Современная Хакасия: этническая идентичность в контексте этнополитических процессов конца XX - начала XXI вв. *

IMAGE OF REGION: INDUSTRIAL DEVELOPING OF THE NORTH OF WESTERN SIBERIA IN PUBLIC CONSCIOUSNESS

O.N. Stafeev

Memoirs are one of the most interesting sources on studying people's representations about their contemporary epoch. Memoirs reflect images of a region in full measure; they enable to reconstruct the image of region in consciousness of society. The present article traces formation of Western Siberia image since 1960th years. The image includes some key elements among which the basic are «ideal» images of people who developed Siberia. The given images were formed on a basis of earlier representations and stereotypes. The general historical background of fundamental change of a «wild» territory and fast rates of its industrialization played a big role in the formation process, alongside with the introduction of certain values and stereotypes produced at socialism building sites.

© 2008 г.

Е.В. Самушкина

СОВРЕМЕННАЯ ХАКАСИЯ: ЭТНИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В КОНТЕКСТЕ ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ КОНЦА

ХХ - НАЧАЛА XXI вв.*

Демократизация политической системы в российском обществе 1990-х гг. привела к актуализации этнонационального фактора в ряде субъектов Российской Федерации. Не стала исключением и Республика Хакасия. В результате процесса суверенизации Хакасская автономная область повысила свой статус; в 1991 г. она была преобразована в республику.

В период проведения реформ население республики столкнулось с рядом трудностей. Ломка существовавшей ранее системы ценностей и непростое складывание новой, привели к чувству социальной незащищенности у огромного количества людей; обозначился кризис идентичности, связанный с отказом от прежних социальных ценностей и предпочтений. На первый план в этой ситуации вышла этничность/этническая идентичность; помимо культурной функции она выступила в качестве эффективного средства терапии от социальных и политических травм.

Современная наука рассматривает этничность как чувство принадлежности к группе людей, которые отчетливо сознают и обозначают свое отличие от других. Набор признаков, которые определяют это чувство, различен; как правило, это — язык, историческая память и мифология, религия, некоторые черты материальной и духовной культуры, самоназвание группы.

* Работа выполнена в рамках гранта СО РАН для молодых ученых (проект № 145).

Известно, что этничность (осознание этнической принадлежности) носит подвижный и часто многоуровневый характер. Огромное влияние на него оказывает государство и господствующая в нем доктрина1. Опираясь на анализ постсоветкой этнополитической реальности, исследователи рассматривают эт-ничность как механизм политической мобилизации, как орудие борьбы за власть и ресурсы и одновременно как результат «политического конструирования», в котором значительную роль играет этнонациональная идеология, прокламируемая политической и интеллектуальной элитой.

Процессы, связанные с актуализацией этничности становятся реальностью во многих субъектах Российской Федерации с конца 1980-х — начала 1990-х гг. Перед населением Республики Хакасия в этот период возникли вопросы: «кто мы?», «что нас объединяет?», «каково наше прошлое, и что мы хотим в будущем?». Ученые, деятели культуры и искусства, журналисты, представляющие коренное тюркоязычное население региона, обратились к культуре и истории своего народа. Популярными стали размышления о земле и вере предков, об обычаях и традициях — обо всем, что так или иначе выражало этнические представления и чувства.

В Хакасии с конца 1980-х гг. наблюдался рост этнического самосознания коренного населения. Одним из свидетельств этого процесса стало появление общественных движений, нацеленных на формирование новых идентичностей. Первая этнонациональная общественная организация в Хакасии появилась в 1988 г. Это была Ассоциация хакасского народа «Тун» («Возрождение»). Ее инициаторами выступили бывшие студенты вузов г. Ленинграда. Ассоциация хакасского народа «Тун», по замыслу организаторов, была создана в целях сохранения, возрождения и развития титульного этноса, для утверждения его суверенных прав в сфере политики, экономики и культуры.

Активисты этой организации брали на себя право и обязанность оказывать всестороннюю поддержку в выполнении программ, касающихся жизни хакасского народа, представлять его интересы на всех уровнях управления и во всех сферах общественной жизни2. Члены этого движения активно включились в национальное строительство. По инициативе организации «Тун» был воссоздан обряд поклонения предкам, праздник национальной государственности Ада-Хоорай, были проведены первые Съезды хакасского народа.

