Учения о праве и государстве как предмет отечественной дореволюционной диссертационной разработки (XIX В. - 1917 г. )

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 340.12

Е. А. Апольский

УЧЕНИЯ О ПРАВЕ И ГОСУДАРСТВЕ КАК ПРЕДМЕТ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАЗРАБОТКИ

Ключевые слова: диссертация, наука, государственное (конституционное) право, Российская империя.

В статье рассмотрены отечественные дореволюционные диссертации по государственному праву, в которых исследованы учения о праве и государстве, а также выявлены и классифицированы полученные авторами результаты.

Е. А. Аро^И

THE DOCTRINES OF THE LAW AND THE STATE AS A MATTER OF DOMESTIC PRE-REVOLUTIONARY THESIS DEVELOPMENT

The article deals with the domestic pre-revolutionary thesis in public law, which studied the doctrine of the law and the state, as well as identifies and classifies the results obtained by the authors.

Работа по систематизации и классификации новых научных достижений, полученных в магистерских и докторских диссертациях по государственному (конституционному) праву, защищенных в императорских российских университетах, позволила выявить ряд работ, посвященных исследованию учений, школ, направлений становления и развития права и государства, философскому осмыслению государственно-правовой действительности. С сегодняшних научных позиций эта область не охватывается предметом конституционно-правовой науки, однако в Российской империи диссертации по данной проблематике защищались именно по специальности «государственное право». Тому были определенные причины, останавливаться на которых в рамках данной статьи мы не будем. Напротив, продолжая работу по формированию базы данных результатов, полученных российскими учеными в своих диссертациях на протяжении XIX - начала ХХ вв., обратимся к анализу содержания, целей, за-

Key words: thesis, science, state (constitutional) law, Russian empire.

дач и результатов (выраженных в формах теоретического знания) диссертационных исследований по обозначенным выше вопросам.

Диссертации, посвященные разработке учений, школ и направлений изучения права и государства, в силу специфики предмета исследования начали защищаться в российских императорских университетах лишь с семидесятых годов XIX столетия, и всего насчитывается тринадцать работ, первой из которых стала магистерская работа Н. Н. Ворошилова «Критический обзор учения о разделении властей», защищенная в Московском университете в 1872 г. [4].

В предисловии автор указал на чувствительный недостаток в нашей литературе теоретических сочинений, особенно по государственному праву, вследствие все более и более возрастающего интереса к идеям и формам, выработанным историей и наукой западных государств [4, с. 3]. В исследовании внимание сосредоточено на разборе истории зарождения предпосылок к формированию

теории разделения властей, анализе распространения и изменения учения о разделении властей в XVIII в., рассмотрении отрицания начала разделения властей в XVIII в., отдельно изучено влияние теории разделения властей на устройство государств в XVIII-XIX вв. Н. Н. Ворошилов представил критический анализ мнений в основном французских, немецких и английских ученых, особо останавливаясь на трудах Ш. Монтескье, И. Канта, Ж. Бодена, Г. Гроция, Дж. Локка, Ж.-Ж. Руссо, И. Фихте, Дж. Милля, И. Блюнчли и др.

Говоря о влиянии теории Монтескье в Европе, Н. Н. Ворошилов замечает, что его учение о разделении властей не оставалось неизменным, а развивалось другими мыслителями (некоторые иначе именовали законодательную власть, придавали ей особое положение, другие принимали лишь две власти, третьи и вовсе дробили власть «до непонятных частей»). Автором предлагается классификация причин подобных изменений теории разделения властей Монтескье: 1) отсутствие надлежащей связи между властями у Монтескье и неодинаковое положение их у него заставляло видеть в этом делении как бы нечто произвольное, а не вполне естественное, вытекающее из существа государства; 2) понятия о государственном устройстве, управлении, исполнении, правительстве не были ясны тогда и не разграничивались надлежащим образом; 3) тогда не установилось еще правильное понятие о власти и с нею смешивали отдельные ее права [4, с. 109].

