Дневник наблюдений

РЕЦЕПТ АБРАМОВИЧА
Вкладывая $150 млн в заботу о здоровье богатых российских жителей, Роман Абрамович создает высокорентабельный рынок. Текст: Дмитрий Крюков

«Надо прямо сказать: о кардинальном улучшении в здравоохранении пока говорить рано»,– заявил в начале октября Владимир Путин на заседании президиума Госсовета, где обсуждался национальный проект «Здоровье». Пока государство борется с низкой рождаемостью, алкоголизмом и хроническими заболеваниями населения, российский миллиардер номер один Роман Абрамович предложил свой рецепт – для избранных.

В 2007 году на участке в 3,5 га в районе Рублевского шоссе откроется новейший элитный медицинский центр, рассчитанный на 400 пациентов, 80 из которых смогут находиться в стационаре. «Палаты» площадью 67,5 кв. м будут оснащены плазменными телевизорами, выходом в интернет и всем, что необходимо современному бизнесмену. Несмотря на высокую стоимость проекта ($150 млн), бизнесмен открывает новый и высокорентабельный бизнес. По словам аналитика МДМ-банка Елены Афониной, маржа EBITDA в элитных клиниках может достигать 20%, а конкуренция на рынке практически отсутствует.

Абрамович не первый, кто отважился инвестировать в медицину. Правда, первопроходцы пока не добились значительных результатов. Так, в 2003 году владелец магазинов «Дикая орхидея» Александр Федоров решил создать сеть клиник под брэндом «Национальный медицинский центр», но за три года открыл всего одну клинику. В марте 2006-го хозяин сети «Мастердент» Николай Морозов заявил, что построит в России 250 поликлиник «Цена-качество» (стоимость ежемесячного обслуживания в них должна была составить $300–400). Однако проект потребовал $1,5 млрд и пока далек от реализации. Более выполнимым кажется начинание «Аптечной сети 36,6». В сентябре 2006 года она приобрела European Medical Center, обслуживающий иностранных граждан в Москве, и собирается открыть в столице еще несколько аналогичных заведений.

Теперь не исключено, что вслед за Абрамовичем здравоохранение привлечет внимание других влиятельных бизнесменов, подобно тому, как после покупки английского Chelsea иностранными футбольными клубами заинтересовались Виктор Вексельберг и Сулейман Керимов. Впрочем, медицина не игра. «Люди испытывают недоверие к российской медицине. Зачем лечиться здесь, когда есть возможность поехать за границу? – считает аналитик ИК „Тройка Диалог” Михаил Терентьев.– Потребуются время и финансовые вложения, чтобы получить лояльность клиентов. А любая неудача способна убить доверие к проекту».

ТРИ ВОПРОСА
Генеральный директор «Комстар – Объединенные телесистемы» Эрик Франке рассказал СФ, на что он будет тратить средства компании и на чем сэкономит.

«Секрет фирмы»: На днях «Комстар» приобрел операторов на Украине и в Армении – за несколько миллионов долларов. Когда начнете тратить полученный от IPO $1 млрд?
Эрик Франке: Свободные средства пока лежат в банке и приносят 6–7% годовых, а инвесторы хотят 20%. До конца года мы совершим еще шесть приобретений в регионах примерно на $150 млн. В 2007-м на покупку региональных компаний потратим еще столько же. Мы хотим присутствовать в 20 регионах, но ждать приватизации «Связинвеста» уже не планируем.

СФ: Слухи о массовом исходе менеджеров из компании имеют под собой основание?
ЭФ: Система управления в «Комстаре» сейчас состоит из восьми уровней. А мы хотим, чтобы их было не больше четырех. В «Комстаре» (Москва) количество менеджеров уменьшится с 340 до 200. Я не люблю увольнять, но это очень серьезные деньги на зарплату и аренду помещений.

СФ: Собираетесь ли вы выкупать на рынке акции «Комстара», чтобы повысить капитализацию?
ЭФ: Около года назад, когда я пришел в компанию, акции «Комстара» стоили $5,2, а сейчас – $6,25. Вот и ответ на все вопросы.