Съезды хакасского народа стали регулярными с 1990 г. Съезд хакасского народа (Чыылыг) с Народным советом (Чон чоб1) во главе объявил себя высшим

3

органом общественного самоуправления хакасского народа3. Со временем они стали ведущей политической силой среди национальных организаций Республики Хакасия. Основной костяк правления съезда — инициативную группу — составили представители творческой и научной интеллигенции республики.

В Народный совет Республики Хакасия первоначально вошли такие видные деятели науки, как профессор, доктор исторических наук В.Я. Бутанаев, кандидат исторических наук И.И. Бутанаева, профессиональный журналист

А.А. Костяков, директор ХакНИИЯЛИ В.Н. Тугужекова, доктора философских наук Л.В. Анжиганова, В.И. Ивандаев и др. Хакасская творческая и научная интеллигенция стала генератором основных идей и задач этнонационального движения.

С момента создания Съезд был призван рассматривать и вырабатывать предложения, заявления, резолюции, декларации от имени коренного этноса — хакасов. Эта организация должна была стать ведущей силой общественного самоуправления народа. На заседания съезда выносились злободневные вопросы современной Хакасии; обсуждались проблемы исторического развития титульного этноса, его современное состояние, пути выхода из кризиса, восстановление традиций и обычаев хакасов. Согласно официальным документам, исполнительный орган Съезда играл роль основной политической, культурной силы, решающей проблемы возрождения народа, единственным движением, способным восстановить ценности традиционного общества и определить стратегию его развития.

В 1990-е гг. в обращениях Чало (Председателя) Съезда хакасского народа

В.И. Ивандаева и в работах одного из лидеров национального возрождения Л.В. Анжигановой были обозначены основные символы хакаской нации: общий язык, общее прошлое, общая национальная культура, национальный характер, национальный ландшафт, свод национальных легенд, пантеон героев (и жертв), система государственной символики4. В рамках работы Съезда была выработана этнонациональная идеология, содержащая три основных направления: оценка прошлого хакасского народа, отношение к будущему, связанное с молодежью и пересмотр политических и культурных партнеров.

Актуализация исторической памяти народа, возвращение к истокам, к героическому прошлому стали главными лозунгами хакасской научной и творческой интеллигенции конца 1990-х — начала 2000-х гг. Обращаясь к тюркской архаике, этническая элита утверждала, что хакасский народ относится к числу древнейших тюркских народов: «Он живет на той земле, которая является, по свидетельствам многих ученых, тюркской прародиной. Эта земля покрыта курганами предков, древними погребениями, имеющими возраст до 40 тыс. лет»5. Это относит истоки хакасской истории к среднему палеолиту, т.к. именно этим временем датируются первые стоянки человека, найденные на территории современной Хакасии: грот Двуглазка и грот Проскурякова.

При обосновании этнонациональной идеологии лидерами хакасов широко использовались квазиисторические построения. Выделялись основные вехи истории хакасского народа; это — существование древне-хакасского государства (УГ-ХГУ вв.), монгольское нашествие (XIV в.), гибель хакасского государства, стремление объединить и создать единое государство (Х1У—ХУ1 вв.)6.

В материалах выступлений представителей творческих и научных кругов Хакасии и на заседаниях Съезда в 1990-е гг. красной нитью проходит особое отношение к России. Акцент делается на насильственном вхождении хакасов в состав Российской империи. Лидеры хакасского возрождения воссоздают историю столетней войны и последующей оккупации Хакасии Россией, которые определили трагическую судьбу коренного этноса. Активистами движения при этом умалчиваются достижения конца ХГХ—ХХ вв., особенно значимые в социальной и экономической сфере. В череде исторических событий ХХ в. национальная интеллигенция акцентировала только 1991 г., когда Хакасия, по инициативе I Съезда хакасского народа, повысила свой статус и была преобразована в республику.

Обращаясь в истории Хакасии, в социально-политической публицистике активисты Чон чоб1 активно формировали образ народа-жертвы. В одном из выступлений председателя съезда хакасского народа В.И. Ивандаева в 1993 г. проводится мысль, что в результате почти четырех веков нахождения в составе Российской империи, а затем в составе коммунистического тоталитарного государства, у представителей коренного этноса, оказавшихся в положении национального меньшинства, произошел психологический надлом, появилось чувство бессилия и безысходности. В настоящее же время тревожные симптомы упаднического настроения среди хакасского народа приобрели, по словам известного лидера, массовый и необратимый характер; и следует подвергнуть осуждению тех авторов, которые акцентируют, якобы, присущие хакасам качества покорности и терпимости в качестве высших добродетелей7. Однако с формулируемым образом жертвы и тезисом об упаднической психологии трудно согласится.

