К вопросу о фразеологических единицах с универсальным и исключительным значениями

УДК 80/81 ББК 87.0

Олейник Роман Валерьевич

аспирант,

ассистент

общеуниверситетская кафедра иностранных языков Башкирский Государственный Университет им. М. Акмуллы

г. Уфа

Oleynik Roman Valerievich

Post-graduate,

Assistant

General University Chair of Foreign Languages Bashkir State Pedagogical University Ufa

К вопросу о фразеологических единицах с универсальным и исключительным значениями

On the Issue of the Phraseological Units with Universal and Exceptional Meanings

В статье рассматриваются вопросы определения понятий «семантически универсальная ФЕ» и «семантически исключительная ФЕ». Освещаются проблемы соотношения категорий универсального и исключительного в семантике фразеологизмов, а также корреляции культурно-языковой специфики и культурно-языковых универсалий.

The article deals with the issue of such terms definition as «semantically universal phraseological unit» and «semantically exceptional phraseological unit». The correlation between the categories of the universal and the exceptional in semantics of idioms, as well as the interrelation between the cultural and linguistic specificity and the cultural and linguistic universals are under consideration.

Ключевые слова: универсальная ФЕ, фразеологическое исключение, ан-тиуниверсальная ФЕ, лингвокультурная специфика.

Key words: universal phraseological unit, phraseological exception, antiuniversal phraseological unit, linguistic and cultural specificity.

Тема национально-культурной специфики является достаточно традиционной для исследований в области фразеологии. На протяжении многих лет в работах по фразеологии (в особенности, если они выполнялись в рамках традиционного языкознания) утверждалось, что идиомы представляют собой национально специфические единицы языка, аккумулирующие культурный потенциал народа. Вполне уместно характерное утверждение A.M. Бабкина, что идиоматика - это «святая святых национального языка», в которой неповторимым образом отражаются дух и своеобразие нации [2, с. 7].

Национальная самобытность языка получает наиболее яркое и непосредственное проявление именно во фразеологизмах, так как они соотнесены прямо с языковой действительностью. Выявление собственно-национальных свойств семантики фразеологических единиц одного языка можно осуществить только в сопоставлении фразеологизмов разных языков.

Лингвистическая универсология имеет дело не с отдельными языками или множествами генетически, ареально и типологически сближаемых языков, а со всеми без исключения языками мира, рассматривая их как частные проявления единого человеческого языка. Универсологию интересуют языковые универсалии, т.е. всеобщие, сущностные признаки, обнаруживаемые во всех или в большинстве языков мира. Эти признаки постулируются исследователем в виде гипотез, проверяемых потом на эмпирическом материале конкретных языков. Иначе говоря, лингвистическая универсология представляет собой по преимуществу теоретическую и дедуктивную дисциплину. Не случайно, многие языковеды полагают, что общая теория языка - это, прежде всего, теория языковых универсалий.

Языковой универсалией является признак, обнаруживаемый во всех или в абсолютном большинстве языков мира. Часто универсалией называют также и высказывание (суждение) о такой закономерности, присущей человеческому языку. Идея об универсальности определённых явлений в языках никогда не была чужда учёным, обращавшимся к проблемам природы и сущности языка. Предшественниками исследований в этом направлении были античные грамматики. В более позднее время идея универсалий разрабатывалась Яном Амосом Коменским, Роджером Бэконом и др. В XIII в. появился термин grammatica universalis. С появлением в 1660 г. знаменитой "Грамматики Пор-Рояля / Пор-Руаяля" Антуана Арно и Клода Лансло проблема универсалий становится одной из центральных в теоретической грамматике (сегодня в этом случае говорят об общей лингвистике). Логическое направление в языкознании уделяло преимущественное внимание не различиям языков, а общему в языках. И только утверждение в первой половине XIX в. сравнительно-исторического языко-Вестник ЧГПУ112012 290

знания положило начало попыткам обнаружить различия между языками, причём эти различия объяснялись разными путями исторического развития конкретных языков, разными этнокультурами, национальными особенностями и т.п. Интерес к языковым универсалиям вновь пробудился в середине XX в., в связи с успехами в структурной, генеративной и функциональной лингвистике.

