Как малому предприятию стать на якорь?

Как

малому предприятию стать на якорь?

В Санкт-Петербургском национальном исследовательском университете информационных технологий, механики и оптики (ИТМО) создана развитая инновационная инфраструктура, способная быстро и эффективно выводить новый наукоемкий продукт на рынок. Накопленный опыт позволил университету выступать организатором ежегодного Международного форума «От науки к бизнесу», участники которого имеют возможность ознакомиться с секретами организации инновационной деятельности в вузах, получить рекомендации по выявлению объектов интеллектуальной собственности ОИС, их защите, а также последующему процессу коммерциализации. Наработками в этой области с читателями нашего журнала делится директор Центра экспертизы проектов СПбГУ ИТМО Нина ЯНЫКИНА.

- Нина Олеговна, по-настоящему знаковым событием для российской высшей школы стало принятие в 2009 г. Федерального закона №217, согласно которому вузам разрешено учреждать малые инновационные предприятия. Насколько улучшилась ситуация с предпринимательством в научной сфере благодаря этому закону?

- В соответствии с его нормами учебные заведения получили возможность основывать предприятия и передавать в уставный капитал права на использование научно-технических разработок, созданных в вузе, без согласования с собственником, то есть без разрешения Министерства образования и науки или других министерств. Последующее принятие других нормативных актов способствует развитию этой деятельности и позволяет университетам создавать малые инновационные предприятия - МИПы -благодаря ряду серьезных преимуществ. В первую очередь это ресурсы, имеющиеся у вузов, которые предприятие может на легитимной основе использовать. Во-вторых, это налоговые льготы, в частности упрощенная система налогообложения. Причем если МИП выбирает объектом налогообложения доходы и налоговая ставка составляет 6%, то в определенных случаях оно может уменьшить ее вдвое, снизив до 3%. Кроме того, страховые взносы на оплату труда - медицинские фонды, отчисления на социальные нужды - вместо 34%, положенных обычным

организациям, для малых инновационных, созданных с участием вузов, составляют лишь 14%. Это достаточно серьезная возможность экономить свои средства.

Кроме того, университет может предоставлять предприятию в аренду помещения, оборудование, другое движимое имущество по льготной ставке. В первый год она составляет 40%, во второй - 60%, в третий - 80% и на четвертый год МИП выходит на 100% ставки. Но предполагается, что к этому времени оно либо закрывается, либо становится самоокупаемым.

Что касается общего состояния научного предпринимательства в России, то ситуация значительно улучшилась: на конец прошлого года работало свыше 1200 мИПов при вузах в соответствии с ФЗ-217. Из них более 90 - в Северо-Западном федеральном округе, 24 - на базе нашего университета.

- Если говорить о тех условиях, которые создало правительство для МИПов, то можно ли сравнить, насколько они комфортны по сравнению с другими странами, например США?

- С точки зрения забюрократизиро-ванности процедуры, в Штатах эта ситуация легче, так как процесс создания таких предприятий при университете благодаря многолетнему опыту там серьезно упрощен. Еще один плюс выражается в том, что в США вуз, будучи учредителем МИП, как правило, претендует на долю не более 10%. В России ситуация прямо противоположная: законодатель определил долю учебного заведения в создаваемых предприятиях для акционерных обществ более 25% и в обществах с ограниченной ответственностью - более 1/3. Это вызывает определенные проблемы именно с точки

зрения свободной конкуренции. С одной стороны, предприятия могут считать себя более защищенными, приближенными к вузу. С другой - при поиске дополнительного финансирования, в частности от венчурных инвесторов, часто возникает вопрос о снижении доли университета в МИП. Однако законодательно этого сделать нельзя - в таком случае предприятие теряет все льготы, предоставленные в соответствии с ФЗ-217. В США серьезно развита система финансовой поддержки таких структур с помощью двух ключевых программ - SBIR (Small Business Innovation Research) и STTR (Small Business Technology Transfer). Первая направлена на содействие непосредственно малому высокотехнологичному бизнесу, вторая -на активизацию процессов трансфера технологий и деятельности малых предприятий, созданных в университете или другой некоммерческой исследовательской организации. Деньги на конкурсной основе регулярно выделяются вузам, которые распределяют их между своими МИПами или командами, планирующими создавать такие предприятия. Подобного механизма в РФ еще нет, но мы работаем над соответствующими предложениями. Это вопрос времени и дополнительных усилий, направленных на донесение наших мнений до законодателей.

