Братья-писатели (по письмам А. П. Чехова)

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 10. ЖУРНАЛИСТИКА. 2009. № 2

К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ А.П. ЧЕХОВА

Б.И. Есин, профессор, зав. кафедрой истории русской журналистики

и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова

БРАТЬЯ-ПИСАТЕЛИ

В двух этюдах рассматриваются творческие отношения двух братьев Чеховых, Антона и Александра как журналистов и писателей. Их отношений с газетами «Новое время» и «Петербургская газета» с 1880-х гг. до 1903 г на материалах писем Антона Чехова и цензурных материалах РГИА.

Ключевые слова: Антон Чехов, Александр Чехов, история русской журналистики, переписка, литература, «Новое время» «Русские ведомости».

In the two works the author analyses the creative relationship between the Chekhov brothers — Anton and Alexandr, their links as journalists and writers. The article examines their relations with the newspapers 'Novoe vremya' ('New time') and 'The Petersburg newspaper' from the 1880s until 1903. The research is based on Anton Chekhov's letters and the censorship materials from the Russian State Historical Archive.

Key words: Anton Chekhov, Alexander Chekhov, history of Russian journalism, correspondence, literature, 'Novoe vremya', 'Russkie vedomosti'.

Семья Чеховых подарила России двух писателей и журналистов — Антона Чехова и Александра Чехова. Антон Чехов добился всемирной славы, Александр остался рядовым подвижником прессы и почти забытым писателем и компилятором.

Александр был старше Антона на 5 лет, но уже в молодые годы Антон стал авторитетом для старшего брата и в его письмах содержится много поучительного и полезного для понимания истории русской журналистики, для характеристики самого Антона Павловича и для оценки судьбы Александра Чехова.

Первый период переписки братьев относится к 1875—1883 гг., когда Александр покинул Таганрог и поступил в Московский университет, а после приезда Антона в Москву старший брат уже служил в таганрогской таможне. Письма этого времени в основном касаются семейных проблем. Александр раньше Антона приобщился к журналистике и в письмах с 1880 по 1883 г. иногда касается литературных интересов младшего брата, «рецензирует» его первые литературные опыты. Но с 1883 г. роли меняются. Антон все чаще указывает на просчеты, недостатки литературно-газетной работы старшего брата, и эта тенденция с годами растет.

Так, например, Антон советует брату не только заниматься переводами романов для «Московского листка», но переводить и «мелочи»: «Мелочи можно переделывать на русскую жизнь». За «мелочи» денег больше получишь... Переделку (короткую) Пастухов «напечатает с удовольствием»1. Антон готов протежировать уехавшему в Таганрог брату. Он пишет: «Если хочешь писать в "Мирской толк", то пиши на мое имя. Это важно. Вообще пойми, что присланное на мое имя имеет больше шансов напечататься, чем присланное прямо в редакцию» (т. I, с. 176). Несколько позднее, в начале 1886 г., он будет рекомендовать брата Худекову в «Петербургскую газету». Речь идет пока о непритязательных массовых изданиях, но и в них личные знакомства играли определенную роль. К этой теме Антон еще вернется позднее, в 1900-е гг.

С 1886 г. начинается более активная переписка, притом теснее связанная с продолжающейся литературной деятельностью обоих братьев.

В письме Антона Чехова от 6 апреля 1886 г. вопрос-упрек: «Отчего ты мало пишешь?.. Почему ленишься работать в "Осколки"? Все те рассказы, которые ты прислал мне для передачи Лейкину, сильно пахнут ленью. Ты их в один день написал? Из всей массы я мог выбрать один отличный, талантливый рассказ.

Литература для тебя труда не составляла, а ведь это труд!...Ты развит и талантлив в 1000 раз больше, чем те пробки, которые пишут в "Деле" и "Наблюдателе". Работай, голубчик. Для начала хорошо бы тебе работать в "Петербургской газете", откуда ты не замедлишь перебраться в "Новое время".

