Сущность уголовно-правового компромисса и его возможности

дунар. науч. практ. конф.: в 2 ч., г. Минск, 27 апреля 2016 года / Международный университет «МИТСО». - Минск: Междунр. ун-т «МИТСО», 2016. - Ч. 1. - С. 99-103.

уголовное право и процесс

Сплавская Н.В.

сущность уголовно-правового компромисса и его возможности

Борьбе с преступностью в нашей стране в настоящее время уделяется достаточно много внимания. Создана необходимая правовая основа противодействия преступности, функционирует достаточно эффективная правоохранительная система, сформировано у основной части населения негативное отношение к криминальным проявлениям в обществе. Эффективность предпринимаемых государством мер подтверждают и данные статистики -преступность в последние годы стабильно снижается.

При этом перед государством стоит задача не только снизить уровень преступности, обеспечив неотвратимость наказания за совершенное преступление, но и сделать наказание наиболее справедливым и эффективным, максимально уменьшив социальные последствия как для самого осужденного, так и для государства в целом. Государство должно стремиться вернуть бывшего преступника в общество, а для этого нужно иметь правильное представление о сложившейся действительности и сориентировать уголовно-правовую доктрину на нужды и потребности правоприменительной деятельности [6, с. 49]. Таким образом, в вопросе борьбы с преступностью нужны определенные компромиссы.

Проблема компромиссов в сфере уголовно-правовой политики имеет давнюю историю. Идея компромисса с отдельными видами правонарушений была заложена в такие правовые акты древности, как Изумрудные скрижали Тота Атланта и Законы Хаммурапи, Хеттские законы и Законы Ману, Законы XII Таблиц и Дигесты Юстиниана и т.д. Он широко был представлен и в церковном праве (jus sacrum). В качестве примера можно сослаться на Ветхий Завет и Постановление Агуэнского Собора, Номоканон и Кормчая книга св. Саввы Сербского, как и на другие древние религиозные манускрипты.

Компромисс активно применялся и в средние века в разрешении различных

правонарушений, о чем свидетельствует зарубежное законодательство тех времен. В настоящее время во многих государствах, в том числе и в России, институт компромисса является составной частью многих отраслей законодательства. Сегодня институт компромисса закреплен в УК и УПК, в ГК и ГПК, а также в ряде других отраслей российского законодательства. Это дает основание сделать вывод, что, несмотря на повсеместное тиражирование идеологических призывов на бескомпромиссную борьбу с преступностью, законодатель всегда допускал определенный компромисс в борьбе с ней, хотя об этом, естественно, в нормах закона не всегда упоминал [4, с. 8].

Генезис института компромисса показывает, что компромисс присущ обычному и позитивному праву, является его неотъемлемым структурным элементом, то есть имманентным свойством права. При этом проблема компромиссов только совсем недавно стала предметом исследования современных ученых.

Прежде чем говорить о конкретных видах компромиссов в сфере борьбы с преступностью, рассмотрим содержание данной дефиниции. В словаре русского языка С.И. Ожегова под понятием «компромисс» подразумевается «соглашение на основе взаимных уступок» [7, с. 283].

По мнению О.В. Старкова, «компромисс с преступностью - это соглашение путем взаимных уступок, причем уступки государства: 1) освобождение от уголовнойответственностиинаказаниявплотьдопризнаниядеяниянепреступным (к примеру, действия агентов, вынужденных к этому обстоятельствами; членов преступных организаций, содействовавших правоохранительным органам; при добровольной сдаче оружия и др.); 2) смягчение наказания, назначение наказания ниже низшего предела при наличии смягча-ющих обстоятельств (например, при содействии правоохранительным органам, предотвращении вредных последствий своего деяния и проч.)» [11, с. 19].

Известный криминолог А.И. Долгова, говоря о компромиссе в противодействии преступности, указывает на то, что «речь идет об определенной сделке между государством и преступником, но это, во-первых, вынужденная сделка, во имя более оптимальных результатов борьбы с преступностью, во-вторых, скорее «сделка-прощение», чем «сделка-компромисс»: преступника освобождают от уголовной ответственности вовсе не потому, что допускают при определенных условиях его преступное поведение»[5, с. 431]. Причем, по мнению А.И. Долговой, «понятие «компромисс», которое употребляется все чаще применительно к борьбе с преступностью, не кажется точным. Такой «компромисс» допускается только при реагировании на конкретные преступления, в отношении конкретных преступников либо определенных их контингентов, но не на преступность как массовое явление» [5, с. 432].

