Проблемы реализации судьями, пребывающими в отставке, конституционного права на труд

Юридические науки

УДК 343

Туганов Юрий Николаевич Yuriy Tuganov

Быстрое Павел Григорьевич Pavel Bystrov

ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ СУДЬЯМИ, ПРЕБЫВАЮЩИМИ В ОТСТАВКЕ, КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА НА ТРУД

PROBLEMS OF CONSTITUTIONAL RIGHT TO WORK IMPLEMENTATION BY A JUDGE IN RETIREMENT

Рассматриваются проблемы реализации судьи, пребывающего в отставке, конституционного права на труд, а также возможность решения проблемы через подачу жалобы в Конституционный Суд Российской Федерации.

Высказано предположение, что ограничения трудовых прав судей в отставке, перечисленных в п. 3 ст. 3 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» возможны только в отношении действующих судей. Отмечено, что распространение всех ограничений (п. 3 ст. 3 в правовом единстве с п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») и на судей в отставке может вступить в противоречие с положениями Конституции Российской Федерации, поскольку с выходом судьи в отставку их публичная деятельность сводится к минимуму.

Установлено, что судьи в отставке утрачивают статус должностного лица с утратой ранее приобретенного публично-правового статуса должностного лица. Это, в свою очередь, требует соответствующего правового регулирования особенностей статуса судьи в отставке, которые законодатель в должной мере пока не осуществил

Ключевые слова: право на труд, судебная система, судья

The article considers the problems of the constitutional right to work implementation by a judge in retirement. The authors consider the possibility of solving the problem by filing a complaint to the constitutional Court of the Russian Federation.

It has been suggested that the limitations of the retired judges' labour rights, listed in paragraph 3 of the article 3 of the Law of the Russian Federation «On the status of judges in the Russian Federation», are only possible for existing judges. The distribution of all these restrictions (paragraph 3 of the article 3 of the legal unity with paragraph 6 of the article 15 of the RF Law «On status of judges in the Russian Federation») for the retired judges may be in conflict with the provisions of the Constitution, because with the judges' resign their public activity is reduced to a minimum.

The retired judges lose their status as officials with the loss of previously acquired publicly-legal status of officials. This, in turn, requires an appropriate legal regulation of peculiarities of the retired judges' status that legislator has not yet done

Key words: right to work, judicial system, judges

Исследование понятия «права человека», механизмов их реализации, гарантий обеспечения и защиты, а также отдельных прав и свобод человека на общетеоретическом и отраслевом уровнях осуществляли многие учёные-юристы: С.С. Алексеев, С.Н. Братусь, Н.В. Витрук, В.М. Жуйков, Т.Д. Зражевская, В.Н. Кудрявцев, Н.И. Матузов, Т.Н. Радько, В.И. Сперанский, М.С. Строгович, И.Е. Тарханов, Л.С. Явич и др. Изучению отдельного направления механизма реализации права на труд посвящали свои работы такие ученые, как В.И. Анишина, М.В. Геворкян, Ю.Г. Попонов, А.В. Степашкин, М.И. Строганов и некоторые др. [1; 2; 3, С. 38-42; 4; 5; 6]. В то же время вопрос реализации судьями, пребывающими в отставке, конституционного права на труд пока еще не нашел своего отражения в юридической литературе.

Конституция Российской Федерации является актом высшей юридической силы в государстве и одновременно юридической базой для всех отраслей национального законодательства, закрепляющей основные права и свободы человека и гражданина в самых различных сферах общественной жизни, в том числе и в сфере труда. Воплощение в жизнь данных конституционных норм — главная обязанность государства.

Соответствующие положения Конституции России корреспондируют нормам международного права. В частности, в п. 1 ст. 23 Всеобщей декларации прав человека (принятой 10 декабря 1948 г. Генеральной Ассамблеей ООН) [7] закреплено, что каждый человек имеет право на труд, свободный выбор работы.

Позднее в ст. 6 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.), ратифицированного Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 сентября 1973 г. № 4812-VIII [8], также было установлено, что участвующие в этом Пакте государства признают право на труд, и определены меры, которые должны быть приняты участвующими в этом Пакте государствами в целях полного осуществления этого права.

В свою очередь ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации провозглашает, что «каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию» [9].

Согласно ч. 2 ст. 55 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина.

При этом оценка соответствия последующего законодательного регулирования требованиям Конституции России находится в исключительной компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ право на свободный выбор рода деятельности и профессии не нарушается в тех случаях, когда государством устанавливаются для всех граждан, желающих осуществлять публичную деятельность (например, нотариальную, связанную с прохождением государственной и муниципальной службы), обязательные условия назначения на должность и пребывания в должности, а также соответствующие условия допуска тех или иных лиц к профессиональной деятельности [10].

