Классификация устойчивых глагольно-именных сочетаний в современном русском языке: подходы и проблемы

УДК 81'1

С. В. Лобанова

КЛАССИФИКАЦИЯ УСТОЙЧИВЫХ ГЛАГОЛЬНО-ИМЕННЫХ СОЧЕТАНИЙ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ: ПОДХОДЫ И ПРОБЛЕМЫ

Статья посвящена анализу двух основных научных подходов к устойчивым глагольно-именным сочетаниям современного русского языка - семантического и функционального. Предложены классификации глагольных аналитических единиц, выработанные с использованием этих двух подходов. Рассмотрен вопрос о соотношении устойчивых единиц со стержневым глагольным компонентом и свободных словосочетаний.

Ключевые слова: свободные словосочетания, устойчивые глагольно-именные сочетания, синлексы, фразеологизмы, обороты речи, беллетризмы, термины, номинативный состав языка.

В современном русском языке для выражения процессуального значения наряду с глаголами широко используются устойчивые аналитические единицы (прежде всего глагольно-именные сочетания; гораздо в меньшей степени - сочетания, построенные по схеме: «глагол + местоимение», «глагол + наречие»), представляющие собой весьма разнородный по особенностям семантики, происхождению и сферам функционирования материал. Описание этого материала следует начать с его отграничения от так называемых свободных словосочетаний.

По мнению исследователей [1-3], свободные словосочетания характеризуются следующими признаками: 1) свободные словосочетания - это единицы речи, которые в зависимости от текущих коммуникативных потребностей каждый раз создаются заново; 2) слова, образующие свободные словосочетания, употребляются обычно и преимущественно в своих прямых номинативных значениях; 3) значение свободного словосочетания представляет собой сумму значений его компонентов. Во многих исследованиях также отмечается, что между свободными и несвободными сочетаниями отсутствуют непроходимые границы: например, отличаются известной устойчивостью и являются эквивалентами глаголов свободные сочетания типа лишить лесов (обезлесить), лишить сил (обессилить) [2], разрыхлять бороной — боронить, покрыться мхом — обомшеть, наполнить грузом — нагрузить и т. п. С. И. Ожегов писал о том, что «фразеологическая связанность характерна для подавляющего количества нашей лексики, а возникновению переносности и образности словесных сочетаний в художественной, да и в коммуникативной речи не может быть поставлено границ» [4, с. 188]. По его же наблюдениям, «большинство словосочетаний обладает единым целостным значением» [4, с. 197]. Подобные рассуждения можно найти, например, в работах М. М. Копыленко, по мнению которого абсолютно свободных сочетаний лексем в языке не существует, поэтому «свободными (с той или иной степенью условности) можно

назвать лишь сочетания, характеризующиеся малой мерой связанности» [5, с. 70]. В качестве иллюстрации этого утверждения М. М. Копыленко приводит ряд сочетаний, в которых последовательно уменьшается идиоматичность и, соответственно, возрастает объектная ориентированность единиц: делать погоду - делать гимнастику - делать два шага - делать выговор - делать добро - делать рейс - делать эскиз - делать стол. С. А. Осокина считает именно устойчивые сочетания, а необособленные слова единицами языкового опыта человека [6].

Первый подход к описанию устойчивых глагольно-именных единиц связан именно с разграничением разных типов сочетаемости и разной степени семантической слитности компонентов сочетания. Такой подход представлен, например, в работах В. Н. Телия [7; 8]. Весь массив устойчивых сочетаний В. Н. Телия включает в состав широко понимаемой фразеологии, в пределах которой различает ядро (идиомы - единицы, обладающие образной мотивированностью и культурной коннотацией: бить баклуши, тянуть канитель и т. д.) и периферию (так называемые лексические коллока-ции с аналитическим типом значения). К лексическим коллокациям с аналитическим типом значения В. Н. Телия относит такие глагольно-именные единицы, как выйти из положения, иметь терпение, наносить оскорбление, оказать помощь, прийти к выводу и т. д. По ее наблюдениям, «лексические коллокации» характеризуются следующими показателями:

1. Один элемент в данных сочетаниях используется в свободном значении и является семантически ключевым (имя), а другой элемент обладает связанным (синсемантичным) значением (глагол).

