Соотношение самоорганизации, управления и научной рациональности

УДК 130.2 : 001

Н. В. Даниелян

Соотношение самоорганизации, управления и научной рациональности

В статье рассматривается влияние процессов самоорганизации на управление сложными системами при условии рациональной деятельности субъекта познания. Обосновывается мысль, что суть нового подхода к управлению основана не на деятельности субъекта, а на собственных законах эволюции и самоорганизации сложной системы.

The article examines the impact of self-organization processes to the management of complex systems on the assumption of the subject rational activity. The author proves the idea that the main point of the new approach to management isn’t based on subject’s activity but at its own laws of evolution and self-organizing complex system.

Ключевые слова: процесс управления, самоорганизация сложных систем, нелинейная среда, синергетика, субъект, рациональность, социальная система, принцип системности.

Key words: management process, self-organization of complex systems, nonlinear medium, synergy, subject, rationality, social system, principle of systems.

На основе идей И. Пригожина [9] о принципах самоорганизации сложных систем широко развернулись исследования в естественных науках. Самоорганизация оказалась свойством, в равной мере присущим и живой, и неживой природе, а идеи синергетики очень привлекательными для теории управления.

Особенности управления сложными целостными системами на основе понятия информации1 сформулировал Ю.А. Шрейдер:

«Сложная система имеет семиотическую (то есть полноценно языковую) природу информационных связей между подсистемами в противовес простым системам, где имеется функциональная сигнализация. В сложной системе обмен информацией происходит на семантическом уровне (то есть на уровне смысла текста) в противовес простым системам, где все информационные связи осуществляются на синтаксическом уровне» [10, с. 16].

1 Понятие информации играет фундаментальную роль в теории систем. В последнее время понимание информации как субстанции, ответственной наряду с массой и энергией за само существование реальных систем, становится весьма распространенным.

Сформулированные особенности обусловлены уровнем организованности системы. Здесь следует заметить, что проблемами организации систем начал заниматься А.А. Богданов [2]. В основе его работы лежит утверждение о том, что количество возможных организационных форм, в рамках которых может устойчиво существовать материя, гораздо беднее многообразия исходного материала. Следовательно, одни и те же формы организации могут встречаться у объектов самой разной физической природы.

А.А. Богданов не дает строгого определения понятию «организация». Это как бы «первопонятие»: материи всегда присуща определенная организация, которая в свою очередь не имеет смысла без того или иного материального носителя. Организация - это архитектура фрагментов материального мира. А.А. Богданов отводит центральное место в своей тектологии проблемам изменения организации. Он рассматривает структуру не как нечто застывшее, а как непрерывно меняющееся под влиянием не только внешних факторов, но и функционирования системы. Он все время подчеркивает взаимосвязь между развитием организации системы и ее функционированием. При этом может происходить не только прогрессивное развитие организаций, структуры системы, но и застой и даже регресс. Возможны условия, при которых происходит медленное изменение организации. Но могут возникать и такие ситуации, когда смена организационных форм происходит весьма бурно. Следует не говорить о регрессе или прогрессе организационной структуры, а оценивать организацию по ее способностям выполнять те функции, ради которых она была создана. Изменением организационной структуры можно зачастую добиться большего или более быстрого экономического эффекта, чем дополнительными капиталовложениями. Вот почему изучение проблем, связанных с организацией, имеет глубокий практический смысл в экономике.

Организмом в теории управления называют систему, имеющую не только собственные цели, но и определенные возможности им следовать. Любая организация порождает некоторые поведенческие механизмы. Они могут влиять положительно или отрицательно на развитие экономической жизни. Ведь запросы организации как раз и относятся к тем глубоким социальным проблемам, которые непрерывно связаны с экономикой.

Существуют два типа систем: 1) открытая т. е. система, которая взаимодействует с окружающей средой и не может существовать без обмена с ней энергией и веществом; 2) замкнутая, которая использует только внутренние взаимодействия.

Активное использование внешней среды обеспечивает сохранность системы. В случае же с замкнутой системой даже тогда, когда ее мощ-

ность велика, она обречена на деградацию. В рассматриваемом случае понятия «система» и «организация» тождественны. Организация представляется не как нечто застывшее, а как результат непрерывной борьбы противоречий, как непрерывная смена состояний равновесия и активное использование внешней среды, прежде всего, борьба с ней, стремление отыскать такие положения равновесия, которые обеспечивают сохранение системы как единого целого.

