ХРИСТИАНСКИЕ СЮЖЕТЫ В МУЗЫКЕ ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ: ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ И МУЗЫКОВЕДЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

Музыкальное историко-теоретическое образование DOI: 10.31862/2309-1428-2022-10-3-75-90

ХРИСТИАНСКИЕ СЮЖЕТЫ В МУЗЫКЕ ДЛЯ ДЕТЕЙ И О ДЕТЯХ: ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ И МУЗЫКОВЕДЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

А. М. Лесовиченко,

Московская государственная консерватория имени П. И. Чайковского, Москва, Российская Федерация, 125009

Аннотация. В статье поставлена задача обозначить направления изучения христианской проблематики в композиторских сочинениях для детей и о детях в музыкально-исторических курсах, адресованных будущим учителям музыки. Включение религиозной проблематики в художественное воспитание, в том числе музыкальное, создаёт естественные и необходимые предпосылки для полноты его личностного развития. Неслучайно в христианской традиции уделено большое внимание тому, что связано с детством в общей культовой практике, а также работе непосредственно с детьми. Во все века дети участвовали в богослужении, их голоса звучали на клиросе. При церквах действовали всевозможные учебные центры, специально для детей принято организовывать праздничные мероприятия. В современной католической церкви существует даже понятие «детская месса», видимо, для проведения в учебных заведениях или иных собраниях детей. Очень велика ориентация на детей в музыке, связанной с праздником Рождества Христова. Западный опыт художественного осмысления образа младенца Иисуса проявился отчётливо в крупных хоровых произведениях, приуроченных к Рождественскому праздничному богослужению, но нашедших своё место и в концертной жизни. В работе сделана попытка обобщения сведений о сочинениях такого содержания у крупных мастеров XIX-XX веков. Особое внимание уделяется хоровому циклу Б. Бриттена «Церемония рождественских гимнов» ("A Ceremony of Carols"). Обращение к текстам средневековых кэролз (carols) выявляет важнейшую для композитора идею творческого переосмысления художественного наследия предшествующих веков, увязывания современности с историческим прошлым. Использование нецерковного религиозного материала, каковым являются рождественские гимны-кэролз, акцентирует национальную английскую ориентированность композитора. Светлый рождественский праздник наилучшим образом соответствует оптимистическому мировоззрению Бриттена. Стройная структурная организация цикла выражает одну из важнейших его установок на создание многоплановой, но внутренне единой композиции.

75

© Лесовиченко А. М., 2022

Контент доступен по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International License The content is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License

Ключевые слова: христианские сюжеты, детская религиозность, композиторское творчество, Б. Бриттен, хоровое пение, музыкально-историческое образование.

Благодарности. Статья выполнена в рамках работы по плану Научно-исследовательского центра методологии исторического музыкознания Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского. Выражаю благодарность члену редколлегии журнала «Музыкальное искусство и образование» Б. Р. Иофису за тщательный анализ предложенного к публикации текста статьи, высокопрофессиональные замечания и рекомендации.

Для цитирования: Лесовиченко А. М. Христианские сюжеты в музыке ддя детей и о детях: педгогичский и музыковедческий аспекты // Музыкальное искусство и образование / Musical Art and Education. 2022. Т. 10. № 3. С. 75-90. DOI: 10.31862/2309-1428-2022-10-3-75-90

76

DOI: 10.31862/2309-1428-2022-10-3-75-90

CHRISTIAN THEMES IN MUSIC FOR AND ABOUT CHILDREN: PEDAGOGICAL AND MUSICOLOGICAL ASPECTS

Andrey M. Lesovichenko,

Tchaikovsky Moscow State Conservatory, Moscow, Russian Federation, 125009

Abstract. The article aims to identify the directions of the study of Christian issues in compositions for children and about children in music and history courses addressed to future schoolteachers. The inclusion of religious issues in artistic education, including music, creates a natural and necessary prerequisite for the completeness of his personal development. It is no coincidence, that the Christian tradition pays great attention to what is associated with childhood in general cult practice, as well as working directly with children. In all ages, children have participated in divine services, their voices have been heard in the choir. All kinds of educational centers operated at the churches; it was customary to organize festive events especially for children. In the modern Catholic Church, there is even the concept of "children's Mass", apparently, for holding in educational institutions or other gatherings of children. There is a very strong orientation towards children in music related to the feast of the Nativity of Christ. The Western experience of artistic interpretation of the image of the infant Jesus manifested itself clearly in large choral works dedicated to the Christmas festive service and found its place in concert life. The paper attempts to generalize information about works of such content by major masters of the 19-20 centuries. Special attention is paid to B. Britten's choral cycle "A Ceremony of Carols" The appeal to the texts of medieval Carols reveals the most important idea for the composer of creative rethinking of the artistic heritage of the previous centuries, linking modernity with the historical past. The use of non-church

religious material, such as Christmas carols, emphasizes the composer's national English orientation. The bright Christmas holiday best corresponds to Britten's optimistic worldview. The harmonious structural organization of the cycle expresses one of its most important orientations to create a multifaceted, but internally unified composition.

Keywords: Christian subjects, children's religiosity, composer's creativity, B. Britten, choral singing, musical historical education.

Acknowledgements: The article was carried out as part of the work on the plan of the Research Center for the Methodology of Historical Musicology of the Moscow State Tchaikovsky Conservatory. I express my gratitude to the member of editorial board of the journal "Musical Art and Education" B. R. Iofis for a thorough analysis of the text of the article proposed for publication, highly professional comments and recommendations.

For citation: Lesovichenko A. M. Christian Themes in Music for and about Children: Pedagogical and Musicological Aspects // Muzykal'noe iskusstvo i obrazovanie = Musical Art and Education. 2022, vol. 10, no. 3, pp. 75-90 (in Russian). DOI: 10.31862/2309-1428-2022-10-3-75-90.

