Александр Федоров: «Медийное насилие должно уступить место медиаобразованию»

Дети, молодежь и медиа: социологический аспект

Александр Федоров: «Медийное насилие должно уступить

место медиаобразованию»

1. Что сегодня можно сказать об «экранном насилии»? В какой степени оно выражено?

Формулировка понятия «насилие на экране» в российской науке принадлежит К.А.Тарасову: оно трактуется исследователем, как аудиовизуальное изображение разновидности «социального взаимодействия, в котором одно действующее лицо (или группа лиц) осуществляет негативное принуждение по отношению к другому действующему лицу (или группе лиц) посредством угрозы или реального применения физической силы, имеющее своим последствием телесные повреждения, моральный и имущественный ущерб».

Сегодня многие ученые мира обеспокоены негативным влиянием сцен экранного насилия на детскую аудиторию. Речь идет и о том, что те или иные средства массовой информации практически нарушают права ребенка, определенные документами ООН, не соблюдают возрастные ограничения при демонстрации (прежде всего по телевидению) сцен насилия на экране. Этой проблеме посвящены многие зарубежные исследования, касающиеся воздействия насилия в экранных медиатекстах на детскую и молодежную аудиторию.

Особая строка - изображение насилия на ТВ. В 2000 году я провел специальный мониторинг на эту тему (подробнее об этом можно прочесть в моей монографии «Права ребенка и проблема насилия на российском экране», опубликованной в 2004 году и имеющей интернет-вариант на сайтах http://www.auditorium.ru, http://edu.of.ru/medialibrary, на сайте Ассоциации кинообразования и медиапедагогики России http://edu.of.ru/mediaeducation), на портале «Информационная грамотность и медиаобразование» http://www.mediagram.ru. Практически все телеканалы (кроме СТС) включали в свои новостные выпуски (от 3-х до 8-ми раз в сутки) материалы, содержащие сцены насилия (документальные съемки окровавленных жертв убийств, катастроф, военных действий, терроризма и т.д.). При этом

значительная часть этих выпусков приходилась на дневное время. Шли и телепрограммы, специализирующиеся на сюжетах, связанных с насилием и жертвами насилия, кровавыми подробностями катастроф и т.п., причем, в большинстве случаев - с утренними повторами вечерних и ночных программ. «Дежурная часть», «Криминал», «Криминал: Чистосердечное признание», «Дорожный патруль», «Петровка, 38»... В среднем каждый выпуск подобной передачи - 15-20 минут. Но общее количество часов, отведенных на четырех тогдашних ведущих российских каналах для специализированных передач о насилии и преступлениях, составило примерно 22-23 часа в неделю (то есть примерно по 6 часов в неделю «криминальных передач» на один канал!).

Что же могла увидеть детская аудитория в утренних и дневных «криминальных» передачах? Вот лишь несколько примеров. Понедельник. Показ крупным планом окровавленных трупов детей, убитых квартирным грабителем, и жертв очередной мафиозной «разборки». Вторник. Снова на экране трупы убитых - задушенных и зарезанных. На сей раз показаны полуразложившиеся человеческие тела. В тот же день в 18-45 на экране кадры с окровавленным наркоманом-убийцей, выбросившимся из окна седьмого этажа. Плюс крупный план лица убитого бандита. Среда, четверг, пятница, суббота... Снова по многим каналам демонстрируются кадры с окровавленными трупами, изуродованными телами... Кстати, «криминальные» передачи разных каналов в течение дня показывали практически одни и те же сюжеты о преступлениях. Все это сплеталось (и, увы, сплетается и на сегодняшнем ТВ) в однообразный сериал экранного насилия...

