Имплементация как правовой институт

Желдыбина Татьяна Анатольевна,

доцент кафедры истории государства и права Саратовской государственной юридической академии, кандидат юридических наук, докторант кафедры теории государства и права Саратовской государственной юридической академии

ИМПЛЕМЕНТАЦИЯ КАК ПРАВОВОЙ ИНСТИТУТ

Интенсификация политико-правового, экономического, культурного сотрудничества становится ведущей тенденцией современного общественного развития. Одной из проблем, требующих в последнее время комплексного исследования, является проблема соотношения международного и внутригосударственного права и законодательства. В этой связи представляется крайне важным теоретический анализ имплементации как правового института, что подтверждается научными изысканиями по данной проблематике (в первую очередь об этом свидетельствуют появившиеся в постсоветский, а затем и современный период многочисленные научные диссертационные исследования) [1].

Обратим внимание на правовую природу имплементации. Англо-русский словарь определяет термин имплементация производным от implement - исполнять, приводить исполнение [2, с. 278]. В целом общепринято трактовать дефиницию «имплементация» как осуществление, претворение в жизнь. Юридические словари дают определение имплементации (международного права) как фактической реализации международных обязательств на внутригосударственном уровне [3, с. 86, с. 118, с. 206].

В рамках данной статьи возникает объективная необходимость рассмотреть точки зрения, высказанные в юридической научной литературе по данному вопросу. Так, Ю.А. Тихомиров отмечает, что имплементация -это исполнение государством международно-правовых норм путем их включения в национальную правовую систему, фактическая реализация международных обязательств на внутригосударственном уровне [4, с.12].

С.А. Раджабов полагает, что имплемен-тация - это организационно-правовая деятельность субъектов международного права, предпринимаемая самостоятельно

на внутригосударственном уровне или совместно в сотрудничестве с другими субъектами, направленная на осуществление как целей международно-правовых норм на международном уровне, так и реализацию государством принятых на себя в соответствии с международным правом обязательств на национальном уровне [5, с. 85].

Нам представляется обоснованной позиция О.А. Пугиной, согласно которой имплементация должна пониматься как одна из важных форм взаимодействия не только норм и принципов международного и внутригосударственного права и не только национальных законодательств, но и как форма взаимовлияния правовых семей и правовых культур [6, с. 12].

Разделяя указанную точку зрения, продолжим эту мысль. Действительно, принадлежность к правовой семье играет для законотворческой деятельности немаловажную роль, и в случае принадлежности стран к одной и той же правовой семье возможны различия между национальными правовыми системами этих стран. Данные различия (например, проникновение прецедентного права в романо-германскую правовую семью и др.) следует учитывать и в процессе имплементации международного права в национальное.

Остановимся на теории имплементации. Это одна из наиболее распространенных теорий права, опосредующая комплекс мероприятий, направленных на признание юридической силы и организационное обеспечение осуществления международных правовых норм внутри государства. Теория имплементации имеет в своей основе идею, выдвинутую Немецким обществом международного права в 60-е годы XX века, известную под названием «теория исполнения», суть которой заключалась в признании за международными нормами такой же юридической силы, как и за

внутригосударственными нормами, при этом в юридико-техническом плане не происходит ни изменения направленности международной нормы, ни ее содержания.

Еще ранее, в ХУШ веке, в английской юридической практике возникла теория адаптации, установившая принцип, согласно которому международное право является частью национального права автоматически. Теория адаптации по служила основой для формирования монистической концепции соотношения международного и внутригосударственного права. Уже в XX веке, в противове с монистической концепции развивается дуалистическая концепция соотношения международного и внутригосударственного права. В рамках данного подхода получила распространение теория трансформации, предусматривающая превращение международно-правовой

нормы в национальное право посредством специального государственного акта

трансформации. Однако трансформированное право сохраняло связь с первоначальной международно-правовой нормой, но способы взаимодействия этих норм не были четко обозначены. Поэтому теория трансформации не получила широкого распространения в юридической доктрине, так как предполагала, что применимость трансформированного права во внутригосударственном праве возникает с момента вступления в силу трансформирующегося внутреннего права - получался своего рода «замкнутый круг». Подобную проблему и решила теория имплементации, являющаяся общепризнанной теорией согласования международного и внутригосударственного права [7, с. 52-155].

