О рефлексивной природе местоимения друг друга

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2014. №1

УДК 811.161.1

О РЕФЛЕКСИВНОЙ ПРИРОДЕ МЕСТОИМЕНИЯ ДРУГ ДРУГА

© А.Ф.Гайнутдинова

Статья посвящена рассмотрению местоимения друг друга в парадигме средств возвратности. Автором выявляется общность возвратных местоимений русского языка и сопоставляются особенности их функционирования. В статье описываются основные рефлексивные конструкции, в которых проявляется специфика взаимно-возвратного местоимения.

Ключевые слова: возвратность, взаимность, референтность, рефлексивные конструкции.

«Сочетание» друг друга, долгое время лишь вскользь упоминавшееся в грамматиках, сегодня привлекает все большее внимание лингвистов. Об этом свидетельствует появление сведений о нем в соответствующей справочной и учебной литературе и параллельный процесс закрепления за ним статуса местоимения [1: 232; 2: 134; 3: 256-258]. Тем не менее представленные в лингвистической литературе данные о возможностях функционирования местоимения друг друга по-прежнему ограничены, в то время как его активность в современном русском языке определяет наличие обширного эмпирического материала, требующего описания и анализа.

Важно также отметить, что некоторые специальные исследования, в которых затрагивается тема функционирования местоимения друг друга, рассматривают последнее в парадигме средств, выражающих взаимность действия [4: 68-71; 5: 56; 6]. На наш взгляд, продуктивным будет также оценить особенности его употребления в ряду возвратных местоимений, т.е. в качестве взаимно-возвратного местоимения и в сопоставлении с возвратным местоимением себя и возвратно-притяжательным свой.

Основанием объединения указанных местоимений в единую группу служит общность анафорической функции: себя, свой и друг друга осуществляют «возврат» к высказыванию, частью которого являются. При этом суть устанавливаемой анафорической связи - отношения ко-референтности, то есть совпадение референта возвратного местоимения и референта другого члена того же высказывания. На грамматическом уровне общность местоимений проявляется в способности относиться ко всем трем грамматическим лицам. Очевиден также изоморфизм местоимений друг друга и себя в отношении категорий рода, числа и падежа.

Логично предположить, что общность возвратной семантики должна реализоваться и в параллелизме синтаксических построений, в которых используются данные местоимения. Чтобы

очертить границы употребления взаимно-возвратного местоимения, проследим за его поведением в условиях рефлексивных конструкций, предложенных Е.В.Падучевой для описания возможностей местоимений себя и свой. Для этого привлечем данные Национального корпуса русского языка [7] и воспользуемся той же логикой исследования материала, что применяет Е.В.Падучева: выделяя ту или иную конструкцию, она указывает, чему кореферентно возвратное местоимение в каждой из них, а также какие ограничения на употребление местоимения существуют и чем они вызваны [8: 186-203].

Но прежде обратим внимание на одну универсальную характеристику функционирования местоимений себя и свой, позволяющую выявить особенность местоимения друг друга. Е.В.Паду-чева намеренно не разграничивает описания возвратного и возвратно-притяжательного местоимений, уточняя, что «условия употребления обоих возвратных местоимений можно формулировать одинаково, только в случае себя некоторое условие должно соблюдаться для самого слова себя, а в случае свой оно должно соблюдаться для существительного, которое его почти непосредственно подчиняет» [8: 185]. Тем не менее данное утверждение подчеркивает одно из базовых различий между себя и свой, заключающееся в распределении синтаксических функций: местоимение свой служит для определения существительного, и ту же позицию не может занимать возвратное себя (сравни: взять свою тетрадь, но невозможно «взять тетрадь себя»). Местоимение же друг друга, в отличие от себя, способно выполнять роль определения, указывающего на принадлежность: <...> они, как и прежде, угадывали желания друг друга, иногда и мысли читал и<...> (Л.Улицкая. Казус Кукоц-кого) [7].

Интересно, что возвратное местоимение также может употребляться в своего рода посессивных конструкциях, но в форме дательного падежа. Когда речь идет о направленности действия

субъекта на него самого, а именно какую-то часть тела, особенно если это действие непреднамеренное и имеет негативный результат (глаголы типа сломать, поранить, поцарапать, разбить, наступить), используется не возвратно-притяжательное, а возвратное местоимение: сломать себе руку, а не сломать свою руку (но сломать свою игрушку). При этом во взаимной конструкции с теми же глаголами аналогично возвратному себе используется местоимение друг друга в дательном падеже: <...> мисс Фален сломала себе бедро в Саванне (Джоржия) в самый день моего прибытия в Рамздэль (В.Набоков. Лолита); Когда оба ряда бойцов сшибались в последний раз, оспаривая победу, и в тесной куче ломали рёбра друг другу <...> (М.Горький. Жизнь Матвея Кожемякина) [7].

