Конструирование и репрезентация идентичности в масс-медиа

УДК 08.001

Т. Ф. Ляпкина *

КОНСТРУИРОВАНИЕ И РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ИДЕНТИЧНОСТИ В МАССМЕДИА

В современном информационном обществе жизнь и социокультурный опыт человека опосредованы медиа. Все важнейшие значения, создающие облик общества и современной культуры, строятся, изменяются и тиражируются в пространстве, выстроенном средствами массовой коммуникации. Медиа, являясь культурной формой, обладают своей логикой и правилами, которые структурируют способы мышления и эмоционального переживания аудитории. Новыми медиа сегодня называют средства коммуникации, которые используют цифровые и сетевые технологии. Социальные медиа в наши дни стали основным направлением деятельности в Интернете. К средствам конструирования идентичности в интернет-пространстве можно отнести использование «ников» и «аватарок». Образ, конструируемый подобными средствами, создается для самопрезентации: он показывает, как человек хочет, чтобы его воспринимали. Анализу способов конструирования идентичности пользователей интернет-сообществ и посвящена статья.

Ключевые слова: социокультурный опыт, медиа, идентичность, конструирование и репрезентация, самопрезентация, образ.

T. F. Lyapkina Design and representation of identity in mass-media

In modern information society men's life and sociocultural experience are closely interrelated with media. All distinctive features characteristic of modern society and culture are created, modified and replicated by the mass media.

Media, as a form of culture, have their own logic and rules that structure ways of thinking and emotional appeal of the public. Media that use digital and network technologies are considered to be new these days. Social media have become a major activity in the Internet. Means of identification in the Internet suggest using "nicknames" and "avatars". The image constituted with their help shows how people want to be seen. This article analyses the ways of constructing identity used by the Internet social networks users.

Keywords: Social and cultural experience, media, identity, design and representation, self-presentation, image.

* Ляпкина Татьяна Федоровна — доктор культурологии, доцент, профессор кафедры теории и истории культуры Санкт-Петербургского государственного института культуры, tefiil@rambler.ru

286

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2015. Том 16. Выпуск 2

В современном информационном обществе жизнь и социокультурный опыт человека опосредованы медиа. Почти все важнейшие значения, создающие облик общества и современной культуры, строятся, изменяются и тиражируются в пространстве, выстроенном средствами массовой коммуникации. Медиа, являясь культурной формой, обладают своей логикой и правилами, которые структурируют способы мышления и эмоционального переживания аудитории. Они задают исходную карту интерпретации действительности и подталкивают к определенным способам общения в малых и больших группах. Новыми медиа сегодня называют средства коммуникации, которые используют цифровые и сетевые технологии. Социальные медиа сегодня стали основным направлением деятельности в Интернете [4]. Анализу способов конструирования идентичности пользователей сетевых сообществ и посвящена данная статья.

Кроме того, актуальность темы обусловлена такими факторами, как глобализация и омассовление мирового сообщества; технологический прогресс и возрастающая доступность новых технологий для широких масс населения. Стоит также отметить, что данная проблема лежит не только в теоретическом поле, но, что гораздо важнее, носит ярко выраженный практический характер.

Идентичность мы определяем как то, что твердо усвоено личностью, то, что адекватно принимается ею как образ самого себя. Идентичность является показателем зрелой личности [5].

Выражаясь в терминах А. Маслоу, можно сказать, что идентичность реализует базовую потребность человека, а именно потребность в принадлежности и причастности. А индикатором нереализованности, неудовлетворенности этой потребности выражается во внутреннем ощущении утраты корней — одиночестве и отверженности. Маслоу пишет:

Мы еще не привыкли к мысли, что человеку крайне важно знать, что он живет на родине, у себя дома, рядом с близкими и понятными ему людьми, что его окружают «свои», что он принадлежит определенному клану, группе, коллективу, классу [3, с. 87].

