Партийное строительство в регионах России: институциализация «Полуторапартийной» модели

ПАРТИЙНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО В РЕГИОНАХ РОССИИ: ИНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ «ПОЛУТОРАПАРТИЙНОЙ» МОДЕЛИ

Д.Н. Нечаев

Кафедра связей с общественностью Воронежский государственный университет пл. Ленина, 10, 394006, Воронеж

В статье анализируются итоги выборов в законодательные собрания областей ЦЧР в 2005 и 2006 годах, которые проходили по «смешанной»» системе. Автор, по итогам выборов в областях ЦЧР, выдвигает тезис о становлении региональных партийных систем с доминирующей партией и гипотезу о том, что Российская Федерация постепенно эволюционирует в сторону «полуторапартийной» системы с преобладающей партией «Единая Россия» и «довеска» из категории «малых партий».

В России политические партии начали подготовку к выборам депутатов Государственной Думы 2007 года, которые предусматривают 7 %-ный барьер для них и конкуренцию только по партийным спискам. Эти выборы станут одним из важнейших сегментов в становлении новой конфигурации действенного политического института страны. Опираясь на классификацию партийных систем, предложенную американским политологом Дж. Сартори — автор формулирует свой прогноз о системообразующих единицах становления партийной системы новой России.

Не соглашаясь с мнением российского политолога A.A. Дегтярева [10, с. 145.] о том, что в нашей стране мы имеем партийную систему «умеренного плюрализма», автор полагает, что за прошедшее четырехлетие линейного развития событий в сторону оформления реальной двухпартийной или многопартийной системы не произошло. Контуры данной тенденции проявились на парламентских выборах 2003 года, которые подготовили общественное мнение к формированию партийной системы России с преобладающей партией: «предельная консолидация «основной партии власти», т. е. «Единой России», двухкратное ослабление КПРФ по партийным спискам и резкое сокращение числа ее одномандатников, полный провал либеральных партий, неожиданный по масштабу успех двух популистских проектов - «ветеранов» из ЛДПР и «новичков из Родины» [14, с. 57].

Еще более рельефно данная тенденция обозначилась на региональных выборах, отчасти опровергая тезисы П.В. Панова (см.: [17, с. 22-23; 18, с. 115]) о типологии региональных парламентов («полностью подчиненный парламент, подчиненный парламент, прогубернаторский парламент, автономный парламент, оппозиционный парламент») и о том, что «специфика электоральных институтов почти не сказывается ни на уровне развития партий, ни на конфигурации региональных партийных систем». И уж тем более региональные выборы 2005 - 2006 годов ставят под сомнение тезис А.Ю. Голубоцкого и A.B. Кынева [#, с. 85] о том, что «партии, как значимый фактор региональной политики, повсеместно отсутствуют».

Одним из серьезных заблуждений представляется неадекватно сформированное убеждение, что выборы депутатов региона являются, хоть и серьезным, но все же местным политическим событием. Вместе с тем изучение «эндогенных институтов дает основу для отдельных концепций об их стабильности, форме и выживании» [3, с. 181]. Стоит отметить, что значение законодательных органов власти областей ЦЧР в укреплении партийной системы, цена депутатского места в областных Думах (Советах) серьезно возросли, в том числе и в связи с новым порядком избрания глав администраций субъектов Федерации (избрание губернаторов на сессиях представительных органов по предложению Президента РФ). В силу этого лоббистские возможности народных избранников, их политический ресурс давления неизмеримо возросли. И это также актуализирует политическую роль партий в политической системе.

Морис Дюверже (см.: [//]), анализируя партийную систему ФРГ,

употреблял термин «2,5-партийная система». Автор выдвигает гипотезу о том, что Россия постепенно эволюционирует к «полуторапартийной» системе, с наличием «большой партии» (партии власти) и «довеска» из числа малых партий. И региональные выборы эту тенденцию «цементируют». Более того, можно отметить и согласие основных участников выборов, то есть политических партий, на вновь вводимые правила игры, когда как бы достигается «основной консенсус, или консенсус по основополагающим моментам (ценностные представления, которые структурируют нашу систему мнений). Это консенсус, который демократия может приобрести в качестве целевого результата» [24, с. 125].

Расклад политических сил в ЦЧР: от «красного пояса» к региональной партийной системе с преобладающей партией.

