Когнитивно-стилевые и личностные особенности субъекта в интерпретации текстов: к теории и методологии проблемы

УДК 159.923:82.015 ББК 88.37 П 12

В.А. Павленко

КОГНИТИВНО-СТИЛЕВЫЕ И ЛИЧНОСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СУБЪЕКТА В ИНТЕРПРЕТАЦИИ ТЕКСТОВ: К ТЕОРИИ И МЕТОДОЛОГИИ ПРОБЛЕМЫ

Аннотация. Рассматривается один из фундаментальных вопросов психологии о роли когнитивно-стилевых и личностных особенностей субъекта в интерпретации текстов. Анализируются различные подходы, позволяющие говорить о том, что порождение текстов и их интерпретация находятся под влиянием определенных личностных характеристик субъекта, в частности, психотипа и когнитивного стиля. Акцентируется внимание не на текстах вообще, а на так называемых текстах-интерпретациях, требующих индивидуально-психологического подхода к анализу. Предполагается, что одновременное использование возможностей когнитивно-стилевого и типологического подхода при изучении текстов-интерпретаций позволит получить новые основания для выделения психотипов. Констатируется необходимость учета при этом ценностномотивационных характеристик субъекта. Делаются выводы и рекомендации по дальнейшему изучению поднятой проблемы.

Ключевые слова: когнитивный стиль, интерпретация, психотип, письменный текст, текст-интерпретация.

V.A. Pavlenko

COGNITIVE-STYLE AND PERSONAL FEATURES OF THE SUBJECT IN INTERPRETATION OF TEXTS: ON THE THEORY AND PROBLEM

METHODOLOGY

Abstract The paper discusses fundamental questions of psychology about a role of cognitive-style and personal features of the subject in interpretation of texts. The various approaches are analyzed, allowing the author to say that generation of texts and their interpretation are under the influence of certain personal characteristics of the subject, in particular, psychotype and cognitive style. The attention is focused not on the texts in general, but on the so-called texts-interpretations demanding the individually-psychological approach to the analysis. It is supposed that simultaneous use of possibilities of the cognitive-style and typological approach at studying texts-interpretations will allow us to receive the new bases for allocation of psychotypes. It is inferred that it is nessesary to account value-motivational characteristics of the subject. Conclusions and recommendations about the further studying this problem are made.

Keywords: cognitive style, interpretation, psychotype, the written text, the text-interpretation.

В настоящее время проблема исследования в области методологически обоснованных путей познания психологии личности, индивидуальных особенностей в способах осуществления познавательных процессов, индивидуальные различия переработки информации, приемы анализа и типичные формы реагирования, относительно которых люди похожи и отличны друг от друга, остается одной из актуальных в психологии. Имеется тенденция рассматривать человека в совокупности всех особенностей его существования и взаимодействия со средой. Однако за разнообразными концепциями, как правило, стоит анализ различных аспектов психической реальности одного и того же субъекта. Одним из перспективных подходов можно рассматривать изучение когнитивно-стилевых и личностных особенности субъекта в интерпретации текстов.

Существует обширная литература, направленная на изучение выраженности в тексте различных психологических особенностей субъекта, включая эмоциональную, интеллектуальную, мотивационную сферы, а также сферу личностных характеристик (Д.А. Леонтьев, В.П. Белянин, М.М. Смирнова, Л.Н. Собчик, М.А. Холодная, С.А. Сухих,

Ч. Осгуд). В отечественной научной традиции особенности порождения речевого высказывания изучались преимущественно с позиций психолингвистики (В.А. Звегинцев, Т.М. Дридзе, И.А. Зимняя, Ю.А. Сорокин, В.П. Белянин). По мнению В.П. Белянина, создавая текст, человек, обладающий определенным типом сознания, описывает действительность через призму своих собственных представлений. При этом субъект использует такие элементы языка, которые имеют для него личностный смысл. Т.М. Дридзе принадлежность реципиента к определенному психологическому типу относит к числу важнейших субьективных факторов, определяющих характер восприятия и интерпретации текста. В ряде исследований, проведенных под руководством Д.А. Леонтьева (Леонтьев, Харчевин, 1989; Леонтьев, Павлова, 1992), было показано, что тип описаний, характеризующийся тем, что именно говорится о произведении, является индивидуально-специфической характеристикой, отражает глубину проникновения в произведение и коррелирует с рядом переменных [1].

