Мотив внутреннего зрения / видения в системе художественной оптики г. Джеймса

З. А.-Г. Сафарова

МОТИВ ВНУТРЕННЕГО ЗРЕНИЯ / ВИДЕНИЯ В СИСТЕМЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ОПТИКИ Г. ДЖЕЙМСА

В современном литературоведении понятие «художественная оптика» пока не приобрело статуса специального понятия. Чаще всего его употребляют в связи с особенностями таких видов искусства, как фотография и живопись. Тем не менее, и литературоведы начинают активно использовать это понятие (см., напр.: [1; 10]). Как правило, под «художественной оптикой» в самом общем смысле подразумевается своеобразие авторского видения действительности и его преломление в особых формах и способах организации непосредственно разворачивающихся в произведении, вербально визуализированных сторон действительности. В более конкретном значении «художественная оптика» предполагает акцентированное внимание на воспроизводимых в тексте процессах и моментах «зрения» и «вИдения». Известный специалист в области литературы и кино М. Ямпольский справедливо отмечает: «Зрение относится скорее к области физиологии и оптики..., а видение включает в себя помимо зрения весь комплекс явлений, связанных с психологией восприятия, и к тому же оно обогащено культурой и социальным опытом» [11, с. 14]. В данной интерпретации понятие «зрение» включается в более широкую область - «вИдение», синонимичную у М. Ямпольского с понятием «визуальная сфера».

В настоящей статье ставится задача выяснения роли «внутреннего зрения/вИдения» (т. е. вербальньной репрезентации картин внутренней жизни персонажей) в поэтике романов Генри Джеймса «Женский портрет» и «Послы», раскрытия основных особенностей визуализации ментальной сферы вИдения и ее связей с общими свойствами художественного пространства указанных произведений.

1 'к ''

№ 24(81 ВРЛр

В литературе о творчестве писателя эта проблема до сих пор не нашла всестороннего освещения. Отдельные указания на своеобразие «пространства внутренней жизни» героев Генри Джеймса содержатся в исследованиях Ф. О. Маттисена [14], А. Р. Тинтнер [15], М. -Торговник [16], Е. В. Душининой [5].

В свете поставленной задачи следует подчеркнуть, что понятие «зрение/вИдение» не совпадает с категорией «точки зрения» (point of view), которую сам Г. Джеймс считал программным принципом своей поэтики, предполагавшим отказ автора от всеведения и создание эффекта переменной нарративной перспективы, т. е. постоянного переключения повествовательного голоса от одного персонажа к другому. Понятие «зрения» (в том числе внутреннего), безусловно, может быть включено в парадигму «точки зрения», но может быть рассмотрено и относительно автономно, в буквальном смысле как то, что создает непосредственные картины, воспринимаемые вследствие зрительной рецепции.

Поскольку проблема художественного видения в целом, и в частности внутреннего вИдения, связана с более общей проблемой визу-альности, отметим наиболее существенные ее аспекты. В.М. Розин отмечает, что «строгой общепринятой дефиниции или теории «визу-альности» сегодня не существует» [8, с. 10]. По мнению названного исследователя, изучая проблемы визуальности, ученые говорят о таких разнородных явлениях, как «зрительное (оптическое) и интеллектуальное видение, зрительное восприятие и мышление, внешняя (видимая) и внутренняя (образная) форма <...> и т.п. [Там же]. Тем не менее, в центр своего исследования В.М. Розин ставит проблему соотношения видения и мышления, а также видения и культуры. В рамках обозначенных проблем и рассматриваются названные выше явления, которые оказываются взаимосвязанными, а не разнородными.