Как видим, друг друга заполняет позиции, присущие как возвратному местоимению, так и возвратно-притяжательному, обнаруживая близость каждому из них.

Указанная особенность наиболее ярко проявляется в конструкции сопредикатности с подлежащим, которую для взаимно-возвратного местоимения, как и для местоимений себя и свой, следует считать основной.

Среди обстоятельств, препятствующих использованию возвратных местоимений в конструкции сопредикатности с подлежащим, Е.В.Па-дучева указывает на глагол-сказуемое в форме страдательного залога [8: 185]. Подлежащее, соответственно, совпадает с семантическим объектом, а место прямого дополнения занимает аген-тивное дополнение. Однако если использование возвратного себя в качестве агентивного дополнения исключено, то взаимно-возвратное местоимение в ряде случаев в этой позиции вполне возможно. Например, отмечаем следующие употребления со страдательным причастием: Тысячи людей убиты. Уничтожены друг другом. (В.Голованов. Остров, или оправдание бессмысленных путешествий); Они открыты друг другу, они поняты друг другом ... (Н.Н.Берберова. Курсив мой) [7].

Несмотря на ограниченность подобных употреблений, очевидно, что они потенциально возможны. По-видимому, значение множественности деятелей, присущее взаимно-возвратному местоимению, позволяет смягчить конфликт, возникающий при употреблении в пассивной конструкции возвратного местоимения себя.

Главной особенностью местоимения друг друга является его способность употребляться в позиции сопредикатности с прямым дополнением, что, однако, неприемлемо для местоимений себя и свой. Подобные употребления также дос-

таточно частотны: Людей притягивает друг к другу не сходство взглядов на элементарные единицы (Д.Гранин. Зубр, НКРЯ); Они присоединяли листы жести друг к другу, загибая фальцы, лупя по ним молотками (А.Слаповский. Большая Книга Перемен) [7].

На подобное употребление местоимения друг друга так или иначе указывают М.И.Откупщикова (отношения замещения «могут иметь место <...> и между двумя несубъектными актантами» [5: 57]), М.А.Шелякин (взаимно-возвратное местоимение может заменять имена объектов [9: 64]). Ю.П.Князев предлагает говорить в этом случае об «объектно-ориентированном» местоимении, поясняя, что в этом случае «корефе-рентное симметричное отношение связывает прямое и косвенное дополнения» [6]. Последнее утверждение требует некоторого уточнения: на наш взгляд, кореферентное отношение может связывать не только прямое и косвенное дополнение, но и прямое дополнение и обстоятельство. Пастернака хотели усадить рядом с Ахматовой, но он решительно этому воспротивился. Их усадили напротив друг друга (Н.Иванова. Пересекающиеся параллели); Девушек и парней расставили друг против друга в две цепочки (Комсомольская правда, 2002.02.18) [7].

Стоит также заметить, что в некоторых случаях, а именно, когда субъект предложения имеет форму множественного числа, как и объект, являющийся антецедентом местоимения друг друга, может возникнуть некая двусмысленность. В следующих примерах неоднозначность обусловливается тем, что местоимение устанавливает связь как с дополнением, так и непосредственно с субъектом действия: <...> рыбаки не должны бурить лунки вблизи друг друга (Комсомольская правда, 2010.01.13); Вскоре мы увидели четыре хорошие юрты друг возле друга и немного в стороне еще одну (В.А.Обручев. В дебрях Центральной Азии) [7].

В последнем примере хорошо видно, как от различной соотнесенности зависит и трактовка синтаксической функции друг друга. Если антецедентом местоимения мы считаем дополнение юрты, то предложно-падежное сочетание друг возле друга нужно признать несогласованным определением, характеризующим объекты с точки зрения их взаиморасположения. Если же соотнести друг друга с подлежащим мы, то приходится говорить о том же предложно-падежном сочетании как об обстоятельстве, характеризующем действие с точки зрения взаиморасположения субъектов (тогда контекст трансформируется в друг возле друга мы увидели юрты, что, конечно, не соответствует идее автора).

