Институт типовых договоров в контексте Проекта изменений в раздел 3 гражданского кодекса Российской Федерации

Мустафин Рафаэль Фаильевич

соискатель кафедры гражданского и предпринимательского права Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л. Хетагурова

Институт типовых договоров в контексте проекта изменений в раздел III Гражданского кодекса Российской Федерации

Аннотация

Автор анализирует современное положение практики заключения публичных, предварительных, рамочных и опционных договоров. Исследует их особенности и характерные черты.

Annotation

The author analyzes the modern provision of practice of the conclusion of public, preliminary, frame and option contracts. Investigates their features and characteristic features.

Ключевые слова: имущественные отношения, договор, судебные органы.

Key words: property relations, contract, judicial authorities.

Реформирование российского гражданского законодательства началось в 2008 г. с изданием Указа Президента Российской Федерации "О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации" [1].

Коррективы, подготовленные участниками комиссии по совершенствованию российского частного права, затронули не только нормы гражданского законодательства, но и земельного и природоресурсного. Разделы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) были подвергнуты тщательной ревизии, и нормы Закона претерпели ряд изменений, необходимость которых была определена задачами самой реформы. Обязательственное право, не стало исключением, и положения подраздела II раздела III ГК РФ пополнились новыми институтами, провести краткий анализ которых нам предстоит в настоящей статье.

В качестве предмета исследования мы избрали публичный, предварительный, рамочный и опционный договоры. Изменения, готовящиеся в действующий ГК РФ, включат в перечень имевшихся типовых договоров две новые конструкции - рамочный и опционный договор. Нас будут интересовать именно перспективы правового регулирования договоров, как имевшихся, но подвергшихся изменениям, так и тех, которые станут новеллами для российского гражданского права.

Г оворя о перспективах развития такого типового договорного института, как публичный договор, необходимо отметить следующее. Концептуально, никаких изменений в нормы ст. 426 ГК РФ Проект не вносит. Следовательно, все "претензии", высказывавшиеся к положениям о публичном договоре, остались не разрешенными. Так, высказывавшиеся сторонниками сохранения частноправовой природы гражданского права мнения о том, что публичный договор нарушает принцип "свободы договора", предоставляет возможность вмешательства в частные дела субъектов гражданских правоотношений. Очевидно, что избежать публично-правовых элементов в методе гражданско-правового регулирования в условиях отсутствия дуализма частного права, невозможно. Как известно, конструкция публичного договора обеспечивает, защиту "слабой" стороны обязательства, поскольку договор заключается с потребителем. Отказ от защиты потребителя посредством норм ГК РФ на настоящем этапе развития российского гражданского права не допустим. В будущем, при возможном признании дуализма частного права в России и принятии актов предпринимательского законодательства, нормы ГК РФ могут оказаться полностью частноправовыми. Однако при существующем положении в законодательстве РФ, говорить о частноправовой "чистоте" норм ГК РФ не приходится.

______________________________________46

ВЕСТНИК КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ • 2012 • № 1

Таким образом, в новой редакции ст. 426, содержащейся в проекте ГК РФ в целом сохранена конструкция публичного договора, имеющаяся в действующей редакции. Содержание статьи дополнено положением о том, что условия публичного договора могут варьироваться в зависимости от категории потребителя, заключающего договор.

Внесенное дополнение мы полагаем возможным объяснить следующим. Содержащийся в действующей редакции ГК РФ запрет оказывать предпочтение одному лицу перед другим при формулировании условий договора может быть смягчен актом, издаваемым в соответствии с ГК РФ или принятым в его развитие законом. Акт может иметь положения, ограничивающие данный запрет, или позволяющие полностью от него отказаться.

Новая редакция ст. 426 ГК РФ устанавливает правило о том, что сторона, предлагающая заключить публичный договор, может сразу включить в оферту положения о том, что для категории потребителей, предусмотренной законом или иным правовым актом, предлагаются те или иные льготные условия.

