Кодовые переключения русскоговорящих татар

ствии определяет его как одно из ярких проявлений СПТ носителя определенного лингвокультурного кода. Двуязычие и триязычие определяют частоту и плотность, темп и ритм, масштаб и тональность, модуляцию межъязыковых, межличностных и межкультурных контактов и может быть признан как один из социо- и психолингвистических объектов, описание и интерпретация которого позволяют прогнозировать оптимальные варианты развития языковых взаимоотношений в социуме.

Выводы.

На современном этапе развития общества востребованными становятся исследования, которые предполагают использование приемов социопсихолин-гвистического анализа процесса взаимодействия языковых систем и его результатов, выраженных в интерференционных, интеркаляционных и заимствованных элементах, что имеет теоретическое и прикладное значение, так как осуществляется в сочетании с анализом речевого поведения би(три)лингвов / полилингвов, их языковых предпочтений. Тем самым происходит переход с микроуровня на макроуровень, от анализа личности к анализу функционирования языков, находящихся в отношении дистрибуции, в контексте глобализации и этнической самоидентификации.

Можно отметить, что наблюдается корреляция процессов интеграции социумов; изменяются объем и содержание социалемы; в рамках социума происходит перераспределение функциональной нагрузки лингвем, обеспечивающих социальное и языковое взаимодействие, что в итоге приводит к изменению объема лингвемы (речь идет об изменениях в языковой системе и в характере взаимодействия с другими системами).

Моделирование вербального поведения СПТ носителя би/трилингвального кода осуществляется через описание речеповеденческих маркеров, отражающих специфику лингвокультурного кода. В самом общем виде это реализация межъязыковых заимствований на всех уровнях языковой системы.

Лингвоэтнические контакты в Республике Башкортостан характеризуются общеязыковыми закономерностями, где могут быть обнаружены универсалии и локальные явления, представляющие в совокупности возможности взаимообогащения лингвоэт-нических культур.

Литература

1. Аюпова, Л. Л. К проблеме изучения языковой ситуации Республики Башкортостан / Л. Л. Аюпова, Э. А. Салихова // Система языка: синхрония и диахрония. - Уфа, 2009. - С. 165-169.

2. Бурыкин, А. А. Ментальность, языковое поведение и национально-русское двуязычие / А. А. Бурыкин // Мир слова русского. - URL: http://articles. excelion. ru/science/ literatura/soch/11187. html

3. Дешериев, Ю. Д. Социальная лингвистика / Ю. Д. Дешериев. - М., 1977.

4. Иванова, С. В. Лингвокультурологический аспект исследования языковых единиц: автореф. дис. ... д-ра филол. наук / С. В. Иванова. - Уфа, 2003.

5. Искужина, Н. Г. Языковая ситуация в городах Республики Башкортостан (социолингвистический аспект): автореф. дис. ... д-ра филол. наук / Н. Г. Искужина. - Уфа, 2014.

6. Карлинский, А. Е. Проблемы теории языковых контактов / А. Е. Карлинский // Языковые контакты и интерференция. - Алма-Ата. - 1984. - С. 3-12.

7. Попкова, Е. А. Психолингвистические особенности языкового сознания билингвов (на материале русско-английского учебного билингвизма): автореф. дис. ... канд. филол. наук / Е. А. Попкова. - М., 2002.

8. Салихова, Э. А. Социопсихолингвистический типаж носителя би-/трилингвального кода / Э. А. Салихова // Коммуникация. Мышление. Личность. - Саратов, 2012. -С. 175-180.

9. Словарь социолингвистических терминов / под ред. В. Ю. Михальченко. - М., 2006.

10. Сысоев, П. В. Когнитивные аспекты овладения культурой / П. В. Сысоев // Вестник московского университета. - 2003. - №4. - С. 110-123.

11. Уфаева, И. Ю. Лингвокультурный типаж HISPANIC: автореф. дис. ... канд. филол. наук / И. Ю. Уфаева. - Н. Новгород, 2008.

12. Чиршева, Г. Н. Основы онтобиолингвологии: (русско-английский материал): автореф. дис. ... д-ра филол. наук / Г. Н. Чиршева. - СПб., 2000.

