2018.01.005. ПИСАНО Р., БУССОТТИ П. ИСТОРИЧЕСКОЕ И ЭПИСТЕМОЛОГИЧЕСКОЕ ОТРАЖЕНИЕ МАШИННОЙ КУЛЬТУРЫ В ПЕРИОД РЕНЕССАНСА: МЕХАНИЗМЫ, МАШИНЫ И ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ. PISANO R., BUSSOTTI P. HISTORICAL AND EPISTEMOLOGICAL REFLECTIONS ON THE CULTURE OF MACHINES AROUND THE RENAISSANCE: MACHINES, MACHINERIES AND PERPETUAL MOTION // ACTA BALTICA HISTORIAE ET PHILOSOPHIAE SCIENTIARUM. - KöNIGSTEIN, 2015. - VOL. 3, N 1. - P. 69-87

ФИЛОСОФИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ

2018.01.005. ПИСАНО Р., БУССОТТИ П. ИСТОРИЧЕСКОЕ И ЭПИСТЕМОЛОГИЧЕСКОЕ ОТРАЖЕНИЕ МАШИННОЙ КУЛЬТУРЫ В ПЕРИОД РЕНЕССАНСА: МЕХАНИЗМЫ, МАШИНЫ И ВЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ.

PISANO R., BUSSOTTI P. Historical and epistemological reflections on the culture of machines around the Renaissance: Machines, machineries and perpetual motion // Acta baltica historiae et philosophiae scientiarum. - Konigstein, 2015. - Vol. 3, N 1. - P. 69-87.

Ключевые слова: научные основания; машины; механизмы; механика; вечный двигатель; техника; методы.

Статья, написанная Рафаэлем Писано (Физический факультет Университета Лилля) и Паолом Буссотти (Берлинский университет им. Гумбольдта), является продолжением статьи «Исторические и эпистемологические размышления о машинной культуре эпохи Ренессанса: Как работали наука и техника». В первой статье обсуждались некоторые аспекты отношения между наукой и техникой от Античности до Ренессанса. В ней подчеркивались различия между аристотелевой (евклидовой) традицией и архимедовой традицией, а также указывался способ, которым эти две традиции были восприняты в период Ренессанса. Архимедова традиция связана с наукой и постройкой машин. Архимед пропагандировал идею механического превосходства над ручным трудом. Он оперировал тремя основными типами машин: рычагом, блоком и винтом. Многие машины были построены людьми, которые игнорировали теорию даже в тех случаях, когда знание архимедовой традиции могло помочь в постройке механизмов. Таким образом, априорная идея о связи архимедовой традиции со строительством машин не имеет под собой оснований.

В настоящей статье рассматриваются примеры успешно работающих машин, построенных людьми, которые игнорировали любые физические теории, а также примеры того, как незнание некоторых научных принципов (таких как принципиальная невозможность постройки вечного двигателя) приводило к безуспешным попыткам построить нереальные механизмы. Здесь интересно то, что эти машины хоть и не работали (как и вечный двигатель), но так или иначе обладали собственной функциональностью и были полезны для определенных целей, несмотря на то что они и строились на абсолютно неправильных идеях с теоретической точки зрения. В статье в основном рассматривается период Ренессанса и раннее Новое время, но также приводятся примеры машин, построенных до (в Древней Греции) и после (XIX в.) указанного периода (с. 69).

Авторы статьи задаются фундаментальным вопросом: возможна ли постройка действующих машин без соответствующей теории? И отвечают утвердительно: да, в истории известны примеры успешно функционирующих механизмов, построенных без знания теории. Это прежде всего верно для машин, построенных за длительный период, предшествующий ХУ1-ХУ11 вв., когда не существовало никакой теории постройки машин, за исключением рычага. Однако и в следующий период также множество машин было построено независимо от теоретической базы. Это проистекает из двух факторов, которые необходимо принять во внимание. Относительно рычага (и связанных с этим принципом машин): вес может распределяться правильным образом без знания различия между весом и массой и без наличия четкой идеи того, что такое сила. Относительно гидравлических машин: понятие потока воды, скорости и ключевого отношения между этими величинами определялись без научного знания о теоретическом соотношении их идеальных значений.

