Видение человека в современной католической философской мысли

ФИЛОСОФИЯ РЕЛИГИИ И РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ

2018.04.025. ИМ. ЦИБИЗОВА. ВИДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА В СОВРЕМЕННОЙ КАТОЛИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФСКОЙ МЫСЛИ. (Обзор).

Ключевые слова: католическая религия; католическая церковь; теология; христианство; человек.

На протяжении истории католической мысли представления о человеке в ней менялись достаточно основательно. Неизменными остались лишь трактовки главных посылов христианства миру. Подобная интерпретация в наше время исходит из догмата о Божественной любви к людям. Человек, созданный по образу и подобию Божию, должен знать о своем происхождении, помнить свои традиции, знать Слово Божье. Диана де Наполи эмоционально заявляет, что в современном мире лишь глупцы не прислушиваются к слову Библии (10, с. 111). В вечной книге, Библии, многие католические философы видели и видят источник ответа на вопросы, встававшие и встающие перед человечеством. Сейчас особо подчеркивается космополитизм христианства, его адресованность всем людям планеты. Текст Библии за время ее существования остался прежним, но его интерпретация менялась и меняется в зависимости от времени. Ныне он трактуется в соответствии с особенностями современной эпохи, однако эта интерпретация руководствуется вечными принципами и вечными ценностями. Так, в догмате о равенстве всех перед Христом современные католические философы, в частности Ф. Меркаденте, видят источник и непосредственного предшественника Декларации прав человека (7, с. 492). Христианство утверждается мыслителями как одна из основ формирования европейской культурной идентичности (1, с. 95), один из источни-

ков - причем важнейших - формирования современного человека, его гуманности.

Бог создал человека по своему образу и подобию. Об этом говорится в Писании. Однако там можно найти и другие утверждения. По Библии, человек - одновременно и «сосуд из глины» («глиняный горшок»), о чем говорил святой Павел, и божественный абсолют (5, с. 79, 81). Под этим подразумеваются не только телесность и духовность, объединенные в величайшем на Земле творении - Человеке. Не только временность и конечность земного существования, но и бессмертие божественной души. Этот тезис может также трактоваться и как описание греховности людей и одновременно всего светлого, содержащегося в их душах, сулящего возможность спасения. Возможность, которую принес людям Сын Божий, Иисус Христос.

Божьему творению следует соблюдать Заповеди Его. Человек должен сохранять чистоту и целостность собственной души. Еще в XVI в. католический священник Лудовико Беккаделли настаивал на том, что важнее всего целостность души, придающая ей форму и позволяющая сохраняться после смерти (12, с. 675). Это один из основных догматов христианства. Эти слова повторялись и в Средние века, и в эпоху Возрождения, и в Новое время. В наше время, считают теологи, важно не только их помнить, повторять, но и руководствоваться заложенным в них глубинным смыслом. Теологи XX в., столкнувшиеся с массовым атеизмом, рекомендовали аутентичное изложение принципов христианства, способное убедить неверующего приобщиться к христианскому сообществу (8, с. 10). Многие католические философы и ныне придерживаются этической концепции, сформулированной еще Фомой Аквинским и включившей аристотелевские и стоические взгляды. Согласно этой концепции, человек, несмотря на свои грехи, способен на добродетель, а значит, достоин спасения (3, с. 102). Сохранение души, бесспорно, относится к одному из таких христианских принципов и добродетелей. Этика добродетели Аквината остается и останется драгоценным наследием христианской средневековой философии (3, с. 102-103), о которой следует вспомнить и современным людям.

Человек должен сохранять и чтить собственную историческую память, свои корни, постоянно осознанно и глубокомысленно

возвращаясь к собственным истокам. На этом настаивают католические мыслители. В этом им видится мощный потенциал для дальнейшего развития гуманизма. Призыв не забывать и переосмысливать прошлое, особо сосредоточиваясь на гуманных традициях, постоянно звучит с кафедры Святого Петра от понтификов, видящих необходимость вернуть примат этики по отношению к политике (11, с. 56). Универсальное религиозное послание, требующее милосердия и прощения ради всеобщего спасения, ныне трактуется как требование взаимного уважения, заботы о повсеместном распространении блага (там же).