РЕКЛАМНОЕ БРОЖЕНИЕ
Виноделы потирают руки. Впервые за несколько лет чиновники могут позволить им рекламу на ТВ. Но не всем. Текст: Ольга Касплер

Выход из-под действия закона «О госрегулировании производства и оборота этилового спирта» сулит виноделам немалые преимущества: Минсельхоз предлагает снизить требования к лицензированию, производству и обороту столового вина. Более того, авторы законопроекта «О винограде и вине» хотят исправить и закон о рекламе – разрешить размещать рекламу вина на телевидении с 22 до 7 часов и на радио с 24 до 9 часов. «Это абсолютно правильный шаг: вино нигде в мире не рассматривается как крепкий алкоголь»,– говорит управляющий партнер Stas Marketing Partners Андрей Стась.

Между тем проект, еще даже не внесенный в Госдуму, уже получил отрицательное заключение правительства: больше всего критики вызвало понятие «столовое вино». Минсельхоз, ссылаясь на европейскую практику, предложил считать «столовым» натуральное вино, полученное путем брожения без спиртовых добавок. «В проекте нет ни четкой классификации вина, ни механизмов регулирования. Если мы будем ориентироваться на требования ЕС, то нам придется признать большую часть нашего вина не натуральным»,– комментирует председатель правления Национальной алкогольной ассоциации Павел Шапкин.

Однако лидеры рынка с нетерпением ждут возможности рекламировать свой продукт по ТВ: это позволит им увеличить отрыв от мелких игроков. Директор по маркетингу и продажам российского производителя вина Gerrus Group Кирилл Бутко предполагает, что денег на телерекламу хватит разве что пятерке ведущих игроков: «Это приведет к консолидации винного рынка, на котором доля самых крупных компаний не превышает 4%».

Впрочем, большинству российских виноделов новые возможности ни к чему. «Российские массовые брэнды вина не нуждаются в телерекламе,– говорит аналитик онлайн-журнала alconews.ru Денис Трифонов.– Продвигать продукт на ТВ будут игроки премиального сегмента, в котором доминируют западные компании». Тем более что больше половины российского вина, особенно мелких производителей, вряд ли можно признать «столовым». «Скорее всего, это приведет к волне подделок натурального вина»,– считает Денис Трифонов. Но если законодателям все-таки удастся классифицировать вино и проследить, чтобы эту классификацию соблюдали, многим мелким компаниям придется уйти с рынка.

ПРЫЖОК «ГАЗЕЛИ»
Как прекратить терзания руководства ГАЗа? Кажется, у бывшего топ-менеджера Ford и Maserati Мартина Лича есть ответ на этот вопрос. Правда, пока только у него. Текст: Павел Куликов

В конце 2005 года председателем правления группы ГАЗ впервые за современную историю отечественного автопрома стал иностранный топ-менеджер Эрик Эберхардсон. Он предложил шестилетнюю стратегию развития компании: совершать как можно больше зарубежных покупок в самых разных сегментах авторынка. Казалось, что ГАЗ вознамерился стать российским General Motors.

В апреле 2006 года ГАЗ договорился с DaimlerChrysler о приобретении лицензии на производство автомобилей Chrysler Sebring и Dodge Stratus предыдущего поколения. Вместе с ней компания получила оборудование с мичиганского завода Sterling Heights, на котором эти модели производились раньше. А в июне ГАЗ приобрел лицензию и оборудование для производства двигателей для большегрузных автомобилей DCi11 у Renault Trucks. К середине 2007 года производственные линии переедут из французского Лиона на ярославский завод «Автодизель».

В августе ГАЗ купил у венчурного фонда Sun Capital Partners британскую компанию LDV – производителя фургонов и микроавтобусов. На домашнем рынке LDV поставляет комплектующие для Land Rover и производит легкие коммерческие автомобили Maxus. Это новинка, которую LDV разработала совместно с Daewoo. Автомобиль был запущен на рынок в прошлом году, и журнал Professional Van & Light Truck сразу признал его фургоном года.

Инициатива приобрести LDV исходила лично от Мартина Лича. Это второй иностранный менеджер, приглашенный в ГАЗ, после назначения Эрика Эберхардсона. Лич возглавил «дочку» ГАЗа – GAZ International – и занимался бизнесом группы за пределами России, а сделка с Sun Capital Partners была его первым проектом в группе. Однако менеджер наконец поставил точку в вопросе, несколько лет терзавшем руководство ГАЗа.