Введение

Использование христианских сюжетов в музыке для детей и о детях (более подробно вопросы систематизации этой области композиторского наследия раскрыты нами в ряде опубликованных ранее исследований [1; 2; 3; 4]) - весьма важная и плодотворная линия творчества, которая породила немало выдающихся художественных явлений, что вполне закономерно. С одной стороны, религиозное воспитание, полученное в начале жизненного пути самим автором, неизбежно сказывается на его музыкальной деятельности, с другой - созданные композитором произведения могут быть и подчас становятся средством духовного развития детей, резонируя их интуиции. При этом следует подчеркнуть, что обращение к данной теме в музыке для детей и о детях - не просто дань культурной традиции. Учитывая художественно-исторический контекст вхождения

образа ребёнка в искусство (первые литературные и музыкальные произведения такого рода появляются в самом начале «романтического» XIX века), это скорее попытка авторов через прикосновение к самым сокровенным сторонам души пройти особый путь самопознания, это опыт обретения в чистоте юного сердца утешения и опоры для теряющего ценностные ориентиры и смыслы жизни взрослого человека.

Обозначенная проблема становилась предметом рассмотрения в музыковедческих трудах В. Д. Овсянниковой [5], А. В. Гамрецкой [6] З. И. Гладких [7], А. Э. Исаевой [8] и других. Большинство авторов подходят к указанной проблематике со стороны задач нравственного воспитания школьников или привития молодому поколению чувства связанности с традицией национальной духовной культуры. Изучение христианских акцентов в детской музыке осуществляется относительно мало, обычно касается

частных вопросов. В связи с этим представляется весьма актуальным охарактеризовать способы воплощения композиторами образов религиозного содержания на уровне общих принципов, и как это делается в конкретных произведениях. Именно такую задачу ставит перед собой автор настоящей статьи.

Данный аспект особенно важен в процессе музыкально-исторической подготовки музыкантов-педагогов, поскольку он непосредственно связан с целями учебного предмета «Музыка» в общеобразовательной школе, одной из которых является духовно-нравственное развитие учащихся. Осуществление такой цели с использованием музыки религиозного содержания намного плодотворнее, нежели через опосредованные образы или непрограммную музыку. Однако в настоящее время доступные для учителей источники информации об этой области музыки всё ещё ограничены. Однозначно можно сказать, что данная проблема не включена в содержание музыкально-исторического образования как целостное явление, имеющее сквозную линию щл развития. Осознание этого факта - причина появления настоящей статьи. Попытаемся наметить возможный вариант изучения темы в процессе вузовской музыкально-исторической подготовки педагога или в системе повышения квалификации учителей.

Особенности проявления религиозности у детей

Выдающийся психолог и педагог, богослов и философ, священник В. В. Зень-ковский ещё в 1920-е годы говорил о независимых от воспитания естественных ступенях освоения ребёнком полноты жизни, подчёркивая, что религия глубоко укоренена в человеческой душе.

Ребёнок, как и первобытный человек, тянется к горней сфере. «Если бы дитя не слышало от взрослых о Боге, оно бы инстинктивно искало своей мыслью центр и средоточие мира, Хозяина и Господина -Отца и Вседержителя. Отсюда, из этого корня растёт то, что можно назвать своеобразной "естественной детской религией"» [9, с. 200]. Философ полагал, что примитивная детская мифология незаметно открывает детское сердце для восприятия Божества; дитя долго живёт как бы музыкальной стороной этого восприятия, сердцем устремляется ввысь, хотя его сознание не оформляет этих переживаний и даже не нуждается в этом. «Религиозное» в детской душе оформляется сначала в чувствах - неясных, но зовущих и одушевляющих, от этих чувств зреют религиозные силы. Конечно, ребёнок имеет свой мистический опыт, он живёт метафизически ближе к Богу, чем взрослые, но лучи, идущие из горнего мира, почти бесследно проходят сквозь детскую душу, не имея точек опоры в детском сознании.

«Пусть детям слышнее "музыка сфер", пусть доступнее для них небеса, пусть в связи с этим дитя исполняется радостного и творческого влечения ко всему, любит весь мир, как бы ощущает его жизнь и его центр - Отца Небесного, но это только и оформляется в виде чувств музыкальных, зовущих, но невыразимых» [Там же, с. 205]. В этом размышлении В. В. Зеньковского об особенностях детской религиозной жизни хочется видеть объяснение разнообразного опыта художественного отражения духовной жизни ребёнка, причём, преимущественно именно в музыкальных образах. «Когда начинается этот процесс интеллектуализирования религиозных чувств, тогда дитя, примыкая к тому, что узнаёт от окружающих, само

начинает создавать религиозные образы. Религиозные образы необходимы для выражения религиозных переживаний -такова их функция; вот отчего нет лучше воспитательного материала, чем рассказы об Иисусе Христе, о Его Матери, о святых» [Там же, с. 206]. Представляется, что обязательное в прошлом для каждого ребёнка музыкальное воспитание в определённой степени выявляло и усиливало его религиозное чувство, оформляло религиозное переживание в сознании. В. В. Зеньковский говорит также о своеобразной интеллектуализации чувства, приобретении ребёнком через образы фантазии такой новой сферы мышления, как гипотетическое мышление. Это значит, что включение религиозной проблематики в художественное воспитание, в том числе музыкальное, создаёт естественные и необходимые предпосылки для полноты его лично ст-ного развития.