В период с марта 2005 по октябрь 2006 года в пяти из шести областей Центрально-Черноземного региона, а именно: в Воронежской, Белгородской, Липецкой, Тамбовской и Курской областях состоялись выборы депутатов законодательных собраний. В этих субъектах Федерации впервые парламентариев избирали по новой системе: половину - по одномандатным округам, половину - по партийным спискам. В выборах участвовало более двадцати политических партий, из которых шанс пройти был лишь у «Единой России», КПРФ, партии «Родина», ЛДПР, Российской партии жизни, Аграрной партии, СПС, Партии пенсионеров и местных партийных объединений (воронежского избирательного блока «Справедливость»), В период выборов в большинстве из названных структур увеличилась численность региональных партийных структур, возросло количество сторонников и сочувствующих,

региональные отделения партий усилили информационно-политическую работу среди населения, в руководство вошла часть интеллектуалов и интеллигенции.

Выборы продемонстрировали становление в областях ЦЧР при формальном сохранении многопартийности реальной «полуторапартийной» системы в регионах с доминированием партии «Единая Россия» и «довеска» из категории «малых партий», не влияющих на принятие решений. Одна из причин победы «ЕР» кроется в самой категории партии власти и реализации ею административного ресурса. Политическая ситуация в ЦЧР складывалась так, что не партия оказывала политическую поддержку региональным властям, а главы администраций вынуждены были задействовать свой политический ресурс в продвижении «Единой России». Становление «полуторапартийной» системы в регионах имеет исторические корни и проходит естественнее и гармоничнее, поскольку «на федеральном уровне состав партии власти не слишком стабилен, так как у нее отсутствует четкая экономическая база, а силы в верхних эшелонах постоянно перегруппировываются. В регионе же каркас ее практически не меняется» [75, с. 226.].

Одной из форм реализации административного ресурса партией власти стало выдвижение под номером 1 в партийном списке «ЕР» губернаторов. К примеру, такую линию поведения избрал глава Курской области А. Михайлов, губернатор Липецкой области О. Королев. Как отмечает российский политолог и специалист по вопросам элитообразования О. Гаман-Голутвина, «происходит взаимовыгодный обмен ресурсами: высокопоставленные региональные

политики и предприниматели используют свое положение для содействия «партии власти» на местах, обретая тем самым поддержку со стороны федерального центра» [5, с. 385-386]. В Воронежской области важной формой поддержки «ЕР» со стороны областных властей стало публичное вступление губернатора В.Г. Кулакова в «Единую Россию», что усилило административный ресурс партии. А первая «тройка» выглядела следующим образом: В. Кулаков, глава администрации области, Ю. Титов, первый зам. председателя областной Думы, В. Ключников, депутат облдумы.

Главным же политическим событием двух последних лет стал факт окончательного избавления региона от политического брэнда «красный пояс». В Воронежской области на выборах в областную Думу в марте 2005 года при пятипроцентном барьере «в голосовании по партийным спискам лидерство оказалось у «Единой России» - 29,09 % набранных голосов, «Родина» набрала 21,02% голосов, КПРФ - 13,66% . На четвертом месте в списках оказалась партия «против всех» - 11,88 %. У блока «Справедливость» - 6,43 %, у ЛДПР -5,98%» [4, с. 4]. Таким образом, власть, по мнению Э. Гидденса, «есть возможность и способность добиваться результатов независимо от того, связаны они или нет с сугубо частными интересами» [б, с. 355].

Соответственно, из 56 народных избранников в сегодняшнем составе Воронежской областной Думы преобладающая партия имеет с учетом партийного списка и одномандатников фракцию в количестве 38 человек. Таким образом, «корневая» основа «полуторапартийной» системы сложилась из доминирующей партии «ЕР» и политического противовеса - «оппозиции (КПРФ

- 5 депутатов, «Родина» - 7 человек, блок «Справедливость» — 2 народных избранника) и трех депутатов, не вошедших в партийные фракции, 2 из которых являются членами ЛДПР. Исходя из этого, партия «Единая Россия» имеет абсолютное большинство и сохраняет свой контроль над всей областной Думой

(из 17 избираемых руководящих должностей в Думе 15 занимают представители партии власти)» [20, с. 5], чтобы, как отмечал Ф. Теннис, «сформулировать свою волю и огласить ее в виде действенного решения» [27, с. 348].