Следовательно, и в рассматриваемом случае граждане, изначально желающие осуществлять публичную деятельность в должности судей, также должны быть готовы к определенным ограничениям некоторых их прав в связи с конституционно значимыми целями и интересами.

Соответствующие ограничения в этой сфере установлены законодательством о статусе судей и, в первую очередь, Законом РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» [11].

Так, в соответствии с требованиями п. 3 ст. 3 названного закона действующий судья в сфере труда не вправе: замещать иные государственные должности, должности государственной службы, муниципальные должности, должности муниципальной службы, быть третейским судьей, арбитром (подп. 1); заниматься предпринимательской деятельностью лично или через дове-

ренных лиц, в том числе принимать участие в управлении хозяйствующим субъектом независимо от его организационно-правовой формы (подп. 4); заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности, занятие которой не должно препятствовать исполнению обязанностей судьи (подп. 5); быть поверенным или представителем ( кроме случаев законного представительства) по делам физических или юридических лиц (подп. 6).

Представляется, однако, что приведенные ограничения в полном объеме допустимы только в отношении действующих судей. Распространение же всех этих ограничений (п. 3 ст. 3 в правовом единстве с п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») и на судей, пребывающих в отставке, может противоречить приведенным конституционным нормам, поскольку с выходом судей в отставку их публичность минимизируется. Судьи в отставке перестают быть должностными лицами с утратой приобретенного ими ранее публично-правового статуса должностного лица. Это, в свою очередь, требует соответствующего правового регулирования особенностей статуса судей в отставке, чего законодатель в должной мере пока не сделал.

Здесь следует отметить, что в соответствии с требованиями п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» судья считается пребывающим в отставке до тех пор, пока соблюдает требования, предусмотренные п. 3 ст. 3 названного закона. В противном случае отставка судьи может быть прекращена решением соответствующей квалификационной коллегии судей со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями для такого индивидуума.

Одним из таких негативных последствий прекращения отставки является утрата судьями, ушедшими в отставку до достижения 55-летнего возраста со стажем судебной работы менее 20 лет, предусмотренного абз. 1 п. 5 ст. 15 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» права на получение ежемесячного пожизненного

содержания (пропорционально имеющемуся стажу судебной работы) при достижении 55-летнего возраста.

Между тем, до достижения указанного возраста судье в отставке также необходимо иметь на законных основаниях соответствующие средства, как закреплено в п. 3 ст. 23 приведенной Всеобщей декларации прав человека, «обеспечивающие достойное человека существование для него самого и его семьи». Вот здесь-то и должно было бы сыграть самую существенную роль конституционное право судьи в отставке свободно распоряжаться своими способностями к труду в соответствии с имеющимися у него профессиональными навыками и умениями, с получением за указанный труд соответствующего вознаграждения в виде заработной платы. Однако государство, законодательно ограничив права на труд судей в отставке (не достигших 55 лет со стажем работы в должности судьи менее 20 лет), такой возможности им не предоставляет, за исключением случаев трудоустройства в виде преподавательской, научной и иной творческой деятельности (подп. 5 п. 3 ст. 3 названного закона), чего, на наш взгляд, недостаточно.

Вместе с тем, законодателем в п. 4 ст. 3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» судьям в отставке, достигшим возраста 55 лет (для женщин — 50 лет) либо имеющим стаж судебной работы не менее 20 лет, разрешено трудиться в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, в профсоюзных и иных общественных объединениях, а также работать в качестве помощника депутата Государственной Думы или члена Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации либо помощника депутата законодательного (представительного) органа субъекта Российской Федерации.

Причем, согласно требованиям абз. 1 п. 5 ст. 15 названного закона, указанная категория судей в отставке имеет право и на получение не облагаемого налогом ежемесячного пожизненного содержания.

Итак, судьи в отставке, получающие ежемесячное пожизненное содержание, вправе работать в указанных органах, а судьи в отставке, не получающие ежемесячного пожизненного содержания, работать в указанных и других органах не вправе.

Следовательно, согласно такому нормативно-правовому регулированию, не имеющие соответствующего стажа судебной работы либо не достигшие соответствующего возраста судьи в отставке, находясь в более уязвимом материальном положении, как еще не получающие ежемесячное пожизненное содержание в качестве средств для достойного существования, в сравнении с судьями, получающими ежемесячное пожизненное содержание ( как имеющими соответствующий стаж либо возраст) , к тому же лишены возможности трудиться даже в тех сферах, которые разрешены последним (п. 4 ст. 3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») и любое их трудоустройство (за исключением преподавательской, научной и иной творческой деятельности) для получения средств к достойной жизни и развитию, в том числе и в указанных сферах, влечет прекращение их отставки, а соответственно, и пресекает возможность в последующем по достижении определенного законом возраста получения ими ежемесячного пожизненного содержания пропорционально имеющемуся стажу судебной работы, как это предусмотрено абз. 1 п. 5 ст. 15 названного закона.

