Классификация перцептивных типов русского слова

УДК 81'23, 81'342.3

А. А. Вахотин

Классификация перцептивных типов русского слова

В данной работе автор раскрывает понятие системной частотности как частотности типа. Приводится классификация словоформ частотного словаря Национального корпуса русского языка. Критериями для классификации служат основные существенные лингвистические признаки, разработанные на основании концепции восприятия речи по существенным лингвистическим признакам А. С. Штерн и Л. Р. Зиндера и уточненные Т. Н. Чугаевой. На основании классификации определяются наиболее частотные перцептивные типы, обладающие наибольшей системной частотностью. В статье утверждается, что слова, относящиеся к данным типам, будут обладать когнитивными преимуществами, свойственными прототипам. Полученные данные могут быть использованы как лингвистами при исследовании процессов восприятия речи, так и преподавателями для составления комплексов упражнений при обучении русскому языку как иностранному.

In the present article the notion of systematic frequency is defined as type frequency. It gives classification of word forms from the frequency list based on National Russian Corpus. The criteria for the classification are significant linguistic features developed in the framework of significant linguistic features speech perception model by A.S. Shtern and L.R. Zinder and specified by T.N. Chugayeva. Classification yields the most frequent perceptive types which have the highest systematic frequency. The article claims that the words referring to these types are characterized by certain cognitive priority which is natural for prototypes.The acquired data can be used by linguists investigating the mechanisms of speech perception and by teachers for making exercises units while teaching Russian as a foreign language.

Ключевые слова: частотность, типичность, прототип, восприятие речи.

Keywords: frequency, typicalness, prototype, speech perception,

В настоящее время в исследованиях речевой деятельности категория частотности рассматривается как один из наиболее важных и влиятельных факторов [1]. С этой точки зрения речь представляется как вероятностный процесс, «т. е. процесс, основные закономерности которого описываются его статистическими характеристиками - распределением вероятностей элементов сообщения (фонем, слогов, слов, и т. д.) и их комбинаций» [2].

Частотность не просто находит отражение в структуре ментального лексикона, но является одним из основных параметров, определяющих его организацию [3]. Именно поэтому в подавляющем большинстве современных работ, посвященных восприятию речи, частотность рассматривается как фактор, оказывающий наибольшее влияние на идентификацию единиц [4].

В традиционном понимании частотностью называется «употребительность, распространенность в речи» [5], приписываемая отдельной языковой единице (фонеме, морфеме, слову и т. д.). Такая трактовка принимается большинством ученых и именно в таком понимании частотность фигурирует в большинстве работ. Есть, однако, альтернативные точки зрения на данную категорию.

Например, Дж. Байби предложил термин «typefrequency» [6]. В своих работах он утверждает, что для низкочастотных словоформ существенной будет являться не их собственная частотность, а частотность грамматического класса, в который она [словоформа] входит.

П. Менцерат в своей работе «Architectonik des deutschen Wortschatzes» [7] вводит понятие «системной» частотности. В своей работе он ставил задачу статистического описания фонетических типов немецкого слова [8]. Упорядочивание «словарной массы» он осуществляет по трем критериям - количеству слогов, количеству звуков и их последовательности [9]. Частотность конкретного слова, таким образом, определяется частотностью типа, к которому оно относится. Можно сказать, что под частотностью здесь понимается регулярность, повторяемость, каноничность формы, или ее типичность.

© Вахотин А. А., 2014

В качестве иллюстрации системной частотности, как ее понимает П. Менцерат, можем привести следующий пример. Известно, что в английском языке односложные слова структуры CVC (Пр.: big) являются более распространенными, чем двусложные слова структуры CVCV (Пр.: lovely) [10]. Из этого следует, что любое слово, относящееся к данному типу, обладает большей системной частотностью, чем любое двусложное слово вне зависимости от их «собственной» частотности.

О важности фактора типичности в организации ментального лексикона говорит А. А. Залевская: «...некоторые узлы более доступны, чем другие, и степень доступности узлов в сети определяются такими факторами, как частотность использования и типичность» [11].

Слово, относящееся к наиболее частотному, каноническому типу, приобретает статус прототипа, который по одной из моделей определяется как «лучший представитель («лучший пример») когнитивной или языковой категории» [12]. Ключевая особенность прототипа заключается в наличии определенных когнитивных преимуществ [13], поскольку, по словам О. В. Вышегородцевой, «прототипы быстрее распознаются, лучше усваиваются и запоминаются, чаще употребляются» [14].