А.А. Богданов ввел понятия положительной и отрицательной сукцессии, или селекции, т. е. положительного и отрицательного отбора.

1. В первом случае за счет внешней среды система увеличивает количество внутренних связей, повышает свою сложность. Вместе с этим повышается и эффективность ее функционирования. Предположим, что речь идет о производственном объединении. Положительная сукцессия означает, что в системе возрастает специализация отдельных слагаемых объединений. Но это приводит к неизбежному увеличению количества внутренних связей. Происходит более глубокое распределение обязанностей, возникает кооперирование и т. д. Все эти меры ведут к повышению эффективности производства. Но вместе с этими положительными моментами растет и неустойчивость системы, слабеет ее способность противостоять внешним воздействиям, ибо нарушение какой-либо из связей или кооперативного договора может подорвать всю экономическую мощь системы. Вот почему все связи, и в первую очередь кооперативные договоры, должны время от времени пересматриваться. Одновременно с положительной селекцией растут и внутренние противоречия системы. Отдельные ее части приобретают вместе со специализацией и известную автономию, возникает тенденция к превращению их в самостоятельные организмы, обладающие самостоятельными целями, которые могут уже не совпадать с целями всей системы. Располагая определенными возможностями достижения собственных целей, составляющие системы могут начать действовать вопреки общим целям, наперекор системе в целом. То есть положительная селекция может обострить противоречия частей и целого. Пример положительной селекции - стандартизация, специализация, кооперирование отдельных производств. Такие системы плохо переносят крупные технологические перестройки, ими трудно управлять, если они достигают больших размеров.

2. Отрицательная селекция удаляет все взрывоопасные очаги, повышает однородность системы и степень централизации. В такой системе повышается порядок и систематизация всех действий. Отрицательная селекция повышает структурную устойчивость системы, но одновременно снижает функциональную эффективность организации. Пример отрицательной селекции - возникновение конгломератов, объединяющих разные производства, или тенденция к отказу одновременно с увеличе-

нием производства, от кооперации и заведению некоторого подобия натурального хозяйства.

Централизация облегчает создание новых связей, позволяет проводить специализацию, повышает общую производительность труда. Однако с увеличением масштабов производства централизованная переработка информации становится все более трудной, качество управления снижается. Тенденция к самостоятельности в этих случаях у отдельных звеньев начинает работать против всего организма. Централизации становится все более трудно совершенствовать технологии и внедрять достижения научно-технического прогресса. Следующий шаг в развитии тенденции централизации - появление монополий с их стремлением к закреплению status quo.

При повышении степени децентрализации отдельные элементы, которые менее организованны, проявляют большую способность к адаптации. Их инициатива определена самостоятельностью, расширяет возможности преодоления отдельных помех. Разумная степень децентрализации в этих условиях защищает организацию в целом. Чрезмерная децентрализация лишает систему возможности фокусировать усилия ее элементов на достижении общих целей, затрудняет проведение специализации и т. д.

Особое место в тектологии занимают проблемы кризисов и катастроф. Тектология формулирует существование критических ситуаций как некоторый общий закон. Чем сложнее система, тем у нее больше шансов столкнуться в процессе развития с кризисной ситуацией, с необходимостью перестройки организации. Отсюда следует важный практический вывод: для того чтобы критическая ситуация не застала управляющего врасплох, необходимо научиться анализировать текущий процесс в системе и предсказывать его развитие.

Часто под управлением понимается целенаправленное воздействие на систему различного рода факторов с учетом свойственных этой системе закономерностей для перевода ее (этой системы) из одного состояния в другое. Иногда управление трактуется как разработка, проектирование и создание условий, побуждающих людей эффективно трудиться. При этом непонятным образом забывается факт, что каждый человек сам собой управляет и имеет собственное внутреннее поле управления, являясь самоорганизующейся системой.

В философско-методологической литературе заметна ориентация на исследование функционирования и развития систем коллективной, меж-субъектной деятельности. При этом в большей степени уделяется внимание формированию индивидуального субъекта как субъекта сознания и познания. Можно согласиться, например, с В.А. Лекторским в том, что субъект сознания и познания возникает лишь постольку, поскольку он

выступает как участник коллективной деятельности, т. е. «включается в определенную объективную систему отношений к другим субъектам и овладевает социальными способами деятельности» [6, с. 180-181].

