Новые технические средства коммуникации в трансформации медийной культуры информационного общества

УДК 070

А. В. Пряхина

Санкт-Петербургский государственный экономический университет, Санкт-Петербург

НОВЫЕ ТЕХНИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА КОММУНИКАЦИИ В ТРАНСФОРМАЦИИ МЕДИЙНОЙ КУЛЬТУРЫ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА

Открытия и инновации в сфере информационных технологий стали источником революционных изменений в современном обществе. Принципиально новые технические средства коммуникации, хранения, циркуляции и передачи информации - существенным образом трансформируют медийную культуру информационного общества. Такой процесс влияет на возможности как отдельно взятого субъекта коммуникации, так и социума в целом. Процесс увеличения значимости аудиовизульных компонентов в коммуникативных практиках особым образом выстраивает границы индивидуальности субъекта коммуникации.

Ключевые слова: информационные технологии, коммуникация, трансформация, медийная культура, информационное общество, субъект коммуникации.

Анализируя тенденции развития современной культуры, невозможно обойти тему различных противоречивых социальных процессов и явлений. Кроме того, трудно переоценить довольно дискуссионную проблематику, развернувшуюся вокруг технических инноваций, провоцирующих и ускоряющих различные трансформации в информационном обществе. С одной стороны, современные средства коммуникации являются специфическим индикатором и репрезентантом новых социальных явлений. С другой стороны, современные средства коммуникации становятся действующим субъектом культурных и социальных трансформаций. Вторгаясь в сферу индивидуального, становясь ближайшим окружением человека и его бытия, коммуникационные и информационные технологии действительно трансформируют не только сами границы приватного, сценарии их объективации, но и существенным образом трансформируют медийную культуру информационного общества в целом.

Одной из значимых тенденций в современной медийной культуре информационного общества является разворачивающийся и набирающий силу процесс виртуализации, отражающий всепроникающую роль технологий в различных сферах жизни общества. Интересно, что термин «виртуальность» (lat. virtualis - возможный) имеет давнюю историю, был введен Фомой Аквин-ским (lat. Thomas Aquinas) еще в XIII веке и вошел в современный научный дискурс благодаря развитию физики как науки. Ф. Аквинский констатировал, что «после разрушения сочетания души и тела потенции второго рода, составляющие начало отправлений чувственной и вегетативной частей души, не могут сохраняться, но остаются в душе виртуально, как в своем первоначале или корне» [4. C. 149]. Ученые-физики же виртуальность обозначают в качестве некоего условного начала, формально считающимся реальным. Технологии средств медийной массовой культуры, в особенности телевидение, и компьютерные технологии, - трансформировали такое понимание виртуальности. Сегодня, виртуальное противопоставлено физическому, однако ему присвоен статус реального.

Интересное теоретическое осмысление виртуальной реальности и ее влияния на коммуникативное пространство общества открывается в работах М. Кастельса (esp. Manuel Castells). Он охарактеризовал нынешнюю культуру как «культуру реальной виртуальности». Современная культура строится в основном на виртуализированных коммуникационных процессах, управляемых электроникой. С другой стороны, современная культура является реальной, поскольку это наша объективная реальность, базовое основание. С опорой на него мы организовываем свое бытие, реализуем виды деятельности, коммуницируем с другими субъектами коммуникации, ищем необходимые источники информации, формируем свое мнение. Следовательно, такая виртуальность - это наша реальность. Именно через виртуальность мы в основном и производим наше творение смысла [8. C. 237].

Таким образом, феномен виртуальной реальности стал вполне закономерным этапом процесса эволюции визуальной коммуникации посредством медиа. Сегодня, практически каждый субъект коммуникации является активным участником виртуализации общения, управления, искусства, экономики, пространства, денег, политики, эстетики и т. д. Можно констатировать, что феномен виртуализации тяготеет к мировоззренческому и идентификационному статусу. Складывается особое виртуальное мировосприятие, раздвигающее границы человеческих способностей и опыта, посредством его проникновения в пространство специфического нематериального воздействия и другого, нелинейного течения времени.

