Идио-стратегии и идио-тактики как план реализации эмотивно-психологического воздействия в политическом дискурсе

Оригинальная статья УДК 81.811.112

DOI: 10.29025/2079-6021-2019-3-42-50

Идио-стратегии и идио-тактики как план реализации эмотивно-психологического воздействия в политическом дискурсе

Б.В. Гасанов

Северо-Кавказский федеральный университет, г. Ставрополь, Российская Федерация ORCIDID: 0000-0002-0423-0634; e-mail: gasanov.bog@yandex.ru

Получена: 2.08.2019 /Принята: 19.08.2019 /Опубликована онлайн: 25.09.2019

Резюме: Представленное исследование является анализом публичных выступлений Дональда Трампа в аспекте реализации идио-стратегий как плана речевого поведения политика, а также идио-тактик как средств его реализации. Выдвижение в фокус внимания положения об эмоциональном воздействии публичной речи, взаимовлиянии лингвистических и экстралингвистических факторов, определяющих формирование языка публичного общения, позволяет представить публичную речь политического дискурса не только как объективный показатель культуры политической коммуникации и раскрыть ее национально-культурную специфику, но и выявить специфическую систему средств реализации пер-локутивного эффекта, строящуюся на наиболее частотных идио-тактиках и идио-стратегиях. В основе политической риторики Дональда Трампа лежит стремление к управлению массами с целью завоевания симпатии электоральных масс. На основе анализа автор приходит к выводу о приоритете идио-стра-тегий на понижение, повышение и театрализации в зависимости от политической ситуации в стране. Стратегия на понижение является наиболее эффективной в предвыборной гонке для дискредитации политического оппонента и реализуется через тактики анализ-«минус», обвинения, безличного обвинения и тактику обличения, в то время как стратегия на понижение реализуется через тактики анализ-«плюс», презентации и отвода критики в условиях, близких к стабильным. Стратегия театральности также зачастую используется в борьбе за власть и поддержку электората посредством эмоционального воздействия на широкие слои населения и реализуется через тактики обещания, побуждения и размежевания.

Ключевые слова: политический дискурс, публичная речь, идио-стратегии, идио-тактики, эмотиви-зация, манипуляция, персуазивность.

Для цитирования: Гасанов Б.В. Идио-стратегии и идио-тактики как план реализации эмотивно-психологического воздействия в политическом дискурсе // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2019; 3: 42-50. DOI: 10.29025/2079-6021-2019-3-42-50.

Original Paper

DOI: 10.29025/2079-6021-2019-3-42-50

Idio-strategies and idio-tactics as a plan for the implementation of emotional-psychological impact in political discourse

Bogdan V. Gasanov

Armavir State Pedagogic University, Armavir, Russian Federation ORCID ID: 0000-0001-7467-8680; e-mail: npelevina14@gmail.com

Received: 2.08.2019 /Accepted: 19.08.2019 /Publishedonline: 25.09.2019

Abstract: The presented study is an analysis of Donald Trump's public speeches in the aspect of the implementation of idio-strategies as a plan of a politician's speech behavior, as well as idio-tactics as a means of its implementation. Focusing on the emotional impact of public speech, the interaction of linguistic and extralin-guistic factors that determine the formation of the language of public communication, make possible to present public speech of political discourse not only as an objective indicator of the culture of political communication and to reveal its national-cultural specificity, but also to reveal a specific system means of realizing the perlo-cutionary effect, which is based on the most frequency idio-tactics and idio-strategies. The political rhetoric of Donald Trump is based on the desire to control the masses in order to win the sympathy of the electoral masses. Based on the analysis, the author comes to the conclusion about the priority of idio-strategies for lowering, raising and dramatizing depending on the political situation in the country. The demotion strategy is most effective in the election race to discredit the political opponent and is implemented through tactics of analysis-minus, accusations, impersonal accusations and tactics of conviction, while the demotion strategy is implemented through tactics of analysis-plus, presentation and challenge critics in conditions close to stable. Theatricality strategy is also often used in the struggle for power and support of the electorate through emotional influence on the general population and is realized through tactics of promise, motivation and disengagement.

Keywords, political discourse, public speech, idio-strategies, idio-tactics, emotivization, manipulation, persuasiveness.

