К предыстории основания первых русских городов и острогов в Сибири

Я. Г. Солодкин

К ПРЕДЫСТОРИИ ОСНОВАНИЯ ПЕРВЫХ РУССКИХ ГОРОДОВ И ОСТРОГОВ В СИБИРИ*

Известно, что сооружению русских крепостей на Поле и в Поволжье в конце XVI в. часто предшествовал осмотр местности.1 Такая практика получила отражение и в разнообразных источниках по истории градостроительства на «сибирской украйне» Московского государства в последние годы XVI — начале XVII столетий.

Согласно Пинежскому летописцу, в 1596/97 г. устьцилемец Юрий Долгушин, литовский пан «полоненик» (не названный по имени) и «Смирной пинежанин лавелец первые Мунгазею проведали Надым реку, а на другой год Таз реку».2 В Книге записной (далее — КЗ) —

* Исследование выполнено в рамках проекта РФФИ № 17-11-86004.

1 См., например: Багалей Д. И. Очерки из русской истории. Т. 2. Харьков, 1913. С. 324; Загоровский В. П. 1) Белгородская черта. Воронеж, 1969. С. 44. Ср.: С. 71, 85, 91-93; 2) История вхождения Центрального Черноземья в состав Российского государства в XVI веке. Воронеж, 1991. С. 219; Солодкин Я. Г. Из ранней истории Царева-Борисова // Проблемы изучения истории Центрального Черноземья: Сборник статей памяти профессора В. П. Загоровского (1925-1994). Воронеж, 2000. С. 82; Глазьев В. Н., Тропин Н. А. Документы о строительстве Ельца, заселении города и окрестностей в 1592-1594 годах как исторический источник // Российская крепость на южных рубежах: Документы о строительстве Ельца, заселении города и окрестностей в 1592-1594 годах. Елец, 2001. С. 5; Дубман Э. Л. Поволжский фронтир в середине XVI — XVII вв.: Очерки истории. Самара, 2012. С. 124-127, 129.

По наблюдениям Э. Л. Дубмана, в русском градостроительном искусстве XVI в. сложилась практика подготовительных работ по возведению новых крепостей, «на ориентировочно выбранное место будущего строительства направлялись служилые люди для составления точного плана местности ..., проводился (в Разрядном приказе. — Я. С.) опрос знающих людей».

2 Копанев А. И. Пинежский летописец XVII в. // Рукописное наследие древней Руси: По материалам Пушкинского дома. Л., 1972. С. 62, 80; Белов М. И. Пинежский летописец о разведочном походе поморов в Мангазею // Там же. С. 279, 282-284.

© Я. Г. Солодкин, 2018

старшей из сохранившихся редакций Сибирского летописного свода (далее — СЛС) — говорится о «посылке» в 1597/98 г. «от царя Федора Ивановича ... Мангазейские земли проведать» воеводы Ф. Дьякова с целовальниками З. Яковлевым и Д. Ивановым, которые два года спустя привезли в Москву ясак.3 Видимо, в ходе экспедиции Дьякова возникло намерение заложить острог в устье Таза,4 но поздней осенью 1600 г. выступивший из «стольного» Тобольска отряд письменного головы князя М. М. Шаховского и сына боярского Д. П. Хрипунова-Дубенского сумел добраться до среднего течения этой реки, где и «срубил» такой острог, через семь лет превратившийся в город.

Письменным головам князю В. М. Рубцу Мосальскому и С. Т. Пушкину (с ними тобольские, березовские и сургутские служилые люди отправились к Обской губе весной 1601 г.) надлежало, «пришед в Ман-газею и в Енисею на Тазское (устье. — Я. С.), разсмотреть и розве-дать места и зырянских торговых людей расспросить про место накрепко, чтоб розыскать места лутчево, которое бы место было угодно, накрепко, и водяно, и лесно (лесисто. — Я. С.), и впредь бы в том

В царствование Федора Ивановича московский гость Лука организовал экспедицию на трех кочах «проведывати обского устья», закончившуюся трагически (Бахрушин С. В. Научные труды. Т. 3. Ч. 1. М., 1955. С. 90; Мавродин В. В. Русское полярное мореходство и открытия русских поморов на севере Европы с древнейших времен и до XVI века // ВИ. 1954. № 8. С. 106).

3 ПСРЛ. Т. 36. М., 1987. С. 140. См. также: С. 191, 259, 316, 369; Белов М. И. Пинежский летописец... С. 281. Д. Я. Резун ошибочно полагал, что в КЗ речь идет о «проведывании» «Мангазейской земли» князем М. М. Шаховским и Д. П. Хри-пуновым (Резун Д. Я. 1) К истории «поставления» городов и острогов в Сибири // Сибирские города XVII — начала XX века. Новосибирск, 1981. С. 37; 2) Очерки истории изучения сибирского города конца XVI — первой половины XVIII века. Новосибирск, 1982. С. 76), выстроившими там «первой ... острог», в представлении Е. В. Вершинина, едва ли на месте городка поморов, как зачастую считалось. См.: История Ямала. Т. 1. Кн. 2. Екатеринбург, 2010. С. 112, 158.

