О структурно-семантической организации безличных предложений со значением состояние природы

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2012. № 4

О.А. Селеменева

О СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ БЕЗЛИЧНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ СО ЗНАЧЕНИЕМ 'СОСТОЯНИЕ ПРИРОДЫ'

В статье рассматривается вопрос о структурно-семантической организации безличных предложений со значением 'состояние природы', описывается компонентный состав и лексическое наполнение пяти структурных схем, лежащих в основе исследуемых построений. Подход к структурной схеме определяется нуждами объективации типовой пропозиции как некого мыслительного конструкта номинируемой предложением ситуации окружающего нас реального мира.

Ключевые слова: безличное предложение, типовая пропозиция 'состояние природы', структурная схема, субъектив, предикатив, речевая реализация.

In the article the author examines the question of structural-semantic organization of impersonal sentences with the meaning 'the state of nature' and describes the componential structure and lexical make-up of five structural patterns which constitute the basis of analyzed constructions. The approach to a structural pattern is determined by the need to objectify a typical proposition as some mental construct of a situation in the real world which is nominated by the sentence.

Key words: impersonal sentence, typical proposition, 'a state of the nature', structural pattern, subjective, predicative, speech realization.

1. Введение

Предложение как двусторонняя единица возникает в результате потребности говорящего выразить определенную мысль, передать информацию о конкретном фрагменте реального или вымышленного мира, информацию о некой внеязыковой ситуации, образующейся в результате «координации материальных объектов и их состояний» во времени и пространстве [Гак, 1973: 379]. Отражаясь в сознании мыслящего существа, внеязыковая ситуация создает некий «образ ситуации», смысловой конструкт. Способность предложения репрезентировать внеязыковую ситуацию, представленную совокупностью предметов и отношений, установленных между ними, понимается в лингвистике как его номинативная функция. За образом номинируемой предложением ситуации закреплен термин «пропозиция».

В пропозиции нет главных или второстепенных членов, никакой формальной структуры. Она представляет «чисто смысловой концептуальный набор компонентов», которые говорящий стремится

вербализовать: 'деятель', 'действие', 'инструмент', 'объект действия', 'состояние' и т.п. [Волохина, Попова, 2003: 5]. Эти компоненты вербализуются в высказывании «словоформами, за которыми закреплены термины субъектив, предикатив, объектив, ситуанты, или партиципанты» [Казарина, 2007: 94].

Всевозможные виды систематизированных и классифицированных отношений между сущностями внеязыковой действительности формируют различные типы пропозиций, представленные в языке знаками, за которыми закреплен термин «структурная схема простого предложения» [Казарина, 2002: 26]. Например: Мы построили тысячи и тысячи великолепных храмов, некоторые из них по величине и богатству, наверное, превосходят Иерусалимский (Шаров. Воскрешение Лазаря). Выделенная жирным шрифтом предикативная единица построена по схеме 'кто-л. создает что-л.' (символьный эквивалент: N1 — Vf—N4), означаемым которой выступает пропозиция 'создание объекта в результате физического труда'. Эта пропозиция формируется смыслами: 'агенс' — 'физическое действие-создание' — 'созданный объект'. Производитель действия-создания в структурной схеме 'кто-л. создает что-л.* маркирован личным местоимением 1-го лица множественного числа (мы), действие-создание — личным глаголом с семой 'создание' (построили), объект, подвергающийся воздействию, — словосочетанием (тысячи храмов).

За пропозицией, имеющей денотативную природу, выступающей означаемым структурной схемы простого предложения, закреплён термин «типовая пропозиция» (З.Д. Попова). В лингвокогнитивных исследованиях пропозиция, являющаяся означаемым структурной схемы простого предложения, фигурирует под именем «синтаксический концепт» [Волохина, Попова, 2003; Попова, 2009 и др.], а при ранжировании концептов по содержанию и степени абстракции выделяется в качестве особого концептуального типа [Болдырев, 2002].

От типовой пропозиции следует отличать пропозицию высказывания, которая выступает означаемым позиционной схемы и имеет референтный характер. Пропозицию высказывания составляют смыслы, соотносимые с участниками конкретной внеязыковой ситуации, представленной структурной схемой, и возможными знаками ситуаций, сопутствующих основной ситуации высказывания, актуализирующих его содержание [Казарина, 2007: 105]. Например: Зимами он лохмат... (Рубина. Я и ты под персиковыми облаками). Структурная схема простого предложения: 'кто-л. есть каков-л.' (символьный эквивалент N1 — (сор.) АШ). Отношение между лицом и его квалитативным признаком формирует типовую пропозицию 'лицо и его характеристика', представленную смыслами 'субъект-носитель

4 ВМУ, филология, № 4

признака' — 'признак'. Позиционная схема высказывания: зимами — он — лохмат; пропозиция высказывания: 'время' — 'субъект-носитель признака' — 'признак'.

