Останкинской башне все равно под кем лежать

Останкинской башне все равно под кем лежать

Под связью или под печатью

       Вчера генеральный директор Главного центра радиовещания и телевидения (ГЦРТ) Вячеслав Мисюлин заявил, что процесс передачи Останкинской башни из ведения ВГТРК в Министерство связи никак не повлияет на работы по восстановлению телевещания. ГЦРТ никогда финансово не зависел от Всероссийской государственной телерадиовещательной компании. ВГТРК, напротив, была обязана платить ГЦРТ за сигнал — так же, как и остальные телекомпании.
       
       ГЦРТ был передан ВГТРК из состава бывшего Госкомсвязи в июле 1998 года по постановлению правительства. Тогда же ВГТРК получила и все 120 радиотелевизионных передающих центров (РТПЦ) в регионах. Тогдашний председатель ВГТРК Михаил Швыдкой и его заместитель Михаил Лесин оправдывали этот шаг необходимостью объединить в руках государственного медиахолдинга все средства вещания в стране. Региональные РТПЦ стали филиалами ВГТРК и потеряли финансовую независимость. Точно так же государственный холдинг планировал оформить и отношения ВГТРК с ГЦРТ. Но гендиректор ГЦРТ Вячеслав Мисюлин выступил резко против. И ГЦРТ стал дочерним предприятием ВГТРК. Вячеславу Мисюлину удалось сохранить за собой годовой бюджет ГЦРТ — около $10 млн.
       Руководство ВГТРК пообещало руководителям РТПЦ после передачи выделить средства из бюджета компании на обновление оборудования. Запрос на их выделение ВГТРК получила и от руководства ГЦРТ. Оно просило $2 млн на модернизацию системы противопожарной безопасности. Однако ни один вещательный центр, включая ГЦРТ, так никогда и не получил никаких денег на модернизацию. А после кризиса 1998 года все телеканалы оказались должны ГЦРТ. По словам сотрудников телекомпаний, к середине 1999 года их общий долг составлял около $2 млн. Однако это не слишком сильно сказалось на финансовом благополучии ГЦРТ.
       Потери от невыплат за трансляцию сигнала компания компенсировала за счет привлечения многочисленных операторов пейджинговой, сотовой и транкинговой связи. Все они в отличие от телеканалов платили исправно. Кроме того, ГЦРТ — учредитель московского дециметрового канала М1. Доходы от экскурсий и ресторана "Седьмое небо" тоже поступали в кассу ГЦРТ. Всего около $7 млн. К осени этого года, по словам сотрудников ГЦРТ, долг телеканалов сократился до $1 млн, а выплаты за сигнал должны составить около $3 млн. Вячеслав Мисюлин выразил надежду, что, несмотря на передачу ГЦРТ в ведение Минсвязи, он по-прежнему останется финансово независимым госпредприятием.
       Однако сотрудники Минсвязи опасаются (причем даже это в разговоре с корреспондентом Ъ они делали анонимно), что проводимое сейчас расследование причин пожара может закончиться отставкой господина Мисюлина и выдвижением против него обвинения по ст. 293 ч. 2 (халатность, повлекшая тяжкие последствия и смерть человека, до пяти лет лишения свободы). Если отставка г-на Мисюлина состоится, бороться за финансовую независимость ГЦРТ будет некому. Правда, по сведениям источников Ъ в Генпрокуратуре, следствие закончится через три-четыре месяца после проведения сложных технических экспертиз. Никаких обвинений, предсказывают в Генпрокуратуре, скорее всего, никому предъявлено не будет, и дело закроют.
       ЛЕВ Ъ-КАДИК