Экономика России в цикличности мирового экономического развития и пути выхода из кризиса

Экономика России в цикличности мирового экономического развития и

пути выхода из кризиса

The economy of Russia in the world economic development cyclicality and the

ways for overcoming the crisis

Гончаренко Андрей Петрович / Goncharenko Andrei Petrovich аспирант кафедры политической экономии и истории экономической науки, Российский экономический университет им. Г. В. Плеханова, г. Москва

Email: msd047@mail.ru

Аннотация: в статье анализируется позиция экономики России в цикличности мирового экономического развития, характер текущего кризиса и его причины, проводится анализ текущей финансово-экономической политики государства и её последствия для национальной экономики в ближайшем будущем и долгосрочной перспективе, приводятся рекомендации для выхода из кризиса и ускорения роста национальной экономики за счет опережающего развития нового технологического уклада

Abstract: The article analyzes the position of the Russian economy in the world economic development cyclicality, the nature of the current crisis and its causes, analyzes the current financial and economic policy of the state and its implications for the national economy in the near future and long-term perspective, provides recommendations for overcoming the crisis and accelerating the growth of the national economy due to advanced development of a new technological order

Ключевые слова: цикличность развития мировой экономики, структурный кризис, финансово-экономическая политика, технологический уклад

Keywords: cyclicality of the global economic growth, structural crisis, financial and economic policy, technological order

Введение.

Важной особенностью развития мировой экономики является цикличность экономических процессов, происходящих в ней. Изучение явления цикличности как одного из основных свойств общественно-экономического развития позволяет анализировать текущие события и экономическую конъюнктуру в исторической динамике, что помогает по-новому взглянуть на происходящие в мировой экономике процессы.

Россия является неотъемлемой частью мировой экономики и процессы, которые в ней происходят, не могут не влиять на экономику нашей страны. Однако это дает не только преимущества, но и оказывает существенное негативное влияние на национальную экономику в случае возникновения кризисных явлений в других странах и в мировой экономике в целом. Цикличность развития экономики определяет неизбежность кризисов, именно поэтому необходимо понимать позицию национальной экономики относительно глобальных волн мирового экономического развития, чтобы иметь возможность корректировать экономическую политику в направлении сглаживания последствий данного явления, либо наоборот, для ускорения роста национальной экономики на общей волне подъёма.

Основной раздел.

Для того, чтобы определить позицию экономики России в цикличности мирового экономического развития и её текущее состояние, нужно подытожить, в какой исторической ситуации находится мировая экономика в целом в настоящий момент.

Мир после всемирного экономического кризиса 2008-2009 годов получил небольшую передышку, однако текущий период едва ли можно назвать спокойным последовательным развитием. Мировая экономика последние несколько лет испытывает нарастающее волнение, связанное с новой сменой технологических укладов, с переходом от V к VI большому Кондратьевскому циклу, а также - к смене Американского системного цикла накопления капитала

Азиатским, который сформирует новую многополярную мир-систему XXI века. Сходный период экономического развития мир переживал в 1930-х гг., когда происходил переход с Британского к Американскому системному циклу накопления капитала, который известен в истории под именем «Великой депрессии».

Мировая экономика смогла восстановиться практически до докризисных уровней уже к 2011 году, после чего начался стабильный рост на уровне 3,2-3,5% роста ВВП в год. Россия же до 2016 года находилась в противофазе мирового экономического развития, что показано на рис. 1.