- Увеличилось ли количество результатов интеллектуальной деятельности, которые патентуют российские вузы?

- К сожалению, статистика по изобретательской активности доступна нам только за 2010 г. на сайте Роспатента. Она свидетельствует о тенденции увеличения количества заявок, поданных в данное агентство в последние годы. Если в 2008

и 2009 гг. их было порядка 37-39 тыс. в год, то в 2010-м уже 42,5 тыс. Даже в части лицензионных договоров отмечается устойчивый рост активности НИИ и вузов. Их доля в общем числе лицензиаров прибавила 4,9% относительно предыдущего периода и составила 13,8% от общего числа. При этом, конечно, нельзя забывать, что некоторые предприятия создаются на основе ноу-хау, не регистрируемых в Роспатенте и защищенных в режиме коммерческой тайны внутри университета. Таких

объектов достаточно много, но единой базы данных по ним в Российской Федерации не ведется, так как это внутренняя информация организации. Таким образом, наблюдается рост патентной и лицензионной активности вузов, обусловленный многими факторами, одним из которых, вероятно, является ФЗ-217.

- Передает ли государство в соответствии с ФЗ-217 права на РИД, созданные на бюджетные средства, разработчикам?

- Формально такой процесс существует, только передает не государство и не разработчикам, а университет - вновь создаваемым компаниям. Передаются права на результаты интеллектуальной деятельности, полученные как в рамках бюджетного целевого финансирования, так и на средства, полученные по государственным контрактам и хозяйственным договорам. Все зависит от условий, в соответствии с которыми предоставляются финансы. Если правообладателем разработки является вуз, он имеет право защитить этот РИД на свое имя охранным документом - патентом, как это делается для

полезных моделей и изобретений, либо ввести режим коммерческой тайны в отношении конкретного объекта и затем передать права на него предприятию, которое создано при университете. Иногда в этом процессе он действительно выступает со стороны государства, если работа выполнялась за бюджетный счет. При этом МИП выступает со стороны разработчика (не всегда в качестве генерального директора или руководителя - иногда в лице консультанта, советника или директора по НИОКР). И неформально можно сказать, что государство в лице университета передает права на РИД разработчикам в лице сотрудников МИПа.

- Какие тренды в российских вузах можно отметить в отношении охраны объектов интеллектуальной собственности? Можно ли провести сравнения и аналоги с зарубежным опытом?

- С принятием ФЗ-217 наметилась тенденция к тому, что приоритет в патентовании вузы начали отдавать объектам, которые представляют собой коммерческую ценность. Что касается международного патентования, то здесь ситуация

весьма удручающая. Например, в 2009 г. в базе данных патентов США было зарегистрировано всего пять охранных документов, принадлежащих российским научным или образовательным организациям. А вот американские университеты достаточно активно патентуют свои разработки за рубежом.

- И в России?

- Нет. Но это вопрос наличия спроса на инновации. В США они не патентуются до момента, пока на них не выявится минимальный спрос либо со стороны промышленности, либо команд-разработчиков, планирующих создать стартап на основе технологии. В России же патенты - это фактор отчетности, они рассматриваются больше как публикации, нежели как некий интеллектуальный ресурс, пригодный для коммерциализации. В итоге мы наблюдаем не самую хорошую ситуацию. Также работает фактор отсутствия у вузов денежных средств на оплату патентных пошлин за рубежом.

С другой стороны, в соответствии с постановлением Правительства №219 от 09.04.2010 г. уже третий год в вузах РФ реализуются программы развития инновационной инфраструктуры. В их рамках многие университеты имели право заложить в сметы расходы на патентование, в том числе международное. Однако в России зачастую не хватает знаний и компетенций в этой области.

- Если в США в 2009 г. зарегистрировано только пять патентов от российских научно-образовательных организаций, получается что импорт или экспорт объектов интеллектуальной собственности в России не сильно развит?

