«За рубежом»: освещение западного опыта в советской профессиональной прессе 1920-1930-х годов

«За рубежом»: освещение западного опыта в советской профессиональной прессе 1920-1930-х годов

Е.В.Конышева

Тема отражения архитектурных процессов в советской и зарубежной прессе уже затрагивалась в рамках исследований творческих взаимосвязей [12, 27], но временной промежуток был ограничен 1920-ми - началом 1930-х годов - временем максимального расцвета плодотворных интернациональных контактов. Представляется важным не только расширить эти хронологические рамки за счет охвата 1930-х годов, но и затронуть несколько иной ракурс - восприятие зарубежного опыта в самом актуальном для межвоенного СССР вопросе практического градостроения. Пути и методы заимствования западного опыта прошли на протяжении 1920-1930-х годов несколько этапов, а восприятие и оценка этого опыта претерпели эволюцию, получившую отчетливое отражение на страницах советской профессиональной периодики.

Организация изучения зарубежного опыта стала предметно обсуждаться в государственных структурах с 1925 года. Это была целенаправленная государственная политика, обусловленная стартом индустриализации и насущной необходимостью в кратчайшие сроки отладить процесс массового проектирования и строительства. В мае 1925 года по инициативе Госплана СССР была созвана Всесоюзная конференция по вопросам жилищного и промышленного строительства, а через год состоялся Всесоюзный съезд по гражданскому и инженерному строительству [24], где затрагивался вопрос западного опыта и необходимости его «организованного изучения».

С середины 1920-х годов советские профессиональные журналы стали регулярно печатать статьи, заметки, аналитические отчеты о европейском строительстве. Наибольшее количество статей о зарубежном опыте тогда публиковалось в журналах «Коммунальное хозяйство», «Коммунальное дело», «Наше строительство», «Строительная промышленность». В 1925-1930 годах там было опубликовано более 80 статей. Пик таких публикаций пришелся на 1927-1929 годы.

Прежде всего важным представляется вопрос об источниках информации, и можно констатировать, что в 1920-е годы они были самыми многообразными.

Как известно, европейские архитекторы участвовали в советских открытых конкурсах и выполняли заказные проекты (Ле Корбюзье, Б. Таут, П. Беренс, Э. Мендельсон, В. Гропиус, Х. Пёльциг, Я. Берлаге и др.). Многие из них посещали страну с открытыми лекциями и консультациями или просто ознакомительными поездками, публиковали статьи в советской профессиональной прессе (Ле Корбюзье,

Э. Май, Б. Таут, М. Вагнер, А. Люрса и др.). Большую роль играли личные контакты советских и зарубежных архитекторов - как мастеров «старой школы», так и авангардных творцов. Немаловажное значение для творческого обмена имели международные художественные/архитектурные выставки 1920-х годов, прежде всего проводившиеся в СССР Первая всеобщая германская художественная выставка (1924) и Первая выставка современной архитектуры (1927). В последней приняли участие В. Гропиус, А. Люрса, Р. Мал-ле-Стевенс, Х. Майер, М. Таут и др., а материалы об «иностранном отделе» выставки были размещены в шестом номере журнала «Современная архитектура» за 1927 год. ВСНХ РСФСР инициировал специализированную серию «Библиотека по американскому и европейскому строительству», выпускаемую Гостехиздатом в 1929-1930 годах. Десятки наименований зарубежной архитектурно-строительной периодики выписывали государственные, учрежденческие и вузовские библиотеки. В России на протяжении 1920-х и большей части 1930-х годов выписывались, например, такие авторитетные издания, как немецкие «Bauwelt» (19211934), «Deutsche Bauzeitung» (1920-1937), «Monatshefte für Baukunst und Städtebau» (1921-1938) и «Der Neubau» (1919-1930), американские «Architecture and Building» (1928-1931), «Architecture: The Professional Architectural Monthly» (1931-1936). Подписка на многие из них (например, на «Moderne: Bauformen. Monatshefte für Architektur und Raumkunst», «Bauwelt», «Deutsche Bauzeitung») велась еще с дореволюционных времен. О востребованности профильных зарубежных периодических изданий в СССР свидетельствует выпуск главными библиотеками страны специальных указателей-каталогов [21, 22]. Однако стоит учесть, что восприятие информации через иностранную периодику было затруднено незнанием языков широкой массой рядовых проектировщиков, архитекторов, строительных инженеров нового, уже советского поколения. В этих условиях русскоязычные публикации становились главным массовым источником для получения информации о западных новациях в градостроительстве, архитектуре, строительной промышленности.

