Варианты репрезентации концепта память в поэтических текстах А. Ахматовой

УДК - 416.0

ВАРИАНТЫ РЕПРЕЗЕНТАЦИИ КОНЦЕПТА ПАМЯТЬ В ПОЭТИЧЕСКИХ ТЕКСТАХ А. АХМАТОВОЙ

Е.И. Нак

Исходя из понимания концепта как своеобразной многокомпонентной организации с полевой структурой, представлены некоторые содержательные компоненты концепта Память. Отмечено, что помимо лексемы "память" названный концепт вербализуют лексемы, понятийные основы которых в данных контекстах приобретают дополнительную способность воссоздавать прошлое. Выявленные компоненты позволяют увидеть элементы полевой структуры как внутри концепта Память, так и на границе его пересечения с другими составляющими русской концептосферы.

Ключевые слова: концепт Память, микрополе, содержательные компоненты.

Понятия "текст" и "художественный текст" имеют различное содержание. М.Я. Дымарский понимает текст как "особую, развернутую вербальную форму осуществления речемыслительного произведения" [2, с.24]. В художественном же тексте слово играет особую роль. По мнению М.М. Бахтина, слово в языке выступает лишь в его "вещественном значении", оно изолировано от всего внелингвистического, от культурного контекста, а художественное слово, кроме лексического значения, имеет еще некоторый "ассоциативный ореол", который включает: 1) способность к потенциальному преобразованию значения (сужению, расширению семантического объема слова, развитию новых значений, актуализации устаревших, приобретению стилистической окраски); 2) существование при слове того, что мы называем фоновыми знаниями [3, с.65].

Для постижения художественного текста необходим его всесторонний анализ, комплексный подход к художественному слову. Именно таким является концептуальный анализ текста.

Художественный концепт включает в себя две составляющие: 1) план содержания; 2) план выражения.

План выражения - это все языковые средства, с помощью которых данный концепт реализуется в языке художественного произведения. С одной стороны, это разноуровневые языковые средства (фонетические, лексические, словообразовательные, грамматические), с другой это средства прагматики, социокультурные, психологические, то есть внетекствоая сторона [4, с.49].

План содержания художественного концепта складывается из признаков семантических, представленных в виде набора сем. Обнаруживает себя семантическое содержание через различные языковые средства и под влиянием условий речи как целенаправленного социального действия. План содержания - это прежде всего семантические компоненты, представленные всей совокупностью значений лексемы и ее лексическихвариантов [4, с.50].

В подходе к концепту мы опираемся на понимание его как "комплексной мыслительной единицы, которая в процессе мыслительной деятельности поворачивается разными сторонами, актуализируя... разные признакии слои" [5, с.37].

Структура концепта являет собой многослойную организацию, которая может быть выявлена через анализ языковых средств ее репрезентации. В структуре концепта можно выявить различные компоненты (ядерные и периферийные средства репрезентации), представляющие собой некоторое микрополе.

Ядерные компоненты - те семы, которые реализуются наиболее частотными языковыми средствами. Интерпретационное поле концепта составляют многочисленные его оценки и трактовки, мнения и суждения, выстраиваемые на базе концепта.

Как отмечают З.Д. Попова и И.А. Стернин, интерпретационным полем концептов служат и произведения тех писателей, поэтов, публицистов, которые в силу своего таланта сумели с наибольшей полнотой и выразительностью охарактеризовать те или иные национальные концепты, отразив и их общенародные семантические признаки, привнесенные в общенародный концепт автором текста [5, с.134].

Концепт Память - один из самых значимых в русской концептосфере и может быть рассмотрен на примере реализации в поэтических текстах А. Ахматовой. Обратившись к различным лексикографическим источникам, можно убедиться, что они содержат сходное определение данного явления. Важнейшая из репрезентантов анализируемого концепта - лексема «память», понятийная основа которой в большинстве случаев в языке содержит следующее значение: «способность запоминать, сохранять и воспроизводить в сознании прежние впечатления» [6, с.777]. Такое же определение слова память дает словарь под ред. А.П. Евгеньевой [7, с.16]. Указанные значения встречаются и в анализируемых текстах А. Ахматовой:

"И будешь ты из всех старух, Что всех переживут, Теряя зренье, память, слух" [1, с. 92], "Скажи, скажи, зачем угасла память" [I, с.153], "У меня сегодня много дела: Надо память до концаубитъ" [1, с. 200].

