Формирование общего рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС

ЕВРАЗИЙСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ И ОБЩИЕ РЫНКИ

Аза МИГРАНЯН

ФОРМИРОВАНИЕ ОБЩЕГО РЫНКА НЕФТИ И НЕФТЕПРОДУКТОВ ЕАЭС

В статье проведена комплексная оценка правовых, институциональных, экономических и геополитических факторов, влияющих на процессы формирования общих рынков энергоресурсов в ЕАЭС. Исследованы взаимоотношения и сотрудничество государств-членов ЕАЭС в процессе формирования общих рынков нефти и нефтепродуктов. Сравнительный анализ национальных рынков энергоресурсов стран ЕАЭС позволил выявить специфику сотрудничества между странами в отраслевом разрезе, изучить факторы внешней среды, возможности инфраструктурной интеграции при формировании общего рынка нефти и нефтепродуктов стран ЕАЭС.

Развитие интеграционных процессов в ЕАЭС предусматривает создание общих рынков энергоресурсов, особый интерес среди которых вызывает рынок нефти и нефтепродуктов, что обусловлено социально-экономической значимостью данного ресурса для экономик стран экспортёров и импортёров. При этом прогнозируемые эффекты от создания общего рынка оцениваются в сумму до 8 млрд долл. в год. Создание общего рынка нефти и нефтепродуктов в ЕАЭС [Саркисян, 2017: 65—70], по мнению ряда экспертов, позволит решить следующие задачи: сформировать независимый механизм конкурентного ценообразования в целях снижения зависимости от конъюнктуры цен на мировом рынке; использовать данный рынок в качестве инструмента поддержки валютного курса стран производителей (экспортёров); рынок электронных (биржевых) торгов нефтью и нефтепродуктами можно использовать в качестве платформы для интеграции с системами

МИГРАНЯН Аза (Азгануш) Ашотовна — доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник, Института экономики РАН, заведующая отделом экономических исследований Института стран СНГ. Адрес: Российская Федерация, г. Москва, 117218, Нахимовский просп., д. 32. E-mail: a.mihranyan20@gmail.com. SPIN-код: 9433-7609. ORCID: 0000-0001-6014-5955.

Ключевые слова: общий рынок нефти и нефтепродуктов, концепция и программа формирования общего рынка, гармонизация и унификация правовой базы стран ЕАЭС, инфраструктурная интеграция.

международной биржевой торговли; снижение (снятие) входных барьеров на национальные сегменты рынка нефти и нефтепродуктов позволит ускорить процесс торгового обмена, в том числе и за счёт снятия ограничений доступа к системам транспортировки; повысить потенциал обеспечения энергетической безопасности стран ЕАЭС с учётом роста доступа к энергоресурсам стран-экспортёров [Развитие... 2018: 140].

Реализация положений Договора о ЕАЭС (далее — Договор) [Договор о Евразийском экономическом союзе, 2014] в части формирования общих энергетических рынков * сопряжена с необходимостью проведения большой подготовительной работы по созданию правовой базы, инструментов регулирования и их институтов. Сложность этого процесса обусловлена существенными различиями подходов к организации и функционированию этих рынков в национальном формате, что актуализирует исследование особенностей подходов, методов и форм углубления интеграционного взаимодействия на рынках нефти и нефтепродуктов ЕАЭС.

В базовом законодательном акте интеграционного взаимодействия стран ЕАЭС на рынках энергоносителей, Договоре о ЕАЭС, даны основные положения (категории, подходы, принципы, формы отраслевой интеграции), предусмотрен порядок поэтапного перехода от стадии формирования скоординированной отраслевой политики на национальных рынках стран-участниц к формированию общего рынка всех видов энергоносителей [Доклад о реализации... 2019]. Знаковым моментом в формировании концепций интеграции рынков энергоносителей стал отказ от цели создания единого рынка для всех видов энергоресурсов на переговорах по согласованию положений союзного Договора и закрепление в нём формата общего рынка в качестве целевого ориентира интеграции для сектора энергоресурсов.

Отраслевая интеграция на рынке нефти и нефтепродуктов требует развития указанных правовых основ создания общих рынков в силу своей специфики. Особого внимания заслуживает процесс унификации и гармонизации условий функционирования национальных рынков, национальных систем регулирования общего рынка нефти и нефтепродуктов, а также нормативных актов с целью согласования положений, формата интеграционного сотрудничества, а также заключения международных договоров о формировании общих рынков нефти (нефтепродуктов) стран ЕАЭС [Романова, 2018: 99-102].

Теоретически решить поставленные задачи можно в условиях единого (общего) рынка нефти и нефтепродуктов при условии полноценной реализации модели такого рынка, что на практике не удалось выполнить ни од-

* Договор о Евразийском экономическом союзе, раздел XX «Энергетика» статьи 79-85 и раздел XXVII «Переходные положения», а также приложения к нему 21-23 // Ы1р8://ёос8. eaeunion.org/Pages/DisplayDocument.aspx, дата обращения 28.01.20.

ному из ныне действующих интеграционных блоков. Учитывая большой объём ограничений (изъятий), незавершённость интеграционных процессов в ЕАЭС и противоречивость интересов стран в сфере энергетического сотрудничества, необходимо детальное исследование условий, параметров, инструментов и механизмов создаваемого общего рынка в данном сегменте.

