Содержание и оценка нагрузки в разнонаправленных, но сопрягаемых микроциклах специальной подготовки спортсмена

МЕДИЦИНСКАЯ БИОФИЗИКА

Вестн. Ом. ун-та. 2012. № 4. С. 121-128.

УДК 303.722

И.Т. Лысаковский, А.С. Зухов

СОДЕРЖАНИЕ И ОЦЕНКА НАГРУЗКИ В РАЗНОНАПРАВЛЕННЫХ, НО СОПРЯГАЕМЫХ МИКРОЦИКЛАХ СПЕЦИАЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ СПОРТСМЕНА

Рассматриваются актуальные вопросы управления процессом специальной подготовки спортсмена во время занятияй на контрольно-диагностическом стенде с возможностью сверхсрочного контроля показателей биодинамики движений. В качестве критерия эффективности модельного упражнения использован показатель максимальной мгновенной удельной мощности движений Pud. Качественные и количественные характеристики нагрузки в разнонаправленных микроциклах специальной подготовки оценивались по особенностям реакций спортсмена на нагрузку в «гис-терезисной» пробе.

Ключевые слова: управление, оценка состояний, специальная подготовка, разнонаправленные микроциклы, критерии эффективности, «гистерезисная» проба.

Актуальность и проблемные вопросы. При управлении процессом специальной мощностной (скоростно-силовой) подготовки спортсменов остаются нерешёнными вопросы, связанные с формированием соотношений общего уровня подготовленности и парциальных уровней её компонентов «сила-скорость». Здесь возникают сложности в прогнозировании спортивного результата по уровню достижений во вспомогательном упражнении. Эти сложности можно преодолеть при едином критерии оценки результативности соревновательного и вспомогательного упражнений. В качестве такого критерия нами предложен показатель энергетики Pud -максимум проявляемой в упражнениях удельной мгновенной мощности движений [3; 7]. К достоинствам названного показателя относится его универсальность. Характеризуя уровень специальной работоспособности конкретного спортсмена, он позволяет исследовать, оценивать и сопоставлять динамику показателей работоспособности (результативности движений) всех спортсменов и в разных упражнениях. В нашем исследовании использовалось модельное вспомогательное упражнение прыжкового типа, выполняемое на контрольно-диагностическом стенде (КДС), с возможностью стандартизации условий выполнения упражнения. Спортсмен исполнял однократные либо серийные отталкивания толчком двумя (одной) ногами от опоры, удобно расположившись в кресле, установленном на рабочей каретке, с возможностью её перекатывания с разгоном по наклонной направляющей раме КДС. Широкий спектр оценочных характеристик движений спортсмена интегрально отражался в удельных показателях результативности движения Pud. Они показывались спортсмену на мониторе ПК в единой размерности Вт/кг разгоняемой массы (спортсмен плюс рабочая каретка) после каждой попытки серии упражнений с возможностью коррекции своих действий в последующей попытке. КДС был оборудован высокоточным, бесконтактным датчиком линейных перемещений S(t) рабочей каретки, произведенным фирмой BALLUFF. Рабочий сигнал этого датчика обрабатывался с использованием АЦП N16215 фирмы National Instruments. Двойное дифференцирование сигнала S(t), а также использование языка графического программирования LabVIEV-8,6 позволяло проводить управление либо контроль режимов по избранным характеристикам движений спортсмена в каждой попытке модельного упражнения, например, по скорости разгона каретки V(t), её ускорению A(t), характеру рабочих усилий F(t) в опорных реакциях, их фазовому

© И. Т. Лысаковский, А.С. Зухов, 2012

составу (длительности фаз амортизации Tam и отталкивания Tot), удельной мощности движений Pud(t) и другим (по выбору из 1518 показателей биодинамики движений в каждой попытке).

Технические характеристики КДС позволяли реализовать в его последовательно совершенствующихся модификациях возможности управления процессом специальной подготовки спортсменов, направленной на повышение их двигательного потенциала, оцениваемого показателем Pud.