В конце работы сопоставлены результаты анализа теорий и концепций, появившихся в развитие учения Монтескье, и подчеркнуто, что направление и единство деятельности властей даются законодательной властью, отвечая на вопрос о приоритетной ветви власти. Само же разделение власти, по мнению Ворошилова, не есть ее раздробление: «... оно представляет деятельность каждой из властей в определенной области, как деятельность одной и той же государственной власти. Оно есть форма проявления этой деятельности; но эта форма не есть только одно внешнее, а имеет и свое собственное содержание» [4, с. 450].

Следующим в ряду исследований политических и правовых учений стоит магистерская диссертация А. С. Алексеева «Макиавелли как политический мыслитель», защищенная в Московском университете в 1880 г.

Уже в предисловии к работе Алексеев сформулировал основную свою гипотезу, расходящуюся с господствовавшими в современной ему литературе воззрениями, о том, «что Макиавелли рассматривал политические вопросы не с односторонней точки зрения практического политика, а изучал явления государственной жизни в связи со всеми влияющими на них условиями, что он не только не отрицал морали, а напротив считал нравственные требования обязательными для политика и видел в гражданских добродетелях главное основание общежития, что он с неумолимой логикой доказывал развращающее влияние деспотизма на народные нравы и видел в республике государственную форму, которая одна может примирить противоположность общественных интересов, обеспечить материальное благосостояние народа, и раскрыть этому народу путь к нравственному просветлению» [1, с. XI].

В заключительной части работы представлены окончательные ответы на поставленные в начале исследования вопросы и утверждается, что Макиавелли написал работу «Государь» «с целью, во-первых, поделиться своими личными наблюдениями над политикою тех князей, с которыми он столкнулся на пути своей служебной деятельности, во-вторых, с целью исследовать ту государственную форму, которая в виду политического состояния Италии, имела для него особенный интерес» [1, с. 334-335]. Автор утверждает, что Макиавелли не сочувствовал форме княжества, так как ни единым словом не упомянул о достоинствах единовластия; в княжестве (государстве) же Макиавелли видел лишь неизбежное средство, спасающее народ от политической смерти.

В 1886 г. в Киевском университете была защищена докторская диссертация К. Н. Яроша «Иеремия Бентам, его отношение к учению о естественном праве». Автор выясняет отношение Бентама к идее естественного права, в результате чего приходит к выводу, что идея естественного права, по мнению Бентама, есть анархический софизм, состоящий в ложном приписывании прямого смысла фигуральному выражению, стремящийся придать общеобязательную силу личным, произвольным мнениям и вносящий анархию в политико-юридический строй государственного общения. Кроме того, К. Н. Ярош подчеркива-

ет, какова бы ни была степень вескости и полноты критики Бентама, направленной против учения о jus natural, несомненно то, что собственные его произведения проявляют стремления и тенденции, обличающие черты внутреннего духовного родства со стремлениями и тенденциями, которые лежат в основе того же, осыпанного возражениями, учения о естественном праве [15, с. 49, 56]. Другими словами, Бентам явился невольным продолжателем заблуждений весьма ненавистного ему учения о естественном праве. В заключительной части исследования К. Н. Ярош приходит к мысли о том, что учение Бентама эквилибрировало между анархией и деспотизмом, а также что надежды, которые возлагал Бентам на свое учение, далеко не оправдались [15, с. 98-106].

Следующая по хронологии - докторская диссертация А. С. Алексеева, защищенная в 1887 г. в Московском университете и выполненная в том же стиле, что и магистерская, с той лишь разницей, что предметом исследования в ней явилась политическая доктрина Ж. Ж. Руссо и ее связь с государственным бытом Женевы [2]. В самом начале выдвигается положение, не согласующееся с общепринятыми воззрениями, о том, что «общественный договор» занимает среди произведений Руссо лишь второстепенное место.

Свой обширный докторский труд А. С. Алексеев разделил на три части: в первой определено место, занимаемое «Общественным договором» в истории литературной деятельности Руссо, во второй - был проанализирован государственный быт Женевы в первую половину XVIII века, в третьей -путем выяснения отношения Руссо к женевской конституции, к политическим идеям своих соотечественников, отношения соотечественников Руссо к его политической доктрине, определена доктрина «Общественного договора» в ее отношении к политическому быту Женевы. Основная часть работы посвящена выяснению того места, которое занимает работа Руссо «Общественный договор». Руссо, по мнению автора, не только воспроизвел в «Общественном договоре» политические идеи своих сограждан, но и возвел их на степень общих начал государственной науки. Но применяя политические принципы своих соотечественников к построению идеального государства, Руссо выступает уже не сыном своей родины, а последователем того направления

философской и политической мысли, которое было господствующим в приютившей его стране. В целом же выводы в работе носят оценочный и обобщенный характер, формы теоретического научного знания нами не выявлены.