Описанию синтаксических средств репрезентации различных типовых пропозиций, пропозиций повторяемых, широко известных ('физиологическое и психологическое состояние одушевленного субъекта (живого существа)', 'бытие объекта', 'инобытие объекта', 'кинетическое состояние агенса', 'агенс перемещает объект' и др.), посвящен ряд научных исследований, выполненных на материале русского, английского, немецкого, французского, польского языков, см.: [Величко, Туманова, Чагина, 1986; Верниковская, 2001; Казарина, 2002; Волохина, Попова, 2003; Булынина, 2004; Фурс, 2004; Попова, 2009; Федоров, 2010 и др.]. В настоящее время реализуется программа исследований моделей славянских простых предложений с учетом их типовых значений и функционирования в речи на материале русского, украинского, белорусского языков [Всеволодова, 2005].

Наше обращение к анализу синтаксических средств репрезентации именно типовой пропозиции 'состояние природы' обусловлено интересом к описанию способов восприятия и взаимодействия человека с миром природы, характерных для русской культуры и выраженных в русском языке [Курбатова, 2000].

Материалом исследования послужила авторская выборка простых предложений (объемом в 5891 высказывание) из прозаических разножанровых текстов художественных произведений отечественных авторов Х1Х-ХХ1 вв.: В.П. Астафьева, Ю.В. Бондарева, И.А. Бунина, И.А. Гончарова, В.Г. Короленко, К.Г. Паустовского, М.М. Пришвина, А.Н. Толстого, Л.Н. Толстого, А.П. Чехова, М.А. Шолохова, А.И. Эртеля и многих других. Семантика состояния явилась для нас ориентиром в отборе материала исследования. При этом мы исходили из «широкого взгляда» на состояние, восходящего своими корнями к философии и позволяющего, во-первых, говорить о состоянии, носителями которого являются все живые и неживые предметы мира и сам мир в целом [Золотова, Онипенко, Сидорова, 1998: 107-108], во-вторых, выделить ряд онтологических типов семантики состояния (психологическое состояние, физиологическое, социальное состояние человека, состояние природы, окружающей среды, физическое состояние неодушевленного предмета).

2. Структурные схемы безличных предложений со значением

'состояние природы'

2.1. Принцип специализации в классификации структурных схем простых предложений со значением 'состояние природы'.

Исходя из тезиса об информативной достаточности структурных

схем1 и с учетом лексического наполнения их компонентов, в языковом материале нами был выделен целый ряд конструкций, представляющих типовую пропозицию 'состояние природы' в русском языке:

'где-л. каково'2: Везде было темно... (Белов. Год великого перелома);

'где-л. нечто происходит само собой': В поле хмуро темнело... (Бунин. Жизнь Арсеньева);

'где-л. пахнет чем-л.': В воздухе пахло молодыми листочками тополей... (Куприн. Поединок);

'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.': С берега, из лесов, дымчато тлеющих вдали, наносило парким духом болот, холодком последнего снега, в самой уж глухой глуши дотаивающего (Астафьев. Царь-рыба);

'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.': Небо затянуло плотными облаками.... (Можаев. Власть тайги);

'где-л. наличествует какое-л. состояние': Поле, холод и серый свет (Арцыбашев. У последней черты);

'где-л. нет какого-л. состояния': Каждый день с утра до вечера яркое солнце горячо нагревало землю, но засухи не было (Мельников-Печерский. В лесах);

'что-л. находится в каком-л. состоянии': Море не замерзло (Паустовский. Золотая роза);

'что-л. является каким-л. по состоянию': Море лежало спокойное. (Куприн. Корь);

'что-л. погружается в какое-л. состояние': В свежести весенней степной ночи тонули поля (Бунин. Кастрюк) и др.

