Башкирская народная сказка и эпос: общие места

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 17 (232).

Филология. Искусствоведение. Вып. 55. С. 167-171.

Г. р. Хусаинова

башкирская народная сказка и эпос: общие места

Статья посвящена выявлению общих мест в башкирских сказках и эпосе. Анализ материала показал, что их общность выражается на уровнях сюжетов, эпизодов, мотивов, персонажей, чудесных помощников и предметов.

Ключевые слова: жанр, сказка, эпос, общие места, сюжет, мотив, персонаж.

В сюжетосложении сказок и эпоса немаловажную роль играют типические или «общие» места. Ученые-сказковеды Г. Джалалов, Л. И. Алиева, Т. Д. Курдовонидзе и др. в своих трудах указывали на наличие общих мест в эпосе и сказках. В башкирской фольклористике исследователи тоже отмечали наличие общих мест в разных жанрах1. Например, Л. Г. Бараг и Н. Т. Зарипов пишут, что «в башкирских богатырских сказках мотивы, общие с эпическими сказаниями, наблюдаются часто вследствие многовекового взаимодействия традиций героических сказок и сказаний тюркских народов»2. Оно объясняется также и тем, что один и тот же исполнитель иногда является исполнителем и сказки, и эпоса, поэтому в его речи некоторые образы или мотивы, формулы используются в разных жанрах, и таким образом появляются общие места. А. В. Кудияров же общность фольклорных сюжетов, мотивов, образных выражений назвал идеофорной, «понимая под ней идентичный в определенных параметрах характер восприятия человеком самого себя и окружающего мира и отражения его в соответствующих представлениях посредством языка, художественных образов и отчасти средствами материальной культуры»3. Е. Н. Кузьмина справедливо отмечает еще то. что общие места «образуют некую повествовательную схему, которая является достаточно древней, восходящей к единому корню. По своей сути они представляют собой интертекстуальные повторы, переходящие из одного сказания в другое. Благодаря этому “общие места” сохранили свою устойчивость и явились хорошим сюжетообразующим фактором»4. К словам исследователя Е. Н. Кузьминой добавим, что интертекстуальные повторы переходят также из одного жанра в другой, в частности, из сказки в эпос. Использование традиционных формул и типических мест напрямую связано с субъективным фактором: насколько исполнитель владеет фондом изобразительных

средств, знает фольклорную традицию. Таким образом, общие места в фольклоре привлекают внимание ученых, и они могут быть объектом специального исследования. В башкирской фольклористике лишь попутно, в комментариях к томам, упоминаются общие места, но целенаправленно не исследованы. Нами делается попытка выявления общих мест в сказках и эпосе башкир.

Предварительная систематизация материала показала, что общность сказки и эпоса выражается на уровнях сюжетов, эпизодов, мотивов, персонажей, чудесных помощников и предметов.

По нашим наблюдениям, сюжетов, общих для волшебной сказки и эпоса башкир, немного. В первую очередь, это сказка «Урал батыр»5 и одноименный эпос6. Об общих и отличительных чертах этих произведений мы уже писали и пришли к выводу, что, несмотря на наличие общих мест, они относятся к разным жанрам, сюжет каждого из них развивается по закону жанра, к которому они относятся7. В этот же ряд можно поставить сказки «Алп батыр»8 «Алпамыша и Барсынхылу»9, «Алпамыша батыр»10 и эпос «Алпамыша»11. В них основная сюжетная линия совпадает:

- в одной семье рождается сын-батыр, в другой - дочь-красавица;

- во всех сказках (кроме сказки «Алпамыша батыр») девушка обещает выйти за егета, который одолеет ее в борьбе;

- ждет она юношу на вершине горы;

- Алпамыша идет на войну с врагом, его спящего бросают в яму, с помощью своего коня он выходит из ямы и возвращается к своей возлюбленной (кроме сказки «Алп батыр»).

Единая сюжетная канва наблюдается и у сказок «Алма батыр и Алмабика»12, «Кусяр хан и Кусмяс-хан»13 и эпосов «Кузыкурпяс и Маянхылу»14, «Куз-Курпяч»15: у двух батыров рождаются дети, они становятся сватами; отец мальчика умирает, а девочку увозят в другие

края; егет узнает о нареченной, находит ее, но отец не соглашается выдать дочь за бедного егета без отца; молодые убегают, но их убивают, на их могилах вырастают яблони, а на могиле разлучника Карагула (слуги) - репейник.

Еще один пример со схожей сюжетной линией обнаруживается в сказках «Дандан батыр»16, «Сайфельмулюк»17иэпосах«Сайфельмулюк»18, «Бадигульямал и Сайфельмулюк»19. В них царский сын на неожиданно приобретенной шубе видит портрет девушки, влюбляется, идет искать ее, находит и женится.