В исходной модификации КДС, в связи с несовершенством применяемого датчика перемещений рабочей каретки (натянутая струна из проводника тока), скорость переработки информации в промежутке между соседними попытками (t < 1 с) в серии упражнений была достаточной для сверхсрочного контроля показателей Vmax в фазе отталкивания и длительности Tot этой фазы. Сам же показатель Pud мог анализироваться лишь после завершения серии попыток. Изучая возможность исполнения спортсменом различных двигательных установок, например, стабилизации либо постепенного изменения уровня показателей Vmax и Tot на фоне динамики показателя Pud.ot, мы выявили ряд важных обстоятельств. Во-первых, оба показателя оказались управляемыми при графическом способе предъявления их динамики спортсмену в окне монитора ПК на доступном для индивидуума уровне проявлений, рабочий интервал изменений которых определялся предварительно. Во-вторых, показатель Vmax в динамике 7 тренировочных занятий, проведенных на стенде с кандидатом в мастера спорта (КМС) в тройном прыжке, проявил себя неожиданным образом: после 2-х занятий с резким возрастанием он вышел на участок вначале сниженного темпа прироста, а на 5-7 занятиях и вовсе стабилизировал свой уровень. Характерно, что удельная мгновенная мощность движений Pud при этом вышла на максимум средних значений также на 2-м занятии цикла, но затем оказалась ниже исходного уровня. Однако после изменения на 5-7 занятиях двигательной установки на формулировку «выйти в движениях на минимальную длительность фазы отталкивания» в динамике Pud чётко обозначилась вторая волна повышения уровня Pud с выходом на его рекордный уровень. Оказалось, что процесс вывода спортсмена на максимум скорости разгона каретки Vot как одного из сомножителей в формуле для вычисления мощности движений не однонаправлен при стремлении одновременно достигнуть и максимума уровня Pud.ot [3; 4]. По-видимому, интуитивно, в стремлении достигнуть максимума Vot спортсмен удлинял путь разгона каретки до отрыва ног от опоры, что повышало длительность опорных взаимодействий. Этот факт опровергал ус-

тановившиеся представления о возможности использования скорости перемещений каретки (тела, снаряда) в качестве универсального показателя эффективности движений, но, с другой стороны, подтверждал гипотезу об эмерджентности показателя РиС1. Его проявления следовало изучать, переводя в ранг управляемых с возможностью коррекции движений после каждой попытки серии упражнений. Другие параметры движений, то есть движущая сила, скорость, путь разгона каретки и другие показатели, должны быть сонастраиваемыми параметрами, способствующими достижению максимума РиС.

После модификации КДС высокоточным бесконтактным датчиком перемещений 8(1) каретки, разработанным фирмой ВЛЬШКК, а также соответствующими ему преобразователем АЦП сигнала и способом его переработки была исследована возможность перевода показателя РиС в разряд управляемых показателей [3; 5; 7]. В этих исследованиях была разработана новая технология комбинированных по двигательным установкам серий выполняемого упражнения, повысившая удельный вес попыток с максимумом проявляемой мощности РиС. Эта технология была ориентирована на реализацию принципа «ограниченного разнообразия» [6], сочетающего достоинства

принципа вариативности, а также принципа индивидуализации, с возможностью учёта тренировочного эффекта нагрузки на базе оценки оперативного и текущего состояний нервно-мышечного аппарата (НМА) спортсмена. Внедрение разработанной технологии в тренировочный процесс обеспечило гарантированный прирост уровня показателей РиС (средних за тренировку и максимальных значений). Однако в динамике средних значений показателя РиС в последовательности занятий проявлялось естественное и ожидаемое замедление темпов его прироста с тенденцией выхода на плато показателей. Это обстоятельство на практике обычно сопровождается переводом спортсмена на блок нагрузки силовой направленности, связанной с применением вспомогательных упражнений со штангой, например, приседаний и полуприседов на опору. Контроль режимов такой работы и возможность оценки их сопряжённости с режимами модельного упражнения выделялись в обособленную проблемную ситуацию. Между тем, конструкция стенда позволяла проводить блок силовой нагрузки для выполнения того же модельного упражнения, но с дополнительными отягощениями, навешиваемыми на рабочую каретку. Модельное упражнение при этом оставалось мощностным (скоростно-силовым), но выполнялось с акцентированием силового компонента режима работы. Блок такой нагрузки гипотетически должен был закладывать специфический