Правовые и институциональные аспекты создания общего рынка нефти

и нефтепродуктов

Процесс формирования общего рынка нефти и нефтепродуктов поступательно развивается в соответствии с положениями Договора о создании Евразийского союза [Договор о Евразийском экономическом союзе, 2014] и предусматривает создание правой базы, институтов и инструментов его регулирования к 2025 г. В соответствии с положениями двадцатого раздела «Энергетика» данного Договора (статьи 79,80 и 84), двадцать седьмого раздела «Переходные положения» (статья 104) и приложения № 23 к Договору «Протокол о порядке организации, управления, функционирования и развития общих рынков нефти и нефтепродуктов» [Договор о Евразийском экономическом союзе, 2014] * была разработана Концепция формирования общих рынков нефти и нефтепродуктов Союза [Решение о Концепции формирования общего рынка газа ЕАЭС, 2016] ** (ОРНиНП), реализация которой предусмотрена Программой формирования ОРНиНП [Решение о формировании общих рынков нефти... 2018]***. Сложность процесса согласования и унификации подходов к организации общего отраслевого рынка обусловлена противоречивостью интересов национальных производителей, большой экономической значимостью для стран-экспортёров нефти и нефтепродуктов и не меньшей значимостью для стран-импортёров [Калугин, 2018: 99-102].

Кроме того, существенные различия в модели рынка нефти и нефтепродуктов в странах ЕАЭС, институциональной структуре и регуляторных подходах также требуют дополнительного согласования, требований по гармонизации и унификации национальных правовых актов и принципов организации данной сферы. Указанные трудности обусловили длительный период становления институциональных и правовых основ формирования

* Статья 79 «Взаимодействие государств-членов в сфере энергетики»; Статья 80 «Индикативные (прогнозные) балансы газа, нефти и нефтепродуктов»; Статья 84 «Формирование общих рынков нефти и нефтепродуктов Союза и обеспечение доступа к услугам субъектов естественных монополий в сфере транспортировки нефти и нефтепродуктов»; Статья 104 «Переходные положения в отношении раздела ХХ».

** Была утверждена 31.05.2019 в Астане Высшим советом ЕАЭС.

*** Утверждена решением Высшего Евразийского экономического совета от 06.12.2018 г. № 23.

ОРНиНП ЕАЭС, подписание и вступление в силу базового Международного договора о формировании общих рынков нефти в Союзе планируется завершить до 01.01.2025 (разработку соглашения начнут в 2021 г.). В базовом международном соглашении стран ЕАЭС должны будут:

• сформировать единые правила доступа к системам трубопроводов и транспортировки (в том числе и транзита, до конца 2021 г.), целью которых является создание равных возможностей для всех участников рынка, независимо от страны происхождения и объёмов поставок;

• разработать единые правила торговли нефтью и нефтепродуктами, что обеспечит равные конкурентные возможности для продавцов и недискриминационный доступ для покупателей, независимо от страны происхождения до конца 2023 г. (наиболее сложным аспектом является проблема создания унифицированной системы ценообразования);

• создать институциональные и правовые основы системы и принципов биржевой торговли нефтью и нефтепродуктами (до конца 2023 г.), которые бы позволили максимально сократить факторы влияния государственной регуляторной системы и обеспечили бы высокий уровень либерализации рынка в данном сегменте (внедряя свободу конкуренции без ограничений и установления высоких входных барьеров);

• и наконец, разработать регламенты единой (или совместимой) информационной системы по учёту и контролю на создаваемом общем рынке.

По состоянию на ноябрь 2019 г. в рамках двух базовых программных документов (Концепции и Программы), регламентирующих процессы формирования ОРНиНП ЕАЭС, сформулированы целевые ориентиры, основные подходы и принципы согласования институтов и механизмов общего рынка и функционал взаимодействия. Основной целью при формировании общего рынка нефти и нефтепродуктов, впрочем, как и всех рынков энергоресурсов, является развитие конкурентных отношений, рыночного ценообразования и равного доступа на национальные сегменты всех стран-членов ЕАЭС. Особенностью формирования ОРНиНП является разделение процессов согласования правил взаимодействия на общем рынке по функционалу в следующей последовательности: транспортировка, добыча и переработка [Доклад о реализации... 2019].

На первом этапе (2018-2021 гг.), в соответствии с утверждённой программой, предусмотрены: унификация законодательной базы в целом по отрасли, а также регламентация работы систем информационного обмена между странами; формирование правил технологического взаимодействия национальных операторов по транспортировке нефти и нефтепродуктов и условий доступа к системам транспортировки для представителей всех стран-участниц на условиях недискриминации. Законодательно условие недискриминационного доступа к системам транспортировки нефти и нефтепродуктов национальных операторов закреплено в приложении № 23

Договора (пункт 7), в котором предусматривается установление тарифа на транспортировку нефти и нефтепродуктов в соответствии с национальным законодательством оператора, но с существенным ограничением в виде недопущения роста цен для резидентов стран-партнёров по ЕАЭС выше уровня цен для внутреннего пользования (т. е. для резидентов страны-оператора). Данное ограничение в корне меняет ситуацию по созданию равных условий для всех хозяйствующих субъектов всех стран Союза, обеспечивая им равные условия по транспортировке нефти и нефтепродуктов как для продавцов, так и для покупателей, а также формирует основу для развития биржевой торговли на данном специфическом рынке, снимая ограничения транспортировки, которые существуют в рамках национальных рынков нефти и её производных. В результате выполнения мероприятий, запланированных на первом этапе Программы, должна быть создана методическая база гармонизации и унификации национальных правил и законодательства в целом в сфере регулирования рынка нефти и её производных.

