Патриархальная семейная песня как историко-культурный феномен народной поэзии

ний немецкой «официальной» скульптуры была их представительская функция, которая определяла их стилистические особенности. Наибольшее распространение получили три стилевых направления - так называемый «германский» стиль (Б. Шмитц, В. Крайс), необарокко Р. Бегаса и мастеров берлинской школы и неоклассицисти-ческая манера А. Хильдебранда и его последователей.

Существует и определенная «география стиля». Центром «официального» искусства был Берлин, где «поэзия вытесняется историей, пейзажи видами, общечеловеческие мотивы патриотизмом» [2, с. 280]. В столице наибольшее распространение получило необарокко, отвечавшее вкусам кайзера. Наряду с необарокко в Пруссии был популярен и «германский» стиль. Скульптору, работавшему в ином ключе, было значительно легче проявить себя в более «художественных» Мюнхене и Дрездене. Здесь «официальная» скульптура получила меньшее распространение и имела менее воинственное и пафосное содержание, которому наилучшим образом отвечали формы благородной неоклассики. В столице Баварии работали крупнейшие мастера этого направления. В целом, несмотря на чрезвычайно большое число «официальных» или, как их также можно называть, «государственных» памятников, общая картина развития скульптуры в Германии в конце XIX - начале XX в. не исчерпывается ими.

Литература

1. Дмитриева М.Э. Изобразительное искусство // История искусств стран Западной Европы от Возрождения до начала 20-го века. Искусство XIX века. II книга. Германия, Австрия, Италия. СПб. : Дмитрий Буланин, 2004. С. 7-46.

2. Мутер Р. История живописи в XIX веке. М. : Книгоизд-во «Печатаюсь», б.г. Т. 3.

3. Feldenkirchen W. Staatliche Kunstfinanzie-mng im 19.Jahrhundert // Kunst, Kultur und Po-litik im Deutschen Kaiserreich. - Band 2. Kunst-politik und Kunstforderung im Kaiserreich. Kunst im Wandel der Sozial- und Wirtschaftsgeschichte. Hrsg von E. Mai, H. Pohl und S. Waetzold. Berlin : Mann, 1982. S. 35-54.

4. Mittig H.-E. Uber Denkmalkritik // Denkma-ler im 19. Jahrhundert. Mimchen, 1972. S. 283-301.

5. Olbrich H. Geschichte der deutschen Kunst 1880 - 1918. Leipzig, VEB E.A. Seemann Buch-und Kunstverlag, 1988.

6. Scheuner U. Die Kunst als Staatsaufgabe im 19. Jahrhundert // Kunst, Kultur und Politik im Deutschen Kaiserreich. - Band 1. Kunstverwaltung, Bau- und Denkmal-Politik im Kaiserreich. Hrsg von E. Mai und S. Waetzold. S. 13-46.

7. Tittel L. Monumentaldenkmaler von 1871 bis 1918 in Deutschland. Ein Beitrag zum Thema Denkmal und Landschaft // Kunst, Kultur und Politik im Deutschen Kaiserreich. - Band 1. Kunstverwaltung, Bau- und Denkmal-Politik im Kaiserreich. Hrsg von E. Mai und S. Waetzold. S. 215 - 276.

Monumental sculpture in Germany in the end of the XIX - the beginning of the XX centuries and state politics in art sphere

This article describes the features of the art in the German Empire in the end of the XIX- the beginning of the XX centuries in the connection with some political events like establishing the united German state, war campaigns, and emperors ’ change. There is studied the politics influence upon the forms and content of official state art in the example of monumental sculpture.

Key words: Germany, official art, state politics in art, sculpture.

Е.В. ЛУНЁВА

ПАТРИАРХАЛЬНАЯ СЕМЕЙНАЯ ПЕСНЯ КАК ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН НАРОДНОЙ ПОЭЗИИ

Определяются поэтическая сущность и содержание традиционной семейной песни как самостоятельной песенной группы с особыми тематическими и стилевыми признаками. Анализируются особенности их сюжетов, показывается их отличие от других групп.

Ключевые слова: фольклор, семейная песня, сюжет, тематическая группа.

Сохранение преемственности культуры невозможно без воспитания новых поколений на лучших традициях русского наро-

© Лунёва Е.В., 2010

да, изучения исторического и культурного прошлого России. Что касается традиционных песен, то, живя в веках, многие из них представляют интерес и в наши дни. К семейным песням исследователи прошлого подходили главным образом с точки зрения характеристики положения русской женщины в обществе. Этому вопросу, по сути, и посвящено большинство исследований в данной области.

