К вопросу о структурно-словообразовательной характеристике топонимов

УДК 808.2

Цветкова Елена Вячеславовна

Костромской государственный университет им. Н.А. Некрасова

К ВОПРОСУ О СТРУКТУРНО-СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ХАРАКТЕРИСТИКЕ ТОПОНИМОВ

Статья посвящена вопросам структурно-словообразовательного анализа топонимии, рассматриваемым на топонимическом материале костромского края. Поскольку словообразование и семантика топонимов взаимосвязаны, выявление особенностей топонимообразования имеет значение для характеристики как топонимической, так и в целом лексико-семантической системы говоров.

Ключевые слова: топоним, микротопоним, словообразование, структура топонима.

Связь семантики со словообразованием была предметом исследований еще в ранних работах по сравнительному славянскому словообразованию (Ф. Миклошич, А. Белич, А. Мейе, В. Вондрак и др.). Описание производилось от формы к значению и от очень широкого и обобщённого значения к форме. Н.И. Толстой писал: «Однако давно было замечено, что отдельные суффиксы привязаны в конкретных славянских языках не (или не только не) к обобщённым, широким семантическим сферам, а к конкретным словам с довольно узкой и специфической семантикой. Затем было обращено внимание на то, что в пределах какого-либо отдельного и достаточно ограниченного семантического пространства могли быть в разных языках не только как наборы суффиксов, что естественно и может служить хорошим отличительным признаком, но и одинаковые наборы с разным семантическим противопоставлением компонентов. Такую ситуацию ярко отражает славянский диалектный материал» [4, с. 101].

Каждой топонимической системе свойственны топонимы определённой структуры. Однако та или иная структура не является строго обязательной для какой-либо конкретной территории. Топонимические системы отдельных регионов, как известно, отличаются друг от друга главным образом соотношением компонентов. Господство определённых компонентов в тех или иных районах обычно объясняется историческими закономерностями. «Каждое географическое название образуется по законам того языка, которому оно принадлежит, следовательно, изучение топонимических структурных типов представляет интерес не только для топонимики, но и для лингвистики в целом. Изучение топонимических структур должно исходить из языкового принципа» [3, с. 61]. Следовательно, изучение структуры топонима является важным этапом региональных исследований. «Даже правильное установление этимона корневого элемента топонима не объясняет происхождение этого топонима, так как остаётся неизвестным, на каком этапе развития слово перешло в топонимию. Словообразовательная же структура названия отражает его историю, зашифрованно повествует о его происхождении» [1, с. 13].

Однако восстановить историю названия при формальном структурном анализе, основанном на семасиологическом подходе к топонимической единице (изучение структуры «готового» топонима путем соотношения с предполагаемым мотивирующим словом и сопоставления с рядом одноструктурных топонимов), во многих случаях оказывается невозможным. Именно поэтому приобретает значимость содержательный структурный анализ, основанный на ономасиологическом подходе, при котором изучается процесс создания топонима. Например, утерявшие этимологию костромские топонимы Щукин пруд (Кадыйск.), д. Шалыгино (Антроповск.), д. Сынково (Галичск.), основываясь на позиции семасиологии, можно сопоставить соответственно как с именами проприальными -антропонимами Щука, Щукин; Шалыга, Шалыгин; Сынок, Сынков, так и с апеллятивами - существительными щука, шалыга, сынок, прилагательными шукин, шалыгин, сынков. При ономасиологическом подходе анализируется контекст, помогающий понять путь образования топонима (например: антропоним Щука + притяжательный суффикс -ин-+ географический термин омут ^ Щукин пруд; апеллятив шалыга + суффикс -ин—> Шалыгино и т.д.). В нестандартных случаях топонимообразо-вания восстановить словообразовательный процесс помогут только сведения информантов, знающих историю возникновения, являющихся свидетелями появления топонимов или даже их создателями, и (или) исторические данные.

В лингвистике существуют различные классификации топонимов по структуре. Анализ топонимических классификаций, осуществлённый Е.М. Черняховской [5], выявил, что по поводу характера классификации имеются некоторые разногласия. Есть, например, мнение о том, что классификация должна быть только словообразовательной или только семантической, это позволит ей оставаться внутренне непротиворечивой. Детально словообразование топонимических единиц рассматривает профессор В. Шмилауэр в книге «Введение в топономастику», привлекая для исследования широкий топонимический материал и используя разнообразные источники на разных языках. Основные положения его классификации сво-

106

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 4, 2012

© Цветкова Е.В., 2012

дятся к следующему: 1. Рассмотрение словообразования (структуры названий) необходимо дополнять анализом значений, то есть классификация должна быть структурно-семантической. 2. Всегда надо помнить, что словообразование собственных имён отличается от словообразования имён нарицательных. Многие исследователи считают, что в основу структурного анализа могут быть положены два признака: 1) количество входящих в топоним компонентов; 2) способ словопроизводства. Высказывается мнение о том, что структурный анализ следует начинать с квантитативной классификации, а затем учитывать морфологические и синтаксические характеристики топонимов [5]. Под структурным типом топонимов понимается особая формульность их создания. Это ряд географических наименований, объединённых по структуре и общему способу образования. Для словообразовательного аспекта вводится понятие модели как формулы образования однотипных наименований с указанием словообразовательных средств и категориальной характеристикой производящей основы. Один и тот же структурный тип может быть образован по нескольким моделям.

