Признаки категориальной принадлежности субъекта в значении глагола (в контексте теории прототипов Э. Рош)

Ю.в. Бекреева

УДк 811.111'37

признаки категориальной принадлежности субъекта в значении глагола

Статья посвящена определению семантических признаков, указывающих на категориальную принадлежность субъекта в структуре значения субъектно-ориентированных глаголов физического действия. Рассматривая проблему нежесткого ограничения на сочетаемость глагола с именами, обозначающими субъект действия, автор опирается на концепцию прототипической категории Э. Рош. На основе анализа словарных конкретизаторов, данных об устойчивых ассоциациях и контекстов употребления глагола в сочетании S - P автор приходит к выводу о прототипической организации субъектного компонента в глагольном значении, который включает образ субъекта-прототипа и вероятностные семантические признаки, отражающие физическое и психическое состояние субъекта.

Ключевые слова: субъектно-ориентированный глагол, семантический компонент «субъект», прототипическая категория, эффекты прототипичности, уровни категоризации (супербазисный, базисный, суббазисный), прототип, «семейное сходство», вероятностные признаки.

Yuliya V. Bekreyeva

features of subject categorical membership in the

VERB MEANING

The article reveals semantic features of subject categorical membership in the structure of meaning of subject-oriented verbs of physical action. The author applies E. Rosch's theory of prototypical category. On the basis of definition analysis, data of associations and contextual analysis of S-P constructions the author concludes about a prototypical organization of the "subject" component. It includes an image of subject-prototype and stochastic features, denoting physical and emotional state of the probable doer.

Keywords: subject-oriented verb, semantic component «subject», prototypical category, prototypical effects, levels of categorization (superordinate, basic, subordinate), prototype, family resemblance, stochastic features.

Когнитивный аспект изучения глагольной семантики предполагает стремление к более полному описанию значения глагола. Глагол рассматривается не столько как обозначение разных процессов, действий или состояний, сколько как обозначение свернутых ситуаций, включающих участников действия и отношения между ними (например, [Кубрякова 2004: 266-267; Уфимцева 2002: 137]). В нашем исследовании мы обращаемся к детальному изучению отдельного компонента значения глагола, отражающего информацию о предполагаемом исполнителе (субъекте) обозначаемого действия.

Между субъектом и действием существует тесная взаимосвязь: в объективной действительности действие не проявляется как изолированное нечто, оно осуществляется как функция субъекта. Данная онтологическая связь находит свое отражение в глагольной семантике, что подтверждается многочисленными исследованиями. Так, например, А.А. Уфимцева в качестве обязательного компонента глагольной номинации называет «ракурс логико-семантических связей обозначаемых признаков и предметов, как они складываются в предметном или идеализированном (отображенном в языке) мирах» [Уфимцева 2002: 142]. Автор выделяет класс субъектно-ориентированных глаголов, в значениях которых отражена ономасиологическая направленность на характеристику субъекта - исполнителя или источник действия [там же: 160]. Семантические признаки, выделяемые в структуре субъектно-ориентированных динамических глаголов современного английского языка и отражающие различные свойства и характеристики предполагаемого исполнителя действия, и составляют предмет нашего исследования. Совокупность субъектных, или, точнее, субъектно-ориентированных семантических признаков формирует содержание семантического компонента «субъект» в структуре лексического значения глагольного слова. Определение субъектно-ориентированных сем в значении динамического глагола позволит расширить понимание природы взаимосвязи «субъект - действие» и ее репрезентации в глагольной семантике. Кроме того, вскрытие механизмов «упаковки» знания о предполагаемом исполнителе действия в глагольных лексемах, а также определение способов активизации этих знаний в процессе коммуникации вносит определенный вклад в развитие когнитивного направления.

Предметом осмысления в предлагаемой статье является проблема выделения признаков категориальной принадлежности субъекта в структуре значения субъектно-ориентированных глаголов. Способность глагола регламентировать класс имен, обозначающих исполнителя действия, при порождении высказывания неоднократно отмечалась языковедами (сравните, например, исследования семантической валентности или теорию глубинных падежей глагола). В этой связи отметим работу О.А. Михайловой, в которой автор определяет сему специализированного субъекта как лимитирующий компонент глагольной семемы [Михайлова 1998]. Такие семы указывают на конкретный класс субъекта, ограничивая денотативное поле глагольного действия. В нашем исследовании мы акцентируем внимание на двух диалектически связанных явлениях: отсутствии жестких ограничений на сочетаемость с именами, обозначающими определенный класс субъектов, и присутствии в глагольном значении семантических признаков, которые в предложении соответствуют категориальным признакам субъектного актанта. Такая постановка вопроса согласуется с прототипическим подходом к пониманию категории, наиболее полно представленным в работах Э. Рош и ее последователей.