Основной темой таких публикаций во второй половине 1920-х годов были непосредственные впечатления участников зарубежных командировок и экскурсий. В ВСНХ СССР была создана специальная комиссия, где утверждались планы загранкомандировок сотрудников ведомственных трестов и контор, заслушивались отчеты [18]. Только

в 1928-1929 годах было запланировано 140 строительных командировок [7. Л. 25]. Центрами деловых контактов стали торгпредства СССР в европейских столицах, прежде всего в Берлине, где в 1926 году было создано отделение по заграничным экскурсиям. Экскурсии для изучения заграничного опыта планировались регулярными: ВСНХ СССР постановил «признать целесообразной предложенную Союзом строителей организацию краткосрочных групповых командировок (экскурсий), проводимых по особому, предварительно установленному общему плану...». Делегации были, как правило, многочисленными, включали представителей десятков строительных контор и ведомств. Так, в Первой заграничной строительной экскурсии 1927 года приняли участие представители 15 организаций [23]; распределение мест на Всегерманскую строительную выставку 1931 года предполагало уже участие 93 человек из 34 трестов [19. Л. 92]. Строительный комитет ВСНХ составил «программу важнейших вопросов промышленного и связанного с ним жилищного строительства, подлежащих выяснению». Перечень вопросов был многообразен: градостроительное планирование; типология, принципы и нормы проектирования жилища; строительные материалы и конструкции, механизация работ и стандартизация в проектировании и строительстве; организация и методы производства работ; стоимость и финансирование строительства; социально-профессиональные аспекты и, лишь в последнюю очередь, «архитектурные течения в Европе» [23. С. 206-212]. Таким образом, акцент был сделан исключительно на практическом градостроении и массовом строительстве, вне дискуссий о языке архитектурных форм.

Командировки и экскурсии были обычно продолжительными, их результаты не только докладывались в профильных учреждениях, но и публиковались. Иначе говоря, спецификой публикаций 1920-х годов о зарубежном опыте была информация «из первых рук», поскольку журналы широко открывали свои страницы «для всех тех, кто бы пожелал поделиться своими знаниями, добытыми путем заграничной поездки» [10]. Так, результатом европейской командировки архитекторов Государственного научно-экспериментального института гражданских, промышленных и инженерных сооружений О.А. Вутке и Г.Я. Вольфензона стала серия статей в журнале «Строительная промышленность» за 19281929 годы [4, 5]. Л. Серк, командированный в Германию в 1927 году как глава Комиссии по подготовке строительного устава, сделал развернутый итоговый доклад во Всероссийском обществе гражданских инженеров, также опубликованный в «Строительной промышленности» [20]. «По личным наблюдениям» освещали результаты европейских командировок и экскурсий Д. Лифшиц, В. Бабуров, Н. Волков, Д. Равдин и значительное число других авторов этого журнала в 1927-1928 годах. Информация о международных конгрессах и выставках шла, как правило, от «специальных корреспондентов» - членов советских делегаций. Вероят-

но, исключением были многочисленные статьи специалиста ГУКХ НКВД Л.Я. Выгодского в «Коммунальном хозяйстве» и «Коммунальном деле» на протяжении 1925-1929 годов о современных тенденциях в западном градостроительстве: их широкий страноведческий охват, спектр представленных подходов к разрешению проблем современного города, обращение к проектам и конкурсным предложениям позволяют предположить авторский анализ актуальной зарубежной профессиональной литературы и прессы [6].

Тематические приоритеты предопределялись интересами заказчика. Журнал «Коммунальное дело» был печатным изданием ГУКХ НКВД РСФСР, журнал «Коммунальное хозяйство» - изданием МКХ, то есть тех самых органов, которые сосредоточили в своих руках в 1920-е годы работы по реконструкции российских городов и, в частности, по перепланировке Москвы. Более половины всех статей о зарубежном опыте в 1920-х годах приходилось именно на эти два журнала. Отсюда неудивительно, что наиболее востребованными темами публикаций были новации в градостроительном планировании и жилищном строительстве, на которые приходилось около 2/3 всех публикаций, и примерно 2/3 из них было напечатано именно в «Коммунальном деле» и «Коммунальном хозяйстве».

