Значения видо-временной формы русского глагола и способы их выражения во вьетнамском языке

УДК 81. 255. 2 ЗНАЧЕНИЯ ВИДО-ВРЕМЕННОЙ ФОРМЫ РУССКОГО ГЛАГОЛА И СПОСОБЫ ИХ ВЫРАЖЕНИЯ ВО ВЬЕТНАМСКОМ ЯЗЫКЕ

Буй Ха Тху

Наличие в системе языка видо-временной формы глагола как яркого доказательства тесной взаимосвязи вида и времени в русском языке, сложность описания семантики данной формы при ее функционировании в речи, проблема передачи семантических тонкостей русской видо-временной формы средствами языка другого типологического рода - все это представляет актуальный предмет лингвистического исследования, до сих пор не получивший исчерпывающего описания.

Цель данной работы - выявить спектр значений, выражаемых видовременной формой русского глагола в художественном тексте, и рассмотреть возможности передачи этих значений во вьетнамском языке.

В работе используется метод комплексного лингвистического описания, включающий приемы обобщения, сравнения, интерпретацию и классификацию. Результат детального анализа всех видо-временных форм, извлченных из первой главы поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души» и последовательного сопоставления рассматриваемых форм с их переводными соответствиями показал, что видовременные формы в анализируемом фрагменте текста функционируют как средство выражения обобщения (временного, пространственного и субъектного), реализуя значение настоящего вневременного. Для передачи этой семантики во вьетнамском переводе используются элементы контекста, указывающие на обобщенность, и временные наречия, обозначающие типичность, постоянность свойств и отношений. Результаты исследования имеют большую практическую ценность.

Они могут быть применены при составлении учебников, словарей, а также в практике перевода с русского языка на вьетнамский (и наоборот).

Ключевые слова: видо-временная форма; атемпоральность; обобщенность; изолизующий язык; контекст; экстралингвистические факторы.

THE MEANING OF RUSSIAN TENSE-ASPECT VERBAL FORMS AND THEIR EXPRESSING METHODS IN VIETNAMESE Bui Ш Thu

The research subject of this article is Russian tense-aspect verbal forms. The strong interrelation of Russian tense and aspect, difficulties in describing semantics of speech realizations of these forms, and the problem of representing semantic details of Russian tense and aspect by means of typologically different language prove the relevance of this linguistic research subject, which still has not been sufficiently investigated.

The purpose of the current work is to describe the range of meanings that the Russian tense-aspect verbal forms express in a fictional text and to research representing possibilities of those meanings in Vietnamese.

The complex linguistic descriptive method, which includes generalization, comparison, interpretation, and classification, is used in the article. The result of detailed analysis of all tense-aspect verbal forms in the first chapter of N. V. Gogol's poem “Dead souls” and consecutive comparison with their parallels in translation showed that tense-aspect verbal forms function in the analyzed text fragment as a temporal, spatial, and subjective generalization means realizing the meaning of present untensed. In Vietnamese translation, context elements, indicating generalization, and adverbs, referring to typicality and regularity of qualities and relations, are used to transmit this semantics.

The research results have a significant practical value as they can be used in textbooks, dictionaries, and in Russian-Vietnamese (and vice versa) translation practice.

Keywords: tense-aspect verbal form; atemporality; generalization; isolating language; context; extra-linguistic aspects.

Как известно, взаимоотношение категорий вида и времени глагола представляет собой один из самых сложных в теоретическом и практическом отношении вопросов морфологии русского языка. Значения видов всегда реализуются в разных временных планах. Без временного фона видовые значения не выразили бы свои специфические особенности. Однако в системе русского глагола имеются формы, в которых значения вида и времени представлены нерасчлененно, в которых время не служит посредником для выявления видовой специфики, а потому отделить значение вида от значения времени здесь невозможно. В таких случаях говорят о видо-временной форме, конкретные сведения о которой будут представлены ниже. Итак, наличие видо-временной формы в языковой системе является особенностью русского языка. Сложность ее описания при функционировании в речи вызывает всё возрастающий интерес исследователей. Чрезвычайно трудной оказывается передача семантики видо-временной формы средствами чужого языка, особенно языка другого типологического рода. Все вышеизложенное обусловливает актуальность исследования.