С.А. Сухих отмечает, что выбор или предпочтения тех или иных языковых форм для совершения того или иного типа речевого действия может сигнализировать о более глубоких уровнях индивидуальности, например о характере, темпераменте, установках. «Направленность реципиента на те или иные аспекты содержания теста, а также композиционное строение его пересказа могут указывать на его (реципиента) личностные особенности» [цит. По 2, с.14]. Не вызывает сомнения и тот факт, что одно и то же событие может вызывать чрезвычайно многообразную его реализацию в тексте: при пересказе одного и того же явления происходит различная его интерпретация, в результате чего возникают «нетождественные тексты» [2]. Имеются данные о закономерности связей между лингвистическими и психологическими переменными, установлена связь между измененными психоэмоциональными состояниями и структурами дискурса [3].

Однако большинство исследований носит частный характер, т.е. либо анализируется связь какой-то отдельной личностной особенности с некоторыми аспектами текста, либо рассматривается изолированный показатель текста в его связи с различными психологическими свойствами субъекта. Кроме того, зачастую текст рассматривается с сугубо лингвистических позиций, что вызывает трудности при психологической интерпретации обнаруженных связей. Так, с точки зрения гипотезы о лингвистической относительности Э. Сэпира и Б.Л. Уорфа структура языка (или принадлежность субъекта к определенной языковой группе) определяет структуру мышления и соответственно способ познания внешнего мира [4]. Индивидуальнопсихологические различия при этом, как правило, остаются без внимания.

Для психологов более важным является дифференциально-психологический аспект этой проблемы. Поэтому необходимо изучать индивидуальные различия переработки информации, ее получения и воспроизведения, приемы анализа и типичные формы реагирования, относительно которых люди похожи и отличны друг от друга (Л. М. Веккер, М.А. Холодная, Л.Н. Собчик, Д.А. Леонтьев, В.Ф. Петренко, Е.Ю. Артемьева и др.). Можно предположить, что изучение когнитивно-стилевых и личностных особенностей субъекта на материале созданных им письменных текстов-интерпретаций является перспективным направлением психологического исследования.

Интерес к письменным текстам по сравнению с устными высказываниями обусловлен тем, что в устном общении слишком большую роль играет впечатление от внешности, манер, голоса, всей совокупности невербальных стимулов, которые могут спровоцировать установочные эффекты субъекта и увести от действительного смысла сообщения. Ситуация, относительно свободная от этих влияний, - человек с книгой или

ручкой: письменные тексты отличает фиксированность формы, легче измерить их характеристики. Тексты-интерпретации свидетельствуют об избирательности их авторов в отношении тем, проблем, идей, а также экспрессивных моментов текстов-источников: одно и то же художественное произведение может служить отправной точкой для развертывания диаметрально противоположных субъективных концепций. Такая избирательность представляет собой, по сути, выбор тех сторон произведения, которые оказываются связанными с личностным интересом интерпретатора.

Понятие интерпретации имеет различные трактовки. Так, Т.М. Дридзе определяет интерпретацию как текстовую деятельность, подчеркивая ее активный, целенаправленный характер. В.В. Знаков отмечает, что смысл любого литературного произведения заключается не в предметном содержании - его фабуле, а, скорее, в отношении читателя к прочитанному, проявляющемуся в интерпретации, выводах, предположениях и т.д. [5].

В.П. Белянин полагает, что исследователь в подобных случаях чаще сталкивается с впечатлением читателя от текста. В.Ф. Петренко акцентирует роль ментального пространства, которое «как совокупность значений, образов, символов общественного сознания в той или иной степени полноты присваивается конкретным субъектом и, преломляясь через его систему ценностей, через его мировоззрение, приобретает тот или иной личностный смысл» [6, с.25]. При таком подходе интерпретация не может быть безличной, бессубъектной, она всегда зависит от конкретного ментального пространства и определенных рамок категоризации, присущей субъекту. Поэтому попытки изучать текст безотносительно к субъекту-интерпретатору выглядят несостоятельными.

Под интерпретацией мы понимаем обусловленную личностными особенностями переработку информации, ее осмысление, поиск «значения для себя». Так, при изложении прочитанного текста в виде письменного текста-пересказа особенности интерпретации скорее отражаются в том, как именно пишет субъект, какими средствами изложения пользуется, на чем больше фиксирует внимание - на структурных (как написано) или содержательных аспектах источника (о чем текст). Сюда мы предположительно можем отнести и размер текста, степень детализации, включение собственного мнения о прочитанном. Использование образов, эмоционально окрашенных слов в процессе порождения собственного текста, все авторские проявления: знаки препинания - кавычки, вопросительные и восклицательные знаки, использование превосходной степени также может предположительно отражать некоторые особенности субъекта, порождающего свой текст.