Христианство определяет место мира и политических законов с позитивной точки зрения, признавая, что их воплощение требует любви (3, с. 115). Одна из главных заповедей христианства -завещание человечеству Веры, Надежды, Любви. Это этические добродетели, утверждаемые во имя жизни людей (13, с. 136), наполняющие их жизнь смыслом, освещают путь развития человечества. Тоска души, как подчеркивал С. Кьеркегор, недостойна Бога (5, с. 77). Истинная любовь, принесенная христианским посланием, должна реализовываться в благе (1, с. 94). Станет ли оно повседневным добрым делом, помощью ближнему, выльется в шедевр или просто добросовестную работу, зависит от человека. Главное -что это совершится во благо. Прекрасно осознавая такой феномен, как «разочарование миром», принесенный «духом капитализма» (3, с. 112), даже «пафос разочарования», по словам Х.Г. Гадамера (11, с. 54), представители католической церкви тем не менее стремятся сохранить в мире вечные этические ценности христианства. Эти принципы, без сомнения, были, есть и будут, просто современный человек должен не забывать о них, стремясь к воплощению в жизнь, так как на них зиждется сама эта жизнь. Возвращение, сохранение и преумножение этических ценностей, нравственности, сохранение в душе божественного, Святого Духа, нисходящего с небес, - эту задачу ставят католические философы перед современным человеком и обществом. Как и стремление к высшему гуманизму, завещанному человечеству Сыном Божьим.

Бесспорно, современные католические мыслители не могут не признавать сформулированной еще Аристотелем, непререкаемым авторитетом для средневековой католической церкви, телеологической сентенции, согласно которой, высшая цель мыслящих

существ - стремление к счастью (2, с. 27). Однако, реализуя ее, человек не должен забывать и о заповедях, должен действовать без ущемления интересов других людей, ближних и дальних: делать все возможное для воплощения цели, принося людям пользу, -человеку еще только предстоит научиться этому.

Согласно антропологической теории, священное намораживает ледяной торос между человеком и его богом. Прекрасное же, возвышенное заставляют человека таять: заставляют божественное проявляться в человеческом, а человеческое - в божественном (5, с. 77). Однако современные католические философы выражают в этом сомнение, находя прекрасное не только в светском, но и в христианском европейском наследии. Они убеждены, что христианское прекрасное Европы - это общее достояние человечества. Ныне звучит много предложений о важности его сохранения и изучения. Это всегда остается и останется актуальным.

В свое время заслугой христианства стала решимость отвергнуть архаический механизм священного, исключив кровавые жертвы, - этим вопросом занимался, в частности, Р. Жирар (5, с. 81). По его словам, христиане пытались верить в бога, которого, по крайней мере, не надо было бояться (5, с. 82). В этом мыслители находят бесспорный шаг вперед христианства по отношению к предшествующим религиям, тем более что и теперь оно ориентирует на гуманное нравственное поведение.

Одно из значимых посланий, заложенных в учении Христа, католические теологи видят в необходимости развития человека, приумножении его мудрости. На протяжении истории христианства и теологии некоторые католические философы находили счастье в учености. В частности, Иоанн Яндунский не только размышлял о возможности интеллектуального познания Бога для теологов, но и утверждал, что интеллектуальное развитие - реализация божественной природы человека (13, с. 135). Разделяемое рядом католических философов мнение о недоступности вершин познания для людей этот мыслитель считал препятствием, встающим на их пути к собственной реализации (13, с. 136). По его мнению, не верящий в возможность достижения истинного счастья, совпадающего с ученостью, обращается к ложным доктринам (там же). Иоанн Ян-дунский называл философов примерами нравственного поведения. Вера, воодушевляющая познавать Бога, побуждает также к заняти-