Выборы в Воронежской области фактически стали институциональной матрицей оформления «полуторапартийной» системы и в других областях ЦЧР. На выборах в Белгородскую областную Думу в октябре 2005 года при пятипроцентном барьере «Единая Россия» набрала на выборах 52,7 % голосов, КПРФ - 18,5%, «Родина» - 6,4%, ЛДПР - 6,7%. Против всех партий

проголосовали 7,13% избирателей» [2, с. 16]. Окончательный расклад в законодательном собрании области выглядит следующим образом: из 35 депутатских мест 23 принадлежат «Единой России», 4 - КПРФ, 2 - ЛДПР и одно

- «Родине». То, что Президент РФ зондировал на региональных выборах посредством «Единой России» доверие населения области к государственным институтам, свои шаги по реформе политической системы, областной властью было полностью принято в расчет. К тому же внятная экономическая стратегия, привлекательная социальная программа губернатора Е. Савченко с учетом того, что «граждане склонны отождествлять политическую систему с политикой конкретных руководителей» [29, с. 203], обеспечили приемлемые результаты.

В Тамбовской области в декабре 2005 года семипроцентный барьер, необходимый для прохождения в областную Думу, «преодолели только 3 из 11 партий, участвовавших в выборах. С большим отрывом победила «Единая Россия», которая набрала 40,52 % голосов и получит 13-14 из 25 партийных мест в парламенте. Второй и третий результаты у КПРФ и ЛДПР - коммунисты (19,95 % голосов) получат семь-восемь мандатов, либерал-демократы (9,7 %) -три-четыре» [26, с. 16]. В итоге с учетом одномандатников из 50 мест в Думе 34 принадлежат «ЕР», 7 - КПРФ, 4 - ЛДПР.

На выборах в законодательный и представительный орган Курской области в марте 2006 года «семипроцентный барьер преодолели «Единая Россия» (37,3%), КПРФ (11,28%) и Российская партия жизни (7,2%). С учетом одномандатников единороссы получат 30 мест (КПРФ - 5, Российская партия жизни - 3) в региональном заксобрании из 45. Таким образом, у партии власти фактически не будет серьезной оппозиции: КПРФ и Партия жизни не настроены на жесткую конфронтацию. В трех округах выборы признаны несостоявшимися» [12, с. 16].

Рекорд по числу мест «Единой России» среди региональных законодательных собраний поставила Липецкая область, выборы в которой прошли в октябре 2006. Ведь партийный список партии власти возглавлял губернатор О. Королев, на втором и третьем месте - мэр Липецка, лидер местных единороссов М. Гулевский и спикер регионального заксобрания

II. Путилин. «Единороссы получили 41 место (50,6% голосов, 17 списочных мест и 24 одномандатника из 28), что дало им квалифицированное большинство. РПЖ (11,7 %, четыре мандата) и РПП (11,2 %, четыре) намерены создать единую фракцию. Третью депутатскую группу создадут коммунисты (10,7 %, три места по списку и один одномандатник» [22, с. 12]. 11 марта 2007 года выборы пройдут и в Орловской области, где «Список партии власти возглавит глава области Егор Строев, в качестве главного конкурента единороссы рассматривают КПРФ и рассчитывают получить не менее двух третей голосов» [30, с. 12]. Таким образом, роль законодательных собраний в регионах

унифицируется, они становятся партийными, в первую очередь, и прогубернаторскими, во вторую очередь.

Политический ресурс преобладающей партии в ЦЧР растет.

Региональные выборы в областях региона прямо и косвенно подтвердили тезис об увеличении электоральной поддержки партии «Единая Россия» (конечно, с поправкой на использование региональными властями административного ресурса). Причин этому несколько.

Одна из них состоит в следующем: большинство людей стало задумываться, за кого голосовать, за полторы - две недели до выборов. Их политические предпочтения склонялись в сторону того, кому принадлежит реальная власть. Рационально это объясняется четкой ассоциацией: «Единая Россия» - партия власти, значит, надо придерживаться этой позиции. Кроме того, население четко понимало, что президент, с которым связана «интегративная патерналистская идеология» [73; с. 258], симпатизирует партии «Единая Россия», соответственно, имеет смысл ее поддерживать.