Теперь в Петербурге я в большой моде и хотел бы, чтобы ты не отставал» (т. I, с. 230—231). Так много брат брату еще не писал о творчестве, усердии и заработке.

Антон очень серьезно рассуждает о задуманной повести брата «Город будущего». Он одобряет тему, дает советы, перечисляет условия художественного произведения, чего следует избегать, обещает быстро прочитать повесть. «Пишу это тебе как читатель, имеющий определенный вкус. Пишу потому так же, чтобы ты, пиша, не чувствовал себя одиноким. Одиночество в творчестве тяжелая штука. Лучше плохая критика, чем ничего» (т. I, с. 242).

В 1886 г. Антон Чехов хвалил рассказ брата «С иголочки» в «Осколках», хотя и делает ряд замечаний. «Пойми же: тебя читают» (т. I, с. 177). Весь Питер следит за работой братьев Чеховых (там же).

1 ЧеховА.П. Полн. собр. соч. и писем: В 30 т. Письма, т. I/ V/? 1977, с. 45. Далее ссылки на указанное издание даются в тексте с обозначением тома и страницы.

Александр с 1887 г. работает в редакции «Нового времени» в качестве репортера, корректора и помощника выпускающего, печатается под псевдонимом «Седой» в субботних и других отделах.

Чехов-старший печатается не только в московских изданиях, но и в питерских «Осколках», «Петербургской газете», бывает в Петербурге, знакомится с питерскими литераторами, издателями — Худековым, Лейкиным, Сувориным. В 1887 г. Антон с большим интересом и настойчивостью расспрашивает брата о его работе в газете Суворина: «В чем заключается твоя работа в "Новом времени"? Носит ли она творческий характер? (т. 2, с. 15)... Опиши мне свои занятия» (т. 2, с. 24).

Меньше, чем через месяц снова: «Отчего ты не опишешь своей работы? Чем ты занимаешься вечерами в редакции (т. 2, с. 31). <...> Ты планируешь хронику и сортируешь и чистишь номер. Пусть так, но не касайся своими грязными пальцами моих произведений» (т. 2, с. 33). Дело в том, что Александр по просьбе брата следил в это время за подготовкой у Суворина сборника «Пестрые рассказы».

Тут надо заметить наличие в письмах Антона Чехова нарочито грубоватых, а иногда шутливых, принятых в личном общении слов, обращений с явным юмористическим оттенком: «не касайся своими грязными пальцами», «дубина, хам, штаны», «журнальный лилипут», «денег получишь больше» и т.п., которые смягчали серьезность замечаний, советов.

При удобном случае Антон хвалит опубликованный в «Будильнике» «Дневник гимназиста»: «Мне очень понравился» (т. 2, с. 26). Он следит за творчеством брата постоянно. Не забывает 16 июля 1887 г. поздравить Александра с авторским дебютом в «Новом времени» (т. 2, с. 95). Вскоре после этого в письме начала августа того же года из Бабкина Антон подробно анализирует рассказ «На маяке», опубликованный в «Новом времени» 1 августа (т. 2, с. 104).

Это наиболее обстоятельный, хотя и с элементами домашнего юмора разбор, оценка художественного творения брата. Действительно, рассказ пронизан глубоким чувством тоски и самопожертвования героев рассказа, оставляет в памяти теплое сочувствие простым людям. «Ослепительная искра во мраке невежества! Умное слово за 30 глупых лет! Я в восторге. Я думаю, что маяк поднял тебя в глазах нововременцев на три сажени. Жалею, что тебе не посоветовали подписать под ним полное имя. Ради бога, продолжай в том же духе» (т. 2, с. 104).