For citation: Gasanov B.V. Ido-strategies and idio-tactics as a plan for the implementation of emotional-psychological impact in political discourse. Current Issues in Philology and Pedagogical Linguistics. 2019; 3, 42-50. DOI, 10.29025/2079-6021-2019-3-42-50 (In Russ.).

Введение

В современном обществе, когда средства массовой информации приобретают всё большее распространение, человек ежедневно сталкивается с политическим дискурсом, главным моментом которого является борьба политиков за власть и поддержку электората, так как без этого политическим деятелям невозможно реализовать свои цели и задачи. К настоящему времени интерес к данному явлению привёл к появлению нового направления лингвистики - политической лингвистики. Интерес к политическому дискурсу обусловлен тремя факторами, внутренними закономерностями развития самой лингвистической теории, уделяющей большое внимание политической сфере жизни общества; потребностью политической науки в методах анализа политических речей и текстов СМИ для мониторинга тенденций в общественном сознании; социальным заказом, связанным с попытками избавить политическую коммуникацию от манипулирования общественным сознанием.

В процессе анализа публичных выступлений политических деятелей можно выявить стратегии аргументации и воздействия на слушателя. Это позволяет предугадать дальнейшие действия и намерения политика и выявлять наиболее эффективные способы воздействия на слушателя. Многие аспекты эмо-тивизации и интенсификации политической коммуникации остаются недостаточно исследованными. Публичные речи политиков представляют большой интерес для лингвистов, так как они зачастую имеют повышенную эмотивность, которая сочетается с определенными компонентами трансляции оперативной информации, при этом в них чётко прослеживаются определённые коммуникативные стратегии позиционирования, сплочения или конфронтации.

Цель исследования

Главной целью данного исследования изучение наиболее эффективных средств эмотивизации высказываний политического дискурса в рамках реализации индивидуально-авторской манеры общения и идио-стратегий и тактик в политической речи Дональда Трампа.

Обзор литературы

Анализом эмотивности в различных видах политического дискурса занимались многие отечественные и зарубежные лингвисты [1; 2; 6; 7]. Так Эмоциональная информация может рассматриваться как один из преобладающих типов трансляции концептуально-валерной системы продуцента в рамках прагматической доминанты политической речи. Экспрессия здесь служит для окраски освещаемых событий. Политическая речь функционирует в различных сферах, поэтому выделяют несколько её разновидностей [8, с. 249]. Но при всем многообразии видов политической коммуникации наибольшей степенью эмотивизации обладает устное публичное выступление, т.е. для усиления влияния на аудиторию в ней необходимо наличие характеристик живого разговора вне зависимости от степени предваритель-

ной подготовленности текста, так как зачастую публичное выступление характеризуется определённой степенью импровизации. Ещё одной отличительной чертой публичной речи политического деятеля является интонация, присущая устной речи. Только в такой форме оратор может выразить свои эмоции и оценку с помощью паралингвистических и невербальных средств коммуникации. Отличительной особенностью также является обратная связь. Во время выступления оратор может напрямую видеть реакцию слушателей на свои слова и из этого выявлять отношение публики к сказанному. Именно эта черта превращает любой публичный монолог в некую форму диалога, когда происходит установление контакта между оратором и аудиторией [6, с. 48]. Подобные личностные аспекты взаимодействия строятся на универсальных компонентах концептуально-валерных систем продуцента и реципиента, а конфлик-тогенные факторы, реализующиеся в рамках данного взаимодействия базируются на несовпадающих элементах [5, с. 115], ведь вся актуализируемая эмотивность является одной из характеристик языка и должна пониматься как «лингвистический аспект категории эмоциональности», т.е. «лингвистическое выражение эмоций» [2]. Но опосредованная эмотивность политической речи всегда дуальна - она объективна в рамках конкретной лингвокультуры, ведь сам продуцент-политик как дискурсивная личность обладает определённым коммуникативным поведением, под которым И.А. Стернин понимает «совокупность норм и традиций общения народа, социальной, возрастной, гендерной, профессиональной и т.д. групп, а также отдельной личности» [9]; и одновременно субъективна, по причине различий в объеме языковой личности и её функциональной модели в определенной ситуации. Данная модель должна включать в себя следующие уровни: лексикон, тезаурус и прагматикон. Лексикон функциональной модели языковой личности отражает владение человеком лексико-грамматическим фондом языка. Тезаурус отражает использование излюбленных разговорных формул, речевых оборотов, особой лексики тем или иным политиком. Прагматикон - это система коммуникативных целей, задач и мотивов, которые руководят личностью в процессе коммуникации. Каждый из данных уровней включает как разделенные всеми членами лингвокультуры, так и индивидуализированные компоненты, что служит причиной субъектно-объектной ассиметрии как в производстве, так и в восприятии и интерпретации высказывания [5, с. 120].

