2018. 02. 013. Механ К. , кленк Н. Л. , Мендес Ф. Геополитика мобилизации знаний о климате: трансдисциплинарное исследование в рамках интерфейса(ОВ) науки и политики в обеих Америках. Meehan K. , Klenk N. L. , Mendez F. The geopolitics of climate knowledge mobilization: transdisciplinary research at the science-policy interface (s) in the Americas // Science, technology & human values. - 2018. - p. 1-26. - doi: 10. 1177/016224391774560

2018.02.013. МЕХАН К., КЛЕНК Н.Л., МЕНДЕС Ф. ГЕОПОЛИТИКА МОБИЛИЗАЦИИ ЗНАНИЙ О КЛИМАТЕ: ТРАНСДИСЦИПЛИНАРНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ В РАМКАХ ИНТЕРФЕЙСА^) НАУКИ И ПОЛИТИКИ В ОБЕИХ АМЕРИКАХ. MEEHAN K., KLENK N.L., MENDEZ F. The geopolitics of climate knowledge mobilization: Transdisciplinary research at the science-policy interface (s) in the Americas // Science, technology & human values. - 2018. - P. 1-26. - DOI: 10.1177/016224391774560.

Ключевые слова: эпистемные географии; ко-производство знаний; международные научные программы; интерфейс науки и политики; социотехнические мнимости; шкала; наука об устойчивом развитии (sustainability science1); Колумбия.

Климатология и наука об устойчивом развитии, по словам авторов из США, Канады и Колумбии, стали более интернациональными по своим масштабам и трансдисциплинарными по характеру. Подобные изменения обусловлены растущими ожиданиями того, что научное знание будет непосредственно влиять на коллективные действия и изменения в обществе. В своей статье авторы отказываются от подобных идеализированных моделей взаимодействия науки и политики, чтобы на конкретных примерах проанализировать, как протекает процесс мобилизации знаний при принятии решений и его зависимость от геополитических факторов

(с. 1).

Трансдисциплинарное исследование определяется как модель ко-производства знаний, предполагающее вовлечение представителей общественности в планирование и проведение исследований, а также применение полученных результатов (с. 3-4). Режим трансдисциплинарного знания меняет саму практику науки и дает надежду на «демократизацию» взаимодействия науки и общества и легитимацию научных результатов и их применения.

1 Наука об устойчивости - это новая академическая область, датой рождения которой можно считать 2001 г. Она сосредоточена на изучении взаимодействия между людьми, окружающей средой и инженерными системами. Ее задача -понять и внести вклад в решение сложных вызовов, которые угрожают будущему человечества и единству систем, обеспечивающих жизнь на планете. К таким вызовам относятся: изменения климата, утрата биологического разнообразия, деградация воды и земли и пр. - Прим. реф.

Наука об изменении климата кажется авторам особенно подходящей для изучения этих процессов, учитывая ее пространственные рамки (одновременно глобальные и региональные), с одной стороны, и необходимость совмещать политико-релевантные и локально специфические результаты - с другой.

Идентификация «социотехнических мнимостей» (sociotech-nical imaginaries) трансдисциплинарной науки - один из способов лучшего понимания ее неявных правил, эпистемной географии и потенциальных конфликтов. Ш. Джасанофф и С.Х. Ким1 определяют социотехнические мнимости как «коллективно разделяемые и реализуемые видения желательного будущего (или сопротивление нежелательному), которые опираются на общее понимание форм социальной жизни и социального порядка, которые достигаются и поддерживаются благодаря успехам в науке и технологии» (цит. по: с. 5). Важно, что определение этого концепта как коллективной социальной практики и деятельности привязывают его «к инструментальному политическому действию, иными словами, к политике» (цит. по: с. 5).

В статье исследуются способы, с помощью которых трансдисциплинарное знание мобилизует и ко-производит интерфейс науки и политики в различных географических контекстах, имеющих место в Северной и Южной Америке. В качестве объекта своего исследования авторы выбрали программу, участниками которой они сами и являются. Региональная сеть прикладных исследований (NEXUS) Фулбрайта - это трансдисциплинарная исследовательская программа, спонсируемая совместно Госдепом США и Министерством образования Бразилии. Ее цель - изучение изменений климата, энергетических ресурсов и состояния здоровья населения в Западном полушарии. NEXUS объединила исследователей и социальных акторов из всех регионов Америки, включая самые богатые и самые бедные страны.