Вышеприведенные цитаты подтверждаются результатами экспериментальных исследований С. Палмера и его коллег [15], в которых предъявляемые канонические виды были идентифицированы быстрее, чем неканонические, при этом скорость реакции увеличивалась по мере увеличения степени сходства предъявляемого образца с прототипом, т. е. чем ближе был предъявляемый образец к прототипу, тем быстрее он распознавался.

Первоначально термин «прототип» фигурировал исключительно в области семантики, однако нет никаких оснований полагать, что данное понятие не может быть использовано и в отношении формы слова.

Таким образом, можно предположить, что в словарном составе языка присутствуют лексические единицы, обладающие наибольшей системной частотностью (по П. Менцерату), т. е. по своим лингвистическим признакам являющиеся более типичными для данного языка. Такие слова приобретают статус прототипа и обладают когнитивными преимуществами.

В данной статье мы ставим задачу описать и сравнить наиболее частотные канонические перцептивные типы слова русского языка на основании статистической обработки данных частотных словарей. В качестве материала для исследования русского слова мы использовали частотный словарь словоформ на основе Национального корпуса русского языка (НКРЯ), созданный для нашего исследования С. Шаровым [16].

«Корпус - это информационно-справочная система, основанная на собрании текстов на некотором языке в электронной форме. Национальный корпус представляет данный язык на определенном этапе (или этапах) его существования и во всём многообразии жанров, стилей, территориальных и социальных вариантов и т. п.» [17]. Национальный корпус русского языка характеризуется представительностью, или сбалансированным составом текстов: корпус содержит по возможности все типы письменных и устных текстов, представленные в данном языке (художественные разных жанров, публицистические, учебные, научные, деловые, разговорные, диалектные и т. п.). Все эти тексты входят в корпус по возможности пропорционально их доле в языке соответствующего периода. На сегодняшний день Национальный корпус русского языка содержит 76 882 текстов и 209 198 275 словоупотреблений.

Корпусы различных языков являются объектом изучения множества лингвистических дисциплин и, благодаря значительной выборке, являются достоверным источником сведений о языке. Именно верхние страты частотных словарей, созданных на основе корпусов, можно считать отражением того «инварианта», которым владеют все носители, которым следует руководствоваться при изучении словарного состава носителей языка при определении ключевых для данного языка характеристик.

В психолингвистической литературе принято различать словарь говорящего и словарь слушающего. Основная особенность словаря слушающего заключается в том, что его единицами являются не лексемы, а словоформы [18]. Во многих языках словоформы одной и той же лексемы могут значительно отличаться по форме благодаря изменению количества слогов и места ударения, что в свою очередь влечет за собой изменение качества гласных. Поэтому данные признаки в некоторых языках принято считать характеристиками не лексемы, а словоформы. Данные особенности потребовали бы включения в механизм распознавания специальных процедур перехода от словоформы к лексеме, что привело бы к снижению ско-

рости восприятия. Гораздо более экономичным способом является доступ к словоформе, хранящейся в перцептивной базе языка. Экспериментальные исследования доказывают реалистичность данного положения [19]. Учитывая данный факт, при анализе были использован нелемматизированный частотный список.

Рис. 1

Для исследования принципиально было определить тот объем слов, который будет считаться минимальным и основным набором. Установление границ частотных страт осуществлялось с учетом принципов частотной стратификации словаря, определенных Л. В. Малаховским [20]. Частотные зоны разграничивались на основе логарифмического масштаба: каждая зона охватывала диапазон, равный одному порядку, т. е. верхняя граница зоны характеризовалась частотой в 10 раз большей, чем нижняя. Таким образом, в список вошли слова с шести-, пяти- и четырехзначным индексом частотности.

Из словников были отфильтрованы все имена собственные, аббревиатуры и буквы, но были оставлены географические названия. Далее из обоих списков были выбраны слова, представляющие значимые части речи, что и явилось объектом статистического анализа. В итоге в материал исследования вошло 7659 словоформ.

В качестве основания для классификации нами были выбраны существенные для восприятия лингвистические признаки слова как целостной единицы, выделенные в рамках исследований восприятия речи А. С. Штерн и Л. Р. Зиндера [21]. Такими признаками являются длина в слогах, ритмическая структура, ударная гласная и некоторые другие.