Что касается содержания публикуемых материалов, то с середины 1920-х годов профессионалов уже в меньшей степени привлекал опыт проектирования поселков и пригородов-садов, являвшийся основным предметом интереса в дореволюционной и послереволюционной России. Основное внимание было сосредоточено на актуальных методах реконструкции существующих городов, планировочных принципах новых поселений и в этом контексте -на проектах децентрализации крупных центров (Берлин, Бреславль, Лондон и др.) посредством строительства городов-спутников. Опыт планирования поселений городского типа с массовой типизированной застройкой, реализованных, например, в рамках программы «Новый Франкфурт» во Франкфурте-на-Майне (Э. Май, М. Стам и др.), Берлине (Б. Таут, М. Вагнер. Ф. Форбат и др.), Дессау (В. Гропиус), был интересен с точки зрения как перепланировки городов, так и поселкового и городского планирования «с чистого листа», актуального для проектов промышленно-селитебных комплексов. Рационализация планировочных решений и использование строчной застройки в крупномасштабных европейских поселках и кварталах конца 1920-х годов были предметом пристального изучения и, несомненно, послужили ориентиром для советской практики конца 1920-х - начала 1930-х годов. В связи с плановым и внеплановым образованием промышленных конгломератов возник интерес к новейшему опыту районной планировки. Активно изучались также принципы планирования и структура городских озелененных и свободных пространств и транспортной системы. Объектом интереса выступало и массовое жилище. В западном опыте привлекали разнообразие в типологии мас-

совой жилой застройки и типизация жилой ячейки. Поиски способов удешевления массового жилстроительства заставили обратить внимание на «минимальное жилище» (малометражная квартира с полным благоустройством), которое стало наиболее востребованным в жилищном строительстве европейских стран, особенно в Германии, Голландии, Франции и Англии. Самый большой интерес в области городского планирования и жилищного строительства вызывала Веймарская Германия, опыту которой было посвящено большинство публикаций, внимание уделялось также американскому, голландскому, французскому и английскому опыту.

В советской профессиональной прессе публиковались сообщения, обзорные или развернутые, о зарубежных конгрессах и выставках, в частности международных конгрессах по жилищному строительству и благоустройству в Вене (1926), Лейпциге (1927), Мюнхене и Париже (1928), Франкфурте-на-Майне и Риме (1929), равно как и выставках, представляющих жилищное строительство в Штутгарте (1927), Франкфурте-на-Майне (1929), Берлине (1930) и новации в строительном деле (Всегерманская строительная выставка, 1928; строительная выставка в Дрездене, 1926).

Отдельный интерес представляли сведения о новых европейских и американских строительных технологиях и материалах, получившие отражение, прежде всего, на страницах журнала «Строительная промышленность» - органа Всесоюзного бюро промышленности строительных материалов при ВСНХ СССР. Обращалось внимание на высокое качество материалов при их низкой себестоимости, на разработку и внедрение новых строительных материалов, на стандартизацию элементов и их серийное производство, а также на саму организацию процессов производства и строительства. «Современная архитектура» освещала, прежде всего, архитектурные тенденции в Европе и США, характеризовала отдельные объекты, помещала интервью с зарубежными авангардными мастерами и иногда отдавала зарубежной информации значительную долю журнала. Все журналы практиковали публикацию зарубежной библиографии с развернутыми или краткими комментариями.

В 1930 году волна публикаций на зарубежную тематику стала спадать. С началом форсированной индустриализации и урбанизации акцент был перенесен с дистанционного изучения зарубежного опыта на использование его непосредственных носителей в проектировании и строительстве в СССР [13]. Параллельно были резко сокращены планы ведомств по заграничным командировкам и отпускаемые на это валютные средства, введена персональная ответственность руководителей наркоматов за число и подбор командируемых, ужесточился отбор претендентов комиссией ЦК ВКП (б) по выездам. На протяжении 1930-х годов к прагматическим соображениям финансовой экономии была добавлена политическая нецелесообразность широкого международного сотрудничества. Разрешения на выезд теперь не только рассматривались комиссией ЦК ВКП (б) по личному

докладу соответствующего наркома с обязательным заключением НКВД СССР, но и должны были утверждаться Политбюро. Политическая лояльность режиму и идеологическая благонадежность стали определяющими при установлении международных контактов.