Итак, результатом нереализованности идентичности являются отверженность, ненужность, одиночество, фрустрация, дискомфорт — весь этот поток синонимов можно с некоторой долей условности заменить словом «боль». А боль — это то, от чего бежит современный человек, используя все возможные методы и средства. Это и становится одной из причин, подталкивающих человека к поиску самоидентификации, к ответу на базовый философский вопрос: «Кто я такой?»

Современные реалии дают человеку множество средств, площадок, с помощью которых человек может реализовать потребность в актуализации собственной идентичности. Аллегорически их можно сравнить с зеркальной комнатой, отражающей человека со всех сторон и составляющий бесконечный набор этих отражений и их повторений.

Для понимания феномена идентичности и ее конструирования большое значение имеет теория прототипов [11] Элеоноры Рош. Прототип «определяется в соответствии с суждениями о том, насколько какой-либо объект подходит под категорию» [6, с. 179]. Применительно к нашей теме стоит отметить, что

в качестве прототипа может быть выдвинут «типичный» член сообщества (являющийся таковым или воображаемый) со всеми своими характеристиками и особенностями. Человек берет этот прототип (или идеальный образ члена группы) и на его основе выстраивает собственный образ, максимально приближенный к прототипу. Стоит отметить, что «данный образ создается скорее для других, нежели для себя» [2, с. 27-33]. Благодаря этому идентичность представляется разумным сравнить с культурным перформансом.

Конструирование идентичности в интернет-пространстве возможно осуществить двумя путями:

1. Путем реконструкции социальной идентичности в Интернете, т. е. необходимо перенести из реального мира в мир виртуальный выработанные характеристики и их символы, например пол и возраст.

2. Путем формирования своего образа в виртуальном пространстве, т. е. необходимо осмыслить и перенести в виртуальный мир свою персональную идентичность.

По большому счету, полноценный образ «Я» в сети Интернет можно сконструировать, лишь объединив оба пути.

Виртуальная коммуникация и конструируемая в интернет-пространстве идентичность созвучны культуре постмодерна в целом: открытость личности переменам, ее незавершенность, протоколируемая постмодерном, перекликаются с потенциальной множественностью виртуальной идентичности. Здесь в качестве примера можно привести постмодернистские формулы: «ты и твое Эго — это две большие разницы», «симулируй сам себя», «ты — особь своего личного пола» [2, с. 28].

Анонимность и ограниченный сенсорный опыт — важные характеристики виртуальной коммуникации [13], они порождают уникальную в своем роде возможность проводить эксперименты со своей идентичностью. В частности, анонимность позволяет пользователям конструировать идентичность, которая в корне отличается от реальной.

Интересным примером может служить девиантное или конфликтное поведение, известное как «trolling» [8], выражающееся в отправлении ироничных и провокационных текстовых, фото- или видеосообщений в групповой чат. Пользователя, заподозренного в троллинге, именуют «troll», что обозначает: 1) тролль, 2) способ рыбной ловли (его суть состоит в том, чтобы забросить приманку на дно и тащить ее, ожидая, что рыба клюнет).

Другие пользователи выбирают еще более грубую тактику конструирования своей виртуальной идентичности: они намеренно прибегают к использованию ненормативной лексики и оскорблений других участников обсуждения [12].

Вероятно, в основе такого поведения лежит желание обрести целостную идентичность, хоть и через противопоставления себя некоторой части социума. Кроме того,

подобное девиантное поведение может быть связано с диффузной, неопределенной идентичностью, и представлять собой стратегию преодоления диффузной идентичности, при которой человек предпочитает выбрать негативную социальную идентичность, чем быть никем или чем-то неопределенным [1].

Позитивная социальная идентичность в виртуальном пространстве формируется, в частности, в процессе участия в разного рода обсуждениях в сетевых сообществах [8], например на сайтах отзывов. Здесь люди получают возможность дать и получить совет, основываясь на собственном опыте, что, безусловно, порождает становление позитивной социальной идентичности, в противовес уже упомянутой девиантной.

