Наталья Быстрова: «Прошлое должно красиво перетекать в будущее»

Наталья Быстрова: «Прошлое должно красиво перетекать в будущее»

Июнь 2014

Материал опубликован в № 6 газеты «Энергия Северо-Запада», беседовали Екатерина Анохина, Владимир Рунов

Человек в энергетике

«Прошлое должно красиво перетекать в будущее», — убеждена Наталья Быстрова, директор нашего Музея истории энергетики Северо-Запада. Наталья Ивановна возглавляет его уже 28 лет. И сегодня это один из самых увлекательных, интерактивных и технически продвинутых корпоративных музеев Петербурга. Но Наталья Быстрова не собирается почивать на лаврах. Недавно на крупной международной музейной конференции она призналась с трибуны, что мечтает создать в Северной столице интересный и емкий технический музей. Мы попросили Наталью Ивановну поделиться своей мечтой с читателями нашей газеты.

Откуда берется энергия?

Лет 10 назад, когда наш музей размещался еще в Ленэнерго, к нам на экскурсию пришла группа детсада, — говорит Наталья Ивановна. — Я задала ребятам вопрос: «Откуда берется свет?» И они почти хором ответили: «Из выключателя!» Парадокс в том, что сегодня многие взрослые дяди и тети тоже так считают. Поэтому и нужен большой хороший технический музей, где люди в доступной и интересной форме узнавали бы, откуда берется энергия — свет и тепло, которые нас окружают и позволяют комфортно жить. Музей, где дети могли бы своими руками построить элементарную электрическую цепь. Где популярно разъяснялось бы, что такое нефть, газ, энергетика.

У нас и сегодня есть прекрасный музей. Он уникален своими экспонатами и композиционным построением. Это единственный корпоративный музей Петербурга, сделанный по принципу открытой экспозиции: человек входит в офис компании — и сразу попадает в музейное пространство. Но все-таки наша площадь ограниченна. Мы не можем принимать большие группы, хотя постоянно идут запросы. Да и доступ к нам несколько затруднен. Конечно, мы всех желающих примем, я даже для одного посетителя готова провести экскурсию. Но все-таки нашим гостям приходится соблюдать ряд формальностей. Большой музей решил бы все эти вопросы.

Любимые экспонаты

У нашего музея есть запасники?

Конечно. Сейчас мы демонстрируем примерно 10 процентов экспонатов. Остальные находятся в фондохранилище в здании управления. Среди них есть настоящие раритеты — например, полное собрание декретов Совнаркома — низкий поклон юристам энергокомпании, которые даже в годы блокады их не сожгли, сохранили. Есть материалы электротехнических съездов, диспетчерские журналы военного времени, интересные приборы. Например, год назад на выставке «Энергетика и электротехника», проводившейся в рамках Петербургского международного экономического форума, главное внимание было приковано именно к нашему стенду. Там были размещены уникальные экспонаты — оригинальные приборы фирмы «Сименс».

Какие из экспонатов для вас самые любимые?

Один из самых забавных — первое в истории энергетики письмо об отключении должника, датированное августом 1903 года. Компания «Гелиос» из Кельна, построившая электростанцию на Новгородской улице (нынешняя ЭС-2), адресовала его некоему господину Томилишину, проживавшему на Старо-Невском проспекте. Его долг за потребленную энергию составил 175 рублей 89 копеек. Тариф тогда составлял 35–45 копеек (в зависимости от поставщика). А поскольку электронагревательных приборов еще не было — только осветительные, то можно сделать вывод, что этот господин не платил долго. Письмо злостному должнику было составлено в безукоризненно вежливых выражениях. Но всего через несколько дней на нем появилась лаконичная приписка: «Ток отключен. 19.03.1903. Десятский Семенов».

Настоящий раритет — одна из самых старых российских лампочек. Ее нашли родственники профессора Владимира Дмитриева — создателя первого проекта теплофикации Петербурга и первого теплопровода в нашем городе. Все дореволюционные лампочки необычной формы и номерные. А кроме того, на каждой написано, для какого объекта она предназначалась. Наша лампочка — для Обуховской больницы. Семья Дмитриева также передала музею его пенсне, форменную фуражку. Они вызывают живой интерес посетителей, которые хотят знать, как пенсне без всяких дужек держится на носу (оказывается, с помощью специальной пружинки) и почему фуражка такого маленького размера (люди в начале прошлого века были по габаритам меньше, чем сейчас, хотя, впрочем, размер головы никак не отражается на интеллекте).

Лампочка Обуховской больницы

Замечательный экспонат — отрезок 125-километрового «кабеля жизни», по которому в сентябре 1942 года в блокадный Ленинград пошла энергия Волховской ГЭС. Его начали собирать в осажденном городе на разбомбленном заводе «Севкабель» зимой при температуре наружного воздуха минус 25. Руки женщин и детей примерзали к станкам. Один из изоляционных слоев должен быть из так называемой «кабельной бумаги», но в блокадном городе ее не нашлось. Тогда использовали бумагу для изготовления денег Гознака — она со схожими параметрами. Поэтому блокадный кабель еще называют «кабелем с денежкой». Причем на современном Гознаке об этом факте даже не знали — мы сделали для них открытие.

Часто вам приходится что-то заново открывать?

