Правовая реальность как сложная, открытая, самоорганизующаяся система

1УДК 340 ББК 67.0

ПРАВОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК СЛОЖНАЯ, ОТКРЫТАЯ, САМООРГАНИЗУЮЩАЯСЯ СИСТЕМА

С. В. Курзанов

Аннотация. Предметом рассмотрения автора является синергетический подход в области права. Данная предметная область определяется автором, исходя из целей работы - проанализировать правовую реальность с позиции синергетики.

С точки зрения синергетического подхода правовая реальность является сложноорганизо-ванным, незамкнутым системным образованием, характеризующимся свойством самоорганизации, происходящей в бифуркационных состояниях под воздействием больших и малых флуктуаций.

В процессе эволюции системы ее способность отклоняться от параметров и состояния стабильности способствует приспособлению к окружающим воздействиям. Указанные в статье положения синергетического подхода вполне применимы и к характеристике правовой реальности, поскольку то, что правовая реальность является системным образованием, - это неоспоримый факт, признаваемый в настоящее время всеми исследователями. На взгляд автора, также является очевидным, что указанная система является сложной, открытой и нелинейной.

Ключевые слова: правовая реальность, синергетика, флуктуация, бифуркация, иерархичность, интеграция, дифференциация.

LEGAL REALITY AS COMPLEX, OPEN, SELF-ORGANIZING SYSTEM S. V. Kurzanov

Abstract. The article is dedicated to the fact that in terms of the synergistic approach, the legal reality is a highly organized, open system characterized by the properties of self-organization, occurring in bifurcation states under the influence of large and small fluctuations. It should be noted that during the systems' evolution, its ability to deviate from the parameters and the state of stability works towards adaptation to the surrounding impacts. These provisions of synergetic approach mentioned in the article are also quite applicable to the characterization of the legal reality, because the fact that legal reality is the system - it is an indisputable fact recognized for now by all researchers. In the author's opinion, it is also obvious that this is a complex system, open and non-linear.

Keywords: legal reality, synergy, fluctuation, bifurcation, hierarchical pattern, integration, differentiation.

Моделирование правовой картины мира, которая представляет собой обобщенный образ правовой реальности, предполагает использование многообразия подходов к ее осмыслению, включая междисциплинарные методы.

В целом понятие правовой реальности призвано отобразить все многообразие правовых явлений, представить бытие права в конкретном историческом времени и пространстве [1, с. 58-86].

Правовая реальность аккумулирует в себе все существующие в пространстве и времени

правовые феномены [2, с. 643], вместе с тем правовая реальность представляет собой существенную часть общественной жизни, в которой люди взаимодействуют как субъекты права, удовлетворяя свои интересы на основе и в рамках права, то есть правовую жизнь общества.

Анализируя предложенные О. Г. Данилья-ном, С. И. Максимовым, О. В. Кретом, С. Л. Сло-боданюком интерпретации правовой реальности, можно отметить некоторую однобокость в ее оценке.

Особого внимания к определению сущности правовой реальности заслуживает систем-

ный подход, поскольку именно он рассматривает правовую реальность в аспекте ее структурно-функциональных элементов, постоянно взаимодействующих между собой и образующих единое целое. В рамках данного подхода правовая реальность зачастую отождествляется с понятием «правовая система».

Т. В. Кухарук справедливо отмечает, что правовая система общества, существуя в правовой реальности (правовой действительности, правовой жизни), охватывает в целом все правовые явления, характерные для данного общества [3, с. 49-50].

Исходя из этого, наиболее приемлемой представляется достаточно распространенная в научных кругах позиция, согласно которой правовая система включает в себя три составляющие: нормативную (правовые нормы, принципы и институты), организационную (юридические органы и учреждения) и мировоззренческую (правовые взгляды, идеи). Таким образом, правовая реальность - это комплекс всех юридических явлений, феноменов, включающих как позитивные (положительные, соответствующие праву), так и негативные компоненты, то есть как право и правовую систему, правосознание, юридическую практику и правопорядок, законность, так и противоправные явления, так или иначе дестабилизирующие нормальную правовую жизнь общества (правонарушения и прочие правовые девиации).

Рассматривая множественность мнений построения правовой картины мира, необходимо отметить, что одним из самых востребованных подобных методов исследования правовых феноменов в последнее время является синерге-тический подход.