Наконец, Антон уясняет, что делает брат в газете Суворина. Он старается отговорить брата заниматься техническим нетворческим трудом, направить его на литературные занятия. Он понимает, что брат становится нужным, «своим» человеком в газете («Ты чело-

век, близкий Суворину») (т. 2, с. 317). Но пренебрегать литературной, творческой работой не следует в угоду издателю даже ради заработка, в котором нуждался Александр: «...Тебя никто не заставляет бегать по пожарам., тебе же солидному и грамотному человеку, можно заняться чем-нибудь более солидным и достойным. "Новое время" велико и обильно, но порядка в нем нет, если грамотный сотрудник будет бегать по пожарам, да чистить корректуры, то кто же займется порядками?» (т. 2, с. 318).

Антон по-прежнему хвалит публикации брата, например очерк «Валаам», рассказ «Слезы» и другие произведения, указывая на их отдельные просчеты, огрехи, но одобряет и поддерживает его творчество.

Он верит в литературные способности брата и убеждает того, что литературная работа выгоднее и в денежном отношении.

Характер занятий в газете смущает Антона и он внушает брату, человеку образованному, окончившему университет, необходимость творческой, литературной деятельности. С этого времени, не считаясь с возрастом, идет как бы борьба за талант брата, за поддержку его потенциала литератора. Младший Чехов настаивает на более тесном общении старшего с питерскими литераторами.

В сентябрьском письме 1887 г. Антон уже резко отрицательно отзывается о корректорской работе в газете. Это уводит от общения с сотрудниками и издателями. Он советует чаще беседовать с коллегами, иметь свое мнение, занять свое место в редакции: «Ведь ты строчишь субботники? Строчишь мелочь? Что же тебе еще нужно?». Говорит о необходимости «держать себя на равной ноге с пишущими и уважать себя. Ты для "Нового времени" нужен. Будешь еще нужнее, если будешь иметь свое мнение... А главное не пей!!» (т. 2, с. 115—116). Это, конечно, еще одно поучение, которое давали и другие члены семьи. Хорошо зная нравы мелкой прессы, Антон боялся, что и его брат пойдет по дорожке беспринципного, опустившегося поденщика в газете, журналиста-ремесленника.

В шутку и вместе с тем, чтобы задеть самолюбие брата, в письме от 24 октября того же года Антон обращается к брату: «Разбойник и мошенник печати!», а кончает письмо словами: «Хотел бы я малость освежиться болтовнею с твоею особой. В башке накопилось много разного мусора» (т. 2, с. 188) и вновь проявляет заботу о связях брата с питерскими литераторами, называя Плещеева, Баран-цевича и других: «Бываешь ли у Суворина на вечерах, почему не бываешь у Плещеева?» (т. 2, с. 184).

Поняв, наконец, незавидное положение брата в газете Суворина, Антон зовет его к себе на дачу 27 мая 1888 г.: «Если побудешь у меня неделю или две., то газета ничего не потеряет. Написав 138

у меня что-нибудь беллетристическое, оправдаешь расходы на поездку» (т. 2, с. 275).

В сентябре того же года младший брат хвалит субботник старшего, и добавляет: «Рукоплещу твоим покушением на маленький фельетон» (т. 2, с. 328), то есть: все жанры хороши, но не побегушки, не организаторская работа, дежурство по номеру. И вспоминается недавнее предупреждение: «Врать можно в Копилках курьеза (т.е. в "Осколках". — Б.Е.), а в субботниках, которые дадут тебе деньги и имя, остерегись» (т. 2, с. 104).

«Недавно я послал Суворину передовую, — делится Антон с братом. — Напечатали и еще просили передовых писать. Я не буду, но тебе советую приняться за них. Они сразу поставят тебя на подобающее место» (т. 3, с. 26). «Пиши передовые, а репортерство брось» (т. 3, с. 77).

В письме от 2 января 1889 г. Антон пишет Александру: «Небеса одарили тебя тем, чего нет у 99 из 100 человек. Ты по природе бесконечно великодушен и нежен. Поэтому с тебя и спросится в 100 раз больше. К тому же еще ты университетский человек и считаешься журналистом» (т. 3, с. 122).

