Поэма А. Кулаковского «Сон шамана» в контексте мировой литературы

НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ, 2010, №3

ВОПРОСЫ ЛИТЕРАТУРЫ

УДК 821.512

Поэма А.Кулаковского «Сон шамана» в контексте мировой литературы

А. А. Бурцев

Поэма А. Кулаковского «Сон шамана» рассматривается в широком литературно-философском контексте, не только как феномен якутской национальной культуры, но и как художественное явление российского и мирового значения.

Ключевые слова: художественно-философский синтез, якутская литература, диалог культур, принцип комплементарности, лиро-этический жанр, антиутопия.

Poem of A.Kulakovsky "Shaman's Dream" is being considered in wide literary and philosophical context, not only as the phenomenon of Yakut national culture, but also as work of art of Russian and world wide meaning.

Key words:

В свое время Ф. Достоевский сказал, что А. Пушкин - явление «пророческое», возникшее «в самом начале правильного самосознания нашего». П. Ойунский в 1926 году, провожая в последний путь А. Кулаковского, назвал его «отцом художественного слова», первым поэтом, творчество которого положило начало якутской литературе [ 1].

Действительно, сегодня с определенной дистанции, в контексте «большого» исторического времени А. Кулаковский воспринимается как эпохальная по размаху фигура, как поэт и философ, творчество которого отмечено тягой к художественно-философскому синтезу. Его величие и заслуга заключаются в том, что он продемонстрировал всю глубину и многообразие якутского художественного сознания и философской мысли.

Именно с легкой руки А. Кулаковского произошло двустороннее открытие: с одной стороны, он

родного народа к русской и мировои культуре, а с другой стороны, его поэзия открыла человечеству духовный мир одного из самых северных народов - якутов, создавшего уникальную циркумполярную материальную и духовную культуру.

В 1827 году великий немецкий поэт Гете в разговоре со своим секретарем Эккерманом высказал мысль о том, что начинает складываться «всемирная литература» [2]. В начале XX века эта отмеченная Гете тенденция становится определяющей. Формирование мировой литературы выражается в усилении взаимодействия и взаимо-

БУРЦЕВ Анатолий Алексеевич - д.ф.н., проф., проректор СВФУ им. М.К. Аммосова, акад. АН РС(Я), unir@sitc.ru

связей крупнейших литературных регионов - Европы, США, России, Востока. Происходит общая интернационализация и глобализация духовной жизни.

В этих условиях возникает необходимость применения нового подхода - не по национальному признаку, а с позиций диалога культур и принципа комплементарности, - как к истории литературы в целом, так и к таким уникальным художникам слова, как выдающийся английский поэт, лауреат Нобелевской премии Т.С. Элиот, или другой обладатель Нобелевской премии, индийский писатель-философ Р. Тагор, к творчеству которых в типологическом плане во многом близок общий пафос художественного наследия А. Кулаковского.

Центральное место в художественном творчестве А. Кулаковского занимает поэма «Сон шамана», основная редакция которой была завершена в 1910 году. Это уникальное произведение и по глубине и многоплановости своего философского содержания, и по оригинальности и совершенству художественной формы. Не случайно историко-филологическая интерпретация поэмы стала самостоятельной научной проблемой. В предлагаемой статье предпринимается попытка ее рассмотрения в широком литературно-философском контексте.

Традиция мировой литературы обнаруживается прежде всего в жанровой специфике произведения якутского поэта. Во всех работах, посвященных творчеству А. Кулаковского, жанр «Сна шамана» обозначается как поэма, и с этим нельзя не согласиться. Теоретики литературы определяют поэму как «большое многочастное стихотворное произведение, принадлежащее одному авто-

ру» [3]. Г.Н. Поспелов в своей известной монографии «Проблемы исторического развития литературы» (1972) предложил «называть поэмой всякое большое стихотворно-повествовательное литературное произведение» [4]. При этом ученый выразил солидарность с коллегами, склонными различать в литературных произведениях жанровую форму (в данном случае - поэму) и жанровое содержание.

Типологическим содержательным признаком классической эпопеи, по определению Гегеля, является изображение «героического состояния мира». Но в процессе эволюции жанра стремление дать широкую и разнообразную картину мира начинает теснить изображение его «героического состояния».