Схема классификации, таким образом, имеет следующий вид: сначала весь словарный состав делится по признаку «длина в слогах», затем каждый тип длины (за исключением односложных слов) делится по признаку «ритмическая структура», и последним критерием классификации служит ударная гласная. Схематически классификация представлена на рис. 1.

Первым этапом классификации было разделение по признаку «длина в слогах». Статистический подсчет показал преобладание трехсложных (34,7%) и двусложных (31,6%) слов. Далее следуют четырехсложные (18,6%), пятисложные (7,9%) и односложные слова (4,5%) (рис. 2).

Длина в слогах

18,6%

4.5° о 7,9° о

1 -с ложи. 2-с ложи л-с ложи 4-с ложи 5-с ложи

Рис. 2

При анализе двусложных слов словаря по признаку ритмическая структура было отмечено незначительное преобладание хореического типа (58,6%) над ямбическим (41,4%) (рис. 3).

Ритмическая структу] Двусложные слова

58.6° о

41.4%

репческне

Яыопческпе

Рис. 3

Среди трехсложных слов большинство оказалось серединноударными (52,9%). Процентное соотношение начальноударных составило 28,5%, а конечноударных - 18,6% (рис. 4).

Ритмическая структур Трехе ложны е с л о ва

52.9° о

Начальноудар ные Сер ед I шноуд а р ны е Конечноударные

Рис. 4

Четырехсложные слова списка также оказались преимущественно серединноударны-ми: процентное соотношение слов с ударением на второй слог составило 45,6%, на третий -44,8%, на первый - 5,2%, на четвертый - 4,4% (рис. 5).

Ритмическая структура Четырехсложные слова

н слог

1-II слог

л-п слог

4-й слог

Рис. 5

Анализ пятисложных слов снова показал преобладание слов с ударением на середину слова, в данном случае на третий слог (69,3%). Слова с ударением на первый слог составили 2,3%, на второй - 11,1%, на четвертый - 16,5%, на пятый - 0,8% (см. рис. 6).

Ритмическая структура Пятисложные слова

69,3° о

11,1% 16,5%

2,?% 0,8%

1-й слог 2-й слог 3-й слог 4-й слог 5-й слог

Рис. 6

Среди шестисложных слов в подавляющем большинстве слов (71,9%) ударение падает на четвертый слог. Доля слов с ударением на третий слог составляет 16,2%, на второй -8,38%, на пятый - 5,73% (рис. 7).

Ритмическая структура Шестисложные слова

1-й слог 2-й слог 3-й слог 4-й слог 5-й слог 6-й слог

Рис. 7

Количество семи- и восьмисложных слов оказалось незначительным - 17 и 2 соответственно, и по этой причине мы не приводим статистические данные по этим типам.

Статистический анализ частотного списка словоформ по фактору ритмическая структура позволяет сделать следующие комплексные выводы.

Среди двусложных слов в русском языке выявить какую-либо тенденцию не представляется возможным, так как преобладание хореического типа над ямбическим не оказалось существенным. Что же касается слов большей длины, то здесь отмечается явное стремление ударения к середине слова.

Последним пунктом классификации служил признак ударная гласная, которых с точки зрения петербургской фонологической школы в русском языке насчитывается 6.

Ввиду ограничения по объему мы не можем в пределах данной статьи представить полный анализ соотношения ударных гласных фонем во всех типах ритмической структуры. Поэтому обратимся сразу к итогам нашей классификации перцептивных типов.

В результате данной классификации мы получили некоторые формальные схемы слов русского языка, являющиеся для него в большей или меньшей степени типичными. Такие схемы, вслед за Т. Н. Чугаевой [22], мы будем именовать «перцептивными типами». Словам, относящимся к тому или иному перцептивному типу, будет приписываться показатель системной частотности (по П. Менцерату), или типичности, в зависимости от места данного типа в иерархии.

В таблице представлены лишь наиболее распространенные перцептивные типы с процентной долей более 1%. Название типа кодируется следующим образом: длина в слогах -ритмическая структура (место ударения) - ударная гласная. Третий столбик таблицы демонстрирует количество слов данного типа в исследуемом материале. В четвертом столбике указывается процентное соотношение слов данного типа по отношению к общему числу слов в исследуемом материале. В пятом столбике указаны примеры слов, относящихся к данному перцептивному типу.