*составлено автором

Динамика темпов прироста ВВП, %

-10

Ш Россия 9 Мир

Рис.1 Динамика темпов прироста ВВП в России и мире

Источник: IMF World Economic Outlook

Темпы прироста российской экономики в 2010-2015 гг. неуклонно снижались (от плюс 4,5% в 2010 году до минус 3,7% в 2015 году). Причем принципиально важно отметить тот факт, что они снижались и в тот период, когда фактически ещё не было негативного влияния на национальную экономику: ни снижающихся

мировых цен на нефть, ни санкций: по итогам I полугодия 2014 года прирост ВВП уже составил всего лишь 0,8% в годовом выражении. Динамика мировой экономики и экономики России после первой волны мирового экономического кризиса 2008-2009 гг. примерно совпадала до 2012 года, но если потом темпы прироста мировой экономики укрепились на отметке стабильного роста, то российской экономики, напротив, начали резко снижаться. Векторы развития мировой и российской экономик стали все больше расходиться, что особенно отчетливо проявилось в 2015 году, когда на фоне роста мировой экономики на 3,2% и европейской на 1,2% российская экономика показала достаточно глубокий спад - минус 3,7%. В 2016 году ситуация немного стабилизировалась, если под «стабилизацией» подразумевать падение на 0,8%.

И если с российской экономикой с 2014 года всё более-менее понятно, поскольку именно в 2014 г. начали действовать санкции в отношении РФ, а также проявилось сильнейшее падение цен на нефть, то вышеупомянутое расхождение векторов развития до этого периода следует рассмотреть более подробно, поскольку цикличность мирового экономического развития и сильная взаимозависимость отдельных национальных экономик предполагает схожие признаки протекания как кризисных явлений, так и экономического восстановления.

В этом контексте интересен доклад Всемирного банка об экономике России №30, представленном 25 сентября 2013г. Среди прочего, авторы доклада отметили слабый инвестиционный спрос; серьезное замедление темпов роста потребления; слабые показатели экспорта и внешнего спроса; замедление темпов роста в «неторгуемых» секторах (строительство, транспорт, связь, финансовые услуги), которые уже не могли компенсировать постепенное ухудшение показателей промышленного производства; практически полную загрузку производственных мощностей при общем снижении темпов роста экономики (это сопоставимо с уровнями 2004-2006 годов, когда экономика росла на 8% в год); наличие неконкурентоспособных отраслей и неконкурентных рынков, а общим

лейтмотивом может являться цитата Биржит Ханзль, главного экономиста Всемирного банка и координатора российского сектора экономической политики, а также основного автора доклада: «Несмотря на наблюдаемое замедление темпов роста, экономика функционирует на пределе своего потенциала, который сдерживается слабой инвестиционной активностью и ограниченным предложением рабочей силы на рынке труда» [3].

Вывод, российский кризис вызван не внешними шоками (сильнейшее падение цен на нефть, санкции в отношении РФ), и не цикличностью: он — структурный. Данная гипотеза подтверждается также тем, что сырьевая зависимость экономики усилилась. Если в экспорте доля минеральных ресурсов, а прежде всего топливно-энергетических ресурсов, в 2000 году составляла около 54%, то в 2014 году она составляла более 70%. Это один показатель. Есть другие диспропорции, и они очень существенные. Например, много и справедливо говорят о том, что устойчивость экономики во многом определяется долей малых предприятий. Так, в США эта доля составляет 50-60%, есть страны с показателем до 70% - такая экономика устойчивая. В России же оборот малых предприятий в ВВП не превышает 20%, а это для современной экономики очень мало. Такая экономика неустойчива [8].

Отдача на капитал в России падает не в силу избыточно высоких накоплений и инвестиций (за последние 15 лет средний износ фондов в экономике вырос с 37 до 49%, а реально превышает 75-80%), а в силу безудержного роста издержек: запретительно дорогой кредит, огромный дефицит денег в экономике, высокая коррупционная составляющая, растущие цены на энергоносители и тарифы естественных монополий (газ, электроэнергия, грузовые перевозки), увеличение фискальной нагрузки (торговые сборы, кадастровая оценка недвижимости) и т.д. Все это делает производство в реальном секторе планово убыточным, а инвестиции в рублевые активы нерентабельными и бессмысленными. Что в свою очередь обостряет дефицит товарной массы, провоцирует рост цен и усиливает зависимость от импорта вкупе с шоками девальвации. В современной российской

экономике не просто стагфляция - сочетание стагнационных, около-нулевых темпов роста экономики с ускоряющейся инфляцией - а набирающий силу кризис недопроизводства и обвала инвестиций вкупе со значительными темпами роста цен.

