Обзор международной научной конференции «Право и общество: эволюция во взаимодействии» (28-29 марта 2014 г. )

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ

ОБЗОР МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «ПРАВО И ОБЩЕСТВО: ЭВОЛЮЦИЯ ВО ВЗАИМОДЕЙСТВИИ»

28-29 марта 2014 г. на юридическом факультете Российского университета дружбы народов состоялась Международная научная конференция «Право и общество: эволюция во взаимодействии», которая проводится ежегодно кафедрой теории и истории государства и права в память об основателе научной школы кафедры — профессоре О. А. Жидкове. В конференции приняли участие более 140 ученых из разных регионов России и зарубежных стран. За два дня работы с докладами выступили более 80 специалистов в области теории и истории государства и права, отраслевых юридических наук.

Пленарное заседание «Право как регулятивная система общества» открыл проректор РУДН по научной деятельности, заслуженный деятель науки РФ, д.ф.н., профессор Н.С. Кирабаев. В своем выступлении он обратил внимание на то, что научная конференция — это площадка для обмена мнениями представителей различных вузов, регионов, стран. Он отметил актуальность заявленной в названии конференции темы. Общество — живая система, и право идет за развитием общества, за теми изменениями, которые в нем происходят.

Кроме того, им были обозначены тенденции развития современной науки.

Сегодня мегатренд — это междисциплинарность, которую можно рассматривать и как подход, и как систему. Любой преподаватель должен быть исследователем. Создаются лаборатории творческой мысли, которые становятся не только национальными, но и межнациональными. Социально-гуманитарным наукам должно уделяться особое внимание, поскольку на сегодняшний день ценностная ориентация — это важнейший элемент развития общества.

Проблема отечественной науки — непризнание наших публикаций на Западе. Публикации российских ученых в системе Web of Science составляют всего лишь 4%. Поскольку не все наши проблемы интересны на Западе, одновременно будет разрабатываться и национальная рейтинговая система.

Н.С. Кирабаев обратил внимание участников конференции на то, что государство связывает публикационную активность преподавателей с бюджетными местами в вузах для студентов и аспирантов.

В своем приветственном слове участникам конференции декан юридического факультета РУДН, д.ю.н., профессор В.Ф. Понька привлек внимание к творчеству и преподавательской деятельности профессора О.А. Жидкова, а

также работе кафедры теории и истории государства и права, которая продолжает заложенные им традиции научной школы. Он рассказал о тенденциях и перспективах развития юридического факультета, который в настоящее время динамично развивается в общем русле стратегии РУДН как международно-ориентированного университета. Подчеркнул, что открыты 24 магистерские программы, среди которых много совместных программ с зарубежными университетами, есть магистерские программы на иностранных языках, например, Internetional protection of human rights на кафедре международного права. А проводимая конференция будет не только способствовать научному осмыслению заявленной в ее названии проблемы взаимодействия права и общества, но и развитию сотрудничества между вузами России и зарубежных стран.

Профессор кафедры теории и истории государства и права РУДН, д.ю.н. Г.И. Муромцев в своем докладе отметил сложившуюся в нашей науке односторонность научных подходов к ее исследованию. С советских времен научная методология исходила здесь из положений работы Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства».

Проблема рассматривалась сквозь призму в целом правильных тезисов об общественном разделении труда, появлении частной собственности и расколе общества на классы. Однако факторы эволюции сознания, социальной психологии и вообще культуры в широком смысле оставались при этом вне поля зрения исследователей. В итоге процесс происхождения права представлялся во многом одномерным и сводился, по сути, к санкционированию государством обычаев, отвечавших интересам господствующих классов.

Такой подход не преодолен в известной мере и поныне. Между тем, по мнению докладчика, исходным при исследовании этой проблемы должен быть тезис о слитности (синкретности) человеческого сознания, а также социальных норм и стереотипов поведения в начальной фазе этого процесса. Для первобытного человека природное и социальное, реальное и сверхъестественное представлялись чем-то единым. Отсюда процесс становления права сводился к постепенному «расщеплению» сознания и выделению из этой синкретичной структуры, выступавшей в религиозной форме, собственно правовых норм. Религия в этом процессе генетически предшествовала праву.

Более того, именно присутствие ее элементов — на уровне правосознания, структуры и формы права, а также конструкции правоотношений обусловливает вывод, что право возникает как явление безгосударственное и существует в такой форме длительное время.