Самый успешный из существующих проектов концерна коммерческий автомобиль «Газель» не сходит с конвейера уже 12 лет, не меняясь конструктивно. В группе не могли решить: начать свою разработку машины на смену «Газели», собирать коммерческие автомобили (LCV) по лицензии или купить готовое производство.

В 2005 году ГАЗ вроде бы определился. Бывший генеральный директор сбытовой «дочки» автоконцерна компании «Русские машины» Александр Ливадченко тогда заявил, что ГАЗ работает над собственным проектом «Газель-2» и в 2008–2009 годах примется за сборку автомобиля нового поколения. Как теперь выясняется, «Газелью-2» оказались машины LDV, а направление коммерческих автомобилей стало для компании приоритетным.

На днях Эрик Эберхардсон объявил новые цели группы ГАЗ: теперь он хочет завоевать «мировое лидерство на рынке LCV». А пост руководителя дивизиона легких коммерческих автомобилей с 1 января достается Мартину Личу, которому придется совмещать две должности, по-прежнему оставаясь в GAZ International.

Сейчас на российском рынке легких коммерческих машин ГАЗ остается почти монополистом. По итогам прошлого года его доля составляла около 10%. Однако за прошлый год рост продаж иностранных автомобилей составил 92,5%, и в 2006 году, как полагают аналитики, он продолжится теми же темпами. Ford вовсе увеличил свою долю в сегменте на 110%. В этом году в компании рассчитывают расти с той же скоростью, тем более что совсем недавно стартовали продажи обновленного Ford Transit – лидера продаж Ford в коммерческом сегменте.

Крупные автоперевозчики уже отказываются от «Газели». Скажем, парк машин «Автолайна» к концу года будет наполовину состоять из иномарок. А объемы закупок автомобилей группы ГАЗ в 2006 году компания урезала вчетверо. Несмотря на то что ГАЗ пока не испытывает проблем с реализацией «Газелей», через несколько лет эти автомобили устареют настолько, что их все равно придется снимать с производства.

«Газель» удерживала свои позиции благодаря цене вдвое ниже, чем у большинства иномарок. Maxus станет конкурировать с Ford, Mercedes, Kia и другими иномарками в одном сегменте. Как Мартин Лич собирается занять в России лидерские позиции с этим автомобилем, непонятно. Стоимость Maxus на домашнем рынке составляет 17 тыс. фунтов ($31 тыс.). Тот же Ford Transit в России можно купить за $25 тыс. При этом брэнд Maxus в России мало кому знаком.

Дорогие LCV в России не пользуются популярностью. Продажи Mercedes Sprinter, например, в прошлом году увеличились лишь на 8%. Если Maxus не удастся сильно удешевить, ГАЗ поставит не на самую доступную машину, а на одну из самых дорогих. Новая стратегия ГАЗа весьма рискованна.

В ТЫЛУ ВРАГА
Российский бизнес встал на ноги достаточно крепко, чтобы претендовать на место в исконно европейских отраслях. Текст: Анатолий Казаков

Внимание к европейской недвижимости россияне проявляют традиционно. Но одно дело особняк олигарха в Лондоне, другое – работающий бизнес. Российскими гостиницами в Чехии никого не удивишь. Но открыто подобраться к Альпам – сердцу европейского туризма – одной из первых рискнула компания «Интеко» Елены Батуриной. Она приобрела гольф-клуб Eisenheim в пригороде австрийского города Китцбюль. На его территории есть недостроенный отель на 70–80 номеров, который планируется довести до пятизвездного уровня. Зимой он будет заполняться за счет расположения в зоне горнолыжных курортов, а летом – благодаря площадке для гольфа.

«Интеко» подхватила почин Heliopark Group, которая в сентябре заявила о покупке старейшей в Баден-Бадене гостиницы Bad Hotel zum Hirsch. А летом к парижской недвижимости приобщился питерский «Строймонтаж» – он строит жилой комплекс «Аллеи Эрмитажа». Участники рынка не скрывают, что интерес к Западной Европе становится все серьезнее. По данным пресс-службы «Интеко», их распланированный на ближайшие шесть лет проект национальной гостиничной сети предполагает только в первой очереди возведение 10–15 отелей, и часть из них будет расположена в европейских странах.