Т.К. Акимжанов отмечает, что «термин «компромисс» в противодействии с преступностью можно использовать несколько шире, чем предлагает А.И. Долгова, поскольку гуманизация и либерализация уголовного законодательства, амнистия, декриминализация некоторых деяний в комплексе также оказывают

позитивное влияние не только на отдельно взятое лицо, но и в целом на всю преступность» [1].

Не случайно, по мнению авторитетных ученых, «уголовная политика понимается как выработанная государством генеральная линия, определяющая основные направления, цели и средства воздействия на преступников путем формирования уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного законодательства, регулирования практики его применения, а также путем выработки и реализации мер, направленных на предупреждение преступлений» [9, с. 75].

В уголовном праве в настоящие время проблема компромисса вызывает споры многих ученых, занимающихся данным вопросом. Большей частью высказывается отрицательное отношение к альтернативам в борьбе с преступностью. В основном возражения сводятся к тому, что компромисс противоречит принципу неотвратимости уголовной ответственности. В этой связи нельзя не согласиться с мнением Х.Д. Аликперова о том, что «уголовный закон должен содержать нормы, гарантирующие освобождение от уголовной ответственности лиц, совершивших преступления, в обмен на совершение ими определенных поступков, обеспечивающих реализацию основных целей наказания» [2]. Следует отметить, что идея компромисса никогда не была чуждой российскому законодательству. Зачатки этого института встречаются уже в Русской Правде. Так, в ст. 26 указанного документа предусматривалось освобождение от уголовной ответственности (наказания) лица, ответившего мечом за оскорбление.

А.И. Терских считает, что «современное понимание компромисса не ограничивается определенными рамками каких-либо договоров и соглашений или же политическим содержанием». По ее мнению, компромисс прочно утвердился во многих науках (таких, как психология, политология, этика), в том числе и юридических. Так как компромисс не может развиваться самостоятельно, его развитие зависит от уровня экономического развития государства; национальной, социальной, религиозной однородности населения; роли страны в мировом разделении труда, а также от многих других факторов [12, с. 84].

Другую точку зрения высказывает Н.В. Петрова. Она считает, что компромисс нельзя приравнивать к соглашению. По ее мнению, компромисс всегда обозначает большие подвижки в позициях конфликтующих сторон, которые в конечном итоге соглашаются на компромисс. В этой связи автор определяет компромисс как «основанное или же не основанное на правовых началах соглашение между государством в лице правоохранительных органов, отдельным работником правоохранительных органов и лицом, совершившим преступление». В итоге последнему за его полезные посткриминальные деяния идет смягчение уголовной ответственности, либо он к ней вообще не привлекается [8, с. 55].

Н.Е. Петрова полагает, что в результате такого компромисса ущемляются интересы потерпевшего. «Поскольку в конечном итоге спора конфликтующие

стороны приходят к компромиссу, получается, что одна из сторон принимает условия другой, тем самым отчасти признавая правильность условий противоположной стороны конфликта и находя решение приемлемое для обеих сторон» [8, с. 56].

Как справедливо отмечает Е.В. Попаденко: «под институтом компромисса следует понимать освобождение лица, которое совершило преступление, от уголовной ответственности при осуществлении им определенных действий». Он рассматривает компромисс как определенную группу норм или институт, при котором со стороны государства гарантируется освобождение от уголовной ответственности в обмен на выполнение лицом, совершившим преступление, определенных действий (уступок, поступков). По его мнению «компромисс -это своеобразные уступки или действия, которые совершены каждой из сторон: непосредственно государством и лицом, совершившим преступление» [10, с. 135]. Подобная трактовка компромисса ведет к рассмотрению механизма или же метода регулировки для смягчения обострившейся конфликтной ситуации. Такое определение феномена «компромисс» основано на том, что данное определение сначала укоренилось в таких науках, как социология, психология и конфликтология в ходе изучения различных по своему роду конфликтов, а потом применялось для разрешения конфликтных ситуаций. В связи с этим и акцент в определении понятия уголовно-правового компромисса на уступках сторон вполне понятен.