УДК 811. 512. 145

М. И. Солнышкина, А. И. Хайруллина

Казанский федеральный университет

КОДОВЫЕ ПЕРЕКЛЮЧЕНИЯ РУССКОГОВОРЯЩИХ ТАТАР

В статье представлены результаты анализа синтаксических функций, а также морфологического состава вкраплений и островных кодовых переключений, возникающих в компьютерно опосредованной коммуникации русскоговорящих татар. Показано, что вкрапления представлены преимущественно существительными, местоимениями, частицами, наречиями, островные - глаголами. Межфразовые кодовые переключения реализованы преимущественно в обращениях и повествовательных предложениях.

Кодовые переключения, гостевой язык, матричный язык, островные переключения.

The article presents the description of syntactic functions, as well as the morphology of insertions and island code switches in computer mediated communication of Russian-speaking Tatars. It is shown that the insertions are mainly represented by nouns, pronouns, particles, adverbs; island-switches are predominantly nominated by verbs. Intrasentential code-switches are mainly implemented in declarative sentences and appeals.

Code-switch, Embedded Language, Matrix language, island-switch.

Введение.

Предлагаемая статья содержит структурный анализ внутрифразовых и межфразовых кодовых переключений (далее - КП) в речи русскоязычных татар. Материалом исследования послужили 904 иллюстрации КП участников форумов сайте http://forum. yuldash. com и http://tatarlar. 3bb. ru, на которых зарегистрировано более семисот участников, мужчин и женщин - жителей республики Татарстан, гг. Самара, Челябинск, Ульяновск в возрасте от 23 до 59 лет. Форум представляет собой электронную площадку для знакомств, наиболее распространенными темами обсуждения являются следующие: бытовые, культурные, нравственные, реже - политические и религиозные.

Основная часть.

Структурные типы КП выделялись на основе классификации, предложенной Г. Н. Чиршевой, включающей: внутрифразовые переключения, при которых имеет место переключение с одного кода на другой в пределах одного предложения; межфразовые переключения, представляющие собой переключения в пределах одного высказывания; выбор кода, сопровождающийся сменой кода в каждой произнесенной реплике. Внутрифразовые переключения могут реализовываться в рамках простого предложения или словосочетания, а также внутри частей сложного предложения или в обособленных компонентах предложения [3].

Среди внутрифразовых переключений выделяем вкрапления и островные КП. Вкрапления представляют собой одиночные лексические единицы гостевого языка - морфемы или слова, которые подчиняются грамматическим правилам матричного языка (далее - МЯ). Островные переключения состоят из одной или нескольких лексических единиц гостевого языка и сопровождающих их системных морфем гостевого языка (далее - ГЯ) [2].

Исследуемый материал представлен 475 (53 %) КП, 32 % (288 единиц) из которых составляют вкрапления и 21 % (185 единиц) - островные переключения.

Наиболее распространенной функцией, которую выполняют вкрапления в исследуемом материале, является дополнение (45 %). Например: У нас тоже продают, да дите захотело научиться делать ка-мыр (особое татарское тесто); вот тренируется. Сегодня всемирный день продовольствия!.. и 120лет со ДР Юджина О'Нила... драматург такой был... американский... известный в различных театральных кругах... всё... больше никаких бэйрэмов (празд-

ников) нет!1 Как видим, камыр состоит из одной содержательной морфемы ГЯ (существительного) и не содержит системных морфем. Во второй иллюстрации татарское существительное бэйрэм употреблено с системной морфемой МЯ - окончанием множественного числа, родительного падежа -ов.

Функцию подлежащего в предложении выполняют 37 % вкраплений. Например: Они вон вчера тоже не особо в духе была. Потому что сез горьков-ская татарка, а я разговариваю и пишу на настоящем татарском языке. Они живут хорошо много лет и никого там не крестили, да и эбики не позволили бы. В первых двух предложениях (эни, сез) системные морфемы отсутствуют, слово эбики (бабушки) в третьем предложении представляет собой сочетание основы татарского существительного эби (бабушка) и двух морфем русского языка - суффикса -к-и окончания множественного числа существительных женского рода -и.