В текущей ситуации правительство придерживается политики высоких процентных ставок и сокращения денежной массы на 30% в период с 2014 по 2017 год. То есть, экономическая политика направлена на сдерживание инфляции и общее торможение экономики страны. При этом, возникает весьма щекотливая ситуация, при которой искусственно нарастить спрос не представляется возможным ввиду структурных диспропорций, неэффективного использования инвестиций и роста инфляции, а принятие структурных реформ и закрытие экономически неэффективных предприятий наталкивается на ограничение социально-политического толка.

В своём интервью газете «Известия» в апреле 2016г. первый заместитель председателя ЦБ России Ксения Юдаева охарактеризовала текущую ситуацию в экономике термином «новая реальность». По её мнению, дешевеющая нефть дала толчок к диверсификации экономики. «Появляются сектора, в которых открываются новые возможности для развития. И первые сигналы того, что это происходит, мы уже видим» — уверена Юдаева. «Например, в прошлом году в отдельных компаниях наблюдался значительный рост прибыли при постоянном подъеме производства». Одним из ключевых ее тезисов стала мысль о необходимости сохранения ставки в 11%, чтобы избежать резких рывков в экономике [4].

Судя по текущей политике финансово-экономического блока, «новая реальность» российской экономики сводится к политике стабилизации, которая заключается в тотальной экономии резервов. Иными словами, правительство всеми силами сдерживает инфляцию и ждёт восстановление благоприятной конъюнктуры мирового рынка и восстановления цен на углеводороды, с которых национальная экономика имеет существенный доход. И только когда страна вновь

начнёт получать этот доход с сырьевого экспорта, сможет нормально сбалансировать бюджет, постепенно начнёт нарастать экономическая активность и экономика в целом войдёт в фазу роста - вот тогда и можно переходить к поддержке предпринимательской активности и стимулированию спроса.

Данная логика понятна, однако она не выдерживает проверки реальностью и критикуется многими учёными и экономистами. Так, выступавший на антикризисном экспертном форуме «Государство. Бизнес. Развитие», проходившем в Санкт-Петербурге 18-19 мая 2016г., заместитель директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв в своём докладе отметил бессмысленность проводимой в настоящее время экономической политики, поскольку, согласно их расчётам, цена в 52 доллара за баррель нефти позволит выйти на нулевую динамику роста ВВП в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной - максимум, что можно получить при сохранении этой цены и текущей политики финансово-экономического блока - прирост на 1,1% ВВП через 2 года, а это значит, что к концу 2018 года российская экономика фактически окажется ниже уровня 2013 года. Мнение А.Широва: «Иными словами, ставка на стабильность не позволяет решить задачи, которые встали перед страной. С одной стороны, они связаны с низкими ценами экспортного рынка, а с другой — объективными ограничениями нашего экспортного комплекса (возможностями прироста добычи нефти, газа и других ресурсов). Отсюда вывод: реальной альтернативы активной и наступательной экономической политике сегодня не существует» [7].

В своём докладе комиссии по мониторингу экономического развития Совета Федерации советник президента РФ по вопросам региональной экономической интеграции Сергей Глазьев в своих антикризисных рекомендациях делает ставку на крупные государственные инвестиции в наукоёмкие отрасли, а нехватку бюджетных денег предлагает заменить их эмиссией в том количестве, в котором это потребуется. Денежная эмиссия при этом не приведёт к росту инфляции, и данное утверждение подтверждено цифрами. Рост денежной массы в США с 2007

года по 2014-й составил 388%, в Швейцарии - 722%, в Японии 199%... И к раскрутке инфляции это не привело, потому что дополнительные дензнаки пошли не на спекулятивный рынок, а на кредиты под конкретные промышленные и инновационные проекты. На беспроцентные, как правило, кредиты [5].

