Хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка: проблемы законодательной регламентации и квалификации

Хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка: проблемы законодательной регламентации

и квалификации

В статье осуществлено исследование категорий «сопротивление» и «применение насилия»; дана правовая оценка разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений»; представлена авторская позиция относительно квалификации хулиганства, связанного с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка; проведено его отграничение от применения насилия в отношении представителя власти и предложены пути оптимизации ч. 2 ст. 213 УК РФ.

Ключевые слова: хулиганство, сопротивление, применение насилия, представитель власти, причинение тяжкого вреда здоровью, общая норма, специальная норма.

A.V. Kuzmin, Competitor of a Chair of Criminal Law and Procedure of the North-Caucasian Federal University;e-mail: kuzminanton@lenta.ru;

A.V. Tochka, Post-graduate of the ^air of Criminal Law and Criminology of the Kuban State University; e-mail: KKANSB@mail.ru.

The hooliganism connected with resistance to the authority or other person, fulfilling duties on protection of public order or stopping violation of public order: problems of legislative regulation and qualification

In the article research of the categories «resistance» and «violence application» is carried out; the legal assessment is given to explanations of Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation «About jurisprudence on criminal cases about hooliganism and other crimes committed from hooligan motives»; the author's position concerning qualification of the hooliganism connected with resistance to the authority or other person, fulfilling duties on protection of public order or stopping violation of public order is presented; the delimitation of this type of hooliganism from violence application concerning the authority is carried out and ways of optimization of p. 2 Art. 213 of the Criminal Code of Russian Federation are offered.

Key words: hooliganism, resistance, violence application, authority, causing heavy harm to health, general norm, special norm.

Кузьмин Антон Владимирович

соискатель кафедры уголовного права и процесса Северо-Кавказского федерального университета

Точка Андрей Валентинович

аспирант кафедры уголовного права и криминологии Кубанского государственного университета _

Как известно, ч. 2 ст. 213 УК РФ предусматривает такой квалифицирующий признак хулиганства, как совершение его с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресека-

ющему его нарушение. Таким образом, данная норма сконструирована законодателем как частично специальная по отношению к ст. 318 УК «Применение насилия в отношении представителя власти».

97

На наш взгляд, подобный законодательный опыт требует дополнительного теоретико-прикладного осмысления.

Немаловажным для легитимного вменения рассматриваемого квалифицирующего признака является уяснение содержания категории «сопротивление». Хулиганство, сопряженное с сопротивлением, является сложным преступлением, т.к. оно складывается из двух деяний -хулиганства и сопротивления. Что касается хулиганства, его дефиниция определена в законе в ч. 1 ст. 213 УК. Сложнее обстоит дело с толкованием термина «сопротивление».

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ под сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка, следует понимать «умышленные действия лица по преодолению законных действий указанных лиц, а также действий других граждан, пресекающих нарушение общественного порядка, например при задержании лица, совершающего хулиганство, его обезоруживании, удержании или воспрепятствовании иным способом продолжению хулиганских действий» (п. 8 постановления) [1].

Под сопротивлением необходимо понимать оказание указанным лицам активного противодействия. Это может выражаться в том, что лицо вырывается из рук задерживающих, хватается за различные предметы, чтобы помешать вывести его из помещения, угрожает применением насилия или фактически применяет физическое насилие и т.п. Таким образом, сопротивление может быть как насильственным, так и ненасильственным. При этом оно должно являться непосредственным продолжением хулиганства, его составной частью, и разрыв во времени между этими действиями отсутствует. Если же сопротивление совершено после прекращения хулиганских действий в связи с последующим задержанием преступника, содеянное должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 213 УК РФ и по совокупности с соответствующими преступлениями против порядка управления (ст. 317, 318, 319 УК).

Следовательно, категория «сопротивление» включает в себя более широкий круг противоправных действий, нежели категория «применение насилия». Представляется, что это не вполне оправданно как с точки зрения терминологического единства, так и с позиции теоретических основ конструирования специальных составов преступлений в УК РФ. Кроме того, думается, что создавшаяся ситуация являет собой пример низкого уровня законодательной техники и архаизмов в УК РФ. Дело в том, что сопротивление как преступное деяние было в свое время закреплено в ст. 1911 «Сопротивление работнику милиции или народному дружин-

нику» УК РСФСР [2]. Поэтому вполне логичен был и соответствующий квалифицирующий признак хулиганства. В действующем же УК в ст. 318 УК используется иная терминология -«применение насилия». В связи с этим считаем более целесообразным переход к унифицированной, соответствующей лексике современного закона терминологии с отказом от крайне неопределенной категории «сопротивление» в пользу категории «применение насилия».

Кроме того, обращает на себя внимание и то, что сопротивление представителю власти, связанное с хулиганством, не всегда влечет наступление более строгой уголовной ответственности, хотя в этом, на наш взгляд, и заключается смысл формирования специальной нормы. Усиление наказания усматривается лишь в случае применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, поскольку санкция ч. 2 ст. 213 УК предусматривает до семи лет лишения свободы (по сравнению с пятью годами по ч. 1 ст. 318 УК). Что же касается применения насилия, опасного для жизни и здоровья, то санкция ч. 2 ст. 318 УК значительно строже, нежели ч. 2 ст. 213 УК (соответственно десять и семь лет лишения свободы). Подобная ситуация порождает резонный вопрос об обоснованности конструирования рассматриваемого квалифицирующего признака в ч. 2 ст. 213 УК. Думается, что для его выделения нет ни криминологических, ни уголовно-правовых оснований, и мы полагаем, что оказание сопротивления представителю власти надлежит исключить из числа квалифицирующих хулиганство признаков.