Вехой в развитии жанра поэмы в мировой литературе считается «Божественная комедия» Данте, в которой «осуществлен непосредственный контакт художественного мира с живой современностью» и «нарушена присущая предшествующим формам поэмы «эпическая дистанция»» [5]. Дан-товская картина бытия лишена традиционной эпической объективности и отмечена исключительной активностью авторских оценок. В дальнейшем еще более усиливается взаимопроникновение в жанре поэмы эпического и лирического начал. Не случайно некоторые теоретики к трем «каноническим» родам добавляли лирико-эпический род («жанр») и относили к нему поэму [6].

Произведение якутского поэта формально может быть отнесено и к сложившемуся в раннес-редневековой клерикальной литературе жанру видения. Во всяком случае, главный художественный принцип видения, «откровение во сне», а также дидактическое начало присутствуют в «Сне шамана».

Но все же, как справедливо указывают современные исследователи, поэма А. Кулаковского имеет глубоко национальные корни. Е.С. Сидоров, автор одного из переводов поэмы на русский язык, считает, что «Сон шамана» имеет форму «шаманского пророчества с камланием» [7]. По мнению П.В. Максимовой, А. Кулаковский «создал национальное эпическое произведение на фольклорной основе»: «Сложный многоплановый сюжет, своеобразный историзм, сочетающийся с преобладанием гиперболизации в описании жизни общества, художественная идея борьбы за благополучие своего народа и, наконец, непосредственное «присутствие» слушателей, - все эти особенности жанровой природы поэмы Кулаковского позволяют увидеть художественный аналог поэмы в эпических произведениях якутского фольклора» [8].

В целом жанровая основа поэмы А. Кулаковского носит лиро-эпический характер. «Сон шамана» имеет сложную, и в то же время очень строй-

ную, продуманную композицию. Начинается поэма с авторского вступления: ранним утром, когда «ласковое белое солнце восходило с улыбкой над миром», великий старец, белый шаман, служитель божественных «айыы», три раза ударил в огромный бубен и начал свое камлание - пророчество. Шаман поведал о том, как прошлой ночью в состоянии «вещего сна» он обернулся могучим орлом - Эрили, стремительно вознесся на небо и окинул «взглядом, пронзающим круг земной». Кстати, в поэме Элиота «Бесплодная земля» тоже появляется инфернальная фигура прорицателя в лице древнегреческого оракула Тиресия, «вдохновенно проникающего в неизвестность будущих лет».

Эпический план поэмы включает обзор общего положения в мире. От имени своего вещего героя А. Кулаковский предупреждает о том, что «чаша судеб мировых переполняется, рок неумолимый надвигается» (пер. Е. Сидорова). Шаман напоминает о сотворении мира великим Юрюнг Aap Тойоном, верховным божеством, главой якутского пантеона, о том, как он населил природу несметным числом животных и птиц. Но человек, «этот двуногий хищник», начал опустошать флору и фауну, уничтожать все живое. Он не оставил на земле места незаселенного, проник во все уголки, стал хищнически истреблять природные ресурсы. В конце концов он настолько возгордился и возомнил о себе, что отказался от покровительства добрых духов и воспылал враждой к самому богу. Тогда всевышний ужасно осерчал и в качестве кары обрек людей на чрезмерное перенаселение планеты. В результате род людской наводнил всю ширь земли, переполнил все края. Стало тесно в мире, начался его передел, наступила эпоха империалистических войн. Используя мифологические образы древнеякутских божеств войны и брани Уот-Солуонньай и Куо-Кустуктай, автор создал впечатляющую картину оказавшегося перед «последним пределом» мира.

Таким образом, лирический пафос поэмы связан с авторской позицией поэта-философа, поэта-патриота, который устами своего героя дал глубокую оценку современного положения. По его мнению, особую опасность для Якутии в силу терния и Китай, что подтверждалось реальной исторической ситуацией. Из европейских стран А. Кулаковский прозорливо выделил Англию и Германию как возможных инициаторов и участников захватнических войн. Следствием агрессивной хищнической политики мировых держав и перенаселения планеты стали многочисленные конфликты между «богачами ненасытными» и «черным людом», растущее недовольство масс и назревание революций.

64

НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ, 2010, №3

ПОЭМА А. К VЛАКОВ С КОГО «СОН ШАМАНА» В КОНТЕКСТЕ МИРОВОМ ЛИТЕРАТУРЫ

Размышляя над судьбами мира, шаман впал в «сонную дрему». Когда он очнулся, то увидел, что началась беспощадная жестокая война. В первоначальном, так называемом «Новгородовском списке» поэмы (1913) говорится, что шаман погрузился в забытье на тридцать лет, а в окончательном варианте срок «сновидения» не оговаривается. Первое издание поэмы (1924) было снабжено следующим авторским примечанием: «Когда в 1910 году писалась мною эта песня, то предполагалось, что как всемирная война, так и русская революция разгорятся не ранее, чем через 20 - 25 лет...».