Н. Костомаров в диссертации «Великорусская народная песенная поэзия», отмечая древность русских семейных песен, пишет о печальной участи женщины в замужестве. Во многих семейных песнях он услышал ноты протеста против семейного гнета. Н. Костомаров подчеркивает также, что в не меньшей мере тягость брака испытывал на себе и муж. Ненавидя постылую жену, он обращает внимание на чужую, но вся женина родня сторожит его. Он желает своей жене смерти, прибегая к «синему кувшину». Несмотря на нарисованную мрачную картину, Н. Костомаров увидел в русской семейной песне немало светлых черт, крепости духа, «отваги живой деятельной натуры великорусского народа» [6]. Здесь важно отметить, что песни интересуют его только как историка: он исследует не сами песни, а положение членов крестьянской семьи, только иллюстрирует песнями исторические факты.

Е. Будце превозносит стойкий характер русской женщины-страдалицы. Каждый стих семейной песни, по мнению автора, был создан как поэтическое воплощение пережитого женщиной горя, которая является здесь «во всей силе своего творческого гения». Е. Будде называет женщину «собирательницей русской семьи» [1].

На трудное положение женщины-крестьянки в прошлом указывает Д. Фомин. Самым счастливым периодом в ее жизни, отмечает он, было детство, отравленное, однако, горькими предчувствиями будущего несчастного замужества. Многие ученые считали лирическим героем большинства семейных песен женщину крепостного времени. Так, Д. Фомин писал об этом: «Мало у нас песен, выражающих радость любви. Замужняя женщина лишь мечтает о свидании с родными, превращается в птичку. Но и матерью быть-великое горе: сына она теряет на войне, а дочь отдает в чужую семью» [13]. Автор приходит к выводу, что в народе не много семейных

песен, которые выражают радость, счастье семейной жизни и любовь между супругами. Ценно то, что Д. Фомин останавливается также на символике русской народной песни. Однако и эта работа не выходит за пределы исторического анализа положения членов крестьянской семьи. Сами песни с их художественной спецификой не стоят в центре внимания автора.

А. Лучинин в статье «Женщина древней Руси...» рисует образ женщины по разным источникам. Автор замечает, что в былинной поэзии жена, в противоположность семейным песням, любима, и делает вывод, что подневольный труд в эпоху крепостничества мешал всем проявлениям личной жизни крестьянки [7]. Глубоко и психологически верно обрисовала состояние души замужней женщины-крестьянки Е. Линева, которая касается семейной песни главным образом с музыкальной стороны. Она показала огромную силу воздействия народного пения на слушателя [8].

Отмеченные работы проливают свет на характер самих народных песен и на жизнь их создателей и исполнителей. Возникновение семейных песен имеет глубокие исторические причины. Если в своих былинах русский народ воспел мужество и отвагу богатырей, в исторических песнях прославил героев и полководцев, в похоронных плачах передал всю горечь утраты любимого человека, то семейная песня нужна была народу для того, чтобы выразить его глубокие переживания, связанные с бытом патриархальной крестьянской семьи в крепостную эпоху.

Изучение истории России дает возможность глубже понять разнообразие причин возникновения и развития семейных песен. Русская женщина-крестьянка, создательница большинства семейных песен, испытывала на себе двойной гнет: крепостничества и деспотических оков патриархальной семьи, ее домостроевского уклада, неравенства и суровой власти мужа. Об этом особенно выразительно говорит такой памятник литературы этого времени, как «Домострой», который очень подробно определяет отношения внутри семьи, какими они сложились к XVI в. Это, во-первых, полное и безоговорочное подчинение детей родителям - последним рекомендуется физически наказывать детей. Так, мы читаем: «Казни сына своего от юности его, и покоит тя на старость твою» [2].

В патриархальной семье женили и выдавали замуж по воле родителей: это было естественным явлением в жизни феодальной Руси не только в крестьянской среде, но и в великокняжеской. Дети, подчиненные воле родителей, не смели выходить из повиновения: за это им грозили вечное проклятие и «гнев Божий». О непослушных детях в «Домострое» сказано: «Не поживут дней своих, иже прогневают отца и досаждают матери...» [3].

Устои патриархальной русской семьи видны также из отношения главы семейства к домочадцам, в особенности к жене. Домострой советует мужу свою жену «побить не перед людьми, наедине». Правда, автор здесь оговаривается: «ни по уху, ни по виданью не бити, ни под сердце кулаком, ни пинком; ни посохом не колоть; никаким железным или деревянным не бить: кто из сердца или с кручины так бьет, - многи притчи от того бывают ... а плетью, с наказанием, бережно бити; и разумно, и больно, и страшно, и здорово». Такой уклад считался естественным. Муж, который «жену и домочадцев учит, милость от Бога приемлет» [2].

Если нельзя точно указать, в каком веке появились семейные песни, то совершенно ясно, что возникли они гораздо раньше первых записей лирических народных песен в XVII в. В записи же семейные песни впервые появляются в рукописных и печатных сборниках XVIII в!, но ни в одном из них они не выделены в особую группу - первым в истории русской фольклористики это сделал И. Сахаров в своем сборнике русских народных песен [9].