В 1891 г. в Новороссийском университете магистерскую диссертацию на тему «Конституционные начала и политические воззрения кн. Бисмарка» защитил В. Н. Рен-ненкампф [10]. Главной причиной выбора темы исследования явился «общий и живой интерес, который возбуждала полувековая деятельность кн. Бисмарка, огромное влияние, оказанное ею на ход политических событий во 2-й половине текущего столетия» [10, с. 3]. Основной целью автор обозначил попытку свести отрывочные политические воззрения кн. Бисмарка, рассеянные в его многочисленных речах, в одно целое и уяснить их связь с современным положением конституционного права в науке и законодательстве [10, с. 3]. В соответствии с целью структура исследования состоит из трех отделов: 1) исторический очерк конституционного устройства; 2) обзор основных начал конституционно-представительного строя; 3) политические воззрения кн. Бисмарка и значение их в общем развитии конституционного права.

Заслуживает внимания представленная В. Н. Ренненкампфом классификация конституционных начал, господствовавших в Европе в течение трех периодов развития: первый период (революционный, 1789-1802 гг.) -преобладающие начала: 1) права личные и

2) народный суверенитет; второй период (1814-1848 гг.) - преобладающие начала:

3) государство и государственная власть,

4) разделение власти, 5) представительство вообще и в частности, учреждение верхней палаты или сената; третий период (1848-1870 гг.) -преобладающие начала: 6) всеобщее голосование и ограждение прав меньшинства, 7) парламентарная система» [10, с. 79-80].

Заключение работы посвящено окончательному объяснению неполноты, несистемности, непоследовательности, видоизменяемости и противоречий воззрений Бисмарка на главные начала государственного порядка. Предложен и авторский ответ на вопрос о влиянии учения Бисмарка на развитие западноевропейских государств.

В следующем, 1892 году в Харьковском университете была защищена доктор-

ская диссертация И. М. Собестианского «Учения о национальных особенностях характера и юридического быта древних славян. Исто-рико-критическое исследование». Подтверждая, что вопрос о характере древних славян, об их быте, нравах и обычаях принадлежит к числу самых запутанных в славянской научной литературе, автор ставит задачи исследования: а) выяснить причины крайне идеализированного взгляда, выработанного в науке, на характер древних славян; б) определить насколько такая характеристика соответствует действительности; в) рассмотреть причины отсутствия успеха у «трезвых» взглядов на характер древних славян.

Проследив, каким образом сложился в славянской науке господствующий взгляд на характер древнего славянства, И. М. Собести-анский называет главным виновником его Гер-дера, выступившего в конце XVIII века с теорией о национальных особенностях древнего славянства [12, с. 76]. Исследование учений о юридическом быте древних славян также приводит автора к гипотезе о схожести юридического быта древних славян и быта германцев: поскольку юридический быт народа должен носить на себе отпечаток коренных свойств его характера, учитывая схожесть древне-славянского и древне-германского характера, а рпоп можно утверждать, что юридический быт древних славян весьма близко подходил к быту германцев [12, с. 188-189].

В заключение высказана также мысль о том, что смягчение нравов в славянском мире началось с принятием христианства, этой великой культурной силы; племена, долее других упорствовавшие в язычестве, дольше и удержали свой первобытный уклад. И именно этим обстоятельством, по мнению И. М. Собестианского, объясняется существование в довольно позднюю эпоху у балтийских славян дикой воинственности, рабства, многоженства, умерщвления детей и стариков, а также человеческих жертвоприношений [12, с. 208].