Б.И. Нефедов указывает на одну из причин дискуссии между сторонниками и противниками теории трансформации, спорящими по поводу возможности или невозможности прямого регулирования нормами международных договоров общественных отношений в России, а именно то, что все они не учитывают разницы между внутригосударственными отношениями и транснациональными, считают все регулируемые нормами международных договоров немежгосударственные общественные отношения внутригосударственными. При этом свою позицию они аргументируют примерами не внутригосударственных отношений в их чистом виде, а отношений именно транснациональных [8, с. 12].

Отметим, что в литературе нередко

высказывается мнение о тождественности понятий «трансформация» и «имплементация». Предпримем попытку разобраться в терминологии. С точки зрения В.А. Вдовина, в рамках теории трансформации возможность непосредственного действия международного права в сфере внутригосударственного регулирования исключается. Для придания нормам международного права юридической силы внутри государства требуется их трансформация в нормы национального права. Имплементация, напротив, не предполагает обязательного признания международно-правовых норм национально-правовыми [9, с. 70]. Таким образом, различие между этими правовыми явлениями имеет в своем основании силу государственной воли, где в случае трансформации происходит издание национального правового акта (хотя реализация международных правовых норм требует проведения дополнительных организационно-исполнительных мероприятий).

Во многом имплементация обусловлена происходящими процессами глобализации права, которую зачастую связывают с возможностью универсализации правового регулирования в международном праве. Следует отметить, что цель имплементации норм международного права во внутригосударственное право обусловлена глобальными направлениями развития современных национальных правовых систем любого государства: четкое соответствие норм внутригосударственного права не только общепризнанным принципам и нормам международного права, но и нормам международных договоров, принятых на себя государством [10, с. 156-157].

На особой роли правотворческой деятельности и его цели - совершенствовании законодательства в процессе имплементации хотелось бы остановиться подробнее. Имплементация представляет собой деятельность как организационно-исполнительного характера, так и правотворческого и правоприменительного характера. «Имплементация, - отмечает Е.М. Абайдельдинов, - предполагает проведение широкого комплекса мероприятий организационного характера, направленных на непосредственную реализацию международно-правовых норм, основную часть из которых занимает правотворческая деятельность государства-участника того или иного международного договора, связанная с формированием национального законодательства

на основе признанных страной (как ратифицированных, так и нератифицированных) международных договоров». Так, ученый называет среди приоритетов взаимодействия национального права Республики Казахстан с международным правом, имплементации норм международного права в национальную систему права - идею утверждения правового государства, становления гражданского общества и совершенствование национального права, приведение его в соответствие с существующими общепризнанными принципами и нормами международного права [11, с. 103, 70].

Надо признать, что современный период характеризуется постоянным расширением круга проблем, требующих согласования международного, регионального и

национального законодательств. Поэтому увеличивается и объем деятельности органов и учреждений, участвующих в обеспечении имплементационных процессов, растет число издаваемых ими нормативных актов, способствующих процессу имплементации. Исполнение этих норм требует издания новых материальных и процессуальных норм внутригосударственного права, изменения или отмены уже существующих норм или непосредственное применение внутри страны самих предписаний имплементированных норм для регулирования отношений с участием субъектов внутригосударственного права [12, с.

17].

Таким образом, имплементация предполагает, прежде всего, повышение качества принимаемых законов и подзаконных нормативно-правовых актов, совершенствование законодательства и обеспечение его системности. На сегодняшний день имплементация является важнейшим условием эффективности законотворческого процесса.

Остановимся на классификации

имплементации как правового института. О.И. Тиунов рассматривает имплементацию норм международного права во внутригосударственных отношениях в узком и широком смысле. В узком смысле имплементация связана с обязанностью государства предпринять внутригосударственные меры по созданию и обеспечению правовых механизмов реализации норм международного права. В этом смысле имплементация имеет внутригосударственный правовой (национально-правовой) характер. В широком смысле имплементация охватывает не только правовые меры, но и меры

организационно-распорядительного характера и иные необходимые действия со стороны государства. Процесс согласования норм внутригосударственного права с нормами международного права как реализация государством обязанности имплементировать международно-правовые предписания

во внутригосударственные отношения связан с применением различных способов имплементации. В сфере внутригосударственной правовой имплементации к таким средствам относят: трансформацию,

инкорпорацию, отсылку, рецепцию,

унификацию, преобразование, создание специального правового режима; отмену внутригосударственных актов, противоречащих международным обязательствам [13, с. 153].