Мнение, будто город Мангазея возник почти на десять лет раньше начала XVII в. и «основан не царскими воеводами, а промышленными и торговыми людьми европейского Севера» (Преображенский А. А. Напутствие новым читателям хорошей старой книги // Щеглов И. В. Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири: 1032-1882 гг. Сургут, 1993. С. 8. Ср.: Темплинг В. Предисловие // Церкви Обдорска: Летопись в документах. Вып. 1. Тюмень, 2005. С. 20. Примеч. 20), следует признать домыслом.

4См.: Вершинин Е. Златокипящая Мангазея. Легенды и были Северного Эльдорадо // Родина. 2001. № 8. С. 45; Обдорский край и Мангазея в XVII веке. Сборник документов. Екатеринбург, 2004. С. 170. Едва ли можно согласиться с мнением (см.: Бахрушин С. В. Научные труды. Т. 3. Ч. 1. С. 148) о том, что экспедиция 1600 г. из Тобольска в бассейн Таза была снаряжена, хотя и после предварительной разведки, на скорую руку, без знания местных природных условий.

месте острогу и городу стоять было мочно», изыскать «лутчее место».5 По всей видимости, Ф. Дьяков «с товарыщи» такое место определить не смогли.

В КЗ и зависимой от нее Академической редакции (далее — АР) СЛС сказано, что в 1600/01 г. был «проведан и поставлен Томской город острогом на Томе реке, на горе над Ушайкою речкою», для чего послали из Тобольска местного сына боярского В. Ф. Тыркова6 со служилыми людьми, а год спустя воеводы В. В. Волынский и М. И. Новосильцев заложили тут рубленый город.7 О «проведывании» Томска мы читаем и в Миллеровской редакции СЛС, где, однако, как и в четырех последующих (Головинской, Нарышкинской, Томской, Шлецеровской), говорится о сооружении Тырковым города в нижнем течении Томи.8 В указанных редакциях летописного свода вопреки документальным данным и «росписи томских воевод»9 умал-

5 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. М., 1999. С. 393, 394.

6 Считать его головой, в частности, казачьим и даже письменным (Оглоблин Н. Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа (1592-1768 гг.). Ч. 4. М., 1901. С. 38, 147; Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 501. Ср.: С. 402, 403, 415; Бояр-шинова З. Я. 1) К вопросу о развитии земледелия в Томском уезде в XVII веке // Вопросы географии Сибири. Сб. 2. Томск, 1951. С. 99; 2) Основание города Томска // Вопросы географии Сибири. Сб. 3. Томск, 1953. С. 36. Ср.: С. 42, 45; Симачкова Н. Становление воеводской системы управления в Сибири (конец XVI — начало XVII вв.). Тюмень, 2006. С. 26. Ср.: С. 67, 68; Пузанов В. Д. Военная политика Русского государства в Западной Сибири (конец XVI — начало XVIII в.). Сургут, 2011. С. 105; Сафронов А. В. Семилужки — казачья крепость под Томском // Присоединение Сибири к России: новые данные: Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием: Тюмень, 9-10 декабря 2014 г. Тюмень, 2014. С. 168, и др.), тем более, воеводой (Емельянов Н. Ф. Город Томск в феодальную эпоху. Томск, 1984. С. 185) не приходится.

7 ПСРЛ. Т. 36. С. 141, 369. Утверждение о том, что в КЗ речь идет об основании в 1601 г. города Томска (Резун Д. Я. К истории «поставления» ... С. 38, 42, и др.), неточно.

По сообщению анонимного «слогателя» КЗ, «проведать царство Сибирское» еще за восемь лет «до Ермакова приходу» направили князя А. Лыченицына с ратными людьми. В той же летописи сказано о «проведывании» при первом воеводе Енисейского острога Я. И. Хрипунове «Якутские земли и великой реки Лены», озера Байкал и многих «тамошних земель» промышленным человеком Е. Хабаровым, о начале «проведывания» Даурской земли (ПСРЛ. Т. 36. С. 138, 146-147, 157).

8 ПСРЛ. Т. 36. С. 98, 190, 259, 315, 346. Заметим, что известие КЗ, повторенное в АР СЛС, об участии тарских служилых людей в «поставлении» Томска (Там же. С. 141, 369) документально не подтверждается. См., например: Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 402, 407; Первое столетие сибирских городов: XVII век (История Сибири: Первоисточники. Вып. 7). Новосибирск, 1996. (Далее — ПССГ). С. 38; Бояршинова З. Я. Основание города Томска. С. 31, 32, 42.

9 См.: ПСРЛ. Т. 36. С. 344; Бояршинова З. Я. Основание города Томска. С. 3147, и др. Д. Я. Резун, не замечая явного противоречия, думал, что в КЗ датировка

чивается о назначении письменным головой новой крепости в «Сибирской стране» Г. И. Писемского (он в СЛС представлен занимавшим такую должность в Сургуте, и только10), а основание «Томского города» и появление там первых воевод приурочены к 1601/02 г. вместо 1604 и 1608 гг. соответственно.