«силовой фундамент» для последующего прироста показателей РиС в блоке нагрузки без отягощений, но при сопутствующем контроле одних и тех же показателей биодинамики модельного упражнения. Таким образом, возникла необходимость в разработке и согласовании программ нагрузок в разнонаправленных, но сопрягаемых микроциклах (МЦ специальной мощностной подготовки спортсменов. При этом возможность корректной оценки промежуточных тренировочных эффектов и контроль текущих состояний НМА конкретного спортсмена позволяли индивидуализировать нагрузку силовой направленности. Реализация принципа индивидуализации на уровне управления нагрузкой отдельного занятия обеспечивалась сверхсрочным контролем показателя РиС, отражающего оперативное состояние НМА спортсмена, в динамике которого выявлялись изменения его работоспособности во время выполнения каждой попытки серии упражнений. Контроль текущего состояния НМА спортсмена мог осуществляться по усреднённым показателям РиС как после завершения отдельной серии упражнений, так и в конце занятия. Проблемная же ситуация при согласовании программ занятий возникала при выборе величины отягощения каретки в МЦ с акцентированием силового компонента нагрузки, а также в связи с необходимостью разработки стандартных процедур оценки текущего и кумулятивного эффектов нагрузки в МЦ такой направленности.

Цель исследования - управление процессом специальной мощностной (скоростно-силовой) подготовки спортсмена во время одного занятия и серии занятий микроцикла, а далее во время серии разнонаправленных, но сопрягаемых микроциклов, проводимых на КДС, с возможностью коррекции параметров нагрузки в модельном упражнении по уровню проявления РиС.

Задачи исследования:

1. Разработать технологию сопряжения эффектов тренировочных нагрузок в последовательности микроциклов различной направленности, реализуемую для вспомогательного упражнения прыжкового типа, выполняемого на КДС в стандартных условиях.

2. Выявить сопряжённость эффектов упражнения, выполняемого при акцентировании силового компонента режима работы и без этого акцента.

3. Определить критерии оценки переходных состояний НМА спортсмена, обеспечивающих последовательное повышение уровня РиС как необходимой энергетической базы для спортсмена его вывода на рекордные достижения в соревновательном упражнении.

Организация и результаты исследования. Эксперимент проводился со спортсменом, КМС, выполнявшим тройной пры-

жок. Следует подчеркнуть неслучайный характер исходного уровня результативности движений спортсмена в модельном упражнении. Достаточно отметить, что ранее, на 4-х этапах педагогических экспериментов нашего соискателя [7], результативность в модельном упражнении Pud.max этого же спортсмена достигла уровня 74 Вт/кг, при длительности фазы отталкивания опорного взаимодействия Tot = 142 мс.

Новая технология, связанная с переводом показателя Pud в разряд управляемых, была реализована этим же спортсменом позже, в 9 занятиях 1-го микроцикла подготовки (условно - 1 МЦ), проведенного с

12.07.2010 г. по 2.08.2010 г. и представленного на рисунке А. Этот 1 МЦ вывел спортсмена на рекордный уровень результативности Pud.max = 128 Вт/кг при длительности фазы опоры Tot = 91 мс. Средняя результативность всех 357 попыток в 1 МЦ составила 103,45 ± 17,82 Вт/кг. Следует охарактеризовать и другие особенности новой технологии, реализующие принцип «ограниченного разнообразия».