На втором этапе Программы мероприятий по формированию ОРНиНП ЕАЭС (2021-2024 гг.) должны быть сформулированы единые правила торговли нефтью и её производными как на основе договоров (между субъектами, между странами), различающихся по длительности действия, так и для биржевой торговли. Свод правил по организации недискриминационного доступа к транспортировке нефти и нефтепродуктов и правил торговли ими создаст основу для развития конкурентных отношений на монополизированном рынке в данном сегменте. А разработка принципов, подходов по организации общего рынка снимет противоречия и позволит законодательно закрепить базовые положения функционирования общего рынка нефти и нефтепродуктов в формате международного договора, подписанием которого должно быть положено начало функционирования ОРНиНП в конце 2024 г. (третий этап Программы) [Бычкова, 2018: 184— 188]. По результатам выполнения запланированных мероприятий второго этапа должны быть сформированы условия, созданы базовые нормы и правила ведения свободной торговли нефтью и нефтепродуктами на конкурентной основе, что может существенно изменить развитие данного сегмента экономики, повысить конкурентоспособность национальных производителей. На третьем этапе (не позднее 1 января 2025 г.) должен заработать общий рынок нефти и нефтепродуктов в ЕАЭС (скорее, его переходная модель), когда начнётся практическая реализация достигнутых соглашений и применение новых институциональных механизмов организации функционирования ОРНиНП ЕАЭС.

Формируемая модель общего рынка нефти и нефтепродуктов в ЕАЭС нуждается в эффективной институциональной поддержке не только с точки зрения правового регулирования и согласования, но и с точки зрения

создания дополнительных инструментов и механизмов (инфраструктурных объектов), которые бы могли обеспечить правоприменительную практику исполнения достигнутых соглашений.

Для обеспечения эффективного функционирования ОРНиНП необходима дополнительная инфраструктура по обеспечению и регулированию взаимного доступа субъектов рынка стран ЕАЭС к системам национальных операторов транспортировки (магистральные трубопроводы, танкерные и железнодорожные перевозки), хранения (нефтехранилища, складская инфраструктура), конкурентного ценообразования (операторы биржевой торговли) и системы технологического обеспечения взаимодействия на общем рынке между продавцами и покупателями всех стран ЕАЭС [Формирование общего рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС, 2015: 8-21]. Эти вопросы требуют дополнительного согласования и проработки для формирования эффективной системы инфраструктуры поддержки и развития ОРНиНП, что предполагается осуществить до 2025 г. в рамках реализации Программы создания общего рынка.

Концепция ОРНиНП: основные параметры

Обобщая правовые аспекты формирования общего рынка нефти и нефтепродуктов, следует отметить следующие основные параметры его будущего к 2025 г. Система отношений при реализации нефти и нефтепродуктов на общем рынке между субъектами рынка (резидентами стран ЕАЭС) сохраняет национальный формат в вопросах ценообразования (каждая из стран пятёрки регламентирует регулирование цен на внутреннем национальном рынке при сохранении свободно конкурентного ценообразования экспорта в соответствии с основными трендами мирового рынка), технические требования (каждая страна сохраняет национальный стандарт, предъявляемый к качеству сырой нефти, и осуществляет переход на евро-стандарты по ГСМ; технические параметры соответствия нефти и нефтепродуктов определённому трубопроводу - в основном российский опыт) и конкурентную модель (олигополия или монополия добычи и переработки нефти, и монополия, в случае с российским рынком, монополистическая конкуренция в сфере услуг транспортировки). По сути, концепция общего рынка нефти и нефтепродуктов повторяет модель общего рынка электроэнергии с некоторыми отличительными особенностями, обусловленными спецификой продукта. Общий рынок нефти и нефтепродуктов предусматривает сохранение национальных сегментов, работающих автономно и обеспечивающих внутренние потребности участников Союза. При этом предполагается поэтапное сближение (унификация, гармонизация) регулирующих инструментов с целью организации общего рынка с едиными правилами обращения нефти и её производных на общем рынке без огра-

ничений. По мнению Евразийской комиссии и стран-участниц, поэтапное сближение позволит снять противоречия между странами (их национальными сегментами), создать благоприятные условия для развития конкуренции посредством объединения рынков ограниченного числа продавцов нефти (олигополий).

Кроме унификации регуляторной базы ОРНиНП, ЕАЭС предусматривает обеспечение доступа к услугам национальных операторов по транспортировке нефти и её производных на равных условиях, с оговоркой соответствия предполагаемой для перегонки нефти требованиям и техническим стандартам, принятым в стране транзита. Это существенное достижение для стран ЕАЭС, так как именно доступ к российским трубопроводам (транзиту - транспортировке) сырья и его продуктов является самым труднопреодолимым барьером для стран-партнёров РФ по интеграционному блоку. В этом вопросе существенную роль играет механизм организации доступа к российской трубопроводной сети, оператором которой является ПАО «Транснефть» [Голыжникова, 2019: 128-139]. Доступ к перекачке нефти по системе трубопроводов российского оператора осуществляется при условии соответствия качества нефти и её производных определённым параметрам, предусмотренным по конкретному трубопроводу. Механизм допуска регулируется Министерством энергетики РФ, куда подаются заявки на доступ (транспортировку, транзит) продукции продавцом (или покупателем), а в случае соответствия требованиям, сырью (продукции) разрешается доступ к трубопроводам в порядке очереди, с приоритетом для национальных участников российского рынка. Соглашение, достигнутое в рамках утверждённой концепции, снимает ограничение приоритета российских участников рынка нефти. Именно это соглашение создаёт условие равного недискриминационного доступа к системе российских магистральных трубопроводов, что в первую очередь отвечает интересам казахстанских экспортёров и уравнивает возможности конкуренции при условии равного для всех участников-стран ЕАЭС с точки зрения цены доступа к транспортной инфраструктуре рынка нефти и её производных. Но при этом доступ к транспортирующей инфраструктуре России регламентируется индикативными (прогнозными) балансами нефти и нефтепродуктов, которые утверждены в ЕАЭС. Следовательно, доступность нефтепроводной системы национальных операторов для субъектов рынка из стран-партнёров по ЕАЭС ограничивается объёмами, не превышающими показатели индикативных балансов при условии наличия свободных мощностей у оператора.

