Стилистические особенности употребления общего сказуемого в форме единственного числа в утвердительных конструкциях

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 9. 2007. Вып.2.Ч.Д

Ю.М. Титов

СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ УПОТРЕБЛЕНИЯ ОБЩЕГО СКАЗУЕМОГО В ФОРМЕ ЕДИНСТВЕННОГО ЧИСЛА В УТВЕРДИТЕЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЯХ

Определение условий выбора формы числа общего сказуемого вызывает некоторые затруднения1. В сочинительных конструкциях с однородными подлежащими, оформленных утвердительными союзами, общее сказуемое употребляется как в форме множественного, так и в форме единственного числа, причем форма множественного числа зачастую не соответствует ни одному из подлежащих, являясь формой семантического согласования:

И лакей, и горничная как-то растерянно показывали рукой в коридор (K.M. Станюкович),

Употребление этой формы отражает специфику утвердительных отношений - соединение в описываемой ситуации нескольких субъектов. Но при тех же самых утвердительных отношениях возможна форма единственного числа общего сказуемого, и порой она является формой грамматического согласования только с одним из нескольких подлежащих:

В деревне послышался топот и крики (Л.Н. Толстой).

Такие конструкции находят себе объяснения при более подробном исследовании их семантического и коммуникативного аспекта. Здесь же мы рассмотрим стилистический фактор употребления данной формы.

Употребление формы единственного числа общего сказуемого при утвердительных отношениях может оформлять 1) собственно синтаксические фигуры речи и 2) конструкции, не являющиеся синтаксическими фигурами, обладающие эмоционально-экспрессивными коннотациями уже в системе языка.

1. Общее сказуемое в форме единственного числа, согласованное лишь с одним из нескольких подлежащих, оформляет градацию. Широко известны конструкции со специальными утвердительными союзами, называющимися градационными. В сочинительных конструкциях с однородными подлежащими из-за особенностей равноправных компонентов это, как правило, гипонимическая градация, обеспечивающая наглядное расширение и сужение смысла. Асимметричный компонент, обеспечивающий нарастание и ослабление признака, или усиление и затухание процесса2 в таких предложениях - общее сказуемое в форме, соответствующей только одному подлежащему:

Словом, не столько долг и совесть. а скорее стыд перед почтительно взиравшей на него, вконец зазябшей девочкой заставил Федора Андреича столь быстро покинуть натопленную, насквозь пропитанную уютным, наводящим дремоту дымком, до ненависти пришедшуюся ему по сердцу елковскую дыру (Л.М. Леонов).

Главное, что сказуемое согласуется только с одним подлежащим, но не обязательно с коммуникативно или материально более значимым. Это служит созданию наибольшего контраста при сопоставлении, лежащем в основе любой градации. Восходящая степень проявления чего-либо явственнее при сопоставлении подлежащего, называющего наименее значимый предмет или явление, и полностью согласованного с ним сказуемого:

© Ю.М. Титов, 2007

Конечно, Аркадия Гермогеновича не столько интересовала скромная сумма пенсиона, сколь официальное признание государством всей его предыдущей деятельности (JI.M. Леонов).

Нисходящая степень, наоборот, ярче видна при сопоставлении подлежащего, называющего наиболее значимый предмет или явление и согласованной формы сказуемого:

Скорее сердце, чем разум, подсказывало ему, что в словах отца что-то не то, что они не отвечают на вопросы, над которыми он задумывался (K.M. Станюкович).

Но градация может быть и при иных утвердительных союзах, не только при градационных. Тогда она оформляется с помощью других компонентов, в том числе и общего сказуемого: ...он пел про смешную поспешность, с которой отступила ночь и ее призраки... (JIM. Леонов).

На материальную градацию, а, следовательно, и на меньшую материальную значимость второго равноправного компонента указывает форма общего сказуемого, согласующаяся с первым равноправным компонентом, а также притяжательное личное местоимение ее, входящее в состав второго равноправного компонента. В данном примере присутствует нисходящая градация. Обращает на себя внимание, что в одном сочиненном ряду слово, обозначающее весь предмет {ночь), и только его часть (призраки).

