Проект женского образования и проблемы его реализации в конце XIX - начале XX В. (на примере Тамбовской епархии)

УДК 947

ПРОЕКТ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ И ПРОБЛЕМЫ ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX в.

© Иерей Виктор Лисюнин

Тамбовская духовная семинария, г. Тамбов, Россия, кандидат исторических наук, проректор

e-mail: info@eparhia-tmb.ru

В статье на фоне общероссийского контекста рассматривается процесс становления региональной системы образования на примере духовных образовательных женских учреждений Тамбовской епархии. Выявляются специфические, вариативные формы регионального женского образования. Характеризуются основные этапы формирования и развития названного процесса. Подчеркивается роль института Русской Православной Церкви и непосредственных участников реализации проекта женского образования.

Ключевые слова: система образования; женское образование; модернизация; традиция; гендерная специфика образовательной модели.

Последняя четверть XIX в. ознаменовала себя значительным расширением системы образования, большая часть которой могла распространяться лишь благодаря активной церковной деятельности, через ее разветвленную сеть церковных приходов, где организовывались церковно-приходские и воскресные школы. В атмосфере новых идей и планов, в преддверии реформ 1860-х гг. вопрос об ответственности Церкви за морально-религиозное воспитание народа стал рассматриваться как наиболее насущный.

14 июля 1864 г. Александр II одобрил «Положение о начальных народных училищах», согласно которому в училищах «следовало обучать и воспитывать детей на религиозных и нравственных основах», отмечалось, что это возможно лишь тогда, когда во всем учебном процессе в качестве учителей и надзирателей будут заняты православные клирики. Все школы имели одинаковую учебную программу, обучали Закону Божию, чтению церковных и гражданских книг, письму, арифметике и церковному пению. Предметы преподавали либо клирики (священники, диаконы), либо псаломщики, либо лица, закончившие семинарии или женские епархиальные училища [1].

В это же самое время начинает реализовываться и идея развития женского образования, что говорило об ускорении процессов демократизации общества. Ввиду большого количества детей женского пола у духовенства и поставленной перед Церковью задачи создания новых педагогических кадров для церковно-приходских школ и народных учи-

лищ, именно для Церкви решение вопроса об устройстве системы духовного женского образования являлось наиболее перспективным и необходимым. В середине XIX в. обучение дочерей духовенства ограничивалось или домашним обучением, где упор делался на механическое чтение по псалтири и умение грамотно писать свою фамилию, или воспитанием в приютах в женских монастырях, где главное внимание уделялось освоению разного рода рукоделий [2].

Анализ региональной истории женского образования позволяет увидеть, как в ходе решения задачи ликвидации безграмотности в рамках процесса модернизации менялось само представление российского общества о закономерностях устройства, функционирования и роли системы образования. Так, например, общим лейтмотивом в ряде статей историка Н.М. Карамзина, юриста Ю. Васильева, опубликованных в журнале «Вестник Европы», а также работах публицистов и педагогов - К. Д. Ушинского, Н.Г. Чернышевского, Н.А. Добролюбова, Ю.П. Жуковского, М.В. Авдеева, НИ. Костомарова, А.Я. Панаева, Н.А. Некрасова, М.Л. Михайлова, АН. Пыпина, Н.П. Суслова, Т.Г. Шевченко, Е.П. Карнович, опубликованных в журнале «Современник», проходит мысль о необходимости радикального пересмотра роли и характера участия женщин в общественнополитической жизни и, прежде всего, о равном доступе к образованию как культурной ценности. Работы названных авторов перепечатываются на страницах «Тамбовских губернских ведомостей» и являются важным

фактором изменения общей риторики дискуссий вокруг реформирования традиционного российского общества.

Единодушное признание необходимости участия женщин в жизни государства и общества не мешало ряду авторов еще в начале процесса эмансипации почувствовать опасность разрушения базовой социальной основы общества, выражаемой в гендерной системе распределения социальных ролей. Первые открытые женские учебные заведения -Смольный институт, инспектором которого был К. Д. Ушинский, Мариинское семиклассное женское училище в Санкт-Петербурге, созданное по проекту Н.А. Вышнеградского -сокращали разрыв между уровнем преподавания в мужских и женских учебных заведениях, однако учитывали закономерности гендерного устройства общественного и культурного воспроизводства. К.Д. Ушинский подчеркивал исключительную роль женщины в качестве педагога: «...характер человека формируется в первые годы его жизни <...>, но так как в эти первые годы свои (он. - В. Л.) находится под исключительным вниманием матери, то ив самый характер его может проникнуть только то, что проникло уже прежде в характер матери <...> Таким образом, женщина является необходимым посредствующим членом между наукой, искусством и поэзией, с одной стороны, нравами, привычками и характером народа - с другой» [3].

