Вариативность языка немецких поселенцев в условиях иноязычного окружения

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 35 (173).

Филология. Искусствоведение. Вып. 37. С. 14-19.

О. В. Байкова

ВАРИАТИВНОСТЬ ЯЗЫКА НЕМЕЦКИХ ПОСЕЛЕНЦЕВ В УСЛОВИЯХ ИНОЯЗЫЧНОГО ОКРУЖЕНИЯ

В статье рассматривается вариативность островных языков в отрыве от основного этнического массива, в частности немецких островных диалектов. Как известно, языковая вариативность, играющая большую роль в процессе функционирования языка, является одной из центральных проблем социолингвистики, широкое изучение которой началось еще в 1960-х годах XX века.

Ключевые слова: островной язык, немецкий островной диалект, языковая вариативность, социолингвистика.

Современная наука о языке признает вариативность языка и его вариантность. По мнению В. Д. Девкина, «вариативность пронизывает весь язык, его систему и ее реализацию в речи»1. Вариантность как фундаментальное свойство языка, обусловленное его социальной сущностью и коммуникативной функцией, «обеспечивающее творческий характер языка и эффективность общения», составляет имманентное свойство естественного человеческого языка (в противоположность искусственным, для которых вариативность не обязательна)2.

Вариантность языковой системы, как отмечает Л. И. Баранникова, появляется «как в процессе отражения действительности и выражения обобщенных мыслительных образов в чувственно воспринимаемой, то есть звуковой, форме, так и в процессе функционирования языка в качестве важнейшего средства человеческого общения»3, то есть вариативность является уже тем самым общим свойством, заложенным в самом «устройстве» языковой системы как способ «существования и функционирования всех без исключения единиц языка, обнаруживающего специфические черты в пределах каждого уровня»4. По словам В. М. Бухарова, «любое, даже непрофессиональное наблюдение над реально функционирующим языком обнаруживает колоссальное разнообразие способов выражения одного и того же содержания»5.

Подчеркивая характер вариантности как существенного свойства всех уровней системы языка, Б. А. Абрамов обращает внимание на ту ее необходимость, что с одной стороны, она «питает эволюционные процессы в языке, а с другой стороны, играет большую роль в его функционировании»6. В связи с этим многие лингвисты считают целесообразным создать

целостную теорию языковой вариативности, так как в ней, наряду с общими закономерностями варьирования явлений, изучаемыми другими науками, имеется своя специфика: онтология вариативности, факторы вариативности, роль вариативности в развитии и функционировании языковой системы, типология вариативности в различных звеньях языковой си-стемы7. Как справедливо утверждает В. Г. Гак, «вариантность - фундаментальное свойство языка, настолько существенное и универсальное, что ее изучение не может ограничиваться анализом отдельных фактов или групп фактов на различных уровнях языковой системы, но должно проводиться в рамках общей теории вариантности (вариологии)»8. То есть все это позволяет рассматривать вариативность речи как фундаментальную аксиому языковой теории, относящую субстанциональное и функциональное варьирование к уровню онтологических характеристик языка.

Языковая вариативность является одной из центральных проблем социолингвистики. Понятием ‘вариант’, ‘вариативность’, как отмечает А. И. Домашнев, здесь охватываются как различные стороны проявления отношений отдельных единиц разных уровней языковой системы, так и состояние вариативности языковой системы в целом в зависимости от конкретных условий ее функционирования9. Однако при этом необходимо различать значения таких понятий, как ‘эталон’, ‘синоним’, ‘инвариант’, ‘языковая дифференциация’, так как только при таком ограничении возможна сущностная характеристика понятия ‘вариант’, в частности ‘вариант языка’, ‘национальный вариант литературного языка’. Э. А. Макаев, который возражал против попыток некоторых исследователей национальных вариантов языка (англий-

