Дентальная аутотрансплантация

Дентальная аутотрансплантация

Стоматология

Давид Давтян

врач высшей категории,хирург-имплантолог. Центр имплантологии доктора Давтяна

Натэла Ломакина:

Добрый вечер, мои дорогие друзья, пациенты, коллеги, в эфире авторская передача «Философия улыбки», и с вами я, Ломакина Натэла. Сегодня экспертом у нас в гостях является мой друг, коллега, великолепный доктор, замечательный человек Давид Давтян. Я знаю Вас как замечательного человека, на всех конгрессах мы вместе, и я бы хотела, чтобы Вы сами рассказали о своих регалиях. Я знаю, что Вы хирург-имплантолог и владелец Центра имплантологии доктора Давтяна.

Давид Давтян:

Меня зовут Давтян Давид Арменович, я управляющий владелец клиники Центр имплантологии доктора Давтяна, помимо руководства я занимаюсь частной практикой: имплантология, терапия, ортопедия, детская стоматология. За время нашей работы мы достигли хороших результатов благодаря нашим конгрессам, обучению в России, за рубежом, от Востока до Запада. Я благодарен судьбе, потому что с детства мечтал стать стоматологом, горячая кровь, жаждущая стоматологии, и я добился своего.

Натэла Ломакина:

Вы помните своего первого пациента?

Давид Давтян:

Да, своего первого пациента я еще на втором курсе лечил, это была сестра моего однокурсника, они сами не занимались и почему-то мне передавали своих родственников, это была реставрация переднего резца. Был первый опыт, но пломба стояла 10-15 лет. Сегодняшняя тема актуальная, перспективная, пересадка зубов, для меня это родное, я хотел этим заниматься. Но, к сожалению, в годы ординатуры в России не было куратора, чтобы со мной занимались.

Натэла Ломакина:

Я бы хотела рассказать об этой методике, потому что врачи нас поймут, а пациенты нет. Это методика замещения зуба, в ходе которой используется свой собственный зуб, зуб мудрости, который в данный момент лишний и может расти неправильно. Кому показана эта методика?

Давид Давтян:

Противопоказания к аутотрансплантации зубов суженные, потому что это свой зуб. Мы учитываем возраст, то есть до 22-23 противопоказана имплантация в связи с тем, что скелет еще не сформирован. В этом случае нам помогает, когда у ребенка или подростка возникают какие-то проблемы с травмами или не вовремя санирован рот, осложнение кариеса и потеря зуба.

Натэла Ломакина:

У меня много пациентов, у которых в 14-15 лет уже так сильно поражены моляры, что там стоит вопрос о сохранении зуба, и даже не понимаешь, что делать, потому что практически кариес до корня. И ты лечишь этот зуб, чтобы сохранить зубной ряд, потому что в этом возрасте ни в коем случае нельзя удалять моляры, любыми способами этот зуб должен стоять. При этом объясняешь родителям, что мы постарались, но не знаем, как долго он простоит, потому что практически нет своих стенок.

Давид Давтян:

Молодой парень, 18 лет, обратился за помощью, под корнем огромная киста, и никакая бы эндодонтия не помогла. И я родителям предложил пересадить здоровый 8-й зуб, который рядом.

Натэла Ломакина:

Хорошо еще, что в 18 лет зубы мудрости были.

Давид Давтян:

И в 30 лет встречаются хорошие зубы, были кейсы, когда сложно было его достать без повреждения, а наша задача как раз достать его, чтобы в дальнейшем произошла хорошая регенерация периодонтальной связки, чтобы образовалась новая кость, связка.

Я часто слышу от своих пациентов, которым я проводил данные процедуры по поводу пересадки зубов, и когда они походят профосмотры, говорят, что нам не поверили, что это пересаженный зуб. Аутотрансплантацией, если поднять научные данные, уже с 50-х прошлого века занимались. В России есть коллеги, которые этим занимаются, а во всем мире последние 30 лет, профессор Цукибоши из Японии показал хорошие результаты.