ям философией и добродетелям, связанным с этой дисциплиной (13, с. 141). В основе его взглядов лежит утверждение, что Иисус учил любить Бога, т.е. познавать Его (13, с. 142). Бог предлагает человечеству неслыханную свободу выбора, дабы оно смогло хоть отчасти раскрыть хранящееся в божественном разуме (5, с. 87). А. Фермани также повторяет вслед за Аристотелем, что не случайно мудрый считается самым счастливым, так как человеческая душа ориентирована на мудрость. Задача мудреца - развитие практического разума (4, с. 111). Однако этот разум всегда должен оставаться гуманным, таким, как было заповедано человеку Словом Божьим, вечным посланием Христовым. Исходя из двойственности, по мнению ряда мыслителей, компонентов, составляющих дух, - мыслительной и религиозной составляющих, - они полагают, что лишь вместе они делают человека человеком, человеком гуманным (1, с. 92-93). В своих изысканиях человек, даже светский, должен идти по пути, указанному светом истинной веры. Не противопоставляющий их обогащает свое понимание реальности (1, с. 93-94), ибо крайне важно то, что узрела душа, «следуя за Богом» (9, с. 36). Даже если человеку и не дано познать всей божественной премудрости, истинного божественного, то стремление к нему предрасполагает к «глубинному прислушиванию к бытию», более глубокому его осмыслению. Стремление к глубокому познанию похвально, если человек сохранит в себе также стремление к божественному, святому. С другой стороны, догмат о равенстве всех перед Христом, ныне воспринимаемый католическими мыслителями как источник Декларации прав человека (7, с. 492), может интерпретироваться и как предупреждение человека против гордыни, в том числе в связи с собственной ученостью. Именно гордыни, а не гордости - позитивного чувства - за собственные достижения. Еще Антонио Розмини-Сербатти сформулировал: «У Него (Бога) гордецы никогда не выигрывают. В выигрыше смиренные» (6, с. 72). В данном случае эту сентенцию также следует воспринимать именно как предупреждение против гордыни, призыв к постепенному воплощению в жизнь собственных задач наряду с соблюдением заповедей.

Католические философы стремятся предупредить о необходимости не повторять ошибок прошлого. Бог христианства чужд мести и отрекается от жертв, принесенных Ему во гневе. Как уже

говорилось выше, ныне священное уже не воспринимается представителями католической церкви как ледяной торос, намораживаемый между человеком и его богом (5, с. 77). Недаром папа Павел VI приносил извинения за то, что католическая церковь долгое время оставалась равнодушной к внушениям Святого Духа относительно социальных проблем и благотворительности (14, с. 26). Впоследствии католической церковью была проделана большая работа для исправления положения вещей. Осознав допущенные в прошлом ошибки, она постаралась их исправить. Ныне католические мыслители стремятся тщательнее рассматривать как положение вещей в мире, так и деятельность самой церкви, дабы не повторять ошибок прошлого. Нужно постоянно помнить многозначные и крайне значимые слова Иисуса из Евангелия, постоянно открывая в них все новый и новый смысл, но сохраняя главное - данные человеку христианские заповеди.

Список литературы

1. Bello A.A. Ripensando l'Europa con Edmund Husserl e Edith Stein // L'Europa, la malata di cristianesimo / Ed. G. Colombo. - Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 7995.

2. Berti E. Ordine del mondo o gradi dell'essere? La «quarta via» // Il Divino e l'ordine del mondo / Ed. Marassi M., Radice R. - Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 11-27.

3. Bruni L. Gli spiriti del capitalism: Breve giudo al loro discernimento // L'Europa, la malata di cristianesimo / Ed. Colombo G. - Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 97119.

