Защита социальных прав в судах: Россия и Германия на рубеже XIX-XX веков

К.В. Чилькина

ЗАЩИТА СОЦИАЛЬНЫХ ПРАВ В СУДАХ: РОССИЯ И ГЕРМАНИЯ НА РУБЕЖЕ XIX-XX ВЕКОВ*

В статье проводится сравнительный анализ российского и немецкого законодательства, регламентирующего порядок защиты социальных прав граждан на рубеже XIX-XX вв. Обозначаются факторы, затрудняющие порядок судебной защиты социальных прав. Сопоставляются российская и немецкая системы судебных учреждений, позволяющие реализовать право на защиту законных интересов граждан.

Ключевые слова: история права и государства, социальные права, Российская империя, Германия, мировые судьи, административные суды, третейские суды, ответственность предпринимателей, фабричное законодательство, призрение нищих.

K.V. Chilkina

PROTECTION OF THE SOCIAL RIGHTS IN COURTS: RUSSIA AND GERMANY AT A BOUNDARY OF XIX AND XX CENTURIES

In article the comparative analysis of the Russian and German legislation regulating an order of protection of the social rights of citizens at a boundary of the XIX-XX centuries is carried out. The factors complicating an order of judicial protection of the social rights are designated. The Russian and German systems of legal agencies allowing to exercise the right for protection of legitimate interests of citizens are compared.

Keywords: history of the right and state, social rights, Russian Empire, Germany, magistrates, arbitration courts, responsibility of businessmen, factory legislation, contempt of beggars.

Одним из основных признаков состоятельности государства как социального образования являются признаваемые и защищаемые государством социальные права личности, под которыми сегодня понимают закрепленные в Конституции РФ основные права человека и гражданина, предоставляющие каждому возможность претендовать на получение от государства определенных материальных благ и обеспечивающие ему достойный уровень жизни и социальную защищенность1. К их числу относят право на охрану семьи, материнства и детства, право на социальные обеспечение и защиту (включая и защиту от безработицы), право на жилище, право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Н.Д. Терещенко пишет, что подробно регламентировать социальные права, осуществлять их защиту российское законодательство начинает в советский период и то под видом социально-экономических2. Следует согласиться с данной авторской позицией, однако, как показывает исследовательский опыт, определенные разработки в области законодательного закрепления и защиты социальных прав велись уже в конце XIX в. в Российской империи. Отчасти этому способствовали зарубежная практика признания и защиты социальных прав граждан, но в большей степени собственные внутриполитические проблемы и стремительное экономическое развитие России в конце XIX в.

© Чилькина Ксения Владимировна, 2015

Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры истории государства и права

*Работа выполнена по Заданию Министерства образования и науки РФ № 2014/205 на выполнение государственных работ в сфере научной деятельности в рамках базовой части государственного задания по 30 проекту « Проблемы международно-правовой политики и их влияние на национальное законодательство».

В начале XX в. особое внимание уделялось закреплению таких прав, как право на труд и свободный выбор работы, на социальное обеспечение, образование и т.д.3 В первую очередь предлагалось законодательно урегулировать вопросы в сфере обязательного социального страхования. Что касается судебной защиты социальных прав, то, как отмечает А. В. Попова, «неолиберальное законотворчество в целом пыталось перевести спорные вопросы правовой регламентации трудовых правоотношений в сферу компетенции разнообразных квазисудебных органов: примирительные камеры, третейские суды, согласительные комиссии»4. При исследовании процесса судебной защиты социальных прав граждан на рубеже XIX-XX вв. подтверждается позиция А.В. Поповой относительно отсутствия целого ряда прав человека, обеспечивающих достойный уровень жизни, в нормативном материале данного периода5.

В Российской империи социальные права развивались, во-первых, в процессе реформирования системы обязательного призрения нищих, во-вторых, в процессе пересмотра признаков такого правонарушения как бродяжничество и нищенство; в-третьих, в процессе развития фабричного законодательства и законодательства об обязательном социальном страховании рабочих.

В России еще со времен Петра I законодательством предусматривалась система призрения бедных, но данные нормы носили практически декларативный характер. Отдельные меры по устранению бродяжничества и нищенства предпринимались и в последующем, однако данные мероприятия носили карательный характер. В 1830-х гг. в Москве и Санкт-Петербурге были созданы Приказы общественного призрения.