Начиная с 1 МЦ, было введено разделение переменных на контролируемые и управляемые величины. Занятие, как правило, включало 6-7 серий повторения упражнения с 6-ю попытками в каждой серии. В начальных 2-х сериях спортсмена настраивали на проявление одного из ведущих параметров движений - Vot (скорость разгона каретки в фазе отталкивания, обеспечивающая возможность вывода спортсмена на максимум Pud). По данным констатирующих экспериментов, её значения, в среднем, не должны были снижаться до уровня 0,8Vmax. В последующих двух сериях повторений показатель скорости был уже не управляемым, а контролируемым. Его уровень сохранялся только в ощущениях спортсмена, а двигательная установка спортсмену становилась комбинированной: «в двух начальных попытках предстоящих двух серий выйти на заданный уровень длительности Tot, а в 4-х оставшихся попытках текущей серии проявлять мощность Pud в заданном интервале значений». Численное значение Tot контролировалось уровнем установки в окне монитора ПК того же горизонтального курсора, который ранее использовался для настройки показателя 0,8Vmax, но переустанавливался по своей шкале на уровень Tot, свойственный данному спортсмену. Проявления же Pud должны были вписываться в интервал значений, ограничиваемых уровнем установки в окне монитора двух дополнительных горизонтальных курсоров. Верхний уровень ограничений был соотнесён с рекордным достижением данного спортсмена, а третий курсор устанавливался на уровне лучших значений Pud в предыдущих двух сериях текущего занятия. Во-первых, при этом обеспечивалось, как

наличие попытки с выходом на максимум Pud, так и необходимость последовательного превышения уровня Pud, достигнутого спортсменом в предыдущих двух сериях повторений. Во-вторых, сопоставлялся уровень установки третьего курсора со средней интенсивностью нагрузки в предыдущем занятии. Текущее занятие прекращалось, если во второй-третьей сериях повторений упражнения спортсмен не превышал средний уровень интенсивности работы в предыдущем занятии. Кроме того, каждое занятие завершалось двумя-тремя сериями упражнений с искусственным снижением разгоняемой массы. Введение пружинных рекуператоров энергии приводило к увеличению проявляемой удельной мощности движений на 10-25 %, что и обусловило наш интерес к этому факту. В анализируемом цикле, результативность движений Pot.max с рекуператорами достигла уровня

150,3 Вт/кг при Tot = 89 мс. Учитывая, что в динамике средних значений показателей Pud в движениях с рекуператорами и без них проявлялась практически значимая корреляционная связь, мы сочли рациональным введение в каждое занятие на его завершающей стадии двух-трёх серий с искусственным снижением разгоняемой массы. Это обстоятельство расширяло диапазон варьирования режимов упражнения, облегчая и обеспечивая тем самым вывод спортсмена, в том числе и в психологическом плане, на рекордные уровни показателей Pud , Vot и Tot. Таким образом и определилось содержание МЦ, направленных на повышение уровня Pud, проявляемого спортсменом в упражнениях на КДС без дополнительных отягощений.

Для циклов занятий с акцентированием силового компонента подготовленности мы должны были разработать универсальную схему предъявления спортсмену различных грузов как по их набору, так и по порядку следования. Необходим был и оригинальный способ оценки реакций спортсмена на этот гипотетический набор отягощений, способствующий выводу спортсмена на соревновательный режим Pud. Универсальность же должна была проявляться на уровне конструкции теста: это должна быть нагрузка, обеспечивающая вывод спортсмена на повышенный уровень проявления Pud, но одновременно и процедура, предусматривающая возможность статистической оценки текущего состояния спортсмена, то есть оценки отставленного, кумулятивного эффекта нагрузки. Решение возникших вопросов открывало возможность для осознанных, направленных изменений режимов выполняемых упражнений, обеспечивающих сопряжение эффектов разнонаправленных МЦ специальной подготовки спортсменов.

