Гражданская правоспособность физического лица как субъективное право

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2008. № 4 (17). С. 75-79. © С.А. Сулейманова, 2008

УДК 347

ГРАЖДАНСКАЯ ПРАВОСПОСОБНОСТЬ ФИЗИЧЕСКОГО ЛИЦА КАК СУБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО

С.А. СУЛЕЙМАНОВА

Исследуется правоспособность. Автор на основе анализа норм гражданского законодательства и теоретических концепций делает вывод об абсолютной природе данного права.

Для раскрытия природы гражданской правоспособности физического лица первостепенное значение имеет обоснование тезиса о том, что правоспособность - это особое субъективное право.

Понимание правоспособности как определенного субъективного права получило убедительное обоснование в отечественной юридической литературе [1]. Данной позиции придерживаются С.С. Алексеев, С.Н. Братусь, Я.Р. Веберс и др. Правоспособность как субъективное право трактовалась и дореволюционными учеными [2].

Правоспособность - это субъективное право, предоставляющее субъекту возможность иметь любые не запрещенные законом права и нести обязанности. «Отрицание за правоспособностью качеств права означает отрицание за ней качества признаваемой законом и охраняемой государством возможности правообладания, что подрывает основу реальности правоспособности» [3]. По своей социальной юридической природе гражданская правоспособность физического лица представляет собой реальное и конкретное субъективное право, суть которого - возможность определенного поведения лица.

Однако такая позиция разделяется не всеми авторами. Даже те авторы, которые признают субъективное право многогранным явлением, когда речь идет о правоспособности, приходят к противоречивым выводам.

Так, В.П. Грибанов считает, что с философской точки зрения субъективные гражданские права есть явление объективное, реально существующее в действительности, а субъективными их называют потому, что они принадлежат определенным лицам, и назы-

вает правами, принадлежащими определенному лицу:

1) конституционные права;

2) правоспособность и дееспособность;

3) права граждан и организаций, принадлежащие им как участникам гражданских правоотношений;

4) правомочия, входящие в состав субъективных гражданских прав [4].

Следовательно, если субъективными права называются в силу их принадлежности определенным лицам, а правоспособность -это право, принадлежащее определенному лицу, то есть основания считать, что правоспособность также является субъективным правом определенного лица. Однако, рассматривая правоспособность и дееспособность как права, принадлежащие определенному лицу, В.П. Грибанов противопоставляет их правам граждан и организаций, принадлежащим им как участникам гражданских правоотношений [5]. Представляется, что такая позиция недостаточно последовательна, поскольку если принадлежность того или иного права определенному лицу уже характеризует данное право как субъективное, то это право, как любое другое субъективное право, будет принадлежать гражданам как участникам гражданских правоотношений. Именно использование термина «субъективное право» для обозначения прав, принадлежащих определенным лицам, подчеркивает общий признак всех субъективных прав. И поскольку правоспособность - это право, принадлежащее каждому физическому лицу, то оно является субъективным гражданским правом. Признание того или иного лица правоспособным ставит это лицо в определенное

правовое положение по отношению к другим лицам. Кроме того, права участников конкретных правоотношений базируются на правоспособности.

Поскольку правоспособность является именно правом, принадлежащим не только всем гражданам сообща, а каждому из них в отдельности, то её правильнее рассматривать как один из видов субъективного права [6].

Вывод о том, что правоспособность является правом, принадлежащим определенному лицу (в частности, физическому лицу -гражданину), следует из анализа статей 17,

18, 22 ГК РФ. Так, согласно п. 1 ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами.

Таким образом, принадлежность права определенному лицу является основным родовым признаком субъективного права. «Главный критерий для субъективного права

- это его принадлежность субъекту» [7]. Принадлежность права определенному лицу означает для него определенные возможности. Права, предоставленные гражданам государством, всегда означают для них определенную возможность поступать так или иначе. Отсюда возможность есть тот исходный конструктивный элемент, который дает нам первоначальное представление о субъективных правах граждан [8].

Согласно разделяемому ныне мнению, субъективное право - это определенная законом возможность поведения лица. Такой определенной возможностью является и правоспособность.

Причём правоспособности как субъективному праву присущи все те возможности (правомочия), которыми характеризуется конкретное субъективное право, возникшее на её основе.

Правоспособное лицо может реализовать предусмотренные возможности самостоятельно или через представителей (за редкими исключениями), может требовать определенного поведения от обязанных лиц и в случае нарушения его правоспособности вправе использовать или требовать использования государственно-принудительных мер защиты.