Довольно часто. Не так давно в запасниках Третьяковки нашли галерею портретов промышленников XIX века. Один из них я помогла атрибутировать. Оказалось — «наш человек». Андрей Гуэ — один из организаторов Бельгийского анонимного общества электрического освещения. В дореволюционной России он провернул крупнейшую аферу с акциями общества «Гелиос». Так что маленькие музеи могут быть очень полезны для больших. Отрадно, что сейчас появились позитивные тенденции. Возрождается Совет технических музеев России, который в начале двухтысячных годов, казалось, сошел на нет. И Международная конференция корпоративных музеев, в которой я недавно участвовала, — первая в новейшей истории. Нужно, чтобы такие музеи не выживали, а жили полнокровной жизнью и развивались. Это идеальная площадка для работы с населением, приобщения молодых специалистов к корпоративной культуре, воспитания лояльности и толерантности.

Цена электричества

Если на базе ТГК-1 удастся создать большой технический музей, в нем появятся разделы, посвященные Карельской и Кольской энергетике?

Обязательно. Тем более что большая часть энергетических объектов Карелии и Мурманской области создавалась руками заключенных ГУЛАГа. Был даже короткий период на стыке 37 и 38-го годов, когда ввод мощности одной лампочки равнялся цене жизни одного зэка. Кстати, ТГК-1 — единственная компания в Петербурге, которая установила памятник своим репрессированным сотрудникам (в Левашовской пустоши), на нем высечено 158 фамилий расстрелянных. Мы 10 лет их восстанавливали. Сколько буду жить, столько буду помнить, как на открытии памятника плакали дети и внуки тех, кого мы «вернули» из небытия.

Зачем вообще людям нужно изучать историю в наше рыночное время?

Без прошлого нет не то что будущего, но и настоящего. Раньше всю историю энергетики делили на два периода: до и после 1917 года. Два абзаца — до, и тома — после. Как будто энергетика из ничего появилась. Нас раньше учили, что ГОЭЛРО — это творение Ленина, Кржижановского и других товарищей-большевиков. На самом деле план электрификации России разработал профессор Вернадский — тот самый, который занимался ноосферой. Аббревиатуру «ГОЭЛРО» придумал Генрих Осипович Графтио. Это и многое другое надо знать. И даже о неприятных, тяжелых событиях истории можно и нужно рассказывать. В экспозиции нашего музея не случайно представлены те самые блокадные 125 граммов хлеба, в котором и муки-то было всего 15 процентов. И современные дети с «айфонами» обязательно должны себе представлять этот кусочек величиной со спичечный коробок. Они должны понимать цену жизни и мужества. Почему мы стараемся проводить много мероприятий с детьми? Потому что среди прочего еще и выращиваем лояльных потребителей энергии. Если дети будут понимать, каким трудом она достается, то, став взрослыми, они никогда не скажут, что монополисты-энергетики «жируют» за их счет. В 1990-е годы, в период веерных отключений, работники Южной ТЭЦ пришли к директору с просьбой не отключать конкретный район, потому что там находятся больница и детский сад. А ведь тогда всем работникам Ленэнерго задерживали зарплату. Но энергетики думали не о себе, а о других. Тепло — положительная субстанция. Возможно, поэтому и энергетики — люди особые, положительные.

Справка

Музей появился в Ленэнерго в 1967 году. Он начинался с одной комнаты истории энергетики. Большую помощь на первом этапе оказали ветераны, которые хорошо знали, где какие технические редкости можно найти. Собственно как музей экспозиция была оформлена в 1983 году. Тогда в Ленэнерго вышел соответствующий приказ. Наш музей зарегистрирован в Комитете по культуре Петербурга.

Досье

В это трудно поверить, но Наталья Быстрова не только возглавляет музей ТГК-1, но и является его единственным сотрудником. Наталья Ивановна — профессиональный музейщик, окончила истфак Ленинградского университета. Ей доводилось водить экскурсии и городские, и по пригородам, и по Эрмитажу. Она участвовала в создании 15 музеев и музейных экспозиций. Например, помогала появиться Музею воды. А еще на ней лежит серьезная общественная нагрузка. Наталья Быстрова — лидер профсоюзной организации ТГК-1. И, кстати, часто устраивает экскурсии для членов профсоюза по музеям и галереям Петербурга. Она старается заниматься просветительской деятельностью не только в рамках нашего Музея истории энергетики. «Хочется показать людям места, куда сами они, скорее всего, не соберутся пойти», — говорит Наталья Ивановна.

Что стоит посмотреть

Музей истории религии. Там прекрасная, хорошо выстроенная и очень интересная экспозиция. Это совсем не тот прежний музей, который размещался в Казанском соборе и был посвящен, скорее, истории атеизма.
Музей-квартира Шаляпина. Его сотрудники проделали большую работу, в том числе издали книгу рецептов Николая Хвостова — повара Шаляпина, который, как известно, был большим гурманом.
Музей-заповедник композитора Римского-Корсакова в Вечаше (Псковская область) с дивными яблочными пирогами.
Эрмитаж. Но лучше не бегать по нему с обзорными экскурсиями, а выбрать и неторопливо осмотреть что-нибудь для души. Например, мастеров эпохи Возрождения.
Пешие прогулки по городу, в том числе по Невскому. Но гулять надо медленно, внимательно рассматривая дома, многие из которых — настоящие шедевры архитектуры.