К вопросу о правовой природе «я» (часть II)

Актуальные проблемы административного права ^^

К ВОПРОСУ О ПРАВОВОЙ ПРИРОДЕ «Я»

В.П. Иванский,

кандидат юридических наук, доцент кафедры административного и финансового права юридического факультета Российского университета дружбы народов Научная специальность: 12.00.14 — Административное право;

финансовое право; информационное право E- mail: ivansky_valera@mail.ru

Аннотация. В статье рассматриваются проблемы, связанные: 1) с применением методологии исследования правовой реальности «Я»; 2) многообразием подходов к понятию «правовое бытие права»; и 3) соотношением понятий правосознания и правового «Я».

Ключевые слова: правовая реальность, правовое «Я», феноменология, герменевтика, синергетика, методология, правосознание

ON THE ISSUE OF THE LEGAL NATURE OF THE «INNER MAN»

V.P. Ivansky,

candidate ofjurisprudence, associate professor of the administrative and financial law of law department of the Russian university

offriendship of the people

Annotation. The article covers the issues connected with: 1) the application of the study methodology of the legal reality of the «inner man»; 2) the diversity of approaches to the legal «inner man»; and 3) the correlation of the sense of justice and legal «inner man» concepts.

Keywords: legal reality of the «inner man», the legal «inner man», phenmenology, hermeneutics, synergetics, methodology, sense ofjustice

В настоящее время можно выделить три основные группы проблем, которые определяют актуальность данной статьи. Первая группа проблем связана с поиском и применением методологии исследования «Я» как отражения многоплановой правовой реальности (правового «Я»). Вторая — касается понятия правового «Я» субъекта. Третья — обусловлена изучением соотношения понятий правосознания и правового «Я».

2. Понятие и сущность «Я» субъекта права

В центре современных представлений о природе человека находится идея человека как информационно-энергетической сущности. Выражением такой сущности выступает «Я» как состояние непрерывного творения человеком самого себя и соответствующего образа права. Обоснование идеи права как особого нормативного порядка, отраженного в общественном сознании — коллективном «Я»,

возможно только исходя из представлений о коммуникативной природе человека.

Философские и психологические словари по-разному определяют значение категории «Я». Так, например, философский словарь дает понятие: «Я — фундаментальная категория философских концепций личности, выражающая рефлексивно осознанную самотождественность индивида»1. При определении «Я» как Эго мнения авторов сходны в том, что «Я (Эго) — часть человеческой личности, которая осознается как Я и находится в контакте с окружающим миром посредством восприятия. ... Я не совпадает ни с психикой, ни с телом, хотя телесные ощущения формируют ядро раннего опыта индивида.»2. При этом уточняется, что «Таким образом, Я означает устойчивую и неизменную реальность, которая выступает в качестве субстрата всего множества биологических, психологических и социальных переживаний и нацелена на осознание

Актуальные проблемы административного права

единства и идентичности одного и того же субъекта, связующего собой дисперсные временные переживания, относящиеся к нему.. .Я является субстанцией и обозначает душу, отличную от эмпирического сознания.»3. Однако психологический словарь называет «Я» — «Я-концепция». «Я-концепция (англ. self-concept) — развивающаяся система представлений человека о самом себе»4. Согласно другой точки зрения «Я (Эго) обозначает сферу личности, характерную внутренним осознанием самой себя и осуществлением приспособления личности к реальности.... «Я» оценивается субъектом в «я-концепции», образуя ядро личности. «Я» один из компонентов структуры личности.»5.

Таким образом, в философской и психологической науке, несмотря на многочисленные работы, посвященные этой теме, к настоящему времени не сложилось единого взгляда на интерпретацию и структуру этого феномена.