8 % вкраплений - вкрапления в функции обстоятельства. Например, Анда в гостевой снова партизаны бузят, даже не подписываются. Ну так я же обещал привести к тебе Рама и Бума в гости на бэлеши. Как видим, татарское наречие анда (там), выполняющее функцию обстоятельства места, не имеет системных морфем. Во втором предложении слово бэлеш (пирог) употребляется в тексте с русским предлогом на и окончанием существительного множественного числа винительного падежа -и.

Изученный материал демонстрирует только 2 % вкраплений-определений. Например, Всем хороших, добрых, семейных и гениальных выходных! А меня ребеночек ждет, уже бабайкин сотовый выцыганил - звонит. Пойду расспрошу как впечатления от школы. Существительное татарского языка бабай (дедушка) используется с системными морфемами МЯ - суффиксом принадлежности существительных -ин- и суффиксом -к-, трансформируясь таким образом в прилагательное бабайкин (дедушкин).

Обращения составляют 2 % вкраплений. Например: Объясни, иптэш матфак. У тебя же наверняка математическое мышление? М-м-м?

Около 6 % вкраплений - частиц бит (ведь), инде (уж, уже) - не являются членами предложения. Например: Был бы повод для ссоры, так бит нет. Сплетничаю сама, но в узком дружеском кругу, у каждого из членов которого тоже есть узкий круг. Хи, по секрету всему свету инде.

Показательно, что не выявлены вкрапления-сказуемые, поскольку глагол в татарском языке всегда употребляется со словоизменительными аффик-

1 Здесь и далее сохранена орфография и пунктуация авторов текстов.

сами, т. е. может появиться только как островное переключение.

Морфологический состав вкраплений представлен следующими категориями: существительное, местоимение, частица, наречие. А вот мне интересно стало, что если татарские малаи не устраивают, ну ни как? Ангелок, эйе, мин очень согласная. Детство зависит от родителей сильно.

Частотность островных КП значительно ниже соответствующего показателя вкраплений: их доля составляет 39 % (185 единиц) от общего количества всех внутрифразовых КП в пределах словосочетания.

44 % островных переключений выступают в предложении в роли сказуемого. Например: Может стоит обратиться к врачу; хотя, что он скажет, можно предвидеть (сами знаете). Молитесь, сходите в мечеть. Если вы верующая, то пускай вас вшкерсеннэр (пусть вылечат). Ремонт боюсь начинать делать. Половина квартиры и так здоровья стоила. Вообще чего-то ардым (устал/устала).

В функции дополнения использовано 29 % островных КП. Например: Ашм>ауем я не пользуюсь. Лучше вообще сабын белэн (мылом). Губкой мою, а что? Все Алладан (от Бога) зависит, вот!!! Даже решение экстрасенсов изменить ситуацию... или нет ... правда еще шайтан, типа Иблис, есть... вот тут надо подумать... Надо устроить турне по России. Собирать клубы, стадионы. Так заработаешь куп акча (много денег).

Островные переключения в функции подлежащего составляют 17 % случаев. Например: Beauty, экономист я, у меня бабай и энием главбухи просто. Эбикэй наша, то есть мама моя, здорово тесто умела делать, самое разное.

Как видим, элемент ГЯ энием (моя мама) является островным, поскольку содержательная морфема эни (мама) усложнена системной морфемой - притяжательным аффиксом существительного единственного числа первого лица основного падежа в татарском языке (баш килеш) -ем. Аналогичная ситуация имеет место и во втором предложении, где татарское существительное эбикэй (бабулечка) в основном падеже (баш килеш) содержит уменьшительно-ласкательный суффикс -кэй.