Вторая причина состояла в том, что последние недели перед выборами наблюдалась тенденция, когда население, пресытившееся негативной информацией от конкурентов «Единой России», начало менять свои политические предпочтения в пользу политической структуры, олицетворяющей государственную власть. Кстати, упоминания Д. Рогозина о том, что именно Воронеж может стать для «Единой России» вторым Сталинградом, стало серьезным раздражающим фактором для населения. Это высказывание нанесло ущерб партии «Родина» и пошло на пользу партии власти - «Единой России». Третья причина: конкуренты «ЕР», как правило, не смогли объединиться и составить единый союз борьбы с основным объектом конкуренции.

После выборов тенденцию к укреплению влияния партии власти подтверждают и социологические исследования. В июне 2006 года Институтом политического анализа и стратегий (г. Воронеж) был проведен социологический опрос воронежцев, известных своими протестными настроениями, за полтора года до выборов в Государственную Думу. В зависимости от предпочтения той или иной партии голоса респондентов распределились следующим образом: «33,33 % опрошенных готовы отдать свой голос за «Единую Россию», 23,4 % не думают идги на выборы, 14,43% поддерживают КПРФ, 6,97% собираются явиться на избирательные участки, чтобы проголосовать «против всех», по 6,47 % набирают «Родина» и «ЛДПР», 3,48% сочувствуют «Партии пенсионеров», 1,99% -«другим партиям», 1,49 % - СПС, замыкают список «Яблоко» и «Партия жизни», которым доверяют по 0,99 % опрошенных» [28; с. 4].

Вторым фактором усиления влияния партии власти в «полуторапартийной» системе стало увеличение численности членов партии «Единая Россия» в региональных отделениях по отношению к числу избирателей [21; с. 3]. Немаловажно и то, что в партию вступила значительная часть руководителей предприятий, фирм, бюджетных организаций, предпринимателей, чиновников регионального и муниципального уровня, в руках которых сосредоточена реальная финансовая и политическая власть. И это лишь подчеркивает тезис Ф. Беннетона о том, что «политика, конечно же, не является независимой от прочих видов деятельности. Ее связи многочисленны, сложны, их интенсивность изменяется» [7; с. 140 - 141]. И наконец, партия постепенно стала «обрастать» определенным спектром неправительственных

организаций, которые являются «субъектами социально-политического действия, объединяют граждан на основе важных для населения задач» [76; с. 3].

Весомым фактором закрепления доминирующего положения «Единой России» в обществе стало наличие ряда проблем у оппозиции после региональных выборов: отток членов партии, активистов и симпатизантов. Нередки случаи перехода депутатов, проходивших по спискам оппозиции, во фракцию «Единой России» в областных парламентах.

Политические факторы, сдерживающие становление реальной однопартийной системы.

Вместе с тем было бы преждевременным преувеличивать влияние «ЕР» и преуменьшать роль «половинки» (категория «малых партий») в региональной партийной системе, хотя в этом случае они могут претендовать на роль «арбитров, что делает их весьма влиятельными - будь то выборы или непосредственно парламентская деятельность» [77; с. 363]. Итак, определим факторы, препятствующие тотальному доминированию «Единой России» в институционализирующейся новой конструкции партийной системы.

Областные центры региона. С 2004 года, сразу после удачных для «Единой России» выборов в Государственную Думу, в крупных городах ЦЧР обозначилась четкая тенденция сопротивления доминированию партии власти. Так, например, в городе Воронеже партия «Единая Россия» на выборах депутатов законодательного собрания области заняла лишь четвертое место, уступив «Родине», КПРФ и графе «против всех». Еще более четко горожане выразили свою позицию по отношению к ставленникам партии власти на выборах мэров областных центров.

В частности, на всенародных выборах главы города Орла в марте 2006 года «вопреки прогнозам, победу одержал не первый вице-губернатор и лидер регионального отделения «Единой России» Павел Меркулов, а кандидат оппозиции, топ-менеджер ООО «Стройинвестдевелопмент» Александр Касьянов [9; с. 16]. Чуть ранее, на прямых выборах главы города Воронежа, кандидат в мэры И.Д. Образцов, поддерживаемый «Единой Россией» и губернатором области, занял лишь третье место.