Второй актуальной, и вместе с тем противоречивой, современной тенденцией, выстраивающей новую иллюзорную реальность в жизни современного субъекта коммуникации является мифологизация. Мифологическое сознание способствует аккумуляции коллективных иррациональных представлений, культурно значимые образы, создавая вневременную реальность мифа. Современная культура насыщенна мифами различного уровня и распространенности, что подробно рассматривал в своих работах Р. Барт (fr. Roland Barthes) [1]. Особое место в ней занимает мифологизация техники (в ее широком значении, так и в повседневном, бытовом ключе). Средства коммуникации приобретают имена, характеры, свойства и особенности. Как результат, в диалоге современного субъекта коммуникации с техникой раскрываются новые грани мифа: одушевление, антропоморфизм, эмоциональная привязанность субъекта коммуникации к технике и др.

Ж. Бодрийар (fr. Jean Baudrillard) считал, что построенная техникой новая реальность превосходит по качеству звука и изображения саму действительную реальность, «превращается в ее мифический суррогат». Возникает своеобразный феномен гипертрофированной модели реальности. Ж. Бодрийар сформулировал особенности новой модели реальности в своем концепте си-мулякра, ставшего, по мнению философа, репрезентационной системой информационной культуры современности: «Это больше вопрос не имитации, не редупликации, не даже пародии. Это вопрос подстановки знаков реальности вместо реальности как таковой <...> Гиперреальность отныне изолирована от воображения, а также от любого различия между реальным и образным, оставив пространство только для бесконечного воспроизводства моделей и симулированного генерирования разницы» [3. C. 98].

В качестве третьей самостоятельной тенденции развития современного общества можно выделить нарастающий механизм коммерциализации современной социокультурной сферы. Интеллектуальные, информационно-коммуникационные продукты наращивают свою значимость и ценность в обществе, что породило и развило рыночное отношение к таким продуктам. (интеллектуальная собственность, рынок информации, рынок идей, рынок знаний, интеллектуальный капитал и др.). Следовательно, сферы, в которых не материальный результат труда оценивается в денежном эквиваленте - СМИ (en. mass media), реклама (en. Advertising), маркетинг (en. Marketing) - одна из причин коммерциализации других социокультурных сфер. Поэтому, в XXI веке, утверждается тенденция увеличения степени коммерциализации образования, искусства и др., социальных институтов. Это последнее обстоятельство - пример современного пересмотра системы духовно-культурных ценностей [12], означающей необходимость предельного внимания представителей общественных институтов к духовным, онто-коммуникативным основам духовной жизни и коммуникативной компетентности, которые гармонизируют социум и создают предпосылку для поступательного ненасильственного развития [11].

Все перечисленные выше социокультурные тенденции возникли и развиваются на фоне революции в сфере науки и технологий. В конце XX века открытие в области полупроводников и создание процессоров во много раз увеличили доступность и обмен информации, а так же коммуникации. Это один из многих способов фиксации социального опыта, который является предпосылкой общественных, культурных и коммуникативных изменений. Современные способы приема, хранения и передачи информации находятся в основе современной информационной сферы понятия «медиакультура» (от лат. medium - средство, посредник, способ, cultur - возделывание). Поэтому возможность индивидуальной селекции и скорости получения интересующего знания из совокупности всего информационного объема, а так же доступность участия личности в создании данного информационного объема - основное отличие современной медиакультуры от книжной. Именно в медиакультуре все больше увеличивается ценность визуализации, при незначительном возвращении к эклектичному восприятию: аудио- и видеоносители информации

распространяются, как и знание, зафиксированное в бумажном тексте. Современность перемещается снова в акустическую сферу, поскольку, современные люди начали вновь испытывать первобытные чувства, от которых их отдалила многовековая грамотность [9. С. 50]. В связи с данным обстоятельством усиливается значение вербальной, устной коммуникации. В социальную эпоху электротехники, которая возникла после эпохи книгопечатания и механики, которая длилась около пяти столетий, современное общество сталкивается с новыми видами антропологической взаимозависимости и самовыражения, являющимися вербальными по своему характеру [10. С. 93].