В целом, хотя логически реальный антецедент устанавливается достаточно легко, подобных контекстов, на наш взгляд, следует избегать ввиду их ущербности со стилистической точки зрения.

Возможность иметь в качестве антецедента дополнение позволяет местоимению друг друга свободно употребляться в безличных предложениях, соотносясь с косвенным дополнением: <...> люди целыми толпами ехали в трамваях из театров и гостей, им было весело друг с другом, и жизнь их шла надежно к лучшему (А.П.Платонов. Счастливая Москва) [7].

Взаимно-возвратное местоимение, как и местоимения свой и себя, свободно употребляется в конструкции сопредикатности с семантическим подлежащим деепричастия, причастия, управляющего прилагательного и инфинитива.

В следующих примерах друг друга, употребленное при деепричастии, соотносится с его семантическим подлежащим, содержание которого проясняет подлежащее данного предложения: Не останавливаясь, рабочие пошли, торопясь и наступая друг другу на ноги <...> (Л.Н.Толстой. Воскресение) [7].

В случае управляющих прилагательных и причастий в роли контроллера местоимения выступает определяемое слово: <...> почему эти двое прекрасных родителей двух прекрасных детей, в отличие от многих других разводящихся, не поливающие друг друга грязью и, кажется, еще любящие друг друга, - все-таки разводятся (Е.Евтушенко. Волчий паспорт) [7].

При этом не имеет значения позиция определяемого слова в предложении. Приведем случаи, когда оно не является подлежащим: В десяти метрах за ними следовала целиком черная «Волга» с двумя похожими друг на друга молодыми людьми, но уже без усов и бакенбардов. (В. Аксенов. Таинственная страсть); Отметьте на поверхности бетонной стяжки две идеально ровные, перпендикулярные друг другу прямые . («Сад своими руками», 2003.01.15) [7].

Важно подчеркнуть, что та же логика применима и к страдательным причастиям. В следующих контекстах местоимение сопредикатно семантическому подлежащему причастий, проясняемому определяемым словом: Об этом и ее новый фильм «Тооба», показанный на двух повешенных друг напротив друга экранах («Известия», 2002.06.07); <...> небесные тела, размножающиеся во взаимном дурном пространстве друг против друга расположенных зеркал (И.Полянская. Прохождение тени) [7].

Тем не менее нужно оговорить, что для последних двух контекстов принципиальным ока-

зывается отсутствие выраженного семантического субъекта причастий. Появление агентивного дополнения в данных случаях вызвало бы неоднозначность соотнесения местоимения. Сравни: на двух повешенных ими друг напротив друга экранах. Еще более явной становится соотнесенность с семантическим субъектом при изменении порядка слов: на двух экранах, повешенных ими друг напротив друга; зеркал, расположенных ими друг против друга.

Так, в следующем контексте взаимно-возвратное местоимение, занимая позицию аген-тивного дополнения при причастии, соотносится с его семантическим субъектом. Но это становится возможным только потому, что контроллер семантического субъекта занимает в данном предложении позицию подлежащего: В одной из своих программ на Радио «Свобода» отец рассказал традиционную для лондонцев историю о Карле Марксе и Герберте Спенсере - двух мыслителях, которые всю жизнь критиковали теории, сочиненные друг другом (А.Кузнецов. Между Гринвичем и Куреневкой) [7]. Сравни невозможность фразы «развиваются теории, сочиненные друг другом».

Е. В. Падучева, говоря об употреблении возвратного себя с инфинитивом, выделяет конструкции с субъектным, объектным, приименным инфинитивом, а также инфинитивом со значением цели [8: 191-192]. Взаимно-возвратное местоимение также свободно функционирует во всех указанных конструкциях.

Приведем пример использования местоимения друг друга при субъектном инфинитиве: Оба много переменились с своего последнего свидания, и оба хотели поскорее выказать друг другу происшедшие в них перемены (Л.Н. Толстой. Война и мир) [7].

Следующий контекст иллюстрирует употребление друг друга при инфинитиве со значением цели: Нам казалось, что недостаёт слов и времени, чтобы выразить друг другу все те мысли, которые просились наружу (Л.Н.Толстой. Отрочество) [7].

Встречаем также большое количество примеров, демонстрирующих сопредикатность взаимно-возвратного местоимения с семантическим подлежащим приименного инфинитива. Например: ... у этой пары на уме вовсе не смех, а самое пылкое желание вцепиться друг другу в глаза (А.И.Куприн. Впотьма); Не было искушения сыграть друг против друга поосторожнее, чтобы уменьшить риск травм? (Советский спорт, 2004.05.21) [7]).

