Развитие зарубежного законодательства о защите конкуренции

УДК 346.546

РАЗВИТИЕ ЗАРУБЕЖНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ЗАЩИТЕ КОНКУРЕНЦИИ

В. Г1 Истоминкандидат юридических наук; доцент кафедры частного права

Уральской академии государственной службы

Рассматриваются содержание и динамика антимонопольного законодательства в ряде развитых государств мира, а также дается характеристика отдельных норм международного права в указанной сфере. Также отмечаются особенности антимонопольного регулирования в различных государствах.

Ключевые слова: доминирующее положение, антиконкурентные соглашения, контроль за экономической концентрацией.

Законодательство о защите конкуренции, применяемое в зарубежных государствах, прошло определенный исторический путь своего становления и развития, ознаменовавшийся формированием как национального законодательства, направленного на ограничение монополистической деятельности и пресечение недобросовестной конкуренции, так и международно-правовых норм в этой области. Считается, что первым специализированным антитрестовским законом был Закон Шермана, принятый в США 2 июля 1890 г. («Закон в защиту торговых и коммерческих отношений от незаконных ограничений и монополий»). Однако в юридической литературе отмечается, что еще в древнеримском законодательстве в кодификации Юстиниана «содержится титул «О монополиях, недозволенных соглашениях купцов, ремесленников, подрядчиков и их хозяевах». Один из законов (473 г.) направлен на устранение монопольных действий посредников. Другой закон (483 г.) запрещает любые монополии, любые соглашения, направленные на установление продажной цены товаров не ниже определенного уровня»1. В одном из статутов, принятых в 1624 году в Англии, указывалось: «Все монополии, все полномочия, пожалования, лицензии, хартии и патенты, сделанные или предоставленные до сих пор, или те, которые в будущем будут жаловаться любому лицу или лицам, политического или корпоративного характера для исключительной покупки, продажи, изготовления, выработки или использования какой-либо вещи... полностью противоречат законам королевства и поэтому являются недействительными»2. Но в целом следует признать справедливым тот факт, что развитие антимонопольного регулирования наблюдается с развитием товарно-денежных

отношений в период эпохи буржуазных преобразований и становления капитализма.

Закон Шермана впоследствии был дополнен рядом других нормативных актов, в частности, Законом Клейтона 1914 года и Законом о Федеральной торговой комиссии 1914 года. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что данные нормативные акты носят общий рамочный характер и не содержат раскрытия используемых в них терминов и выражений, за исключением ряда терминов, данных в Законе о Федеральной торговой комиссии. С другой стороны, это можно объяснить прецедентным характером американской правовой системы, где большая роль в раскрытии смысла и содержания правовых норм отводится судебным органам. Общая направленность данных законов сводится к запрещению монополизации торговли, а также любых договоров, союзов в любой форме или сговора с целью ограничения торговых или коммерческих отношений на территории нескольких штатов или в отношениях с иностранными государствами. Кроме того, установлен запрет на «недобросовестные методы ведения конкуренции в торговле или касающиеся торговли». Следует признать, что эти нормативные акты имели большое значение для развития антимонопольного регулирования, поскольку «указанные законы послужили основой для принятия таких широко известных и воспринятых затем нормотворческой практикой многих стран судебных решений, как решение о принудительном лицензировании в случаях неиспользования патента, решение о послепродажных ограничениях (теория исчерпания прав, основанных на патенте), решение о запрете создания патентных пулов и др.»3.

Большая роль в формировании нормативной базы антимонопольного регулирования в США принадлежит судебному правотворчеству. В частности, до сегодняшнего дня используется ряд правил, сформулированных судебными органами. Так, в 1898 году федеральным апелляционным судом было применено так называемое «правило разумности», согласно которому Закон Шермана может применяться только против «неразумных» корпораций. В развитие этой идеи федеральный окружной суд при разрешении дела «US v United Shoe Machinery Согр» установил, что Закон Шермана не распространяется на корпорации, обладающие монопольной властью, если таковая получена без применения незаконных методов или без намерения установить контроль над рынком или устранить существующих или потенциальных конкурентов. Еще одной доктриной, имеющей важное значение для применения антимонопольного законодательства в США, является идея, согласно которой сам по себе большой размер корпорации не является преступлением»4.

