Протестовать готовы, а голосовать — нет

ВЦИОМ, научно-исследовательский центр (НИЦ) «Особое мнение» и Экспертный институт социальных исследований (ЭИСИ) изучили политический потенциал экологической повестки в России. Исследователи считают, что в ближайшие два-три года у экозащитного движения нет самостоятельных перспектив федерального масштаба. То, что каждый третий респондент готов участвовать в экологических протестных акциях, авторы исследования объясняют «сублимацией социального напряжения». Эксперты отмечают, что сейчас экологическая повестка уступает социально-экономической, а значит, и перспектив у партий, выбравших эту тематику как основную, пока немного.

Готовность россиян участвовать в экологических протестах пока не выливается в их желание голосовать за зеленые партии

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ / купить фото

ВЦИОМ совместно с НИЦ «Особое мнение» и ЭИСИ исследовал политический потенциал экологической повестки в России. Социологи пришли к выводу, что пока в федеральном масштабе у экозащитного движения есть перспективы только в случае объединения с другими акторами и требованиями политического и экономического толка. При этом на локальном уровне потенциал есть и связан со «спонтанной протестной активностью» в ситуации чрезвычайной экологической ситуации или экологически проблематичного строительства.

Исследователи также считают, что активность населения в этой сфере зависит от того, насколько благоприятно люди оценивают экологическую ситуацию. Соответствующие опросы проводились 26 июля и 11 октября.

Согласно октябрьским замерам, экологическую обстановку в своем регионе россияне оценивают лучше, чем в стране и мире в целом.

Положительно (4–5 баллов по 5-балльной шкале) мировую экологию оценили 16% опрошенных, экологию в России — 21%, в своем регионе — 36%. Большинство респондентов выбрали тройку: мировой экологии дали такой балл 47%, российской — 44%, региональной — 32%. Негативно оценивают ситуацию в своем регионе 31% опрошенных, в России — 30%, в мире — 29%.

Аналогичный расклад наблюдается и при ответе на вопрос об изменении экологической обстановки за последние два-три года. В мире ухудшение фиксируют 54% респондентов, в России — 53%, в своем регионе — только 34%, при этом большинство (48%) считает, что на их территории ситуация не изменилась. Хуже всего состояние экологии оценивают жители городов-миллионников (39%), за исключением Москвы и Санкт-Петербурга (их социологи выделили в отдельную группу). А вот жители сел, наоборот, чаще выбирают позитивные оценки (42%). В Москве и Петербурге доминируют средние оценки — 41%.

Опрошенные не прогнозируют масштабных протестных экологических выступлений в своих регионах. Маловероятными их посчитали 79% респондентов в июле (16% — допускали протесты) и 81% — в октябре (17%). Чаще всего их ожидают обитатели городов с населением от 500 тыс. до 900 тыс. человек (25% в июле и 19% в октябре) и жители миллионников (20% в июле и 22% в октябре). Однако уровень декларируемого личного участия в протестах сильно выше ожиданий. Так, 35% респондентов заявили, что готовы лично принять участие в подобных акциях, если они состоятся. Меньше всего желающих протестовать в Москве и Петербурге (21%), больше всего — в селах (42%).

Директор «Особого мнения» Екатерина Курбангалеева отмечает парадоксальность полученных данных: люди более или менее благополучно оценивают ситуацию в своем регионе, но каждый третий готов участвовать в протестах.

Эксперт считает, что это можно объяснить «сублимацией социального напряжения», связанного с пандемией и ухудшением социально-экономической ситуации.

По словам источников “Ъ” в администрации президента (АП), какое-то время там считали перспективной идею создания новой зеленой партии, поэтому Кремль поддержал появившуюся в 2019 году партию «Зеленая альтернатива». На выборах в региональные парламенты в сентябре ее партсписок набрал 5,36% голосов в Челябинской области и 10% — в Республике Коми. Однако сейчас близкий к АП источник “Ъ” считает, что проект зеленой партии не встретит поддержки населения. По данным ВЦИОМа от 21 ноября, за основанную еще в 1993 году партию «Зеленые» в целом по России готовы проголосовать 2% респондентов, а за новую «Зеленую альтернативу» — 0,1%.

Глава экспертного совета ЭИСИ Глеб Кузнецов поясняет, что такие партии обычно успешны в богатом или богатеющем обществе, как в Германии. «Даже если брать широкую левую повестку, то сейчас она все-таки идет в другую сторону. Людям нужны работа, зарплата, уверенность и надежда. А чистый воздух без всего этого не является победным политическим мотивом»,— говорит он.

Политолог Аббас Галлямов считает, что экологические проблемы стоят ребром лишь на отдельных территориях, а по стране в целом они проигрывают социально-экономическим сложностям.

«Чтобы люди озаботились экологией, у них должны быть удовлетворены базовые потребности в хорошо оплачиваемой работе, качественном здравоохранении, базовой социальной защищенности и так далее. Экологические угрозы человек воспринимает как отложенные, те, что скажутся через много лет, а в России так далеко не загадывают»,— отмечает эксперт.

По мнению Екатерины Курбангалеевой, партии все же могли бы воспользоваться экологической повесткой, несмотря на ее локальность, но не делают этого. «Системные парламентские партии не имеют зеленых инициатив и требований, а у малых зеленых партий нет сильных лидеров и связей с экоактивистами на местах. Ни в одном из последних зеленых протестов, будь то Шиес, Куштау, ЧС в Норильске или Авачинской бухте, ни одна политическая партия себя не проявила»,— полагает эксперт.