Реконструкция детского погребального костюма эпохи бронзы по материалам могильника Степное VII

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 6 (361). История. Вып. 63. С. 8-15.

НАУЧНЫЙ ДИСКУРС Древняя история и традиционная культура

УДК 902.6

ББК Т4

Е. В. Куприянова

РЕКОНСТРУКЦИЯ ДЕТСКОГО ПОГРЕБАЛЬНОГО КОСТЮМА ЭПОХИ БРОНЗЫ ПО МАТЕРИАЛАМ МОГИЛЬНИКА СТЕПНОЕ VII

Реконструкция «археологического» детского костюма эпохи бронзы по материалам погребений представляет большую проблему из-за малой информативности захоронений. При раскопках могильника Степное VII в Южном Зауралье (петровская и алакульская культуры) был получен массовый материал, позволивший реконструировать большое количество деталей детского погребального костюма. Поскольку некрополи эпохи бронзы представляют искаженную возрастную выборку, погребения детей от 1 года до 8-10 лет практически отсутствуют, так что в данном случае речь идет о реконструкции, собственно, младенческого костюма. Отличительными чертами детских погребений являются наличие поясов с украшениями, полностью отсутствующих во взрослых захоронениях, и более примитивная комплектация сложных комплексов головных украшений, являющихся «визитной карточкой» костюма эпохи бронзы. В целом детский костюм по расположению аксессуаров повторяет комплектацию женского погребального костюма в более простом исполнении.

Ключевые слова: эпоха бронзы; погребение; детский костюм; украшения; Южное Зауралье.

В современных археологических исследованиях все большее значение приобретают тщательность и комплексный подход к изучению источника. Палеокостюмология - наука, занимающаяся разработкой проблем и методов реконструкции археологического костюма, базируется на скрупулезной фиксации и изучении деталей погребений - органических остатков, комплексов украшений и пр. К сожалению, зачастую качество отчетных и публикационных материалов не удовлетворяет требованиям палеокостюмологов, до 90 % информации о древнем костюме погибает именно в процессе расчистки погребений, его описания и последующего хранения1.

Для эпохи бронзы эта проблема особенно актуальна в изучении детского костюма. Детские погребения являются массовым материалом и составляют порой до 80 % всех погребений на могильниках бронзового века в Южном Зауралье. Тем не менее, если по женскому костюму этого периода в последние годы появилось несколько крупных обобщающих работ2, то детскому костюму уделялось лишь эпизодическое внимание в нескольких публикациях3. В какой-то степени

1 Яценко С. А. О некоторых вопросах изучения «археологического» костюма... С. 7.

2 Усманова Э. Р. Женский костюм эпохи бронзы.; Куприянова Е. В. Тень женщины.

3 См., например: Шилов С. Н., Богатенкова А. А. О реконструкции женского и детского костюмов.

это связано с объективной бедностью детских погребений украшениями и остатками одежды, отчасти же объясняется невниманием исследователей к содержанию и фиксации материала. Зачастую представляется, что несколько бусин, составляющих комплекс украшений младенца, при том, что в погребениях часто не остается даже костей скелета, не могут дать никакой существенной информации по реконструкции одежды. Тем не менее, наш опыт показывает, что тщательная фиксация морфологии мелких украшений в младенческих погребениях может послужить источником воссоздания если не костюма полностью, то многих его деталей.

Могильник Степное VII, расположенный в Пластовском районе Челябинской области, исследовался в 2000-2005 гг. (руководители раскопок Е. В. Куприянова и Д. Г. Зданович). За эти годы было исследовано 6 погребальных комплексов, содержавших 90 отдельных объектов (погребений и жертвенных ям). Индивидуальные детские погребения составляют 68 % всех объектов могильника, кроме того, детские захоронения входили в состав большинства коллективных погребений и содержались в крупных многократно использовавшихся жертвенных ямах. Материалы могильника относятся к петровской и алакуль-ской культурам эпохи поздней бронзы. Антропологические определения показали селективность

возрастной выборки погребенных1. Так, в погребениях алакульской культуры 88 % составляют младенцы - дети до года, в погребениях петровской культуры они же составляют всего 38,8 %. Поскольку дети от года до 8-10 лет в погребениях той и другой культурных групп практически отсутствуют, а дети более старшего возраста погребались по взрослому обряду, то в данном случае речь может идти лишь о реконструкции собственно младенческого костюма.

