Владимир Путин скрестил женщин с футболистами

7 марта президент России встретился с женщинами, которые попросили его вернуть им институт санпросвета и пропаганды здорового образа жизни. В ответ Владимир Путин рекомендова вернуть мужчинам право бесплатного просмотра футбольных матчей (подробнее — на стр. 1 и 18). Специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ порадовался за тех, и за других.

В Александровском зале Кремля женщины появились за несколько минут до президента. До этого их старались сохранить в девственной чистоте, не давая возможности журналистам поговорить с ними. Об этом очень просили сами дамы. Они берегли себя для встречи с президентом.

За круглым столом сидели руководители общественных организаций, дошкольных учреждений... Татьяна Шарыпова — патронатный воспитатель. Татьяна Боровикова работает председателем общественной организации "Много деток — хорошо!". Ирина Полежаева на этой встрече, сидя за столом, иллюстрировала эту мысль: ее пригласили как многодетную мать. Впрочем, судя по ее бледному и слегка растерянному виду, у нее самой уверенности в этом девизе не было никакой.

Владимир Путин поговорил с женщинами на интересную для них тему — о материнском капитале.

— Не знаю,— сказал он им,— как вы это ощущаете, насколько, по вашему мнению, это эффективно, но первое впечатление такое, что отдача должна быть.

Под отдачей он имел в виду, что за материнский капитал женщины страны рассчитаются с ее руководством живым товаром.

Господин Путин предложил дамам высказывать идеи и предложения. Идеи и предложения не заставили себя ждать. Идея члена Общественной палаты Александры Очировой состояла в том, чтобы поблагодарить Владимира Путина за то, что он вносит "стратегические начала в нашу внутреннюю и внешнюю политику", и за то, что рассказывает о них в посланиях к народу РФ.

Людмила Котик, главврач Тульской областной детской больницы, заявила, что все меры для повышения рождаемости и снижения смертности провалятся, если форсированными темпами не повысить уровень санитарной культуры населения.

— Всероссийский совет по санитарному просвещению в советское время был очень хорошей организацией,— заявила эта довольно молодая женщина, которая знала про санпросвет в лучшем случае из газет и одноименного бюллетеня, так как ни в какой другой реальности признаков существования этой организации обнаружить было невозможно.— Очень важно вновь вооружить нацию знаниями о здоровом образе жизни! Владислав Юрьевич Сурков горячо поддержал нашу идею! — с жаром воскликнула она (впрочем, вряд ли господин Сурков будет благодарен ей за упоминание его фамилии всуе в таком непредвиденном контексте. А может, и, наоборот, будет тронут.— А. К.).— Дмитрий Анатольевич (первый вице-премьер Дмитрий Медведев.— Ъ) поддержал!

Странно, что в этом списке не оказалось первого вице-премьера Сергея Иванова, за которым реальная промышленность. Наверное, вылетело из головы от волнения.

Воссоздание системы всероссийского санпросвета осталось поддержать только господину Путину. Людмила Котик сделала все для того, чтобы это случилось немедленно.

— Руководитель нашего государства не имеет вредных привычек...— произнеся эти слова, она со странным ожиданием посмотрела на президента, словно на самом деле не до конца была уверена в этом; и он, помедлив, легким кивком головы подтвердил: нет, не имею.— Занимается зимними и летними видами спорта! Прекрасно выглядит (еще один легкий подтверждающий кивок со стороны президента.— А. К.)!.. Это очень важно для подрастающего поколения!

Казалось, дело сделано, и санпросвет у госпожи Котик, так сказать, в кармане.

— А вы где работаете? — спросил президент России.

— Мы с вами знакомы уже много лет,— оскорбилась она,— если вы не помните! И мы вас в свое время решительно поддержали...

Она дала понять, что еще неизвестно, как бы все сложилось у господина Путина без этой поддержки. Впрочем, она так и не сказала, где работает.

— Это создается как общественная организация? — спросил президент.

— Может, вернуться к системе, которая в Советском Союзе существовала? — с надеждой переспросила она, опять не ответив на вопрос. Ответ для нее был гораздо важнее вопроса.

На этот раз не стал ничего отвечать господин Путин. За него сказала президент фонда "Семья России" Алла Кузьмина.

— А мне кажется,— сказала она,— надо использовать те структуры, которые уже работают сейчас.

Фонд "Семья России", надо полагать, не последний в списке этих структур.

— Ну нет! — решительно произнесла госпожа Котик.