Я начал заниматься этим в 2010 году, это была реплантация зуба, потому что ребенок 11 лет в школе подрался, выбили 2 зуба, центральный резец, боковой, и в руках он их принес. Я понимал, что должен поставить на место, и мы провели реплантацию. Насколько это было чисто, стерильно, ведь при пересадке не только аккуратно надо удалять зуб, а еще учесть экстраоральное состояние, как держали этот зуб, PH нарушается, осмотическое давление, связка может повредиться, идет деградация зуба. Эти зубы мы сохранили 5 лет. Потом пошел анкилоз, асимметрия, подключили ортодонта, потому что корни рассосались. Ошибки, которые здесь возникли, это недопонимание. После посещения соответствующих курсов, обучения я уже свои ошибки понимал, но тогда я не был готов, потому что у нас было всего лишь 2 часа, времени нет куда-то направить, и я решил попробовать сам.

И был еще случай, когда я собирался удалить 8-й ретинированный зуб, у пациента ограничение открывания рта, возможности работать нет. И у меня есть только один способ – удалить 7-й зуб, удалить 8-й и 7-й поставить на место, то есть я сделал реплантацию. Этот 7-й зуб до сих пор стоит, прошло уже 8 лет, и все благополучно. После этого у нас уже стала развиваться аутотрансплантация. При аутотрансплантации гарантии на приживление, хотя мне Цукибоши говорил – надейся на 70 процентов, но если будет 50, радуйся, но на сегодняшний день 100-процентный результат. Это подтверждают снимки, пациенты, мы делаем контрольные осмотры, для меня это гордость, потому что я добился того, что я хотел.

Пересадка зачатков зубов, почему нет, я думаю, в ближайшее время начнем. И если такими темпами идти, уже скоро кто-то заявит, потому что лабораторно уже занимаются, эксперименты на животных проводят. Для меня это радость. Я не бизнесмен, я считаю не деньги, а насколько я смог помочь сберечь здоровье, природоподобное состояние полости рта.

Натэла Ломакина:

Сохранили то, что создала природа, просто зубки переставили местами.

Давид Давтян:

После пересадки, когда возникают контактные вопросы, все это восстанавливается пломбировочными материалами, делается художественная реставрация, покрываем коронками, которые наносят минимальный вред зубам.

Натэла Ломакина:

Обязательно, когда происходит пересадка зуба, его надо депульпировать.

Давид Давтян:

Депульпация – удаление нерва. У ребенка недели через три я проводил частичную глубокую ампутацию и может быть даже экстирпацию, и с центральным резцом я не проиграл, угадал, он долго стоял. С боковым мы получили анкилоз, рассосался корень, это уже вопрос, надо ли было проводить депульпацию или нет. И очень четко научно доказано – мы должны учесть, сформированы корни или нет, потому что если сформированы, мы депульпируем, удаляем нерв, проводим обычную эндодонтию.

На картинке ретинированный зуб, 7-й мы должны были удалять, задача стояла максимально травматично удалить этот зуб. И когда я многим показывал, думали, что вокруг зуба огромный кратер, потому что атравматично, без повреждений костной ткани не удалил бы 8-й зуб. Но я без повреждения костной ткани удалил. Потом мы уже лечили корневые каналы. Сейчас этот ребенок уже взрослый, провели реставрацию, даже коронку не одели, то есть максимально щадяще. Но, к сожалению, некоторым докторам я не мог этого доказать.

Натэла Ломакина:

Есть доктора-пессимисты, а Вас я могу отнести к докторам, которые дают надежду и получают от этого удовольствие.

Давид Давтян:

Когда ты настроен, ты вкладываешь всю энергию туда, настраиваешься на позитивный результат. Многие спрашивают, как ты верхний 8-й зуб пересаживаешь на место нижнего 6-го? Да, я его пересаживаю, здесь есть определенный алгоритм. Когда я в лунку пересаживаю зуб мудрости, который идеально подходит под эту лунку, задача здесь очень простая, и очень быстро мы получаем хороший результат. Но когда мы дополнительно подготавливаем лунку, берем из другого места, корни чуть-чуть отклонены, еще крючки, сейчас есть цифровые технологии, я подготавливаю шаблон, чтобы не повредить, несколько раз примеряя. Мы получаем цифровые модели, подгоняем, потом пересаживаем зуб. Но для меня должно быть максимально короткое время, я должен это очень быстро делать, у нас всего лишь 2 часа, условия хранения не во рту. То есть я сначала подготавливаю лунку, а потом уже удаляю зуб и пересаживаю, у меня есть шаблон, под него подготовил, спокойно удаляю, и зуб не во рту остается 2-3 минуты, успех в этом.