Работы, посвященные проблемам визуальности, тяготеют к рассмотрению одного из двух типов соотношений — вИдения и психологии восприятия, а также мышления, и, кроме того, вИдения и культуры (в широком смысле слова). Что касается первой из данных проблем, то в связи с ней чаще всего говорят о визуальном мышлении, неразрывно связанном с субъектом восприятия и мышления [См. : 6]. Результатом такого мышления являются визуальные образы, воз-

никшие вследствие творческой активности субъекта. Поскольку, воспринимая видимый мир, субъект не пассивно отражает его, но активно перерабатывает, он обращается к манипуляции элементами видимого мира, порождающей новый образ, что, по мнению В.П. Зинчен-ко, В.М. Мунипова, В.М. Гордона и «составляет существо визуального мышления» [6, с. 13]. Таким образом, в обозначенном здесь аспекте, с проблемой визуальности соотносима проблема воспринимающего и мыслящего субъекта, для которого, согласно М. Осьмакову, «созерцать», «видеть», «размышлять» есть реализация «единого «акта-события» [7, с. 32].

Вместе с тем поэтика визуальности предполагает, что сфера вИдения всегда шире, чем восприятие и мышление. Об этом еще до полноправного включения в научный оборот понятий визуальности говорила известный искусствовед Н. Дмитриева: «Мы способны видеть и окраску, и форму, и блеск человеческого глаза, и то, что он выражает: любовь, гнев, сострадание, ожидание. Мы способны видеть бесконечно многое и в «неодушевленной» природе, в ее формах и красках. Все видимое, внешнее, говорит нам о чем-то внутреннем; сфера «видимости» настолько широка, насколько велик диапазон познаваемого, чувствуемого, угадываемого через посредство зрения» [4, с. 170].

В произведениях Г. Джеймса аспекты зрения и вИдения занимают весьма значительное место, о чем свидетельствует, в первую очередь, частотность употребления слов данного семантического круга. Как мы отмечали в одном из предыдущих наших исследований, в романе «Женский портрет» слово «look» и его производные (в поле соответствующей семантики) встречается не менее 560 раз, слова «see/saw/seen» и близкое к ним seem - не менее 1200 раз, «watch» - 66 раз [см. : 9] Примерно такую же статистику демонстрирует роман «Послы», особенно если учитывать меньший по сравнению с «Женским портретом» объем текста. Как и в более раннем романе, в «Послах» автор активно прибегает к использованию слов синонимического ряда «взгляд»: «gaze» (отмечено 14 случаев употребления этого слова), stare (25), «glance» (16), glare (5).

Безусловно, большинство случаев, когда автор прибегает к использованию слов данного семантического ряда, связано с переда-

1 'к ''

№ 24(81) ВРЛр

чей непосредственного физиологического процесса «смотрения/видения» человеком определенных физических объектов, однако немало места в романах Г. Джеймса занимают и картины внутреннего видения, то есть то, что разворачивается в воображении персонажа, связано с работой его фантазии. Мотивировка их появления в тексте чаще всего специально не оговаривается, но задается важнейшими характерологическими чертами персонажей романов. Так, о главной героине «Женского портрета» - Изабелле Арчер - повествователь в самом начале знакомства с ней читателя говорит: «her solitude did not press upon her; for her love of knowledge had a fertilizing quality and her imagination was strong...» [13, p. 27] («одиночество не тяготило ее: любознательность подстегивала ее ум, а воображение не знало пределов...» [2, с. 18]). Примерно в таком же духе характеризуются персонажи «Послов»: «Lambert Strether had a candour of fancy.» [12, p. 59] («Ламбер Стрезер обладал девственным воображением.» [3, с. 29]; и в другом месте: «его воображение, само того не замечая, тут же принялось усердно развивать и украшать эту мысль [3, с. 137]).

Показателен в этом смысле разговор мисс Гостри и Стрезера из романа «Послы» о том, что у него, т.е. у Стрезера слишком много воображения, а у Чеда оно отсутствует [3, с. 274]. Чаще всего «богатство» и «сила» воображения персонажей «Женского портрета» и «Послов» оценивается автором-повествователем как амбивалентное свойство личности: «Изабелле нельзя было отказать в возвышенном воображении, которое не раз оказывало ей добрые услуги и столько же раз играло с нею злые шутки.» [2, с. 41]. Нередко такие характеристики окрашиваются очевидной авторской иронией: «любое место Парижа, стоило лишь приостановиться даже на минуту, неудержимо вызывало работу воображения. Эта постоянная работа воображения придавала остановкам особую цену, но и нагромождала столько последствий, что среди них почти уже негде было ступить.» [2, с. 53].