2. Элемент со связанным значением утрачивает конкретные семы, но сохраняет некое общее словесное значение, а вместе с ним - лексико-семантические ассоциации (т. е. подвергается неполной десемантизации): например, в глаголе «оказать» осознается связь со значением «приложить усилия для достижения чего-либо».

3. Вследствие своей неполной десемантизации глагольный элемент «лексических коллокаций» имеет в большей или меньшей степени ограниченную сочетаемость: например, глагол «оказать» не сочетается со словами, чье значение предполагает активное воздействие: гнев, радость, сомнение и т. п.

4. Десемантизированный элемент «лексических коллокаций» как бы снижает свой словесный ранг: начинает выполнять функции аффиксальных средств языка или служебных слов.

5. Глагольные элементы с синсемантичным значением могут в составе «коллокаций» выполнять функции нескольких видов:

- функцию полных знаков (обозначают отношения логического порядка или временного следования);

- функцию частичных знаков (выражают чисто грамматическое значение либо «способны наряду с грамматическим понятием представлять индивидуальные свойства обозначаемых, дополняя сведения о мире, несомые ключевым словом» [7, с. 83].

6. Именной элемент при глаголе с синсемантичным значением также не обладает «знаковой полновесностью».

7. Существуют два типа составных единиц: одни тяготеют к аналитическим формам, другие являются лексико-синтаксическими образованиями, в которых «аналитизм не погашает лексической индивидуальности слова» [7, с. 83].

Традиционно при описании русской фразеологии исследователи уделяют основное внимание идиомам, а единицы, которые В. Н. Телия называет лексическими коллокациями с аналитическим типом значения, оказываются охарактеризованы фрагментарно [9] либо не упоминаются вообще [10], либо выносятся за пределы фразеологии по следующим причинам: отсутствие метафоричности или «стертая» (привычная) образность; воспроизводимость не сочетания в целом, а модели его образования; ничем не осложненная номинативная функция [11].

Второй подход к устойчивым глагольно-именным единицам русского языка предполагает их классификацию с точки зрения выполняемой ими функции и преобладающей сферы их функционирования. Данный подход реализуется в работах Г. И. Климовской [12] и в исследованиях, создаваемых под ее руководством [13]. По мнению Г. И. Климовской, ядерную часть номинативного состава современного русского языка образуют слова и так называемые синлексы - составные, устойчивые (по составу и порядку следования компонентов) единицы языка, выполняющие экспрессивно не осложненную номинативную функцию и являющиеся функциональными аналогами имен

существительных, имен прилагательных, наречий, глаголов. Приведем примеры так называемых вер-бативных (вербальных, глагольных) синлексов: брать за основу что-либо, брать пример с кого-либо, ввести в заблуждение кого-либо, ввести в курс дела кого-либо, вести наблюдение за кем/чем-либо, войти в доверие к кому-либо, выйти из повиновения, выйти из-под контроля, давать показания против кого-либо, давать слово кому-либо, делать перекличку, держать пари на что-либо, нести ответственность за что-либо перед кем-либо, обратить внимание на кого/что-либо, провести аналогию между чем-либо и чем-либо. Вербативные синлексы характеризуются нормативной экспрессивно-стилевой нейтральностью при определенной функционально-стилевой специализированной отнесенности. Последнее означает, что фонд син-лексов пополняется за счет составных единиц, которые возникли в определенной профессиональной среде, но вследствие частого употребления стали общеупотребительными: вести следствие по делу кого-либо (юриспруденция), делать искусственное дыхание (медицина), возводить в степень (математика) и т. д.

Еще одной особенностью вербативных синлексов является то, что их глагольный компонент может использоваться в переносном значении (ср.: входить в дверь - входить в чье-либо положение, держать ложку - держать равнение, нести ведро - нести ответственность за что-либо перед кем-либо), но это уже неактуализируемая образность, и к «слабометафоричным» словосочетаниям типа приведенных выше нельзя подобрать нейтральные эквиваленты (без некоторой «утечки» смысла или перехода в жанр толкования этих сочетаний).