Чтобы установить, какие именно песни примыкают к семейной группе, необходимо отделить семейные песни от свадебных и хороводных, в которых так или иначе фигурирует семейная тематика, установить разницу между ними. Семейные песни от свадебных и хороводных, прежде всего, отличаются по:

1) времени их исполнения;

2) их практическому применению;

3) своим поэтическим особенностям.

Свадебные песни исполнялись во время совершения обряда. Они всегда были связаны с ним, а не с семьей как таковой. Таким образом, обрядовое значение свадебных песен отличает их от семейных, в которых главным персонажем является уже не невеста, а замужняя женщина. Со-

ответственно, и сюжеты свадебных и семейных песен сильно различаются.

Что касается хороводной песни, то она, в отличие от семейной, имеет в своем содержании элементы драматического действия. В данном случае нас интересуют те хороводные песни, в которых затронута семейная тематика. Отличие этих хороводных песен от семейных заключается, во-первых, в особом циклическом строении композиции. Такое композиционное построение, способствующее развитию действия, связано с особенностью хороводной игры и совершенно не типично для русской семейной песни. Выявление различия между семейными, свадебными и хороводными песнями дает возможность постановки вопроса о семейных песнях как о своеобразной группе бытовых лирических песен.

Систематизация сюжетов семейных песен, преимущественно записанных в конце XVIII в., определение их характерных свойств, выяснение и раскрытие внутреннего содержания, с учетом позднейших записей их вариантов, дают возможность установить, бытует ли в народе тот или иной сюжет, известный со времени первых записей, сохранились ли его варианты и в наше время, а также насколько он был распространен на протяжении всего этого времени. Семейные песни по их содержанию можно разделить на следующие тематические группы:

1) представления девушки о замужестве; песни о выборе мужа;

2) несчастливое замужество и воспоминания молодушки о родной семье, ее отношение к отцу, к матери, братьям и сестрам;

3) песни молодушки о старом, постылом, ревнивом, неудалом муже и муже-недоростке;

4) песни молодца о постылой, ревнивой жене;

5) песни о семейных драмах и детях-сиротах;

6) песни о вдовьей доле.

Если в русских былинах сюжет выступает как система, последовательность событий, то в семейной песне, как лирическом произведении, события, происходящие с членами крестьянской семьи, передаются в субъективном преломлении, от лица главного героя песни. В этом смысле семейная песня отличается от всех эпических и лироэпических жанров, в которых

основное - повествовательный элемент, а не субъективные переживания героев. В то же время в ней есть сюжетная структура, переходящая из варианта в вариант-какое-то жизненное событие, эпизод, конфликт и т.д. Поэтому можно считать, что семейная песня - это своеобразный художественный сплав лирического и повествовательного начал, причем первое имеет главное значение, второе же только служит ему, являясь тем жизненным поводом, который вызывает те или иные чувства и переживания героев.

В основе сюжета любого эпического произведения лежит строгая, последовательная система событий, обусловленная конфликтом. Вот почему в эпике необходимы развитые сюжетные компоненты: экспозиция, завязка, развитие действия, кульминация и развязка. Для русской семейной песни, как для лирического произведения, это не характерно. Сюжетность большинства семейных песен такова:

1) лаконичная картинка действительности, обусловливающая то или иное настроение героя;

2) чувства героя вступают в конфликт с жизненной ситуацией или вызываются ею;

3) главным в песне становится лирическое выражение отношения героя к данному событию.

Именно на внутреннем движении переживаний героя и основано построение сюжета как составной части песенной композиции. Взаимоотношения тематики и сюжета в любой из семейных песен - закономерное явление, имеющее чрезвычайно важное, принципиальное значение. Определение темы песни зависит от действующего лица и жизненной ситуации, в которую оно поставлено. Сюжет же динамичен, поэтому в одной тематической группе имеется несколько различных сюжетов. Такая систематизация дает возможность выявить тематическое и сюжетное богатство семейных песен, отграничить их от смежных песенных групп, выявить художественные особенности жанра.

В первую тематическую группу песен (так называемую переходную), входит до-свадебная лирика, в которой раскрывается внутренний мир чувств и представлений девушки о будущем замужестве. Эта группа содержит множество сюжетов, дающих полное представление о чувствах лирических героев песни («Вы раздайтесь, рас-

ступитесь, добрые люди» [12, с. 47], «Ах, на реке, на речушке» [10, с. 106], «Во чистом поле береза...» (Там же, с. 310), «Ах ты, Волга, Волга-матушка» [4, с. 115]).

