Slovensko MIMO Slovenska: brnмnske texty k slovakistice x (Словакия вне Словакии: брненские тексты по словакистике - x). Brno, 2008

«Литературно-критичны», если можно так выразиться, и дель-виговские письма. Эта замечательная особенность его эпистолярия прекрасно охарактеризована в рецензируемой книге. Не только политический, но и, так сказать, эстетический подтекст возникает в самых неожиданных местах и по самым неожиданным поводам. Так, например, по указанию Е.Е. Жуковой и Л.Г. Фризмана, поэт откровенно посмеивается над догматами классицизма, когда пишет Баратынскому, что «в городе Харькове грязь классическая с наблюдением трех единств, из коих самое нестерпимое называется скукой»2.

Несомненной удачей, может быть, даже находкой авторов представляется заканчивающее книгу сравнение Дельвига с нашим современником, поэтом-эмигрантом Коржавиным. Вначале оно несколько удивляет своей неожиданностью, но если присмотреться, становится ясно, что оно высвечивает и закрепляет в сознании читателя ту главную черту и психологического склада, и деятельности Дельвига, которая была с таким вниманием и тщательностью прослежена на всем протяжении книги.

2 Там же. С. 329.

В.Я. Звиняцковский (Киев) ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2009. № 1

SLOVENSKO MIMO SLOVENSKA: BRNENSKÉ TEXTY K SLOVAKISTICE X. (Словакия вне Словакии: Брненские тексты по словакистике - Х). Brno, 2008. - 244 s.

Нынешний сборник славистических статей, изданный философским факультетом Университета имени Масарика в Брно, - десятый по счету в этой серии исследований. Нам довелось рецензировать пятый сборник цикла1. Новая книга значительно расширяет горизонты изучения чешско-словацкой гуманитарной проблематики как в самих областях исследования, так и в географическом смысле. Редактор сборника - известный чешский ученый Иво Поспишил. Книга посвящена XIV съезду славистов в Охриде.

Основу книги составляют литературоведческие, культурологические и исторические статьи небольшого объема. Лингвистическая публикация на этот раз только одна: З. Голуб «К проблематике

1 См.: ШведоваН.В. Название // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 9. Филология. 2005.

№ 2.

классификации названий растений на юге Чехии (в сопоставлении со словацким и славянским узусом)».

В ряду культурологических исследований несколько особняком стоит статья К. Лепиловой «Творческое наследие архитектора Владимира Карфика для поколений словацких архитекторов», снабженная иллюстрациями. По традиции авторы сборника представляют ведущие научные центры Чехии и Словакии: Прагу, Братиславу, Брно, Нитру, Ческе-Будеёвице, Прешов, Оломоуц. Есть и зарубежные исследователи: А. Ф. Кола (Торунь), С. Бонацца (Верона), - они отыскивают «словацкий след» в культуре своих стран. Польский ученый выявляет различные аспекты восприятия в Польше концепции межлитературности, разработанной видным словацким компаративистом Д. Дюришином. Статья опубликована на польском языке и снабжена библиографией. Итальянский исследователь анализирует найденные в римских архивах неизвестные письма великого славянского поэта и деятеля культуры, словака по национальности, Яна Коллара (который, в частности высказал предположение о присутствии древних славян на землях нынешней Италии, опираясь на языковой материал).

Российских ученых не может не радовать интерес наших цент-ральноевропейских коллег к словакистике в России. Этой теме посвящены статьи редактора книги, И. Поспишила, и «династии» словацких русистов из Нитры, А. Червеняка и Н. Муранской. И. Пос-пишил рецензирует книгу «Словаки в Петербурге» (СПб., 2006), называя ее «выдающимся сборником о присутствии и деятельности словаков в бывшей столице Российской империи» (с. 135). Здесь же автор подчеркивает важность российского аспекта чешско-словацких отношений (наряду с венгерским, немецким, польским) в связи с мощным влиянием русской культуры последних двух столетий и значимости самой крупной славянской страны в межславянских контактах. А. Червеняк высоко оценивает монографию преподавателя филологического факультета МГУ А.Г. Машковой «Словацкий натуризм» (М., 2005), отмечая актуальность темы и своеобразие подхода к материалу у российской исследовательницы. Новизну книги Машковой он видит, в частности, в привлечении широкого контекста гуманитарной мысли - как западноевропейской, так и русской. Червеняк считает плодотворным опору исследовательницы на взгляды Н.А. Бердяева. В то же время он говорит о том, что при анализе творчества Ф. Швантнера никто из авторов не касался связи словацкого писателя с идеями Достоевского, на которую указывал сам Швантнер.

