Фраземы как единицы постоянного контекста

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

УДК 4И(анг) С.Р.АЗИМОВА

ББК 81.2

ФРАЗЕМЫ КАК ЕДИНИЦЫ ПОСТОЯННОГО КОНТЕКСТА

В лингвистической литературе нередко можно встретить замечания о том, что реализация значения неоднозначного слова происходит в контексте. Сопоставляя употребление термина «контекст» у различных авторов, легко убедиться в том, что он обычно призван обозначать вообще условия употребления слова безотносительно к их природе и форме. В одних случаях «контекст» означает неопределенную словесную цепь, элементом которой является некое семантически реализуемое слово (3, 27); в других - реальную и конкретную обстановку речевого акта, определяющую данное значение слова или его логическую функцию; в третьих - внешние и отражающие их психологические связи признаков, служащие основой формирования понятия и выражающего его слова. В одних случаях контекст интересует исследователей как стимул для использования данного «речевого сигнала» в целях выражения данного обозначаемого, в других -как психологические условия, обеспечивающие понимание данного знака в данном его содержании.

Задачу описания контекста как совокупности «формально фиксированных условий, при которых однозначно выявляется содержание какой -либо языковой единицы» (5, 46), поставил в статье «О природе контекста» Г.В. Колшанский. Однако в этой работе формальная характеристика контекста осталась незавершенной, ибо в ней не учитывается явление избыточности материального минимума в формах речевой ситуации. Между тем, это необходимые условия для уточнения понятия контекста.

Исследовать роль и формы контекста можно только на материале определенного языка, воздерживаясь от слишком широких обобщений и механического распространения добытых выводов на другие языки. Дело в том, что роль контекста в том или ином языке зависит от степени «автономии» слова в данном языке, обусловленной в конечном счете особенностями его грамматического строя и словарного состава. На зависимость роли контекста от общих свойств конкретного языка обратил внимание С.Ульман. Он отмечает, впрочем, только то, что сила контекста зависит от степени «автономности» слова в данном языке (напр., семантическая автономия французского слова не тождественна автономии немецкого или старофранцузского слова). К сожалению, он не только не анализирует внутренние основы этих различий, но даже прямо утверждает, что «точно определить эти различия трудно, так как мы имеем здесь дело с такими тонкими и невесомыми факторами, которые обычно не поддаются научному анализу» (10,23).

Между тем можно с уверенностью утверждать, что роль контекста для английского языка значительно выше, чем для многих других языков, и что этот факт имеет свое объяснение, которое следует искать прежде всего в характере английского грамматического строя.

Н.Н.Амосова выделяет, таким образом, переменный контекст и постоянный контекст (1,58). Переменный контекст не является единственной минимально - смыслообразующей комбинацией слов в связной речи. Значительную роль в речевой деятельности и в развитии лексического потенциала языка, по мнению автора, играют известным образом фиксированные соединения слов, в которых вариации компонентов в пределах одного и того же семантического результата вообще исключены или, в определенных условиях, максимально лимитированы.

Рассматривая такие словосочетания с точки зрения контекстологического анализа и учитывая их элементарное, непосредственно замечаемое отличие от единиц переменного контекста (неизменность, константность их лексического состава), мы, естественно, должны будем признать их единицами постоянного контекста.

Для того чтобы постоянный контекст как особый вид контекста мог получить более уточненную характеристику, в которой отразилось бы все его существенные признаки, ибо константность состава есть лишь один из таких его признаков, необходимо проанализировать различные случаи взаимодействия слов, формирующих постоянный контекст.

Для теории фразеологии этот анализ представляется важнейшей и первичной задачей, поскольку, как мы постараемся показать далее, фразеологические единицы являются единицами

154

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

постоянного контекста и, в первую очередь, именно этим отличаются от так называемых «свободных» сочетаний слов, представляющих единицы переменного контекста.

Если указательный минимум для данного значения семантически реализуемого слова всегда материально один и тот же, его природа оказывается иной по сравнению с природой переменного указательного минимума. В действие вступает, кроме семантики ключевого слова, и ещё традиционная его избирательность.