С одной стороны, воображение необычайно расширяет круг интересов и представлений человека, с другой стороны, оно может и обманывать, рождая ложные представления о людях и событиях. Особенно наглядно это видно в истории замужества Изабеллы Арчер. Гилберт Осмонд как умелый психолог ради достижения своих

целей тонко играет на струнах души Изабеллы, стимулирует работу ее воображения, рисуя картины их будущей счастливой супружеской жизни: «Моя дорогая девочка, где найти слова, чтобы описать вам, какая, мне кажется, нас ожидает жизнь, какой у нас впереди долгий летний день. Итальянский день или, вернее, его послеполуденная пора, когда все окутано золотистой дымкой и начали удлиняться тени, когда в воздухе, освещении, ландшафте - во всем решительно - разлита божественная нега...» [2, с. 286-287].

Внутренне зрение в силу своей безграничности и подверженности самым разнообразным ассоциативным связям и импульсам может служить фактором расширения общей сферы вИдения персонажа. Так, в романе «Послы» внутренние изменения Стрезера как «центрального сознания», по определению писателя, становятся внятными читателю только вследствие постепенного разворачивания открывающихся перед ним новых картин жизни, неведомых и до поры до времени чуждых ему как представителю американской ментальнос-ти.

Особенно важным для понимания процессов внутреннего видения представляется момент переключения с внешнего на внутреннее зрение. Примечательно, что в романе «Послы» это отмечается в одном из начальных моментов вхождения Стрезера в мир ему чуждый, но вместе с тем притягательный: «Стрезера вдруг охватило чрезвычайно странное чувство: будто его безудержно влекло в некую чуждую среду, сущность которой не имела ничего общего с сущностью атмосферы, где он обитал в прошлом, будто для него все сейчас начнется в полном смысле с самого начала. Практически уже началось, когда он стоял наверху перед зеркалом, которое каким-то удивительным образом повторяло окна его сумрачного номера, — началось с пристального осмотра деталей своей наружности, какому он уже долгие годы не имел охоты их подвергать.» [3, с. 8]. Важно и то, что здесь фигурирует зеркало, как предмет, который служит средством переключения взгляда - из внутреннего плана во внешний и наоборот. О значимости такого переключения пишет М. Ямпольс-кий, отмечая, что «это переключение характерно для особых состояний — художественного вдохновения, ясновидения и умирания» [11, с. 157]. В данном случае оно свидетельствует, точнее предвосхища-

' 1* 'Ч'

№ 24(81) ВРЛр

ет те значительные перемены, которые произойдут со Стрезером в Европе.

Развитое внутреннее зрение способно привести человека и к прозрению. Симптоматично, что такая способность в романах Джеймса отличает в первую очередь представителей художественной сферы. Когда Стрезерс знакомится со знаменитым скульптором Глориани, им «владело такое чувство, будто он очутился в большой, прославленной — правда, чем, он не знал — обители, в пристанище паломников, питомнике молодых священнослужителей, с тенистыми закоулками, прямыми аллеями и церковными колоколами, созывавшими к мессе узкий круг лиц; им владело такое чувство, будто воздух полнится именами, а оконные проемы — призраками, а все вместе — знаками и символами, целым потоком сигналов, слишком густым, чтобы он мог в них разобраться....» [3, с. 103].

