СПЕЦИФИКА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ГРАВИТАЦИОННОЙ МОДЕЛИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ ДЛЯ ОЦЕНКИ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИНТЕГРАЦИОННОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В СФЕРЕ УСЛУГ

business processes: a balanced scorecard, functional cost analysis and analysis of key success factors.

The author's approach (modus) of efficiency assessment of enterprise business processes and their improvement was developed, on the basis of the conducted study.

The purpose of further research is to develop an improved methodological approach to the evaluation of business processes that will enable a comprehensive analysis of companies' business processes, regardless of the scope and specificity of their activities.

References

1. A set of knowledge on business process management. BPM CBOK 3.0 [Electronic resource] - Resource access mode: https://f.ua/statik/files/prod-ucts/515946/svod-znaniy-po-upravleniyu-biznes-pro-cessami-bpm-cbok-3-0_5744.pdf.

2. Amy Van Looy. Business process performance measurement: a structured literature review of indicators, measures and metrics [Electronic resource] / Amy Van Looy, Aygun Shafagatova // SpringerPlus. - 2016.

3. Chernodubov R. D. Functional cost analysis as a tool for enterprise cost management / R. D. Chernodubov, L. M. Senyk. // BULLETIN OF EASTERN UKRAINIAN NATIONAL UNIVERSITY named after Volodymyr Dahl. - 2015. - №4. - P. 284-287.

4. Davenport T. H. Process innovation: reengineering work through information technology. / T. H. Davenport. - Boston, Mass.: Harvard Business School Press, 1993. - 337p.

5. E. Deming [Deming W.E. Quality, productivity, and competitive position. Cambridge,

MA: Massachusetts Institute of Technology, Center for Advanced Engineering Study, 1982. - 373 p.]

6. George T. D. There's a S.M.A.R.T. way to write management's goals and objectives in Management [Electronic resource] / Doran George T. // Management Review. - 1981. - Resource access mode: https://community.mis.tem-

ple.edu/mis0855002fall2015/files/2015/10/S.M.A.R.T -Way-Management-Review.pdf.

7. Hammer M. Reengineering Corporation: A Manifesto of the Business Revolution. / M. Hammer, D. Champy. -St.P.,2000.-332p.

8. Isaichenkova V.V. Modern methods for assessing business processes in the system of strategic management of a machine-building enterprise: Candidate of Economic Sciences Thesis: 08.00.05 / Isaichenkova Veronika Viktorovna - Bryansk, 2015. - 159 p.

9. Kostina O. M. Diagnostics and management of business processes in the context of anti-crisis enterprise management / O. M. Kostina. // Economy and society. - 2017. - №10. - P. 287-297.

10. Oikhman Ye. G. Business reengineering: reengineering of organizations and information technologies. [Text]. / Ye. G. Oikhman, Ye. V. Popov. -Moscow: Finance and Statistics, 1997.- 333p.

11. Porter M. E. How Information Gives You Competitive Advantage./ V. E. Millar //Harvard Business Review, 1985, 85, (July-August), P.149 - 160.

12. Robert S. K. The Balanced Scorecard— Measures that Drive Performance [Electronic resource] / K. Robert S., N. David P. // Harvard Business Review. - 1992. - Resource access mode: https://hbr.org/1992/01/the-balanced-scorecard-measures-that-drive-performance-2.

СПЕЦИФИКА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ГРАВИТАЦИОННОЙ МОДЕЛИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ ДЛЯ ОЦЕНКИ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИНТЕГРАЦИОННОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В

СФЕРЕ УСЛУГ

Вашкевич Ю.Б.

Ассистент

Белорусский государственный экономический университет

GRAVITY MODEL OF INTERNATIONAL TRADE: ASSESSING THE EFFECTIVENESS OF

INTEGRATION IN SERVICES SECTOR

Vashkevich Y.

assistant

Belarus State Economic University

Аннотация

Гравитационная модель международной торговли является одним из ключевых инструментов анализа и прогнозирования международных торговых потоков. Она активно используется для анализа торговли товарами и оценки эффектов интеграционных процессов в товарном контексте. Вместе с тем, растущая роль услуг как объекта мировой торговли и многочисленных интеграционных соглашений ведет к необходимости адаптации гравитационной модели для оценки последствий интеграции в сфере услуг. Специфика модификации и использования модели в этих целях выступает ключевым предметом данной публикации.