Свобода торговли нефтью и нефтепродуктами на ОРНиНП предусматривает отсутствие каких-либо ограничений по торговле между субъектами рынка, вне зависимости от страны происхождения (для всех участников ЕАЭС), на основании двусторонних соглашений (договорно-правовые отношения) и/или биржевой торговли, при этом ценообразование не регла-

ментируется (т. е. на основе равновесной рыночной цены на момент заключения и/или совершения сделки).

Не менее важным достижением создания общего рынка является соглашение в рамках утверждённой Концепции о разрешении свободной деятельности резидентов стран ЕАЭС на территориях этих стран по организации добычи, переработки и продажи нефти и нефтепродуктов на территории стран-партнёров. Этот факт может стимулировать развитие отрасли и её конкурентного потенциала за счёт стимулирования конкуренции между большим числом участников рынка.

Таким образом, формально правовые основы создаваемого общего рынка нефти и нефтепродуктов направлены на либерализацию торговли данными ресурсами при сохранении определённых оговорок (ограничений), которые не позволяют рассматривать его как единый свободно конкурентный рынок. Справедливо было бы рассматривать формат создаваемого общего рынка как регулируемого олигопольного рынка, стремящегося снизить входные барьеры для субъектов рынка по признаку страны происхождения (для стран ЕАЭС), сохраняя высокие требования по техническим параметрам и условиям допуска на него. По сути, исследованные правовые основы ОРНиНП регламентируют сохранение национального сегмента рынка данного вида ресурсов без изменения. В качестве меры либерализации отношений в данном сегменте общего рынка ЕАЭС рассматривается облегчение доступа к системе транспортировки нефти и нефтепродуктов через национальных операторов для стран-партнёров, возможность ведения хозяйственной деятельности субъектов рынка на территории стран-партнёров и осуществления торгов на биржевой (биржевых) площадках. Эти меры с правовой точки зрения формально меняют систему взаимоотношений и позволяют сохранять баланс интересов между партнёрами, что отвечает национальным интересам стран ЕАЭС с учётом сложившейся мировой конъюнктуры .

Рассматривая перспективы сотрудничества стран ЕАЭС на создаваемом рынке нефти и нефтепродуктов, необходимо учитывать современные тренды развития данной сферы на мировом рынке с учётом особой значимости данного сегмента с точки зрения влияния на цены и структуру общего рынка энергоресурсов ЕАЭС. Кроме того, при формировании ОРНиНП необходимо учитывать конечность этих ресурсов, что обуславливает необходимость перехода к низкоуглеродной парадигме, а также сланцевых и цифровых технологий, благодаря которым радикально перекраивается конкурентная карта мирового рынка нефти.

* Например, Казахстан крайне заинтересован в обеспечении беспрепятственного доступа к российским трубопроводам для перекачки своей нефти в направлении стран ЕС.

Рынок нефти стран ЕАЭС: потенциал сотрудничества и риски

Контуры общего рынка нефти и нефтепродуктов с точки зрения практической реализации при противоречащих интересах стран ЕАЭС нуждаются в детализации. Наибольший объём противоречий здесь накоплен Белоруссией [Единый рынок нефти и газа... 2019]. Противоречия между Россией и Белоруссией по вопросам ценообразования в нефтегазовой сфере начались в апреле 2002 г., когда было сорвано соглашение по покупке «Газпромом» доли «Белтрансгаза» в обмен на поставку газа по внутренним ценам российских потребителей. В 2004 г. конфликт обострился, Газпром вернулся к базовым ставкам на газ, и только к концу 2006 г. приобретение доли «Белтрансгаза» завершилось уплатой акциями компании долга по потреблённому газу. Завершение войны цен на газ, поставляемый Россией в Белоруссию, положило начало противостоянию по ценам и условиям поставок нефти в РБ. С 2007 г. после введения экспортных пошлин на сырую нефть со стороны России Минск увеличил стоимость транзита нефти по нефтепроводу «Дружба» (также была введена пошлина на транзит, что увеличило стоимость до 45 долл. за тонну). Результатом противостояния между «Транснефтью» и Минском стало снижение экспортной пошлины со 180 до 53 долл. с пролонгированным периодом возвращения к первоначальному значению пошлины в течение нескольких лет [Каницкая, 2018: 139-146]. По достижению исходной величины экспортной пошлины, при хроническом невыполнении договора о разделе выручки по экспорту переработанной российской нефти на белорусских НПЗ разразился скандал по растворителям в 2012 г. Вскрытая схема перекачки переработанной нефти без уплаты пошлины в российский бюджет положила начало новому витку ценового противостояния между Россией и Белоруссией, результатом которого стало радикальное снижение объёмов закупаемой российской нефти почти в 100 раз. В ответ Лукашенко предпринял демарш по закупке венесуэльской, азербайджанской, иранской и казахстанской нефти, но бесперспективность альтернативного замещения российских энергоресурсов побудила белорусские власти к компромиссу. Суть компромисса сводилась к формуле так называемой «перетаможки», которая предполагала уступку белорусской стороны 1/4 части от общего объёма поставки российским производителям (около 6 млн т) с сохранением права собственности. Эту часть российские нефтетрейдеры напрямую экспортировали в третьи страны, прокачивая через нефтепровод «Дружба», уплачивали в российский бюджет пошлину в полном объёме, а после из бюджета РФ в бюджет РБ возвращали компенсацию в пределах 500-700 млн долл.