ский литературный язык в Великобритании, США, Канаде, немецкий язык в Германии, Австрии, Швейцарии, французский во Франции, Бельгии, Канаде, нидерландский в Нидерландах и Бельгии) исходить при описании таких вариантов литературного языка из постулата общего ядра, подчеркивал, что «не только процедура описания» вариантов языка при помощи постулата общего ядра, но и «само понятие общего ядра остаются во многом неясными и не лишенными внутренних противоречий»10. Ученый подчеркивает, что для методики сопоставительного анализа литературных языков и их вариантов в центре внимания оказывается не столько описание принципов структурирования единиц языка и их возведение, на основе черт сходства, к общему ядру (или инварианту), сколько описание всего многообразия различного функционирования сопоставляемых единиц в двух (или нескольких) литературных вариантах. Непременным условием при этом является сопоставление всех явлений вариантов литературного языка «при строгом соблюдении тождественности окружения сопоставляемых структурных единиц в каждом из описываемых вариантов определенного литературного языка»11.

Особенности системы литературного языка, развивающейся в полинациональном языке на национальном уровне, уже давно привлекали внимание лингвистов. Широкое изучение полинациональных литературных языков в их национальном пространстве началось с исследований Г. В. Степанова (1963) латиноамериканских вариантов испанского языка,

А. Д. Швейцера (1971) английского языка в США, А. И. Домашнего (1967) особенностей немецкого литературного языка в Австрии, Е. А. Реферовской (1972) национальных разновидностей французского языка. Все эти работы объединяет общее представление о том, что национальные варианты представляют собой особые формы функционирования единого языка, формы адаптации единого литературного языка к условиям, потребностям наций - носителей данного языка. Так, например, говоря о латиноамериканских вариантах испанского языка, Г. В. Степанов подчеркивал: «У американской разновидности испанского языка за четыре с лишним столетия сложилась своя история, в странах Латинской Америки возникла своя языковая традиция, своя языковая политика, свое эстетическое понимание норм общенародной речи». Национальные ва-

рианты испаноязычных латиноамериканских стран Г. В. Степанов предлагал «квалифицировать как разновидности испанского языка с совпадающими тенденциями развития до сих пор

12

единой в своей основе языковой структуры»12.

В качестве аналогичного примера латиноамериканским вариантам испанского языка можно назвать взаимодействия британской и американской форм английского языка, когда, постепенно преодолевая состояние нормативной зависимости и подчинения американской письменной литературной речи британскому стандарту литературного языка, американский языковой стандарт стал считаться одинаково образцовым, общественно утвержденным, что и британский языковой стандарт, в связи с чем

В. Н. Ярцева отмечала: «Прошло то время, когда американский вариант английского языка считался испорченным английским»13.

Несколько другой тип коллективов носителей немецкого языка представляют группы членов немецкой языковой общности, проживающие компактно в других национальных государствах: в Эльзасе и части Лотарингии -Франция, в провинции Альто-Адидже - «Южный Тироль» - Италия, в некоторых районах Бельгии, в некоторых странах Восточной и Юго-Восточной Европы и др. Средством повседневного языкового общения является, как правило, унаследованный родной диалект, а также, в зависимости от условий конкретной страны, - инонациональный государственный язык. Во всех подобных случаях немецкий литературный язык не имеет статуса государственного или официального языка, а уровень его общественных функций зависит от конкретных условий той или иной страны. Немецкий литературный язык находится здесь в условиях постоянного контакта с данным государственным языком и испытывает на себе его влияние.

В каждом таком литературном языке развиваются определенные своеобразные черты, что определяется, например, переносом диалектных слов в литературную речь, или образованием новых словарных единиц для целей номинации местных предметов и явлений окружающей действительности. Однако такое своеобразие не имеет достаточно устойчивого характера и поэтому не находит своего отражения в кодифицированной норме языка. Подобное развитие, как отмечает А. И. До-машнев в своей статье «Основные черты современного немецкого языка в свете теории