Отмечаем и употребление друг друга при объектном инфинитиве, причем часто - в без-

личных предложениях. В этом случае семантическое подлежащее проясняется дополнением: Интересно отметить, что однажды юнцам пришлось впрямую играть друг против друга в составе молодежных сборных (В.Аксенов. Таинственная страсть) [7].

Следует подчеркнуть, что если объектный инфинитив управляется сказуемым двусоставного предложения, то друг друга, подчиненное инфинитиву, соотносится только с его семантическим подлежащим, которое может проясняться дополнением при сказуемом. Это отличает взаимно-возвратное местоимение от возвратного себя, которое в данных синтаксических условиях способно соотноситься с подлежащим, что вызывает двусмысленность в толковании контекста. Употребление же взаимно-возвратного местоимения при объектном инфинитиве всегда однозначно, и позиция дальней сопредикатности, в отличие от возвратного себя, ему не свойственна: Я бережно сгреб Журку под мышку и отправился в лечебницу, оставив женщину и журавля утешать друг друга (С.Бакатов. Жур и Журка (записки ветеринарного врача) // «Наука и жизнь») [7].

Утверждение об отсутствии двусмысленности верно и для следующей конструкции с приименным инфинитивом: Между собой они не говорили. Лица их были безмятежно довольны. Транзистор и Кинг-Кросс освобождали их от необходимости развлекать друг друга (Д.Гранин. Месяц вверх ногами) [7].

Кроме того, сочетание друг друга может контролироваться и подразумеваемым подлежащим и, соответственно, употребляться в определенно-личных (в том числе при сказуемом в императиве), неопределенно-личных и обобщенно-личных предложениях: Пожмем же крепко друг другу руки и честно поглядим друг другу в глаза (А. Морозов. Прежние слова); И, пожалуйста, не убивайте друг друга, - это доставит мне огорчение (В.Ерофеев. Вальпургиева ночь, или Шаги командора); Как каждый день в Чечне убивают друг друга (В.Токарева. Своя правда); Всегда лучше проводить переговоры, чем стоять друг против друга на мосту через ручей, уподобляясь упрямым баранам (Труд-7, 2005.12.06) [7].

При этом интересно отметить, что в обобщенно-личных предложениях друг друга употребляется также и при глагольной форме единственного числа: Наговорившись почти досыта и дойдя наконец до того чувства, которое часто испытываешь: что общего мало, хотя и любишь друг друга, - братья помолчали довольно долго (Л.Н.Толстой. Севастопольские рассказы) [7].

Еще одна возможная конструкция - это позиция сопредикатности взаимно-возвратного местоимения с семантическим субъектом, выраженным генитивным дополнением при отпреди-катном имени: Вдруг из темноты доносится необычно чистый и ясный - точно удар двух гладких камней друг о друга - звук шлепка (А.И.Куприн. Ночная смена).

Место генитивного дополнения может также занимать притяжательное местоимение: Поначалу, когда пришел во взвод, казались они ему тупицами, он даже раздражался, слушая подковырки и насмешки их друг над другом (В.Астафьев. Пастух и пастушка. Современная пастораль) [7].

Отдельный случай представляют собой конструкции сопредикатности с невыраженным семантическим субъектом. Контроллер в этом случае может занимать самые разные позиции: <...> между нами начинает расти скрытое недовольство друг другом, и рано или поздно оно прорывается наружу (Б.Левин. Блуждающие огни); Борьба друг с другом в пассивной ли форме или активной, занимает большую часть нашего мыслительного процесса и отнимает невероятное количество энергии (Н.Журавлев. «Вестник США», 2003.11.12); Ясно, однако, что такая дискуссия неизбежно возвращала бы европейцев к страницам тяжелого прошлого, будила бы негативные эмоции в отношении друг друга («Дипломатический вестник», 2004.06.29) [7].

Таким образом, сопоставив возможности употребления возвратных местоимений, мы приходим к выводу, что местоимение друг друга аналогично возвратным себя и свой, широко употребляется в позиции сопредикатности с подлежащим, семантическим подлежащим, подразумеваемым подлежащим, семантическим субъектом. При этом специфика друг друга проявляется в его способности соотноситься с прямым дополнением и выступать в качестве агентивного дополнения в пассивных конструкциях. В целом же выявленный параллелизм основных конструкций, в которых функционируют местоимения себя, свой и друг друга, не оставляет сомнений в рефлексивной природе последнего.