С появлением государства возникает конфликт между законом божественным (как исторически первой формой права) и законом «государственным», т.е. исходящим от государства. Проявлявшийся в разных формах в правовых культурах Европы и Востока, он в известной мере не преодолен и в наши дни. Так, сторонники радикального ислама (ваххабиты, талибы и т.д.) отстаивают идею верховенства религиозного закона в его соотношении с законом государственным, что адекватно правосознанию раннеклассового общества. Проблема про-

исхождения права и закономерностей его эволюции и в эпоху глобализации остается одной из наиболее актуальных.

Главный научный сотрудник Института государства и права РАН, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ, д.ю.н., профессор В.Е. Чир-кин в своем выступлении отметил, что впервые подход к системному регулированию общества был намечен в Конституции России 1918 г. и в значительной мере осуществлен в Конституциях СССР 1936 и 1977 г., которые содержали главы об основах общественного строя. В зарубежных странах более или менее системное регулирование основ общественного строя стало осуществляться в отдельных конституциях только после Второй мировой войны. В.Е. Чиркин подчеркнул, что возможность такого конституционно-правового регулирования связана с возрастанием социальной энтропии и законом неконтролируемого расширения действия регулятивных систем. Он также указал на экономическую, социальную, политическую и духовную необходимость конституционно-правового регулирования основ общественного строя; социальные и юридические пределы такого регулирования (саморегулирование общества и его различных подсистем; предусмотренные в конституциях ряда стран ограничения возможности судебного обжалования применения социально-экономических положений конституций, так называемых принципов социальной политики государства); отметил недостатки Конституции РФ в регулировании основ российского общества. По мнению В.Е. Чиркина, чтобы общество не перешло определенную грань, не обратилась к насилию и гражданской войне, необходимо конституционное регулирование — установление определенных пределов конкуренции и состязательности в обществе.

Заведующая кафедрой международного права Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, д.ю.н., профессор А.А. Дорская обратила внимание на то, какое место занимают правовые реформы в эволюции права и общества.

По ее мнению, правовые реформы — это обычное состояние российского общества. В ходе реформ взаимодействие права и общества является наиболее концентрированным.

Докладчик обратила внимание на то, что поведение человека определяется целым комплексом социальных регуляторов, среди которых право не обязательно стоит на первом месте. Слово, которое в первую очередь называют люди в ходе социологических опросов — «справедливость»: «Я поступаю так, потому, что это справедливо».

А. А. Дорская определила правовую реформу как хронологически ограниченный процесс преобразования правовой системы страны, который захватывает правотворчество и правоприменение и имеет целью качественное улучшение жизни большинства членов общества. Реформа — всегда социальное потрясение. Важна правовая политика. Поэтому реформы не могут быть частыми и должны быть хронологически ограниченными.

В России цикличность правовых реформ, безусловно, присутствует. Мало кто из правителей не реформировал государственную власть, местное само-

управление. Реакция общества на правовые реформы почти всегда одна и та же. Сначала правовой идеализм, потом отрицательное или нейтральное отношение к реформе. Обязательно должна быть государственная воля для доведения реформы до завершения. Если реформы самого права могут быть быстрыми, то реформы правосознания затрачивают десятилетия и даже века.

Один из инструментов реформы — не просто правовой мониторинг, а социально-правовой мониторинг как один из вариантов понимания правовых потребностей общества.

Профессор кафедры гражданского права и процесса Нижегородской академии МВД России, д.ю.н. А.А. Демичев предложил следующие дефиниции государства, права и гражданского общества. Есть государственные органы, их совокупность — это государство. Право есть то, что содержит в себе правовые нормы. Это тексты нормативных правовых актов, решения судебных и административных органов, договоры, обычаи. Гражданское общество — это совокупность неких сфер жизни, которые свободны от вмешательства государства. Существуют ячейки гражданского общества: семья, религия и др.

Антипод гражданского общества — это тоталитарное государство. В нашей стране все преобразования идут исключительно «сверху», а не «снизу». Гражданское общество мы также строим «сверху». Например, создали Общественную палату, но все общество оторвано он нее.

В построении гражданского общества нужно идти «снизу», с общественных организаций. Гражданское общество возникает, когда интересы и инициатива людей встречается с тем, что идет от государства. Право — это форма бытия государства. Оно не должно существовать вне правовой формы. Гражданское общество опосредует отрасли частного права, нормы религии, морали. Государство должно задуматься о том, что не оно строит гражданское общество, а его роль состоит в том, чтобы стимулировать инициативы населения по построению гражданского общества.