вариативности», не приводит к образованию языковой разновидности, которая с учетом функционального статуса соответствовала бы понятию варианта языка. В отличие от национальных вариантов литературного языка такие разновидности можно определить как частные региональные разновидности литературного языка, обслуживающие отдельно проживающие (на других территориях, в других национальных государствах) национальные меньшинства - носителей данного языка. Эти так называемые островные языки не обладают идентичными с национальным вариантом общественными функциями и используются принципиально в иных условиях (применение в повседневной жизни родного диалекта, влияние инонационального государственного языка, ситуация субординативного билингвизма). Развивающееся под влиянием этих факторов своеобразие использования нормы литературного языка не отличается стабильностью. В отсутствии собственной кодификации нормы наблюдается ориентирование на основную («метропольную») кодифицированную норму данного литературного языка. И далее

А. И. Домашнев пишет: «...во всяком случае. подобные разновидности нуждаются в отдельной терминологической интерпретации»14. Как справедливо отмечает В. Н. Ярцева, «. для языкознания представляют определенный интерес вопросы изучения групп людей, изолированных в языковом отношении. В рамках такого подхода можно было бы найти общие для многообразия подобных ситуаций терминологические и теоретические решения»15. На это обстоятельство обратил внимание Г. Клосс, предложивший теорию «разработанного диалекта» (Ausbaudialekt)16. Понятие «разработанности» языка или диалекта связывается им, прежде всего, с функциональной сферой вариации. Расширение сферы использования диалекта позволяет последнему приобрести статус «культурного языка» (КиЬнгергаЛе). Такими «разработанными диалектами» можно считать, следовательно, немецкие диалекты в Швейцарии и Эльзасе, где наблюдается сходная языковая ситуация. К. Бохманн называет такие вариации «культурными диалектами», которые не обладают самостоятельностью, подобно письменным языкам, но могут выступать вместо последних в определенных случаях даже как средство официального общения17.

Переходя к специфике немецких островных диалектов, существующих на территории

России и стран СНГ, следует отметить, что родным языком немецких поселенцев являются различные немецкие диалекты, которые многие исследователи называют также смешанными говорами, колониальными диалектами, поселенческими, переселенческими говорами (А. И. Домашнев, В. М. Жирмунский, Л. И. Москалюк, Л. Э. Найдич и др.). Говоря о важности изучения диалектов немецких переселенцев в России, В. М. Жирмунский указывает на то, что исходными данными должны быть «наличность при основании данного поселения некоторого числа немецких говоров, известных нам по лингвистическому атласу Германии или из монографических описаний, и количественные отношения между этими говорами, т. е. число семейств, выселившихся из соответствующих частей Германии»18.

Формирование и развитие немецких островных диалектов (говоров) в России имеет свою специфику, так как они, как уже было выше сказано, являются смешанными, поскольку в каждой колонии были переселенцы из различных областей Западной Европы. Неслучайно центральной проблемой, выдвинутой современной диалектологией, является проблема языкового смешения. Понятие смешения языков, как отмечает в своей статье «О понятии смешения языков» Л. В. Щерба19, является одним из самых неясных в современной лингвистике, поэтому нет ничего удивительного, что Г. Шухардт считает проблему языкового смешения самой важной среди проблем, которыми занимается языкознание. По его мнению, нет ни одного чистого языка, все языки являются смешанными, хотя бы в минимальной степени, в чем он убедился, исследуя влияние славянского языка на немецкий язык, с одной

стороны, и влияние славянского языка на ита-

'“'20

льянский язык, с другой стороны20.

Предметом ранних диалектологических исследований языка российских немцев была языковая ситуация в материнских колониях, так как в период с 1925 по 1941 годы языковая ситуация в дочерних колониях часто носила «нестабильный» характер, языковое выравнивание они начали переживать лишь с недавних пор. В настоящее время так называемые старые дочерние колонии в Сибири и Средней Азии, которые были основаны на рубеже XIX и XX веков, и немецкое население которых не было депортировано, применительно к немецкому языку являются самыми стабильными и располагают самой большой непрерывностью.

И не случайно после 1956 года вновь предпринятые диалектологические исследования под руководством Г. Едига охватывали именно эти дочерние колонии.