Интересно, что в фильме режиссера ??Дж. Айвори по роману «Женский портрет» внутреннее вИдение героини реализуется в ряде видЕний - сцен, где главная героиня воображает себя в разных ситуациях возможного развития ее отношений с другими людьми, в частности с тремя мужчинами, претендующими на ее сердце - сэром Уорбертоном, Ральфом Тачитом и Гилбертом Озмондом. Этим видЕниям нет прямого соответствия в тексте романа, но они вполне соответствуют как общей стилевой тональности романа, так и характеру его главной героини.

Таким образом, мотивы внутреннего зрения/вИдения выполняют в романах Генри Джеймса «Женский портрет» и «Послы» важнейшую структурообразующую функцию, участвуя в формировании специфической пространственной поэтики автора, включающей как широкие панорамные картины сюжетного действия, так и картины богатой внутренней жизни персонажей. При этом визуализированные внутренние образы являются у писателя знаками субъективного видения мира и несут на себе отпечаток разной степени самоосознания персонажа и глубины его психологических прозрений. В результате системного включения образов внутреннего видения в доминантный стилевой ряд произведения они становятся важнейшей формой репрезентации духовного состояния персонажа.

Список использованных источников

1. Викторович В.А. «И стал я разглядывать.». Эволюция художественной оптики от Гоголя к Достоевскому / В.А. Викторович / / Н.В. Гоголь: загадка третьего тысячелетия. Первые Гоголевские-чтения. Сб. докладов. - М. : Университет, 2002. - С. 34-48.

2. Джеймс Генри. Женский портрет : роман / Изд. подгот. Л. Е. Полякова, М. А. Шерешевская.. - М. : Наука, 1981 (Серия «Литературные памятники»). - 592 с.

3. Джеймс Генри. Послы : роман / Изд. подгот. А. М. Зверев, М. А. Шерешевская. — М. : Ладомир; Наука, 2000. — 374 с. — («Литературные памятники»).

4. Дмитриева Н. Изображение и слово [Текст] / И. Дмитриева.

— М.: Искусство, 1962. - 314 с.

5. Душинина Е.В. Визуальные искусства и проза Генри Джеймса : Дисс. ... канд. филол. н. / Е.В. Душинина / Ивановский гос. ун-т.

- Иваново, 2010. - 205 с.

6. Зинченко В.П., Мунипов В.М., Гордон В.М. Исследование визуального мышления [Текст] / В.П. Зинченко, В.М. Мунипов, В.М. -Гордон // Вопросы психологии. — 1973. — С. 3-14.

7. Осьмаков М. Антропология визуальности [Текст] / М. Ось-маков. — Орел : Лицей «Магистр», 2004. - 328 с.

8. Розин В.М. Визуальная культура и восприятие. Как человек видит и понимает мир [Текст] / В.М. Розин. — М. : Едиториал УРСС, 2004. - 224 с.

9. Сафарова З. Направленность взгляда как фактор пространственной поэтики Генри Джеймса (в печати).

10. Третьякова Е.Ю. Художественная оптика Пушкина в петербургской повести «Медный всадник» / Е.Ю. Третьякова // Филология Philologica. - 1999. - № 15. - С. 21-25.

11. Ямпольский М. О близком (очерки немиметического зрения) [Текст] / М. Ямпольский. - М. : НЛО, 2001. - 239 с.

12. James H. The Ambassadors : novel / Henry James // http:// www.gutenberg.org/files/432/432-h/432-h.htm

13. James H. The Portrait of a Lady : novel / Henry James // http:// www2.newpaltz.edu/~hathawar/portrait1.html; http://www2.newpaltz.edu/ ~hathawar/portrait2.html

№ 24(81)_BPJI , ;

14. Matthiessen F.O. James and the Plastic Arts // Kenyon Review, V. (Autumn 1943). - P. 533-550.

15. Tintner A. Henry James and the lust of the eyes: thirteen artists in his work. - Louisiana State University Press, 1993. - 265 p.

16. Torgovnick M. The visual arts, pictorialism, and the novel: James, Lawrence, Woolf. - Princeton, 1985. - Pp. XII + 267.