Индонезия в 2007 году

© Другое А.Ю.

ИВ РАН

ИНДОНЕЗИЯ В 2007 ГОДУ

Основные политические процессы в Индонезии в рассматриваемом году были связаны с предстоявшими в 2009 г. парламентскими и президентскими выборами, что деформировало акценты, придав излишнюю нервозность полемике. Причиной в большой мере были слабости индонезийской элиты, ее неспособность порой подняться над групповыми интересами, над стремлением делить власть, а не ответственность. Это накладывало отпечаток на отношения между партиями, между ветвями власти и, в частности, между президентом С.Б. Юдой-оно и вице-президентом Ю. Калла.

В июне-июле 2007 г. наметилось блокирование между Голкаром, выступавшим как проправительственная партия (глава - Ю. Калла), и оппозиционной Демократической парией Индонезии (борющейся) - соответственно 129 и 109 мест в парламенте из 550. В Медане 20 июня состоялся совместный митинг сторонников двух партий. Один из лидеров ДПИ(Б) Тофик Кимас (муж председателя партии М. Сукарнопутри) говорил, что после победы на выборах в парламент в 2009 г. возможно выдвижение совместного кандидата в президенты. Сурья Палох (Голкар) сказал, однако, что такая коалиция не планируется и скорее речь пойдет о взаимодействии в парламенте. Есть предположение, что руководство Голкара пыталось побудить президента дать партии больше мест в кабинете1. Еще одна встреча лидеров двух партий прошла 24 июля. Эти контакты вновь показали шаткость союза между президентом и его ближайшим сотрудником. В начале октября Ю. Калла заявил, что в 2009 г. они с президентом могут расстаться, а двумя месяцами позже, что Голкар не обязательно поддержит С.Б. Юдойоно на выбо-рах2.

Другой вопрос, насколько Ю. Калла контролирует события в партии, несмотря на свои финансовые возможности (уроженец Ю. Сулавеси, он принадлежит к влиятельному промышленному клану). С его фракцией в Голкаре соперничали

группировки спикера парламента Агуса Лаксоно и министра народного благосостояния Абуризала Бакри, ставшего в 2007 г. самым богатым человеком в стране после шестого места годом ранее - его состояние оценивалось в 5,4 млрд. долларов (инфраструктура, телекоммуникации и угледобыча, за счет кото-

3

рой капитал А. Бакри за год вырос вдвое) . Свою роль в 2009 г. может сыграть этнический фактор: в Индонезии пост президента традиционно занимает яванец. (Уроженец Сулавеси

Б.Ю. Хабиби в 1998г. возглавил государство автоматически как вице-президент при досрочной отставке Сухарто). Попутный вопрос: подтверждает ли случай с А. Бакри, что крупный индонезийский (туземный, не китайский) капитал идет во власть. Первыми здесь были Ю. Калла и упоминавшийся выше С. Палох, крупный медиамагнат.

С.Б. Юдойоно и Ю. Калла, похоже, не смогли разделить функции: напористый и энергичный вице-президент не принял традиционной для его поста протокольной роли и решил подчинить себе экономическую сферу. Он расширил прерогативы, данные ему президентом, создав аппарат в 200 человек, своего рода правительство в правительстве, и министры с трудом находят линию между двумя боссами4. Политические выступления Ю. Калла тоже не всегда согласовывает с президентом, яванской ментальности которого присущи сдержанность и осмотрительность, по мнению многих, граничащие с нерешительностью. Отсутствие гармонии в верхах государства, предосудительное в традиционной политической культуре, подрывает авторитет власти в глазах населения.

В сентябре заявили о намерении участвовать в президентских выборах А. Вахид, М. Сукарнопутри и бывший губернатор Джакарты генерал Сутийосо. Его поддержал Союз отставных военнослужащих во главе с бывшим вице-президентом ге нералом Три Сутрисно5. Вероятными претендентами считались также С.Б. Юдойоно, Ю. Калла, султан Джокьякарты Хаменгку Бувоно Х, генерал Сутийосо, генерал Виранто, лидер Партии национального мандата Сутрисно Бахтиар, сменивший А. Раиса, и лидер мусульманской просветительской организации Мухаммадья Дин Шамсуддин6. Но высказывалось мнение, что появление на предвыборных подмостках одних и тех же

деятелей лишает общество выбора. По мнению политолога Томми Легово, партии больше руководствуются внутренними интересами, игнорируя интересы населения . Один из лидеров Мухаммадьи выразился резче: «Демократия оказывается бедствием, став орудием в руках безответственных людей с мелкими душами и узким мышлением. Именно это происходит в Индонезии. Нынешние политики более склонны ориентироваться на

победу своей партии. До выборов еще два года, а все они толь-

8

ко о них и думают» .

Эти оценки небезосновательны. Вряд ли оправдано появление среди вероятных кандидатов больного А. Вахида, подвергнутого импичменту в 2001 г. (при всех его личных достоинствах). Да и шансы М. Сукарнопутри пока представляются слабыми. Но для смены кандидата нужно менять лидера партии, а это часто грозит кризисом. Ряд партий создан вокруг одного деятеля, чей уход может пагубно сказаться на рейтинге. Однако общество ощущает потребность в новых людях, что доказывает фигура генерала Сутийосо с его неоднозначной карьерой - служба в 1970-х гг. в спецназе на В. Тиморе, разгром штаб-квартиры Демократической партии Индонезии в 1996 г.

Кампания против С.Б. Юдойоно была развернута в кругах элиты. Бывший спикер Народного консультативного конгресса А. Раис обвинил его и Ю. Калла в получении средств на свои кампании от США (по слухам 50 млн. долл.) и от министра морского и рыбного хозяйства. Обвинения не подтвердились9. Заместитель спикера парламента (снятый перед этим со своего поста за двоеженство) заявил, что С.Б. Юдойоно, поступая в военную академию, куда не принимали женатых, скрыл свой брак. Начальником академии был генерал Сарво Эдди Вибово, на его дочери молодой офицер позже женился. Президенту и здесь удалось оправдаться10. Ему пришлось также публично опровергать мнение суеверных сограждан, будто серия природных бедствий связана с тем, что он лишился «благодати небес»11. Пресса отмечала, что С.Б. Юдойоно стал нервно реагировать на критику. В декабре 2006 г., он обрушился на иностранные СМИ за необъективную информацию об Индонезии, которая отпугивает инвесторов12. В январе президент призвал

объективно посмотреть, кто из лидеров реально работает в интересах народа, а кто лишь бросается словами. Это связали с выступлениями М. Сукарнопутри, сказавшей, что он должен добиваться популярности не словами, а делами, и Три Сутрис-но, говорившего о слабости национального руководства13.