Н. Муранская в статье «Русские вариации словацкой поэзии» рассматривает различные варианты переводов стихов М. Валека, Л. Фелдека и Ш. Стражая в недавно изданных антологиях словацкой

поэзии «Голоса столетий» (М., 2002) и «Из века в век. Словацкая поэзия» (М., 2006). Отмечая ту или иную степень близости к оригиналу либо отхода от него, автор констатирует, что несхожесть переводческой манеры естественна и часто продуктивна. «В заключение, - пишет Муранская, - я хотела бы выразить благодарность переводчикам и организаторам обеих книжных публикаций за то, что они подхватывают эстафету словацко-русских литературных и культурных традиций» (с. 123). Надо сказать, что одним из составителей и редактором первой антологии была А.Г. Машкова.

Среди немногих чисто литературоведческих статей сборника - статья П. Кучеры (Пльзень) «Иван Краско и Р.М. Рильке. К облику центральноевропейского символизма». Автор интересно сопоставляет примеры из творчества словацкого и австрийского поэтов, приходя к выводу: «Рильке и Краско в интеллектуальном отношении, несомненно, примыкают к западноевропейским символистам, но сохраняют в то же время некоторые антимодернистские черты, которые делают их творчество по-центральноевропейски многослойным и неоднозначным» (с. 106). Чешский ученый, к сожалению, повторяет путь многих его коллег, которые рассматривают творчество словацких (и чешских) символистов на фоне французской или немецкой литературы, игнорируя богатые типологические связи славянских поэтов с символизмом русским. Влияние русской литературы и общность славянского менталитета не могли не сказаться на творчестве поэтов Словацкой Модерны, о чем мы неоднократно писали в работах на эту тему2.

Исторические и культурологические статьи принадлежат перу Й. Блюмла, Б. Ироушка, Д. Блюмловой, Э. Глебы, П. Каши, Я. Немцовой. Сходные проблемы, связанные с самоидентификацией словацких писателей-гуманистов в инонациональной среде, разрабатываются в материалах А. Шковиеровой и М. Керулевой. «Взгляд на литературоведческие исследования словацкой литературы вне Словакии» представлен в работе В. Жемберовой. Конкретным литературным произведениям посвящены статьи Ф. Вшетички и А. Зеленковой. В первой из них анализируется роман В. Фишла «Песня о жалости» (1948, первая публикация на иврите в 1951 г.). Автор - чешско-еврейский писатель, автобиографически рисующий жизнь местечка на словацко-моравском пограничье. А. Зеленкова продолжает исследовать жизненный и творческий путь крупного словацкого литературоведа и писателя Ш. Крчмери, рассматривая набросок его романа «И еще раз летящие тени». В нем переданы мысли и чувства словацкого студента, непосредственно соприкоснувшегося с миром западноевропейской культуры (произведение

2 См.: ШведоваН.В. Философские мотивы в словацкой поэзии (конец XIX - первая половина XX века). М., 2005; и др.

создавалось в Женеве). Публикуется и отрывок из этого текста. А. Зеленковой также составлена замыкающая книгу «Избранная библиография словацких книжных публикаций в чешских издательствах 1900-1950 гг.».

А открывает сборник интереснейшая и в научном, и в популярном плане статья К. Беневского «Словаки как слуги Князя тьмы». В ней анализируется собирательный образ словака в романе английского писателя Б. Стоукера «Дракула» (1897). История «кровавого графа» до сих пор привлекает внимание не менее, чем романы Дж.Р.Р. Толкиена о Средиземье. Беневский на основании романа о Дракуле выводит такие типичные черты словаков в понимании английского автора: «1) горный образ жизни, 2) набожность, 3) близость к вампиризму, 4) общественное положение меньшинства на периферии», - и добавляет: «Это образ романтический, основанный на экзотичности (культурном отличии) этнической группы» (с. 12). При всех оговорках, он достаточно близок к действительности.

Сборник «Словакия вне Словакии» представляет спектр славистических исследований на широко сформулированную тему. Не будучи только филологическим, он обращен к обширной гуманитарной аудитории. В нем отражены различные периоды жизни Словакии - от территории, входившей в состав Венгерского королевства, до сегодняшней независимой страны в центре Европы. Страны, культуру которой плодотворно изучают и в Чехии, и в Польше, и в России, и в Западной Европе.

Н.В. Шведова

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2009. № 1

Михайлова М. ОТ ПРЕКРАСНОГО — К ВЕЧНОМУ: ЭВОЛЮЦИЯ ТВОРЧЕСКИХ ПРИНЦИПОВ И.А. БУНИНА. В помощь учителю. Орел, 2008. - 161 с.

Проблема творческого своеобразия Бунина принадлежит к числу наиболее обсуждаемых. Как известно, творчество его формировалось и крепло в чрезвычайно сложную пору. Имеются в виду не только и не просто грозные исторические события, но и ломка устоявшихся эстетических представлений, догм, традиций. Уже в начале книги М.В.Михайлова четко формулирует представление о том особом месте, которое Бунин занял в литературе, «не прибив-

14 ВМУ, филология, № 1