— Человек приходит в этот мир не сам по себе. Он приходит от таинства духа между мужчиной и женщиной,— аргументировала Алла Кузьмина, и эту версию прихода в мир следовало признать оригинальной.

— Ваш, Владимир Владимирович, пример как семьянина очень важен для России! — продолжила госпожа Кузьмина.— Без семьи мы не сможем двигаться дальше! Нужен информационный проект по поддержке идеи семьи! Это должна быть хотя бы одна передача о семье!

Она не уточнила, в день или в год.

— Вот была "Семья Журбиных"...— вспомнила она о многосерийном советском фильме.— Фильм о любви и ненависти...

Она остановилась, поняв, очевидно, что она зря сделала этот шаг, который отделяет одно от другого. Про ненависть в семье и так снимается сейчас много сериальных продуктов.

— Это фильм о династии! Надо пропагандировать семейные династии! — продолжила она.

— Я, во-первых, говорил об этом в своем послании...— увлекся было господин Путин самоцитированием (впрочем, в компании, где не процитировать президента России считалось верхом неприличия, невозможно было, видимо, удержаться от этого соблазна). Но тут он сбился, потому что начал рассказывать дамам об одном селе, история которого насчитывает более трехсот лет:

— Люди жили в одной деревне, ходили в одну церковь, были все друг у друга на виду... И так 300 лет!

Ну хотя бы о санпросвете забыли.

Все это время в соседнем зале президента ждали члены совета по реализации национальных проектов. Около получаса они пили чай в Георгиевском зале Кремля. Здесь были лидеры думских фракций, губернаторы, министры.

Лидер ЛДПР не отходил от министра здравоохранения и социального развития Михаила Зурабова. Сначала они о чем-то мирно беседовали. Господин Жириновский говорил министру, что есть какая-то область, где никаких проблем с лекарствами нет, и вот надо распространить опыт этой области на всю России. Судя по выражению лица Михаила Зурабова, он категорически не верил в возможность существования такой области.

— Кто-то должен понести наказание за сегодняшнюю ситуацию с лекарствами? — спросили журналисты министра.

— А кого наказывать? — переспросил господин Зурабов.

Он даже как будто бы оглянулся вокруг в поисках такого человека и что-то не нашел его.

— Наказывать тут некого,— продолжил он уже спокойнее.— Кто должен пострадать, если соответствующие средства не были предусмотрены законом на эти лекарства? Кого наказывать?

— Некоторые считают, что вас,— сказал кто-то.

— Если это успокоит общественное мнение,— с нервной улыбкой на лице произнес господин Зурабов,— я бы это с удовольствием сделал.

То есть он намерен получить от своей отставки еще и удовольствие.

После этого господин Зурабов все-таки нашел крайнего в этой проблеме. Виноватыми оказались регионы.

— Долго рассказывать, что надо делать...— поморщился он.— Лекарства есть, проблема имеет сугубо финансовый характер. Средства Фонда обязательного медицинского страхования были предусмотрены в размере 41 млрд рублей, но субъекты не запрашивали их, поскольку считали, что могли направить их на другие расходы по здравоохранению...

Довольно быстро интерес к объяснениям Михаила Зурабова растаял. От него отошли и журналисты, и даже Владимир Жириновский. Я подошел к Сергею Нарышкину и спросил его, как он относится к тому, что назначение вице-премьером автоматически сделало его еще одним потенциальным преемником господина Путина. Сергей Нарышкин выслушал эти слова с большим вниманием и даже, казалось, участием.

— Да лучше бы не говорить об этом,— вздохнул он.

— Для кого лучше? — спросил я.

— Для меня лучше,— честно признался он.

— Но все равно уже все говорят с тех пор, как вас назначили вице-премьером.

— Честно говоря, для меня самого это назначение было такой неожиданностью...— как-то слабо улыбнулся он мне.

Так улыбаются интеллигенты в пятом поколении, когда видят хулигана в темной подворотне.

— Так я не люблю эту тему...— продолжил он.— Но я вам обещаю, по крайней мере, вот что: своего пресс-секретаря у меня нет и не будет.

Это была непростая мысль. С одной стороны, это мог быть намек на других вице-премьеров, которые не испытывают недостатка в пресс-секретарях. С другой (и скорее всего) — он хотел сказать, что не собирается, работая в правительстве, вести предвыборную кампанию. Ну и наконец, нельзя же полностью исключить, что Сергей Нарышкин подразумевал: став президентом, он обойдется без пресс-секретаря.

— У вас монархическая фамилия. Это случайность или вы — цветущая ветвь генеалогического древа? — спросил я.