Это опровергает авторский опрос молодого поколения республики, проведенный в ноябре 2002 г. в Хакасской республиканской национальной гимназии им. Н.Ф. Катанова, в Институте саяно-алтайской тюркологии и в Хакасском государственном университете. Респондентам было предложено несколько фраз на выбор: высказывания, выражающие идею покорности, превосходства ума над силой, а также тезисы, отражающие рациональные ценности индустриального общества, нацеленные на формирование активной социальной позиции и, наконец, высказывания, носящие агрессивный оттенок.

Первый блок был представлен выражениями, по мнению профессора Л.Р. Кызласова, отражающими философию хакасского народа, его психологию: «Под луной и солнцем находясь, с сильнейшими не спорьте и не боритесь», «Сила уступает уму», «Смирной головы и сабля не отрежет»8. Вторую группу составили фразы, принадлежащие перу известного публициста и идеолога пантюркизма М.И. Аджи: «Говорить и верить надо без сомнения», «Мщение — это великий дар природы», «Бегство печальнее гибели, защита — признак страха»9. Последними на выбор были представлены изречения американского просветителя, одного из авторов Декларации независимости США Б. Франклина, отражающие ценности прагматичного общества: «Бог помогает тем, кто сам себе помогает», «Никогда не копай больше, чем на глубину плуга», «В делах этого мира люди спасаются не благодаря вере, а ее недостатку»10.

Опрашиваемые должны были выбрать наиболее понравившиеся выражения, импонирующие складу их характера и образу мыслей. По результатам опроса наибольшей популярностью у учащихся пользовалось высказывание Б. Франклина «Бог помогает тем, кто сам себе помогает», которое никак не совместимо с упадническими настроениями (60 %); также подростки отметили второе выражение американского просветителя. Показательным является и то, что фразы М.И. Аджи не нашли отклика в молодежной среде; только 4 % учащихся понравились высказывания автора современной версии пантюркизма.

Одним из мотивов выступлений лидеров национального возрождения 1990-х гг. являлось обсуждения путей выхода хакасского народа из кризисного состояния. Большие надежды возлагались и возлагаются на молодежь республики, в руках которой будущее этноса, его существование в региональном и мировом сообществе.

Для воплощения этих проектов в жизнь, как считают активисты этнонацио-нального движения, подрастающему поколению необходимо проникнуться общей идеей. Она заключается в том, чтобы молодежь республики, не считаясь ни с какими трудностями, пожертвовала личным благополучием во имя процветания народа11. При этом национальная интеллигенция пытается актуализировать традиционные ценности тюркского общества.

С конца 1990-х гг. этнонациональные общественные организации Республики Хакасии активно включились в процесс построения новой государственности. В рамках этого движения была сформулирована проблема формирования этнонациональной идеологии. Идея консолидации этноса была обозначена лидерами хакасского возрождения в числе приоритетных задач.

Одним из инструментов консолидации стало развитие родового движения. Оно разворачивалось на местах — в районах Хакасии сначала спонтанно, а затем организованно. С середины 1990-х гг. стремительно увеличивалось число встреч-праздников хакасских родов; в масштабах поселков, городов, районов создавались советы родовых старейшин. К концу 1990-х гг. в иерархии этнического самосознания титульного этноса Хакасии вновь было акцентировано знание родовой принадлежности.

Свое организационное оформление родовое движение Хакасии приняло после подписания Федерального Закона «Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации» от 20 июля 2000 г. и Федерального Закона «О территориях традиционного природопользования коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации» от 7 мая 2001 г. 12.

В материалах внеочередного IX Съезда хакасского народа (1 декабря 2001 г.) в статье, посвященной общественному самоуправлению, подчеркивалось, что в «целях защиты интересов родов (семей) по вопросам исконной среды обитания, традиционного образа жизни, хозяйствования и промыслов, лица коренной национальности имеют право создавать родовые общины (сеоки). Такая родовая община действует в соответствии с законами Республики Хакасия и принятым Уставом родовой общины с учетом родовых, семейных традиций и обычаев»13.

В 2001 г. создается «Ассоциация родов хакасского народа». Основной целью Ассоциации, в соответствии с программными документами, стала: консолидация родов хакасского народа на основе их духовного возрождения, восстановление прогрессивных традиций рода и семьи, возрождение культуры, утвержде-

14

ние принципов взаимодействия и сотрудничества с другими народами .