Значимым психологическим фактором, влияющим на особенности порождения и интерпретации текста, можно считать когнитивные стили. Когнитивный стиль сегодня определяют не только как относительно устойчивое сочетание индивидуальносвоеобразных способов переработки информации, но шире - как предпочитаемый способ интеллектуального поведения субъекта. Существуют эмпирические данные, подтверждающие, что показатели такого когнитивного стиля, как полезависимость/поленезависимость, обнаруживает свое влияние при работе с текстом (Абакумова, Шкуратова, 1986). Было обнаружено, что при конспектировании лекций и научных текстов ПНЗ-студенты подвергали текст большей переработке, сокращая количество слов, перефразируя мысли, используя средства структурирования текста в виде абзацев, подчеркивания, выделения цветом и т. д., поскольку им легче осуществлять гипотетико-дедуктинный подход к его смысловой перестройке [7]. Тем не менее конкретных эмпирических исследований, связанных с проекцией когнитивных стилей на сферу речевой и текстовой деятельности, пока не достаточно.

Принадлежность к определенному психологическому типу можно отнести к числу важнейших субьективных факторов, определяющих характер интерпретации текста. При существовании различных подходов к классификации людей, например, по психологическим качествам (клинические типологии, подходы Кречмера, Шелдона, Павлова, Дж. Келли, Кеттела) идеи теории психологических типов К.Г. Юнга легли в

основу многих подходов к изучению индивидуальности (Айзенк, Кеттелл, Майерс-Бриггс.). Несмотря на то, что типологический подход к изучению личности достаточно долго подвергался критике, интерес к нему сохраняется и в настоящее время. Преимущество типологии Юнга, с нашей точки зрения, заключается, прежде всего, в том, что это структурный подход, имеющий глубокие корни. За названиями типов стоят сильные стороны психики человека, называемые автором психическими функциями. Основные функции - это способности человека с особым умением разбираться в определенных аспектах мира и действовать на основе этой информации.

Индивидуально-своеобразные проявления субъекта в текстах-интерпретациях могут изучаться с помощью теории психологических типов К.Г. Юнга. По мнению авторов, разработавших модифицированные версии типологии К.Г. Юнга (И. Майерс, К. Бриггс, Д. Кейрси), больше всего на специфику восприятия и интерпретации информации, или «особую чувствительность к ее аспектам» [8], влияет доминирование у личности одной из двух полярных психических функций - ощущения («сенсорика» - S) или интуиции (К). «Ощущающие» типы больше доверяют тому, что говорят им их органы чувств, они реалисты, ориентированы на настоящее, любят конкретность и в большей степени интересуются фактами. Интуитивисты же, наоборот, проявляют гораздо больший интерес не к фактам как таковым, а к их значению, собственным ассоциациям в связи с ними, возможным последствиям, во всем ищут скрытый смысл.

Существуют данные о взаимосвязи между выраженностью у личности психических функций (по Юнгу) и ее стилем свободных высказываний. На фоне спокойного эмоционального состояния (низкий уровень тревоги, непринужденность обстановки, возможность свободно высказывать свои мысли по поводу хорошо известных тем или обстоятельств) доминирующая функция проявляется в речи в виде близких слов и тем у представителей одного «функционального типа». К.Ю. Петрова пишет, что в зависимости от преобладающей функции человек порождает свой собственный текст в «удобном» для себя стиле и избегает соответствующих высказываний (переформулирует или вытесняет информацию) на «неудобном» ему языке [9]. В работе Н.Д. Кулишовой показана специфика вербализации психотипов (по классификации Д.Кейрси) и установлены корреляции их черт с языковыми структурами, показано, что существует собственный (удобный) стиль описания событий при построении текста. «Реалисты» (сочетание сенсорики S и иррационального восприятия Р) склонны к более динамическому способу описания, представления положения дел. У них доминирует аналитический стиль мышления. Информационная структура их текста отличается политемностью и выраженностью такого компонента нарративной структуры текста, как «мораль». «Концептуалистов» (сочетание интуиции N и мышления Т) отличает синтетический стиль мышления, они склонны строить описание в тексте более абстрактно, обобщенно, им свойственно более объемное оценивание событий. Тексты «идеалистов» (сочетание интуиции N и чувства F) отличает низкий показатель сформированности нарративной компетенции, то есть способности строить рассказы. «Традиционалисты» (сочетание ведущей функции ощущения (сенсорики) S и быстрого принятия решений J) более зависимы от информации, поступающей из внешней среды, что обусловлено доминированием функции ощущения [10].