Но несмотря на это, само понятие «компромисс» является более широким. Представляется, что уступки включены в него. Они являются движущей силой данного понятия, т.е. в категорию «компромисс» входит договоренность сторон: государства и лица, совершившего преступление, о взаимовыгодных условиях настоящего договора, о сотрудничестве, взаимодействии. И в то же время в компромиссе проявляются характеристики некого противоборства, конфликтности, которые происходят в отношениях между ними [3, с. 294].

Существует немало примеров судебных определений, вынесенных в связи с достижением компромисса. Но рассмотрение компромисса только лишь со стороны соглашения не позволяет увидеть всю сущность данной категории, поскольку достижение согласия представляет собой определенный процесс, который выражается не только в основе уступках одной из сторон, но и в их последующей реализации. И только в данном случае можно говорить об институционализации данного термина.

Думается, что компромисс - это соглашение, к которому приходят стороны для решения возникшего между ними инцидента, который перерастает в обострившуюся проблему путем договоренности о взаимовыгодных условиях и определенных уступках каждой из сторон для быстрого и результативного решения возникшей проблемы, что подтверждается судебной практикой.

Пределы действия уголовно-правового компромисса - это те границы, в которых будет возможно законное применение этого нетрадиционного института, а также условия, при которых его реализация недопустима. Основные

критерии допустимости уголовно-правового компромисса включают: перечень преступлений, на которые он распространяется; круг виновных лиц, которые подпадают под его действие; закрепленные в законе требования, в обмен на выполнение которых лицо освобождается от уголовной ответственности (или ему смягчается наказание).

Компромиссное соглашение не распространяется на лиц, имеющих повышенный уровень общественной опасности (особо опасных рецидивистов, лиц, совершивших преступления, за которые законом предусмотрено исключительная мера наказания - смертная казнь, на таких, которые имеют две и больше судимости за совершение тяжких преступлений, организаторов банд, убийц, разбойников, лиц, относительно которых потерпевший находится в материальной, служебной или иной зависимости, а также лиц, виновных в посягательстве на жизнь судей и сотрудников правоохранительных органов при исполнении ими служебных обязанностей и т.д.). При этом, на наш взгляд, было бы целесообразно использовать компромиссные нормы по отношению к так называемых «случайным преступникам», и особенно это касается автотранспортных преступлений.

Уголовно-правовой компромисс - самостоятельный институт отечественного уголовного права. Он имеет собственную неповторимую правовую природу, выполняет специфические функции и занимает особое место в правоприменительной деятельности органов, призванных вести борьбу с преступностью. Правовые нормы, содержащие и предполагающие компромисс, должны составлять единую логически построенную по определенным четко определенным критериям систему, которая бы охватывала большой спектр вариантов социально-одобряемого поведения.

Современная наука уголовного права, как одна из фундаментальных отраслей права, разделяет юридические нормы на четыре вида: запрещающие, обязывающие, управомочивающие и поощрительные. Однако предложенная теоретиками классификация правовых норм не является исчерпывающей (полной), а потому не может быть достаточно объективной. И поэтому приходится констатировать тот факт, что, несмотря на насущную потребность нашего государства в гуманизации национального законодательства (прежде всего уголовного), юристы-ученые не выделяют в отдельную группу компромиссные нормы. Последние же, в силу принципиальных признаков, нельзя помещать ни к одной из разновидностей в вышеупомянутой классификации, хотя они и имеют некоторое сходство с поощрительными нормами.

Тенденция, которая сложилась с классификацией правовых норм, происходит прежде всего потому, что предложенный уголовно-правовой компромисс очень часто отождествляется с огромным разнообразием поощрительных норм. Или «размывается» смежными уголовно-правовыми институтами, которые освобождают виновное лицо от уголовной ответственности или смягчают ей наказание (например, добровольный отказ, деятельное раскаяние, давность привлечения к уголовной ответственности и многое др.),

называется специальным видом освобождения от уголовной ответственности.