Когда мы удаляем поверхность корня, мы не должны повредить соединительную ткань, периодонтальную связку, потому что там заложена вся генетическая информация, от этих клеток потом идет дифференциация, фибробласты, остеобласты, которые создают цемент, периодонтальную связку или индуцируют кость. В этом случае, когда идет воздействие на кость, работают стволовые клетки предшественники, от них идет замещение костной ткани на поверхность корня, и если нарушать протокол, мы может получить анкилоз, резорбцию корня.

Тут важно, когда делать эндодонтию. Многие уважаемые мировые звезды эту эндодонтию проводят через две недели. Когда я первые работы хотел проводить через две недели, я понимал, что это травма для зуба, это очередной стресс, потому что при работе микромотором, вращающимися инструментами, идет подвижность, и какая гарантия, что мы не нарушаем новые образующиеся ткани. В этом случае строгий протокол, я делаю через 2 месяца, снимаю швы, которые накладываю, через 2 месяца, и в отдаленных результатах, может быть рано говорить, но 3 года стабильности.

Натэла Ломакина:

Отдаленный результат и 3 года стабильности – это замечательно. Чтобы научиться ставить имплантат, нам нужно много-много раз его поставить. И доктор учится в процессе на своих ошибках. Если бы Вы этого не делали, не наблюдали в чем ошибки, и Вы их признаете, потому что очень важно, когда доктор признает свою ошибку, пытается найти ответ и больше так не делать, это дорогого стоит.

Давид Давтян:

Этого ребенка я до сих пор помню, он каждый раз приходит, и я говорю: «Миша, ты прости меня». А он говорит: «Да что Вы, знаете, как вся наша семья Вас любит. Я помню, как ходил с зубами целый день, а из школы пришел без зубов».

Расскажу, кто был виновником. Родственники ходили по клиникам узнать, действительно ли это так, им ответили, что поставили, все хорошо. Женщина заходит в клинику и спрашивает: «Скажите, говорят, что где-то ребенку зуб пересадили, это правда?» Медсестра говорит: «Да, это у нас делали. – Да вы что, если бы я к вам первым зашла, подумала бы, что все это делают. Я обошла все клиники и все подтвердили, что этого не может быть». Для меня это было гордостью, потому что это уже сила, я стою на правильном пути, помогаю. Ребенок обиду не держит, мы все возместили, сейчас носит капы, после института его, наверное, заберут в армию, а потом мы поставим имплантаты.

Натэла Ломакина:

Нужно еще учитывать момент, что некоторые удалили в раннем возрасте, мне самой удалили две шестерки в раннем возрасте, но мне повезло, что сдвинулись мои зубы на место шестых и восьмые встали на место седьмых. Зубы двигаются, замещают пространство. Если ничего не делать, они могут наклониться и нарушается окклюзия, с самого раннего возраста мы наносим ущерб организму, потому что то, что создано природой, должно быть там.

Давид Давтян:

Сейчас моя мечта сделать биопсию, взять кусочек зуба, вырастить, и если зуб разрушен, удалить его и поставить на его место новый, как клонируют сейчас сердце, почки, почему бы и зубы не клонировать. Я не знаю, смогу я этого добиться или нет, но очень хочу.

Натэла Ломакина:

Это перспектива на будущее. У некоторых есть финансовые проблемы, возрастные ограничения. Как провести такое у ребенка, который болеет сахарным диабетом?

Давид Давтян:

Часто обращаются пациенты, и они даже не знают, что у них сахар, а во рту это видно, и мы направляем на анализы. Рот – это зеркало всего организма, и грамотный врач это понимает. Если четко соблюдается диета, наблюдение, гигиена, проблем никаких не будет, диабетикам ортодонтию проводим, зубы удаляем, раны заживают.

Натэла Ломакина:

Для имплантации уровень сахара должен быть ниже 8.