Многочисленные сопоставительно-фразеологические исследования, ставящие цель обнаружить и объяснить сходства и различия изучаемых единиц, чаще всего сводятся к частному анализу конкретных фразеологизмов или их групп, разрядов, выделенных обычно по тому или иному ограниченному признаку. Попытки установить широкие фразеологические универсалии, сделать значительные типологические обобщения на основе анализа даже двух языков, не говоря уже о многоязыковом материале, предпринимались такими известными отечественными и зарубежными учеными-лингвистами как В.М. Моки-енко, А.Д. Райхштейн, Ю.П. Солодуб и др.

Проблема фразеологических универсалий с привлечением германских языков рассматривается в работах Е.М. Солодухо [11, с.34]. Также представляет интерес исследование Д. Добровольского, который подвергает структурнотипологическому анализу немецкую, нидерландскую и английскую фразеологию и выделяет три типа фразеологических универсалий:

а) обусловленные внеязыковыми факторами

б) лексико-фразеологические

в) собственно фразеологические

Он показывает, что характеристика фразеологической системы раскрывает ряд закономерностей. Его основные тезисы основаны на пропорциональной зависимости между степенью аналитичности и регулярности фразеологической системы. Уровень регулярности, например, тем больше, чем больше число фразеологизмов с одинаковым компонентом и чем больше число семантически «делимых» компонентов и этот уровень тем ниже, чем выше число фразеологизмов с уникальным компонентом. На основе около 50000 интерфразеологизмов из славянских, германских и романских языков автор разрабо-

тал их типологию, описал процессы заимствования и интеграции, диалектику национального и интернационального во фразеологии, а также характеризовал распределение интер-фразеологизмов по отдельным понятийным сферам. Интернациональный фразеологический состав в его работах представлен в соответствии с формой и содержанием, как результат генетической языковой общности, культурно-исторических контактов и особенностей языкового развития.

Фразеология представляет собой лингвистическую универсалию: не существует языка, в составе которого не было бы фразеологических оборотов. «Фразеология является своеобразной языковой универсалией: там, где существует язык как коммуникативное средство..., его функционирование не может не привести к появлению в нем устойчивых словесных комплексов» [8, с. 78]. Универсальным является и главное свойство фразеологического оборота как единицы языка: «невыводимость целостного значения идиомы из суммы лексических значений составляющих ее компонентов, из их семантической сочетаемости» [8, с. 57]. В определенной степени универсальны и основные, присущие фразеологии категории, явления, процессы, свойства и т.д., предопределяющие становление межъязыковой фразеологической универсальности.

Независимое возникновение фразеологических универсалий в разных языках, характеризующихся полным или частичным совпадением как плана содержания, так и плана выражения - один из основных путей становления универсальных признаков во фразеологии исследуемых языков. Независимое формирование данных признаков основывается на одинаковом переосмыслении исходных свободных словосочетаний и детерминируется в значительной степени действием универсалий.

Одинаковое переосмысление аналогичных переменных словосочетаний в разных языках наступает по линии отдельного или совокупного метафорического, метонимического переноса и образного сравнения.

Универсальные свойства фразеологизмов проявляются как в их семантике (в плане содержания), так и в их структуре (в плане выражения). Во фразеологии любого языка получают выражение универсальные семантические кате-Вестник ЧГПУ112012 292

гории языка (категории времени, пространства, количества, степени, интенсивности, качеств и состояний предметов и субъектов). Кроме того, в семантике фразеологического оборота могут закрепляться общечеловеческие культурные коннотации, связанные с той или иной реалией окружающего мира, на основе которых формируется фразеологический образ.

Говоря о фразеологических универсалиях, Ю.П. Солодуб отмечает, что их наличие в языках обусловлено действием универсалий двух главных групп: «лингвистическими универсалиями и универсалиями человеческого существования» [9, с. 35; 10, с. 54]. Действие лингвистических универсалий находит выражение во фразеологии прежде всего в плане содержания, в частности в типах семантических переносов (метафорических, метонимических), в результате которых свободное словосочетание трансформируется в устойчивый оборот. Универсалии человеческого существования также обусловливают общие черты фразеологии в разных языках, поскольку закрепляют явления объективного мира и характеризуют деятельность человека как биологического и социального индивида.

