2013.02.015. МАССО Ж. СТАТЬИ 61 И 62 КОНСТИТУЦИИ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ: ПРИОРИТЕТНЫЙ ВОПРОС О КОНСТИТУЦИОННОСТИ. MASSOT J. ARTICLES 61-1 ET 62. LA QUESTION PRIORITAIRE DE CONSTITUTIONNALITé // LA RéVISION DE 2008: UNE NOUVELLE CONSTITUTION? / OUVRAGE COORDONNé PAR JEAN-PIERRE CAMBY, PATRIC FRAISSEIX, JEAN GICQUEL. – P., 2011. – P. 321–338

бодное гуманитарное и художественное образование. «Право на развитие, - подчеркивают авторы, - нельзя рассматривать в отрыве от конституционного строя государства, социальной, политической и экономической системы общества, так как именно в них коренятся гарантии прав человека, которые он имеет в силу принадлежности к роду человеческому» (с. 106). Государство несет ответственность перед своими гражданами за те условия, которые оно предоставляет им для развития.

Е.Д. Костылева

2013.02.015. МАССО Ж. СТАТЬИ 61 И 62 КОНСТИТУЦИИ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ: ПРИОРИТЕТНЫЙ ВОПРОС О КОНСТИТУЦИОННОСТИ.

MASSOT J. Articles 61-1 et 62. La question prioritaire de constitu-tionnalité // La révision de 2008: Une nouvelle Constitution? / Ouvrage coordonné par Jean-Pierre Camby, Patrie Fraisseix, Jean Gicquel. - P., 2011. - P. 321-338.

Статья председателя секции Государственного совета посвящена новой процедуре - рассмотрению вопроса о конституционности акта в приоритетном порядке. В ходе конституционного пересмотра 2008 г. она была включена в ст. 62 и новую ст. 61-1 Основного закона Французской Республики. Отныне названные статьи выглядят следующим образом:

«Статья 61-1. Если при рассмотрении какого-либо дела в каком-либо суде будет сделано утверждение о том, что то или иное законодательное положение наносит ущерб гарантированным Конституцией правам и свободам, то Конституционный совет может быть запрошен по этому вопросу Государственным советом или Кассационным судом, и Конституционный совет выносит решение в установленный срок.

Органический закон устанавливает условия применения настоящей статьи.

Статья 62. Положение, объявленное неконституционным, по основаниям статьи 61, не может быть промульгировано и не может применяться.

Положение, объявленное неконституционным по основаниям статьи 61-1, отменяется со времени опубликования решения Конституционного совета или в более позднюю дату, указанную в этом

решении. Конституционный совет устанавливает условия и ограничения, при соблюдении которых последствия, которые указанное законодательное положение породило, могут быть пересмотрены.

Решения Конституционного совета какому-либо обжалованию не подлежат. Они обязательны для всех публичных властей, для всех административных и судебных органов».

Автор считает, что время для включения в Конституцию нового института было выбрано удачно. «Приоритетный вопрос о конституционности» представляет собой контроль a posteriori в отношении законов. Органический закон о применении названных двух статей был опубликован 10 декабря 2009 г. и стал действовать в первый день третьего месяца, следующего за промульгацией, т.е. с 1 марта 2010 г. Но если взглянуть на новую процедуру с исторической точки зрения, то идея о приоритетной проверке конституционности применяемого в судебном процессе закона уже существовала в Третьей республике и обсуждалась при подготовке ныне действующей Конституции 1958 г. В Пятой республике дважды предлагалось введение названной процедуры: в 1989-1990 гг. председателем Конституционного совета Робертом Батинтером (R. Batinter) и в феврале 1993 г. Комитетом Ж. Веделя (G. Vedel), созданного для предложений о конституционных изменениях. Эти две попытки потерпели неудачу в Сенате, который был настроен враждебно в отношении проектов, исходящих от левых политических партий, а также опасавшегося, что включение в правовую систему «приоритетного вопроса о конституционности» поколеблет «юридическую безопасность» (la sécurité juridique), закрепленную в актах, применяемых десятилетиями (с. 32).