Ценность исследования дочерних колоний заключается в том, что вышеназванные процессы выравнивания являются доступными для наблюдения, к тому же они сопровождаются языковым контактированием в условиях ярко выраженной диглоссии (то есть взаимодействия различных социально противопоставленных друг другу подсистем одного языка). Ученые выделяют 3 типа дочерних колоний, представляющих для них исследовательский интерес: 1) «старые дочерние колонии», которые к началу исследования просуществовали примерно 60-70 лет и до сих пор переживают языковое выравнивание; 2) смешанные поселения, возникшие в восточных регионах страны в результате депортации, которые существуют с 1940-1950-х годов и которые отличаются чрезвычайной гетерогенностью; 3) «центральные деревни», возникшие вследствие поселковой политики бывшего СССР в результате слияния мелких деревень (с 1970-х годов), в которых происходит процесс становления общего средства коммуникации на базе

21

сильно различающихся говоров21.

В этом перечне не находят отражения немецкие поселения Кировской области, которые характеризуются численным преобладанием русскоязычного населения, что является достаточно веским аргументом для многих исследователей к отказу от изучения данного лингвистического пространства. Однако, несмотря на это, мы считаем необходимым проводить исследования этих поселений, так как в рассматриваемых поселениях у большинства носителей немецких диалектов возникли новые языковые ситуации, которые недостаточно описаны и изучены; многие вопросы, связанные с развитием диалектов в этих поселениях, требуют теоретического обоснования (к ним относятся малоизученная проблема языковой стабильности в условиях сложной несбалансированной языковой ситуации); каждый новый конкретный языковой материал может быть рассмотрен и изучен с точки зрения типологии языковых контактов, точно так же как и проблемы интерференции.

Диалекты (говоры) немецких поселенцев характеризуются значительной общностью основных черт, определяющих структуру диалектных систем. Это сказывается на характере

изменений, которым они подвергались в современный период. Вместе с тем между переселенческими говорами немецкого языка и собственно имперскими (исконными) диалектами обнаруживаются и существенные различия, которые, во-первых, определяются различиями самих диалектных систем, а во-вторых, разницей условий, в которых оказываются те или иные диалекты. Изменения в переселенческих говорах в современных условиях происходят не только в силу развития их системы, но и под прямым или косвенным воздействием общенационального языка, других говоров, а в условиях сложной экзоглоссной несбалансированной языковой ситуации и языка иноязычного большинства.

Изменение диалектных систем в современных условиях связано с тем, что ослабевает, постепенно снижается их роль как основного средства коммуникации. Рядом с ними все чаще используется общенациональная литературная речь, а для переселенческих говоров и язык окружающего большинства. Переход от диалекта как основного средства коммуникации к использованию в тех же целях общенационального литературного языка или обиходного языка окружения неизбежно приводит к появлению своеобразного двуязычия у носителей говора. Для одних это активное двуязычие, когда говорящий владеет обеими системами - диалектной и литературной - и пользуется то одной, то другой, сознательно стремясь разграничивать их. Для других это иной тип двуязычия, который мы называем условно пассивным, он проявляется в том, что говорящий (носитель диалектной системы) свободно владеет и постоянно пользуется в речи диалектной системой, но пассивно в качестве слушателя он владеет и системой литературной речи, с которой он сталкивается время от времени. Следует отметить, что такое пассивное двуязычие является специфической чертой современной действительности немецких языковых островов в России и станах СНГ.

Включение второго языка в систему коммуникативных средств создает более сложную языковую ситуацию, поскольку здесь, с одной стороны, функционирует автохтонный язык и, с другой стороны, заимствованный (второй) язык. Данная языковая ситуация, свойственная всем немецким языковым островам в современной России, характеризуется тем, что определенная часть языкового коллектива способна, наряду с использованием автохтон-

ного языка, осуществлять в определенных ситуациях акт коммуникации также средствами другого, вторичного языка, что, как известно, называется билингвизмом.