Так или иначе примечательно то, что много функционирующих машин были построены на основе неправильных физических идей (например, о возможности существования вечного двигателя), что подтверждает тезис о том, что работающие машины могут быть построены на неверных физических принципах, по крайней мере до некоторой степени. С другой стороны, не следует представлять слишком упрощенную картину, все же существует определенная

взаимосвязь между наукой, техникой и постройкой машин. Так, например, исследования Архимедом проблемы центра масс (барицентра) могут интерпретироваться теоретически: т.е. как исследования, происходящие из математических и физико-теоретических интересов Архимеда. Однако они были осуществлены в контексте эллинистической цивилизации, обладавшей на тот период высочайшим технологическим уровнем, т.е. на практике исследования Архимеда были вписаны в исторический контекст, в котором исследования машин начинало становиться важной задачей с социально-экономической точки зрения.

В ренессансный период и далее в XVII в. исследования полета снаряда (баллистика) или блестящие исследования Галилеем сопротивления материалов (в которых он доказал, что сопротивление структуры не является инвариантом, а зависит от размеров: чем меньше, тем прочнее структура), вероятно, связаны с общей ситуацией того периода, поскольку известно, что начиная с XVI в. стала неизбежной необходимость иметь более точную идею отношений между размерами и формами машины (с. 81). В перспективе анализа отношений между развитием теоретической науки и строительством машины в эпоху Ренессанса и в раннем Новом времени авторы рассматривают исследования в области сопротивления материалов и в области развития машинных частей (механизмов, наклонных плоскостей, вертикально-горизонтальных мельничных лопастей и т. д.). Среди прочих данных они стремятся восстановить методы, использованные для измерения физических величин, необходимых для строительства и функционирования машин. Они устанавливают, какими математическими моделями пользовались строители машин, чтобы определить физические отношения между такими величинами, как трение и движущая сила, или, в общем: каковы отношения между теоретическими результатами в физике и культурой постройки машин? Суммируя отношения между теоретической механикой и машиностроительной культурой, авторы заключают, что механика, как часть теоретической физики, - это ответвление научного анализа, который имеет дело с движением, временем и силой. Машины - это твердые тела, связанные сочленениями для достижения желаемой передачи силы и/или движения. Механика (состоящая из элементов математики, физики и геометрии) - это конечный результат объединения знаний о механизмах и

машинах. Понятие науки о механике эпистемологически строго связано с машинами, но с исторической точки зрения относительно широкое использование машин предшествовало науке о механике (с. 82).

Р. С. Гранин

2018.01.006. МАКСВЕЛЛ Н. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ЦЕЛЕОРИЕН-ТИРОВАННЫМ ЭМПИРИЗМОМ?

MAXWELL N. What's wrong with aim-oriented empiricism? // Acta baltica historiae et philosophiae scientiarum. - Konigstein, 2015. -Vol. 3, N 2. - P. 5-31.

Ключевые слова: эмпиризм; метафизика физики; философия физики; рациональность; научный метод; теоретическое единство.

Николас Максвелл посвятил большую часть своей научной карьеры развитию и приведению доводов в пользу идеи, что назрела срочная необходимость делать революцию в науке так, чтобы ее основной целью стала мудрость, а не просто знание. Он издал восемь книг по этой теме и приблизительно сто статей о широком спектре философских проблем. Максвелл преподавал философию науки в Университетском колледже Лондона в течение 30 лет, где теперь он является заслуженным лектором.

Статья посвящена целеориентированному эмпиризму. Автор пишет, что его принятие будет иметь далеко идущие последствия для науки, философии науки, академических исследований в целом, для концепции рациональности и для любых попыток сделать этот мир лучше. Несмотря на эти далеко идущие последствия, целе-ориентированный эмпиризм до сих пор получил слабое внимание со стороны философов науки. Н. Максвелл стремится устранить этот пробел, рассматривая в своей статье 16 [несостоятельных] возражений против целеориентированного эмпиризма (с. 5). Первым тезисом ориентированного на цель эмпиризма является утверждение, что Вселенная физически понятна, т.е. объяснима с высокой точностью. Это становится надежным пунктом теоретического знания, поскольку, пишет автор, что может быть в физике надежнее, чем наши лучшие теории, такие как квантовая теория и общая теория относительности?