В письменную и книжную эпохи, в тексте, содержались наиболее значимые духовные ценности культуры и общества. Однако в XXI веке книжный текст теряет свою исключительную значимость, т.к. перестает быть нравственно каноничным. Сегодня новый медиатекст другой: он может быть понимаем как изменчивый объект, трансформирующийся, содержащий ссылки на другие тексты, как объект, который может быть ошибочен, а значит исправлен. Таким образом появляется понятие «интертекст» (en. intertext )как соотношение одного текста с другим, которое значимо для понимания и интерпретации термина «медиасфера» (en. media sphere). Интеллектуальная культура истолкования и понимания письменных текстов быстро нивелируется. В работах современных ученых, исследовавших культуру и искусство - книга - это образ эпохи, переживающей кризис. Как писал Жак Дерида (fr. Jacques Derrida): «Но что если Книга - не более чем, во всех смыслах этого слова, эпоха бытия (эпоха кончающаяся, которая показывает Бытие в отблесках его агонии или ослаблении гнета и преумножает - как последняя болезнь, как болтливая и цепкая сверхпамять некоторых умирающих - книги о мертвой книге)? Что если форма книги не должна быть более моделью для смысла? Если бытие коренным образом пребывает вне книги, вне буквы? В трансцендентности, которой более уже не коснуться написанием и значением, которая не ложиться на страницу, а прежде всего встает перед ней? Если бытие в книге теряется?» [7. С. 96]. Таким образом, в качестве четвертой значимой тенденции современности обозначаем формирование нового понимания медиатекста субъектом коммуникации.

Возникновение и развитие электронных средств, орг. техники, появление и использование интернета привели к политическим, экономическим, социальным, культурным и медиакомму-никативным изменениям. Данный факт обозначают современные исследователи социальной структуры общества. Так, например, Ульрих Бек (ger. Ulrich Beck) в работе «Общество риска» (en. Risk Society) утверждает: «Центральную теоретическую идею, выработанную с этой целью, легче объяснить с помощью исторической аналогии: как в XIX веке модернизация привела к распаду закостеневшее в сословных устоях аграрное общество, так и теперь она размывает контуры индустриального общества, и последовательное развитие модерна порождает новые общественные конфигурации» [2. С. 10]. Трансформация коммуникации от письменной к аудиовизуальной форме изменила сферы общественной жизни и социально-экономическую особенность самих изменений. Ареал и скорость распространения новых технологий в области электронных коммуникаций и социальной жизни, а также степень их влияния на повседневную жизнь и общественные процессы - отличительные особенности современной социальной культуры и цивилизации. Поэтому современный темп жизни можно описать так: «Моментальный мир электроинформационных средств включает нас целиком и сразу. Невозможно обособление структуры...» [9. C. 49].

XX-XXI вв. раздвинули и продолжают раздвигать горизонты возможностей человека в пространстве информационного обмена (телевидение, кинемотограф, фотография, Интернет). Инновации и открытия в сфере информационно-коммуникационных технологий, реализованные в этот период стали источником других ощутимых трансформаций в жизни общества. Мы видим, что архитектоника медийной культуры строится на новых технико-технологических средствах коммуникации, записи и хранения информации. Возникновение глобальной сети Интернет и новых digital-технологий многократно увеличило масштабы и скорость информационных потоков во всем мире. «Увеличение значимости аудиальной составляющей в практиках фиксации опыта, появление новых, синкретичных форм, создающих новую коммуникативную среду, приводят к изменениям способа восприятия человеком информации, оценки реальности и выстраивания границ собственного Я». Динамика информационного потока, воздействующего на человека, приводит к трансформации модели восприятия действительности субъектом коммуникации. Как следствие появляется особый характер образов, которыми мыслит человек. Количество и ско-

рость информации просто не позволяют человеку создавать сложные, многогранные представления, поэтому он научился из обрывков, кусков информационного материала создавать множество простых, ярких образов, связанных между собой [5].

На человека как субъекта коммуникации обрушиваются все новые информационные потоки, что вынуждает его постоянно переосмысливать палитру образов. Эту ситуацию Элвин Тоффлер (en. Alvin Toffler) описал так: «Старые, относящиеся к прошлой жизни образы должны заменяться новыми, иначе наши действия не будут соответствовать новой реальности, мы станем более некомпетентными. Невозможно все охватить. Это ускорение процесса становления образов внутри нас приобретает временный характер» [13. C. 226].