Оппозиционные партии. Учтя ошибки предвыборных баталий, оппозиционные сшы левого фланга политические акции на региональном уровне все чаще координируют между собой, а иногда и с партиями либерального спектра (СПС, «Яблоко»), Они видят опасность в «Единой России», прокладывающей путь к реальной однопартийной системе, и именно на нее направляют главный удар. Во время проведения съезда «Молодой Гвардии Единой России» в Воронеже в ноябре 2005 года активисты КПРФ и сторонники Дмитрия Рогозина активно использовали внепарламентские акции против партии власти. А весной 2006 года в столице Черноземья пытался реализовать себя в качестве противника государственного дирижизма в партийном строительстве Объединенный гражданский фронт (ОГФ) при участии актива право-либеральных и лево-радикальных сил.

Нельзя недооценивать и самую серьезную оппозиционную силу - КПРФ. У нее остались важные позитивные сегменты: организационная структура и ячейки во всех районах областей ЦЧР, последовательный состав голосующих, протестные настроения. Установлены связи с администрациями Воронежа и Орла, предлагающие финансовый и информационный инструментарий

поддержки. Очевидно, именно против нее направлен смоделированный альянс «Справедливой России» (эсэров) на левом фланге с участием Российской партии жизни, партии «Родина» и Российской партии пенсионеров (РПП) и Российской партии пенсионеров (РПП). В декабре 2006 года во всех шести областях Центрально-Черноземного региона были образованы региональные объединения «новой партии власти», оппозиционной «Единой России».

На «поле» КПРФ будет играть и проект Селезнева-Гудкова, создающих социал-демократический альянс. Впрочем, в левой системе координат становление транспарентной по весу и влиянию партии может не состояться или дать сбой (в середине 90-х годов прошлого века по этому сценарию не прошел «проект Ивана Рыбкина»). Все это укрепляет мнение автора, что «левое поле» будет состоять из категории «малых партий», «довеска» к доминирующей: реальной оппозиции (КПРФ) и сателлита «ЕР» - «Справедливой России».

Бизнес. Российское бизнес-сообщество не только не оформилось окончательно, но и не определило стратегический вектор своей политической самоидентификации. Поэтому, с одной стороны, значительная часть бизнеса, замкнутая на систему власти, будет поддерживать «партию власти», а другая часть будет искать любую возможность для того, чтобы ослабить «Единую Россию». Именно интересы бизнеса будут толкать эту часть на альтернативные, хотя и рискованные, партийно-политические проекты.

Часть федерального политического класса. Неоднородность российской политической элиты также будет оставаться фактором, сдерживающим доминантную составляющую партии власти, потому что, к примеру, не все политическое чиновничество готово к усилению «ЕР» и ее лидеров Грызлова и Володина. Очевидно, это может быть одной из важных причин «зеленого света» на проект спикера верхней палаты парламента Сергея Миронова по организации на левом фланге нового партийного образования, первого и, скорее всего, не единственного политического компромисса среди федеральной политической элиты.

Региональный правящий слой. Сегодня с большой долей объективности нужно отметить, что значительная часть региональной политической элиты не нашла своего места в «Единой России». Поэтому существует серьезный политический сегмент «недовольных» доминированием «ЕР», который прямо и косвенно будет сдерживать наступательный порыв партии власти, с которым не только придется считаться, но и идти на определенные уступки в политической составляющей.

Прогнозируемые характеристики политических итогов на 2007 и 2008 года в областях Центрально-Черноземного региона

Основной задачей федеральной власти на выборах-2007 будет формирование предсказуемого абсолютного большинства в парламенте и становление реальной «полуторапартийной» системы уже на федеральном уровне. Подготовлена нормативная база для усиления позиций «ЕР»: введены дополнительные меры по борьбе с экстремизмом, ликвидирован минимальный порог явки избирателей, запрещено использование эфирного времени для проведения агитации против других политических партий. Все это приведет к снижению шансов оппозиции. Сосредотачивается и масштабный политический ресурс, состоящий из нескольких важных сегментов (финансовые ресурсы, административные возможности, ресурс средств массовой информации).

Очевидно, парламентские выборы станут репетицией и апробированием идей и технологий на президентских выборах.

На выборах-2007 просматривается линия на объединение вокруг партии «Единая Россия» широкого круга кандидатов, а также лоббистских групп. В данном аспекте есть как плюсы (внесение вклада в общий финансовый ресурс, «координация действий»), так и минусы: «консолидация режима тоже

предполагает распределение политических и институциональных ролей между различными фракциями элиты» (см.: [7, с. 99]). К тому же прошедшие

региональные выборы привели и к определенному истощению

административного ресурса региональных властей. Поэтому стратегия

политсоветов на выборах 2007 года будет ориентирована на интеграцию идей у оппонентов.