1 Поскольку в отечественной лингвистике трактовка языкового феномена, подводимого под термин «структурная схема», неоднозначна, то хотелось бы уточнить, что под структурной схемой простого предложения вслед за З.Д. Поповой и другими представителями Воронежской лингвистической школы мы понимаем языковой знак, означаемым которого выступает типовая пропозиция как некий мыслительный конструкт номинируемой предложением ситуации окружающего нас реального мира, а означающим являются субъектив и предикатив со своими синтаксическими местами [Попова, 1996, 2009; Казарина, 2002, 2007; Волохина, Попова, 2003; Булынина, 2004; Кузьмина, 2009 и др.]. При этом термины «субъектив» и «предикатив» определяются как словоформы, которые называют соответственно субъект и предикат суждения и выражают различные пропозиционные смыслы (например, субъектив может выражать не только деятеля, но и протагониста, пациенса и т.д., предикатив — признак, действие, состояние и др.) [Волохина, Попова, 2003: 18].

2 «Имянаречение» структурных схем осуществляется с использованием отвлеченных глагольных лексем, местоименных слов, отрицательной частицы нет, а также конкретной лексики в названиях тех схем, где объем лексики, заполняющий их компоненты, очень узок. Подобный метаязык описания структурных схем вполне информативен и апробирован в ряде работ, см.: [Волохина, Попова, 2003; Попова, 2009; Казарина, 2002, 2007, 2008 и др.].

Принцип специализации позволил классифицировать все выделенные структурные схемы простых предложений (далее — ССПП) со значением 'состояние природы' на специализированные и неспециализированные. В лингвистике под специализированными структурными схемами понимают такие схемы, которые предназначены для выражения определенного типового отношения и не служат маркированию иных пропозиций, а под неспециализированными те, которые используются для вербализации заданной пропозиции, но специфическими знаками ее не являются [Казарина, 2002].

Специализированными средствами представления типовой пропозиции 'состояние природы' в русском языке можно признать структурные схемы безличных предложений на основании того, что именно они «грамматически отражают онтологическую природу категории состояния» [Казарина, 2008: 7]: 'где-л. каково', 'где-л. нечто происходит само собой', 'где-л. пахнет чем-л.', 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.', 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.'. Например: ССПП 'где-л. каково' — Кругом было тихо, так тихо, что по жужжанию комара можно было следить за его полетом (Лермонтов. Герой нашего времени); ССПП 'где-л. нечто происходит само собой' — По ночам подмораживало и звезды усеивали темное небо (Бунин. Кукушка) и др.

Помимо специализированных, для репрезентации типовой пропозиции 'состояние природы' в русском языке способны использоваться схемы, предназначенные для вербализации иных типовых пропозиций: 'бытие объекта', 'инобытие объекта', 'бытие признака объекта', 'небытие объекта', 'самостоятельное перемещение агенса', 'наполнение объекта'. «Рождение» таких неспециализированных схем для представления типовой пропозиции 'состояние природы' обусловлено наполнением компонентов схем, прежде всего предикатива, лексемами, в содержательной структуре которых имеется сема 'состояние'. Например: Сад, все большередея, переходя в настоящий луг, спускался к реке, поросшей зеленым камышом и ивняком; около мельничной плотины был плес, глубокий и рыбный... (Чехов. Моя жизнь). В основе выделенной предикативной единицы лежит структурная схема 'кто-л. / что-л. есть где-л.'. Ее означаемое — типовая пропозиция 'бытие объекта' — представлена смыслами: 'область бытия' (около мельничной плотины) — 'бытие' (был) — 'существующий объект' (плёс). Ср.: Жара. Безветрие. Черепичные крыши Константинополя выцвели (Толстой. Петр Первый); в основе выделенных предикативных единиц — структурная схема 'где-л. наличествует какое-л. состояние'. Ее означаемое ('состояние природы') тоже представлено тремя смыслами: 'область бытия' (компонент со значением 'область бытия' эллиптирован) — 'бытие' (представлен в инварианте схемы нулем) — 'физическое состояние природы' (жара, безветрие).

В структурной схеме 'где-л. наличествует какое-л. состояние' позиция существующего в пространстве объекта, представленного номинативом, сохраняется только формально. Сема 'состояние', заключенная в лексемах, позволяет некоторым лингвистам квалифицировать этот компонент как предикатив. Так, Г.П. Дручинина, сравнивая предложения В доме тихо и В доме тишина отмечает, что «у них одинаковое типовое значение — "Локативный субъект и его состояние"», а вторые компоненты (тихо, тишина) «обозначают одно и то же состояние, различаясь только морфологически» и выполняя «одну и ту же функцию — предиката при локативном субъекте в доме» [Дручинина, 2002: 153]. Формально сохраняющий позицию существующего объекта конститутивный компонент схемы 'где-л. наличествует какое-л. состояние' маркируется именами существительными, имеющими в своём составе сему 'состояние': буран, буря, вьюга, духота, жара, зной, ураган, холод, шторм и др.

