Вуз искусств и культуры: от парадигмы к практике инновационного развития

ОПЫТ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ОРГАНИЗАцИЙ

experience of professional educational

ORGANIZATIONS ACTIVITIES

УДК/UDC 378.1 И. Б. Игнатова, И. А. Гричаникова

I. Ignatova, I. Grichanikova

ВУЗ ИСКУССТВ И КУЛЬТУРЫ: ОТ ПАРАДИГМЫ К ПРАКТИКЕ ИННОВАцИОННОГО РАЗВИТИЯ

HIGHER EDUCATION INSTITUTION OF ARTS AND CULTURE: FROM PARADIGM TO PRACTICE OF INNOVATIVE DEVELOPMENT

Статья посвящена проблеме развития инноваций в сфере культуры и искусств, образованию в социокультурной сфере. Ведущая роль в этом процессе отводится вузам социокультурной сферы, их возможностям и перспективам развития в рамках мирового социокультурного и образовательного пространства.

The article is devoted to the problem of development of innovations in the sphere of culture and arts, as well as to education in the sociocultural sphere. The leading role in this process is assigned to sociocultural higher education institutions, their opportunities and prospects in international sociocultural and educational space.

Ключевые слова: социокультурные технологии, инновации в сфере культуры и искусств, вуз искусств и культуры.

Keywords: sociocultural technologies, innovations in the sphere of culture and arts, higher education institution of arts and culture.

Престижность высшего учебного заведения на международном рынке образовательных услуг определяется многими показателями: историей и традициями, уровнем

профессорско-преподавательского состава, участием в образовательном процессе именитых ученых, известными выпускниками, международным признанием дипломов, серти-фицированностью образовательных программ и др. Серьезные требования предъявляются к научно-исследовательской деятельности, ее продуктивности, наличию инновационных разработок, коммерциализируемости результатов научных исследований и опытно-конструкторских разработок, что позволяет вузовской науке влиять на развитие реального сектора экономики. Безусловно, роль фундаментальных исследований в развитии науки остается ведущей, однако наметился устойчивый тренд формирования прямых связей между вузовской наукой и, в первую очередь, наукоемкими производствами, где эффективно функционируют механизмы трансфера технологий и создана инновационная инфраструктура.

Однако есть отрасли, в которых эти механизмы практически не функционируют, не налажено управление инновационными процессами. К таким отраслям относится сфера культуры и искусств, где управление инновационными процессами развито достаточно

слабо. Можно предположить, что одной из причин сложившегося положения является то, что изменения, происходящие в этой сфере, напрямую не связаны с внедрением инновационных продуктов и технологий. Тем не менее сфера культуры и искусств обладает богатым инновационным потенциалом, основанным на оригинальности и глубине научных и научно-творческих исследований, культурологических и искусствоведческих изысканий. Для реализации этого потенциала необходима активизация инновационных процессов и развитие трансфера социокультурных технологий в сфере культуры и искусств.

Один из путей решения обозначенной нами задачи состоит в разработке и уточнении концептуального поля, которым оперирует современная наука об инновациях, социокультурная инноватика. В рамках этого научного направления в качестве центрального элемента инновационной деятельности рассматривается человек. Его деятельность приводит к изменениям в системе производства и потребления, что применительно к сфере культуры должно учитывать создание не только материальных, но также духовных ценностей и смыслов. Такое понимание инноваций раскрывает антропологическую сущность инновационной деятельности, а также позволяет дать научное обоснование методологии и методике исследования природы и алгоритма разработки инноваций в сфере культуры и искусств.

В центре социокультурной инноватики стоит междисциплинарная задача изучения современной культурной практики с позиций многоплановости ее антропокультурных основ, многообразия и взаимопроникновения порождаемых ею реальностей. Такой подход позволяет сопоставить и критически переосмыслить в одной теоретической плоскости антропологическую меру инновационных изменений в сфере культуры и искусств и цели практической деятельности в ней. В контексте «очеловечивания» международного социокультурного пространства возникает перспектива интенсификации инновационных процессов и их ассимиляции с различными культурными практиками.