Abstract

The gravity model of international trade is one of the key tools for analyzing and forecasting international trade flows. The model is actively used to analyze trade in goods and to assess the effects of integration processes

in the context of trade of goods. At the same time, the growing role of services as an object of both - world trade and numerous integration agreements makes it crucial to adapt the gravity model to the needs of assessing the consequences of integration in the service sector. The specifics of the modification and use of the model for these purposes is the key subject of this publication.

Ключевые слова: гравитационная модель торговли, международная торговля услугами, эффекты интеграции.

Keywords: gravity model of trade, international trade in services, integration effects.

Эволюция развития модели

Гравитационная модель торговли является одной из ключевых моделей анализа международных торговых потоков. Введенная в экономический актив голландским ученым Я. Тинбергеном почти шесть десятилетий назад, данная модель получила широкое распространение в современных академических кругах. Физик по образованию, впоследствии лауреат премии памяти А. Нобеля по экономике, Тинберген заметил параллели между зависимостью объема торговли между странами от их экономических размеров (прямая) и издержками торговли (обратная зависимость) и Законом всемирного тяготения Ньютона (Tinbergen, 1962).

Классическая модель Тинбергена использовала ВВП стран-партнеров в качестве меры их экономического размера. Издержки торговли были оценены через показатель расстояния между странами. Кроме того, в модель были введены фиктивные переменные наличия общей границы и членства в интеграционных объединениях, что уже на этом этапе развития модели позволяло оценивать эффективность интеграционных процессов между странами.

InTij = а + ßiln

где:

- Tij - торговый поток между странами i и j;

- а0 - константа;

- ßn, - коэффициенты регрессии;

- Yi(j-) - ВВП стран i, j;

- Distij - расстояние между странами i и j;

- Adjij - фиктивная переменная наличия общей границы между странами i и j;

- RTAij - фиктивная переменная участия стран i и j в одном региональном торговом соглашении ;

- £ - ошибка регрессии.

Изначально гравитационная модель представляла собой лишь устойчивую эмпирическую зависимость, описывающую торговые потоки, вне каких-либо теоретических обоснований, чем вызывала в свой адрес активную критику. Однако позже она получила необходимые теоретические обоснования, которые позволили вывести гравитационное уравнение на базе предпосылок микроэкономической теории (Anderson, 1979; Anderson, Wincoop, 2003; Bergstrand, 1985), а также различных теорий международной торговли, включая, модель сравнительных преимуществ Рикардо (Eaton, Kortum, 2002) теорию наделенности факторами производства Хекшера-Олина (Deardorff, 1998); новой теории международной торговли (Helpman, Krugman, 1985); новейшей теории торговли (Helpman, Melitz & Rubinstein, 2008).

Эконометрическое развитие модели

Ключевым отличием теоретически обоснованной гравитационной модели от оригинальной модели Тинбергена является включение напрямую не наблюдаемых показателей многостороннего сопротивления экспортера и импортера. Их игнорирование в исходной модели приводило к смещенности оценок коэффициентов, хотя позже они были частично нивелированы за счет использования индекса отдаленности, ценовых индексов официальной статистики, методики Андерсона и ван Винко-опа, методики Байера и Бергстрана, фиксированных эффектов экспортера и импортера. Детальный обзор преимуществ и недостатков каждой из описанных методик можно найти, например, у Шумилова А.

Описанные выше методики базировались на использовании пространственных данных (данных за конкретный год или средних значений за несколько лет по каждой паре стран). В то же время исследования последних двух десятилетий преимущественно обращаются к панельным данным (за несколько лет по каждой паре стран), позволяющим отслеживать взаимосвязь переменных во времени и учитывать специфические страновые эффекты. Первые обоснования преимуществ использования именно панельных данных в гравитационных моделях появились на стыке тысячелетий (Matyas, 1997; Chen and Wall, 1999; Breuss and Egger, 1999; Egger, 2000).

