Мордовский фольклор в творчестве П. И. Мельникова-Печёрского

ПРОВИНЦИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА

213

С. В. ПИВКИНА МОРДОВСКИЙ ФОЛЬКЛОР В ТВОРЧЕСТВЕ

П. И. МЕЛЬНИКОВА-ПЕЧЁРСКОГО

Ключевые слова: мордовская мифология, фольклор, обряд, моление, Чам-пас, Анге-патяй, Шайтан

Key words: Mordovian mythology, folklore, rite, praying, Cham-Pas, Ange-Patyai, Shaitan

Благодаря литературным и литературно-этнографическим материалам и исследованиям П. И. Мельникова-Печёрского научный мир и общественность России получили достаточно широкое представление об эрзянах и мокшанах, проживавших в Нижегородской и соседних с ней губерниях. П. И. Мельников-Печёрский — один из первых деятелей русской культуры, давший о них не только объективно верную, но и довольно подробную информацию, подтверждающую, что они являются равноправными наряду с русскими и другими национальностями субъектами историко-культурного процесса многонациональной Российской империи.

Большой интерес для П. И. Мельникова-Печёрского представляли сведения о мордовских селениях. Он имел возможность встречаться с их жителями, записывать их песни и предания, расспрашивать их о древней мордовской религии, старинных обрядах, традициях. Находясь в постоянных разъездах по приволжским губерниям, он побывал в Арзамасе, Алатыре, Темникове, Ардатове и других местах, населенных мордвой. За многие годы архивных изысканий и непосредственного изучения мордвы им был собран огромный фактический материал. Важное место в его литературном наследии занимают этнографические работы «Дорожные записки на пути из Тамбовской губернии в Сибирь» (1839—1840), «Исторические известия о Нижнем Новгороде» (1840), «Нижегородская мордва», «Общественные моления эрзян», «Эрзянская свадьба», «Мокшанская свадьба» (1851).

ПИВКИНА Светлана Васильевна, аспирант отдела литературы и фольклора Научно-исследовательского института гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия.

В 1852 г. П. И. Мельников-Печёрский провел исследования в Нижегородской, Казанской, Пензенской, Симбирской, Самарской и Тамбовской губерниях, по результатам которых подготовил цикл материалов «Очерки мордвы», впервые опубликованные в 1867 г. в журнале «Русский вестник». В «Очерках мордвы» в систематизированном виде он изложил мифологию эрзи и мокши: мифы о сотворении мира и человека, рождении богов, грехопадении первых людей, пантеон, верования и моления, описание верховного бога (эрзянского Чам-паса и мокшанского Шкая), поклонение мордвы предкам (атят).

П. И. Мельников-Печёрский отметил влияние христианства на мордовскую веру как следствие сближения мордвы с русскими. Особо уважаемый русским народом Николай Чудотворец вошел в эрзянский пантеон и стал называться Никола-пас Василий Великий, бог свиней, отождествлялся с Тауньсяем, Георгий Победоносец — с Велень-пасом, Илья пророк — с Пурьгине-пасом, Анге-патяй — с Пресвятой Девой, Чам-пас — с Саваофом и т. д. От смешения дохристианских и христианских религиозных представлений получился своеобразный сплав мировоззрения мордвы — двоеверие. Особенно ярко это представлено в обрядовой поэзии. Большой заслугой П. И. Мельникова-Печёрско-го стало подробное описание мордовских молений: Вель озкс (сельское моление), Анге озкс (моление Анге-патяй), Келу-озкс (моление березе). Говоря о сходстве и общности славяно-финских верований, П. И. Мельников-Печёрский пишет: «Кто от кого заимствовал эти верования, славяне ли от финнов, или финны от славян, — решить трудно, но, кажется, вернее предположить, что верования эти были общи обоим соседним племенам»1.

П. И. Мельников-Печёрский указал на историко-генети-ческое и типологическое сходство мордовской мифологии с мифологией других финно-угорских народов, например, мифов о сотворении мира и человека. Изложение мифологических воззрений эрзян и мокшан в «Очерках мордвы» он начинает с представления мифов о сотворении земли и человека. Главными их действующими лицами являются Чам-пас и Шайтан. Чам-пас выступает как верховный бог эрзян, Шайтан — как его противник, старающийся сделать то же, что делает Чам-пас в процессе творения мира, но

у него не получается, ибо что предназначено для Бога, то не по силам черту.

По представлениям мордвы, мир дуалистичен, состоит из противоположных начал, которые, с одной стороны, являются условием существования друг друга, с другой — ведут вечную борьбу между собой: Жизнь и Смерть, Добро и Зло, Шкай и Шайтан и т. д. Такой дуализм мы видим при сотворении земли, где Шайтан помогает Чам-пасу и противостоит ему, стремясь испортить его создания. Он присутствует и в мифе о сотворении человека, который появляется на свет после возникновения земли и неба.