Как видно из примеров, в башкирском фольклоре взаимодействие сказочного сюжета с эпическим проявляется в их «взаимопроникновении», т. е. произведения разных жанров, в которых сюжет развивается по законам того жанра, к которому они относятся, имеют почти одинаковую сюжетную канву, при этом они, естественно, слово в слово не повторяются и даже сильно отличаются в деталях, но иногда сближаются настолько, что почти на одном уровне, параллельно идут схожие эпизоды.

Таковы, например, из анализированных выше произведений, сказка «Алма батыр и Ал-мабика» и эпос «Кузыкурпяс и Маянхылу».

Однако общность больше всего наблюдается на уровне мотивов и эпизодов. Так, в волшебной сказке и эпосе башкир обнаруживаются следующие общие для них мотивы и эпизоды:

1. Чудесное рождение героя.

В волшебных сказках герой чудесным образом рождается от съеденной матерью ры-бы20, ячменного зерна21. Или от удара топором раскалывается гора, и оттуда выходит юноша исполинского сложения22 и т. д. В эпосе «Куз-курпяч»23, как и в сказке «Янгызак батыр»24, по молению родителей бог дарит им сына. Чудом от глубоких стариков родились также эпические герои Алпамыша25, Узак-Тузак26.

2. Богатырское детство.

В сказке «Хунак и Анряк»27 «сын, да такой сильный, ребятишки с ним играть боялись: кому руку сломает, кому ногу»; в «Арпа-батыр»28: «стал он могучим батыром. Как только во двор заходил бык, убивал его одним ударом и съедал». Богатырской силой владели также сказочные герои Акъял-батыр»29, Камыр-батыр30 и др.

В эпосе башкир богатырское детство было у:

- Заятуляк31: «Он с детства наделен огромной силой. Если во время игр или баловства возникала ссора или драка, быстро утихомиривал своих сверстников»;

- Алпамыши32: «...В однодневном возрасте встал на ноги, в двухдневном - вышел на улицу, начал бегать и резвиться вместе с другими мальчишками»;

- Кусяк-бий33: «.В годовалом возрасте он уже имел силу десятилетнего мальчишки. Когда бился в плаче, требуя материнской груди, вся одежда на нем трещала по швам. Поэтому и рубашки, и штаны для него шили из шкуры старого быка», а еще он проявил огромную силу уже в колыбели: «Каракулумбет подошел к колыбели младенца и хотел его поцеловать, тот схватил ручонками его бороду и сильно потряс»;

- Ек-Мерген34: «.В 10 лет он мог легко поднимать бросать одной рукой матерых медведей. Лесной народ боялся одной его тени».

Такими же сильными были Узак-Тузак35, Кузыкурпяс36, Куз-курпяч37. И все перечисленные выше герои росли «не по дням, а по часам».

3. Мотивы предбрачных состязаний.

- «Кто побеждает в борьбе, тот женит-

ся на царевне» обнаруживается в сказках «Алпамыша-батыр»38, «Умурзак-батыр»39,

«Ташбаш-батыр»40, «Янгызак-батыр»41 и др., а также в эпосах «Конгур буга»42, «Таргын и Кужак»43;

- «Стрельбы из лука через кольцо» присутствует в сказках «Акъял-батыр»44, «Алюкей»45 и др., а также в эпосе «Алпамыша»46;

- «Борьба богатыря с богатыркой» имеет место в сказках «Акъял-батыр»47, «Караганда-батыр и кыз-батыр»48 и др., в эпосе «Алпамыша»49.

4. Мотив выпытывания героем тайны путем зажатия курмаса в руке матери встречается в сказках «Хунак и Анряк»50, «Сыновья Бугар-хана»51, «Хасан и Хусаин»52 и др., а также в эпосах «Кусяк-бий»53, и «Кузыкурпяс и Маянхылу»54.

5. Мотив крепкого богатырского сна тоже выявлен и в сказках55, и в эпосах башкир56.

6. Мотив убиения щелчком, часто встречающийся в сказках, в том числе «Акъеляк»57, «Хылыубика и Яркай»58, выявлен только в одном эпосе «Алпамыша»59.

7. Мотив развилки дорог, также часто обнаруживаемый в сказках, имеет место и в эпо-сах башкир «Идукай и Мурадым»60, «Урал батыр»61, «Кузыкурпяс и Маянхылу»62, «Кара-

юрга»63.