Исследование конструкций (в используемой нами терминологии — неспециализированных структурных схем), которые, кодируя определенную типовую пропозицию, способны в том или ином национальном языке «представлять свою форму» для выражения абсолютно иного содержания (как в приведенных выше примерах), относят к перспективным задачам исследования «специфики языковых картин мира» [Всеволодова, 2007].

В силу ограниченного объема статьи мы остановимся только на анализе специализированных структурных схем простых предложений, представляющих типовую пропозицию 'состояние природы'.

2.2. Предикативы структурных схем безличных предложений со значением 'состояние природы'. Все специализированные структурные схемы по количеству входящих в них компонентов, определяемых формирующими пропозицию смыслами и содержательной структурой предикативной лексемы, ее морфологической природой, мы дифференцировали на три большие группы: двух-компонентные ('где-л. нечто происходит само собой'), трехкомпо-нентные ('где-л. каково', 'где-л. пахнет чем-л.', 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.') и четырехкомпонентные ('где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.').

Первым конститутивным компонентом всех указанных схем выступает предикатив, морфологически представленный безличными глаголами (вечереть, морозить, обутреть, смеркаться и др.); личными глаголами в безличном употреблении (вызвездить, греметь, громыхать, затягивать, моросить, темнеть, теплеть, холодать и др.); словами категории состояния (морозно, облачно, пасмурно, светло, снежно, солнечно, сумрачно, темно, тихо и многие другие); в единичном случае — фразеологизмом (глаз коли). Например: Уже вечерело (Паустовский. Золотая роза) — ССПП 'где-л. нечто проис-

ходит само собой'; Везде пахло черёмухой (Пришвин. Календарь природы) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.'; В степи было тихо и темно (Горький. Старуха Изергиль) — ССПП 'где-л. каково'; Ночью — глаз коли (Шолохов. Тихий Дон) — ССПП также 'где-л. каково' и др.

Предикативы как необходимые элементы структурных схем с учетом семантики репрезентирующих лексем дифференцированы нами на группы с опорой на два критерия: 1) способ получения информации о состоянии и 2) способ его проявления.

Первый критерий (способ получения информации о состоянии) связан с фигурой человека-Наблюдателя, уже прочно вошедшей в обиход современной лингвистики. Это обусловлено тем, что в основе мысли, выраженной посредством языка, лежит восприятие как «одна из главных характеристик человека и один из главных каналов получения информации о мире» [Кустова, 1999: 230]. В зависимости от того, на основе какого экстероцептивного ощущения — контактного или дистантного — идентифицировались состояния природы Наблюдателем, выделены лексемы, фиксирующие аудиально, визуально, обонятельно и осязательно воспринимаемые состояния природы. Ср.: При светлом небе громыхало (восприятие слухом) неподалеку, и находил на лес пасмурный свет — только какая-нибудь сосна вспыхивала под одиноким лучом (Коваль. Гроза над картофельным полем) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; А на дворе, как нарочно, было сумрачно (восприятие зрением). (Бунин. Жизнь Арсеньева) — ССПП 'где-л. каково'.

Помимо перечисленных групп, относящихся к перцептивной лексике, предикативы исследуемых синтаксических конструкций, маркируются словами со значением физиологического или психологического состояния человека: Лес глохнет... Неизъяснимая тишина западает в душу; да и кругом так дремотно и тихо (Тургенев. Записки охотника); Пришли в рощу. Там было пусто и печально (Панова. Серёжа) — ССПП 'где-л. каково'. Такие состояния природы мы условно называем «антропоморфными»: они «присвоены» природе человеком по аналогии с субъективными реакциями своей психики на воздействие внешних и внутренних раздражителей.