Типичное младенческое погребение эпохи бронзы, как хорошо известно исследователям, действительно, на редкость мало информативно. Обычно в нем содержатся несколько фрагментов костей скелета (чаще всего, зубы и трубчатые кости), один-два керамических сосуда. В лучшем случае исследователь может обнаружить в погребении несколько мелких украшений. Для того, чтобы дать представление о младенческом погребальном обряде могильника Степное VII, в качестве примеров наиболее информативных погребений можно привести ямы 42, 55, 63, относящиеся к алакульской части памятника.

Яма 42

На дне в центре ямы расчищено погребение ребенка в возрасте около 1 года, лежавшего на левом боку головой на ЮЗ. На руках скелета находилось по одному желобчатому браслету небольшого размера (рис. 1.4-5). На шее расчищены остатки трехрядного ожерелья из пастовых бус (рис. 4.9). За спиной погребенного, напротив затылка, расчищена низка, состоящая из компактно лежавших четырех подвесок из клыков животных и одной подвески из раковины (рис. 1.6-10). Напротив тазовых костей перед погребенным расчищены остатки пояса (?), состоявшего из трех низок пастовых бус, расходящихся из одного центра - небольшой бронзовой бусины (рис. 4.9). Напротив середины СВ стенки, ближе к коленям погребенного, стоял сосуд средних размеров в развале. В северном углу ямы стоял сосуд небольших размеров, перевернутый вверх дном.

Яма 55

На дне вдоль южной стенки ямы располагались остатки погребенного ребенка возрастом от 0 до 2 месяцев: фрагменты верхней челюсти, трубчатые кости ног. Судя по их расположению, погребенный был положен на левый бок, головой на северо-запад. Под остатками верхней челюсти, в районе шеи находилась низка из 10 пастовых бус, под ней в районе рук - два миниатюрных бронзовых желобчатых браслета (рис. 4.5). В районе поясницы погребенного расчищена низка

1 Определения д-ра ист. наук А. А. Хохлова (г. Самара).

из трех пастовых бус. На остатках трубчатых костей обеих ног находилось по одной низке бронзовых бус. Поверх ног ребенка была поставлена небольшая неорнаментированная банка очень плохой сохранности, разрушившаяся при снятии (рис. 4.5). В головах погребенного, напротив СЗ стенки ямы, завалившись на бок, находился сосуд горшечного типа средних размеров.

Яма 63

На дне ямы, в центральной части, расчищены останки погребения ребенка в возрасте от 9 до 12 месяцев: череп плохой сохранности, ребра, фрагменты трубчатых костей рук и ног. Судя по положению костей, погребенный был уложен на левый бок головой на запад, в слабоскорченном состоянии, руки согнуты у лица. В области шеи ребенка, поверх костных останков, находился комплекс украшений, похожий на ожерелье. Комплекс состоял из пастовых бус, бронзовой обоймы и бронзовой очковидной подвески. Низка пастовых бус (7 шт.) шла от остатков позвоночника к лицевой части, после нее следовала бронзовая обойма, за которой находилась очковидная подвеска. Под основной низкой, чуть ниже, находилась половинка пастовой бусины плохой сохранности. Под черепом погребенного находилось еще 5 па-стовых бус, сгруппированных неподалеку друг от друга как 2+2+1. На руках ребенка было надето два небольших желобчатых браслета. В районе тазовых костей находилось еще одно скопление пастовых бус: от небольшой бронзовой обоймы в четырех направлениях расходились низки по 4, 2, 6 и 1 бусине. На остатках трубчатых костей ног погребенного, в районе щиколоток, расчищены смешанные низки бронзовых и пастовых бус. В головах погребенного, вдоль западной стенки стояло два сосуда - один крупный горшечной формы, другой - небольшая баночка. Напротив рук погребенного, у середины северной стены, стоял еще один сосуд горшечного типа средних размеров.