Б. П. Полевой не исключал, что «район города Томска» был «проведан» в 1601 г., когда Тырков при первом воеводе Тобольского разряда окольничем С. Ф. Сабурове ездил с дипломатическим поручением «ис Тобольска в Томь через Тару ко князцем и мурзам с ... государским жалованьем и с милостивым словом и с ковши и с платьем и з грамотами за ... государскою красною печатью».11 Впрочем, город на Томи был основан в сентябре 1604 г., судя же по КЗ, острог там «срубили» вслед за «проведыванием» «улуса» местных татар. Известие об этом остроге противоречит документальным свидетельствам, в частности, о том, что эуштинский князец Тоян просил в российском «царствующем граде» принять его в подданство и построить

сооружения города Томска, которая «не подтверждается никакими архивными данными», исходит из факта «посылки тобольских служилых людей» для его возведения и вместе с тем основана «на устном историческом предании» (Резун Д. Я. 1) К истории «поставления»... С. 36; 2) Очерки истории изучения. С. 75-76).

10 См.: ПСРЛ. Т. 36. С. 142, 192, 260, 316. Г. И. Писемский в конце лета — начале осени 1604 г. был уже не сургутским письменным головой (Очерки истории Югры. Екатеринбург, 2000. (далее — ОИЮ). С. 145; Вершинин Е. В., Шашков А. Т. Участие служилых остяков Кодского княжества в военных походах конца XVI — первой трети XVII в. // Западная Сибирь: прошлое, настоящее, будущее. Сургут, 2004. С. 23-24; Симачкова Н. Становление воеводской системы управления. С. 26, 67. Ср.: С. 98, и др.), а томским (Оглоблин Н. Н. Обозрение столбцов и книг. Ч. 4. С. 38; Резун Д. Я., Васильевский Р. С. Летопись сибирских городов. Новосибирск, 1989. С. 37, 65).

11 Полевой Б. П. Новое о Василии Тыркове, основателе Томска // Сибирские города XVII — начала XX века. Новосибирск, 1981. С. 58, 60, 61. Цитируя летописную заметку о «проведывании» Томска, исследователь не пояснял, в чем оно состояло.

С. Ф. Сабуров умер в 1600 г. (Пузанов В. Д. Военная политика Русского государства... С. 50), не ранее начала декабря. См.: Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. М., 2000. С. 190. Ср.: С. 24, 197; Верхотурские грамоты конца XVI — начала XVII в. Вып. 1. М., 1982. С. 77.

С точки зрения А. Т. Шашкова, сургутяне во главе с атаманом Т. Федоровым появились на Томи накануне дипломатической миссии Тыркова к местным княз-цам и мурзам — в конце 1598 или начале следующего года (Древний город на Оби: История Сургута. Екатеринбург, 1994. С. 122; ОИЮ. С. 199). Утверждать, будто в 1601 г. сургутские и кетские казаки «поставили» там зимовье (Резун Д. Я., Васильевский Р. С. Летопись сибирских городов. С. 25), не приходится, тем более что Кетский (Кунгопский) острог, вероятно, был заложен в том же году.

город в Притомье. В начале 1604 г. туда отправились, дабы определить, где лучше всего «поставить» новую крепость, казаки из Сургута, и их «скаски», а также чертеж пути в Томскую волость сургутский воевода Ф. В. Головин спешно отослал в Москву, где уже 25 марта того же года появился наказ о сооружении города, ставшего четверть века спустя разрядным центром — вторым в Сибири после Тобольска.12

Накануне строительства Верхотурья осенью 1597 г. чердынским наместником С. Шестаковым была осуществлена предварительная разведка местности в верховьях Туры, где располагалось старое вогульское городище Неромкур (Каменный город).13

В 1611 г. атаман черкас и «литвы» Т. Деев и казак Ю. Вахромеев были посланы из Сургута «дозрить» Тогурское устье Оби и даже изготовить соответствующий «чертеж», чтобы выяснить, можно ли там выстроить город либо острог взамен Нарыма и Кетска (с аналогичным предложением, говоря, однако, про «Кецкое устье, на Роздоре, на Оби, на левой стороне Оби и Кецкого устья», обратились в Казанском приказе атаман Т. Федоров и служивший, видимо, под его началом казак П. Колпашник). В результате этой «посылки» данное

12 См.: Бояршинова З. Я., Голишева Г. А. Первый документ о строительстве города на берегу Томи // Из истории Сибири. Вып. 1. Томск, 1970. С. 206; Бояршинова З. Я. Основание русского города на Томи (к 375-летию г. Томска) // Томску — 375 лет. Томск, 1979. С. 12-13; Симачкова Н. Становление воеводской системы управления. С. 67; Скульмовский Д. О. Гарнизон Томска в первые годы своего существования // Малоизученные и дискуссионные проблемы отечественной истории. Вып. 2. Нижневартовск, 2007. С. 12, и др. Д. Я. Резуну думалось, что первоначально «в дебрях московских канцелярий (скорее всего в Казанском приказе. — Я. С.)» или сургутской воеводской избе возникло предложение о строительстве острога на Томи, подведомственного администраторам Сургута, но затем было решено заложить город во владениях Тояна ([Резун Д. Я.] Предисловие // ПССГ. С. 18). Такая мысль, видимо, появившаяся не без влияния известия КЗ о «создании» Томска, — всего лишь допущение.