Давид Давтян:

Для меня 8 – это грань. Многие пациенты по 5-10 лет ходят, сахар компенсирован, все хорошо. Был один случай, когда человек говорит, что не может себе отказать, и через 5 лет мы получили серьезные проблемы, я сделал съемные протезы. Аутотрансплантация – это же свой зуб.

Натэла Ломакина:

Если у родственников лишние восьмые зубы, а у ребенка не хватает, мы можем их использовать?

Давид Давтян:

Неделю назад пациент спросил: «Я очень хочу, чтобы Вы мне пересадили зуб, можно у сына 8-й возьмем и пересадим?» Я ответил, что практиковать на вас не хочу, но если почки донорские пересаживают, почему бы нет, если подходит по всем генетическим показателям. Но у меня такого в практике пока нет. Я вижу доверие ко мне, и мне будет обидно, что получится первое отторжение, я хочу, чтобы был всегда 100-процентный результат. Я стараюсь держать этот результат, выбираю избирательно пациентов, оцениваю состояние зубов мудрости. Если они разрушены, кариес, нужно смотреть, потому что это напрямую влияет на результат.

В нашей клинике мы создали криобанк, когда по эндодонтическим показаниям удаляется ретинированный зуб или премоляры, мы эти зубы просим пациентов, если они соглашаются, хранить, чтобы в случае чего пересадить их. У нас таких уже человек 15, мы эти зубы храним.

Натэла Ломакина:

Наверное, Вы первый доктор, который создал криобанк зубов.

Давид Давтян:

Это вклад в будущее, наши последующие шаги, вдруг авария, ДТП, потеряли зуб, давайте попробуем поставить зуб вместо имплантата. Время покажет, мы пока их храним, дай Бог, чтобы мы их не использовали.

Натэла Ломакина:

Даже если будет неудача, первый блин комом, мне кажется, нельзя опускать руки и расстраиваться, нужно развиваться и только вперед.

Давид Давтян:

Раньше, когда мы за пределы России никуда не выезжали, думали, что все в мире лучше, чем у нас. Но я могу уверенно говорить, что в России стоматология находится на таком высоком уровне, что даже во многих зарубежных клиниках такого оборудования я не увидел.

Натэла Ломакина:

Наши клиники самые чистые.

Давид Давтян:

Когда начинаешь ездить и сравнивать, понимаешь, что мы действительно достигли хорошего уровня. В Штатах мы встретились с доктором, у меня там друзья, и когда я сказал про аутотрансплантацию, он сказал, что у них такого нет, они бы не рискнули. Наше законодательство позволяет варьировать, углубиться в этом направлении, и если взять среди всей медицины, стоматология достигла высокого уровня. Мы уже можем направлять человека к остеопатам, говорить, что давайте мы займемся вашей осанкой, это прикус, или мы находим проблемы с сердцем, сахаром, направляем. Я надеюсь, мы пойдем дальше, если на законодательном уровне нас не будут давить. Поэтому я благодарен, что сегодня многие наши коллеги действительно врачи, они обучаются, стремятся. Когда мы встречаемся, многие просто горят желанием, хотят новой информации, не стесняются делиться, я рассказываю о своих осложнениях, чтобы не допускать их в дальнейшем. Мы открыты, мы друг другу помогаем. В соцсетях есть группы, где мы тоже делимся своими результатами.

Натэла Ломакина:

Результаты стопроцентные, и Вы сохраняете окклюзию, зубной ряд, Вы сохранили ребенку зуб, несмотря на то, что там был глубокий кариес, и этот зуб было невозможно вылечить, потому что если бы не Вы, он ходил бы так до 25 лет, только тогда можно было бы поставить имплантат.

Давид Давтян:

И это радует, потому что ты выбрал медицину и понимаешь, что это призвание. Ты должен разделять бизнес и медицину, для меня это на первом месте, потому что от многих коллег слышу, что нам выгоднее имплантат поставить. Для меня не выгодно поставить имплантат, я не считаю финансовую сторону, для меня главное сохранить природоподобное состояние. Если посмотреть, каких результатов достигают наши имплантологи – красивая десна, вокруг имплантата все четко, на снимках не отличишь, искусственная коронка или зуб, но все равно это инородное. Любой хирург подтвердит, потому что это почти на 100 процентов приживление. Мы не думаем, приживется имплантат или нет, потому что вовремя провел диагностику, проанализировал ситуацию, стопроцентный успех в кармане.