Способ проявления состояния (второй классификационный критерий) позволяет выделить следующие группы предикативов: номинирующие состояния природы, проявляемые: 1) наличием / отсутствием света: Было светло и тихо, и даже тополя не шумели (Домбровский. Факультет ненужных вещей) — ССПП 'где-л. каково'; 2) изменением цвета: А на дворе еще посерело и поднялся ветер (Панова. Серёжа) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; 3) наличием покрытия метеорологическими объектами: На дворе уже совсем смерклось и тучилось; был девятый час вечера. (Лесков. На ножах) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; 4) напол-

нением метеорологического пространства: На море было пустынно (Афанасьев. Дерсу Узала) — ССПП 'где-л. каково'; 5) движением метеорологических объектов: Все время моросило, лузинский макинтош спасал только от проливного дождя (Белов. Кануны) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; 6) изменением температуры: Утро великолепное; в воздухе прохладно, солнце еще не всходило (Гончаров. Обломов) — ССПП 'где-л. каково'; 7) наличием/отсутствием звуков, отображающих метеорологические ситуации: Отдаленно ворчало, погромыхивало (Толстой. Петр Первый) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; 8) распространением запахов: Тонко пахло в ночном воздухе зеленями, мирно было в степи, тихо в темной деревне. (Бунин. Эпитафия) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.'; 9) распространением веяний: Было ветрено; над плещущей равниной Онеги медленно плыли низкие свинцово-черные тучи (Герман. Россия молодая) - ССПП 'где-л. каково'; 10) метеорологически релевантным изменением структуры природных объектов: Днем таяло на солнце (Толстой. Анна Каренина) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'.

2.3. Субъективы структурных схем безличных предложений со значением 'состояние природы'. Любое состояние природы не существует само по себе, оно имеет носителя. Исходя из понимания любого пространства как объектно-заполненного [Кобозева, 2000: 154; Бреус, 2008: 142], носителем состояния природы мы полагаем природное пространство в целом или какой-то конкретный природный объект как его составную часть.

В четырех структурных схемах ('где-л. нечто происходит само собой', 'где-л. каково', 'где-л. пахнет чем-л.', 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.') в качестве второго конститутивного компонента выступает «локативный субъектив», т.е. словоформа со значением «не-личного, предметно-пространственного» субъекта [Золотова, 2000: 104]. В отечественной лингвистике предложения с подобными субъективами осмысливаются как реализация особого способа «концептуализации действительности в русской языковой картине мира» [Петров, 2007: 4]. Морфологически локативные субъекти-вы представлены локативными наречиями или соотносительными предложно-именными формами: Как тепло вокруг (наречие), зелено, шумно, весело! (Астафьев. Монах в новых штанах) — ССПП 'где-л. каково'; В воздухе пахло талым снегом, навозом и скотиной (Толстой. Детство Никиты) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.' и др.

Носитель состояния в структурной схеме 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.' несколько иной природы. Мы называем его «пациенсом неодушевленной природной субстанции», испытывающим воздействие со стороны объекта-стихийного каузатора. Морфологически он представлен именами существительными в винительном падеже или

их субституентами: Ночь застала нас в темном ущелье, неподалеку от Бестуди. И горы, и бездны, — всё заволокло непроглядной мглой (Чарская. Вторая Нина); Небо совсем затянуло тучами, и дождь вот-вот хлынет. (Амосов. Голоса времен) и т.п.

Лексемы, маркирующие носителя состояния природы, по своей семантике образуют несколько групп. В первую группу включаем лексему природа, именующую весь органический и неорганический мир в целом: Тихо, мертвенно было в природе (Гейнце. Новгородская вольница) — ССПП 'где-л. каково'; Осенью уже пахнет в природе (Чарская. Лесовичка) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.' и др.

Вторую группу составляют лексемы со значением воздушного, земного, небесного, водного пространства как части целостного пространства природы (воздух, земля, небо, море и т.п.): В море было еще светло (Катаев. Белеет парус одинокий) — ССПП 'где-л. каково'; В воздухе пахло морозом, над водою стлался легкий туман, слетали золотые и багровые листья (Пришвин. Серая сова) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.' и др.

Особый интерес в этой группе представляет носитель состояния, обозначенный лексемой воздух. Воздух в русской языковой картине мира — это среда пребывания состояний, которые Наблюдатель диагностирует прежде всего слухом и обонянием: В воздухе пахло молодыми листочками тополей, которые двумя рядами росли вдоль шоссе (Куприн. Поединок) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.'; И с тех пор уже ни на одну минуту не утихала эта страшная гроза. И днем, и ночью, и под землей, и на земле, и в воздухе — гремело, рушилось, свистело, шипело, взвизгивало, трещало, стонало,ухало... (Пантелеев. Ленька Пантелеев) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой' и под. Вроде бы ничего странного и удивительного в этом факте нет. Но нет только для носителей русского языка. Как отмечает Н.Р. Добрушина, на багвалинский язык (один из аваро-андо-цезских языков, бытующий в Дагестане) фразы, связывающие воздух с локализацией звуков, не переводимы, а в немецком языке выражения, номинирующие ситуации проявления среды запахами, возможны, но малоупотребительны [Добрушина, 2000: 222].