Предваряя дальнейшее изложение, остановимся на важнейших положениях теории Э. Рош, которые послужили теоретической основой для нашего исследования. Исследования проблем категоризации Э. Рош и ее последователей доказали ограниченность классического подхода к категоризации, сводимую к выделению необходимых и достаточных признаков категории, установлению четких границ и одинакового статуса для всех членов категории [Залевская 1999: 112]. Э. Рош пред-

лагает другой путь определения категории, связанный не столько с установлением межкатегориальных границ, сколько с выделением наиболее ясных фактов категориальной принадлежности [Rosch 1978: 35-36]. Проводя серии экспериментов по изучению естественных категорий, кодированных в языке и культуре, Э. Рош обнаружила асимметрию (получившую название «прототипных эффектов» [Лакофф 1988]): испытуемые оценивали некоторые члены категории как более репрезентативные для данной категории, чем другие. Проявление асимметрии позволяет предположить, что категория должна иметь дополнительную внутреннюю структуру, благодаря которой появляются оценки степени соответствия элемента категории.

Основное положение концепции Э. Рош заключается в том, что процесс категоризации осуществляется по линии прототипа, определяемого человеком в результате субъективного восприятия как наиболее репрезентативный член категории [Rosch 1978: 36]. В понимании Э. Рош прототип максимально полно воплощает характерные для данной категории свойства и особенности и связан отношениями подобия одновременно со многими членами категории на основе «семейного сходства». Показатель «семейного сходства», заимствованный Э. Рош у Л. Вит-геншейна, рассматривается как совокупность признаков «прототипичности», которыми обладает член категории. Вес каждого признака определяется тем, сколько всего членов категории им обладает. Р.М. Фрумкина приводит следующий пример рассуждения Э. Рош: «...для категории ''птицы'' большим весом обладает признак ''летать'', поскольку он присущ подавляющему большинству членов данной категории; признак ''петь'' обладает меньшим весом, так как далеко не все птицы - певчие, и т.д. Птицы, обладающие большим числом характерных признаков, оказываются ближе к центру (соловей), а меньшим числом - дальше от центра (пингвин)» [Фрумкина 1991: 52]. Таким образом, члены категории дифференцируются по степени типичности, а признаки категориальной принадлежности рассматриваются с точки зрения вероятности их проявления в описании членов категории.

Прототипичность в концепции Э. Рош связывается не только с понятием прототипа, но и с выделением разных уровней категоризации: супербазисного, базисного (прототипического) и суббазисного (сравните, например, furniture - chair - kitchen chair) [Rosch 1978: 34]. Дифференциация категориальных уровней определяется как «виденье объекта то с позиций более «высокой» (абстрактной) категории, в которую он входит, то, напротив, с позиции той более «низкой» (конкретной) категории, члены которой ему подчинены» [Кубрякова 2004: 109]. Э. Рош и ее ученики экспериментально подтверждают, что базисный уровень является наиболее подходящим уровнем абстракции для представления, называния и оперирования объектом в большинстве ситуаций [Rosch 1978: 43]. Именно на этом уровне люди вычленяют объекты легче всего и оперируют при этом их перцептивными и функциональными признаками, соответственно формируя представление о прототипи-ческих и непрототипических членах категории.

Подводя итог описанию ключевых положений теории Э. Рош, представим основные признаки прототипической категории, которые Д. Гирертс называет «прототипическими эффектами»[Geeraerts 2009: 187]:

1) прототипическая категория имеет нечеткие очертания границ;

2) прототипическая категория не может быть определена посредством един-

ственного набора критериальных (необходимых и достаточных) признаков, которые разделяли бы все члены категории;

3) структура категории отражает разные уровни типичности ее элементов: некоторые члены категории определяются как образцы и типичные представители данной категории, другие члены категории оцениваются как более периферийные единицы;

3) связь членов категории осуществляется по принципу «семейного сходства», т.е. большей или меньшей степени подобия.