Миссионер и богослов А. В. Кура-ев в опоре на свой опыт религиозной педагогики и в связи с негативными сторонами духовной жизни современного общества актуализирует проблемы детской религиозности следующими наблюдениями: «У детей есть свой интерес к религиозной реальности... Ребёнок - не агностик, его восприятие духовного мира и живо, и реалистично. Он очень мистично видит жизнь. Для глубоко верующего человека чудо просто в порядке вещей. Несложно убедиться, что ребёнку присуща эта черта мифологического восприятия мира. Для ребёнка ничего сверхъестественного нет. Для него чудо встроено в распорядок дня. В его сознании нет деления мира на "естественную" и "сверхъестественную" сферу... его реальность не ограничивается миром мёртвых вещей... для него неестественно быть материалистом»

[10, с. 19-20]. И далее, отстаивая необходимость раннего религиозного воспитания, А. В. Кураев приходит к важным для понимания проблемы выводам: «Логика "религиоведения" побуждает признать, что в жизни каждого малыша непременно должен быть период сказочного, мифологического восприятия мира. Значит детям нужно религиозное воспитание просто для того, чтобы быть детьми... Но, если естественное стремление ребёнка к целостному, мифическому познанию мира не направить в выработанные культурой формы религиозного сознания, он будет обречён на индивидуальное мифотворчество и богостроительство. Табуирование бесед на важнейшие темы приведёт к искажениям его внутреннего мира. Если среда, в которой живёт ребёнок, не будет предлагать ему многомерное, мифологическое, сердечное, живое осмысление мира, то мир этого ребёнка будет ущербен, ограничен» [10, с. 24].

Таким образом, художественная разработка религиозной темы не только закономерна, но важна и необходима, поскольку соответствует религиозной установке детского сердца, «из которой берёт образы не только дитя, но и всё зрелое человечество, чтобы осмыслить и выразить то, что наполняет душу невыразимым чувством, звучит в ней непередаваемой музыкой. Образ Отца Небесного, который всё направляет и всё сохраняет, наполняет душу детскую такой тишиной и сладостью» [9, с. 204]. Здесь «источник детской радости и беззаботности» [Там же] и, как следствие, способность обеспечить полноту и многомерность детского восприятия мира, восполнять душевный и эмоциональный голод ребёнка, предохранить его от психических травм, что особенно актуально для сегодняшнего времени.

Христианские сюжеты в музыке

В сущности, христианский характер образов детства в музыке закономерен [11], поскольку в Священном Писании и Предании подобные мотивы занимают видное место (Рождество и детство Иисуса Христа, Рождество и Введение во Храм Богородицы, житийные описания начального этапа духовного становления многих святых). Для христианства детство - не просто период взросления, но состояние души, которое в идеале должно сохраняться у человека во всех возрастах. «Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия как дитя, тот не войдёт в него» (Лк: 18; 17) [12, с. 1112].

Большое внимание в христианской традиции уделено, прежде всего, тому, что связано с детством в общей культовой практике, а также работе непосредственно с детьми. Во все века дети участвовали в богослужении, их голоса звучали на клиросе. При церквах действовали всевозможные учебные центры, специально для детей принято организовывать праздничные мероприятия. Отражением этих особенностей христианского воспитания становится появление религиозной темы не только в специально предназначенных для богослужения произведениях, но и в светских сочинениях, объединяемых категорией «детская музыка». Рассмотрим эти две сферы композиторского творчества подробнее, отметив сразу их взаимообусловленность.

Музыка собственно богослужения содержит детский элемент в звучании многоголосных сочинений, поскольку женские голоса для пения верхних партий стали использоваться поздно (в России, например, лишь с 1890-х годов они введены А. Архангельским).

В современной католической церкви существует даже понятие «детская месса», видимо, для проведения в учебных заведениях или иных собраниях детей. Такие мессы значительно короче «взрослых» и имеют свой набор песнопений. Например, в русском издании 1993 года предлагается три таких мессы [13]. В первой (автор песнопений Г. Гселль) - 5 номеров, во второй (тот же автор) - 10, в третьей (автор Т. Ра-чиньски) - 12. Все номера короткие - не более двух-трёх минут звучания. Напевы выписаны в один-два голоса без сопровождения. Текст на русском языке. В ремарках некоторых номеров второй и третьей месс указаны функции в Службе, например, Kyrie, Gloria, Offertorium, Agnus Dei, на причащение.

Очень велика ориентация на детей также и в светской музыке, связанной с праздником Рождества Христова [14; 15]. Как известно, для западных вероисповеданий это особо отмечаемый праздник, эмоционально важнейший в календаре, что вполне закономерно ввиду рационалистического отношения к Вере, при котором первостепенен факт земного воплощения Бога.

Западный опыт художественного осмысления образа младенца Иисуса проявился отчётливо в крупных хоровых произведениях, приуроченных к Рождественскому праздничному богослужению, но нашедший своё место и в концертной жизни. Вспомним, например, Г. Шютца, Дж. Кариссими, М. А. Шар-пантье, И. С. Баха, Г. Ф. Генделя, К. Сен-Санса. Заметными вехами в развитии этой темы в католической музыке XIX и XX веков являются оратория Г. Берлиоза «Детство Христа», фортепианный цикл Ф. Листа «Рождественская ёлка», оратория Г. Пьерне «Дети в Вифлееме», фортепианный цикл О. Мессиана «Двадцать взглядов на младенца Христа».

Значительно реже композиторы обращаются к событиям детства Марии. Однако и здесь есть одно выдающееся сочинение - цикл для голо са и фортепиано «Житие Марии» П. Хиндемита.