Партия власти активно ищет идеологическую основу своего функционирования, что говорит об определенном вакууме в данном направлении. Динамично работает специальная группа под руководством первого зам. председателя Госдумы О.В. Морозова над информационнополитическим проектом «Идеи. Лидеры. Действия». Кстати, именно в нем «Единая Россия» все больше ориентируется на «консерватизм - мировоззрение, мироотношение, идеологию» [23; с. 7], ориентируясь в теории на И. Ильина,

Н. Бердяева, а в практике на П. Столыпина. «ЕР» все больше оттесняет на «левую обочину» политические осколки «Родины», исторически идентифицируя себя с российским консервативными партиями начала XX века: кадетами, то есть Конституционно- демократической партией (Партией народной свободы) и октябристами («Союз 17 октября»), «пусть и небольшого, но все же значимого опыта построения консервативных партий в России в период между двумя революциями в начале XX века. Именно сейчас мы нуждаемся в строительстве сильной консервативной партии» [25; с. 5].

В ближайшее время партия «Единая Россия» столкнется и с тем, что проявится тенденция активизации оппозиционных сил с ярко выраженной неудовлетворенностью сложившимися политическими отношениями, при которых доминирует один партийный институт, и желанием изменить сложившийся статус-кво (исключение в бюллетене графы «против всех» будет работать, прежде всего, на оппозицию). Стратегия избирательной борьбы данных групп давления для реализации главной задачи будет носить характер долговременного ослабления «Единой России» как некоего символа. Оппозиция будет реализовывать линию на позиционирование себя как противника «Единой России», что, по мысли Т. Парсонса, является первым фактом «принадлежности к единице родства и статуса внутри нее повсюду» [19; с. 244].

Ключевым «довеском» к доминирующей партии по итогам парламентских выборов в России 2007 года станут «Справедливая Россия: РодинаЯГенсионеры/Жизнь» и Коммунистическая партия Российской Федерации (ЛДПР будет балансировать на уровне 7 %. Если она пройдет в Думу, то ее роль можно свести к роли «сателлита» «ЕР»). Основной интерес участия КПРФ в парламентских выборах будет состоять в достижении политического реванша. Результат у КПРФ, по мнению автора, будет невелик. Администрациям областей удалось на местном уровне эффективно подключиться к реализации федеральной стратегии по нейтрализации усилий КПРФ и «левых сил». Кроме того, у КПРФ сейчас нет в наличии серьезных финансовых средств,

партийная пропаганда и агитация не подвергалась изменениям с учетом времени, ее приемы и формы остались на уровне 90-х годов.

После ухода Д. Рогозина с поста лидера партии у «Родины» практически не осталось шансов преодолеть 7 %-ный барьер, поэтому ее объединение с Российской партией жизни, Российской партией пенсионеров (РПП) являлось единственным вариантом самосохранения. Очевидно, шансов пройти в Думу не будет и у СПС и «Яблоко», хотя отсутствующее маленькое либеральное звено в системе представительной власти приведет к окончательному исключению «правого» противовеса в партийной системе. Однако к 2008 году в России партийная система полностью оформится как с системообразующими парламентскими партиями, так и широким спектром внепарламентских партий и движений. В случае возможного сложения политических ресурсов радикализирующихся «левых» и «правых» партий хотя бы по одному из сегментов критики власти, эффект воздействия на социальную и политическую стабильность в обществе может быть высоким, а опыт удачных совместных действий послужит прологом формирования внепарламентского оппозиционного «право-левого» блока.

Литература

1. Бенетон Ф. Введение в политическую науку. - М: Изд-во «Весь мир», 2002.

2. В Белгородской области прошли федеральные выборы // Коммерсантъ. Черноземье. - 2005. -19.10.

3. Вейнгаст Б. Политические институты с позиций концепции рационального выбора. // Политическая наука: новые направления. - М: Вече, 1999.

4. Выборы по новой модели: кто выиграл? // Экономика и жизнь - Черноземье. -

2005.-26.03- 1.04.

5. Гаман-Голутвина О.В. Политические элиты России: Вехи исторической эволюции. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006.