№ Тип Количество % Примеры

1 2-сложн-1-О 378 4,94 только, может, очень, слово

2 3-сложн-2-А 375 4,9 сказала, руками, сначала

3 2-сложн-1-А 370 4,83 надо, каждый, значит, часто

4 3-сложн-2-О 362 4,73 сегодня, работа, ребенок

5 3-сложн-2-Е 318 4,15 конечно, имеет, процентов

6 2-сложн-1-Е 293 3,83 время, дело, вместе, цели

7 2-сложн-2-А 288 3,76 была, сказал, тогда, нельзя

8 4-сложн-3-А 268 3,5 оказалось, непонятно

9 2-сложн-2-О 237 3,09 потом, другой, еще, идет

10 3-сложн-1-О 198 2,585 более, голову, хочется

11 3-сложн-3-А 186 2,429 никогда, говорят, голова

12 3-сложн-1-А 178 2,324 главное, правило, всякие

13 4-сложн-2-А 178 2,324 является, достаточно

14 5-сложн-3-Е 176 2,298 население, отношение

15 3-сложн-2-И 174 2,272 другие, увидел, период

16 5-сложн-3-А 161 2,102 ситуация, информация

17 4-сложн-2-Е 159 2,076 поэтому, решение, наверное

18 3-сложн-1-Е 158 2,063 женщина, несколько

19 2-сложн-1-У 156 2,037 нужно, думал, люди

20 2-сложн-2-Е 154 2,011 уже, конце, теперь

21 2-сложн-2-И 145 1,893 один, почти, спросил

22 4-сложн-2-О 143 1,867 особенно, возможности

23 2-сложн-1-И 135 1,763 жизни, мира, видел

24 4-сложн-3-И 127 1,658 говорили,очевидно

25 3-сложн-3-И 112 1,462 говорит, получил, впереди

26 4-сложн-2-И 111 1,449 действительно, практически

27 4-сложн-3-О 108 1,410 происходит, осторожно

28 3-сложн-2-У 101 1,319 подумал, культуры

29 1-сложн-1-О 98 1,280 стол, мог, счет, вновь

30 1-сложн-1-А 90 1,175 раз, знал, мать, час, дня

31 2-сложн-2-У 88 1,149 году, могу, минут, хочу

32 4-сложн-3-Е 88 1,149 совершенно, человека

33 3-сложн-3-О 87 1,136 хорошо, головой, удалось

34 3-сложн-1-У 86 1,123 случае, думаю, улице

Исходя из принципов классификации, число возможных перцептивных типов в исследуемом материале составляет 216. Из них фактически было представлено 117. Типы в таблице располагаются достаточно плотно. Четыре наиболее распространенных типа обладают процентными показателями от 4,7 до 4,9%. К ним относятся двух- и трехсложные типы с ударной гласной [а] или [о]. Двусложные типы являются начальноударными, трехсложные типы - серединноударными. К данным типам относятся около 20% всех слов исследуемого материала, что увеличивает их системную значимость.

Первые односложные перцептивные типы оказались лишь на 29-м и 30-м местах иерархии. Это односложные типы с ударными гласными [о] и [а], имеющие процентные показатели 1,28% и 1,175% соответственно. Это свидетельствует об их невысокой системной значимости для перцептивного строя русского языка. Даже четырех- и пятисложные типы характеризуются большей системной частотностью и представленностью в верхней части таблицы.

Среди ударных гласных наибольшей распространенностью характеризуются фонемы [о] и [а], при несколько меньшей роли гласной [э]. Перцептивные типы, характеризующиеся ударной гласной [ы] в верхней части, совершенно отсутствуют. Наиболее распространенными перцептивными типами с ударной гласной [ы] являются двусложные хореического и ямбического типа ритмической структуры, занимающие в иерархии 36-е и 37-е места и имеющие процентные показатели 0,979% и 0,953% соответственно.

Таким образом, результатом нашего исследования явилась полная классификация перцептивных типов слов русского языка, при помощи которой любому слову может быть приписан соответствующий его типу показатель системной частотности (по П. Менцерату), или типичности. Полученные данные помогают выявить наиболее представленные перцептивные типы русского слова, являющиеся прототипами словарного состава языка в перцептивном аспекте и обладающие когнитивными преимуществами при восприятии.