Методология

Приоритетными методами выявления и анализа средств эмотивизации и потенциальных путей сохранения идио-стратегий и тактик манипулирования для нас являются: метод контекстологического описания, сравнительно-сопоставительный метод и метод компонентного анализа. Контекстуальный метод был применен с целью установить особенности актуализации изучаемых единиц в исследуемом типе текста. Сравнительно-сопоставительный метод - с целью определить специфику семантики и функцию единиц на материале прецедентных текстов различных лингвокультур (американской и русской).

Результаты и дискуссия

Публичная речь - это особая форма устного выступления, целью которого является информирование слушателей и оказание на них желаемого воздействия. К основным характеристикам публичной речи относятся персуазивная направленность, создание коммуникатором впечатления принадлежности к одной группе с едиными ценностями и целями, т.е. имитативная экспликация разделенной концепту-ально-валерной системы на основе концептуальной интеграции пространств продуцента и реципиента [4, с. 99], а также редукционизм, стремление к упрощению в речи, текстах, деление всех процессов, действующих лиц на отрицательных и положительных. Национально-культурная специфика публичной речи связана с особенностями языкового строя, национального речевого этикета, а также менталитета нации. Однако следует заметить и предельную эмотивизацию политической коммуникации, при этом эмотивные компоненты имеют четкую индивидуально-авторскую принадлежность. Частотность употребления тех или иных средств маркирована типом и характеристиками языковой личности политика. Таким образом, можно говорить о системе идио-стратегий и тактик повышения интенсивности активизируемых эмоциогенных (конфликтогенных и синтонных) компонентов в политической речи.

Эмоциональная информация в высказывании представителя политического пространства нацелена на привлечение интереса гипотетического реципиента, выполняя функцию передачи эмоций и чувств в процессе коммуникации. Её главная характеристика - субъективность. Воздействие на сознание реципиента достигается в результате взаимодействия экспрессивной лексики и синтаксической организации языкового материала: клишированных фраз, цитат, ярких эпитетов, эмоционально окрашенной

лексики, языковой игры, анафорических повторов с акцентом на авторскую оценочность с позиций нравственных, эстетических, социальных и других норм общества.

Чрезвычайно интересными для анализа с точки зрения экспликаторных характеристик эмоционально-психологического пространства представляются речи особенно харизматичных политиков современности. В настоящее время одной из самых одиозных фигур внешнеполитической арены выступает Дональд Трамп, 45-й президент США, вступивший на эту должность 20 января 2017 года и прославившийся целым рядом публичных выступлений. Хронологически изучаемые нами речи датируются от 2016 до 2019 года и охватывают период предвыборной кампании и период президентства. Среди интересующих нас мы можем назвать речи о пограничной стене, некоторые из предвыборных речей и т.п., в которых он изобличает одну из главных актуальных и до сих пор нерешённых проблем США -миграционной политики. В данных речах Д. Трамп приводит мрачные факты, которые, по его мнению, являются следствием непродуманных решений предшествующей администрации США. Аргументируя свою позицию печальными событиями прошлого и взывая к чувству страха у слушателей, президент оказывает на них эмоциональное влияние.

Главной целью эмоций в публичном выступлении любого политика, как уже отмечалось выше, является экспрессивная окраска описываемых событий и передача своего субъективного отношения к какой-либо проблеме. Изучив тексты публичных выступлений Дональда Трампа, мы выделяем следующий ряд наиболее частых средств трансляции эмоционально-психологической сферы, восклицательные предложения, повторы, риторические вопросы, инверсия, парцелляция, лексический повтор, параллельные конструкции, вводные слова, которые в рамках различных комбинаций и образуют идио-тактики и идио-стратегии актуализации и интенсификации манипулятивного воздействия.