Профессор кафедры теории и истории государства и права Южного федерального университета, д.ю.н., д.п.н. И.А. Иванников в своем выступлении отметил, что в России идут затянувшиеся перманентные реформы. С 2000-х гг. историю новейшего российского общества можно просмотреть в четырех периодах. 2000-2008 гг. — первый срок президентства В.В. Путина — предотвращен развал РФ, вырос авторитет армии, правоохранительных органов. 20082012 гг. — президентство Д. А. Медведева. В стране решались социальные и демографические проблемы. В то же время наблюдался дефицит социальной справедливости, росла коррупция. Весна 2012 — март 2014 гг. — новый срок президентства В.В. Путина. 20 марта 2014 г. — н/вр. — еще один период, связанный с появлением двух новых субъектов в составе РФ — Крыма и Севастополя. Докладчик обратил внимание собравшихся на то, что 70% россиян одобряют деятельность Президента В.В. Путина, 60% россиян считают, что общество идет в правильном направлении. Началась новая эпоха в истории российского общества и государственной власти.

После перерыва, продолжилось Пленарное заседание «К 150-летию судебной и земской реформ в России», которое проходило формате видео-конференц-связи с участниками Всероссийской научно-практической конференции «Российская судебная власть: история, современность, перспективы» (г. Санкт-Петербург).

Заведующая кафедрой теории и истории государства и права РУДН, д.ю.н., профессор М.В. Немытина посвятила свое выступление роли и непреходящему значению судебной реформы 1864 г. в жизни российского общества, обратив внимание на следующие ее аспекты: 1) победа либерального направления в правительственных сферах, определившая содержание реформы; 2) новый уровень правовой культуры российского общества, обусловленный введением Судебных уставов; 3) реализация конституционных начал в жизни российского общества (равенство всех перед законом и судом, независимость суда от администрации как проявление принципа разделения властей); 4) опережение судом в своем развитии иных государственных институтов самодержавия, что обусловило дальнейшую корректировку Судебных уставов, в которые за 30 лет их существования были внесены порядка 700 поправок.

В ходе реализации судебной реформы выявилось несоответствие нового суда основам российской государственности, нарушение целостности государственного механизма. Не случайно одни и те же государственные и общественные деятели России второй половины Х1Х в., выступая в преддверии судебной реформы ярыми сторонниками ее либеральных начал, затем превратились в ее не менее яростных противников (К.П. Победоносцев, М.Н. Катков).

Доцент кафедры теории и истории государства и права Балтийского федерального университета им. И. Канта, к.ю.н. С.В. Лонская акцентировала внимание участников на том, что все многообразие образов, идей, проектов, реализованных моделей мировой юстиции эмпирически можно свести к двум концептуальным подходам. Первый — патриархальный — делает акцент на примирительной, посреднической функции мирового суда; второй — прагматический — сосредоточен на том, что это суд ограниченной юрисдикции (суд по малозначительным делам).

Оба подхода сложились в России примерно к первой половине Х1Х в. На протяжении дореволюционной истории российского мирового суда эти подходы конкурировали друг с другом, в конечном счете побеждает прагматический подход (Комиссия Муравьева, закон о местном суде 1912 г.). Вторая волна этой конкуренции, с таким же исходом, развернулась на рубеже ХХ-ХХ1 столетий. Концепция судебной реформы в РСФСР 1991 г. насквозь патриархальна, а действующее законодательство — исключительно прагматическое, как и судебная практика. В отличие от дореволюционной эпохи, где конкуренция подходов развивалась и в идеологической сфере, и в сфере позитивного права, современная эпоха оставила конкуренцию лишь в умах и научных позициях.

Доцент кафедры государствоведения и права Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, к.ю.н. К.П. Краковский в своем выступлении подчеркнул, что одним из отечественных исто-

риографических мифов стал постулат о неготовности России, русского народа к радикальной реформе суда в 1864 г. На этом настаивали представители консервативных кругов в 70-80-е гг. XIX в. (напр., Катков, Победоносцев, Фукс, Мещерский и др.), об этом же повествуют некоторые современные последователи (Биюшкина, Аяцков, Олесеюк, Галкин и др.).