Таким образом, с одной стороны, согласно п. 6.4 Европейской хартии о статусе судей от 10 июля 1998 г. [12], размер выплат, получаемых судьей, достигшим предусмотренного законом для выхода в отставку возраста и исполнявшим судейские обязанности в течение определенного срока, должен быть как можно ближе к размеру его последней заработной платы в должности судьи. С другой стороны, судья в отставке, пока еще не получающий такие выплаты, но имеющий право на соответствующую часть этих выплат, впоследствии по достижении определенного возраста, должен иметь средства, для того чтобы существовать достойно для своего положе-

ния судьи в отставке до срока получения этих выплат. Иное противоречило бы ч. 1 ст. 7 Конституции Российской Федерации, закрепляющей, что политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Фактически же законодатель путем нормативного правового регулирования сокращает число судей, имеющих право на получение ежемесячного пожизненного содержания по достижении ими соответствующего возраста.

Однако, раскрывая конституционно-правовой смысл законодательства о статусе судей, Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 19 февраля 2002 г. № 5-П указал, что «законодатель не может преследовать цель сужения круга имеющих право на ежемесячное пожизненное содержание судей, которые, согласно установлениям Федерального закона «О статусе судей в Российской Федерации», должны были получать такое материальное содержание независимо от момента прекращения полномочий судьи и ухода в отставку».

Кроме того, как указывают авторы В.И. Анишина и Ю.Г. Попонов, «важнейшим условием реализации принципа свободы труда является распространение на данную сферу общих принципов правового статуса личности и, прежде всего, принципов равенства и недопущения дискриминации. Свобода труда при этом предполагает, что каждому должны обеспечиваться возможности на равных с другими гражданами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения для реализации своих способностей к труду» [1].

В данном случае речь идет в первую очередь о закрепленном в ч. 2 ст. 1 9 Конституции Российской Федерации праве граждан на равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к

общественным объединениям, а также других обстоятельств.

При этом в Постановлении от 20 апреля 2010 г. № 9-П «По делу о проверке конституционности части первой ст. 7 Федерального закона «О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации» в редакции Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии коррупции» [13] в связи с жалобами граждан А.А. Анохина и П.И. Зелинского и запросами Железнодорожного районного суда города Новосибирск и Кировского районного суда города Ростов-на-Дону» высший орган конституционного контроля, выявляя конституционно-правовой смысл законодательства о статусе судей, указал, что «конституционный статус судьи является не личной привилегией, а средством, призванным обеспечивать каждому действительную защиту его прав и свобод правосудием; будучи одной из гарантий надлежащего осуществления правосудия, конституционный статус судьи включает и предоставление ему в будущем особого статуса судьи в отставке, что дает основания для предъявления к судьям высоких требований и позволяет сохранять доверие к их компетентности, независимости и беспристрастности» (абз. 2 п. 2 мотивировочной части постановления).

«При этом конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона, выступает также гарантированный ст. 19 Конституции Российской Федерации принцип равенства, который носит универсальный характер и оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и соблюдение которого означает помимо прочего и запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (запрет различного об-

ращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях)» (абз. 5 п. 2).

«Приведенные правовые позиции, изложенные Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 7 марта 1996 г. № 6-П, от 17 июля 1998 г. № 23-П, от 24 мая 2001 г. № 8-П, от 19 февраля 2002 г. № 5-П, от 16 июля 2007 г. № 12-П, от 31 января 2008 г. № 2-П, от 28 февраля 2008 г. № 3-П, от 9 июля 2009 г. № 12-П, а также в ряде определений, сохраняют свою силу и должны учитываться федеральным законодателем при совершенствовании правового регулирования статуса судей, включая гарантии их материального обеспечения, в том числе при выходе в отставку» (абз. 6 п. 2 мотивировочной части постановления).

При этом следует учитывать и требования ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, согласно которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Вместе с тем, публичные интересы, перечисленные в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, согласно самой этой норме могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей. Именно на это неоднократно указывал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации.

По нашему мнению, установленные законодателем для не получающих ежемесячное пожизненное содержание судей в отставке ограничения в сфере труда нельзя признать справедливыми, адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей.

Исходя из изложенного, следует признать, что в законодательстве Российской

Федерации о статусе судей не закреплены надлежащие особенности правового статуса судей в отставке, в первую очередь, в сфере труда, соответствующие Конституции Российской Федерации, что, в свою очередь, возлагает на законодателя насущную обязанность устранить указанный пробел и восполнить законодательство о статусе судей, в том числе и пребывающих в отставке, соответствующими законоположениями.