Национально-культурное своеобразие идиоматики того или иного языка объясняется особенностями лингвокреативного мышления и этноязыковой спецификой интерпретации познаваемого мира и особенностями вторичной концептуализации и категоризации, отраженных в нашем сознании представлений о ценностно-смысловом статусе жизненно значимых объектов. «Культурно-национальная специфика идиом» усматривается в возможности интерпретировать их значение в категориях культуры, которая со ссылкой на Н.А. Бердяева [3, с. 26] признается национальной по сути. Поскольку для идиом характерна образная мотивированность, «которая напрямую связана с мировидением народа-носителя языка», идиомы, в принципе, обладают культурно-национальной коннотацией [12, с. 214-215].

По мере накопления в нашем сознании достаточно большого количества культурных значений возникает необходимость в их упорядочении, категоризации и адекватной вербализации, обусловленной системно-

смысловыми отношениями, определяющими концептосферу каждого из языков. С этой целью лингвокреативное мышление использует уже сформировавшиеся в том или ином языке значения, порождая новые, производные семантические структуры. «Культурная специфика предполагает соответствие языковой единицы элементу менталитета или духовной культуры сообщества, его истории, верованиям, традициям и естественным условиям жизни» [4, с. 260-261].

Вопрос о соотношении культурно-языковой специфики и культурноязыковых универсалий находит различные, вплоть до взаимоисключающих, решения. В конечном итоге его решение находится в русле общего подхода к проблеме взаимоотношения языка и культуры, приоритизации различных аспектов данного взаимодействия. Совершенно естественно, что, например, нигилистический взгляд на признание системных связей языка и культуры ведет к отрицанию культурно-языковой специфики фразем вообще. С другой стороны, признание глобального доминирования их этнокультурной специфики автоматически игнорирует существование лиигвокультурных универсалий.

В нашем представлении лингвокультурная специфика и лингвокультурные универсалии не находятся в отношениях взаимоисключения. Они сосуществуют. Такое понимание полностью согласуется с утверждением Б. Рассела о том, что наше знание о мире и вещах (речь в данном случае идет о знании, облеченном в плоть языка) «состоит из знания двух видов — когда вещи известны как конкретности и как универсалии» [7, с. 74]. Соответственно, универсальная и этнокультурная составляющие находятся в комплиментарных отношениях друг к другу. Размышляя о мире универсалий, Б. Рассел отмечает, что этот мир «неизменен, неподвижен, точен, восхитителен для математиков, логиков, создателей метафизических систем и всех, кто совершенство любит больше жизни» [7, с. 68].

В семантическом аспекте фразеологическая система (как и любая другая субсистема языка) обладает особым единством общего и особенного (исключительного), и с этой точки зрения ее исследование в свете теории языковых униВестник ЧГПУ112012 294

версалий представляется весьма актуальным и открывает новые перспективы как для лингвистики универсалий так и для фразеологической теории. «Идиоматика универсальна потому, что ее единицы одновременно являются и пороговой величиной дискретизации континуума, и максимальным ассоциативно-образным обобщением культурно значимых элементов этноязыкового сознания» [1, с. 156].

В плане семантики универсальным (исключительным) может быть признан какой-либо фразеологизм (его часть) только с точки зрения конкретного языка. Поясним это на примере. Сопоставляя исключительные по своей семантике ФЕ: русск. раздуть кадило, англ. to drum up business, нем. ausbauen Angelegenheit, мы убеждаемся в их частичных расхождениях. Все эти фразеологизмы, безусловно, являются универсалиями для всех трех языков только в главном значении — «расширить дело; успешно начать к.-л. деятельность». Ниже уровень понятности, а следовательно и универсальности, с точки зрения немца и англичанина, у лексического компонента русской ФЕ «деятельность», хотя в соотношении данные компоненты ФЕ последних двух языков в этом значении абсолютно универсальны. Наконец, специфичной в семантическом плане, немотивированной с точки зрения любого из остальных языков, а значит

— исключительной является русская ФЕ раздуть кадило в аффективных переносных значениях [«переходить от несущественного к чрезмерным обсуждениям, спорам и т.п.»].