13 Шашков А. Т. 1) К истории возникновения в конце XVI в. первых русских городов и острогов на восточных склонах Урала // Уральский сборник: История. Религия. Культура. Екатеринбург, 1997. С. 178; 2) Первые зауральские города и остроги // Югра. 1997. № 9. С. 22; ОИЮ. С. 131, 133. Считать С. Шестакова основателем Верхотурья (Летописи сибирские. Новосибирск, 1991. С. 53) не приходится, этот город «ставили» воевода В. П. Головин и письменный голова И. В. Воейков. В адресованной им грамоте от 12 октября 1597 г. сказано: «вы б того места (городище Неромкур. — Я. С.) от реки от Туры по берегу разсмотрили, сколь то место крепко» (Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 367). С. Шестаков, кстати, в первые годы XVII в. являлся дьяком Ямского приказа. См.: Веселовский С. Б. Дьяки и подьячие XV-XVII вв. М., 1975. С. 579-580; Павлов А. П. Приказы и приказная бюрократия (1584-1605 гг.) // ИЗ. Т. 116. М., 1988. С. 201, 209.

предложение было отклонено, как и намерение заложить острог возле Нарыма.14

С точки зрения А. Т. Шашкова, русские воеводы неплохо представляли себе, где им следует возводить» Березов,15 ибо еще до появления отряда воевод Н. В. Траханиотова, князя М. П. Волконского и письменного головы И. Змеева в двух десятках верст от впадения Северной Сосьвы в «великую» Обь здесь располагалось «какое-то русско-зырянское промышленное зимовье».16 Последний тезис — не более чем догадка, но, видимо, в Москве были, пусть и смутно, осведомлены о поселении Сугмут-ваш, принадлежащем куноватско-ляпинскому князю, — городке Березовом, возле которого и встала русская крепость.17 О его местоположении могло стать известно и на

14Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 296-297, 427-431. Ср.: С. 445; Т. 2. С. 299-300, 405, 406, 432, 439, 512, 557, 560-561, 573, 674; ПССГ. С. 47. См. также: Древний город на Оби. С. 123; ОИЮ. С. 200.

В июне 1617 г., когда власти сибирской столицы решили заложить острог «в Верхней Тунгуске», из Тобольска были посланы два казака и один промышленный человек «тунгусские дороги проведывать» (Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 280, 281. Ср.: С. 295; Вершинин Е. В., Шашков А. Т. Участие служилых остяков Кодского княжества... С. 25). Возможно, «проведывавшие» эту дорогу достигли края волока с Кети на Енисей, где в следующем году отряд пелымского сына боярского П. Албычева и тобольского стрелецкого сотника Ч. Рукина «поставил» Маковский острог. В конце XVI в. удалось отыскать более удобный и короткий путь, нежели известный ранее, от Соли Камской в Сибирь; по фамилии крестьянина, который «проведал» эту дорогу, она стала называть Бабиновской. Позднее служилых нередко посылали в новые «землицы» для осмотра мест в целях сооружения там острогов. См., например: Александров В. А., Покровский Н. Н. Власть и общество: Сибирь в XVII в. Новосибирск, 1991. С. 98, 99, 160-161.

15 Как узнаем из наказа заложившему Пелым князю П. И. Горчакову, вместе с которым за «Камень» первоначально намечалось отправить и воеводу Н. В. Тра-ханиотова, последнему следовало «на Березов остров . взять с собою наряд» (Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 339). На взгляд А. Т. Шашкова, «согласно контексту (упомянутого документа. — Я. С.), речь шла о крепости, которую только еще предстояло построить» (ОИЮ. С. 126, 134. Примеч. 67; Шашков А. Славен град Березов! (История создания города в Нижнем Приобье: гипотезы и факты) // Родина. 2003. № 7. С. 44, и др.).

16 Шашков А. Т. 1) К истории основания Березова и Пелыма // Культурное наследие российской провинции: история и современность. К 400-летию г. Верхотурья. Тезисы докладов и сообщений Всероссийской научно-практической конференции 26-28 мая 1998 г.: Екатеринбург — Верхотурье. Екатеринбург, 1998. С. 251; 2) Бе-резовское восстание 1595 года и основание Обдорского острога // Югра. 1999. № 1. С. 19-20, и др. Отряд Н. В. Траханиотова, выступивший из Чердыни, с верховьев Туры двигался вниз по ней и Тоболу, достиг Обь-Иртышского междуречья, а затем и устья Северной Сосьвы.