Анонимность и вытекающие из нее невидимость и безопасность дают пользователю возможность конструировать идентичность по своему желанию и полностью контролировать впечатление, которое он производит в процессе виртуальной коммуникации. В частности, эти характеристики позволяют изменить внешний облик и свести на нет невербальную коммуникацию в ее традиционном понимании. Эмотиконы хоть и призваны привнести эмоциональную окраску в интернет-общение, заменив невербальную коммуникацию, но, по сути, остаются на стороне анонимности и невидимости, помогая пользователю контролировать виртуальную самопрезентацию.

Принадлежность к интернет-сообществам, очевидно, имеет свои аналоги в оффлайн-пространстве, поэтому и идентичность, конструируемая с их помощью, не уникальна в своем роде. Но вот создание любой идентичности по своему выбору или даже неограниченного количества идентичностей [9] — это в реальном мире устроить невозможно, это уникальная потенция виртуальной идентичности. Выбор способа презентации себя на просторах Интернета непосредственно связан с типом личности [9].

В качестве примера таких экспериментов с самопрезентацией можно привести виртуальную смену пола, что в целом является достаточно распространенной ситуацией. Интернет-пользователи получают и другую уникальную возможность — выставить напоказ некоторые свои характеристики или факты из биографии (может быть, даже желаемые, а не действительные) и скрыть другие. Определенная категория людей презентует себя непосредственно, т. е. ровно такими, как есть. Другая же предпочитает вообще не распространяться о себе и держать свою личность в секрете. Это, в свою очередь, может свидетельствовать о неудовлетворенности человека его реальной социальной идентичностью, социальным положением, полом, возрастом, этнической принадлежностью, внешними данными и т. д. и желанием избавиться от них [10]. Б. Бекер считает возможность убежать из своего собственного тела одной из веских причин участия в виртуальном общении [7].

В случае, если реальная идентичность и виртуальная самопрезентация различаются, это, вероятнее всего, свидетельствует о стремлении индивида получить новый опыт [1], что, в свою очередь, свидетельствует о наличии открытой идентичности, т. е. об активном поиске альтернатив и вариантов дальнейшего развития.

Виртуальная репрезентация идентичности может отражать желания, не нашедшие выражения в реальной жизни, а значит, быть прямым следствием реальной идентичности [1]. В интернет-пространстве могут быть выражены агрессивные тенденции и подавленные стороны личности, высказаны мнения, удовлетворены сексуальные побуждения и потребности и желания контроля и манипуляции людьми, не нашедшие выхода в реальном мире. Другой причиной различий между реальной и виртуальной репрезентациями могут быть и сами

особенности интернет-коммуникации, в частности возможность проявить себя ярче, заметнее (например, уже упомянутое девиантное поведение и троллинг, которые по сути являются негативной реакцией на анонимность).

Описанные выше случаи касаются влияния реальной идентичности на самопрезентацию личности в Интернете, но на деле, безусловно, имеются и случаи обратного влияния. Например, когда речь идет о включении принадлежности к интернет-комьюнити в реальную социальную идентичность человека или о внесении нового содержания в личную идентичность из виртуальной коммуникации. Так, Ш. Теркл описывает, как необщительный и неуверенный в себе студент достиг больших успехов в ролевой онлайн-игре и благодаря этому осознал свою ценность в глазах других людей, стал более уверенным в себе и завел друзей в реальном мире [13].

Подводя итог вышесказанному, отметим, что реальная идентичность и виртуальная самопрезентация находятся в отношениях взаимовлияния и взаимопроникновения. Безусловно, давать оценку этому феномену стоит в каждом конкретном случае отдельно. Потому как возможность экспериментировать с идентичностью в интернет-пространстве можно воспринимать как большой резерв для самопознания, а можно видеть в этом же факте уход от реальной коммуникации в виртуальную, от реальных людей к анонимам.

Остановимся на ключевых положениях анализируемого материала. Впервые возникший в психоаналитическом контексте термин «идентичность» позже был введен в общегуманитарный научный дискурс. В 60-е гг. XX в. Эрик Эрик-сон создает классическую концепцию идентичности, в которой под последней понимается установленный и воспринимаемый образ «Я», дающий человеку ощущение стабильности при постоянной изменчивости и монолитности при очевидной множественности.