Теоретические матрицы изучения инновационных процессов впервые стали разрабатываться в начале XX в., при этом инновации трактовались как закономерности технических нововведений. В 30-е гг. прошлого столетия австрийский экономист Й. Шумпетер впервые использовал понятие «инновация» и подразу-

мевал под ним производство товара с новыми или качественными свойствами, внедрение новых методов производства, открытие новых рынков, использование новых источников сырья для производства, а также новую организацию производства [6, с. 36].

Американский экономист и публицист П. Ф. Друкер более емко отразил суть классического определения, данного Й. А. Шум-петером. Он подчеркнул необходимость реализации нового вида товара или продукции и указал на значение предпринимательского фактора в качестве одного из необходимых условий эффективного развития производства. Инновация определяется им как инструмент или средство предпринимателя, с помощью которого он использует изменения в собственных интересах [7, с. 56]. Схожего определения придерживается российский экономист и педагог Э. А. Уткин, который подразумевает под инновацией «объект, внедренный в производство» [5, с. 16]. Минусом данных определений можно назвать то, что они полностью ушли от первоначального содержания термина, который впервые появился в научных исследованиях культурологов еще в XIX в. и буквально означал введение некоторых элементов одной культуры в другую. Для сферы культуры и искусств это весьма существенно, так как появление и функционирование новшеств в этой области имеет свою специфику и эта специфика гораздо ближе к исходному значению инноваций, причем как понятия, так и процесса их появления и существования (инновация как интеллектуальная деятельность).

В настоящее время можно говорить о выработке своеобразного международного стандарта понятия «инновация» как вполне определенной управленческой категории, которая отражает конкретный исторический и весьма ограниченный взгляд на сам феномен инноваций, но также концептуально ограничивает его применение в сфере культуры и искусства. Формированию этого стандарта во многом способствовали два документа, известные под названиями «Руководство Фраскати» и «Руководство Осло». Понятия «инновация», принятого в этих документах, придерживается большинство теоретиков и практиков в области экономики. Именно оно взято за основу и при выработке нормативно-правовой базы по инновационной деятельности в России, при разработке концепций, программ, других стратегических документов по инновационной деятельности. Согласно ему «Инновация (нововве-

дение) — это конечный результат творческой деятельности, получивший воплощение в виде новой или усовершенствованной продукции, реализуемой на рынке, либо нового или усовершенствованного технологического процесса, используемого в практической деятельности» [4, с. 115]. С учетом специфических особенностей сферы культуры и искусств это определение необходимо дополнять и корректировать в виду того, что творческий результат деятельности может воплощаться не только в технологическом процессе, но и практике в широком смысле этого понятия, а сама новация должна способствовать повышению уровня культуры.

Таким образом, мы можем говорить о том, что к началу XXI в. научные знания об инновационных процессах вышли на новый качественный уровень и оформились в общую теорию ин-новатики, но применительно к сфере культуры и искусств эта теория должна быть критически осмыслена и скорректирована. Существующие трактовки инноваций и теории инновационного менеджмента должны учитывать не только творческий характер инноваций, но и рассматриваться как результат духовного производства исторически конкретного человека, который создает продукты, имеющие не только утилитарную (практическую) ценность, но также ценность универсальную, а она, в свою очередь, также имеет стоимостное выражение [3]. Приняв такое положение, изменится практика оценки инновационной деятельности учреждений культуры и искусств.

Попытки адаптации к сфере культуры существующих трактовок инноваций порождают различные вариации, по сути являющиеся гибридными и рассматривающими итог духовного производства как услугу. Российский исследователь Е. А. Малянов говорит о становлении особой ветви научно-инновационных исследований, социокультурной инноватике и определяет ее как «научную теорию, изучающую природу, закономерности возникновения и развития инноваций в социально-культурной сфере, их субъектов, условий возникновения и реализации» [1, с. 195]. Основные понятия социокультурной инноватики идентичны терминологической парадигме инноватики, однако имеют смысловое преломление сквозь призму специфики сферы культуры и искусств, производства и потребления культурных ценностей. Поэтому особое значение имеет выделение сущностных характеристик социокультурных инноваций и вычленение их из ряда других направлений инновационной деятельности.