Периферию номинативного состава языка, согласно концепции Г. И. Климовской, образуют единицы, в которых номинативная функция осложняется эмотивной или интеллектуальной (ментальной) экспрессией, различными культурными коннотациями, а также более или менее жесткой при-крепленностью к тому или иному стилю языка.

Среди устойчивых глагольно-именных единиц, находящихся на периферии номинативного состава, мы выделяем следующие основные группы:

1. Фразеологизмы - «устойчивые образные словосочетания, сочетания слов (пословицы) и даже целые предложения (поговорки), выработанные в течение веков народом - носителем того или иного языка - и употребляемые первично в разных формах устного речевого общения» [14, с. 119]: выносить сор из избы, ехать в Тулу со своим самоваром, мерить всех на один аршин, положить под сукно, точить лясы, вытянуть из кого-либо всю подноготную, вывести на чистую воду кого-либо и т. д.

2. Обороты речи - устойчивые сочетания, используемые преимущественно в публицистических и (прежде всего) искусствоведческих текстах и характеризующиеся особой логической экспрессией, которая «конкретно проявляется как пафос парирования потенциальных возражений оппонентов и читателей, или указания на повышенную актуальность того или иного фрагмента искусствоведческого текста (или анализируемого в нем художественного текста, кинофильма, театральной постановки), или сопровождающая текст эмоция его автора» [14, с. 113-114]: водить чьим-либо пером, сломать лед молчания, оставить след (в науке, искусстве), направить острие критики против кого/чего-либо, вступить на зыбкую почву, разделить чью-либо участь, сказать новое слово в чем-либо, вложить в чьи-либо уста какие-либо слова (мысли), проходить красной нитью через что-либо и т. д.

3. Беллетризмы - «стереотипизированные

образные сочетания слов, фиксирующие в своем значении отдельные факты художественно воспроизводимой писателем действительности» [15,

с. 189]: пожирать кого-либо взглядом (глазами), понизить голос до шепота, процедить сквозь зубы, измениться в лице, разразиться слезами (рыданиями), смерить (презрительным) взглядом кого-либо, заламывать руки, залиться краской и т. д.

4. Термины - «слова или словесные комплексы особого типа, соотносящиеся (соответственно каждое и каждый) по преимуществу с понятием определенной области познания или преобразования мира, вступающие в системные отношения с другими подобными словами и образующие вместе с ними в каждом отдельном случае и в определенное время (на каждом синхронном срезе) особую (замкнутую) систему - терминологию (определенную отрасль терминологии)» [16, с. 81]. Приведем примеры рыболовецких терминосочетаний: долить рыбу, дубить сети, завязать щеголем, попасть в пыж, пасть в относ, завесить черни, выбить порядок, выхаживать урез, идти реем и т. д. [17].

Достоинством функционального подхода является то, что он позволяет вычленить и подробно описать большой пласт устойчивых глагольноименных единиц, которые при первом подходе практически не затрагивались (обороты речи и беллетризмы). Вместе с тем классификация устойчивых глагольно-именных сочетаний, разработанная на основе функционального подхода к ним, не лишена недостатков. Так, в данной классификации совершенно проигнорированы единицы, выражающие значение состояния и получившие первичное описание в работах В. А. Крупенниковой под именем стативов [18]: (он) в центре внимания, (он) в центре событий, (он) в курсе дел, (он) в списке погибших, (он) в состоянии опьянения, (он) на скамье подсудимых, (он) в поле видимости, (он) на грани нервного срыва и т. д.

