Художник Б. Нильсон: творческая работа в мастерской MMF

мысление проектных задач в дизайне одежды, которые всё больше локализуются, дифференцируются и ориентируются на нестандартные решения малых групп потребителей, иногда переходя на конкретного индивидуального заказчика. Основным формотворческим методом дизайнеров стала деконструкция. Логическим продолжением эволюции искусства формообразования является принцип морфологической трансформации, который по своей сути воплощает идеи современных авангардных дизайнеров, пропагандирующих деконструктивное направление в костюме (японская и бельгийская школы дизайна одежды). Наряду с функционированием вышеуказанных принципов формообразования, в костюме двадцатого века особое место занимает принцип формально декоративной символики, который состоит в национально-этническом аспекте дизайнерских разработок. Утверждение экологически ориентированного мировоззрения дает современным дизайнерам широкое поле деятельности по интерпретации культурного наследия разных стран и воплощения их семантико-семиотического знака в современном костюме.

К началу ХХ! в. в дизайне одежды функционируют такие виды формообразования как акцентированная пластика, функциональная конструкция, объемно-пространственный каркас, морфологическая трансформация и формально декоративная символика. Данные варианты в истории моды ХХ в. соответствуют этапам развития таких направлений как от - кутюр, прет-а-порте, авангард и находятся в русле логического развития одежды в контексте художественнопроектной культуры. В современном дизайне одежды преобладает синтез различных видов формообразования, что приводит к одновременному использованию в работах дизайнеров нескольких конструктивных решений. Концептуализм в современном формообразовании является наиболее актуальной ценностной установкой в дизайне одежды.

М. С. Широковских

Художник Б. Нильсон: творческая работа в мастерской MMF

Мастерская, созданная Мартой Фчеттерстрём (Marta Maas-Fjetterstrom) является одной из самых известных объединений не только в Швеции, но и во всей Скандинавии. Оригинальные ковры с монограммой MMF представлены в коллекциях Лувра, Метрополитен-музея, Музея Виктории и Альберта, Музея «Тронхейме» в Норвегии [Trondheim National Museum of Decorative Arts], Национального музея в Стокгольме, Музея дизайна и декоративного искусства в Гетеборге, а также в частных коллекциях по всему миру. Организатор-

183

ский талант и творческая одаренность М. Фчеттерстрём позволили ей сделать мастерскую ещё и экономически выгодным предприятием (Trondheim National Museum of Decorative Arts). К сожалению, после смерти художницы в 1941 году члены её семьи не пожелали продолжить дело всей её жизни и отказались от руководства мастерской.

В 1942 г. объединение возглавила Барбро Нильссон (Barbro Nilsson, 1899-1983). Новый руководитель во многом отличалась от своей предшественницы. Б. Нильссон много работала с текстилем, кроме того, она преподавала в Университетском колледже искусств, ремёсел и дизайна «Konstfack», где возглавляла текстильное отделение с 1947 по 1957 гг. Заметным явлением в культурной жизнии Швеции конца 1930-х стали её гобелены «Мелодии на площади», выполненные по эскизам Свена Эриксона ( Sven Erikson) для концертного зала в Гетеборге. Живописные качества работ Нильссон для «Часовни Надежды» в Boras выходят за рамки шпалеры, они намного изысканнее оригинала - работ С. Эриксона.

Скандинавская мифология стала темой серии гобеленов для холла в офисе «Sydkraft» в Мальме. Барбро Нильссон выполнила семь гобеленов под общим названием «Backahasten» (Backahasten, от шведск. Backa - «река, ручей, поток» и Hast - «лошадь», речные лошади, похожи на шотландских келпи. Согласно мифологии, если сесть на такого коня, то уже невозможно слезть с него - он прыгнет в реку и утопит всадника; на его спине может поместиться много «неосторожных» детей, так как он имеет свойство растягиваться).

Для шведского и норвежского ткачества изображение лошади является традиционным, «крестьянское» искусство немыслимо без красных лошадок, контуры которых напоминают зигзаги или зубцы. Нильссон создала произведение о сказочном коне, который встречается около рек, в 1965 году. Возможно, она опиралась на многочисленные рисунки и живописные произведения с изображением крупного коня, несущего на спине пять-восемь детей. В 1910 г. в шведском городе Истад был установлен памятник этому сверхъестественному существу, и скорее всего выбор темы для данного гобелена - очередное свидетельство уважения и любви к мифологии своей страны со стороны Б. Нильссон.

Барбро Нильссон жила на берегу моря недалеко от Hoganas, поэтому во многие из её работ включены мотивы воды, океанической флоры и фауны. Само движение волн заметно в работах под общим названием «Tanga». Диагональные зубцы пересекаются между собой, их перекрывают условные полосы из мелких элементов, отдаленно напоминающих ракушки (или мидии). Гладкотканые «Tanga» представлены в нескольких колористиках - от традиционно синей, до зелено-коричневой. Сходный рисунок заметен на произ-

184

ведениях серии «Sjogras», которые переносят зрителя на берег Северного моря, поверхность которого, постоянно пульсируя, скрывает водоросли и ракушки.

