К вопросу определения уровня, степени и характера религиозности православного населения России (на основе опроса студентов вузов г. Орла)

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ

В.А. Вовченко, кандидат философских наук, доцент кафедры религиоведения и теологии.

К ВОПРОСУ ОПРЕДЕЛЕНИЯ

УРОВНЯ,

СТЕПЕНИ И ХАРАКТЕРА

РЕЛИГИОЗНОСТИ ПРАВОСЛАВНОГО НАСЕЛЕНИЯ

РОССИИ

В статье проводится анализ подхода, используемого православными социологами для определения количества православных верующих, выделяются трудности данной методологии и предлагается альтернативный подход, на основе проведенного исследования религиозности православной молодежи.

Ключевые слова: православная социология, православные верующие, методология, альтернативный подход.

В современном российском социологическом сообществе существуют разные методологические подходы к определению уровня, степени и характера религиозности населения. Одна из актуальных проблем состоит в определении количества православных верующих в российском обществе. Ряд исследователей, исходя из того, что большинство респондентов, определивших себя как православных верующих, имеют размытое мировоззрение и плохо выполняют правила церковной жизни, фактически ставят под сомнение существование в России реального православного большинства [1, 3]. Другие с этим не соглашаются и рассматривают церковные проблемы как исторически обусловленные, а распространенность суеверий, вообще, как элемент, сопутствующий христианству на всем протяжении его истории [4, 6].

Православно-ориентированные социологи справедливо отмечают, что христианство, это не раз и навсегда завоеванное состояние, а путь, по которому человек движется к идеалам, поставленным церковным учением [4. ^ 5]. Однако сразу же возникает задача, как определения соответствия тех идеалов, к которым движется человек, церков-

ному учению, так и собственно факта самого движения.

Вполне убедительную позицию занимает Ю.Ю. Синелина, утверждая, что вера в колдовство, магию, гадания, предсказания вовсе не противоречит православному мировоззрению и не может быть основанием для выводов о наличии духовного эклектизма. Только если человек не просто верит, но и принимает участие в данных практиках непосредственно или опосредованно через обращение к "специалистам": колдунам, гадателям, экстрасенсам, можно говорить об отходе такого верующего от православия [4. ^ 18-19]. Однако и здесь следует учитывать, что даже просто вера, например, в такие языческие концепции, как астрология, хиромантия, карма и реинкарнация, может свидетельствовать о серьезном расхождении с православным мировосприятием.

Решение проблемы определения "православ-ности" респондентов вполне закономерно многими исследователями видится в плоскости выделения стадий воцерковления. Такая методика определения уровня воцерковленности респондентов (В-индекс) предложена В.Ф. Чесноковой и была

использована в исследованиях ФОМ, Сектора социологии религии ИСПИ РАН, исследователями В.В. Локосовым, Ю.Ю. Синелиной [4. С. 5].

В методике В.Ф. Чесноковой используются пять показателей воцерковленности образа жизни, измеряющихся по пятибалльной шкале: посещение храма; исповедь и причащение; чтение Евангелия; молитва; соблюдение постов. На основе этих показателей формируются пять групп по уровню воцерковленности: "воцерковленные", "полуво-церковленные", "начинающие", "невоцерковлен-ные", "нулевая" [6].

Ю.Ю. Синелина, на основе проведенного в 2004 г под руководством д.с.н. В.В. Локосова общероссийского опроса, относит к категории "церковный народ" 44% православных респондентов, среди которых 13% "воцерковленных" и 31% "полу-воцерковленных", что позволяет говорить о достаточно высокой доли православных людей в российском обществе [4. С. 95].

Однако эти данные при детальном анализе не кажутся столь оптимистичными. Среди "воцерков-ленных" 6% посещает храм реже, чем раз в год, 26% совсем не причащаются, 12% не читали Евангелия, 5% не придают значения молятве, 33% не соблюдают посты. В группе "полувоцерковленные" ситуация еще проблематичнее: по тем же показателям получились следующие цифры - 10%, 41%, 30%, 8%, 56% [4. а 27-28].

Разъяснения данной ситуации, предлагаемые

В. Чесноковой, не представляются нам вполне убедительными. Действительно не у всех жителей России есть возможность посещать храм даже раз в год в виду его отсутствия или из-за инвалидности. Однако трудно предположить, что было опрошено много людей, которые не выходят из дома или живут в такой глуши, что не могут раз в год добраться до храма. Кроме того, как можно объяснить, что к "церковному народу" относят тех, кто ходит в храм, но вообще не причащается или не молится. Столь же трудно понять, как православный человек в 2004 г. не может приобрести и прочитать главную христианскую книгу - Евангелие. Следует учесть, что речь идет о 148 человек из 1794 опрошенных. Ссылка на то, что до ХХ в. большинство верующих в России не читали Евангелия, в ХХ! в. поголовной грамотности и доступности Нового Завета выглядят не убедительно. Раньше крестьяне не могли читать не только Св. Писание, но вообще что-либо. Сегодня получается, что человек может считаться воцерковленным православным, тратя время, деньги на развлекательное чтение, но, не желая при этом познакомиться со Словом Божием, даже если он ходит в храм раз в месяц или соблюдает большие посты.