30 мая 1896 г. и 7 июня 1909 г. специальные законы о недобросовестной конкуренции были приняты в Германии. Они содержали запреты на осуществление действий, влекущих разглашение коммерческой тайны, введение в заблуждение, очернение конкурента. Между тем во Франции длительное время основную роль в борьбе с недобросовестной конкуренцией играла судебная практика. Так, А. И. Каминка, занимаясь в начале прошлого века сравнительным анализом французской и немецкой системы борьбы с недобросовестной конкуренцией, отмечал, что «французская судебная практика проявила огромную энергию в этой борьбе, не имея на своей стороне, строго говоря, поддержки законодателя. Немецкий суд обнаружил в этом вопросе большую сдержанность. Но, считаясь с этим, германский законодатель счел себя вынужденным взять в свои руки эту борьбу. Какая из этих двух систем более целесообразная?... Путь судебной борьбы представляется менее совершенным. Прежде всего трудности ее обуславливаются тем, что часто недобросовестность проявляется в пользовании тем, что, казалось бы, составляет право данного лица. Далее неудобства этого пути заключаются в том, что он ставит борьбу в полную зависимость от частной инициативы»5. В 1957 году в Германии был принят закон «Об отмене ограничений в конкуренции», запрещавший зло-

употребление господствующим положением на рынке, а также соглашения, направленные на ограничение конкуренции, в том числе путем установления или поддержания определенных цен, раздела рынков сбыта продукции, предоставления исключительных прав посредничества. Впоследствии нормы данного закона были дополнены положениями о контроле за слияниями крупных компаний путем предварительного уведомления о слиянии контролирующего органа, а также были уточнены критерии доминирующего положения и установлена возможность доказывания его отсутствия, несмотря на наличие формального критерия в виде доли рынка.

Новый закон против недобросовестной конкуренции вступил в силу в Германии 8 июля 2004 г. Основное положение § 1 данного закона гласит: «Кто в предпринимательской деятельности в целях конкурентной борьбы предпринимает действия, нарушающие принятые нормы и правила, может быть за упущения и нанесение ущерба привлечен к ответственности». Нормы современного немецкого законодательства распространяются на такие сферы, как сотрудничество между хозяйствующими субъектами, их деятельность по объединению, использование ими господствующего положения в экономике. Антимонопольное законодательство запрещает горизонтальные соглашения, за исключением тех, которые могут способствовать улучшению экономической ситуации и развитию конкуренции. Слияния крупных компаний требуют обязательного уведомления административных органов (Федеральной службы картелей). При этом слияние компаний запрещается, если предполагается, что оно «создает или усиливает доминирующее положение».

Во Франции в настоящее время действует ордонанс от 1 декабря 1986 г. «О свободе установления цен и свободной конкуренции». Кроме того, отдельные нормы, посвященные борьбе с проявлениями недобросовестной конкуренции, содержатся в нормах французского Гражданского кодекса (например, ст. 1382, 1383 ФГК). В литературе применительно к данному закону справедливо отмечается, что «главная ценность закона - простота его понимания для предприятий и надзорных и судебных органов. Он основывается на базовом положении: конкуренция не является самоцелью, она является средством регулирования экономики»6. Основные направления

Проблемы и вопросы гражданского права

антимонопольного регулирования по законодательству Франции - контроль за злоупотреблением доминирующим положением со стороны хозяйствующих субъектов, за антиконкурентными соглашениями, а также сделками экономической концентрации. При этом юридическая форма картельного соглашения значения не имеет.

В отечественной литературе в целом обоснованно указывается на то, что для правовой системы США характерен термин «антитрестовское право», куда входят и нормы о регулировании недобросовестной конкуренции. Европейское же законодательство идет по пути разграничения норм антимонопольного права и законодательства о недобросовестной конкуренции7. Отметим, что российское законодательство в ст. 2 Федерального закона от 26 июля 2006 г. «О защите конкуренции» использует термин «антимонопольное законодательство», которое включает в себя различные федеральные законы, регулирующие отношения, связанные с защитой конкуренции, предупреждением и пресечением монополистической деятельности. Это позволяет с определенной долей условности утверждать, что отечественный законодатель к данному понятию относит как нормы, связанные с регулированием монополистической деятельности, так и нормы, касающиеся защиты от недобросовестной конкуренции.

В последние годы все большая роль принадлежит международно-правовому регулированию экономических отношений. В этой связи стоит отметить, что правовую базу для формирования и унификации национального законодательства различных стран в сфере защиты конкуренции заложили Парижская Конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 г. и Договор об учреждении Европейского экономического сообщества от 25 марта 1957 г.

В ст. 1 Парижской Конвенции, ратифицированной СССР 19 сентября 1968 г., в качестве объекта промышленной собственности указано пресечение недобросовестной конкуренции, а в ст. 10 bis называются отдельные виды недобросовестной конкуренции, в том числе действия, связанные с незаконным использованием чужих средств индивидуализации, дискредитация конкурента, введение в заблуждение относительно различных характеристик товара. В Договоре об учреждении ЕЭС антимонопольному регулированию посвящены главным образом ст. 31, 81, 82 и 87.