Публичные речи в политическом дискурсе характеризуются персуазивностью, т.е. наиболее широким речевым воздействием на реципиента с целью трансформации его концептуально-валерной системы, которые неизбежно приводят к последующей регуляции диспозиций и деятельности реципиента в пользу продуцента [1, с. 403]. В процессе осуществления воздействия при реализации прагматикона определяется и реализуется целый сонм инструментов - тактик и общего плана - стратегий. Таким образом, мы можем заключить, что понятие «стратегия» шире и включает в себя понятие «тактика». Существуют также коммуникативно-речевые приёмы, которые подразделяются на тривиальные (уже устоявшиеся речевые обороты) и нетривиальные (качественно новые способы реализации тактик). Через коммуникативные стратегии, тактики и приёмы происходит речевое воздействие, заключающееся в работе над концептуально-валерной системой потенциального реципиента по реструктурированию его эмотивно-волюнтативного пространства.

На сегодняшний день известно несколько классификаций стратегий и формирующих их тактик. Например, О.Л. Михалёвой проанализированы следующие базовые стратегии, реализующие перлоку-тивных эффект в политической коммуникации, стратегия на понижение, стратегия на повышение и стратегия театральности [7, c. 45].

В качестве доминантной иллокуции стратегии на понижение можно назвать дискредитацию политических оппонентов, данная общая стратегия базируется на приемах косвенной или непосредственной экспликации негативных аксиологических компонентов ментального образа объекта описания в концепту-ально-валерной системе продуцента. Подобная вербализация может быть построена на целом ряде тактик.

1. Тактика анализ-«минус» является наиболее распространенной в политическом дискурсе и строится на приеме негативизации выводов, которые следуют непосредственно за описанием ситуации. Важно использование лексических приёмов, выражающих отношение оратора к проблеме. Приведём пример из публичной речи Дональда Трампа Donald Trump's border wall speech от 9 января 2019 года,

Last month, 20,000 migrant children were illegally brought into the United States - a dramatic increase. These children are used as human pawns by vicious coyotes and ruthless gangs. One in three women are sexually assaulted on the dangerous trek up through Mexico. Women and children are the biggest victims, by far, of our broken system [11].

Д. Трамп кратко охарактеризовал результаты миграционной политики США, избегая личных местоимений и используя безличные предложения, что внушает реципиенту ощущение объективной оценки. Чётко выраженной позиции президента здесь нет, но предоставлена информация по сложившейся ситуации. Президент с помощью вставочной конструкции a dramatic increase делает акцент слушателей на нетипичность обстановки.

2. Также типичным в рамках идио-стратегии на понижении является тактика обвинения, которая базируется на аргументативных высказываниях, эксплицирующих как реальную, так и гипотетическую виновность оппонента в деянии, имеющем негативную оценку в разделенной концептуально-валер-ной системе всего сообщества. Вербализация отрицательных компонентов ментального образа контркоммуниканта или его активности в объективной реальности достигается посредством лексических средств с отрицательной коннотацией. При этом необходимо отметить, что аргументативная база не обязательно должна быть объективно верифицируемой, достаточно интенсификации конфликтогенов в рефлексивной реальности. Такая тактика реализована Дональдом Трампом в его речи 'America First' Foreign Policy Speech 27 апреля 2016 года,

First, our resources are totally over extended. President Obama has weakened our military by weakening our economy. He's crippled us with wasteful spending, massive debt, low growth, a huge trade deficit and open borders [12].

Президент дал описание ситуации, прибегая к сухим фактам, и охарактеризовал положение дел с негативной точки зрения, при этом открыто он свою позицию не обозначил. Д. Трамп использовал определённо-личные предложения, ясно указывая на виновника данной ситуации, выставляя его в невыгодном свете, и при этом приводит аргументы в свою пользу. Резко отрицательная коннотация общего содержания, влияющая на восприятие и интерпретацию всей преддискурсивной ситуации, реализуется при помощи использования продуцентом лексических единиц с отрицательными аксиологическими компонентами значения. Интересен стилистический приём аллегории crippled (покалечил), говорящий о крайне негативном отношении к деятельности предшественника Д. Трампа. Кроме того словосочетание over extended (перегружены) интерпретируется в антонимическом пространстве на основе компонента истощены, что ещё более интенсифицирует персуазивный аспект отторжения.