Его наличие ставит и некоторые вопросы квалификации. Исходя из буквы закона, совершение хулиганства, связанного с сопротивлением представителю власти, в результате которого будет применено насилие, опасное для жизни и здоровья, требует квалификации содеянного по совокупности, а именно по ч. 2 ст. 213 УК и ч. 2 ст. 318 УК РФ. На это прямо указывают и комментарии к УК РФ: «Оказание сопротивления представителям власти с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, в процессе совершения хулиганства должно квалифицироваться по совокупности ст. 213 и ч. 2 ст. 318 УК» [3, с. 253]. Однако в данном случае налицо двойное вменение, что нарушает принцип справедливости (ч. 2 ст. 6 УК). Оказание же сопротивления представителям власти с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, в процессе хулиганства полностью охватывается ч. 2 и не требует дополнительной квалификации по совокупности со ст. 318 УК [3, с. 253].

Вместе с тем, Пленум Верховного Суда РФ, вопреки устоявшимся правилам квалификации преступлений, дает рекомендацию, с которой трудно согласиться: «Хулиганские действия,

98

ОБЩЕСТВО И ПРАВО • 2013 • № 4

связанные с сопротивлением представителю власти, в ходе которого применено насилие, как опасное, так и неопасное для жизни и здоровья, следует квалифицировать по совокупности ч. 2 ст. 213 и ст. 318 УК» (п. 9 постановления) [1]. Ему вторят и авторы одного из учебников: «Хулиганские действия, сопряженные с сопротивлением представителю власти, если при этом применено насилие, неопасное или опасное для жизни и здоровья, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 213 УК и соответствующей частью ст. 318 УК» [4, с. 254].

Думается, что в данном случае все же нет оснований для отказа от устоявшихся канонов уголовно-правовой доктрины и правоприменительной практики, и, соответственно, п. 9 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ нуждается в уточнении.

В случае когда сопротивление оказывалось гражданину и было сопряжено с причинением вреда его здоровью (лишением его жизни), оно должно квалифицироваться по совокупности с соответствующи-ми преступлениями против личности (п. 11) [1]. Однако такое толкование Пленума Верховного Суда РФ представляется неточным. Думается, что нанесение побоев или легкого вреда здоровью гражданина должно охватываться составом хулиганства и не требовать дополнительной квалификации по ст. 115 и 116 УК.

Осуществление насильственного посягательства на представителя власти, совершенное из хулиганских побуждений, но не сопровождаемое грубым нарушением общественного порядка (нанесение побоев участковому инспектору в квартире во время обхода) состава хулиганства не образует и квалифицируется только по соответствующей части ст. 318 УК РФ.

Наряду с насилием, хулиганские действия часто сопровождаются оскорблениями в адрес представителей власти, пресекающих нарушение общественного порядка. Указанные действия являются одним их органичных проявлений хулиганства и, соответственно, не требуют отдельной квалификации. Ни степень обще-

1. О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений: постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 нояб. 2007 г. № 45. URL: http://www.consultant.ru/ (дата обращения: 28.09.2013).

2. УК РСФСР. М., 1969.

3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. А.А. Чекалин. М., 2007.

4. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учеб. 2-е изд., исправ. и доп. / под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. М, 2009.

ственной опасности, ни объективная сторона этого преступления не содержат в себе каких-либо специфических особенностей, наделяющих его качественно отличными признаками в сравнении с основным составом хулиганства. Квалификация по ст. 213 и ст. 319 УК возможна лишь в случае реальной совокупности указанных преступлений.

Подводя итог анализу конструктивных особенностей хулиганства, связанного с сопротивлением представителю власти, необходимо подчеркнуть его несостоятельность, которая явилась результатом допущенного законодателем нарушения ключевых принципов построения уголовного закона: во-первых, формируя этот квалифицирующий признак, законодатель проигнорировал требование о соотношении общей и специальной нормы (ч. 2 ст. 213 и 318 УК); во-вторых, не выдерживает критики объединение в рамках одного квалифицирующего признака таких разноплановых категорий, как соучастие в преступлении (группа лиц по предварительному сговору, организованная группа) и «специальный» потерпевший (представитель власти, иное лицо, осуществляющее функции по охране порядка или пресекающее нарушение общественного порядка); в-третьих, уравнивая ответственность за сопротивление представителю власти, иному лицу, осуществляющему функции по охране порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, законодатель нивелирует тем самым смысл конструирования данного квалифицирующего признака.

В этой связи предлагается новая редакция ч. 2 ст. 213 УК:

«2. То же деяние, связанное с применением насилия в отношении лица, осуществляющего охрану общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка, -

наказывается...

3. Деяния, предусмотренные частью первой или второй настоящей статьи, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, -

наказываются...».

1. About jurisprudence on criminal cases about hooliganism and other crimes committed from hooligan motives: resolution of Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation of Nov. 15, 2007 № 45. URL: http://www.con-sultant.ru/ (adress date: 28.09.2013).

2. The Criminal Code of RSFSR. M, 1969.

3. The comment to the Criminal code of the Russian Federation / ed. by A.A. Tchekalin. M, 2007.

4. Criminal law of the Russian Federation. Special part: textbook. ed., cor. and ad. / ed. by L.V. Inogamova-Hegay, A.I. Rarog, A.I. Chucha-yev. M, 2009.

99