К проблеме изучения низшей мифологии: мифологический персонаж

К ПРОБЛЕМЕ ИЗУЧЕНИЯ НИЗШЕЙ МИФОЛОГИИ: МИФОЛОГИЧЕСКИЙ ПЕРСОНАЖ

Персонаж, миф, обряд, традиция, функция.

Традиционный подход к мифологической системе как к замкнутому разделу верований или как к системе известных по быличкам фольклорных персонажей представляется в настоящее время недостаточным, поскольку он не раскрывает связей мифологических персонажей с ритуально-магической, бытовой и обрядовой практикой. Рассмотрение народной демонологии как многосоставной системы, включающей не только ряд персонажей, но и весь круг основных мотивов и сюжетов, связанных со сферой «низшей» мифологии, сопряжено с понятием мифологического текста. Мифологический текст понимается как текст, функционирующий в разных формах бытовой, полуобрядовой и обрядовой речи, содержащий сведения о демонологических явлениях и воспроизводящийся в определенных тематических, языковых и ситуативных формах [Левкиевская, 2006, с. 150]. Кроме фольклорного материала, который традиционно привлекается при изучении персонажей низшей мифологии (былички, сказки, предания и легенды), в исследованиях представляется необходимым учитывать многообразные «малые» фольклорные формы, а также данные обрядовой традиции (например, «ритуальное кормление “йорт иясе”» или «изгнание “пэри”»), мотивировки ритуально-магических действий, запретов и нормативных предписаний. Привлечение такого широкого круга источников приводит к расширению системы мифологических образов, включению в демонологическую систему образов с менее выраженным мифологическим статусом, а также раскрытию системы признаков и функций, характеризующих мифологический персонаж (далее — МП).

При таком подходе иначе выглядит и проблема сравнительного описания МП, который в разных локальных традициях может иметь иные имена и разные наборы функций. Для решения этой проблемы необходимы обеспеченность достаточно полным материалом по разным локальным традициям и разработанность методики такого сравнения. Мифологических текстов по народной демонологии татар, имеющихся в фондах и библиотеках научных центров, опубликованных в сборниках и исследованиях по фольклору, на сегодняшний день крайне недостаточно, так как они не позволяют провести сравнительное исследование одного МП по данным различных локальных традиций. Однако имеющиеся полевые материалы помогают обозначить начальные точки для дальнейших научных разысканий. Так же обстоит дело и с методикой сравнительного изучения МП. С этой целью сектором этнолингвистики и фольклора Института славяноведения и балканистики РАН была разработна схема описания МП, включающая набор характеристик, по которым можно идентифицировать любой МП, а именно названия, ипостаси, внешний облик, локусы, характерные занятия, функции, взаимоотношения с человеком [Виноградова, Толстая 1994, с. 40—44]. Использование данной схемы предполагает выявление характерных черт МП на разных уровнях: лингвистическом, морфологическом, функциональном. Таким образом, проявляются

целостный образ, набор характеристик и функций МП, которые невозможно реконструировать без привлечения широкой ИСТОЧНИКОВОЙ базы.

В данной работе предлагается опыт сравнительного изучения МП на материале различных источников и локальных традиций. Из огромного многообразия МП мы избрали образ «Хызыр Ильяса», который представлен достаточно широким набором признаков и функций в традиционной культуре татар. Следует оговориться, что имеющийся у исследователя материал ограничивается Высокогорским, Тюлячинским, Пестречинским, Зеленодольским, Балтасинским районами в Заказанье, Тюменским и Ялуторовским районами в Тюменской области РФ. В связи с чем следует отметить, что материал для сравнительной характеристики данного МП не охватывает вышеуказанные традиции полностью и требует дальнейших дополнений.

Названия данного персонажа по материалам двух локальных традиций имеют некоторые различия. Если заказанские татары называют данный персонаж Хозер, Хозер Ильяс, юл иясе, кыр иясе, то западносибирские татары именуют его Хосер Ильяс баба, Хосер бабай, юл иясе, Хосер, Ильяс.

