Реализация прав супруговпри осуществлении деятельности юридического лица

ГРАЖДАНСКОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПРАВО. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО

Реализация прав супругов при осуществлении деятельности юридического лица

ЛЕВУШКИН Анатолий Николаевич, доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Всероссийского государственного университета юстиции

127051, Россия, г. Москва, Большой Каретный пер., 10а

E-mail: lewuskin@mail.ru

Анализируются некоторые особенности правового регулирования семейных отношений в аспекте участия супругов в деятельности юридического лица. Для регулирования таких отношений применяются, с одной стороны, нормы семейного законодательства, связанные с регулированием имущественных отношений между супругами, а с другой — нормы гражданского и корпоративного законодательства, определяющие правовое положение и порядок деятельности коммерческих юридических лиц. Рассматривается порядок распоряжения общим имуществом супругов, анализируются случаи, когда необходимо получение согласия супруга на совершение сделок. Обращено внимание на возможность существования коллизии между интересами, охраняемыми семейным и гражданским законодательством. Сделанные автором выводы подкреплены примерами из судебной практики.

Ключевые слова: совместная собственность супругов, юридическое лицо, раздел имущества, согласие супруга.

Realisation of the Rights of Spouses During Realisation of Activity of the Legal Person

A. N. LEVUSHKIN, doctor of legal sciences

Russian Law Academy

10a, Bolshoy Karetny pereulok, Moscow, Russia, 127051

E-mail: lewuskin@mail.ru

The article analyzes some of the peculiarities of the legal regulation of family relations in the aspect of the spouses' participation in the activities of the legal entity. To manage these relationships on the one hand, the rules of family law relating to the regulation of property relations between spouses are used, and on the other — the rules of civil and corporate law defining the legal status and activities of commercial entities. The procedure for disposal of the common property of the spouses is considered, and the cases when it is necessary to obtain the consent of a spouse for transactions are analyzes. Attention is drawn to the possible existence of a conflict between the interests protected by family and civil law. The conclusions which were made by the author are supported by examples from the judicial practice.

Keywords: joint property of spouses, legal body, property section, consent of the spouse.

DOI: 10.12737/18026

Семейный кодекс РФ не содержит понятия «брак». Однако, принимая во внимание нормы семейного законодательства и осуществляя их толкование, можно сделать вывод, что брак — это свободный равноправный союз мужчины и женщины, заключенный с соблюдением поряд-

ка и условий, установленных законодательством Российской Федерации, имеющий целью создание семьи и порождающий между супругами взаимные личные и имущественные права и обязанности. Следовательно, семейные правоотношения изменяют правовой статус лиц, всту-

пающих в брак, что, безусловно, отражается на их взаимоотношениях с третьими лицами. В связи с этим одной из главных задач, стоящих перед законодателем, является регулирование тех особых имущественных отношений, которые складываются между супругами и могут затронуть интересы третьих лиц, общества и государства.

Реализация имущественных прав супругов возможна при осуществлении деятельности юридического лица, и такое осуществление прав имеет большое значение для определения их супружеского имущественного статуса.

Безусловно, в жизни современного общества юридические лица играют особую роль. Являясь правовой формой коллективного участия лиц в гражданском обороте, институт юридического лица позволяет гибко использовать капитал в предпринимательской деятельности. В настоящей статье считаем необходимым остановиться на некоторых особенностях правового регулирования семейных супружеских отношений в контексте участия супругов и реализации их имущественных прав в деятельности юридического лица. Для регулирования таких отношений применяются, с одной стороны, нормы семейного законодательства, связанные с регулированием имущественных отношений между супругами, а с другой — нормы гражданского и корпоративного законодательства, определяющие правовое положение и порядок деятельности коммерческих юридических лиц. Тем самым прослеживается тенденция расширения межотраслевого регулирования, реализации межотраслевых связей семейного и гражданского права.