Таким образом, приходится говорить об универсальности многозначных фразеологизмов только в определенных значениях и с точки зрения тех языков, диафраземы которых им семантически соответствуют. Степень такого соответствия бывает полной и частичной. В последнем случае многое зависит от уровня общего и лингвистического развития двуязычного лица, хотя и здесь существуют средние характеристики, типичные для носителей какого-то языка. Известно, что соответствия значений особенно часто встречаются и сознательно устанавливаются в рамках специальных терминологий, роль которых в современных языках все более возрастает.

Кроме того, невозможно ограничиться только сопоставлением словарных статей, хотя уже такое контрастивное описание позволяет наметить основные универсальные и исключительные черты в семантике фразеологизмов. Показательно, что в словах исторически тесно взаимосвязанных языков главные значения чаще всего совпадают, а национальная специфика ощущается среди вторичных, часто фразеологически или грамматически связанных, стилистически или эмоционально окрашенных значений. Но в реальных ситуациях двуязычной коммуникации в сознании двуязычного лица сталкиваются не отдельные слова и не их семантические структуры в целом, а синтагматические значения слов в контексте. На практике многие специфические значения удается легко понять и усвоить, так как, кроме опоры на общие для слов обоих языков значения, на универсальные семантические переносы и т. д., двуязычный говорящий

— слушающий, опирается на семантику контекста.

Невозможность сведения путей возникновения универсальной фразеологии только к калькированию также отмечается в современной литературе. За такими универсальными соответствиями в области соматической фразеологии, как русск. рвать на себе волосы, англ. to tear one's hair, нем. sich die Haare ausraufen и т.п., скрываются не только языковые контакты, но и независимое творчество языков, объясняемое сходством психологии, реалий, природных условий, социальной действительности, культурной жизни народов [5, с. 25-26]. Поэтому неправомерно, признавая синхронический характер универсальной лексики, допускать установление универсальной фразеологии на основе этимологических данных. Если имеется в виду та часть фразеологии, с которой связываются более или менее общенародные сведения о ее источниках (библеиз-мы, мифологизмы, крылатые слова и т. п.), то здесь подобные сведения принадлежат синхронии как сфере функционирования языка. Ведь в конечном счете и сама синхрония является составным элементом общей перспективы истории языка.

Тот факт, что фразеологические семантические универсалии во всех своих аспектах лишь относительно сходны один с другим в различных языках, от-

нюдь не мешает существованию этой категории. Напротив, именно в этой относительности проявляется взаимодействие общего, особенного и единичного. Универсальные элементы в словарях языков соединяют в себе межъязыковые черты с системностью и самобытностью в каждом из языков. Было бы серьезной ошибкой выводить универсальные элементы за пределы национального. Между тем, именно к этому может привести распространенная в литературе абсолютизация этимологического взгляда на универсалии во фразеологии нескольких языков как на одни и те же фразеологические универсалии, так как единственным путем возникновения, например, универсальной фразеологии часто объявляют заимствование. Однако за подобным взглядом кроется целый ряд недоразумений. Во-первых, он означает методологически ошибочную попытку подменить результат процессом. Во-вторых, при этом игнорируется реальная история языков с многообразными и сложными путями образования фразеологических универсальных фондов. В-третьих, нельзя говорить только об общих чертах универсальных элементов, забывая об их неизбежных расхождениях.

Игнорируя национальное своеобразие универсального и исключительного, исследователь неминуемо склоняется к признанию их наднациональными категориями. Такой характер имеет, в частности, попытка противопоставить в европейских языках универсальную лексику новоязычного происхождения (универсальность которой практически отрицается) и греколатинские термины, называемые «нейтральным вненациональным фондом».