Внутреннее поле управления исследователя представляет собой довольно сложное явление, которое, в частности, А.Ф. Лихин характеризует как:

1) динамический процесс формирования личностных ценностей, интересов, мотивов, установок и намерений;

2) специфический механизм приобретения личного социального опыта на основе наследственных задатков и избирательного отношения к общей и конкретной среде формирования его личности и его сознательной деятельности [7].

В этом смысле любая научная организация есть согласование внутренних полей управления ее сотрудников, т. е. имеет место процесс управления сложной самоорганизующейся системой. Поскольку внутреннее поле исследователя целостно, динамично и исторично, то попытки описать его через наукометрические, социологические и социопсихологические инструменты без философско-методологического осмысления приводят, как правило, к отрицательным результатам. Поэтому идея нахождения философско-теоретической связки между исследованиями науки в философии, методологии и истории науки и наукометрическими, социопсихологическими, экономическими, информационными и социологическими исследованиями весьма значима и актуальна. В философии, методологии и истории науки, а также равным образом и в социологии науки, наукометрии, психологии науки, экономике науки и т. д. сегодня разработано много плодотворных идей, касающихся развития научных исследований, таких как личностные знания, программа деятельности, стиль мышления, тематический анализ, парадигма, когнитивная структура и т. д. В то же время задача воплощения этих знаний в практической плоскости управления и в организации научных исследований не имеет пока решения.

Данную проблему, например, можно решить, если рассматривать процесс управления отдельными системами в качестве основанного на целевых критериях. Для отдельных этапов процесса управления и для отдельных подсистем (сотрудников организации) глобальная цель системы порождает локальные цели, образующие упорядоченное множество. Так, некоторая локальная цель предшествует другой локальной цели, если достижение первой есть необходимое условие достижения второй. Наличие структуры четко определенных целей обычно связано с ясной иерархией уровней управления. В системах, управляемых по принципу целеполагания, всегда выделяются лидирующие подсистемы - те, которые ответственны за проверку соответствия поведения системы заданным целям. В этом случае уже представляется существенным, чтобы

сигнализация между системами носила семантический характер, т. е. чтобы сообщения обладали инвариантным смыслом [1, с. 120].

Таким образом, целостность накладывает свой отпечаток на все традиционные методы анализа научных данных. От теоретикомножественного подхода требуется объединение с системными представлениями о реальности; вероятностный подход к описанию поведения целостности уступает место информационно-кибернетическому. Перед последним ставится сложная задача анализа семантической информации. Необходимо найти некий эквивалент - связующее звено между описанием связности системы (ее структуры) и ее организованности (способа управления). Это позволит избежать описанных выше парадоксов, возникающих при анализе поведения целостности. Таким эквивалентным показателем может оказаться соотношение хаотических и упорядочивающих процессов. Действительно, как при описании состояния (при выявлении структурно-функциональных параметров), так и при описании организованности - последовательности состояния - происходит производство хаоса и порядка. Здесь имеет место использование принципов синергетики, где накопилось много методов изучения хаотических процессов. Изучение соотношения хаоса и порядка в системе позволяет описать поведение системы с элементами, наделенными свободой воли (которая и индуцирует хаос в системе). Формирование динамического хаоса определяется неустойчивостью траектории развития событий. Происходит комбинация взаимной конкуренции событий и их синхронизации, что приводит к установлению весьма сложных структур.

Социальные системы - то замкнутые, то частично открытые сложные неравновесные системы, внутри которых происходят процессы производства энтропии. Напомним, что система называется замкнутой, если она обменивается со средой только энергией; если она обменивается еще и веществом (элементами), то она представляет собой открытую систему. Областью применения метода являются в значительной степени закрытые по веществу (под веществом понимается совокупность индивидов, т. е. сотрудников системы) и открытые по энергии и информации системы.

Таким образом, для функционирования социальной системы необходимо наличие такого свойства элементов, ее составляющих, которое обеспечивало бы присутствие динамического хаоса как основного источника самоорганизации. Этим свойством является свобода принятия решений, обеспечивающая огромные вариации управления индивидуальным и социальным поведением индивидов, составляющих систему. Свобода воли элементов, с одной стороны, вносит в систему хаос, усиливая непредсказуемость ее поведения, а с другой - принципы управления придают процессам жестко детерминированный характер вследствие це-леполагания и целеустремления.