Другой автор, В.А. Вдовин, классифицирует имплементацию на общую и специальную. Общая имплементация заключается в установлении государством в своем внутреннем праве нормы, констатирующей наличие международно-правового сорегулятора в сфере действия национального права. Способом общей имплементации является общая (универсальная) отсылка к международному праву. В качестве такой отсылки можно рассматривать норму ч. 4 ст. 15 Конституции РФ. Специальная национально-правовая имплементация, когда государство придает конкретным нормам международного права силу внутригосударственного действия. Специальная имплементация осуществляется путем изменения действующего законодательства [14, с. 83].

Но стоит остановиться на очевидном моменте, а именно - простой имплементации правовых норм недостаточно, нужны дополнительные факторы. Значимым здесь является готовность законодателя имплементировать международные правовые нормы, а также возможность обеспечения их применения. Так, например, проводимая в Республике Таджикистан правовая реформа включала принятие нового Уголовно-процессуального кодекса и повышение роли судебной власти. Между тем, до вступления в действие 1 апреля 2010 года нового УПК действовал устаревший кодекс -УПК от 17 августа 1961 года с изменениями и дополнениями, а вопрос о принятии нового кодифицированного акта достаточно долго обсуждался в законодательном органе -Маджлиси Оли Республики Таджикистан (хотя Конвенция ООН против коррупции, принятая в декабре 2003 года Генеральной Ассамблеей ООН

была ратифицирована Республикой Таджикистан в 2008 году).

В контексте нашего анализа можно сделать вывод о том, что имплементация является в настоящее время объективной необходимостью и закономерностью. Оценивая результаты научных дискуссий о сущности и правовой природе имплементации, приходим

к заключению, что в их основе лежит поиск баланса между нормами международного права и национального законодательства. Суть процесса имплементации проявляется через глобализацию права, приобретающую все более распространенные масштабы и охватывающую мировые правовые системы в целом.

Список литературы

1. Цись Н.И. Имплементация норм международного права в национальном уголовном законодательстве Украины (общая часть). Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. Киев, 1994. 25 с.: ил.; Джебрин Дж.Дж. Имплементация норм международного права во внутригосударственном законодательстве (на примере арабских стран). Киев, 1984. Дисс.. канд. юрид. наук. 220 с.: ил.; Винникова Р.В. Имплементация норм международного права в арбитражном процессе Российской Федерации. Дисс.. канд. юрид. наук. Казань, 2003. 170 с.; Пугина О.А. Имплементация элементов системы общего права в российское законодательство. Дисс.. канд. юрид. наук. М., 2004. 180 с.; Гаранина И.Г. Международно-правовые нормы по защите прав молодежи и их имплементация в Российской Федерации. Дисс.. канд. юрид. наук. Казань, 2005. 306 с.; Вдовин В.А. Имплементация международно-правовых норм в уголовном праве Российской Федерации (вопросы Общей части). Дис .... канд. юрид. наук. Ульяновск, 2006. 234 с.; Раджабов С.А. Имплементация норм международного гуманитарного права в Республике Таджикистан: проблемы теории и практики. Дис .... докт. юрид. наук. Душанбе, 2008. 332 с.; Толочко О.Н. Международное экономическое право и имплементация его норм в национальную правовую систему (на примере Республики Беларусь). Автореф. дисс.. докт. юрид. наук. СПб., 2013. 45 с. и др.

2. Англо-русский словарь / Сост. В.К. Мюллер, С.К. Боянус. - М.: Локид-ПРЕСС, 2003. - 687 с

3. Додонов В.Н., Панов В.П., Румянцев О.Г. Международное право. Словарь-справочник / Под общей ред. акад. МАИ, д.ю.н. В.Н. Трофимова. - М.: ИНФРА-М, 1997. 368 с.; Энциклопедический юридический словарь / Под общ. ред. В.Е. Крутских. 2-е изд. - М.: ИНФРА-М, 1998. 368 с.; Барихин А.Б. Большой юридический энциклопедический словарь. - М.: Книжный мир, 2000. - 720 с.

4. Тихомиров Ю.А. Сравнительное правоведение: развитие концепций и общественной практики // Журнал российского права. 2006. № 6. С. 3-15

5. Раджабов С.А. Имплементация норм международного гуманитарного права в Республике Таджикистан: проблемы теории и практики. Дис. . докт. юрид. наук. Душанбе, 2008. 332 с.