Цель работы - выявить спектр значений, выражаемых видо-временной формой русского глагола в художественном тексте, и рассмотреть возможности передачи этих значений во вьетнамском языке.

Материал исследования - все видо-временные формы, извлеченные из оригинальной и переводной версии первой главы поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души» (33 единицы).

В основу исследования положен метод комплексного лингвистического описания, включающий приемы обобщения, сравнения, интерпретацию и классификацию.

Общепризнанно, что «все значения, которые могут выражаться глаголом НСВ только в настоящем времени, являются значениями не вида, а видовременной формы» [2, с. 27]. Поскольку СВ, обозначая ограниченное пределом целостное действие, не находит отражения в настоящем времени, так как действие, описанное в данном временном плане представляется как процесс, не имеющий результата и ограничения, те значения, которые могут быть реализованы только в настоящем времени, безусловно, полностью принадлежат НСВ. При сочетании «настоящего несовершенного» значения вида выявляют ту специфичность, которая обусловлена влиянием семантики времени. Неразделимым взаимодействием вида и времени обусловливается, например, художественный эффект следующей фразы в поэме Н.В.Гоголя «Мертвые души»: Капитан Копейкин видит: нужно работать бы, только рука-то у него, понимаете, левая. Наведался было домой к отцу; отец говорит: «Мне нечем тебя кормить, я, - можете представить себе, - сам едва достаю хлеб». Для того чтобы представить действие, имевшее место в прошлом, так, как будто оно разворачивается на глазах читателя, семантический потенцал одного НСВ был бы недостаточен. В примере Волга впадает в Каспийское море ситуация описывается как вообще нелокализованная во времени. Следует отметить, что семантические особенности видо-временной формы не могут быть обнаружены ни в форме СВ, ни в форме НСВ других времен.

Тесное, неразделимое взаимодействие видовых и временных семантических элементов в составе видо-временной формы подчеркнуто и планом их выражения: в одной глагольной лексеме синтетическим образом представлены все граматиче-ские значения, в том числе видовое и временное. Таким образом, значение вида внешне и внутренне не может быть отделено от значения времени.

Во вьетнамском языке соотношение вида и времени не достигает такой степени близости. Это объясняется тем, что вьетнамский язык принадлежит изолирующим языкам. В нем лексическое значение глагола выражается знаменательным словом, а для обозначения таких грамматических значений, как вид и время, существуют специальные служебные слова. Словоформа НСВ омонимична немаркированной форме. При указании на настоящее время употребляется частица âang. Ср.: Ho âane hát ‘Они поют’. Видо-временная форма, следовательно, во вьетнамском яызке выглядела бы следующим образом: Волга впадает в Каспийское море ^ Sông Vôn ga âang âô ra biên Caspian. Но на самом деле чаще всего встречается и употребляется иная форма: Волга впадает в Каспийское море ^ Sông Vôn ga âô ra biên Caspian с отсутствием временного показателя âang.

Таким образом, особенность вьетнамского языка заключается в факультативности показателя времени. Он может быть опущен, поскольку во вьетнамском языке основные сигналы, позволяющие соотнести описываемые действия с определенным моментом речи, содержатся в контексте или в экстралингвистической действительности. Эти сигналы дают носителю вьетнамского языка возможность не маркировать глагольную форму временным показателем, что обеспечивает экономию речевых усилий и в конечном счете определяет своеобразие вьетнамской языковой картины мира, отражающей специфическую логику мышления вьетнамского человека.

Описанные различия в организации глагольной семантики вызывают ряд вопросов теоретического и практического характера. Могут ли имеющиеся различия в плане выражения рассматриваемых категорий спровоцировать различные несоответствия при передаче содержания русского текста на вьетнамский язык? Какие бывают способы выражения значений видо-временной формы русского глагола во вьетнамском языке?