Взаимоотношения мужчины и женщины в браке предполагают не только определенную духовную общность их жизни, но и материальную составляющую, упорядочение их имущественного положения. Российское гражданское законодательство вводит понятие законного режи-

ма имущества супругов, что подразумевает режим совместной собственности их имущества. Данное правило действует, если иное не предусмотрено брачным договором. При этом доли в праве совместной собственности супругов считаются равными.

Как известно, в состав совместной собственности супругов входят вещи, деньги и иные объекты права собственности. Так, п. 2 ст. 34 СК РФ относит к общему имуществу супругов, помимо прочего, приобретенные за счет общих доходов ценные бумаги, а также доли в капитале, внесенные в коммерческие юридические лица, независимо от того, кем из супругов они были приобретены. При этом указание на общность доходов, использованных на такое приобретение, представляется излишним, так как в начале указанного пункта сказано, что к общему имуществу супругов относятся доходы каждого из них, получаемые по практически любым основаниям.

Безусловно, в комплекс имущественных прав супругов входит и право на получение части прибыли от деятельности коммерческих юридических лиц. В соответствии с п. 2 ст. 34 СК РФ подобные выплаты включаются в общее имущество супругов независимо от того, кто из них является участником такой организации.

Доли представляют собой разновидность имущества, обладающего особыми свойствами. Это имущество дает право на участие в управлении соответствующим юридическим лицом (выбор органов управления, одобрение сделок и т. д.), а также право на получение части прибыли от деятельности юридического лица и части оставшегося после его ликвидации имущества соразмерно долям участия в нем. Поэтому доли как самостоятельные объекты имущества имеют свою оценку, но она связана непосредственно с оценкой активов и пассивов юридического лица. Таким образом, вопрос о разделе подобного имущества супругов при расторжении брака, а также порядок наследо-

вания указанного имущества в случае смерти одного из супругов требуют особого внимания. Здесь должны учитываться роль каждого из супругов в управлении коммерческой организацией и (или) в трудовой деятельности организации, наличие опыта, профессиональных знаний в области ведения бизнеса, а также вероятность возникновения корпоративного конфликта при изменении состава участников юридического лица.

Существует несколько способов раздела бизнеса, участие в котором оформлено в виде долей, акций, паев в уставном (складочном) капитале коммерческой организации.

Во-первых, раздел между супругами акций, долей, паев как совместно нажитого имущества, доли в котором при разделе предполагаются равными. Однако этот способ нельзя применить в случае, если устав юридического лица предусматривает запрет или ограничения на вступление в состав участников нового лица без согласия иных участников, а соответствующее согласие не получено. Также этот вариант невозможен при разделе доли в складочном капитале хозяйственного товарищества, если у супруга, претендующего на статус полного товарища, нет статуса индивидуального предпринимателя и он не желает его приобрести.

Во-вторых, вместо раздела акций, долей, паев можно выплатить одному из супругов половину их рыночной стоимости или иную часть в зависимости от доли в общем имуществе, полагающейся при разделе каждому. Таким образом, одному из супругов достанется бизнес, а другой получит денежную компенсацию, но утратит право на дальнейшее участие в бизнес-проекте.

В-третьих, возможен вариант продажи бизнеса третьему лицу и раздел полученной прибыли от продажи между супругами.

Другой немаловажный вопрос касается порядка распоряжения общим имуществом супругов. В соответствии с п. 1 ст. 253 ГК РФ участ-

ники совместной собственности сообща владеют и пользуются общим имуществом. Пункт 2 этой же статьи говорит о том, что распоряжение общим имуществом осуществляется по согласию всех участников. Таким образом, гражданское законодательство исходит из презумпции, что каждый из совместных со-собственников имеет право на личное владение и пользование имуществом. Пункт 1 ст. 35 СК РФ говорит о владении, пользовании и распоряжении общим имуществом супругов по обоюдному согласию. При этом, как представляется, не происходит изъятия из общих правомочий собственника, предусмотренных п. 2 ст. 209 ГК РФ, равно как и их какого-либо умаления. Сособственник-су-пруг сохраняет право самостоятельно осуществлять любые действия с принадлежащим ему на праве собственности имуществом в той мере, в какой это не затрагивает права и законные интересы иных лиц, в том числе права второго супруга.