8. Эпизод встречи героя с пастухами и их вопрос «Чей это табун?», характерный для ска-

зок сюжетного типа АТ 545В64, обнаружен в эпосах «Алпамыша»65 и «Куз-курпяч»66

Таким образом, вырисовывается следующая картина: больше всего общность башкирских сказок и эпоса проявляется на уровне мотивов «богатырское детство», «крепкий богатырский сон», «развилка дорог», а мотивы «предбрачные состязания», «выпытывание тайны путем зажатия курмаса в руке матери» встречаются в эпосе реже, также выявлен единичный случай в нем мотива «убиения щелчком».

Перечень общих мотивов в эпосе и сказках башкир можно было бы продолжить (например, мотивы выбора жениха, выбора коня, вызова коня подпаливанием волос и т. д.), но в рамках одной статьи невозможно охватить все.

Здесь нельзя не упомянуть и о том, что иногда встречаются мотивы, общие для сказок башкир и эпоса других народов. Например, по наблюдениям Н. Т. Зарипова и Л. Г. Барага, эпизод коварной расправы старших братьев над младшим в башкирских сказках «Кыран-батыр»67, «Карабэкэл»68, «Искатели лекарства»69 имеет место в казахском эпосе «Сказание об Ораке и его братьях»70 или мотив поисков и нахождения красавицы царем, сопровождаемым слугами, которые пошли против течения реки к ее истоку, обнаруженный в башкирской сказке «Кыркатар-батыр»71, можно найти в бурят-монгольской «Гэсэриаде»72. Значит, некоторые мотивы сказок башкир являются общими и для эпосов других родственных и неродственных народов, в данном случае казахских, бурят-монгольских, что дает возможность судить об общности мотивов сказок и эпоса не только внутри одной национальной культуры, но и на международном уровне. Это в свою очередь открывает перспективы изучения общих мотивов эпоса и сказок разных народов, возможно, на международном уровне.

Иногда в эпосе встречаются традиционные для сказки формулы типа «Бороться или биться будем?»73, «человеческим духом пахнет»74, «вырви три волоска из гривы»75.

Общность сказок и эпоса башкир отмечается и на уровне персонажей. Не только имена героев (Урал, Шульген, Масем, Идель, Яик и др.), но и персонажи Акбузат, тулпар, дью-пяри, мяскай, убыр карсык, аждаха и др., стали общими для сказок и эпоса башкир.

Наиболее яркими примерами общности на уровне чудесных предметов являются эпосы «Заятуляк и Хыухылу», «Кузыкурпяс и Маян-

хылу», «Куз-курпяч». В них появляется часто встречающееся в сказках волшебное зеркальце. В первом - Заятуляк в нем увидел своих белого тулпара, белого сокола, которые застыли в ожидании хозяина76; во втором - Маянхылу увидела, как Карагул ножом убил ее возлю-бленного77; в очарованной доске мяскай показала Кузкурпяч будущее его и детей78. В эпосе «Кузыкурпяс и Маянхылу» имеет место также волшебная секира, бросив которую можно увидеть «прямую дорогу посреди непроходимого леса», и серебряное зеркало, с помощью которого герой получил «гибкий-прегибкий стеклянный мост через необъятное море»79.

Подводя общий итог вышесказанному, отметим, что сюжетов, общих для сказки и эпоса, четыре: 1) сказка «Урал-батыр» и эпос «Урал-батыр»; 2) сказки «Алп-батыр», «Алпамыша и Барсынхылу», «Алпамыша-батыр» и эпос «Ал-памыша»; 3) сказки Алма-батыр и Алмабика», «Кусяр-хан и Кусмяс-хан» и эпосы «Кузыкур-пяс и Маянхылу» и «Куз-курпяч»; 4) сказки «Дандан-батыр», «Сайфельмулюк» и эпосы «Сайфельмулюк» и «Бадигульямал и Сайфель-мулюк». Как видно из примеров, кроме третьего, в основном совпадают даже названия сказок и эпосов.

Мотивов, общих для сказки и эпоса, рассмотрено восемь: «чудесное рождение героя», «богатырское детство», «мотивы предбрачных состязаний», «мотив выпытывания героем тайны путем зажатия курмаса в руке матери», «мотив крепкого богатырского сна», «мотив убиения щелчком», «мотив развилки дорог», «эпизод встречи героя с пастухами».

Общность сказок и эпоса башкир отмечено также на уровнях формульном («Бороться или биться будем?», «человеческим духом пахнет», «вырви три волоска из гривы»), персонажей (Акбузат, тулпар, дью-пяри, мяскай, убыр кар-сык, аждаха) и волшебных предметов (волшебное зеркальце, волшебная секира, серебряное зеркальце).

Примечания

1 См.: Башкирское народное творчество. Волшебные сказки. Т. 4 / сост. Н. Т. Зарипов ; вступ. ст., коммент. Л. Г. Барага и Н. Т. Зарипова. Уфа : Башк. книж. изд-во, 1989; Хусаи-нова, Г. Р. Эпос «Урал-батыр» и сказка «Урал-батыр» // Олонхо в контексте эпического наследия народов мира : тез. докл. междунар. науч. конф. Якутск, 2000. С. 19-20; Надрши-

на, Ф. А. К проблеме взаимосвязи и взаимодействия фольклорных жанров : эпос и легенда // Там же. С. 1S—19.