- В целом да. Например, в 20072009 гг. из общего объема экспорта всех товаров и услуг в РФ только 3% составляла высокотехнологичная продукция, в том числе объекты интеллектуальной собственности. Это очень низкий показатель. Например, в Китае он равен 27%.

Согласно статистике Роспатента, в 2010 г. было заключено 2860 договоров об отчуждении исключительного права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы и о предоставлении права их использования. Из них догово-

ров, по которым принимающей стороной является иностранная организация, -всего 7,1%. Достаточно показательная цифра.

- Возвращаясь к нехватке компетенций в области патентования - каким образом можно восполнить этот пробел?

- Основной механизм получения таких знаний - это изучение опыта ведущих зарубежных вузов, в первую очередь США, так как выстраивание системы управления интеллектуальной собственностью и патентование вузовских разработок развивается в этой стране еще с 20-х гг. прошлого века. Для нашего вуза показательным примером является деятельность Университета Калифорнии

в Лос-Анджелесе - UCLA. Этот вуз занимает 13-е место в мировом рейтинге университетов 2011-2012 гг. и имеет эффективную службу трансфера технологий, с Офисом которой мы сотрудничали на протяжении прошлого года и получили очень ценный опыт.

Передача в российские университеты лучших практик, методов и технологий работы с научными и инновационными разработками американских коллег была инициирована в 2010 г. в рамках программы Американо-Российского фонда по экономическому и правовому развитию «ЭВРИКА», направленной на активизацию научно-исследовательского и предпринимательского потенциала российских университетов.

Сейчас идет второй год пилотного этапа программы. Со стороны России так называемыми хабами выступают два вуза - Санкт-Петербургский национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики и Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского. за первый год в рамках двух модульных проектов, реализованных с UCLA, создана достаточно серьезная база нормативных документов и процедур, различных технологий и методик работы. Причем опыт получен не только от UCLA, но и от других партнеров, в том числе Национальной ассоциации венчурного и посевного финансирования США, Ассоциации университетских менеджеров по трансферу технологий и пр.

Первое направление сотрудничества -это управление интеллектуальной собственностью и выстраивание внутренней системы университета по патентованию, заключению лицензионных договоров. Мы определились, каким образом в контрактах должны быть прописаны разделы, связанные с результатами интеллектуальной деятельности, полученными в процессе реализации как государственных, так и хозяйственных договоров. Второе направление - выход на международные рынки интеллектуальной собственности и венчурного капитала. Проработан ряд процедур, связанных с контактами университета с венчурными инвесторами, различными финансовыми институтами и крупными игроками рынка высокотехнологичной продукции, потребителями, которые в конечном итоге являются лицензиатами или покупателями результатов научно-технической или интеллектуальной деятельности. В прошлом году нами создана база таких документов и технологий взаимодействия, и сейчас они будут отрабатываться. Например, в рамках работы венчурного фонда «Акселератор» объемом 6 млн долл., образованного совместно Университетом ИТМО и американской компанией RSV Venture Partners.

Сейчас отбираются проекты для финансирования, в том числе предприятия, созданные по ФЗ-217, и решаются вопросы по регулированию взаимоотношений вуза с фондом, распределению прав на интеллектуальную собственность, получаемую в рамках деятельности финансируемого предприятия.

- Почему в программе «ЭВРИКА» участвуют только два университета? В России, очевидно, потребность получать компетенции, знания по вопросам интеллектуальной собственности есть у гораздо большего количества вузов?

- Собственно, в этом и состояла идея конкурса на участие в программе. Два вуза получившие статус хабов, пропустив через себя опыт и компетенции американских партнеров, адаптировав их к российским реалиям, будут передавать такие технологии и методики работы с научно-техническими разработками в другие вузы, которые заинтересованы в инновационно-предпринимательской деятельности. Этот

процесс ИТМО планирует осуществлять в формате предоставления комплектов методических материалов, сопровождаемых тренингами и информационно-консалтинговыми сервисами, с подключением возможностей системы дистанционного обучения.

- Работают ли в ИТМО технологии охраны коммерческой тайны с использованием уже полученного американского опыта?