В функции обстоятельства выступают 10 % островных переключений. Например: Приезжаю язын авылга и типа татарча не говорю и не понимаю. Обстоятельство времени язын (весной) и обстоятельство места авылга (в деревню) содержат соответствующие падежные окончания -яз (весна) имеет окончание единственного числа место-временного падежа (урын-вакыт килеше) -ын, а существительное авыл (деревня) - окончание единственного числа направительного падежа (юнэлеш килеше) -га. Слово татарча (по-татарски) представляет собой наречие, образованное от прилагательного татар (татарский) с помощью суффикса -ча и выступает в роли обстоятельства образа действия.

Таким образом, основными синтаксическими функциями, которые выполняют островные переключения в речи русскоговорящих татар, являются сказуемое (44 %) и дополнение (29 %). Подлежащее

и обстоятельство встречаются значительно реже. Островные КП в роли определения не выявлены.

Изученные островные КП реализованы глагольными и именными словосочетаниями, а также однословными единицами [1]. Глагольные словосочетания немногочисленны и структурно представлены одной из трех форм:

а) деепричастие + глагол (8 %). Например: Ьысвпок, ага, с чеканутым бэхэслэшеп кара. Как видим, словосочетание бэхэслэшеп кара (попробуй поспорь) состоит из деепричастия (хэл фигыль) бэхэслэшеп (споря) и глагола карарга (смотреть) в единственном числе второго лица повелительного наклонения;

б) существительное + глагол (5 %). Например: Ьысвпок, у меня эштэ эшлэмилэр, ответить не могу, на держи. Остров ГЯ состоит из существительного эш (работа) в единственном числе место-временного падежа (урын-вакыт килеше) и глагола во множественном числе третьего лица настоящего времени отрицательной форме эшлэмилэр (не работают). Во втором примере -Бум, снова акыл сатасыц, малышкин - островное переключение представляет собой сочетание существительного акыл (ум, мудрость) в единственном числе винительного падежа (тешем килеше) и глагола сатасыц (продаешь), который имеет форму единственного числа второго лица настоящего времени;

в) глагол + частица (5 %). «Ба» Питер-то не охвачен!» - диеп эйткэн имештер. В данном примере остров ГЯ состоит из глагогла в единственном числе третьего лица прошедшего времени эйткэн (сказал) и частицы имештер (якобы, будто бы).

Именные сочетания островных КП, образованные по моделям «прилагательное + существительное», «существительное + существительное» единичны.

Анализ обособленных компонентов предложения показал, что наиболее частотными из внутрифразо-вых островных КП являются КП в функции обращения. Они составляют 46 % (76 единиц). Например: Иптэшлэр, совет нужен! В-общем, егетлэр, прошу отмечаться, вступать в Клуб.

Обособленные обороты составляют 32 % (54 единицы) островных КП. Их состав распределяется следующим образом:

1. Вводное слово (27 %): Нижгары, вообще буфером между урысами и татарами были, вот и окрепли. Ваще, так смотрю, казанские вечно культуру (имештер) несли, а нижгары деловые были, коммерсанты-практики. МыЬаг, акыллым, исемемне бозма инде, зинhар.

2. Предикативное слово (хэбэр CYз) (27 %): Бум, очень доступно все объяснил, рэхмэт.

3. Частица (18 %): Рустам, ярый, можешь называть Гвльси.

4. Глагольное словосочетание - деепричастие с существительным (7 %): Режим сбила вчера, твн утырып.

5. Прилагательное (7 %). Копт, пока кумекал, заснул, мескен.

6. Существительное (7 %): Когда мы с ним расстались, знакомые мне сказали: "Вот видишь: алар бииик усал, мишэрлэр, и с ними лучше не связываться ".

7. Субстантивное словосочетание - существительное с наречием (7 %): Могло бы быть лучше, акча кирэк, куп акча.

Кодовые переключения как часть сложного предложения встречаются в 22 % КП рассматриваемого типа (36 единиц). Элементы ГЯ в исследуемом материале выступают как часть сложносочиненного, так и сложноподчиненного предложений. Большая часть данных КП (75 %) является компонентом сложносочиненного предложения А мясо у нас аб-зыйка из Елхово привозит. Таналарын бодай белэн ашата, с рынком не сравнить. Beauty, щавап язам, как раз время чаепития по регламенту. Уф, я тебя боюсь, Аллам сакласын.