По прогнозам Глазьева, основанным на волновой теории, с 2018 по 2040 годы мир будет переживать период бурного экономического роста, связанного со сменой технологического уклада (ТУ). Согласно определению самого Глазьева, технологический уклад представляет собой целостное и устойчивое образование, в рамках которого осуществляется замкнутый цикл, начинающийся с добычи и получения первичных ресурсов и заканчивающийся выпуском набора конечных продуктов, соответствующих типу общественного потребления. Комплекс базисных совокупностей технологически сопряжённых производств образует ядро технологического уклада, и ядром шестого ТУ станут нано- и клеточные технологии, генная инженерия, нейротехнологии и когнитивные науки (так называемая НБИКС-конвергенция), которые на подъёмной волне будут расти на 35-70% в год. Те, кто это предвидели, станут лидерами. Именно поэтому они не стесняются включить печатный станок и раздавать нулевые кредиты технологическим компаниям и гранты научным институтам как инвестиции в собственное будущее.

Текущую финансово-экономическую политику Глазьев считает неоправданной и в такой экономии на собственном будущем нет необходимости. По его мнению, необходимо обязать ЦБ выпускать под инновационные и просто производственные проекты столько рублей, сколько нужно, и давать их на длительные сроки под 1% или под 0%, если речь идет о госзаказе. А коммерческим банкам продавать деньги по ключевой ставке, которая в данном случае для будущего страны уже не будет иметь значения. При таком подходе сперва начнётся рост в инновационных и промышленных отраслях экономики, вслед за которыми потянутся остальные отрасли, что неминуемо вызовет общий рост экономики и предложения. А это значит, что включение печатного станка

приведет не к росту, а к снижению инфляции. Что и доказали те же США в период с 2007 по 2014 год.

Мы склонны согласиться с такой позицией как минимум потому, что текущая финансово-экономическая политика не позволит выйти экономике России из кризисного состояния и обеспечить её устойчивый рост. Как уже было описано ранее, российская экономика практически достигла пределов своих производственных возможностей, и без существенных инвестиций в их обновление на базе новых технологий ни о каком значительном экономическом росте в промышленности не может быть и речи.

В настоящее время новый технологический уклад выходит из эмбрионального развития в фазу роста. Уже сегодня многие страны инвестируют значительные суммы в перспективные разработки, подготавливая промышленную, институциональную и политическую базу для инновационных секторов промышленности. Расширение сдерживается не только незначительным на данный момент масштабом и неотработанностью соответствующих технологий, но и неготовностью социально-экономической среды к их широкому применению. Исторический опыт не единожды показал, что новые разработки и технологии не сразу принимаются обществом, а проходит достаточно большой промежуток времени для полной интеграции технологий, привносящих значительные изменения в привычный образ жизни потребителей. Безусловно, технологии шестого технологического уклада, в частности, клеточные технологии и генная инженерия, способные (пока что в теории) значительно продлить длительность и качество жизни людей, относятся именно к таким. Следовательно, помимо, собственно, технологической и промышленной базы для их освоения потребуются значительные усилия в законодательной и социальной поддержке для полноценного внедрения новых технологий и продуктов, а это - процесс достаточно долгий, занимающий не год и не два. Главное - только при полной поддержке и участии государства получится включиться в гонку за овладением новым технологическим укладом.

Чем быстрее финансовые, хозяйственные и политические институты перестроятся в соответствии с потребностями роста новых технологий, тем раньше начнется подъем новой длинной волны. При этом изменится не только технологическая структура экономики, но и ее институциональная система, а также состав лидирующих фирм, стран и регионов. Преуспеют те из них, кто быстрее сможет выйти на траекторию роста нового технологического уклада и вложиться в составляющие его производства на ранних стадиях. И наоборот -вход для опаздывающих с каждым годом будет становиться все дороже и закроется с достижением фазы зрелости.