П. И. Мельников-Печёрский опубликовал материалы о мордовском пантеоне, устроенном в виде патриархальной семьи, где имеет место определенная иерархия божеств, подразделяющихся на высших и низших, небесных и земных. Небесный, или верхний, мир считается обителью высших богов. Мордва больше почитала божества, покровительствующие промыслам. К ним она обращалась при выполнении какой-либо работы. Почитались и домашние духи. Второстепенных божеств было множество: в каждом доме присутствовала своя Кудазорава, на каждом поле — своя Паксязорава и т. д.2 По представлениям мордвы, все сферы мироздания населены человекоподобными существами.

Вера в верховного бога не является у финно-угров абсолютной. Верховное, небесное, божество находится на периферии религиозной жизни, где его игнорируют, главные же роли играют другие сакральные силы, стоящие ближе к человеку и более значимые для его обыденной жизни3.

По мнению П. И. Мельникова-Печёрского, главных мордовских божеств четырнадцать: Чам-паз, Анге-патяй, Нишке-паз, Свет-Вирь-Нешке-Велень-паз, Волцы-паз, Назаром-паз, Нишкенде-тейтерь, Норовава-парочи, Пакся-патяй, Вирь-патяй, Пурьгине-паз, Мастор-паз, Ведь-Мастор-паз и Варма-паз4.

Отличительной чертой мордовского пантеона является большое количество божеств женского пола. Главная из них — Анге-патяй. Возникновение ее образа свидетельствует о высоком уровне эстетических отношений в мордовском обществе. По мифу, представленному П. И. Мельниковым-Печёрским, эта богиня появилась из яйца, раздавленного Чам-пасом. Анге-патяй — мать-богиня, покровительница

женщин, любви, брака, домашнего скота, хлебных злаков, хранительница здоровья рожениц и детей. Она занимает особое место в пантеоне.

Иерархия богов у эрзян и мокшан имела четкую систему. Мужских божеств в ней больше, чем женских. Из этого можно сделать вывод, что пантеон сложился во время развитого патриархата. В период перехода от доклассового общественного строя к классовому окончательно формируется племенной бог, создающий эрзян и мокшан, объединяющий их и помогающий им организовать жизнь на началах ци-вилизации5.

П. И. Мельников-Печёрский много внимания уделил описанию обрядов и традиций мордовского народа. В обрядовой поэзии мордвы большое значение имело почитание божеств — покровителей различных природных стихий, жилых и хозяйственных построек, держательниц земли, поля, леса. Чтобы расположить их к себе, люди устраивали моления. Носителем традиционных обычаев и обрядов выступала сельская община. Общинная народная традиция лежит в основе многих молений мордвы. Велень озкс был коллективным молением, в нем участвовали все члены общины. П. И. Мельников-Печёрский выделяет у эрзян и мокшан пять видов молений: общественные, волостные; деревенские; полевые; совершаемые в домах; совершаемые на кладбищах6.

В «Эрзянской свадьбе» П. И. Мельников-Печёрский отмечает, что она вобрала в себя восприятие окружающей действительности, следы суеверий, нравы и жизненные принципы. Браки у мордвы совершались большей частью по воле родителей, жених и невеста до самого брака не видели друг друга. Интерес представляет упоминание обряда похищения невесты. Красть невесту отправлялись тайком, стремились застать девушку в поле или в другом месте. Главное условие — умыкание должно происходить «только непременно под открытым небом»7.

П. И. Мельников-Печёрский отмечает, что «мокшане менее обрусели, нежели эрзяне, они помнят еще язык свой и сохранили более старинных обычаев и верований. Свадебные обряды мокшан (до принятия христианства) были отличны от обрядов эрзянских, как и вообще отличны были почти все условия их жизни. Они не похищали невест, но у них

было особого рода сватовство с погоней»8. Для мордвы-мокши была характерна тщательная подготовка к сватовству. Устраивались моления божествам и умершим предкам, накрывался стол, во время моления предпринимались меры оберегового характера. Все действо перед сватовством, да и само сватовство было окутано суевериями и таинством, имело коллективно-родовую основу.

П. И. Мельников-Печёрский впервые в истории отечественной науки дал относительно целостное представление об одном из народов российской империи — эрзянах и мокшанах, проживавших во второй половине XIX в. на территории Нижегородской, Симбирской, Самарской, Саратовской, Пензенской, Тамбовской и Рязанской губерний. Особенность позиции писателя состоит в представлении мордвы как равноценного этноса в «семье» других народов России, включая русских. Работы П. И. Мельникова-Печёр-ского не потеряли своего историко-культурного и источниковедческого значения до начала XXI в. Они нуждаются в дальнейшем изучении.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Мельников-Печёрский П.И. Очерки мордвы. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1981. С. 55.

2 См.: Шаронов А.М. Мордовский героический эпос: сюжеты и герои. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2001. С. 18.

3 См.: Юрченкова Н.Г. Мифология в культурном сознании мордовского этноса. Саранск, 2002. С. 66.

4 См.: Мельников-Печёрский П.И. Очерки мордвы. С. 49.

5 См.: Шаронов А.М. Мордовский героический эпос ... С. 43—47.

6 См.: Мельников-Печёрский П.И. Очерки мордвы. С. 66.

7 См.: Его же. Эрзянская свадьба // Неофициальная часть Симбир. ведомостей. 1851. № 25. С. 1—9.

8 Его же. Мокшанская свадьба // Там же. № 26. С. 3—5.

Поступила 08.08.12