Действующее законодательство о юридических лицах не предусматривает особенностей учета прав их участников, чья дееспособность имеет ограничения, связанные с их состоянием в браке. Так, в соответствии с п. 1 ст. 49 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» правом голоса на общем собрании акционеров обладают владельцы акций общества. Согласно п. 1 ст. 32 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» принимать участие в обсуждении повестки дня общего собрания общества и голосовать при принятии решений имеют право его участники. При этом какой-либо учет прав супруга, не являющегося участником общества, но обладающего правомочиями в соответствии с положениями ст. 35 СК РФ на владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов, не предусматривается.

С 1 сентября 2013 г. Гражданским кодексом РФ предусмотрены правила о согласии как особой разновидности сделки. Статья 1571 Кодекса распространяется на согласие, обязательное в силу указания закона. Она указывает на возможность сообщать о согласии запросившему его либо иному заинтересованному лицу и определяет требования к предварительному согласию.

Согласно СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Необходимость получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга установлена п. 3 ст. 35 СК РФ для случаев совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью либо сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке. Таким образом, супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не получено, может обратиться в суд с иском о признании такой сделки недействительной. Подтверждением тому может служить пример судебной практики.

К. обратилась в суд с иском к ООО «Компания Дельта», Д. и М. о признании сделки недействительной. В заявлении К. указала, что состоит в браке с М. В период брака М. стал учредителем ООО «Компания Дельта». Затем ее супруг продал свою долю в уставном капитале Д. Так как доля в уставном капитале была приобретена в период брака, значит, она является совместным имуществом супругов. Поскольку К. своего согласия на отчуждение этого имущества не давала, а такое согласие должно быть нотариально удостоверено, то сделка по продаже доли в уставном капитале является недействительной. Однако суд отказал К. в удовлетворении исковых требований, мотивировав свое решение тем, что М. и Д. являлись участниками одного общества — ООО «Компания Дельта». Так как сделка купли-продажи доли в уставном капитале

общества была заключена между его участниками, то обязательного нотариального удостоверения этой сделки законом не требуется. Следовательно, нотариального согласия К. в качестве супруги М. на совершение этой сделки тоже не требуется1.

Исходя из анализа норм семейного и корпоративного права, возникла проблема необходимости получения согласия супруга на совершение сделок по увеличению уставного капитала2.

По одному из дел, рассмотренных Президиумом ВАС РФ в 2014 г.3, предметом анализа была ситуация очевидной недобросовестности супруга — участника общества с ограниченной ответственностью. Без какой-либо хозяйственной цели (или эта цель не была доказана) супруг совершил такие действия, которые привели в совокупности к отчуждению доли в обществе.

1 См. решение Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края от 12 апреля 2011 г.// URL: https://rospravosudie.com/ court- centralnyj -rajonnyj-sud-g-komsomolska-na-amure-xabarovskij-kraj-s/act-104038339/ (дата обращения: 05.10.2015).

2 Подробнее см.: Останина Е. А. Между семейным и корпоративным правом: согласие супруга на увеличение уставного капитала общества // Закон. 2014. № 7. С. 92—97; Багаев В. Тяжела доля экс-супруга // Восстановление корпоративного контроля в практике ФАС МО. URL: http:// zakon.ru/Discussions/ tyazhela_dolya_ ekssuprugavosstanovlenie_korporativnogo_ kontrolya_v_praktike_fas_mo/12294 (дата обращения: 01.10.2015); Смольников Д. Корпоративное осложнили семейным: Президиум ВАС расширил права супругов в сделках с долями ООО. URL: http://zakon.ru/ Blogs/ One/11166 ?entryName =korporativnoe_ oslozhnili_semejnym_prezidium_vas_ rasshiril_prava_suprugov_v_sdelkax_s_ dolyami_ooo (дата обращения: 01.10.2015).