Необходимо отметить еще один важный аспект. К примеру, такие когнитивностилевые характеристики, как образность-вербальность, конкретность-абстрактность, часто ассоциируют с первой и второй сигнальной системой по И. Павлову, что может привести к смешению двух разных оснований для выделения психотипов. То, что в типологии Майерс-Бриггс различают как интуицию (К) и ощущение (сенсорику, S), связано со склонностью к конкретности или абстрактности. При этом «абстрактики» могут быть разные - со склонностью к рационализированной вербализации («философы») или со склонностью к метафорам и символам («поэты», «художники»), что говорит об использовании ими различных мыслительных стратегий [10].

С точки зрения Л.Н. Собчик, на избирательность восприятия и стиль усвоения информации влияют различные сочетания когнитивных стилей с чертами темперамента и характера. Так, личности, формирующиеся на базе ригидной нервной системы, отличаются формально-логическим, прагматическим мышлением с преобладанием способности ориентироваться в цифрах, четких схемах, конкретных конструкциях, формулах. Когнитивный стиль эмотивного (лабильного) типа отличается, напротив, преобладанием наглядно-образного, целостно-чувственного, художественного восприятия. Тревожно-интровертные гипостеники предпочитают вербальный (словесный) материал и проявляют способности в сфере постижения смысла и обобщения словесной информации. Стеничные спонтанные личности отличаются целостным интуитивным мышлением, опережающим опыт [11]. Однако сложность и неоднозначность взаимосвязей стилевых параметров и проявлений личности, эмпиризм, независимость разных исследований оставляют актуальным вопрос о соотношении разных параметров выявленных стилей с личностными особенностями в процессах порождения и интерпретации текста.

В этом контексте представляется интересным по-новому взглянуть на потенциал некоторых проективных психологических методик, где по особенностям текста-интерпретации делается попытка реконструкции личностных черт, диспозиций, мотивов испытуемого. Тематический апперцептивный тест (ТАТ) - одна из наиболее популярных и богатых по своим возможностям методик, используемых в мировой практике для изучения личностных особенностей субъекта при продуцировании текста. Стимульный материал отличается неопределенностью, потенциальной неоднозначностью понимания и интерпретации изображенных ситуаций. В основе интерпретации результатов тестирования лежит идея о том, что общая направленность и конкретные детали понимания испытуемым тех или иных ситуаций, отразившегося в его рассказах (по соответствующему стимульному материалу), позволяют сделать заключение о его личностных чертах, мотивах и диспозициях, обусловивших именно такую, а не какую-либо иную интерпретации [1]. Тем не менее при всех потенциальных возможностях методики большое количество схем интерпретирования результатов, а также трудоемкость процедуры проведения, высокие требования к обработке и анализу результатов делают затруднительным широкое использование ТАТ как психодиагностического инструмента.

Выводы. Проведенный анализ дает основание говорить, что психологические типы и когнитивные стили являются взаимосвязанными. Вместе с тем достижения в области индивидуальных различий, дифференциальной психологии позволяют найти точки соприкосновения в этих двух подходах. Однако недостаточность исследований данной проблематики, неопределенность методологической базы, слабая инструментальная обеспеченность обусловливают необходимость выделения наиболее существенных оснований для классификации психотипов по способу интерпретации текстов.

С нашей точки зрения, возможности когнитивно-стилевого и типологического подходов (если брать в качестве классификационной схемы типологию К.Г. Юнга) являются перспективным для выделения психотипов по способу интерпретации текстов в том случае, если за основание для получения и анализа текстов-интерпретаций взять заданный литературный сюжет или сюжет известного художественного фильма.