Поэтому в исторические периоды подобно нынешнему (или периоду 1930-х гг.) открывается «окно возможности» для резкого скачка стран периферии в число стран центра (как это произошло с СССР в 1930-х гг.), за счет опережающего развития нового технологического уклада, о чем как раз и говорит С. Глазьев. В отличие от передовых стран, сталкивающихся с кризисом перенакопления капитала в устаревших производствах, у них есть возможность избежать массового обесценивания капитала и сконцентрировать его на прорывных направлениях роста.

Подходы Юдаевой и Глазьева - это два диаметрально противоположных подхода к проводимой Россией экономической политике. Если руководство РФ выбирает «новый НЭП» неолибералов, тогда должна использоваться «тонкая настройка» кредитно-денежной политики, в результате которой получим «стагнацию экономики при относительно низких темпах инфляции», застой и дальнейшее отставание в развитии, т.к. инструментами «тонкой настройки» можно добиться только торможения экономики, а не прорыва в будущее.

Если же российское руководство выбирает «новую индустриализацию» с овладением шестым ТУ, которую предлагает С. Глазьев, тогда нужна кардинальная смена парадигмы экономической политики. И тянуть с этим нельзя, т.к. «окно возможностей» захлопнется не позднее 2018-20 гг., а дальше прорыв в лидеры мировой экономики будет крайне затруднен, а скорее всего и невозможен,

т.к. все места в центре новой мир-системы окажутся занятыми. Сейчас уже определились основные претенденты на лидерство - это США, Евросоюз и Китай, но есть еще и вакансии, на которые могут претендовать Япония, Россия, Индия, Бразилия и другие страны. К 2020 году структура новой мир-системы будет окончательно определена, и страны, не попавшие в центр образуют периферию нового мирового порядка. И очень не хотелось бы, чтобы Россия вновь оказалась на периферии мирового развития.

Суть критики С. Глазьевым либерально-монетаристских подходов основана на следующих основных теоретических положениях. Первое. Денежная эмиссия должна служить важнейшим катализатором экономического роста и инвестиций в основные средства. Второе. Денежная эмиссия, осуществляемая центральным банком посредством приобретения иностранной валюты, имеет иную экономическую природу и приводит к иным последствиям по сравнению с денежной эмиссией вследствие кредитования центральным банком заемщиков-резидентов - отечественных банков и собственного государства. Эмиссия под обеспечение внутренних кредитов выступает «драйвером» экономического роста, а эмиссия под обеспечение иностранной валютой не только не способна обеспечить развитие, но и является инструментом «латентного ограбления» нашей страны.

Упорное нежелание Банка России создавать внутренний длинный кредит вынудило крупнейшие банки и корпорации к заимствованиям за рубежом, преимущественно в ЕС и США. Прекращение рефинансирования со стороны последних грозит разрушением сложившихся в российской экономике механизмов воспроизводства. Чтобы этого избежать, Банк России должен был бы спешно разворачивать механизмы долгосрочного рефинансирования российских заемщиков, способные заместить обрываемые санкциями внешние источники.

Банк России поднимает ставку процента и сужает разнообразие инструментов рефинансирования, ограничивая их преимущественно краткосрочными операциями по поддержке ликвидности. Тем самым он резко

усугубляет негативное влияние западных санкций, обрекая благополучные пока еще отрасли российской экономики на сужение производства и сжатие инвестиций. В количественной теории денег, из которой исходят руководители Банка России, процессу производства вообще нет места, также, как и научно-техническому прогрессу, монополиям, внешней конкуренции и другим факторам реальной экономики.

Однако, мы считаем, что, как минимум, с одним из тезисов можно не согласиться. Рост экономики зависит не только от объёмов инвестиций, но и от наличия в ней необходимых факторов производства (производительных сил) и качественного управления, обеспечивающего взаимодействие факторов производства. Без этих условий можно сколько угодно вливать деньги в экономику, а необходимого экономического развития не случится.

