Роль зоны Персидского залива во внешнеполитической стратегии сша во второй половине XX в

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

УДК 94

А. В. Берёзкина

РОЛЬ ЗОНЫ ПЕРСИДСКОГО ЗАЛИВА ВО ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ США ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XX в.

В статье рассматриваются основные приоритеты во внешней политике США во второй половине XX в., анализируется американская стратегия в зоне Персидского залива, определяется важность «нефтяного фактора» в саудовско-американских отношениях.

The author considers the basic priorities of the USA foreign policy in the second half of the XX century, analyses the American strategy in the Persian gulf zone, and defines the importance of "the oil factor" in Saudi-American relations.

Ключевые слова: внешнеполитическая стратегия США, Персидский залив, интересы США на Ближнем Востоке, Саудовская Аравия.

Keywords: foreign-policy strategy of the USA, the Persian gulf, interests of the USA in the Middle East, Saudi Arabia.

В XX в. США вступили как динамично развивающаяся страна, представляющая собой очень сильное и экономически развитое государство.

Развиваясь очень быстрыми темпами, уже к концу XX в. США добились статуса единственной в мире сверхдержавы. Взлет США оказал влияние на формирование нового миропорядка, в котором они играют главную роль.

«Холодная война» в значительной степени предопределила характер международных отношений во второй половине XX в. Именно после окончания «холодной войны» возросло ощущение американцами своей исключительности, которое, по мнению исследователей, привело их к одиночеству в мире [1]. Ни ООН, ни союзники США в Европе и Азии не могли составить равноправное партнерство с военно-политической машиной США. Новые региональные державы в глазах Вашингтона не выглядели достойными для сотрудничества, считались американскими политиками не созревшими для самостоятельной роли в мировых и региональных делах.

В период острой конфронтации двух социально-политических систем наметилась тенденция, приведшая к формированию нового миропоряд-

© Берёзкина А. В., 2011

ка и концепции «мирового лидерства» США. Впервые стратегию «мирового лидерства» США провозгласил президент Трумэн 12 марта 1947 г. в обращении к Конгрессу. Трумэн говорил, что в мире идет борьба за демократию и свободу против диктатуры и принуждения, и в этих условиях вмешательство США во внутренние дела других стран оправданно. Он заявил: «В настоящий момент каждое государство мира должно выбрать между двумя альтернативными путями развития... Я считаю, что мы должны помочь свободным людям определить их собственную судьбу. Думаю, что наша помощь должна, в первую очередь, носить экономический и финансовый характер.» [2]. Другими словами, глава американского правительства оговаривал перед законодателями право вмешиваться в любые процессы, происходящие в мире, если это вмешательство целесообразно с точки зрения правительства США. Оправдывалась военная помощь тем политическим силам внутри любой страны мира, взгляды и политика которых импонировали Вашингтону [3]. Выступление послужило обоснованием массовой военной помощи проамериканским режимам. Логика Г. Трумэна была относительно проста. В небольшом историческом экскурсе президент отмечал, что Германия и Япония попытались навязать другим странам свой образ жизни, и это стало основной причиной того, почему США объявили им войну. Ныне, говорил президент, появилась новая страна, стремящаяся навязать миру свой образ жизни. Такой ход событий вынуждает США принять в качестве основополагающей цели своей политики создание условий, при которых «мы и другие страны были бы способны обеспечить образ жизни, свободный от принуждения».

Согласно «Доктрине Трумэна», «политикой Соединенных Штатов должна быть поддержка свободных народов, сопротивляющихся попыткам подчинения вооруженным меньшинствам или внешнему давлению». Именно этот постулат и стал основой американской политики на грядущие десятилетия. Такое громкое провозглашение новых задач было необходимо американскому правительству для того, чтобы заручиться поддержкой общественного мнения и конгресса: сохранение глобальной зоны влияния, создание новых структур, мобилизация военных сил и резкое увеличение экономической помощи.

Кроме того, на момент провозглашения «доктрины Трумэна» США были единственной дер-

жавой мира, владевшей ядерным оружием и не имеющей конкурентов на морях - у США был самый большой военно-морской флот и, несомненно, самые мощные военно-воздушные силы. Флот и ВВС пользовались базами, расположенными во всех районах земного шара.