А. Кулаковский создал впечатляющую футуро-логическую картину грядущих мировых катаклизмов. Благодаря пророческим картинам и прозрениям автора, его произведение проникнуто пафосом предупреждения. Более того, в «Сне шамана» можно обнаружить и черты антиутопии. «Закат мира» будет сопровождаться, по мысли автора, кризисом производства, стихийными бедствиями и невиданным голодом. В результате трагических событий и разрушительных процессов начнется насильственное переселение разоренных войной крестьян в отдаленные окраины страны, в том числе в Якутию. На этом фоне поэт выражает озабоченность судьбой родного народа. Он ссылается на печальную участь многих «племен и народов», которые «сошли с арены мировой», исчезли с лица земли. В то же время его герой вспоминает о героическом прошлом якутского народа, о том, что со времен легендарных прародителей Омогоя и Элляя суровые превратности не сломили его дух. Но теперь единственным выходом он считает так называемую «культивизацию», то есть восприятие передовой русской культуры и науки.

Иными словами, идейный пафос поэмы заключается в призыве к просвещению и образованию. В финале шаман, согласно ритуалу камлания, обращается к высшим божествам, испрашивая их благословение, и пророчит счастливое будущее родному народу. В конце концов, шаман из языческого культового персонажа превращается в рупор авторских идей. Именно его образ придает поэме А. Кулаковского подлинно самобытный характер.

А. Кулаковский как художник-философ придерживался определенных взглядов на мир, общество и человека. Его философия постепенно сформировалась как система. Она складывалась из отдельных идей, высказанных в разных произведениях. Если их свести воедино, то получится целостное учение о некоем «правильном пути» человека в жизни, основу которого составляет идея толерантности. В этой системе нашли отражение какие-то отголоски античной философии и литературы,

древних восточных веровании, черты якутской мифологии, а также просветительские взгляды.

Наряду с отдельными реминисценциями, восходящими к древней восточной философии, в мироощущении А. Кулаковского явственно проступают черты, близкие к современным ему русским и западным культурфилософским теориям.

А. Кулаковский был современником и, надо полагать, свидетелем своеобразного русского духовного ренессанса, охватившего философию, науку, искусство и литературу в конце XIX - начале XX веков. Он жил в одно время с В. Соловьевым, Н. Бердяевым, Н. Федоровым, В. Вернадским, поэтами «серебряного века».

Для А. Кулаковского как поэта философского склада вообще характерно выраженное пророческое начало. Эта устремленность вперед, пафос будущего сближает его с классической русской литературой. «Русская литература - самая про-фетическая в мире, - писал Н. Бердяев, - она полна предчувствий и предсказаний, ей свойственна тревога о надвигающейся катастрофе». «Сон шамана» является самым профетическим произведением якутской литературы. Это, с одной стороны, обобщение всей национальной духовной культуры, а с другой - попытка охватить философским взором судьбы человечества в целом и родного народа, в частности.

Художественная картина стоящего перед «последним пределом» мира, нарисованная в «Сновидении шамана», впечатляет больше, чем публицистический пафос письма «Якутской интеллигенции». В поэме А. Кулаковского поражает прежде всего сам масштаб художественного видения мира, достигающий поистине «ноосферного» уровня. В этом плане грандиозные картины общечеловеческого развития, тема борьбы добра и зла, пророчества гибели всей земной цивилизации роднят художественно-философскую концепцию поэмы А. Кулаковского с эсхатологией «Трех разговоров» В. Соловьева. Пафос неприятия войны и насилия служит в поэме как бы от противного утверждением мира, приязни и согласия.

Последовательный и активный гуманизм А. Кулаковского тоже сближает его с русской литературой. В его лице якутская литература в определенной степени повторила путь и разделила судьбу русской классической литературы в том смысле, что долгое время она служила средоточием всей интеллектуальной, духовной жизни нации и оставалась, если воспользоваться словами А. Герцена, единственной трибуной совести и средством защиты целого народа и отдельной личности. Вообще, вся современная якутская культура носит литературоцентрический характер.

Параллельно с русскими мыслителями, создателями философии всеединства, якутский поэт

пришел к осознанию нерушимой целостности всей земной и космической сферы. Фактически А. Ку-лаковский предвосхитил то, что сегодня получило название «нового мышления», а именно, тесную взаимосвязь микрокосма человека и макрокосма мира, материального и духовного фактора, экономики, политики, культуры и нравственности, прошлого, настоящего и будущего.

