Защита прав и свобод органами законодательной власти

Джамбулатов С. И.

ЗАЩИТА ПРАВ И СВОБОД ОРГАНАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ

2.3. ЗАЩИТА ПРАВ И СВОБОД ОРГАНАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ

Джамбулатов Сераждин Исаевич, канд. юрид. наук. Должность: заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин

Место работы: Кисловодский гуманитарно-технический институт

Аннотация: Задача: задача, которая стояла перед автором статьи - проанализировать особую роль законодательных (представительных) органов государственной власти в сфере защиты прав человека. Автором рассматриваются вопросы законодательного ограничения прав и свобод человека, основания для введения ограничений прав и свобод, границы подобных ограничений. Делается акцент на возможности ограничения прав и свобод человека и подчеркивается, что последние могут быть ограничены только на основании Федерального закона и лишь в том объеме, в котором этого требуют цели защиты закрепленных конституционных приоритетов и ценностей.

Модель: в основу данной работы были положены методы эмпирического и теоретического исследования, традиционной диалектической и формальной логики. Использовались такие методы, как формально-догматический, статистический и другие. Их применение способствовало изучению интересующих автора объектов в их взаимосвязи, целостности, позволило провести всестороннее и объективное исследование.

Выводы: Автор приходит к выводу, что именно деятельность законодательных органов по развитию законодательства согласно принципам и нормам Конституции РФ формирует существеннейшие и не подлежащие замене правовые условия и предпосылки для самого существования и осуществления прав и свобод. Подчеркивается, что введение законодательных ограничений прав и свобод человека и гражданина может носить только временный характер.

Ценность: данная работа может быть полезна студентам, аспирантам юридического факультета для более углубленного изучения отдельных тем по дисциплине «Конституционное право Российской Федерации», по курсу «Права человека», а также может быть использована в учебном процессе

Ключевые слова: законодательная власть; законодательные органы; права и свободы человека; защита; законотворчество; ограничение прав и свобод человека; конституционные принципы

PROTECTION OF THE RIGHTS AND FREEDOMS BY THE BODIES OF THE LEGISLATURE

Djambulatov Serajdin I., PhD at Law. Position: head of chair.

Department: Criminal law disciplines chair

Work place: Kislovodsk humanitarian-technical Institute

Annotation: Task: the task that faced the author of the article is to analyze the special role of the legislative (representative) bodies of state power in the sphere of human rights protection. The author considers the issues of legal restrictions on rights and freedoms of the person, grounds for the imposition of restrictions of rights and freedoms, the boundaries of such restrictions. The author focuses on the possibility of restricting the rights and freedoms of man and emphasizes that they can only be limited under the Federal law and only to the extent required for the purpose of this protection is enshrined in the constitutional priorities and values.

Model: This work is based on the methods of empirical and theoretical research, traditional dialectical and formal logic and such methods as formal dogmatic, statistical and other.

Conclusions: the author concludes that the activities of the legislative bodies in development of legislation in accordance with the principles and norms of the Constitution of the Russian Federation forms the greatest legal conditions for the existence and exercise of rights and freedoms. It is emphasized that the introduction of legislative restrictions on rights and freedoms of man and citizen may be only temporary.

Value: this work can be useful to students, post-graduate students of law faculty for more in-depth study of individual topics on the subject "Constitutional law of the Russian Federation", for the course "Human Rights", and can also be used in the educational process.

Keywords: legislative power; the legislature; the rights and freedoms of the person; protection; legislation; limitation of rights and freedoms; the constitutional principles

Представительным и законодательным органам государства в соответствии с Конституцией РФ не предоставлены функциональные преимущества в вопросах осуществления прав и свобод человека и гражданина, что с точки зрения принципа разделения властей, является абсолютно оправданным. Однако именно действия указанных органов по развитию законодательства согласно принципам и нормам Конституции РФ формируют существеннейшие и не подлежащие замене правовые условия и предпосылки для самого существования и действия, и соответственно, и для осуществления прав и свобод.

Основополагающее влияние на деятельность представительных органов государства с точки зрения гарантии надлежащего осуществления прав и свобод оказывает норма ч.2 ст.55 Конституции РФ, согласно которой «в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».