Анализ фрагмента текста поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души» показал, что видо-временные формы, занимая значительное место в тексте (33 единицы) функционируют как средство выражения обобщения (временного, пространственного, субъектного). В экспозиционной, вводной, части поэмы автор дает общую характеристику провинциального губернского города и знакомит читателей с основными действующими лицами, широко пользуясь приемами типизации. Широта обобщения образов достигается путем преувеличенной типизации их специфических особенностей.

В группу случаев, когда ситуация представляется в рамках обобщенного временного обстоятельства входят следующие примеры:

Все разговоры совершенно прекратились, как случается всегда, когда наконец предаются занятию дельному.

Собакевич тоже сказал несколько лаконически ... шаркнувши ногою, обутою в сапог такого исполинского размера, которому вряд ли где можно найти отвечающую ногу, особливо в нынешнее время, когда и на Руси начинают выводиться богатыри.

Как в просвещенной Европе, так и в просвещенной России есть теперь весьма много почтенных людей, которые без того не могут покушать в трактире, чтоб не поговорить с слугою, а иногда даже забавно пошутить над ним.

В таких примерах при наличии лексических показателей темпоральности всегда, в нынешнее время, теперь, которые выражают мысль, что действие, осуществляющееся в настоящем в широком плане, распространяется на определенный период прошлого, а, может быть, также будущего, формы НСВ в настоящем времени случается, предаются, начинают, есть, могут реализуют значение настоящего обобщенного.

В следующем фрагменте текста все тонкости описания заключаются в мастерском употреблении глагольных форм: Черные фраки мелькали и носились

врознь и кучами там и там, как носятся мухи на белом сияющем рафинаде в пору жаркого июльского лета, когда старая ключница рубит и делит его на сверкающие обломки перед открытым окном ... Насыщенные богатым летом ... они влетели вовсе не с тем, чтобы есть, но чтобы только показать себя. Описывается некая пора жаркого июльского лета. На фоне обобщенного временного обстоятельства единичный факт рассматривается как типизированный. Употребление настоящего времени производит впечатление, что действия происходят как бы на глазах повествователя и читателя. И вдруг появился среди глаголов НСВ в настоящем времени глагол СВ в прошедшем времени они влетели! Контраст прошедшего и настоящего времен усиливает эффект неожиданности. Наличие СВ с перфектным значением дает ощущение, что действие относится к прошлому, а его результат является еще актуальным в момент речи.

Видо-временные формы широко употребляются и в тех случаях, когда ситуация представляется в рамках обобщенного пространственного обстоятельства. В следующих примерах ситуации описываются в типизированных местах: в русских трактирах, в губернских городах, в провинциях, в иных местах обширного русского государства.

После обеда господин выкушал чашку кофею и сел на диван, подложивши себе за спину подушку, которую в русских трактирах вместо эластической шерсти набивают чем-то чрезвычайно похожим на кирпич и булыжник.

Покой был известного рода, ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах.

Такое мнение ... держалось до тех пор, покамест одно странное свойство гостя и предприятие, или, как говорят в провинциях ... не привело в совершенное недоумение почти всего города.

День, кажется, был заключен порцией холодной телятины, бутылкою кислых щей и крепким сном во всю насосную завертку, как выражаются в иных местах обширного русского государства.

Когда экипаж въехал на двор, господин был встречен трактирным слугою, или половым, как их называют в русских трактирах, живым и вертлявым до такой степени, что даже нельзя было рассмотреть, какое у него было лицо.

Здесь не имеются в виду какие-то конкретные русские трактиры, расположенные в конкретных местах. А также неизвестно, в каких именно губернских городах находятся эти гостиницы. Провинции и иные места обширного русского государства в свою очередь не представляют собой конкретный адрес. Таким образом, обобщенность пространственного обстоятельства приводит к типизации свойств предметов, имеющих место в таком пространстве. При этом действие, описываемое в плане настоящего, охватывает широкий участок на оси времени и представляется как всегда актуальное. Конструкция неопредленно-обобщенного предложения и глагол передачи информации говорить также играют значительную роль в выражении значения типичности, постоянности.