Одновременно, эволюционное замещение произошло и в эконометрической методологии. Метод наименьших квадратов, с помощью которого оценивалась исходная логарифмическая модель, постепенно уступил место моделям с постоянными (фиксированными) и случайными эффектами, позволяющими учитывать индивидуальные эффекты между партнерами. Выбор между этими двумя моделями определяется рядом факторов: анализируемыми данными, задачами исследования, теоретическими обоснованиями анализа - и может быть осуществлен на основе теста Хаусмана, проверяющего гипотезу о некоррелированности индивидуальных эффектов с объясняющими переменными.

Модель с постоянными эффектами, согласно Egger (2002), в большей степени подходит для краткосрочных прогнозов. Присутствие фиктивных переменных, отвечающих за любые ненаблюдаемые особенности страны в каждый отдельный момент времени, позволяют получать более точные результаты, чем при оценке МНК. Особенностью же данной модели является невозможность определения коэффициентов при не меняющихся во времени переменных (а таких переменных в уравнении может

быть много - расстояние, общая граница, общий язык и др.).

Модель со случайными эффектами позволяет определить коэффициенты при инвариантных ре-грессорах, учитывая при этом индивидуальные особенности оцениваемых участников на основе панельных данных.

Вместе с тем, в чистом виде данная модель плохо согласуется с гравитационной теорией и на практике чаще используется модифицированный вариант модели со случайными эффектами - модель Хаусмана-Тейлора, допускающая ненулевую корреляцию между частью независимых переменных и случайными индивидуальными эффектами (Hausman, Taylor, 1981)). Целый ряд исследований, проведенных с использованием данной модели, показали статистически более предпочтительные оценки, чем модели с постоянными и случайными эффектами Egger (2002), Carrere (2006).

Интеграционный ракурс гравитационной модели

Одной из ключевых сфер применения гравитационной модели торговли является оценка эффективности участия стран в интеграционных объединениях. Фиктивная переменная, отражающая участие страны в интеграционном объединении с другой страной, присутствовала уже у Тинбергена. Однако разнородность эффектов экономической интеграции подтолкнула более поздних исследователей к детализации спецификации гравитационного уравнения с целью вычленения информации по отдельным эффектам.

Одним из способов оценки эффектов создания и отклонения торговли Винера является введение в гравитационное уравнение дополнительных фиктивных переменных, отражающих внутри-интеграционную торговлю, импорт из третьих стран и экспорт в третьи страны. По этому пути, с небольшими вариациями, пошли, например, Endoh (1999), Soloaga and Winters (2001), Carrere (2006), Magee (2008).

lnTij = a+ ßiln

Отследить обозначенные выше эффекты можно с использованием трех фиктивных переменных. Бинарная фиктивная переменная RTA1 принимает значение 1, если обе страны являются членами интеграционной группировки, и значение 0 -в противном случае. Положительное, статистически значимое значение коэффициента указывает на эффект создания торговли, показывая, что внутри-интеграционная торговля выросла в результате заключения соглашения.

Фиктивная переменная RTA 2 принимает значение 1, если страна-экспортер является участницей интеграционной группировки, а страна-импортер - нет, и значение 0 - в противном случае. Положительное, статистически значимое значение коэффициента указывает на эффект отклонения экспорта, показывая, что заключение интеграционного соглашения привело к росту экспорта в страны вне объединения.

Фиктивная переменная RTA 3 принимает значение 1, если страна-импортер является участницей интеграционной группировки, а страна-экспортер -нет, и значение 0 - в противном случае. Положительное, статистически значимое значение коэффициента указывает на эффект отклонения импорта.

Высокая статистическая значимость соответствующих фиктивных переменных в проводимых исследованиях подтверждает целесообразность их использования в оценке эффектов интеграции. Хотя их значение и динамика в различных исследованиях ожидаемым образом разнится. Так, в исследовании Endoh (1999) при анализе эффектов интеграции в рамках Европейского экономического сообщества, Латиноамериканской ассоциации свободной торговли и Совета экономической взаимопомощи за период 1960-1994, было выявлено снижение степени проявления исследуемых эффектов.