До тех же пор пока этого законодателем не сделано, судьям, пребывавшим в отставке, чья отставка прекращена за занятие трудовой деятельностью, разрешен-

ной только судьям в отставке, достигшим возраста 55 лет либо имеющим стаж судебной работы не менее 20 лет, остается рассчитывать только на обращение в судебные органы, где ходатайствовать перед судом о направлении соответствующего запроса в Конституционный Суд Российской Федерации.

Далее приводится примерный образец проекта запроса суда, рассматривающего соответствующее дело, в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности закона, подлежащего применению в конкретном деле гражданина.

Проект подготовлен согласно примерной структуре обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, взятой с официального сайта Конституционного Суда РФ, находящегося по адресу (URL): http://www. ksrf.ru/ru/Petition/Pages/Docs.aspx.

В Конституционный Суд Российской Федерации 190000, г. Санкт-Петербург, Сенатская площадь, дом 1

Запрос

о проверке конституционности закона, подлежащего применению в конкретном деле гражданина

I. Заявитель:

1. Наименование организации-заявителя: З-ский краевой суд.

2. Адрес места нахождения организации: почтовый индекс, город, улица, дом.

3. Контакты: телефоны.

II. Наименование и адрес государственного органа, издавшего закон, конституционность которого обжалуется:

Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации, 103265, г. Москва, ул. Охотный ряд, д. 1.

Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, 103426, г. Москва, ул. Большая Дмитровка, д. 26.

III. Точное название, номер, дата принятия, источник опубликования обжалуемого закона, конкретный перечень обжалуемых норм:

Подпункты 1 и 5 п. 3 и п. 4 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» в системном единстве и правовой взаимосвязи с п. 6 ст. 15 этого же закона (текст закона опубликован в «Российской газете» от 29 июля 1992 г., в Ведомостях Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации от 30 июля 1992 г., № 30, ст. 1792).

IV. Нормы Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», дающие право на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации:

Части 1 и 2 ст. 7, ст. 18, ч. 2 ст. 19, ч. 4 ст. 32, ч. 1 ст. 37,части 2 и 3 ст. 55,ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации; подпункт «а» п. 1 и п. 3.1 ч. 1, ч. 3 ст. 3, ст.ст. 36, 37, 38, 101, 102, 103, 104 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации».

V. Конкретные основания к рассмотрению обращения Конституционным Судом Российской Федерации:

Обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации подпункты 1 и 5 п. 3 и п. 4 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» в системном единстве и правовой взаимосвязи с п. 6 ст. 15 этого же закона.

Такая неопределенность позволяет игнорировать конституционные права заявителя по рассматриваемому судом гражданскому делу на свободное распоряжение своими способностями к труду, на достойную жизнь и свободное развитие, на равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от любых обстоятельств, на равный доступ к государственной службе, что может противоречить частям 1 и 2 ст. 7, ст. 18, ч. 2 ст. 19, ч. 4 ст. 32, ч. 1 ст. 37, частям 2 и 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации.

Также представляется, что конкретными основаниями к рассмотрению настоящего запроса Конституционным Судом Российской Федерации являются и разъяснения непосредственно самого Конституционного Суда Российской Федерации, данные им при выявлении конституционно-правового смысла законодательства Российской Федерации, в том числе и о статусе судей.

В Постановлении от 9 июля 2009 г. № 12-П «По делу о проверке конституционности п. 1 ст. 10 Закона Российской Федерации «О статусе Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и полных кавалеров ордена Славы» в связи с жалобой гражданина С.Н. Борозенца» Конституционный Суд Российской Федерации указал, что «соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации, как неоднократно подчеркивал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, означает помимо прочего запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях); при равных условиях субъекты права должны находиться в равном положении» (абз. 3 п. 5.1. мотивировочной части постановления).

В Постановлении от 20 апреля 2010 г. № 9-П «По делу о проверке конституционности части первой ст. 7 Федерального закона «О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации» в редакции Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии коррупции» в связи с жалобами граждан А.А. Анохина и П.И. Зелинского и запросами Железнодорожного районного суда города Новосибирск и Кировского районного суда города Ростов-на-Дону» высший орган конституционного контроля, выявляя конституционно-правовой смысл законодательства о статусе судей, указал, что «конституционный статус судьи является не личной привилегией, а средством, призванным обеспечивать каждому действительную защиту его прав и свобод правосудием; будучи одной из гарантий надлежащего осуществления правосудия, конституционный статус судьи включает и предоставление ему в будущем особого статуса судьи в отставке, что дает основания для предъявления к судьям высоких требований и позволяет сохранять доверие к их компетентности, независимости и беспристрастности» (абз. 2 п. 2 мотивировочной части постановления).

«При этом конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона, выступает также гарантированный ст. 19 Конституции Рос-

и и /Тл о и

сийской Федерации принцип равенства, который носит универсальный характер и оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и соблюдение которого означает помимо прочего и запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях)» (абз. 5 п. 2).