Различие между переменным и единственно возможным указательным минимумом отнюдь не только количественное. Обусловленность значения семантически реализуемого слова единственно возможным материальным выражением контекстуального указания создает качественно особую, максимально тесную связь между обоими элементами контекста. Внутренняя семантическая связанность одного из них осложняется (а если говорить о внешней стороне явления, то подменяется) внешней связанностью с определенным предсказанным ключевым словом, в совокупности, с которым семантически реализуемое слово начинает действовать как фиксированная языковая единица номинации.

Качественное различие между этими двумя типами контекстуальной связанности значения слова, а следовательно, и между типами самого контекста, требует и терминологической их дифференциации. Условимся называть значение семантически реализуемого слова, зависящее от постоянного, т.е. единственно возможного указательного минимума, фразеологически связанным значением. Единицу постоянного контекста, в котором значение семантически реализуемого слова является фразеологически связанным, условимся называть фраземой (1,59).

Тесная связь между компонентами фраземы, превращая её в закрепленную в языке единицу номинации, полный состав которой, как правило, необходим для её исполнения, создает особое своеобразие фраземы в плане содержания. Неразрывность связи компонентов постоянного контекста не может не влиять на структуру семантемы, выраженной единицей постоянного контекста. Семантема эта закрепляется как единство, разлагаемое на фиксированные семантические единицы, но практически, т.е. в условиях реального функционирования, не членимое. Эта практическая нечленимость семантемы, составляющей содержание фраземы, проявляется, прежде всего в том, что фразема не имеет структурно-семантической модели или, точнее говоря, не представляет собой речевую конкретизацию языковой контекстуальной формулы, а выступает сама по себе как определенная, конкретная языковая единица. Поэтому во фраземе происходит известное сближение между сложной и вместе с тем членимой семантемой переменного словосочетания и простой семантемой отдельного слова, превращение словосочетания из единицы речи в единицу языка, в элемент его фразеологического фонда. Иными словами, в семантеме, выражаемой во фраземе, имеется тенденция к преобразованию из сложночленимой в сложнонечленимую.

Фраземы могут иметь различное строение и различный морфологический состав формирующего их контекста. Они могут иметь структуру атрибутивного сочетания с препозитивным определением в виде прилагательного (blackfrost(6yKB, черный мороз) в знач. «мороз без снега», whiteday (букв, белый день) в знач. «счастливый день»):

It was a Sunday afternoon in March, a fine blue dav._And I walked from Vincent Square through deserted streets (6,138-139). - Дело было в воскресенье днем, вмарте, погода стояла прекрасная и я шел туда пешком с Винсент -сквер по пустынным улицам.

His efforts at sociability were et with blank hostility(6, 139). - Его общительность вызвалак нему лишь враждебное отношение.

Early in December came a black frost,_and navigation on the canal was suspended (6, 87). - В начале декабря ударил мороз^хотя снега еще не было и судоходство по каналу прекратилось. Фраземы также могут быть в виде существительного в общем падеже (bankholiday (букв, насыпной выходной день) в знач. «добавочный выходной день», pipedream (букв. трубочная мечта) в знач. «беспочвенное мечтание») или в родительном падеже husband'stea (букв. чай мужа) в знач. «жидкий чай», dogslife (букв. собачья жизнь) в знач. «тяжелая жизнь»);в виде причастия tiedcottage (букв. поделенный домик) в знач. «казенный домик для рабочего», sleepingpartner(6yKB. спящий партнер) в знач.«партнер, не участвующий в ведении дела»):

I never take tea with Emily if I can help it; hers is always husband's tea (9, 15).

Я no возможности, не пью чайу Эмили: она всегда подает не чай, а водичку.

Pull yourself together, dear. If you let a man see he means all that to you, he 'll lead you a dog's life (9,34).

155

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

- Возьми себя в руки, дорогая. Стоит только мужчине узнать, что ты его боготворишь, он превратит твою жизнь в ад.