Стратегия «мирового лидерства» не только не потеряла своей актуальности, но и приобрела новое звучание для Америки после исчезновения с международной арены СССР - главного геополитического соперника США. Конечно, в новых исторических условиях данная стратегия существенно изменилась, однако главной ее задачей по-прежнему оставалось удержание и сохранение лидирующего положения в мире. Очевидно, что «с конца 1940-х гг. и до настоящего времени главным устремлением Вашингтона в международных делах по-прежнему остается обеспечение американского доминирования в глобальном масштабе» [4].

Программным документом, отражающим интересы США в послевоенном мире, стал доклад, подготовленный Координационным комитетом США из представителей госдепартамента, военного и военно-морского ведомств США 21 апреля 1947 г. В докладе были обозначены основные цели Америки, а именно, говорилось следующее: «Важно, чтобы в дружественных нам руках находились регионы, в которых имеются месторождения металлов, нефти и других ресурсов, регионы, которые представляют собой сами по себе стратегическую ценность, имеют значительный промышленный потенциал, значительные людские ресурсы и организованные вооруженные силы, а также регионы, которые в силу политических и психологических причин позволили бы США оказывать большое влияние на мировую стабильность и безопасность» [5].

После окончания «холодной войны» основной задачей США являлось «предотвращение возникновения нового соперника, будь то на территории бывшего Советского Союза или в другом месте, который представлял бы собой угрозу, сопоставимую с той, которую представлял собой Советский Союз. Нашей стратегией должно быть предотвращение возникновения любого потенциального будущего глобального соперника» [6]. Как подчеркивает 3. Бжезинский, «предотвратить появление на международной арене доминирующей и антагонистической евразийской державы - остается центральным моментом в плане способности Америки осуществлять свое мировое лидерство» [7].

Также большое влияние на формирование внешнеполитической стратегии США в 1990-е гг. оказала интенсивная идеологизация их внешней политики. Мессианизм был одной из основ этой политики в течение всей «холодной войны», но с

приходом в 1993 г. в Белый дом администрации Б. Клинтона американцы окончательно уверились, что распространение идеалов свободы и демократии в мире - лучшая гарантия защиты многообразных американских интересов, в том числе и интересов национальной безопасности [8].

США бросают вызов всему мировому сообществу, превращая других субъектов международных отношений в объекты американской политики, которые должны соотносить свои действия и внешнеполитические интересы с интересами США. Ведь без учета реакции со стороны США сегодня практически невозможно провести ни одной крупной внешнеполитической акции. Н. А. Косолапов утверждал, что «распад СССР снизил... возможности ограничения политики США в мире. Но главные свои позиции США создали во всех сферах современной жизни задолго до исчезновения Союза. Именно это определило становление в 1990-х гг. американоцент-ристского миропорядка, фактически претендующего на определенный тип политической организации глобализирующегося мира в отсутствии сил или держав, способных эффективно уравновешивать США» [9].

С. Хантингтон отмечает, что после окончания «холодной войны» Америка оказалась в состоянии дисбаланса «возможностей и свершений» [10]. Обладая самой мощной в мире экономикой и гигантскими амбициями, США были вынуждены после исчезновения глобального противника пойти по пути осознанного сокращения своего потенциала, хотя внутриполитическое развитие и разросшиеся амбиции делали этот процесс достаточно болезненным. В связи с этим у США появляется необходимость «не поиска возможностей для достижения цели, а поиска цели для использования американской мощи для ее достижения» [11]. Поэтому американское руководство решает заняться поиском этой новой цели, которая бы подошла к сложившейся системе американских интересов и оправдала бы роль мирового лидера, защитника справедливости и международного порядка.

Америке было важно «закрепить собственное господствующее положение, по крайней мере, на период существования одного поколения и. создать геополитическую структуру, которая будет способна смягчить неизбежные потрясения и напряженность» [12]. Однако администрации Б. Клинтона не удалось найти внешнеполитического «противника», способного удовлетворить амбиции США. Прежние цели, такие, как распространение демократии, свободы и справедливости, уже не могли выполнять роль реального «лакомства» американского глобального лидерства. Только после известных терактов Соединенные Штаты обрели, наконец, образ «идеаль-

ного врага» в лице международного терроризма. Возможно, если бы США не создали для себя основного врага в лице международного терроризма, а продолжали бы утверждать свои национальные интересы через множество локальных целей, то, вполне вероятно, что уже в первые годы XXI в. отметился бы резкий спад американского влияния в мире.