17 Солодкин Я. Г. 1) Возникновение первых русских городов на крымской «украйне» и в Сибири // Философия, наука, образование: Национально-региональный компонент в исследовании и преподавании. Ч. 2. Екатеринбург, 2003. С. 75; 2) Когда был

Выми, куда, в соответствии с жалованной грамотой 1586 г., владевший этим и еще пятью городками князь Лугуй обязывался раз в два года отвозить дань.18 Но скорее всего, Н. В. Траханиотов, двинувшийся со служилыми и даточными людьми к устью Северной Сосьвы, знал о том, где удобнее всего основать крепость в Нижнем Приобье, по государеву наказу, составленному с учетом сведений, переданных в Москву администраторами Тобольска, если также не Тюмени.19

Наказом от 19 февраля 1594 г., врученным в столице письменному голове В. В. Аничкову, Сургут — первый русский город в Среднем Приобье — надлежало «поставить» во владениях остяцкого князя Бардака — в Сургуте20 или Безекове волости в Лумпеках (Лумпуках),21

заложен Березов? // Сибирский исторический журнал. 2004. № 1. С. 41. В. Я. Тем-плинг напрасно считал, что Березов вначале, при Н. В. Траханиотове, представлял собой острог (Темплинг В. Я. А была ли церковь? ... (О строительстве первой церкви в Обдорске) // Сибирский исторический журнал. 2006. № 7. С. 129. Примеч. 20). Бе-резов появился не «на месте остяцко-зырянского укрепленного центра Сугмут-вош» (Со времен князя Самара: В поисках исторических корней Ханты-Мансийска. Ханты-Мансийск, 2007. С. 59. Ср.: Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 264), а рядом с ним. Мнение, что до района этого города доходили ермаковцы (Резун Д. Я., Васильевский Р. С. Летопись сибирских городов. С. 108; Резун Д. Я. Березово // Историческая энциклопедия Сибири. Т. А-И. Новосибирск, 2009. С. 195), безосновательно. Следует причислить к домыслам и получивший широкое распространение в историографии вывод о том, будто Березову, как и Пелыму, предшествовал сооруженный несколькими годами ранее острог.

18 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 262, 337-338. Г. К. Красинский и некоторые другие историки явно заблуждались, считая Лугуя вымским князем (Красинский Г. Покорение Сибири и Иван Грозный // ВИ. 1947. № 3. С. 84. Примеч. 33; Симачкова Н. Становление воеводской системы управления. С. 76; и др.).

19 На взгляд А. Ю. Майничевой, «выбор места для крепости (Березова. — Я. С.) был «подсказан» местными жителями (надо думать, остяками. — Я. С.), точнее, их опытом и знаниями местных условий» (Мыглан В. С., Ведмидь Г. П., Майничева А. Ю. Березово: историко-архитектурные очерки. Красноярск, 2010. С. 12). Но этот выбор могли сделать и русские служилые люди, побывавшие близ устья Северной Сосьвы до весны 1593 г.

20 Как допускал М. Б. Шатилов, «здесь был остяцкий городок того же названия» (Шатилов М. Б. Ваховские остяки (Этнографические очерки). Тюмень, 2000. С. 35). Взгляд, будто Сургут основан как острог на месте такой крепости (Бакулин В. В., Ярков А. П. Сургут // Историческая энциклопедия Сибири. Т. С-Я. Новосибирск, 2009. С. 210; Литвинчук М. С. Формирование локальной группы русских в г. Сургуте и Сургутском уезде в XVII — начале XX вв.: этнонациональная характеристика // Вестник Сургутского государственного педагогического университета. 2013. № 6 (27). С. 116), следует отклонить.

21 О месте в его владениях, удобном для постройки города, русские служилые люди могли узнать и от самого Бардака, около 1592 г. сделавшегося вассалом «свя-тоцаря» Федора (Солодкин Я. Г. 1) Возникновение Березова и Сургута (О живучих историографических мифах) // Социокультурное пространство сибирского города: история и современность. Вып. 3. Ханты-Мансийск, 2006. С. 19; 2) О некоторых

и основателям нового «града» в «Сибирской земле»,22 «высмотря место крепкое», предписывалось остановиться на одном из этих вариантов.23

Любопытно, что 18 февраля 1594 г., за день до появления наказа об «устроении» Сургута, составлена жалованная грамота кодским князьям Игичею Алачеву и Онже Юрьеву на Васпукольскую и Колпу-кольскую волости,24 расположенные близ городка Войкара и в нижнем течении Иртыша. Не исключено, что от этих князей или одного из них в Москве узнали о месте, где предпочтительнее всего заложить город, вокруг которого должен был сложиться обширный уезд.