Выводы и положения, сформулированные в рамках концепции Э. Рош и ее последователей, позволяет с иных позиций подойти к вопросу о том, как знание о категориальной принадлежности субъекта «встраивается» в структуру глагольного значения. В настоящей статье мы ставим задачу показать прототипический характер семантического компонента «субъект» в значении динамических субъектно-ориентированных глаголов. Для решения поставленной задачи мы обратились к анализу нескольких источников языкового материала:

- выборка субъектно-ориентированных глаголов осуществлялась по толковым словарям на основании наличия в дефиниции прямого указания на субъект, выраженного конкретной лексемой;

- данные ассоциативного словаря Edinburgh association thesaurus использовались при определении связи действия, обозначенного глагольным словом с про-тотипическим субъектом (реакция со значением «исполнитель действия» должна иметь высокий ранг (1-3) в ассоциативном поле стимула-глагола);

- выборка текстового материала для анализа условий контекстуальной актуализации прототипического субъекта, имплицированного в значении глагола, производилась по электронному корпусу текстов British National Corpus (относительная частота глагольной леммы в корпусе должна составлять не менее 20 примеров для каждого глагола).

В группу анализируемых глаголов вошли ЛЕ, обозначающие физические действия: звукопроизводство (например, bark, bleat, howl, roar и др.), передвижение (например, flutter, gallop, toddle и др.) прием пищи (gobble, nibble), физическое воздействие (например, sting).

Анализ словарных дефиниций позволяет установить способы представления релевантной информации о субъекте для значения глагола, которые должны быть понятны и полезны (а практика использования толковых словарей это доказывает) для большинства людей. Категориальный тип конкретизаторов, определяющих субъект для обозначаемого действия, устанавливается в соответствии с тремя уровнями категоризации.

Указание на субъект, заключенное в скобки, обладает обобщенно-отвлеченным значением и относится к супербазисному уровню категоризации в понимании Э. Рош. Дифференциация субъекта проводится на основе естественных категорий: «животные», «птицы», «насекомые», «жидкость (вода)», «транспорт» и т.д. Например,

ramp '(esp. of animals) to rush around in a wild excited manner';

flow '(of liquids) to move as in a stream';

twitter '(of a bird) to utter a succession of chirping sounds'.

Общий класс «человек» не указывается в определении глагола (за редким исключением в производных значениях). В этом мы усматриваем проявление антро-поцентричности в представлении действия: человек мыслится как активный субъект, способный к волитивному, контролируемому, целенаправленному действию - т.е. как типичный агенс для глаголов со значением действия. При отсутствии спецификации, по умолчанию, субъектом действия мыслится человек. Например, в значении глагола mime 'to express (an idea) in actions or gestures without speech' очевидным субъектом выступает человек. В отдельных глаголах при семантизации может указываться конкретная социальная группа:

lynch '(of a mob) to punish (a person) for some supposed offence by hanging without a trial';

или называться представитель определенной профессии: undershoot '(of a pilot) to cause (an aircraft) to land short of (a runway). Наиболее интересным случаем, раскрывающим особенности категоризации субъекта через глагольное значение, на наш взгляд, является смена общего класса субъекта на основе оппозиции «животное - человек» во вторичных значениях глагольных лексем. Дальнейшее изложение будет направлено на анализ таких субъектно-ориентированных глаголов, в первичном значении которых указан не-антропонимический субъект.

Анализ словарных дефиниций глаголов, ономасиологически ориентированных на неантропонимический субъект, позволил выделить три основных способа представления субъекта:

1. Оформление субъектного конкретизатора может производиться по схеме:

общий класс конкретный представитель

супербазисный уровень прототип

Например, в определении bark '(of a dog or any of certain other animals) to make its typical loud abrupt cry' названо конкретное животное (собака) и отмечена возможность расширения класса субъектов (выраженное союзом or) на некоторых представителей класса «животные», которые, могут быть определены на основе подобия с прототипом dog.

В дефиниции nibble '(esp of animals, such as mice) to take small repeated bites' указан онтологический класс «животные»; сравнительный оборот уточняет прото-типический субъект «мыши».

2. Дефиниция может включать перечисление нескольких субъектов, способных выполнять данное действие. Например, в следующих дефинициях субъектный компонент представлен несколькими номинациями субъекта базисного уровня: coo '(of doves, pigeons, etc.) to make a characteristic soft throaty call' - перечисленные названия субъектов относятся к одному роду птиц. На возможность выбора из членов перечислительного ряда указывает союз or: yean '(of a sheep or goat) to give birth to (offspring). Уточнение с помощью перечислительного ряда также выполняет иллюстративную функцию и ориентировано на среднего пользователя языком. Частичное представление семантического множества активизирует в сознании человека весь участок парадигматически связанных членов категории, и говорящему не сложно продолжить соответствующий перечислительный ряд. Перечислительный

ряд может указывать на отсутствие единственного прототипа для субъектов в обозначаемой ситуации действия. Такую возможность отмечала и Э. Рош.