В некоторых случаях концепт Память репрезентирован лексемами, означающими нечто замкнутое, запертое, хранилище «вещей» - самостоятельно или в сочетании с лексемой "память": укладка, шкатулка, ларец, ящик, подвал, сокровищница, колодец: «Бес попутал в укладке рыться... Ну, а как же могло случиться, Что во всем виновата я?» [1, с.301], "В сокровищнице памяти моей Твои слова, улыбки и движенья" [1, с.27], "И в памяти, словно в узорной укладке: седая улыбка всезнающих уст " [1, с.210], "Царкосельскую одурь Прячу в ящик пустой, В роковую шкатулку, В кипарисный ларец" [1, с.255]. Здесь нельзя не заметить, что образ "кипарисного ларца" является отголоском названия одного из поэтических сборников И. Анненского -"Кипарисовый ларец" - человека, которого Ахматова в одном из своих стихотворений назвала учителем: "А тот, кого учителем считаю... " [1, с.249]. Ассоциативное впечатление - вид репрезентации благодарной памяти.

Одна из важных содержательных характеристик концепта Память у Ахматовой: "то, что сохранилось, удержалось в сознании". Когда речь заходит о возобновлении сохраненного, о «мысленном воспроизведении чего-либо происшедшего, сохранившегося в памяти» [6, с. 152], выступает обычно лексема «воспоминание», см.: «Услышишь гром и вспомнишь обо мне» [1, с.235].

Именно аспект воспроизведения, воспоминания - один из специфических компонентов: «Как белый камень в глубине колодца, Лежит во мне одно воспоминанье» [1, с.119]. Колодец, равно как и укладка, шкатулка, подвал, представляется хранилищем, в данном случае с колодцем поэт сравнивает себя, свою душу, глубины своего сознания. На сей раз речь идет не о материальных воплощениях, а о возобновленном представлении чего-то. Причем отношение поэта к тому, чем наполнена душа, двойственное: «Оно - веселье, и оно - страданье». Воспоминание становится символом прошлого, ему нет места в настоящем: «Мы сознаем, что не могли б вместить То прошлое в границы нашей жизни» [1, с.149].

В приведенном выше сравнении немаловажно слово камень (как белый камень в глубине колодца...). По существу, тяжесть пережитого, тягостность воспоминания передает именно сравнение его с камнем. От него же - холод, неизбывность, безвыходность, так свойственные воспоминаниям у Ахматовой.

«В поэзии Ахматовой «быть в памяти» значило быть живым, память - одна из важнейших составляющих нормальной жизни » [8, с.5], ср.: «Надо память до конца убить» [1, с. 191]. Здесь же: «Я давно предчувствовала этот Светлый день и опустелый дом». Образ дома на протяжении всего творчества Ахматовой олицетворяет собой прошлое, нечто утраченное: «Я пью за разоренный дом» [1, с. 186]. На данную аналогию - Память-жизнь - обращает внимание в одной из своих работ Е.С. Кубрякова: "В русской поэзии слова в цепочке "память - душа - жизнь " связаны между собой так тесно, что сама память персонифицируется, выступает как нечто живое, которое может заговорить" [9, с.90].

Соответственно, отсутствие памяти является аналогом отсутствия нормальной жизни. См.: «И тебе порасскажем мы, Как в беспамятном жили страхе...» [1, с.301]. Отметим, что в словарях нет примеров подобного значения слова «беспамятный». У Ахматовой беспамятный страх характеризуется признаком беспредельности. Далее в произведении: «Как растили детей для плахи, Для застенка и для тюрьмы» [1, с.301]. Поэт говорит о конечности жизни, об утере процесса преемственности поколений, продолжения жизни.