При этом становление и кристаллизация идентичности проходит, по Эрик-сону, в согласии с эпигенетической периодизацией жизненного пути. Каждый из восьми этапов, составляющих периодизацию, заканчивается кризисом, во время которого индивид решает базовые возрастные или ситуативные вопросы. В зависимости от полюса принятого решения человек либо обретает устойчивую идентичность к периоду зрелости, либо она становится спутанной.

Конструирование идентичности в интернет-пространстве осуществляется путем реконструкции социальной идентичности в Интернете, а также путем формирования своего образа (персональной идентичности) в виртуальном пространстве.

Анонимность и ограниченный сенсорный опыт — это важные характеристики виртуальной коммуникации [13], они порождают уникальную в своем роде возможность проводить эксперименты со своей идентичностью. В частности, анонимность позволяет пользователям конструировать идентичность, которая в корне отличается от реальной. Благодаря этим отличиям виртуальная самопрезентация и реальная идентичность находятся в отношениях взаимовлияния и могут как обогатить внутренний мир человека за счет нового опыта, так и разрушить, подвергнуть его изоляции и лишить общения с реальными людьми.

Итак, мы попытались представить научные подходы к изучению феномена массовой коммуникации и выявили два основных направления: 1) человекоори-ентированный подход, гласящий, что люди воспринимают лишь ту информацию,

которая совпадает с их мнением; 2) медиаориентированный подход, главный постулат которого: средства массовой коммуникации подавляют человека. Кроме того, было выявлено, что теории массовой коммуникации основываются на функциональном подходе, разница заключается в функции, избранной в качестве доминирующей, и последствий ее актуализации, будь то функция политического или духовного контроля или культурологическая функция.

Исходя из вышесказанного можно дать следующее определение: массовая коммуникация — один из видов коммуникации, заключающийся в распространении информации в широком пространственно-временном диапазоне в расчете на массовую аудиторию. Каналами массовых коммуникаций служат электронные и печатные средства тиражирования и передачи информации: телевидение, радиовещание, кинематограф, компьютерные сети, периодическая печать, книгоиздание, аудио- и визуальные средства информации и рекламы.

Особое внимание в работе было уделено переменам, происходящим в настоящее время в системе массовых коммуникаций, где сложилась качественно новая ситуация в связи с глобализацией и универсализацией коммуникативного пространства на основе компьютерных систем и сетей. Особенностью массовой коммуникации в современную эпоху стала многоканальность (визуальный, аудитивный, аудитивно-визуальный каналы). Появилась техническая возможность двунаправленной коммуникации, как открытой (интерактивность), так и скрытой (реакция аудитории).

Сущность медиа выделена посредством ключевых положений в понимании медиа разными исследователями. Невозможно не отметить, что в силу возрастающего влияния медиа на человека и общество в целом большинство исследований этого феномена сводится к выделению угроз, таящихся в нем.

Такой подход нельзя назвать безосновательным, ведь совершенно очевидно, что медиа — это технология, с помощью которой заинтересованные элиты могут навязывать молчаливому большинству свою волю. Тем не менее не стоит забывать, что, как и любой другой инструмент, медиа сами по себе нейтральны, и лишь на службе у конкретных людей и идеологий они принимают позитивную или негативную окраску.

Выявлено два способа конструирования идентичности и самопрезентации на просторах Интернета: реконструкция реальной идентичности и конструирование альтернативной идентичности. Ключевой характеристикой, благоприятствующей конструированию идентичности и самопрезентации в Интернете, является анонимность.

Разные интернет-площадки предлагают различные варианты конструирования идентичности и самопрезентации: в онлайн-играх можно создать альтернативную идентичность, интернет-сообщества предлагают широкий спектр возможностей для конструирования реальной идентичности (точнее, одной из ее граней, ведь они, как правило, представляют собой профессиональные объединения или группы по интересам). Более других для конструирования идентичности и самопрезентиции подходят социальные медиа, изначально спроектированные под реальные идентичности и реальных людей.