Такую возможность, по нашим представлениям, могла обеспечить нагрузка в возрастающе-убывающей пробе, в которой набор фиксированных номиналов отягощений рабочей каретки предъявлялся спортсмену по сериям упражнений: вначале в порядке возрастания, а затем их убывания в обратной последовательности по тем же градациям отягощений. Эту пробу мы назвали «гистерезисной» в связи с характерной петлёй на графике, отображающем ответные реакции спортсмена на предлагаемый набор отягощений. Степень обратимости показателей состояния НМА спортсмена, отражающаяся в результативности движений с набором отягощений в «гисте-резисной» пробе, могла оцениваться величиной соотношения площадей под нисходящей и восходящей ветвями графика «результативность РиС - номинал отягощения». При этом можно было выделять номиналы отягощений с большей (меньшей) сенсибилизацией, то есть с повышением либо снижением чувствительности НМА к одним и тем же отягощениям из их набора на нисходящей ветви нагрузки. Оценка эффекта последействия нагрузки, то есть её свежего «следа» в НМА спортсмена, предпринималась и ранее, но была некорректной в части статистической оценки текущего эффекта нагрузки [1; 2]. Авторы не учитывали факт изменения состояния НМА у разных спортсменов на одну и ту же стандартную нагрузку, представленную набором отягощений, проводимую повторно, но с временным лагом. Мы же предполагали использовать наличие и характерные признаки «гис-терезисной петли», проявляющиеся в повторных реакциях организма спортсмена на стандартный набор отягощений, для качественной и количественной оценки текущих состояний организма спортсмена после выполнения определённого объёма стандартной работы. Качественная оценка такой работы могла определяться визуально, наличием положительного эффекта последействия на нисходящей ветви нагрузки, но подтверждаться расчётом коэффициента К, определяющего соотношение площадей под обеими ветвями нагрузки. Значение К > 1 отмечало положительный эффект нагрузки. Комплексная количественная мера оценки эффекта нагрузки (с учётом знака разностей значений РиС) находилась выявлением статистической значимости разностей (оценка по 1-критерию Стьюдента для связанных выборок наблюдений) на одних и тех же отягощениях восходящей и нисходящей ветвей «гистерезисной» пробы.

Набор отягощений для «гистерезисной» пробы был составлен следующим образом. В её начале, в первой серии повторений, содержащей 6 попыток, спортсмен выполнял упражнение без отягощений (условно - б/б, то есть без дополнительных грузов-блинов).

Рог

1МЦ

Ро1

Вт/кг

180

2МЦ

13.01.2011-28.01.2011

в осходящая Б етв ь

нисходящая в етвь

Кз=1,03

Рй

ЗМЦ

4МЦ

21.03.2011-1.04.201 1

в осходящая ветвь

нисходящая в етв ь

К2=1,03

Диаграммы показателей результативности Рис: в последовательности микроциклов и тестовых процедур исследования

Содержание и оценка нагрузки в разнонаправленных, но сопрягаемых микроциклах..

В каждой последующей серии повторений на установочные штифты каретки добавлялись дополнительные грузы - последовательно, по отдельным сериям: б/б; 2б; 4б; 6б и 8б. Далее следовали серии упражнений с теми же отягощениями, но в обратном порядке (условно - нисходящая ветвь нагрузки). Масса каждого груза составляла 2,5 кг, но реальная дополнительная нагрузка, то есть её горизонтальная составляющая для 2-х грузов, с учётом угла наклона направляющей рамы стенда в 24°, снижалась до 2-х кг (5 х 8т24 = 2,03 кг). Таким образом, для 4-х грузов дополнительная нагрузка была равна примерно 4 кг и т. д. Эти соображения приводятся лишь для создания представления о реальных дополнительных нагрузках, создаваемых в «гистерезисной» пробе. Реальная же разгоняемая масса (груз, каретка, спортсмен) учитывалась автоматически, в связи с её использованием в расчётах удельного показателя проявляемой мощности РиС.