Ближний Восток и зона Персидского залива являются ключевыми во внешнеполитической стратегии США, поэтому на протяжении длительного времени Америка осуществляет там постоянное военное присутствие и «поддержание стабильности». Баланс сил в Персидском заливе длительное время определялся наличием трех политических центров (КСА, Ирак, Иран), внутреннее устройство, интересы и цели которых были зачастую противоположными. Страны ССАГП3 не могли самостоятельно обеспечить безопасность и стабильность в регионе. Поэтому они остро нуждались в поддержке, главным образом, со стороны США. Эта поддержка была основана на механизме контрактов на поставку систем оружия и обучения местного персонала, двусторонних оборонительных пактов и прямом военном присутствии в 3аливе.

При существовавшей биполярной системе международных отношений основной угрозой для региона являлся СССР. А США как главная противоборствующая сила взяли на себя роль «бдительного и неусыпного стража», присвоившего себе патро-налистические функции по отношению к государствам региона, в том числе и Саудовской Аравии.

В начале 1990-х гг. в связи с исчезновением с геополитической карты мира одной из крупнейших империй - СССР - ситуация изменилась. США решили воспользоваться благоприятными условиями и пересмотреть некоторые аспекты союзнических обязательств в отношении стран Персидского залива, проводя линию на удержание этой зоны в состоянии военно-политического напряжения. Такая политика давала возможность США размещать многочисленные контингента: американских военнослужащих в Саудовской Аравии и других странах региона.

Американские интересы в регионе Ближнего Востока группировались вокруг следующих задач:

1) обеспечение бесперебойных поставок нефти странам Запада;

2) урегулирование арабо-израильского конфликта;

3) изоляция антиамериканских режимов (Ирак, Иран);

4) обеспечение военного присутствия США в регионе Ближнего Востока;

5) нераспространение оружия массового поражения;

6) прекращение террористической активности.

3аинтересованность стран 3апада в стабильности стран ССАГП3 заключалась в том, что они стремились иметь непосредственный и постоянный доступ к энергетическим ресурсам региона. Уже к 1944 г. США контролировали более 40% добычи нефти на Ближнем и Среднем Востоке, а к 1955 г. Американские компании добывали более 50% нефти ближневосточного региона, обеспечивая при этом более 90% нефтяного импорта Европы. Но этого было мало для полных амбициями США, они стремились добиться полного контроля над природными ресурсами Ближнего Востока.

Однако основные приоритеты внешней политики США в зоне Персидского залива определялись не только тем, что они являлись крупным потребителем энергетических ресурсов, но и тем, что США - лидер в области разработки и координации общей энергетической политики про-мышленно развитых стран. Целью внешней энергетической политики США, согласно Национальной энергетической стратегии 1991 г., являлось удовлетворение потребностей США в энергетических ресурсах и удержание американской экономики в качестве самой мощной в мире.

США рассматривали Ближний Восток как один из важнейших в стратегическом плане регион мира. Ведь он имеет чрезвычайно выгодное географическое положение - находится на стыке Европы, Азии и Африки, а значит, там проходят важнейшие коммуникации. Кроме того, регион богат запасами нефти, благодаря чему произошел расцвет торговли. «Ближний Восток - это важный регион, ситуация в котором может создать прямую угрозу американским интересам и экономической безопасности США» [13]. Значение этого региона так велико, что любой конфликт может ввергнуть мир в затяжную войну с непредсказуемыми последствиями.

Основную опору американского экономического и военно-политического доминирования США видели в лице Ирана, которому отводились «полицейские функции» в регионе, Саудовской Аравии и Израиле.

Ирак также занимал важное стратегическое положение в регионе и владел 10% мировых запасов нефти. Поэтому США уделяли не последнее внимание установлению контроля над Ираком. Их взаимоотношения можно условно разделить на несколько этапов: 1) 1945-1958 гг. -период вовлечения Ирака в военно-стратегическую систему США на Ближнем Востоке; 2) 19581967 гг. - период борьбы за восстановление американских военно-стратегических позиций в Ираке после революции 1958 г.; 3) 1967-1980 - период политической конфронтации Ирака с США в условиях разрыва дипломатических отношений; 4) 1980-1991 гг. - период установления стратегического партнёрства между США и Ираком.

25 апреля 1954 г. Багдад и Вашингтон подписали соглашение между двумя странами о военном сотрудничестве, предусматривающее американские военные поставки в Ирак, учреждение в этой стране военной миссии США, инспектирование американскими советниками иракской армии и подготовку иракских военных кадров в Соединенных Штатах [14].