«Приведенные правовые позиции, изложенные Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 7 марта 1996 г. № 6-П, от 17 июля 1998 г. № 23-П, от 24 мая 2001 г.

№ 8-П, от 19 февраля 2002 г. № 5-П, от 16 июля 2007 г. № 12-П, от 31 января 2008 г. № 2-П, от 28 февраля 2008 г. № 3-П, от 9 июля 2009 г. № 12-П, а также в ряде определений, сохраняют свою силу и должны учитываться федеральным законодателем при совершенствовании правового регулирования статуса судей, включая гарантии их материального обеспечения, в том числе при выходе в отставку» (абз. 6 п. 2 мотивировочной части постановления).

Причем Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что дифференциация правового регулирования, в том числе в сфере социальной защиты, приводящая к различиям в правах и обязанностях субъектов права, допустима, если ее критерии объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (постановления от 24 октября 2000 г. № 13-П, от3 июня 2004 г. № 11-П, определения от 27 июня 2005 г. № 231-О, от 1 декабря 2005 г. № 428-О).

Конституционный Суд Российской Федерации также неоднократно разъяснял, что федеральный законодатель, осуществляющий в рамках своих дискреционных полномочий регулирование и защиту того или иного права, не освобождается от обязанности соблюдать при определении круга лиц, которым соответствующее право предоставляется, конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения и допускают возможность различий, только если они объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (постановления от 24 мая 2001 г. № 8-П, от 3 июня 2004 г. № 11-П, от 5 апреля 2007 г. № 5-П, от 10 ноября 2009 г. № 17-П, от 3 февраля 2010 г. № 3-П, от 20 декабря 2010 г. № 21-П и от 23 апреля 2012 г. № 10-П, от 18 июля2012 г. № 19-П).

В определении от 3 октября 2006 г. № 408-О Конституционный Суд РФ к тому же прямо указал, что «федеральный законодатель, принимая тот или иной закон, не вправе осуществлять регулирование соответствующих правоотношений без учёта правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации».

VI. Описание обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения судом обжалуемых норм в конкретном деле заявителя.

В производстве З-ского краевого суда находится гражданское дело по заявлению гражданина Иванова Петра Сидоровича (судьи Энского районного суда в отставке, стаж судебной работы — полных 9 лет) об оспаривании действий квалификационной коллегии судей З-ского края, связанных с прекращением отставки заявителя за занятие не разрешенной ему трудовой деятельностью.

Вопросы и условия возможного трудоустройства судей в отставке урегулированы в п. 3, подпункты 1 и 5, а также в п. 4 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации».

Условия пребывания судьи в отставке, как и их системное нормативное единство и правовая взаимосвязь с п. 3 ст. 3,закреплены в п. 6 ст. 15 этого же закона.

В связи с изложенным именно приведенные правовые нормы законодательства Российской Федерации в их неразрывном единстве и подлежат применению по указанному гражданскому делу, находящемуся в производстве З-ского краевого суда.

VII. Позиция организации-заявителя по поставленному им вопросу и ее правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Российской Федерации (описание и аргументация предполагаемого нарушения положений Конституции Российской Федерации).

Заявитель по гражданскому делу, находящемуся в производстве З-ского краевого суда, гражданин Иванов П.С., будучи судьей в отставке, был принят на работу в Департамент по обеспечению деятельности мировых судей З-ского края. По представлению председателя Энского районного суда квалификационная коллегия судей З-ского края решила отставку Иванова П.С. прекратить «за занятие запрещенной трудовой деятельностью».

Согласно разъяснению Совета судей Российской Федерации в ответе на вопрос 11 Обзора вопросов и ответов Совета судей Российской Федерации (URL: http://www.ssrf.ru/print_page. php?id=685),органы по обеспечению деятельности мировых судей относятся к органам государственной власти.

В соответствии с требованиями п. 4 ст. 3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» работать в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях вправе только судьи в отставке, имеющие стаж работы в должности судьи не менее 20 лет либо достигшие возраста 55 (для женщин — 50) лет, то есть судьи в отставке, имеющие в соответствии с п. 5 ст. 15 названного закона право на получение не облагаемого налогом ежемесячного пожизненного содержания в размере восьмидесяти процентов ежемесячного денежного вознаграждения работающего по соответствующей должности судьи.

Иванов П.С., достигший возраста 50 лет и имеющий стаж работы в должности судьи полных 9 лет, к таким судьям в отставке не относился.

На судей в отставке, не имеющих стажа работы в должности судьи более 20 лет и не достигших указанного возраста, распространяются другие требования названного закона, запрещающие замещать иные (кроме судебной) государственные должности, должности государственной службы, муниципальные должности, должности муниципальной службы (подп. 1 п. 3 ст. 3 названного закона), а также заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме педагогической, научной и иной творческой деятельности (подп. 5 п. 3 ст. 3 названного закона). В случае же нарушения этих требований, согласно п. 6 ст. 15 поименованного закона, отставка судьи подлежит прекращению, что и было сделано в отношении заявителя Иванова П.С.