Мониторинг был повторен мной в течение недели в сентябре-октябре 2003 года (при поддержке фонда МакАртуров). Специальные передачи о преступлениях и катастрофах продолжали транслироваться -как в дневное, так и в вечернее время («Дежурная часть», «Дорожный патруль», «Петровка, 38» и др.). В среднем каждый выпуск подобной передачи, как и раньше, длился 15-20 минут. Однако они перестали заполнять эфир по выходным дням, некоторые каналы сузили их ежедневную периодичность. Поэтому общее количество часов, отведенных на 4-х ведущих российских каналах для специализированных передач о насилии и преступлениях, сократилось примерно с 23-х до 9-10 часов в неделю (то есть в пересчете на один канал эфирное время «криминальных передач» тоже снизилось примерно вдвое) ...

К сожалению, поток экранного насилия в сотнях игровых фильмов (российского и зарубежного производства), в которых без конца убивают и режут, не снизился на ТВ ни в 2003, ни в 2004 году.

Большинство из этих лент демонстрируются не после 22-00 часов вечера, а во вполне доступное для детей от 3-х до 10-ти лет время...

2. Каковы должны быть ограничения в показе насилия на экране, на Ваш взгляд?

На основе многолетних исследований я составил проект классификации возрастных рейтингов по отношению к аудиовизуальной продукции любого типа:

Фильмы, телепередачи, видеокассеты, Video CD, DVD, компьютерные диски всех типов для просмотра, продажи, проката: «0» - для общей аудитории, без возрастных ограничений; «7+» - для аудитории старше семи лет; «13+» - для аудитории старше 13 лет; «15+» - для аудитории старше 15 лет; «18+» - для аудитории старше 18 лет.

Такая классификация отвечает традиционному для России делению аудитории на дошкольников (до 7 лет), подростков (до 14 лет), старшеклассников (до 16 лет) и совершеннолетних (старше 18 лет). Естественно, здесь возможны варианты и дополнения. Например, введение рейтингов «13-В» или «15-В» (то есть дети до 13 или 15 лет допускаются к просмотру только в сопровождении взрослых).

В пунктах видеопроката, продажи видеокассет, DVD, Video CD и CD-ЯОМов необходимо четко соблюдать аналогичные правила возрастных ограничений: для этого на каждой видеокассете или диске с записью фильма или компьютерной игры покупатели должны иметь возможность прочесть указанные возрастные ограничения или убедиться в отсутствие оных.

По-моему, в России нужен и четкий временной диапазон для демонстрации фильмов, передач, выпусков новостей, содержащих сцены насилия в ежедневной сетке телепрограмм. По аналогии с международной практикой, вероятно, можно предложить российским телеканалам воздерживаться от показа сцен насилия с 6 утра до 10 вечера; а, кроме того, - использовать систему знаков возрастных рейтингов, как в публикациях телепрограмм, так и перед их демонстрацией в эфире.

3. «Экранное насилие» в России и за рубежом. Каковы сходства и различия в решении этой проблемы?

Сходство я вижу в том, что и в России и за рубежом в последние годы проблема экранного(медиа)насилия все чаще становится предметом обсуждения. Но есть и серьезные отличия. В большинстве развитых стран возрастные система возрастных рейтингов по отношению к медиапродукции не только утверждена законодательно, но и соблюдается на практике. Ведущие западные телеканалы давно

уже избегают показа кровавых боевиков в утренние, дневные и ранние вечерние часы. А кроме того на Западе тема экранного насилия вот уже лет 40-50 стала импульсом для многочисленных научных исследований. В России такие исследования все еще плод труда отдельных ученых (К.А.Тарасов, В.С.Собкин, Д.В.Жмуров и др.).

4. Каково его воздействие на несовершеннолетнюю аудиторию (на основе Ваших исследований)?

Проведенный мною (при поддержке Фонда МакАртуров) социологический опрос 450-ти российских школьников показал, что 54% опрошенных заявили, что сцены насилия на экране запоминаются надолго. И лишь 16% убеждены, что забывают подобные сцены тотчас же после завершения просмотра/сеанса. Дольше всего помнят об увиденных сценах насилия на экране младшие школьники (64%), особенно - девочки 7-9 лет (76%), следовательно, большинство из такого рода респондентов оказываются под воздействием эффекта «продленного экранного насилия»...