Результатом деятельности Ассоциации явилась программа «Родовое движение хакасов как фактор консолидации и развития этноса. 2001—2005 гг.». В документе обосновывалась уникальность родовых институтов хакасского народа. Род рассматривался как один из важнейших факторов, способствующих самосохранению народа на всех этапах его развития; ценность его определялась тем, что он являлся инициативой самого народа.

Ссылаясь на опыт развития таких государств, как Япония, Англия, Швеция, Испания, где приверженность традициям явилась неотъемлемым фактором развития, представители Ассоциации предложили программу возрождения хакасского рода, которая включала:

— здоровый образ жизни;

— почитание предков, изучение истории рода, этнографии, легенд, языка;

— поддержку семьи, изучение ее проблем; учет и финансовую помощь для одаренных детей.

Согласно концепции возрождения, хакасское родовое движение призвано было стать опорой в социально-экономических реформах современной Хакасии15. Оно продолжало развиваться в республике в начале 2000-х гг., превращаясь в инструмент консолидации в рамках уже всего тюркского сообщества Сибири и, шире, Евразии, сохраняющего принципы родового устройства.

Исторические и культурные связи тюркских народов были и остаются одной из основных тем общественного дискурса Хакасии. В современной публицистике республики популярными являются квазиисторические построения на тему народа-первопредка, разрабатываемые прежде всего А. Кичуком, под влиянием творчества М.Э. Аджи. Согласно известным схемам, территория Сая-но-Алтая была областью формирования не только хакасского этноса, но и иных родственных или «дочерних» этнических групп, которые позднее переселились в другие земли: «Саяно-Алтайское нагорье — великая прародина хакасов, тувинцев, шорцев и алтайцев. Недаром они в истории связаны кровными узами, которые не исчезли с течением времени. Потомки должны помнить своих великих предков». Представления о связях в рамках тюркского сообщества определяются идеей «этнической семьи»16.

На Съездах хакасского народа в течение ряда лет постоянно звучала мысль о том, что все тюркские народы должны выступить как «единая нация» для результативного решения своих насущных вопросов17. На заре независимости

Хакасии лидерами Съезда хакасского народа была выдвинута идея создания ас-

18

социации народов Южной Сибири18. Летом (17 июня) 1993 г. Народный совет Съезда хакасского народа подписал протокол предварительных намерений с Народным Фронтом Республики Тыва «Хостуг Тыва». В преамбуле документа отмечались тенденции, направленные на лишение коренных народов права на самоопределение, на свободное определение ими своего политического статуса, например, на свободное объединение и союзы в форме федераций и конфедераций.

Учитывая эти обстоятельства, представители Народного Фронта и Чон чоб1

брали на себя обязательства разработать концепцию объединения родственных

народов. Председатели общественных организаций, С. Тумат и В. Ивандаев,

констатировали также «факт обращения союза политических сил Тувы и Чон чобi

по созданию единого тюрского государства и защиту политических прав членов 19

этих органов» .

В дальнейшем политические аспекты взаимодействия с тюркскими народами потеряли свою актуальность, переместившись в сферу культуры. Но вплоть до начала 2000-х гг. в документах Съезда хакасского народа шел процесс дистанцирования от русского — славянского сообщества в пользу тюркского сообщества. Связь с тюркскими государствами по мысли идеологов хакасского возрождения, должна была стать основой процветания Хакасии.

Одним из обоснований выбора партнерства стали этномифологические построения на тему происхождения от одного народа — первопредка. В периоди-

ческой печати Хакасии активно обсуждалась легенда о Белой волчице — прародительнице тюркских народов. По этой легенде на землю хакасов пришли враги, убили воинов и сожгли все дотла. В живых остался только десятилетний мальчик, которому отрубили руки, и ноги и бросили в болото. Там его нашла Белая волчица. Вырастив, она стала его женой и родила девятерых детей. Они-то и являются братьями-тюрками. Всем своим детям, Башкирии, Татарии, Азербайджану, Турции, Алтаю, Хакасии, Белая волчица дала напутствие не воевать между собой. И с тех пор, по мнению творческих кругов Хакасии, между тюркскими народами прекратились войны, и они стали воевать только с внешними врагами. В рамках развития этого сюжета проводится идея о том, что на современном этапе развития тюркским народам важно жить в одной семье, быть братьями по крови, по-

20

могать друг другу и умножать свои народы .