Вне всякого сомнения, люди по-разному могут начинать свое вхождение в жизнь Церкви и могут находиться на разных уровнях приобщения к церковной жизни. Но возникает сомнение насколько для самой Церкви будет полезным признавать че-

ловека воцерковленным, если он не посещает храм или не причащается, или не молится, или не читает Евангелия, или не старается соблюдать посты, как это получается согласно методике В. Чесноковой. Если речь идет о том, чтобы порадоваться численности церковного народа, то это один момент, а если задуматься над тем, насколько этот народ далек от подлинно церковной жизни и православного пути, то вероятно здесь следует проводить более жесткие разграничения.

На наш взгляд, для более четкой дифференциации в индекс воцерковленности следует ввести как мировоззренческие показатели, так и показатели языческого (суеверного) поведения, которые не учитываются в рассматриваемой методике. Дело в том, что среди выделенных Ю.Ю. Синелиной "воцерковленных" и "полувоцерковленных" значительный процент тех, кто достаточно далеко отходит от православного учения и канонов. Сомневаются в бессмертии души 29% "воцерковленных" и 47% "полувоцерковленных" людей; признают влияние примет на свою жизнь 35% и 41%, соответственно; обращаются к колдунам и сами практикуют 4% и 6%; обращаются к гадалкам и сами гадают 12% и 11%; принимают во внимание предсказания астрологов 15% и 27%; обращаются к экстрасенсам или сами ими являются 12% и 5% [4. С. 33-35]. Как делает вывод автор исследования: "самые суеверные группы - это "воцерковленные" и "полувоцерковленные" - показатели суеверного поведения 20% и 17% соответственно" [4. С. 84]. При этом средний показатель составляет 12%. Более того, в группе "воцерковленные" самый большой процент занимающихся медитацией - 7% [4. С. 88].

Закономерно возникает вопрос насколько целесообразно рассматривать эти отклонения как незначительные для человека, старающегося жить церковной жизнью. Человек может ежемесячно посещать церковь и при этом ходить к колдунам и даже заниматься магией, ежедневно молиться церковными молитвами и развивать экстрасенсорные способности, поститься и строить гороскопы, заниматься гаданием. При этом он тоже будет отнесен к воцерковленным или полувоцерковленным православным, поскольку согласно указанной методике, достаточно наличия одного, хотя и ярко выраженного показателя.

Никто не отрицает, что многие среди тех, кто стремится "воцерковиться", начинает свой духовный путь с широко распространенного мировоззренческого эклектизма и подвержен влиянию языческого окружения. Однако признавать такое состояние сознания, тем более поведения за норму вряд ли приемлемо.

В 2005 г. до знакомства с методикой В. Чесно-ковой, нами было проведено развернутое исследование религиозности 750 представителей студенческой молодежи г Орла. В исследовании была предпринята попытка соотнесения, как мировоззренческих, так и поведенческих показателей ре-

лигиозности студентов, отнесших себя к категории православных [2].

Не претендуя на полноту классификации, на основе проведенного исследования, как нам представляется, могут быть выделены несколько групп.

"Этнические или нулевые православные" - те, кто относит себя к православным, но определяет себя как неверующего человека. Таких среди студентов, определивших себя как православных, было выявлено 12,1%

"Номинальные православные" - мало знакомые с постулатами православной веры и не реализующие свой мировоззренческий выбор на практике составили 63,9%.

"Начинающие православные" - выполняющие в той или иной степени нормы православной жизни, но имеющие "размытые" или синкретические мировоззренческие установки, и демонстрирующие элементы языческого поведения. В эту категорию были отнесены студенты, которые верят в бессмертие души, в приход Спасителя, в ангелов и демонов, в ад и рай; если они хотя бы немного читали Священное Писание; знают не меньше четырех заповедей и хотя бы одну церковную молитву; хотя бы иногда молятся; не реже раза в год посещают храм и причащаются. Таких среди студентов, отождествивших себя с православием, оказалось 20,5%.

"Практикующие православные" - хорошо знающие основные положения православного учения, достаточно регулярно и в значительной мере выполняющие церковные предписания, но продолжающие сохранять и даже реализовывать на практике определенные элементы языческого сознания. Данную группу составили респонденты, которые верят в бессмертие души, Страшный Суд, ад и рай, ангелов и дьявола; читали Священное Писание; назвали не меньше четырех заповедей; знают две церковные молитвы, регулярно молятся, причащаются несколько раз в год, стараются постоянно носить религиозные символы. Таких студентов выявлено 2%.

Действительно среди этой группы студентов 70% знают больше трех молитв, половина молится раз в день и чаще, 80% соблюдают пост хотя бы частично, 60% посещают храм не реже раза в месяц, все выступают за необходимость усиления влияния религии в обществе, за изучение религии в школе, 80% за установление государственной религии и 52,2% за то, чтобы этой религией была православная, и 70% за введение в школах предмета "Основы православной культуры".