То же самое с аутотрансплантацией. Если ты все провел по протоколу, значит, у тебя такой же результат будет, но уже собственные зубы будут стоять, потому что зуб мудрости можно пересадить в область центрального резца. В итоге мы тут должны заниматься эстеткой, покрыть коронкой, но это намного лучше, чем имплантат, потому что я своим всегда говорю, что даже если занимаемся имплантацией, вы можете это сделать через 5-10 лет, а за 5 лет в стоматологии многое изменится, мы предложим другие варианты восстановления этого дефекта. Поэтому для меня главное сохранить зуб, если возможно. Если нет, я смотрю, есть ли зуб мудрости, в последнем варианте имплантацию.

Иногда приходят пациенты, когда уже надо удалять, видно, что небольшой свищ или абсцесс, человек пришел на удаление, и тут я должен выбирать: я удаляю и в последующем провожу имплантацию или я должен предложить какую-то альтернативу. Когда попадают такие пациенты, я сразу ищу восьмерки. И когда они хотят убрать зуб, я предлагаю пересадить, и они говорят: «Вы что, издеваетесь надо мной? – Нет, вот есть работы». Я одну пациентку два часа уговаривал, потом она согласилась, и после этого случая прошло уже 2 года, и когда мы общаемся, я спрашиваю: «Ну что, может, удалим это пересаженный зуб? – Нет, почему Вы так говорите? – Ну Вы же не хотели. – Нет, спасибо, что Вы меня уговорили».

И точно так же был случай полгода назад, молодая девушка, 19 лет, пришла удалять 7-й нижний зуб. Родители у меня лечатся и дочку отправили ко мне. Я должен был удалить справа 7-й, и нашел только слева 8-й верхний. И я сказал, что хотел бы пересадить этот зуб вместо того, который мы сейчас удалим. Она говорит: «Нет, я не хочу. – Давай позвоним родителям». Мама говорит нет, папа говорит да. Я говорю, давайте работать в команде, я обещаю, что все будет хорошо, у меня стопроцентный результат, я поговорю с вами через полгода, когда вы своими глазами увидите, что это действительно можно сделать. И когда она пришла на очередной осмотр, я спрашиваю: «Ну как, довольна? – До сих пор никто не верит».

Натэла Ломакина:

Единственная проблема, что нигде нет информации.

Давид Давтян:

Сейчас пациенты очень грамотные, есть интернет, они много читают, приходят и рассказывают, и я думаю, что с врачом общаюсь. Поэтому я прошу коллег, когда мы что-то не знаем, лучше не говорить, что это невозможно или это никто не делает. Этим активно занимаются во всем мире, многие доктора в России тоже это делают. Поэтому не надо настраивать пациента на негатив, потому что сложно потом переубедить. Когда 10 врачей говорят нельзя, ты выглядишь среди них дураком. Я говорю, поверьте, мне будет больно, если я этого не сделаю. Говорят: «Нет, удаляем. – Хорошо, тогда идите удалять в любое другое место, но не ко мне». И после этих слов они остаются.

Натэла Ломакина:

Получается, еще одна проблема, кроме отсутствия информации, что другие доктора неправильно объясняют. Доктора сомневаются и говорят, что такого не может быть. И когда один доктор так сказал, то сложно поверить тому, кто говорит, что все будет хорошо.

Давид Давтян:

Пациентам интересно ходить по десяти клиникам, узнавать разное мнение. Когда про имплантацию где-то совпадает, кто-то говорит 50, 70 процентов, хотя я говорю 99,9, и я говорю, что если не приживется, то я вам бесплатно поставлю имплантат, поэтому вы не думайте, что я заинтересован больше заработать.

Натэла Ломакина:

Спасибо за такую интересную информацию. Друзья, если вам надо удалить зуб, если у вас есть восьмерки, то у вас есть шанс сохранить зубной ряд, вы знаете, куда обращаться – к Давиду в Центр имплантологии Давтяна. Улыбайтесь почаще, чтобы вы были живы-здоровы и чтобы у вас все было хорошо. Всего доброго, до следующих встреч.