Система права - сложнейшая структура, характеризующаяся неустойчивостью в системе правового регулирования, имеет нелинейный характер функционирования правовых явлений, выражающихся в процессах самоорганизации, переходах от хаоса к порядку, что определяет необходимость использования синерге-тического подхода.

Применение компонентов теории самоорганизации было осуществлено отечественными учеными в области права, непосредственно в практике правотворчества, при классификации нормативных и правовых актов, а также унифи-

кации права. Среди них необходимо отметить С. С. Алексеева, В. К. Бабаева, В. М. Баранова, Н. А. Власенко, А. В. Полякова, И. Н. Сенякина.

Тем не менее несмотря на то, что возможность и необходимость использования синер-гетического подхода в исследованиях правовых явлений в настоящее время обосновывается многими правоведами, комплексные теоретико-правовые исследования правовой реальности, с точки зрения синергетического подхода, крайне малочисленны.

Таким образом, складывается неоднозначная ситуация: с одной стороны, как отмечает К. В. Шундиков, поскольку наиболее отчетливо синергетические эффекты обнаруживают себя «на макроуровне» - в системах более высокого порядка, включающих значительный объем правовых феноменов и процессов различной природы, познание конкретных механизмов самоорганизации с использованием методологических ресурсов синергетики в правовой науке подразумевает рассмотрение не только некоторых частных правовых явлений, но и их совокупности в целом, понимаемой как система отношений, находящихся в области правового регулирования [4, с. 30], с другой стороны, подобные исследования не проводятся, идеи синергетики используются при изучении лишь отдельных правовых феноменов.

Подобная ситуация негативным образом сказывается как на состоянии всей юридической науки в целом, так и на построении правовой картины мира в частности, поскольку си-нергетический подход, используемый именно в рамках теоретико-правовых исследований, позволяет обогатить используемый арсенал междисциплинарных средств познания, рассмотреть совершенно по-другому существующие проблемы и, возможно, дать направление к разрешению некоторых из них.

Рассматривая синергетический подход в целом, необходимо отметить, что синергетика изучает процессы самоорганизации, которые происходят в сложных открытых системах.

Открытость системы означает, что все или некоторые ее элементы взаимодействуют не только друг с другом, но и с внешней средой. Сложность системы определена ее внутренней структурой, которая включает в себя непосредственно отличающиеся уровни, действующие и

работающие в соответствии со своими закономерностями.

Также сложность системы определяется необратимостью развития, невозможностью приведения системы в состояние полностью аналогичное первоначальному. При своем формировании уровни сложной системы непрерывно отклоняются от своих параметров, находятся в состоянии возмущения, и когда на систему, находящуюся в неравновесном состоянии, действует очередная флуктуация или совокупность флуктуаций, наступает критический момент в ее развитии, называемый точкой бифуркации. Находясь вблизи этой точки, системы оказываются перед выбором одного или нескольких путей эволюции [5, с. 56].

Необходимо отметить, что процессы самоорганизации имеют различный характер в зависимости от состояния системы. Здесь следует обратиться к понятиям простой и сложной системы.

Простая система является системой с периодическим поведением, то есть поведение простой системы подчинено законам, знание которых позволяет предельно точно предсказывать ее прошлое и будущее. Для этого достаточно располагать знаниями о ее настоящем состоянии.

Сложная система есть система с неопределенным поведением, и в чистом виде ее поведение непредсказуемо.

Количество вариантов возможного развития системы может быть определено заранее, но по какому именно пути в дальнейшем будет идти эволюция системы, приблизится ли она к положению неустойчивости или перейдет на принципиально новый, более высокий уровень организации - предсказать и спрогнозировать не представляется возможным.

Выбор дальнейшего варианта развития определяется случаем в виде очередной флуктуации, возникающей в том числе и в результате внешнего воздействия.

Следует заметить, что в процессе эволюции системы ее способность отклоняться от параметров и состояния стабильности способствует приспособлению к окружающим воздействи -ям. Указанные положения синергетического подхода вполне применимы и к характеристике правовой реальности, поскольку то, что пра-

вовая реальность является системным образованием, - это неоспоримый факт, признаваемый в настоящее время всеми исследователями [6, с. 368]. На наш взгляд, также является очевидным, что указанная система есть сложная, открытая и нелинейная.