Структурные типы географических названий следует рассматривать в соответствии с географическими объектами, которым они принадлежат, поскольку разным объектам могут быть свойственны разные структурные типы названий. А.В. Супе-ранская свою статью «Типы и структура географических названий» посвящает, с одной стороны, рассмотрению разных типов географических названий применительно к тем объектам, которым они даны, а с другой - рассмотрению названий применительно к выделенным типам географических названий [3, с. 62-118]. Всю совокупность географических названий, по ее мнению, можно условно разделить на две большие группы, связанные с природно-физической и политико-административной географией. Каждая из этих групп, в свою очередь, имеет более мелкие подразделения.

Любому типу географических наименований (гидронимы, оронимы и т.д.) свойственны определенные структуры, однако, как пишет А.В. Суперан-ская, «это, конечно, не значит, что какие-нибудь структурные типы не могут быть принадлежностью двух или нескольких типов географических названий, но это значит, что определенные структурные типы “привязаны” к определенным географическим объектам и что структура географических названий так же системна, как системна и топонимия определенной территории» [3, с. 70]. Под структурой географических названий в данном случае понимается их отдельный морфологический и словообразовательный состав, при этом имеется в виду не историческая морфология, близкая к понятию «этимология», а морфология современная, проявляющаяся в способности слова изменяться (склоняться), соче-

таться с конкретными суффиксами и служить основой для определенных типов словообразования. А.В. Суперанская предлагает классификацию, по которой рассматриваются отдельно топонимы-существительные и топонимы-прилагательные.

Обладая специфическими чертами, различные классификации, учитывающие особенности наименований того или иного региона, имеют, на наш взгляд, много общего: в них обращается внимание на значение структурного анализа топонимии, выделяются три основных структурных типа (простые топонимы, сложные топонимы, составные топонимы), осуществляется распределение структурных типов по нескольким моделям, делаются попытки рассмотрения структурных типов топонимических единиц в различных аспектах.

Топонимы по структуре могут быть однословными и составными. Однословные в свою очередь представлены простыми и сложными единицами, оформленными аффиксально и без аффиксов, а составные - топонимами-словосочетаниями и предложно-падежными конструкциями. В соответствии с этим мы традиционно выделяем пять структурных типов топонимов: 1) аффиксные топонимы, имеющие в своей структуре топонимические аффиксы; 2) безаффиксные топонимы, не имеющие топонимообразующих формантов; 3) сложные топонимы - образования из двух и более основ; 4) словосочетания - топонимы, состоящие из двух или нескольких слов; 5) предложно-падежные конструкции - топонимы, состоящие из существительных с предлогами. При этом мы учитываем многоаспектность характеристики структурных типов топонимических единиц, опираясь на наиболее приемлемую схему, избрав ведущей квантитативную характеристику. Поскольку структура топонимов во многом определяется видом географических объектов, обращаем внимание на распределение структурных типов по видам объектов, выделяя ойконимы, гидронимы, оронимы, агроони-мы, дримонимы, дромонимы и т.д. Особое внимание при этом уделяется микротопонимии рассматриваемого ареала (в данном случае топонимы разделяются на топонимы и микротопонимы по их функционированию).

Как показывают наши наблюдения, в костромской топонимической системе наиболее распространены однословные наименования (с преобладанием топонимов аффиксального и безаффиксаль-ного происхождения, количество сложных топонимов незначительно). Среди несколько менее употребительных составных наименований преобладают топонимы-словосочетания. Значительная часть топонимов - это бессуффиксные названия. В данном случае топонимы по форме тождественны апел-лятивам: Село, Боны, Гать, Бочаг, Яма, Клин, Хутор, Камень, Пруд, Солоть и т. д. (распространены повсеместно по области).