Мысль об опасности формального копирования «мужской» модели образовательного учреждения в модели «женской» совершенно потонула в контексте двух конкурирующих систем: официальной традиционной и оппозиционной реформаторской. Однако на местах становление новой системы образования осуществлялось людьми, воспитанными в русле традиционной педагогики, во всяком случае в сфере учреждений духовного образования более устойчивой оказалась модель распределения гендерных ролей.

Как известно, в России первое женское духовное училище появилось в 1843 г. в Царском Селе. Вскоре по его образцу стали появляться подобные училища и во всех епархиях. В 1863 г. в Тамбовской епархии благодаря правящему архиерею, уже тогда известному духовному просветителю, преосвященному Феофану, Затворнику Вышен-

скому (1859-1863 гг.), в Тамбове было учреждено духовное училище, это было 23-е учреждение подобного рода в России. Хотя училище, как и другие, было создано по образцу Царско-Сельского, оно отличалось оригинальным уставом, составленным епископом Феофаном. Из 59 пунктов устава только 10 совпадало с Царско-Сельским [2, с. 43-47].

Главная цель обучения в Тамбовском училище определялась так: «дать приют беспомощным сиротам и доставить им приличное воспитание.» (п. 2). В воспитанницах, прежде всего, видели: 1) «. достойных супруг служителей Церкви», «. помощниц в деле нравственно-христианского образования прихожан»; 2) «.попечительных матерей»; 3) «. сведущих хозяек». Обучение

включало следующие предметы: Закон Божий, русский и славянский языки, арифметика, география, краткая гражданская история, чистописание и рисование, церковное пение, рукоделие и домохозяйство. Преподавалось также «понятие о воспитании детей, о свойствах и употреблении отечественных растений, о хождении за больными» (п. 4). При поступлении девица должна была представить метрическое свидетельство о рождении и о привитии оспы. При приеме девица должна была быть не моложе 10 и не старше 12 лет, здорового сложения, способной и благонравной (п. 21). Главная забота епархиального начальства состояла в том, чтобы всех окончивших курс в училище «. пристраивать преимущественно выдачею замуж за желающих поступить во священники». Наиболее способные из учениц оставлялись в училище помощницами воспитательниц, остальные же по желанию распределялись в женские епархиальные монастыри (п. 27). Если выпускницы выходили замуж, то они получали пособие. По окончании учебы каждая получала бесплатную форму. Во время обучения воспитанниц никуда не отпускали, кроме как на каникулы в дома родителей и родственников, известных своим благочестием [2, с. 46].

В течение своей полувековой истории Тамбовское епархиальное женское училище прошло несколько этапов. С 1863 г. оно называлось «Тамбовским училищем девиц духовного звания» и было 3-классным, на каждый класс приходилось по 2 года обучения,

общий срок обучения - 6 лет. С 1873 г. оно было преобразовано в Епархиальное женское училище, именно с этого момента оно, по сути, стало являться не просто «. сировоспитательным», а полноценным среднеучебным заведением. Воспитанницам помимо обычных аттестатов с оценками присваивалось звание «домашней учительницы». В 1883 г. число учащихся увеличилось до 135 человек (в 1863 г. - 18 чел). В 1883 г. училище было преобразовано в 6-классное, число учащихся при этом возросло до 290 [2, с. 56].

С 1873 г. в училище все больше стали принимать не только сирот, но и детей духовенства, в основном это были дети священников. Если прежде 18 из 30 учениц были сиротами, то теперь из 52 - только 20-30. С постройкой в 1883 г. нового корпуса эта тенденция усилилась: сироты начали составлять меньшинство [4]. Желающих поступить всегда было очень много, поэтому испытательные экзамены выдерживала только треть. При этом предпочтение по иерархии оказывалось детям священнослужителей, из-за чего детей дьяконов и псаломщиков поступало очень мало [5]. При архиепископе Иннокентии, в год канонизации Серафима Саровского (1903 г.), была начата перестройка училища, завершившаяся осенью 1904 г. С этого времени училище могло принять всех желающих; в это же время было открыто третье дополнительное отделение первого класса [6]. В последствии нехватка мест в Тамбовском училище для дочерей духовенства отчасти была компенсирована открытием в