«Интеко» суммы сделок не открывает, но только покупку гольф-клуба президент компании Heliopark Group Александр Гусаков оценил в 40 млн евро: «Вложения в строительство и отделку пятизвездного отеля могут достичь почти такой же суммы, так как себестоимость может составить до 4 тыс. евро за 1 кв. м. Таким образом, срок окупаемости отеля будет не менее семи лет, что для европейского рынка вполне адекватно». Это не так уж плохо и для московского рынка гостиниц, но в столице застройщики пока охотнее строили торговые центры – они окупались за четыре-пять лет. Схожесть финансовых показателей гостиничного бизнеса подталкивает инвесторов на Запад, тем более что риски там ниже: рынок устоялся, туристические потоки сформированы и поддерживаются развитой инфраструктурой.

Кроме того, директор по связям с общественностью корпорации «Строймонтаж» Дмитрий Боголюбов отмечает, что под европейские проекты можно привлекать более дешевые кредитные средства: «Например, нам открыли кредитную линию по ставке ниже 5% с привязкой к EURIBOR». В то же время в России крупным строительным компаниям редко удается получить кредит в рублях дешевле 13%. Так что тонкий ручеек российских инвесторов на европейском рынке недвижимости вскоре может превратиться в половодье.

НЕЖИРНОЕ РАЗМЕЩЕНИЕ
Акционеры «Вимм-Билль-Данна» (ВБД) решили подогреть интерес к своим бумагам, объявив о покупке омской компании «Манрос» до завершения сделки. Текст: Мария Соловиченко

ВБД продолжает укреплять позиции на молочном рынке, скупая региональные компании. С начала года под контроль компании перешел Первоуральский молокозавод в Свердловской области, Очаковский завод в Москве и производство в Сургуте. Сделка с «Манросом» будет четвертым молочным приобретением ВБД в этом году. Омская компания объединяет четыре предприятия и является крупнейшим молочным комбинатом в Сибири (720 тонн продукции в день). На этот актив заглядывалась компания «Юнимилк», ближайший конкурент ВБД, однако не сумела договориться с «Манросом» о цене.

Сумму предстоящей сделки стороны не раскрывают, но, по оценкам инвесткомпаний, «Манрос» может обойтись в $40–80 млн. Для ВБД это стратегическая покупка. Приобретение актива позволяет занять лидирующее положение в сибирском регионе. Сейчас пять уже имеющихся у ВБД заводов в Сибири обеспечивают 13,5% местного рынка, «Манрос» увеличит долю до 22%. Да и сам факт сделки пришелся весьма кстати. 27 октября акционеры ВБД объявили о вторичном публичном размещении 10% акций на московских биржах (на ММВБ и РТС до сих пор обращалось около 9% акций компании, а free float на NYSE – 32,8%). Вторичным размещением акционеры рассчитывают повысить ликвидность бумаг.

Объявление о сделке, по всей видимости, преследовало и еще одну цель. По словам Натальи Мильчаковой, начальника отдела фундаментального анализа БД «Открытие», оно должно было «привлечь дополнительное внимание инвесторов к размещаемым акциям и, возможно, повысить их цену». Именно поэтому, считает эксперт, акционеры компании поторопились рассказать о сделке не только до ее завершения, но и даже до одобрения антимонопольным ведомством.

Правда, подогреть интерес к акциям не удалось – возможно, из-за того, что формально сделка еще не состоялась. «К тому же ВБД не сообщил сумму покупки, поэтому нет представления, насколько она будет удачной»,– считает начальник аналитического управления БД «Открытие» Халиль Шехмаметьев. В результате компания разместилась по нижней границе ценового коридора –$37,5 за бумагу (верхняя граница – $39), выручив $165 млн, хотя в минувший вторник (день закрытия книги заявок) в Нью-Йорке ADR ВБД закрылись по $42,15 за бумагу. Таким образом, дисконт к ADR составил 11%. Не удалось компании повысить и ликвидность акций: бумаги купили портфельные инвесторы, которые в большинстве своем не планируют пока выводить их на фондовый рынок – ежедневный объем сделок с акциями компании на РТС и ММВБ практически не изменился.