Мемориальная тоска

В четверг в Москве на доме по адресу Малая Ордынка, 3 торжественно открыли мемориальную табличку в честь Бориса Немцова, который жил в этом доме. В тот же день представители столичного департамента культурного наследия заявили, что городские власти потребуют демонтажа доски. Обозреватель «Коммерсантъ FM» Станислав Кучер считает, что, как бы ни развивалась история с памятной табличкой, она станет проверкой на прочность для всех ее участников.

На мемориальной доске, созданной архитектором Евгением Ассом и дизайнером Евгением Добровинским, нет, на первый взгляд, ничего, что могло бы вызвать недовольство властей — ни слова ни об оппозиционных взглядах Немцова, ни о его отношении к Кремлю, ни, тем более, о версиях его гибели. На табличке просто написано: «Здесь жил политик Борис Немцов, погибший от руки наемного убийцы 27 февраля 2015 года».

Доска установлена по инциативе проживающего в том же доме муниципального депутата от Замоскворечья Сергея Маркова в полном соответствии с прописанной в Жилищном кодексе процедурой, то есть в результате голосования собственников дома. Однако московские чиновники, называя установку незаконной, предпочитают опираться на другой документ — постановление московского правительства от 1 декабря 2009 года. Согласно ему, давать добро на подобные инициативы должна специальная комиссия, состав которой утверждает департамент культуры, а возглавляет собственно министр культуры правительства Москвы. Плюс такие вещи должны согласовываться с префектурой, плюс, цитата, «мемориальные доски устанавливаются не ранее, чем через десяти лет после свершившегося исторического события или кончины увековечиваемого лица. В случае ходатайств по решению комиссии — не ранее, чем через два года». Ограничения по срокам не касаются Героев Советского Союза, почетных граждан Москвы, лауреатов премии правительства Москвы «Легенда века» — полный список смотрите в тексте документа на сайте мэрии. Короче, ими же принятое постановление дает чиновникам полное право на демонтаж доски памяти Бориса Немцова.

Ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь. Найдется ли в сегодняшней России хоть один интересующийся политикой человек, который бы искренне верил, что позиция московских властей продиктована исключительно заботой о соблюдении формальностей? В Москве полно зданий с мемориальными досками, существование которых, мягко говоря, спорно со всех точек зрения — от гуманистической до юридической. Что-то мне подсказывает: надо будет – и постановление перепишут, и комиссию за час или вообще задним числом соберут, и в федеральном телеэфире нацлидер проникновенно скажет что-то вроде: «Да ну их черту, эти формальности, когда речь о таком человеке!» Условие одно: человек должен быть «правильный». А Немцов был и остается «неправильным», «неудобным», «неуместным», опасным.

Оставив в стороне эмоции,— что сложно,— замечу: самое умное, что мог сделать Кремль после самого наглого и циничного политического убийства в новейшей истории России – это не мешать, а помочь увековечить память Немцова всеми возможными способами.

Но там, где страх, нет места даже трезвому политическому расчету.

Прав был выдающийся государственный деятель столетней давности Сергей Витте: «Под влиянием трусости ни одно качество человека так не увеличивается, как глупость».

Мемориальную доску можно объявить незаконной, демонтировать, облить зеленкой – каждым таким действием чиновники и вандалы будут, как бы помягче выразиться, гадить на самих себя, напоминать о том, кто такие они, и кем был Немцов. Так что, если честно, я даже не знаю, чему я больше обрадуюсь: если, хорошенько подумав, на Тверской, 13 решат оставить первую табличку памяти Бориса в покое, или если чиновники упрутся и пойдут на конфликт с друзьями Немцова и жителями дома по адресу Малая Ордынка, 3.

Потому что в последнем случае это будет уже история не про память политика, а про готовность граждан бороться за свои права.

В том числе – за право вешать кондиционер за окном квартиры. Это ведь тоже изменение облика фасада.

В марте ГБУ «Гормост» провело общественные слушания о проекте капитального ремонта Большого Москворецкого моста. Рядовой градостроительный проект привлек повышенное внимание общественности, потому что именно на этом мосту в 2015 году был убит Борис Немцов. Соратники погибшего политика пытались выяснить у чиновников, будет ли в ходе реконструкции установлен мемориал господину Немцову, однако те потребовали «не превращать обсуждение в политику». В конце встречи чиновники признали, что провели общественные слушания с нарушениями, поэтому отменили их результаты.