Система является сложной, когда она включает в себя множество элементов, также представляющих собой подсистемы. Элементный состав правовой реальности образуют регла-ментационная, деятельностная и отражающая подсистемы. Поскольку правовая система является сложной системой, указанные элементы также обладают свойством системности.

Регламентационную подсистему правовой реальности образует система права. Деятель-ностная подсистема правовой реальности представляет собой систему правотворческой, пра-вореализационной и правоохранительной деятельности. Отражающая подсистема правовой реальности включает в себя правосознание и право в его естественно-правовом понимании.

Открытость правовой реальности означает ее взаимодействие и обмен информацией с другими видами социальной реальности, обусловленными тем фактом, что правовая реальность порождается обществом, развивается вместе с обществом и не может вне общества существовать.

Сложно переоценить значение понятия «информация» при рассмотрении процессов самоорганизации в правовой системе, которую в настоящее время невозможно представить без употребления данного понятия.

В науке нет общепринятого определения «информации», как нет и четкого понимания его сути [7, с. 95-98]. В этих условиях необходимо применить такую дефиницию, которая будет выражать суть самоорганизации применительно к самому системному процессу. Один из основателей кибернетики, ученый Н. Винер характеризует данное понятие таким образом: «Информация - это обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспосабливания к нему наших чувств». «Действенно жить, -отмечает Н. Винер, - это значит жить, располагая правильной информацией» [8, с. 31].

Если перефразировать мысль Винера, то можно определить информацию как некий им-

пульс, толчок для адаптации к новому. В данном контексте термин «информация» подразумевает под собой все новое, удерживаемое и сохраняемое в системе, в этом существующем положении. Стагнация происходит до тех пор, пока не будет разработан и приведен в действие соответствующий положению способ поведения. Следующим этапом, соответственно, является изменение статуса информации: она меняется, вызывает узнаваемые и привычные поведенческие практики, трансформируется в постоянный сигнал.

При этом колоссальную значимость получает корректность выявления, а также осознания информации. В прямой и непосредственной зависимости от такого понимания находится устойчивость поведенческих форм, с помощью которых осуществляется процесс адаптации к внешним изменениям. Устойчивость и стабильность системы находится в прямой зависимости от корректности осознания информации и ее трактовок. Причина этого - устоявшиеся нормы поведения, способствующие предельному понижению уровня энтропийно-сти (неопределенности). Неустойчивость и нестабильность системы, отсутствие упорядоченности возникает при неточностях и погрешностях, допущенных при обработке информации: количество допущенных ошибок прямо пропорционально проявлениям беспорядка в рабочем процессе, сообразно устоявшемуся способу поведения.

При рассмотрении данных способов упорядочивания информационных процессов следует обозначить: информация может быть игнорирована системой. В случае если важная информация оставлена системой без внимания, возможны резкие колебания и отклонения от нормы.

Подобный процесс Д. Блэк именует «ситуационной анархией». Проявление данного феномена обнаруживается в полном отрицании всего нового, постороннего и чужеродного. Любое столкновение с неопределенным, невыясненным и чужеродным по отношению к информации - стадия последняя, продолжения не имеет.

Попытка адаптации к внешнему воздействию (информации) с целью разрешения возникших противоречий является более сложной поведенческой системной стратегией. Услови-

ем корректности определения информации является стабильность системы, при возникновении сбоя мера неопределенности (энтропия) повышается. Выход из критического состояния и повышение уровня организованности системы обусловлен безошибочным распознаванием информации.

Неотъемлемым свойством любой системы является мера неопределенности, беспорядка. Каждое общество подвержено «социальному умиранию», собственному «небытию», всегда будет характеризоваться мерой дезорганизации, без учета качества жизненного уровня, развития социальных институтов, в том числе совершенства системы права.

В любом социуме вырабатывается уникальный способ существования, свой баланс порядка и дезорганизации, поэтому представить идеальное соотношение стабильности и нестабильности не представляется возможным. Тем не менее налицо следующий факт: система не может находиться в состоянии как идеального порядка, так и напротив - идеального беспорядка, подразумевая под термином «идеальный беспорядок» предельный уровень возможной дезорганизации, который влечет за собой социальную смерть.

