Доминирование и влияние в структуре современной российской власти: проблемы и тенденции развития

ПОЛИТОЛОГИЯ И ЭТНОПОЛИТИКА

Швец Л.Г. к. филос. н., доц. СКАГС

ДОМИНИРОВАНИЕ И ВЛИЯНИЕ В СТРУКТУРЕ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ ВЛАСТИ: ПРОБЛЕМЫ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ

В начале третьего тысячелетия все больший интерес вызывает проблема функционирования механизмов политического доминирования (или властвования) и политического влияния. Причем формирование новой социальной реальности связано с резким возрастанием интереса к латентным процессам в сфере властеотношений. К тому же, становление нового типа общества приводит к принципиальным изменениям в стратегии политического и государственного управления.

Ведущими, определяющими в обществе являются политическая, экономическая и социальная деятельность; на их стыках появляются самые различные феномены человеческой активности. Таковыми в частности являются механизмы властного доминирования и неформального влияния.

Проблема механизмов доминирования и влияния вообще является весьма актуальной проблемой для современной России, претерпевающей грандиозные трансформации политического устройства и экономики. Тем более, что на протяжении всей российской истории скрытые воздействия на государственную власть играли едва ли не решающую роль. С этим нельзя не считаться и сегодня, особенно с учетом, широкомасштабных преобразований, проводимых в России. Эти преобразования, наряду с формированием новых институтов публичной политики, заложили базу непубличных воздействий в экономике, политике, духовной сфере.

Так, за годы реформ (1991-2006 гг.), с одной стороны, значительно (более чем вдвое) сократились масштабы легальной экономики, а с другой - выросла теневая и неформальная экономика. Удельный вес последней вырос до размеров, сопоставимых с легальной экономикой. Естественно, что «в тени» появились весьма могущественные и влиятельные группы и лидеры, часть которых хотела бы легализовать свое влияние и занять публичные властные позиции. Далеко не все теневики могут быть отнесены к сфере криминала. Более того, абсолютно большая их часть не относится к нему, а самоутверждается, «ведя игру по своим правилам» и желая именно свои правила утвердить в

обществе, опираясь на приобретенную собственность и финансовоэкономическое влияние.

В структурах законодательной, исполнительной, судебной власти происходит формирование различных групп, представляющих власть отнюдь не только в соответствии с существующей законодательной базой, но и по земляческим, корпоративным, родственным и другим неформальным принципам. Соответственно и принимаемые этими группами решения реализуют скрытые интересы, которые не только не совпадают с общенациональными, но зачастую прямо противоречат им. Феноменология данных процессов и их причины остаются освещенными фрагментарно и далеки от полного понимания.

Анализируя механизмы доминирования и влияния необходимо подчеркнуть, что речь идет о социально-политических феноменах, имеющих целостный интегративный образ и представляющих собой официальное или неофициальное воздействие на политический процесс. Это воздействие может иметь личностно-непосредственный, волевой, легальный или нелегальный характер.

Механизм властного доминирования предусматривает способность и возможность оказывать официальное воздействие на деятельность и поведение людей с помощью авторитета, права, насилия и других средств.

Механизм влияния расплавлен во власти, но сохраняет свою собственную природу. Двигаясь от социальной потребности, через интерес к давлению посредством авторитета, угрозы, подкупа, секса и других способов по достижению конкретного результата влияние выполняет как общезначимые функции (интеграции, оценки ситуации, выработки программы, мобилизации, социального арбитража и патронажа), так и сугубо корыстные (обогащения, осуществления карьеры).

И в последнем случае (корыстное влияние) зачастую проявляется патологический аспект, обусловленный противоправными, криминальными целями, представляющими опасность и для правовой государственности и для гражданского общества.

Характерные особенности механизмов властного доминирования и неформального влияния проявляются в действиях их макро- и микро-субъектов, а так же в разных формах.

Особый интерес представляют институциональные субъекты доминирования и влияния. Вектор их воздействия имеет как горизонтальную, так и вертикальную направленность. Яркими иллюстрациями доминирования и влияния по горизонтали являются активность главы государства, силовых структур и парламента.