Введение и обоснование понятия «социально-культурная инновация» также принадлежит Е. А. Малянову и является важным условием устранения неоднозначности и понятийно-терминологической путаницы, необоснованного приравнивания инноваций в сфере культуры и искусств к инновациям в наукоемких производствах, экономике и менеджменте. С одной стороны, социально-культурные инновации сохраняют все основные свойства (критерии) инноваций в целом, а с другой — коммерческая реализуемость по отношению к социально-культурной инновации выступает как потенциальное свойство, для достижения которого необходимы определенные усилия. Этот тип инноваций имеет существенную особенность — их эффективность и «инновацион-ность» измеряются не экономически, а антропологически, так как социально-культурные инновации позволяют инициировать культуро-формирующий процесс, создавать новые качества социальных отношений, формировать новые идеи и смыслы [2, с. 43].

Изучение закономерностей развития социально-культурных инноваций позволяет понять принципы формирования современных культурных смыслов, а также методологических основ воспитания личности, способной стать субъектом социокультурного инновационного процесса. Подобный анализ дает возможность выявить закономерности трансформации социокультурного пространства, являющегося питательной средой для развития инноваций не только в сфере культуры и искусств, но и научно-технических, технологических и экономических инноваций. Предметом социокультурных инноваций выступает система духовных ценностей, культурных смыслов, моделей культурной самоидентификации и самореализации людей. Результатом этого типа инноваций являются качественные социально значимые изменения в духовной жизни общества, что приводит к системным изменениям в его структуре и параметрах взаимодействия: снижение вероятности геополитических рисков, создание условий для устойчивого циви-лизационного развития, интенсификации и оптимизации процессов культурной жизни.

Одним из исходных постулатов социокультурной инноватики является толкование инновационной деятельности как широкой социально-культурной практики, которая не сводится к экономико-хозяйственной и производственно-технологической деятельности. Такой подход позволяет преодолеть чрезмер-

ную сосредоточенность на отдельных хозяйственных и технологических новациях и создать комплексную стратегию инновационного развития общества. Второе базовое утверждение социокультурной инноватики заключается в признании принципиальной неравновесности социальных и культурных явлений как синергетического источника инноваций. Оно опровергает априорное предположение, господствовавшее, с точки зрения известного российского исследователя проблем постиндустриального общества В. Л. Иноземцева, в подходах к анализу мирового развития, об устойчивости тех или иных выявленных тенденций современности, которое искусственно сужает ракурс исследования прогресса человеческой цивилизации [8, с. 4-5].

Сегодня базовые идеи социокультурной ин-новатики глубоко интегрированы в российскую систему подготовки специалистов высшей квалификации для сферы культуры и искусств. Вузовская подготовка специалистов для этой отрасли в России ориентирована на стабильную, сложившуюся в течение многих лет систему учреждений культуры. Ее осуществляет сеть специализированных высших учебных заведений творческого профиля (театральные институты и училища, музыкально-педагогические институты и консерватории, художественные институты и академии живописи), среди которых наиболее «универсальными» являются вузы культуры и искусств. Современный российский вуз культуры и искусств — это многофункциональное и разноплановое учебное заведение, которое не только предоставляет образовательные услуги, но и ведет научно-исследовательскую и инновационную деятельность. Это обусловлено теми требованиями к профессиональным компетенциям, которые предъявляет социокультурная реальность к специалисту, работающему в сфере культуры и искусств. Приобретение такого уровня профессионализма выпускником за время обучения в вузе возможно только при условии построения образовательного процесса на основе интеграции с научно-исследовательскими и производственными процессами. Сочетание студентом учебной деятельности с исследовательской позволяет, с одной стороны, поддерживать актуальность теоретических профессиональных знаний, а с другой — формировать навык и потребность их постоянного самостоятельного совершенствования. Подключение к образовательному процессу производственной деятельности, выходящей за рамки предусмотренной

в учебном плане практики, приводит будущего специалиста не только к приобретению минимальных профессиональных навыков, но и конкретизации поля своей профессиональной деятельности, обретению своего профессионального почерка, а может и обнаружить, и развить у него деловые качества. Для реализации этой модели профессионального образования в сфере культуры и искусств на практике вузу необходимо перейти на инновационно-ориентированный путь развития [5, с. 27], что в свою очередь позволит ему занять устойчивые позиции как на российском, так и на международном рынке образовательных услуг.