3. В определении глагола представлен прототипический субъект обозначаемого действия. Такой способ представления субъекта самый частотный для глаголов, обозначающих физические действия животных. Например, neigh 'to utter the characteristic sound of a horse' или bellow 'make a cry like that of a bull'. Словарный конкретизатор может определять субъект на базисном уровне категоризации с пометой especially, которая подчеркивает типичность указанного исполнителя действия: cackle '(esp of a hen) to squawk with shrill notes'.

4. Указание на субъект выражено атрибутивным словосочетанием, представляющим категорию суббазисного уровня. Например, toddle 'to walk unsteadily as a small child';yip 'to bark sharply, as a young dog'; lap3 '(of small waves) to wash against, usually with light splashing sounds'. В указанных субъектных конкретизаторах из группы субстанций (child, dog, waves) выделяются субстанции, характеризуемые по определенному параметру («возраст» young или «размер» small). В этом случае мы имеет дело с самым строгим, конкретизированным ограничением.

Следует отметить, что и перечислительный ряд с указанием возможных исполнителей данного действия, и обозначенные базисные конкретизаторы категориальной принадлежности субъектов остаются открытыми, обеспечивая возможность расширения категории на основе функционального подобия с указанными субъектами. Отсутствие четких границ в денотате субъектного компонента подтверждает часто встречаемая в дефиниции помета etc., используемая для обозначения неопределенного множества членов ряда.

Анализ способов представления субъекта при определении глагольного значения позволил установить следующие закономерности в организации содержания субъектного компонента:

- различение естественных классов при определении субъекта;

- употребление классообразующего имени для обозначения субъектного компонента;

- отсутствие четких границ при определении круга возможных субъектов (т.е. в экстенсионале субъектного компонента);

- наличие равновозможных вариантов спецификации субъекта (т.е. вероятностный характер субъектных сем);

- регулярное указание на типичный субъект из ряда возможных, потенциальных исполнителей действия.

Данные закономерности соотносятся с «прототипическими эффектами», выделенными Д. Гирертсем, и свидетельствуют о том, что компонент «субъект» в глагольном значении структурирован по прототипическому принципу. Данная структурная модель включает признаки наивного понятия (совокупность категориальных признаков, которые с определенной степенью вероятности обнаруживаются в характеристике членов категории) и представление о стандартном образце - прототипа категории. Э. Рош подчеркивала в своих работах, что прототип подразумевает целостное представление, а не набор отдельных признаков. Соглашаясь с данным тезисом, мы рассматриваем прототип, обозначенный в глагольной дефиниции, как устойчивый целостный образ, включенный в импликациональную часть глагольной семемы.

Подтверждение ассоциативной (психологически устойчивой) связи прототи-пического субъекта и действия, обозначенного глагольным словом, демонстрируют результаты ассоциативного эксперимента, представленные в Эдинбургском ассоциативном тезаурусе. Мы сопоставили определения глаголов, в которых зафиксированы прототипические субъекты с ассоциативными полями реакций на стимул-глагол из данного тезауруса. Выделив в ассоциативном поле слова со значением исполнителя действия, мы получили класс субъектов, который совпадает с обозначенным в дефиниции прототипическим субъектом, причем номинация субъекта является частотной реакцией для таких глаголов (1 - 3 ранг в поле). Примеры сопоставления указаны в таблице 1.

Таблица 1.

Елагол Субъектный конкретизатор в словарной дефиниции Ассоциаты со значением «субъект»

bleat a sheep, goat, or calf sheep

flutter birds, butterflies bird

gallop a horse or other quadruped horse

howl a dog, wolf, or the like wolf

nibble animals such as mice mouse

toddle as a young child child

На основе установленной связи действия, обозначенного глагольной лексемой, с прототипическим субъектом мы попытаем реконструировать семантические признаки, которые обеспечивают синтагматическую связь глагола с «непрототи-пическим» субъектом действия в контексте употребления. Данные семантические признаки являются субъектно-ориентированными и носят вероятностный характер, т.е. с большей или меньшей степенью вероятности актуализируются в агентивных сочетаниях глагола в функции предиката.