2. Рассмотренная выше градация является фигурой синтаксиса. Сочинительные конструкции, описываемые далее, не являются синтаксическими фигурами, но имеют эмоционально-экспрессивные и стилистические особенности.

В ряде конструкций форму единственного числа общего сказуемого следует рассматривать как случай употребления переносного значения формы числа, не в прямой, количественной функции, а в экспрессивно-стилистической. Значение формы единственного числа общего сказуемого является здесь следствием распределения (дистрибуции) его на каждый из однородных членов, как предикативного признака присущего любому из них в отдельности: И ни одна душа в зрительном зале не догадывалась, что перед ней проходит та самая Манька Вьюга. тот самый Векшин. те самые Манюкин, Донька и Чикилев...{Л.М. Леонов).

Повторяющиеся определения та самая, тот самый, те самые призваны конкретизировать определяемые подлежащие, более индивидуализировать их, а, значит, дать нам дополнительные основания воспринимать значение формы числа сказуемого именно так - как переносное, распределительное.

Подобное переносное дистрибутивное значение единственного числа отмечено, например, у имен существительных, когда какой-нибудь предмет относится к нескольким лицам или предметам и присущ каждому из них порознь.

Дифференциация употребления формы единственного числа общего сказуемого по стилям хорошо видна на примере отдельных конструкций, встречающихся не так часто. Одна из реализаций сочинительных конструкций с однородными подлежащими - парцелляция однородных подлежащих. Общим в таких конструкциях является сказуемое из основной (базовой) части. Причем, если подлежащее базовой части в единственном числе, то и согласуемое с ним общее сказуемое имеет форму единственного числа: Флеров - все умеет. И дядя Гриша Дунаев. И доктор тоже (М. Горький. Жизнь Клима Самгина)3.

Соответствие общего сказуемого форме только одного равноправного компонента в парцеллированной конструкции сродни такому же употреблению в случаях описанной нами выше градации. Это частный случай употребления общего сказуемого в форме единственного числа, к тому же не являющийся стилистически нейтральным.

Ю.В. Ванников отмечает, что высказывания с парцелляцией не характерны для официально - делового и научного стилей речи4. Это подтверждает наше более широкое наблюдение относительно того, что форма единственного числа общего сказуемого при утвердительных отношениях между равноправными компонентами крайне редко употребляется в так называемых имперсональных стилях - официальном и научном. Употребление формы единственного числа несет возможность субъективной оценки, предполагает вовлеченность в ситуацию говорящего, что не характерно для стилей научного и официально-делового, но желательно для разговорного, публицистического стилей и для стиля художественной литературы.

В публицистике такая конструкция призвана формировать отношение к тому или иному предмету или явлению, в художественной литературе позволяет автору опосредовано высказать свое мнение относительно чего-либо.

Картофельное тесто парламентаризма и риторика камер не даст итальянцу здоровья (А.И. Герцен).

Посредством утверждения однотипности явлений у читателя формируется отношение, в данном случае негативное, к одному из них. Риторика само по себе нейтрально, но, употребленное в одном сочиненном ряду с равноправным компонентом картофельное тесто парламентаризма с общим сказуемым в форме единственного числа, практически сливается с ним и приобретает негативный оттенок со значением пустая болтовня.

Таким образом, употребление форм единственного или множественного числа общего сказуемого в сочинительных конструкциях с однородными подлежащими не является случайным. Формы единственного и множественного числа общего сказуемого свойственны текстам разной стилевой направленности. При преобладающей форме множественного числа форма единственного формирует экспрессивно-грамматическую сторону высказывания и участвует в построении такой синтаксической фигуры, как градация.

1 Перетрухин В.Н. Проблемы синтаксиса однородных членов предложения в современном русском языке. Воронеж, 1979. С. 163.

2Береговская Э.М. Система синтаксических фигур: к проблеме градации // Вопросы языкознания. 2003. № 3. С. 90. 3 Ванников Ю.В. Синтаксис речи и синтаксические особенности русской речи. М., 1979. С. 117. "Там же. С. 220.

Статья принята к печати 8 ноября 2006 г