- Такие технологии в университетах США практически не работают, это специфика тех институциональных условий, в которых реализуется инновационно-предпринимательская деятельность. В этой стране пока еще существует так называемая предварительная заявка на выдачу патента - provisional application. Она стоит не очень дорого и подается в случае, если вуз получил информацию об изобретении, но пока еще не может решить, обладает ли оно коммерческим потенциалом или еще не сформирована команда, готовая взяться за его коммерциализацию. Provisional application действует в течение года - это достаточный срок для того, чтобы понять, нужен патент или нет. Разумеется, Офис трансфера технологий следит за соблюдением режима конфиденциальности в отношении конкретного объекта, но наличие такой предварительной заявки дает возможность получить приоритет за год до подачи «основного» документа.

В течение этого времени уже можно реализовывать процедуры по созданию старт-апа, поиску лицензиата и т.д.

В российской патентной системе такого формата нет, поэтому режим коммерческой тайны зачастую наиболее целесообразный и адекватный способ охраны вузовской интеллектуальной собственности, особенно если у нее есть потенциал коммерциализации через малое инновационное предприятие.

Если говорить о тех методиках, которые используются в американских университетах, то для нас особенно интересно формирование предпринимательской среды и условий для инновационной деятельности всех представителей кампуса, начиная от студентов и заканчивая преподавателями. Для этого в вузах США организуется огромное количество раз-

личных инициативных групп, мероприятий ассоциаций, посвященных предпринимательству и трансферу технологий.

- Адаптируя опыт американских университетов к российским реалиям, в чем вы видите ключевые отличия? Какие методики наиболее эффективны?

- Если в США университет в первую очередь образовательное учреждение, то в России - это центр регионального инновационного развития. Это выражается даже в степени системности организации инновационной деятельности в вузе. В американском она достаточно дискретна, то есть реализуются различные направления поддержки в рамках отдельных подразделений. При этом широка сеть внешних субъектов инновационной инфраструктуры, ресурсы которых активно используются. Российский университет-хаб нацелен на то, чтобы иметь максимально широкий круг сервисов по поддержке деятельности на протяжении всей инновационной цепочки - от идеи до продукта.

1

При этом, конечно, наблюдаются и сходные тенденции. Например, в UCLA есть структуры, занимающиеся поиском и привлечением дополнительных источников финансирования для реализации НИОКР. Этим в ИТМО занимается Управление по развитию проектной деятельности, ключевая задача которого - фандрай-зинг, поиск конкурсов, программ, фондов. В UCLA действует Офис интеллектуальной собственности и связей с промышленностью, регулирующий всю работу, связанную с патентованием и контрактами на ниокр. В нашем университете есть Отдел интеллектуальной собственности и научно-технической информации, который выполняет примерно такую же функцию, с большим акцентом на патентование.

Однако структурной цепочки подразделений, которые провели бы разработку

Генеральный директор малого инновационного предприятия ООО «Зеленый свет», созданного при НИУ ИТМО, Денис Нечаев

от уровня идеи до реального продукта в вузе США, как правило, не существует. В этом смысле американский опыт без соответствующей адаптации для нас не подходит. Они уже прошли этап, когда основное внимание уделяется формальной структуре, и перешли к тому периоду, когда важнее неформальные отношения между инициативными группами, которых наблюдается огромное количество.

- Как выстраивается в НИУ ИТМО формализованная инновационная инфраструктура?

- На текущий момент она практически создана. У нас есть служба стратегического планирования и развития, которая занимается форсайтом различных научных и технических направлений и может предоставить профессорско-преподавательскому составу, студентам, подразделениям университета сервисы в области прогнозирования. Имеется Управление

по развитию проектной деятельности, Отдел интеллектуальной собственности. Работает группа специалистов в Центре экспертизы проектов и Отделе маркетинга, которые занимаются выявлением коммерческого потенциала результатов интеллектуальной деятельности и полным сопровождением процесса продвижения и практического внедрения таких разработок в промышленность - от маркетинговых исследований до создания МИПа. Есть структура, в задачи которой входит поддержка молодежного технологического предпринимательства и инноваций, бизнес-инкубатор, где размещаются МИПы. В случае эффективного развития и выхода на самоокупаемость они могут перейти в Инновационно-технологический центр, играющий в нашем университете роль технопарка. В нем располагаются так называемые «якорные компании», которые могут развиваться самостоятельно. Пока что из 25 малых предприятий только 5-6 имеют шансы стать «якорными», но за 2,5 года реализации закона это достаточно хороший результат.