В анализуемом тексте большинство видо-временных форм (19 из 33 единиц) реализуют значение ‘настоящее атемпоральное (вневременное)’ в случаях, когда субъект действия представляет собой обобщенное лицо. Ярким примером является фрагмент текста, в котором автор рассуждает о двух родах мужчин: толстых и тоненьких.

Увы! толстые умеют лучше на этом свете обделывать дела свои, нежели тоненькие. Тоненькие служат больше по особенным поручениям или только числятся и виляют туда и сюда; их существование как-то слишком легко, воздушно и совсем ненадежно. Толстые же никогда не занимают косвенных мест, а все прямые, и уж если сядут где, то сядут надежно и крепко, так что скорей место затрещит и угнется под ними, а уж они не слетят. Наружного блеска они не лю-

бят; на них фрак не так ловко скроен, как у тоненьких, зато в шкатулках благодать божия. У тоненького в три года не остается ни одной души, не заложенной в ломбард; у толстого спокойно, глядь - и явился где-нибудь в конце города дом, купленный на имя жены, потом в другом конце другой дом, потом близ города деревенька, потом и село со всеми угодьями. Наконец толстый, послуживши богу и государю, заслуживши всеобщее уважение, оставляет службу, перебирается и делается помещиком, славным русским барином, хлебосолом, и живет, и хорошо живет. А после него опять тоненькие наследники спускают, по русскому обычаю, на курьерских все отцовское добро.

В предыдущем контексте автором было приведено рассуждение о мужчинах, которые здесь, как и везде, были двух родов. Дальше дается характеристика каждого из этих двух родов мужчин. В приведенном примере речь идет не о конкретных мужчинах, находившихся в зале, а о толстых и тоненьких вообще. Таким образом, от конкретности атвор перешел к обобщенности. Само употребление субстантивированных существительных является ярким доказательством проявления обобщенности. При использовании плана настоящего индивидуальный опыт автора понимается как нечто типичное.

Что касается перевода анализуемого текста на вьетнамский язык, как уже отмечалось выше, особенность изолирующего языка и специфика вьетнамской языковой картины мира затрудняет адекватное формальное отражение русской видо-временной формы во вьетнамской переводной версии. В ней все видовременные формы переведены словоформами НСВ без временного показателя настоящего времени йащ. При передаче значения видо-временной формы активно функционируют элементы контекста и лексические показатели атемпоральности.

Дословно переводятся такие элементы контекста, как обобщенный субъект, обобщенные временные и пространственные показатели. При их наличии в тексте носители вьетнамского языка без всяких затруднений понимают, что в таких слу-

чаях план настоящего расширен настолько, что речь идет уже о чем-то типичном, обобщенном. Ср.: Какие бывают эти общие залы - всякий проезжающий знают очень хорошо ^ _Nhüng phong khách chung ây là nhu thê nào - khách Ш hành dêu biêt rât ro.

Покой известного рода, то есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах ^ Can phong ây chäng có gl là âac biêt cá; nghia là giông hêt

r

moi khách san thuàng thây & các tinh ly.

Черные фраки мелькали и носились врознь и кучами там и там, как носятся мухи на белом сияющем рафинаде в пору жаркого июльского лета ^ Nhüng bô áo âen thâp thoáng qua lai noi này, noi kia nhu nhüng con ruôi vo ve trên môt bánh âudng träng tinh, trong mot ngày tháng bây nóng nuc.