Опираясь не только на историко-правовой материал, но и идею «борьбы за право», высказанную в 70-е гг. XIX в. немецким философом Р. Иерингом, докладчик настаивал на готовности российского общества XIX в. воспринять основы нового судебного строя, его институтов и принципов, указал на необходимость для государства и общества всегда бороться за правовой прогресс, а не ожидать, когда к нему будут готовы, ибо при таком подходе к проблеме ожидать можно вечно. Он связал «идею неготовности», которой следовали консерваторы, в том числе в правительстве, с их собственной неготовностью отказаться от авторитарных привычек властвования, минуя правовые ограничители, к числу которых относился и суд.

Ведущий научный сотрудник сектора истории государства, права и политических учений Института государства и права РАН, д.ю.н., профессор Л.Е. Лаптева считает главным уроком, извлекаемым из опыта земства, то, что успех модернизации во многом зависит от того, насколько она отвечает традиционным представлениям об оптимальном общественном устройстве.

Проведенное в 1864 г. преобразование местного управления, хотя и было осуществлено в соответствии с передовыми по тому времени европейскими моделями, настолько удачно вписалось в традицию внешне, что земскую реформу признавали даже такие убежденные почвенники, как К. Леонтьев. При этом трудно сказать, как сложилась бы история земских учреждений, если в том же 1864 г. не состоялась судебная реформа.

Не вызывает никаких сомнений, что успех местного самоуправления невозможен без независимого от администрации суда, и это еще один важный урок. Именно независимость суда от администрации способствовала тому, что земское общественное управление оказалось способно во многом противостоять произволу местных бюрократов, хотя формально и подлежало контролю со стороны чиновников системы Министерства внутренних дел. Переход к системе судебного рассмотрения споров между общественной и коронной администрацией во многом способствовал юридизации отношений в такой важной области жизни общества, как местное самоуправление. И это третий урок, завещанный нам земствами.

На заседании секции «Право и общество: теоретические проблемы» адвокат Эган Пол (Австралия) уделил внимание особенностям правовой системы Австралии, ее формированию и эволюции. Правовая система Австралии складывалась под влиянием особого характера общественных отношений. Изначально Австралия была колонией для английских заключенных, поэтому австралийские законы носили достаточно жесткий характер и были просты в применении. Право Великобритании имело приоритет над правом Австралии.

Удаленность от других стран и континентов привела к тому, что и современная правовая система Австралии сохранила британские черты. В 1864 г. была создана судебная система, а 1901 г. ознаменовался принятием Конституции Австралии. Независимость была достигнута страной в 1931 г., а в 1986 г. она получила полную независимость. Кроме того, было отменено право жаловаться в британские суды по делам, имевшим место в Австралии. В Австралии были образованы 6 штатов, каждый из которых имеет свою систему управления и законодательство, что обуславливает сходство ее правовой системы с США.

Федеральная конституция имеет приоритет над законодательством штатов. Существует комиссия по правовым реформам, которая занимается реформами законодательства. Докладчик охарактеризовал правовую систему Австралии как систему смешанного типа.

Заведующий кафедрой теории и истории государства и права Российского государственного экономического университета им. Г.В. Плеханова, заслуженный юрист РФ, д.ю.н., профессор А.И. Экимов остановился на проблеме самоценности права. В юридической литературе, рассуждая о ценности права, нередко акцентируют внимание на его самоценности (С.С. Алексеев, В.П. Малахов, Л.И. Заморская). При этом исходят, видимо, из идеи «повысить» значимость права в жизни общества, показать его роль, отличную от других социальных регуляторов.

Однако, по мнению выступающего, решая вопрос о том, обладает ли право самоценностью, нельзя игнорировать тот смысл, который обычно вкладывают в понятие самоценности. Чаще всего принято говорить о самоценности личности, которая в состоянии определить свою значимость для самой себя. С этих позиций самоценность — это своего рода психологический фактор, который характеризует то, что происходит внутри невидимого для других душевного мира человека.

В принципе, конечно, о самоценности можно говорить по отношению не только к человеку, но и к любому живому существу, если оно способно познавать окружающий мир, создавать «образ» самого себя. В этом отношении особняком стоит позиция известного советско-российского правоведа С. С. Алексеева, в философском ключе обосновавшего идею самоценности права. Он полностью солидаризировался с мировоззренческим постулатом И. Канта о том, что сама природа, естественные начала жизни человека направляют людей к тому, чтобы осуществить единственно прочное правовое устройство, основанное на принципах свободы.