В

Уставом общественного призрения 1857 г. предусматривалась деятельность Т

__н

Приказов общественного призрения, которая состояла в установлении, содержа- С нии и управлении богоугодных и общественных заведений, как-то: сиротских |

домов, больниц, домов для содержания умалишенных, работных домов для про- К

кормления неимеющих работы, домов смирительных и рабочих, учрежденных г

о

для содержания людей непотребной и невоздержанной жизни и наказанных за д

а

другие поступки; заведование данными учреждениями, даже в том случае, если т

в

они были учреждены частными лицами или общественными организациями; н пособие к содержанию некоторых дошкольных и воспитательных учреждений6. Министр внутренних дел мог учреждать сберегательные кассы при таких При- д

__и

казах, имеющих целью выполнение возложенных на Приказы задач7. В данном о

к

законодательном акте не регламентировались ни состав нуждающихся, ни раз- а мер оказываемой помощи. |

В 1870 г. было учреждено Городовое положение 1870 г., где забота о попечении | бедных (учреждение и содержание богоугодных заведений) была возложена на № городское общественное управление. Причем это следовало из гл. VI «О город- 1

о

ских расходах и сметах, счетоводстве и отчетности», п. «г» ст. 139, где фиксиро- ~ валась такая статья расходов из городского бюджета, как выплата пособий на 55 содержание учебных, благотворительных и иных общеполезных заведений на основании особых, утвержденных законодательным порядком постановлений, и производство государственному казначейству пособий, занесенных в государственную роспись. Различные споры по делам, относящимся к ведению городского общественного управления во главе с губернатором, рассматривались в порядке общего гражданского судопроизводства. о1

Активно вопрос об организации обязательной системы призрения бедных начинает исследоваться на государственном уровне в последнее десятилетие XIX в. В Положении о губернских и уездных земских учреждениях (1892 г.) были подробно описаны такие предметы ведения земских учреждений, как попечение об устранении недостатка продовольственных средств и оказание пособий нуждающемуся населению разрешенными законом способами; заведование земскими лечебными и благотворительными заведениями; попечение о призрении бедных, неизлечимых больных и умалишенных, а также сирых и увечных; участие в мероприятиях по обеспечению народного здравия, развитие средств врачебной помощи населению и изыскание способов по обеспечению местности в санитарном отношении, а также участие в ветеринарно-полицейских мероприятиях (пп. 3, 7, 8 ст. 2)8. Те же самые нормы повторялись в Городовом положении 1892 г. (пп. III, V, VI ст. 2).

К земствам перешли и финансовые средства Приказов общественного призрения. В руках земств эти капиталы увеличились. С момента учреждения земства в городах и земствах в 5,5 раз возросло число заведений для нуждающихся9.

В 1892 г. была создана комиссия по оценке положения бедных и благотворительности в России, выработано несколько проектов Положения об общественном призрении. Проекты эти были переданы в хозяйственный департамент Министерства внутренних дел. Проект в общих чертах предусматривал следующие задачи органов земского и городского управления: оказание всякого рода помощи всем действительно нуждающимся; учреждение, содержание и управление благотворительных заведений и заведование ими; сосредоточе-015 ние всех сведений относящихся к населению, нуждающемуся в призрении, к ? мерам последнего и к делопроизводству по ним; управление имуществами и

m

s капиталами, предназначенными на призрение. Однако данный проект не был даже обсужден10.

i В связи с тем, что призрение нуждающихся относилось не к обязанностям,

1 а к правам земств, то далее прокорма нуждающихся фактически призрение не

го

J распространялось. Таким образом, государство косвенно, в виде закрепления

| за местным управлением права призревать нищих, признавало и право нуж-

| дающихся на помощь, однако прямой подробной регламентации ни в законода-

2 тельстве, ни на практике данные права не получили и действенных средств по ° защите таких прав в конце XIX в. в России создано не было. В литературе имели ж место немногочисленные мнения относительно деятельности по обязательному | призрению нищих как необходимой, комплексной отрасли государственного

0 управления. Так, Е. Максимов писал, что «общественное призрение является

1 важной функцией общественного и государственного управления.... и заслужи-

0

m 11

° вает самого напряженного внимания»11.