В истории развитие представлений об образе шло по спирали, от платоновских копий, к представлению об априорной преданности образов сознанию и психической деятельности, но уже не божественной или трансцендентной сущностью, а природой. То есть образы стали трактоваться как имманентно присущие человеческой психике. Что касается современной психологии, то в ней не утвержден общепринятый термин для обозначения психических образов, не говоря уже о термине «правовой образ» в юриспруденции. Рассматривая одну и ту же группу образов, например, о воображаемых картинах, одни авторы называют их психическими образами, другие — мысленными образами6, третьи — вторичными образами7, воображаемыми образами8, иногда даже появляются сочетания типа ментальные образы или психологические образы.

Наиболее широкое значение имеет выбранный нами термин — «психические образы», именно он обычно употребляется как аналог слова «образ» вообще, и включает в себя все психические образы. А наиболее часто встречается термин «мысленные образы», он означает тоже, что и «психические образы». Как определял это А.А. Гостев: «Мысленные образы, т.е. образы, имеющие преимущественно внутренний информационный источник, составляют подавляющую часть множества образных явлений»9.

Более строгое определение дал Р. Хольт: «Мысленный образ: смутное субъективное воспроизведение ощущения или восприятия при отсутствии адекватного сенсорного воздействия; в бодрствующем сознании представлен как составная часть мыслительного акта. Включает образы памяти и образы воображения; может быть зрительным, слуховым или любой другой сенсорной модальности, а также чисто вербальным»10.

Кроме того в современной психологии существует также общепринятая трактовка двойственности «Я»: «Я» как субъект деятельности (активное,

субъектное или экзистенциальное «Я»); «Я» как объект рефлексии (феноменальное, рефлексивное «Я» или Я-концепция)11.

В научной литературе «самость» личности рассматривается как совокупность индивидуальных восприятий и воспоминаний, а «Я-концепция» (Я-образ) как абстрактное выражение всех существенных признаков «самости» в представлении са-

12

мого человека и окружающих12.

В зарубежных психологических концепциях не всегда наблюдается единство в терминологическом определении понятия Я-образа. Так, для обозначения данного процесса используются различные единицы: в концепции 3. Фрейда13 — сознание, в гуманистической психологии К. Роджерса14 -«Я-концепция» и т.д.

Вместе с тем, «Я» в русском языке многозначно и одно из его значений активно используется при изложении теории Фрейда, где «Я» выступало в качестве эквивалента Ego, описывающего одну из трех подсистем личности. В теории Роджерса термин «self», который тоже переводится словом «Я», имеет иное содержание, не совпадающее (или лишь частично совпадающее) с фрейдовским Ego: это рефлексия, самосознание.

Отметим, что для англоязычных авторов характерно синонимичное использование рефлексивных терминов «self» («Я»), «self-concept» («Я-концепция») и «self-image» («Я-образ»), т.е. применение терминов, характеризующих компоненты рефлексивного «Я» человека, для описания этого психологического образования как целого. Подобная традиция становится характерной и для русской психологической лексики. В рамках этой традиции нами будет использоваться термин «Я» как синонимичные понятия «Я»-образ, «Я-концепция» при исследовании взаимодействия энергии и информации в качестве его правообразующих факторов.

То есть в западной правовой традиции «эго», «самость», «я»-образ - это различные названия одного и того же понятия «Я», представляющей собой сознающую и мыслящую сущность, предполагающей психическое отражение человеком самого себя одновременно в двух ипостасях - как активного субъекта деятельности и как объекта рефлексии, который может состоять из представления о самом себе и оценки о нем окружающих людей.

В восточных правовых культурах предметом нашего изучения является восточная, прежде всего индийская, философская система, в которой можно было бы исследовать понятие философской категории «Я». Практика самореализации уходит к праин-дийской культуре, опирающейся на Веды, согласно которым любое человеческое существо состоит из двух сил. Тело и душа происходят от природы, а трансцендентное «я» - от духа. Дух не подвержен влиянию физической или духовной деятельности; однако душа искажает представление «я» о себе

Актуальные проблемы административного права

самом. Трансцендентное «я» в человеке и есть дух. «Я» — это чистое сознание. В терминологии Веданты душа (сознание) участвует в мыслительных процессах. Следовательно, можно определить самореализацию как прекращение непрерывной умственной деятельности, дающей состояние покоя. Конечная цель - сосредоточить внимание на своем «я», которое и составляет сущность самопознания.