А вот Carrere (2006) в ходе анализа данных по 130 странам, участвовавшим в региональных торговых соглашениях (РТС), выявила, что заключение РТС существенно увеличивало объем взаимной торговли между странами-участницами, часто за счет снижения торгового взаимодействия с третьими странами.

Развернутый мета-анализ исследований, фокусирующихся на оценке эффекта интеграции на международные торговые потоки в рамках гравитационной модели торговли был проведен в работе Cipollina и Salvatici (2007). Всего их анализ обобщил результаты 1827 оценок, опубликованных в 85 статьях, рассматривающих эффекты интеграции в случае с взаимными (не односторонними) интеграционными соглашениями. Как следует из представленных результатов, большинство исследований выявили присутствие чистого эффекта создания торговли.

Гравитационная модель в оценке международной торговли услугами

Активное использование гравитационной модели в анализе международной торговли, при всей широте спектра ее использования, тем не менее, в некоторых направлениях исследования имеет практически еще нетронутый потенциал развития.

Подавляющее большинство эмпирических исследований, использующих гравитационную модель, традиционно анализируют торговые потоки товаров. Внешняя торговля услугами, не смотря на динамичность ее развития, гораздо реже выступает объектом исследования в рамках гравитационной модели, хотя в последние годы количество публикаций в этом направлении заметно увеличилось

Одной из причин такого разрыва является проблема с исходными данными, в частности, разделение потоков товаров и услуг в международной статистике. Международная стандартная торговая классификация (SITC) применима только к торговле товарами. В международной статистике систематизированные данные по товарным группам и

странам-партнерам характеризуют преимущественно торговлю товарами. Первые международно-сопоставимые данные по услугам начали появляться лишь в новом тысячелетии. В 2002 г. ОЭСР были опубликованы данные по торговле услугами 26 стран-участниц организации с разбивкой по торговым партнерам за 1999 и 2000 г. Первые исследования, использовавшие гравитационную модель для оценки торговли услугами были основаны именно на этих данных Gmnfeld и Moxnes (2003), Ктига (2003), Мига и №со1еШ (2004).

Следует отметить, что спецификация модели для торговли услугами имеет свои особенности. Показатели, отражающие торговые издержки при торговле услугами, отличаются от тех, которые используются в товарной модели.

Развернутый перечень барьеров, характерный для торговли услугами, был представлен во Всемирном отчете о торговле 2019, опубликованном ВТО. Список включает такие группы барьеров как:

- барьеры внешнеторговой политики и различия в системах регулирования;

- издержки, связанные с регулятивными мерами «после пересечения границы»;

- информационные и транзакционные издержки, связанные с культурными и институциональными различиями стран (сложность в нахождении информации о покупателе, продавце, товаре из другой страны, понимание зарубежной специфики ведения бизнеса, обеспечение выполнения контрактов, установление связей);

- качество системы регулирования

- издержки на поддержание информационно -коммуникационных технологий (легкость связи с зарубежными партнерами, использование интернета, стационарная и мобильная телефонная связь, широкополостной интернет).

- транспортные издержки и издержки на поездки, сопряженные с предоставлением услуг (расстояние, качества транспортной инфраструктуры);

- торговые издержки, по-разному отражающиеся на экспортерах и импортерах;

- издержки, касающиеся торговли товарами, когда торговля услугами тесно связана с торговлей товарами.

Каждая из указанных групп факторов, в той или иной мере оказывает влияние на объемы международной торговли услугами. Включение этих факторов в гравитационную модель и оценка степени влияния каждого из них на торговую активность - актуальный вызов моделирования торговли услугами на современном этапе.

Так, в отличие от моделей для торговли товарами, где влияние внешнеторговой политики обычно оценивается средним уровнем пошлин, в отношении торговли услугами уровень тарифной защиты не является адекватным показателем.

Одной из возможных альтернатив, количественно оценивающей степень открытости внешнеторговой политики в отношении торговли услу-

гами, выступает разработанный Всемирным банком Индекс ограничений в торговле услугами (Services Trade Restrictions Index - STRI).