Возможно, после закладки Березова местным служилым людям удалось «проведать» местность «вверх по Оби», где был «срублен «Сур-гуцкий город»,25 хотя это могли сделать, как и относительно самой крепости, «поставленной» близ устья Северной Сосьвы, годовальщики из Обского (Мансуровского) городка. Оттуда, думалось Е. В. Вершинину, предпринимались разведывательные походы, к примеру, в Пегую орду в 1592 г.26 А. И. Андреев, О. В. Внукова и Д. О. Скульмов-

дискуссионных вопросах основания Сургута // В. И. Муравленко в истории становления и развития нефтегазового комплекса Западной Сибири. Материалы научно-практической конференции: 18-19 мая 2007 года. Сургут, 2007. С. 63). Мнение о том, что при основании Сургута население Бардакова княжества усмирили с помощью пушек, пищалей и кодских стрел (Шашков А. Первые зауральские города и остроги // Югра. 1997. № 8. С. 21; ОИЮ. С. 127-128; Внукова О. В. Складывание основных категорий служилого населения Западной Сибири на раннем этапе ее русской колонизации (конец XVI — начало XVII вв.) // Материалы региональной научной конференции, посвященной памяти профессора Ю. П. Прибыльского: 19 апреля 2013 г. Тобольск, 2013. С. 51. Ср.: Древний город на Оби. С. 94), не находит даже косвенных подтверждений в сохранившихся источниках.

22 Им следовало включить в свой отряд, отправившийся к устью Сальмы, казаков и «литву», «годовавших» в Обском городке, а его «разломать и сжечь». Очевидно, с того времени прежние функции этих служилых перешли к березовским ратным людям.

Утверждение, будто князю Ф. П. Барятинскому и В. В. Аничкову надлежало «поставить» город «в местности, называвшейся Сургут» (Древний город на Оби. С. 92), неточно.

23 Симачкова Н. Становление воеводской системы управления. С. 54. Как писала Н. Н. Симачкова, «в наказах содержались указания на более предпочтительные места для основания крепостей» (Там же. С. 50).

24Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 353.

25 См.: Разрядная книга 1475-1598 гг. М., 1966. С. 487.

26 Вершинин Е. В. 1) Восстание Тоньи-Кинемы в письменных и фольклорных источниках // Материалы и исследования по истории Северо-Западной Сибири. Екатеринбург, 2002. С. 99; 2) Об обстоятельствах покорения селькупской Пегой орды // Северный археологический конгресс. Тезисы докладов: 9-14 сентября, 2002: Ханты-Мансийск. Екатеринбург; Ханты-Мансийск, 2002. С. 312. Как заключил А. Т. Шашков,

ский вслед за П. Н. Буцинским писали о том, что годовальщиков присылали в основанный поздней осенью 1585 г. городок «для удержания в повиновении обских остяков и сбора ясака»,27 и только. Думается, эти годовальщики могли «проведать» и низовья Северной Сосьвы, и устье Сальмы, где были «срублены» Березов с Сургу-том.28

Кетский (Кунгопский) острог служилые люди из Сургута и, видимо, Березова, а также «кодичи» основали после того, как в верховьях Кети побывали казаки Т. Федорова. По наблюдению А. Т. Шашкова, этот край, где находились владения князей Урнука и Намака, относился тогда к бассейну Енисея.29

О местоположении Тюмени в Москве еще перед выступлением отряда В. Б. Сукина и И. Н. Мясного30 за Урал, возможно, знали благодаря «ермаковым казакам», включая тех, которым вновь пред-

около 1592 г. годовальщики из Мансуровского городка совершили поход вверх по Оби, в результате которого русское подданство приняли Бардак и нижненарымский князь Кичей, был разгромлен и верхненарымский князь Воняя (ОИЮ. С. 127, 128; Шаш-ков А. Т. К истории Обского (Мансуровского) городка // Великий подвиг народа. Вторые военно-исторические чтения, посвященные 55-летию Победы в Великой Отечественной войне. Тезисы докладов. Екатеринбург, 2001. С. 174). Позднее видный сибиревед назвал участниками этого похода только «кодичей», а его инициатором посчитал Г. Лутохина, являвшегося (но в 1594 г) «начальным человеком» заложенного И. А. Мансуровым острога (Шашков А. Т. Строительство русских острогов в Сургутском уезде в конце XVI — начале XVII в. // Западная Сибирь в академических и музейных исследованиях. Тезисы окружной научно-практической конференции, посвященной 40-летию Сургутского краеведческого музея: 24-27 ноября 2003 г., г. Сургут. Сургут, 2003. С. 32; Вершинин Е. В., Шашков А. Т. Участие служилых остяков Кодского княжества. С. 14, 15).

27 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 487; Внукова О. В. Формирование первых сибирских гарнизонов в конце XVI — начале XVII веков // Россия и страны Запада: Проблемы истории и филологии. Ч. 1. Нижневартовск, 2002. С. 75; Скуль-мовский Д. О. «Годовая служба» в сибирских городах и острогах на рубеже XVI-XVII вв. // Научные труды аспирантов и соискателей Нижневартовского государственного гуманитарного университета. Вып. 4. Нижневартовск, 2007. С. 65. Ср.: ОИЮ. С. 121.

28 Относительно Сургута на это мы уже указывали. См.: Солодкин Я. Г. Из истории раннего русского градостроительства в Сибири // Пять столетий Югры: Проблемы и решения. Итоги и перспективы. Ч. 5. Нижневартовск, 2015. С. 31.

29 См.: Шашков А. Т. Строительство русских острогов. С. 34; Вершинин Е. В., Шашков А. Т. Участие служилых остяков Кодского княжества. С. 19-21.

