, по классификации Гая, входило ограниченное число строго определенных контрактов. Как уже выше отмечалось, иные договоры считались пактами, т.е. не обеспеченными исковой защитой, но некоторые из них с течением времени ее получили.

Была также группа контрактов, стоящая вне представленной классификации, ее называли безымянными контрактами (contractus innominati).

Поскольку хозяйственная жизнь продолжала развиваться и усложняться, то общественной практикой выдвигались все новые и новые

потребности. Под их влиянием в римском праве были признаны подлежащими защите и другие договоры, кроме перечисленных категорий, причем возникновение их юридической силы римские юристы приурочили к тому моменту, когда одна из сторон уже выполнила принятое на себя обязательство. Помимо этого был сделан шаг в сторону упрощения их юридического оформления и ослабления формализма в пользу признания юридической силы за неформальным соглашением, даже не сопровождающимся передачей вещи, по поводу которой договаривались стороны.

Исполнение обязательства

По своей природе обязательство — отношение временное, которое должно прекратиться. Нормальный способ прекращения обязательства — исполнение («платеж»). В эпоху господства формализма одного исполнения обязательства было недостаточно для его прекращения. Обязательство погашалось актом, противоположным тому, с помощью которого оно было установлено; например, путем обряда «per aes et libram» с произнесением формул в обратном порядке. В классическую эпоху требование «обратного акта» себя изжило.

Исполнение освобождало должника от обязательства при условии соблюдения нескольких правил:

♦ исполнение должно быть произведено лицом, способным распоряжаться своим имуществом (по римскому праву, способным ухудшать свое имущественное положение (J. I. 21. рг.);

♦ исполнение должно быть произведено лицу, способному его принять. Это кредитор, либо его законный представитель, поверенный, либо лицо, специально указанное в соглашении;

♦ исполнение должно соответствовать содержанию обязательства. Без согласия кредитора должник не имеет права исполнять обязательство по частям. По соглашению сторон взамен предмета обязательства можно было предоставить для погашения обязательства что-либо иное — «datio in solutum» (предоставление вместо платежа или замена исполнения). В связи с аграрным кризисом позднейшей императорской эпохи Юстиниан разрешил должнику и без согласия кредитора погашать денежные долги путем передачи кредитору земельных участков соответствующей стоимости.

Важное значение имеет место исполнения. Как правило, место исполнения определялось по тому месту, где можно предъявить иск из

данного обязательства, а таким местом считалось местожительство должника, или этот вопрос решался по соглашению сторон.

Обязательство должно быть исполнено в срок, предусмотренный в сделке или вытекающий из ее характера и обстоятельств его заключения. Досрочное исполнение обязательства допускалось только в том случае, если это не нарушало интересов кредитора.

Аксиомой нормальной хозяйственной деятельности является то, что обязательства должны исполняться надлежащим образом и в установленный срок. Односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение условий договора не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных договором или законом. Исполнение, произведенное надлежащим образом, всегда прекращает обязательство. Исполнение не должно быть невозможным, недозволенным или безнравственным, а также слишком неопределенным, т.е. должно поддаваться оценке в платежных средствах. Аналогичные требования зафиксированы и в современном законодательстве, в частности, договоры, содержащие условия, наступление которых невозможно, ничтожны.

Кроме исполнения, обязательство прекращается по соглашению сторон, либо путем зачета встречных однородных требований, срок которых наступил или не указан, или определен моментом востребования (кроме вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина), либо в связи с невозможностью исполнения обязательства, за которую должник не отвечает, и в ряде других случаев. Если обязательство не исполняется добровольно, то к должнику применяются меры судебного принуждения.

Должник отвечает за неисполнение и ненадлежащее исполнение обязательства лишь при наличии вины, если иное не предусмотрено законом или договором. Точно так же в деликтных обязательствах при-чинитель вреда освобождается от ответственности, если докажет, что в его действиях не было ни умысла, ни неосторожности. Кроме того тот, кто действовал правомерно (например, в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости), не отвечает за причинение вреда за исключением случаев, предусмотренных в законе. Последнее касается граждан, деятельность которых связана с повышенной опасностью, — они обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, даже при отсутствии вины с их стороны.

