Роман со всеми остановками

Петербургская премьера "Анны Карениной", открывающая Х международный фестиваль "Мариинский", может стать гвоздем не только его балетной программы, но и всего петербургского сезона. Алексей Ратманский — единственный российский автор, ставший в ХХI веке мировой знаменитостью,— переносит на сцену Мариинского театра свой самый востребованный балет. Роль аристократки, разрушившей свою жизнь ради любви, исполнит самая женственная и непредсказуемая российская балерина — Диана Вишнева. А дирижировать балетом Родиона Щедрина, написанным им в 1972 году для Майи Плисецкой, будет сам Валерий Гергиев — к великому трепету артистов и ликованию балетоманов-меломанов. Конечно же, такое событие не пропустят и Плисецкая с Щедриным, создавшие один из главных балетных хитов 1970-х (после премьеры в Большом "Анна Каренина" в постановке Майи Плисецкой, Натальи Рыженко и Виктора Смирнова-Голованова прописалась еще в шести городах СССР и была увековечена телевидением). Впрочем, балет Ратманского знаменитая супружеская чета видела не раз — он оказался самым популярным спектаклем первого десятилетия нового века.

"Анну Каренину" Ратманский поставил в Датском Королевском балете в 2004 году. Заказ на постановку он получил, будучи солистом этой труппы, в пору своего нежного романа с Данией (в 2002 году королева Маргрет II одарила артиста титулом рыцаря Датского флага, а Королевский театр присвоил уникальное звание пожизненного солиста). А завершил балет уже в должности художественного руководителя балета Большого театра — Москва перехватила перспективного автора.

Несмотря на нестандартные обстоятельства, в этом балете нет и следа спешки или раздвоенности: "Анна Каренина" Ратманского — тщательно сконструированный, добротно поставленный и вполне традиционный балет-роман со всеми полагающимися атрибутами жанра: обстоятельно изложенным сюжетом, богатым оформлением и сильными актерскими ролями. Для любой балерины это спектакль-мечта: у Анны в нем целых десять дуэтов с Вронским. Да и с Карениным у нее есть возможность потанцевать: вопреки сложившейся традиции, у Ратманского рогоносец — фигура страдательная, а потому не просто расхаживает по сцене, а активно действует, хотя бы в кошмарах Анны. Хореограф вообще не склонен никого и ничего обличать: ни жестокость света, ни лицемерие морали, ни женский перфекционизм, ни мужскую готовность к компромиссам. В его спектакле все сконцентрировано вокруг любовной истории, психологическое (а вовсе не эротическое) развитие которой и управляет плотно сколоченным действием, в котором есть на что посмотреть и помимо интимной жизни Анны.

С невозмутимостью истинного новатора Ратманский выстраивает грандиозные пантомимные сцены, которые казались бы невозможными еще десяток лет назад. Его аристократы в длинных исторических платьях, фраках и мундирах запросто расхаживают по сцене, не подскакивая и не приплясывая, как диктовали правила советского "хореографического симфонизма". В театре, куда является Анна (заметьте: просто пешком, а не перебирая ногами в па-де-бурре и не сигая в па-де-ша), имеются настоящие ложи, в которых сидит публика, брезгливо лорнирующая отверженную,— и эта простота решения работает почище лобовых метафор. И в сцене скачек офицеры не галопируют в прыжках и не трусят рысью, изображая лошадей,— динамику событий передает почти кинематографическая смена планов статичной публики и проносящихся мимо наездников.

В этом балете вообще много от кино. Тут не тратят время на смену декораций, но и не обходятся минимумом аксессуаров. Сценограф Микаэль Мельби и видеохудожник Уэнделл Харрингтон нашли органичное сочетание материального и визуального. Место действия, будь то вокзал или зимний сад в петербургских апартаментах Анны, проецируется на задник, создавая видимость визуальной объемности, в которую вписываются необходимые сценические постройки. Один из самых эффектных эпизодов происходит в вагоне, выстроенном на сцене в натуральную величину и вращающемся вокруг своей оси: он являет публике то интерьер с дремлющими пассажирами, то свою внешнюю сторону — во время стоянки на полустанке, где и происходит первое объяснение будущих любовников.

После премьеры в Копенгагене эту "Анну Каренину", сделанную в жанре традиционного романа, столь редком в современном театре, захотели иметь в своем репертуаре сразу несколько европейских трупп. Балет Ратманского был перенесен в Хельсинки, Вильнюс, Варшаву и вот теперь доехал до Петербурга. Зрительский успех ему можно предсказать уже сейчас. Тем более что после Дианы Вишневой, словно созданной для этого балета, роль Анны собирается примерить и "божественная" Ульяна Лопаткина, которую, правда, трудно представить в роли падшей женщины и неврастенички; а также обольстительная красавица Екатерина Кондаурова, чуть ли не единолично отвечающая за всю эротику Мариинского балета.

Мариинский театр, 15 апреля, 20.00; 16 апреля, 19.00