6. Гидденс Э. Устроение общества: Очерк теории структурации. - М.: Академический Проект, 2005.

7. Голосов Г. Губернаторы и партийная политика // Pro et contra. Том 5, № 1. Центр и регионы России. - М: Фонд Карнеги за Международный Мир, 2000.

8. Голубоцкий А. Ю., Кынев А. В. Партийная составляющая законодательных собраний российских регионов. // Полис. - 2003. - № 6.

9. Губернатор проиграл выборы мэру // Коммерсантъ. Черноземье. - 2006. - 14.03.

10. Дегтярев А. А. Основы политической теории. - М: Высшая школа, 1998.

11. Дюверже М. Политические партии. - М: Изд-во «Акдамический Проект», 2002.

12. Курская облдума обойдется без оппозиции // Коммерсантъ. Черноземье. -2006.

- 14.03.

13. Лапкин В.В. Опыт количественного описания трансформаций электорального пространства России. // Принципы и практика политических исследований. - М: РОССПЭН, 2002.

14. Макаренко Б.И. Парламентские выборы 2003 г. как проявление кризиса партийной системы. // Полис. - 2004. - № 1.

15. Несмелова М.Ю. Феномен «партии власти»: федеральный и региональный аспект. // Россия. Политические вызовы XXI века. Второй всероссийский конгресс политологов. - М: РОССПЭН, 2002.

16. Нечаев Д.Н. Неправительственные организации как фактор политического развития России и ФРГ: Сравнительный анализ. - М: Изд-во МГУ, Изд-во Ворон, гос. ун-та., 2003.

17. Панов П.В. Изменение электоральных институтов в России. Кроссрегиональный сравнительный анализ // Полис. - 2004. -№ 6.

18. Панов П.В. Реформа региональных избирательных систем и развитие политических партий в регионах России. Кроссрегиональный сравнительный анализ // Полис. - 2005. - № 5.

19.Парсонс Т. О социальных системах / Под ред. В.Ф. Чесноковой, С.А. Белановского. - М: Академический Проект, 2002.

20. Партийная составляющая законодательных собраний. Цифровые показатели выборов депутатов в областях ЦЧР по «смешанной» системе. // Экономика и жизнь -Черноземье. -2006. - 15.07 -21.07.

21. Партия нуждается в народной поддержке // Экономика и жизнь. - Черноземье. -

2006.- 10.06- 16.06.

22. Партия Сергея Миронова отказалась от портфелей // Коммерсантъ. Черноземье. -2006.-13.10.

23. Поляков Л.В. К сбережению России: первоначала государственной мудрости // Библиотека Единой России: Идеи. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2006.

24. Сартори Дж. Управляемая демократия и управляющая демократия. // Мир политики. Суждения и оценки западных политологов. - М: Политологический центр РАУ, 1992.

25. Симонов К. В. Формула консервативной партии: государство, эффективность, модернизация // Библиотека Единой России: Действия. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2006.

26. Тверская и Тамбовская области поддержали «Единую Россию» // Коммерсантъ. Черноземье. - 2005. - 20.12.

27. Теннис Ф. Общность и общество: Основные понятия чистой социологии / Пер. с нем. Д.В. Скляднева. - СПб: «Владимир Даль», 2002.

28. Уровень поддержки населением политических институтов: анализ

социологического исследования среди воронежцев. - Воронеж: ИПАС, 2006.

29. Философия власти. / Под ред. В.В. Ильина. - М: Изд-во МГУ, 1993.

30. Эсеры бросили перчатку старому тандему // Коммерсантъ. Черноземье. - 2006. -

8.12.

PARTY CONSTRUCTION IN REGIONS OF RUSSIA:

EMERGING OF THE “ONE AND A HALF” MODEL

D.N. Nechaev

The Department of Public Relations

Voronezh State University

10, Lenin sq., 394006, Voronezh, Russia

The article is devoted to the analysis of the results of the elections to the legislative assemblies of Central Russia Region in 2005 and 2006 which were held under the “mixed” system. The author, referring to the results of elections in Central Russia Region, puts forward the thesis about emerging of regional party systems with one dominating party and the hypothesis that the Russian Federation gradually moving forward to the “one and a half’ model. This model is characterized by one dominating party “United Russia” and its “add on” from a category of “small parties”.