Одним из способов представления оттенков содержания концепта Память в поэтическом мире Ахматовой может выступать значение глагола запомнить: «сохранить, удержать в памяти» [6, с.339]: «Но запомнится беседа, Дымный полдень, воскресенье» [1, с.75], «У него глаза такие, что запомнить каждый должен» [75]. В «Поэме без героя » память представляется как явление, обладающее свойством конечности, т.е. Память в чем-то приравнивается к смерти: «Но запомнит Крещенский вечер Клен в окне, венчальные свечи H поэмы смертный полет, Но не первую ветвь сирени, Не кольцо, не сладость молений, Он погибель мне принесет» [1, с.284].

Эпиграфом к «Поэме без героя» является латинское изречение «Deus conservât omnia» («Бог хранит все»). Таким образом, уже при выборе эпиграфа к поэме Ахматова обозначает выбор одной из важнейших для поэмы идей - идеи Памяти («Поэму без героя» часто называют «поэмой памяти»). И неслучайно Ахматова делает эпиграфом к поэме, являющейся для нее своеобразным жизненным и творческим итогом, девиз на гербе Фонтанного дома. Фонтанный дом является местом действия поэмы. А дом вообще в творчестве Ахматовой часто ассоциируется с чем-то утраченным, с тем, чего уже нет («разоренный дом», «опустелый дом»).

За всеми перечисленными ассоциациями в поэтических текстах можно увидеть проявление еще одного свойства Памяти: она участвует в осознании человеком полноты существования. Ведь

память - это и прошлое, и будущее (его нельзя прогнозировать без опыта прошлого), поэтому без памяти человек имеет дело только с настоящим. В свою очередь настоящее - это мгновение, оно эфемерно и практически неуловимо. Значит, если бы не обладание памятью, то человек не мог бы реализоваться. Таким образом, память - это одна из важных возможностей проявления личности: "Только память вы мне оставьте, Только память в последний миг" [1, с.67]. "Память имеет значение трансцендентальное, и в ней мы не можем видеть нашего над-временного единства", -писал П. Флоренский. "Время дано мне, как некое "сейчас", почему сам я ", смотрящий на все Время, зараз мне данное, - сам я стою над Временем" [10, с.202]. Исайя Берлин, образ которого ахматоведы распознают в загадочном "Госте из будущего" в "Поэме без героя", оставил следующее замечание о "Поэме": "Ахматова не скрывала, что поэма была задумана как своего рода окончательный памятник ее жизни как поэта, памятник прошлому ее города - Петербурга, которое стало неотъемлемой частью ее личности, и - под видом святочной карнавальной процессии переодетых фигур в масках - памятник ее собственной судьбе, своего рода художественное "ныне отпущаеши", произнесенное перед неизбежным и уже близким концом" [11, с. 326]. А Л. Чуковская, бывшая много лет близким другом и доверенным лицом Ахматовой, удивительно точно определяет "Поэму" как "праздник поэзии, пир памяти" [11, с.334].

Память человека не является чем-то единым. А. Бергсон разграничивает память, основанную на привычке (например, заучивание наизусть стихотворения), и память, основанную на воспроизведении образа, так называемую образную память [12]. Этот вид памяти связан с идеей времени и прошлой жизнью человека. Как отмечает М.А. Дмитровская, образная память является генетически связанной с восприятием и сохраняет эту связь в своих проявлениях [13, с.78]. Погружаясь в прошлое, можно видеть не само это прошлое, а его образы или картины. Они могут вести вполне самостоятельную жизнь - вставать, оживать, возникать, воскресать в памяти, их можно также вызвать или восстановить. Образы, картины и воспоминания могут сталкиваться, наплывать друг на друга, тесниться, проходить или бродить в памяти [13, с.82]. В памяти сохраняется не сам человек или событие, а его образ (воспоминание):

Где венчались мы - не помним, Но сверкала эта церковь Тем неистовым сияньем, Что лишь ангелы умеют В белых крыльях приносить [1, с.109].