Многие из сказанных выше тезисов можно отнести и к понятию образа в правоведении. Информационный образ индивида лежит в основе зарождения права, находящего свое внешнее выражение в юридических документах, закрепленных в знаковой форме в правовых актах, юридических прецедентах, договорах и правовых обычаях. «Образ» есть победа идеи, естественного права. Для современной онтологии права вопрос об образах в праве имеет существенное значение15.

Для исследования понятия «правовой образ», которое является основополагающим в нашей статье, необходимо обратиться к природе психики человека, состоящей из двух компонентов, различающихся видом отображения объективной реальности: сенсорного (образного) и знакового (вербального). В этом смысле одна и та же объективная реальность в психике индивида представлена одновременно двумя этими формами субъективного отображения. Это же положение можно отнести и к правосознанию человека. В учебниках по теории государства и права правосознание субъекта так же состоит из двух элементов — правовой психологии и правовой идеологии. По сути, правовая психология отображает правовую реальность в богатстве многомерных и противоречивых связей как целостный правовой образ. Тогда как правовая идеология способна отразить из потока информации о свойствах и связях объективной правовой реальности только ограниченный объем непротиворечивой правовой информации. Ввиду многообразия связей, отображающихся в правовой психологии, правовой образ не может быть полностью представлен индивидуально трансформированными единицами общественного опыта. Следовательно, он также не может быть полностью осознан; т.е. большую его часть следует рассматривать как неосознаваемое психическое - так называемое коллективное бессознательное. В связи с тем, что индивидуальное правосознание не существует в отрыве от коллективного бессознательного (неосознаваемой психики), в общее понятие правового образа мы будем включать правовые образы, порожденные как психикой, так и образы, существующие независимо от психики человека. Т.е. правовые образы нами рассматриваются в духе учения Платона и Аристотеля.

Исходя из взглядов Платона, образы — это копия существующих изначальных идей, которые находятся вне нашей реальности. Образы первичны, а сам человек и его восприятие — вторичны16. Однако, согласно Аристотелю17, источником образов является

не идеальный, а материальный мир, данные наших органов чувств о нем18. Мир науки выбрал второй путь, поэтому в основном рассматриваются образы как порождение психики и отвергается возможность существования образа без восприятия человека.

Поскольку «образное» состояние информации является неустойчивым, то цементирующей основой выступает «Я» (или «Я»-образ) — относительно устойчивая, осознанная как неповторимая система представлений индивида о себе, на основе которой он строит свое взаимодействие с другими. Образ «Я» выступает как установка к себе самому. Поэтому правовое «Я» индивида представляет собой устойчивую группу связей, существующую в памяти (правовой паттерн), в соответствии с которыми индивид формирует свою правовую мотивацию, отношение к себе и окружающему его миру19.

Именно самосознание («Я»-концепция) обеспечивает возможность транслировать жизненный опыт будущим поколениям через генетическую на-следственность20. На формирование правового (информационного) «Я»- образа («Я») субъекта влияет коллективное бессознательное, выступающее в форме архетипа, эгрегора и эйдоса. Если эйдос21 выступает идеальной формой бытия мира (права), то архе-

22 23

тип22 и эгрегор являются духовным наследием, одна часть которого представляет собой весь жизненный правовой опыт, накопленный человечеством, а другая — правовой опыт конкретного социума (правовая культура), который может базироваться как на всеобщем человеческом опыте (архетипах), так и не соответствовать ему, то есть правовой эгрегор — это общее информационное поле определенного социума, общий психологический шаблон, в соответствии с которым существует единое понимание фрагментов правовой действительности.

