Цели применения принудительных мер медицинского характера: медико-юридический аспект

Medicine and jurisprudence H ACTUAL PROBLEMS OF MEDICINE AND BIOLOGY No. 3-2018

УДК 61 ББК 51

DOI 10.24411/2587-4926-2018-10034

ЦЕЛИ ПРИМЕНЕНИЯ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР МЕДИЦИНСКОГО ХАРАКТЕРА: МЕДИКО-ЮРИДИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Согласно ст. 98 Уголовного кодекса РФ (далее — УК РФ): «Целями применения принудительных мер медицинского характера являются излечение лиц, указанных в ч. 1 ст. 97 настоящего Кодекса, или улучшение их психического состояния, а также предупреждение совершения ими новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса» [1].

В тексте УК РФ не дано определение принудительных мер медицинского характера, но впервые в истории уголовного законодательства нашей страны сформулированы их цели. Определение целей принудительных мер медицинского характера даже при отсутствии раскрытия их понятия, оснований их применения, на наш взгляд, помогает определить их сущность, дает возможность в судебной практике решать вопросы назначения, продления, изменения и прекращения принудительного лечения [2, с. 31-37; 3, с. 33-40; 4, с. 33-36].

По нашему мнению, цели принудительных мер медицинского характера сочетают в себе интересы лица, страдающего психическим расстройством, и интересы общества. Приоритетная цель — психическое здоровье человека. Цели принудительного лечения не дифференцируются в зависимости от категории лиц, к которым они применяются [5, с. 41-45; 6, с. 65-68; 7, с. 46-50].

Сопоставление целей применения принудительных мер медицинского характера с целями наказания позволяет, по нашему мнению, заметить не только существенное различие в их содержании, но и их некоторое сходство, объясняющее причины отнесения правоотношений, возникающих при назначении принудительных мер медицинского характера, к уголовно-правовым. Общим для них является предупреждение совершения новых деяний, которые причиняют вред охраняемым уголовным правом общественным отношениям. Для лиц, страдающих психическим расстройством, не исключающим вменяемости, применение принудительного лечения, соединенного с исполнением наказания, создает условия реализации также другой цели наказания — исправления осужденного. Законодатель не увязывает цели принудительных мер медицинского характера с характером общественно опасного деяния или преступления, совершенного лицом, страдающим психическим расстройством [8, с. 15-19; 9, с. 25-32; 10, с. 141-144].

По нашему мнению, цели принудительных мер медицинского характера не совсем совпадают с целями медицинской помощи осужденным. Медицинская помощь осужденным направлена на профилактику заболеваний (от туберкулеза и др.), их лечение (от травм и др.). Общие лечебно-диагностические задачи входят в задачи принудительных мер медицинского характера как некие со-

В.А. КРАФТ

НИИ ФСИН России

Аннотация. Статья посвящена медико-юридическому, научно-практическому анализу целей применения принудительных мер медицинского характера, ст. 98 УК РФ.

Ключевые слова: медицинское право, ст. 98 УК РФ, научное толкование.

OBJECTIVES OF APPLICATION OF FORCED MEASURES MEDICAL CHARACTER: MEDICAL AND LEGAL ASPECT

B.A. KRAFT

Research Institute of the Federal Penitentiary Service

Annotation. The article is devoted to medical and legal, scientific and practical analysis of objectives of application of forced measures medical character, Article 98 of the Criminal Code of the Russian Federation.

Keywords: medical law, article 98 of the Criminal Code of the Russian Federation, scientific interpretation.

Для цитирования: Крафт В.А. Цели применения принудительных мер медицинского характера: медико-юридический аспект. Актуальные проблемы медицины и биологии. 2018; 3(3):31-33. Doi 10.24411/2587-4926-2018-10034.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕДИЦИНЫ И БИОЛОГИИ № 3-2018 =

Медицина и юриспруденция

ставляющие, отражающие лишь одну, медицинскую, составляющую применения принудительного лечения. Но не менее, а, даже, может быть, более важна другая, юридическая, составляющая их применения — предупреждение совершения новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ. Обе составляющие диалектически взаимосвязаны. Применяемые во время принудительного лечения средства и методы служат одновременно достижению обеих названных целей. Без достижения целей медицинского характера невозможно достижение целей юридического характера [11, с. 252-256; 12, с. 120-124; 13, с. 665-670; 14, с. 55-61].