Предварительный договор, как один из наиболее распространенных типовых договоров, не раз выступал предметом дискуссий цивилистов. Исследователями обсуждались следующие основные проблемы заключения и исполнения предварительных договоров: могут ли заключаться предварительные договоры в отношении имущества, не существующего на момент соглашения? [2]. По мнению С. Калмыковой, в силу отсутствия судебной практики по данному вопросу вопрос может быть разрешен как положительно, так и отрицательно. Автор также отмечает, что: "по общему правилу, заключить основной договор в отношении недвижимого имущества, которое отсутствует, нельзя. Но определенной судебной практики по этому поводу нет, и вопрос остается открытым" [3].

Однако, выше, в собственной работе, С. Калмыкова отмечает, что предварительный договор "порождает только обязательства сторон заключить в будущем основной договор. По такому договору не должно передаваться недвижимое имущество или выплачиваться деньги и т. д." Тем самым, автор признает организационный характер предварительного договора, что снимает вопрос о возможности заключения его в отношении объекта незавершенного или не начатого строительства.

Следует отметить, что проблема определения правовой природы предварительного дого-

вора и порождаемых им обязательств часто упоминается на страницах цивилистических исследований [4]. В связи с этим, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в информационном письме № 13 от 28 апреля 1997 г. "Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснил, что право собственности на имущество не может быть приобретено на основании предварительного договора о продаже имущества, в связи с тем, что предметом предварительного договора является обязательство сторон по поводу заключения будущего договора, а не обязательство по поводу недвижимого имущества [5]. Однако в проекте изменений, предлагаемых в ГК РФ, указаний на данное обстоятельство не содержится, возможно, потому что создатели Проекта сочли его очевидным.

Дискуссионным является вопрос о возможности применения обеспечительных платежей при заключении предварительного договора [6]. Так, Арбитражным судом города Петербурга и Ленинградской области было рассмотрено дело о взыскании суммы обеспечительного платежа, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, обществом с ограниченной ответственностью с индивидуального предпринимателя. Данный обеспечительный платеж был произведен обществом в счет основного договора аренды, который так и не был заключен впоследствии. Суд при рассмотрении дела не указал на незаконность включения в предварительный договор условия об обеспечительном платеже, однако, при этом, признав пользование данными денежными средствами незаконным (так как у индивидуального предпринимателя не было оснований для удержания денежных средств общества). По результатам рассматриваемого дела суд обязал индивидуального предпринимателя вернуть обеспечительный платеж в полном размере и выплатить проценты за пользование чужими денежными средствами [7].

Подобным образом суд решил спор и удовлетворил требования истца о возврате денежных средств, уплаченных в счет договора купли-продажи, который должен был быть заключен в будущем согласно предварительному договору между сторонами. В течение срока, установленного предварительным договором, стороны так и не заключили основной договор, из чего следует, что у стороны, которая должна была стать продавцом по основному договору, отсутствуют основания для получения денежных средств истца [8].

Таким образом, судебные органы признают предпосылочно - правовой характер предвари-

47

тельных договоров и выносят решения, ориентируясь именно на их организационные, а не имущественные свойства. Вместе с тем, присоединяясь к мнению М.Н. Илюшиной, мы вынуждены констатировать, что обобщенного определения организационного договора российская ци-вилистическая доктрина не выработала. Как следствие, в действующем гражданском законодательстве организационно - предпосылочные договоры, как самостоятельный поименованный институт обязательственного права отсутствуют [9]. Однако, на наш взгляд, необходимость законодательного закрепления организационно -предпосылочных договоров очевидна. Следовательно, данное концептуальное направление в теории типовых договоров представляется нам перспективным и, требующим законодательного закрепления и доктринального осмысления.

Одним из нововведений, которые разработчики изменений в ГК РФ представили вниманию исследователей, является зафиксированный в ст. 429 [10] Проекта рамочный договор. Выше мы упоминали о правовой природе рамочного договора, поэтому в контексте настоящего раздела работы мы проанализируем потенциал данного договора, который может быть реализован в случае его законодательного закрепления.