Статья 81 Договора запрещает любые соглашения между предприятиями, решения, принятые объединениями предприятий, которые могут воздействовать на торговлю между го-сударствами-членами и которые имеют своей целью или результатом предотвращение, ограничение или нарушение конкуренции внутри общего рынка. В ст. 82 запрещено злоупотребление «одним или несколькими предприятиями своим доминирующим положением в общем рынке или на существенной части его». Законодательство большинства европейских государств, а также Российской Федерации учитывает данное положение в своем национальном законодательстве. В настоящее время многие авторы при характеристике европейского законодательства о защите конкуренции используют термин «антимонопольное законодательство ЕС» («антимонопольное право ЕС»)8. Следует отметить, что в рамках ЕС принято несколько директив, разъясняющих и конкретизирующих отдельные положения международных договоров. В частности, речь идет о Регламенте Совета ЕС № 139/2004 о контроле за концентрациями предприятий от 20 января 2004 г., Директиве Комиссии ЕС (органа, наделенного исполнительной властью и некоторыми нормотворческими функциями) № 94/46/ЕС от 13 октября 1994 г., Директиве Комиссии ЕС № 80/723/ЕЕС от 25 июня 1980 г. и др. При этом в юридической литературе отмечается, что Комиссия ЕС неоднократно применяла Регламент о контроле за концентрациями предприятий к «концентрациям хозяйствующих субъектов, зарегистрированных вне ЕС... В деле Boeing /McDonnell Douglas Комиссия применила Регламент о слияниях в отношении сделки между двумя американскими компаниями, не имевшими производства на территории ЕС. Аргументируя свою позицию, Комиссия предупредила «неевропейские» компании о том, что их концентрации могут оцениваться в соответствии с Регламентом о слияниях на основании только одного показателя - размера их оборота в мировом масштабе и в рамках ЕС. Иными словами, сам факт хозяйственной деятельности в ЕС, осуществляемой в определенных объемах, наделяет Комиссию компетенцией по рассмотрению концентраций «неевропейских» хозяйствующих субъектов»9.

Таким образом, в настоящее время в законодательстве многих государств сформировались основные направления антимонопольного регулирования, к числу которых отно-

сятся контроль за использованием доминирующего положения, соглашениями, направленными на ограничение конкуренции, а также контроль за сделками экономической концентрации.

В связи с тем, что наличие и содержание антиконкурентных соглашений обычно держатся их участниками в большом секрете, в странах Европы и США существует практика, согласно которой в случае предоставления информации о таком соглашении участник, предоставивший данную информацию, освобождается от ответственности. В качестве примера подобной практики приводится решение Комиссии ЕС, которым был оштрафован германо-французский производитель лекарственных средств Ауепйэ БА за сговор с немецкой компанией Мегск К§аА в отношении цен на метилглюкамин. Сама же компания Мегск ^аА избежала наказания, поскольку именно она предоставила Комиссии ЕС сведения о существовании картеля10.

Что касается российского антимонопольного законодательства, то оно в ходе своего развития пытается с той или иной степенью эффективности воспринять и отразить основ-

ные тенденции развития мирового опыта в области антимонопольного регулирования, однако представляется, что работа в этом направлении еще далеко не завершена.

1 Баринов Н. А., Козлова М. Ю. Антимонопольное законодательство РФ (вопросы теории и практики). Волгоград, 2001. С. 12.

2 Там же. С. 14.

3 Гражданское и торговое право зарубежных стран: учебное пособие / под общ. ред. В. В. Безбаха, В. К. Пу-чинского. М., 2004. С. 526.

4 Жидков О. А. США: антитрестовское законодательство на службе монополий. М., 1976. С. 142-153.

5 Каминка А. И. Очерки торгового права. М., 2002. С. 266.

6 Князева И. В. Антимонопольная политика в России: учебное пособие. М., 2006. С. 128.

7 Тотьев К. Ю. Конкурентное право: учебник. М., 2000. С. 72.

8 См., например: Паращук С. А. Конкурентное право: учебно-практическое пособие. М., 2002. С. 115; Хлестов О. Н. Экстерриториальное действие антимонопольного права Европейского союза // СПС «Консультант Плюс».

9 Хлестов О. Н. Указ. соч.

10 Горячева Ю. Новые правила предотвращения и пресечения сговоров, направленных против конкуренции // Хозяйство и право. - 2003. - № 2. - С. 18.

Статья поступила в редакцию 27 ноября 2009 г.