В основе расчета данного индекса лежит база законодательных актов, агрегированная совместными усилиями Всемирного банка и Всемирной торговой организации и содержащая информацию о мерах, предпринимаемых различными странами, в отношении регулирования международной торговли услугами.

Типы охватываемых STRI индексом ограничений включают 5 групп мер:

- условия выхода на рынок (например, разрешенные формы присутствия на рынке, ограничения по трансграничным сделкам слияний и поглощений, лимиты на участие иностранного капитала),

- ограничения на передвижение людей (квоты, тестирование сотрудников, продолжительность пребывания в стране иностранных физических лиц, предоставляющих услуги),

- другие потенциально дискриминирующие требования в отношении иностранных поставщиков (в сфере налогообложения, субсидирования, доступа к системе государственных закупок),

- барьеры в сфере конкуренции (антимонопольное законодательство, привилегии для участников с долей, принадлежащей государству),

- прозрачность системы регулирования (открытость обсуждения законодательных актов, процедур образования компаний, получения лицензий или виз) (Nordas, 2016).

STRI индекс принимает значения от 0 до 100, где 0 соответствует отсутствию ограничений, а 100 фиксирует полную закрытость сектора/способа поставки от участия иностранных поставщиков услуг.

STRI индекс рассчитывается по 5 основным секторам услуг - финансовые услуги (банковские, страховые), телекоммуникационные, дистрибуция, транспортные (пассажирские и грузовые авиаперевозки, железнодорожные, автомобильные, морские перевозки и сопровождающие услуги), деловые услуги (бухгалтерские, юридические), которые в дальнейшем разбиваются на 23 подсектора. Данный индекс рассчитывается для 3 способов предоставления услуг, определенных ГАТС: трансграничное потребление (способ 1), коммерческое присутствие за рубежом (способ 3), предоставление услуги физическим лицом, находящимся за рубежом (способ 4). Способ 2 - потребление за рубежом (туризм, образование, здравоохранение), исключен, поскольку в отношении покрываемых индексом услуг он используется крайне редко.

Как показывают исследования, рост ограничений в торговле услугами наиболее сильно ударяет по малым и менее производительным компаниям, впервые выходящим на экспортный рынок (Benz et al. (2019)) и, в отличие от крупных фирм, не способным абсорбировать данные издержки (OECD, 2017).

Гравитационное уравнение, принимающее в расчет этот индекс, должно учесть соответствующие дополнительные факторы STRli _ и STRIj (Nordas, 2015).

Другими альтернативами (либо дополнением) к указанному выше индексу могут выступить:

- Индекс ограничений в торговле услугами, рассчитываемый ОЭСР. В отличие от индекса Всемирного банка он покрывает меньшее число стран, однако имеет более широкий охват секторов и ежегодно обновляется;

а также, в контексте расширения масштабов и роли цифровых услуг:

- Индекс ограничений в цифровой торговле услугами ОЭСР (Digital Services Trade Restrictions Index), который дает количественную оценку барьерам, препятствующим торговле, осуществляемой через электронные каналы связи. В индексе учитываются меры, влияющие на электронную торговлю - инфраструктура, связь, электронные транзакции, платежные системы, права интеллектуальной собственности;

- Индекс регулятивных мер в обмене данными (Ferracane и van der Marel (2018)), который отслеживает, насколько страны ограничивают использование и трансграничный обмен данными, что оказывает непосредственное влияние на международную торговлю услугами, осуществляемую посредством использования цифровых технологий.

Однако помимо индексов, непосредственно измеряющих уровень тех либо иных ограничений в регулятивной сфере, моделирование международной торговли услугами должно принимать во внимание не только абсолютный размер барьеров в разных странах, но и разницу в уровне защиты различных рынков. Высокий уровень защиты рынков разных стран может оказать меньшее ограничительное воздействие на страны, если ограничения на обоих рынках совпадают. А вот нестыковки в регулировании, особенно в сфере услуг представляют трудно преодолимый барьер. Учесть этот аспект в моделировании международной торговли услугами можно за счет включения индекса регулятивной гетерогенности, рассчитываемого ОЭСР. Индекс принимает значения от 0 до 1, где 0 соответствует отсутствию различий в регулятивной сфере, а 1, соответственно, свидетельствует о регулятивной гетерогенности.