Право, по И. Канту, это замысел и явление природы, которая не сводится только к вещественно-материальному, механическому миру окружающих нас явлений, предметов. Согласившись с тем, что природа обладает разумом, С.С. Алексеев вполне логично выдвигает идею и о самоценности права.

Ученые-юристы, которые пишут о самоценности права и при этом не разделяют мировоззренческие установки кантовской философии, нередко отождествляют это понятие с понятием ценности права. Но тогда становится вовсе бессмысленным употребление двух понятий для обозначения одного и того же.

В действительности право обладает лишь инструментальной ценностью и всегда выступает лишь в качестве «рукотворного» средства достижения человеческих целей, плохих или хороших. Подлинная ценность права раскрывается лишь тогда, когда оно становится средством для утверждения справедливых и гуманных начал во взаимоотношениях личности и власти. С одной стороны, оно должно уберечь людей от неправильного поведения (правовые запреты), а с другой стороны — стимулировать поведение, в котором заинтересованы коллективы, все человеческое сообщество (предписания, дозволения).

Старший научный сотрудник Института государства и права РАН, к.ю.н., доцент Н. В. Варламова посвятила свое выступление едва ли не самой широко обсуждаемой в ХХ в. теоретической проблеме — обоснованию действительности правовых норм и правопорядка в целом. Н.В. Варламова проанализировала варианты решения данной проблемы, предлагаемые в рамках различных концепций права. Она подчеркнула, что все они тем или иным образом обусловливают действительность правопорядка его социальным признанием и обратила внимание на корреляцию типов легитимного господства, выделенных М. Вебе-ром, и типов правопонимания. Применительно к отдельным нормам, образующим правопорядок, не утрачивает своей актуальности сугубо юридическое обоснование их действительности, восходящее к концепции Г. Кельзена, и пренебрежение этим влечет нарушение одного из базовых принципов права — принципа правовой определенности.

Доцент кафедры теории государства и права и политологии Пензенского государственного университета, к.ю.н. С.Ю. Суменков остановился на проблеме исключений в праве. Право должно содержать исключения в целях обеспечения его объективности. Сами суды и парламентарии создают исключения из права. Например, право судов и судей выходить за рамки низшего предела при назначении наказания. Именно исключения обеспечивают взаимодействие права с его эталонной природой и с обществом в его многогранности. Если мы будем понимать право как эталон, единый стандарт, то оно не сможет эффективно регулировать отношения. В праве должны быть исключения. Исключения из правил — важнейшее средство обеспечения ценности права.

Доцент кафедры теории и истории государства и права РУДН, к.ю.н. Д.В. Чухвичев в своем выступлении обратил внимание на связь реформ и систематизации в праве. Последние годы в России постоянно идут реформы. Любая правовая реформа включает 3 этапа: наработка правового материала, его систематизация и совершенствование. В контексте реформ «хромает» систематизация. Необходимое условие формирования отрасли права — кодификация. Кодификация представляется необходимой в сфере: 1) хозяйственного права — создание торгового кодекса (по примеру Украины, Германии, Чехии); 2) экологического права; 3) исполнительного производства (гражданское исполнительное право); 4) корпоративного права.

Ведущий научный сотрудник отдела теории законодательства Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, к.ю.н. Е.А. Юртаева в своем выступлении подчеркнула, что интересы государства и

интересы общества могут расходиться. Общество не выступает в качестве субъекта создания права. Если объектом воздействия права являются различные сферы общественной жизни, то общество скорее объект права, а не его субъект.

В обществе есть потенциал для развития права, но препятствий пока больше. В чем может общество помочь государству? Если государство нацелено на развитие, то почему общественные институты находятся в «загоне»? Государству необходимо больше привлекать общество к формированию права. Государство должно больше доверять обществу. Пока же общество в России — это объект управления со стороны государства.

На заседании секции «Право и общество: вопросы истории» профессор кафедры международного права РУДН, д.ю.н. Г.С. Стародубцев привлек внимание к тому, что тема юридического образования российской эмиграции на протяжении десятилетий была запретной в советской правовой науке. Этим объясняется полное отсутствие отечественной литературы о научных изысканиях юристов российской эмиграции. После долгих десятилетий глухого молчания эти темы стали актуальными в современной жизни. Он особо подчеркнул, что в стороне от этого процесса пока находится юридическая наука, крайне слабо проявляющая интерес к юристам российской эмиграции, что придает актуальность данной теме, которая определяется современной социокультурной ситуацией в стране, важностью осмысления феномена юридического образования русской эмиграции, необходимостью объективного анализа правового наследия российского зарубежья с целью определения его места и роли.