Они могут быть атрибутивными сочетаниями с постпозитивным предложным определением (frameofmind (букв. строение ума) в знач. «умонастроение», «склад ума», cap ful of wind (букв. полная шапка ветра) в знач. «легкий порыв ветра»):

As it chanced on this occasion, Short ... was in an exceedingly jovial frame of mind (9, 55). - Ha

этот раз Шорт ... был в чрезвычайно хорошем расположении духа.

The suggestion sent a ray o f hope in all their breasts, but I would have nothing to do with it (11,71).

- Такое предложение заронило луч надежды_в их души, но я решительно отверг его.

The society of beach-combers always replays the small pains you need be at to enjoy it (7, 169). -

Такие шалопаи ,как правило, вознаграждают нас за мелкие моральные издержки, которые

несешь, общаясь c ними.

One day they had a stroke of luck (7, 175). - Однажды им сильно повезло.

Также фраземы в английском языке могут быть объектными глагольно-именными сочетаниями (toknitone'sbrows (букв, связывать брови) в знач. «хмурить брови», toweighanchor (взвешивать якорь) в знач. «поднять якорь») и т.д.:

She had a bad memory for names, and it irritated her not to be able to think of them, so that she would pause in the middle of some story to rack her brains (9, 145). - У нее была плохая память на имена , и это ее раздражало : она часто останавливалась посреди разговора и мучилась, вспоминая_какое- нибудъ имя.

Не had lost his balance so completely that she was prepared for anyrashness (9, 73). - Он больше не владел собой,и она была готова к любой выходке.

Распределение контекстуальных элементов во фраземе может быть различным. Семантически реализуемое слово может выполнять синтаксическую роль как ведущего, так и зависимого члена словосочетания.

Фраземы как единицы постоянного контекста не следует смешивать с теми “фразеологическими сочетаниями", которые академик В.В.Виноградов рассматривает как один из типов фразеологических единиц (7,159).

Поскольку "фразеологические сочетания" В.В.Виноградов определяет как такие словосочетания, связи одного из элементов которых замкнуты и ограниченны, причем "для такого ограничения как будто нет оснований в логической или внешней природе самих обозначаемых предметов, действий и явлений" (4, 160), ясно, что эти словосочетания не соответствуют понятию единицы постоянного контекста как соединения определенно важным указательным минимумом. Признак постоянного контекста во "фразеологических сочетаниях" В.В.Виноградова отсутствует, ибо указательный элемент в них допускает более или менее широкие вариации. Именно поэтому фраземы нельзя рассматривать как некую разновидность "фразеологических сочетаний", ибо последние вообще не являются единицами постоянного контекста.

Отделяя одну языковую единицу от другой или противопоставляя их друг другу, нельзя ограничиться выяснением языковой сущности одной из них, не определив языковую сущность другой. Поэтому следует определить контекстуальную природу и "фразеологических сочетаний".

Мы обратимся к английскому языковому материалу, во-первых, потому, что анализировали именно английские фраземы и, следовательно, сопоставлять их должны с английскими же “фразеологическими сочетаниями"; во-вторых, потому, что концепция фразеологических сочетаний как подвида фразеологических единиц принята во всех отечественных исследованиях английской фразеологии.

Подходя к "фразеологическим сочетаниям" с мерилом контекстологического анализа, мы должны обратить внимание на их противоречивый, двойственный характер.

Как и единицы переменного контекста, они допускают вариации ключевых слов в пределах определенного указательного набора. Например, глагол "to pay" реализует значение "оказывать, осуществлять" при ключевых словах, обозначающих процесс или совокупность действий относительно другого лица, связанные с определенными нормами общежития: to pay a visit, call homage, compliments, respect, deference, (one's) devoir, court, (one's) addresses (to smb.) (букв. платить визит, почтение, комплименты, уважение). Ср.также: topayattention (heed) (букв. платить внимание).