1912 г. в Шацке 2-го женского училища [7]. Однако для несостоятельных отцов семейств, дьяконов и псаломщиков содержание дочерей в училище являлось очень тяжелым бременем. К 1905 г. из 121 дочерей дьяконов в возрасте 10-13 лет могла поступить лишь половина, а из 154 дочерей псаломщиков лишь 1/7. Так называемые своекоштные воспитанницы (не сироты) должны были вносить плату за свое обучение. К 1904 г. она составляла 125 руб. в год и 25 руб. за общежитие. С иносословных бралась двойная плата [2, с. 58]. В этой связи потребностью времени стало образованное в 1904 г. попечительство при училище [8]. Целью попечительства являлось «. поддержание благоустройства бесприходной училищной церкви» и помощь в нуждах ученицам - доплата обуче-

ния бедных, выдача книг и белья, оплата проезда домой. С начала своего существования училище имело большое количество жертвователей, среди них были многие известные архиереи того времени. Средства поступали и от издательства книг епископа Феофана Затворника, и от частных лиц, например, от жены генерал-майора В.Н. Воейковой. Свои средства на училище присылал и праведный Иоанн Кронштадский. До 1905 г. почти 25 лет почетным блюстителем училища был граф Павел Сергеевич Строганов, который ежегодно покрывал 1/4 расходов на содержание сирот, не считая подарков, присылаемых им всем ученицам к Пасхе и Рождеству [4, с. 5-6].

С течением времени качественно изменилось образование внутри училища, показателем чего являлся и штатный состав преподавателей. В начале многие преподаватели из местного духовенства трудились безвозмездно, что влияло на качество обучения, т. к. один и тот же предмет делился между несколькими преподавателями [2, с. 54]. Постепенно с расширением штатов все учителя училища становились постоянными. Для надзора за поведением воспитанниц в подчинении у начальницы училища были воспитательницы и их помощницы. Со времени первого выпуска (1868 г.) все чаще и чаще ими становились воспитанницы училища [2, с. 55]. В первые 10 лет существования училища большее внимание уделялось хозяйственным занятиям. На теоретические занятия отводилось 3 урока утром и 2 урока вечером, остальное время ученицы занимались рукоделием, занятиями по кухне и уборкой по дому. Обшивая самих себя, ученицы делали работы и на заказ для аристократических семей, а также изготовляли рясы для архиереев. В конце каждого года устраивались лотереи, призовой фонд которых составляли предметы рукоделья. Лучшие мастерицы получали за труды 15-20 руб. [2, с. 50]. В последствии все больше внимания стало уделяться основным предметам, число которых возросло, тем более что с 1873 г. каждой воспитаннице стали присваивать звание домашней учительницы по тому предмету, в котором она более всего преуспела [9]. Учебные занятия теперь проходили ежедневно с 9 ч. утра до 11.45 дня, каждый урок продолжался 1 час, перемена - 15 минут. Только в течение Свя-

той Четыредесятницы по случаю литургии Преждеосвященных Даров уроки начинались в 10 ч. В свободное от уроков время некоторые из воспитанниц обучались игре на пианино и рояле, за что уплачивалось 22 руб. в год [7, с. 1169]

Следуя 38-му пункту училищного устава, ученицы должны были говеть, исповедоваться и причащаться во все посты [2, с. 46], при этом они должны были периодически посещать богослужения в храме, где участвовали в церковном пении на клиросе. С самого начала училище имело деревянный храм, однако увеличение числа воспитанниц потребовало его перестройки. При строительстве в 1903-1904 гг. нового здания училища был построен и новый домовый храм во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Новый храм был снабжен электрическим освещением, имел одноярусный иконостас из белого мрамора, большие хоры (балкон) для певчих [10]. На иконостасе кроме основных икон по бокам размещались: слева - икона святителя Николая Чудотворца, покровителя всех сирот, а справа - икона преподобного Серафима Саровского, в знак того, что храм был возведен в год канонизации этого тамбовского святого. Храм по истине стал родным местом для воспитанниц училища. Здесь каждая из них не только находила духовное утешение и применение своих талантов (пение, рукоделие), но могла найти и свою судьбу. Как известно, воспитанницы редко покидали училище, поэтому у них было мало возможностей найти своего избранника. В то же время храм училища хоть и являлся домовым, но, однако, был устроен таким образом, чтобы, не мешая учебному процессу в училище, его могли посещать и прихожане с улицы. Для этого кроме входа в храм из училища в нем был устроен вход и с улицы. Так храм становился особым местом для встреч воспитанниц с теми семинаристами, которые уже сделали свой выбор или хотели его сделать1.

В чреде повседневной жизни наиболее торжественными днями для воспитанниц училища были праздники Рождества Христова, Пасхи, Рождества Пресвятой Богородицы, Введения, когда госпоже начальнице училища поступали пожертвования на лакомства и удовольствия воспитанницам. Большая часть средств шла на устройство

1 Материалы автора.