Исходя из этого, отметим: чем больше сил и возможностей затрачивает система для поддержания своей жизнедеятельности, сохраняющих состояние устойчивости, тем целесообразнее поведение системы.

«Ведь такое сравнение, которое должно происходить постоянно, должно вести к изменению отдельных норм или действия неправовых факторов, а может быть, и систему правового регулирования в целом (касательно ее конструкции)» [9, с. 76-77].

При исследовании общественных явлений обратные связи позволяют принимать во внимание вероятность непрогнозируемых и непредвиденных альтернатив развития. Абсолютно точный сценарий вероятен в идеальных, относительно не сложных структурах, непосредственно в действительности такие структуры отсутствуют. Исходя из вышесказанного, исследование системы права необходимо осуществлять в контексте обратных связей, таким образом происходит трансформация данной деятельности в созидательный научный процесс.

Выделяют две разновидности обратных связей, формирующих информационный процесс:

1. Отрицательные обратные связи - это направленность системы автоматически сохранять и поддерживать на одном уровне свои показатели, но при их изменении запускаются в движение процессы, которые возвращают систему в исходное состояние, для стабилизации предыдущих показателей. Превращение, характеризуемое посредством данных связей, протекает по отношению неизменного положения состояния системы. О стабильности системы могут свидетельствовать ее соответствующие характеристики.

2. Положительные обратные связи упорядочивают процесс по сходной динамике с отрицательными обратными связями. В случае поддержания параметров системы ее стабильность увеличивается либо приходит в соответствие с исходным состоянием, когда эффективность положительных обратных связей, корректирующих параметры системы, возрастает или же понижается еще в большей степени.

Необходимо также добавить к терминам, рассмотренным выше (информации и обратных связей), такие понятия, как интеграция и дифференциация. Интеграцию можно представить как меру взаимосвязанных составных частей системы. Дифференциация является показателем раздробленности системы.

Отображением интеграции в социуме, например, является взаимопомощь, ответственность за обязательства кого-либо из членов общества (круговая порука). Одним из показателей дифференцированного социума выступает институт прав человека. Болезненной и неполноценной моделью дифференциации является социальная разъединенность, отчужденность и «бессилие индивида».

Чем больше уравновешена направленность интеграции, а также дифференциации в системе, тем больше комплексной она становится, и напротив, несоблюдение равновесия этих тенденций, возможно, приведет к повышению энтропии в системе.

Указав выше, что правовая система является сложной системой, также необходимо отметить, что она выступает не всегда только как средство управления и регламентирования информаци-

онными процессами, но также и сама обладает информационной сущностью, что определяет направленность ее действий, требующих надлежащего осмысления. Направленность действий правовой системы определяется еще и ее информационным качеством (в каком информационном качестве отражаются ее свойства).

Н. Винер отмечает, разделяя общество на две категории: «малое» и «большое», что степень осведомленности и владения информацией в малом обществе значительно более высока, нежели в большом. Максимальный уровень информированности представляет собой причину стабильности общества как системы, несмотря на то, что сама коммуникация как способ общения выступает в качестве антиго-меостатического фактора [8, с. 199].

Основанием для характеристики информации как существенного показателя пребывания системы в стабильном либо не стабильном положении, с нашей точки зрения, можно отобразить с помощью уровня интегрированности и дифференцированности той или иной системы. Категория Винера «малое общество» есть развитая форма объединения индивидов, в данном обществе нет необходимости применять специальные способы коммуникации. «Большое общество» предполагает отчуждение индивидов, в общественных взаимоотношениях усиливается нехватка коммуникации, выражающаяся в необходимости общения. В результате общество предпринимает меры -создает определенные информационные ресурсы, отвечающие данным запросам. Большие сообщества, характеризующиеся многомерностью своей структуры, используют правовую систему в качестве способа коммуникации, которая феноменально совмещает интеграцию и дифференциацию. Правовая система, во-первых, защищает интересы каждого субъекта общества, который испытывает потребность в необходимой информации, во-вторых, защищает интересы и всего общества, как условие индивидуальности каждого субъекта.