Степень влияния гетерогенности систем регулирования на международную торговлю услугами может быть оценена с использованием гравитационного уравнения c постоянными эффектами, в спецификацию которого введены соответствующие факторы:

Xijkt = exp[a+PiSTRIhetijk+p iSTRIhetijk * STRUk+p 3STRIhetijk*STRIjk+yZij + sk + cpit + njt + eijkt]

где:

- Xijkt - экспорт из страны i в страну j в секторе к в момент времени t.

- а - константа;

- рп, у - коэффициенты регрессии;

- Zij - вектор двусторонних фиктивных переменных (наличие общей границы, общего языка, колониальной связи или состава в одной стране);

- Sk - фиктивная переменная для сектора;

- (pu - фиктивная переменная «экспортер-год»;

- fat - фиктивная переменная «импортер-год»;

- £ijkt - ошибка регрессии.

Это уравнение позволяет получить несмещенные, состоятельные оценки при условии использования сбалансированных панельных данных (Nordas, 2016) и приводит к весьма интересным результатам, касающимся влияния гетерогенности регулирования на торговлю услугами. Однако, эта модель не отслеживает интеграционные эффекты.

Таким образом, гравитационная модель международной торговли представляет собой весьма гибкий инструмент анализа, позволяющий включить в себя различные факторы, влияющие на торговые потоки. В современных исследованиях можно найти результаты адаптации модели для целей оценки интеграционных эффектов, разбивая их на эффекты создания и отклонения торговли. Отдельно появляется возможность целенаправленно оценить динамику торговли услугами, включая в модели релевантные факторы, например, индексы ограничений в торговле либо индексы гетерогенности систем регулирования, позволяя более точно откалибровать модель под специфику услуг. Вместе с тем, модель, полноценно объединяющая оценку интеграционных эффектов с торговлей услугами пока ожидает своей реализации. Возможно, расширение базы данных как по структуре торговли услугами, так и по анализу интеграционных соглашений, в том числе целенаправленно регулирующих различные виды услуг, позволит в скором времени получить состоятельные оценки эффектов интеграции и для торговли услугами.

Данная статья выполнена в рамках НИР «Механизмы и направления развития единого рынка услуг ЕАЭС в условиях реализации концепции «Ин-теграция+» в контексте обеспечения экономической безопасности Республики Беларусь (деловые услуги)»

Список литературы

1. Anderson, J. et al. (2015), Dark Costs, Missing Data: Shedding Some Light on Services Trade, The World Bank.

2. Anderson, James & Wincoop, Eric. (2003). Gravity With Gravitas: A Solution to the Border Puzzle. American Economic Review. 93. 170-192.

3. Anderson, James. (1979). A Theoretical Foundation for Gravity Equation. American Economic Review. 69. 106-16.

4. Benz, Sebastian (2017), "Services trade costs: Tariff equivalents of services trade restrictions using gravity estimation", OECD Trade Policy Papers, No. 200, Paris: OECD Publishing.

5. Bergstrand J.H. (1985) The Gravity Equation in International Trade: Some Microeconomic Foundations and Empirical Evidence. Review of Economics and Statistics, 67, 3, pp. 474-481.

6. Breuss, F. and Egger, P. (1999) 'How Reliable are Estimations of East-West Trade Potentials Based on Cross-Section Gravity Analyses?' Empirica, Vol. 26, No. 2, pp. 81-95.

7. Carre're, Ce'line (2006) Revisiting the effects of regional trade agreements on trade flows with proper specification of the gravity model. European Economic Review, vol. 50, No. 2, p. 223-247.

8. Chen, I-H. and Wall, H.J. (1999) 'Controlling for Heterogeneity in Gravity Models of Trade'. Federal Reserve Bank of St. Louis Working Paper 99-010A.