Исходя из того, что Россия признает и обеспечивает права и свободы человека и гражданина в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, выступающими в качестве элемента ее правовой системы, при этом они как и правила международных договоров Российской Федерации, обладают преимуществом перед нормами национального законодательства, можно сделать вывод, что все законодательные акты Российской Федерации в отношении фиксации прав и свобод должны находиться в соответствии с указанными выше принципами и нормами международного права (Всеобщей декларацией прав человека, Международным пактом об экономических, социальных, культурных, гражданских, политических правах и др.). Это подтверждает и Конституционный Суд РФ, в постановлении которого от 31 июля 1995 г. указывается, что «согласно принципам правового государства, зафиксированным Конституцией РФ, органы власти в своей деятельности связаны как национальным, так и международным правом» [3, ст.3424].

Конституция РФ, предоставляя законодательной власти права для установления всевозможных ограничений прав и свобод, стремится, в то же время, предусмотреть адекватные границы использования подобных ограничений. В связи с чем указано, что последние могут быть установлены Федеральным законом лишь в том объеме, в котором этого требуют цели за-

щиты закрепленных конституционных приоритетов и ценностей.

По этому поводу интересным представляется мнение А.Ф. Квитко, которым отмечалось, что для того чтобы законодательная власть не выходила за границы полномочий, которыми наделил ее Основной Закон, конституционные положения, санкционирующие ограничения прав личности, должны быть сформулированы и определены в действующем законодательстве с максимальной четкостью и ясностью. В законах должно быть обязательно указано, в каких целях, при каких обстоятельствах, в какой степени, в какой форме и каким органом власти допускается ограничение прав и свобод человека [5, с.13].

Это, в частности, подтверждает, что законодательные органы не имеют каких-либо строгих конституционных ограничений для введения при необходимости ограничений прав и свобод при помощи принятия Федерального закона, если будут иметься закрепленные в п.3 ст.55 Конституции РФ основания для подобных ограничений, или принятия Федерального конституционного закона при наличии в государстве чрезвычайного положения с целью обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя.

Законодательные органы в данной ситуации достаточно самостоятельно и под свою ответственность, отталкиваясь только от конституционных условий-ориентиров, устанавливают те меры и те границы, в которых введенные ими ограничения прав и свобод являются целесообразными (п.3 ст.55), а равно принимают решения о границах и сроках конкретных ограничений прав и свобод, введенных на основе принятого ими Федерального конституционного закона в рамках чрезвычайного положения. Таким образом, любое ограничение права может быть допустимо только как мера временного характера. Иначе оно представляло бы собой ничто иное, как отмену права, что недопустимо в силу ч.2 ст.55 Конституции РФ [4, с.28].

Для поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, в том числе при изменении действующего регулирования, федеральный законодатель обязан соблюдать конституционные принципы справедливости, равенства, соразмеренности, а равно стабильности и гарантированности социальных прав и не вправе выполнять регулирование, посягающее на саму суть этих прав и приводящее к потере их действительного содержания; хоть и ставя перед собой цель преградить возможные злоупотребления правом путем введения определенных условий или ограничений, законодатель обязан применять не чрезвычайные, а лишь требуемые и определенные конституционно признаваемыми целями подобных ограничений меры [1, ст.1742].

Последствием того, что не имеется более точной регламентации условий для введения законодательных ограничений прав и свобод, на наш взгляд, являются пониженные действенность и эффективность законодателя в использовании подобного важнейшего конституционно-правового института, как законодательное ограничение прав и свобод человека и гражданина.

Исследование конституционно-правовой природы ограничений законодательными органами прав и свобод, проводимых на основе принципов и норм, установленных Конституцией РФ, как мы считаем, порождает ряд теоретически значимых проблем. К их числу мы относим:

1. Установленные в ст.ст.55 (ч.3), 56 (ч.1) Конституции РФ условия введения законодательными органами ограничений прав и свобод из-за непомерной неопределенности, излишней пространности и расплывчатости в большей мере выступают для законодателя только общим ориентиром для одобрения тех либо других мер в границах закона. Однако, в отношении изучаемых вопросов конституционных критериев, исключающих вовсе или позволяющих существенно уменьшить подобные неопределенность, пространность или расплывчатость, до настоящего времени не выработано.