В музыке о детях и для детей религиозные образы относительно немногочисленны и встречаются далеко не у всех авторов, но их появление в ключевых циклах XIX века говорит о том, что это далеко не случайная тема. Действительно, «Альбом для юношества» Р. Шумана (первоначально - «Рождественский альбом для детей»), развёртывая события года жизни ребёнка от Рождества до Рождества, имеет осевые номера религиозного содержания - № 4 «Хорал» и № 42 «Фигурированный хорал». В сущности, и последний номер - «Новогодняя песня» (точнее, «Песня дня святого Сильвестра» - «Silvestrlied») относится к религиозным образам. Фактически через эту призму композитор осмысливает все события года. Взросление же ребёнка, произошедшее между двумя рождественскими службами, символизируется более сложным «фигурированным» исполнением через год одного и того же хорала.

Вслед за Р. Шуманом П. И. Чайковский развёртывает события одного дня из жизни ребёнка в «Детском альбоме» между «Утренней молитвой» и вечерней службой «В церкви». Тем самым как бы очерчиваются некие изначально заданные первоосновы, актуальные не только на коротком временном отрезке, но и в течение всей жизни.

Очень важен образ молитвы и для М. П. Мусоргского, который делает его одним из основополагающих при характеристике мира ребёнка в вокальном цикле «Детская». С точки зрения возрастной психологии, в сценке «На сон грядущий» композитор, с одной стороны, с удивительной ясностью и

проницательностью показывает божественную одарённость детской души, с другой - демонстрирует некое охлаждающее влияние взрослых на религиозную активность ребёнка.

Важную смысловую роль играют «Молитва» и «Хор ангелов» в опере Э. Хумпердинка «Гензель и Гретель». Эти эпизоды являются буквально музыкальными иллюстрациями к процитированным нами ранее мыслям В. В. Зеньков-ского, которые можно дополнить его же словами о детской молитве: «В ней есть удивительная красота и умилительность для нас: пусть молитва в своих словах, в своём "содержании" подсказана взрослыми, но дитя вносит в эти слова свою душу. И сколько нежности, чистой любви, трогательной простоты вкладывают дети в свои молитвы» [9, с. 204]. Музыкальное решение упомянутых сцен явно свидетельствует о стремлении автора создать иную реальность: времяизмере-ние как бы останавливается, стирается грань между горним миром и материальностью земной жизни. И делает автор это скорее для взрослого слушателя, поскольку для детей в их многомерном психологическом пространстве такая граница фактически отсутствует (об этом в опере свидетельствует естественность, нормативность и свобода в поведении детей-персонажей).

Наконец, нельзя не вспомнить гениальную песню П. И. Чайковского «Был у Христа-младенца сад» из сборника «16 песен для детей», в которой музыка, адресованная детям, содержит сложнейший символический образ жертвы Христовой, поданной сквозь призму событий детства Спасителя.

В ряду христианских сюжетов детской музыки следует упомянуть также оперу «Ёлка» В. Ребикова, «Песню детей, не имеющих больше крова» К. Дебюсси,

S2

ораторию Г. Пьерне «Детский крестовый поход», где по-разному решается тема сиротства и детской надежды на Бога.

В связи с праздником Рождества в западных странах проводится большое количество внецерковных мероприятий, на которых звучат календы, в том числе те, что в обиходе являются детскими. Эта религиозно-бытовая традиция стимулирует композиторскую активность в плане создания обработок календ и собственных сочинений в таком роде. Наиболее глубоко разрабатывал эту идею Б. Бриттен в циклах «Родился мальчик» и «Церемония рождественских гимнов».

Б. Бриттен. «Церемония рождественских гимнов» для детских голосов и арфы, op. 28

Б. Бриттен (1903-1976) - очень важная фигура в музыке ХХ века, изучение сочинений которого, в принципе, может много дать для художественного развития детей, поскольку он сам непосредственно об этом заботился [21; 22; 23].

Продолжая линию исследования единства художественного и педагогического аспектов творчества композитора, представленную в других статьях [16; 17; 18], рассмотрим подробнее цикл, обладающий значительным потенциалом в этом плане по отношению и к участникам исполнения, и к слушателям.

"A Ceremony of Carols" - «Церемония рождественских гимнов» [19], предназначена для трёхголосного дискантового хора в сопровождении арфы (или, в случае её отсутствия, фортепиано). Созданный в драматический момент во время Второй мировой войны, вскоре после того, как композитору пришлось доказывать свои пацифистские убеждения военному трибуналу, цикл стал едва ли не

лучшим выражением жизненного credo автора-миротворца. В «Церемонии» сведены воедино все основные линии творческих поисков композитора. Она стала новым проявлением глубокой религиозности автора, его понимания умиротворённого христианского духа, продолжила линию, начатую «Гимном Деве» для смешанного хора acappella (1934) и развитую в таких сочинениях, как «Te Deum» in C для хора, соло дисканта и органа (1935), «Гимн Святой Цецилии» для пя-тиголосного хора a cappella (1942). Ближе всех к рассматриваемому циклу по тематике стоят хоровые вариации для мужских, женских и детских голосов a cappella (или в сопровождении органа) «Родился мальчик» (1933).

Обращение к текстам средневековых кэролз выявляет важнейшую для композитора идею творческого переосмысления художественного наследия предшествующих веков, увязывания современности с историческим прошлым. Использование нецерковного религиозного материала, каковым являются рождественские гимны-кэролз, акцентирует национальную английскую ориентированность композитора. Светлый рождественский праздник наилучшим образом соответствует оптимистическому мировоззрению Бриттена. Стройная структурная организация цикла выражает одну из важнейших его установок на создание многоплановой, но внутренне единой композиции.

Обращение к детским голосам при такой концепции совершенно закономерно: с древних времён именно дисканты с их ангелоподобным пением привлекались к богослужениям в христианской церкви. Действительно, бесплотное прозрачное звучание хора мальчиков наиболее близко христианским представлениям о небесной музыке. Для Бриттена детские

голоса несут в себе ещё и фольклорно-игровую семантику колядований, что, в определённой степени, заложено и в цикле «Церемоний». Это обусловлено спецификой жанра кэролз.