го

3 Специалистами в сфере уголовного права признавалось, что уголовные на-

1 казания нищенства и бродяжничества являются второстепенными средствами | исправления ситуации. К первоочередным средствам должны относиться

«широкое развитие призрения, привлечение к нему местных общественных единиц и иных групп, взаимодействие частной и государственной инициативы в деле благотворительности и наконец разумно строгая карательная репрессия неподдающихся элементов»12. Очевидной также была обязанность государства обеспечивать работой всех задержанных по обвинению в бродяжничестве и 32 нищенстве и после установления в судебном порядке всех признаков состава

преступления в каждом конкретном случае. Однако признавалось, что такое обязательство, взятое на себя государством в современных экономических условиях, было бы для государства непосильным13. В качестве необходимых мер выделялась разработка правовых норм, привлекающих к ответственности за оставление нуждающихся без помощи, и приводились в качестве примера такие конструктивные нормы российского законодательства, которые предусматривали ответственность (штраф в 5 руб.) тех обществ, которые дважды и более раз отпускали по паспортам лиц, не способных к труду и последние были вынуждены нищенствовать14.

В процессе проектирования законов ставилась под сомнение целесообразность наделения бедных правом на обращение в суд, т.к. им было не по карману обращение в судебные органы. Специалисты приходили к выводу о том, что судебные органы должны назначать репрессивные меры, но в заседаниях не доходило даже до окончательной разработки теоретических вопросов (о сущности государственного призрения, о степени стеснения личной свободы, об органах власти, налагающих меры стеснения)15.

Второй сферой общественных отношений, в которой правоприменители остро нуждались в теоретической разработке института социальных прав, была сфера промышленного и фабричного труда. Попытки обеспечить принцип законности в этой области и гарантировать немногочисленные социальные права, закрепленные в законодательстве (в частности, на безопасные условия труда), предпринимались специалистами-практиками - инспекторами фабричных инспекций, врачами и др. Они же вынуждены были разрабатывать и предлагать подходящие для использования законодательством первые определения социальных прав и е условий их осуществления16. и

Одной из причин медлительности развития социального законодательства а (и соответственно теории социальных прав) правоведы называли отсутствие в о

в

нем адекватных норм о привлечении к ответственности участников отношений о

й

по обеспечению нуждающихся, безнаказанностью правонарушений предпри- а нимателей. Имели место и другие проблемы по привлечению виновных к от- | ветственности. Согласно закону («Правила для фабрикантов» и «Инструкция е

чинам фабричной инспекции» 1885 г.) фабричные инспекторы подавали дело в о

й

суд по результатам проверки соблюдения прав рабочего на фабриках, на прак- р

тике фабричные инспекторы были настолько загружены текущей работой по Ч

осмотру фабрик (неправильное распределение фабричных округов), что гово- о

рить о судебном преследовании виновных лиц (фабрикантов) не приходилось17. к

Первые судебные дела, возбуждаемые по протоколам о нарушениях устрой- м

ства условий труда предпринимателями, вызывали бурный общественный I

протест и фактическое противодействие защите социальных прав рабочих со ¡§

__ м

стороны высокопоставленных должностных лиц18. По данным, приводимым 00

М.Г. Лунцом, в 1900 г. предпринимателями было совершено 18234 правона- 22

рушения, а фабричные инспекторы составили на эти правонарушения только 5

922 протокола19.

Фабричные инспекторы имели право составлять административные акты в присутствии полиции и понятых, а затем по этому акту дело рассматривалось в мировом суде. За нарушение законодательства промышленники штрафовались. В конце XIX в. вертикаль судебной системы общей юрисдикции выглядела в Российской империи следующим образом: мировые суды единоличные; окружные 33

суды в таком составе, чтобы не было препятствий к рассмотрению в этом суде дел гражданских и уголовных; судебные палаты в качестве высшей судебной инстанции; центральный кассационный суд (Правительствующий Сенат), разделенный на департаменты20. Таким образом, дела о нарушении фабричного законодательства, о защите социальных прав граждан рассматривались в порядке общей гражданской юрисдикции. В целом защита социальных прав граждан в Российской империи посредством обращения в судебные органы в конце XIX в. была абсолютно неразвита. Только после 1912 г. (в этом году были изданы законы об обеспечении рабочих врачебной помощью и о страховании рабочих от несчастных случаев) появились учреждения, претендующие на роль административных судов - Присутствия по делам страхования рабочих и губернские и областные по фабричным и горнозаводским делам присутствия, состав которых мало напоминал административный суд21.