9. Cipollina, Maria & Salvatici, Luca. (2007). Reciprocal Trade Agreements in Gravity Models: A Meta-Analysis. Review of International Economics. 18.

10. Deardorff A.V. (1998) Determinants of Bilateral Trade: Does Gravity Work in a Neoclassical World? The Regionalization of the World Economy. University of Chicago Press, pp. 7-32.

11. Eaton J., Kortum S. (2002) Technology, Geography, and Trade. Econometrica, 70, 5, pp. 17411779.

12. Egger, P. (2000) 'A Note on the Proper Econometric Specification of the Gravity Equation'. Economics Letters, Vol. 66, pp. 25-31.

13. Egger, P. (2002) An econometric view on the estimation of gravity models and the calculation of trade potentials, The World Economy, 25, 297-312.

14. Endoh, Masahiro (1999) Trade creation and trade diversion in the EEC, the LAFTA and the CMEA: 1960-1994, Applied Economics, 31:2, 207-216.

15. Ferracane, M. F. and van der Marel, E. (2018), "Do Data Flows Restrictions Inhibit Trade in Services?", Vox Centre for Economic Policy Research (CEPR) Policy Portal, online version, 25/10/2018.

16. Grünfeld, L., & Moxnes, A. (2003). The Intangible Globalization: Explaining the Patterns of International Trade in Services.

17. Hausman, J.A., Taylor W.E. (1981) Panel data and unobservable individual effect, Econometrica, 49, 1377-1398.

18. Helpman E., Krugman P. (1985) Market Structure and Foreign Trade. Cambridge: MIT Press.

19. Helpman E., Melitz M., Rubinstein Y. (2008) Estimating Trade Flows: Trading Partners and Trading Volumes. Quarterly Journal of Economics, 123, pp. 441-487.

20. Ing, L. and M. Yu (eds.) (2018), Trade in Goods and Trade in Services, Routledge.

21. Kimura, Fukunari & Lee, Hyun-Hoon. (2006). The Gravity Equation in International Trade in Services. Review of World Economics (Weltwirtschaftliches Archiv). 142. 92-121.

22. Magee, Christopher. (2008). New Measures of Trade Creation and Trade Diversion. Journal of International Economics. 75. 349-362.

23. Martínez-Zarzoso, Inmaculada. (2003). Augmented Gravity Model: An Empirical Application to Mercosur-European Union Trade Flows. Journal of Applied Economics. VI. 291-316.

24. Mátyás, L. (1997) 'Proper Econometric Specification of the Gravity Model'. The World Economy, Vol. 20, No. 3, pp. 363-68.

25. Mirza, Daniel and Nicoletti, Giuseppe, What is so Special About Trade in Services? (February 2004). University of Nottingham Research Paper No. 2004/02.

26. Nordas, H. and D. Rouzet (2017), "The Impact of Services Trade Restrictiveness on Trade Flows", World Economy, Vol. 40/6.

27. Nordas, Hildegunn & Rouzet, Dorothee. (2015). The Impact of Services Trade Restrictiveness on Trade Flows First Estimates. OECD Trade Policy Paper no 178.

28. Nordas, Hildegunn. (2016). Services Trade Restrictiveness Index (STRI): The Trade Effect of Regulatory Differences. OECD Trade Policy Paper. 2016.

29. Organisation for Economic Co-operation and Development (OECD) (2017), "Services Trade Policies and the Global Economy", Paris: OECD Publishing.

30. Shumilov, Andrei, (2016). Особенности Оценивания Гравитационных Моделей Международной Торговли [Estimating Gravity Models of International Trade: A Survey], MPRA Paper 75371, University Library of Munich, Germany.

31. Soloaga, Isidro and Alan Wintersb, L., (2001), Regionalism in the nineties: what effect on trade? The North American Journal of Economics and Finance, 12, issue 1, p. 1-29.

32. Tinbergen J. (1962) Shaping the World Economy: Suggestions for an International Economic Policy. New York: Twentieth Century Fund. pp. 330.

33. Van der Marel, E. and B. Shepherd (2013), "Services trade, regulation and regional integration: Evidence from sectoral data", World Economy, Vol. 36/11, pp. 1393-1405.