К концу 2007 г. стратегическое преимущество было у С.Б. Юдойоно. Его люди занимали ключевые военные посты -начальника генерального штаба, главкома вооруженных сил, командующего стратегическим резервом, начальника штаба армии и в большинстве военных округов14. По данным опросов, в декабре 2007 г. 30,5% избирателей голосовали бы за ДПИ(Б), 12,9% за Голкар и 4,8% за Партию демократов, опору президента15. На президентских выборах действующий глава государства получил бы голоса 38,1% избирателей, М. Сукарнопутри 27,4%, Хаменгку Бувоно Х - 6,3%, А. Раис -5,4%, генерал Виранто и А. Вахид по 4,8% и за Ю. Калла лишь 3,8%16. Отметим отсутствие корреляции между уровнем поддержки С.Б. Юдойоно и его партии.

В марте 2007 г. президент создал Консультативный совет из девяти видных деятелей, принадлежавших к различным политическим течениям и эпохам. Али Алатасу, министру иностранных дел времен Сухарто, поручались международные вопросы, видному правозащитнику А.Б. Насутиону - правовая сфера, Э. Салиму, одному из архитекторов экономического курса «нового порядка» - окружающая среда и экономика, Р. Сукарнопутри, родной сестре и оппоненту бывшего президента - политические вопросы17. С.Б. Юдойоно вновь продемонстрировал преемственность по отношению ко всем предыдущим режимам. Смерть в 2008 г. бывшего президента Сухарто избавила власть от необходимости отвечать на призывы общественности предать его суду за хищения и нарушения прав человека в 1966-1998 гг. Судебный процесс мог повести к делегитимации режима Сухарто и выходцев из него, занимающих ныне видные места в Индонезии.

В мае 2007 г. президент произвел перестановки в кабинете. Министра транспорта Хатта Раджаса (Партия национального мандата) после многочисленных катастроф в воздухе и на море сменил директор государственной аэрокосмической ком-

пании «Диргантара». Джусман Джафии Джамал. Министр юстиции и по правам человека Хамид Авалуддин, человек, близкий к Ю. Калла, был освобожден от своей должности и позже назначен послом в Москве. Его место занял Анди Матталата (Голкар), а на пост госсекретаря, который раньше занимал Юс-рил Иза Махендра, переместился упомянутый выше Х. Раджа-са. Заменены были также министры госпредприятий, коммуникаций и информации, и по проблемам отсталых территорий, а также генеральный прокурор18.

На праздновании 43-й годовщины партии Голкар 25 ноября президент заявил, что в Индонезии демократия не конечная цель, а средство достижения блага народа19. Ю. Калла в другом случае был категоричнее, призвав не делать демократию религией, как это происходит в Америке, которая от имени демократии вторглась в Ирак, вызвав не прекращающийся хаос. В Индонезии следует действовать в соответствии с целями государства. Если демократические методы представляются неэффективными, сложными, дорогостоящими и создают внутренние распри, то их нужно менять. Можно упростить и удешевить все выборы и сделать так, чтобы они не вызывали кон-

20

фликтов в обществе . В интервью газете «Компас» 6 декабря Ю. Калла утверждал, что не умаляя значения демократии, лишь хотел разграничить цели и методы достижения благосостояния. «Прежде всего, зададим вопрос - какая демократия подходит к нашим условиям. В Вашингтоне я говорил членам Конгресса и предпринимателям: вам нужна не демократия, а стабильность. Посмотрите: Индонезия проводит реформы, американцы приезжают, благодарят нас, называют великой демократией, а затем вкладывают деньги в Китае, хотя там режим не демократический». Эта аргументация в чем-то похожа на доводы Су-карно в 1950-х гг. в пользу перехода от парламентаризма к «направляемой демократии» и может найти отклик у значительной части общественности, разочарованной ходом и результатами реформ.

Высказывания Ю. Калла вызвали преимущественно негативный отклик. В них усмотрели пролог к сворачиванию демократических реформ. Этот феномен отчасти уже имеет место. Профессор Университета Индонезия М. Абдиллах в интервью

газете «Компас» (27.01.2007) сказал: «Демократия, которую мы создаем, породила лишь новых политиков со старым поведением». Эти слова отражают разочарование значительной части населения «вязким» процессом реформ. Торможение этого процесса отразилось и в нежелании правящей элиты отойти от подхода репрессивного режима Сухарто к ряду вопросов индонезийской истории, в частности, к трактовке событий 30 сентября 1965 г., положившим начало кровавому террору. В мае 2007 г. прокуратура в ряде провинций конфисковала учебники истории, где упоминались учения, противоречащие государственной идеологии, в т.ч. марксизм, давалась трактовка событий 30.09.1965 г., отличная от официальной, упоминалось о холокосте и содержался портрет М.С. Горбачева. В столице в августе были сожжены 10 тыс. учебников, где отсутствовала официозная версия этих событий, возлагающая вину за них на левые организации21.

За посты губернатора и вице-губернатора Джакарты 8 августа 2007 г. боролись Ф. Бово и Приятно при поддержке 20 партий, включая все крупнейшие, и А. Дараджатун и Д. Анвар, выдвинутые радикальной исламской Партией справедливости и процветания. При явке менее 70% избирателей за первую пару

проголосовали 1770 тыс., а за их оппонентов 1325 тыс.

22

(163 тыс. бюллетеней было признано недействительными) . При неравенстве сил проигрыш исламистов был минимальным, показав высокий уровень оппозиционных настроений в Джакарте. Среди сторонников кандидата ПСП 72% имели не ниже

23

среднего образования, у его оппонента таковых было 63%23. В 2004 г. на выборах в муниципальный совет столицы эта партия получила лишь 23% голосов. ПСП активно помогала жертвам наводнений в Джакарте в 2006 и 2007 гг. в отличие от властей, которых обвиняли в неповоротливости24.