Результаты опроса показали, что в среднем каждый десятый школьник охотно назвал среди своих любимых фильмов ленты со сценами жестокого насилия и их жестоких героев-убийц в качестве своих фаворитов, у которых нравятся такие черты, как красота, сила и смелость (от 10% до 15% голосов опрошенных). Именно на этих персонажей от 12% до 18% учащиеся хотят походить в поведении, профессии, во взглядах на жизнь, в отношении к людям.

17% учащихся нравятся фильмы, телепередачи, компьютерные игры, содержащие сцены насилия. От 8% до 10% учащихся убеждены, что насилия на экране может быть столько же или даже больше, чем сейчас. Около трети опрошенных не имеют однозначного ответа по проблеме изображения насилия на экране.

Около половины опрошенных, указали, что их не привлекает экранное насилие (21% испытывают ненависть к любому насилию, 25% неприятен вид крови, 15% боятся насилия в любом виде), но на деле не имеют устойчивых убеждений по данному вопросу.

63% из 450 опрошенных признались, что просмотр сцен экранного насилия вызывает у них чувства расстроенности, подавленности, замкнутости, безразличия, агрессивности и ожесточения. Отсюда понятно, что 73% учащихся крайне негативно реагируют на демонстрацию сцен экранного насилия - отводят взгляд в сторону, выключают звук телевизора, переключают его на другую программу или отключают вовсе, выходят из комнаты. При этом среди младших школьников 7-8 лет такого типа реакция характерна для 90% опрошенных. Отсюда неудивительно, что около 80% опрошенных в той или иной степени высказываются в пользу ограничений показа насилия

на экране и сужения спектра его аудитории за счет несовершеннолетних.

Однако я убежден, что проблема не только в том, что медианасилие может способствовать увеличению криминализации общества (основные причины современной преступности, конечно, не медийные, а социально-психологические). Главное, что хрупкая психика детей младше 7-10 лет в результате контакта с «агрессивными» медиатекстами подвергается серьезной травме, итогом которой часто становятся страх, заикание, тревожное, подавленное эмоциональное состояние и т.д. Я не раз наблюдал подобные явления в жизни.

5. Где, как Вам кажется, «недоглядела» школа в процессе, если так можно выразиться, «экранного» воспитания детей?

Главный просчет современной школы видится мне в том, что там еще слабо (в отличие от многих западных стран) развито движение кино/медиаобразования.

6. Почему современная школа так пассивна в этом вопросе?

1—г о ^ ^ ^

Пассивность современной российской школы, на мой взгляд, объясняется слабой медиакомпетентностью/медиаграмотностью самих учителей. Выход из этой ситуации может быть только один - включать медиаобразовательные курсы в учебные планы педагогических вузов, организовать медиаобразовательные курсы для школьных учителей и преподавателей вузов. Ассоциация кинообразования и медиапедагогики вот уже много лет предпринимает ряд усилий в этом направлении. Так с нашей подачи в 2002 году Министерство образования РФ зарегистрировала новую специализацию для педагогических вузов «Медиаобразование» и присвоило ей государственный номер 03.13.30. Теперь наша Ассоциации предпринимает попытки открыть не только специализацию, но и новую полноценную специальность «медиаобразование», выпускники которой могли бы преподавать курсы по медиаграмотности в российских вузах, прежде всего -педагогических.

7. Вы поднимали вопрос отношения школьных учителей к проблеме насилия на экране. Расскажите об этом поподробнее.