Должник признается невиновным, если докажет, что он принял все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательства. Лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство, несет имущественную ответственность, если не докажет, что

надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т.е. таких чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, как стихийные бедствия, военные действия и др. К таким обстоятельствам, в частности, не относятся нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника либо отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров.

Новеллы отечественного гражданского законодательства в сфере обязательственных отношений

С 01.06.2015 вступил в силу Федеральный закон от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором затрагиваются вопросы обязательственного права, в частности, уточняется понятийный аппарат, вводится ряд новых статей [8]. Помимо конкретизации понятия обязательства ст. 307 «Понятие обязательства» Гражданского кодекса РФ дополнена требованием к сторонам обязательства действовать добросовестно, оказывать содействие для достижения цели обязательства, а также предоставлять друг другу необходимую информацию (п. 3 ст. 307 ГК РФ) [9, 10].

Новой нормой ст. 307.1 ГК РФ установлены правила применения общих положений об обязательствах. Они применяются к договорным и деликтным обязательствам, если иное не предусмотрено нормами ГК РФ об отдельных видах договоров, общими положениями о договоре или нормами главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» и главы 60 «Обязательства вследствие неосновательного обогащения» ГК РФ соответственно. Общие положения об обязательствах также применяются к требованиям, связанным с применением последствий из корпоративных отношений и недействительности сделок.

Так, если действующая редакция ГК РФ не содержит общих понятий альтернативного и факультативного обязательств, то новая редакция раздела обязательственного права части первой ГК РФ стремится восполнить этот пробел.

Из традиций римского права, трудов романистов следует, что обычно предмет исполнения строго определен в обязательстве. Исключение составляют альтернативные (obligatio alternativa) и факультативные обязательства (obligatio facultativa). В обязательстве альтернативном существует несколько самостоятельных предметов, из которых стороны, как правило, должник, могут выбрать один. В факультативных же обязательствах имеется только один предмет, но должнику предостав-

ляется возможность освободиться от обязательства исполнением дополнительного удовлетворения.

Вступившая с 01.06.2015 в силу редакция ГК РФ закрепила, что согласно альтернативному обязательству должник обязуется совершить одно из нескольких действий (воздержаться от действий), выбор между которыми принадлежит должнику, если законом или договором такое право не предоставлено кредитору или третьему лицу (ст. 308.1 ГК РФ). В соответствии с факультативным обязательством должнику предоставляется право заменить основное исполнение другим (факультативным), предусмотренным условиями обязательства (ст. 308.2 ГК РФ).

В ст. 320 ГК РФ конкретизируется порядок выбора исполнения альтернативного обязательства. Если должник не сделал выбор в пределах установленного для этого срока, право выбора исполнения переходит к кредитору, и наоборот: при неосуществлении выбора кредитором или третьим лицом такой выбор осуществляет должник (ст. 320 ГК РФ).

В ст. 320.1 ГК РФ предусматривает критерии переквалификации неопределенных обязательств. Так, «если должник по факультативному обязательству в назначенный срок не приступил к основному исполнению, кредитор вправе потребовать такого исполнения. По умолчанию обязательство, предусматривающее совершение нескольких действий, признается альтернативным, если не может быть признано факультативным».

По требованию кредитора суд может присудить в его пользу денежную сумму за неисполнение должником судебного акта о понуждении исполнить обязательство в натуре (астрент). Использование такого способа защиты прав кредитором, как и требования об исполнении обязательства в натуре, не освобождает должника от ответственности за неисполнение, ненадлежащее исполнение обязательства (ст. 308.3 ГК РФ). Астрент — это штраф за несвоевременное исполнение судебного решения, т.е. это некая санкция для должника.