Этот феномен достоин изучения. В столице уровень жизни выше, чем в регионах, что, казалось бы, способствует умеренности населения. Но почти половина жителей поддержали кандидата радикальных исламистов. Заметим, что до 1998 г. в Джакарте серьезных успехов добивалась Партия единства и развития, представлявшая мусульманскую общину и находившаяся в лояльной оппозиции правящему режиму. Сейчас же

происходит процесс «ползучей исламизации», находящий благодатную почву на местах в условиях автономизации регионов. Местные власти вводят исламские нормы в качестве обязательных под лозунгом борьбы за упрочение морали. Населению эти меры дают ощущение определенности, столь необходимое в условиях реформ. Минвнудел Мардиянто, принадлежащий к ДПИ (Б), выступающей против институционализации шариата, заявил, что не видит необходимости пересматривать принятые на местах акты, которые лишь утверждают исламские «можно» и «нельзя»25. В последние два года около 10% региональных образований (кабупатенов) ввели законы шариата, запретив

проституцию, азартные игры, потребление алкоголя и предпи-

26

сывая строгие фасоны одежды и другие ограничения . Это в большой мере вызвано несовершенством деятельности правоохранительных органов и их коррумпированностью. Но нормы шариата и обычного права (адата) далеко не всегда отвечают современным представлениям о свободах и правах человека, в особенности, женщин. Широкие полномочия de factо получили экстремистские исламские организации.

Это сказывается на положении религиозных меньшинств. В 2007 г. более 70 христианских храмов подверглись нападениям исламистов или были вообще закрыты. По словам представителя Международной кризисной группы в Джакарте Сидни Джоунс, власти откровенно закрывают глаза на случаи наси-

27

лия . Это лишь отчасти верно. В конце января 2007 г. в г. По-со на Центральном Сулавеси в ходе операций против исламских боевиков было убито 11 экстремистов и погиб офицер по-

28

лиции, 25 человек были арестованы . В декабре был вынесен приговор четырем экстремистам за убийства христиан в Ц. Сулавеси. К 19 годам тюрьмы был приговорен М. Басри, застреливший в 2005 г. священника и обезглавивший трех школьниц-христиан. Его сотоварищи получили по 14 лет, в частности, за взрыв на рынке в городе Тентена с преимущественно христианским населением, где погибло 22 человека. Выслушав приговор, М. Бисри сказал, что они были готовы принять смерть. Неделей раньше за аналогичные акции шестеро экстремистов по-

29

лучили от 10 до 18 лет тюрьмы . Власть существенно смягчила

наказания исламистам, опасаясь реакции мусульманской общины.

Исламистская организация Хизб-ут-Тахрир Индонесиа (Партия освобождения), ставящая целью создание халифата, собрала 12 августа 90 тысяч своих сторонников на стадионе в Джакарте. Ее лидеры заклеймили демократию, поскольку власть принадлежит Богу, а не народу. Еще в 2005 г. сходную

30

по смыслу фетву принял Совет улемов Индонезии . На митинге было выдвинуто требование, чтобы лидеры и народ Индонезии отказались от секуляризма как причины всех зол. Но идею халифата не разделяют многие лидеры мусульман. Глава организации Мухаммадья Дин Шамсуддин отверг ее как противоречащую гетерогенности индонезийского общества31.

По мнению специалиста в области религиозного и государственного права Юди Латифа, в условиях беспомощности светских партий и движений меняются политические настроения в обществе. Партии религиозные или хотя бы уделяющие внимание религии, становятся опорой сопротивления и этической ответственности. Это может пойти на пользу фундаменталистам. Организованное меньшинство «истинно верующих» скорее сможет мобилизовать сторонников, чем безвольное и

32

безразличное большинство32.

Демократическая партия Индонезии (борющаяся) в начале года создала организацию Баитул муслимин (Обитель ислама). На церемонии присутствовали лидеры Нахдатул Улама Хашим

33

Музади и Мухаммадьи Дин Шамсуддин . Имелось в виду привлечь в ряды партии ортодоксальных мусульман, но высказывалось мнение, что вряд ли многие из них покинут исламские партии, зато традиционный электорат ДПИ (Б) «номинальные»

34

мусульмане могут отшатнуться от нее . Примечательная беседа состоялась между лидерами Демпартии М. Сукарнопутри и ее мужем Т. Кимасом и Ли Куан Ю, который, высказав беспокойство, что в Индонезию проникнут радикальные (читай: исламистские) движения извне, выразил надежду, что ДПИ (Б) станет хранителем государственной идеологии. На это

Тт /• vy vy

. Кимас ответил, что их партия в одиночку с этой задачей не справится и нужно сотрудничать с Голкаром, другими партиями и армией35 .

О неэффективности власти откровенно говорил Ю. Калла, заявив, что за почти 10 лет реформ страна не достигла ничего, чем можно гордиться, из-за непрерывных интриг и политических распрей. Эти годы ушли на споры, не принеся народу благополучия, ни одному из президентов не дали поработать в течение всего срока. Он выразил надежду, что хотя бы это правительство продержится пять лет. «Стоит ли удивляться, что мы импортируем рис и не имеем достойной инфраструктуры. Мы забросили ирригацию на наших полях и выведение новых сортов, мы занимались только склоками»36.

Критике подвергаются последствия децентрализации, передачи значительного объема полномочий местным властям. Как отмечает сотрудник Академии наук Индонезии Лили Ром-ли, в результате этих реформ доступ к власти получили местные боссы, которые правят не напрямую, а через своих людей, размещая их в госорганах. Прежний режим был более избирателен, привлекая во власть тех, кто признавал его главенство или был его частью, дабы они охраняли интересы режима, сохраняя status quo. Нынешние же деятели действуют в собственных или групповых интересах. Создается угроза для государства и демократии, которую приватизирует местная элита37.

Риаас Рашид, министр по делам местной автономии в 1999-2000 гг., считает, что президенту пора принять конкретные меры чтобы остановить процесс деления административных областей, который становится все менее управляемым. На 2007 г. было создано 173 новые административные единицы -семь провинций, 135 кабупатенов и 31 город38 . Ю. Калла призвал не дробить регионы в погоне за субсидиями центра или должностями. «Нельзя, чтобы человек, проигравший выборы главы региона, начинал его делить под надуманными предло-

39

гами» . По заключению Всемирного банка, автономизация регионов привела к росту коррупции, но одновременно вызвала подъем гражданской активности, что ведет к большей раскрываемости злоупотреблений. Наблюдатели в Индонезии настроены менее оптимистично40.