— Я на этот вопрос отвечаю так: на досуге пойду посмотрю, покопаюсь в архивах...— сказал Сергей Нарышкин и неожиданно подмигнул мне.

То есть он давал понять, что на самом деле уже давно покопался и все нашел, но говорить об этом не считает нужным.

Если бы господин Нарышкин и правда был включен в гонку преемников, то после короткого разговора этот ироничный умный человек прибавил бы себе довольно много очков в моих глазах.

Все это время господин Путин разговаривал с другими женщинами в Александровском зале и в Андреевский зал, где сидели члены совета по нацпроектам, пришел с опозданием. На заседании, которое медленно и печально двигалось от начала к концу, президент говорил, что "концепция демографической политики должна быть востребована обществом, понятна ему и опираться на активность (прежде всего, давайте будем реалистами, все-таки сексуальную.— А. К.) самих граждан".

Господин Медведев зачитал справку размером в доклад о ходе реализации демографического проекта, познакомив членов совета с "оперативными данными по рождаемости и снижению смертности, которые наметились в первые недели 2007 года. Это неплохие цифры... В январе этого года родилось детей на 14,7% больше, чем в январе предыдущего года... Смертность... на 9% меньше". И то и другое стало возможным, как я понял, благодаря материнскому капиталу. Впрочем, возможно, я чего-то и не уловил, так как следить за красной нитью доклада становилось все невыносимей.

Завершив доклад, Дмитрий Медведев хотел вернуться на свое место, но президент жестом удержал его. Для чего-то он был еще нужен господину Путину. Он попросил госпожу Очирову, которая вместе с президентом перешла с одной встречи на другую, "сказать, пока Дмитрий Анатольевич на трибуне, что касается работы средств массовой информации в этом направлении". У президента был какой-то план, по которому он действовал, давая слово то одному, то другому человеку.

— С удовольствием! — воскликнула она.— Речь идет о пропаганде здоровой жизни, о создании структур, имевших место быть в рамках нашей бывшей страны, Советского Союза!..

То есть она опять говорила про всероссийский санпросвет. Других идей не было и, похоже, не могло быть.

— Дмитрий Анатольевич,— сказал господин Путин, держа в кулаке всю эту мизансцену.— Я обращаю ваше внимание на то... чтобы расширить возможности приема канала "Спорт".

— Мы рассмотрим это на комиссии по развитию телерадиовещания обязательно,— все-таки, видимо, не до конца понимая, что он должен сказать, произнес Дмитрий Медведев.

— И детский канал,— добавил президент.— Об этом уже давно мы говорим, но пока что реализации этих планов нет.

— Там готовы предложения, я через какое-то время могу вам доложить...— успокоил его первый вице-премьер.

— Хорошо. И мне бы очень хотелось, когда мы говорим о расширении этих возможностей, чтобы мы не сокращали то, что уже есть,— сказал президент.

Эта фраза была не понятна уже не только Дмитрию Медведеву, но, кажется, и никому в зале. Впрочем, господин Путин тут же расшифровал ее, и стало по крайней мере ясно, из-за чего он вообще все это начал.

— Как мне стало известно, "НТВ-плюс" вместе с Российским футбольным союзом, вместе с председателем Виталием Леонтьевичем Мутко чего-то намутили в очередной раз. Хотят у нас, у рядовых болельщиков,— президент сделал короткую паузу, давая возможность осознать присутствующим, что он имеет в виду себя,— отнять возможность бесплатного просмотра футбольных матчей! Теперь, судя по их договоренностям, рядовым болельщикам придется истратить деньги на приобретение оборудования, чтобы смотреть это (он правильно назвал то, что в телепрограммах анонсируется как матчи чемпионата России.— А. К) через "НТВ-плюс" и платить еще абонентную плату! Вы, пожалуйста, с ними...— он подбирал слово,— пообсуждайте.

— Хорошо, Владимир Владимирович,— привычным эхом откликнулся господин Медведев.— Я позову всех участников...

— А то мы, с одной стороны, говорим о необходимости пропаганды здорового образа жизни, спорта, семьи, материнства, а с другой стороны, переводим на коммерческую основу. Так, пожалуйста, давайте по сельскому хозяйству.

Доклад министра сельского хозяйства Алексея Гордеева после этих слов уже не имел никакого значения — по крайней мере, для сотрудников информагентств. Новость дня, а то и недели, к которой президент готовил участников совещания и журналистов, была озвучена в лучшем виде.