Если бы круг этих ключевых слов включал в себя любое слово с указанным типовым

156

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

значением, перед нами был бы обычный ряд переменных сочетаний. Но этого нет. Нельзя сказать topaycommemoration, seeing-offmourning, celebration, welcome, greetings, receptions и т.д. и т.п. Таким образом, здесь имеется ограничение указательного набора, идущее не по линии семантической, а по линии определенного стилистического узуса. Следовательно, налицо элемент языковой традиции, регулирующей реальную сочетаемость семантически реализуемого слова. Это свойство, которое напоминает соответствующее свойство постоянного контекста.

Следовательно, с контекстологической точки зрения, значение семантически реализуемого слова не является в подобных случаях фразеологически связанным, поскольку указательный минимум, для него необходимый, не является постоянным. Но значение это нельзя признать и обычным лексически связанным, поскольку состав ключевых слов при нем лимитируется не особенностями их дезигнатов, а определенной стилистической традицией. Наконец, некоторые из подобных сочетаний отличаются известной морфологической склонностью (например to pay addresses, но не an address, и нек. др.). Морфологические ограничения в ключевых словах переменного контекста, если они и встречаются, бывают вызваны только грамматическими или семантическими факторами (например, принадлежностью слова к одному из семантико -грамматических подклассов). Формула таких сочетаний не допускает максимальной схематизации.

Получается некий переходный тип контекстуальной связанности значения, а следовательно, и особый, также переходный, тип контекста, так сказать «полупостоянный» контекст. Поскольку в таком контексте указательный минимум является ни "классически" переменным, ни, тем более, постоянным, а лишь традиционно (или узуально) лимитированным, этот переходный тип контекста можно терминологически обозначить как "узуально ограниченный" контекст, а значение семантически реализуемого слова, в него входящего, - узуально связанным значением.

Мы воздерживаемся от применения термина "фразеологические сочетания" по отношению как к фраземам, так и к единицам узуально ограниченного контекста по следующим соображениям: во-первых, он не представляется нам достаточно точным, ибо подходит по своему составу к любой разновидности фразеологических единиц (которые, в конце концов, являются «сочетаниями» слов); во-вторых, в общепринятом использовании термин этот не дифференцирует единицы постоянного и узуального ограниченного контекста. Нам же представляется существенной эта дифференциация, ибо между теми и другими пролегает граница фразеологического фонда языка. Единицы узуально ограниченного контекста, как упоминалось выше, имеют некоторые черты, отличающие их от переменного контекста, но не совпадают по своей характеристике с единицами постоянного контекста. Их можно назвать своего рода "фразеолоидами" (2,23).

Сочетания, представляющие собой единицы узуально ограниченного контекста, могут представлять ряды различного количественного состава, объем которых зависит от величины указательного набора к данному семантически реализуемому слову.

Так, например, сочетания tobreakthenews (букв.разбивать новости ) в знач. "сообщить новости", tobreakthematter (букв. разбивать дело) в знач. "сообщить о деле" (в трехчленных конструкциях с предложным дополнением) составляют весь ряд с данным значением глагола tobreak“cooбщить".lТрехэлементный ряд составляют сочетания violentdeath, violentmeans, violentmeasures "насильственный", и т.д.

Единицы узуально ограниченного контекста стоят у границ фразеологического фонда языка и обнаруживают различную степень близости к нему. Чем более ограниченна в них вариантность указательного минимума, тем эта степень близости к фраземам выше.

Сочетания эти, несомненно, связаны прямой связью с фраземами. Они, по-видимому, составляют один из тех источников, откуда берут свое начало фраземы. Фразема может возникать из этого источника тогда, когда способность данного семантически реализуемого слова в данном его значении к сочетанию с рядом слов по тем или иным причинам сокращаются до единицы. С другой стороны, фраземы также, нужно думать, служат источником появления "фразеолоидов". Это происходит тогда, когда расширение сочетаемости семантически реализуемого слова в той или иной фраземе превращает эту последнюю в единицу узуально ограниченного контекста, а может быть, с дальнейшим раздвижением пределов сочетаемости, - и в единицы переменного контекста (таков, вероятно, путь семантического развития многих слов). По этой причине этого фраземы, действительно, обнаруживают известную "текучесть". Но текучесть эту не следует преувеличивать. В любом синхроническом срезе языка в нем можно найти значительное количество отстоявшихся фразем, многие из которых переходят из одного среза в другой, не меняя своего фразеологического качества.