В 1930-1932 годах еще можно было получать информацию о западных авангардных концепциях градостроительства и архитектуры непосредственно из рук и уст их носителей. Достижения Баухауза были представлены в 1931 году на выставке «Баухауз Дессау. Период руководства Ганнеса Майера. 1928-1930» в Музее нового западного искусства в Москве. В статье А. Мордвинова, размещенной в каталоге и журнале «Советская архитектура», был затронут вопрос полезного для СССР опыта деятельности Баухауза и творческого метода Х. Майера [14]. В октябре 1932 года в Москве прошла Выставка современной германской архитектуры. Экспозиция, состоящая из девяти разделов (здания промышленные, торговые, административные; сооружения транспорта и связи; отели; школы и институты; здания, предназначенные для отдыха, зрелищ и развлечения; поселковое строительство, жилая архитектура), представляла проекты более чем 100 авторов, в числе которых были Б. и М. Тауты, В. Гропи-ус, П. Беренс, Э. Май, М. Вагнер, Х. Пёльциг, М. ван дер Роэ. Она получила значительный резонанс в профессиональной прессе, где были опубликованы подробные обзоры [1, 25]. В 1932 году Д. Аркин опубликовал книгу «Архитектура современного Запада», где, кроме полномасштабного анализа существующих тенденций и творчества наиболее крупных мастеров, были размещены тексты самих западных архитекторов с изложением их творческих взглядов (Ле Корбюзье, Б. Таут, Э. Май, П. Ауд, Л. Гильберсаймер, Ф.Л. Райт и др.). В 1933 году был издан перевод книги Ле Корбюзье «Планировка города».

После архитектурно-градостроительного поворота, ясно обозначившегося в 1932 году, советскую сторону отнюдь не перестали интересовать зарубежный опыт и международное сотрудничество, и это было частью общих противоречивых процессов в советской культуре в отношении сотрудничества с Западом [9]. Тогда же при Союзе советских архитекторов была создана архитектурная секция ВОКС, перед которой ставились задачи «завоевания буржуазной прессы для пропаганды советской архитектуры; организации выставок; поощрения информации из-за границы путем организации докладов признанных иноархитекторов и получения статей и консультаций; помощи в проведении крупных мероприятий, связанных с иноархитекторами (съезды, конгресс и т.д.); разъяснения для заграницы принципиальных установок и позиций современной советской архитектуры» [16. Л. 126-127]. Эта секция активно действовала вплоть до 1939 года, прежде всего, при организации посещений СССР зарубежными архитекторами. Союз архитекторов вел активную переписку с иностранными архитекторами и организациями и принимал зарубежных гостей, например

экскурсию французских архитекторов, организованную «L'architecture d'Aujord'hui» (1932), делегацию Лондонского Королевского института британских архитекторов (1936), Международной ассоциации архитекторов (1939). Эти события были отмечены в журналах «Строительство Москвы», «Советская архитектура», «Архитектура СССР» и в «Архитектурной газете». На Первый съезд советских архитекторов в 1937 году были разосланы десятки приглашений зарубежным гостям, в результате в его работе приняли участие 17 человек, симпатизировавших СССР, чьи доклады были опубликованы «Архитектурной газетой». В свою очередь, Союз получал регулярные приглашения к участию в международных мероприятиях и организациях, обсуждению вступления в Международную ассоциацию архитекторов, участия в XIII Международном архитектурном конгрессе (Рим, 1935),

III Международном совещании архитекторов (Вена, 1935),

IV Международной архитектурной конференции (Париж, 1937), Международном конгрессе по строительству жилищ и городов (Стокгольм, 1939), XV Международном конгрессе архитекторов (Вашингтон, 1939) и т.д. [17]. Однако подобные международные контакты были теперь жестко регламентированы, решения принимались на уровне Политбюро, СНК, НКИД и НКВД с обязательным согласованием персоналий.