В 2003-2004 годах (при поддержке Фонда МакАртуров) я провел социологическое исследование на эту тему. В результате выяснилось, что среди основных причин притягательности экранного насилия учителя и учащиеся выделяют прежде всего развлечение. Учителя обсуждают проблемы насилия на экране вдвое реже, чем учащиеся, зато число педагогов, которые избегают такого рода дискуссий вдвое больше по сравнению со школьниками. Среди учителей преобладает убеждение, что экранное насилие причастно к росту преступности в обществе. Треть опрошенных учителей согласны в том, что надо

запретить только самые жестокие медиатексты, четверть педагогов выступает за полный запрет показа насилия на экране. Однако среди школьников впятеро больше (по сравнению с учителями) тех, кто считает возможным сохранение нынешней степени интенсивности экранного насилия, а каждый десятый школьник полагает, что показ насилия на российском экране может быть даже расширен.

8. Что такое медиаобразование? Расшифруйте. Его возможности? Когда, зачем вводить? Его практическая реализация?

Медиаобразование в современном мире рассматривается как процесс развития личности с помощью и на материале средств массовой коммуникации (медиа) с целью формирования культуры общения с медиа, творческих, коммуникативных способностей, критического мышления, умений полноценного восприятия, интерпретации, анализа и оценки медиатекстов, обучения различным формам самовыражения при помощи медиатехники. Медиаграмотность помогает человеку активно использовать возможности информационного поля телевидения, радио, видео, кинематографа, прессы, Интернета, помогает ему лучше понять язык экранных искусств.

ЮНЕСКО дает этому направлению в педагогике следующее определение: «Медиаобразование (media education) связано со всеми видами медиа (печатными и графическими, звуковыми, экранными и т.д.) и различными технологиями; оно дает возможность людям понять, как массовая коммуникация используется в их социумах, овладеть способностями использования медиа в коммуникации с другими людьми; обеспечивает человеку знание того, как: 1 )анализировать, критически осмысливать и создавать медиатексты; 2)определять источники медиатекстов, их политические, социальные, коммерческие и/или культурные интересы, их контекст; 3)интерпретировать медиатексты и ценности, распространяемые медиа; 4) отбирать соответствующие медиа для создания и распространения своих собственных медиатекстов и обретения заинтересованной в них аудитории; 5) получить возможность свободного доступа к медиа, как для восприятия, так и для продукции. Медиаобразование является частью основных прав каждого гражданина любой страны мира на свободу самовыражения и права на информацию и является инструментом поддержки демократии. ... Медиаобразование рекомендуется к внедрению в национальные учебные планы всех государств, в систему дополнительного, неформального и «пожизненного» образования» [Recommendations Addressed to the United Nations Educational Scientific and Cultural Organization UNESCO. In: Education for the Media and the Digital Age. Vienna: UNESCO, 1999,

pp.273-274. Reprint in: Outlooks on Children and Media. UNESCO, 2001, p.152].

Для осуществления главных целей медиаобразования ЮНЕСКО стремится активно содействовать:

-сравнительному анализу существующих в развитых странах методологий и методик медиаобразования (с последующим распространением наиболее перспективных из них); -разработке механизмов оценки эффективности медиаобразовательных акций;

-проведению дальнейших исследований в области медиаобразования; -обучению медиаграмотности преподавателей, студентов, инструкторов, членов неправительственных организаций и ассоциаций и других заинтересованных лиц (в том числе - на летних курсах по медиапедагогике, в процессе дистанционного образования); -официальной легализации медиаобразования в различных странах, разработке соответствующих учебных планов (формальных и неформальных);

-созданию сборника кратких руководящих принципов медиаобразования, учебников и пособий для преподавателей и родителей, собрания материалов, публикаций, наборов

инструментария, адаптированного к региональным модулям); -сотрудничеству различных медиаагентств, благотворительных фондов с учебными заведениями, неправительственными организациями, другими частными или общественными учреждениями, имеющими отношение к образованию и воспитанию;

-разработке и внедрению интернетных медиаобразовательных сайтов для практиков, преподавателей и инструкторов (с условиями доступа к необходимым ресурсам);