Между тем подобное правовое регулирование может противоречить Конституции Российской Федерации.

Так, согласно такому нормативно-правовому регулированию, не имеющие соответствующего стажа судебной работы либо не достигшие соответствующего возраста судьи в отставке, находясь в более уязвимом материальном положении, как еще не получающие ежемесячное пожизненное содержание в качестве средств для достойного существования, в сравнении с судьями, получающими ежемесячное пожизненное содержание (как имеющими соответствующий стаж либо возраст), к тому же лишены возможности трудиться даже в тех сферах, которые разрешены последним (п. 4 ст. 3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») и любое их трудоустройство (за исключением преподавательской, научной и иной творческой деятельности) для получения средств к достойной жизни и развитию, в том числе и в указанных сферах, влечет прекращение их отставки, а соответственно и пресекает возможность в последующем по достижении определенного законом возраста получения ими ежемесячного пожизненного содержания пропорционально имеющемуся стажу судебной работы, как это предусмотрено п. 5 ст. 15 названного закона.

В соответствии с требованиями п. 4 ст. 3 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» судья, пребывающий в отставке и имеющий стаж работы в должности судьи не менее 20 лет либо достигший возраста 55 (для женщин — 50) лет, вправе работать в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, в профсоюзных и иных общественных объединениях, а также работать в качестве помощника депутата Государственной Думы или члена Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации либо помощника депутата законодательного (представительного) органа субъекта Российской Федерации. Судьи в отставке, не достигшие возраста 55 лет со стажем судебной работы менее 20 лет, такой возможности законодателем лишены.

Таким образом, с одной стороны, согласно п. 6.4 Европейской хартии о статусе судей от 10 июля 1998 г. размер выплат, получаемых судьей, достигшим предусмотренного законом для выхода в отставку возраста и исполнявшим судейские обязанности в течение определенного срока, должен быть как можно ближе к размеру его последней заработной платы в должности судьи.

С другой стороны, судья в отставке, пока еще не получающий такие выплаты, но имеющий право на соответствующую часть этих выплат впоследствии по достижении определенного возраста, должен иметь средства, для того чтобы существовать и существовать достойно для своего положения судьи в отставке до срока получения этих выплат. Иное противоречило бы ч. 1 ст. 7 Конституции Российской Федерации, закрепляющей, что политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Фактически же законодатель путем нормативного правового регулирования сокращает число судей, имеющих право на получение ежемесячного пожизненного содержания по достижении ими соответствующего возраста.

Однако, раскрывая конституционно-правовой смысл законодательства о статусе судей, Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 19 февраля 2002 г. № 5-П указал, что «законодатель не может преследовать цель сужения круга имеющих право на ежемесячное пожизненное содержание судей, которые, согласно установлениям Федерального закона «О статусе судей в Российской Федерации», должны были получать такое материальное содержание независимо от момента прекращения полномочий судьи и ухода в отставку».

К тому же подобное законодательное разделение судей в отставке в их конституционном праве на труд может противоречить ч. 2 ст.19 Конституции Российской Федерации, в которой закреплена государственная гарантия равенства прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

Рассматриваемое правовое регулирование может противоречить и частям 1 и 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации, поскольку в ч. 1 закреплено, что политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека и его свободное развитие, а в ч. 2, что в Российской Федерации устанавливаются государственные пенсии и иные гарантии социальной защиты. При этом какой либо дифференциации данной конституционной нормой не предусмотрено.

Также это правовое регулирование может противоречить ст. 18 Конституции Российской Федерации, поскольку законодатель, для которого требования ст. 18 Конституции РФ о том, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, что они определяют смысл, содержание и применение законов, являются обязательными, не вправе был в соответствии с данной конституционной нормой ограничивать указанным образом права соответствующих граждан — судей в отставке, не ограниченные непосредственно самой Конституцией Российской Федерации, эти права гарантирующие.

Указанный законодательный запрет может противоречить и ч. 4 ст. 32 Конституции Российской Федерации, согласно которой граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе.

Но в первую очередь этот запрет может противоречить ч. 1 ст. 37 провозглашающей, что каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Нормативные положения приведенных правовых норм могут противоречить и ч. 2 ст. 55 Конституции Российской Федерации, согласно которой в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. При этом ч. 3 указанной статьи Конституции РФ закрепляет, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что дифференциация правового регулирования, в том числе в сфере социальной защиты, приводящая к различиям в правах и обязанностях субъектов права, допустима, если ее критерии объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (постановления от 24 октября 2000 г. № 13-П, от 3 июня 2004 г. № 11-П, определения от 27 июня 2005 г. № 231-О, от 1 декабря 2005 г. № 428-О).