Данная схема действовала в 2016-2017 гг. В 2018 г. конфликт вновь обострился из-за решения российской стороны ускорить налоговый манёвр (переход от выплаты экспортной пошлины по нефти на выплату НДПИ),

который приводит к росту цен на нефть, поставляемую в Белоруссию, и лишает белорусские НПЗ части прибыли*. Суть требований Минска сводилась к компенсации выпадающей части прибыли своим компаниям по аналогии с российскими. В результате в 2018-2019 гг. белорусская сторона повторила манёвр с угрозами по транзиту (удорожание транзита российской нефти через нефтепровод «Дружба») и смене поставщика нефти. В частности были возобновлены переговоры с Казахстаном по закупке нефти.

Рассматривая потенциал создания и функционирования общего рынка нефти и нефтепродуктов в ЕАЭС, следует отметить его главное преимущество в преодолении ценового противостояния между Россией и Белоруссией в частности, что обуславливает высокую степень активности белорусской стороны в вопросах лоббирования ускоренного формата перехода к общему рынку [Спехова, 2018]. В контексте принятой Концепции ОРНиНП вполне логичным и обоюдовыгодным становится переход Белоруссии на поставки казахстанской нефти, о чём неоднократно заявляет Минск. В экспертной среде склонны расценивать это стремление белорусской стороны как недружественный шаг в отношении стратегического партнёра — России, что не соответствует интересам РФ и конъюнктуре мирового рынка. В условиях общего товарного рынка ЕАЭС переход на поставки нефти из Казахстана позволит Белоруссии диверсифицировать свой портфель импорта нефти, т. к. полностью компенсировать российские поставки Казахстан не имеет возможности. При этом уровень цен по казахстанским поставкам вполне очевидно будет сформирован на уровне равновесной цены на мировом рынке**. Этот сдвиг позволит не только России и Белоруссии, но и всем странам ЕАЭС приблизиться к рыночным принципам ценообразования, что является целью создания ОРНиНП.

В преддверии формирования общего рынка нефти Казахстан готов вести переговоры о поставке от 1 до 3,5 млн т нефти в соответствии с заявкой со стороны Белоруссии. При этом основная проблема поставок из Казахстана — это необходимость соглашения с Россией о прокачивании через систему трубопроводов «Транснефти» (проблема в выполнении технических требований, включении этих поставок в индикативный баланс нефти ЕАЭС

* К 2024 г. полностью обнулится экспортная пошлина и возрастёт НДПИ, и для всех нефть будет стоить дорого. Россия за счёт бюджета будет компенсировать своим НПЗ это повышение, выплачивая индексирующую надбавку. Для белорусских НПЗ и российского бюджета такая выплата не предусмотрена. Раньше белорусские НПЗ получали нефть по российской цене, и это было выгодно, а теперь выйдут к 2024 г. на мировые цены.

** С июля 2016 г. по март 2017 г. в сумме было поставлено 106 тыс. т сырой нефти из Казахстана в РБ по железной дороге и через Каспий, стоимость которой была выше цены российских поставок нефти в РБ на тот же период, на 5 долл. дороже с каждого барреля (в общей сумме переплата составила около 4 млн долл. по сравнению с тем, если бы она покупала тот же самый объём в России).

и наличии на момент поставок свободных мощностей) [Соглашение... 2019]. Этот вопрос является одним из наиболее сложных при выработке общих требований по техническим регламентам, их универсализации и гармонизации с целью обеспечения доступа в магистральные нефтепроводы российского монополиста ПАО «Транснефть». Опыт прокачки казахстанской нефти через российские трубопроводы имеется, но на довольно низком уровне (около 17 с небольшим миллионов тонн нефти в год). Поэтому переориентация Белоруссии на казахстанскую нефть не имеет ни технических, ни конкурентных проблем, данный вопрос в большей степени политизирован, ибо утверждённая Концепция ОРНиНП уже позволяет организовать беспрепятственную прокачку нефти. Миф о противодействии со стороны РФ также не обоснован, т. к. даже частичное замещение российской нефти казахстанской позволит России переориентировать эти объёмы на рынки третьих стран по более выгодной цене, что увеличит доходы российского бюджета. Более того, такое замещение позволит России оптимизировать эксплуатацию нефтепроводов и мощностей портов Новороссийска и Усть-Луги*. Выгоды России от поставок казахстанской нефти в Белоруссию заключаются в следующем. Казахстан заплатит за транспортировку, плюс эти объёмы высвободят российские объёмы поставок, и те уйдут на Усть-Лугу. Российские компании тогда будут поставлять нефть в третьи страны, которые заплатят экспортную пошлину до 2024 г. с этих объёмов [Доклад Международного... 2016].