В. А. Штаб в своем исследовании «Социолингвистическое исследование языка немцев в Казахстане» предлагает следующие модели оппозиций, в которые вступает немецкий язык с русским в условиях двуязычия российских немцев22: модель 1 - оппозиция литературный немецкий язык ^ литературный русский язык, эта модель характерна для хорошо образованных этнических немцев; модель 2 - оппозиция литературный немецкий язык (либо близкий к стандарту) ^ обиходно-разговорный русский, эта модель типична для сельской интеллигенции немецкой национальности, для которой немецкий язык является функционально вторым даже в быту; модель 3 - оппозиция литературный немецкий язык, диалект ^ русский литературный язык, данная модель является вариантом модели 1, дополняясь свободным владением родным диалектом; модель 4 дополняет модель 2 также владением родным диалектом, причем обиходно-разговорный язык не составляет функциональную конкуренцию диалекту, то есть стерты яркие диалектные черты; модель

5 является наиболее частотной, в данной модели оппозицию местному диалекту составляет обиходно-разговорный русский язык.

Нам представляется возможным также выделить в Кировской области такую форму сосуществования немецкого и русского языков, как обиходно-разговорный (региональный, идиолект) немецкий язык и вятский диалект (разновидность северорусских диалектов), то есть модель 6, в которой оппозицию местному диалекту немецких поселенцев составляет вятский диалект.

Роль второго языка в изменении системы островного говора не менее значима, чем роль автохтонной диглоссии. Что касается степени влияния одного языка на другой, то она обуславливается общественными функциями контактирующих языков, то есть это те функции, которые он выполняет в разных сферах общественной жизни. В повседневном общении этнические немцы широко используют свой родной диалект (говор), который важен не только для внутрисемейного общения, но и является средством общения между жителями немецких поселений. Русский язык является языком делопроизводства, общественной жизни, трудовой деятельности. Немецкий

литературный язык в основном охватывает Библию и литературу религиозного характера. В. А. Аврорин, например, в своей работе «Проблемы изучения функциональной стороны языка» относит к основным функциям языка функцию общения (коммуникативная), функцию выражения мысли (экспрессивная) и аккумулятивную, то есть функцию накопления общественного опыта. В условиях языкового контактирования ограничение социальной нагрузки языка, в данном понимании, может иметь своим следствием и уменьшение числа компонентов системы функций, то есть изменение социально-функциональной значимости языка в количественном отношении, может послужить критерием неравнозначности взаимодействующих языков в качественном отношении. При взаимодействии универсальных и монофункциональных языковых образований не исключено перераспределение функций в связи с различным обслуживанием сфер общественной жизни. Так, язык немецкого национального меньшинства может частично не выполнять роли аккумулятивной функции. Как известно, данная функция языка заключается в накоплении тем или иным народом общественного опыта в приобретении соответствующих знаний. Если такие сферы использования языка как сферы хозяйственной деятельности, общественно-политической, организован-

ного обучения, художественной литературы, средств массовой информации обслуживает русский язык, то функция аккумуляции опыта и знаний у немцев-билингвов принадлежит данному языку, значит, ослабевает аккумулирующая функция родного языка. Билингвы, у которых основным стал второй язык (как основное средство общения), в большинстве случаев начинают выражать мысли на втором (неродном) языке. При этом формирование мысли осуществляется, как правило, также на втором языке, отсюда следует ослабление роли конструктивной функции родного языка. Нарушение конструктивной и экспрессивной функций является следствием ослабления самого основного компонента всей системы функций, то есть является следствием ослабления языка как элемента этноса и может в конечном итоге привести к смене языка. Следовательно, функциональная нагрузка и целостность языковой системы находятся в непосредственной зави-

23

симости от социальной нагрузки23.