Основным источником информации о зарубежной практике в советской профессиональной прессе с 1933 года стала рубрика «За рубежом» в «Архитектуре СССР». Здесь преимущественно давались творческие портреты и анализ отдельных сооружений. Раздел «Творческая трибуна» позволял высказываться и иностранным авангардным архитекторам - Ф.Л. Райту, Х. Майеру, А. Люрса, В. Буржуа, Х. Шмидту, П. Ауду, Р. Малле-Стевену и др., - но только относившимся к СССР с явной симпатией. Рубрика «По страницам иностранных журналов» представляла обзор разнообразных тем - жилая архитектура, общественные сооружения, планировка городов и поселков, материалы и конструкции и т.д. Однако краткие, в несколько строк, обзоры не давали никакой существенной и практически значимой информации. Редкие развернутые тексты были связаны с ситуативным интересом советской архитектуры. Так, интерес к американской архитектуре, прежде всего высотному строительству, был стимулирован результатами конкурса на проект Дворца Советов, и в первом же номере «Архитектуры СССР» за 1934 год напечатали не только большую статью Д. Аркина, но и обзор иностранных журналов, в значительной мере посвященный публикациям о небоскребах. В 1934-1935 годах активизировалась тема реконструкции исторических городов, предопределенная работой над генпланом Москвы. Краткие аннотации статей в иностранных журналах все чаще посвящались перепланировке Лондона, Кёльна, Антверпена, Марселя, Базеля и т.д. В эту же сторону смещаются и публикации в «Архитектуре СССР», «Архитектурной газете» и в разделе «Планировка городов» журнала «Архитектура за рубежом».

Кроме приоритетного интереса к Парижу, Вене и Берлину, особенно волновала практика реконструкции Рима, о чем свидетельствуют многочисленные публикации и издание в 1935 году отдельной книги - «Архитектура послевоенной Италии» Л. Ремпеля. Исключительно европейские столицы (Париж, Лондон, Берлин, Стокгольм) были предметом интереса делегации Моссовета во главе с Н. Булганиным в полуторамесячной заграничной поездке 1936 года. Представленный в итоге многотомный письменный отчет по разным градостроительным аспектам [26] получил лишь краткий отголосок в публикации журнала «Архитектура СССР» [3].

О зарубежных конгрессах, съездах и выставках на страницах «Архитектуры СССР» можно было узнать в основном только из анонсов или перепечаток из зарубежных журналов. Исключением явился лишь XIII Международный конгресс в Риме 1935 года, где с идеологически выверенными докладами выступила представительная советская делегация «мэтров» архитектуры. Редкими были и материалы по результатам заграничных командировок. Фактически отчетными стали публикации вернувшегося в 1935 году из многолетней командировки в США В. Олтаржевского [15]. На протяжении нескольких номеров «Архитектура СССР» печатала архитектурные впечатления группы советских зодчих (А. Власов, Д. Аркин, В. Симбирцев, А. Буров) о европейской поездке зимой 1935-1936 годов. Показателен подбор городов - Баальбек, Виченца, Помпеи, Венеция, Рим, Париж, - совершенно контрастный интересу к современной практике 1920-х годов [11]. Изредка появлялись статьи о современном проектировании и строительстве отдельных типов общественных сооружений - школ, мостов, больниц, аэропортов, - написанные явно на основе материалов зарубежной прессы. Характерен и изменившийся тон публикаций - при всякой возможности акцентировался кризис в сфере проектирования и строительства, классовый характер западного градостроения и архитектуры и т.д.

Попыткой утолить явственно ощущаемый информационный голод стало учреждение в 1934 году Всесоюзной академией архитектуры своеобразного «заповедника» публикаций о зарубежном опыте - журнала «Архитектура за рубежом». В редколлегию журнала входили доказавшие свою идеологическую преданность иностранцы Х. Майер,

A. Урбан, Н. Нессис, в качестве частых авторов выступали немногие остававшиеся к этому времени в СССР лояльные европейские специалисты - Х. Шмидт, М. Шютте-Лихотски,

B. Шютте, Ф. Тольцинер, Т. Вайнер, А. Люрса. В рекламной аннотации было указано, что журнал «ставит своей целью подробное ознакомление советских архитекторов и строителей с текущей архитектурной жизнью и наиболее ценными достижениями технической и архитектурно-художественной мысли заграницы». Предполагался охват максимального числа тем: планировка городов, архитектура жилых и общественных зданий, промышленные сооружения и сельскохозяйственная архитектура, озеленение,