Рамочный договор, по нашему мнению, является соглашением, которое призвано дополнить поименованный в предыдущей ст. 429 ГК РФ предварительный договор. В соответствии с конструкцией, предложенной в Проекте, рамочный договор призван только связывать контрагентов некоторыми общими условиями, планируемого ими обязательства. Вместе с тем, рамочный договор не содержит никаких указаний на условия, предполагаемого контрагентами будущего договора.

Как показывает анализ практики, судебные инстанции, разрешая споры, возникающие из предварительных договоров, а нам они представляются одновидовыми с рамочными, исходят из следующего соображения. Предварительный договор, как и другие гражданско-правовые договоры, предполагает согласование всех его существенных условий, в состав которых входит и полный набор существенных условий окончательного договора. Отсутствие хотя бы одного из числа последних исключает возможность обратиться с иском о понуждении контрагента по предварительному договору заключить основной договор [11].

Исходя из предложенной в Проекте ГК РФ конструкции ст. 429 [12], полагаем, что рамочный договор может стать соглашением, которое не будет иметь исковой силы. Подобным обра-

зом суды отказываются удовлетворять иски, возникающие из договоров о намерениях. Так, практике известен случай, когда стороны заключили указанный договор, а затем, контрагент, обратившись за судебной защитой, получил разъяснение о том, что данный договор не порождает никаких конкретных прав и обязанностей для сторон, так как он не содержит существенных условий основного договора, подлежащего заключению в будущем [13].

Полагаем, что разработчикам Проекта ГК РФ следует уточнить положения о рамочном договоре, например, посредством обращения к конструкции pacta nuda, известной римскому праву. Как известно, пакты признавались только в рамках конкретного договора и для лиц, его заключивших. По словам О.А. Омельченко: "Главное в этих сделках заключалось не в соблюдении той или иной другой формы, а интересов сторон и общих требований права в отношении разумности и целесообразности договорного права" [14]. Простое соглашение порождало не обязательство, а давало возможность ссылаться на имеющиеся между сторонами предварительные договоренности, выгодные для них обеих.

Поэтому, мы полагаем, что сторонам, заключающим рамочное соглашение, необходимо включать в него эксцепцию, то есть оговорку о том, в каких пределах на них распространяются обязательства, возникающие из рамочного договора. Вместе с тем, эксцепция должна соответствовать основным началам гражданского законодательства, изложенным в ст. 1 ГК РФ, а также положениям ст. 9 ГК РФ, запрещающим формировать условия сделки, ограничивающие или прекращающие права, принадлежащие контрагенту.

Несомненной новеллой, содержащейся в ст. 429 [15] ГК РФ, является опционный договор. Выше мы исследовали современное положение практики заключения опционных договоров и указывали на его очевидную полезность для участников имущественных отношений. Разработчиками Проекта опционный договор определяется как соглашение, по которому одна сторона посредством безотзывной оферты предоставляет другой стороне за плату или иное встречное предоставление безусловное право заключить договор на условиях, предусмотренных опционом.

Опционный договор регулировался Федеральным Законом № 2383-1 "О товарных биржах и биржевой торговле" в редакции, действовавшей до 25 ноября 2009 г. [16]. В Законе договор определялся как сделка, связанная с уступкой прав на будущую передачу прав и обязанностей в

______________________________________48

ВЕСТНИК КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ • 2012 • № 1

отношении биржевого товара или контракта на поставку биржевого товара. Очевидно, что опционный договор имел специальную сферу применения - биржевую торговлю. Нынешняя редакция легального определения опционного договора расширяет диапазон его действия и разрешает его заключение не только в биржевой торговле, но и в иных имущественных отношениях.