Поэтому, чтобы в дальнейшем не происходило подмены понятий необходимо выделить основные черты уголовно-правового компромисса, это: собственные специфические цели и задачи; применяется к широкому спектру как умышленных, так и неосторожных преступлений; большинство составов преступлений, на которые распространяется его действие, - это преступления с формальным составом; предполагается за законченные деликты; виновное лицо, которое соглашается на компромисс, не всегда теряет общественную опасность, так как и преступное деяние, совершенное им; нетрадиционная форма юридической конституции; применяется на любой стадии уголовного процесса, но не позже судебного разбирательства; реализация уголовно-правового компромисса является исключительно компетенцией правоприменительных органов, более того это их обязанность при наличии достаточных на то оснований; применения к лицу компромиссной нормы является окончательным, а потому не может быть пересмотрено и отменено при неукоснительном соблюдении сторонами условий уголовно-правового компромисса; четко определенный объем благ (освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания; отсутствие судимости) для лица, совершившего преступление; основанием к освобождению виновного лица от уголовной ответственности является выполнение им определенных в законе положительных посткриминальных поступков; возможность применения уголовно-правового компромисса в комплексе с другими институтами

В заключении отметим, что институт уголовно-правового компромисса должен находить свое отражение в нормах права лишь при соответствии его морально-этическим взглядам, которые существуют в обществе. Без взаимосвязи морали и закона не может быть речи о реальной действенности института компромисса, ибо при этом грубо нарушается ряд важнейших принципов уголовного права, среди которых - гуманность, справедливость, целесообразность и тому подобное.

Четкое установление границ допустимости компромиссного соглашения в борьбе с преступностью является важной гарантией соблюдения прав граждан и позволит исключить различные злоупотребления со стороны правоохранительных органов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Акимжанов Т.К. Компромиссы в уголовно-правовой политике Республики Казахстан [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: http://joumal-aaeLintelbi. ru/main/wp-content/uploads/2015/11/80-84.pdf.

2. Аликперов Х.Д. Компромисс как имманентное свойство уголовного права [Электронный ресурс]. - URL: http://crimpravo.rissite.ru/blog/3225.html#cut

3. Байбарин А.А., Гребеньков А.А., Шевелева С.В. Уголовное право России. Общая часть / отв. ред. А.А. Гребеньков. - Курск, 2013.

4. Ветрила Е.В. К вопросу об особенностях уголовно-процессуальных

правоотношений // Государство и право в XXI веке. - 2014. - № 1.

5. Криминология: учебник / под общ. ред. А.И. Долговой. 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Норма, 2010.

6. Мнацаканян Э.Г. Проблемы реализации и обеспечение личных прав осужденных к лишению свободы // Государство и право в XXI веке. - 2015. - № 1.

7. Ожегов С.И. Словарь русского языка: ок. 60000 слов и фразеологических выражений / Под общ. ред. проф. Л.И. Скворцова. 25-е изд., испр. и доп. - М.: Мир и образование, 2008.

8. Петрова Н.Е. Наделить потерпевшего правом уголовного преследования // Российская юстиция. - 2012. - № 12.

9. Полный курс уголовного права: в 5 т. / под ред. д-ра юрид. наук, проф., заслуженного деятеля науки РФ А.И. Коробеева. Т. I: Преступление и наказание. - СПб. : Юридический центр Пресс, 2008.

10. Попаденко Е.В. Уголовно-правовая природа компромисса в борьбе с преступностью // Законодательная техника и дифференциация ответственности в современном уголовном праве и процессе России: сб. науч. ст. / Под ред. Л.Л. Кругликова. - Ярославль: Ярослав. гос. ун-т, 2015.

11. Старков О.В. Предупреждение преступлений: учебное пособие. - М.: Юрист, 2005.

12. Терских А.И. Уголовно-правовой компромисс: понятие и социальная сущность // Вестник ЮУрГУ - 2011. - № 40.

Ветрила Е.Б.

актуальные проблемы обеспечения права на защиту в уголовном процессе россии на современном этапе

Современное уголовно-процессуальное право России в ходе своей эволюции прошло несколько основных этапов, которые зачастую критикуются учеными за отсутствие реальных механизмов обеспечения состязательности, реализации права на защиту подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. Демократические преобразования 90-х, ориентация на требования мирового сообщества способствовали тому, что на сегодняшний день в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 06.07.2016) (далее - УПК РФ) предусмотрены максимальные возможности для защиты прав и законных интересов подзащитного. В то же время, практика реализации данных положений свидетельствует о наличии существенных противоречий, а также не-