157

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

Исходя из того положения, что релевантным признаком фразем, отделяющим их от единиц узуально ограниченного контекста, является материальная единичность указательного минимума. Синонимические замены указательного минимума следует признать невозможными без разрушения данного постоянного контекста. Таким образом, сочетания типа Dutch comfort-Dutch consolation (букв. голландское утешение) в значении "слабое утешение", Canterbury tale -Canterbury story ( букв.кентерберийская история) в значении "длинный и нудный рассказ", где ключевые слова являются синонимами, а также сочетания типа cityArab-streetArab(ropoflCKoft (уличный) араб) в значении "уличный мальчишка"; Sisyphean task - Sisyphean labour (букв. сизифов ТРУД) в значении "сизифов труд"; Cesarean operation- Cesarean section (букв. операция Цезаря) в значении " кесарево сечение", где ключевые слова не синонимичны друг другу вне данной связи, представляют собой две синонимичные между собой единицы узуально ограниченного контекста. В них изменяемо ключевое слово, определяющее своим присутствием одно и то же значение семантически реализуемого слова, но изменяемость его узуально ограниченна. В обычном, не синонимическом ряду «фразеолоидов» наблюдается такое же положение с той лишь разницей, что содержание каждого из сочетаний, входящих в этот ряд, не повторяет содержание других сочетаний.

Отметим это контекстуальное различие. При вариантности ключевого слова и константности значения одного и того же семантически реализуемого слова получаем синонимические единицы узуально ограниченного контекста. При вариантности семантически реализуемых слов, выражающих одно и то же значение, и константности ключевого слова, получаем синонимические фраземы. Ни в одном из таких случаев нет оснований считать упомянутые вариации «лексическими структурными вариантами" одной и той же единицы контекста (5,46,315), если один из опорных элементов контекста оказывается совершенно измененным.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Амосова, Н.Н. Основы английской фразеологии / Н.Н.Амосова. -Л.:1963.- 208с.

2. Анисимова, В.И. Лексико-фразеологические варианты прилагательных во фразеологических единицах (на материале английского языка) / В.И.Анисимова// Ученые записки 1 МГПИИЯ.- том 5-М.:1956.- 209с.

3. Булаховский, Л.А. Введение в языкознание / Л.А.Булаховский.- М.: Учпедгиз 1958.- 179 с.

4. Виноградов, В.В. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке / В.В.Виноградов// Избранные труды.- Наука: 1977.- 312 с.

5. Колшанский, Г.В. О формализации контекста / Г.В.Колшанский//Машинный перевод и прикладная лингвистика.-Вып.5 М.: 1961.- 303 с.

6. Кунин, А.В. Англо-русский фразеологический словарь / А.В.Кунин.- М.: Русский язык,1984.-984 с.

7. Кунин, А.В. Некоторые вопросы английской фразеологии / А.В.Кунин.- М.: 1955.- 344 с.

8. Кунин, А.В. Фразеология современного английского языка / А.В.Кунин.- М.: Изд-во Международные отношения, 1972.- 289 с.

9. Schmidt, W. Lexikalische und aktuelle Bedeutung / W.Schmidt// Ein Beitrag zur Theorie der Wortbedeutung. - Berlin: Akademie-Verlag, 1967.- 130 p.

10. Maugham, W.S. The painted veil / W.S.Maugham.-M.,1999.- 256 p.

11. The Oxford Russian Dictionary. Oxford University Press, 1997.- 1340 p.

REFERENCES:

1. Amosova, N.N. Fundamentals of English phraseology / N.N.Amosova. -L.: 1963.- 208p.

2. Anisimova, V.I. Lexical and phraseological variants of adjectives in phraseological units (based on English language) / V.I.Anisimova // Scientific Notes 1 Moscow State Pedagogic Institute of Foreign Languages.- V. 5-M.: 1956.- 209p.