Изучение реакции против естественного права в немецкой литературе XIX столетия побудило известного ученого П. И. Новгород-цева ознакомиться с исторической школой, где обнаружилось достаточно материала для специального исследования. Так появилась защищенная в 1897 г. в Московском университете магистерская диссертация «Истори-

ческая школа юристов, ее происхождение и судьба. Опыт характеристики основ школы Савиньи в их последовательном развитии» [8]. Введение автор посвятил общему определению естественного права, в основной части представил генезис исторической школы в трудах ее видных представителей.

Основные результаты исследования сформулированы в заключении к диссертации, где отмечены итоги изучения цепи развития историзма в немецкой юриспруденции и отношения историзма к естественному праву. В теории Гуго Новгородцев увидел противоречивость общему сознанию и, вследствие этого, невозможность ее распространения. Доктрина Савиньи, по мнению автора диссертации, достигла состояния полного разложения: теория правообразования, составлявшая центральный пункт старой исторической школы, разбилась на две самостоятельных проблемы (соответственно различию в праве формы и содержания), и каждая из этих проблем решается в прямой оппозиции к выводам Савиньи и Пухты [8, с. 216].

Отмечает П. И. Новгородцев и последствия «разложения» исторической школы, важнейшим среди которых является возрождение естественно-правовой доктрины; «историзм позднейшей формации, выразившийся в учении Иеринга, сам воспринял в себя критико-прогрессивные тенденции идеалистического направления и сблизился в этом отношении с философией прошлого века» [8, с. 218]. Новейшая полемика против естественного права, по мнению автора, способна была разрушить только крайности прежней философии права, но никак ни ее сущность.

Интересное исследование представлено в магистерской диссертации В. Е. Вальден-берга «Закон и право в философии Гоббеса», защищенной в 1900 г. в Санкт-Петербургском университете. В соответствии с этим в диссертации представлены две главы, в которых рассматриваются методология исследования, состояние чистой природы, понятие закона природы, закон и право в состоянии природы, государственный закон, закон и право в государстве, литература XVII-XIX вв., критика естественного права, а также дается оценка учения Гоббса о праве и его исторического значения.

Из выводов в первую очередь интересны тезисы, представленные в главе об

оценке учения Гоббса о праве. Главной ошибкой теории Гоббса называется признание естественного права вечным и неизменным; поэтому же представляется странным и необоснованным утверждение Гоббса о том, что все положительное право есть только развитие и дополнение права естественного [3, с. 216-217, 229, 246].

Через пять лет после магистерской защиты докторское исследование публично защитил П. И. Новгородцев «Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. Два типичных построения в области философии права» в Санкт-Петербургском университете (1902 г.). Являясь непосредственным продолжением магистерской диссертации, эта работа имела цель проследить насколько историческое направление в юриспруденции упразднило ту идею, которая издавна являлась опорой философии права [9, с. I]. Здесь же дан и ответ на поставленный изначально вопрос: указанное упразднение было мнимым, а естественно-правовая идея пережила нападки, которые были против нее сделаны.

Обратимся к выводам. В результате исследования философии права И. Канта П. И. Новгородцев представил достоинства доктрины нормативного начала [9, с. 157-158]. Основным недостатком нормативного метода Канта ученый считает то, что «формализм Канта закрывал для него мир действительных отношений и удерживал его мысль в пределах абстрактных определений» [9, с. 158].

Новгородцев утверждает, что учение Гегеля, подобно учению Канта, должно быть признано классическим образцом нравственной философии. Субъективное направление Канта при одностороннем его развитии может привести к отрицанию необходимости общественного прогресса нравственности и утверждению, что достаточно одних личных усилий для создания нормальных нравственных отношений. Объективное же воззрение Гегеля может клониться к иной крайности -подчинению личного момента общественному и к забвению той грани, которая должна лежать между идеей общественной организации нравственности и принципом нравственной автономии [9, с. 245]. Правильное отношение состоит, по мнению автора, в их сосуществовании и взаимном признании.

П. И. Новгородцев остался верен избранному им в магистерской диссертации на-

правлению исследования, продолжив разработку исторической школы права и связанных с ней концепций в докторской работе.