Базирующаяся в Нью-Йорке организация Freedom House отмечала, что реформы С.Б. Юдойоно развиваются рывками. Связи военных с бизнесом и глубоко укоренившаяся традиция

непогрешимости армии продолжают тормозить столь необходимые изменения в вооруженных силах41. Эта тенденция наметилась еще раньше. Газета «Джакарта пост» (28.XI.2007) подсчитала, что основные реформы в этой сфере имели место при А. Вахиде (шесть законодательных актов), за ним следуют М. Сукарнопутри (два) и С.Б. Юдойоно (два). Среди преобразований, фактически не доведенных до конца, ликвидация предприятий, принадлежащих вооруженным силам. (В то же время вновь назначенный главком ВС генерал Джоко Сантосо заявил 24 января 2008 г., что военные передали государству все имевшиеся у них предприятия и «мяч теперь не на их стороне поля»)42. Действуют территориальные органы вооруженных сил, включая учрежденные при Сухарто посты сержантов-наставников в деревнях. Обострилась старая враждебность между армией и полицией, когда последнюю вывели из ведения военного командования и подчинили напрямую президенту: В 2007 г. отмечены 12 столкновений между полицейскими и во-еннослужащими43. Отчасти это вызвано тем, что, по признанию министра обороны Ю. Сударсоно, вопреки закону о вооруженных силах армия чаще привлекается к поддержанию порядка и безопасности, чем полиция. Готовность полиции к выполнению этой задачи недостаточна, хотя ее бюджет (20 трлн. рупий в год) больше, чем у сухопутных войск (9 трлн.), флота (4,5 трлн.) и авиации (4,9 трлн)44.

В речи по случаю 62-й годовщины вооруженных сил президент призвал армию оставаться вне политики и не искать новых путей для возвращения к старой роли. «В будущем году, сказал он, доложите народу, чего вооруженные силы достигли за 10 лет реформ»45. В другой речи он сказал, что в выборах 2009 г. армия и полиция должны остаться нейтральными в отличие от кампании 2004 г., когда нейтралитет нарушался и отдельные военачальники действовали как в его пользу, так и против него46.

Но в декабре 2007 г. президент назначил главкомом вооруженных сил генерала Джоко Сантосо (до этого начальник штаба сухопутных войск). Нарушена введенная А. Вахидом система ротации, по которой в конце 2007 г. подходила очередь

военно-морского флота, возродился привилегированный статус сухопутной армии в военной структуре.

Реагируя на обеспокоенность общественности тем, что должности в госаппарате все чаще замещаются бывшими офицерами, Ю. Калла сказал: «Неудивительно, что люди выбирают тех, кто способен поддерживать дисциплину и стабильность. Поэтому и возрастают шансы лиц с военным прошлым»47. Та же аргументация лежала в основе кадровой политики режима Сухарто, пришедшего к краху в 1998 г., в частности, и потому, что не развивались гражданские структуры. К тому же отставные военные приносят с собой не изжитую идеологию превосходства армии над всеми институтами общества.

Президента тревожила оппозиция отставных генералов, проявившаяся с конца 2006 г. В отличие от находящихся на действительной службе, они вправе заниматься политической деятельностью, сохраняя при этом влияние среди действующих коллег. С.Б. Юдойоно мог беспокоить демонстрационный эффект событий в Таиланде, где военные свергли гражданское правительство.

В 2007 г. началась дискуссия о предоставлении военнослужащим избирательного права, которым сейчас они не пользуются. На совещании высшего командного состава вооруженных сил в январе 2007 г. президент заявил, что эта мера вызовет раскол в рядах ВС и поэтому на выборах в 2009 г. целесообразно сохранить status quo. Министр обороны указал, что по результатам опросов, это мнение разделяют 75% военнослужащих48.

Министерство обороны осуществляет программу пропаганды национальной идеологии и национального самосознания, особенно, среди молодежи. Ю. Сударсоно заверил, что не имеется в виду принудительно внедрять идеологию, как при прежнем режиме, хотя, заметил он, та программа имела правильную направленность, просто ее исполнение было слишком жестким и насильственным49.

Извечной проблемой остается коррупция. Как писала сингапурская газета «Стрейтс таймс» (11.02.2008 г.), это зло поразило весь государственный механизм и размер взятки бывает определяющим даже при создании новых административных

единиц. Местная элита готова платить до 25 млн. долл. за создание новой провинции и до 10 млн. за новую область (кабупа-тен). Парламентские комиссии негласно делятся на две категории: «источники» (mata air) - финансы, энергетика, госпредприятия и т.п., и «слезы» (air mata) - религия, внешняя политика, образование и др., в зависимости от возможности получения взяток при обсуждении законопроектов. В лесном хозяйстве незаконная вырубка в последние 10 лет ведется на площади 2,8 млн. га в год и наносит ущерб в размере 4 млрд. долларов. В криминальный бизнес вместе с предпринимателями вовлечены офицеры армии и полиции, политики, судебные власти и международные синдикаты контрабандистов50. С.Б. Юдойоно в конце сетовал на то, что от него фактически требуют моратория на борьбу против коррупции: «По нашему недосмотру многие из жировавших в прежние времена оставили после себя грязную посуду. Сейчас мы моем за ними тарелки, так пусть нам хотя бы не мешают»51.

В сентябре 2007 г. Верховный суд Индонезии приговорил к двум годам тюрьмы за преступление коррупции, совершенное

10 лет назад, видного деятеля Голкара Нурдина Халида. Комиссия по борьбе с коррупцией с 2003 г., расследовала 148 случаев, из них в 66 названы подозреваемые, 54 случая доведены до суда, по 39 вынесены обвинительные приговоры. В стране, однако, распространено мнение, что эта кампания не затрагива-

52

ет крупных преступников . По данным ЮНЕСКО, расхищается 30% международной помощи на образовательные проекты, составляющей миллиарды долларов53.

Сепаратистские настроения в ряде регионов сохранялись, хотя их накал был несколько ниже, чем ранее. В г. Амбон на митинге по случаю Дня семьи 29 июня в присутствии президента и иностранных гостей сепаратисты развернула свой флаг. Правительство реагировало весьма остро, арестовав виновных и начав поголовную проверку сотрудников военного и гражданского аппарата на предмет служебного соответствия. Были смещены командующий военным округом и начальник поли-ции54. Но министр обороны Ю. Сударсоно в этой связи заявил: «В известной мере этот инцидент был формой протеста с целью привлечь внимание. Нужно проделать большую домаш-

нюю работу на Амбоне, в Ачехе, на Калимантане и в Папуа, чтобы людям, ныне чувствующим себя на обочине жизни, не нужно было подрывать основы единого государства»55. В том же духе высказались главком вооруженных сил Джоко Суянто и глава аналитического центра союза военнослужащих сухопутных войск в отставке генерал Кики Шахнакри56.

Иначе оценил ситуацию исполнительный директор Института политических исследований Фадли Зон: эпизод в Амбоне показал, что этнонационализм не умирает. Он находит для себя удачный момент, когда центральная власть слаба и склоняется к компромиссу с сепаратистами. По мнению Фадли, подход правительства к сепаратизму в Ачехе косвенно побуждает этнонационалистов настойчиво заявлять о себе, и на их мельницу льет воду Джакарта, когда больше дает мятежникам,

57

без объяснений отказывая тем, кто ей лоялен .Упоминание об Ачехе отразило недовольство политической элиты уступками правительства при решении этой проблемы в 2005 г. и было связано с оживлением сепаратистов в этой провинции, воссоздавших партию «Движение за независимый Ачех». Звучали опасения, что ДНА возродит борьбу за отделение, поставив вопрос о референдуме по этому вопросу58.