На русском языке об этом явлении английской музыки написано относительно немного [16; 20; 21], поэтому есть необходимость дать краткую справку. Кэролз - английские рождественские гимны, известные с XIV века. Основные манускрипты, содержащие самые ранние образцы этого жанра, относятся к XV столетию (сохранилось четыре сборника). Образцы создавались и в последующие века, поэтому, кроме текстов из XIV, в цикле Бриттена присутствуют стихи XVI века. Два главных признака средневекового рождественского гимна - наличие припева (burden) и строфы (stanza, verse), а также чередование английского языка в строфе и латыни в припеве. Большинство известных письменных образцов в ранних рукописях - полифонические (двух- трёхголосие). Взаимоотношения между голосами разные - от дублировок до самостоятельных линий. Содержание текста так или иначе связано с образом младенца Христа, что обусловливает частое присутствие в припеве приветствий и криков радости, ярких распевов-юбиляций (так называемые nowell). Кэролз звучали в устах самых различных людей, но чаще всего детских. Как и везде в европейских странах, подобные рождественские песни сопровождали всевозможные шествия - от церковных процессий до деревенских колядований. Именно отсюда в названии

бриттеновского опуса слово "ceremony" (церемония, обряд).

В сочинении 11 номеров. Последний - "Recession" является точным повторением первого - "Procession". Эта музыка придаёт всей композиции характер церемонии-шествия и обеспечивает образную арку. Написаны данные номера на канонический латинский церковный текст "Hodie Christus natus est" («Сегодня Христос рождён») и представляют собой единственный образец унисонного пения в цикле (Пример 1).

Мелодия этих частей в духе григорианского хорала. Её натурально-ладовая гармонизация вызывает неожиданную ассоциацию с первой темой «Песни об Александре Невском» из кантаты С. Прокофьева «Александр Невский» («А и было дело на Неве-реке»).

Тексты кэролз, использованные в цикле, - в основном анонимные: № 2, 3, 4а, 5 - XIV века, № 10 - XV века. Авторами текстов № 4б являются Джеймс, Джон и Роберт Уэддерберны, № 6 и 8 -Роберт Саусвелл, № 9 - Вильям Корниш (все они поэты XVI века). № 7 - инструментальная интерлюдия. Тексты написаны на английском языке соответствующих столетий, в некоторых содержатся латинские фразы.

Подобно великим предшественникам и современникам - И. С. Баху в «Рождественской оратории», Г. Ф. Генделю в «Мессии», О. Мессиану в фортепианном цикле «Двадцать взглядов на младенца Христа», Бриттен разворачивает картину Рождества как всемирно-историческое событие. Здесь нет прямого

S3

Пример 1. Б. Бриттен. "A Ceremony of Carols". № 1 Procession Example 1. B. Britten. "A Ceremony of Carols". No. 1 Procession

изложения евангельской истории, но в узоре метафор и ассоциаций выявляются разнообразные представления людей о Спасителе.

№ 2 «Добро пожаловать» - приглашение войти Царю Небесному и другим Небожителям.

№ 3 «Нет розы, столь прославленной как роза, несущая Иисуса» - упоминание христианских истин (соединение Неба и Земли, Бог в трёх лицах, радость ангелов в криках пастухов, свидетелей Рождества).

№ 4 «Тот новорождённый ребёнок, когда заплачет - колыбельной она укачает его»: этими словами начинается первая половина номера (4а) - повествование о том, как мать, соловей и животные пели младенцу, оберегая его от зла. Вторая половина номера (4б), attacca subito - собственно колыбельная (текст дан от первого лица).

№ 5 «Как роса в апреле» - прославление Мадонны, чей Сын - Король королей.

№ 6 «Это малое дитя» - рассказ о том, как Иисус победил силы ада.

№ 7 - пасторальная картина, пред-ц| ставленная арфой solo (снова перекличка с русской музыкой - «Маленькой сюитой» А. Бородина).

№ 8 «В морозную зимнюю ночь» -картина пребывания младенца Христа в яслях в хлеву: вызывая жалость, он всё равно проявляет свою Царственную сущность.

№ 9 «Весенний гимн» - благодарение Богу за то, что все красоты мира созданы для человека.

№ 10 «Адам лежал связанный в темнице» - благодарение Богу, указавшему путь спасения.

Как видим, центральный блок номеров (от 4 до 8) связан с представлениями об очеловеченном Сыне Божием - младенце, лежащем в яслях.

Крайние номера (2, 3 и 9, 10) посвящены богословским истинам. Осевым является № 6, поскольку здесь речь идёт о главной цели пребывания Иисуса на земле - победе над Сатаной.

Явно перекликаются пасторальным характером № 5 и 7, «колыбельностью» -№ 4 и 8.

Таким образом, в распределении текстов (включая точное повторение крайних номеров) выявляется стремление к симметрии. Однако есть и линейный динамический импульс - от начала к концу: язык и образный строй авторских стихов XVI века сильно отличается изощрённостью, гибкостью и пластичностью от анонимных кэролз. Положение более поздних текстов смещено во вторую половину композиции.

Музыкальное решение цикла находится в гармоничном соотношении с литературным текстом. Бриттен не стремится к прямой стилизации средневековых кэролз: он пользуется широким арсеналом средств ХХ века. Тем не менее композитор придаёт своему опусу ненавязчивый архаический колорит. Например, формирование терпких диссонантных вертикалей происходит в результате сложения мелодических линий приблизительно так, как в многоголосных композициях ХП-ХГУ веков, когда имели значение отношения между нижним и каждым из верхних голосов, но не между верхними. Полифонические приёмы тоже скорее из времён «до строгого стиля», имитационные средства - на втором плане. «Ветхость» звучанию придают средства ладоорганизации - диатонич-ность, частое использование трихордных оборотов, звукорядов церковных ладов. Видимо, в этом же ряду следует обозначить использование арфы, которая не столь отчётливо ассоциируется с искусством Нового времени, как фортепиано, и

в то же время инструмента с широчайшими техническими возможностями.