Как видно из описания погребений, их содержание дает исключительно мало информации о собственно костюме погребенного. Тем не менее, большинство младенческих захоронений Степного VII содержали скопления мелких украшений. В процессе расчистки погребений нами проводилась тщательная фиксация этих скоплений в масштабе 1:1, наблюдения за местами их локализации относительно остатков костяка, морфологией и тафономией (процессами разрушения). Младенческие погребения эпохи бронзы, несмотря на свою плохую, в большинстве случаев, сохранность, имеют одну особенность, выгодно

отличающую их от взрослых погребений той же эпохи - они практически никогда не подвергались ограблениям. Неограбленных взрослых погребений можно насчитать единицы. Пытаясь реконструировать детали костюма на взрослом скелете, исследователь далеко не всегда может уверенно сказать, находится та или иная деталь на теле in situ либо сдвинута под воздействием различных факторов. В младенческих же погребениях можно достаточно достоверно определить связь украшений с определенными частями тела и, соответственно, деталями костюма.

Таким образом, тщательная фиксация и анализ массового материала из множества детских погребений могильника позволили получить большое количество новой интересной информации и зафиксировать различные детали младенческого костюма (рис. 4). Прежде всего, бросается в глаза отличие количества украшений в детских погребениях петровской и алакульской культур, тогда как женский костюм обеих культур примерно равен по богатству. В петровских детских погребениях украшений на порядок меньше. Украшения содержались в 69,2 % алакульских детских погребений и всего лишь в

О- бусы IlilCTOBMC

© - бронзовые браслеты

@ - амулеты из клыков и раковины

30 см

6 7 8

10

Рис. 1. Мог. Стенное VII, яма 42: 1 - план погребения; 2 - сосуд № 2; 3 - сосуд № 1; 4-5 - браслеты бронзовые; 6-9 - клыки-амулеты; 10 - подвеска из раковины

Рис. 2. Мог. Стенное VII, яма 55: 1 - план погребения; 2-3 - браслеты бронзовые; 4 - сосуд;

5 - бусы бронзовые

29,5 % петровских. Состав украшений и их расположение на костяках в целом схожи: в основном это пастовые, реже бронзовые бусы, амулеты из зубов животных и раковин, браслеты. Анализ расположения украшений проводился нами по методике, схожей с ранее применявшейся в анализе женского костюма. Для систематизации данных и изучения схем компоновки украшений в костюмах нами были выделены пять категорий украшений по пяти зонам тела, чаще всего украшавшимся в петровской и алакульской культурах:

1 - украшения головы и волос (куда относим накосники, лицевые подвески, височные украшения, обшивку венчика, косоплетки, в том числе клыки-амулеты, вплетенные в косу и прочее);

2 - украшения рук (браслеты, низки бус и амулетов, кольца, обшивка рукавов);

3 - украшения обуви (низки бус, пронизей и амулетов на щиколотках, украшения, нашитые на обувь и прочее);

4 - украшения шеи и груди (нагрудники, ожерелья, гривны, пуговицы);

5 - прочие украшения (к этой категории отнесены наименее распространенные в женском костюме украшения, такие как обшивка бусами платья и штанов, детали пояса и так далее)1.

1 Куприянова Е. В. Тень женщины. С. 111.

Детский костюм декорировался, как правило, мелкими украшениями, располагающимися в различных сочетаниях на пяти зонах тел погребенных - голова, шея, поясница, запястья, щиколотки. При этом в подавляющем большинстве петровских погребений (кроме одного) украшения располагались только на одной из зон, тогда как в алакульских могилах в основном в нескольких зонах. В отличие от женского костюма2, костюм детей не содержал таких сложных комплексов украшений, как накосники, лицевые подвески, гривны. И, напротив, самой распространенной деталью в детском костюме могильника Степное VII были украшения пояса (рис. 4), которые на 100 % отсутствовали в женских погребениях этого же памятника и в целом не являются характерной деталью женского костюма эпохи бронзы. На Степном VII поясные украшения встречаются у подавляющего большинства погребенных детей, причем по данным нескольких погребений (ямы 33, 42, 49, 59, 63) их структура определена как три сходящиеся к пояснице и иногда объединенные бронзовой обоймой низки бусин (рис. 4. 3, 4, 6, 9, 11). Очевидно, украшение можно реконструировать как низки, крепящиеся спереди на поясе.