В экономике Индонезии 2007 г. ознаменовался определенными успехами. Рост составил 6,3% против 5,5% годом раньше, инфляция - 6.6%. Курс рупии колебался в пределах 9000-9300 рупий за доллар. Золотовалютные запасы достигли рекордной суммы в 56 млрд. долл.59 . Отмечался существенный рост реального сектора. В первом полугодии транспорт и связь прибавили 11,6%, строительство - 8,6%, обрабатывающая промышленность 5,4%. Государственный долг в середине года достигал 35,4% ВВП против 47% двумя годами раньше60. К концу года иностранные прямые инвестиции составили 10,2 млрд. долларов - высшее годовое достижение с 2002 г. Основные сферы вложений - транспорт, связь, химическая и пищевая промышленность. Основные инвесторы - Сингапур, Ю. Корея, Япония, Тайвань и Великобритания. Внутренние вложения -3,6 млрд., преимущественно в производство бумаги и пластмасс61.

На август 2007 г. число полностью безработных составило

10,01 млн. человек в сравнении с 10,55 млн. в феврале 2007 г. и

62

10,93 млн. в августе 2006 г. . По словам вице-президента Ю. Калла, доход на душу населения до кризиса составлял 1000 долл., сразу после кризиса - 600 долл., а в 2007 г. - 2000

63

долл. . Оппозиция обвиняет правительство в том, что за три года произошел рост нищеты: в 2007 г. ниже уровня бедности жили 39 млн. человек против 35 млн. в 2005 г., а безработица за те же годы выросла с 10,6% до 11,1% рабочей силы. В начале 2007 г. Центральное статистическое бюро Индонезии сообщило, что рабочая сила растет на 1,5 млн. человек в год, а рабочих мест создается в два раза меньше64.

Серьезные проблемы создал рост мировых цен на нефть. В начале 2007 г. было подсчитано, что рост до 100 долл. за баррель потребует увеличения уже заложенных в бюджет средств на внутренние субсидии (около 10 млрд. долл.) на 64%. Правительство обещало не повышать тарифы, но с 1.01.2008 г. отменило субсидии на высокооктановый бензин для частников65. Проблема и в том, что уже несколько лет Индонезия является нетто-импортером нефтепродуктов. До 30% потребности в них удовлетворяется за счет ввоза66.

29 марта был принят закон о капиталовложениях взамен законодательства конца 1960-х гг. Фактически уравнены в правах иностранные и внутренние инвесторы в части налогообложения, использования земли и доступа в энергетику и горнодобычу. Упрощена система выдачи лицензий на капиталовложения иностранным компаниям, им продлен срок лицензий в плантационном хозяйстве, рыболовстве и скотоводстве с 10 до

95 лет и срок аренды земли с 50 до 80 лет. Оценка закона была неоднозначной. Часть депутатов назвала его неоколониалистским, другие указывали, что не все его нормы достаточно проработаны и отсюда возможность произвола бюрократии. Депутаты от ДПИ (Б) во время голосования демонстративно покинули зал заседаний67.

Экономический рост сочетается с ростом социальной напряженности. Массовые демонстрации с требованиями увеличения заработной платы и улучшения условий труда (под красными флагами) состоялись 1 мая в Джакарте и других городах.

Если раньше недовольство обращалось, прежде всего, против этнических китайцев, то сейчас оно все чаще направляется против власти и имущих классов68. Участились аграрные конфликты, которые военный режим силой загонял вглубь. К началу июня 2007 г. официально зарегистрировано 2810 конфликтных ситуаций, фактически их было значительно больше69. Эта цифра может расти с расширением использования биотоплива, где исходным сырьем является пальмовое масло. В 1998-2006 гг. площади под масличной пальмой выросли с 2,7 млн. до

6,1 млн. га. С ростом цен на это топливо возможно ускорение этого процесса70, с вытеснением местных крестьян с их земель и завозом иммигрантов, что повлечет за собой этнические конфликты.

Обострилась продовольственная проблема. В 2007 г. сбор риса вырос на 4,7% (в 2008 г. ожидались 5%), но рост мировых цен за несколько месяцев с 300-350 долл. до 900 долл. за тонну побудил производителей к экспорту риса. Правительство было вынуждено запретить его вывоз71.

Газета «Компас» 22 декабря 2007 г. опубликовала обзор состояния индонезийской экономики на макроуровне. Указывалось на отставание темпов развития обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства от сферы услуг, которая имеет преимущества в сфере банковского кредитования. По мнению экономиста М. Кунчоро, уязвимым местом промышленности является ее концентрация на Яве: 63% всех предприятий. (Это равно доле острова в населении страны, но примерно в 10 раз выше той доли, которую Ява занимает по площади -А.Д.). Другая слабость - слишком высокая зависимость от импортных компонентов: в производстве готовой одежды их используется 51%, в электронике - 39%, комплектующих -50,7%. Видный экономист С. Вананди отмечает, что в цене многих экспортных товаров низка доля добавленной стоимости. Основная часть кофе, каучука, какао вывозится в виде сырья.

Во внешней политике в 2007 г. в целом сохранились тенденции предыдущих лет. Президент неоднократно подтверждал настороженность в связи с глобализацией, заявив, что этот процесс был, есть и останется вредным: «Ни одна нация не мо-

жет изолироваться от себе подобных. Но помните: глобализация вредоносна. Кто-то жаждет доминирования. Кто-то ищет максимальной выгоды. Кто-то стремится к чрезмерной власти». Он призвал повышать конкурентоспособность страны в сфере технологий, менеджмента и т.п.72. В речи 16 августа он подчеркивал: «Нельзя, чтобы эта историческая волна накрыла нас. Напротив, наша нация должна освоить и использовать возможности, возникающие в этих условиях. Мы должны стать передовой, конкурентоспособной нацией, творческой, восприимчивой к новому ... Международное партнерство насущно необходимо, чтобы человечество преодолело нескончаемые вызовы -неравномерность развития, бедность, несправедливость, угнетение, конфликты, природные бедствия, инфекционные болезни, терроризм, изменения климата и др.»73.