4. Fermani A. L'ordine divino nel'essere umano in Aristotele // Il Divino e l'ordine del mondo / Ed. Marassi M., Radice R. - Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 107-119.

5. Fumaroli M. Il ritirarsi del sacro, mistero di violenza e belezza // Vita e pensiero. -Milano, 2011. - A. 94, N 5. - P. 77-87.

6. Malusa L., Zanardi S. Le lettere di Antonio Rosmini-Serbatti un «cantiere» per lo studioso: Introduzione all'epistolario rosminiano. - Venezia: Marsilio, 2013. -174 p.

7. Mercadente F. Francesco Gentile: Pensare la storia e viverla, in opposizione alla modernitá // Rivista international di filosofía del diritto. - Milano, 2013. - A. 90, N 4. - P. 479-497.

8. Milbank J. Apologia dell'apologetica (purché non sia retrograda) // Vita e pensiero. -Milano, 2013. - A. 46, N 3. - P. 9-16.

9. Pietropaoli M. Reminiscenza e morte in Heidegger a pertire dal «Fedone» di Platone // Rivista di filosofia neo-scolastica. - Milano, 2017. - A. 59, N 1. - P. 35-50.

10. Petrosino S. Michel de Certeau e il respiro della mistica // Vita e pensiero. - Milano, 2015. - A. 98, N 2. - P. 109-113.

11. Ricci Sindoni P. La cattiva coscienza dell'Europa // L'Europa, la malata di cristianesimo / Ed. Colombo G. - Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 5З-60.

12. Sgarbi M. Ludovico Beccadelli sull'immoralita del'anima: Una prospettiva in lingua volgare // Rivista di filosofía neo-scolastica. - Milano, 2014. - A. 106, N. З. -P. 657-686.

13. Vella A. Il ruolo delle credenze religiose nell'ascesa intellettuale a Dio in una Quaestio di Giovanni di Jandun sulla possibilità di conoscenza delle sostanze separate // Rivista di filosofia neo-scolastica. - Milano, 2017. - A. 59, N 1. -P. 1З1-145.

14. Verdon T. Crisi del'immagizione, crisi dell'immagine. Il problema dell'arte sacra in una società secolarizzata // L'Europa, la malata di cristianesimo / Ed. Colombo G. -Milano: Vita e pensiero, 2015. - P. 25-З4.

2018.04.026. СВ. МЕЛЬНИК. ТЕОЛОГИЯ МЕЖРЕЛИГИОЗНОГО ДИАЛОГА. (Обзор).

Ключевые слова: межрелигиозный диалог; теология религий; теология межрелигиозного диалога; религиозная традиция; религиозный опыт; другой; доктрина; исключительность; религиозный плюрализм; инклюзивизм; постмодернизм; зло; философия религии; Второй Ватиканский собор; Святой Дух; воплощение; спасение; евангелизм; экклесиология; истина; христианство; католицизм; индуизм; иудаизм; антисемитизм; ислам; компаративная теология; ритуал; гендер; космополитизм; П. Тиллих; Дж.Г. Ньюмен; Ч. Тейлор; У. Джеймс; Б. Лонерган.

В рефератативном обзоре рассматриваются работы, содержащиеся в выпущенном под эгидой Оксфордского университета сборнике «Прошлое, настоящее и будущее теологий межрелигиозного диалога»1. Сам термин «теология межрелигиозного диалога» связан с новым, находящимся в стадии формирования направлением исследований в области богословия, которое пока не получило широкого распространения в научной литературе. В современной западной христианской традиции и религиоведении значительное внимание уделяется «теологии религий», представляющей собой осмысление соотношения разных религий в контексте степени их истинности и спасительности с позиций собственного вероучения. Теология межрелигиозного диалога рассматривается как развитие

1 The past, present, and future of theologies of interreligious dialogue / Ed. T. Merrigan, J. Friday. - Oxford, U.K.: Oxford univ. press, 2017. - 280 p.