Таким образом, выявленные тенденции социокультурных трансформаций медийной культуры в соотношении с разнообразными сценариями взаимодействия субъекта коммуникации и окружающего мира создают условия для организации нового социокультурного пространства. Организация глобальной информационной, медиакоммуникативной среды, «децентрация культуры» - явления современной ситуации, называемой все чаще «посткультурой» [6]. Субъект коммуникации, живущий и развивающийся в новых культурных декорациях, обладает индивидуальностью, сформированной по принципиально новым законам и установкам. Процесс увеличения значимости аудиовизульных компонентов в коммуникативных практиках особым образом выстраивает границы индивидуальности субъекта коммуникации.

Список литературы

1. Барт, Р. Мифологии [Текст] / Р. Барт. - М.: Академический проект, 2010. - 351 с.

2. Бек, У. Общество риска. На пути к другому модерну [Текст] / У. Бек. - М.: Прогресс-традиция, 2000. - 383 с.

3. Бодрийар, Ж. Символический обмен и смерть [Текст] / Ж. Бодрийар. - М.: Добросвет, 2000. - 387 с.

4. Боргош, Ю. Фома Аквинский [Текст] / Ю. Боргош. - М.: Мысль, 1975. - 184 с.

5. Васильева, М. А. Репрезентация культурной идентичности в сети Интернет [Текст] / М. А. Васильева. - СПб., 2017. -175 с.

6. Горяинова, О. И. Культура против «посткультуры»: место традиционности в современной культуре [Электронный ресурс] / О. И. Горяинова // Культура культуры. - 2016. - № 1. - URL: http://cult-cult.ru/culture-vs-post-culture-traditional-values-and-modern-culture (дата обращения: 27.02.2018).

7. Деррида, Ж. Письмо и различие [Текст] / Ж. Деррида. - М.: Академический проект, 2007. -495 с.

8. Кастельс, М. Галактика Интернет. Размышления об Интернете, бизнесе и обществе [Текст] / М. Кастельс - Екатеринбург: У-Фактория при участии издательства Гуманитарного университета, 2004. - 327 с.

9. Маклюэн, М. Понимание медиа: внешнее расширение человека [Текст] / М. Маклюэн. -М.: Гипербборея, Кучково поле, 2007. - 464 с.

10. Маклюэн, М. Галактика Гутенберга: Сотворение человека печатной культуры [Текст] / М. Маклюэн. - Киев: Ника-Центр, 2003. - 432 с.

11. Пряхин, Н. Г. Проблема ненасилия как основа коммуникации и коммуникативной компетентности в современном мире [Текст] / Н. Г. Пряхин // Роль образования в формировании экономической, социальной и правовой культуры: сборник научных трудов. Комитет по науке и высшей школе правительства Санкт-Петербурга. - 2014. - СПб.: СПбУУИЭ, 2014. - С. 426-429.

12. Пряхина, А. В. К вопросу о PR продвижении культурных продуктов в условиях коммерциализации современной социокультурной сферы [Текст] / А. В. Пряхина // Информация - Коммуникация - Общество. Труды XIII Всероссийской научной конференции; ИКО-2016. Знание в информационную эпоху. - СПб., 2016. - С. 147-151.

13. Тоффлер, Э. Третья волна [Текст] / Э. Тоффлер. - М.: Издательство АСТ, 2010. - 784 с.

NEW TECHNICAL MEANS OF COMMUNICATION IN TRANSFORMATION OF MEDIA CULTURE OF INFORMATION SOCIETY

Pryakhina A. V, St. Petersburg State Economic University, St. Petersburg, anniva2001@mail.ru

Discoveries and innovations in the field of information technology have become a source of revolutionary changes in modern society. Fundamentally new technical means of communication, storage, circulation and transmission of information - essentially transform the media culture of the information society. Such a process affects the capabilities of both the individual subject of communication and the society as a whole. The process of increasing the importance of audiovisual components in communicative practices in a special way builds the boundaries of the individuality of the subject of communication. On the one hand, modern means of communication are a specific indicator and representative of new social phenomena. On the other hand, modern means of communication become an active subject of cultural and social transformations. Invading the sphere of the individual, becoming the closest environment of man and his being, communication and information technologies do not only transform the boundaries of the private, the scenarios of their objectification, but also significantly transform the media culture of the information society as a whole.