Экспликация субъектно-ориентированных семантических признаков производилась на основе анализа корпусных примеров конструкций S - Р с субъектно-ориентированными глаголами в функции предиката. В результате анализа для каждого субъектно-ориентированного глагола был сформирован список агенсов. Данный список рассматривается как реализованный экстенсионал субъектного компонента, репрезентирующий категорию субъекта для определенного глагола. Очевидно, что значение самостоятельной лексемы, функционирующей в роли агенса при глаголе-предикате богаче содержанием, чем семантический компонент «субъект», включенный в состав глагольного значения. Сравнительный анализ контекстуального значения агенсов и содержания компонента «субъект», включающим образ прототипического субъекта, позволил определить общие, интегральные семантические признаки, которые закреплены в глагольном значении, а также структурировать экстенсиональное поле субъекта по модели «центр - периферия». Таким образом, мы рассматриваем семантические отношения между лексемами на

1 В скобках указана частотность слова-реакции в процентном отношении

синтагматической оси - между номинацией субъекта (агенсом) и номинацией действия (точнее части его значения, отражающей представление о предполагаемом субъекте); и на парадигматической оси - между именными лексемами, способными заполнять позицию агенса при глаголе-предикате в речевой цепи.

Определение категории агенса проводилась на супербазисном уровне: «животное», «человек», «предмет», «природное явление», «механизм» и т.д. Мы также учитывали особенности смысловой структуры глагола (т.е. наличие вторичных ЛСВ в системном значении). В некоторых семемах вторичные значения имеют свое ограничение на выражение субъекта. Например, во вторичном ЛСВ глагола howl субъект конкретизируется указанием на природное явление: '(of the wind, etc.) to make a wailing sound'. Следует отметить, что во вторичных значениях исследуемых глаголов ограничение на неантрононимичность субъекта нивелируется, т.е. субъектом обозначаемого действия мыслится человек. Контекстуальный анализ показывает, что именно человек является самым частотным агенсом при глаголе со значением физического действия. Проиллюстрируем данный вывод примерами процентного распределения агенсов по супербазисным категориям для нескольких глаголов в Таблице 2:

Таблица 2.

Елагол Супербазисная категория агенса

человек животное часть тела явление природы предмет абстрактная сущность

bellow2 92 % 4 % 4 %

coo 88 % 8 % 2 % 2 %

growl 76 % 13 % 2 % 3 % 6 %

Прототипический субъект-животное в первичном значении глагола выступает как самый частотный агенс в рамках выделенной супербазисной категории. Так, в группе агенсов «животное» для приведенного выше глагола growl слово dog выступает агенсом в 5 из 14 примеров (36 %). Другие обозначения агенсов выстраиваются вокруг данного прототипа на вертикальной и горизонтальной оси:

Bear, cat, fox и т.д. связаны отношениями функционального подобия с прототипом dog как животные в состоянии агрессии

Rottweiler, Labrador, puppy, Sam (кличка собаки) и под. связаны отношениями субординации с прототипом dog.

Связь с прототипическим субъектом, который включен в импликационал первичного значения глагола, прослеживается и в сочетаниях с агенсом, супербазисная категория которого не совпадает с категорией прототипа. Анализ контекстов употребления позволяет установить, каким образом происходит расширение экс-тенсионала субъектного компонента за счет включения непрототипических агенсов. С этой целью мы выделили группы конструкций, в которых агенс выступает как периферийный член категориальной оппозиции «животное - человек».

2 Для глаголов с конкордансным списком, включающим более 100 примеров, данные вычислялись на материале первых 100 предложений по запросу Sketch Engine.

1. Агенс может обозначать мифическое или сказочное человекоподобное существо. Например, животное может наделяться способностью говорить, как человек: "C'mon Sid," the tiger growled. - в данном случае глагол growl, определяя особенности произношения, отличные от «нормальной» человеческой речи, актуализирует семы категориальной принадлежности субъекта к классу животных.

2. Предложение с глаголом-предикатом, ориентированным на прототипиче-ский субъект-животное, может описывать ситуацию, при которой человек намеренно имитирует поведение животного. В следующем примере человек имитирует лошадь, двигаясь определенным образом и катая ребенка на плечах: When Loc, with another worried glance in Jacques Devraux's direction, insisted it was time for them to go to bed, Paul galloped across the clearing with little Hoc on his shoulders and dumped the boy squealing with laughter on his sleeping mat.