Набор отягощений «гистерезисной» пробы мог использоваться в двух вариантах. В первом варианте, представленном на рисунке В, «гистерезисная» проба тиражировалась в 7 занятиях 2 МЦ, проведенных с

13.01.2011 г. по 28.01.2011 г. Каждое занятие включало по 10 серий упражнений со ступенчато изменяющейся нагрузкой и с паузой отдыха между сериями в 3-4 минуты. Отягощения по сериям предъявлялись спортсмену в последовательности: б/б; 2б; 4б; 6б; 8б; 8б; 6б; 4б; 2б и вновь б/б, по 6 попыток в серии, то есть по 60 попыток в занятии, а в итоге - 420 попыток во всех занятиях 2 МЦ. Данные по проявляемой мощности РиС усреднялись в 6 попытках каждой серии занятия и представлялись в виде «гистерезисной петли» по отдельным занятиям. Далее полученные данные вновь усреднялись по тем же градациям отягощений, но для всех 7 занятий МЦ. Последние данные и представлены на рисунке В, из которого следует, что только для отягощения 8б на нисходящей ветви нагрузки проявился, в среднем, негативный эффект последействия предшествующей нагрузки. На остальных отягощениях этой ветви нагрузки (6б; 4б; 2б и б/б) мощность движений повысилась, что свидетельствовало об удачном выборе стартового набора отягощений для «гистерезисной» пробы.

В последующем 3 МЦ, содержащем 7 занятий, проведенных с 7.02.2011 г. по

21.02.2011 г., представленном на рисунке С, проводились занятия с направленностью на повышение двигательного потенциала этого же спортсмена. Занятия на стенде выполнялись без дополнительных отягощений в соответствии с принципом «ограниченного разнообразия», то есть принципиально не отличались от содержания занятий в 1 МЦ. Эффект такого рода нагрузки, в которой спортсмен выполнил 47 серий повторений

упражнения с 282 попытками, отражён на рисунке С тремя ломаными линиями, в которых отразилась динамика средних за занятие показателей РиС, рассчитанных для 3-х различных двигательных установок. Силовой фундамент подготовленности, заложенный во 2 МЦ, привёл к возрастанию максимальной результативности движений РиС до 171 Вт/ кг, при средней интенсивности нагрузки во всех 47 сериях, равной 125,33 ± 17,55 Вт/кг.

Далее, с 21.03.2011 г. по 1.04.2011 г. в 6 занятиях 4 МЦ с 360 повторениями упражнения вновь был воспроизведён вариант нагрузки во 2 МЦ, на том же наборе отягощений в «гистерезисной» пробе. Важно было выявить характерные, качественные и количественные особенности реакций НМА спортсмена на тот же набор отягощений, но при возросшем двигательном потенциале спортсмена. По замыслу, отличия реакций спортсмена на нагрузку во 2 МЦ и 4 МЦ должны были расширить представление о содержательной (логической) информативности «гистерезисной» пробы.

Визуально при выявлении качественных различий возросший средний уровень показателей РиС в 4 МЦ наблюдался на всех отягощениях пробы. Однако в отличие от 2 МЦ, в 4 МЦ положительная сенсибилизация проявилась лишь на двух ступенях нагрузки (б/б и 2б) из их последовательности. Очевидно, это обстоятельство и характеризовало особенности кумулятивного эффекта предшествующей нагрузки, который необходимо было учитывать определённым образом в последующих циклах.

Количественная оценка различий в текущих состояниях спортсмена, оцениваемых по показателям результативности движений во 2 МЦ и 4 МЦ на всех фиксированных номиналах отягощений, проводилась следующим образом. На одном занятии спортсмен выполнял по 10 серий упражнения. На каждом занятии определялась разность между усреднёнными показателями результативности движений для восходящей и нисходящей ветвей нагрузки. Так как обе ветви нагрузки содержали по 5 градаций грузов, ряд разностей результативности в движениях с одноимёнными грузами во 2 МЦ с 7-ю занятиями содержал 35 пар таких разностей. Средний абсолютный прирост показателя РиС во 2 МЦ характеризовался параметрами 1,78 ± 3,34 Вт/ кг и был статистически достоверен при р < 0,01. Расчёт параметров при оценке 30 абсолютных приростов показателей в 4 МЦ, содержащем 6 занятий, выявил параметры ряда - 1,72 ± 5,75 Вт/кг - и статистическую недостоверность этого прироста. В то же время сравнение средних значений мощности движений во всех попытках 2 МЦ (63,69 ± 16,93 Вт/кг) и 4 МЦ (75,81 ± 25,74 Вт/кг) выявляло статистически достоверное различие при р < 0,05.