Воздух, помимо состояний, проявляемых звуками, запахами и веяниями, способен быть вместилищем состояний природы, связанных с изменением температуры, цвета, проявляемых наличием света, наполнением, движением метеорологических объектов. Широта спектра приложимых к воздуху состояний, вероятно, связана с его способностью мыслиться как объемного, в отличие от пространства земного, водного и небесного, представляемого как плоскостное и вследствие этого ограниченного в способе проявления состояний.

Третья группа состоит из лексем со значением недифференцированного, неструктурированного природного пространства (тут,

вокруг, всюду, кругом, везде, там, все и др.). Под недифференцированным природным пространством мы понимаем такое пространство, которое не названо конкретно, оно предстает «расширенным», окружающим Наблюдателя или находящимся от него на определенной дистанции, но обязательно в «поле зрения»: Везде было темно... (Белов. Год великого перелома) — ССПП 'где-л. каково'; Так шумело внизу, когда еще тут не было ни Ялты, ни Ореанды, теперь шумит и будет шуметь, когда нас не будет (Чехов. Дама с собачкой) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой') и др.

Четвертую группу составляют лексемы со значением конкретного неокультуренного природного объекта, под которым мы понимаем объекты, по своему происхождению не связанные с хозяйственной деятельностью человека: лес, степь, поле, река, озеро, горы, звезды и др. Ср.: В горах опять тяжело прогремело (Паустовский. Кара-Бугаз) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой'; В лесу было холодно, знобко (Быков. Облава) — ССПП 'где-л. каково' и др. Неокультуренным природным объектам могут быть даны собственные географические наименования: Над Енисеем солнечно мерцало (Астафьев. Конь с розовой гривой) — ССПП 'где-л. нечто происходит само собой' и др.

Пятая группа состоит из лексем со значением окультуренного природного объекта (сад, аллеи, огород, парк и под.), понимаемого нами как объект, созданный в результате хозяйственной деятельности человека: В саду было тихо (Булгаков. Мастер и Маргарита); ... В парке было светлее, чем в роще (Павлов. Лунная радуга) — ССПП 'где-л. каково' и др. К этой группе мы причисляем лексемы со значением 'населенный пункт' (город, деревня, село и др.), собственные наименования этих населенных пунктов (Петербург, Ялта, Ольховица и др.), лексемы, именующие различные участки земли в населенных пунктах (улица, площадь, двор и под.), на том основании, что они, во-первых, «вписаны» в воздушное и земное природное пространство, а, во-вторых, среди своих «составных» частей имеют и некое «природное слагаемое», т.е. те самые окультуренные природные объекты (сады, парки и т.п.): В эти дни в Ялте было душно... (Ардаматский. Суд); На улице было пустынно и черно, как в заколоченном ящике, и где-то в стороне вокзала раздраженно крякал автомобиль (Паустовский. Этикетки для колониальных товаров) — ССПП 'где-л. каково'.

Шестую группу образуют лексемы (в виде словоформ, реализующих локативное значение) со значением внешней преграды между двумя пространствами — природным и искусственно созданным человеком для комфортного проживания, защиты от природной стихии (за стеной, за окнами и т.п.): За стеной гудит и воет, трещит и стреляет (Глущенко. Крайняя точка) — ССПП 'где-л. нечто проис-

ходит само собой'); За окнами черно и мокро (Черкасов. Хмель) — ССПП 'где-л. каково' и др.

2.4. О других компонентах структурных схем безличных предложений со значением 'состояние природы'. Из пяти выделенных специализированных структурных схем лишь одна — 'где-л. нечто происходит само собой' — является двухкомпонентной, состоящей из локативного субъектива и предикатива, все остальные структурные схемы имеют в своем составе большее число компонентов.

Так, третьим компонентом структурной схемы 'где-л. каково' выступает глагольная связка есть, специально обозначающая вид отношения между ними [Волохина, Попова, 2003: 8] и не вербализующаяся в форме настоящего времени: В саду было светло и жарко (Арцыбашев. У последней черты). — Ср.: Для меня дороже всего войти в лес, когда в лесу еще сумрачно. (Солоухин. Третья охота).

Третий компонент структурных схем 'где-л. пахнет чем-л.', 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л./куда-л.' — 'конкретизатор запаха или веяния' — представлен творительным падежом имени существительного: Вокруг сильно, по-церковному, пахло нагретым кипарисом (Паустовский. Бросок на юг) — ССПП 'где-л. пахнет чем-л.'); С полей уже тянуло теплом (Бунин. Святые горы) — ССПП 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.' и др.