Таким образом, немецкие островные диалекты, существующие в России и на террито-

рии бывшего СССР, значительно отличаются своей вариативностью от так называемых «окраинных» зон распространения немецкого языка, которые расположены контактно с основной территорией распространения немецкого языка, принадлежащей ФРГ, Австрии, большей части Швейцарии и Лихтенштейну (к этому типу языковых областей относятся, как уже было выше изложено, например, провинция Альто-Адидже («Южный Тироль») - Италия, Эльзас и часть Лотарингии - Франция, район Ареля (Арлона) и Аубеля, а также Эйпе-на, Мальмеди и Сен-Вита - Бельгия), так как они дистантно расположены от основного этнического массива, развиваются в иноязычном и инодиалектном пространстве, не претерпевают на себе влияние немецкого литературного языка. Переход носителей островных говоров к нормативному языку либо к языку иноязычного окружения представляет собой сложный процесс перестройки диалектной языковой системы на всех ее уровнях. Таким образом, при исследовании процессов вариативности языковых систем в немецких островных диалектах необходимо учитывать как языковые, так и внеязыковые факторы.

Примечания

1 Девкин, В. Д. Различное понимание вариативности // Проблемы вариативности в германских языках : тез. докл. всесоюз. конф. М., 1988. С. 14.

2 Кожина, М. Н. Вариантность языка в функционально-стилистическом аспекте // Вариантность как свойство языковой системы : тез. докл. Ч. 1. М., 1982. С. 129.

3 Баранникова, Л. И. Вариантность языковых систем и проблема типологии вариантов // Там же. С. 19.

4 Солнцев, В. М. Вариантность как общее свойство языковой системы // Вопр. языкознания. 1984. № 2. С. 31.

5 Бухаров, В. М. Варианты норм произношения в современном немецком литературном языке : Теоретические проблемы и экспериментальнофонетическое исследование : дис. ... д-ра фи-лол. наук. Ниж. Новгород, 1995. С. 5.

6 Абрамов, Б. А. Вариантность финитных конструкций (лексико-структурных основ предложений) // Вариантность как свойство языковой системы. Ч. 1. С. 5.

7 Домашнев, А. И. Об одном типе отношений «система - норма - вариант» в социолингви-

стике // Тр. по герман. языкознанию и социолингвистике / Ин-т лингвист, исслед. СПб. : Наука, 2005. С. 862.

8 Гак, В. Г. Языковая вариантность в свете общей теории вариантности (к проблеме факторов и роли вариантности в языке) // Вариантность как свойство языковой системы. Ч. 1.

С. 72.

9 Домашнев, А. И. Об одном типе отношений...

С.863.

10 Макаев, Э. А. К методике сопоставительного изучения современных германских литературных языков [Текст] // Проблема нормы и социальная дифференциация языка : тез. докл. М., 1967. С. 10.

11 Там же. С. 11.

12 Степанов, Г. В. Испанский язык в странах Латинской Америки. М., 1963. С. 8.

13 Ярцева, В. Н. Развитие национального литературного языка. М., 1969. С. 250.

14 Домашнев, А. И. Основные черты современного немецкого языка в свете теории вариативности // Тр. по герман. языкознанию и социолингвистике. С.235.

15 Ярцева, В. Н. Развитие национального литературного языка. С. 251.

16 Kloss, Н. Die Entwicklung neuer germanischer Kultursprache seit 1800. Dusseldorf, 1978.

17 Bochmann, K. Regional- und Nationalitaten-sprachen in Frankreich, Italien und Spanien. Leipzig, 1989. S. 24.

18 Жирмунский, В. М. Общее и германское языкознание. Л., 1976. С. 492.

19 Щерба, Л. В. О понятии смешения языков (1936) // Языковая система и речевая деятельность. М. : УРСС, 2004. С. 60-74.

20 Шухардт, Г. Избранные статьи по языкознанию. М., 1950. С. 78.

21 Rosenberg, P. Varietatenkontakt und Varietaten-ausgleich bei Russlanddeutschen : Orientierung fur eine moderne Sprachinselforschung // Sprach-inselforschung. Eine Gedenkschrift fur Hugo Edig. Frankfurt-am-Main, 1994. С. 147.

22 Штаб, В. А. Социолингвистическое исследование языка немцев в Казахстане : автореф. . дис. канд. филол. наук. М. : МГУ, 1990. С. 7.

23 Аврорин, В. А. Проблемы изучения функциональной стороны языка // К вопросу о предмете социолингвистики. Л., 1975.