Авторы использовали этнографический и интерпретативный подходы для сбора данных и их анализа. Они опирались на собственный опыт и еще на два типа материалов: интервью с участника-

Jasanoff Sh., Kim S.-H. Containing the atom: Sociotechnical imaginaries and nuclear regulation in the US and South Korea // Minerva. - 2009. - Vol. 47, N 2. -P. 119-146.

ми и руководителями программы (30 человек); статьи, проекты и отчеты (с. 7).

Авторы рассматривали мобилизацию трансдисциплинарного знания на трех уровнях ко-производства: глобальном уровне; уровне страны - государства; уровне конкретных участников. Во-первых, их интересовало, как универсальное и «глобальное» видение мобилизации знания воспроизводится в дизайне программы и ожиданиях от NEXUS. Во-вторых, они изучали «национальные социо-технические мнимости (образы)» трансдисциплинарности как механизма национального экономического развития, используя в качестве примера Колумбию. В-третьих, они рассматривали геополитику мобилизации знания на индивидуальном уровне.

NEXUS была принята в 2010 г. на встрече представителей Госдепа США и директоров Комиссии Фулбрайта из Латинской Америки. Политика, связанная с изменениями климата, быстро стала одним из ее центральных пунктов. В отличие от своих предшественниц, которые были «глобальными» по мандату и масштабу, NEXUS приняла региональную модель (с. 9). Руководство надеялось, что общее местожительство будет способствовать сотрудничеству и улучшит результаты мобилизации знания. Региональная направленность программы нашла отражение и во включении Бразилии в 2014 г. в ее финансирование, что увеличило численность бразильских участников (ученых и чиновников). Тем не менее многие называют NEXUS «американской программой» (имея в виду США), поскольку она представляет нормы, стандарты и ожидания научных институций США.

С самого начала NEXUS задумывалась как способ наладить взаимодействие между наукой и политикой и открыть двери для молодых ученых, заинтересованных в этом взаимодействии, практическая направленность которых ценится в меньшей степени в академической культуре. Образ NEXUS поддерживался сильной верой в то, что вовлечение стейкхолдеров приведет к более эффективным политическим результатам и мобилизации знаний. Но на практике, хотя NEXUS и отдает предпочтение трансдисциплинарному подходу, она воспроизводит базовую модель международного научного сотрудничества, когда научные теории и доллары текут с Севера, чтобы быть «использованными» в социокультурном и природном контекстах Юга.

Таким образом, программа NEXUS продвигала определенный социотехнический образ мобилизации знания для решения политических задач. Авторы выделяют следующие характеристики этого образа: «... имплицитно ожидалось, что регион станет географической единицей научного партнерства; предполагалось, что включение вненаучных акторов поможет добиться больших политических результатов; наконец, что проблемы изменения климата, состояния здоровья населения и устойчивости среды легко поддадутся трансдисциплинарному изучению и коррекции» (с. 12). Далее авторы показывают, насколько опыт участников программы отличается от этого идеала. На практике они столкнулись с многообразием интерфейсов наука-политика, включая укоренившиеся национальные приоритеты и политэкономические императивы.

Начиная с 1990-х годов Колумбия все больше продвигает и институционализирует трансдисциплинарную науку. Колумбийское правительство оправдывает вложения в трансдисциплинарные инициативы и научную инфраструктуру как средство для ускорения экономического роста и конкурентоспособности. Приоритет оно отдает прикладным исследованиям, способным относительно быстро выйти на рынок. Поэтому участники NEXUS, работающие в Колумбии, неизбежно столкнулись с доминирующим здесь образом «полезной» науки (с. 13).

С принятием проекта «Научная Колумбия» (2015-2025) правительство институционализировало свое видение науки, которая должна наладить международные связи, способствовать инновациям в производственном секторе и создавать технологии, готовые для выхода на рынок. Национальные социотехнические мнимости селективно ограничивают типы знания, которые могут быть мобилизованы в интерфейсе науки и политики, что во многом зависит от геополитических факторов. В Колумбии, например, модель развития с опорой на добычу полезных ископаемых приводит к приоритету прибыльных и ориентированных на экспорт проектов. Это мало радующая реальность с точки зрения изменения климата, здравоохранения и исследователей, занимающихся проблемами устойчивости окружающей среды.