3. Bulakhovskiy, L.A. Introduction to Linguistics / L.A.Bulakhovskiy.- M .: Uchpedgiz 1958.- 179p.

4. Vinogradov, V.V. On the main types of phraseological units in Russian / V.V. Vinogradov // Selected works.- Nauka: 1977.- 312 p.

5. Kolshanskiy, G.V. About formalization of context / G.V.Kolshanskiy // Machine Translation and Applied linguistics.-Issue 5 M.: 1961.- 303p.

6. Kunin, A.V. The English-Russian phraseological dictionary / A.V.Kunin.- M., Russkiy yazik, 1984.984p.

158

НОМАИ ДОНИШГОҲ* УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ* SCIENTIFIC NOTES

№1(42) 2015

7. Kunin, A.V. Some questions of English phraseology / A.V.Kunin.- M 1955.- 344p.

8. Kunin, A.V. Modern English Phraseology / A.V.Kunin.- M .: Mejdunarodnie otnosheniya, 1972.289p.

9. Schmidt, W. Lexikalische und aktuelle Bedeutung / W.Schmidt// Ein Beitragzur Theorie der Wortbedeutung. - Berlin: Akademie-Verlag, 1967.- 130 p.

10. Maugham, W.S. The painted veil / W.S.Maugham.-M.: 1999.- 256 p.

11. The Oxford Russian Dictionary. Oxford University Press, 1997.- 1340 p.

Фраземы как единицы постоянного контекста

Ключевые слова: фразема, контекст, фразеологические сочетания, семантика, языковая единица.

В данной статье речь идет о фраземах, значение которых больше всего выявляется в контексте. Выдвигаются разные мнения о роли и сущности контекста. Можно утверждать, что характер (особенности)грамматического строя и словарного состава английского языка значительно возвышает роль контеска в нём. Автор рассматривает словосочетания с точки зрения контекстологического анализа, обращая внимание на их элементарное отличие от единиц переменного контекста. Распределение контекстуальных элементов во фраземе может быть различным. Семантически реализуемое слово может выполнять синтаксическую роль как ведущего, так и зависимого члена словосочетания. Исходя из того положения, что релевантным признаком фразем, отделяющим их от единиц узуально ограниченного контекста, является материальная единичность указательного минимума. Синонимические замены указательного минимума следует признать невозможными без разрушения данного постоянного контекста. В конце статьи отмечается роль контекстуального различия в определении синонимических фразем и вариантности.

Phraseological units as units of permanent context

Keywords: phraseological unit, context, phraseological combinations, semantics, linguistic unit.

The paper speaks about phraseological units which their meaning is mostly revealed in context. Different opinions are suggested about the role and nature of context. It can be maintained that the role of context in English language is much higher due to the nature of English grammatical structure and vocabulary. The author reviews the word combinations in terms of contextual analysis focusing on their elementary difference from the units of variable context.

The distribution of contextual elements in phraseological unit can be diverse. Semantically the realized word can perform a syntactic role as a principal and a dependent member of the word combination. Proceeding from the assumption, the relevant feature of word combination distinguishing them from units of usual limited context is a material singularity of index minimum. The synonymic replacement of the index minimum seems to be impossible without destruction of the constant context. The end of the paper highlights the role of contextual differences to determine synonymous phraseological units and variance.

Сведения об авторе:

Азимова Саноат Рахматовна, старший преподаватель кафедры фонетики и лексикологии английского языка Худжандского государственного университета имени академика Б. Г. Гафурова,(Республика Таджикистан, г. Худжанд), E-mail: sanoat1979@mail.ru

Information about the author:

Azimova Sanoat Rahmatovna, Senior Lecturer, the Department of Phonetics and Lexicology of English Language, Khujand State University named after academician B.G. Gafurov (Republic of Tajikistan, Khujand), E-mail: sanoat1979@mail.ru

159