Кредиторы одного должника по однородным обязательствам вправе заключить между собой соглашение о порядке удовлетворения их требований к должнику, в том числе об очередности удовлетворения и непропорциональности распределения исполнения. Такое соглашение распространяется только на лиц, его заключивших (ст. 309.1 ГК РФ).

В новой редакции ГК РФ расширены также случаи исполнения обязательств третьим лицом: кредитор обязан принять исполнение от третьего лица в случае просрочки должником исполнения денежного обязательства. Третье лицо вправе исполнить обязательство путем внесения долга в депозит нотариуса или зачета требований. При испол-

нении неденежного требования третье лицо несет ответственность за недостатки исполнения вместо должника (ст. 313 ГК РФ).

Заключение

В настоящем исследования в силу узких рамок публикации был подвергнут анализу небольшой круг вопросов, касающихся обязательственных отношений и особенностей их правового регулирования. Тем не менее нам удалось выяснить, что современная юридическая практика подтверждает высокую эффективность разработок, оставшихся нам в наследство от римских юристов. Это очень красноречиво и наглядно проявляется и в самых последних отечественных новеллах в сфере обязательственного права.

Наряду со сказанным обратим еще раз внимание на некоторые узловые моменты обязательства, фактически-ментально и юридически-формально вызревающие в течение довольно длительного времени.

1. Отношения должника и кредитора в рамках обязательства являются частью волевых связей свободных индивидуумов. Это означает, что должник подчиняется не кредитору как конкретному лицу, а праву как таковому. Из этой предпосылки вытекает, что кредитор не вправе требовать от должника больше, чем предусмотрено правом. Воля должника так или иначе свободна, ибо он вступил в отношения в собственном интересе, преследуя свои выгоды. Причем каждая сторона в большинстве двусторонних сделок является одновременно и должником, и кредитором, т.е. испытывает один и тот же гнет правовых предписаний.

2. Освободив должника от личного подчинения кредитору, римские юристы придали ответственности по обязательству потенциальный характер, поскольку по своей сути правоотношение основывается на доверии.

3. Формальная ответственность должника эквивалентна праву, которым юридическая сторона обязательства наделяет кредитора.

4. Представление по обязательству должно быть имущественным, а не личным.

5. Как правило, обязательственное правоотношение прекращается в результате надлежащего исполнения.

Литература

1. Система римского гражданского права: Книга I. Общая часть.

Перевод с немецкого. Вып. 1. СПб., 1909. 250 ^

2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. СПб.-М., 1903. Т. I.

3. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В.Виноградова. М., 1999. 944 с.

4. НовицкийМ.Б. Римское право. Изд. 7-е. М., 2002. 310 с.

5. Дигесты Юстиниана: Избранные фрагменты в пер. и с примеч. И.С.Перетерского / Ин-т государства и права. М., 1984. 456 с.

6. Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. 872 с.

7. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М., 1999. 400 с.

8. Федеральный закон от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса РФ» // Собрание законодательства РФ. 2015. № 10. Ст. 1412.

9. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 32. Ст. 3301.

10. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 5. Ст. 410.

The life force of the Roman law of obligations

Tsvetkova Alena — student of the International Institute of Economics and Law Alpatov Aleksey — Candidate of Juridical Sciences, Associate Professor of the Department of State and Legal Disciplines of the International Institute of Economics and Law

Address for correspondence: alexei.alpatov@gmail.com

The present work is addressed to the ancient sources of the obligation law, grounds of obligation, performance and other aspects with the aim of finding reserves for further improvement of private law. Outstanding achievements of Roman law were viewed through the prism of modern civil law. In unison to the characteristic historical trends, authors explain the latest changes and additions in obligation law of the Russian Federation.

Key words: obligations, contracts, Roman law, property liability, torts stories, civil (civil) law

For citation: Herald of International Institute of Economics and Law. 2016. N 3 (24). P. 88-103.