Памяти как свойству человеческой психики присущи, наряду с другими, следующие две особенности: 1) анализируя свое поведение или состояние в данный момент, человек связывает его с опытом прошлого; 2) становясь прошлым, опыт данного момента в то же время является базой для будущих ситуаций.

Лексемы тень, ива, отражение, зеркало, сон в поэтических текстах Ахматовой также могут выступать репрезентантами концепта Память, участвовать в воссоздании картины прошлого как происходящего перед взором читателя, в воссоздании ощущения прошлого как реальности.

С точки зрения русского сознания, зеркало - это прежде всего предмет, с помощью которого можно видеть (ср. зрение, зрачок), в то время как английское слово mirror в первую очередь представляет идею отражения, т.е. мираж - то, чего на самом деле нет, что вторично [8, с.9]. В "Поэме без героя" образ зеркала способствует воссозданию этимологии английского слова. Зазеркальем названо то, что давно ушло в небытие: "Кто стучится? Ведь всех впустили? Это гость зазеркальный? Или То, что вдруг мелькнуло в окне..." [1, с.289].

Вообще, "Поэма", создававшаяся в течение двадцати лет, являясь своеобразным итогом творческого пути Ахматовой, таит в себе множество загадок. Даже название поэмы является загадкой. Ведь в произведении есть явные действующие лица: Героиня, Демон, тот, кто "был наряжен верстою", "драгунский корнет со стихами". Так почему все-таки "без героя"? Да потому, что все эти персонажи, гости из "адской арлекинады тринадцатого года", - представители зазеркалья. Их не существует, они врываются в наступающий сорок первый год из прошлого, из Памяти поэта... А в предисловии ко второй части - "Решка" - есть строка: "О том, что мерещится в зеркалах, лучше не думать '. Поэма написана, воспоминания оживили на миг давно ушедших, адская арлекинада унеслась. Но зеркала, продолжая хранить прошедшее, являются свидетелем эпохи, свидетелем уже прошедших событий: "Только зеркало зеркалу снится, Тишина тишину сторожит" [1, с.300].

Тень в поэтическом мире Ахматовой также является доказательством сохранения чего-то в памяти: "На истертом красном плюше кресел Изредка мелькает тень его" [1, с.62], "Призрак ты - иль человек прохожий, тень твою зачем-то берегу'' [1, с.231], "Тень ее еще видна накануне полнолунья, Тень ее еще стоит У высокого порога" [1, с.215]. Показывая свою слитность, неразрывность с Ленинградом - Петербургом, поэт использует этот образ: "Я с тобою неразлучима, Тень моя на стенах твоих, Отраженье мое в каналах..." [1, с.305]. В аспекте концепта Память тень участвует в воссоздании прошлого как реальности. В "Поэме" прошлое не воскресает в мыслях автора, оно приходит к Ахматовой спустя тридцать лет. Оно реально, его

можно ощутить: "И я слышу звонок протяжный, И я чувствую холод влажный, Каменею, стыну, горю..." [1, с.286]. Достигается это благодаря тому, что картины прошлого, постоянно возникающие в текстах Ахматовой, вербализуются не только с помощью лексем, обозначающих предметы и явления, но и с помощью лексем, обозначающих запахи, звуки, физиологические ощущения: "Звук оркестра, как с того света (Тень чего-то мелькнула где-то).." [1, с.292], "И опять тот голос знакомый" (1, с.292), "И в памяти черной, пошарив, найдешь До самого локтя перчатки, И ночь Петербурга. И в сумраке лож Тот запах и душный и сладкий" [1, с.247]. Тот запах, тот голос - элементы прошлого. Таким образом, индивидуальные компоненты концепта Память относятся как к сфере вещественного, так и к сфере чувственного. Вещественность, «вещность» - один из важнейших признаков поэтического мира Ахматовой и один из основных приемов воспроизведения моментов прошлого. С другой стороны, интересно отметить, что внереальность, некоторую инфернальность памяти Ахматова может воссоздавать за счет вспомогательных, служебных слов, абстрактных лексем (тот, запах, знакомый).