материалы и конструкции, информация о международных выставках, конгрессах и конференциях, обзор иностранных архитектурных журналов, хроника событий. Наибольший интерес с точки зрения рассматриваемой проблемы представляют источники информации для публикаций журнала. Редакцией было заявлено, что «Архитектура за рубежом» имеет своих корреспондентов за границей, печатает переводные статьи и рефераты из иностранных журналов, дает обзоры новейшей периодической иностранной архитектурной печати, библиографию, фото и планы важнейших архитектурных сооружений, проекты, чертежи по всем вопросам иностранной архитектурной практики [2]. Однако в реальности из 170 статей, опубликованных на протяжении 1934-1936 годов, более половины были рефератами из иностранных журналов и рецензиями. Иначе говоря, «информация из первых рук» здесь была чрезвычайно скудной, и эта проблема журнала была отмечена сразу. Уже в начале 1935 года М.Я. Гинзбург, в целом поддерживая журнал, считал необходимым «максимальный переход от перепечатки материалов из других журналов к организации непосредственной взаимосвязи с зарубежными корреспондентами-архитекторами» и предполагал гораздо более эффективным не «информирование об архитектуре за рубежом», а «систематическое снабжение читателя конкретным и детальным материалом» [8]. В противовес 1920-м годам, публикации, освещающие практику городского, поселкового и жилищного строительства, занимали примерно пятую часть всех материалов, хотя

актуальность проблемы отнюдь не стала меньше. Львиная же доля была отдана информации о различных типах общественных сооружений.

Примечательной представляется также информация об опубликованных за рубежом книгах, представляемая в «Архитектуре СССР» и «Архитектуре за рубежом». Из десятков книг современной архитектуре Запада были посвящены единицы. Да и эти перечни представляли в значительной мере не руководство к прочтению, а лишь информацию, поскольку резко ужесточились правила ввоза в СССР литературы на иностранных языках (в том числе и иностранной периодики), а в 1935-1936 годах Главлитом осуществлялись чистка фондов иностранной литературы, отправка в спецхран и уничтожение части изданий [9]. Такое ужесточение стало частью активной кампании против западного влияния,

начавшейся в 1935 году и достигшей своего апогея в 19371938 годах в непосредственной взаимосвязи с массовыми репрессиями. В 1937 году закончил свое существование и главный «агент» западного влияния в советской архитектурной прессе 1930-х годов - журнал «Архитектура за рубежом».

Таким образом, в середине 1930-х годов формы массового восприятия западного опыта вернулись к практике второй половины 1920-х - дистанционному изучению через публикации, однако с принципиальной разницей. Интенсивность международного сотрудничества была резко снижена, процессы стали жестко регламентированы и централизованы. Непосредственное восприятие и аналитическая информация на основе западных источников фактически сменились перепечаткой и реферированием западных публикаций, прошедших через идеологическое сито. Расходящиеся векторы советской и западной, преимущественно функци-оналистской, архитектурно-градостроительной практики ставили жесткие рамки в отборе и трактовке информации. Сменился и содержательный вектор - основной интерес был направлен в сторону изучения градостроительной и архитектурной традиции или к практике реконструкции столиц и крупных европейских и заокеанских городов, причем с приоритетом либо прагматичного интереса к реформированию инфраструктуры, либо с точки зрения создания выразительного художественного образа города и отдельных городских ансамблей. На информационную периферию были оттеснены актуальные архитектурно-градостроительные поиски, не соответствовавшие установленным принципам советского градостроения и зодчества. Получение актуальной и практически значимой информации о западном опыте было вытеснено на уровень личных зарубежных связей и доступа к получению и чтению европейских и американских книг и журналов. Массе проектировщиков и архитекторов за пределами столиц оставалось довольствоваться дозированной и идеологически выверенной информацией в советских изданиях. Новый глоток открытой информации из-за рубежа будет получен только на волне краткой союзнической эйфории и приподнявшегося «железного занавеса» в первые послевоенные годы.

Литература

1. Аранович Д. Выставка современной германской архитектуры // Строительство Москвы. 1932. № 10. С. 30-36.

2. «Архитектура за рубежом» // Архитектура СССР. 1934. № 7. С. 72.

3. Булушев А. Строительство и планировка городов Западной Европы (из заграничных впечатлений) // Архитектура СССР. 1936. № 12. С. 61-69.

4. Вольфензон Г. Впечатления о поездке в Германию, Францию, Австрию и Швейцарию // Строительная промышленность. 1928. № 11-12. С. 838-844.

5. Вутке О. Жилищное строительство за границей. Организация строительного процесса в Германии // Строительная промышленность. 1929. № 4. С. 339-343.