В юридической литературе делались попытки найти решение вопроса о соотно-

шении правоспособности и конкретных субъективных прав путём характеристики правоспособности как отношения только между личностью и государством [9]. Безусловно, государство, наделяя физических лиц правоспособностью, порождает этим определенную правовую связь между государством и каждым физическим лицом. Но правоспособность представляет собой также правовую связь между обладателем правоспособности и всеми остальными лицами.

Большинство авторов, как было показано, признают, что правоспособность - это определенное субъективное право. С этим полностью согласен и автор настоящей статьи. Но в науке признается доказанным и то, что каждое субъективное право существует в составе правоотношения. Так, О.С. Иоффе, указывая, что большинство цивилистов «не мыслит существования субъективного права вне правоотношения», [10] пишет, что подобно тому, как всякое содержание вообще не может существовать вне определенной формы, а форма является всегда формой определенного содержания, подобно этому правомочие и обязанность также не могут существовать вне правоотношений [11].

Н.И. Матузов также считает, что ни одно право, принадлежащее гражданину, не может существовать вне всяких правовых отношений. Исключить субъективное право из сферы правоотношений значит исключить его также из общественных фактических отношений. Субъективное право всегда и неизбежно находится в рамках правоотношений [12].

По данному вопросу в литературе высказано и иное мнение, согласно которому субъективное право может существовать вне правоотношения, не являясь его элементом. Так, Д.М. Генкин, исходя из того, что в абсолютных правоотношениях обладателю абсолютного субъективного права противостоит неопределенный круг обязанных лиц, вывел теоретическую концепцию, согласно которой субъективное право собственности и ему подобные существуют вне правоотношений [13]. Этот взгляд, однако, был почти единогласно отвергнут [14].

Таким образом, следует признать, что субъективное гражданское право существует в составе гражданского правоотношения. Если мы признаем гражданскую правоспособ-

ность субъективным правом, то это обязывает нас в силу научной логики раскрыть содержание данного правоотношения.

Участниками этого правоотношения (его субъектами), с одной стороны, являются конкретные физические лица, обладающие правоспособностью, а с другой - все окружающие данных физических лиц субъекты, которые должны уважать и не нарушать правоспособность как принадлежащее физическому лицу абсолютное субъективное право.

Таким образом, по юридической природе правоотношение правоспособности является абсолютным. Данный вывод следует из понятия абсолютного правоотношения, которое дается в работах известных российских цивилистов [15]. Так, О.С. Иоффе считает, что юридические отношения собственности являются правоотношениями абсолютного характера, поскольку они обладают двумя признаками, присущими абсолютным правам вообще: собственнику как управомоченному в качестве обязанных противостоят все лица, подчиненные данному правопорядку; на всех этих лиц возлагается пассивная функция -функция воздержания от действий, препятствующих удовлетворению юридически охраняемых интересов собственника. Е.А. Суханов также усматривает абсолютный характер вещных прав в том, что управомоченному лицу здесь противостоят (в качестве потенциальных нарушителей его прав и интересов) все иные участники имущественного оборота («все третьи лица») [16]. Следовательно, признание абсолютными тех правоотношений, в которых управомоченному лицу противостоит неопределенный круг обязанных субъектов, означает, что правоспособность наряду с вещными и исключительными правоотношениями относится к абсолютным правоотношениям.

В правоотношениях правоспособности возникают взаимоотношения между обладателями правоспособности и всеми остальными лицами. Таким образом, данному праву физического лица корреспондируют и соответствующие обязанности. Правоспособное лицо вправе требовать определенного поведения (воздержания от действий, посягающих на правоспособность) от обязанных лиц. Такими лицами являются всякий и каждый, т. е. правоспособность - это абсолютное право лица [17].

Гражданское законодательство предусматривает ничтожность сделки, направленной на ограничение правоспособности (п. 3 ст. 22 ГК РФ). Установление такой нормы имеет смысл лишь в том случае, когда по поводу правоспособности возникают взаимоотношения между обладателями правоспособности и всеми остальными лицами. Однако С. Н. Братусь, признавая правоспособность абсолютным правом, не решился трактовать данное субъективное право как элемент правоотношений и признать данное правоотношение абсолютным правоотношением правоспособности. То, что правоспособное лицо (управомоченный) вправе требовать от всякого и каждого (обязанных лиц) воздержания от действий, посягающих на правоспособность, позволяет говорить о сходстве рассматриваемого правоотношения с абсолютным правоотношением собственности, авторским правоотношением, так как в этих правоотношениях праву собственника, исключительному праву автора результата интеллектуальной деятельности корреспондирует обязанность неопределенного круга лиц не нарушать данные права.