Осознание принадлежности к великому, многочисленному тюркскому сообществу должно было вселить уверенность в ряды хакасского народа. Руководство Чон чоб1 неоднократно обращалось за помощью и поддержкой к тюркским странам и выражало желание взаимодействовать с тюркоязычным миром по принципу «Один за всех и все за одного»21.

Стремясь войти в единое тюркское пространство, Республика Хакасия по инициативе творческих кругов вступила в 1993 г. в международную общественную организацию — ТЮРКСОЙ. Это объединение ориентировано на развитие тюркской культуры и искусства. Международная организация ТЮРКСОЙ была создана в соответствии с решением Совета министров культуры тюркоязычных стран и договором, подписанным 12 июля 1993 г. в г. Алматы министрами культуры Азербайджана, Казахстана, Туркменистана, Турции, Узбекистана. Позже к этому договору в качестве стран-наблюдателей присоединились Республика Татарстан, Республика Башкортостан, Турецкая Республика Северный Кипр, Республика Тыва, Республика Хакасия и Гагаузия.

Генеральная дирекция ТЮРКСОЙ находится в столице Турецкой Республике — Анкаре, официальный язык организации — турецкий. ТЮРКСОЙ является неполитической международной организацией, обеспечивает поддержку всем членам содружества, независимо от политической ориентации их государственных структур. По роду деятельности, целям и задачам, принципам работы она близка к структуре ЮНЕСКО и призвана играть объединяющую роль в рамках тюркоязычного мира, а также способствовать ускорению интеграции общетюркской культуры в мировое культурное пространство.

По мнению создателей этой организации, духовное наследие тюркского мира, «его многовековая и полифоничная субкультура являются составной частью всей мировой цивилизации. И вполне очевидно, что это культурная самобытность, сохраненная вопреки всем историческим перипетиям, и в XXI веке будет определять духовную сущность и место тюркоязычных народов в объединенном потоке мирового интеллектуального развития»22. Однако процессы глобализации и интеграции могут, как считают лидеры ТЮРКСОЙ, привести к нивелированию, утрате своеобразной духовной культуры тюркского мира. Поэтому необходима консолидация культур на этническом уровне, на основании общности менталитета и культурного прошлого.

Культура тюркского мира объявляется уникальной, связывающей в культур-

ном отношении Запад и Восток: «Тюркоязычное пространство на всем протяжении истории было средоточием плюроэтнизма и многообразия культур, своеобразным мостом в культурном диалоге «Запад-Восток». В этом контексте сейчас особую значимость и приоритетность приобретают меры по выявлению

социоидентичности тюркоязычных народов, сохранению, изучению и приумноже-

23

нию их культурного многообразия» .

В соответствии с данным тезисом формируются и основные цели этой общественной организации, направленные на популяризацию достижений культуры тюркоязычных стран, на создание единого пространства, устранения отчужденности, связанной с историческими, политическими и географическими условиями. Работа этой организации осуществляется по следующим направлениям:

— признание и утверждение на региональном и планетарном уровнях приоритета духовного развития мирового сообщества, направленного на гуманизацию и стабилизацию международных отношений;

— установление дружеских отношений и взаимопонимания между тюркоязычными народами и странами;

— создание благоприятных условий для создания единой языковой среды и формирования нового общедоступного алфавита;

— усиление научных исследований в области изучения этногенеза, целостной истории, литературы, культуры и искусства тюркоязычных народов;

— сохранение, систематизация, изучение, исследование и популяризация на международном уровне общих духовных ценностей, историко-культурного наследия и современных достижений культуры и искусства тюркоязычных народов;

— способствование изучению новыми подрастающими поколениями национальной истории, родного языка, литературы, культуры и искусства, традиций

24

своих народов .

Взоры этнической элиты Республики Хакасия в конце 1990-х — начале 2000-х гг. были направлены на Восток, в тюрко-мусульманский мир. Идеологические и исторические построения хакасской научной и творческой интеллигенции отражали культурные и геополитические интересы республики. Факт выхода на международную арену наполнялся новым смыслом, означающим переход к новому уровню идентичности.