В довольно многих случаях в переводе для обозначения постоянных свойств и отношений к обобщенным контекстным элементам добавляется лексический показатель thuàng ‘обычно’. Ср.: Nguài khách bo mü luöi trai, tháo cái khan quàng cô bäng len ngü säc, kiêu khan quàng mà các bà vo thuàng tu tay dan lây âê tang chông voi nhüng ldi dan do cân thân vê cách quàng khân. ‘Господин скинуть с себя картуз и размотать с шеи шерстяную, радужных цветов косынку, какую женатым обычно приготовлять своими руками супруга, снабжая приличными наставлениями, как закутываться'. С помощью наречия thuàng ‘обычно’ подчеркивается постоянность, типичность действия или состояния предмета. Настоящее время в таком случае понимается в широком плане, к которому относится и большой охват прошлого и, возможно, и будущего.

Итак, анализ функционирования видо-временных форм в первой главе «Мертвых душ» показывает, что все три выделенные нами группы случаев описывают ситуацию обобщенности, в которой значение настоящего атемпорального у видо-временной формы обусловливается общим смыслом высказывания - конста-

тацией постоянных закономерностей времени, обобщенным описанием местности, постоянных качеств, состояний и действий челевека.

Результат попытки оценить степень адекватности перевода анализируемого текста на вьетнамский язык подтверждает, что существует значительное различие в плане выражения видовых и временых значений и их соотношения в русском и вьетнамском языках. В составе русской глагольной лексемы в одной морфеме объединяются, образуют синтез все грамматические значения, и, следовательно, вид и время не могут найти себе собственного формального показателя; вьетнамский язык явно имеет пристрастие выражать грамматические значения средствами аналитических показателей: используются отдельные специфические слова для выражения видовых и временных значений. При этом факультативность наличия грамматических показателей времени и отсутствие категории словоизменения во вьетнамском языке вызывают большую трудность в точном отражении видовременной формы русского глагола в переводе. Все семантические тонкости видовременной формы передаются во вьетнамском языке средствами контекста и лексических показателей.

Отличие в способах выражения грамматических значений затрудняет поиск адекватного отражения значений видо-временной формы русского глагола во вьетнамском языке и передачу этих семантических тонкостей в переводе с одного языка на другой.

Список литературы

1. Бондарко А.В. Вид и время русского глагола: значение и употребление. М.: Просвещение, 1971. 239 с.

2. Зализняк А.А., Шмелев А.Д. Введение в русскую аспектологию. М.: Языки русской культуры, 2000. 213 с.

3. Падучева Е.А. Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. М.: Языки русской культуры, 1996. 552 с.

4. Солнцева Н.В. Проблемы типологии изолирующих языков. М.: 1985. 230

с.

References

1. Bondarko A.V. Vid i vremya russkogo glagola: znachenie i upotreblenie [Russian verbal spect and tense: meaning and use]. Moscow: Enlightenment, 1971. 239 P.

2. Paducheva E.A. Semantika vremeni i vida v russkom yazyke. Semantika narrative [The semantics of Russian tense and aspect. The semantics of the narrative]. Moscow: Languages of russian culture, 1996. 552 p.

3. Solntseva N.V. Problemy tipologii izoliruyushchikh yazykov [The problems of typology of isolating languages]. Moscow: 1985. 230 p.

4. Zaliznyak A.A., Shmelev A.D. Vvedenie v russkuyu aspektologiyu [Introduction to Russian aspectology]. Moscow: Languages of russian culture, 2000. 213 p.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Буй Ха Тху, аспирантка факультета филологии и журналистики

Иркутский государственный университет

Ул. Kaрла Маркса, 1, г. Иркутск, Иркутская область, 664003, Россия Lucky_summer2009@yahoo.com

DATA ABOUT THE AUTHOR

Bui Ha Thu, postgraduate student of faculty of philology and journalism

Irkutsk state university

1, Karl Marx street, Irkutsk, Irkutsk region, 664025, Russia Lucky_summer2009@yahoo.com

Научный руководитель:

Ташлыкова М.Б, заведующий кафедрой русского языка и общеязыкознания факультета филологии и журналистики Иркутского государственного университета, доцент, кандидат филологических наук.