В. А. Крупенниковой была предпринята попытка описать стативы как аналитический аналог категории состояния (термин Л. В. Щербы). Однако выделение категории состояния в качестве самостоятельной части речи не является бесспорным, и значение состояния может рассматриваться как разновидность процессуального значения. На наш взгляд, эти единицы могут квалифицироваться или как ближайшее системное окружение вербативных синлексов, или как собственно вербативные син-лексы со стержневым элементом «быть», выступающим в настоящем времени в нулевой форме: вступить в переписку - быть в переписке (они в переписке), уйти на пенсию - быть на пенсии (бабушка на пенсии), прийти в бешенство - быть в бешенстве (преступник в бешенстве). Кроме того, по нашему мнению, не совсем удачным является термин «обороты речи» вследствие его многозначности: под оборотами речи в лингвистической литературе понимаются и стилистические фигуры, и - реже - единицы типа вербативных синлексов.

Оба рассмотренных подхода к устойчивым глагольно-именным сочетаниям, на наш взгляд, не отменяют друг друга; перспективным представляется их сочетание и дальнейшая разработка.

Список литературы

1. Мордвилко А. П. Глагольно-именные описательные выражения как особый тип устойчивых словосочетаний // Русский язык в школе. 1961. № 4. С. 24-29.

2. Розанова В. В. Синонимия устойчивых глагольно-именных сочетаний в современном русском языке // Очерки по синонимике русского литературного языка / отв. ред. А. П. Евгеньева. М., Л.: Наука. С. 47-68.

3. Левит З. Н. О понятии аналитической лексической единицы // Проблемы аналитизма в лексике. Минск, 1967. Вып. 1. С. 5-19.

4. Ожегов С. И. О структуре фразеологии (в связи с проектом фразеологического словаря русского языка) // Лексикология. Лексикография. Культура речи. М.: Высшая школа, 1974. С. 182-219.

5. Копыленко М. М., Попова З. Д. Очерки по общей фразеологии (фразеосочетания в системе языка). Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1989. 190 с.

6. Осокина С. А. Устойчивое сочетание слов - единица языкового опыта человека // Сибирский филологический журнал. 2009. № 4. С. 110-115.

7. Телия В. Н. Типы языковых значений. Связанное значение слова в языке. М.: Наука, 1981. 268 с.

8. Телия В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. 284 с.

9. Тагиев М. Т. Глагольная фразеология современного русского языка (опыт исследования фразеологических единиц по их окружению). Баку: Маариф, 1966. 251 с.

10. Бабкин А. М. Русская фразеология, ее развитие и источники. Л.: Наука, 1970. 263 с.

11. Фразеологический словарь русского языка / под ред. А. И. Молоткова. М.: Русский язык, 1978. 543 с.

12. Климовская Г. И. Дело о синлексах (к вопросу о функциональном подходе к номинативному материалу языка) // Вестн. Томск. гос. ун-та. 2008. Вып. 3. С. 44-54.

13. Лобанова С. В. Типы отношений между вербальными синлексами и глаголами // Вестн. Томск. гос. пед. ун-та. 2013. Вып. 3 (131).

С. 134-139.

14. Климовская Г. И. Тонкий мир смыслов художественного (прозаического) текста: методологический и теоретический очерк лингвопоэти-ки. Томск: Изд-во НТЛ, 2009. 166 с.

15. Климовская Г. И. Оборот речи как композитивная номинативно-выразительная единица русского литературного языка // Актуальные проблемы русистики: материалы Междунар. науч. конф., посвящ. 85-летию Томской диалектологической школы и 185-летию Том. гос. ун-та / отв. ред. Т. А. Демешкина. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 2003. Вып. 2, ч. 1. С. 183-191.

16. Хаютин А. Д. Термин, терминология, номенклатура. Самарканд, 1971. 130 с.

17. Копылова Э. В. Терминологические словосочетания в рыболовецкой лексике Волго-Каспия // Вопросы теории и методики русского

языка. Ульяновск, 1969. С. 119-127.

18. Крупенникова В. А. Категория состояния как аналитическая часть речи: материалы XI Всерос. конф. студентов, аспирантов и молодых

ученых «Наука и образование»: В 6 т. Т. 2: Филология. Ч. 1. Томск: Изд-во ТГПУ, 2008. С. 86-92.

Лобанова С. В., кандидат филологических наук, доцент.

Томский государственный педагогический университет.

Ул. Киевская, 60, Россия, Томск, 634061.

E-mail: svetlana2feb@sibmail.com

Материал поступил в редакцию 02.07.2013.