Различие «малых» и «больших» обществ заключается не в присутствии или отсутствии средств контроля и методов регулирования, но в их характерных особенностях. Здесь необходимо упомянуть о том, что в малых обществах средства контроля и методы регулирования не

предполагают специальных практик и особых структур, в большом сообществе, напротив, имеются в наличии специальные регулятивные ведомства и структуры. Взаимоотношения между индивидами в малом обществе основываются на обычном праве, по иному принципу строятся взаимоотношения между индивидами в большом сообществе, в нем главенствуют определенные формальные законы, осуществление которых требует принудительного применения специфических средств (к примеру, легитимное насилие).

Правовое сознание малого общества, при котором реализуется применение «нормативной силы фактического», согласно суждению Хобеля, не выражено формальными предписаниями и проявляется непосредственно в ходе развития социальных взаимоотношений. Правовая жизнь, как одна из форм организации социальной жизни, отличается сложной структурой и подразумевает, по определению Н. Мак-кормика, институциональный нормативный порядок, а П. Боханнон обозначает ее как двойную институционализацию.

Еще один важный момент, характеризующий порядок, - это его принудительный способ исполнения. Принудительный способ исполнения порядка не является независимой формой деятельности специальных структур, данная деятельность обнаруживается как на зарождающихся этапах формирования государства и права, так и в наиболее развитых сообществах.

В настоящее время в правовой системе действует монополия на легитимное насилие, как преимущественное право государства: «Право на физическое насилие приписывается всем другим союзам или отдельным лицам лишь настолько, насколько государство со своей стороны допускает это насилие: единственным источником "права" на насилие считается государство» [10, с. 645].

Из вышесказанного следует заключить, что на данном этапе правовая система есть специфический, стабильный, сложный способ передачи информации. Уровень открытости системы к информации - это еще одно проявление гомеостаза (поддержания программы жизнедеятельности системы).

Будет ошибкой полагать, что малое общество является обществом закрытым, поскольку

в нем высокая степень осведомленности и мало информации, а большое общество, так как оно более информативно, считается не закрытым.

Согласно В. Г. Графскому, «право, воспринимаемое как ценность по своей природе и назначению, предстает, прежде всего, высокоэффективным средством поддержания мира, об-щежительности и порядка, обеспечения защиты от произвола и других несправедливостей, а также результативным инструментом социального контроля» [11, с. 80]. Из вышесказанного можно заключить, что правовая система является способом поиска полноты и взаимосвязанности сложных социальных явлений и процессов.

Принимая во внимание тот факт, что любая система реагирует по-своему на внутренние нестабильные состояния, правовая система может выступать в качестве своеобразной защитной реакции на проявления социальной энтропии. Правовая система не только своевременно реагирует на изменения внутри социума, но и предлагает координирующие способы в сложившейся ситуации. Правовая ситуация как совокупность правовых явлений отражает закономерное появление нового в социальных отношениях и содействует выработке норм и предписаний, которые снижают степень неупорядоченности социальной системы. Ситуация усугубляется рамками целесообразности правовых средств как коммуникативных оснований в социуме, так как за пределами социума право начинает утрачивать свой смысл. Действия и существование правовой системы, как важнейшего инструмента социального развития, определяется ее функциональностью. Функциональное назначение правовой системы выражается, в первую очередь, информационным процессом, как ответ на поступающие социальные запросы к правовой системе: предложение законопроекта, исковые требования, обращения граждан в органы исполнительной и законодательной власти, которые должны быть выражены в соответствии с юридической терминологией. К примеру, исковое требование следует для большей точности оформить согласно запросам соответствующих предписаний процессуального законодательства. От-

ветной реакцией на запрос будет адекватное действие правовой системы, выражающееся в судебных решениях, распоряжениях, предписаниях, постановлениях и приказах.

Для эффективного осуществления своей деятельности правовая система, в свою очередь, испытывает потребность в поддержке, выражающейся в степени доверия к правовой системе. Как правовая система имеет необходимость в поддержке для того, чтобы быть восприимчивой к запросам, так и решение правовой системы требует обоснованности. Чем более аргументировано решение, тем меньше противоречий в процессе его реализации. По мнению американского ученого-правоведа Л. Фридмана, «сердцем правовой системы является система превращения запросов в решения» [12, р.12].