Полученные данные могут быть использованы лингвистами при исследовании процессов восприятия речи, а также учителями и методистами для составления комплексов упражнений по развитию аудитивных умений при обучении русскому языку как иностранному.

Примечания

1. Агибалов А. К. Вероятностная организация внутреннего лексикона человека: автореф. дис. ... канд. филол. наук. СПб., 1995. 19 с.; Андреев Н. Д., Зиндер Л. Р. О понятиях речевого акта, речи, речевой деятельности и языка // Вопросы языкознания. 1963. № 3. С. 15-21; Ерофеева Е. В. Вероятностные структуры идиомов: Социолингвистический аспект. Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 2005. 320 с.; Кра-вец А. С. Природа вероятности. М., 1976; Угланова И. А. Субъективная оценка частоты слова и ее категоризация: онтолингвистический аспект: дис. ... канд. филол. наук. Пермь, 2004. 194 с.; Фрумкина Р. М. Вероятность элементов текста и речевое поведение. М.: Наука, 1971. 168 с.; Чугаева Т. Н. Перцептивный аспект звукового строя английского языка: монография. Екатеринбург; Пермь: ПНЦ УрО РАН Пермь, 2007. 246 с.; Штерн А. С. Перцептивный аспект речевой деятельности: (экспериментальное исследование). СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1992. 236 с.

2. Фрумкина Р. М. Указ. соч. С. 4.

3. Агибалов А. К. Указ. соч.; Залевская А. А. Введение в психолингвистику: учебник. 2-е изд. испр. и доп. М.: Рос. гос. гуманит. ун-т., 2007. 560 с.; Риехакайнен Е. И. Взаимодействие контекстной предсказуемости и частотности в процессе восприятия спонтанной речи (на материале русского языка): авто-реф. дис. ... канд. филол. наук. СПб., 2010. 26 с.

4. Риехакайнен Е. И. Указ. соч.; Чугаева Т. Н. Указ. соч.; Штерн А. С. Указ. соч.

5. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: Сов. энцикл., 1969. C. 513.

6. Bybee J. Regular Morphology and the Lexicon // Morphology. Critical Concepts, in Linguistics / ed.: F. Katamba. USA, Canada: Routledge, 2004 (1995). P. 41-70.

7. Menzerath P. Architektonik des deutschen Wortschatzes. Bonn, 1954. 131 S.

8. Ibid. С. 1.

9. Ibid. С. 7.

10. Чугаева Т. Н. Указ. соч.

11. Залевская А. А. Указ. соч. С. 246.

12. Вышегородцева О. В. Прототип // Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: «Ка-нон"1"» РООИ «Реабилитация», 2009. С. 767.

13. Lakoff G. Classifiers as a reflection of mind // Noun classes and categorization: Proceedings of a Symposium on categorization and noun classification, Eugene, Oregon, October 1983 / ed. by Craig C. Amsterdam; Philadelphia, 1986. P. 32; Демьянков В. З. Теория прототипов в семантике и прагматике 140

языка // Структуры представления знаний в языке / отв. ред. Е. С. Кубрякова. М.: ИНИОН РАН, 1994. C. 41.

14. Вышегородцева О. В. Указ. соч. С. 768.

15. Palmer S. E., Rosch E., Chase P. Canonical perspective and the perception of objects // Attention and performance IX. N. J.: Hillsdale, 1981. P. 135-151.

16. Шаров С. Частотный список. URL: http://smlc09.leeds.ac.uk/frqc/rnc2010-full-forms.num, свободный.

17. British National Corpus. URL: natcorp@oucs.ox.ac.uk, свободный.

18. Венцов А. В., Касевич В. Б., Ягунова Е. В. Корпус русского языка и восприятие речи // Научно-техническая информация. Сер. 2: Информационные процессы и системы. 2003. № 6. С. 26.

19. Венцов А. В., Касевич В. Б., Ягунова Е. В. Указ. соч. С. 26; Kassevich V. B., Ventsov A. V., Yaunova E. V. The Simulatio of Continuous Text Percepual Segmentation: A Model for Automatic Segmentation of Written Text // Language and Language Behavior. 2000. Vol. 3(II). P. 48-59.