3. Следующей специфической тактикой является обезличенное обвинение, которое в противоположность вышеописанной тактике имеет целью вызвать негативное отношение к описываемому объекту вне привязки к конкретному «виновнику». Используя конструкции и лексемы с компонентами обезличивания и объединения, продуцент вовлекает в контрастивную ситуацию отторжения как можно более широкие массы. Именно данная тактика вербализует архетипическую оппозицию «свои/чужие», вызывая у реципиента нивелировку элементов концептуально-валерной системы, отвечающих за гипотетическую принадлежность к классу «чужих», и актуализируя элементы принадлежности к группе «своих». Актуализация позитивных компонентов класса «своих» и негативных элементов аксиологического пространства «чужих» происходит уже автоматически в процессе речепроизводства и интерпретации. Данная тактика обусловлена наличием общих интересов у представителей одной группы.

Once again, France is the victim of brutal Islamic terrorism. Men, women and children viciously mowed down. Lives ruined. Families ripped apart. A nation in mourning [12].

Д. Трамп описывает ситуацию, в которой, по его мнению, оказался мир по вине администрации Хил-лари Клинтон. Президент формирует в сознании слушателей группу «своих» и «чужих». К первым он относит себя и свою администрацию, ко вторым - своего предшественника и его штаб. Использование данной тактики призвано убедить слушателей в правильности идей партии, которую представляет тот или иной политик. Данный отрывок характеризуется наличием лексем с негативным значением, что убеждает слушателя в плачевности ситуации, в которой оказалась страна. Эффект усиливается наличием простых предложений, которые акцентируют внимание на оценке ситуации политика.

4. Во время дебатов очень часто политиками используется тактика обличения, которая представляет собой пассаж аргументированного (подкрепленного эмпирически верифицируемыми данными) обвинения политического оппонента. Вербализация негативных коннотаций осуществляется на основе последовательной демонстрации причинно-следственных связей в рамках инкриминации общественно осуждаемого деяния и личностных характеристик контркоммуниканта. Так, это можно наблюдать в финальных дебатах Д. Трампа и Х. Клинтон, состоявшихся 19 октября 2016 года,

But I will tell you what isn't fictionalized are her e-mails, where she destroyed 33,000 e-mails criminally, criminally, after getting a subpoena from the United States Congress ... She's lied hundreds of times to the people, to Congress, and to the FBI [12].

В данном отрывке Д. Трамп в качестве аргумента приводит факт уничтожения ряда писем из Конгресса и использует сложноподчинённое предложение, в котором главная мысль заключается в истинности дальнейшего высказывания But I will tell you what isn't fictionalized. Обвинив Х. Клинтон в

Б.в. гасанов

уклонении от своих обязанностей и сокрытии важной информации, Д. Трамп дает заключение её деятельности, непосредственно обвиняя её во лжи, для усиления коммуникативного эффекта, призванного убедить слушателей в правдивости излагаемых фактов.

Другой идио-стратегией, обеспечивающей внутреннее единство перлокутивного эффекта и иллокутивной цели политической публичной речи, выступает стратегия на повышение, которая актуализирует положительную самопрезентацию продуцента. Данная стратегия обеспечивается несколькими идио-тактиками.

1. Первой из них является тактика анализ-«плюс», одновременно презентирующая положительные аспекты образа автора высказывания и нивелирующая критический образ, эксплицированный в речах контркоммуникантов.

Использованию данной тактики свойственна реконструкция положительных коннотаций описываемой ситуации с нивелировкой аргументов, вербализующих критическое отношение. Модификация элементов концептуально-валерной системы реципиента происходит на основе актуализации желаемого и трансляции виртуальной эмфазы. Приведём пример из обращения Д. Трампа к Конгрессу:

We have unleashed a revolution in American energy - the United States is now the number one producer of oil and natural gas in the world. And now, for thefirst time in 65years, we are a net exporter of energy [12].

Президент описывает ситуацию с положительной стороны, используя лексические единицы с положительной коннотацией с оттенком исправления ситуации for the first time in 65 years. Например, оратор говорит о повышении производства нефти и газа и о преобладании экспорта энергии над импортом.