-организации местных, национальных и международных медиаобразовательных форумов (с установленной периодичностью), связанных с учебными заведениями;

-созданию сети специализированных медиаобразовательных фильмов и фестивалей;

-консолидации существующих федераций, профессиональных ассоциаций и центров документации медиаобразовательного характера; -публикации рекомендаций в поддержку общественных медиа (некоммерческих и коммерческих), рассчитанных на детскую и молодежную аудиторию;

-контролю над деятельностью медиаагентств разных видов, чтобы гарантировать качество и доступ к средствам массовой информации для молодежи и т.д. [UNESCO, 2002].

Думается, что эти рекомендации ЮНЕСКО чрезвычайно актуальны сегодня и для России.

Медиаобразование можно разделить на следующие основные направления: 1)медиаобразование будущих профессионалов -журналистов (пресса, радио, телевидение, Интернет), кинематографистов, редакторов, продюсеров и др.; 2)медиаобразование будущих педагогов в университетах, педагогических институтах, в процессе повышения квалификации преподавателей вузов и школ на курсах по медиакультуре; 3)медиаобразование как часть общего образования школьников и студентов, обучающихся в обычных школах, средних специальных учебных заведениях, вузах (которое, в свою очередь, может быть интегрированным с традиционными дисциплинами или автономным (специальным, факультативным, кружковым и т.д.); 4) медиаобразование в учреждениях дополнительного образования и досуговых центрах (домах культуры, центрах внешкольной работы, эстетического и художественного воспитания, в клубах по месту жительства и т.д.); 5)дистанционное медиаобразование школьников, студентов и взрослых с помощью телевидения, радио, системы Интернет (здесь огромную роль играет медиакритика); 6)самостоятельное/непрерывное медиаобразование (которое теоретически может осуществляться в течение всей жизни человека). При этом во всех этих направлениях важную роль может играть медиакритика.

Медиаобразование тесно связано не только с педагогикой и художественным воспитанием, но и с такими отраслями гуманитарного знания, как искусствоведение (включая киноведение, литературоведение, театроведение), культурология, история (история мировой художественной культуры и искусства), психология (психология искусства, художественного восприятия, творчества) и т.д. Отвечая нуждам современной педагогики в развитии личности, медиаобразование расширяет спектр методов и форм проведения занятий с учащимися. А комплексное изучение прессы, кинематографа, телевидения, видео, Интернета, виртуального мира компьютера (синтезирующего черты практически всех традиционных средств массовой коммуникации) помогает исправить, например, такие существенные недостатки традиционного художественного

образования как одностороннее, изолированное друг от друга изучение литературы, музыки или живописи, обособленное рассмотрение формы (так называемых «выразительных средств») и содержания при анализе конкретного произведения.

Медиаобразование предусматривает методику проведения занятий, основанную на проблемных, эвристических, игровых и др.

продуктивных формах обучения, развивающих индивидуальность учащегося, самостоятельность его мышления, стимулирующих его творческие способности через непосредственное вовлечение в творческую деятельность, восприятие, интерпретацию и анализ структуры медиатекста, усвоение знаний о медиакультуре. При этом медиаобразование, сочетая в себе лекционные и практические занятия, представляет собой своеобразное включение учащихся в процесс создания произведений медиакультуры, то есть погружает аудиторию во внутреннюю лабораторию основных медиапрофессий, что возможно как в автономном варианте, так и в процессе интеграции в традиционные учебные предметы.