Открывая международную конференцию мусульманских деятелей в Богоре 3 апреля 2007 г., президент призвал исламских лидеров мира содействовать прекращению войны в Ираке. (Некоторые приглашенные отказались от участия в конференции в знак протеста против голосования представителя Индонезии в ООН за санкции против Ирана в связи с ядерной про-

74

граммой этой страны . Место непостоянного члена СБ ООН создало ситуации, когда позиция Индонезии противоречила обязательствам страны перед исламским миром и собственной мусульманской общиной. Индонезийская дипломатия попала в сложное положение по проблеме Косова: желание учесть чувства мусульман столкнулось с неприятием сепаратизма и опасениями демонстрационного эффекта.

На 116 заседании Межпарламентского союза на о.Бали 29.04.2007 г. С.Б. Юдойоно вновь призвал прекратить иностранную оккупации Ирака. Спикер парламента А. Лаксоно назвал совершенно аморальным то, что суверенитет народа Ирака нарушается в иностранных интересах, сказав, что углубление нестабильности и ухудшение ситуации в Ираке суть последствия и свидетельства неспособности США и их союзников решить существующие проблемы и следует признать ответственность США за превентивное нападение на суверенное государство. Участники заседания призвали вывести войска из Ирака75. Таким образом, Индонезия продолжает дистанцироваться от

Вашингтона в вопросах, связанных с войной в Ираке и с борьбой против терроризма, призывая к более стереоскопическому видению этой проблемы. В речи 16 августа 2007 г. президент указал, что с терроризмом нельзя иметь дело только на поверхности явления, нужно устранять его причины - отсталость, бед-

76

ность, несправедливость, экстремизм, культуру насилия76.

Отношения Индонезии с Россией в 2007 г. развивались в русле, обозначившемся начиная с президентства А. Вахида. В формате данной статьи, трудно добавить что-то существенное к сказанному в статье Ю.А. Шолмова и Н.П. Ярославцева «Россия - Индонезия: история и современность» в сборнике «Позиции России в АТР» (подготовлен ИСАА при МГУ им. М.В. Ломоносова и Центром изучения современных проблем Юго-Восточной Азии и АТР, М., 2007). Итоги и перспективы двусторонних отношений аккумулировались в визите в Джакарту президента РФ В.В. Путина 6 сентября 2007 г. В выступлениях глав государств и подписанных документах отмечалось совпадение позиций по основным современным международным проблемам, включая Косово.

Индонезии был предоставлен кредит в размере 1 млрд. долл. сроком на 15 лет для закупок в России военной техники, включая 17 транспортных и 5 штурмовых вертолетов, 20 боевых машин пехоты БМП-3Ф, двух подводных лодок. Вне рамок этого кредита Индонезия намерена приобрести 6 истребителей Су разных модификаций и оборудование к имеющимся самолетам. Индонезийская сторона планирует купить 12 подводных лодок в России до 2024 г.77. Кроме непосредственного вклада в обороноспособность страны эти соглашения помогли ей освободиться от диктата США. В начале 1990-х гг. Вашингтон использовал зависимость Индонезии в военно-технической области для политического давления, в частности, когда администрация США сочла, что правительство Индонезии проводит излишне самостоятельную политику, и вспомнила многочисленные нарушения прав человека в этой стране.

В ходе визита В.В. Путина были подписаны документы об экономическом сотрудничестве, в частности, в области разведки и добычи нефти (Лукойл и Пертамина), о постройке бокси-то-глиноземного комплекса (Русал и Анека Тамбанг) и другие.

Сообщалось, что российский бизнес намерен инвестировать в

78

Индонезии около 10 млрд. долл. . Российская сторона готова содействовать постройке в Индонезии атомной электростанции. Решено довести объем двусторонней торговли до 1 млрд. долл. в год, против 689 млн. долл. в 2006 г., менее 0,5% внеш-

79

неторгового оборота Индонезии .

Оценивая эти впечатляющие цифры, следует иметь в виду, что некоторые договоренности подлежат дальнейшей конкретизации. Российско-индонезийские отношения в целом останутся предметом активного и жесткого соперничества, как со стороны третьих стран, так и различных группировок самой Индонезии. В частности, серьезное сопротивление встречают планы строительства АЭС, основным аргументом стала повышенная вулканическая опасность. По словам С.Б. Юдойоно, премьер-министр Австралии Джон Говард на саммите АТЭС задавал ему вопросы о закупках оружия в России. Президент заверил его, что Индонезия не имеет агрессивных намерений и

избрала РФ, чтобы избежать излишней зависимости от одной

80

страны .

Определенную роль в развитии отношений Индонезии с США играет укрепление ее связей с Россией, в частности, итоги визита президента С.Б. Юдойоно в РФ в декабре 2006 г., когда были достигнуты договоренности в области военнотехнического сотрудничества. В феврале 2007 г. Председатель объединенного комитета начальников штабов США генерал

Пейс сказал, что Вашингтон будет соперничать с Россией за

81

контракты на поставки вооружений в Индонезию . Американская администрация, преодолевая некоторое сопротивление законодателей, развивает военное сотрудничество с Индонезией. Госсекретарь К. Райс лично вмешалась в эту проблему в середине года, настаивая, что всякое увязывание военной помощи с

правами человека неприемлемо. Те же настроения царили в

82

Пентагоне , вопреки распространенному в США мнению, что военная реформа в Индонезии в значительной мере остается на бумаге. В феврале 2008 г. в ходе визита в Джакарту министра обороны США Р. Гейтса было объявлено о готовности американской стороны модернизировать имеющиеся у Индонезии 4 истребителя Ф-16 (остальные шесть модернизации уже не под-

лежат) и поставить еще 6 таких же самолетов нового поколения. США согласились также модернизировать 8 транспортных самолетов Си-130 и оказать техническое содействие в установке семи РЛС в Малаккском проливе, чтобы обеспечить кон-

83

троль над ситуацией здесь ВВС и ВМФ Индонезии .

В начале года Джакарта вышла из Консультативной группы по Индонезии, где ранее согласовывалась политика стран-доноров по оказанию помощи и давалась оценка экономической политики индонезийского правительства. Решено впредь дефицит покрывать за счет государственных долговых обязательств и заимствования средств на двусторонней основе. В

2006 г. группа выделила заем в сумме 3,9 млрд. долл. для покрытия дефицита бюджета и безвозмездную помощь в размере 1,5 млрд.84.