3. В конструкции может присутствовать эксплицитное сравнение агенса-человека с прототипическим субъектом: ...the country men brayed like donkeys and women swooped like owls... Подобные сравнения служат для создания определенной образности в описании ситуации действия. В ряде случаев агенс сравнивается с некоторым центральным членом категории, отличным от прототипического субъекта: I just howled some more like a jackal, like a pathetic pye-dog. В приведенном примере нетипичное сравнение создает яркий образ: агенс-человек в состоянии сильных эмоциональных переживаний не способен контролировать свою речь, тем самым уподобляясь дикому животному и бродячей собаке.

4. Подобие с прототипическим животным может имплицироваться контекстуально. Например, употребление глагола bellow в следующем контексте усиливает уподобление героя с быком: "Lachlan Maclean, you bellowing bull!" he yelled. ... "Dhia knows", Lachlan suddenly bellowed with laughter. - Субъективная характеристика героя (Лахлан - бык) вызвана его характерной манерой говорить громко и его внешним видом (по описанию он - грузный, большой мужчина).

Следует отметить, что для глаголов, в первичном значении которых присутствует указание на прототипический субъект-животное, при употреблении с агенсом-человеком актуализируются общие с прототипическим субъектом признаки, указывающие на «ненормальное» для человека физическое или эмоциональное состояние. Для приведенного выше глагола bellow, например, это признаки, «большой, грузный, массивный», характеризующие фигуру субъекта действия, и признаки «неадекватный, в состоянии аффекта», описывающие его эмоциональное состояние. Такие признаки мы определяем как вероятностные субъектно-ориентированные семантические признаки, выделяемые на основе «семейного сходства» с прототипическим субъектом. Эти семантические признаки выполняют интегрирующую функцию в смысловой структуре глагола для тех ЛСВ, которые дифференцируются по признаку категориальной принадлежности субъекта.

Подводя итог нашему анализу, отметим, что семантический компонент «субъект», выделяемый в значении глагола, характеризуется сложной структурой и включает образный компонент, как представление о прототипическом субъекте для обозначаемого действия, и вероятностные семантические признаки, определяющие категориальную принадлежность субъекта. Категоризация субъекта в глагольной семеме производится на супербазисном уровне как указание на основной онтологи-

ческий класс субъекта, и именно на данном уровне категоризации осуществляется дифференциация семем и семантических вариантов в смысловой структуре глагола. Интегральными семантическими признаками при смене супербазисной категории субъекта выступают признаки, определяющие физические свойства и психическое состояние исполнителя действия, которое связывается с функциональными способностями субъекта. Такой набор признаков является отражением усредненного представления об исполнителе действия в ситуации действительности: эти представления и образы основаны на базовом знании, на том, что относится к базовому опыту носителей данного языка. Определение прототипической организации субъектного компонента на содержательном и экстенсиональном уровнях дает необходимое обоснование языковым фактам нежесткого ограничения глагольной сочетаемости по линии агенса.

Залевская А.А. Введение в психолингвистику. - М.: РГГУ 1999. - 201 с.

Кубрякова Е.С. Язык и знание. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - 560 с.

Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов // Новое в зарубежной лингвистике - Вып. XXIII. - М.: Прогресс, 1988. - С. 12-51.

Михайлова О.А. Ограничения в лексической семантике русского слова: дис. .. .д-ра филол. наук : 10.02.01. - Екатеринбург, 1998. - 270 c.

Уфимцева А.А. Лексическое значение: Принцип семиологического описания лексики. - 2-е изд. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 240 с.

Фрумкина Р.М., Михеев А.В. [и др.] Семантика и категоризация. - М.: Наука, 1991. - 168 с.

Geeraerts D. Theories of lexical semantics. - New York: Oxford University Press Inc., 2009. - 327 p.

Rosch E. Principles of categorization // Cognition and categorization. - Hillsdale, NJ: Lawrence Eribaum Associates, 1978. - p. 26-48.

Источники примеров

British National Corpus [Electronic resource] / Brigham Young University. -2012. - Mode of Access: http:// corpus.byu.bnc.edu.

Collins English Dictionary: Complete and unabridged / an Imprint of Harper Collins Publishers ; general consultant J.M. Sinclair. - 6th edition. - Glasgow: Collins and Sons Ltd., 2003. - 1873 p.

Edinburgh Association Thesaurus [Electronic resource]. - Mode of Access: http:// http://www.eat.rl.ac.uk.

Wordnet [Electronic resource]. - Mode of Access: http://wordnetweb.princeton.

edu.

Список литературы