Каналы горизонтального влияния во властных структурах очень сильно переплетены, а подчас и встроены в каналы доминирования.

Применительно же к России следует подчеркнуть, что здесь политическая и государственная власть тяготеют к закрытым формам правления. В современной России до сих пор не завершен цивилизационный переход от традиционных социально-политических структур общества к структурам публичной политической власти и гражданского общества.

Один из важнейших признаков государственной власти - ее публичность, т.е. направленность на обслуживание интересов общества. Попытки обратить ресурс государственной власти на обслуживание интересов отдельных социальных групп или личностей весьма затруднены в публичном режиме. Это и является одной из главных причин теневизации политических отношений и принятия политических решений в современной России. Западное общество потратило многие десятилетия для того, чтобы сформировать сбалансированную систему институтов государственной власти. Она предусматривала разделение функций управления и взаимоконтроль, законосообразность, а также прозрачность по отношению к институтам гражданского общества. Вместе с тем и в условиях демократического общества не удалось полностью упорядочить механизмы представления интересов частных лиц, групп и корпораций. Одной из наиболее трудных проблем здесь представляется контроль за лоббизмом и упорядочение лоббистской деятельности.

Что касается российских условий, то здесь недостроенность взаимоотношений ветвей и уровней государственной власти, неполнота правовой базы и почти полное отсутствие эффективных институтов гражданского общества и сформированных традиций публичной политики приводят к тому, что публичная власть зачастую становится лишь декорацией для непубличных действий и решений. Именно такого рода действия и принято считать теневыми. Они выстраиваются в систему, которую затем трудно сломать.

Одна из наиболее распространенных схем теневой деятельности в институтах власти - использование служебного положения в интересах отдельных лиц или отдельных корпораций. Имеется в виду принятие решений, выделение государственных средств в чью-то пользу за соответствующее поощрение или услугу. Об этом даже сказал Президент страны В.В. Путин в своем Послании Федеральному Собранию 2001 г.: «Система защищает свои права на получение так называемой «статусной» ренты. Говоря прямо - взяток и отступных. Такой способ

существования власти представляет угрозу для общества и для государства»1.

Это явление привычно для Российского государства и общества. Просто в условиях авторитарного государства оно больше пресекалось и жестоко преследовалось. Переход к демократической системе власти, опыта которой в России до сих пор не было, существенно ослабило государственный контроль и общественный надзор, который в прежних условиях был сопряжен с жесткими репрессивными действиями государства. Иначе говоря, авторитарное государство оперативно принимало меры по «сигналам трудящихся». Сейчас и трудящиеся не сигнализируют, и чиновники слабо контролируются. Это и привело к тому, что основная концентрация различных теневых действий сосредоточивается в институтах государственной власти.

Названные проявления относятся, так сказать к теневым взаимодействиям на уровне индивидуальных и групповых контактов с системой институтов государства и представляющих ее чиновников. Между тем за последние годы в России сформировались и стали определяющими организованные формы теневого политического обеспечения интересов больших социальных групп. Речь идет о различных видах политического лоббирования.

В сложившихся социальных и правовых условиях такой политический порядок приводит к частичной приватизации государства «группами влияния», а реальный политический процесс представляет в итоге борьбу последних между собой за государственные ресурсы. Эта борьба принимает форму лоббизма, который в данном политическом и социальном контексте лишь приводит формальную социальную структуру политической власти в соответствие с неформальной структурой. Последнее проявляется в частности в контроле над принятием важных государственных решений (состав правительства, получение конфиденциальной информации, предоставление налоговых льгот, льготных условий приватизации госсобственности и т.д.).

Слабость формальной структуры социальной организации современного российского общества приводит к тому, что клиентарные отношения пронизывают все его уровни. В конечном итоге политическая теневизация оказывается следствием и прикрытием системной теневизации российского общества.

Экспансия теневых социальных структур явилась основной причиной складывания политического порядка, носящего признаки корпоративно-бюрократической полиархии. Для последней свойствен-

1 Российская газета. 2001. 4 апр.