Необходимо иметь в виду, что имеющие непосредственную связь с государственными, и в первую очередь с законодательными, условиями, объемами и формами осуществления прав и свобод, их ограничение напрямую сопряжено с вводимым исключительно Президентом РФ на территории Российской Федерации либо в отдельных ее местностях, при наличие реальной угрозы агрессии, военного положения, а равно с введением на территории России в целом либо в некоторых ее местностях при наличии соответствующих обстоятельств и в установленном Федеральным конституционным законом порядке, чрезвычайного положения (ч.2 ст.87, ст.88 Конституции РФ). Результат подобных действий нам кажется существенным и неоднозначным, удовлетворимым в данном случае теми неизбежными ограничениями прав и свобод, которые по необходимости повлечет в случае агрессии или непосредственной угрозы введение военного положения. Однако, в силу ч.3 ст.55 Конституции РФ подобные ограничения прав и свобод должны осуществляться лишь в форме Федерального закона. На федеральном уровне законодатель и в данной ситуации, по нашему мнению, обязан согласно Конституции РФ определять особым Федеральным конституционным законом порядок и основания введения и действия режима военного положения с фиксацией границ, условий и сроков вероятных в этой связи ограничений прав и свобод. Это же можно отнести и к Федеральному конституционному закону о введении Президентом РФ чрезвычайного положения.

2. В основе федеративного устройства российского государства положены конституционные разграничения предметов ведения и компетенции Российской Федерации и ее субъектов, включая области совместного ведения, и полноты государственной власти на любом уровне Федеративной системы за рамками ведения и полномочий органов государственной власти иного уровня.

Верховенство Основного закона и федеральных законов гарантирует единство правовой системы, взаимосвязанность и согласованность всей нормативно-правовой базы, применяемой на территории России. В сфере совместного ведения субъекты Федерации объединены лишь регулированием, проведенным федеральным законодателем, а равно Федеративным и другими договорами о разграничении предметов ведения и полномочий. Имея законодательно установленную возможность проводить самостоятельное правовое регулирование в области совместного ведения, субъекты Российской Федерации вправе принимать региональные законодательные акты в двух случаях:

1) когда регулируемые в них вопросы не касаются исключительной компетенции Российской Федерации (ст.71 Конституции РФ);

Джамбулатов С. И.

ЗАЩИТА ПРАВ И СВОБОД ОРГАНАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ

2) в случае, если подобные вопросы не нашли отражения в федеральном законодательстве.

Приоритет в механизме разграничения предметов ведения и компетенции принадлежит федеральным законам. Необходимо дополнительно подчеркнуть, что исходя из ч.1 ст.76 Конституции РФ к исключительной компетенции Российской Федерации относится принятие Федеральных конституционных законов и Федеральных законов, обладающих прямым действием на территории российского государства.

Согласно п.«в» ст.71 Конституции РФ в исключительном ведении Российской Федерации находится регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина гражданства в Российской Федерации, регулирование и защита прав национальных меньшинств. Одновременно, в соответствии с п.«б» ст.72 Конституции РФ) к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов отнесена защита прав и свобод человека и гражданина, защита прав национальных меньшинств.

Государственные органы власти как на федеральном, так и на региональном уровне при реализации возложенных на них полномочий применительно к правам и свободам должны отталкиваться от принципов признания неотчуждаемости основных прав и свобод (п.2 ст.17 Конституции РФ), обладания любым гражданином РФ на ее территории всем комплексом прав и свобод, а также наделения всех граждан РФ равными обязанностями, установленными Основным законом государства (ч.2 ст.6 Конституции РФ), равенства всех перед законом и судом (ч.1 ст.19), а также учитывать, что ограничения прав и свобод могут вводиться исключительно законодателем на федеральном уровне и должны отвечать требованию соразмерности целям, закрепленным Конституцией РФ (ч.3 ст.55).

Затрагивая проблемы адекватности вероятного законодательного ограничения прав и свобод конституционно установленным целям, Конституционным Судом РФ в постановлении от 27 апреля 1998 г. № 12-п [2, ст.2063] было разъяснено, что федеральный законодатель должен гарантировать указанную соразмерность и тогда, когда он передает, к примеру, органам законодательной власти субъектов РФ полномочия по детализации требований к осуществлению гражданином пассивного избирательного права. «Включенная в ст.55 (ч.3) Конституции РФ гарантия прав и свобод человека и гражданина наделяет федерального законодателя обязанностью предусматривать четкие рамки полномочий их законодательных органов. Если законодатель субъекта Российской Федерации превышает пределы переданных ему полномочий, конкретизированных федеральным законом, этим он нарушает ст.55 (ч.3) Конституции РФ.