6. Выгодский Л. Новости градостроительства и планировки // Коммунальное хозяйство. 1925. № 13. С. 83-97; 1927. № 13/14. С. 73-81; 1927. № 17/18. С. 98-104; 1927. № 21/22. С. 114-124; 1929. № 19/20. С. 126-130.

7. ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 10 а. Д. 5.

8. Гинзбург М.Я. «Архитектура за рубежом» // Архитектура СССР. 1935. № 1. С. 78.

9. Дэвид-Фокс М. Витрины великого эксперимента. Культурная дипломатия Советского Союза и его западные гости, 1921-1941 годы. М., 2015.

10. Заграничная строительная техника и организация // Строительная промышленность. 1926. № 11. С. 788.

11. Заграничные впечатления // Архитектура СССР. 1936. № 5. С. 60-64; № 6. С. 51-58; № 7. С. 68- 72; № 8. С. 65-69; № 9. С. 69-74.

12. Коккинаки И.В. Советско-германские архитектурные связи во второй половине 1920-х гг. // Взаимосвязи русского и советского искусства и немецкой художественной культуры. М., 1980. С. 115-132.

13. Конышева Е.В. Европейские архитекторы в советских проектных организациях в 1930-е годы: эволюция места, роли, взаимоотношений. Ч 1. Потребности и задачи // Архитектон: известия вузов. 2014. № 3; URL: http:// archvuz.ru/2014_3/14; Ч. 2. Проблемы и противоречия // Архитектон: известия вузов. 2015. № 2; URL: http://archvuz. ru/2015_2/11.

14. Мордвинов А. Баухауз. К выставке в Москве // Советская архитектура. 1931. № 1/2. С. 8-11.

15. Олтаржевский В. Архитектура США // Архитектура СССР. 1935. № 9. С. 52-57.

16. РГАЛИ. Ф. 674. Оп. 1. Д. 7.

17. РГАЛИ. Ф. 674. Оп. 2. Д. 22, 68, 69, 70. Оп. 3. Д. 2, 1279.

18. РГАЭ. Ф. 3429. Оп. 9. Дела по заграничным командировкам. 1925-1930.

19. РГАЭ. Ф.5741. Оп. 2. Д. 46.

20. Серк Л. Современное строительство Германии // Строительная промышленность. 1928. № 2. С. 106-110.

21. Сводный каталог иностранных периодических изданий в библиотеках Москвы. 1924-1928. М., 1930.

22. Сводный каталог иностранных периодических изданий за 1928-1933 гг., имеющихся в библиотеках Ленинграда. Л., 1936.

23. Современное строительство Германии. Первая заграничная экскурсия инженеров-строителей и архитекторов. М., 1929.

24. Труды Первого Всесоюзного съезда по гражданскому и инженерному строительству. М., 1928.

25. Феоктистов В.А. Выставка современной германской архитектуры // Проектирование и стандартизация в строительстве. 1932. № 1. С. 17-23.

26. ЦГАМ. Ф. П-3. Оп. 49. Д. 140-150.

27. Юнгханс К. Немецкие архитекторы и Советский Союз (1917-1933) // Взаимосвязи русского и советского искусства и немецкой художественной культуры. М., 1980. С. 96-114.

Literatura

1. Aranovitch D. Vystavka sovremennoj germanskoj arhitektury // Stroitelstvo Moskvy. 1932. № 10. S. 30-36.

2. «Arhitektura za rubezhom» // Arhitektura SSSR. 1934. № 7. S. 72.

3. Buluschev A. Stroitelstvo i planirovka gorodov Zapadnoj Evropy (iz zagranichnyh vpechatlenij) // Arhitektura SSSR. 1936. № 12. S. 61-69.

4. Wolfenzon G. Vpechatlenija o poezdke v Germaniju, Franziju, Avstriju i Shwejzariju // Stroitelnaja promyschlennost 1928. № 11-12. S. 838-844.

5. Wutke O. Zhilishchnoje stroitelstvo za granizej. Organisazija stroitelnogo processa v Germanii // Stroitelnaja promyschlennost. 1929. № 4. S. 339-343.

6. Vygodskij L. Novosti gradostroitelstva i planironki // Kommunalnoe hosyajstvo. 1925. № 13. S. 83-97; 1927. № 13/14. S. 73-81; 1927. № 17/18. S. 98-104; 1927. № 21/22. S. 114-124; 1929. № 19/20. S. 126-130.

