Паралич истории

Год назад, 15 мая 2009 года Дмитрий Медведев создал Комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России. Корреспондент "Власти" Олег Кашин вместе с членами этой комиссии попытался подвести итоги первого года ее работы.

В конце января 1948 года американский госдепартамент совместно с МИД Великобритании и Франции выпустил сборник документов из архивов гитлеровской Германии под названием "Нацистско-советские отношения 1939-1941 гг.". На фоне начинавшейся холодной войны публикация сборника, из которого следовало, что накануне нападения Германии на СССР два режима были почти союзниками, Москва восприняла как очень чувствительный удар. Уже 18 февраля 1948 года, меньше чем через месяц после выхода сборника, Совинформбюро выпустило полумиллионным тиражом (потом еще были переиздания) специальную справочную брошюру, которая должна была опровергнуть "документы, состряпанные гитлеровскими дипломатическими чиновниками в дебрях немецких дипломатических канцелярий". 79-страничный пересказ событий 1939-1945 годов, выдержанный в формулировках типа "злобное недовольство этих господ можно рассматривать лишь как демонстрацию того несомненного факта, что политика Советского Союза была и остается правильной политикой", вряд ли смог изменить взгляд Запада на советско-немецкий пакт, советско-финскую войну и другие неприятные для Советского Союза эпизоды военной истории. Но название брошюры на несколько лет вперед стало одним из самых любимых советской пропагандой словосочетаний. Справка Совинформбюро называлась "Фальсификаторы истории".

Потом был ХХ съезд КПСС, после которого уже и советская сторона перестала настаивать на том, что Сталин всегда вел себя правильно, поэтому полемика с "фальсификаторами истории", как и сам термин, утратила актуальность и быстро забылась. В официальный лексикон Кремля словосочетание вернулось только в мае 2009 года, когда президент РФ Дмитрий Медведев своим указом учредил комиссию "по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России". За неделю до создания комиссии Дмитрий Медведев в видеоблоге говорил, что попытки фальсификаций "становятся все более жесткими, злыми, агрессивными", и пообещал, что Россия всегда будет на них реагировать. Более развернуто о целях комиссии высказался глава президентской администрации Сергей Нарышкин, которому Дмитрий Медведев поручил ее возглавить. В первом интервью после назначения он объяснил, что "фальсифицированная история проникает во многие кабинеты руководителей партийных групп и даже руководителей соседних государств, которые пытаются вместо налаживания нормального политического диалога с Россией, предъявить России всевозможные претензии — территориальные, политические, материальные претензии".

О том, нужна такая комиссия или нет, год назад много спорили. Но прошел год, и словосочетание "фальсификаторы истории" кажется не менее забытым, чем до создания комиссии. Ни Дмитрий Медведев, ни Сергей Нарышкин уже не обличают фальсификаторов, а о самой комиссии известно только, что она дважды (28 августа прошлого года и 19 января нынешнего) проводила закрытые заседания, причем на первом речь шла о состоянии исторического образования в России, а на втором — о создании внутри комиссии рабочих групп. Политики и эксперты, включенные год назад в состав комиссии указом президента, также не могут объяснить, чем она занимается.

"Я, безусловно, активный участник борьбы с фальсификацией истории,— говорит член комиссии депутат Госдумы Константин Затулин,— но назвать себя активным членом комиссии я не могу, она слишком осторожно и медленно набирает обороты". "Просто она работает не как министерство, а как депутатская фракция,— считает коллега Константина Затулина и по комиссии, и по фракции "Единой России" в Госдуме Сергей Марков.— У нас нет распределения обязанностей или еще каких-то признаков государственной структуры, комиссия объединила тех, кто и до ее создания противодействовал фальсификациям". Действительно, и Константин Затулин, и Сергей Марков задолго до того, как Дмитрий Медведев назначил их борцами с фальсификацией истории, активно спорили с официальной историографией постсоветских стран — настолько активно, что в разное время обоим украинские власти запрещали въезжать в страну. Теперь запрет снят, и оба депутата чувствуют себя победителями. "В Луганске открыли памятник жителям области, погибшим от рук бандеровцев, и я на этом открытии выступал,— говорит Константин Затулин.— Это не победа нашей комиссии, но это победа правды, за которую комиссия борется". "Направление голодомора мы практически завершаем,— констатирует Сергей Марков, имея в виду отказ президента Виктора Януковича от принятого ранее отношения к голодомору как к геноциду украинцев.— Наша задача была зафиксировать голодомор как трагедию, объединяющую народы, и мы этого добились совместной работой с украинскими коллегами".