Выделяя славянский топонимический тип как суффиксальный, исследователи топонимии обращают внимание на то, что новые названия не всегда образуются путем суффиксации, в связи с чем процент суффиксальных названий несколько сокращается. Действительно, нельзя сказать с уверенностью о том, что такие названия, как, например, ой-конимы Репьёво, Бедрино, Калинки, Воробьёво (Судиславск.); Пигалицыно, Мешково, Куребрино (Буйск.); Плёткино, Соловьёво (Вохомск.) и т.п., образованы суффиксальным способом, так как достоверно неизвестна история их возникновения (например: д. Калинки - растение калина или антропонимы Калина, Калинка; д. Воробьёво - птица воробей или антропонимы Воробей, Воробьёв; Пигалицыно - птица пигалица ‘чибис’, пигалица ‘малорослый’, пигаль ‘надоедливый, докучливый’ или атропонимы Пигаль, Пигалица, Пигалицын и т.д.). Следует отметить и случаи употребления в качестве топонимов аффиксальных (чаще суффиксальных) слов без специальных топонимических аффиксов: дримонимы Аллейка, Ёлочки, Бо-чажина, Солотная (Суциславск.); Старка, Колодчик, Перелаз, Болотина (Кадыйск.); Солотина, Тропка, Бочажки (Макарьевск.); Островок, Овражек (Крас-носельск.) и т. д. (лексико-семантический способ образования). Значение аффиксов апеллятивов-ос-нов в данном случае в определённой степени может сохраняться в образованных от них топонимах.

Большая часть простых топонимов костромской топосистемы - суффиксальные топонимы. Наиболее продуктивными являются суффиксы славянской топонимии -ов- (-ев-) и -ин- (Борисово, Боло-тово, Жуково, Лазарево, Филипцево, Литвиново, Савино, Марьино, Володино, Дуткино, Палашкин, Яшкины и т. п.), которые служили некогда средством выражения принадлежности, образуя притяжательные прилагательные. Данная историческая функция сделала их господствующими в топонимии феодального периода, когда распространение собственности на землю стало главным признаком наименования места по его принадлежности кому-либо. Совпадающие по географическому расположению и исторической судьбе, эти суффиксы отличались тем, что присоединялись к основам разных грамматических форм. Суффикс -ин-, например, образовывал притяжательные прилагательные от основ на -а. Формами на -а личных имён объясняется и особенно широкое распространение созданных от них топонимов. Древними являются и относительные прилагательные с указанными суффиксами, также ставшие основой для топонимооб-разования. Подчас бывает невозможно точно определить, на прилагательном какого типа основано то или иное наименование.

Словообразовательные возможности суффиксов -ов(о), -ев(о), -ин(о) по мере развития топонимии региона расширялись, повышение их словообразо-

вательной валентности сопровождалось общей для русской топонимии тенденцией исчезновения их первоначальной притяжательной семантики. О превращении их в топоформанты универсального типа свидетельствует и такой факт, как широкое распространение субстантивов с данными суффиксами, относящихся не только к населённым пунктам (характерное явление ХУ-ХУП вв.), но и к другим, менее значительным объектам. Эти суффиксы по причине значимости их семантики продолжают оставаться продуктивными и в настоящее время.

Активным в образовании костромских топонимов является и древний суффикс -ск- - один из самых продуктивных в русской топонимии. Например, в топонимии междуречья Покши и Мезы: ой-конимы Минское, Никольское, Семёновское, Покот-ское; гидронимы р. Мерская, родник Литвиновс-кий, болото Алексинское; дримонимы Першутинс-кий, Татарские, Обалтинская; агроонимы Барское, Бажуринское, Следовские; дромонимы Буртасовс-кая, Калининская; оронимы Литвиновская, Стулов-ский и т.д. Согласно нашим наблюдениям, продуктивность суффикса -ск- в костромской топонимии не только не имеет тенденции к снижению, но и даже возрастает. В определении статуса суффикса -ск- (считать его притяжательным или относительным) у исследователей имеются колебания. Так, В.А. Никонов отмечает неточность определения его значения как выражения групповой принадлежности. На его взгляд, «верней определить -ск- как суффикс неличной принадлежности, сохранившийся после утраты прилагательных» [2, с. 71]. Этой же точки зрения придерживаемся и мы, характеризуя соответствующие наименования населённых пунктов. Что касается названий лесов, лугов, полей, покосов, дорог, троп, прудов, родников, возвышенностей и т.д. (обычно микротопонимов), то они образуются чаще двумя путями: 1) по фамилии, имени, прозвищу владельца или какого-либо другого жителя; 2) по названию селения, рядом с которой находится объект. В данном случае суффикс -ск- указывает на принадлежность.