Семантические фразеологические универсалии и семантические фразеологические исключения, как и любые явления сферы межъязыковой общности, являются неотъемлемой частью фразеологии каждого из языков. Они всегда сочетают в себе повторяющиеся в разных языках и неповторимые черты фразеологизмов: при этом проявляется закономерность взаимосвязи общего и отдельного, согласно которой «всякое общее лишь приблизительно охватывает все отдельные предметы», а «всякое отдельное неполно входит в общее...» [6, с. 318]. Впрочем разграничение в словаре универсальных и антиуниверсальных

фразеологизмов в семантическом плане нельзя трактовать как их разделение непроходимыми барьерами. Здесь существует много переходных звеньев, и то, что ощущается как универсальное в связях данного языка с одними языками, выступает как антиуниверсальное в его связях с другими языками. Да и сама антиуниверсальность не означает только специфики, семантических отличий от других языков: в ней также немало общего, о чем свидетельствует вся практика соприкосновения языков.

Библиографический список

1. Алефиренко Н.Ф. Фразеология в свете современных лингвистических парадигм: Монография. - М.: ООО Изд-во «Элпис», 2008. - 271 с.

2. Бабкин A.M. Идиоматика (фразеология) в языке и словаре// Современная русская лексикография: 1977/ отв. ред. A.M. Бабкин. Л., 1979.

3. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990.

4. Гак В.Г. Языковые преобразования. - М.: Языки русской культуры, 1998. -

763 с.

5. Долгополов Ю.А. Сопоставительный анализ соматической фразеологии (на материале русского, английского и немецкого языков): дис. канд. фи-лол. наук. Казань, 1973. - 263 с.

6. Ленин В.И. Полное собрание сочинений (5-е издание). Том 29 (Философские тетради). - М.: Издательство политической литературы, 1969. — 783 с.

7. Рассел Б. Проблемы философии. М., 2001. - 318 с.

8. Ройзензон Л.И. Лекции по общей и русской фразеологии. Ч. I. - Самарканд, 1973.

9. Солодуб Ю.П. Национальная специфика и универсальные свойства фразеологии как объект лингвистического исследования // Филологические науки. - М: Наука, 1990, № 6. С. 35.

10. Солодуб Ю.П. Русская фразеология как объект сопоставительного структурно-типологического исследования. - М.: Наука, 2002. - 85 с.

11. Солодухо Э.М. Проблемы интернационализации фразеологии (на материале языков славянской, германской и романской групп) / Э. М. Солодухо. Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1982. - 162 с.

12. Телия В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М., 1996.

Bibliography

1. Alephirenko, N.F. Phraseology In the Light of Modem Linguistic Paradigms: Monograph. - M.: LLC «Elpis» Publishing House, 2008. - 271 p.

2. Babkin, A.M. The Study of Idioms (Phraseology) In Language and Culture // Modern Russian Lexicography: 1977 // Editor-in-Chief A.M. Babkin. - L., 1979.

3. Berdyayev, N.A. The Origins and the Essence of the Russian Communism. - M., 1990.

4. Dolgopolov, Yu.A. Contrastive Analysis of Somatic Phraseology (Russian, English and German Languages Studies): Diss. Cand. of Phil. - Kazan, 1973. - 263 p.

5. Gakh, V.G. Linguistic Transformations. - M.: Languages of the Russian Culture, 1998. - 763 p.

6. Lenin, V. I. Complete Works (5th Edition). Volume 29 (Philosophical Diaries). -M.: Publishing House of Political Literature, 1969. - 783 p.

7. Russel, B. Philosophical Issues. - M., 2001. - 318 p.

8. Royzenzon, L.I. Lectures on General and Russian Phraseology. P. I. - Samarkand, 1973.

9. Solodub, Yu.P. National Specificity and Universal Characteristics of Phraseology As the Object of Linguistic Research // Philological Sciences. - M.: Science, 1990. - № 6. - P. 35.

10. Solodub, Yu.P. The Russian Phraseology As the Object of Contrastive Structural and Typological Research. - M.: Science, 2002. - 85 p.

11. Solodukho, E.M. Internationalizational Issues in Phraseology (Slavonic, German and Roman Language Groups Studies) / E.M. Solodukho. - Kazan: Publishing House of the Kazan University, 1982. - 162 p.

12. Teliya, V.N. The Russian Phraseology. Semantic, Pragmatic and Linguistic and Cultural Aspects. - M., 1996.