3 См. постановление Президиума ВАС РФ от 21 января 2014 г. № 9913/13 (далее — по-

становление № 9913/13).

Президиум ВАС РФ отметил, что принятие супругом решения о введении в состав участников общества нового участника, выход супруга из общества и последующее перераспределение долей в совокупности являются распоряжением общим имуществом супругов. Эти действия могут рассматриваться как сделка, противоречащая п. 2 ст. 35 СК РФ. Такие сделки могут быть признаны недействительными по иску другого супруга или его наследника, если имеются доказательства, что приобретающий долю участник знал или заведомо должен был знать о несогласии другого супруга на совершение сделки.

В постановлении № 9913/13 Президиум ВАС ввел понятие «корпоративный спор, осложненный применением п. 2 ст. 35 Семейного кодекса» и возвратил дело на новое рассмотрение в связи с необходимостью выяснить вопрос об осведомленности третьего лица, вступившего в общество, об отсутствии согласия супруга.

Полагаем, что это постановление не следует толковать как указание на необходимость получения согласия супруга на любое корпоративное действие, будь то увеличение уставного капитала, эмиссия облигаций или подобные действия, которые могут уменьшить долю супруга в хозяйственном обществе или снизить рыночную стоимость этого права.

В судебной практике отмечается, что «нотариально удостоверенное согласие супруга требуется в случае заключения договора по отчуждению доли в уставном капитале общества, подлежащего нотариальному удостоверению»4. Именно последнее толкование видится нам верным, поскольку в силу прямого указания п. 2 ст. 34 СК РФ общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов доли в уставном капитале хозяйственного общества.

Более сложным является вопрос, возникающий в связи с притязаниями супругов (бывших супругов) учредителей на восстановление корпоративного контроля.

К примеру, в одном из дел ФАС Московского округа отказал истице-супруге в требовании о восстановлении корпоративного контроля, указав, что: 1) на момент принятия общим собранием участников общества с ограниченной ответственностью решения об увеличении размера уставного капитала общества и о приеме в состав его участников третьего лица истица участником общества не являлась; 2) судебное решение о признании за истицей права на долю состоялось после принятия обществом решения об увеличении уставного капитала и о включении в состав участников общества третьего лица, причем данное решение не было никем оспорено в установленном законом порядке; 3) утверждение истицы о том, что ответчик злоупотребил правом, когда не внес дополнительный взнос и тем самым уменьшил свою (а значит, и общую супружескую) долю в праве общей собственности, несостоятельно, так как внесение дополнительного взноса является правом, а не обязанностью участника5.

Таким образом, из судебной практики видна уже явно обозначившаяся коллизия интересов. В случае раздела общего имущества бывший супруг или супруга стремится получить долю или денежную стоимость этой доли в том размере, в каком эта доля была бы без (предположительно) недобросовестных действий другого супруга, направленных на ее уменьшение. Другой же супруг, равно как и третьи лица, может предъявлять доказательства наличия хозяйственной цели у таких действий, как увеличение уставного капитала общества.

4 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 9 августа 2013 г. по делу № А79-12698/2012.

5 См. постановление ФАС Московского округа от 12 мая 2014 г. № Ф05-16788/13 по делу № А40-30882/13.

Проблема разграничения корпоративного и семейного права в части вопроса о необходимости согласия супруга на увеличение уставного капитала, отчуждение доли, выход из общества и иные подобные действия должна рассматриваться в определенном ключе. Как правило, супруг (или бывший супруг) в момент совершения спорных действий не является участником общества, не значится в реестре и третьим лицам зачастую не известно ни о состоянии участника общества в браке, ни о наличии или об отсутствии у него семейных конфликтов.