Хызыр Ильяс представляется в обеих традициях белобородым старцем, однако западносибирские татары сообщают, что он может показаться и виде животного: собаки или коровы. Здесь же информанты указывают на наличие телесной аномалии, по которой можно его узнать: отсутствие большого пальца правой руки, отсутствие кости среднего пальца правой руки.

В традиции заказанских татар Хызыр Ильяс в большинстве случаев представляется как одиночный образ (Хозер или Хозер Ильяс), но может встречаться и в виде парного образа: Хозер и Ильяс. В сообщениях западносибирских татар данный персонаж представляется и как одиночный Хосер, Хосер Ильяс), и как парный образ (Хосер баба и Хур кызы, Хосер и Ильяс). Интересно представление информантов о том, что у мальчика Хосер была сестра-близнец Хур кызы. По их мнению, эти персонажи символизируют души неженатого молодого человека и незамужней девушки. В связи с этим существует обычай оставлять воду в небольшой посуде в хозяйстве для того, чтобы Хур кызы могла прилететь и испить воды, (д. Чикча, Тюменский район, Тюменская область, 2007).

В легендах заказанских татар проявляется особенность Хызыра как родоначальника. В Мамадышском районе РТ в деревне Верхняя Ушма существует предание о Хызыр Ильясе. В одной семье не было детей, однажды к ним пришел старец в белой одежде и предсказал им рождение сына, который будет жить только в том случае, если его назовут Бабанияз. Но бабушка с дедом забыли имя, и мальчик умер. После этого случая у них вновь появился белобородый путник и написал им имя сына, когда вновь родился ребенок, его назвали Бабанияз. Так и произошла фамилия этой семьи (д. В. Ушма, Мамадышский район РТ, 2003).

Восприятие народом Хызыра как путника отражается в предании «Бездонное озеро», которое гласит следующее: в одной из деревень прежде жили богачи. Однажды здесь появился нищий, больной и уставший старик, он стучался в ворота, но его отовсюду прогоняли: то ругали, травили собаками или просто не отвечали. Старец с трудом выбрался из деревни и, поднявшись на холм, проклял ее. В ту же минуту деревня провалилась под землю, и на ее месте образовалось бездонное озеро, а осудившим этих людей был Хызыр Ильяс (д. В. Ушма, Мамадышский район РТ, 2003).

В этом предании отражены два качества образа, характерные именно для данного персонажа: праведник Хызыр предстает как нищий и убогий старец, вечный

путник, помогающий добрым и наказывающий злых. Здесь раскрывается еще одна сторона этого образа, а именно его связь с водной стихией, способность управлять ею.

Необходимо рассмотреть еще несколько легенд татарского народа, где Хызыр непосредственно связан с водой. В Балтасинском районе РТ в деревне Салавыч существует родник, который исполняет желания и сохраняет благополучие деревни. Легенда гласит следующее: однажды жителю этой деревни встретился старец в белой одежде и велел ему следить за родником, после чего этот человек исполнил его волю. С тех пор люди приходят к роднику, просят его ниспослать дождь, благополучие и здоровье семье и верят, что родник исполняет их желания (д. Салавыч, Балтасинский район РТ, 2002).

Непосредственная связь с водой прослеживается и в следующей легенде. В деревне Олы Шынар есть гора Хызыра. Народ верит, что в древние времена Хызыр, возвращаясь из хаджа, умер на этой горе, и его могила сохранилась до сих пор. На месте этой могилы появился родник, который теперь называют «Родником святых». В этой легенде просвечивается связь Хызыра с горой. Гора с древних времен считалась местом жертвоприношений у тюрков, и ее семантика устанли-вает более тесную связь между Тенгри и Хызыром. Хызыр воспринимается как хранитель горы, жертвенного места и медиатор между миром людей и богов (д. Олы Шынар, Сабинский район РТ, 2002).