2 мая: «Пришли-ка мне на прочтение свою пьесу. Я все-таки, Саша, опытный человек и могу тебя наставить» (т. 3, с. 201).

Вскоре, в том же году, советует заняться драматургией как материально выгодным делом, так как Александр продолжает нуждаться.

С 1889 года интенсивность переписки слабеет, в ней меньше вопросов творчества. Антон собирается на Сахалин.

После возвращения с Сахалина Антон вновь спешит поддержать брата-писателя. В письме от 24—25 июля 1891 г. читаем: «Последний рассказ Седого, по моему мнению, разделяемому Сувориным, хорош... отчего мало пишешь?» (т. 4, с. 253).

Во второй половине 1890-х гг. вновь возникает вопрос о протекции в московских изданиях. Антон разъясняет ситуацию с прохождением рукописей в редакциях. Посланное по почте, часто отклоняется по разным обстоятельствам. Даже в «Русских ведомостях» присланная рукопись «будет утеряна». Это же происходит в редакции журнала «Русская мысль». Он согласен помогать с публикацией в «Русских ведомостях» (т. 5, с. 349), но отклоняет возможность такой протекции в «Русской мысли», где он был редактором беллетристического отдела.

В письме 19 января 1895 г. младший Чехов хвалит еще один рассказ брата: «он весьма умен и сделан хорошо»; рекомендует посылать беллетристику в «Русские ведомости». Она и оплачивается «недурно» (т. 6, с. ...). Протежирует брата в другие московские газеты, например в «Новости дня». В декабре 1893 г. Антон хорошо отозвался о книге «Святочных рассказов». Не посчитал зазорным

вступиться за брата в конфликтных ситуациях с Сувориным. 29 июля 1896 г.: «Хотел тебя Суворин рассчитать, — пишет Антон, — но я упросил и обещал, что ты будешь слушаться. Я так сказал: лучше высеките» (т. 6, с. 167).

В конце 90-х гг. XIX в. Александр активно занимается проблемами психиатрии, алкоголизма и печатает в «Новом времени» ряд материалов на эту тему. Антон одобряет в 1897 г. поездку Александра на Аландские острова и советует писать фельетоны для «Русской мысли», просит прислать книгу об алкоголизме. Александр собирался вместе с доктором Ольдерогге выехать на острова, чтобы писать об организации там колонии алкоголиков: «Написал я. несколько фельетонов на эту тему. Эффект получился довольно приличный. Нашлись доброхоты. дать деньги» для основания колонии.

Антон Чехов поддержал эту идею, так же как одобрительно он принял книгу брата по истории пожарного дела и книгу 1897 г. «Алкоголизм». В 1897 г., обсуждая водевиль «Платон Андреевич», Антон советует Александру вступить в Общество драматических писателей (т. 7, с. 126).

В последующих письмах, обсуждая с братом профессиональную и семейную жизнь, неоднократно подчеркивает одну и ту же мысль: «Надо трудиться!» (т. 6, с. 296, 303). Антон в курсе новых столкновений с Сувориным, поддерживает как подходящее занятие возможное участие в проектируемой кишиневской газете в качестве редактора в 1897 г. (т. 6, с. 329, 628).

Сожалеет, что Александра рассчитали в 1897 г. в «Сыне отечества»: «Надо трудиться и поменьше воображать о "своих мнимых достоинствах"», — указывает он (т. 6, с. 296).

В письме от 23 октября 1898 г. Чехов советует старшему брату прочесть в газете «Врач» № 42 сообщение такого содержания: «Во многих №№ "Нового времени" помещаются в виде фельетона, интересные живо и правдиво написанные очерки г. А.П. Чехова "Призрение душевнобольных в Петербурге"». Чехов хотел, чтобы Александр оставался для него и всех пишущих журналистом.

Последние три года жизни — 1901—1903 — всего три письма младшего брата к старшему и все они касаются писательства, беллетристики. Только два беллетриста — «ты и Потапенко» сознательно обмолвился в одном из писем Чехов-младший (т. 9, с. 27).