Тесно переплелись внешне- и внутриполитические факторы в отношениях между Индонезией и ее соседями Сингапуром и Малайзией. Этот вопрос, включая события начала

2007 г., нами рассматривался в статье «Индонезия в 2006 г. Стабилизация в экономике и разногласия в элите» в сборнике «ЮВА в 2006 г. Актуальные проблемы развития» (М., 2007). В 2007 г. продолжались конфликты вокруг экспорта индонезийского песка и гравия в Сингапур, а также в связи с подписанием двух соглашений, одно из которых предусматривало совместное использование некоторых участков индонезийской территории для учений флота и авиации, а второе - взаимную экстрадицию преступников. В партийных и парламентских кругах Индонезии звучали опасения, что расширение территории суши этого острова-государства приведет к изменению морских границ, хотя главком ВС маршал Джоко Суятно и МИД Индо-

85

незии опровергали эти утверждения . Полемика достигла такого накала, что бывший президент Абд. Вахид призвал открывать огонь по судам, занимающимся контрабандой песка и гравия, «особенно, если это сингапурские корабли»86. Еще один конфликт возник в связи с обвинениями индонезийских властей в адрес крупной сингапурской компании Темасек в нарушении антимонопольного законодательства.

Упомянутые соглашения при подписании 27 апреля рассматривались в едином пакете. По словам министра обороны

Ю. Сударсоно, 18000 индонезийцев имеют в Сингапуре общий капитал в 87 млрд. долл., полученных в основном в результате коррупции в банковской сфере Индонезии в период кризиса. Поэтому и была заключена сделка «Вы нам возвращаете день-

87

ги, а мы вам предоставляем территорию» .

Реакция индонезийской стороны на соглашения представляется преувеличенной. Нападки на них исходили в основном из парламентских кругов, которые ранее обвиняли сингапурскую сторону в саботаже переговоров и требовали от правительства большего упорства, а после их подписания С.Б. Юдойоно и премьер-министром Сингапура утверждали, что они наносят ущерб Индонезии. В дискуссию включились военные, косвенно используя ее для давления на правительство. Представители Ассоциации отставных офицеров сухопутных войск на слушаниях в парламенте 28 июня 2007 г. утверждали, что соглашение о военном сотрудничестве наносит ущерб суверенитету и достоинству Индонезии и угрожает окружающей среде. Поскольку Сингапур имеет право привлекать третью сторону к участию в военных учениях, вероятно, что

этой стороной будут США, которые получат доступ на военно-

88

учебные объекты Индонезии . В политических кругах Индонезии звучало немало оскорбительных высказываний в адрес Сингапура. Бывший премьер-министр этой страны Ли Куан Ю был отчасти прав, когда говорил, что в осложнении отношений виноваты не правительства двух стран, а «политический театр» в Индонезии - противостояние между исполнительной и законодательной властью89. Но и поведение сингапурского руководства, в особенности самого Ли Куан Ю, было, мягко говоря, бесцеремонным. Находясь с визитом в Джакарте, он прямо противопоставлял президента и вице-президента, восхваляя экономические таланты последнего и сожалея, что он всего лишь второе лицо в государстве. Он сетовал на то, что в Индонезии сложилась новая политическая система, что привело к разладу между ветвями власти. Пожелав встретиться со спикером парламента Индонезии, он пригласил его к себе в отель, от чего последний, естественно, отказался90 .

Бесцеремонность Ли Куан Ю вызвала резкую критику в Индонезии, но не все здесь разделяли крайние антисингапур-

ские позиции. Не одобряло эту кампанию правительство. Президент и МИД Индонезии вели себя сдержанно. Исключением, пожалуй, был вице-президент, сказавший, что правительство Сингапура не хочет заключения соглашения об экстрадиции, поскольку там укрываются индонезийцы, нажившие состояния преступным путем и вложившие их в экономику этой страны91 . Правительство не устояло перед давлением парламентских и отчасти военных кругов. Министр иностранных дел Х. Вираю-да заявил в парламенте 8 октября 2007 г., что переговоры о подписании документов во исполнение заключенных соглашений отложены до лучших времен92.

Конфликт вокруг индонезийско-сингапурских соглашений отразил тревожные моменты в политической психологии элиты и значительной части общества в целом. Газета «Джакарта пост» упрекала элиту в неразумном раздувании проблемы с экспортом песка вследствие инстинкта высокомерия, граничащего с комплексом неполноценности, по отношению к «кро-

93

шечному соседу» . Генерал А.М. Хендроприйоно, начальник государственной разведки в 2001-2004 гг., министр трансмиграции и рабочей силы в 1998-1999 гг., обвинил индонезийских политиков в торгашеском поведении и отсутствии партийной дисциплины. При обсуждении вопроса в парламенте против правительства выступали не только оппозиция, но и депутаты от пропрезидентской коалиции. Генерал критиковал и министров за то, что они «мямлили», не защищая соглашений, хотя сами же вели переговоры. Есть доля вины президента: не следовало подписывать соглашения без уверенности в их ратифи-

94

кации .

Сходным образом развивались отношения Индонезии с Малайзией. В начале года премьер-министр этой страны Абдулла Бадави, посетив Джакарту, сказал, что эти отношения находятся на высшей точке за 50 лет дипломатических связей95. Оценка оказалась излишне оптимистичной. Одной из причин обострения стало положение индонезийцев, выезжающих на заработки в Малайзию. Г раждане Индонезии, работающие за ее пределами, переводят на родину около 6 млрд. долл. в год, больше, чем приносит туризм96. В Малайзии численность легально работающих индонезийцев составила к 2007 г. около

97

1,2 млн. человек из общего числа 1,5 млн. . Находясь вне правового поля, нелегалы криминализуются. Преследования иммигрантов, эксцессы в этой связи вызывают резкое раздражение в Индонезии и воспринимаются как неуважение к стране.

Когда индонезийского тренера по карате летом 2007 г. в Куала Лумпуре избили полицейские, приняв за нелегального иммигранта, то при официальных извинениях премьер-министра Бадави, парламентарии требовали отзыва индонезийского посла из Куала Лумпура или высылки посла Малайзии. Наиболее откровенно высказался видный парламентарий Ю. Иза Махендра: «В былые времена Сухарто достаточно было кашлянуть и Малайзия уже прислушивалась, а теперь насилу-то дождались извинений после бурных протестов на улицах»98. Среди других поводов для конфликтов латентно присутствующие споры вокруг нескольких островов и выглядевшая гротескно дискуссия о принадлежности песни и танца, использованных в Малайзии в туристической рекламе (в демонстрации у посольства Малайзии по этому поводу участвовали 1 тыс. че-ловек)99.