Директор Центра правового регулирования финансово-экономических отношений, Института проблем эффективного государства и гражданского общества Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, д.ю.н., доцент К.Е. Сигалов в своем выступлении уделил внимание определению форм собственности в англо-саксонской и континентальной системе права, характеру собственности в России, а также мусульманском праве. По мнению К. Е. Сигалова, собственность — это, то, что определяет цивилизацию и является основанием правовой культуры.

В своем сообщении заведующий кафедрой теории и истории государства и права Юридического института Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова, к.и.н., доцент С.О. Шаляпин уделил внимание проблематике классификации религиозно-правовых систем, понятию «религиозное право», а также морально-этическим учениям в праве.

Заведующий кафедрой теории и истории права и государства Санкт-Петербургского филиала Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», к.ю.н., доцент Р.Ю. Почекаев в своем докладе «Изменение правового статуса казахской элиты в контексте "Великих реформ" в Российской империи второй половины XIX в.» подчеркнул проблему взаимодействия с региональными и в особенности национальными элитами в процессе присоединения новых территорий, которая была актуальна для России во все времена. Борьба Российского государства за «золотоордынское наследство», начавшаяся в XVI в. присоединением Казанского, Астраханского и Сибирского

ханств, завершилась лишь в XVIII в., когда в состав Российской империи вошли Казахстан (1731 г.) и Крымское ханство (1783 г.).

Несмотря на то, что российские правители уже с XIV в. имели опыт взаимодействия с кочевыми подданными, имперская политика в отношении этих новых территорий далеко не всегда была последовательной и непротиворечивой. Особенно ярко это проявилось во взаимодействии имперских властей с казахской правящей элитой, о чем подробно и рассказал Р.Ю. Почекаев в своем выступлении.

Доклад ассистента кафедры гражданского права Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, консультанта Исследовательского центра частного права при Президенте РФ, к.ю.н. А.М. Ширвиндта был посвящен исследовательскому проекту немецкого историка права, компаративиста и цивилиста Р. Циммермана и его учеников.

Современное частное право объединенной Европы характеризуется сосуществованием, конкуренцией, взаимным влиянием множества разнородных сводов правил как государственного (или надгосударственного), так и негосударственного происхождения.

В поисках методологии, которая позволила бы систематизировать накопленный нормативный материал и облегчила бы работу с ним, Р. Циммерман предложил перенести на современную почву приемы работы с источниками, известные юридической романистике с середины ХХ в. В своем выступлении А.М. Ширвиндт подверг этот подход критической оценке, обратив внимание, в частности, на принципиальное несовпадение исследовательских ситуаций, в которых находятся романисты, имеющие дело с крайне скудной источниковой базой, и цивилисты, располагающие всем массивом источников в полном объеме.

Доцент кафедры истории государства и права ФГБОУ ВПО «Уральская государственная юридическая академия», к.ю.н. Л.Ю. Костогрызова привлекла внимание к определению формы правления в Византии. В частности, Византия — уникальное средневековое государство с ограниченной монархией, причем ограниченной не представительным органом (как это было в государствах Западной Европы), а особым образом. Власть василевса была ограничена, во-первых, законом (его полномочия регламентированы), во-вторых, канонами (которые василевс не должен был нарушать), в-третьих, церковью (патриарх — фигура, по полномочиям равная василевсу), в-четвертых, различного рода формальностями, связанными с церемониалом, в-пятых, отсутствием закона о престолонаследии, что напрямую связано с шестым ограничением — волей народа. Но, с точки зрения современного государственного права, мы не можем назвать византийскую ограниченную монархию конституционной, поскольку конституции — в привычном для нас значении этого слова — в Восточной Римской империи не существовало.

Старший преподаватель кафедры теории и истории государства и права РУДН, к.ю.н. Е.А. Сорокина уделила внимание особенностям договорного права США в Х!Х-ХХ вв., которое наряду с большей частью американского общества подверглось преобразованию в данный период. При этом появление и по-

следующее развитие категории добросовестности являлось одним из факторов преобразования в указанной сфере. И для понимания происходящих процессов существует необходимость обращения к известному в американском праве судебному разбирательству по делу Wood v. Lucy, Lady Duff-Gordon.