По мнению А. Кулаковского, нарушен некий «баланс» между «естественностью» и развитием современной цивилизации. Ответственность за это поэт возлагает на «большие» народы. Их отношение к природе связано исключительно с борьбой и подчинением. Сама природа воспринимается как чужая, враждебная человеку стихия. Все сводится к беспощадному использованию природных ресурсов. Результатом такого «прометеевского» отношения не может не стать нарушение «правильного пути», конфликт с «естественным» природным началом внутри себя, внутренняя опустошенность.

Негативной установке по отношению к природе, характерной для современной цивилизации, А. Кулаковский противопоставляет просветительскую в своей основе философию природы, ориентированную не на борьбу, а на гармонию, не на подчинение, а на сотрудничество, не на утилитарное потребление, а на раскрытие в человеке «естественных» природных добродетелей. Тут с просветительскими принципами сочетаются черты якутской мифологии. А. Кулаковский постоянно подчеркивал «открытость» человека перед «первоэлементами» мира - огнем, землей, воздухом, водой. Это тоже входило в кодекс «правильности». Кстати, Р. Тагор в сборнике «Гитанджали», в котором отразились традиции древнеиндийской поэзии и философии, обращается к персоне многоликого божества-демиурга, образ которого в конце концов сливается с природой.

Настоящий гимн «естественной» стихии, прекрасную симфонию, соединившую воедино природную «ноту» с человеческой «нотой», А. Кулаковский создал в поэме «Наступление лета», которая вместе с «Сновидением шамана» составляет единую художественно-философскую дилогию.

Философии А. Кулаковского не только содержала идеи, близкие к взглядам русских мыслителей конца XIX - начала XX веков, но и развивалась в сущности синхронно с учениями современных ему западных мыслителей. Одновременно с О. Шпенглером, автором фундаментального труда «Закат Европы», он прозрел надвигающийся апокалипсис, глобальные мировые катаклизмы, превращение

здоровой «культуры» в мертвую «цивилизацию». Параллельно с X. Ортега-и-Гассетом задумываясь о феномене «толпы», о современной эпохе массовых миграций и контактов, он апеллировал к новой элите («интеллигенции»), способной, на его взгляд, на свободный выбор и сохранение культуры.

По мнению У. Фолкнера, великое произведение рождается только «изнутри» - на национальной почве. Но оно так или иначе становится средоточием общих вопросов жизни. В «Сне шамана» тоже происходит экстраполяция национальных проблем на бытие человечества. Пафос поэмы разрастается: озабоченность уделом родного народа переходит в беспокойство за судьбы всего рода людского.

Более того, в одном вопросе А. Кулаковский, по-видимому, опередил современную ему мысль. Его настоящим прозрением явилась идея недостаточности и даже пагубности антропоцентрического подхода к миру. Иными словами, речь шла о новой доминанте в самом понимании гуманизма: не только признание единства и взаимосвязанности мира, но самое главное - преклонение перед всем живым и его сохранение. К осознанию этой истины человечество подходит только сейчас, испытав все потрясения технотронно-потреби-тельской цивилизации.

Таким образом, А. Кулаковский, как поэт-мыслитель, был рожден переходной эпохой конца XIX - начала XX веков, когда возникла историческая потребность в проблемных, конструктивных, концептуальных художниках слова. Его глубоко самобытное творчество воспринимается сегодня не в локальном плане, как явление только якутской национальной культуры, а органически «вписывается» в российское и мировое художественно-философское пространство.

Литература

1. Ойуунускай П.А. Айымньылар: 7 томнаах. 7 т. -Якутскай, 1962. - 112с.

2. Гете И.В. Собр. соч. в 10 томах. Т.6.-М., 1980.

3.Ш7Э.Т.5.-М., 1968.-933 с.

4. Поспелов Г.Н. Проблемы исторического развития литературы. - М., 1972. - 162 с.

5. Теория литературы. Роды и жанры литературы. -М„ 1964.-98 с.

6. Тимофеев Л.И. Основы теории литературы. -М., 1966.-367 с.

7. Сидоров Е. С. Сон шамана. Перевод, комментарии и исследование. -Якутск, 1994. - 55 с.

8. Максимова П. В. Якутская поэма. История и типология жанра. -Якутск, 1993.

НАУКА И ОБРАЗОВАНИЕ, 2010, №3