Таким образом, создаваемый ОРНиНП имеет серьёзный потенциал разрешения спорных моментов в сфере ценообразования на рынке нефти и способен увеличить эффективность эксплуатации имеющихся инфраструктурных объектов по перекачке (транспортировке нефти и нефтепродуктов), что может обеспечить рост доходности отрасли, как в интересах экспортёров нефти, так и в интересах импортёров.

Кроме того, ОРНиНП позволит перейти к рыночному ценообразованию, что нивелирует потери Белоруссии после завершения Россией налогового манёвра после 2024 г., что фактически снимет все противоречия.

Сотрудничество на общем рынке нефти между странами ЕАЭС предполагает радикальное реформирование требований технического регламента, которое приведёт к созданию универсальной системы требований к качеству нефти и нефтепродуктов, банка качества нефти в российском сегменте, что станет базовым условием обеспечения недискриминационного до-

* В текущем году объём прокачки нефти на Новороссийск составил около 6,9 млн т и 8,8 на Усть-Лугу (Ленинградскую область). Эти объёмы можно перекидывать с Усть-Луги на Белоруссию, так как обсуждаемая поставка из Казахстана в 3,5 млн т не является критичной нагрузкой для магистрального трубопровода «Транснефти» с учётом его пропускной способности.

ступа к российским трубопроводам и транспортной инфраструктуре в целом.

В процессе формирования ОРНиНП самым сложным вопросом для согласования остаётся проблема ценообразования. Спорными остаются вопросы, связанные с проблемой регулирования экспорта нефтепродуктов, полученных из российской нефти при переработке на белорусских НПЗ, без экспортной налоговой нагрузки. В этой связи Белоруссия настаивает на следующей формуле цены на нефть для поставок между странами-членами ЕАЭС: цена поставки не должна превышать стоимость внутренней цены поставщика, рассчитанной на основе котировок международных ценовых агентств минус затраты на поставки нефти вне ЕАЭС и на экспортные пошлины. Против этой формулы выступает Россия, так как данный подход не учитывает реальных расходов по экспорту и невыгоден для национальных операторов (фактически данная формула ориентирована на перераспределение ресурсной ренты в пользу покупателей [Ергин, 2019]). Казахстан предлагает формулу формирования цен на нефть на основании рыночных механизмов и добросовестной конкуренции. Противоречия объяснимы: Россия и Казахстан продают нефть, а Белоруссия покупает [Договор о Евразийском экономическом союзе, 2014] *. Для преодоления потерь при образовании общего рынка нефти Россия предприняла «налоговый манёвр», отказ от экспортных пошлин на нефть и переход на налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), который предусматривает взимание ренты по месту добычи (переработки) и уплачивается производителем в бюджет страны экспорта при добыче, а не при реализации. Это приводит к удорожанию нефти и нефтепродуктов в целом для российских компаний, которым в рамках «налогового манёвра» предоставляется компенсация (субсидия). Именно этот факт стал камнем преткновения для белорусской стороны, которая требует аналогичную компенсацию для себя, т. к. налоговый манёвр лишает их возможности перераспределения ренты в свою пользу [Каницкая, 2018: 139—146].

После вступления Республики Армения в ЕАЭС Россия и Армения смягчили порядок беспошлинных поставок нефтепродуктов, природного газа и необработанных природных алмазов, исключив условия о переносе неуплаченных вывозных таможенных пошлин в государственный долг Армении перед Россией, а также ограничили перечень нефтепродуктов, поставляемых в беспошлинном режиме [Протокол... 2016].

Киргизия официально присоединилась к ЕАЭС 12 августа 2015 г. В связи с отсутствием российско-киргизских международных договоров, регулирующих вопросы торговли нефтью и нефтепродуктами, со дня присоединения Киргизии к ЕАЭС поставки нефти и нефтепродуктов в Киргизию из

* Пункт 12 Приложения № 23 к Договору.

России осуществлялись без применения вывозных таможенных пошлин и количественных ограничений. Несмотря на это, в ходе визита президента России В. Путина в Киргизию было подписано Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Киргизии о сотрудничестве в сфере поставок нефти и нефтепродуктов (от 6 июня 2016 г.). Соглашение предусматривало возможность беспошлинных поставок нефти и нефтепродуктов в рамках внутреннего потребления Киргизии с ежегодным согласованием объёмов и номенклатуры поставок. Таким образом, Киргизия фактически ограничила свои возможности по использованию преимуществ общего рынка ЕАЭС.

В 2018 г. было отменено временное таможенное декларирование в отношении поставок нефти и нефтепродуктов в Киргизию [Протокол... 2018], что позволило отойти от непрозрачного резервирования компаниями «квот» без обязательств по поставкам. Это создавало проблемы как внутри России с точки зрения возможности всех заинтересованных компаний в осуществлении поставок, так и в Киргизии, покупатели которой были ограничены в выборе поставщиков.