Процесс становления государственности Республики Хакасия в 1990-е годы носил сложный и противоречивый характер. Он проходил на фоне реформирования российского сообщества. В обстановке общей нестабильности и социально-политических преобразований на первый план выступила этническая идентичность, были акцентированы ее политические составляющие. В этих условиях активизировались национальные общественные организации. В их программах была обозначена проблема формирования этнонациональной идеологии, направленной на консолидацию коренного этноса. На протяжении 1990-х гг. этот процесс был ориентирован на актуализацию родовой архаики и интеграцию в сибирское и мировое тюркское сообщество.

К середине 2000-х гг., вслед за изменением общероссийского политического контекста, наметились новые аспекты в трансформации идентичности коренного населения Республики Хакасия. Ее политическая составляющая в значи-

тельной степени была снивелирована. Наряду с подтверждением исторических и культурных амбиций коренного этноса, усилились интегративные тенденции его идентификации. В ходе подготовки и празднования юбилея 250-летия добровольного присоединения Хакасии к России летом 2007 г. отчетливо проявилась установка на диалог как основу существования полиэтничного региона. Задача сохранения этнокультурной самобытности при интеграции в поликуль-турное пространство гражданского сообщества России обозначила перспективу существования всех народов Республики Хакасия, включая коренное население.

ПРИМЕЧАНИЕ

1. Тишков В.А. Этнология и политика. М., 2001. С. 161.

2. Бутанаев В.Я. Современные этнополитические процессы в Хакасии // Этническая история тюркских народов Сибири и сопредельных территорий (по данным этнографии): матер. Всерос. конф. Омск, 1992. С. 27.

3. Материалы IX внеочередного съезда хакасского народа. Л. 6.

4. Анжиганова Л.В. Национальный миф в этническом пространстве хакасов // Евразийство: историко-культурное наследие и перспективы развития. Абакан, 2001.

С. 17.

5. ОДНИ ГАРХ. Ф. 884. Оп. 1. Д. 7. Л. 1.

6. Там же. Л. 2.

7. ОДНИ ГАРХ Ф. 884. Оп. 1. Д. 7 . Л. 4.

8. Кызласов Л.Р. «Под луной и солнцем находясь». О народной философии хакасов //Советская Хакасия. 1991. № 166. С. 3.

9. АджиМ.И. Европа, тюрки, Великая Степь. М., 1998. С. 34.

10. Франклин Б. Избранные произведения. М., 1956. С. 79, 83, 97.

11. ОДНИ ГАРХ Ф. 884. Оп. 1. Д. 7. Л. 8.

12. Глушаница И.С. Современное родовое движение хакасов // Материалы ХЕ! Международной научной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс». Археология и этнография. Новосибирск, 2003. С. 80.

13. ПМА. Материалы IX внеочередного съезда хакасского народа. Л. 6.

14. ПМА. Программа «Родовое движение хакасов как фактор консолидации и развитие этноса 2001-2005 гг. Л.5.

15. Там же. Л. 5.

16. Сибирский Эдем //Хакасия. 2001. № 5. С. 6.

17. Ф. 884. Оп. 1. Д. 16. Л. 3.

18. Ф. 884. Оп. 1. Д. 3. Л. 10.

19. Ф. 884. Оп. 1. Д. 7. Л. 3.

20. Поклонение Белой волчице //Хакасия. 1998. № 181. С. 7.

21. Ф. 884. Оп. 1.Д. 16. Л. 3.

22. В Турцию, на ТЮРКСОЙ // Хакасия. 1998. № 103. С. 4.

23. ТЮРКСОЙ — содружество культур //Хакасия. 2000. № 132. С. 6.

24. Там же.

MODERN KHAKASSIA: ETHNIC IDENTITY IN CONTEXT OF ETHNO-POLITICAL PROCESSES (THE END OF THE 20th — THE BEGINNING OF THE 21st CC).

Е.V. Samushkina

In late ninetieths the processes connected to actualization of ethnic policy, become a reality in many subjects of the Russian Federation, including Republic Khakassia. The social movements aimed at formation new identities testify to this process. The author studies ethnonational ideology: its stages and features of formation, tracing activity of some public organizations in Republic Khakassia. During ninetieths the formation process has been focused on actualization of patrimonial archaism and integration into both the Siberian and the world Turkic community. After some changes within All-Russian political context, new aspects in transformation of the indigenous population identity of Republic Khakassia were outlined. Its political component was partly leveled. The problem of preservation the ethno-cultural originality alongside with the integration process into a poly-cultural area of Russian civil community designated the prospect of coexistence for all peoples in Republic Khakassia, including the indigenous population.