Но даже среди этих студентов только половина (52,2%) верит в воскресение человека, зато 40% верит в переселение душ, каждый четвертый (26%) - в карму, каждый пятый (21,7%) - в НЛО и каждый второй - в приметы и "вещие сны". Более того, они не только верят, но каждый второй занимался различными техниками гаданий (47,8%) и 4,1% даже колдовством и магией, а 40% обращались к гадалкам, экстрасенсам и духовным целителям. И даже

если предположить, что все это происходило до их встречи с православием, то трудно объяснить, что та же половина (47,8%) из этих студентов не исключает подобное обращение в будущем.

"Воцерковленные православные" - это те, у которых наблюдается в значительной степени совпадение их мировоззренческих установок и религиозного поведения. Элементы других мировоззренческих парадигм не проявляются ни в сознании, ни в поведении этой группы. Студентов, которых можно признать полностью воцерковленными православными, чье мировоззрение и религиозное поведение в значительной мере соответствует тому, что Православная церковь хочет видеть в своих чадах, выявлено лишь 1,5%. Они разделяют основные положения христианской веры, выполняют церковные предписания, и не верят ни в карму, ни в реинкарнацию, не занимаются ни колдовством, ни гаданием, и не намерены обращаться к экстрасенсам в будущем.

Таким образом, как нам представляется, среди студентов, определивших себя как православных, лишь четверть (24%) могут быть определены как "церковный народ", находящийся на разной стадии воцерковления.

Все это ставит перед обществом серьезную задачу преодоления духовного синкретизма, а значит религиозного просвещения, без которого даже внешне принадлежащие и в той или иной степени исполняющие православные предписания, молодые верующие во многом остаются крещеными "язычниками", не только разделяющими те или иные окультно-магические представления, но и реализующие эти представления на практике на ряду с выполнением православных обрядов. При этом решение поставленной задачи невозможно без внятной и четкой государственной политики, направленной на включение компонентов религиозного образования в систему средней и высшей школы, и осуществляемой с опорой на профессионально подготовленные кадры в рамках светского высшего религиоведческого и теологического образования.

На наш взгляд, проблему критериев мировоззренческой самоидентификации нельзя рассматривать в духе обер-прокурора К. Победоносцева, который принадлежность к православию определял фактически только по личному выбору опрашиваемого, что и пытаются делать некоторые исследователи [5]. В такой ситуации, с одной стороны, происходит просто размывание смысла и содержания православной веры и православного образа жизни, когда православными оказываются не только те, кто не следует нормам православной жизни и не разделяет основные положения православной веры, но, как показывают исследования, и просто являются неверующими. С другой стороны, поверхностное представление о том, что большая часть населения страны относит себя к православию мешает серьезно задуматься над тем, что

лишь 1,5% православных студентов можно считать воцерковленными, и еще около четверти находящимися на пути к этому. Формальная принадлежность православию не должна рассматриваться как норма ни самой церковью, ни верующими.

Но даже при более дифференцированном подходе в поле нашего сознания постоянно остается проблема соотнесения формального религиозного поведения и знания основных постулатов православной веры с подлинно христианским образом жизни. Человек, с одной стороны, может путаться в формулировках веры, не уделять должного внимания соблюдению предписаний и обрядов, но при этом не нарушает заповеди и фактически старает-

ся жить, следуя словам Христа: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя" (Лук. 10:27). Или наоборот, верующий может знать наизусть Символ Веры и выполнять все обряды и предписания, но в своем отношении с окружающими не руководствоваться принципом любви, о котором говорит Христос.

Все это ставит перед исследователями необычайно сложный вопрос о показателях подлинной принадлежности к православию, что может стать одним из значимых направлений теоретических и практических исследований для формирующейся сейчас православной социологии.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Варзанова Т.И. Во что верят россияне // НГ-Религии. - 1997.№2.№4

2. Вовченко В.А. Особенности мировоззренческих ориентаций современной студенческой молодежи. // Ученые записки ОГУ XIV. Религиоведение. Вып.4. - Орел: ОГУ, "Картуш", 2006. - С.55-73.

3. Каариайнен К., Фурман Д.Е. Верующие, атеисты и прочие (эволюция

российской религиозности) // Вопросы философии. - 1997, №6. - С.35-52.

4. Синелина Ю.Ю. Изменение религиозности населения России: православные и мусульмане: суеверное поведение россиян. - М.: Наука, 2006. - 132 с.

5. Синелина Ю.Ю. О критериях определения религиозности населения // СОЦИС. - 2001. №7. -

С.89-96.

6. Чеснокова В.Ф. Тесным путем: процесс воцерковления населения России в конце XX века. - М.: Академический Проект, 2005. - 297 с.

Vovchenko V.A.

TO THE QUESTION OF LEVEL, EXTEND AND CHARACTER OF THE RELIGIOSITY OF ORTHODOXAL CITIZENS OF RUSSIA

The article analyses approache which is used by orthodoxal sociologists for the determination of quantity of orthodoxal believers. The author picks

out the troubles of this methodology and suggests althernative approach which is based on the research of the religiosity of orthodoxal youth.