Анализ интервью показал, что существует многообразие интерфейсов науки и политики, которые создаются локальным социальным устройством и глобальными, доминирующими идеями и

практиками. Кроме того, он обнаружил ограничения, существующие в реальной жизни для политиков, принимающих решения, и опроверг любые «рационалистские» и деполитизированные описания. «Для ученых, цель которых объединить знания о климате с политическим действием и общественными трансформациями (ключевой мотив NEXUS и родственных программ типа "Будущая Земля"), важно понимать, что геополитические условия формируют сами пути мобилизации знания, включая то, какие типы знания считаются приемлемыми, ценными или переводимыми в политику...» (с. 16).

Говоря о геополитике мобилизации знаний на индивидуальном уровне, авторы обратили внимание на соотношение глобального и национального дискурсов. Многие участники программы были фрустрированы тем приоритетом, который отдавался ученым, бегло говорящим по-английски, и слиянием академического и национального языков. С одной стороны, производство знания на английском языке способствует его распространению в «глобальном» научном сообществе, но с другой - мешает его использованию на языке стейкхолдеров, поведение которых это исследование и призвано было изменить. Чувство тревоги вызывало еще и происходящее параллельно принятие гегемонии англо-американских норм и стандартов, которые импортируются через язык.

В отличие от большинства трансдисциплинарных программ, ожидалось, что ученые и стейкхолдеры NEXUS будут нести свою национальную культуру и обмениваться ею с другими. Использование же английского языка не только дает лицензию на импорт традиций, эпистемных верований и норм исследовательской практики, но и маргинализирует науку на местных языках. Оно также служит для воспроизводства социоэкономических и классовых разделений.

Участники программы обращались к разным метафорам, чтобы описать процесс мобилизации знания. Некоторые из них использовали позитивные и идеализированные ассоциации («фантастический», «удивительный»), другие же описывали интерфейс науки и политики в терминах «бездны» или «стены». Самая большая «трещина» возникала, когда ученые NEXUS непосредственно взаимодействовали с политиками, чтобы получить разрешение на исследование, финансирование или доступ к данным. «Если вы ре-

ально не близки с политиками, получить разрешение очень трудно, и не важно, насколько хорош ваш проект», - объяснял один из респондентов (цит. по: с. 18).

Идея прямого доступа к принятию политических решений относится к идеальной модели взаимодействия науки и политики, согласно которой исследователи, отвечая на запрос общества, продуцируют полезное знание, опираясь на которое политики принимают верное решение. Геополитический подход к мобилизации знания предполагает, что «дорога», связывающая исследование с политикой, не прямая и не единственная. «Пример NEXUS показывает, как социотехнические мнимости отражают разнообразные конструкции пространства и социального порядка, - факт, который текущие модели трансдисциплинарной науки об устойчивости, в их претензии продуцировать универсальное знание, не способны принимать во внимание» (с. 19).

Переход к трансдисциплинарным исследованиям многое обещал с точки зрения перевода знаний о климате и устойчивом развитии в политическое действие. Однако доминантные модели трансдисциплинарных интеракций отдают предпочтение деполити-зированной версии мобилизации знания, очищенной от географической и политической специфики. Реализуя свой геополитический подход, авторы описали, как научное знание ко-производится и циркулирует на множественных уровнях в «мире продолжающегося неравенства и доминирования» (с. 20).

Т. В. Виноградова

2018.02.014. КАРТИРОВАНИЕ ВЛАСТИ ПРОФЕССОРОВ ПРАВА / БЮХЛМАН Ф., БЕНЦ П., МАХ А., РОССЬЕР Т. Mapping the power of law professors: The role of scientific and social capital / Bühlmann F., Benz P., Mach A., Rossier Th. // Minerva. -2017. - Vol. 55, N 4. - P. 509-531. - Mode of access: https://doi.org/10.1007/s 11024-017-9333-1

Ключевые слова: профессора права; академическое поле; научный капитал; социальный капитал; научное знание.

В своем исследовании, основанном на выборке швейцарских профессоров права, группа социологов из Швейцарии сравнила две теории распределения власти в среде ученых: 1) теорию П. Бурдье