Даже в последнее десятилетие XIX в. такие обстоятельства, как активность законодательных органов в сфере разработки социального законодательства, практические шаги земств по сокращению уровня бедности, стремление на местном уровне обеспечить врачебной помощью хотя бы работающее население, не повлекли расширения судебной практики по указанной категории дел. Так, на местном уровне решались вопросы по обеспечению рабочих медицинской помощью. Городские думы могли приносить жалобы на решения Губернских по земским и городским делам присутствий в правительствующий Сенат (кассационная инстанция). Рассматривались дела о праве рабочих фабрик, расположенных в черте города, пользоваться городскими больницами с учетом того, что рабочие и хозяева заводов уплачивали взносы на содержание городских больниц. Данные вопросы (о праве пользования городскими больницами) относились к ведению городского общинного самоуправления, а не Губернского по городским делам Присутствия и на этом основании правительствующий Сенат отменил решение Губернского по городским делам присутствия о запрете пользоваться городскими больницами рабочим фабрик, находящихся в черте города22. В.А. Гаген называл Губернские присутствия административным судом и обосновывал свое мнение23. Только Закон 1903 г. об обязательном социальном страховании рабочих возлагал на промышленников усиленную ответственность по обеспечению рабочих врачебной помощью и признавал за каждым из них право на медицинскую помощь, создавал такие условия, при которых это право могло бы стать реальностью.

Защита социальных прав на территории отдельных немецких государств и княжеств складывались по таким же технологиям, что и в России, но этот процесс начался значительно раньше (отчасти под влиянием зарубежного опыта). В первую очередь защита социальных прав осуществлялась и посредством подробной регламентации социально значимых понятий в законодательстве о призрении нуждающихся, и посредством теоретической разработки моделей сокращения бедности в государстве. В отличие от российской системы призрения бедных, которая даже в конце XIX в. продолжала оставаться необязательной и не предусматривала процесс рассмотрения конфликтов интересов, в Пруссии уже в 1842 г. Закон регламентировал порядок рассмотрения споров в сфере призрения бедных24. Вопросы, связанные с социальным обеспечением в рамках системы призрения бедных, рассматривались немецкими административными органами, однако провести четкую грань между делом, которое подлежало

рассмотрению в административных органах, а какое в административных судах, было достаточно сложно25. Когда решался вопрос о праве, действовали административные суды и к концу XIX в. сложилась уже достаточно многочисленная судебная практика26.

В Германии в конце XIX в. в качестве этапов судебной защиты своего права и ступеней государственного управления снизу вверх существовала следующая вертикаль судебной власти: уездная управа как административный суд и решающее учреждение; областной административный суд и решающие провинциальные учреждения. Данный суд действовал как административный суд I инстанции для городов, имеющих более 10000 жителей; как административные суды II инстанции и как апелляционная инстанция для решений уездной управы; высший административный суд с 1875 г. завершил строение административной юрисдикции в двух главных направлениях деятельности: как апелляционный суд для судов областных в тех случаях, когда областной суд являлся судом I инстанции и в некоторых особых случаях, когда Высший административный суд выступал инстанцией первой и последней; как ревизионное место для вопросов права и компетенции в нормальной своей деятельности. Ввиду того, что данный суд должен был решать вопросы местности, от которой он был удален, его состав состоял исключительного из профессиональных судей (чиновников) в отличие от судов низших инстанций27.

Помимо судов общей юрисдикции, на протяжении всего XIX в. в Германии формировались судебные органы, сначала негосударственные, специализирующиеся на рассмотрении споров вследствие нарушения социальных прав граждан. В литературе отмечается, что на территории удельных земель Гер- е

т

мании прообразы трудовых судов можно было увидеть еще в начале XIX в., и где они были созданы по образцу французских Советов доверенных людей. а