Автор напоминает, что до введения новой процедуры во Франции существовал и сейчас существует предварительный контроль в отношении законов, принятых парламентом, но еще не промульгированных президентом. Этот контроль осуществляется Конституционным советом по запросам президента республики, премьер-министра, председателей палат парламента и 60 депутатов Национального собрания или 60 членов Сената. Новый (последующий) контроль, по мнению автора, значительно отличается от аналогичных процедур в других странах, в частности от контроля в США, осуществляемого любым судьей, от процедур в конституционных судах Европы, например в ФРГ, Австрии или Бельгии.

В этих странах запрос о контроле может быть поставлен любым лицом, чьи интересы затрагиваются при применении закона. Во Франции же такой контроль может быть осуществлен только по запросам стороны в процессе.

В статье автор пытается ответить на следующие последовательно поставленные вопросы:

1. В отношении каких законов применяется новая процедура конституционного контроля?

2. Какие установлены фильтры для прохождения запроса?

3. Каковы критерии применения фильтров?

4. Какая процедура применяется при прохождении запроса о неконституционности на различных уровнях?

5. Каковы последствия объявления правовой нормы неконституционной?

6. Превращает ли названная конституционная реформа Конституционный совет в Верховный суд? (с. 324).

Ответ на первый вопрос таков: процедура применима к любой норме законодательного характера.

Второй вопрос состоит в том, по каким признакам нужно отличать законодательное положение от других правовых положений. Учредитель не исключил ни один законодательный текст по формальным признакам - ни бывшие утвержденные парламентом декреты, ни ордонансы, принятые на основании ст. 92 Конституции 1958 г., ни акты делегированного законодательства, изданные на основе ст. 38 Конституции 1958 г. Такое «молчание» позволяет включать в блок обжалуемого законодательства референдарные законы (на основе предварительного контроля), которые, согласно решению Конституционного совета от 6 ноября 1962 г., Совет не может контролировать вследствие того, что они являются прямым выражением народного суверенитета (с. 325).

Третий вопрос - это материальное содержание законодательства. Автор указывает, что такая проблема уже ставилась в 1989 г., когда предлагалось исключить обжалование по процессуальным вопросам и ввести контроль только по существу. В соответствии с конституционной реформой 2008 г. теперь могут обжаловаться законы, посягающие на права и свободы граждан, гарантированные Конституцией. В результате эти акты могут опротестовываться и по существу, и по своему процессуальному характеру.

По какой же причине при направлении жалобы в Конституционный совет было принято решение об установлении фильтров? По мнению автора, это было сделано потому, что ни в одной стране мира не существует только один последующий контроль и притом сразу в верховном суде страны. Фильтр нужен в новой конституционной процедуре для того, чтобы появлялось поменьше отсрочивающих процедур из-за загруженности Конституционного совета путем прямого к нему обращения. Такими фильтрами стали Государственный совет и Кассационный суд, в которые первоначально поступают жалобы из судебных органов. Эти фильтры означают, что нельзя непосредственно адресоваться в Конституционный совет, а также то, что эти два органа не обязаны в каждом случае направлять жалобу в этот Совет. Она должна быть ими рассмотрена. Сам Конституционный совет в решении № 2009-595 от 3 декабря 2009 г. указал, что установление такого фильтра следует из ст. 12, 15 и 16 Декларации прав и свобод человека и гражданина 1789 г., устанавливающих конституционной целью «надлежащее осуществление судебной власти» (la bonne administration de la justice) (с. 327).

Следующий вопрос, на который отвечает автор: каковы критерии применения двойного фильтра (с. 327)? Их несколько и они почти не противоречат друг другу. Первый критерий состоит в том, что оспариваемое законодательное положение в споре или в процедуре должно быть применимо к жалобщику. Второе условие - оно не должно быть уже объявлено Конституционным советом соответствующим Конституции, за исключением случая изменения обстоятельств. Наконец, третье условие применения «приоритетного вопроса»: он должен отвечать критерию новизны либо «представлять серьезный характер» (nouvelle ou présente un caractère sérieux) (с. 328). Автор считает, что названная система отбора приоритетных вопросов носит блокирующий характер и порождает процессуальные трудности при их применении до того, как эти вопросы «дойдут» до конституционных судей (с. 329).

