Исполнительные законодатели

Исполнительные законодатели

Чередование согласных

       4 марта Виктору Черномырдину не было большой нужды приезжать в Думу, чтобы самому убеждать парламент принять бюджет в четвертом чтении. Депутатов уже отлично убедили профессионалы.
       
Пряник
       Большинство депутатов Госдумы и прошлого, и особенно нынешнего созыва принадлежат к оппозиции. Однако за все годы нижняя палата считанное число раз ввязывалась в настоящий конфликт с исполнительной властью. До логического конца думцы довели дело лишь однажды — в июне 1995 года, когда за отставку кабинета был подан 241 голос при необходимых 226. Во всех остальных случаях парламентская оппозиция ограничивалась пропагандистской кампанией.
       Дума не только не причиняет неудобств исполнительной власти, но и оказывает ей посильную помощь. C 1994 года правительство внесло в Думу 139 законопроектов, из которых около 90 были включены в законотворческую программу палаты. "Мы принимаем почти все, о чем просит правительство",— заявил "Ъ" первый вице-спикер Владимир Рыжков. Для преимущественно оппозиционного парламента это звучит странно.
       Объясняется все просто. Администрация президента и правительство нашли способ воздействия на депутатский корпус, позволяющий избегать серьезных конфликтов и проводить через нижнюю палату практически все интересующие их решения.
       В непосредственном контакте с депутатами находятся представительства президента и правительства в Госдуме, возглавляемые соответственно Александром Котенковым и Андреем Себенцовым, а также управление по внутренней политике администрации (начальник — Андрей Логинов) и департамент по взаимодействию с палатами Федерального собрания, работу которого курирует руководитель аппарата правительства Владимир Бабичев. В думских кулуарах сотрудников представительств называют "президентскими лоббистами" и "правительственными толкачами".
       Контроль над Думой достигается "лоббистами" и "толкачами" за счет применения сравнительно небольшого набора политических и аппаратных технологий.
       Вопреки широко распространенным слухам, практически никогда в торговле не используются живые деньги. Как правило, в обмен на "понимание позиции" могут помочь попасть на прием к нужному чиновнику или посодействовать в прохождении бумаги. Однако честь повседневного внимания оказывается далеко не всем депутатам. Представители исполнительной власти выстроили своего рода пирамиду, отказавшись от ежедневной работы со всем депутатским корпусом и сосредоточив усилия на 30-40 наиболее авторитетных думцах, которые, в свою очередь, могут повлиять на других депутатов. Если необходимы голоса коммунистов, то переговоры идут с Анатолием Лукьяновым или Виктором Илюхиным, если нужны аграрии, обращаются к Геннадию Кулику.
       Когда начала работать Дума нынешнего созыва, был найден еще более остроумный способ "решать вопросы". В президентской администрации внимательно изучили предвыборные программы интересующих их одномандатников. Наиболее тщательному анализу была подвергнута конкретная часть обещаний, как-то: "изыскать средства для постройки моста через Волгу", "добыть государственный заказ для обеспечения работы фабрики" и т. д. Таким образом был сразу определен круг вопросов, наиболее интересных депутатам.
       Сбор информации у "толкачей" поставлен на профессиональную основу. Представители исполнительной власти посещают каждое мероприятие, начиная с заседания согласительной комиссии по бюджету и заканчивая заседанием комитета по геополитике, посвященным годовщине смерти Сталина. Один депутат рассказал корреспонденту Ъ о шоке, который испытал, когда увидел, что на его пресс-конференцию пришли три журналиста и шесть "толкачей" из разных ведомств.
       У "лоббистов" есть свой конек — мониторинг депутатских голосований. Администрация президента располагает базой данных по всем голосованиям за последние несколько лет.
       Особое внимание уделяется превентивным мерам. Так, в ходе работы над новым регламентом палаты представителям правительства удалось добиться того, что к рассмотрению в Думе не будут приниматься законопроекты, не подкрепленные финансовыми и экономическими расчетами, а также законы, введение в действие которых требует дополнительных средств, а источник их не указан. Часть "особо опасных законов" можно будет теперь заблокировать еще до обсуждения.
       