Т5

Промышленный устав 1869 г. предоставил административным органам мест- о

в

ного самоуправления право разрешения споров между предпринимателями и о

рабочими. Этим же Уставом допускалась передача спора в особый третейский а

суд, состоявший из равного числа промышленников и рабочих. Такие третей- |

ские суды были организованы в Гамбурге, Бремене, Любеке, но серьезного е

практического значения их деятельность не имела. Исключением был третей- о

ский суд в г. Франкфурте на Одере, опыт и статуты которого легли в основу р

позднейшего Имперского закона 1890 г. «О промышленных судах». Требова- ч

ния о принятии данного Закона начали поступать в рейхстаг уже с 1873 г.28 |

Данный нормативно-правовой акт имел решающее значение, во-первых, в деле к

защиты социальных прав трудящихся, во-вторых, он придавал единообразие м

всем судебным учреждениям, занимающимся рассмотрением судебных дел, и

связанных с правами работающего населения. №

м

Наряду с третейскими судами в сфере урегулирования трудовых споров 00 действовали цеховые суды, созданные по Закону от 18 июня 1881 г. По этому ^ же Закону цехам предоставлялось право создавать особые третейские суды для 15 рассмотрения споров между мастерами и подмастерьями. Законом от 26 июня 1897 г. компетенция цеховых третейских судов была расширена: к их подсудности были отнесены споры между ремесленниками, не принадлежавшими к цеховым организациям. Эти суды состояли из председателя и двух членов, избранных сторонами. Решения данных третейских судов обжаловались в общие суды. В России также действовали третейские суды, однако их решения в пользу 35

рабочих были единичны и в целом такая практика защиты социальных прав граждан не была распространена29. В качестве арбитра в третейском суде участвовал мировой судья. Дело рассматривалось и решение выносилось согласно ст. 1367-1400 Устава гражданского судопроизводства. Неудобство состояло в том, что решение третейского суда было окончательным и не подлежало апелляции (ст. 1393)30.

Третейские суды в Германии в конце XIX в. получили большое распространение как средство защиты социальных прав рабочих. В литературе отмечалось, что каждый третейский суд в течение года рассматривает около 10000 дел, таким образом, в Германской империи ежегодно проходит через руки этих судов свыше 1 млн дел31. К. ф. Вегнер отмечал, что третейские суды служат средством достижения своих целей социал-демократией и бывали периоды деятельности третейских судов, когда все дела решались в пользу страхового товарищества, т.к. 2 члена суда избирались от рабочих союзов.

В состав суда входили председатель (или один из его замов), 4 выборных члена (по 2 от работодателей и от рабочих). Председатель (юрист) назначался Министром внутренних дел союзного королевства. Выборные члены суда избирались: от работодателей, входящих в состав членов страхового товарищества и от рабочих - членов рабочих союзов. И те и другие выборы утверждались теми же министерствами. Председатель и его заместители получали жалованье от правительства. За исключением расходов на жалованье председателю, все остальные расходы лежали на страховых обществах. В конце XIX в. в Германии функционировали всего 124 третейских суда, в т.ч. 61 в Пруссии32.

Другой сферой отстаивания и защиты своих социальных прав (фактически речь шла о защите социальных прав, когда рабочие отстаивали свое политическое право на свободу собраний) были дела, рассматриваемые в порядке уголовного судопроизводства. Согласно действующему в конце XIX в. Промышленному Уставу (§ 153) разрешалась свобода собраний. Однако в этом же Уставе закреплялись нормы, ограничивающие эту свободу. Полицейская власть пользовалась многочисленными статьями Уголовного Уложения для привлечения к уголовной ответственности33. Специалисты отмечали, что в порядке уголовного судопроизводства ни один из промышленников не привлекался к ответственности за нарушение законных прав рабочих34.

Сравнительный анализ судебной защиты социальных прав в России и Германии на рубеже XIX-XX вв. свидетельствует о более развитой практике защиты социальных прав в Германии, где наряду с судами общей гражданской юрисдикции защиту социальных прав осуществляли местные административные органы, иногда - административные суды. Широкое распространение в конце XIX в. получили третейские негосударственные суды, образовывавшиеся еще в начале XIX в. в отдельных государствах Германии по образцу французских, и рассматривавшие споры на предприятиях. Кроме того, в 1890 г. была создана система промышленных судов.

В России в конце XIX в. практика судебной защиты социальных прав была единичной, хотя формально законодательство (Устав гражданского судопроизводства, Правила для фабрикантов и Инструкция чинам фабричной инспекции 1885 г.) предусматривало возможность защиты своих прав. Только после создания специального Министерства (промышленности и труда) в 1905 г. начала развиваться административная юстиция, специализирующаяся на

рассмотрении споров, возникающих в процессе защиты социальных прав рабочими. Защита прав нуждающихся осуществлялась в порядке обращения в Губернские по городским и земским делам присутствия, которые специалисты характеризовали как административные суды. Заимствований зарубежного (немецкого) опыта в России в сфере судебной защиты социальных прав на рубеже XIX-XX вв. не было.