но преобладание теневых аспектов в политической деятельности, стремление к реализации своих проектов «вне закона и часто против закона» (Дилигенский Г.Г.). В результате прагматическое (в лучшем случае) и нигилистическое (в худшем случае) отношение к закону и иным социальным нормам транслируется на другие уровни иерархической структуры российского общества.

На региональном уровне происходит формирование полуфеодальных и авторитарных режимов, отличающихся развитием клановости и семейственности. Отсутствие институциональных механизмов согласования интересов федеральной, региональной и муниципальной власти служит источником политической нестабильности и также усиливает роль неофициальных связей и отношений.

Для эпохи Ельцина была присуща система неформальных способов поддержания политического равновесия и сглаживания противоречий между субъектами, обладающими богатыми социальными ресурсами. Субъект обеспечения политической стабильности в этом случае оказывался слабо вписан в систему политических институтов и «разруливал» конфликтную ситуацию между «олигархами», региональными и отраслевыми элитами, исходя из принципа целесообразности и личных предпочтений, что приводило подчас к расхождению с действующим законодательством, в том числе с конституционными нормами.

Необходимо отметить, что государство в значительной мере контролировалось одной из «групп влияния» (группа Сосковца-Коржакова-Барсукова и группа Чубайса - так называемая «Семья»). Смена господствующей «группы влияния» происходила в ходе жесткой, нередко выходящей за рамки закона, политической борьбы.

На локальном уровне - в органах государственного управления - происходит усиление роли клиентарных отношений, объясняемое, как и на других уровнях управления, чрезмерной концентрацией власти, а также отсутствием новой государственной идеи. В этих условиях неизбежным следствием становится преобладание латентных функций над официальными, а также, что наиболее важно (и опасно), служение не государству и обществу, а преследование в лучшем случае интересов своего руководства или ведомства, а в худшем случае - личных интересов и целей. Для общенационального и регионального уровней характерен преимущественно олигархический тип взаимодействия государства и бизнеса.

В процессе смены режима и перехода от Ельцина к Путину конфигурация центров теневого влияния изменилась, появились ее новые представители (часть старых была потеснена), был провозглашен

принцип «равноудаленности различных бизнес-групп от власти». Однако по-существу механизмы теневого воздействия остались действующими. Это весьма беспокоит нынешнюю российскую власть. Однако имеющихся у нее экономических ресурсов и ресурсов общественной поддержки, в условиях отчуждения общества от власти, недостаточно для того, чтобы радикально изменить положение и сделать главными механизмы публичной власти.

Изменить картину функционирования российской политической власти с того режима, где теневой аспект выступает как основной, на то состояние, где основным является нормативная деятельность публичной власти, и означает осуществление демократических преобразований российской власти.

Контрмерами, способствующими детеневизации, сокращению скрытого влияния асоциальных и радикальных социальнополитических субъектов на российскую власть, выступают шаги по развитию гражданского общества и общественного контроля за политическим сообществом, развитие правового государства и единого правового поля в стране, прозрачность и гласность действий публичных органов власти; расширение деятельности СМИ, стоящих на общегражданских позициях; укрепление российских спецслужб (при всестороннем государственном контроле); реорганизация системы государственной службы и кадровой политики, основанная на доминировании принципов меритократии и профессионализма; профилактическая работа органов государственного контроля по разрушению теневых поведенческих форм воздействия; формирование демократической политической культуры населения и гражданской культуры и этики госслужащих; систематическая научно-исследовательская работа в области анализа теневых форм деятельности и развертывание мониторинговых систем теневого поведения.

Кринко Е.Ф., д. ист. н., Хлынина Т.П., д. ист. н.

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ: ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОЙ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ ОСМЫСЛЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

Одной из примечательных особенностей административнотерриториального устройства Российской Федерации являются национальные образования. Их возникновение относится ко времени завершения Гражданской войны и тесно связано с практикой советского строительства среди народов бывших национальных окраин. Осмыс-