Весь вопрос заключается в том, возможно ли в условиях недостаточного уровня насыщения деньгами российской экономики «обеспечить взаимодействия необходимых факторов производства и качественного управления». При нехватке денежных средств просто невозможно покупать новое более эффективное и производительное оборудование, привлекать профессиональных управленцев, что и происходит в современной России, и как следствие, наблюдаются низкие темпы роста производительности труда. Что такое рост производительности труда - это более производительное оборудование, а также более эффективная организация и управление производством. Когда же денег слишком много и экономика не успевает их абсорбировать, то эти деньги уходят на финансовые рынки, надувая финансовые пузыри, что подробно описано в статье А.П.Гончаренко и О.Е.Рязановой «Влияние финансовой глобализации на цикличность экономических кризисов». России же это пока не грозит, т.к. российской экономике денег явно не хватает.

Денежное обращение и кредит должны быть теснейшим образом привязаны к планированию народного хозяйства, которое в текущей финансово-экономической политике практически отсутствует. Отсюда и все проблемы.

Рынок без плана обречен на постоянные кризисы, а план без рынка обречен на различные деформации. Об этом еще в 1920-х гг. предупреждал выдающийся русский экономист Н.Кондратьев, утверждавший, что план должен быть обязательно, но он также обязательно должен подтверждаться и корректироваться рынком.

Заключение

Экономика России до 2016 года находилась в противофазе мирового экономического развития и характер текущего кризиса - структурный. Накопленные диспропорции и текущая финансового-экономическая политика не позволяют рассчитывать на существенный рост экономики, а сдерживание инфляции и надежда на восстановление мировой экономической конъюнктуры, скорее всего, не окупят себя в долгосрочной перспективе. При дальнейшем использовании «тонкой настройка» кредитно-денежной политики мы получим стагнацию экономики при относительно низких темпах инфляции, застой и дальнейшее отставание в развитии, т.к. инструментами «тонкой настройки» можно добиться только торможения экономики, а не прорыва в будущее.

При этом цикличность мировой экономики не стоит на месте, и гонка за овладением шестым технологическим укладом разворачивается уже сегодня. У России есть уникальный шанс значительно ускорить рост национальной экономики и упрочить её позиции в мировом экономическом развитии за счет опережающего развития нового технологического уклада, но для этого нужны достаточно радикальные изменения в экономической политике государства, и нужны они как можно скорее, поскольку «окно возможностей» закроется не позднее 2018-2020 года, и дальнейший прорыв в лидеры мировой экономики будет крайне затруднен, а скорее всего и невозможен.

Библиографический список

1. Айвазов А. Где запрятан сеньораж? Развитие и экономика, 03.03.2016г. -

URL: http://devec.ru/ekonomika/analitika/1949-aleksandr-aivazov-gde-zapriatan-

senorazh.html

2. Анализ мирового экономического развития Международного Валютного Фонда IMF World Economic Outlook

3. Доклад об экономике России 30: структурные проблемы становятся основным фактором, ограничивающим экономический рост. Пресс-релиз, 25.09.2013. Всемирный банк. - URL: http://www.vsemirnyjbank.org/ru/news/press-release/2013/09/25/russian-economic-report-30

4. Дубровская Л. ЦБ охарактеризовал ситуацию в экономике термином "новая реальность". Московский Комсомолец, 06.04.2016г. - URL: http://www.mk.ru/economics/2016/04/06/situaciyu-v-ekonomike-predlozhin-schitat-ne-krizisom-a-novoy-realnostyu.html

5. Зубов М. Глазьев обвинил ЦБ во вранье. Московский Комсомолец, 8.02.2016 - URL: http://www.mk.ru/economics/2016/02/08/glazev-obvinil-cb-vo-vrane.html

6. Гончаренко А.П, Рязанова О.Е. Влияние финансовой глобализации на цикличность экономических кризисов. Конкурентоспособность в глобальном мире: экономика, наука, технологии, №3 2017

7. Коваленко В. Модель менять будем? Журнал «Банки и деловой мир», 26.05.2016 - URL: http: //bdm.ru/publicacii/model-menyat-budem

8. Николаев И.А. Чем опасен кризис 2015 года. Свободная пресса, 10.10.2015. -URL: http://svpressa.ru/economy/article/133592/