елки и раздачу лакомств. К удовольствиям, которые могли себе позволить воспитанницы училища, относились игры: крокет, веревочки для прыгания, шахматы, шашки, катки с деревянными яйцами, бельбоке, гусек, серсо, лото простое, лото зоологическое, лото с загадками, животное лото, географические игры, а также зоологические, ботанические, сельскохозяйственные, игры в племена и народы [4, с. 14]. Кроме того, к 1903 г. Тамбовским отделом С. Петербургского общества детских развлечений были устроены первые в Тамбове игровые площадки. Одна в сквере Покровской площади для детей от 1 года до

15 лет, другая на Варваринской площади вблизи епархиального училища для детей 15-20 лет. Упор делался на атлетические игры, например, «американская лапта». Игры проводились по средам и воскресениям с 4 до 7, или с 5 до 8 ч. вечера под управлением опытных руководителей. Здесь же были сделаны первые попытки создания бесплатного зимнего катка, также проводились бесплатные спектакли и чтения для учащихся, которые состояли из научно-популярной и литературной части [11].

За судьбой каждой из воспитанниц следил епархиальный училищный совет и по возможности помогал выйти замуж или трудоустроиться. Лучших воспитанниц могли оставить при училище на должности помощницы воспитательницы. Основная же часть выпускниц трудоустраивалась или на приходе, по месту службы своих отцов, или становились домашними учительницами. В данном случае показательной является судьба одной из выпускниц Тамбовского женского епархиального училища - Марии Ивановны Новочадовой.

Обучаясь вместе со своими старшими сестрами в училище, она стала помогать своему отцу протоиерею Иоанну Новочадову, который с 1885 г. занимался устройством церковно-приходской школы при Покровской церкви г. Тамбова. С 1887 г. эта школа была преобразована в женскую [12]. Окончив училище в 1890 г., М.И. Новочадова, как и все преподаватели этой школы, работала безвозмездно, но затем стала получать жалование из сумм Тамбовского отделения епархиального училищного совета. В 1895, 1897 и 1899 гг. она прошла курсы церковного пения и дидактики для церковно-приходских

школ. По испытании комиссии при Тамбовском епархиальном училищном совете была удостоена свидетельства на «преимущественное право к занятию должности учительницы пения и управляющей школьным хором во всех церковных школах Тамбовской епархии» [13]. Будучи музыкально одаренным человеком, М.И. Новочадова приняла активное участие в создании школьного хора. Ее хор пел не только в приходском храме, но и приглашался для дачи концертов в других учебных заведениях города, а также сопутствовал своему настоятелю о. Иоанну, когда он командировался служить в другие храмы.

В «Отчете о состоянии церковных школ за 1913 г.» отмечается, что из всех школ особенно хорошо поставлено церковное пение лишь в 24-х, «из них Покровская школа, под управлением М.И. Новочадовой, без сомнения, занимает первое место не только по степени успешности, но и по применению детского пения: ея хор из учениц поет в своем храме литургии во дни поминовения усопших и в небольшие праздники, участвует в исполнении акафистов на вечернях в воскресные дни и по средам за религиознонравственными собеседованиями в Нарышкинской читальне поет стихи духовного содержания» [12, с. 89]. Успехи Покровской школы, а вместе с этим и незаурядные труды Марии Ивановны Новочадовой на ниве образования вполне можно проследить по периодическим изданиям Тамбовского края той поры, где часто упоминалось участие школы в общегородской и епархиальной жизни.

Об активной педагогической и общественной жизни М. И. Новочадовой свидетельствует и то, что с 1900 г. она была принята в Тамбовское епархиальное женское училище на должность учительницы географии и в этом же году была избранна членом-сотруд-ницей «Высочайше утвержденного общества для распространения Священного Писания в России». В 1905 г. Мария Ивановна стала являться членом правления «Серафимовско-го общества взаимного вспомоществования учащим церковных школ Тамбовской епархии», а в 1906 г. была избрана секретарем правления того же общества [13].