Тема её текстильных произведений, выполненных в мастерской MMF традиционна для Скандинавии - красота природы. Достаточно взглянуть на ролакан (Rolakan - гладкий ковер. В Скандинавии существуют также обозначения ворсовых ковров: «rya» - длинный ворс, «flossa», «glesrya» - короткий ворс). «Гвоздика» («Nejlika») -мгновенно вспоминается орнаментика народного искусства Швеции: насыщенный красный, иссеченные диагоналями растения и непосредственность крестьянского мировоззрения. Ковер «Гвоздика» разбит на квадраты, в каждом из которых художница разместила одно соцветие гвоздики. Колористический ряд звучный и праздничный, благодаря растяжке красного - от морковно-оранжевого до краплака. Белые сердцевинки гвоздик подчинены общей «зубчатой» стилизации, как и динамичный орнамент канвы.

Схожую композиционную схему имеет желтый ковер («Gulingen»), ворсовая поверхность которого также разбита на квадраты. Узкие полосы между квадратами заполнены кругами с маленьким диаметром, а площадь каждого квадрата заполнена вертикальными или горизонтальными пунктирами. Восхищает прежде всего мягкая песочная гамма этого ковра. Изысканная мягкость цвета дополняется физической мягкостью поверхности ковра -шерстяной ворс создает эффект рисунка, нанесенного пористой губкой. Охра, золотистый, серо-голубой, пыльно-белый составляют колористический ряд этого произведения; такой «скромный» набор цветов намекает на достаточный для природы северных стран цветовой потенциал.

Характерные для Нильссон зигзаги присутствуют даже в композициях с кругами («Rug (rare pattern)», 1966). Динамичные зубцы не разбивают окружности, но делают их похожими на фотографии планет солнечной системы, которые непрерывно вращаются. Иллюзия лучей, рассекающих плоскость ковра, ещё более усиливает космический оттенок этого произведения (Viggo Sten Moller. En Bok Om Barbro Nilsson (Swedish Edition)).

Руководить мастерской после М. Фчеттерстрём было нелегкой задачей, но Барбро Нильссон блестяще с ней справилась. Прекрасный результат её деятельности можно объяснить в первую очередь творческим потенциалом, высоким уровнем образования и глубокими знаниями в области искусства. Нильссон - прекрасный колорист, она, возможно, была более эмоциональной личностью, чем М. Фчеттерстрём, поэтому уделяла большее внимание цвету. В её произведениях не наблюдается того увлечения востоком, какое характерно для её предшественницы. Нильссон любуется природой

185

Швеции, смотрит сквозь тяжелую, холодную воду Северного и Балтийского морей и переносит на свои тканые полотна то, что увидела. Её наблюдения природы завораживают не менее чем филигрань восточных орнаментов. Знаменитые «ролаканы», выполненные вручную, стали «Визитной карточкой» художницы, а её внимание к морским водорослям, перешедшее в тканые ковры, позволяет отнести эти произведения к экологическому направлению в текстильном дизайне.

Ремесленничество и предпринимательский дух свойственны шведам, они сочетают эти качества с необыкновенным чувством единства с природой своей страны. Барбро Нильссон работала в мастерской MMF, во многом опираясь на сложившиеся там традиции и схемы. Но она привнесла в это объединение свой неповторимый язык образов, свое сказочное чувство природы.

Г. Н. Москвина

Проблемы имидж-дизайна в сфере образования

В научной литературе советского периода понятие имидж используется с конца 60-х гг. ХХ в. И это в основном была литература идеологической направленности, в большинстве случаев предназначенная для специфического контингента и недоступная для широких социальных слоев.

Понятие имидж при этом имело отрицательное значение и рассматривалось в вышеуказанной литературе в контексте критики западной социальной жизни. Под ним подразумевалось своего рода идеологическое оружие, используемое для манипуляции массовым сознанием в политических или экономических целях. Например, в статье искусствоведа Е. Карцевой, напечатанной в 1971 г. в журнале «Иностранная литература», автор представляет имидж в качестве эстетического и социального идеала буржуазной пропаганды. В 1974 г. были опубликованы монографии Е. Карцевой и О.Феофанова, посвященные анализу массовой культуры в США и проблем, связанных с влиянием рекламы на широкие социальные слои.

В начале 80-х гг. ХХ в. в Академии общественных наук при ЦК КПСС уже читается учебный курс, в котором имидж представляется в позитивном аспекте. Но искусство создания определенного имиджа было доступно лишь ведущим партийным и хозяйственным работникам административной сферы. В силу отсутствия социального заказа отношение к понятию имидж в обществе в целом оставалось негативным.

186