В марте 1900 г. Антон Чехов хлопочет о публикации в Москве рассказа Седого «В синагоге». Его беспокоит продолжающееся сотрудничество в «Новом времени»: «Суворин лжив, ужасно лжив, — пишет он брату Михаилу. — "Новое время" в настоящее время пользуется очень дурной репутацией, работают там исключительно сытые и довольные люди [если не считать Александра, который ничего не видит]» (т. 9, с. 206).

Авторитет Антона признан всеми в семье Чеховых, и Александру остается только объяснять и оправдывать свои слабости в литературном деле. Что он и делает в одном из писем в конце 1903 г.: «Поживаю я тускло. Зарабатываю мало. Живу я печатанием третьего глупого исторического романа в "Полицейских ведомостях". Был напечатан "Наполеон в Москве", печатается "За правого бог" и в 1904 году будет печататься.под титлом "На высотах Кавказа". Все эти романы то же самое, что "Страшная ночь или Черная звезда" и т.п. Каждый из них дает мне полторы тысячи в год. У доброго господина Суворина зарабатываю весьма мало: молодежь. забивает меня.» (т. 11, с. 644).

В этом же письме он рассказывает о своей неудаче опубликоваться в «Русском богатстве» у Михайловского. Очередная выходка Буренина в «Новом времени» против «Русского богатства» сделала невозможным его контакт с Михайловским. Александр боится, что его не возьмут и в «Русскую мысль». Это было последним «деловым» письмом брата (ноябрь).

Александр Чехов не чувствовал себя художником-беллетристом. Он оставался рядовым журналистом и организатором, репортером, хотя и писал иногда рассказы, брался за научные компиляции, за отраслевую печать — «Пожарный» Шереметьева (1892), редактировал журнал «Слепец» (1892—1894).

Преодолеть эту обреченность, ограниченность старший брат не смог. Настоящий писатель из него не вышел.

Б.И. Есин

КОТОРЫЙ ЧЕХОВ?

Занимаясь в Государственном историческом архиве делами по истории русской журналистики второй половины XIX в., просматривая документы цензурного ведомства, меня долго не оставляла мысль встретить в казенной переписке имя Чехова, найти новое свидетельство особого внимания к нему цензора.

И вот однажды это имя мелькнуло в переписке Главного управления по делам печати МВД за 1892 г. по поводу небольшого эпизода, произошедшего на завтраке в Петербургской думе после осмотра новых городских скотобоен, и прошения г. Линдера об опубликовании опровержения на статью «Петербургской газеты» под названием «Тризна о прессе».

В документе упомянут «сотрудник "Нового времени" А.П. Чехов. Это — инициалы обоих братьев Чеховых: Александра и Антона. В эти годы оба они печатались в "Новом времени" и "Петербургской газете", оба связаны с Петербургом. Один жил там постоянно, другой бывал наездами.

Эпизод, о котором идет речь, состоял в том, что за завтраком, который был дан городской думой, между г. Линдером и А.П. Чеховым возник спор по поводу отношения прессы к обществу покровителей животных и оценки поведения журналиста, писавшего в "Петербургской газете" о заседаниях указанного общества. Суть конфликта, как она отразилась в делах цензуры, заключалась в следующем.

25 января 1891 г. в Главное управление по делам печати поступило представление директора канцелярии Главного управления государственного коннезаводства шталмейстера двора его величества с текстом Опровержения на статью "Тризна о прессе" и с просьбой "приказать напечатать" указанное Опровержение.

27 января начальник Главного управления по делам печати Е. Феоктистов потребовал внесения некоторых поправок в текст Опровержения, гвардии поручика Линдера. Поправки не имели серьезного характера. Так, например, были выброшены слова: "бесцеремонно", "неуместно", "глумление" и некоторые другие, а также фраза "Глумиться можно и над религией, все святое можно закидать грязью". Был исключен абзац с характеристикой аудитории органов печати, подобных "Петербургской газете". А именно: «Читатели "Петербургской газеты". в подавляющем процентном отношении состоят из посетителей трактиров разряда ниже среднего, из содержателей и служащих мясных лавок и иных лавок, дворников и всех прочих»2.