Ко второй группе песен мы относим те, главным содержанием которых являются жалобы на замужество и воспоминания молодушки о родной семье, редких встречах с родными; в этих песнях слышится скорбная жалоба девушки на несчастливое замужество. Героиня всей этой песенной группы - молодая крестьянка, замужняя женщина, находится в чужой, постылой семье. В этом песенном цикле содержится большое разнообразие сюжетов, каждый из которых по-своему передает все богатство душевных переживаний молодушки.

В первой песенной группе сюжеты строились на психологическом конфликте: девушка лишь воображала себе несчастливое замужество. Во второй же группе этот конфликт не воображаемый, а реальный: девушка уже попала в чужую, постылую, «несогласную» семью, почувствовала на себе нелюбовь ее членов («Не давай меня, батюшка, замуж» [14, с. 191], «Ходила младехонька по чистому полю» [5, с. 90], «Из-за лесу, лесу темного» [10, с. 17], «Мимо моего садика» [5, с. 112]). К третьей группе относятся песни молодушки о старом, ревнивом, неудалом муже, а также о муже-недоростке, т.е. о муже нелюбимом, постылом («Ах конь ли, конь мой, лошадь добрая» [14, с. 149], «Ах, почто было, ах, к чему было...» (Там же, с. 47), «Ах, я палася-перепалася...» (Там же, с. 456)).

Семейные песни, которые содержат жалобы доброго молодца на постылую жену, - четвертая тематическая группа («У душечки, у красной девицы» (Там же, с. 443), «Ах, матушка, горе...» [10, с. 94], «Ах ты, молодость, моя молодость» [14, с. 156]). Пятая сюжетная группа - песни, в которых изображены глубокие семейные противоречия, толкающие супругов на мысль о преступлении. На основе того или иного социального или морального конфликта возникали песни о семейной драме. Результатом несчастливых браков были взаимная нелюбовь супругов, нарушение супружеской верности («Как не пава свет по двору ходит» (Там же, с. 373), «На улице воробушек» [10, с. 314], «Лучинушка» [5, с. 155]). Шестая сюжетная группа-песни, темой которых является судьба крестьянки, потерявшей мужа («Как на дубчике два го-

лубчика» [14, с. 194], «На горе, на горонь-ке, не дуб шумел...» [11, с. 75]).

Итак, мы определили поэтическую сущность и содержание традиционных семейных песен как отдельной песенной группы с указанием тех тематических и стилевых признаков, по которым можно отличить патриархальную протяжную семейную песню от песен свадебных и хороводных. Эти признаки заключаются в наличии в семейной песне своеобразных персонажей, в серьезности и напряженности ее тона, глубоком реализме ее внутреннего содержания. Проанализировав особенности сюжетов семейных песен, мы показали их отличие от других групп песен, имеющих семейную тематику в контексте их содержания.

Различные по своему назначению, идейному содержанию и художественным средствам народные произведения складывались и жили веками, подвергались на своем пути тем изменениям, которые были неизбежны в ходе исторического процесса. Многие традиционные русские народные песни представляют интерес и в наши дни, устанавливают связи с современной действительностью, поскольку разрабатывают вечные темы.

Литература

1. Будде Е. Положение русской женщины по бытовым песням. Воронеж, 1883.

2. Домострой. СПб. : Типография Глазунова, 1911. №38.

3. Домострой. СПб. : Типография Глазунова, 1911. №17.

4. Песни, собранные П. Киреевским. М. : Изд. О-ва любителей Рос. словесности при

Моск. ун-те. Песни необрядовые, 1917. Вып.2. 4.1.

5. Песни, собранные П. Киреевским. М. : изд. О-ва любителей Рос. словесности при Моск. ун-те. Песни необрядовые, 1929. Вып. 2. Ч. 2.

6. Костомаров Н. Великорусская народная песенная поэзия // Вестн. Европы. 1872. Вып. 7.

7. Лучинин А. Женщина Древней Руси в отдельных заметках и характеристиках. Вятка, 1895.

8. Линева Е. Великорусская песня в народной гармонизации. СПб. : Академия наук, 1904. Вып. 1.

9. Песни русского народа / сост. И. Сахаров. Спб., 1838. Т. 3.

10. Великорусские народные песни. Спб. : Изд. А. Соболевским, 1895- 1907. Т.З.

11. Собрание русских народных песен / сост. М. Стахович. М., 1854.

12. Собрание русских простых песен с нотами / сост. В. Трутовский. М. : Муз. гос. изд-во, 1953.

13. Фомин Д. Семейные великорусские

песни: Филологические записки. Воронеж,

1913.

14. Собрание разных песен / сост. М. Чул-ков. Спб., 1913. 4.1.

Patriarch family song as a historical and cultural phenomenon of folk poetry

There is defined the poetic essence and content of traditional family song as an independent song group with special subject and style attributes. There are analyzed specific peculiarities of family songs’ plot and their distinction from others song groups is shown.

Key words: folklore, family song, plot, subject group.