О нелинейности системы правовой реальности свидетельствует тот факт, что состояние рассматриваемой системы на каждом последующем шаге зависит не столько от начального состояния, сколько от непосредственно предшествующего, и развитие совершается через случайность выбора пути. В аспекте мировоззрения идея нелинейности представляет многовариантность, альтернативность путей эволюции.

Следующей синергетической характеристикой правовой реальности является ее способность к самоорганизации, происходящей в бифуркационных состояниях под воздействием различного рода флуктуаций.

Согласно синергетике, бифуркацию следует рассматривать, как критическое и неустойчивое положение системы. В бифуркационном поле перед самоорганизующейся системой возникают альтернативы путей развития. Выбор одной из множества альтернатив развития системы предопределяется флуктуацией. Именно флуктуация вынуждает систему выбрать тот путь, по которому будет проходить ее дальнейшая эволюция. Исходя из вышеизложенного, следует отметить, что случайный характер воздействий на микроуровне может привести к стабилизации системы на макроуровне, что называется синергетическим эффектом [13, с. 7].

В правовой реальности бифуркационные состояния характеризуются изменением ее

структуры, проявляющимся в принципиальном несоответствии между ее элементами: несоответствии правоприменительной практики действующей системе права, несоответствие правосознания сложившейся правоприменительной практике, несоответствие естественного и позитивного права.

Существенное изменение в структуре непременно влечет за собой изменение качества системы, переход ее в другое качественное состояние.

В основном это происходит от того, что один способ связи между элементами в структуре системы сменяется другим, поэтому признание структурности объекта является одним из условий понимания источника его самодвижения.

У сложных систем всегда имеются альтернативные возможности деятельности и развития и это можно рассмотреть на множестве примеров: начиная с развития законодательного процесса в Древней Греции и особенностей средневекового европейского права и заканчивая ситуацией, сложившейся в настоящее время, к примеру, в сфере российских государственных закупок [6, с. 370].

Систему, находящуюся в точке бифуркации, можно направить в требуемое русло, если применить по отношению к ней легкие, но обязательно резонансные внешние воздействия, способные вывести систему на новый уровень самоорганизации. Для правовой реальности, являющейся социальной системой, подчиняющейся не только стихийным воздействиям, но и сознательным вмешательствам, значительная часть состояний имеет явные признаки би-фуркационности, в развитие которых в любой момент может вмешаться субъективный фактор и изменить ход событий.

Саморегуляция правовой реальности в бифуркационных состояниях происходит путем регулярных сбросов накапливающегося балласта избыточной энтропии.

Как отмечается в синергетических исследованиях, к балласту могут относиться различные «обломки» и фрагменты уже распавшихся структур, деструктивная энергия локальных очагов «возмущающегося поведения», элементы, деятельность которых превратилась из функциональной в дисфункциональную, то

есть все то, что находится в беспорядочном состоянии вредных социальных «отходов», непригодных для использования.

За счет таких сбросов энтропии во внешнюю среду система поддерживает свою внутреннюю упорядоченность и уравновешенность.

В заключение можно сделать выводы:

1. Правовая реальность - это комплекс всех юридических явлений, феноменов, включающих как позитивные (положительные, соответствующие праву), так и негативные компоненты, то есть как право и правовую систему, правосознание, юридическую практику и правопорядок, законность, так и противоправные явления, так или иначе дестабилизирующие нормальную правовую жизнь общества (правонарушения и прочие правовые девиации).

2. Правовая реальность является системным образованием - это неоспоримый факт, признаваемый в настоящее время всеми исследователями. На наш взгляд, также является очевидным, что указанная система есть сложная, открытая и нелинейная. Открытость правовой реальности означает ее взаимодействие и обмен информацией с другими видами социальной реальности, обусловленными тем фактом, что правовая реальность порождается обществом, развивается вместе с обществом и не может вне общества существовать, в современном обществе правовая система выступает как сложное, открытое, специфическое средство коммуникации.

3. Рассматривая синергетический подход в целом, необходимо отметить, что синергетика изучает процессы самоорганизации, которые происходят в сложных открытых системах. Сложность системы определена ее внутренней структурой, которая включает в себя различные подсистемы, функционирующие в том числе и по собственным законам.