Примером реализации инновационной модели профессионального образования в сфере искусств и культуры является деятельность Государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Белгородский государственный институт искусств и культуры» (БГИИК). Созданный в 2000 г. на базе Белгородского культурно-просветительного училища (1960 г.) институт искусств и культуры — один из самых молодых государственных вузов этого профиля. Правительство Белгородской области планировало, что это будет региональный аванпост, число студентов которого, поначалу не достигавшее 200 человек, должно было вырасти до 1500. Он расположен в областном центре и, будучи региональным вузом, был предназначен для подготовки специалистов высшей квалификации для социокультурной сферы Белгорода и области. Здесь не планировалось проводить исследований: развитие науки по направлениям искусств и культуры обеспечивалось учеными, сконцентрированными в крупнейших научных центрах России — в первую очередь в Москве, Санкт-Петербурге, Кемерове.

За 12 лет развития БГИИК прошел две стадии развития. Первая из них характеризуется последовательным укреплением отдельных показателей высшего учебного заведения: число работников из профессорско-преподавательского состава, имеющих ученую степень, расширение спектра направлений подготовки специалистов, улучшение качества подготовки. Велась активная деятельность по приданию образовательному процессу академичности, развитию факультетов вузовского типа. К 2010 г. было сформировано пять факультетов и восемнадцать кафедр различной направленности: гуманитарных, библиотечных, социальных, педагогических наук, — а также

хореографического и музыкального искусства, дизайна и режиссуры. При этом с момента создания института исследовательская деятельность сопутствовала образовательной. Вуз должен заниматься научно-исследовательской деятельностью, так как это одно из обязательных условий полноценной и качественной подготовки специалиста любого профиля.

Однако главные ограничения продолжали существовать. Институт был небольшим и недостаточно многопрофильным, количество педработников с ученой степенью оставалось относительно небольшим (51 %), численность студентов не превышала 2 500 человек. Эти показатели не позволяли БГИИК выйти за пределы российского рынка образовательных услуг. Выход на позиции вуза, представляющего Россию за рубежом, стал целью второго этапа развития БГИИК, в который он вступил с начала 2011 г. Этот этап можно рассматривать как целенаправленное ослабление изначально жестких ограничений за счет, в первую очередь, инновационных организационных изменений.

Самой важной переменой было усиление направляющего ядра. БГИИК выступил в качестве экспериментальной площадки для внедрения системы стимулирования исследовательской и инновационной деятельности. Новая система централизованного управления содействовала развитию управления в базовых структурных единицах. В результате ряда мер, предусматривающих бюджетную ответственность и требование саморегулирования на все факультеты и кафедры, возникло децентрализованное управление. Это помогло не только покончить со старыми элементами бюрократического контроля, направленного сверху вниз, но и «высвободить» академические инициативы снизу посредством дисциплинарных импульсов кафедр, которым была предоставлена свобода инновационной деятельности. В первую очередь это относилось к факультету «Дизайн», который был более других готов к ее развитию и дальнейшей коммерциализации. В новых условиях стимулирования почти все заработанные дополнительные ресурсы принадлежат активным факультетам и кафедрам, что позволило развить интерес к инновационной деятельности и коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности.

Результатом предпринятых действий стала значительная диверсификация дохода. И если в 2000 г. БГИИК на 94 % зависел от бюджетного финансирования региона, то сейчас эта зависимость уменьшилась

до 67 %. Средства бюджета вуза, получаемые от исследовательской и инновационной деятельности, выросли с 3 до 19 %; а поступления из «иных источников» — с 5 до 31 %. Лидерами являются факультеты дизайна и социально-культурной и информационно-библиотечной деятельности, доходы которых примерно наполовину состоят из средств, полученных в результате ведения внебюджетной деятельности. В структуре финансирования произошел постепенный переход от гарантированных ассигнований к конкурентным источникам.

Однако путь трансформации не был простым. Баланс между централизованным управлением и властными полномочиями факультетов и кафедр требовал постоянного внимания. БГИИК стремился к саморегулированию, в результате чего превратился в обучающую организацию, в которой пассивность уступила место самоуправлению, верхние, средние и особенно базовые структуры (кафедры) научились работать самостоятельно. Операционным единицам пришлось заняться среднесрочным и долгосрочным планированием, которое бы способствовало процветанию и устойчивости развития, а также нахождению своей ниши на национальном и международном уровнях. В результате оформилась комплексная программа развития БГИИК на 2011-2016 гг., в которой обозначено инновационно-ориентированное развитие вуза.

