Модели семантической модификации фразеологизмов в романе А. Мушга "der rote Ritter" (1993)

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2010. № 6

А.С. Полевщикова

МОДЕЛИ СЕМАНТИЧЕСКОЙ МОДИФИКАЦИИ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ В РОМАНЕ А. МУШГА "DER ROTE RITTER"

Статья посвящена языковой игре в романе А. Мушга "Der Rote Ritter" (1993). Языковая игра рассматривается как важная составляющая игрового пространства романа и анализируется на примере языковой игры с фразеологизмами. В статье описываются модели семантической модификации фразеологизмов как одного из видов возможных фразеологических модификаций.

Ключевые слова: фразеологизм, фразеологическая модификация, семантическая модификация, языковая игра, А. Мушг.

The article deals with a play on words in the novel "Der Rote Ritter" by A. Muschg. As a stylistic device wordplay is considered as an important component of the novel' play-continuum and illustrated by a wide variety of idioms. The article describes the models of idiom modifications in terms of semantic modifications.

Key words: idioms, idiom modifications, semantic modification, wordplay, A. Muschg.

Роман А. Мушга "Der Rote Ritter" («Красный рыцарь») был опубликован в 1993 г. и сразу же привлёк своей необычностью внимание читателей не только в Швейцарии, но и за ее пределами. На страницах романа А. Мушг излагает свою версию истории о Парцифале и волшебной чаше Грааль. В этом смысле А. Мушг, филолог-германист, идет по стопам Вольфрама фон Эшенбаха, пересказавшего для своих современников роман Кретьена де Труа «Персеваль». «Я хочу рассказать Вам по-новому одну историю» ("ein maere wil i'u niuwen"), - говорит средневековый поэт. Подзаголовок романа «Красный рыцарь» - "Eine Geschichte von Parzival" («Одна история о Парцифале»). Это лишь одна из историй. Такой ее увидел А. Мушг. Возможно, другой автор расскажет свою историю.

Своеобразие романа «Красный рыцарь» можно определить как игровой подход к средневековому сюжету. Чтобы заранее настроить читателя на игру, А. Мушг предваряет повествование соответствующим эпиграфом - цитатой из «Натана мудрого» Г.Э. Лессинга:

AL-HAFI Heißt das spielen?

NATHAN Schwerlich wohl;

Heißt mit dem Spiele spielen.

[Muschg, 1993: 7]

Аль-Гафи: Ну, как, по-вашему, игра ли это?

Натан: Нет! Разве лишь игра в игру.

[Лессинг, 1972: 348]

Эта многоступенчатая игра, «игра в игру» продолжается на протяжении всего разросшегося до объема в тысячу страниц романа, пронизывая его сюжет, композицию, образную систему и, наконец, язык. Можно без преувеличения сказать, что язык романа - это своего рода концентрат, сгусток языковой игры во всех ее формах и проявлениях.

Настоящая статья посвящена одному из представленных в романе вариантов языковой игры - игровым модификациям фразе-ологизмов1.

В основе обыгрывания любого языкового явления, как правило, - сознательное нарушение общепринятых языковых норм. Основополагающим, нормативным, признаком фразеологической единицы является ее семантическая целостность, поэтому языковая игра направлена на частичное или полное устранение именно этого признака - за счет трансформации структуры фразеологической единицы, либо за счет актуализации первичного значения одного или нескольких ее компонентов. В.З. Санников называет это явление «реанимацией» первичного значения, которое, несмотря на «вторичный, производный характер» фразеологизма, все же «слабо мерцает» [Санников, 2002: 297].

Поскольку рамки статьи не позволяют изложить все типологические классификации фразеологических модификаций, представленные в отечественной и немецкой лингвистике, для описания языкового материала была выбрана наиболее современная и универсальная классификация Г. Бургера [Burger, 2007]. Г. Бургер выделяет три основных вида фразеологических модификаций:

1. Формальная модификация без семантической модификации (formale Modifikation ohne semantische Modifikation);

2. Формальная модификация + семантическая модификация (formale Modifikation + semantische Modifikation);

3. Семантическая модификация без формальной модификации (semantische Modifikation ohne formale Modifikation).