Очерк развития индивидуалистического направления в истории философии государства в качестве магистерской диссертации был представлен и защищен в Харьковском университете А. Н. Фатеевым в 1907 г. Задачей работы указывается стремление «наметить линию развития идеи политического индивида, т. е. понятия о гражданине, которому присвоены индивидуальные права» [13, с. I]. Диссертация состоит из двух частей. В первой ученый касается господства абсолютного этатизма и зародышей этико-политического индивидуализма, касается элементов политического индивидуализма, внесенных христианской доктриной, теократизма и значения средневековой философии для политического индивидуализма, анализирует значение индивидуалистического направления в истории философии государства и зародышей политического индивидуализма. Из форм теоретического знания можно выделить классификацию политико-философских идеи в сочинениях Фомы Аквинского и его учеников, которые далее развивались средневековыми мыслителями, поддерживавшими идею о светской власти: 1) по отношению к происхождению государственной власти: о возникновении государственной власти через людское установление путем договора; 2) по отношению к границам деятельности государственной власти и ее цели: о государе для государства, но не обратно, о благе подданных; устанавливается обязанность стремиться к этому благу со стороны государя, при чем в качестве аргумента a contrario, рисуется картина тирана и излагается сравнительная оценка форм правления, где не упускаются из вида и достоинства народоправства.

Предметом исследования в магистерской диссертации «Опыты по истории политических идей в Англии (XV-XVII в.)» (защищена в 1913 г. в Московском университете) К. А. Кузнецов выбрал политическую идеологию Англии «старого режима», обозначая так эпоху Тюдоров и первых двух Стюартов. В заключении к работе К. А. Кузнецов лишь указывает на некоторые характерные пункты в рассмотренных им «политических построениях» [6], поэтому представить формы научного знания, полученные в диссертации, не представляется

возможным. Непосредственный результат исследования - сам подробный обзор истории политических идей в Англии на протяжении ХУ-ХУ11 столетий.

В 1913 г. в Московском университете была защищена магистерская диссертация А. А. Рождественского «Теория субъективных публичных прав. Критико-систематиче-ское исследование». В предисловии автор указал, что диссертация посвящена изучению основных вопросов теории субъективных публичных прав, а сама работа имеет характер критико-систематического исследования (поэтому каждое производимое построение обосновано предварительным критическим анализом различных точек зрения в области рассматриваемых вопросов) [11, с. I].

Во введении к диссертации автор анализирует и признаки государства, в результате чего формулирует собственное определение: «Государство есть общественный союз свободных людей с принудительно установленным мирным порядком посредством предоставления исключительного права принуждения только органам государства» [11, с. 52].

Во второй главе А. А. Рождественский раскрыл сущность разработанной классификации субъективных публичных прав. Подробное изучение существующих в науке мнений по этому вопросу приводит ученого к убеждению, что к категории субъективных публичных прав могут быть отнесены только два вида прав: права на услуги государства (или права публичных служб) и политические права (или права участия населения в государственном властвовании [11, с. 249]. Вместе с тем, ученый отрицает отнесения вещного права к категории субъективных публичных прав.

Этика Фихте и основы права и нравственности в системе трансцендентальной философии стали предметом магистерской диссертации Б. П. Вышеславцева, защищенной в Московском университете в 1 91 4 г. В структуре исследования выделено четыре отдела: 1) трансцендентальный идеализм; рациональное и иррациональное; 2)субъект и объект; 3) царство природы и царство свободы; 4) право и нравственность [5, с. УМ-ХШ]. Выводы и результаты работы отдельно не помещены, а фрагментарно присутствуют в тексте. Подводя итог противопоставлениям, выраженным в произведениях Фихте в первый период его творческой деятельности (до 1800 г.),

Б. П. Вышеславцев вывел основные формулировки: «... опыт и вне-опытное, факт и основание, данное и созидание; или соединяя все это в одно: данный в опыте факт на одной стороне, и вне опытное созидание из оснований -на другой» [5, с. 12].