- Вы могли бы на примере показать цепочку действий студентов или молодых ученых, которые хотят коммерциализировать свою разработку?

- К их услугам сервисы Управления по развитию проектной деятельности,

Центра экспертизы проектов, Отдела интеллектуальной собственности и других подразделений инновационной структуры университета. Например, автор одного из проектов - «Биотелемеханика» - магистрант Артем Кузнецов принял участие в общеуниверситетском конкурсе проектных предложений и выиграл его. Одновременно он прорабатывал идею организации малого инновационного предприятия - на базе математической модели создать прибор, который позволит спортсменам регулировать нагрузки в процессе тренировки с учетом физических параметров конкретного человека, движений конкретных частей тела, так называемый «интеллектуальный бандаж». Сейчас Артем активно работает с Отделом маркетинга по подаче заявок на конкурс «СТАРТ» Фонда содействия малым и средним формам предпринимательства в научно-технической сфере и с Центром содействия молодежных инноваций и технологического предпринимательства, стартап-акселератором iDealMachine - по вопросам привлечения венчурного финансирования и дальнейшей раскрутки проекта уже в сторону получения американских инвестиций. В настоящее время МИП «Биотелемеханика» располагается в бизнес-инкубаторе НИУ ИТМО.

- Ваш университет проводит ежегодный форум «От науки к бизнесу». Поделитесь ли вы опытом, полученным из разных программ, в том числе «ЭВРИКА», или будете использовать такие наработки только для себя?

- Уже в прошлом году в рамках форума состоялось мероприятие с американскими коллегами. Прошел круглый стол, посвященный дорожным картам

в области инновационного развития, в котором участвовали два известных эксперта в области road-mapping^, и работе с венчурными источниками финансирования. Кроме того, в форуме приняли участие и специалисты по трансферу технологий из UCLA, которые приезжали в ИТМО для проведения ряда образовательных мероприятий и консультаций по вопросам защиты разработок университета на международном уровне и выведении их на рынки венчурного капитала и интеллектуальной собственности.

Выступления экспертов из США вызвали серьезный интерес.

- Планируются ли какие-то особые мероприятия в рамках форума в этом году?

- Сейчас ведутся переговоры с фондом «Новая Евразия», который является оператором программы «ЭВРИКА» в России. Мы намерены провести сетевое мероприятие, в котором российские университеты, американские эксперты и партнеры обсудят предварительные итоги реализации «ЭВРИКИ». Приглашенные эксперты поделятся своим опытом в области выстраивания вузовской экосистемы

и инновационно-предпринимательской среды, в области технологий, связанных с взаимодействием университетов и крупного бизнеса, патентованием разработок, выявлением результатов НИОКР, обладающих экономическим потенциалом.

- Созданы ли в ИТМО эффективные модели коммерциализации по результатам опыта, полученного в рамках реализации программы «ЭВРИКА»?

- За первый год еще не было возможности полностью отработать процедуру прохождения по инновационной инфраструктуре от идеи до предприятия, это достаточно долгий и серьезный процесс. Но уже сейчас инновационная инфраструктура университета сочетает в себе

и характеристики предпринимательского университета, и модель инновационного хаба, и некоторые принципы кластерной политики. Она обеспечивает достаточно высокую эффективность деятельности малых инновационных предприятий.

Существуют объективные показатели, например объем привлекаемых ими средств, количество созданных рабочих мест - на конец 2011 г. в МИПах ИТМО трудилось более 60 сотрудников, в их числе аспиранты и студенты. Одно из них - «Компьютерная Робототехника» -в конце прошлого года стало победителем в номинации «Самый инновационный бизнес» ежегодной премии «Лучший молодой предприниматель», которая учреждена газетой «Деловой Петербург». Эта победа - только одно из свидетельств успешной работы наших МИПов.

Ирина ЕМЕЛЬЯНОВИЧ