Выстроив симметрично поэтические тексты, Б. Бриттен проводит тот же принцип и в музыкальной организации. Помимо точного повторения крайних частей, отметим тональную арку между 2 и 10 номерами (A-dur) и господство Es (dur-moU) в трёх центральных частях цикла (5, 6, 7). Показательно, что es-moll является полной противоположностью тональности крайних номеров A-dur, находясь от неё на расстоянии тритона. Обращает на себя внимание темповая симметрия: быстрые темпы в № 2 и № 10 (Allegro con brio и Presto, соответственно), умеренные - Allegretto в №№ 3 и 9, Andante - в №№ 4 и 8. Кроме того, здесь запараллелены жанровые особенности колыбельной. Помимо

сказанного, симметричность создают также интонационные переклички: нисходящий трихорд и восходящая септима в № 2 (Пример 2) и № 10 (Пример 3), секстовая опора в мелодиях номеров №№ 4б, 6, 8 и некоторые другие.

Все перечисленные средства, укрепляя целостность цикла, придавая ему внутреннюю стройность, не мешают изобретательному решению каждого отдельного номера. Выразительными находками являются обыгрывание IV натуральной и IV высокой ступеней в № 1; мерцание мажорной и минорной терций, VII натуральной и гармонической ступеней в № 4б (Пример 4); противостояние A-dur крайних разделов бемольным краскам середины в № 2. Самобытное интонационное развёртывание в партии

Allegro con brio

Sopranos

Wol- ci]m. Wol-ciira, Wol-cum be thou heve - nè king,

Пример 2. Б. Бриттен. "A Ceremony of Carols". № 2 Wolcum Yole! Example 2. B. Britten. "A Ceremony of Carols". No. 2 Wolcum Yole!

De-o gra - ci - as ! De-o gra - ci - as !

Пример 3. Б. Бриттен. "A Ceremony of Carols". № 10 Deo Gracias Example 3. B. Britten. "A Ceremony of Carols". No. 10 Deo Gracias

22 Psolo

О my deare hcrr. young Je - su sweitj Pre-pare Thy cred - dil in my spreit, And

Пример 4. Б. Бриттен. "A Ceremony of Carols". № 4b Balulalow Example 4. B. Britten. "A Ceremony of Carols". No. 4b Balulalow

солиста предлагает Бриттен в № 4а, где минимально изменяя мелодический профиль, он даёт новые ладовые краски в каждой фразе (C-dur, с-фригийский, a-moll, A-dur, A-лидийский, Cis-dur).

Интересно использованы полифонические средства в № 6, где унисон расщепляется в каноническую имитацию с расстоянием вступления в одну долю такта, образуя вначале двухголосный, а затем, на основе аналогичного приёма, - трёхголосный канон. Яркий тональный эффект представлен в № 3: остинатные квинтовые шаги в басу (С - F) сочетаются в процессе развёртывания с красками F-dur, Des-dur и A-dur (Пример 5).

В отдельных моментах образуются политональные сочетания (например, окончание номера 4a - Ces - C). Однако все подобные «изыски» являются не более, чем «подсветкой» к сдержанному и естественному звуковому потоку, выдержанному в соответствии с духом английской средневековой поэзии.

Заключение

Вся история воплощения религиозной темы в музыке о детях и для детей свидетельствует об её органичности высшей духовной жизни ребёнка, подтверждает уникальную способность искусства через образ выражать и конкретизировать интуитивное религиозное переживание юного субъекта, показывает взрослому слушателю возможный путь духовного возрождения и восхождения. Как отмечает о. Александр Ельча-нинов, «"Детскость" утрачивается в жизни и восстанавливается в святости» [22].

Рассматриваемая как яркий образец воплощения в музыке христианских сюжетов «Церемония рождественских песнопений» Б. Бриттена может служить подтверждением значимости религиозного аспекта в современной музыкальной культуре, поскольку является одним из весьма популярных сочинений в хоровой практике. Композитору удалось достичь редчайшего сочетания изощрённого

86

Пример 5. Б. Бриттен. "A Ceremony of Carols". № 3 There is no Rose Example 5. B. Britten. "A Ceremony of Carols". No. 1 There is no Rose

мастерства и удивительной образной непосредственности, которая бывает в детском творчестве. Именно поэтому произведение (как и другие его сочинения - см. [23]) имеет большой педагогический потенциал, который может быть реализован в деятельности учителей музыки и педагогов дополнительного образования. Процесс ознакомления учащихся с этим произведением позволяет ставить задачи углубления христианской веры детей, формирования опыта проникновения в национальные традиции другого народа, умения разбираться и ценить

выразительные средства архаичной поэзии (и вообще внимательного отношения к слову), навыков взаимопонимания при воспроизведении ажурной паутинки мелодических линий.

Подводя итоги, хочется подчеркнуть, что в данном исследовании предлагается лишь один из возможных подходов к рассмотрению в музыкально-исторических курсах темы воплощения христианских сюжетов в музыке, в том числе связанной с образами детства. Для более глубокого понимания требуется дальнейшее изучение этой проблемы.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Лесовиченко А. М., Фаль Е. Д. Детская музыка. ХХ век. Новосибирск: НИПКиПРО, 2017. 124 с.

2. Лесовиченко А. М., Фаль Е. Д. Детская музыкальная литература. Ч.1. Новосибирск: НИПКиПРО, 2001. 92 с.

3. Лесовиченко А. М. Детская музыка как область композиторского творчества. Саарбрюккен: LAP, 2012. 296 с.