Следовательно, правовое «Я» означает устойчивую, неизменную, активно-творческую и интегра-тивную правовую реальность, которая: 1) выступает в качестве субстрата всего множества социально-правовых переживаний; 2) нацелена на осмысление (осознание) единства и идентичности одного и того же субъекта, связующего собой временные правовые переживания, относящиеся к нему; 3) обеспечивает непрерывность и последовательность правового поведения, реализующегося через систему преемственности его правового опыта, приобретаемого в течение жизни человека и сохраняемого в его памяти, и передаваемого генетическим путем.

Таким образом, структура правового «Я» субъекта как сложного многопланового психосоциокультурного образования включает в себя две имманентно тесно связанные части единого целого: 1) опыт коллективного бессознательного «Я» субъекта, несущий в себе черты предшествующего состояния закодированного правового образа и, как следствие, порождающего генетическую преемственность прежней стадии развития; и 2) правовой опыт чело-

Актуальные проблемы административного права

века, приобретенный в течение его жизни.

3. Соотношение понятий правосознания и правового «Я»

Правосознание как вид сознания — одно из центральных понятий классической западной философии. Вместе с тем осмысление сознания было связано со значительными трудностями. Многие ученые в Х1Х-ХХ вв. считали, что научно исследовать можно только отдельные явления сознания, что же касается его сущности, то она не может быть выражена, хотя сознание субъективно дано в переживании. Между тем ученые пытались анализировать его природу и сформулировали следующие концепции сознания, которые в полной мере можно отнести и к правосознанию.

1. Концепция отождествления правосознания как вида сознания с правовым знанием: все, что мы знаем о праве, — это правосознание, и все правовое, что мы осознаем, - правовое знание.

2. Ряд философов (прежде всего разделяющих позиции феноменологии или близких к ней концепций) в качестве главного признака правосознания как вида сознания выделяют интенциональность: направленность на определенный объект права. Согласно этой точке зрения, я могу не знать ничего о правовом явлении, но если я выделяю его посредством моей интенции, он становится объектом моего правосознания. Носителем эмпирического правосознания является эмпирическое «Я», а носителем «чистого», трансцендентального сознания — трансцендентальное «Я».

3. Иногда правосознание как вид сознания отождествляется с вниманием. Эта позиция разделяется рядом философов, особенно популярна у некоторых психологов, пытающихся с точки зрения когнитивной науки истолковать правосознание, т.е. внимание, как некоторый фильтр на пути правовой информации, перерабатываемой нервной системой.

4. Наиболее влиятельное в философии и психологии понимание правосознания как вида сознания связано с истолкованием его как самосознания, как самоотчета «Я» в собственных действиях. Подобное понимание может сочетаться с интерпретацией правосознания как юридического знания или как интенциональности.

В российском правоведении немало научных работ посвящены правосознанию24. Но, вместе с тем, практически отсутствуют научные публикации в юриспруденции, касающиеся изучению понятия «Я». Классическое понимание правосознания как самосознания связано с теорией о двух источниках правового знания: 1) ощущений права, относящихся к внешнему миру, и 2) рефлексии как наблюдению ума за своей собственной правовой деятельностью. Последняя и является правосознанием или правовым «Я». Тогда правовое «Я» выступает как специфическая правовая реальность, как особый «внутренний мир». Способом познания правосознания

является самовосприятие (самонаблюдения).

Несмотря на их сходство, в юридической науке используется только категория правосознание. Использование феноменологического и герменевтического методов позволило автору раскрыть сущность правового «Я» и сделать некоторые предварительные выводы о соотношении общего и особенного в правосознании и правовом «Я». Суть их заключается в том, что сознание, направленное на само себя (интенция), именуется самосознанием или «Я». Если же сознание человека будет направлено на познание своего психического образа права, то такое сознание можно назвать самоправосознанием или правовым «Я». В русле концепции нашей статьи введение в научный юридический оборот категории «Я» (правового «Я») позволит рассматривать это понятие в более широком контексте, чем «правосознание», ибо правовое «Я» включает в себя не только осознаваемые психические правовые явления, но и правовые бессознательные феномены. Итак, отличия категорий «сознание» от «Я» состоят в следующем: в интенции сознания; понятие «Я» по объему более широкое, чем сознание.