Анализ полученных результатов приводил к заключению, что 4 МЦ специальной подготовки вывел организм спортсмена на повышенный уровень двигательного потенциала. При этом в соотношении компонентов «сила-скорость» проявилась некоторая особенность реакций организма спортсмена на выполненную нагрузку, изменившая характер его реакций на конкретные номиналы отягощений в «гистерезисной» пробе. Оказалось, что на повышенном уровне работоспособности это гипотетическое соотношение не обеспечило возрастания чувствительности организма спортсмена в движениях с грузами 4б, 6б и 8б на нисходящей ветви нагрузки. Это обстоятельство свидетельствовало о выходе организма на некоторый «мощностной» барьер на пути к смещению максимумов проявляемой мощности в область больших номиналов отягощений. С одной стороны, это создавало очередную проблемную ситуацию в связи с возможностью последующего перевода спортсмена в область режимов реальных соревновательных упражнений. С другой стороны - позволило сформулировать очередную рабочую гипотезу. Её суть сводилась к тому, что в возникшей ситуации следовало видоизменить очередной микроцикл специальной подготовки. Дальнейшее повышение двигательного потенциала спортсмена необходимо было проводить с использованием отягощения 4б во всех сериях упражнений, но реализуя при этом принцип «ограниченного разнообразия». По замыслу, пограничное отягощение 4б, выделенное в

4 МЦ (рис. О), должно было исполнить роль стимула, в критической ситуации выводящего НМА спортсмена на новый уровень двигательного потенциала не только с применением названного, но и соседних отягощений. Попутно можно было провести поиск дополнительных аргументов, подтверждающих логическую информативность «гистерезисной» пробы.

В последовательности графиков на рисунках Е-Н отражена логика построения дальнейших исследований. На рисунке К приводится динамика результативности Рисі в

5 занятиях 5 МЦ для 3-х двигательных установок, подобно данным, отражённым на рисунках А и С, и в том же масштабе. В отличие от 1 МЦ и 3 МЦ, все три двигательные установки исполнялись спортсменом с отягощением 4б. Пятый МЦ состоял из 5 занятий со 178 попытками, средняя результативность которых составила 86,44 ± 15,31 Вт/кг. Перед 5МЦ и после его завершения спортсмен выполнил по одной «гистерезисной» пробе, используемой как тестовая процедура. Динамика результативности движений для восходящей и нисходящей ветвей нагрузки в указанных тестах представлена на рисунках Е и О. Сравнение средних показателей результативности упражнений с грузом 4б в

тесте № 1 (73,37 ± 2,33 Вт/кг) и тесте № 2

(88,48 ± 11,82 Вт/кг) выявляет их статистически значимое различие при р < 0,05. В то же время такого различия не выявлено для средних показателей результативности в 5 МЦ (86,44 ± 15,31 Вт/кг) и тесте № 2. Однако средняя результативность в 5 МЦ (86,44 ± ± 15,31 Вт/кг) статистически значимо превышала уровень результативности в тесте № 1 при р < 0,01. Указанные факты свидетельствовали о достижении цели эксперимента: программа 5 МЦ, реализующая

принцип «ограниченного разнообразия», не только вывела спортсмена на повышенный уровень двигательного потенциала на локальном отягощении 4б, но и расширила диапазон отягощений с повышенным уровнем РиС до отягощения 6б. Этот вывод следует из качественного анализа реакций спортсмена на нагрузку в тесте № 2 (рис. О) и подтверждается сравнением абсолютных приростов результативностей упражнений в 10 сопряжённых парах с одинаковыми номиналами отягощений на восходящей и нисходящей ветвях «гистерезисных» проб (тест № 1 и тест № 2). Средний абсолютный прирост результативности движений на одинаковых отягощениях составил 10,88 ± ± 7,38 Вт/кг и статистически достоверен при р < 0,001.