Формальная модификация без семантической модификации (первый тип) касается только лексического состава фразеологизма,

1 Согласно определению БЭС «Языкознание», фразеологизм (фразеологическая единица) - «общее название семантически связанных сочетаний слов и предложений, которые, в отличие от сходных с ними по форме синтаксических структур, не производятся в соответствии с общими закономерностями выбора и комбинации слов при организации высказывания, а воспроизводятся в речи в фиксированном соотношении семантической структуры и определенного лесико-грамматического состава» [БЭС «Языкознание», 2000: 559].

9 ВМУ, филология, № 6

а также его морфосинтаксической структуры и не затрагивает семантического уровня.

При сочетании формальной модификации с семантической (второй тип) изменение структуры фразеологизма приводит к актуализации свободного значения всего словосочетания или отдельных его компонентов. Итогом становятся сбивающие читателя с толку двусмысленность и возможность двоякого прочтения.

При семантической модификации (третий тип) структура фразеологизма не меняется, а актуализация буквального значения всего словосочетания или отдельных его компонентов происходит за счет семантических связей в контексте.

Этот вариант создания языковой игры с фразеологизмами представляется особенно интересным и будет рассмотрен далее подробнее. А. Мушг использует в романе три модели семантических модификаций:

1. Контекстуальную обусловленность;

2. Синонимическое воспроизведение;

3. Фразеологически связанные и свободные слова в функции однородных членов предложения.

Остановимся подробнее на каждой из названных моделей.

Первая модель, модель контекстуальной обусловленности, позволяет одновременно воспринимать соответствующее слово в контексте и как компонент в составе неделимой фразеологической единицы, и как самостоятельную лексему:

• "Die Bürger hielten ihn für hinreichend verständig, ihrem Handel und Wandel nichts in den Weg zu legen; und für hinreichend jung und närrisch, dass man notfalls mit ihm Schlitten fahren konnte, auch im Sommer. Aber wenn Geschäfte stockten, konnte man mit ihm wohl auch Pferde stehlen, und so kam ihr Jubel vom Herzen" [Muschg, 1993:450].

Уточнение auch im Sommer (даже летом) актуализирует первое значение существительного (der) Schlitten (сани) в составе фразеологизма mit j-m Schlitten fahren (грубо [бесцеремонно] обойтись с кем-либо; распечь, выбранить, отругать). Жители Пельрапер не воспринимают Парцифаля в качестве своего нового господина, несмотря на то, что именно ему они обязаны своим освобождением. Парцифаль для них слишком юн и неопытен, поэтому, если он попытается вмешаться в их дела, с ним можно будет (независимо от времени года) не особенно церемониться.

Название второй модели актуализации несвязанного значения фразеологизма, синонимическое воспроизведение (synonymische Wiederaufnahme), заимствовано из классификации Б. - М. Швай-цер [Schweizer, 1978]2. Эта модель предполагает использование

2 В вышедшей в 1978 г. монографии "Sprachspiel mit Idiomen" («Языковая игра с идиомами») Б. - М. Швайцер впервые выделила и описала механизмы создания и функционирования фразеологической языковой игры в художественном произведении (на материале романов Г. Грасса).

в предложении одного и того же компонента фразеологизма и в составе свободного словосочетания, и в составе фразеологизма. В редких случаях в несвязанном значении воспроизводится фразеологизм целиком.

• "Gegen den (Tod) ist kein Kraut gewachsen, sagte der Mann. - Die Kräuter wissen das, nur die Menschen glauben es nicht" [Muschg, 1993: 633]. - Отшельник Треврицент рассказывает Парцифалю о целительных свойствах папоротника, способного избавить человека от любого недуга, но не от смерти. С ней (смертью) не поспоришь (букв. «еще не выросла такая трава, которая одолела бы ее»). Травы это знают, да люди не верят.

Существительное (das) Kraut (трава), таким образом, актуализирует свое первое значение в составе фразеологизма dagegen ist kein Kraut gewachsen (против этого нет никаких средств, здесь ничем помочь нельзя). Это происходит, с одной стороны, за счет повторного использования в форме множественного числа в комментарии к фразеологизму, с другой - за счет контекста.

В следующем примере синонимическое воспроизведение сочетается с аномальным введением отрицания:

• - Das ist Frau Orgelusens Werk, sagte Herr Lanzelot. - Wir waren schon so gut wie versöhnt, da konnte sie fünf nicht grade sein lassen. - Это работа госпожи Оргелузы, - сказал господин Ланселот. - Когда мы уже было помирились, она не захотела проявить снисходительность.