Кодовые переключения в виде части сложноподчиненного предложения реализуются реже. Они встречаются только в 25 % КП рассматриваемой группы. Например: Ну анысы среди недели, Алла бирсэ.

Межфразовые переключения имеют место в пределах одного высказывания. В изученном материале выявлено 265 такого рода КП, что составляет 29 % от общего количества, их состав представлен предложениями всех типов: повествовательные, вопросительные и побудительные.

1. Повествовательные (70 %): Пачча, да, без проблем можно размещать аудио- и видеоплееры. Yariev, кайсы щыр сериалдан, кайсы сезнеке аерып бетермэдем. Yткэн туган квнец белэн, Аделя! Всего самого светлого,доброго и сладкого!!! Камыр, нормально. Режим сбила вчера, твн утырып. Йокы юк, качкан ахрысы.

2. Вопросительные (25 %): Beauty, ял кичлэре ничек уза сездэ? Пошли в да уж... а то меня коллеги прибьют. А что рассказыать, все просто замечательно. Yзец ничек? Хэллэр ничек, Бьють? Как отдохнула? Кстати, хотела спросить тебя, ты чем посуду моешь? Губкой или тряпочкой Beauty, чмок родная. Сабынга яз, яме? Квтеп калам.

3. Побудительные (5 %): Нык бэйлэнмэ инде, кешене упкэлэтеп. Бьютичка любит свой диалект. Кто такие Иу, тоже не знаю. Саклар сине Алла, квтеп тор.

Простые предложения составляют 85 % (225 единиц) всех рассмотренных предложений, представленных на гостевом языке и являющихся переключениями. Например: Мэгънэсез кешелэр бик кубэйде. Чем отличается современная татарская свадьба от русской?

Сложные предложения составляют 15 % межфразовых КП (40 единиц). Никого там не будет, здесь все друг друга знают. Щыелсалар да, чэй эчэргэ чакыралар таныш-белешлэрен hэм таралышалар.

Тараканлар кебек с площади расползутся по своим конуркам.

Среди сложных предложений преобладают бессоюзные предложения. Наличие преимущественно бессоюзных предложений объясняется структурой татарского языка, в котором значения, выражаемые в других языках союзами, часто выражены с помощью окончаний сказуемого. Предложения, соединенные с помощью союзов, представлены лишь несколькими иллюстрациями (2 %). Ильгиз, а ты выбирай татарок из Юлдаша, они настоящие. Иц мвhuме юлны дврвс сайларга, э юнэлеш бер генэ!

Выводы.

Рассмотренный материал демонстрирует высокую частотность пословиц и поговорок. Например: Суть ведь от этого не меняется. Аерылганны аю ашар, буленгэнне буре ашар. (Отделенным быть -быть съеденным медведем, разделенных съест волк). Как говорится, в единстве сила! А по теме, как говорит энием: "Кеше кешенец хэлен белми". (Чужая душа потемки. Сытый голодного не поймет). Очевидно, что использование в русской речи татарских пословиц и поговорок свидетельствует о высокой степени владения языком и этнической идентичности языковой личности.

Таким образом, анализ синтаксических функций и морфологического состава как вкраплений, так и островных кодовых переключений убедительно показал преобладание существительных среди вкраплений и глаголов и глагольные словосочетаний в островных КП. Последнее объясняется фактом обязательного наличия у глаголов татарского языка словоизменительных аффиксов (системных морфем). Межфразовые КП реализованы преимущественно в обращениях и повествовательных предложениях.

Литература

1. Волгина, Н. С. Современный русский язык: Синтаксис: Учебник / Н. С. Валгина. - М., 2003.

2. Исаева, М. Г. Структурные типы кодовых переключений в письменных текстах СМИ / М. Г. Исаева // IV Международная конференция по когнитивной науке: Тезисы докладов. Т. 2. - Томск, 2010. - С. 301-303.

3. Чиршева, Г. Н. Кодовые переключения в общении русских студентов / Г. Н. Чиршева // Язык, коммуникация и социальная среда. Вып. 6. - Воронеж, 2008. - С. 63-79.