Еще одна интересная деталь - в нескольких достоверных случаях (ямы 40, 42) (рис. 4: 8,9) украшения шеи реконструируются как низки бусин, нашитые в несколько рядов спереди на нагрудник (что вероятнее), либо платье. Довольно часто в алакульских детских погребениях встречаются бронзовые браслеты, гораздо реже - украшения обуви и головного убора. Украшения головного убора представлены в основном несколькими бусинами, нашитыми, скорее всего, на шапочку. Отсутствие накосных украшений объясняется очевидным отсутствием у маленьких детей кос и длинных волос. Лишь в одном случае (яма 42) за спиной погребенной лежало скопление амулетов из клыков и раковины, интерпретированное как косоплетка. Подобные украшения были отмечены у взрослых погребенных.

Сочетание в одном костюме категорий украшений по пяти зонам (голова, грудь, руки, ноги, поясница) из семнадцати достоверно определимых случаев дает следующее распределение: 1 категория - 6 случаев; 2 категории - 5 случаев; 3 категории - 2 случая; 4 категории - 3 случая; 5 категорий - 1 случай. Таким образом, большин-

2 Для эпохи бронзы женским костюмом можно считать костюм девочки, начиная с 6-8 лет, когда он содержит все детали, присущие взрослому костюму. См.: Куприянова Е. В. Тень женщины. С. 111.

ство костюмов содержало украшения одной или двух зон тела, чаще всего - украшения пояса. Наиболее полно украшенный детский костюм, как и женский, включает в себя украшения всех пяти зон тела, но встречается также редко (предлагаемая реконструкция - костюм девочки из погребения 42 - рис. 4.11).

Анализ массового материала украшений из младенческих погребений могильника Степное VII показал, что состав детского костюма, скорее всего, копирует женский костюм в его

более простом и примитивном варианте. Повторяющаяся и схожая морфология скоплений украшений (низки бус на ногах, скопления бус на груди, украшения волос, головного убора) позволяет реконструировать те же детали у детей, что и у взрослых женщин: штаны, обувь, рубаху, нагрудники, головной убор (для младенцев, скорее всего, шапочку). Единственной отличной деталью, отсутствующей в женском костюме, является пояс. Нельзя утверждать, что украшения пояса являются непременным атрибутом детского ко-

Рис. 3. Мог. Стенное VII, яма 6: 1 - план погребения; 2 - бронзовая обойма; 3 - бусы бронзовые и пастовые; 4 - подвеска очковидная; 5-6 - браслеты бронзовые; 7 - сосуд № 2; 8 - сосуд № 1;

9 - сосуд № 3

Рис. 4. Могильник Степное VII. Схемы расположения комплексов украшений в детских погребениях: 1 - яма 53; 2 - яма 58, костяк В; 3 - яма 59; 4 - яма 33, костяк Б; 5 - яма 55; 6 - яма 63; 7 - зоны расположения украшений на детских костяках, ямы 62, 68, 64, 65; 8 - яма 40; 9 - яма 42; 10 - яма 49;

11 - реконструкция детского костюма

стюма эпохи бронзы в целом: вполне возможно, что это местная традиция, существовавшая только у жителей поселения, хоронившего жителей на могильнике Степное VII. Получение массового, детально исследованного материала детских погребений с других памятников в дальнейшем может пролить свет на эту проблему.

Список литературы

1. Куприянова, Е. В. Тень женщины: женский костюм эпохи бронзы как «текст» (по материалам некрополей Южного Зауралья и Казахстана) / Е. В. Куприянова. Челябинск: АвтоГраф, 2008. 244 с.