1. Русский язык: Энциклопедия / под ред. Ю.Н.Ка-раулова. - М.: Науч. изд-во «Большая российская энциклопедия», 2003. - 704 с.

2. Балалыкина Э.А. Современный русский язык. Морфология. Часть I: Имена. Наречия. Категория состояния. - Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2003. - 172 с.

3. Морфология современного русского языка: учебник для высших учебных заведений Российской

Федерации. - СПб.: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009. - 634 с.

4. Янко-Триницкая Н.А. О местоименной природе «друг друга» // Русский язык в школе, № 1 -М.:1975. - С. 68-71.

5. ОткупщиковаМ.И. Местоимения современного русского языка в структурно-семантическом аспекте: Учеб. пособие. - Л.: ЛГУ, 1984. - 87 с.

6. Князев Ю.П. Местоименные конструкции с взаимным значением: друг друга, один другого, между собой // Вестник Новгородского гос.ун-та. -

1998. - №9. // URL: http://admin.novsu.ac.ru/uni/ vestnik.nsf (дата обращения 01.11.2013).

7. Национальный корпус русского языка // URL: http://www.ruscorpora.ru (дата обращения 01.10.2013).

8. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью (референциальные аспекты семантики местоимений). - М.: Наука, 1985. - 296 с.

9. Шелякин М.А. Функциональная грамматика русского языка. - М.: Русский язык, 2001. - 288 с.

ON REFLEXIVE NATURE OF ДРУГ ДРУГА (EACH OTHER) PRONOUN

A.F.Gainutdinova

The article examines the "друг друга (each other)" pronoun within the paradigm of reflexive means. The author reveals the common features of Russian reflexive pronouns, compares the peculiarities of their functioning, and describes the main reflexive constructions, in which the specific character of reciprocal pronouns comes out.

Key words: reflexivity, reciprocity, referentiality, reflexive constructions.

1. Russkij jazyk: Jenciklopedija / pod red. Ju.N.Karaulova. - M.: Nauch. izd-vo «Bol'shaja ros-sijskaja jenciklopedija», 2003. - 704 s.

2. Balalykina Je.A. Sovremennyj russkij jazyk. Mor-fologija. Chast' I: Imena. Narechija. Kategorija sosto-janija. - Kazan': Izd-vo Kazansk. un-ta, 2003. - 172 s.

3. Morfologija sovremennogo russkogo jazyka: ucheb-nik dlja vysshih uchebnyh zavedenij Rossijskoj Fed-eracii. - SPb.: Fakul'tet filologii i iskusstv SPbGU, 2009. - 634 c.

4. Janko-Trinickaja N.A. O mestoimennoj prirode «drug druga» // Russkij jazyk v shkole, № 1 - M.:1975. - S. 68-71.

5. Otkupshhikova M.I. Mestoimenija sovremennogo russkogo jazyka v strukturno-semanticheskom aspekte: Ucheb. posobie. - L.: LGU, 1984. - 87 s.

Гайнутдинова Аида Фирдинатовна - кандидат филологических наук, ассистент кафедры русского языка как иностранного Казанского федерального университета.

420008, Россия, Казань, ул. Кремлевская,18

E-mail: Aida.Gajnutdinova@kpfu.ru

Gainutdinova Aida Firdinatovna - Ph. D. in Philology, lecturer, the Department of Russian as a Foreign Language, Kazan (Volga Region) Federal University.

18 Kremlyovskaya Str., ^zan, 420008, Russia

E-mail: Aida.Gajnutdinova@kpfu.ru

Поступила в редакцию 23.12.2013

6. Knjazev Ju.P. Mestoimennye konstrukcii s vzaimnym znacheniem: drug druga, odin drugogo, mezhdu soboj // Vestnik Novgorodskogo gos.un-ta. - . -1998. - №9. // URL: http://admin.novsu.ac.ru/uni/ vestnik.nsf

7. Nacional'nyj korpus russkogo jazyka // URL: http://www.ruscorpora.ru

8. Paducheva E.V. Vyskazyvanie i ego sootnesen-nost' s dejstvitel'nost'ju

9. Sheljakin M.A. Funkcional'naja grammatika russkogo jazyka. - M.: Russkij jazyk, 2001. - 288 s.