4. Лесовиченко А. М. Детская музыка как феномен культуры и её освоение в условиях педагогического вуза и колледжа // Вестник кафедры ЮНЕСКО «Музыкальное искусство и образование». 2013. № 3. С. 100-105.

5. Овсяникова А. Д. В. В. Медушевский и его взгляд на проблему духовно-нравственного воспитания средствами музыкального искусства // Научная дискуссия: вопросы педагогики и психологии. 2016. № 4-1 (49). С. 94-98.

6. Гамрецкая А. В., Лесовиченко А. М. «Взаимопомощь» как тема детских опер на анималистические сюжеты // Искусство в школе. 2019. № 2. С. 40-44.

7. Гладких З. И. Образы детства в духовной культуре // Христианская нравственность как условие выживания человеческой цивилизации. Курск: Изд-во Курского государственного университета, 2018. С. 124-133.

8. Исаева А. Э. Христианские образы в «Детском альбоме» П. И. Чайковского // Проблемы синтеза в современной музыкальной культуре. Ростов-на-Дону: Изд-во Ростовской государственной консерватории, 2019. С. 306-314.

9. Зеньковский В. В. Психология детства. М.: Академия, 1996. 346 с.

10. Кураев А. В. Взрослым о детской вере. Школьное богословие. Ростов-на- Дону: Троиц. слово; М. : Паломникъ, 2003. 637 с.

11. Begbie J., Guthries S. Resonant Witness: Conversations between Music and Theology. - Grand Rapids, Michegan: W. B. Ferdmans, 2011. 495 p.

12. Библия. М.: Изд-во Московской патриархии, 1983. 1372 с.

13. Святая Месса. М: Информ.-изд. центр «Истина и жизнь», 1993. 64 с.

14. Лесовиченко А. М. Новая опера Ираиды Сальниковой и рождественская тема в музыке // Музыка и время. 2017. № 2. С. 65-66.

87

15. Гамрецкая А. В., Лесовиченко А. М., Фаль Е. Д. Детская опера А. Т. Гречанинова «Ёлочкин сон» и рождественские традиции в России // ХХ Красноярские краевые Рождественские образовательные чтения «Великая Победа»: наследие и наследники. Материалы и доклады межрегиональной научно-практической конференции / Красноярск: ИД «Восточная Сибирь», 2020. С. 332-342.

16. Ковнацкая Л. Г. Бенджамин Бриттен. Л.: Сов. композитор, 1978. 392 с.

17. Bridcat J. Britten's Children. Leningrad: Faber and Faber, 2006. 334 p.

18. Powell N. Britten. A life for Music. Leningrad: Hutchinson, 2013. 526 p.

19. Britten B. A Ceremony of Carols: For Treble Voices and Harp (or piano ad lib.): Op. 28. Тарту: Тартус. гос. ун-т, 1972. 66 с.

20. Никифорова Е. Е. Рождественская кэрол У. Бёрда «Земное дерево»; к вопросу о претворении некоторых особенностей традиционного вокального жанра британской музыки в композиторском творчестве // Искусство глазами молодых: мат-лы XI Междунар. науч. конф. / ред.: Н. В. Перепич, М. В. Саблина. Красноярск: изд-во Сибирского гос. ин-та иск., 2019. С. 38-41.

21. Брумина О. А., Арутюнян Н. А. Формы народной английской музыки // Проблемы и перспективы развития науки в России и в мире. Уфа: Агентство муждунар. исслед., 2018. С. 84-86.

22. Ельчанинов А. Записи. Минск: БПЦ, 2018. 196 с.

23. Лесовиченко А. М. «Путеводитель по оркестру» Б. Бриттена: к вопросу о единстве художественного и педагогического аспектов замысла композитора // Музыкальное искусство и образование / Musical Art and Education. 2019. Т. 7. № 4. С. 65-81. DOI: 10.31862/2309-14282019-7-4-65-81.

Поступила 18.04.2022; принята к публикации 26.09.2022.

Об авторе:

лл Лесовиченко Андрей Михайлович, ведущий научный сотрудник Научно-аналитического отдела Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского (ул. Большая Никитская, 13/6, Москва, Российская Федерация, 125000), доктор культурологии, кандидат искусствоведения, профессор, lesovichenko@mail.ru

Автором прочитан и одобрен окончательный вариант рукописи.

REFERENCES

1. Lesovichenko A. M., Fal E. D. Detskaya muzyka. XX vek [Children's Music. XX Century]. Novosibirsk: Novosibirsk Institute for Advanced Studies and Retraining of Educators (NIPKiPRO), 2017. 124 p. (in Russian).

2. Lesovichenko A. M., Fal E. D. Detskaya muzykal'naya literatura. Ch. 1. [Children's Musical Literature. Part 1]. Novosibirsk: Novosibirsk Institute for Advanced Studies and Retraining of Educators (NIPKiPRO), 2001. 92 p. (in Russian).

3. Lesovichenko A. M. Detskaya muzyka kak oblast'kompozitorskogo tvorchestva [Children's Music as a Field of Compositional Creativity]. Saarbrücken: Lambert Academic Publishing, 2012. 296 p. (in Russian).

4. Lesovichenko A. M. Children's Music as a Phenomenon of Culture and Its Development in the Conditions of a Pedagogical University and College. Vestnik kafedry UNESCO "Muzykal'noe iskusstvo i obrazovanie" = Bulletin of the UNESCO Chair "Musical Art and Education". 2013, no. 3, pp. 100-105 (in Russian).