К средствам конструирования идентичности в интернет-пространстве можно отнести использование «ников» и «аватарок». Образ, конструируемый

подобными средствами, создается для самопрезентации: он показывает, как человек хочет, чтобы его воспринимали. Поэтому можно сделать вывод, что идентичность, конструируемая в интернет-пространстве, являет собой культурный перформанс. Каждый цифровой абориген способен читать и интерпретировать код идентичности, зашифрованный на страницах социальных медиа: составлять образ того, кем человек является или, по крайней мере, кем стремится быть.

Реконструкция истории развития социальных медиа показала, что истоки последних стоит искать в досках объявлений, чатах и онлайн-сервисах для общения. В ICQ впервые зарождается основа социальной сети, заключающаяся в том, что юзер общается со знакомыми ему в реальной жизни людьми и не скрывает свою личность под масками и никами. После появляются и первая социальная сеть — Six Degrees, и достигшая невиданной популярности MySpace. Они предлагают пользователю возможности для общения со своими знакомыми из реальной, оффлайновой жизни, а также с новыми контактами, заведенными в онлайн-пространстве.

Затем начался бум развития Интернета, и социальные медиа стали тем, что хорошо знакомо каждому современному человеку. Facebook перехватывает пальму первенства у MySpace, становясь самой популярной социальной сетью в мире. По ее образу и подобию в России создается Вконтакте. Параллельно развиваются фото- и видеохостинги: Photobucket, Flickr, Revver, YouTube, Instagram, позволяющие своим пользователям обмениваться фотографиями и видеороликами. Последние два сделали ставку на широкие массы непрофессионалов, позволили их контенту и техническими средствам говорить за них и благодаря этому добились наибольшей популярности.

С распространением смартфонов и мобильного Интернета пользователи получили возможность быть онлайн 24 часа в сутки 7 дней в неделю. И разнообразные социальные медиа стали меняться, чтобы занять новую нишу и позволить пользователям обновлять свой профиль в социальной сети в любое время и из любого места. Так, практически каждый медиаресурс обзавелся своим «двойником» — облегченной мобильной версией.

Пройдя путь от электронных досок объявлений до мобильных версий, социальные медиа преодолели 45 лет новейшей истории, впитывая в себя тренды развития технологий, видоизменяясь и реализуя всевозможные потребности интернет-пользователей. Если в 1970-е гг. они были прибежищем гиков — профессионалов IT-сферы, то к 2010 г. они стали платформой для общения в том числе и для наименее компьютерно грамотной прослойки населения. В этом проявляется демократичность социальных медиа. Они заставили по-новому посмотреть на деятельность в Интернете: все, что вам только может понадобиться: получение информации (в любом из ее видов), общение (в самом широком смысле этого слова), хвастовство, досуг, — вы можете реализовать с помощью разнообразных социальных медиа.

Проанализировав социальные медиа как площадку для самопрезентации и конструирования идентичности, мы пришли к заключению, что самопрезентация личности в Интернете прошла путь от IRC и ICQ и зыбкой, регулярно меняемой, порой выдуманной идентичности, к социальным медиа и реальной идентичности, родом из оффлайн-жизни.

Рассмотрение сложного и многомерного феномена «селфи» позволило выделить основные мотивы постоянно снимаемых автопортретов: исследование себя и самопрезентация. Кроме отмечаемых исследователями эксгибиционизма, нарциссизма и инфантильности, в этом феномене можно обнаружить:

— возможность соединения внутреннего мира человека, его самовосприятия и мира внешнего;

— помощь в принятии себя и своего тело такими, какие они есть;

— формирование здорового представления о человеческой внешности;

— решение базовой проблемы в документировании своей жизни и оставлении следа для потомков.