Представляется, что защита основ конституционного строя нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства не требуют подобного правового ограничения прав судей, пребывающих в отставке и не получающих ежемесячного пожизненного содержания.

Анализируя правовое положение судей, пребывающих в отставке, через призму требований ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации следует отметить, что применяя положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд РФ исходит из принципа соразмерности ограничений прав и свобод граждан конституционно значимым интересам и целям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, право на свободный выбор рода деятельности и профессии не нарушается в тех случаях, когда государством устанавливаются для всех граждан, желающих осуществлять публичную деятельность (например, нотариальную, связанную с прохождением государственной и муниципальной службы), обязательные условия назначения на должность и пребывания в должности, а также соответствующие условия допуска тех или иных лиц к профессиональной деятельности (постановления Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 г. № 2-П // СЗ РФ. 1997. № 7. ст. 871; от 19 мая 1998 г. № 15-П // СЗ РФ. 1998. № 22. ст. 2491).

Следовательно, и в рассматриваемом случае граждане, желающие осуществлять публичную деятельность в должности судей, также должны были быть готовы к определенным ограничениям их прав в связи с конституционно значимыми целями и интересами. Однако приведенные в законе ограничения полностью допустимы только в отношении действующих судей. Распространение же этих ограничений (п. 3 ст. 3 в правовом единстве с п. 6 ст. 15 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») и на судей, пребывающих в отставке, может противоречить приведенным конституционным нормам, поскольку с выходом судей в отставку их публичность минимизируется. Судьи в отставке перестают быть должностными лицами, с утратой приобретенного ими ранее публично-правового статуса должностного лица. Это, в свою очередь, требует соответствующего правового регулирования статуса судей в отставке, чего законодатель не сделал.

Публичные интересы, перечисленные в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, согласно самой этой норме могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей.

В данном случае установленные законодателем ограничения в сфере труда для не получающих ежемесячное пожизненное содержание судей в отставке нельзя признать справедливыми, адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей.

Следовательно, ограничение Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации» конституционного права на труд судей в отставке упомянутой категории (под страхом прекращения отставки и лишения права на получение соответствующих выплат впоследствии в случае нарушения запрета на труд), то есть на достойное применение имеющихся профессиональных способностей, навыков и умений с целью получения соответствующего вознаграждения за свой труд (заработной платы), может противоречить Конституции РФ, ее ст.ст. 7, 18, 19, 32, 37 и 55.

VIII. Требование, обращенное в связи с запросом к Конституционному Суду Российской Федерации.

Прошу проверить конституционность подпунктов 1 и 5 п. 3 и п. 4 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации» в системном нормативном единстве и правовой взаимосвязи с п. 6 ст. 15 этого же Закона, в части, позволяющей игнорировать конституционное право заявителя по рассматриваемому судом гражданскому делу на свободное распоряжение своими способностями к труду, на достойную жизнь и свободное развитие, на равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от любых обстоятельств, на равный доступ к государственной службе, а также в части, допускающей дискриминацию и неравенство судей, пребывающих в отставке и не получающих ежемесячное пожизненное содержание (т.е. не достигшими возраста 55 лет со стажем работы в должности судьи менее 20 лет), в их конституционном праве на труд в сравнении с судьями, пребывающими в отставке и получающими ежемесячное пожизненное содержание (т.е. достигшими возраста 55 лет либо имеющими стаж судебной работы не менее 20 лет), поскольку эти положения законодательства Российской Федерации могут противоречить частям 1 и 2 ст. 7, ст. 18, ч. 2 ст. 19, ч. 4 ст. 32, ч. 1 ст. 37, частям 2 и 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации. Дата.

«__»___2014 года

Подпись представителя организации по должности, печать организации. Судья З-ского краевого суда

М. П.

Приложение.

1. Копия настоящего запроса в Конституционный Суд Российской Федерации, на_л., в 30

экз.

2. Текст обжалуемых норм закона, применением которого могут быть нарушены права гражданина, на_л., в 30 экз.

3. Копии официальных документов, подтверждающих необходимость применения судом обжалуемых норм в конкретном деле гражданина:

— копия определения судьи о принятии заявления Иванова П.С. к производству З-ского краевого суда, на_л., в 30 экз.;

— копия определения судьи о подготовке дела к судебному разбирательству, на__л., в 30

экз.;

— копия определения судьи о назначении дела к разбирательству в судебном заседании, на _ л., в 30 экз.;

— копия определения суда о необходимости обращения в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом, на__л., в 30 экз.

4. Документ об уплате государственной пошлины не представляется, поскольку в соответствии с требованиями ст. 39 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» и подпункта 2 п. 1 ст. 333.35 Налогового кодекса Российской Федерации суды общей юрисдикции при направлении запросов в Конституционный Суд Российской Федерации юрисдикции от уплаты государственной пошлины освобождаются.