Анализируя решение «психо-физиче-ской проблемы», Вышеславцев утверждает, что Фихте колебался между субъективным идеализмом и особым спиритуализмом в духе Плотина. Но, если даже собственные симпатии Фихте склонялись к такому спиритуализму, то «это не значит, что в его философии, и особенно в его этике, нельзя найти элементов иного, более осторожного, более широко задуманного онтологизма. Действие, составляющее центральное понятие этики, предполагает, конечно, сознание, ибо нравственное деяние есть прежде всего сознательное деяние, но оно предполагает необходимо и движение в материальном мире, предполагает реальность своих продуктов, предполагает реальность мира, который им сознательно и свободно преобразуется, и не может допустить никакого иллюзионизма» [5, с. 322].

Итак, анализ содержания и результатов вышеуказанных диссертаций позволяет определить их основные научные результаты, выраженные в приведенных ниже формах теоретического знания, для формирования обозначенной нами в начале настоящей статьи базы данных [7; 14]:

- гипотеза о мировоззрении и политических взглядах Макиавелли [2];

- гипотеза о схожести юридического быта древних славян и быта германцев [12];

- классификация причин изменения теории разделения властей Ш. Монтескье [4];

- классификация конституционных начал, господствовавших в Европе в течение трех периодов развития (1789-1802 гг., 18141848 гг., 1848-1870 гг.) [10];

- классификация политико-философских идеи в сочинениях Фомы Аквинского и его учеников, которые далее развивались средневековыми мыслителями, поддерживавшими идею о светской власти [13];

- понятие государства: государство есть общественный союз свободных людей с принудительно установленным мирным порядком посредством предоставления исключительного права принуждения только органам государства [11].

Литература

1. Алексеев А. С. Макиавелли, как политический мыслитель. М.: Издание книгопродавца А. Л. Васильева, 1880. 336 с.

2. Алексеев А. С. Этюды Ж. Ж. Руссо: в 2 т. Т. 2. Связь политической доктрины Ж. Ж. Руссо с государственным бытом Женевы. М.: Издание книгопродавца А. Л. Васильева, 1887. 368 с.

3. Вальденберг В. Е. Закон и право в философии Гоббеса. СПб.: Типография В. С. Балашев и К°, 1900. 267 с.

4. Ворошилов Н. Н. Критический обзор учения о разделении властей. Ярославль: Типография Губ. зем. управы , 1871. 451 с.

5. Вышеславцев Б. П. Этика Фихте. Основы права и нравственности в системе трансцендентальной философии. М.: Печатня А. И. Снегиревой, 1914. 437 с.

6. Кузнецов К. А. Опыты по истории политических идей в Англии (XV-XVII в.). Владивосток: Типография Восточного института, 1913. 213 с.

7. Нестеров А. В. О научно-квалификационных критериях // Научно-техническая информация. 2012. Серия 1. Организация и методика информационной работы. № 8. С. 27-32.

8. Новгородцев П. И. Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба. Опыт характеристики основ школы Савиньи в их последовательном развитии. М.: Унив. типография, 1896. 226 с.

9. Новгородцев П. И. Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. Два типичных построения в области философии права. М.: Унив. типография, 1901. 245 с.

10. Ренненкампф В. Н. Конституционные начала и политические воззрения кн. Бисмарка. Киев: Т-во печ. дела и торг. И. Н. Кушнерев и К° в Москве, Киев. отд-ние, 1890. 414 с.

11. Рождественский А. А. Теория субъективных публичных прав. Критико-систематическое исследование. М.: Печатня А. И. Снегиревой, 1913. 290 с.

12. Собестианский И. М. Учения о национальных особенностях характера и юридического быта древних славян. Историко-критическое исследование. Харьков: Типография А. Н. Гусева, бывш. В. С. Бирюкова, 1892. 336 с.

13. Фатеев А. Н. Очерк развития индивидуалистического направления в истории философии государства (Идея политического индивида). Ч. 1-2. - Харьков: Типография «Печатное Дело», 1904-1907. Ч. 1. 1904. 191 с. Ч. 2. 1907. 486 с.

14. Якушев А. Н., Климов А. Ю. Положение о присуждении ученых степеней в России (2013): пробелы и проблемы процедуры оценки диссертаций // Российский журнал правовых исследований. 2015. № 1 (2). С. 179-185.

15. Ярош К. Н. Иеремия Бентам, его отношение к учению о естественном праве. Харьков: Типография М. Ф. Зильберберга, 1886. 128 с.