30 Они являлись не стрелецкими головами (Похлебкин В. В. Татары и Русь. 360 лет отношений Руси с татарскими государствами в XIII-XVI вв.: 1238-1598 гг. (От битвы на реке Сить до покорения Сибири): Справочник. М., 2000. С. 158; Ты-чинских З. А. Военно-служилые люди Тобольска в XVII в. // Тобольск: времена, события, люди. Труды Тобольской комплексной научной станции УрО РАН. Вып. 5: Исторические науки. Тобольск, 2017. С. 43), а воеводами.

стояло отправиться в Сибирь.31 Про «Тюменское городище», рядом с которым летом 1586 г. был «срублен» острог,32 в правительственных кругах, предположительно, сделалось известным к февралю того же года и из отписки воеводы И. А. Мансурова, зимой 1585/86 г., надо думать,33 сообщившего столичным приказным о закладке городка «против иртышъскова устья».

В Погодинском летописце сообщается о том, что письменный голова Д. Д. Чулков,34 дойдя в 1587 г. до Иртыша, «обрете» там «место . усть речки Курдюмки, против мало пониже устья реки Тоболу, яко единыи версты, на велице горе и красно велми»,35 где и заложил

31 Солодкин Я. Г. Из истории раннего русского градостроительства. С. 27. Считать, что «дружина» Ермака (о чем поведал С. У. Ремезов), видимо, 1 августа 1581 г., взяла штурмом городок Цынги (Чимги)-Туру, возле руин которого был заложен Тюменский острог (Миненко Н. А. Тюмень: Летопись четырех столетий. СПб., 2004. С. 34-35; Ярков А. П. 1) Города и городки: о генезисе образов и поселений на примере SINGUI ~ Цынги-Туры ~ Тюмени // Тюменский исторический сборник. Вып. 18. Тюмень, 2016. С. 47; ср. 2) Кучум и Ермак: смена темпоритма в Сибири // Западная Сибирь: история и современность. Краеведческие записки. Вып. 10. Нижневартовск; Омск, 2011. С. 26; Со времен князя Самара. С. 118, и др.), не приходится. См.: Бахрушин С. В. Научные труды. Т. 3. Ч. 1. С. 35, 145. Примеч. 24; Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 477, 484; Матвеева Н. П., Аношко О. М. Проблемы и перспективы изучения похода Ермака на основе комплексного источниковедения // Присоединение Сибири к России: новые данные. Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием: Тюмень, 9-10 декабря 2014 г. Тюмень, 2014. С. 19-20.

Напомним, что поход «руского полка» против «кучумлян» начался в следующем году — в конце лета или в первые дни осени.

32См.: Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 268; Рафикова Т. Н. Результаты изучения Царева городища (2007-2009 гг.) // История, экономика и культура средневековых тюрко-татарских государств Западной Сибири. Материалы Международной конференции: г. Курган, 22-23 апреля 2011 года. Курган, 2011. С. 12, 15; и др.

33 Сергеев В. И. Источники и пути исследования сибирского похода волжских казаков // Актуальные проблемы истории СССР. М., 1976. С. 23; Шашков А. Т. 1) Начало присоединения Сибири // Проблемы истории России. Вып. 4. Екатеринбург, 2001. С. 39-41; 2) Лодейный город // Родина. 2004. Спец. вып.: Тобольск — живая былина. С. 8. Едва ли можно определить, на каких основаниях В. И. Сергеев утверждал, будто к Искеру (Кашлыку) И. А. Мансуров двигался через Тюмень, где ему якобы предписывалось закрепиться, а Н. А. Миненко представлялось, что этого воеводу послали за Урал для закладки Тюменского острога.

34 Считать его участником основания Тюмени, как полагали многие историки, начиная с Г. Ф. Миллера, не стоит. См., например: Солодкин Я. Г. К истории основания Тюмени и Тобольска // Проблемы истории Сибири XVI-XX вв. Вып. 2. Нижневартовск, 2006. С. 50.

35 ПСРЛ. Т. 36. С. 136. Ср.: С. 115, 139, 252. Примеч. 20; С. 259, 315, 345, 365, 368; Белич И. В. Мыс «Алтын Яргинак», «Бицик-Тура на Паньине бугре» и гора «Алафей-ская»: к исторической топонимике города Тобольска // Историческая урбанистика: прошлое и настоящее города. Сборник научных статей Всероссийской конференции

острог, вскоре превратившийся в «царствующий град» Сибири. Возможно, это место стало известно Чулкову, если даже не московским приказным, составившим наказ о «поставлении» Тобольска, от тюменских администраторов, располагавших показаниями служилых людей.36

По словам тобольских летописцев, вскоре после основания в 1587 г. «града», быстро превратившегося в «царствующий», «началный ... старой Сибири (Искера, Кашлыка. — Я. С.) Сейдяк» со свитой «по-идоша Иртышем . тешитися ястребы за птицы» на Княжий (Кня-жев) луг, «яко за два поприща» от русского острога.37 Очевидно, местные татары хорошо знали про этот луг.