Таким образом, можно сделать следующие выводы по проблемам, обозначенным в начале статьи:

• во-первых, исследование правовой реальности «Я» возможно только при использовании специального научного инструментария: си-нергетического, феноменологического и герменевтического подходов;

• во-вторых, суть применения «классического» феноменологического метода выражается в двух условных этапах. Первый заключается в том, что сначала сознание человека ин-тенционально направляется на тот правовой опыт (объект права), который осмысляется без всяких эмпирических, теоретических и логических высказываний. Затем наступает второй этап — процесс интерпретации, то есть это процесс мышления, направленный на придание смысла имеющимся структурам сознания, отражающим внешнюю правовую действительность и сложившимся ранее, в предыдущей познавательной деятельности. Следовательно, все направления феноменологии — это исследование интенциональных объектов внешнего мира, отраженных в сознании (объектное сознание), и основанное в состоянии постоянного отождествления с мышлением (внутренним опытом).

• в-третьих, автором статьи предложено новое направление феноменологии, не связанное с объектным сознанием — мышлением. Суть авторского феноменологического подхода состоит в исключении из процесса «схватывания» сущности правового «Я» мышления как способа интерпретации интенциональных объектов сознания. Для тотального понимания структуры правового «Я» необходимо непо-

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Актуальные проблемы административного права

средственное созерцание правового «Я», но не как психического переживания, связанного с процессом отождествления своего «Я» с формой интенционального объекта сознания, а как восприятие без его ментальной категоризации (без создания концептуальной реальности), то есть осознанность. Состояние осознанности — это отсутствие мгновенного категоризирования объектов внешнего мира. Осознанность — это такое состояние интенсивного присутствия, при котором индивид смотрит на ситуацию без интеллектуальной попытки ее понять — не концептуализируя реальность. Именно в состоянии бдительного присутствия рождается восприятие (внимание), основанное без мыслительного процесса. Следует отдавать свое внимание тому, что проявляется в нашем сознании (пространстве внимания), но при этом не отождествляться с объектами сознания. Тогда это состояние и будет выражением необусловленного сознания (разума). Чтобы позволить этой ситуации (моменту) быть, нужно войти в это состояние сознания, которое не является концептуализированным существованием. Только в этом состоянии реальности, отличное от отождествления с потоком мышления, правовое «Я» является выражением этого единого и целостного сознания. Итак, применение «классического» феноменологического подхода в изучении правового «Я» раскрывает:

1) внутренние правообразующие факторы;

2) внутреннюю структуру правообразования;

3) сущность и назначение правового «Я»;

• в-четвертых, правовое «Я» представляет собой устойчивую, неизменную, активно-творческую и интегративную правовую реальность, имеющую следующую структуру:

1. Сознающая (мыслящая) психическая сущность как:

• активного субъекта правовой деятельности, обнаруживающего и признающего правило должного поведения (норму права) как социальной ценности в результате постоянного и многократного взаимодействия с другими подобными духовными сущностями; и

• объекта рефлексии, который складывается из представления о самом себе и оценки о нем окружающих людей.

2. Правовой опыт:

• психического субъекта деятельности, запечатленного в его памяти;

• коллективного бессознательного;

3. Установление правомочий и правообязан-ностей, возникающие в результате формирования ментальной нормы права, между признающими их взаимодействующими субъектами.

Таким образом, единство трех элементов образует структуру правовой реальности «Я».

1 Новейший философский словарь / Сост. А.А. Грицанов. Мн., 1998.С. 862-863.