2. Усманова, Э. Р. Костюм женщины эпохи бронзы Казахстана / Э. Р. Усманова. Караганда;

Лисаковск: КарГУ; Лисак. музей истории и культуры Верхнего Притоболья, 2010. 176 с.

3. Шилов, С. Н. О реконструкции женского и детского костюмов эпохи средней бронзы (по материалам Алакульского могильника) / С. Н. Шилов, А. А. Богатенкова // Интеграция археологических и этнографических исследований. Омск: Наука-Омск, 2003.

4. Яценко, С. А. О некоторых вопросах изучения «археологического» костюма. Механизмы костюмных связей народов Великой степи / С. А. Яценко // Культуры Евразийских степей второй половины I тысячелетия н. э. (из истории костюма). Т. 1. Самара: Самар. обл. ист.-краевед. музей им. П. В. Алабина, 2001.

Сведения об авторе

Куприянова Елена Владиславовна - кандидат исторических наук, директор Учебно-научного центра изучения проблем природы и человека Челябинского государственного университета. dzdan@mail.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. № 6 (361). History. Issue 63. P. 8-15.

RECONSTRUCTION OF CHILD BURIAL COSTUME OF THE BRONZE AGE

E. V Kupriyanova

PhD, Head of Scientific and Educational Center of Study of Nature and Man, Chelyabinsk State University.

dzdan@mail.ru

Reconstruction of an "archaeological" child costume of the Bronze Age with the materials of burials is a great problem caused by little information. The excavation of Stepnoye VII cemetery in the Southern TransUrals (Petrovskaya and Alakulskaya archaeological cultures) presented massive matherials, which allow making a reconstruction of a great number of details of a child burial costume. As the Bronze Age necropolis has an abnormal age scale and burials of 1-10-year-old children are completely lacking, therefore, in this case we can speak about a reconstruction of an infant costume only. The distinctive features of children burials are ornamented belts, which are never found in adult graves, and a more primitive structure of complicated head ornaments, which was a "visiting card" of the Bronze Age costume. In total, a child costume's disposition of accessories is similar to that of a female burial costume but with a simpler design.

Keywords: Bronze Age; burial; child costume; ornaments; Southern Trans-Urals.

References

1. Kupriyanova E. V. Ten'zhensh'iny: zhenskii kostyum epokhi bronzy kak "text" (po materialam nek-ropolei Yuzhnogo Zaural'ya i Kazakhstana) [The Shadow of woman: women's costume of Bronze Age like a "text" (for materials of necropolis of Southe Trans-Urals and Kazakhstan)]. Chelyabinsk, AvtoGraf, 2008, 244 p. (In Russ.).

2. Usmanova E. R. Kostyum zhensh'iny epokhi bronzy Kazakhstana [Women's costume of Bronze Age of Kazakhstan]. Karaganda, Lisakovsk, KarGU, Lisakovskii muzei istorii i kul'tury Verkhnego Pritobol'ya, 2010, 176 p. (In Russ.).

3. Shilov S. N., Bogatenkova A. A. O rekonstruktsii zhenskogo i detskogo kostyumov epokhi srednei bronzy (po materialam Alakul'skogo mogil'nika) [About recobstruction of children's costume of Middle-Bronze Age (for the materials of Alakul' cemetery]. Integratsiya arkheologicheskikh i etnograficheskikh issledovaniy [The integration of archaeological and ethnographical researches]. Omsk, Nauka-Omsk, 2003. (In Russ.).

4. Yatsenko S. A. O nekotorykh voprosakh izycheniya "arkheologicheskogo " kostyuma. Mekhanizmy kostyumnykh svyazei narodov Velikoi stepi [For some questions of research of "archaeological costume". The mechanisms of costume connections of Great Steppe nomads]. Kul'tury Evraziiskikh stepei vtoroi po-loviny I tysyacheletiya n.e. (iz istorii kostyuma) [The cultures of Eurasian steppes in the second part of I millennium A.D. (for the history of costume)], t. 1. Samara, Samar. obl. istor.-kraeved. muzei im. P. V. Alabina, 2001. (In Russ.).