Тара на одноименной реке, «вверх Иртыша», была основана, «чтоб пашню завести, и Кучюма царя истеснить, и соль устроить», в 1594 г. (вслед за Сургутом) «в Ялах (Аялах)»,38 то есть в Аялын-ской волости в Среднем Прииртышье, о которой упоминается в наказе князю А. В. Елецкому, ставшему первым воеводой этого города. О ней в Москве могли узнать по отписке или отпискам тобольских либо тюменских «начальных людей».39 Составленный столичными приказными весной 1594 г. наказ А. В. Елецкому, под началом которого служилые люди многих русских городов заложили Тару, содержал распоряжение «присмотреть под город место, . туто и место очистить и город поставить», «город зде[лать], высмотря место ниже ли того, выше ли того, где пригоже, чтоб город занять и укрепить».

с международным участием: г. Сургут, СурГУ, 14 ноября 2014 года. Курган, 2015. С. 228. Не приходится утверждать (см.: Бахрушин С. В. Научные труды. Т. 4. М., 1959. С. 10), что Тобольск возник на развалинах Искера (Кашлыка).

36 Не исключено, что «богом строенное место» (по выражению одного из редакторов «Сказания» Саввы Есипова (ПСРЛ. Т. 36. С. 136)), где возник Тобольск, было известно еще «ермаковым казакам».

Как сообщается в КЗ, «Тобольский город» Д. Чулковым был «срублен из судо-ваго лодейнаго лесу небольшей и острогом и нос забиран». Последнее указание находит параллель в «Розряде царьства Сибирскаго.» начала последней трети XVII в.: «Камень Ленской носом пошел в море далеко» (ПСРЛ. Т. 36. С. 36, 139. Ср.: С. 368. Примеч. I, а).

37 ПСРЛ. Т. 36. С. 66, 136. См. также: Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 270.

38Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 352. Ср.: С. 358, 468.

39 Кузнецкий острог, кстати, был выстроен по «томским вестовым отпискам» (ПСРЛ. Т. 36. С. 194, 261, 318), очевидно, адресованным воеводами города на Томи разрядному «градодержателю» боярину князю И. С. Куракину и содержащим сведения о наиболее удобном месте для «поставления» крепости. На основании расспросов служилых и промышленных людей, подьячего Ф. Крылова «про Тунгу-скую и про иные землицы» была составлена память тобольскому сыну боярскому М. Трубчанинову о походе на Лену от 16 декабря 1619 г. (Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 2. С. 292-293. Ср.: С. 294, 313).

Такое место было найдено, но, получается, не в ходе предварительной разведки, поблизости от Тары, на другой реке — Агарке (Аркарке), впадающей в Иртыш.40 Кстати, и первому воеводе Пелыма князю П. И. Горчакову в соответствии с царским наказом следовало в То-борах «присмотреть под город место, где пригоже, где быти новому городу в Тоборах, или старой город (расположенный ниже устья реки Пелыма и принадлежащий князю Аблегириму. — Я. С.) занять, да где лутче», «став в Тоборах в старом городе или в новом месте, где крепчае, заняв острог»,41 то есть предварительный осмотр этого места, вероятно, опять-таки не проводился. Но в том же наказе упоминается «старое городище» «против Пелымки»,42 где Н. В. Тра-ханиотову «с товарыщи» предписывалось остановиться и «послать ратных людей ... ото всех воевод искать Аблегирима Пелымского, и жоны и дети их и люди воевать и побивать, и городок его жечи».43 Указание на это городище склоняет к мысли о том, что до начала экспедиции в Тоборы туда могли послать русских служилых людей или вогулов, являвшихся данниками «святоцаря» Федора.

Заметим, что если Тюмень и Тобольск вначале представляли собой остроги, то Березов, Пелым, Сургут и Тара, вероятно, в силу стратегических расчетов закладывались как города, подобно возникшему спустя несколько лет Верхотурью и «срубленному» еще позднее Томску.

Итак, основанию Верхотурья, Мангазеи, Томска, видимо, Сургута и Кетского острога, возможно, Березова, Тобольска и Тары сопутствовала рекогносцировка мест, где они были «поставлены» служилыми либо еще и даточными людьми. Сведения о ней большей частью поступали в Москву, где использовались при составлении наказов воеводам и письменным головам, назначенным в «далечайшую государеву вотчину».

40 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 284, 347, 349.

41 Там же. С. 340-342. Ср.: С. 275, 375, 488. Мнение о том, что изложенным в наказе П. И. Горчакову «планом закрепления» за Россией Северо-Западной Сибири предусматривалось, в частности, основание Сургута (Акишин М. Дьяки Посольского приказа и присоединение Сибири // РИ. 2015. № 3. С. 52), должно считаться преувеличением.

42 На взгляд А. Т. Шашкова, это Вышний Пелым — бывшая столица Пелымского княжества, разрушенная русскими еще в конце XV в. (ОИЮ. С. 138).

43 Миллер Г. Ф. История Сибири. Т. 1. С. 341.