Таким образом, нам представляется, что создатели Проекта изменений в ГК РФ избрали модель опционного договора, аналогичную действующей в США. По словам А.В. Васильева, опционный договор получил самое широкое применение на практике в США, будучи активно задействованным в сфере традиционных сделок, таких как обещание уступки права, купли-продажи, биржевой торговле, оказания агентских услуг, сдача имущества в наем и заем и сделках более специфических - в соглашении с адвокатом о резервировании услуг, соглашении собственников о совместном водопользовании, соглашении спортсменов с промоутерами [17].

Тем не менее, даже в англо-саксонском законодательстве, породившим опцион нет единой научной и судебной точки зрения на его правовую природу и характер обязательства, порождаемого им. Для отечественного права, в котором опционный договор имел достаточно ограниченную сферу применения, проблемы с его правовым регулированием могут принять характер неразрешимых.

В Соединенных Штатах Америки договор понимается как обещание или система обещаний, при нарушении которых право предоставляет защиту или исполнение которых понимает как обязанность [18]. Для того, чтобы обещание подлежало защите со стороны закона, необходимо, чтобы в сделке предполагала взаимное соглашение и эквивалентное предоставление. Другими словами, в англо-саксонском законодательстве оферта и акцепт не две односторонних сделки, как в российском права, а единая взаимная сделка. Также контрактное право США требует, чтобы оферта была законной, она должна быть снабжена встречным предоставлением, а безотзывность оферте придает заключаемый опционный договор.

В то же время, практика применения судами, в странах с англо-саксонской системой права опционного договора показывает, что судьи исходят из понимания его правовой природы как предварительного соглашения, содержащего все признаки самостоятельного договора.

Следовательно, опционный договор не совсем отвечает правовой доктрине российского частного права, поскольку ГК РФ в ст. 436 устанав-

ливает правило о безотзывности оферты. Поэтому обеспечительная функция опционного договора просто не реализуется.

Подводя итог исследования перспектив правового регулирования опционного договора в российском гражданском праве, мы пришли к парадоксальному выводу. С одной стороны, потенциальное включение положений об исследуемом договоре в ГК РФ отвечает потребностям формирующейся многоукладной экономики. В условиях монизма частного права, некоторые предпринимательские договоры в правовой материи ГК РФ выглядят не совсем органично, но, тем не менее, они находят свою целевую аудиторию. Указание опционных договоров в ГК РФ как поименованных придаст судебным решениям, выносимым по спорам между контрагентами, большую обоснованность и, как следствие, законную силу, не подвергающуюся сомнению.

С другой стороны, проблема рецепиирования норм англо-саксонского права, не всегда отвечающих традициям и смыслу российского гражданского права, остается актуальной со времени принятия второй части ГК РФ. Поэтому, следует обратить внимание на слова Е.А. Суханова, сказанные им в 1996 г., после завершения работы над второй частью Кодекса: "Неудачные попытки изменить правопорядок путем некритического заимствования англо-американских подходов и конструкций, в том числе и сфере законотворчества, в настоящее время дискредитировали себя, показав практически полную непригодность для отечественных условий жизни" .

1. О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации: указ Президента Рос. Федерации от 18 июля 2008 г. № 1108 // Рос. газ. 2008. 23 июля.

2. Калмыкова С. "Черные дыры" предварительного договора [Электронный ресурс] // Собственник: журнал о людях и домах: [сайт]. [М., 2011]. ийи http://sob.ru/archive/chernyie-dyiryi-predvaritelnogo-dogovora

3. Калмыкова С. Указ. соч.

4. См. например: Илюшина М.Н. Проблемы применения организационной природы предварительного договора к отчуждательным сделкам с долями в ООО // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. № 5. С. 37-44.

5. См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1997. № 7.

6. См.: Гаврилова Ю. Юридическая сила протоколов о намерениях, предварительных договоров и протоколов разногласий (проблемы, арбитражная практика) // Финансовая газета. № 10. 04.03.2009.