Мария Ивановна Новочадова, как и многие другие выпускницы женского епархиального училища, с первых же дней своей педа-

гогической работы стала активным публицистом, публикуя свои статьи в Епархиальных ведомостях. В 1905 г. она написала исторический очерк - «Покровская в г. Тамбове Церковно-приходская школа за 20 лет ея существования» и издала его в 1906 г. книжкой в 55 страниц. При подготовке к торжествам прославления Святителя Питирима (1914 г.) в Тамбове проводился конкурс по составлению исторических работ и очерков о жизни святителя. Мария Ивановна также приняла деятельное участие в составлении жизнеописания Святителя. Но, т. к. уже были написаны и писались достаточно серьезные труды по этому поводу, она поставила перед собой задачу составить такое жизнеописание Святителя, которое по своему содержанию было бы доступным детскому восприятию. Уже в

1913 г. ее книга «Великий светильник церкви Тамбовской, Святитель Питирим, чтение для школ и народа» была не просто выпущена в типографии П.С. Москалева, но имела гриф -«Издание Тамбовского Кафедрального Собора» [14]. Известны и факты активной работы Марии Ивановны Новочадовой по проведению общеепархиальных программ для церковно-приходских школ. В 1914 г. именно ей было поручено проведение концертной программы, посвященной памяти Святителя Пи-тирима. Во время этой программы зачитывалась не только книга Новочадовой о святителе Питириме, но и исполнялись положенные на ее музыку гимн святителю Питириму «Хоть 215 лет миновало.», песнопение «Наша заступница», «У нас под сводами собора» [15].

О признании таланта Марии Ивановны со стороны просвещенных людей того времени свидетельствует и то, что по желанию Епископа Кирилла (Смирнова) на ноты М.И. Новочадовой «были положены умилительные стихи о Божией Матери» [14, с. 40]. За свои труды Мария Ивановна неоднократно получала и награждения. Так, в 1900 г. «.за труды в церковной школе» она была награждена «Библией» от Священного Синода, а в 1904 г. «.за труды по народному образованию» была награждена серебряной медалью на Александровской ленте с надписью - «За усердие» [16].

Подобно М. И. Новочадовой, многие выпускницы Тамбовского епархиального женского училища явились активными тружени-

цами на поприще народного образования. В 1912/13 учебном году из выпускниц училища учительницами народных школ состояло 547 человек, среди них 360 человек - в церковноприходских школах и 187 - в земских.

К началу Первой мировой войны (1914 г.) из стен Тамбовского епархиального женского училища было выпущено 1886 воспитанниц, полезная деятельность которых имела положительное влияние на жизнь общества. Само же Тамбовское епархиальное женское училище и сложившаяся в нем система женского образования, как выразился современник того времени, «. создало новую эру в жизни самой женщины, вызвав ее к свету, расширив область ее деятельности и обеспечив за нею право на самостоятельное трудовое существование» [2, с. 61-62].

1. История Русской Церкви: в 9 кн. М., 1997. Кн. 8. Ч. 2. С. 102.

2. Адрес-календарь Тамбовской губернии на

1914 г. Отдел Исторический. Тамбов, 1914.

С. 41.

3. Ушинский К.Д. О народности и общественном воспитании // Педагогические сочинения: в 2 т. М., 1988. Т. 1. С. 183.

4. Тамбовские епархиальные ведомости (ТЕВ). 1906. № 4. Неофициальная часть. С. 12.

5. ТЕВ. 1906. № 5. Н.ч. С. 17.

6. ТЕВ. 1904. № 42. С. 2039.

7. ТЕВ. 1904. № 50. С. 1168.

8. ТЕВ. 1904. № 39. С. 876.

9. ТЕВ. 1906. № 11. С. 193.

10. ТЕВ. 1904. № 48. Н.ч. С. 1489-1492.

11. Адрес-календарь на 1903 г. Тамбов, 1903. С. 123-124.

12. Покровская в г. Тамбове церковно-приходская школа: исторический очерк за 20 лет ее существования / сост. М. И. Новочадова. Тамбов, 1906. С. 33.

13. ТЕВ. 1908. № 48. С. 931.

14. Лисюнин В.Ф. История Покровского Собора г. Тамбова. Тамбов, 2001. С. 38-39.

15. ТЕВ. 1914. № 7. С. 240-242.

16. ТЕВ. 1904. № 14-15. С. 269-270.

Поступила в редакцию 12.10.2010 г.

UDC 947

PROJECT OF FEMALE EDUCATION AND PROBLEMS OF ITS REALIZATION AT THE END OF 19th - BEGINNING OF 20th CENTURIES

Priest Viktor Lisyunin, Tambov Seminary, Tambov, Russia, Candidate of History, Deputy Principal, e-mail: info @eparhia-tmb .ru

In article against the background of general Russian context the process of development of regional system of education on example of spiritual educational female institutions of Tambov diocese is considered. The specific, variative forms of regional female education are defined. The main stages of formation and development of this process are characterized. The role of institute of Russian Orthodox Church and participants of realization of female education project is highlightened.

Key words: education system; female education; modernization; tradition; gender specifics of educational model.

2З4