Особенностью правоотношения правоспособности является то, что управомоченными субъектами данного правоотношения являются все граждане и каждый из них в отдельности (ст. 17 ГК РФ).

Содержание данного правоотношения, как и любого другого, составляют права и обязанности его участников. Лицо, признаваемое правоспособным (назовем его «обладатель правоспособности»), имеет право, т. е. обеспеченную законом возможность иметь имущественные и личные неимущественные права (ст. 18 ГК РФ). На другой стороне рассматриваемого правоотношения выступают все третьи лица. Все они признаются обязанными лицами, поскольку никто не может ограничить правоспособность гражданина или лишить его правоспособности (кроме государства в предусмотренных законом случаях) (ст. 22 ГК РФ).

Правоотношение правоспособности, как и всякое гражданское правоотношение, охраняется правопорядком. Так, гражданское законодательство признает ничтожной сделку, направленную на ограничение правоспособности (п. 3 ст. 22 ГК РФ).

Правоспособность как субъективное право, как главный элемент содержания правоотношения правоспособности характеризуется определенными особенностями.

Главной особенностью следует признать то, что правоспособность является субъективным правом, на котором основываются все другие права. Правоспособность призвана обеспечить каждому гражданину юридическую возможность приобретать конкретные права и обязанности. Реализуя правоспособность, физическое лицо становится обладателем конкретных субъективных прав и субъективных обязанностей. При отсутствии правоспособности это было бы немыслимо.

Однако в юридической литературе было высказано мнение, что некоторые субъективные права и обязанности могут возникнуть «прямо», а не в результате правоспособности [18].

Представляется, что такое мнение является ошибочным. Анализ ст. 17 ГК РФ (равно как и ст. 9 ГК РСФСР 1964 г. и ст. 4 ГК РСФСР 1922 г.) не позволяет сделать такого вывода. Из законодательного определения правоспособности следует, что реализация правоспособности порождает у лица любые субъективные права и обязанности, а не только те, которые могут возникнуть при осуществлении выбора поведения субъектом права. Иначе оказалось бы, что вопреки ст. 17 ГК РФ некоторые права могут возникать у граждан независимо от их правоспособности.

Правоспособность отличается от других субъективных прав специфическим содержанием, выражающимся в юридически обеспеченной возможности иметь любые не противоречащие закону права и нести обязанности.

Таким образом, ценность правоспособности как субъективного права, заключается в реализации заложенных в ней возможностей.

Признавая за тем или иным лицом определенные субъективные права, гражданское законодательство предоставляет управомоченному лицу и право на их защиту. «Субъективное право, предоставленное лицу, но не обеспеченное от его нарушений необходимыми средствами защиты, является лишь «декларативным правом» [19].

В литературе по гражданскому праву нет единства относительно того, что следует понимать под правом на защиту.

В самом общем виде право на защиту можно определить как предоставленную управомоченному лицу возможность применения мер правоохранительного характера для восстановления его нарушенного или оспариваемого права.

Согласно традиционному пониманию, право на защиту является элементом субъективного права [20].

По мнению ряда ученых, обеспеченность субъективного права возможностью государственного принуждения - это его неотъемлемое качество, и такая возможность существует не параллельно с другими, закрепленными в субъективном праве возможностями, а свойственна им самим, так как без этого они не были бы юридическими возможностями [21].

В юридической литературе имеет место и третья точка зрения, согласно которой право на защиту является самостоятельным субъективным правом [22].

На наш взгляд, правильной представляется первая точка зрения. Безусловно, каждая из возможностей, входящих в содержание субъективного права, имеет важное значение для его характеристики. Однако ни объединение нескольких возможностей в одну, ни придание гипертрофированного значения какой-либо одной возможности не упростит задачу объяснения содержания субъективного права.

Так как правоспособность является самостоятельным субъективным правом, в законодательстве предусмотрена защита правоспособности, необходимость которой связана с тем, что правоспособность является субъективным правом. Так же, как и другие субъективные права, правоспособность может быть нарушена. При её нарушении физическое лицо лишается возможности обладать данным конкретным субъективным правом или же эта возможность ограничивается.

Нарушение правоспособности создает препятствия для возникновения, изменения и прекращения субъективных прав. Следовательно, защита правоспособности необходима для устранения этих препятствий.

Таким образом, защита нарушенной возможности правообладания является элементом правоспособности как субъективного права.

