Дефицита бюджета требует справедливость

Дискуссии на Гайдаровском форуме, открывшемся вчера в Москве, уже в первый день показали главный для 2011 года конфликт в экономической политике — стратегии наращивания социальных расходов. Андрей Клепач, замглавы Минэкономики, выдвинул новый тезис о необходимости нового роста зарплат в бюджетном секторе — это необходимо после повышения зарплат правоохранителям для предотвращения социальных дисбалансов. В этом свете сокращение дефицита бюджета, которого требует вице-премьер Алексей Кудрин, не так важно. Господин Кудрин в прямую полемику вступать не стал: его более интересует изменение структуры не "зарплатных", а инвестрасходов.

Первый день открывшегося вчера Гайдаровского форума-2011 (организаторы — Российская академия народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, Институт экономической политики имени Гайдара и Фонд Егора Гайдара) начался с чисто бюджетной полемики. 14 марта, анонсируя конференцию, ректор АНХ Владимир Мау предупреждал будущих участников: "Основные проблемы российской экономики носят не чисто бюджетный характер". Впрочем, три ключевых выступления первого дня — вице-премьера Алексея Кудрина, замминистра экономики Андрея Клепача и первого зампреда ЦБ Алексея Улюкаева — касались так или иначе тем федерального бюджета.

Еще 15 марта стало очевидно, в какой степени расходятся позиции сторон: Алексей Кудрин неожиданно заявил, что в 2011 году нулевой дефицит бюджета РФ достижим лишь при цене нефти $115 за баррель и выше. Вчера же он пояснил, что это — не фантастика: он не исключает кратковременного взлета нефтяных цен на уровень $150-200 за баррель. Алексей Улюкаев осторожно поддержал выводы Минфина, заявив: "У меня есть глубокое убеждение, что уже в этом году мы можем выйти на бездефицитный бюджет" (по оценкам господина Улюкаева, с начала года среднегодовая цена нефти оценивается ЦБ в $101 за баррель и нет признаков того, что она будет падать,— о росте речи нет). Наконец, Андрей Клепач был несколько скромнее в оценках: "Мы в этом году действительно при тех ценах на нефть, которые есть, можем выйти (если резко не увеличим расходы) почти на 1% дефицита".

Впрочем, речь шла не о дефиците бюджета, который как проблему не оценивают сейчас ни ЦБ, ни Минфин, ни Минэкономики. Тему ключевого спора задал господин Клепач. Он де-факто анонсировал позицию Минэкономики о необходимости роста зарплат в бюджетном секторе, ради которых можно потерпеть и долгосрочный дефицит в несколько процентов ВВП. "Если зарплата ученых в среднем соответствует заплате лейтенанта милиции, то эта страна может рассуждать об инновациях, но, очевидно, что инновационное развитие будет носить фрагментарный, очаговый характер",— пояснил представитель Минэкономики, сообщив: то же самое касается расходов на здравоохранение и образование, в том числе зарплаты врачам и учителям, которые необходимо увеличивать. Альтернативы росту соцрасходам Андрей Клепач не видит: РФ сейчас "находится на рубеже, когда несбалансированность внутри самого бюджетного сектора резко возрастет", а сокращение госрасходов сейчас может ударить по бюджетному сектору.

Алексей Кудрин в своем выступлении опасную тему наращивания социальных расходов затрагивать почти не стал, ограничившись лишь констатацией: в предвыборный год это вероятно. По его словам, "при нынешнем уровне расходов должны изменить их структуру", в частности, отказавшись от роста дотаций компаниям и секторам экономики в пользу финансирования инфраструктурных проектов. "В Бюджетном кодексе установлен весь список тех предприятий, которые получают субсидии из федерального бюджета. Он на многих листах, там сотни предприятий",— сказал министр. Менять, по его словам, нужно и социальные расходы — но это не главное.

На деле, какая именно часть расходов бюджета РФ требует сокращения — социальная или инвестиционная,— с точки зрения балансировки бюджета значения не имеет. Впрочем, смена риторики Минэкономики (ранее ведомство настаивало именно на инфраструктурных расходах, к социальным относясь осторожно) ставит Минфин в довольно неудобную ситуацию. В отличие от госинвестрасходов, наращивание социальных расходов, на которые Минфин легко шел в 2006-2009 годах, влияет на структуру бюджета больше, чем инвестрасходы: именно эскалация пенсий и зарплат в зависимых от бюджета секторах, а не госинвестиции и привели бюджет к нынешнему дефициту. Но потенциал сокращения госрасходов больше именно в секторе госинвестиций.