20. Малаховский Л. В. Принципы частотной стратификации словарного состава языка // Статистика речи и автоматический анализ текста. Л., 1980. С. 99-105.

21. Штерн А. С. Указ. соч. 1992. 236 с.

22. Чугаева Т. Н. Указ. соч.

Notes

1. Agibalov A. K. Veroyatnostnaya organizaciya vnutrennego leksikona cheloveka: avtoref. dis. ... kand. filol. nauk [Probabilistic internal human vocabulary: autoref. dis. ... cand. PhD.] SPb. 1995. 19 p.; Andreev N. D., Zinder L. R. O ponyatiyah rechevogo akta, rechi, rechevoj deyatel'nosti iyazyka [On the concepts of the speech act, speech, normal speech and language] / Voprosyyazykoznaniya - Linguistic Questions. 1963, No. 3, pp. 1521; Erofeeva E. V. Veroyatnostnye struktury idiomov: Sociolingvisticheskij aspekt [Probabilistic structure of idioms: Sociolinguistic aspect]. Perm. Publishing house of Perm University. 2005. 320 p.; Kravets A. S. Priroda veroyatnosti [Nature of probability]. Moscow. 1976; Uglanova I. A. . Sub"ektivnaya ocenka chastoty slova i ee kategorizaciya: ontolingvisticheskij aspekt: dis. ... kand. filol. nauk [Subjective assessment of the frequency of the word and its categorization: ecolinguistics aspect: dis. ... cand. PhD.] Perm. 2004. 194 p.; Frumkina R. M. Veroyatnost' ehlementov teksta i rechevoe povedenie [Probability of the elements of the text and speech behavior]. Moscow. Nauka. 1971. 168 p.; Chugaeva T.N. Perceptivnyj aspekt zvukovogo stroya anglijskogo yazyka: monografiya [Perceptual aspect of the sound system of English: monograph]. Ekaterinburg; Perm. Perm scientific center, Ural branch of RAS. Perm, 2007. 246 p.; Shtern A. S. Perceptivnyj aspekt rechevoj deyatel'nosti: (ehksperimental'noe issledovanie) [Perceptual aspects of speech activity: (experimental study)]. SPb. St. Petersburg University Publ. 1992. 236 p.

2. Frumkin R. M. Op. cit. P. 4.

3. Agibalov A. K. Op. cit.; Zalewskaya A. A. Vvedenie v psiholingvistiku: uchebnik [Introduction to psycholinguistics: a textbook]. 2nd ed. Corr. and amend. Moscow. Russian State University of Humanities. 2007. 560 p.; Riehakainen I. E. Vzaimodejstvie kontekstnoj predskazuemosti i chastotnosti v processe vospriyatiya spontannoj rechi (na materiale russkogo yazyka): avtoref. dis. ... kand. filol. nauk [Interaction of contextual predictability and frequency of the recognition of spontaneous speech (in Russian language): author. dis. ... cand. PhD.] SPb. 2010. 26 p.

4. Riehakainen E. I. Op. cit.; Chugaeva T.N. Op. cit.; Shtern A.S. Op. cit.

5. Akhmanova O. S. Slovar' lingvisticheskih terminov [Dictionary of linguistic terms]. Moscow. Sov. encycl. 1969. P. 513.

6. Bybee J. Regular Morphology and the Lexicon // Morphology. Critical Concepts in Linguistics / ed.: F. Katamba. USA, Canada: Routledge, 2004 (1995). Pp. 41-70.

7. Menzerath P. Architektonik des deutschen Wortschatzes. Bonn. 1954. 131 p.

8. Ibid. P. 1.

9. Ibid. P. 7.

10. Chugaeva T.N. Op. cit.

11. Zalewskaya A. A. Op. cit. P. 246.

12. Vyshegorodtseva O. V. Prototip [Prototype] // Encyclopedia of epistemology and philosophy of science. Moscow. "Canon"1"" ROOI "Rehabilitation". 2009. P. 767.

13. Lakoff G. Classifiers as a reflection of mind // Noun classes and categorization: Proceedings of a Symposium on categorization and noun classification, Eugene, Oregon, October 1983 / ed. by Craig C. Amsterdam; Philadelphia, 1986. P. 32; Demyankov V.Z. Teoriya prototipov v semantike i pragmatike yazyka [Theory of prototypes in the semantics and pragmatics of language] // Struktury predstavleniya znanij v yazyke - Structures of the knowledge representation in language / resp. editor E. C. Kubrakova. Moscow. INION of RAS. 1994. P. 41.