В отличие от большинства субъективных гражданских прав, правоспособность тесно связана с личностью её носителя. «Правоспособность - в целом неотъемлемое право личности, не передаваемое, не отчуждаемое ни действиями самого обладателя этого права, ни действиями других лиц, хотя в отдельных случаях она может быть ограничена в предусмотренном законом порядке» [23]. Так, согласно п. 3 ст. 22 ГК РФ, сделки, направленные на ограничение правоспособности, ничтожны. В этой связи правильно отмечает В.И. Серебровский, что отказ от наследства, сделанный до открытия наследства, не может быть признан имеющим юридическое значение. Такой отказ должен быть признан недействительным как в том случае, когда он был сделан путём одностороннего волеизъявления, так и в форме договора об отказе от наследства [24].

Таким образом, представляется, что правоспособность физического лица (гражданина) может быть определена как принадлежащее каждому физическому лицу (гражданину) субъективное право, существующее в составе абсолютного гражданского правоотношения правоспособности, неразрывно связанное с личностью его обладателя и выражающееся в способности (возможности) иметь любые незапрещенные законом права, нести обязанности, требовать от всякого и каждого воздержания от действий, посягающих на его правоспособность, а также требовать защиты.

1. См.: Алексеев С.С. Общая теория права. -Т. 2. - М., 1982. - С. 141; Советское гражданское право. Субъекты гражданского права / под ред. С.Н. Братуся. - М.: Юрид. лит., 1984.

- С. 17-20; Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. - Рига, 1976. - С. 57.

2. См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). -М., 1995. - С. 58.

3. Грибанов В.П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав: авто-реф. дис. ... д-ра юрид. наук. - М., 1970. - С. 6.

4. См.: Грибанов В.П. Указ. соч. - С. 5.

5. Там же. - С. 6.

6. Веберс Я.Р. Указ. соч. - С. 51.

7. Матузов Н.И. Субъективные права граждан СССР. - Саратов, 1966. - С. 53.

8. См.: Воеводин Л.Д. Конституционные права и обязанности советских граждан. - М., 1972. -С. 13.

9. Александров Н.Г. Трудовое правоотношение.

- М., 1948. - С. 164; Иоффе О.С. Советское гражданское право. - М., 1967. - С. 104-105.

10. См.: Иоффе О.С. Избранные труды по гражданскому праву. - М., 2000. - С. 291.

11. Там же. - С. 569.

12. См.: Матузов Н.И. Указ. соч.

13. См.: Генкин Д.М. Право собственности в СССР. - М., 1961. - С. 32-46.

14. См., например: Гражданское право: учебник: в 2 т. - Т. 1 / отв. ред. Е.А. Суханов. - 2-е изд., перераб. и доп. - М., 1998. - С. 100; Флейшиц Е.А. «Абсолютная» природа права собственности // Проблемы гражданского права. - Л., 1962. - С. 214; Матузов Н.И. Указ. соч. - С. 72-73; Тархов В.А. Гражданское правоотношение. - Уфа, 1993. - С. 35; Советское гражданское право. Ч. 1 / отв. ред.

B.Т. Смирнов, Ю.К. Толстой, А.К. Юрченко.

- 2-е изд., испр. и доп. - Л., 1982. - С. 75.

15. См.: Райхер В.К. Абсолютные и относительные права // Известия экономического факультета Ленинградского политехнического ин-та. - 1928. - Вып. 1. - С. 304; Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву. - М., 2000. - С. 613; Суханов Е.А. Развитие института вещных прав при переходе к рынку // Гражданское право России при переходе к рынку. - М., 1995. - С. 82.

16. См.: Маттей У., Суханов Е.А. Основные положения права собственности. - М., 1999. -

C. 308.

17. См.: Советское гражданское право. Субъекты гражданского права. - С. 18.

18. См.: Бегичев Б.К. Трудовая правоспособность советских граждан. - М., 1972. - С. 65-66; Флейшиц Е.А. Соотношение правоспособности и субъективных прав // Вопросы общей теории советского права. - М., 1960. - С. 271-278.

19. Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. - М., 2000. - С. 104.

20. Там же. - С. 105; Гражданское право: учебник: в 2 т. - Т. 1. - С. 409.

21. См., напр.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. - М., 1976. - С. 73-74.

22. См.: Елисейкин П.Ф. Правоохранительные нормы: понятие, виды, структура // Защита субъективных прав и гражданское судопроизводство. - Ярославль, 1977; Крашенинников Е.Н. Структура субъективного права и права на защиту // Там же.

23. Веберс Я.Р. Указ. соч. - С. 58.

24. Серебровский В.И. Избранные труды. - М., 1997. - С. 194.