Из всего вышеизложенного можно заключить, что для создания общей схемы управления социальными системами можно принять за основу некое теоретическое «ядро», которое в качестве базы системных законов использует основания синергетики - теории хаоса и структурообразующей роли синхронизации свободной и разнообразной активности элементов системы. С другой стороны, синергетическое мировидение позволяет по-новому подойти к проблеме эффективного управления развитием сложных систем (когнитивных, социоприродных, экологических, географических, экономических и т. п.). С точки зрения синергетики неэффективное управление природной, когнитивной или социальной системой заключается в навязывании системе некоей формы организации, ей несвойственной, чуждой. Такое управление в лучшем случае делает все человеческие усилия тщетными, а в худшем - даже наносит настоящий вред, приводит к нежелательным и труднопоправимым кризисным состояниям. С такого рода «эффектом бумеранга» сталкивается человек, если он не принимает во внимание неоднозначные, нелинейные обратные воздействия сложноорганизованных иерархических систем на человека.

Нынешний этап развития науки характеризуется изменением ее фундаментальных основ - переходом от закрытых систем и их организации на основе внешних и внутренних силовых воздействий к открытости Мира и его самоорганизации; от детерминизма к более широкой его трактовке, включающей вероятность; от равновесия, устойчивости, обратимости к неравновесности, неустойчивости и необратимости. Это новый этап в развитии не только науки, но и философии, для которого характерна их растущая интеграция. М.К. Мамардашвили так описывает происходящие изменения:

«Важно происходящее внутри индивидуального переживания, во внутрь протянутом измерении эмпирического факта испытания, то есть эмпирического факта эмпирического опыта. Он не есть простое, рефлексивно приводимое к форме повторение сущности в том смысле, что в этих случаях мы не можем предполагать заранее данного (или пред-данного) мира законов и сущностей» [8, с. 17].

Речь идет о том, что при рассмотрении становления системы не работает классический принцип, согласно которому «акт воспроизводства и снова наблюдения явлений не влияет на объективный ход вещей, никоим образом не меняет сущности» [8, с. 16]. Можно заключить, что случайно сложившиеся условия оказывают влияние на выбор пути дальнейшего развития системы и в естественных процессах самоорганизации, и при попытке наблюдения за становлением системы, когда наблюдатель может оказать случайное воздействие на систему, хотя и он сам подвержен влиянию в период становления системы. Такое влияние оказывается

на человека и в других нелинейных ситуациях самоорганизации, например, экологической, социальной, психологической.

В описанных условиях необходимо появление новой мировоззренческой парадигмы. И таковой во многом является синергетика, которая позволяет по-новому взглянуть на соотношение человека и природы, фундаментального и конкретно-научного знания, естествознания и философии, бытия и познания, теории и практики, человека и общества. По определению В.С. Егорова,

«синергизм - течение философской мысли и мировоззренческий подход, имеющий своим естественно-научным основанием синергетику (теорию самоорганизации), исходящий из открытости Мира как миропроявления, то есть приоритетности природной активности по отношению к активности человека как субъекта познания и деятельности, что вытекает из исходной расположенности материального и идеального начал Природы, их взаимопроникновения и взаимодействия» [4, с. 5-6].

Синергетика основана на идеях системности, целостности мира и научного знания о нем, общности закономерностей развития объектов всех уровней материальной и духовной организации, нелинейности (многовариантности и необратимости) развития, глубинной взаимосвязи хаоса и порядка (случайности и необходимости). «Синергетика дает новый образ мира. Этот мир сложно организован. Он открыт, то есть является не ставшим, а становящимся, не просто существующим, а непрерывно возникающим миром» [5, с. 15], который эволюционирует по нелинейным законам. Предлагается качественно новая картина мира не только по сравнению с той, которая лежала в основаниях классической науки, но и той, которую принято называть квантоворелятивистской картиной неклассического естествознания первой половины XX в. «Происходит отказ от образа мира как построенного из элементарных частиц - кирпичиков материи - в пользу мира как совокупности нелинейных процессов» [4, с. 56]. Последнее означает, что этот мир полон неожиданных поворотов, связанных с выбором путей дальнейшего развития.

С точки зрения рациональности важно учитывать то обстоятельство, что объяснение и предсказание в линейных и нелинейных теориях не совпадают по своей логической структуре. Возникает необходимость в корне изменить способ теоретического обоснования вмешательства субъекта в ход процессов самоорганизации. Главное, что меняет позицию действующего субъекта и делает невозможным ориентир на прежний идеал рациональности, по мнению И.С. Добронравовой, - это «изменения соотношения сущности и явления при переходе от стационарных процессов, описываемых линейной наукой, к процессам становления, являющимися предметом синергетики как феномена постнеклассической науки» [3, с. 313].