"Есть три вида фальсификаций,— объясняет Сергей Марков.— Во-первых, фальсификация союзников, которые принижают роль СССР в войне и преувеличивают свою роль. Во-вторых, фальсификация противников — это сторонники СС и прочая дивизия "Галичина", с ними и так все ясно. И третий вид, самый опасный,— это гламуризация истории, когда снимают фильмы и пишут книги, в которых война — это просто "пиф-паф, ой-ой-ой", а смысл при этом теряется". Константин Затулин также считает, что фальсификаторы истории живут не только на Украине и в Прибалтике: "Разве не фальсификация — отрицание сталинских репрессий, которым занимается целая политическая сила — КПРФ? — спрашивает депутат.— Разве не фальсификатор Гавриил Попов, пытающийся обелить генерала Власова? (Речь идет о книге бывшего мэра Москвы "Вызываю дух генерала Власова".— "Власть") Есть много книг, начитавшись которых, молодые люди начинают мастерить взрывные устройства — и авторы этих книг остаются безнаказанными". Сергей Марков обещает, что комиссия в ближайшее время расширит сферу своих интересов и займется не только событиями ХХ века, но и более далекой историей: "На повестке дня сейчас — Кавказская война,— говорит депутат.— Ряд политических группировок хочет использовать ее, чтобы нанести удар по Олимпиаде в Сочи: хотят доказать, что генерал Ермолов устроил геноцид адыгов. Но мы этому не позволим свершиться".

Депутаты-единороссы — это радикальное крыло комиссии. Символом либерального ее крыла остается телеведущий Николай Сванидзе. Сванидзе признается: "Поначалу боялся, что комиссия создана, чтобы ужесточить взгляд на историю и противопоставлять нашу позицию зарубежной... Но после того как изменился наш взгляд на Катынь, после того как Путин преклонил колени в Катыни, эта опасность миновала". "Теперь нужно, чтобы та правда, которая признана в отношениях с Польшей, была признана и в отношениях с Украиной,— говорит Николай Сванидзе.— Мы должны сказать, что у голодомора есть авторы, и авторы эти — советский режим во главе со Сталиным. Должны сказать про оккупацию Прибалтики, а то у людей, которые не в курсе, возникает ощущение, что прибалты, говоря об оккупации, то ли свихнулись, то ли непонятно чего хотят". Признавая, что с такими взглядами он в этой комиссии в меньшинстве, Николай Сванидзе говорит: "Но на нашей стороне как минимум Медведев. А может, и Путин тоже, но я думаю, это не его тема, то ли по поколенческим, то ли еще по каким-то причинам. Да, в комиссии собрались слишком разные люди, и это несколько парализует ее работу, но самое главное, что мы можем сделать,— это рассекретить архивы. В этом случае задачу комиссии можно будет считать выполненной".

Заместителем Сергея Нарышкина по работе в комиссии Дмитрий Медведев назначил заместителя министра образования Исаака Калину. (Минобрнауки, согласно указу президента, обеспечивает организационно-техническое содействие работе комиссии.) Исаак Калина полагает, что судить о том, эффективна ли комиссия, можно будет только через несколько лет. "Работу комиссии нужно только усиливать, делать более публичной, а то у нас так принято, что если люди о чем-то не знают, то этого не существует",— говорит заместитель министра. В отличие от коллег, основную цель комиссии он видит "в выработке настоящего содержания исторического образования, которое бы являлось результатом научного подхода",— но что значат эти слова, расшифровывать не хочет: "Я человек образования, а о политике пусть говорят политики". На вопрос, в чем состоит образовательная составляющая работы комиссии, Исаак Калина ответить не смог. Наверное, он хотел сказать что-нибудь вроде: "Фальсификаторы истории и клеветники потому и называются фальсификаторами и клеветниками, что они не питают уважения к фактам. Они предпочитают иметь дело со сплетней, с клеветой. Но нет оснований сомневаться в том, что этим господам все же придется в конце концов признать одну всем известную истину, состоящую в том, что сплетня и клевета гибнут, а факты остаются". Но под рукой у него не было брошюры о фальсификаторах 1948 года.