Посмотрев на проблему шире и перейдя к важным положительным сторонам влияния социальных медиа на идентичность человека, мы отметили следующие аспекты:

— помощь в осознании и принятии бренности своего тела и болезней, а также смерти;

— предоставление возможности заглянуть в жизнь другого человека;

— расширение своего личного опыта.

На основании двух последних пунктов человек получает шанс лучше понять самого себя и окружающих людей.

Таким образом, социальные медиа — это сложный конструкт из современных технологий и вечных философских вопросов. Это инструмент, сам по себе не имеющий серьезной позитивной или негативной окраски, а лишь играющий роли, которые в том или ином обществе ему предоставляется возможность играть. Социальные медиа могут быть использованы как инструмент политического давления, как площадка для пиар-акций и продвижения в массы взглядов, идей и парадигм, как источник позитивной идентичности человека, а также для расширения кругозора и личного опыта.

Изучение научной и публицистической литературы, а также подключение собственного опыта использования социальных медиа позволило нам констатировать, что на сегодняшний день позитивный потенциал социальных медиа до конца не раскрыт. В большинстве случаев, обновляя новостную ленту в той или иной социальной сети, мы сталкиваемся с разрастающимся консьюмеризмом, политическим пиаром (или, попросту, враньем) и ангажированными СМИ. Безусловно, изменение ситуации возможно лишь вкупе с коренной перестройкой современного европейского общества, с изменением курса его ценностных ориентиров.

ЛИТЕРАТУРА

1. Жичкина А. Е. Стратегии самопрезентации в Интернет и их связь с реальной идентичностью / А. Е. Жичкина, Е. П. Белинская. 1999. — URL: http://flogiston.ru/artcles/ netpsy/strategy (дата обращения: 18.05.2014).

2. Мазурик А. В. Культурный перформанс как способ конструирования культурной идентичности // Вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: Материалы международной заочной научно-практической конференции. — Новосибирск: Сибирская ассоциация консультантов, 2012. — С. 27-33.

3. Маслоу А. Мотивация и личность. — СПб., 1999. — 478 с.

4. Мкртчян Э. История и развитие социальных медиа // Хабрахабр.ру. — URL: http://habrahabr.ru/post/72136 (дата обращения: 12.05.2014).

5. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис / Пер. с англ.; общ. ред. и предисловие А. В. Толстых. — 2-е изд. — М.: ФЛИНТА: МПСИ: Прогресс, 2006. — 352 с.

6. Якобсон Д. Формирование образа в киберпространстве// Массовая культура: современные западные исследования: Сборник статей. — М.: Фонд научных исследований «Прагматика культуры», 2005.

7. Becker B. To be in touch or not? Some remarks on communication in virtual environments. 1997. — URL: http://duplox.w2-berlin.de/docs/panel/becker.html (дата обращения: 18.05.2014).

8. Donath J. S. Identity and deception in the Virtual community. 1997. — URL: http:// smg.media.mit.edu/people/Judith/Identity/ (дата обращения: 18.05.2014).

9. Kelly P. Human Identity Part 1: Who are you? 1997. — URL: http://www-home. calumet.yorku.ca/pkelly/www/id1.htm (дата обращения: 18.05.2014).

10. Reid, Elizabeth M. Cultural Formations in Text-Based Virtual Realities. 1994. — URL: http://fun91.kivikko.hoas.fi/~donwulff/irc/cult-form.html (дата обращения: 18.05.2014).

11. Rosch E. Principles of Categorization // Rosch E., Lloyd B. B. (eds). Cognition and Categorization. — Hillsdale: Lawrence Erlbaum Associates, 1978. — P. 27-48.

12. Suler J. The Bad Boys of Cyberspace Deviant Behavior in Online Multimedia Communities and Strategies for Managing it. 1997. — URL: http://www.rider.edu/~suler/ psycyber/badboys.html (дата обращения: 18.05.2014).

13. Turkle Sh. Constructions and reconstructions of self in virtual reality: Playing in the MUDs // Kiesler S. (ed.) Culture of the Internet. — Mahwah, NJ, US: Lawrence Erlbaum Associates, Inc., 1997. — P. 143-155.