Необычное использование отрицания nicht в фразеологизме fünf gerade(grade) sein lassen (смотреть на что-л. сквозь пальцы; проявлять снисходительность) обыгрывается в ответной реплике при помощи буквального повтора в несвязанном значении компонентов fünf (пять) и nicht grade (нечетный):

- Fünf sind nicht grade, Herr Lanzelot, sagte Gawan [Muschg, 1993:774]. - Пять - нечетное число, господин Ланселот, - сказал Гаван.

Авторский курсив глагола-связки sind выполняет в данном примере функцию логического ударения и поддерживает буквализацию повторяемых компонентов. В результате фраза da konnte sie fünf nicht grade sein lassen воспринимается читателем и в фразеологическом, и в буквальном значении.

В качестве варианта синонимического воспроизведения может выступать синонимическая эквивалентность, при которой один из компонентов фразеологизма не воспроизводится в контексте буквально, а заменяется синонимом или близким по значению эквивалентом [Schweizer, 1978].

Так, например, во фразеологизме darauf kannst du Gift nehmen (в этом можешь не сомневаться) за существительным (das) Gift

сохраняется его прямое значение «яд», поскольку речь в тексте идет о необходимости отравить соперника, подмешав яд в его питье:

• "Darum wäre uns allen am besten gedient, wenn du dieser Person ein Tränklein mischtest, von dem sie liegen bleibt, und zwar für immer. Dann könnten wir am Ende wenigstens eine Hochzeit feiern... und dass sich Gawan zu trösten wüsste, darauf kannst du selbst Gift nehmen" [Muschg, 1993:729].

Таким образом, контекстуальным эквивалентом существительному (das) Gift в составе фразеологизма является словосочетание ein Tränklein..., von dem sie liegen bleibt.

Третья модель позволяет актуализировать несвязанное значение отдельных компонентов фразеологизма за счет использования в рамках одного предложения в качестве однородных членов фразеологически связанных и свободных слов:

• "Weil es deinen Bruder endlich erwischt hat, der dir die liebe Luft nicht gönnte und die Butter vom Brot stahl? Die Mutter noch dazu?" [Muschg, 1993:65] - Брат героя лишил его не только масла, но и матери.

Семантическая неравноценность однородных дополнений (die) Mutter(мать) и (die) Ви^^масло) в составе фразеологизма j-m die Butter vom Brote nehmen/stehlen (лишить кого-либо лакомого кусочка, поживиться за чей-либо счет) усиливает в приведенном примере комический эффект и дополнительно подчеркивается парцелляцей.

Каждая из описанных выше моделей представлена в романе десятками ярких примеров, оставшимися за рамками настоящей статьи и образующими лишь «верхушку айсберга», поскольку фразеологические модификации - только один из видов языковой игры в общей игре романа.

Частотность и повторяемость определенных игровых моделей позволяет рассматривать их не только как средство создания художественного своеобразия произведения и авторского стиля, но является также подтверждением тезиса о моделируемости и предсказуемости основных типов фразеологических модификаций, опирающихся на структурно-семантические модели, свойственные конкретному языку [Мелерович, Мокиенко, 1997]. Подробное описание функционирования этих моделей в художественном произведении, таким образом, способствует расширению, уточнению и, в конечном итоге, унификации существующих классификаций применительно к функциональному стилю художественной литературы.

Список литературы

БЭС «Языкознание». М., 2000.

Лессинг Г.Э. Драмы, басни в прозе. М., 1972.

Мелерович А.М., Мокиенко В.М. Фразеологизмы в русской речи. М., 1997. Санников В.З. Русский язык в зеркале языковой игры. М., 2002. Burger H. Phraseologie. Eine Einführung am Beispiel des Deutschen. Berlin,

2007 (^Grundlagen der Germanistik 36). MuschgA. Der rote Ritter. Eine Geschichte von Parzival. F. a. M., 1993. Muschg A. Herr, was fehlt Euch. Zuspräche und Nachreden aus dem Sprechzimmer des heiligen Grals. F. a. M., 1994. Schweizer B.-M. Sprachspiel mit Idiomen. Eine Untersuchung am Prosawerk von Günter Grass. Zürich, 1978.

Сведения об авторе: Полевщикова Анна Сергеевна, ст. преподаватель кафедры немецкого языкознания филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: meinepostmgu@yandex.ru