49

7. См. : Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19 ноября 2007 г. по делу № А56-19751/2007, подтверждено определением ВАС РФ от 16 декабря 2008 г. № 15811/08 // СПС - Консультант -Плюс.

8. См.: Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 15 октября 2008 года по делу № А79-516/2008// СПС - Консультант - Плюс.

9. См.: Илюшина М.Н. Проблемы применения организационной природы предварительного договора к отчуждательным сделкам с долями в ООО // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. № 5. С. 37; Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2009 г. № 18АП-10667/2009 по делу № А76-12301/2009 //СПС "Консультант-Плюсс".

10. Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 15 октября 2008 г. по делу № А79-516/ 2008.

11. Постановление ФАС Московского округа от 10 сентября 2003 г. по делу № КГ-А41/6364-03-П.

12. Омельченко О.А. Римское право. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: ТОН-Остожье, 2000. С. 204.

13. "Ведомости СНД и ВС РФ", 07.05.1992. № 18. Ст. 961.

14. Васильев А.В. Правовая природа опционного договора США //Закон. № 1. 2007. С. 190.

15. Васильев А.В. Указ. соч. С.192.

16. Там же.

17. Васильев А.В. Указ.соч. С.193.

18. Суханов Е.А. Вторая часть нового Гоаж-данского кодекса и современный имущественный оборот // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 1996. № 3. С.12.

1. About improvement of the Civil code of the Russian Federation: decree of the President Rus. Federations from July 18, 2008 of № 1108 // RN. 2008. July 23.

2. Kalmykova S. "Black holes" preliminary contract [Electronic resource] // Owner: the magazine about people and houses: [site]. [M, 2011]. URL:http ://s o b. ru/archi ve/chernyi e - dyiryi -predvaritelnogo-dogovora

3. Kalmykova S. Op. cit.

4. See for example: Ilyushin M.N. Problems of application of the organizational nature of the preliminary contract to transactions with shares in open company // Laws of Russia: experience, analysis, practice. 2011. № 5. P. 37-44.

5. See: Messenger of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation. 1997. № 7.

6. See: Gavrilova Yu. Validity of protocols on intentions, preliminary contracts and protocols of disagreements (problem, arbitration practice) // Financial newspaper. № 10. 04.03.2009.

7. See: The decision of Arbitration court of the city of St. Petersburg and the Leningrad region from November 19, 2007 in the matter of № A56-19751/ 2007, is confirmed with definition VAS the Russian Federation from December 16, 2008 of No 15811/ 08 // SPS - the Adviser - Plus.

8. See: The resolution of FAS of the Volga-Viatka district from October 15, 2008 in the matter of No A79-516/2008 // SPS - the Adviser - Plus.

9. See: Ilyushin M.N. Problems of application of the organizational nature of the preliminary contract to otchuzhdatelny transactions with shares in open company // Laws of Russia: experience, analysis, practice. 2011. № 5. P. 37; the Resolution of the Eighteenth arbitration appeal court from December 15, 2009 of № 18AP-10667/2009 in the matter of № A 76-12301/2009 //SPS "Konsultant Plus".

10. The resolution of FAS of the Volga-Viatka district from October 15, 2008 in the matter of № A79-516/2008

11. The resolution of FAS of the Moscow district from September 10, 2003 in the matter of № KG-A41/6364-03-P

12. Omelchenko O.A. Roman right. Prod. the 2nd, ucnp. and additional. M. : TON-Ostozhye, 2000. P. 204.

13. "SND and VS Russian Federation sheets". 07.05.1992. № 18. Art. 961.

14. Vasilyev A. V. Legal nature of the option contract of the USA // Law. № 1. 2007. P. 190.

15. VasilyevA.V. Op. cit. P. 192.

16. In the same place.

17. Vasilyev AV. Op. cit. P. 193.

18. Sukhanov E.A. Second part of the new Civil code and modern property turn // Messenger of the Moscow University. Ser. 11. Right. 1996. № 3. P. 12.

so

ВЕСТНИК КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ • 2012 • № 1