В такой ситуации существует двойственный подход. Первая крайность состоит в отсутствии защиты супруга (или бывшего супруга) от заведомо недобросовестных действий другого супруга, вторая же — в чрезмерном вмешательстве постороннего для общества третьего лица — супруга участника в хозяйственную деятельность общества. С частными интересами супруга (или бывшего супруга) сталкиваются интерес третьего лица, вступившего в хозяйственное общество, и интересы третьих лиц, полагавшихся в той или иной мере на достоверность сведений реестра об участниках юридического лица и о принадлежащих этим участникам долях. В конечном счете частный интерес супруга (или бывшего супруга) вступает в конфликт с соображениями стабильности гражданского оборота. Естественно, что ни одним из этих интересов не следует пренебрегать.

Полагаем, что интересы супруга должны быть защищены в случае, когда очевидно доказана недобросовестность как бывшего супруга, в результате совокупности сделок передавшего долю третьему лицу, так и контрагента.

По общему же правилу при отсутствии недобросовестности супруга участника и третьего лица целесообразной видится уже достаточно давно сложившаяся практика, согласно которой бывший супруг имеет пра-

во на денежную стоимость доли в обществе с ограниченной ответственностью, но не на восстановление корпоративного контроля.

Чтобы не позволить бывшему супругу оспаривать добросовестные корпоративные действия, в судебной практике иногда связано разграничение «права участия» и «права на долю».

Супруг или супруга участника общества с ограниченной ответственностью при разделе имущества супругов, получив долю в обществе, относящуюся к совместной собственности супругов, приобретая имущественные права, участником общества автоматически не становится. Нормы ст. 34 и 35 СК РФ устанавливают лишь состав объектов общей совместной собственности супругов и правовой режим данного вида общей собственности. Между тем права участника общества возникают из личного его участия в обществе и регламентированы нормами не семейного, а корпоративного законодательства.

Судебная практика исходит из того, что у супруга или бывшего супруга участника есть право на долю как на определенную имущественную стоимость, но нет права на участие в управлении обществом. В целом такой подход представляется верным, поскольку он позволяет оградить других участников и контрагентов общества от последствий чужих семейных конфликтов6.

Некоторые ученые полагают, что согласие супруга на совершение корпоративных действий (таких, как увеличение уставного капитала и последующее перераспределение долей) необходимо лишь в исключи-

6 См., например, постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 2 июля 2012 г. по делу № А78-6927/2011; ФАС Западно-Сибирского округа от 27 октября 2009 г. по делу № А70-1962/2009, от 12 октября 2009 г. по делу № А70-1961/2009; ФАС Уральского округа от 14 октября 2013 г. № Ф09-2495/13 по делу № А60-24547/2009.

тельных случаях, когда подобные действия совершаются в целях отчуждения доли, входящей в общее имущество супругов. Равно как восстановление корпоративного контроля в пользу супруга, имеющего право на долю, но не право участия, возможно лишь в исключительных случаях, когда оспариваемые решения собраний или сделки образуют совокупность, прикрывающую договор купли-продажи доли или иную сделку, направленную на распоряжение долей без согласия другого супруга7.

Деятельность большинства коммерческих организаций не только строится на объединении капиталов, но и преследует достижение определенной хозяйственной цели, выполнение определенной процедуры, в которой роль участников не может сводиться лишь к пассивному внесению вклада в уставный капитал и ожиданию прибыли. Естественно, конечной задачей деятельности юридических лиц является получение прибыли их участников путем осуществления определенного вида предпринимательской деятельности. Однако права участников таких организаций также подразумевают право на участие в деятельности юридических лиц, контроль за ней и принятие соответствующих решений. Характер таких взаимоотношений проявляется, например, в праве преимущественной покупки при отчуждении доли в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью и акций акционерных обществ, в праве предусмотреть в уставе общества с ограниченной ответственностью ограничение возможности перехода прав участника и обязательность выкупа его доли в случае ее перехода в порядке наследования. Все это свидетельствует о наличии интереса участников таких коммерческих организаций

7 См.: Останина Е. А. Между семейным и корпоративным правом: согласие супруга на увеличение уставного капитала общества // Закон. 2014. № 7. С. 96—97.