Излечение — полное выздоровление, восстановление психического здоровья. Добиться излечения от хр онических психических р асстр ойств, слаб оумия или педофилии в реальной практике применения принудительных мер медицинского характера сегодня невозможно. К сожалению, медицинской науке неизвестны пока тонкие причины и механизм психических расстройств. Принудительное лечение, по существу, направлено на «стирание» признаков (симптомов) психического расстройства, общее улучшение психического здоровья. Можно достигнуть ремиссии хронического психического заболевания (появления «светлого промежутка»), которую следует максимально продлевать по окончании принудительных мер медицинского характера на основании законодательства о здравоохранении. Невозможно излечение и от слабоумия. Можно добиться лишь некоторого повышения социальной адаптации лица, страдающего слабоумием. В психотравмирующих условиях исполнения уголовного наказания невозможно излечение от пси-хопатии—иного болезненного состояния психики [15, с. 789-792; 16, с. 455-458; 17, с. 1109-1115].

Задача применения принудительных мер медицинского характера — излечение (выздоровление) — «наполнена», на наш взгляд, некоторым правовым романтизмом, что обуславливает следующее положение: улучшение психического состояния как программы минимум при проведении принудительного лечения.

Улучшение психического состояния лиц—восстановление способности к осознанно-волевому поведению у лиц, признанных судом невменяемыми, а также у лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания. Под улучшением состояния лиц, страдающих психическими расстройствами, не исключающими вменяемости,

понимается повышение их социальной адаптации с уменьшением ауто- и гетероагрессии, что способствует предупреждению совершения ими новых преступлений, в механизме которых имеет значение неполное осознание фактической стороны и общественной опасности своих действий (бездействия), патологическое снижение волевой способности к руководству своими действиями. Выбор лечебно-диагностических методов, с помощью которых достигаются излечение, улучшение психического состояния лица, определяется лечащим врачом-психиатром.

Под предупреждением совершения новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, понимается исчезновение (уменьшение) влияния психического расстройства на осознанно-волевое поведение, признаваемое общественно опасным как во время применения принудительных мер медицинского характера, так и в будущем, после их прекращения судом. Предотвращение совершения новых общественно опасных деяний достигается лечебно-диагностическими методами.

По нашему мнению, принудительные меры медицинского характера не преследуют целей кары, восстановления социальной справедливости, общей превенции, поскольку они не являются уголовным наказанием. Не преследуют они и неоломброзианских целей излечения от «преступной болезни». К сожалению, в законе не говорится о целях, которые ставит клиническая криминология, — это психотерапевтическая коррекция девиантного (отклоняющегося от общепринятой нормы) поведения и социально-психологическая реабилитация.

Литература

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

2. Спасенников Б.А. Клинико-криминологиче-ский анализ неврастении у осужденных // Всероссийский криминологический журнал. 2014. № 4.

3. Спасенников Б.А. Клинико-криминологический анализ расстройств личности у осужденных // Всероссийский криминологический журнал. 2014. № 2.

4. Спасенников Б.А. Лечебно-диагностическая тактика при расстройствах личности в практике пенитенциарной медицины // Российский медицинский журнал. 2015. Т. 21. № 6.

5. Спасенников Б.А. О значении неврастении в преступном поведении // Трудный пациент. 2015. Т. 13. № 3.

Medicine and jurisprudence

ACTUAL PROBLEMS OF MEDICINE AND BIOLOGY No. 3-2018

6. Спасенников Б.А. О признаках симуляции психических расстройств подследственными // Вестник института: преступление, наказание, исправление. 2017. № 3 (39).

7. Спасенников Б.А. Принудительное психиатрическое лечение социопатических расстройств // Медицинское право. 2016. № 4.

8. Спасенников Б.А. Проблемы законности продления, изменения и прекращения применения принудительных мер медицинского характера // Вестник Академии Генеральной прокуратуры РФ. 2015. Т. 49. № 5.

9. Спасенников Б.А. Расстройства личности у осужденных в уголовно-исполнительной практике // Вестник Кузбасского института. 2015. № 1 (22).

10. Спасенников Б.А., Воробей С.В., Черкасов С.Н. Охрана материнства и детства в уголовно-исполнительной системе России // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2016. Т. 24. № 3.

11. Спасенников Б.А., ПертлиЛ.Ф. Развитие медицинской помощи в тюремной системе России (конец XVIII — начало XX в.) // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и истории медицины. 2016. Т. 24. № 4.

12. Спасенников Б.А., Смирнов А.М. Социально-правовая характеристика осужденных мужчин, отбывающих наказание в исправительных колониях // Социологические исследования. 2015. № 9 (377).

13. Спасенников Б.А., Спасенникова М.Г. Нервно-психическая патология и преступное поведение // Всероссийский криминологический журнал. 2016. № 4.

14. Хабриев Р. У., Спасенников Б.А. История медицинских и правовых взглядов на психическое здоровье преступника (XIV-XIX вв.) // Журнал российского права. 2017. № 12 (252).

15. Хабриев Р.У., Спасенников Б.А., ПертлиЛ.Ф., Копыткин С.А. Развитие гигиены и санитарии в пенитенциарной системе России (конец XVIII — начало XX в.) // Гигиена и санитария. 2017. Т. 96. № 8.