И в названиях населённых мест, и в гидрони-мии костромского края значительный удельный вес занимает формант -ка. Первоначально он выражал уменьшительность, производно-принадлежность, нёс ощутимую окраску уничижительности (формы личных имён, особенно в ХУІ-ХУШ вв.). Затем его функции формализовались, ограничились средством субстантивации, захватывая в дальнейшем самые различные значения, однако некоторый оттенок пренебрежительности им утрачен полностью [2, с. 73]. Расцвет его приходится на XVI-XVIII вв. В XIX в. этот формант утратил господство в образовании новых названий. На территориях с более молодой топонимией он занимает скромное место [2, с. 73]. В рассматриваемой то-посистеме формант -ка довольно часто встречает-

108

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 4, 2012

ся: д. Слободка, д. Жирославка, омут Палашка, дорога Бетонка и т. д.

Редки в настоящее время топонимы с некогда продуктивным формантом -иха, в топонимии обозначавшим принадлежность или свойства, чаще отрицательные. В основном это старые названия: мельницы Куломзиха, Романиха, Лубениха (находились рядом с деревнями Куломзино, Романово, Лубенино) - со значением принадлежности; п. Бы-чиха, д. Галичиха, гора Груздиха, покосы Загони-ха, Круглиха и т.д. Малоупотребим сейчас и формант -ище, означавший в старых славянских названиях место, в котором что-либо происходит или происходило. В наших материалах имеются такие наименования, как д. Дубище, д. Кузьмищи, д. Ли-пище, с. Селище и т.п. Не отличаются многочисленностью и более поздние наименования на -ец, -иц, -ица, -ик- и т.д.

Реже современная топонимия региона пользуется префиксами, которые ранее в славянской топонимии были более продуктивными. Активней префиксы участвуют в глагольном, а не в наиболее распространенном в топонимии именном словообразовании. Незначительное число префиксальных наименований сокращается за счет тех топонимов, в отношении которых трудно или невозможно определить, образованы ли они префиксацией или видимые в них префиксы принадлежат основе. Трудно осуществить анализ словообразования, восстанавливающий порядок возникновения слова, у многих названий. Такие наименования, как Заболоть, Завраг, Подлес и т.п., нельзя считать префиксальными, так как при их возникновении заимствовался весь апеллятив целиком. Префиксация в топонимии встречается, как правило, в сочетании с суффиксацией. Префиксально-суффиксальным способом чаще образуются названия больших территорий (формы, сочетающие префикс с суффиксом ^е, развившиеся по своему происхождению из имён собственных), а также названия населенных пунктов: ойконимы Заболотье, Задубье, Зажарье, Заречье, Нагорье, Завражье, Подболотье, Подлесье, Починок; дримонимы Залесное, Перелесье; агро-онимы Загорье, Заполица и т.д. Наиболее часто встречаются топонимы с префиксами за-, под-, по-, при-, на-, сочетающимися с суффиксами -]е (чаще), -ок, -их(а), -иц(а), -н-.

Поскольку имена собственные наделены лексическим значением не в той мере, в какой имена нарицательные, считать их полнозначными (или смысловыми) морфемами можно лишь с оговор-

кой. О корневых морфемах в собственных именах следует говорить в ином плане, чем о корневых морфемах в именах нарицательных: словообразовательная конструкция в именах нарицательных заключает в себе лишь обобщённую семантику создаваемого слова, а в именах собственных словообразовательная конструкция ограничивается лишь возможными в языке отношениями между определёнными основами, так как семантика имён собственных стремится к нулю.

Система словообразования базируется на том, что в ней участвуют не какие-то семантически аморфные основы, а основы определённых частей речи. Это касается и имён собственных, но на их примере можно более чётко представить конструкцию, отвлекаясь от значения, так как именно понятийно-смысловые ограничения сковывают словообразование нарицательных имен.

Итак, подход к определению структуры топонима может быть разным. В основном осуществляются так называемые морфолого-синтаксическая (состав, частеречная принадлежность, грамматические особенности) и словообразовательная (способ, средства словообразования) характеристики, а также обе эти характеристики одновременно. Топонимы, как слова, образуются теми же способами, что и имена нарицательные, с использованием тех же словообразовательных средств, однако словообразование топонимов отличается от словообразования апелля-тивов. Поскольку структура, словообразование и семантика топонимов взаимосвязаны, выявление особенностей топонимообразования имеет значение для характеристики как топонимической, так и в целом лексико-семантической системы говоров.

Библиографический список

1. Карпенко Ю.А. Топонимика и её место в лексическом составе языка. - Черновцы, 1962.

2. Никонов В.А. Введение в топонимику. - М.: Наука, 1965. - 179 с.

3. Суперанская А.В. Типы и структура географических названий // Лингвистическая терминология и прикладная ономастика. - М.: Наука, 1964. - С. 59-118.

4. Толстой Н.И. Славянская лексикология и семасиология // Избр. тр. Т. 1. - М.: Языки русской литературы, 1997. - 520 с.

5. Черняховская Е.М. История разработки топонимических классификаций // Развитие методов топонимических исследований. - М.: Наука, 1970. -С. 55-65.