к личностям иных участников. Однако, если по аналогии с правомочиями совместного собственника мы признаем, что указанное в п. 1 ст. 35 СК РФ право по обоюдному согласию владеть, пользоваться и распоряжаться общим имуществом супругов предусматривает право личного участия в деятельности коммерческих юридических лиц, их нормальная деятельность будет в значительной мере осложнена. Круг правомочий обладателя обязательственного права требования участника юридического лица к последнему четко очерчен законодательством о нем и его учредительными документами. Объем этих прав не совпадает с объемом правомочий обладателя вещного права. Представляется, что в данном случае существующее регулирование, при котором участие в делах общества может осуществлять лишь лицо, являющееся обладателем доли в его уставном капитале либо указанное в реестре акционеров, представляется более обоснованным и оправданным.

Тем не менее, как было сказано выше, п. 2 ст. 34 СК РФ предусматривает, что режим общего имущества супругов распространяется на доли в капитале и акции независимо от того, кто из супругов был их приобретателем. Таким образом, при осуществлении участником коммерческого юридического лица какого-либо из своих правомочий в соответствии с правилами п. 2 ст. 35 СК РФ предполагается, что он действует с согласия своего супруга. При этом в соответствии с абзацем вторым этого же пункта у такого супруга в случае нарушения его интересов существует возможность обжаловать подобное действие.

Необходимо отметить, что право, предусмотренное абзацем вторым п. 2 ст. 35 СК РФ, вступает в конфликт со специальными нормами законодательства о юридических лицах. Так, в соответствии с п. 1 ст. 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и п. 7 ст. 49 Федерального закона «Об

акционерных обществах» право обжалования решений общего собрания предоставляется лишь участникам таких обществ и в строго ограниченных случаях. Представляется, что данное правило должно обладать приоритетом перед положениями ст. 35 СК РФ и супруг участника должен приобретать права требования в описываемом случае не к обществу, а к самому участнику.

Кроме того, существуют также некоторые особенности обращения взыскания на имущество супругов. В соответствии со ст. 255 ГК РФ кредитор участника долевой или совместной собственности при недостаточности у собственника другого имущества вправе предъявить требование о выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

Согласно ст. 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Так, юридическое лицо обратилось в суд с иском об определении доли в совместном имуществе супругов. В отношении должника возбуждено исполнительное производство, в рамках которого установлено, что за супругой должника зарегистрировано недвижимое имущество — здание цеха.

Прионежский районный суд удовлетворил исковое заявление юридического лица и определил долю должника в недвижимом имуществе в размере 1/2. Верховный суд Республики Карелия апелляционным определением от 6 апреля 2012 г. по делу № 33-588/2012 решение суда первой инстанции оставил в силе.

Иллюстрацией такой ситуации может служить и другой пример из судебной практики.

Б. обратился в суд с исковым заявлением к Д. Н. о выделе 1/2 доли совместно нажитого имущества супругов Д. Н. и Д. К. и об обращении взыскания на 1/2 долю целой доли ООО «Деметра». Суд отказал Б. в удовлетворении иска, мотивировав свое решение тем, что не может быть предметом раздела между супругами имущество, которое значится на балансе какого-либо юридического лица, поскольку обращение взыскания на долю в уставном капитале ООО «Деметра» и передача ее постороннему для общества лицу повлечет нарушение устава и принципа деятельности общества с ограниченной ответственностью. Так как ответчик Д. Н. не является учредителем ООО «Деметра», в случае заявления иска он мог бы претендовать только на денежную или имущественную выплату полагающейся ему доли, а не на саму долю в уставном капитале. С учетом вышеизложенного обращение взыскания на долю в уставном капитале ООО «Деметра» могло быть осуществлено лишь в отношении имущества Д. К. Однако она не является должником, соответственно, не несет каких-либо денежных обязательств перед Б.8