В отношениях с Казахстаном в 2018 г. была достигнута договорённость об обновлении перечней нефтепродуктов, запрещённых к вывозу из России в Казахстан и из Казахстана за пределы ТС, а также о согласовании этих перечней на уровне профильных министерств. Российско-казахстанские договорённости о запрете поставок ряда нефтепродуктов, действующие с 2015 г., позволили Казахстану завершить модернизацию нефтеперерабатывающих мощностей. В этих условиях обновление перечня нефтепродуктов, запрещённых к поставкам из России в Казахстан, может привести к снижению доли российских нефтепродуктов как на казахстанском рынке, так и на рынках стран Центральной Азии.

При этом важно отметить, что в отличие от Российской Федерации, у Республики Казахстан нет запретов на поставки нефтепродуктов на российский рынок; что создаёт возможности выхода казахстанских нефтепродуктов на общий рынок ЕАЭС без ограничений.

Таким образом, учитывая долю российского сектора на рынке нефти и нефтепродуктов, именно на Россию практически полностью ложатся все затраты, в том числе и налоговая нагрузка в рамках ЕАЭС по обеспечению беспошлинных поставок нефти и нефтепродуктов за счёт прямых финансовых потерь собственного нефтяного сектора. При этом после реализации Россией планов по отказу к 2025 г. от вывозных таможенных пошлин на нефть и нефтепродукты и соответствующего выравнивания цен на внутреннем и внешних рынках (по экспортному паритету) общие рынки нефти и нефтепродуктов ЕАЭС обретают понятные очертания. В то же время экономические выгоды Армении, Белоруссии и Киргизии от членства в ЕАЭС, в том числе заключающиеся в возможности получении нефти и нефтепро-

дуктов по внутрироссийским ценам, отличным от мировых, в этом случае существенно сократятся, что может привести к пересмотру всей интеграционной конфигурации.

Список литературы

Договор о Евразийском экономическом союзе, 2014 // http://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_163855/, дата обращения 10.09.2019.

Протокол о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Армения о сотрудничестве в сфере поставок природного газа, нефтепродуктов и необработанных природных алмазов в Республику Армения от 2 декабря 2013 г. // http://docs.cntd.ru/ document/542659418, дата обращения 29.09.19.

Протокол о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан о торгово-экономическом сотрудничестве в области поставок нефти и нефтепродуктов в Республику Казахстан от 9 декабря 2010 г., от 03.10.2018. // http://publication.pravo.gov. ru/Document/View/0001201902010020, дата обращения 29.09.19.

Решение о Концепции формирования общего рыка газа ЕАЭС, 2016 // http:// www.eurasiancommission.org/ru/act/energetikaiinfr/Documents.pdf, дата обращения 29.09.19.

Решение о Формировании общих рынков нефти и нефтепродуктов ЕАЭС, 2018 // https://docs.eaeunion.org/docs/ru-ru/01420205/scd_07122018_23, дата обращения 29.09.19.

Соглашение о Методологии формирования индикативных (прогнозных) балансов газа, нефти и нефтепродуктов в рамках Евразийского экономического союза // http://www.eurasiancommission.org/ru/act/energetikaiinfr/energ/ Documents.pdf, дата обращения 12.09.2019

Доклад Международного энергетического агентства. World Energy Outlook 2016 // https://webstore.iea.org/world-energy-outlook-2016, дата обращения 10.09.2019.

Доклад о реализации основных направлений интеграции в рамках Евразийского экономического союза // http://www.eurasiancommission.org/ru/Documents. pdf, дата обращения 18.09.2019.

Развитие евразийской экономической интеграции в 2018 г. Евразийская экономическая интеграция - 2019. 2019. М.: ЦИИ ЕАБР. 140 c.

Голыжникова Д. Ю. 2019. Текущее состояние и перспективы транспортировки сырой нефти и нефтепродуктов через морские порты Российской Федерации -Мировая энергетика: конкуренция и сотрудничество / Под ред. С. В. Жукова. М.: ИМЭМО РАН. С. 128-139. D0I:10.20542/978-5-9535-0554-3

Ергин Д. 2019. Добыча. Всемирная история борьбы за нефть. М.: Альпина -Паблишер, 944 с. Агеев А. И., Логинов Е. Л., Райков А. Н. 2015. Формирование общего рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС: фундамент союзного островка стабильности в бушующем мировом океане глобальных спекуляций Экономические стратегии - Экономические стратегии. Т. 17. № 5-6 (130-131), С. 8-21.

Бычкова А. А. 2018. Актуальные проблемы формирования общих рынков нефти и нефтепродуктов ЕАЭС - Современные аспекты экономики. № 12 (256). С. 184-188.

Калугин П. В. 2018. Энергетическая стратегия России и перспективы формирования единого рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС - Инновации и инвестиции. № 2. С. 99-102.

Каницкая Л. В. 2018. Завершение большого налогового манёвра и его влияние на формирование общего рынка нефти и нефтепродуктов ЕАЭС - Евразийский интеграционный проект: цивилизационная идентичность и глобальное позиционирование. Материалы Международного Байкальского форума / Под ред. Е. Р. Метелевой. С. 139-146.

Романова В. В. 2018. Проблемы и задачи правового обеспечения общих рынков энергетических ресурсов евразийского экономического союза - Правовой энергетический форум. № 1. С. 7-13.

Саркисян Т. С. 2017. Создание общих рынков в ЕАЭС: этапы и содержание -Известия Санкт-петербургского Государственного Экономического Университета. № 1-1 (103) С. 65-69.

Спехова О. 2018. Активная позиция Белоруссии в ЕАЭС: общий рынок нефти // https://belchemoil.by/news/neft/obshhij-rynok-nefti, дата обращения 10.10.2019.