Одним из важнейших направлений концепции является развитие научно-исследовательской и инновационной деятельности. Ее планирование и реализация ведутся с учетом современных задач, стоящих перед вузами творческого профиля, и основных постулатов социокультурной инноватики. С целью развития инновационной деятельности в БГИИК и управления инновационными процессами была произведена реорганизация организационной структуры управления научно-исследовательской деятельностью, которая и привела деятельность вуза в соответствие с инновационными целями и задачами развития института. С этого момента процесс управления научно-исследовательской деятельностью стал приобретать более выраженный и системный характер. Каждый из элементов структуры направлен на организацию и контроль ключевых аспектов научно-исследовательской деятельности, представляющих начальные этапы инновационного процесса: рождение инновационных идей, проведение прикладных исследований, создание научных

разработок, инновационных моделей и технологий, оформление прав на интеллектуальную собственность.

Создание сильного управляющего звена, тесно взаимодействующего с кафедрами, способствовало высокой результативности в направлении развития инновационных процессов в БГИИК и позволило выйти на уровень развития исследований на основе принципов социокультурной инноватики [7, с. 58]. Раскрывая антропологическую сущность инновационной деятельности, социокультурная инноватика дает научное обоснование методологии и методике исследования природы и алгоритма разработки инноваций в сфере искусств и культуры.

Все это создает основу для перехода вуза на путь инновационного развития, путь больших трансформаций. Анализ системы общей градации вузов позволяет утверждать, что на сегодняшний день БГИИК является вузом трансформирующимся, интенсивно развивающимся. Важным условием успешности инновационного развития является определение вузом «своей ниши». Для БГИИК это искусство — развитие актерского, хореографического, музыкального искусств и подготовка кадров для него (музыкантов, вокалистов, художников, скульпторов, актеров, артистов балета), а также создание 1Т-технологий в библиотечно-ин-формационных структурах, подготовка специалистов по музейному делу, для издательской деятельности. Уровень подготовки специалистов отвечает тем требованиям, которые предъявляются к федеральным вузам на российском и международном рынках образовательных услуг.

Ориентация на международную деятельность обусловлена и внешними, и внутренними факторами развития вуза. Если внутренние факторы — это, прежде всего, создание устойчивой материальной базы развития, в том числе и за счет оказания платных образовательных услуг иностранным гражданам, то внешние факторы — это требования Министерства образования и науки РФ к вузам, где обязательно должно обучаться не менее 10 % иностранных студентов от общего количества студентов. В то же время развитие международной деятельности расширяет возможности восстановления и усиления того влияния, которое наше образование и культура имели в советское время. Это задача не только образовательная, но и политическая. Когда речь идет об образовании вообще и профессиональном образовании в том числе, необходимо помнить, что оно всегда

должно идти в ногу с проектами в сфере культуры, межличностных отношений, обмена, причем обмена не только академического, но и человеческого. В этом плане БГИИК находится в авангарде, так как в нем уже реализуется программа академического обмена, например с Академией музыки Университета города Восточное Сараево Боснии и Герцеговины. Особое значение придается обучению студентов из бывших советских республик, которые не только изучают русский язык, но и подробно знакомятся с культурными и духовными ценностями нашего народа. Ценность международной деятельности вуза обусловлена еще и тем, что во всех странах, включая и Россию, успешность определяется уровнем образования, международного признания в этой сфере и уровнем межличностных и межкультурных обменов. Мы можем сделать все, но потеряв духовность и связь с национальной культурой, мы теряем ценностные основы гражданского общества. Принимая в свои вузы лучших студентов, страна обогащает не только свою экономику в целом, но и экономику регионов в частности.