С точки зрения семантики лексемы с ключевой семой 'веяние' не отличаются разнообразием: это свежесть, прохлада, тепло, зной: После продолжительного зноя под вечер потянуло прохладой с мокрого угла [северо-западная часть неба — О.С.], и скоро все небо застлалось тучами (Мельников-Печерский. В лесах). А вот перечень имен запахов, представляемых в конструкциях рассматриваемого типа, очень широк: это обозначения запахов трав, кустарников, деревьев, крупных природных объектов (реки, моря, рощи, леса и т.д.), атмосферных осадков, времен года и т.д.: В саду пахло землей и опавшими листьями (Грекова. Под фонарем); Бражно пахло молодой травой, отсыревшим черноземом (Шолохов. Поднятая целина) и др. Такое умение распознавать и именовать естественные природные запахи в современном городском мире объясняется, вероятно, особым «чувством природы», присущим русским, одухотворением ее и любованием ею.

Третьим компонентом структурной схемы 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.' выступает словоформа творительного падежа, представляющая воздействующий на страдающий предмет «стихийный каузатор» [Золотова, 2000: 110], вызывающий определенное физическое состояние природы. Как средство воздействия он занимает объектную позицию, характеризуется нами как объект — стихийный каузатор, хотя данная квалификация этого компонента структурной схемы не является общепринятой: его называют, например, «пред-

метным» субъектом [Юрченко, 1991; Дручинина, Онипенко, 1993], «квазисубъектом», потенциально претендующим на роль субъекта в силу своей способности трансформироваться в номинатив и линейной позиции в предложении [Рылов, 2006: 94]: Небо заволокло непроглядными грядами туч (Толстой. Хождение по мукам); Небо затянуло какой-то белесой сквозной поволокой, словно тюлевой занавеской задернуло (Можаев. Дождь будет) и др. С семантической точки зрения лексемы, маркирующие объект-стихийный каузатор, образуют практически однородную по свою составу группу 'разноструктурная масса чего-либо, способная к движению по поверхности' (облака, поволока, тучи, дымка, туман и т.п.).

Четвертый компонент структурной схемы 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.' ('исходный/конечный пункт перемещения метеорологического состояния') представлен наречиями или предложно-именными формами. Возможность включения данного компонента в структурную схему предопределяется валентным потенциалом личных глаголов в безличном употреблении, маркирующих предикатив как конститутивный компонент данной схемы: веять, дуть, дохнуть, нести, наносить, попахивать, тянуть, содержащих сему 'распространение': Навстречу тянуло холодным ветром и мокрой мглой (Бунин. Таня); На небе показался молодой месяц; со стороны пруда тянуло сыростью (Мамин-Сибиряк. Три конца) и др.

3. Заключение

Анализ языкового материала показывает, что типовая пропозиция 'состояние природы' в русском языке репрезентируется совокупностью структурных схем простых предложений, дифференцированных в соответствии с принципом специализации на две большие группы — специализированные и неспециализированные.

Специализированные структурные схемы 'где-л. каково', 'где-л. нечто происходит само собой', 'где-л. пахнет чем-л.', 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.', 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.' лежат в основе предложений, называемых «безличными».

По количеству отображаемых смысловых компонентов выделенные схемы делятся на двухкомпонентные ('где-л. нечто происходит само собой'), трехкомпонентные ('где-л. каково', 'где-л. пахнет чем-л.', 'покрывает что-л. (В.п.) чем-л.') и четырехкомпонентные ('где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.'). Конститутивными структурообразующими компонентами всех специализированных схем являются: предикатив, маркированный морфологически разнородными группами слов, и субъектив, представленный пространственными наречиями, различными предложно-именными формами

(ССПП 'где-л. каково', 'где-л. нечто происходит само собой', 'где-л. пахнет чем-л.', 'где-л. воздействует чем-л. откуда-л. / куда-л.'), формой винительного падежа без предлога имени существительного или его заместителя ('покрывает что-л. (В.п.) чем-л.'). Остальные компоненты индивидуальны для каждой схемы и определяются формирующими пропозицию смыслами и содержательной структурой предикативной лексемы.

Изучение семантики конкретных лексем, маркирующих предикатив как конститутивный элемент выделенных схем, позволяет говорить не только о различных способах диагностирования состояний природы Наблюдателем, но и различных способах их проявления.