Автор указывает, что законодатель предписал представлять доводы о неконституционности в отдельной и мотивированной записке, которые судья должен рассматривать самым быстрым образом. Декрет о применении Органического закона о «приоритетном вопросе» предписывает, что непредставление такой записки не по-

зволяет рассматривать поставленный вопрос административному или уголовному судье, но не судье по гражданским делам, когда сторону процесса можно пригласить (invité) оформить свои замечания. Судья обязан вынести постановление в отношении поставленного вопроса немедленно; здесь какая-либо состязательная процедура запрещена (с. 330). Если принято решение о передаче жалобы в Государственный совет или Кассационный суд, то это должно быть сделано в восьмидневный срок. Если же судья отказал в передаче, то решение может быть обжаловано в обычном апелляционном или кассационном порядке. Однако ст. 23-3 Органического закона указала: «Если вопрос о приоритетности направлен, то судебный орган откладывает принятие решения до получения решения Государственного совета или Кассационного суда или, если был запрошен Конституционный совет, до получения его решения. Следственные органы (le cours de l'instruction) не приостанавливают рассмотрение, предпринимают необходимые охранительные меры (conservatoires nécessaires)».

В статье 61-1 Конституции Франции предусмотрено, что дело должно быть рассмотрено в определенный срок, а ст. 23-4 Органического закона уточнила, что таким сроком рассмотрения дела в двух высших судебных инстанциях является трехмесячный. Если Кассационный суд или Государственный совет не высказались по представленной жалобе, она передается в Конституционный совет.

Автор считает, что установленная законодательная возможность (le souci) воспользоваться правом представить жалобы по поводу «приоритетности вопроса о конституционности» не слишком «открывает поле» для обжалования по этому основанию (с. 331). Обжаловать могут только стороны, а не сам судебный орган, т.е. не предусмотрена возможность обжалования в официальном порядке.

Верховенство Конституционного совета в рассмотрении представленных жалоб нисколько не нарушено (с. 331) и его прерогативы остаются без изменений. Более того, ст. 23-2 Органического закона предусматривает: «При любом состоянии дела судебный орган, когда он запрошен заявлениями, оспаривающими соответствие какого-либо законодательного положения, с одной стороны, правам и свободам, гарантированным Конституцией, и, с другой стороны, международным обязательствам Франции, выно-

сит постановление о "приоритетности вопроса о конституционности" и направлении его в Государственный совет или в Кассационный суд». Эта норма направлена на то, чтобы еще раз подтвердить преимущественную силу Конституции, а не международного законодательства, во внутреннем правопорядке страны (с. 332).

Статья завершается ответом на вопрос: превратила ли конституционная реформа 2008 г. Конституционный совет в верховный суд страны? Автор указывает, что введение a posterori контроля за конституционностью актов создало для этого органа принципиально новое положение в политической системе Франции. Новый статус Совета связан с его организацией: поскольку давно звучала критика в отношении членства в этом органе бывших президентов республики, то в настоящее время присутствие этих лиц вполне оправданно. Право контроля Совета a posterori по «приоритетным вопросам о конституционности» наделяет его новой миссией, по сравнению с той, которую он выполнял сразу же после принятия Конституции 1958 г. (с. 337).

В.В. Маклаков

2013.02.016. ГРЕВ К. КОНТРОЛЬ ЗА КОНСТИТУЦИОННОСТЬЮ ЗАКОНА В ГЕРМАНИИ: НЕКОТОРЫЕ СРАВНЕНИЯ С ФРАНЦУЗСКОЙ СИСТЕМОЙ.

GREW C. Le contrôle de constitutionnalité en Allemagne: Quelques comparaisons avec le système français // Pouvoirs: Rev. française d'études constitutionnelle et politiques. - P., 2011. - N 137. - P. 143154.

Констанс Грев - профессор Страсбургского университета и одновременно судья Конституционного суда Боснии и Герцеговины - рассматривает контроль за конституционностью законов в Германии в связи с процедурой принятия решения о конституционности (новая ст. 61-1 Конституции Франции 1958 г.), введенной во Франции в результате конституционной реформы 2008 г.

Все системы конституционной юстиции, существующие в Европе, оказались затронуты успешной эволюцией, сконцентрированной на защите прав человека и основных свобод. Однако в правовой системе Германии этот феномен, а также его производные (ses répercussions) проявляются особенно заметно (с. 143).