В 1996 г. президент дополнил внешнеполитическую концепцию США докладом «Америка и устойчивое развитие», в котором шла речь о главной и долгосрочной цели США - сохранении гарантированного доступа к мировым ресурсам. Следующая цель внешней политики США заключалась в укреплении позиций США в мировой торговле. Третья же цель американской внешнеполитической концепции - интернационализация американских приоритетов, связанных со стратегией устойчивого развития. И, наконец, четвертая цель - сохранение глобальной системы жизнеобеспечения посредством контроля численности населения в развивающихся странах. После президентских выборов 1996 г. данная стратегия получила название «доктрины Клинтона».

Ирак, Иран, Судан и Ливия всячески противодействовали установлению американского контроля на Ближнем Востоке. Поэтому эти страны попали в список «стран-изгоев», составленный Америкой. По мнению США, «страны-изгои» нарушали права человека и представляли угрозу для своих соседей.

Администрация Б. Клинтона предложила программу расширения американского военного и политического присутствия в Персидском заливе для изоляции иранского и иракского режимов. Данная программа получила название доктрины «двойного сдерживания», которая предусматривала два условия: 1) американские вооруженные силы должны были находиться в зоне Персидского залива в течение длительного времени для обеспечения постоянного давления на Ирак и Иран; 2) Саудовская Аравия, наряду со своими соседями в бассейне Персидского залива, должна стать военным противовесом Ираку и Ирану.

Результатом этого стало увеличение численности американских войск в зоне Персидского залива до 20 тысяч человек. Особое внимание США уделяли поощрению закупок вооружений и военной техники государствами Персидского залива. Большинство закупок было осуществлено за счет займов, предоставляемых Саудовской Аравии американскими банками.

В результате в 1991-1994 гг. военные закупки Саудовской Аравии и ОАЭ у стран Запада превзошли иранские в пропорции 30:1. Эр-Рияд стал ведущим мировым покупателем вооружений, закупив лишь в США в 1994-1997 гг. оружия на 36,4 млрд долл. США.

Военно-стратегическое сотрудничество США и Саудовской Аравии имело и экономическую составляющую. Расходы на приобретение нефти и нефтепродуктов у стран бассейна Персидского залива возвращались в США через закупки оружия государствами Аравийского полуострова и Египта у США.

Таким образом, одним из важнейших направлений политики администрации президента Клинтона на Ближнем Востоке являлось усиление американского военно-политического присутствия в зоне Персидского залива на основе возросшего взаимодействия с монархическими режимами Аравийского полуострова в военной сфере.

Примечания

1. Братерский М. В. Вашингтон и новые региональные державы Азии // США: Канада: экономика, политика, культура. 2007. № 9. С. 40.

2. Contemporary U. S. Foreign Policy. Documents and Commentary / ed. by E. Plischke. Greenwood Press, 1991. P. 184.

3. Уткин А. И. Американская империя. M.: Экс-мо, 2003. С. 141.

4. Фролов В. Л. Глобальное лидерство «США и перспективы «стратегического партнерства» с Россией // Национальный интерес. 2001. № 4. С. 47.

5. Уткин А. И. Американская империя... С. 142.

6. Уткин А. И. Мировой порядок XXI века. M.: Алгоритм. 2001. С. 22.

7. Бжезинский 3. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. M., 2002. С. 12.

8. Киреев А.А. Внешнеполитическая стратегия администрации У. Клинтона. Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2006. С. 190.

9. Косолапов Н. А. Глобализация: от миропорядка к международно-политической организации мира // Очерки теории и политического анализа международных отношений. Научно-образовательный форум по международным отношениям. М., 2002. С. 327.

10. Huntington S. The Erosion of American National Interests // Foreign Affairs. Vol. 76. 1997. № 5.

11. Бжезинский 3. Указ. соч. С. 55.

12. Quandt William B. The Middle East Crises // Foreign Affairs, America and the World. 1979. Vol. 58. № 3.

13. Rubin B. The Arab States and the Palestine Conflict. N. Y., 1981. P. 111.

14. Невенченой В. В. Ирак во внешнеполитической стратегии США на Ближнем и Среднем Востоке (1991-2003 гг.): дис. ... канд. ист. наук. М., 2006. С. 87.