В д. Янтык Тюменского района Тюменской области информанты сообщили, что при переправе через реку необходимо произнести следующие магические слова: «Хосер ж;иргэ ташласын» («Пусть Хосер бросит нас на землю»). Здесь же актуально предание о том, что Хосер и Ильяс появляются после дождя и их можно увидеть на концах радуги.

Исходя из вышесказанного, становится ясно, что данный МП имеет распространение в двух указанных локальных традициях татар. При сравнительном исследовании выделяются общие и различные черты этого персонажа, но удивительная однообразность его функций позволяет предположить, что данная система признаков объединяет МП в единое целое и позволяет охарактеризовать его с новой стороны. Под функцией в фольклористике понимается «действие, которое имеет конкретную прагматику, иллокутивную цель, ради которой персонаж совершает данное действие» [Левкиевская, 2006, с. 172]. При таком подходе мифологический персонаж понимается не как мифологический образ, а как пучок функций и признаков, скрепленный именем, который может иметь широкий круг форм языкового выражения. Исследование МП на уровне мифологической функции позволяет выявить общетюркские основы данного персонажа и его локальные особенности.

В исследованиях по татарской фольклористике с Хызыр Ильясом связываются лишь попечительная и прогностическая функции, тогда как полевые материалы указывают и на наличие патронажной функции, которая свидетельствует об общетюркской основе данного МП. А.Х. Садекова указывает на то, что в поверьях узбеков Хорезма Хызыр не только помогает заблудшим, исцеляет больных, но и участвует в культе плодородия [Садекова, 2001, с. 135]. В турецком фольклоре ежегодно 23 апреля отмечается праздник «хыдреллез» - приход лета, который длится три дня. Обряды трехдневного цикла связаны с верой в появление Хызыра, который принесет с собой солнце, воду, здоровье и согреет землю [Сейп, 2000, р. 28-29]. И в поверьях татар прослеживается подобная аналогия. В Зелено-

дольском районе РТ о приходе весны судят по палке, воткнутой в снег 19 апреля. Если уровень снега за ночь не понизится, говорят, что «Хозер еще не взмахнул плетью» (д. Бишня, Зеленодольский p-он РТ, 2008). В Кукморском районе РТ после сбора урожая оставляют несколько картофелин Хызыру (д. Туркаш, Кукмор-ский район РТ, 2008). При проявлении патронажной функции данного МП актуализируется одиночный персонаж «Хозер», «кыр иясе», тогда как остальные функции связаны с парным образом Хозер Ильяс. Из чего следует предположить, что Хозер был древнетюркским духом-хозяином, а Ильяс является более поздним наслоением данного МП. Тем более что при сравнительном рассмотрении с традиционными представлениями других тюркских народов выясняется, что исследуемый МП в связи с патронажной функцией носит название Хызыр.

Таким образом, сравнительная методика исследования МП, представляемого как пучок функций и признаков, скрепленных именем и имеющих широкий круг форм языкового выражения, позволяет выявить генетические и общетюркские основы мифологической системы. В данном случае функция МП становится основополагающим фактором в его классификации и позволяет объединить инварианты в один исходный персонаж.

Библиографический список

1. Виноградова JI.H., Толстая С.М. К проблеме идентификации и сравнения персонажей славянской мифологии // Славянский и балканский фольклор. Верования. Текст. Ритуал. М., 1994. С. 16-44.

2. Левкиевская Е.Е. Прагматика мифологического текста // Славянский и балканский фольклор. Семанитика и прагматика текста. М.: Индрик, 2006. Вып. 10. 560 с.

3. Садекова А.Х. Идеология ислама и татарское народное творчество. Казань: Фикер, 2001.

4. Cetin I. Nevruz kutlamalarmda ortak ve benzer pratikler // Uluslararasi Nevruz Sempoz-yumu bildirileri: 21-23 Mart 2000, Ankara. Ankara: Ktilttir Bakanligi, 2000. S. 28-29.