Не менее интересными были выступления остальных участников секции. Были заслушаны и обсуждались доклады: д.и.н., доцента Ю.Н. Сушковой (ФГБОУ ВПО «Мордовский Государственный Университет им. Н.П. Огарева»); д.ю.н., профессора С.В. Ворошиловой (ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия»); д.и.н., профессора Ю.В. Варфоломеева (Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского); к.ю.н., доцента С.А. Соломоновой (Санкт-Петербургский филиал Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»); к.ю.н., доцента М.В. Федорова (РУДН); ст. преподавателя П.И. Костогрызова (ФГБОУ ВПО «Уральская государственная юридическая академия»); аспиранта Б. Ф. Чалаби (Институт государства и права РАН).

На секции «Право и общество: проблемы отраслевой юридической науки» заведующая сектором сравнительного права Института государства и права РАН, д.ю.н., доцент Т.А. Васильева в своем выступлении «Правовое регулирование гражданства и интересы гражданского общества» обратила внимание на то, что в российской юридической литературе институт гражданства рассматривается преимущественно сквозь призму юридико-догматического анализа законодательства без учета социокультурного контекста, современных демографических и миграционных процессов. Вместе с тем политика в отношении предоставления гражданства затрагивает широкий круг интересов (социально-экономическое и демографическое развитие страны, национальную безопасность, привлечение человеческих ресурсов, уважение прав человека), подвержена воздействию политических факторов и затрагивает судьбы значительного числа людей. В силу этого правовое регулирование гражданства должно учитывать общественные ожидания, но не идти на поводу конъюнктурных общественных настроений, обусловленных увеличением числа мигрантов и возрастанием культурной дистанции между ними и коренным населением страны.

Профессор кафедры административного и финансового права РУДН, к.ю.н. В. А. Белов в докладе «Развитие общества и финансовое право России» осветил вопросы создания национальной платежной системы РФ, меры, принимаемые по ее созданию ЦБ России, другими участниками этого процесса, и реальные успехи, достигнутые органами исполнительной власти России в достижении этой цели. Основные итоги: федеральный закон есть, планов громадье, государственных денег не нашлось, российская банковская система родила «мышь». За три года европейское сообщество, Китай и Япония создали свои платежные системы, а нас опять «поставили в угол», так как российская банковская система использует американские технологии, которые в критических ситуациях работают против России, как это случилось в 1998 г. (дефолт) и сегодня: в условиях украинского кризиса Master Сагё и Visa отключили пользователей от своих услуг без дальнейших экономических и юридических последствий.

Профессор кафедры международного права РУДН, д.ю.н. О.М. Мещерякова в своем сообщении «Национальная идентичность и политическая культура: проблемы взаимодействия и влияния на национальное право как регулятивную систему общества» указала на то, что вопрос о национальной идентичности в интеграционном сообществе отнюдь не случаен: интеграционные процессы объективно ведут к размыванию политических границ и изменению статуса соответствующего этнокультурного социума.

Сегодня экономическая жизнь вышла за рамки национального государства, ее ареной является весь мир. Однако политическая, культурная и социальная жизнь по-прежнему разворачивается в национальных рамках. Политическая культура связана с идентичностью каждой нации, с ее исторической памятью. Политическая культура представляет собой совокупность политических установок и способов поведения, которые можно рассматривать в качестве консенсуса основных политических и экономических тенденций страны. Следовательно, политическая культура не может не оказывать влияния на национальное право как регулятивную систему общества.

Рассмотрению сложной и многоаспектной проблемы, сопряженной с согласованием публичных и частных интересов в сфере правового регулирования, было посвящено выступление профессора кафедры теории и истории государства и права РУДН, д.ю.н. О.П. Сауляка «Баланс частных и публичных интересов в правовом регулировании деятельности естественных монополий». Он обратил особое внимание на то обстоятельство, что успешное решение этой задачи, в свою очередь, является одной из необходимых предпосылок выстраивания эффективного правопорядка, без которого невозможно обеспечение устойчивого развития современного государственно-организованного социума. Ошибки и просчеты, допускаемые правотворческими и правоприменительными органами в процессе решения этой задачи, порой слишком дорого обходятся обществу и государству, социальным группам и простому человеку.