В Опровержении упомянута другая статья той же газеты, с которой и начался сыр-бор под названием «От великого до смешного». В этой статье «карикатурного и извращенного содержания» якобы высмеивались заседания общества покровительства животным: «Это может подорвать авторитет и пользу общества». Почему г. Линдер публично на завтраке в думе выразил протест против подобных "злоупотреблений" печати. Присутствующие все согласились, — продолжал он. — Один лишь сотрудник "Нового времени" А.П. Чехов заметил, что не следует обвинять репортера, так как он обязан по долгу службы предоставлять в редакцию отчеты, непременно окрашенные возможно более ярким глумлением. Можно не одобрять направление газеты, в котором сотрудник часто невиновен, но его самого винить и преследовать не следует»3.

Линдер пишет далее, что он с этим не согласен. Все присутствующие, включая профессоров Гордеева и Эккерта, «признали. дово-

2 РГИА. Ф. 776. Оп. 3. Ед. хр. 452. Л. 227 об.

3 В статье «Тризна о прессе» в «Петербургской газете» это выступление было изложено несколько иначе: «Господа, зачем же обвинять корреспондента? От него требуют, чтобы он писал веселым тоном. Читатели газеты любят этот тон, им он нравится.». Статья подписана инициалами К.Х., т.е. К. Худеков.

ды правильными». В 21 номере «Петербургской газеты» сказано, что был провозглашен «погребальный тост за прессу». Это неверно, тост был провозглашен погребальный, но не за прессу, а за направление отдельных изданий, притупляющих свое остроумие в глумлении над лучшими достояниями человечества.». И подпись — «Состоящий при главном управлении государственного коннезаводства гвардии поручик В. Линдер».

Это упоминание «сотрудника» «Нового времени» А.П. Чехова, содержание его замечания и дали повод рассмотреть вопрос: кто из двух братьев Чеховых, Антон или Александр, выступил на завтраке, данном властями. В январе 1891 г. Антон Павлович был в Петербурге. Характер выступления не расходится с рядом его же суждений о журналистах и прессе. Вполне возможно и его представление как «сотрудника» газеты Суворина: он уже несколько лет печатался в «Новом времени» за открытой подписью. Причастен он был и к обществу покровителей.

Но вместе с тем никак не исключено, что это высказывание принадлежит Александру Чехову. Его занятия в газете Суворина были весьма разнообразны: от репортерства до корректуры. Содержание его выступления вполне могло быть сходным с мнением младшего брата, поскольку они часто в беседах и письмах обсуждали дела газетные.

В своей работе «Чехов-журналист» в 1977 г. я приписал этот эпизод Антону. Тогда же упрекнул Н.И. Гитович в том, что этот факт не отмечен в Летописи жизни и творчества А.П. Чехова (М., 1955). Сама Гитович, как передавал мне В.А. Ковалев, отнеслась к этому с сомнением, сказав, что в данном случае речь идет об Александре. Действительно, все-таки это был Александр Чехов («Седой»).

Тем не менее приведенный архивный документ проливает некоторый дополнительный свет на роль и взгляды Александра Чехова, брата писателя, и дает лишний раз оценку устами русского аристократа Линдера массовым органам городской печати вроде «Петербургской газеты». Сама статья «Тризна о прессе» (несмотря на ее не вполне грамотное название) все же рисует бытие городской газеты достаточно выразительно. Цензурное дело характеризует и общественную обстановку, в которой жили и работали братья Чеховы.

Опровержение, о котором идет речь, было опубликовано с правкой цензора Адикаевского в газете Худекова 14 февраля 1891 г. в № 44 на основании ст. 199 Цензурного устава 1886 г.