Кнут
       Необходимость ежедневной и целенаправленной работы с Думой была осознана в администрации президента и правительстве не сразу.
       В администрации за нее отвечали представитель Бориса Ельцина в Думе Александр Яковлев и помощник президента Георгий Сатаров, который понимал свои функции достаточно абстрактно: "Свою роль я вижу в создании необходимой политической атмосферы, в которой отношения правительства и Федерального собрания строились бы на встречных потоках информации".
       Но довольно быстро стало ясно, что деятельность помощника президента должна быть подкреплена кропотливым аппаратным трудом. "Создание необходимой атмосферы" вылилось, в частности, в политическую амнистию участникам октябрьских событий, в ходе которой опозорившаяся власть потеряла лицо.
       23 мая 1994 года в структуре администрации был создан отдел по работе с Федеральным собранием, который возглавил Андрей Логинов, к тому времени уже полгода выполнявший аналогичные функции в Минтопэнерго. Именно ему приписывали ведущую роль в создании депутатской группы "Новая региональная политика". За четыре месяца Логинов добился того, что его отдел был слит с отделом администрации по работе с партиями и общественными организациями и 23 августа преобразован в управление. Причем положение о новой структуре Логинов утверждал через голову руководителя администрации Сергея Филатова, что говорит о более чем широких полномочиях главы управления.
       В правительстве за работу с Думой на первых порах вообще никто не отвечал. "Расчет тогда строился на том, что среди депутатов и так много членов кабинета (к началу работы Думы депутатские мандаты имели вице-премьеры Анатолий Чубайс, Борис Федоров, Александр Шохин, Сергей Шахрай, глава аппарата правительства Владимир Квасов.— Ъ), они-то и будут представлять его интересы,— рассказывал корреспонденту Ъ бывший сотрудник администрации.— Однако через несколько недель выяснилось, что в Думе регулярно появляются только Шахрай и Федоров, который к тому времени уже не был вице-премьером".
       Во время бюджетных баталий-94, когда Белый дом столкнулся с тем, что ему негде было взять точную информацию о расстановке сил в парламенте, там поняли: без специальной структуры не обойтись. 29 августа 1994 года Виктор Черномырдин подписал распоряжение о назначении представителем кабинета в Думе заместителя руководителя аппарата правительства Андрея Себенцова.
       Как нетрудно заметить, и в правительстве, и в администрации структуры по работе с Думой появились примерно в одно и то же время. На первых порах логиновское управление и себенцовский департамент даже пытались бороться друг с другом за влияние на депутатов. Конкуренция привела их к чувствительному поражению.
       Зимой-весной 1995 года администрация вела работу по созданию новой депутатской группы, которая должна была изменить расклад сил в Думе в пользу исполнительной власти и стать политической опорой тогдашнего спикера Ивана Рыбкина. Проект был близок к завершению, когда о нем узнали в правительстве. Белый дом решил не отставать и стал создавать свою группу. Всю весну команды Логинова и Себенцова переманивали друг у друга парламентариев. Ставки росли: если сначала рекрутам сулили квартиры, машины и сотовые телефоны, то под конец уважающий себя думец говорил не меньше, чем о финансировании своей избирательной кампании и гарантиях трудоустройства в случае проигрыша. В итоге вместо одной влиятельной группы появились две маломощные группировки: "Стабильность" (президентская) и "Россия" (правительственная), которые, естественно, не могли оказать Рыбкину существенной поддержки.
       "Лоббисты" и "толкачи" сделали из неудачи должные выводы. На протяжении последующих трех лет они не только избегали прямых столкновений, но и старались подыгрывать друг другу перед лицом серьезной опасности.
       "Толкачи" помогли администрации зимой 1996-го перед началом работы Думы нового созыва, когда "лоббисты" пытались провести в спикеры Рыбкина. Без участия "Яблока" это было невозможно. После долгих переговоров Явлинский согласился, но потребовал личного разговора с Черномырдиным. Для передачи последнему просьбы Явлинского было задействовано все окружение премьера, который, на беду, вел переговоры с премьер-министром Канады. Звонка так и не последовало, комбинация провалилась, но "толкачи" сделали все, что могли.
       Логиновское управление оказывало своим конкурентам посильную помощь и во время принятия бюджетов 1997-го и 1998 годов, и во время недавней попытки вынесения вотума недоверия кабинету министров. В октябре "лоббисты" вели мониторинг депутатских настроений и передавали результаты коллегам из правительства.
       Контроль "лоббистов" и "толкачей" над Думой можно назвать полным, но не всеобъемлющим. Собственно, ни те ни другие к этому и не стремятся. Если исполнительная власть окончательно подомнет под себя Думу, нынешняя парламентская оппозиция потеряет лицо и на следующих выборах уступит место другим политическим силам. Исполнительная власть будет вынуждена начать всю работу заново. Кроме того, и "лоббисты", и "толкачи" как опытные чиновники понимают, что они повседневно должны демонстрировать свою полезность вышестоящему начальству. Если Дума станет совсем ручной, то необходимость их существования окажется под вопросом. А этого не хочется ни им, ни депутатам.
       
НИКОЛАЙ МАТВЕЕВ
       
       Вопреки широко распространенному мнению деньгами с депутатами расплачиваются только в исключительных случаях