Литература_

1. Анишина В.И., Попонов Ю.Г. Свобода труда или право на труд? // Журнал российского права. 2007. № 4.

2. Вдовин Г. Проблемы реализации конституционного права на труд через частное агентство занятости // Право и жизнь. 2009. № 9. Режим доступа: http://123-job.ru/articles.php?id=372.

3. Геворкян М.В. Право на труд как основное (конституционное) социально-экономическое право // Конституционное и муниципальное право. 2012. № 4. С. 38-42.

4. Остроумов Р.П. К вопросу о существовании в РФ права на труд. Режим доступа: Ы^^/тоМ. omui.ru/content/k-voprosu-o-sushchestvovanii-v-rf-prava-na-trud.

5. Степашкин А.В. Проблемы реализации права на труд в контексте социально-политических процессов современной России: дис. ...канд. полит. наук. М., 2007. 222 с.

6. Строганов М.И. Право на труд и проблемы его судебной защиты на современном этапе: дис. ... канд. юрид. наук. М., 1996. 179 с.

7. Рос. газета. 1998. 10 дек.

8. Ведомости Верховного Совета СССР. 1976. № 17(1831).

_References

1. Anishin V.I., Poponov Y.G. Zhurnal rossiysk-ogo prava (Journal of Russian law). 2007, no 4.

2. Vdovin G. Pravo i zhizn (Law and Life). 2009, no 9. Available at: http://123-job.ru/articles. php?id=372.

3. Gevorgyan M. Konstitutsionnoe i munitsipal-noe pravo (Constitutional and municipal law). 2012, no 4. P. 38-42.

4. Ostroumov R.P. K voprosu o sushhestvovanii vRFprava na trud (On the existence of the right to work in Russia). Available at: http://conf.omui.ru/content/k-voprosu-o-sushchestvovanii-v-rf-prava-na-trud.

5. Stepashkin A.V. Problems of the right to work realization in the context of socio-political processes of modern Russia [Problemy realizatsii prava na trud v kontekste sotsialno-politicheskih protsessov sovremen-noy Rossii]: Dis. ... candidate political sciences. Moscow, 2007. 222 p.

6. Stroganov M.I. The right to work and problems of its judicial remedies at the present stage [Pravo na trud i problemy ego sudebnoy zashhity na sovremen-nom etape]: Thesis. ... candidate. legal sciences. Moscow, 1996.179 p.

7. Ros. gazeta (Russ. newspaper). 1998. December 10.

8. Vedomosti Verhovnogo Soveta SSSR (Bulletin of the Supreme Soviet of the USSR). 1976, no 17(1831).

9. Рос. газета. 1993. 25 дек.

10. Постановления Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 г. № 2-П // СЗ РФ. 1997. № 7. ст. 871; от 19 мая 1998 г. № 15-П // СЗ РФ. 1998. № 22. ст. 2491.

11. Рос. газета. 1992. 29 июля.

12. СПС «Гарант».

13. Собрание законодательства РФ. 2010. № 18, ст. 2277.

Коротко об авторах_

Туганов Ю.Н., д-р юрид. наук, доцент, судья в отставке, профессор кафедры, Забайкальский государственный университет, г. Чита, Россия yurij-tuganov@yandex.ru

Научные интересы: военное право, военная реформа, воинские правоотношения, воинская дисциплина, судебная реформа, статус судьи, ответственность судьи, уголовный процесс, гражданский процесс

9. Ros. gazeta (Russ. newspaper). 1993 December 25.

10. Postanovleniya Konstitutsionnogo Suda RF ot 28 yanvarya 1997 g. № 2-P (Decisions of the Constitutional Court of the Russian Federation of January 28, 1997 № 2-P): NW. 1997, no 7. Art. 871; May 19, 1998, no 15 P; NW. 1998, no 22. Art. 2491.

11. Ros. gazeta (Russ. newspaper). 1992 on 29

July.

12. SPS «Garant» (ATP "Guarantor").

13. Sobranie zakonodatelstva RF (Collection of Laws of the Russian Federation). 2010, no 18, Art. 2277.

_Briefly about the authors

Yu. Tuganov, doctor of legal sciences, associate professor, retired judge, Transbaikal State University, Chita, Russia

Scientific interests: military law, military reform, and military relations, military discipline, judiciary reform, status of judges, judge responsibility, criminal procedure, civil procedure

Быстров П.Г., судья окружного военного суда в отставке

Научные интересы: гражданское право, военное право, защита прав военнослужащих, военная служба, военная реформа, статус военнослужащих, правовое положение судей

P. Bystrov, judge of the district military court in resignation

Scientific interests: civil law, military law, protection of militarymen rights, military service, military reform, stasus of militarymen, law posture of judges