4. Таким образом, с точки зрения синерге-тического подхода правовая реальность является сложноорганизованным, незамкнутым системным образованием характеризующимся свойством самоорганизации, происходящей в бифуркационных состояниях под воздействием больших и малых флуктуаций.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Элементарные начала общей теории права: учеб. пособие для вузов / под общ. ред. В. И. Червонюка. - М.: КолосС, 2003. - 544 с.

2. Жилина Ю. А. Правовая реальность как фи-лософско-правовая категория: понятие и структура // Молодой ученый. - 2015. - № 3.

- С. 640-643.

3. Кухарук Т. В. Некоторые теоретико-методологические вопросы исследования понятия правовой системы общества // Правоведение. - 1998. - № 2. - С. 46-50.

4. Шундиков К. В. Юридические явления в свете концепций самоорганизации // Общественные науки и современность. - 2007. -№ 3. - С. 23-31.

5. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой. - М., 1986. - 432 с.

6. Жидков П. С. Правовая реальность в контексте синергетического подхода // Вестн. Тамбовского гос. ун-та. - 2011. - Вып. 12 (104).

- С. 367-371.

7. Чернавский Д. С. Синергетика и информация. Динамическая теория информации. -М.: Едиториал УРСС, 2004. - 288 с.

8. Винер Н. Кибернетика и общество. - М.: Изд-во иностр. лит., 1958. - 200 с.

9. Леванский В. А. Моделирование в социально-правовых исследованиях. - М.: Наука, 1986. - 156 с.

10. Вебер М. Политика как призвание и профессия. Избр. произведения. - М., 1990.

11. Графский В. Г. Традиции и обновление в праве: ценностное измерение перемен. - М., 1996.

12. Friedman L. The Legal System: A Social Science Perspective. - N.Y., 1975.

13. Грунина В. А. Синергетические основы правового регулирования: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Владимир, 2006. - 22 с.

REFERENCES

1. Chervonyuk V. I. (Ed.) Elementarnye nachala obshchey teorii prava: ucheb. posobie dlya vu-zov. Moscow: KolosS, 2003. 544 p.

2. Zhilina Yu. A. Pravovaya realnost kak filosofs-ko-pravovaya kategoriya: ponyatie i struktura. Molodoy uchenyy. 2015, No. 3, pp. 640-643.

3. Kukharuk T. V. Nekotorye teoretiko-metodolo-gicheskie voprosy issledovaniya ponyatiya pra-

vovoy sistemy obshchestva. Pravovedenie. 1998, No. 2, pp. 46-50.

4. Shundikov K. V. Yuridicheskie yavleniya v sve-te kontseptsiy samoorganizatsii. Obshchestven-nye nauki i sovremennost. 2007, No. 3, pp. 2331.

5. Prigogine I., Stengers I. Poryadok iz khaosa: Novyy dialog cheloveka s prirodoy. Moscow, 1986. 432 p.

6. Zhidkov P. S. Pravovaya realnost v kontekste sinergeticheskogo podkhoda. Vestn. Tambovsk-ogo gos. un-ta. 2011, Iss. 12 (104), pp. 367371.

7. Chernavskiy D. S. Sinergetika i informatsiya. Dinamicheskaya teoriya informatsii. Moscow: Editorial URSS, 2004. 288 p.

8. Wiener N. Kibernetika i obshchestvo. Moscow: Izd-vo inostr. lit., 1958. 200 p.

9. Levanskiy V. A. Modelirovanie v sotsialno-pra-vovykh issledovaniyakh. Moscow: Nauka, 1986. 156 p.

10. Weber M. Politika kak prizvanie i professiya. In: Weber M. Selected Works. Moscow, 1990.

11. Grafskiy V. G. Traditsii i obnovlenie v prave: tsennostnoe izmerenie peremen. Moscow, 1996.

12. Friedman L. The Legal System: A Social Science Perspective. N.Y., 1975.

13. Grunina V. A. Sinergeticheskie osnovy pravo-vogo regulirovaniya. Extended abstract of PhD dissertation (Jurisprudence). Vladimir, 2006. 22 p.

Курзанов Сергей Владимирович, аспирант кафедры теории и истории государства и права Московского педагогического государственного университета e-mail: kurzanovsv@yandex.ru

Kurzanov Sergey V., Post-graduate student, Theory and history of State and Law Department, Moscow State University of Education e-mail: kurzanovsv@yandex.ru