Изучение проявлений личностных характеристик в текстах-интерпретациях, дополненное исследованием базовых ценностно-мотивационных различий, позволит выделить дефиниции, специфические для личностно-психологического и психолингвистического подходов в ситуациях анализа текста. Использование методик, направленных на изучение базовых личностных характеристик (например, опросник Ш. Шварца, методика М. Рокича, КЕО-Р-К и др.), по нашему мнению, позволит более содержательно описать структуру личностных паттернов и точнее объяснить специфику связи между когнитивно-личностными параметрами и содержательно-стилевыми

особенностями текстов-интерпретаций. С другой стороны, использование материалов письменных текстов-интерпретаций является еще одним путем построения методик непрямой диагностики (без использования опросников) обобщенных мотивов личности и когнитивного стиля.

Примечания:

1. Леонтьев Д.А. Тематический апперцептивный тест. М.: Смысл, 1998. 254 с.

2. Белянин В.П. Психологические аспекты художественного текста. М.: Изд-во МГУ, 1988.

120 с.

3. Сухих С.А. Личность в коммуникативном процессе. Краснодар: ЮИМ, 2004. 156 с.

4. Зарецкая Е.Н. Риторика: Теория и практика речевой коммуникации. М.: Дело, 2002. 480

с.

5. Знаков В.В. Психология понимания правды. СПб., 1999.

6. Петренко В.Ф. Основы психосемантики. 2-е изд., доп. СПб.: Питер, 2005. 480 с.

7. Холодная М.А. Когнитивные стили. О природе индивидуального ума. 2-е изд. СПб.: Питер, 2004.

8. Лузаков А.А. Типология личностей Майерс-Бриггс и управленческое

консультирование // Человек. Сообщество. Управление. 1999. № 1. С. 63-75.

9. Петрова К.Ю. Картина мира в высказываниях человека и функции психики по К. Юнгу // Модели мира. М.: Рос. Ассоциация искусственного интеллекта, 1997. С. 197-214.

10. Лузаков А.А., Сухих С.А. Психологические факторы взаимопонимания //

Взаимопонимание в диалоге культур: условия успешности: в 2 ч. Ч. 1 / под общ. ред. Л.И. Гришаевой, М.К. Поповой. Воронеж, 2004. С. 45-68.

11. Собчик Л.Н. Психология индивидуальности. Теория и практика психодиагностики. СПб.: Речь, 2003.

12. Серегина Т.Н. Черты личности и когнитивный стиль: взаимодействие и роль в

успешности обучения: дис. ...канд. психол. наук. Краснодар, 2001. 150 с.

13. Славская А.Н. Личность как субъект интерпретации. Дубна: Феникс, 2002. 240 с.

14. Нартова-Бочавер С.К. Дифференциальная психология: учеб. пособие / С.К. Нартова-Бочавер. М.: Флинта, 2003. 280 с.

References:

1. Leont’ev D.A. The thematic apperceptive test. М.: Sense, 1998. 254 p.

2. Belyanin V.P. Psychological aspects of the art text. М.: Moscow State University Publishing House, 1988. 120 p.

3. Sukhikh S.A. The person in communicative process. Krasnodar: YUIM, 2004. 156 p.

4. Zaretskaya E.N. Rhetorics: The theory and practice of speech communications. М: Business, 2002. 480 p.

5. Znakov V.V. Psychology of understanding the truth. SPb., 1999.

6. Petrenko V.F. Psychosemantic bases. 2 ed., add. SPb.: Peter, 2005. 480 p.

7. Kholodnaya M.A. Cognitive styles. About the nature of individual mind. 2 ed. SPb.: Peter,

2004.

8. Luzakov A.A. Typology of persons Myers-Briggs and administrative consultation// The Person. Community. Management. 1999. No. 1. P. 63-75.

9. Petrova K.Yu. Picture of the world in statements of the person and mentality functions after

C.Jung//World Models. М.: Russian Artificial Intellect Association, 1997. P. 197-214.

10. Luzakov A.A., Sukhikh S.A. Psychological mutual understanding factors//Mutual understanding in dialogue of cultures: success conditions: in 2 parts. P.1 / Eds. L.I.Grishaeva, M.K.Popova. Voronezh, 2004. P. 45-68.

11. Sobchik L.N. Psychology of individuality. The theory and psychodiagnostics practice. SPb.: speech, 2003.

12. Seryogina T.N. Features of the person and cognitive style: interaction and a role in success of training: Dissertation of Candidate of Psychology degree. Krasnodar, 2001. 150 p.

13. Slavskaya АЖ The person as the subject of interpretation. Dubna: the Phoenix, 2002. 240 p.

14. Nartova-Bochaver S.K. Differential psychology: the manual/ S.K.Nartova-Bochaver. М: Flinta, 2003. 280 p.