Предложения профессора А.В.Шарикова (см.

http://edu.of.ru/mediaeducation) о создании при крупнейших университетах факультетов коммуникации (или факультетов массовой коммуникации) кажутся мне весьма убедительными и перспективными. Тем паче, что в западных университетах такого рода факультеты (communication studies, media studies) уже давно заменили традиционные для России факультеты журналистики, вобрав при этом, конечно, все функции подготовки будущих профессионалов в сфере прессы, радио, телевидения и Интернета. Другой возможный вариант видится мне в открытии при университетах и педагогических вузах факультетов «Информационных технологий в области образования». На этих факультетах можно было бы готовить преподавателей по следующим специальностям: информатика; информационная безопасность; медиаобразование; менеджмент в сфере информационных образовательных технологий и медиаобразования; организатор досуга в медиасфере и т.д.

Организация аналогичных факультетов была бы, наверное, вполне уместной и в университетах/институтах культуры и искусства. Там набор специальностей мог бы быть следующим: культурология; искусствоведение (включая театроведение и киноведение); медиаобразование; менеджмент в сфере культуры, медиа и образования и т.п. Сходного мнения придерживаются и другие ведущие медиапедагоги России - О.А.Баранов, В.В.Гура, Н.Б.Кириллова, А.П.Короченский, В.А.Монастырский, С.Н.Пензин, Г.А.Поличко, Л.В.Усенко, Н.Ф.Хилько, И.В.Челышева и многие др. В Челябинске в 2004 году уже сделаны первые шаги в подобном направлении - создан Центр медиаобразования при Южно-Уральском государственном университете. Несколько позже созданы такого рода центры в Екатеринбурге, Перми, Томске и др. городах России.

9. Каковы Ваши рекомендации руководителям школьных учреждений?

Можно предложить также следующие примерные рекомендации для медиаорганизаций, российской общественности (родителей, педагогов, ученых и др.) и государственных структур относительно соблюдения прав ребенка на получение гуманной, не содержащей насилия аудиовизуальной информации. Для:

1)государственных структур: разработать эффективную модель государственной социокультурной, экологической (экология человека) политики в области регулирования отношений несовершеннолетней аудитории с медиатекстами, содержащими сцены насилия; усовершенствовать соответствующие законы и механизмы их исполнения/контроля; поощрять развитие медиаобразования;

2)корпораций и различного рода организаций/фирм, связанных с производством, распространением/прокатом/продажей медиатекстов: создавать и широко распространять познавательные и увлекательные медиатексты (кино/видео/телефильмы, радио/телепередачи, интернетные сайты, компьютерные/видео игры с отсутствием или минимальным присутствием насилия; переносить показ медиатекстов, содержащих сцены насилия, на позднее вечернее и ночное время в телевизионной сетке; избегать шокирующих восприятие детской аудиторией визуальных деталей изображения насилия в теленовостях и других телепередачах в утренние, дневные и ранние вечерние часы; при создании медиатекстов акцентировать негативное отношение к насильственным действиям, показывать иные, ненасильственные способы решения тех или иных проблем; строго соблюдать возрастные рейтинги для демонстрации, продажи, проката любых медиатекстов.

3)родителей: контролировать контакты своих детей (особенно дошкольного возраста) с медиатекстами разных видов и жанров с учетом возможностей отрицательного воздействия на несовершеннолетних сцен экранного насилия, ориентируясь при этом на систему возрастных рейтингов и мнения специалистов в области медиакультуры и педагогики; опираться при этом на индивидуальные психологические и интеллектуальные особенности своих детей; уделять время совместным с детьми контактам с медиатекстами с их последующими обсуждениями, в том числе и на тему насилия на экране и в жизни;

4)педагогов: активно использовать возможности медиаобразования, экранных искусств, Интернета, компьютерной анимации, интерактивной игры для развития творческих и коммуникативных способностей детей, их критического мышления (в том числе по отношению к медиатекстам на тему насилия), эстетического восприятия и вкуса;

5)ученых, публицистов: продолжать исследования тематики воздействия медианасилия на несовершеннолетнюю аудиторию, пропагандировать результаты данных исследований в средствах массовой информации.

Словом, России нужна осмысленная система взаимоотношений несовершеннолетней аудитории с медиакультурой.