7. GARF. F. 5446. Op. 10a. D. 5.

8. Ginsburg M. «Arhitektura sa rubezhom» // Arhitektura SSSR. 1935. № 1. С. 78.

9. Devid-Fox M. Vitriny velikogo experimenta. Kulturnaja diplomatija Sovetskogo Sojusa i ego zapadnye gosti, 19211941 gody. М., 2015.

10. Zagranichnaja stroitelnaja tehnika i organisacija // Stroitelnaja promyschlennost. 1926. № 11. S. 788.

11. Zagranichnye vpechatlenija // Architektura SSSR. 1936. № 5. S. 60-64; № 6. S. 51-58; № 7. S 68-72; № 8. S. 65-69; № 9. S. 69-74.

12. KokkinakiI. Sovetsko-germanskie architekturnye svjazi vo vtoroj polovine 1920-h godov // Vzaimosvjazi russkogo i sovetskogo iskusstva i nemetskoj hudozhestvennoj kultury. M., 1980. S. 115-132.

13. Konysheva E.V. Evropejskie arhitektory v sovetskih proektnyh organisacijah v 1930-e gody: evoljucija mesta, roli, vzaimootnoshenij. Ch. 1. Potrebnosti i zadachi // Arhitekton: izvestija vusov. 2014. № 3; URL: http://archvuz.ru/2014_3/14; Ch. 2. Problemy i protivorechija // Arhitekton: izvestija vusov. 2015. № 2; URL: http://archvuz.ru/2015_2/11.

14. Mordvinov A. Bauhaus. K vystavke v Moskve // Sovetskaja arhitektura. 1931. № 1/2. S. 8-11.

15. Oltarzhevskij V. Arhitektura SShA // Arhitektura SSSR. 1935. № 9. S. 52-57.

16. RGALI. F. 674. Op. 1. D. 7.

17. RGALI. F. 674. Op. 2. D. 22, 68, 69, 70; Op. 3. D. 2, 1279.

18. RGAE. F. 3429. Op. 9. Dela po zagranichnym komandi-rovkam. 1925-1930.

19. RGAE. F. 5741. Op. 2. D. 46.

20. Serk L. Sovremennoe stroitelstvo v Germanii // Stroitelnaja promyshlennost 1928. № 2. S. 106-110.

21. Svodnyj katalog inostrannyh periodicheskih izdanij v bibliotekah Moskvy. 1924-1928. М., 1930.

22. Svodnyj katalog inostrannyh periodicheskih izdanij sa 1928-1933 gg., imeyushchihsya v bibliotekah Leningrada. L., 1936.

23. Sovremennoe stroitelstvo Germanii. Pervaja zagranichnaja exkursija inzhenerov-stroitelej i arhitektorov. М., 1929.

24. Trudy Pervogo Vsesojuznogo sjezda po grazhdanskomu i inzhenernomu stroitelstvu. M., 1928.

25. Feoktistov V.A. Vystavka sovremennoj germanskoj arhitektury // Projektirovanie i standartizacija v stroitelstve. 1932. № 1. S. 17-23.

26. TsGAM. F. P-3. Op. 49. D. 140 - 150.

27. Junghans K. Nemetskie arhitektory i Sovetskij Sojuz (1917-1933) // Vzaimosvjazi russkogo i sovetskogo iskusstva i nemetskoj hudozhestvennoj kultury. M., 1980. S. 96-114.

«Abroad»: Coverage of Western Experience in Soviet

Professional Periodicals during the 1920s-1930s.

By E.V.Konysheva

The article deals with evolution of perception and appraisal of western urban planning experience in soviet professional periodicals during the 1920s and 1930s. The author considers two stages of such evolution: (i) mid-1920s - early 1930s and (ii) mid-1930s and the second half of the 1930s. For both stages there is analysis of sources of information and priority topics. The author shows replacement of informative vectors: from architectural and urban planning innovations to study of urban planning traditions or practice of urban reconstruction in a context of creation of expressive artistic image. Besides, the process of study of western experience was accompanied by transfer from self-dependent and detailed analysis of relevant and applied information to simple reviews and brief abstracting of western publications. Evolution of publications was considered in a wider context of changes in perception of western experience.

Ключевые слова: зарубежный архитектурный и градостроительный опыт, пресса, эволюция восприятия.

Key words: foreign architectural and city planning experience, periodicals, evolution of perception.