2. Тактика презентации используется для представления политика в выгодном свете. Оратор описывает себя или другого политика, используя лексические единицы с положительной коннотацией. Данная тактика очень часто используется в предвыборных кампаниях в политической рекламе:

I am your voice. I have embraced crying mothers who have lost their children because our politicians put their personal agendas before the national good. I have no patience for injustice, no tolerance for government incompetence, no sympathy for leaders who fail their citizens [11].

В данном высказывании Д. Трамп описывает своё негативное отношение к действующему правительству, которое, по его мнению, действует в угоду собственных интересов. Оратор говорит, что это ему чуждо и противно, используя параллельные конструкции внутри предложения. Интересно использование местоимения первого лица единственного числа I, которое создаёт ощущение решимости лидера решать важнейшие проблемы, а также готовность взять ответственность за будущие решения на себя. Подобные конструкции усиливают коммуникативный эффект посредством создания ритмичности высказывания.

3. Тактика отвода критики используется в дебатах в предвыборной гонке и используется для отвода внимания слушателей от вопроса, дискредитирующего политика, либо для оправдания себя в глазах аудитории по причастности к тому или иному событию:

That was a great pivot off the fact that she wants open borders, OK? How did we get on to Putin? [12].

Д. Трамп с помощью выпада в сторону Х. Клинтон старается увильнуть от прямого вопроса, ясно указывая реципиентам на попытку оппонента сделать то же самое. В конце оратор недоумевает, почему данный вопрос вообще возник, что усиливает эффект отвода критики.

Отдельного анализа заслуживает стратегия театральности, очень часто использующейся в публичных речах предвыборных кампаний. Всякая публичная речь направлена на широкий круг зрителей, что заставляет политика сделать своё выступление более эмоциональным и зрелищным, так как оратор стремится воздействовать не столько на восприятие мира оппонента, сколько на слушателя. Данная стратегия отличается высоким уровнем эмоциональности и реализуется через тактики побуждения, размежевания и обещания.

1. К тактике побуждения политики прибегают с целью побуждения электората к каким-либо действиям и убеждения в правильности своей точки зрения:

Let's defeat her in November. I am certain it is a decision he truly regrets [12].

В данном высказывании Д. Трамп открыто побуждает слушателей проголосовать за него в предстоящих выборах. Побуждение он аргументирует своей уверенностью в том, что назначение Х. Клинтон главой своей администрации было ошибкой, которую признал даже Б. Обама. Данная тактика может использоваться вместе со многими другими, что объясняется необходимостью выставить себя в наиболее выгодном свете, чтобы завоевать доверие электората. Важную роль играет обращение политика

к злободневным вопросам повседневности, что усиливает влияние оратора на публику. Политик очень часто использует позиционирование «мы»-инклюзивности, что сокращает психологическую дистанцию между оратором и слушателями и в сознании последних делает их единым целым:

We will bring back our jobs. We will bring back our borders. We will bring back our wealth. And we will bring back our dreams [11].

В данной речи Дональд Трамп часто использует глагол will, подчеркивая свою уверенность в будущем, которое, по его мнению, уже обозначено довольно чётко. Экспрессивность вышеупомянутого высказывания усиливает грамматический повтор вспомогательного глагола will с разными смысловыми глаголами и полного семантического повтора в данном примере We will bring back our... Очень интересно также использование притяжательного местоимения our, которое убеждает слушателя в том, что все будущие возможные улучшения в жизни общества - это заслуженные или давно утраченные блага народа. Данное высказывание носит оперативно-лозунговый характер.

2. Для обратного эффекта в отношении к своим оппонентам политики часто используют тактику размежевания, стараясь дистанцироваться от негативных явлений или событий и зачастую приписывая вину своему политическому противнику.

They 're tough and they 're smart and they 're sharp, and I don't want to mess around with them, I can tell you [11].

В данном фрагменте высказывания Д. Трамп часто использует указательное местоимение they, чётко проводя границу между собой вкупе с электоратом и своими политическими противниками. Средства лексического уровня в рамках данной тактики служат для вербализации негативного отношения к оппоненту и модификации отдельных компонентов картины мира электората, что, соответственно, усиливает коммуникативный эффект.