6. Пугина О.А. Имплементация элементов системы общего права в российское законодательство. Дисс. . канд. юрид. наук. М., 2004. 180 с.

7. Юридическая техника: Учебное пособие по подготовке законопроектов и иных нормативных правовых актов органами исполнительной власти / Ин-т законодательства и сравн. правоведения при Правительстве Рос. Федерации; Под ред. член-корр. Т.Я. Хабриевой, проф. Н.А. Власенко. - М.: Эксмо, 2009. - 272 с.

8. Нефедов Б.И. Соотношение международного и внутригосударственного права: проблема формирования межсистемных образований. Автореф. дисс.. докт. юрид. наук. М., 2011. 56 с.

9. Вдовин В.А. Имплементация международно-правовых норм в уголовном праве Российской Федерации (вопросы Общей части). Дисс.. канд. юрид. наук. Ульяновск, 2006. 234 с.

10. Юридическая техника: Учебное пособие по подготовке законопроектов и иных нормативных правовых актов органами исполнительной власти / Ин-т законодательства и сравн. правоведения при Правительстве Рос. Федерации; Под ред. член-корр. Т.Я. Хабриевой, проф. Н.А. Власенко. - М.: Эксмо, 2009. - 272 с.

11. Абайдельдинов Е.М. Некоторые современные приоритеты в имплементации норм международного права в Республике Казахстан // Вестник Института законодательства Республики Казахстан. - 2012. - № 4(28). - С. 69-74.

12. Пугина О.А. Имплементация элементов системы общего права в российское законодательство.

Дисс. . канд. юрид. наук. М., 2004. 180 с.

13. Тиунов О.И., Каширкина А.А., Морозов А.Н. Международные межведомственные договоры Российской Федерации. М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, Юридическая фирма «КОНТРАКТ», 2008. (Автор главы - О.И. Тиунов). 256 с.

14. Вдовин В.А. Имплементация международно-правовых норм в уголовном праве Российской Федерации (вопросы Общей части). Дисс.. канд. юрид. наук. Ульяновск, 2006. 234 с.

Мацала имплементацияныц зацды табигатын зерттеугне арналган. Автор имплементация теориясыныц цалыптасу тарихын царастырады, зац гылымында имплементация процеанщмэтне цурастырылган квзцарастарды талдайды жэне «трансформация» мен «имплементация» деген дефиницияларыныц арасында шектеу вткгзедг. Халыцаралыц цуцыц нормаларын мемлекеттт шк цуцыгына имплементациялау процестде зацнаманы жетыд1ру проблемаларына талдау жасайды.

Тушн свздер: имплементация, имплементацияныц теориясы, цуцыцшыгармашылыц, зацшыгармашылыц, жогары улттыц зацнама.

Статья посвящена исследованию юридической природы имплементации. Автор рассматривает историю формирования теории имплементации, анализирует сложившиеся в юридической науке точки зрения на сущность процесса имплементации и проводит разграничение между дефинициями «трансформация» и «имплементация». Обстоятельно проанализированы проблемы совершенствования законодательства в процессе имплементации норм международного права во внутригосударственное право.

Ключевые слова: имплементация, теория имплементации, правотворчество, законотворчество, наднациональное законодательство.

The article is devoted to the legal nature of the implementation. The author examines the history of the formation of the theory of implementation, analyzes the existing legal science perspective on the nature of the implementation process and distinguishes between the definitions of «transformation» and «implementation». Thoroughly analyzed the problem of improving the legislation in the process of implementation of international law into domestic law.

Keywords: implementation, implementation theory, lawmaking, lawmaking, supranational legislation.

Татьяна Анатолиевна Желдыбина,

Саратов мемлекетпк зац академиясы мемлекет жэне к^кы; тарихы кафедрасыньщ доценн, з.г.к., Саратов мемлекетпк зац академиясы мемлекет жэне к^кы; теориясы кафедрасыныц докторанты

Имплементация к^кыктык; институт ретшде

Желдыбина Татьяна Анатольевна,

доцент кафедры истории государства и права Саратовской государственной юридической академии, к.ю.н., докторант кафедры теории государства и права Саратовской государственной юридической академии

Имплементация как правовой институт

Zheldybina Tatiana Anatolievna,

Associate Professor of history of State and Law VPO «Saratov State Law Academy», PhD, doctoral student in the theory of state and law VPO «Saratov State Law Academy»

Implementation as a legal institution