Список литературы

Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика. Курс лекций по английской филологии. Тамбов, 2002. Бреус И.В. Пространство в когнитивном аспекте // Труды по когнитивной

лингвистике / Отв. ред. М.В. Пименова. Кемерово, 2008. Булынина М.М. Глагольная каузация динамики синтаксического концепта (на материале русской и английской лексико-семантических групп глаголов перемещения объекта). Воронеж, 2004. Величко А.В., Туманова Ю.А., Чагина О.В. Простое предложение. Опыт

семантического описания. М., 1986. Верниковская Т.В. Семантика польского предложения: Типовая ситуация с

адресатным значением. Минск, 2001. Волохина Г.А., Попова З.Д. Синтаксические концепты русского простого

предложения. Воронеж, 2003. Всеволодова М.В. «Модели славянских простых предложений с учётом их типовых значений и речевых реализаций». Задачи и перспективы межнационального проекта // Лшгвктичш студи: Зб. наук. праць. Вип. 13 / Укл.: Анатолш Загнггко (наук. ред.) та ш. Донецьк, 2005. Всеволодова М.В. Грамматика как средство отображения национальной языковой картины мира // Frazeologia a j^zykowe obrazy swiata przelomu wiekow. Opole, 2007. Гак В.Г. Высказывание и ситуация // Проблемы структурной лингвистики. М., 1973.

Добрушина Н.Р. ВОЗДУХ: вещество или пространство, материя или дух // Логический анализ языка. Языки пространств / Отв. ред.: Н.Д. Арутюнова, И.Б. Левонтина. М., 2000. Дручинина Г.П. Предложения с локативным субъектом // Коммуникативно-смысловые параметры грамматики и текста: Сборник статей, посвященных юбилею Галины Александровны Золотовой. М., 2002. ДручининаГ.П., Онипенко Н.К. К вопросу об односоставном предложении // РЯШ. 1993. № 1.

ЗолотоваГ.А., Онипенко Н.К., СидороваМ.Ю. Коммуникативная грамматика

русского языка. М., 1998. Золотова Г.А. Понятие личности/безличности и его интерпретация // Russian Linguistics. 2000. № 24.

Казарина В.И. Синтаксический концепт «состояние» в современном русском

языке (к вопросу о его формировании). Елец, 2002. Казарина В.И. Современный русский синтаксис. Структурная организация

простого предложения: Учебное пособие. Елец, 2007. Казарина В.И. Ядерная зона синтаксического поля предложений со значением состояния живого существа // Вопросы филологии. 2008. №4. Кобозева И.М. Грамматика описания пространства // Логический анализ языка. Языки пространств / Отв. ред.: Н.Д. Арутюнова, И.Б. Левонтина. М., 2000.

Кузьмина С.Е. Проблема выделения структурных схем простого предложения (на материале английского языка) // Вестн. Челяб. гос. ун-та. Сер. Филология. Искусствоведение. Вып. 30. 2009. № 10 (148). Курбатова С.А. Образы и представления мира природы в сознании русской

языковой личности: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2000. Кустова Г.И. Перцептивное событие: участники, наблюдатели, локусы // Логический анализ языка. Образ человека в культуре и языке / Отв. ред. Н.Д. Арутюнова, И.Б. Левонтина. М., 1999. Петров А.В. Категория безличности в современном русском языке: Автореф.

дис. ... докт. филол. наук. М., 2007. Попова З.Д. Структурная схема простого предложения и позиционная схема высказывания как разные уровни синтаксического анализа // Словарь. Грамматика. Текст. М., 1996. Попова З.Д. Синтаксическая система русского языка в свете теории синтаксических концептов. Воронеж, 2009. Рылов Ю.А. Аспекты языковой картины мира: итальянский и русский языки. М., 2006.

Федоров В.А. Французские обороты с местоимением il в зеркале русского

языка. Воронеж, 2010. ФурсЛ.А. Синтаксически репрезентируемые концепты: Дис. ... докт. филол.

наук. Тамбов, 2004. Юрченко В.С. Односоставные предложения: Лингвистические заметки // РЯШ. 1991. № 6.

Сведения об авторе: Селеменева Ольга Александровна, канд. филол. наук, доцент кафедры современного русского языка и методики его преподавания Елецкого государственного университета имени И.А. Бунина, докторант Елецкого государственного университета им. И.А. Бунина. E-mail: selemeneva1@rambler.ru; ol.selemeneva2011@yandex.ru