Запрос на наглых

В стане оппозиции на минувшей неделе произошло нечто, до сих пор не виданное: у Григория Явлинского появился открытый внутрипартийный оппонент. На место лидера «Яблока» претендует «младояблочник» Илья Яшин

Яшин собирается побороться за пост лидера «Яблока» — с тем чтобы тут же упразднить должность председателя партии («только коллегиальное управление») и начать диалог с другими оппозиционерами об объединении.

— Этим идеям есть поддержка из 15 регионов, включая Москву и Санкт-Петербург; после моего открытого выступления, думаю, она будет больше, — уверен Илья ЯШИН (на фото).

Вы с Григорием Явлинским говорили перед своим выступлением?

И с ним, и с Сергеем Иваненко. Элементарная порядочность плюс огромное уважение, которое я к ним испытываю.

Как они отнеслись?

Спокойно, без агрессии. Видимо, чувствуют, что их позиции в партии неколебимы. Постараюсь доказать, что это не так.

Оппозиция в рамках оппозиции? Нечто новое в «Яблоке».

Я не считаю себя «оппозицией внутри». Просто у нас с Явлинским, Иваненко, другими коллегами есть разногласия — не о том, как должна быть устроена страна (здесь мы единомышленники), а о стратегии и тактике развития оппозиции, партии «Яблоко».

Первый пункт вашей программы — «объединенческий» — обсуждался демократами 8 лет назад. Еще более активно про объединение стали говорить после поражения на прошлых парламентских выборах, в 2003-м. Все эти годы не получалось — а у вас получится?

Если бы в стране была единая демократическая партия, отстаивающая интересы граждан, многие негативные процессы были бы заблокированы. Есть опыт объединенных действий — небольшой, но есть. А сейчас объединение должно получиться, просто потому что падать уже некуда. Второе подряд поражение демократов на думских выборах — это дно. Нет повода не оттолкнуться от этого дна и идти вверх.

Думаете, еще не поздно?

Если через 4 года будет третье поражение — вот тогда будет поздно. Мои товарищи в «Яблоке», которые не разделяют мои позиции, говорят: «Объединение уже состоялось. Вот, посмотрите — в «Яблоко» пришли зеленые, правозащитники, солдатские матери...» Я приветствую этот процесс. Проблема в том, на мой взгляд, что руководство «Яблока» не считает демократами многих коллег по оппозиции — мол, с теми же СПС и Каспаровым и говорить не о чем; вот с этим я не согласен. И очень многие избиратели также не понимают, почему демократы Явлинский, Белых, Каспаров, Хакамада, Рыжков и многие другие не могут делать дело вместе. Почему они воюют, когда демократии вокруг практически не осталось. И избиратели говорят: «Ребята, объединитесь, защитите наши права, ежедневно нарушаемые. Восстановите демократические институты — независимые парламент, суд, прессу, а потом уже деритесь между собой».

Так же говорили и 4 года назад.

Вот за 4 года эта тема и поднялась до вершины повестки дня — как мне кажется, для большинства людей, сочувствующих демократам. И власть — первая, кто не заинтересован в таком объединении.

Под брендом «Яблоко» либо СПС, вторично проигравших выборы?

Мне «Яблоко» очень дорого: я пришел именно в «Яблоко», остаюсь в нем. Но если объединение демократов потребует отказа от этого, как вы говорите, бренда, то лично я готов платить эту цену. Есть вещи важнее названий, правда? Ниша объединенной демократической партии свободна, избиратель и власть это понимают.

Вы примерно представляете, что значит зарегистрировать новую оппозиционную партию официально?

Конечно, регистрационная бумага из Минюста — вещь хорошая и важная. Но ее наличие не должно стать предметом торга. Для нас регистрация — не самоцель. Если демократическое движение не умеет быть на улице, организовывать кампании «от двери к двери», действовать в интересах конкретного избирателя в конкретном Южном Бутове, допустим, то это никакое не демократическое движение. Не выпрашивать бумажку, а действовать, чтобы стать политической силой, — вот что главное.

Несколько лет назад Леонид Невзлин выразил желание финансировать молодежное «Яблоко» в пику «взрослому» «Яблоку» Явлинского. Тогда вы отказались, видя в этом призыв к расколу. Сегодня вы фактически объявляете о несогласии с генеральной линией партии. Деньги у Невзлина возьмете, если предложит?

Не возьму, конечно. С Невзлиным и Березовским дел иметь просто не надо: твои же сторонники, избиратели тебя просто не поймут. Политическая независимость — принципиальная вещь, что тогда, что сейчас. Эта независимость — от Невзлина, Путина, даже от Явлинского в некоторых вопросах — единственное, что у меня есть. И я этим очень дорожу. Если я считал, что нельзя «Яблоку» поддерживать Лужкова, — то я говорил об этом. Считал, что нельзя было «Яблоку» подписывать в Кремле антиэкстремистскую хартию, по сути постыдную, — и говорил об этом. Я достаточно последовательный человек.

Откуда брать деньги? Вы говорите, допустим, об опыте польской «Солидарности» — ненасильственные действия, гражданское сопротивление. Но «Солидарность» жила не на польские деньги.

Твердо убежден: никаких зарубежных денег. Конечно, наш бизнес настолько запуган, что боится идти даже на переговоры о финансировании оппозиции. Но все равно — живем же? Предприниматели понимают, что происходит в стране: вот придут и отберут всё, если понадобится, и никакой защиты. Думаю, новое поколение демократов гораздо более привлекательно с инвестиционной точки зрения для нашего зашуганного бизнеса, чем старшие коллеги.

Почему это?

К нам в силу возраста претензий меньше объективно. Лет через 20 и мне в этом плане будет тяжело — просто потому, что накопится биография и количество людей, мной недовольных. А сейчас есть запрос на молодых, наглых лидеров.

Вы уже говорили о перспективах объединения с коллегами вне «Яблока» — с СПС, Рыжковым, Каспаровым?

У меня другая тактика. Я не вел никаких переговоров до того, как открыто объявил свою позицию. Хочу, чтобы дискуссия шла в публичном пространстве — публичной поддержки, публичной критики. Меня нельзя обвинить в том, что я кого-то на что-то подговариваю; считаю, что это плюс.

Беседовал ЮРИЙ ВАСИЛЬЕВ

Фото АЛЕКСЕЯ КУБЕНКО/КОММЕРСАНТ