Знание принципов самоорганизации сложных систем дает новые надежды. Уже одна синергетическая идея о поле путей развития всякой нелинейной среды позволяет человеку оптимистично смотреть в будущее. Действительно, во-первых, раз существует множество путей развития, т. е. путь развития не предопределен, не единственен (даже в самых простых системах природы), значит, у человечества есть возможность выбора лучшего, оптимального для него пути. Во-вторых, хотя путей развития может быть очень много, но их количество не бесконечно. Следовательно, реализуемы в данной нелинейной системе далеко не все те направления развития, которые представляются желательными субъекту управления. Знание ограничений, того, что в принципе нельзя осуществить в данной среде, знание своего рода эволюционных принципов запрета - это само по себе очень ценное для человека знание. Человек знает, к примеру, что нельзя изобрести вечный двигатель, черпать энергию из ничего. И тогда он уже не будет тратить материальные средства, время и свои собственные усилия впустую. В-третьих, человек может рассчитать оптимальные для себя и, что не менее важно, осуществимые сценарии развертывания событий.

«Зная спектр структур-аттракторов развития, он может описать, как должна строиться эта будущая желательная для него организация элементов мира. И самое главное - действуя от целей-аттракторов, от идеала, он обретает возможность правильно инициировать желательные направления самоструктурализации систем уже сегодня, не дожидаясь осуществления длительного процесса их собственного выхода на нужные аттракторы» [5, с. 79].

Стало быть, человек в состоянии ускорить эволюцию, сократить многочисленные блуждания постепенного эволюционного пути, избежать тех нелепых и пустых попыток, которые все равно будут разрушены, размыты диссипативными процессами. Ведь ни одна сложная живая система в ходе своего онтогенеза не повторяет весь путь эволюции; она сокращает его в миллиарды раз, научившись составлять генетические программы, матрично дублировать, сразу выходить на почти идеальные, совершенные формы. Вся природа устроена так, что в ней имеют силу принципы экономии и ускорения эволюции.

Проблема состоит в том, чтобы определять набор собственных структур, характерных для каждой открытой нелинейной системы (среды), способной к самоорганизации, а также следовать естественным тенденциям процесса саморазвития в этих структурах. Суть нового подхода к управлению заключается в ориентации его не на внешнее, а на внутреннее, на нечто имманентно присущее самой среде. Иными словами, он ориентирован не на желания, намерения, проекты субъекта экспериментальной, конструкторской, реформаторской, перестроечной и т. п. деятельности, а на собственные законы эволюции и самоорганизации

сложной системы. При этом главное - не сила (величина, интенсивность, длительность, всеохватность и т. п.) управляющего воздействия, а его согласованность с собственными тенденциями самоструктурирования нелинейной среды, т. е. правильная топология (пространственная и временная симметрия) этого воздействия.

Список литературы

1. Богатырева О.А. Возможности и ограничения синергетического подхода к изучению социальности как системного явления // Современная картина мира. Формирование новой парадигмы. сб. ст. / отв. ред. Э.А. Азроянц,

B.И. Самохвалова. - М.: Новый век, 2001. - С. 116-133.

2. Богданов А.А. Тектология. Всеобщая организационная наука. - М.: Финансы, 2003. - 496 с.

3. Добронравова И.С. Постнеклассическая рациональность и философские основания синергетической методологии // Постнеклассика: философия, наука, культура / отв. ред. Л.П. Киященко, В.С. Степин. - СПб.: Мiръ, 2009. -

C. 296-314.

4. Егоров В.С. Рационализм и синергизм. - М.: Советский спорт, 1996. -308 с.

5. Князева Е.Н. Одиссея научного разума. - М.: ИФРАН, 1995. - 228 с.

6. Лекторский В.А. Субъект, объект, познание. - М.: Наука, 1980. - 355 с.

7. Лихин А.Ф. О перестройке систем управления в науке // Научный прогресс: когнитивный и социокультурный аспекты / отв. ред. И.П. Меркулов -М.: ИФРАН, 1993. - С. 180-195.

8. Мамардашвили М.К. Классический и неклассический идеалы рациональности. - СПб: Азбука-классика, 2010. - 288 с.

9. Пригожин И. От существующего к возникающему: Время и сложность в физических науках / пер. с англ. - М.: КомКнига, 2006. - 296 с.

10. Шрейдер Ю.А., Шаров А.А. Системы и модели. - М.: Радио и связь, 1982. - 152 с.