S. V Lobanova

CLASSIFICATION OF THE STEADY VERBAL-NOMINAL COMBINATIONS IN MODERN RUSSIAN:

APPROACHES AND PROBLEMS

This article is devoted to the analysis of two main scientific approaches to the steady verbal-nominal combinations of modern Russian: semantic and functional. Classifications of the verbal analytical units developed with use of these two approaches are offered. The question of a ratio of the steady units with a rod verbal component and the free phrases is considered.

Key words: the free phrases, the steady verbal-nominal combinations, the synlexes the phraseological units, the turns of speech, the belletrizm, the terms, nominative structure of language.

References

1. Mordvilko A. P. Verbal-nominal descriptive expressions as special type of collocations. Russian language in school, 1961, no. 4, pp. 24-29 (in Russian).

2. Rozanova V. V. Synonymy of stable verbal-nominal combinations in modern Russian language. Essays on synonymy of Russian literary language. Moscow, Leningrad, Nauka Publ., pp. 47-68 (in Russian).

3. Levit Z. N. About the concept of analytic lexical unit. Problems of analytism in the lexicon, Minsk, 1967, no. 1, pp. 5-19 (in Russian).

4. Ozhegov S. I. About the structure of phraseology (in connection with the project of phrasebook of Russian language). Lexicology. Lexicography. Culture of speech, Moscow, Vysshaya shkola Publ., 1974, pp. 182-219 (in Russian).

5. Kopylenko M. M., Popova Z. D. Essays on common phraseology (phrase combinations in the language system). Voronezh, Voronezh University Publ., 1989. 190 p. (in Russian).

6. Osokina S. A. Stable combination of words - a unit of language experience of the person. Siberian Philological Journal, 2009, no. 4, pp. 110-115 (in Russian).

7. Teliya V. N. Types of linguistic meanings. Linked meaning of the word in language. Moscow, Nauka Publ., 1981. 268 p. (in Russian).

8. Teliya V. N. Russian phraseology. Semantic, pragmatic and lingvocultural aspects. Moscow, Yaziki Russkoy Kulturi Publ., 1996. 284 p. (in Russian).

9. Tagiev M. T. Verbal phraseology of modern Russian language (research experience of phraseological units in their environment). Baku, Maarif Publ., 1966. 251 p. (in Russian).

10. Babkin A. M. Russian phraseology, its development and sources. Leningrad, Nauka Publ., 1970. 263 p. (in Russian).

11. The phrasebook of Russian language. Moscow, Russian language Publ., 1978. 543 p. (in Russian).

12. Klimovskaya G. I. The Case of the synlexes (question about a functional approach to the nominative language material). Tomsk State University Bulletin, 2008, no. 3 (4), pp. 44-54 (in Russian).

13. Lobanova S. V. The types of correlations between the verbal synlexes and the verbs. Tomsk State Pedagogical University Bulletin, 2013, no. 3 (131), pp. 134-139 (in Russian).

14. Klimovskaya G. I. Subtle world of meanings of the artistic (prose) text: the methodological and theoretical essay of lingvopoetics. Tomsk, NTL Publ., 2009. 166 p. (in Russian).

15. Klimovskaya G. I . Turn of speech as composite nominative and expressive unit of Russian literary language. Actual problems of Russian philology, 2003, no. 2, part 1, pp. 183-191 (in Russian).

16. Khayutin A. D. Term, terminology, nomenclature. Samarkand, 1971. 130 p. (in Russian).

17. Kopylova E. V. Terminological phrases in fishing lexicon of the Volga-Caspian Sea. Questions of the theory and methods of Russian language, Ulyanovsk, 1969, pp. 119-127 (in Russian).

18. Krupennikova V. A. Category of state as an analytical part of speech. Materials of the XI All-Russian conference of students, graduate students and young scientists “Science and education”, v. 2, part 1, 2008, pp. 86-92 (in Russian).

Tomsk State Pedagogical University.

Ul. Kievskaya, 60, Russia, Tomsk, 634061.

E-mail: svetlana2feb@sibmail.com