Именно международная деятельность создает платформу для разработки и международного трансфера социокультурных технологий. На базе БГИИК создан центр трансфера инновационных технологий в социокультурной сфере, деятельность которого направлена на активизацию научных исследований по разработке инновационных социокультурных технологий и их последующей коммерциализации в реальном секторе экономики в России и за рубежом. Сейчас БГИИК развивается как научно-исследовательский, научно-творческий и культурно-производственный вуз. Ведется работа над созданием 1Т-технологий не только для библиотечного дела, но и при создании виртуальных музеев, этнокультурных карт славянской культуры, в создании технологий проектной, образовательной, научно-творческой деятельности. Международный трансфер социокультурных технологий — это залог вхождения БГИИК в число вузов, представляющих Россию на международном рынке образовательных услуг и инновационных социокультурных продуктов. При этом руководство и коллектив БГИИК твердо убеждены, что современный институт искусств и культуры может достойным образом исполнять свою миссию только при условии формирования сильной национальной идентичности. Это позволит вузу конкурировать в международной образовательной и культурной среде, неся

традиции и особенности искусства и культуры своего региона и таким образом занять устойчивые позиции на международном рынке образовательных услуг.

1. Балабанов И. Т. Инновационный менеджмент. — СПб.: Питер, 2000. — 207 с.

2. Берестова Т. Ф. Инновация и инновационная деятельность: пределы понятий // Вестник Челябинской государственной академии культуры и искусств. — 2008. — № 3 (15). — С. 70.

3. Бондаренко Е. А., Борисов С. Н., Римский В. П. Культурный капитал и интеллектуальные субкультуры в античном духовном производстве. Ст. 2 // Научные ведомости БелГУ. Сер.: Философия. Социология. Право. — 2014. — № 16 (187), Вып. 29. — С. 5-12.

4. Боровский М. А., Масыч М. А. Стратегия инновационно ориентированного управления развитием технического

университета. — Таганрог, 2006. — 155 с.

5. Гричаникова И. А. Формирование инновационной инфраструктуры института, обеспечивающей повышение качества образовательных услуг на базе системы интеграции образования, науки и производства // Модельный Дом культуры инновационный ресурс социально-экономического развития территории : сб. междунар. науч.-практ. конф. (Белгород, 17-19 сент. 2011 г.). — Белгород : Политерра, 2011. — С. 24-31.

6. Друкер П. Рынок: как выйти в лидеры. Практика и принципы. — М.: Международная книжная палата, 1992. — 351 с.

7. Игнатова И. Б., Гричаникова И. А. Социокультурная инно-ватика как актуальное направление научно-инновационных исследований в сфере культуры // Высшее образование в России. — 2012. — № 3. — С. 56-62.

8. Культурная динамика России в XXI веке: ресурсы, преемственность, перспективы: кол. моногр. / Р. Г. Абдула-типов, А. Е. Бусыгин, И. Д. Кобзон и др. — М. : Изд. дом МГУКИ, 2011. — 320 с.

УДК/UDC 378.046.4 Т. С. Панина, И. А. Жигалова, Н. В. Павельева

T. Panina, I. Zhigalova, N. Paveleva

АНТИКРИЗИСНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ КАК ИНСТРУМЕНТ ПОВЫШЕНИЯ КАЧЕСТВА ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ВЫСШЕЙ ШКОЛЕ

ANTI-CRISIS MEASURES AS A TOOL TO ENHANCE THE QUALITY OF ADDITIONAL VOCATIONAL TRAINING IN HIGHER EDUCATION

В статье рассматриваются вопросы повышения качества дополнительного профессионального образования, реализация эффективных мероприятий в условиях антикризисного управления, качественная реализация программ дополнительного образования в высшей школе Кузбасса.

The article deals with improving of the quality of additional vocational training, the implementation of effective measures in terms of crisis management, high-quality implementation of programs of additional education in higher education of Kuzbass.

Ключевые слова: дополнительное профессиональное образование, комплекс мер по антикризисному управлению, программы дополнительного образования, повышение квалификации, корпоративное обучение

Keywords: additional professional education, a policy of crisis management programs of additional education, training, corporate training.

Создание современной системы дополнительного профессионального (непрерывного) образования, обеспечивающей подготовку квалифицированных, компетентных, конкурентоспособных на рынке труда специалистов для различных отраслей экономики в соответствии с потребностями промышленных предприятий и организаций региона; формирование механизмов оценки качества и востребованности образовательных услуг в сфере ДПО с участием потребителей; использование сетевой формы реализации дополнительных профессиональных программ, дающей синергетический эффект и дополнительные конкурентные пре-