Доцент кафедры теории и истории государства и права РУДН, к.ю.н. А.А. Подмарев в выступлении «Общие условия ограничения прав и свобод человека и гражданина как элемент конституционного регулирования положения личности» подчеркнул, что в современном демократическом правовом государстве определение сферы свободы человека осуществляется через закрепление в конституции и законах широкого перечня его прав и свобод, а также оснований, способов и процедур их возможных ограничений. Роль Конституции России 1993 г. заключается в установления общих условий (ч. 3 ст. 55, ч. 1 и ч. 3 ст. 17, ч. 2 ст. 19, ч. 4 ст. 15), в соответствии с которыми эти ограничения формулируются в федеральных законах и реализуются в правоприменительной деятельности.

Доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Академии управления МВД России, к.ю.н. О.Н. Громова в сообщении «Парламентский контроль в Российской Федерации» обратила внимание на проблемы осуществления парламентского контроля, выступающего значимым показателем демократизма любого современного государства. Был сделан вывод о создании в Российской

Федерации реальных предпосылок для повышения авторитета законодательной власти на всех уровнях и эффективного осуществления парламентариями контрольных полномочий.

О.В. Соломатина, аспирант сектора сравнительного права Института государства и права РАН, осветила некоторые аспекты правового закрепления принципов предоставления муниципальных услуг в России и странах Северной Европы. В частности, она рассказала о влиянии на отечественное законодательство, устанавливающее принципы предоставления публичных муниципальных услуг, а также на соответствующее законодательство стран Северной Европы актов международных организаций, закрепляющих принципы предоставления услуг населению, относящихся к сфере защиты прав потребителей.

Во второй день конференции работа продолжилась в формате круглых столов.

На Круглом столе «Социокультурный подход в правоведении» доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Московского государственного областного гуманитарного института, к.ю.н. Л.В. Сокольская высказала свои суждения относительно культурологи права как науки. Интересной информацией о деятельности Ассоциации юристов Абхазии поделилась доцент Абхазского государственного университета, председатель Ассоциации юристов Абхазии, к.ю.н. Д.Э. Пилия.

Основная часть заседания была посвящена обсуждению следующих вопросов: суть и факторы актуальности социокультурного подхода в правоведении; соотношение социокультурного подхода и методов исследования права; социокультурный подход и юридическая антропология; социокультурный подход и проблема исследования прав человека; социокультурный подход и проблемы глобализации в праве. К сожалению, не всем вопросам удалось уделить должное внимание. В дискуссии приняло участие более 20 специалистов в области теории государства и права.

На Круглом столе «Новые подходы в историко-правовой науке» своими идеями с участниками конференции поделились: к.ю.н., доцент Е.Н. Трикоз (РУДН), д.ю.н., профессор Л.Л. Кофанов (Институт всеобщей истории РАН), к.ю.н., доцент Д.В. Зорилэ (МГУ им. М.В. Ломоносова), к.ю.н., доцент О.Г. Григорьева (МГИМО(у) МИД России, Международный институт управления), ассистент А.А. Графшонкина (РУДН).

Основное внимание было уделено вопросам о роли и значении историко-правовой науки в современном обществе; взаимосвязи историко-правовой науки с другими областями научных юридических знаний; историко-правовым исследованиям в контексте сравнительного правоведения; диахронным сравнительно-правовым исследованиям, а также Концепции нового учебно-методического комплекса по отечественной истории.

Не менее плодотворно прошло заседание Школы молодых ученых «Научные исследования в области теории и истории права и государства». С докладами и сообщениями выступили аспиранты и магистранты кафедры теории и

истории государства и права РУДН (Д.А. Алешин, К.В. Ахметжанова, Н.В. За-горулько, А.Г. Зубовский, Д.Б. Калиш, А.С. Шальнева, А.В. Юдина).

По завершении каждого доклада выступавшим задавались актуальные в теоретическом и практическом аспектах вопросы, которые вызывали большой интерес и дискуссию.

Итоги конференции подвела заведующая кафедрой теории и истории государства и права РУДН, д.ю.н., профессор М.В. Немытина. Она отметила плодотворную работу конференции, пожелала удачи и успехов всем ее участникам.

По материалам конференции планируется подготовка и издание сборника статей.

М.В. Немытина

доктор юридических наук, профессор заведующая кафедрой теории и истории государства и права РУДН

А.А. Подмарев

кандидат юридически наук, доцент кафедры теории и истории государства и права РУДН

Е.А. Сорокина

кандидат юридически наук, ст. преподаватель кафедры теории и истории государства и права РУДН

И.В. Чечельницкий

аспирант кафедры теории и истории государства и права РУДН