1 См. : Терещенко Н.Д. Конституционные социальные права личности: история развития и современное состояние в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 8.

2 См.: Там же. С. 15.

3 См. : Попова А.В. Неолиберальная трактовка социальных прав и их законодательное закрепление в парламентской деятельности в начале XX века // Журнал российского права. 2010. №4. С. 131.

4 Там же. С. 133.

5 См.: Там же. С. 138.

6 См.: СЗРИ. Т. XIII: Свод учреждений и уставов об общественном призрении. Кн. 1. П. 22.

7 См.: Там же. П. 21.

8 См.: СЗРИ / под ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. Кн. I. Т. II. СПб., 1912.

9 См.: Дерюжинский В.Ф. Полицейское право: пособие для студентов. М., 1908. С. 491.

10 См.: Там же. С. 496.

11 См.: Максимов Е. Земская деятельность в области общественного призрения//Журнал Санкт-Петербургского юридического общества. 1895. Кн. 6. Июнь.

12 Набоков В. Нищенство и бродяжество как наказуемые проступки // Журнал Санкт-Петербургского юридического общества. 1895. Книга 3. Март. С. 72.

13 См.: Там же. С. 66.

14 См.: Там же. С. 69.

15 См.: Сборник правоведения и общественных знаний: труды юридического общества, состоящего при Императорском Московского университете. Т. 7. 1897. С. 44.

16 См.: Лушников А.М., Лушникова М.В., Барышникова Т.Ю. Теория права социального обеспечения: прошлое и настоящее: учебное пособие. Ярославль, 2008. С. 13-46.

17 См. : Янжул И. И. Из воспоминаний и переписки фабричного инспектора первого призыва. Материалы для истории русского рабочего вопроса и фабричного законодательства. СПб., 1907. С. 76.

18 Там же. С. 86-87.

19 См.: Лунц М.Г. Сборник статей. Из истории фабричного законодательства, фабричной инспекции и рабочего движения в России. М., 1909. С. 115-116.

20 См.: Виленский Б. В. Подготовка судебной реформы 20 ноября 1864 г. в России. Саратов, 1963.

21 См.: Гаген В.А. Административная юстиция (конспект лекций). Ростов н/Д, 1916. С. 81-83.

22 См. : Сборник определений Первого Департамента Правительствующего Сената по городским и земским делам за 10 лет (1891-1900). СПб., 1903. С. 910.

23 См.: Гаген В.А. Административная юстиция (конспект лекций). Ростов н/Д, 1916. С. 79.

24 Preussisches Gesetz uber die Verpflichtung zur Armenpflege vom 31.12.1842, PrGS, 1843, 8// Stolleis M. Quellen zur Geschichte des Sozialrecht. Gottingen, Frankfurt, Zurich, 1976.

25 Гаген В.А. Административная юстиция (конспект лекций). С.27.

26 См. : Гаген В.А. Право бедного на призрение: История и современное положение законодательства об обязательном призрении бедных в Германии, Франции и Англии. Т. 1. СПб., 1907. С. 4-6.

27 См.: Гнейст Р. Правовое государство и административные суды Германии / пер. О.С. Фустова; под ред. М. И. Свешникова. СПб., 1896. С. 303.

28 См.: Законодательство о труде в зарубежных странах. Вып.2: Инспекция труда и трудовые споры / сост. М.Н. Жемчужникова; под ред. А.М. Стопани. М., 1927. С. 65.

29 См.: Общественное движение в России в начале XX в. Том II / под ред. Л. Мартова, П. Маслова, А. Потресова. СПб., 1909. С. 329.

30 См.: Устав гражданского судопроизводства с позднейшими узаконениями, законодательными мотивами и разъяснениями по решениям Гражд. Кассац. Департамента, общ. Собрания и Соединенного Присутствия I-го и Кассац. Департаментов Правительствующего Сената и Циркулярам Министерства Юстиции. Систематический сборник с алфавитным указателем. 3-е изд., испр. и доп. / сост. В. Гордон. СПб., 1903.

31 См.: Вегнер К.ф. О страховании рабочих в Германии. Отдельный оттиск из «Горнозаводского листка» № 22-26 за 1907 г. СПб., 1908. С. 22-23.

32 См.: Там же. С. 16.

33 См.: Гаазе. Классовое правосудие / пер. с нем. Б.м., 1907. С. 36-37.

34 См.: Там же. С. 43.