Единый рынок нефти и газа ЕАЭС: за и против // https://nangs.org/news/ industry/edinyj-rynok-nefti-i-gaza-eaes-za-i-protiv-13848, дата обращения 10.09.2019.

Aza (Azganush) A. MIHRANYAN,

Doctor of Economics, Professor, Leading Researcher, Institute of Economics of RAS, Head of the Department of Economic Research, Institute of the CIS.

Address: 32, Nakhimov Ave., Moscow, 117218, Russian Federation. E-mail: a.mihranyan20@gmail.com SPIN-code: 9433-7609 ORCID: 0000-0001-6014-5955

CREATION OF A COMMON MARKET OF OIL AND OIL PRODUCTS IN EAEU

Key words: common oil and oil products market, concept and program for the formation of a common market, harmonization and unification of the legal base of the EAEU countries, infrastructure integration.

Abstract

The article provides a comprehensive assessment of the right, institutional, economic and geopolitical factors affecting the processes of formation of common energy markets in the EAEU. The relationships and the state of mutual cooperation of the EAEU member states in the process ofboosting the common markets for oil and oil products are investigated. A comparative analysis ofthe national energy markets ofthe EAEU countries allowed us to identify the specifics ofmutual cooperation between the countries in a sectoral context, to study environmental factors, the possibilities ofinfrastructure integration in the formation of a common market for oil and oil products of the EAEU countries.

References

The Treaty on the Eurasian Economic Union, 2014 // http://www.consultant.ru/ document/cons_doc_LAW_163855/0be36c1fcadd0cdd1f8c0984ef99fbc7d8da61b9/, accessed 10.10.2019.

Protocol on Amending the Agreement Between the Government of the Russian Federation and the Government of the Republic of Armenia on Cooperation in Supplies of Natural Gas, Petroleum Products and Uncut Natural Diamonds to the Republic of Armenia on December 2, 2013, from 29.12.2015. http://docs.cntd.ru/document/ 542659418, accessed 29.09.19.

Protocol on Amendments to the Agreement Between the Government of the Russian Federation and the Government of the Republic of Kazakhstan on Trade and Economic Cooperation in the Feld of Oil and Oil Products Supplies to the Republic of Kazakhstan on December 9, 2010, from 03.10.2018. // http://publication.pravo.gov.ru/ Document/View/0001201902010020, accessed 29.09.19.

Decision of the Concept of Forming a Common Market of Gas of the EAEU, 2016 // http://www.eurasiancommission.org/ru/act/energetikaiinfr/Documents.pdf, accessed 29.09.19.

Decision on the Formation of Common Markets of Oil and Oil Products of the EAEU, 2018 // https://docs.eaeunion.org/docs/ru-ru/01420205/scd_07122018_23, accessed 29.09.19.

Agreement on the Methodology for the Formation of Indicative

Report of the International Energy Agency. World Energy Outlook 2016 // https:// webstore.iea.org/world-energy-outlook-2016, accessed 10.09.2019.

Report on the Implementation of the Main Directions of Integration Within the EAEU // http://www.eurasiancommission.org/ru/Documents.pdf, accessed 18.09.2019.

The Development of the Eurasian Economic Integration in 2018 Eurasian Economic Integration - 2019. 2019. M.: EDB.140 p.

Golishnikova D. Y. 2019. Current State and Prospects of Transportation of Crude Oil and Oil Products Through Sea Ports of the Russian Federation — World energy: competition and cooperation / ed. by S. V. Zhukov. Moscow: IMEMO RAS. Pp. 128—139. DOI:10.20542/978-5-9535-0554—3

Yergin D. 2019. Production. World History of Fight for Oil. M.: Alpina-publisher, 944 p.

Ageev A. I., Loginov E. L., Raikov A. N. 2015. Formation of the Common Market for Oil and Petroleum Products of the EAEU: The Foundation of the Union Island of Stability in the Raging World Ocean of Global Speculation Economic Strategies — Economic Strategies. Vol. 17. No. 5—6

Bychkova A. A. 2018. Actual Problems of Formation of Common Markets of Oil and Oil Products the EAEU. — Modern Aspects ofthe Economy. No. 12

Kalugin P. V. 2018. The Energy Strategy of Russia and Prospects of Formation of Common Market of Oil and Oil Products the EAEU — Innovation and Investments. No. 2. Pp. 99—102.

Kanitskaya L. V. 2018. Completion of a Large Tax Maneuver and its Impact on the Formation of the Common Market for Oil and Petroleum Products of the EAEU — The Eurasian Integration Project: Civilizational Identity and Global Positioning. Materials of the International Baikal forum / ed. by E. R. Meteleva. Pp. 139—146.

Romanova V. V. 2018. Problems and Tasks of Legal Support of the Common Energy Resource Markets of the Eurasian Economic Union. Legal Energy Forum. No. 1. p. 7—13.

Sarkisian T. S. 2017. Creating Common Markets in the EAEU: Stages and Content — Proceedings of the Saint Petersburg State University of Economics. No. 1

Spehova O. 2018. Belarus' Active Position in the EAEU: Common Oil Market // https://belchemoil.by/news/neft/obshhij-rynok-nefti, accessed 10.10.2019.

Single Market of Oil and Gas in the EAEU: Pros and Cons // https://nangs.org/ news/industry/edinyj-rynok-nefti-i-gaza-eaes-za-i-protiv-13848, accessed 10.10.2019.