5. Ovsyanikova A. D. V. V. Medushevskij i ego vzglyad na problemu duxovno-nravstvennogo vospitaniya sredstvami muzykal'nogo iskusstva [V. V. Medushevsky and His View on the Problem of Spiritual and Moral Education by Means of Musical Art]. Nauchnaya diskussiya: voprosy" pedagogiki i psikhologii [Scientific Discussion: Questions of Pedagogy and Psychology]. 2016, no. 4-1 (49), pp. 94-98 (in Russian).

6. Gamretskaya A. V., Lesovichenko A. M. "Vzaimopomoshch'" kak tema detskikh oper na animalisticheskie syuzhety ["Mutual Aid" as a Theme of Children's Operas on Animalistic Plots]. Iskusstvo v shkole [Art at School]. 2019, no. 2, pp. 40-44 (in Russian).

7. Gladkikh Z. I. Obrazy detstva v dukhovnoj kul'ture [Images of Childhood in Spiritual Culture]. Khristianskaya nravstvennost' kak uslovie vyzhivaniya chelovecheskoj tsivilizatsii [Christian Morality as a Condition for the Survival of Human Civilization]. Kursk: Publishing House of Kursk State University, 2018, pp. 124-133 (in Russian).

8. Isaeva A. E. Khristianskie obrazy v "Detskom al'bome" P. I. Chajkovskogo [Christian Images in P. I. Tchaikovsky's "Children's Album"]. Problemy sinteza v sovremennoj muzykal'noj kul'ture [Problems of Synthesis in Modern Musical Culture]. Rostov-on-Don: Publishing House of the Rostov State Conservatory, 2019, pp. 306-314 (in Russian).

9. Zenkovsky V. V. Psikhologiya detstva [Psychology of Childhood]. Moscow: Publishing House "Academy", 1996. 346 p. (in Russian).

10. Kuraev A. V. Vzroslym o detskoj vere. Shkol'noe bogoslovie [To Adults about Children's Faith. School Theology]. Rostov-on-Don: Trinity. The Word; Moscow: Publishing House "Pilgrim", 2003. 637 p. (in Russian).

11. Begbie J., Guthries S. Resonant Witness: Conversations between Music and Theology. Grand Rapids, Michigan: W. B. Ferdmans, 2011.

12. The Bible. Moscow: Publishing House of the Moscow Patriarchate, 1983. 1372 p. (in Russian).

13. Holy Mass. Moscow: Information and Publishing Center "Truth and Life", 1993. 64 p. (in Russian).

14. Lesovichenko A. M. Novaya opera Iraidy Sal'nikovoj i rozhdestvenskaya tema v muzyke [The New Opera by Iraida Salnikova and the Christmas Theme in Music]. Muzyka i vremya [Music and Time]. 2017, no. 2, pp. 65-66 (in Russian).

15. Gamretskaya A. V., Lesovichenko A. M., Fal E. D. Detskaya opera A. T. Grechaninova "Yolochkin son" i rozhdestvenskie traditsii v Rossii [A. T. Grechaninov's Children's Opera "Fur Tree's Dream" and Christmas Traditions in Russia]. XX Krasnoyarskie kraevye Rozhdestvenskie obrazovatel'nye chteniya "Velikaya Pobeda": nasledie i nasledniki [XX Krasnoyarsk Regional Christmas Educational Readings "The Great Victory": Legacy and Heirs]. Materials and reports of the interregional scientific and practical conference. Krasnoyarsk: Publishing House "Eastern Siberia", 2020, pp. 332-342 (in Russian).

16. Kovnatskaya L. G. Benjamin Britten. Leningrad: State Publishing House "Soviet Composer", 1978. 392 p. (in Russian).

17. Bridcat J. Britten's Children. Leningrad: Faber and Faber, 2006.

18. Powell N. Britten. A life for Music. Leningrad: Hutchinson, 2013.

19. Britten B. A Ceremony of Carols: For Treble Voices and Harp (or piano ad lib.): Op. 28. Tartu: Tartus State University, 1972. 66 p.

89

20. Nikiforova E. E. Rozhdestvenskaya kerol U. Byorda "Zemnoe derevo": k voprosu o pretvorenii nekotorykh osobennostej traditsionnogo vokal'nogo zhanra britanskoj muzyki v kompozitorskom tvorchestve [Christmas Carol U. Berda "The Earthly Tree"; on the Question of the Implementation of Some Features of the Traditional Vocal Genre of British Music in the Composer's Work]. Iskusstvo glazami molodykh [Art Through the Eyes of the Young]. Materials of the XI International Scientific Conference. Ed.: N. V. Perepich, M. V. Sablina. Krasnoyarsk: Publishing House of the Siberian State Institute of Law, 2019, pp. 38-41 (in Russian).

21. Brumina O. A., Harutyunyan N. A. Formy narodnoj anglijskoj muzyki [Forms of English Folk Music]. Problemy i perspektivy razvitiya nauki v Rossii i v mire [Problems and Prospects of Science Development in Russia and in the World]. Ufa: Publishing House AMI, 2018, pp. 84-86 (in Russian).

22. Elchaninov A. Notes. Minsk: Belarusian Orthodox Church, 2018. 196 p. (in Russian).

23. Lesovichenko A. M. B. Britten's "Guide to the Orchestra": To the Question of the Unity of the Artistic and Pedagogical Aspects of the Composer's Plan. Muzykal'noe iskusstvo i obrazovanie = Musical Art and Education. 2019, vol. 7, no. 4., pp. 65-81 (in Russian). DOI: 10.31862/23091428-2019-7-4-65-81

Submitted 18.04.2022; revised 26.09.2022. About the author

Andrey M. Lesovichenko, Leading Researcher at the Scientific-Analytical Department of the Moscow State Tchaikovsky Conservatory (Bolshaya Nikitskaya St., 13/6, Moscow, Russian Federation, 125000), Doctor of Culturology, PhD of Art History, Professor, lesovichenko@mail.ru

The author has read and approved the final manuscript.