2 Философский энциклопедический словарь / ред. Е.Ф. Губский. М., 2009. С.510-511.

3 Словарь философских терминов / ред. В.Г. Кузнецова. М., 2005. С.715-716.

4 Мещеряков Б.Г., Зинченко В.П. Большой психологический словарь. М., 2003. С.573-574.

5 Большая психологическая энциклопедия: более 5000 психол. терминов и понятий / ред. А.Б. Альмухановой. М.: Эксмо, 2007. С.493-494.

6 Косслин С. Мысленные образы. М., 2011. С.97-109.

7 Гостев А.А. Психология вторичного образа: Субъект, феноменология, функции: дис. ... докт. психол. наук. СПб, 2001. С.49-80.

8 Сартр Ж.П. Воображаемое. Феноменологическая психология воображения. СПб, 2001. С.318.

9 Гостев А.А. Образная сфера человека. М.: ИПРАН, 1992. С.15.

10 НоЬ R.R. Imagery: the Return of the Ostracized. «American Psychologist». 1964. Т. 19. № 4. p.p 254-264.

11 Конева И.А. Особенности образа Я младших подростков с задержкой психического развития: дис. ... канд. психол. наук. — Нижний Новгород, 2002. С. 13.

12 Рогов Е.И. Настольная книга практического психолога: Учеб. пособие: В 2 кн. Кн.2. М., 2002. С.17-33.

13 Фрейд З. Я и Оно: сочинения. М.-Харьков: Эксмо; Фолио, 2006. С.864.

14 Роджерс К.Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М., 1994. 480 с.

15 См.: Радбрух Г. Философия права. М., 2004. С. 118.

16 Платон. Диалоги / Перевод с древнегреческого С.Я. Шейнман-Тонштейн. М.: Мысль, 1986. 607 с.

17 Аристотель. Сочинения в 4-х т.: Пер. с древнегреч. М.: Мысль, 1976. Т.1. 550 с.

18 Белова С.С. Субъективная оценка интеллекта другого человека: эффект вербализаций. М.:ИПРАН, 2004. С. 39-62.

19 Более подробно см.: Иванский В.П. Правовая защита сферы частной жизни в США: теория и практика. М., 2010. С. 41-43; С. 76-82.

20 См., напр.: Рыбаков В.А. Развитие национального права: генетический аспект // Вестник Омского университета. 2007. № 2. С. 15-20.

21 Эйдос — в феноменологии Гуссерля обозначает сущность, всеобщее, универсалию. — См.: Новая философская энциклопедия: в 4 т. М.: Мысль, 2001. 736 с. См. также: Кузьмин А.В. Правовое учение И.В. Михайловского: Эйдологическое направление российской философии права: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 1998. 20 с.

22 «Архетипы — это психические первообразы,.. это система установок, являющихся одновременно и образами, и эмоциями». — См.: Юнг К.Г. Архетип и символ. М., 1991. 304 с. Правовые архетипы исследованы в работах: Арановский К.В. Конституционная традиция и ее распространение в Российском обществе: дис. ... докт. юрид. наук. СПб., 2004. 41 с.; Тюрин

М.Г. Архетипы национальной правовой культуры: дис.... канд.

юрид. наук. Ростов н/Д, 2008. 193 с. и др.

23 Эгрегор — это энергоинформационное образование социума (этноса), формирующего единое ментальное (информационное) поле, воздействующее на поведение членов этого сообщества. Эгрегор также называют коллективным бессознательным. См.: Толстой В.С. Гражданское информационное право. М., 2009. 296 с.; Петин И.А. Принцип системности, его значение и отражение в уголовном праве России. М., 2007. 298 с.

24 Малахов В.П. Концепция философии права. М., 2007. С. 170; Байниязов Р.С. Правосознание и правовой менталитет в России: автореф.... докт. юрид. наук. Саратов, 2006. С. 3-4 и др.