Отметим неслучайный характер ответных реакций НМА спортсмена в «гистере-зисной» пробе 4 МЦ, выявившей пограничное отягощение 4б и отразившей качественную особенность текущего состояния спортсмена, которая воспроизвелась в тесте № 1 через 3 дня (рис. Е). В то же время новая программа занятий, реализующая принцип «ограниченного разнообразия», но с применением отягощения 4б, сместила зависимость «результативность - отягощение» характерным образом (рис. О), создав при этом необходимую базу для сопряжения тренировочных эффектов 5 МЦ и 6 МЦ. В завершающем цикле (рис. Н), содержащем 6 занятий со 177 попытками, средняя результативность упражнений без отягощений вышла на уровень 140,61 ± 23,03 Вт/кг, а максимальный показатель Рис достиг уровня

200,4 Вт/кг.

Обсуждение результатов исследования. Последовательный и статистически значимый прирост показателя средней результативности движений с набором отягощений из «гистерезисной» пробы приводил к столь же последовательному и неуклонному возрастанию показателей удельной мощности движений РиС, проявляемой в микроциклах, где упражнения выполнялись без дополнительных отягощений. Столь же успешной была попытка тиражирования нагрузки рядами «гистерезисных» проб во 2 МЦ и 4 МЦ подготовки. Оказалось, что построение и анализ обобщённых показателей результативности движений с набором

отягощений из «гистерезисной» пробы не только выявляет особенности реакций спортсмена на эти дополнительные отягощения, но и выделяет характерные особенности реакций НМА организма спортсмена. Учёт этих особенностей позволил определить критический номинал отягощения, которое позволило сместить характеристику ответных реакций спортсмена не только для выделенного отягощения, но и для соседних из их набора в «гистерезисной» пробе. Найдено и методическое решение, позволяющее повышать двигательный потенциал спортсмена на выделенном отягощении. Здесь проявился универсальный характер принципа «ограниченного разнообразия», который был реализован именно с критическим отягощением, что и позволило поднять уровень двигательного потенциала спортсмена на недоступный для него ранее уровень в

200,4 Вт/кг. Таким образом, были решены обе задачи исследования и получены данные для перехода от директивного планирования специальной подготовки спортсменов к управлению срочными эффектами нагрузок в разнонаправленных, но сопрягающихся микроциклах специальной подготовки.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Иванова Л. С. и др. Значение меры вариативности в тренировочном процессе // Теория и

практика физической культуры. 1972. № 11. С. 9-12.

[2] Кузнецов В. В. Специальная силовая подготовка спортсмена. М. : Советская Россия, 1975. 208 с.

[3] Лысаковский И. Т. и др. Мощность движений как целевой и критериальный признак в проблеме управления процессом специальной подготовки спортсменов / Г. К. Павлов // Физкультурное образование Сибири. № 1 (22). Омск : Изд-во СибГУФК, 2008. С.82-90.

[4] Лысаковский И. Т. и др. Совершенствование комплекса средств отображения информации при контроле режимов скоростно-силовых вспомогательных упражнений / Г. К. Павлов // Научные труды: ежегодник. Омск : Изд-во СибГУФК, 2010. С. 87-93.

[5] Лысаковский И. Т. и др. Выбор режимов вспомогательных упражнений прыжкового типа и их оценка в занятиях на диагностическом стенде / А. С. Зухов // Проблемы развития физической культуры и спорта в новом тысячелетии : матер. Х Всерос. науч.-практ. конф. Кемерово, 2012. С. 181-189.

[6] Лысаковский И. Т. Принцип «ограниченного разнообразия» и его реализация во вспомогательных прыжковых упражнениях, направленных на повышение двигательного потенциала спортсменов // Научные труды: ежегодник. Омск : Изд-во СибГУФК, 2011. С. 58-65.

[7] Павлов Г. К. Управление тренировочным эффектом на основе оценки максимальной удельной мгновенной мощности движений в упражнениях скоростно-силового характера : дис. ... канд. пед. наук. Омск, 2009. 163 с.