3. Наиболее распространённой тактикой в предвыборных гонках можно считать тактику обещания, когда политик публично заявляет о своей готовности осуществить какие-либо действия положительно оценивающиеся электоральной аудиторией. При этом на грамматическом уровне использование глагола совершённого вида в будущем времени дает наибольшую эффективность экспликации уверенности [10]. Большую роль в речи политика играет модальность высказывания, под которой мы понимаем вербализацию эмотивно-волюнтативного пространства продуцента высказывания в аспекте реализации иллокутивных целей, аксиологической позиции в отношении объекта описания и гипотетического реципиента:

I will fight for you with every breath in my body and I will never ever let you down [11].

Использование местоимения первого лица единственного числа I создаёт ощущение решимости лидера решать важнейшие проблемы, а также готовность взять ответственность за будущие решения на себя. В данном пассаже использование фразеологизма with every breath in my body способствует драматизации повествования и усилению коммуникативного эффекта.

Заключение

Политики в своих публичных выступлениях главной целью видят не только передачу когнитивной информации, но и эмоциональное воздействие на слушателей [3]. Экспрессия в процессе речепо-рождения может эксплицироваться на фонетическом, морфологическом, лексико-семантическом и формально-синтаксическом уровнях. Эмотивность публичного политического выступления транслируется посредством парономазии, рифмы, созвучия, аллитерации. На морфологическом уровне эмотивность может быть выражена через аффиксацию, словообразование, конверсию. На лексико-семантическом уровне эмотивность достигается путём подбора стилистически маркированной лексики, эмотивных лексических единиц и неологизмов. Речевой портрет представляет собой систематическое описание коммуникативного поведения человека, включающее специфику произносительных норм, выбор определённой лексики, употребление определённых синтаксических оборотов, владение разными жанрами речи. Риторика политика, являющегося представителем той или иной партии, отличается тщательным выбором стратегий и тактик, составляющих особую идио-систему. Так, речь консерватора преимущественно основана на стратегии позиционирования, аргументации и сплочения и носит более синтонный характер. Речевой портрет либерала отличается стратегиями конфронтации, призыва и сплочения, но уже в более агрессивном толке, т.е. основан на стратегиях конфликтогенеза.

В основе политической риторики большинства современных политических деятелей лежит стремление к управлению массами с целью снискания поддержки. Действующий президент США использует

стратегии на понижение, повышение и театрализации в зависимости от политической ситуации в стране. Стратегия на понижение наиболее эффективна в предвыборной гонке для дискредитации политического оппонента и реализуется через тактики анализ-«минус», обвинения, безличного обвинения и тактику обличения, в то время как стратегия на повышение реализуется через тактики анализ-«плюс», презентации и отвода критики в условиях, близких к стабильным. Стратегия театральности также зачастую используется в борьбе за власть и поддержку электората посредством эмоционального воздействия на широкие слои населения и реализуется через тактики обещания, побуждения и размежевания.

^исок литературы

1. Акопова Д.Р. Стратегии и тактики политического дискурса // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2013. № 6 (1). С. 403-409.

2. Бредихин С.Н., Бредихина Ю.И. Способы экспликации степени доступа к управлению институциональным дискурсом посредством устойчивых выражений // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2017. № 6-2 (72). С. 78-81.

3. Бредихин С.Н., Вартанова Л.Р. Способы вербализации когнитивного начала в немецкоязычных текстах патентного права: оригинал vs. перевод // Вопросы когнитивной лингвистики. 2017. № 3 (52). С. 51-56. DOI: 10.20916/1812-3228-2017-3-51-56.

4. Бредихин С.Н., Махова И.Н. Комплексная когнитивно-перцептивная модель в анализе юмористических обертонов смысловой иерархии // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2018. № 3(31). С. 94-103. DOI: 10.29025/2079-6021-2018- 3(31)-94-103.

5. Бредихин С.Н., Серебрякова С.В. Субъектно-объектная асимметрия при распознавании речи // Вопросы когнитивной лингвистики. 2016. № 4 (49). С. 114-121. DOI: 10.20916/1812-3228-2016-4-114-121.

6. Иванова С.Ф. Специфика публичной речи. М.: Знание, 1978. 128 с.

7. Михалева О.Л. Политический дискурс. Специфика манипулятивного воздействия. М.: Либроком, 2009. 256 с.

8. Молодыченко Е.Н. Особенности перевода речи публичного деятеля с позиции личности переводчика // Вестник Челябинского государственного университета. Филология. Искусствоведение. 2011. № 24 (239). С. 252-255.