Введение дополнительных, помимо установленных в Конституции РФ, требований к приобретению гражданином пассивного избирательного права, таких как достижение определенного возраста, длительность проживания на территории конкретного субъекта Федерации приводит к ограничению прав и свобод человека и гражданина. Подобные ограничения согласно ст.55 (ч.3) Конституции РФ не следуют из правомочия субъектов Российской Федерации, зафиксированного в ст.ст.77 (ч.1) и 11 (ч.2): утверждая собственную систему органов государственной власти и формируя их, субъекты Российской Федерации должны действовать

исходя из основ конституционного строя Российской Федерации, включая принцип свободных выборов (ч.3 ст.3), гарантируя свободу волеизъявления граждан, не приводя к нарушению демократических принципов и норм избирательного права» [2, ст.2063].

Как видим, принципы федеративного устройства российского государства могут, что подтверждает конституционно-правовая практика, войти в труднопреодолимые расхождения с принципами правового статуса гражданина, сформировать фактические обстоятельства, способствующие нарушению основных прав и свобод.

Очевиден вывод: законодательная реализация прав и свобод вовсе не ограничивается пределами самих прав и свобод. Прежде всего она направлена на соответствующее обеспечение тех правовых, политических, экономических, социальных предпосылок и требований, в системе которых и вероятно полное и качественное осуществление рассматриваемых прав и свобод.

Список литературы:

1. Постановление Конституционного Суда РФ от 22.03.2007 №4-П «По делу о проверке конституционности положения части первой статьи 15 Федерального закона «О бюджете Фонда социального страхования Российского страхования Российской Федерации на 2002 год» в связи с жалобой гражданки Т.А. Баныкиной» // Собрание законодательства РФ. - 2007. - №14. - Ст.1742

2. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.04.1998 №12-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений части первой статьи 92 Конституции Республики Башкортостан, части первой статьи 3 Закона Республики Башкортостан «О Президенте Республики Башкортостан» (в редакции от 28 августа 1997 года) и статей 1 и 7 Закона Республики Башкортостан «О выборах Президента Республики Башкортостан» // Собрание законодательства РФ. -1998. - №18. - Ст.2063

3. Постановление Конституционного Суда РФ от 31.07.1995 №10-П «По делу о проверке конституционности Указа Президента Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. №2137 «О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской Республики», Указа Президента Российской Федерации от 9 декабря 1994 г. №2166 «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта», Постановления Правительства Российской Федерации от 9 декабря 1994 г. №1360 «Об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности Российской Федерации, законности, прав и свобод граждан, разоружения незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и прилегающих к ней регионов Северного Кавказа», Указа Президента Российской Федерации от 2 ноября 1993 г. №1833 «Об Основных положениях военной доктрины Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. - 1995. - №33. - Ст.3424; 1995. - №35

4. Комбаров, Н.В. Понятие правового института ограничения прав и свобод человека и гражданина (законодательное обеспечение) // Журнал правовых и экономических исследований. - 2008. - №3. - С.21 -30.

5. Квитко, А. Ф. Конституционно-правовые основы ограничения прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2007. -28с.

ОТЗЫВ

на статью кандидата юридических наук Джамбулатова Се-раждина Исаевича «Защита прав и свобод органами законодательной власти» В связи с тем, что в Российской Федерации права и свободы человека признаются высшей ценностью, их защита выступает одним из главных направлений в деятельности органов государственной власти. Особое место среди них занимают законодательные (представительные) органы. Несмотря на то, что этим органам не предоставлены функциональные преимущества в вопросах осуществления прав и свобод человека, но именно их действия по развитию законодательства согласно принципам и нормам Конституции РФ формируют существеннейшие и не подлежащие замене правовые условия и предпосылки для самого существования и действия, и соответственно, и для осуществления прав и свобод.

Автором статьи подчеркивается особая роль органов законодательной власти в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина. Делается акцент на возможности ограничения прав и свобод человека и подчеркивается, что последние могут быть ограничены только на основании Федерального закона и лишь в том объеме, в котором этого требуют цели защиты закрепленных конституционных приоритетов и ценностей.

Определено, что органы законодательной власти в этой ситуации выступают самостоятельно и под свою ответственность, отталкиваясь только от конституционных условий-ориентиров. Делается вывод о том, что любое ограничение права допускается только как мера временного характера.

В рамках проведенного исследования автором выделены проблемные моменты введения ограничений прав и свобод человека и гражданина.

Заведующий кафедрой

гражданско-правовых дисциплин

НОО (НП) ВПО «Кисловодский гуманитарно-

технический институт»,

кандидат юридических наук, доцент

Ю.Н. Шаповалов