Важны не конкретные причины споров, а острота реакции на них. В Индонезии ощущается болезненное желание преодолеть унижение, которое нация испытала, утратив 1998 г. прежний статус в ЮВА. Отсюда повышенная чувствительность ко всему, что выглядит умалением национального достоинства, и востребованность идей Сукарно. Ю. Калла говорит: «У Индонезии есть все, чтобы стать великой передовой страной, однако, за 60 лет мы не смогли этого добиться или хотя бы стать на один уровень с соседними государствами... У нас есть все, но есть и неверие в свои силы, желание всю вину взвалить на иностранцев. Мы всё можем, но не уверены в своих силах». По его мнению, отсутствие прочной преемственности в политике, неуверенность в себе как великой нации мешают Индонезии развиваться так, как Китай, Сингапур или Малайзия, хотя для этого есть все возможности. В Индонезии нет экономического прогресса, и Малайзия смотрит на нее свысока как на страну-источник домашней прислуги или рабочих с прозвищем «индо-ны» (1пёоп)... А нормальное экономическое развитие позволит при необходимости и вести войну. Без экономики не будет ни

оружия, ни самолетов. Хватит изматывающих нацию разгово-

- 100

ров, надо заниматься экономикой» .

Опасность заключается, в частности, в том, что у Индонезии есть явные и латентные пограничные проблемы с десятью странами (Индия, Таиланд, Вьетнам, Малайзия, Сингапур, Филиппины, Палау, ПНГ, Австралия и Тимор Лесте)101. Предрасположенность индонезийской элиты и части общественности к драматизации конфликтных ситуаций может повести к серьезным осложнениям.

1 The Straits Times (Singapore), 18.07.2007.

2 The Straits Times, 29.06.2007; Kompas (Jakarta), 10.12.2007.

3 The Straits Times, 14.12.2007.

4 The Straits Times, 05.11.2007.

5 Kompas, 11 & 19.09.2007, 02.10.2007; The Straits Times,

02.10.2007.

6 Kompas, 15.10.2007.

7 Kompas. 14.09.2007.

8 Kompas, 06.03.2007.

9 Kompas, 26.05. & 38.05.2007.

10 Tempo (Jakarta), N 24, 12.08.2007. C.23.

11 The Straits Times, 09.03. & 19.09.2007.

12 The Straits Times, 25.01.2007.

13 Kompas, 15.01.2007.

14 Kompas, 03.12.2007.

15 Jakarta Post, 19.12.2007.

16 Jawa Pos (Jakarta), 15.12.2007.

17 Media Indonesia On Line, 02.04.2007.

18 The Straits Times, 08 & 11.05.2007.

19 Biro Pers dan Media Rumah Tangga Kepresidenan.

20 Kompas, 01.12.2007.

21 Jakarta Post, 01.05.2007; Tempo, N 2, 12.08.2007. C.25.

22 Kompas, 10.08.2007.

23 The Straits Times, 18.08.2007.

24 The Straits Times, 08.02.2007.

25 The Straits Times, 04.03.2008.

26 The Straits Times, 09.08.2007.

27 The Straits Times, 09.08.2007

28 The Straits Times, 26, 01.2007.

29 The Straits Times, 12.12.2007.

30 Economist (L.), N 12, 12.01.2008. C.45.

31 The Straits Times, 13.08.2007.

32 Kompas, 24.07.2007.

33 Kompas, 03.04.2007.

34 Kompas, 10.09.2007.

35 Kompas, 27.07.2007.

36 Kompas, 11.07.2007.

37 Kompas, 12.01.2008.

38 Kompas, 15.09.2007.

39 Kompas, 16.10.2007.

40 The Straits Times, 20.06.2007.

41 The Straits Times, 13.02.2008.

42 The Straits Times, 25.01.2008.

43 Kompas, 05.10.2007.

44 Kompas, 03.04.2007.

45 Kompas, 06.10.2007.

46 Kompas, 07.12.2007.

47 The Straits Times, 13.02.2008.

48 Kompas, 26.01 & 27.01.200.7

49 Kompas, 01.09.2007.

50 The Straits Times, 17.04.2007.

51 Kompas, 29.11.2007.

52 The Straits Times, 12.09.2007.

53 The Straits Times, 08.06.2007.

54 Kompas, 18.07.2007

55 Kompas, 04.07.2007.

56 Kompas, 06.09.2007.

57 Kompas, 03.07.2007.

58 Kompas, 13.07.2007.

59 Kompas, 13.07.2007.

60 Kompas, 31.08.2007.

61 Image (Jakarta), N 01, January 2008. C.17.

62 Kompas, 03.01.2008

63 Sinar Harapan (Jakarta), 24.03.2008.

64 Kompas, 20.10. & 08.01.2007.

65 The Straits Times, 08.11. & 13.12.2007.

66 The Straits Times, 02.11.2007.

67 Straits Times, 31.03 & 24.04.2007; см. также Law of Investment of the Republic of Indonesia’ The Investment Coordinating Board The Republic of Indonesia, Jakarta 2007.

68 The Straits Times, 02.05. & 02.07.2007

69 The Straits Times, 25.06.2007.

70 The Straits Times, 29.02.2008.

71 Sinar Harapan, 12.04.2008.

72 Kompas, 13.09.2007

73 Kompas, 31.08.2007.

74 The Straits Times, 04.04.2007

75 Kompas, 30.04.2007; Suara Karya (Jakarta), 30.04.2007.

76 Kompas, 31.08.2007.

77 Jakarta Post, 04.09.2007; Независимая газета (М.); Jawa Pos, 07

&09.09.2007.

78 РБК-daily (M.), 06.09.2007.

79 The Straits Times, 07.09.2007.

80 Kompas, 11.09.2007.

81 The Straits Times, 14.02.2007.

82 The Straits Times, 13.06.2007.

83 The Straits Times, 26.02.2008.

84 Kompas, 26.01.2007.

85 The Straits Times, 30.03.2007.

86 The Straits Times, 27.03.2007.

87 Kompas, 04.07.2007.

88 The Straits Times, 30.06.2007.

89 The Straits Times, 28.07.2007.

90 The Straits Times, 26.07.2007; Kompas, 26.07.2007; The Straits Times, 25.07. & 28.07.2007.

91 The Straits Times, 01.03.2007.

92 The Straits Times, 10.10.2007.

93 Цитируется по: The Straits Times, 20.02.2007.

94 The Straits Times, 08.11.2007.

95 The Straits Times, 23.02.2007.

96 TheStraits Times, 28.06.2007.

97 The Straits Times, 11.10.2007.

98 Gatra (Jakarta), N 43, 12.09.2007. C.21, 26.

99 The Straits Times, 30.11.2007.

100Kompas, 05.10. & 26.10.2007.

101 Kompas, 23.07.2007.