9. Стернин И.А. Модели описания коммуникативного поведения. Воронеж: Гарант, 2015. 52 с.

10. Alikaev R.S., Asanova M.S., Shiryaeva T.A., Cheprakova T.A., Bredikhin S.N. Representation of the morphological information at the level of lexical input during the process of speech decoding: philological and phenomenological hermeneutics vs. psycholinguistic models // XLinguae. 2018. Vol. 11, № 1. Pp. 70-81. DOI: 10.18355/XL.2018.11.01.07.

11. Donald Trump's border wall speech. in full 9.01.2019. URL: https://www.theguardian.com/us-news/2019/jan/09/donald-trumps-border-wall-speech-in-full

12. Donald Trump's 'America First' Foreign Policy Speech. 27.04.2016. URL: http://time.com/4309786/ read-donald-trumps-america-first-foreign-policy-speech/

References

1. Akopova, D.R. (2013). Strategies and tactics of a political discourse: Bulletin of Lobachevsky university of Nizhni Novgorod, no 6, pp. 403-409 (In Russ.).

2. Bredikhin, S.N., Bredikhina, Yu. I. (2017). The methods of explication of the level of access to the management of institutional discourse by means of set expressions: Philological Sciences. Issues of Theory and Practice, no 6-2 (72), pp. 78-81 (In Russ.).

3. Bredikhin, S.N., Vartanova, L.R. (2017). Ways of cognitive beginnings verbalization in German texts of a patent right: the original vs. the translation: Issues of Cognitive Linguistics, no 3 (52), pp. 51-56. DOI: 10.20916/1812-3228-2017-3-51-56 (In Russ.).

4. Bredikhin, S.N., Makhova, I.N. (2018). Complex cognitive perception model in the analysis of humor overtones of meaning hierarchy: Current Issues in Philology and Pedagogical Linguistics, no 3 (31), рр. 94103. DOI: 10.29025/2079-6021-2018-3(31)-94-103 (In Russ.).

5. Bredikhin, S.N., Serebryakova, S.V. (2016). Subject-object asymmetry in speech recognition: Issues of Cognitive Linguistics, no 4 (49), pp. 114-121. DOI: 10.20916/1812-3228-2016-4-114-121 (In Russ.).

6. Ivanova, S.F. (1978). The specific of the public speech, Moscow: Znanie, 128 p. (In Russ.).

7. Mikhaleva, O.L. (2009). Politic discourse. The specific of manipulative influence, Moscow: Librocom, 256 p. (In Russ.).

8. Molodychenko, E.N. (2011). The peculiarities of public official speech translation from the perspective of interpreter: Bulletin of the Chelyabinsk state university. Philology. Art criticism, no 24 (239), pp. 252-255 (In Russ.).

9. Стернин, И.А. (2015). The models of communicative behavior description, Voronezh: Garant, 52 p. (In Russ.).

10. Alikaev, R.S., Asanova, M.S., Shiryaeva, T.A., Cheprakova, T.A., Bredikhin, S.N. (2018). Representation of the morphological information at the level of lexical input during the process of speech decoding: philological and phenomenological hermeneutics vs. psycholinguistic models: XLinguae, vol. 11, no 1, pp. 70-81. DOI: 10.18355/XL.2018.11.01.07 (In Eng.).

11. Donald Trump's border wall speech, in full 9.01.2019. Available at: https://www.theguardian.com/us-news/2019/jan/09/donald-trumps-border-wall-speech-in-full (access at 21 August 2019). (In Eng.).

12. Donald Trump's 'America First' Foreign Policy Speech. 27.04.2016. Available at: http://time. com/4309786/read-donald-trumps-america-first-foreign-policy-speech/ (access at 21 August 2019). (In Eng.).

Гасанов Богдан Вадимович, аспирант 1 курса, кафедра теории и практики перевода, СевероКавказский федеральный университет; 355017, ул. Пушкина, д. 1, г. Ставрополь, Российская Федерация; e-mail: gasanov.bog@yandex.ru

Bogdan V. Gasanov, 1st course postgraduate student, Department of Translation Studies, North-Caucasus federal University, Institute for the Humanities, 355017, 1 Pushkin Str., Stavropol, Russia; e-mail: gasanov. bog@yandex.ru