16. Хабриев Р.У., Суходолов А.П., Спасенников Б.А. О результатах экономической оптимизации деятельности медицинской службы ФСИН России // Известия Байкальского государственного университета. 2017. Т. 27. № 24.

17. SpasennikovB.A., Pertly L.F., Kaluzhina M.A. Cerebral Pathology and Criminal Behavior // Research Journal of Pharmaceutical, Biological and Chemical Sciences. 2017. May-June 2017. № 8 (3).

References

1. Ugolovnyy kodeks Rossiyskoy Federatsii ot 13 iyu-nya 1996 g. № 63-FZ // SZ RF. 1996. № 25. St. 2954.

2. Spasennikov B.A. Kliniko-kriminologicheskiy ana-liz nevrastenii u osuzhdennykh // Vserossiyskiy krimino-logicheskiy zhurnal. 2014. № 4.

3. Spasennikov B.A. Kliniko-kriminologicheskiy analiz rasstroystv lichnosti u osuzhdennykh // Vserossiyskiy kriminologicheskiy zhurnal. 2014. № 2.

4. Spasennikov B.A. Lechebno-diagnosticheskaya taktika pri rasstroystvakh lichnosti v praktike penitentsi-arnoy meditsiny // Rossiyskiy meditsinskiy zhurnal. 2015. T. 21. № 6.

5. Spasennikov B.A. O znachenii nevrastenii v prestup-nom povedenii // Trudnyy patsiyent. 2015. T. 13. № 3.

6. Spasennikov B.A. O priznakakh simulyatsii psikhic-heskikh rasstroystv podsledstvennymi // Vestnik instituta: prestupleniye, nakazaniye, ispravleniye. 2017. № 3 (39).

7. Spasennikov B.A. Prinuditel'noye psikhiatriches-koye lecheniye sotsiopaticheskikh rasstroystv // Medit-sinskoye pravo. 2016. № 4.

8. Spasennikov B.A. Problemy zakonnosti prodleniya, izmeneniya i prekrashcheniya primeneniya prinuditel'nykh mer meditsinskogo kharaktera // Vestnik Akademii Gene-ral'noy prokuratury RF. 2015. T. 49. № 5.

9. Spasennikov B.A. Rasstroystva lichnosti u osuzhdennykh v ugolovno-ispolnitel'noy praktike // Vestnik Kuzbasskogo instituta. 2015. № 1 (22).

10. SpasennikovB.A., VorobeyS.V., CherkasovS.N. Okhrana materinstva i detstva v ugolovno-ispolnitel'noy sisteme Rossii // Problemy sotsial'noy gigiyeny, zdravo-okhraneniya i istorii meditsiny. 2016. T. 24. № 3.

11. SpasennikovB.A., PertliL.F. Razvitiye meditsin-skoy pomoshchi v tyuremnoy sisteme Rossii (konets XVIII — nachalo XX v.) // Problemy sotsial'noy gigiyeny, zdravookhraneniya i istorii meditsiny. 2016. T. 24. № 4.

12. SpasennikovB.A., SmirnovA.M. Sotsial'no-pra-vovaya kharakteristika osuzhdennykh muzhchin, otby-vayushchikh nakazaniye v ispravitel'nykh koloniyakh // Sotsiologicheskiye issledovaniya. 2015. № 9 (377).

13. Spasennikov B.A., Spasennikova M.G. Nervno-psikhicheskaya patologiya i prestupnoye povedeniye // Vserossiyskiy kriminologicheskiy zhurnal. 2016. № 4.

14. Khabriyev R.U., Spasennikov B.A. Istoriya me-ditsinskikh i pravovykh vzglyadov na psikhicheskoye zdorov'ye prestupnika (XIV-XIX vv.) // Zhurnal ros-siyskogo prava. 2017. № 12 (252).

15. KhabriyevR.U., SpasennikovB.A., PertliL.F., Kopytkin S.A. Razvitiye gigiyeny i sanitarii v penitentsi-arnoy sisteme Rossii (konets XVIII — nachalo XX v.) // Gigiyena i sanitariya. 2017. T. 96. № 8.

16. Khabriyev R.U., Sukhodolov A.P., Spasennikov B.A. O rezul'tatakh ekonomicheskoy optimizatsii deyatel'nosti meditsinskoy sluzhby FSIN Rossii // Izve-stiya Baykal'skogo gosudarstvennogo universiteta. 2017. T. 27. № 24.

17. SpasennikovB.A., Pertly L.F., Kaluzhina M.A. Cerebral Pathology and Criminal Behavior // Research Journal of Pharmaceutical, Biological and Chemical Sciences. 2017. May-June 2017. № 8 (3).