2 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. Уфа, 19SS. С. 9.

3 Кудияров, А. В. Художественная образность : опыт систематизации и толкования // Фольклор : проблемы тезауруса. М. : Наследие, 1994. С. S9.

4 Кузьмина, Е. Н. Указатель типических мест героического эпоса народов Сибири (алтайцев, бурят, тувинцев, хакасов, шорцев и якутов) : эксперимент. изд. Новосибирск : Изд-во СО РАН, 2GG5. С. 5.

5 См.: Башкирское народное творчество. Волшебные сказки. Т. 4... С.5.

6 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1 / сост. М. М. Сагитов ; авт. коммент. Н. Т. Зарипов, А. М. Сулейманов, М. М. Сагитов. Уфа, 19S7. С. 35.

7 Хусаинова, Г. Р. Сказка «Урал-батыр» и эпос «Урал-батыр» // Башкирский фольклор. Вып. 4. Уфа, 2GGG. С. 261-266.

8 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 43.

9 Там же. С. 45.

10 Там же. С. 52.

11 Там же. С. 227.

12 Там же. С. 3S5.

13 Башкирские народные сказки / запись и пер. А. Г. Бессонова ; ред., введ. и прим. проф. Н. К. Дмитриева. Уфа : Башгосиздат, 1941. № S.

14 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 247.

15 Там же. С. 267.

16 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 4G3.

17 БашТСорт халыТС ижады. Экиэттэр. Беренсе китап / тє^.^ш hY?, ацл. биреYсе М. Ми^ажетдинов, Э. Харисов. ©фє, 197б. С.163.

18 Там же. С. 352.

19 Там же. С. 372.

20 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 7S.

21 Там же. С. 75.

22 Там же. С. 44.

23 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 267.

24 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 72.

25 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 227.

26 Там же. С. 239.

27 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 61.

28 Там же. С. 75.

29 Там же. С. 82.

30 Там же. С. 117.

31 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С.177.

32 Там же. С. 227.

33 Там же. С. 483.

34 Там же. С. 493.

35 Там же. С. 241.

36 Там же. С. 248.

37 Там же. С. 274.

38 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 52.

39 Там же. С. 45.

40 Там же. С. 47.

41 Там же. С. 51.

42 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С.209.

43 БашТСорт халыТС ижады. Бишенсе том. Тари-хи тсобайыр?ар, хикэйэттэр / те?. , баш hY?, ацл., hY?лек авторы Нур Зарипов. Эфе, 2000. С.100.

44 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 71.

45 Там же. С. 360.

46 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 237.

47 Башкирское народное творчество. Волшебные сказки. Т. 4. С. 61.

48 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 480.

49 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 230.

50 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 61.

51 Там же. С. 126.

52 Там же. С. 288.

53 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 486.

54 Там же. С. 249.

55 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 34, 40, 48, 107, 126; БашТСорт халыТС ижады. Дуртенсе том. Эпос : киссалар, да-стандар / те?. Нур Зарипов, Э. М. Селэймэнов, Г. Б. Хесэйенов. Эфе, 2002. С. 251.

56 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 163, 233, 282.

57 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 178.

58 БашТСорт халыТС ижады. ДYртенсе том. Эпос : киссалар, дастандар. С. 488.

59 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 237.

60 БашТСорт халыТС ижады. Бишенсе том. Тари-хи ТСобайыр?ар, хикэйэттэр (Тє?. , баш hY?, ацл., hY?лек авторы Нур Зарипов). ©фє, 2GGG. С. 106.

61 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 4S.

62 Там же. С. 256.

63 Там же. С. 199.

64 См.: Башкирское народное творчество. Волшебные сказки. Т. 4. С. 1S7, 19G.

65 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 237.

66 Там же. С. 254.

67 БашТСорт халыТС ижады. ДYртенсе том. Эпос : киссалар, дастандар. С. 3G5.

68 Там же. С. 322.

69 Там же. С. 356.

70 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 426.

71 БашТСорт халыТС ижады. ДYртенсе том. Эпос : киссалар, дастандар. С. 221.

72 Башкирское народное творчество. Богатырские сказки. Т. 3. С. 427.

73 Башкирское народное творчество. Эпос. Т. 1. С. 57.

74 Там же. С. 183.

75 Там же. С. 150, 253.

76 Там же. С. 185.

77 Там же. С. 262.

78 Там же. С. 304.

79 Там же. С. 252.