В случае раздела имущества супругов возникает ситуация, при которой участником коммерческого юридического лица может стать новое лицо. Как представляется, в обществах с ограниченной ответственностью данная ситуация должна решаться по аналогии с правилами ст. 25 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с которыми обращение взыскания на долю участника в уставном капитале при отсутствии согласия остальных участников ведет к возникновению у последних права выплатить действительную стоимость доли кредитору такого участника.

Выдел доли супруга-должника из общего имущества супругов мо-

8 См. решение Задонского районного суда Липецкой области от 4 августа 2011 г. // URL: http://sudact.ru/regular/doc/ iuKen0FchyrX// (дата обращения: 05.10.2015).

жет быть произведен супругами по их соглашению. Но если кредитор посчитает, что доля супруга-должника во время раздела общего имущества супругов занижена, он может оспорить такой раздел в судебном порядке. На практике встречаются случаи, когда выделение доли супруга-должника из общего имущества в натуре невозможно либо против этого возражает другой супруг как участник совместной или долевой (по условиям брачного договора) собственности. В такой ситуации кредитор вправе требовать продажи супругом-должником своей доли другому супругу по цене, соразмерной рыночной стоимости этой доли, с обращением вырученных от продажи средств в погашение долга. При отказе супруга от приобретения доли супруга-должника кредитор вправе требовать в судебном порядке обращения взыскания на долю должника в праве общей собственности путем продажи этой доли с публичных торгов.

В ситуации, когда кредитор обращается по долгам супруга, не являющегося участником коммерче-

ской организации, и в соответствии с п. 1 ст. 45 СК РФ требует произвести выдел доли супруга из общего имущества, возможно обращение взыскания на часть доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью либо на акции акционерных обществ.

Безусловно, семейные правоотношения изменяют правовой статус лиц, вступающих в брак, что оказывает влияние на третьих лиц. К примеру, в случае совершения юридическим лицом сделки с заинтересованностью, аффилированные лица должны доводить до сведения общего собрания участников общества информацию о юридических лицах, в которых они, их супруги владеют двадцатью и более процентами акций (долей, паев). Аффилированные лица несут ответственность за непредоставление указанной информации или ее несвоевременное предоставление обществу. Таким образом, законодатель предполагает, что бизнес одного супруга оказывает влияние на осуществление предпринимательской деятельности другим супругом.

Библиографический список

Багаев В. Тяжела доля экс-супруга // Восстановление корпоративного контроля в практике ФАС МО. URL: http://zakon.ru/Discussions/tyazhela_dolya_ekssuprugavosstanovlenie_ korporativnogo_kontrolya_v_praktike_fas_mo/12294 (дата обращения: 01.10.2015).

Останина Е. А. Между семейным и корпоративным правом: согласие супруга на увеличение уставного капитала общества // Закон. 2014. № 7.

Смольников Д. Корпоративное осложнили семейным: Президиум ВАС расширил права супругов в сделках с долями ООО. URL: http://zakon.ru/Blogs/One/11166?entryName= korporativnoe_oslozhnili_semejnym_prezidium_vas_rasshiril_prava_suprugov_v_sdelkax_s_ dolyami_ooo (дата обращения: 01.10.2015).

Хореографическое произведение: вопросы авторско-правовой охраны

КИРСАНОВА Ксения Андреевна, аспирант кафедры гражданского права Российского государственного университета правосудия

117418, Россия, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, 69 E-mail: k.kirsanova@bk.ru