Keywords: information technologies, communication, transformation, media culture, information society, subject of communication.

References

1. Bart, R. (2010) Mifologii [=Mithology], Moscow, Academic Project, 351 p. (In Russ.).

2. Beck, U. (2000) Obshestvo riska. Na puti k drugomu modernu [=Risk Society. On the Way to Another Modernity], Moscow, Progress Tradition, 383 p. (In Russ.).

3. Bodriiar, Zh. (2000) Simvolicheskii obmen i smert' [=Symbolic Exchange and Death], Moscow, Dobrasvet, 387 p. (In Russ.).

4. Borgosh, U. (1975) Foma Akvinskii [=Thomas Aquinas], Moscow, Think, 184 p. (In Russ.).

5. Vasili'eva, M. A. (2017) Reprezentacia kulturnoi identichnosti v seti internet [=Representation of Cultural Identity in the Internet], SPb., 175 p. (In Russ.).

6. Goryainova, O. I. (2016) Kultura protiv "postkultury": mesto tradicionnosti v sovremennoi culture [=Culture Against Post-culture: Place of Tradition in Modern Culture], in: Kultura kultury [=Culture of Culture], No. 1, available at: http://cult-cult.ru/culture-vs-post-culture-traditional-values-and-modern-culture, accessed 27.02.2018. (In Russ.).

7. Derrida, Z. H. (2007) Pis'mo i razlichiye [=Letter and Difference], Moscow, Academic Project, 495 p. (In Russ.).

8. Kastel's, M. (2004) Galaktika Internet. Razmyshleniya ob Internete, biznese i obshchestve [=Galaxy Online. Reflections on the Internet, business and society], Yekaterinburg, U-Factoria with the participation of the publishing house of the Humanitarian University, 327 p. (In Russ.).

9. Maklyuen, M. (2007) Ponimaniye media: vneshneye rasshireniye cheloveka [=Understanding Media: External Expansion of Man], Moscow, Hyperbborea, Kuchkovo field, 464 p. (In Russ.).

10. Maklyuen, M. (2003) Galaktika Gutenberga: Sotvoreniye chelovekapechatnoy kul'tury [=Galaxy Gutenberg: The Creation of a Man of Printed Culture], Kiev, Nika-Center, 432 p. (In Russ.).

11. Pryakhin, N. G. (2014) Problema nenasiliya kak osnova kommunikatsii i kommunikativnoy kompetentnosti v sovremennom mire [=The problem of nonviolence as the basis of communication and communicative competence in the modern world], in: Rol'obrazovaniya vformirovanii ekonomicheskoy, sotsial'noy ipravovoy kul'tury: sborniknauchnykh trudov. Komitet po nauke i vysshey shkolepravitel'stva Sankt-Peterburga. 2014 [=The role of education in the formation of economic, social and legal culture: a collection of scientific papers. Committee for Science and Higher School of the Government of St. Petersburg. 2014], SPb., SPbUUE, pp. 426-429. (In Russ.).

12. Pryakhina, A. V. (2016) K voprosu o PR prodvizhenii kul'turnykh produktov v usloviyakh kommertsializatsii sovremennoy sotsiokul'turnoy sfery [=On the issue of PR promotion of cultural

products in the conditions of commercialization of the modern socio-cultural sphere], in: Informatsiya - Kommunikatsiya - Obshchestvo Trudy XIII Vserossiyskoy nauchnoy konferentsii; IKO-2016. Znaniye v informatsionnuyu epokhu [=Information - Communication - Society Proceedings of the 13th All-Russian Scientific Conference; IKO-2016. Knowledge in the information age], SPb., pp. 147-151. (In Russ.).

13. Toffler, E. (2010) Tret'ya volna [=The Third Wave], Moscow, AST Publishing House, 784 p. (In Russ).

Пряхина Анна Валентиновна - кандидат философских наук, доцент, доцент кафедры коммуникационных технологий и связей с общественностью, Санкт-Петербургский государственный экономический университет, Санкт-Петербург.

anniva2001@mail.ru