14. Vyshegorodtseva O. V. Op. cit. P. 768.

15. Palmer, S. E., Rosch, E., Chase P. Canonical perspective and the perception of objects // Attention and performance IX. N. J.: Hillsdale. 1981. Pp. 135-151.

16. Sharov S. CHastotnyj spisok [Frequency list]. Available at: http://smlc09.leeds.ac.uk/frqc/rnc2010 full forms.num free.

17. British National Corpus. Available at: natcorp@oucs.ox.ac.uk free.

18. Ventsov A. V., Kasevich V. B., Yagunova E. B. Korpus russkogo yazyka i vospriyatie rechi [Case of the Russian language and speech perception] // Nauchno tekhnicheskaya informaciya - Scientific and technical information. Ser. 2: Information processes and systems. 2003, No. 6, p. 26.

19. Ventsov A. V., Kasevich V. B., Yagunova E. B. Op. cit. P. 26; Kassevich V. B., Ventsov A. V., E. V. Yagunova The Simulatio of Continuous Text Percepual Segmentation: A Model for Automatic Segmentation of Written Text // Language and Language Behavior. 2000, Vol. 3(II), pp. 48-59.

20. Malakhovsky L. V. Principy chastotnoj stratifikacii slovarnogo sostava yazyka [Principles of frequency stratification of vocabulary] // Statistika rechi i avtomaticheskij analiz teksta - Statistics of speech and automatic text analysis. Leningrad. 1980. Pp. 99-105.

21. Shtern A. S. Op. cit. 1992. 236 p.

22. Chugaeva T.N. Op. cit.

УДК 821.161.1-312.2

В. В. Двоеглазов

Идея «праведничества» в творческом сознании Н. М. Карамзина

В статье обсуждаются вопросы, связанные с определением и способами эстетического выражения этико-философской позиции писателя, который признается первым классиком XIX в. Центральной проблемой жизни и творчества Н. М. Карамзина является осознанный поиск универсального закона бытия, жизненной правды, реального воплощения идеала. Правда понимается художником как деятельное добро, подкрепляемое искренней любовью, верой в Бога и силой практического разума. Художник идейно создает тип героя-«праведника», который образно реализует авторский взгляд на содержание идеала. В творчестве Н. М. Карамзина обнаруживаются две основные формы «праведничества»: практическая реализация заповеди высшей любви и нравственное прозрение, «обращение» к правде.

The questions connected to definition and ways of aesthetic expression of an ethical and philosophical position of the writer which admits as the first classic of XIX century are discussed in this article. The realized search of the universal law of life, the pravda of life, a real embodiment of an ideal is the central problem of N.M.Karamzin's life and works. The pravda is understood by the writer as the active kindness supported with sincere love, belief in the God and force of practical reason. The author creates type of the hero of "righteous person" which figuratively realizes an author's view on the contents of an ideal. In N.M.Karamzin's works two basic forms of "righteousness" are found out: practical realization of a precept of the supreme love and a moral enlightenment, «reference» to the pravda.

Ключевые слова: правда бытия, тип героя-«праведника», формы «праведничества», идеал автора.

Keywords: the pravda of life, type of "righteous person", forms of "righteousness", the author's ideal.

Н. М. Карамзин признается одним из основателей русской классической литературы. Специалисты уверены, что «с именем и творчеством Карамзина связана окончательная переориентация русского эстетического сознания на новые принципы литературного творчества. <...> Именно Карамзин заложил основы русской литературы нового времени как искусства художественного слова» [1]. Литературное наследие художника-сентименталиста совместно с творческим гением А. С. Пушкина «стоит у истоков "новой" литературы» [2]. В рамках нашей темы имя Карамзина имеет особое значение: интересны художественно-философские взгляды автора, который, по словам Ю. М. Лотмана, «создавал русской культуре образцы Писателя и Человека, которые входили в сознание поколения, формируя личности и биографии других писателей» [3].

Характеристика мировоззренческой позиции Карамзина, его антропологических представлений вырастает на почве исследования общей эволюции этико-философских идей пи-

© Двоеглазов В. В., 2014 142