Во многих произведениях Ахматовой возникают образы деревьев как символы связи с прошлым. Чаще других встречается ива: "А вы, мои друзья последнего призыва! Чтоб вас оплакивать, мне жизнь сохранена. Над вашей памятью не стыть плакучей ивой, а крикнуть на весь мир все ваши имена !" [1, с.207], "Я б задремала под ивой зеленой..." [1, с.181]. Помимо ивы, функцию связующего звена выполняют липа ( "Почти не может быть, ведь ты была всегда: В тени блаженных лип, в блокаде и в больнице... " [1, с.265], клен ("Где свидетель всего на свете, На закате и на рассвете Смотрит в зеркало старый клен..." [1, с.304]. В "Поэме без героя" клен является своеобразным мостиком в будущее: "И, предвидя нашу разлуку, мне иссохшую черную руку, Как за помощью, тянет он" [1, с.304]. В связи с этим прослеживается тесная связь между прошлым и будущим: "Как в прошедшем грядущее зреет, Так в грядущем прошлое тлеет - Страшный праздник мертвой листвы" [1, с.287]. Концепт Память пересекается с другими концептами, один из которых - Время, а прошлое находится в поле пересечения этих концептов.

Способность видеть сны у Ахматовой является одной из составляющих Памяти-жизни. То, что снится, то живет в памяти, а, следовательно, вечно. И, соответственно, отсутствие снов приравнивается к забвению, а значит, к семантической составляющей памяти - Памяти-смерти: "Но ничего не снится мне В моей предсмертной летаргии" [1, с.44].

Не исчерпывая содержания концепта Память, отмеченные компоненты позволяют получить представление об основных чертах концепта Память, как он отразился в творчестве Ахматовой.

Более подробная характеристика предполагает описание и тех содержательных компонентов, которые обуславливают соотношение микрополей как внутри данного Концепта, так и в его внешних связях (Память - Жизнь, Память - Смерть, Память - Любовь, Память - Надежда), что и является предметом наших дальнейших исследований.

Taking into considération the understanding of the concept as a peculiar plural-component entity with field structure we represent some meaningful components of the concept "Memory". It should be noticed that besides the lexeme memory the named concept can be represented by the lexemes which have the ability to reconstruct the past. The revealed components let us see the elements of the field structure both inside the concept "Memory" and at the border of its intersection with other components of the Russian conceptsphere. The key-words: the concept "Memory", microfield, meaningful components.

Список литературы

1. АхматоваА.А. Сочинения в 2-х т. Т.1. Стихотворения и поэмы. М.: 1990.

2. Дымарский М.Я. Проблемы текстообразования и художественный текст (на материале русской прозы 19-20 в.в.) М., 2001.

3. Бахтин М.М. Человек в мире слова. М., 1995.

4. Гехтляр С.Я., Печенкина О.Ю. Структура концепта "Бог" в текстах пословиц и поговорок, собранных В.И. Далем // Русское слово в языке и речи. Доклады общероссийской конференции. Брянск: Изд-во БГПУ, 2000.

5. Попова З.Д., Стернин П.А. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж, 2001.

6. Большой толковый словарь русского языка./ Сост. Ред. С.А. Кузнецов. СПб.: «Норинт»,

2000.

7. Словарь русского языка в 4-х томах. Под ред. А.П. Евгеньевой. Изд 2-е. М., «Русский язык».

1981.

8. Гехтляр С.Я. Небытие и память в поэзии А. Ахматовой. Вестник Московского Психолого-Социального Института, 2003, №2.

9. КубряковаЕ.С. Логическийанализязыка, Вып. 4, 1991.

Ю.Флоренский П. Столп и утверждение истины. М., 1914.

11.Ахматова без глянца. СПб: Амфора, 2007,

12Бергсон А. Материя и память. СПб., 1911.

13.Дмитровская М.А. Логический анализ языка. Культурные концепты. Вып. 4 АН СССР, М., Наука, 1991.

Об авторе

Нак Е.И. - аспирант Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровского, gumvest.bgu@yandex.ru.