Литературный гурман

Журнал «Огонек» и телеканал «Домашний» представляют неизвестные библиотеки известных людей

Актера Игоря Яцко театральная публика знает как одного из учеников режиссера Анатолия Васильева. После того как мастер уехал во Францию, Яцко стал главным режиссером театра «Школа драматического искусства». Знаком Игорь Яцко зрителям и по своим ролям в кино. Сейчас он снялся в новом фильме из эпохи Пушкина — картине про лицеистов «1814».

Мне кажется, Пушкин все время вас преследует…

В 1987 году я стал лауреатом Пушкинского конкурса чтецов. Я читал «Метель». Конкурс проходил в старом здании ВТО, которое потом сгорело, рядом с памятником Пушкину. Я познакомился тогда с Юрским, с Рецептером. Они говорили: «Хорошо… Пушкинский год… Сейчас мы все будем вместе…» И я мечтал из своего любимого Саратова поехать дальше развиваться в Москву, которую тоже очень любил.

Для меня жизнь Пушкина представляет произведение, которое я знаю благодаря стихам. Отдельно существует 1825 год, 30-й, 37-й. Я кожей и сердцем воспринимаю эти события. Есть, например, у него стихотворение «Демон» 23-го года. Невероятное стихотворение, которое рассекает его жизнь на до 23-го года и после. Это начало «Онегина». И вот этот демон, который к нему явился, смутил его. И он преодолевает этого демона, наверное, только с окончанием «Онегина», а это 30-й год. Но 30-й — год Болдинской осени, свадьба — и это уже прямая дорога на Черную речку. Таким образом, все эти отношения складываются через произведения Пушкина.

Кого вы сыграли в кинофильме «1814»?

Доктора Пешеля. Это реальный человек, который был лицейским доктором. Он говорит в фильме: «Я моравский словак». Я узнал, кто такой моравский словак, откуда мой герой, узнал, что он участвовал в военных действиях с Турцией. Мне кажется, достоинство этого сценария в том, что он сделан на основе реальных событий, реальных происшествий, которые случались в лицее, когда там учился Пушкин.

Ваша последняя режиссерская работа — «Кориолан» Шекспира. Чем привлекла вас эта пьеса?

Есть книжка «Уильям Шекспир» в переводах Осии Сороки. Ее порекомендовал нам Анатолий Васильев. Я стал читать пьесы, которые я до этого не читал. И начал с «Кориолана». Прочитал и думаю: о, какая это большая пьеса — самая большая пьеса у Шекспира. И я понимаю, как ее поставить, я конфликт понимаю, он мне знаком — поэт и толпа, личность и чернь. Я через Пушкина это знаю, к поэту обращение: ты — царь, живи один… Вот позиция Кориолана, он не поэт, но у него позиция та же самая. Чернь, толпа и личность…

Почему именно в этом переводе?

В литературе и в поиске театральных проектов внутренне я гурман. Я ищу какую-то оригинальность. Оригинальность я не ищу среди современных текстов, я ищу ее в отношении к текстам классическим. Поэтому взять Шекспира в переводе Осии Сороки — это небанально для меня, это даже модно и оригинально.

Вы предпочитаете сложные постановки, например «Улисса»?

«Улисс» посвящен одному дню — 16 июня 1904 года. И я подумал: а возможно ли эту книгу — она же вся расписана по часам — за сутки прочитать? Я от отца, физика и математика, испытываю любовь к цифрам и анализу. И понял, что совершенно невозможно прочитать книгу за одни сутки, которые указаны автором. За 90 часов можно. И я решил за 24 часа прочитать в театре полностью эту книгу. Разработал целую систему чтецов, получилась большая театральная акция. Она проходила в нашем театре, который являет собой театральный город, на 13 площадках, при единовременном действии.

Что дает школа Анатолия Васильева?

Это прежде всего особое отношение к театру: театр — как познание, театр — как путь. Я сам долго искал эту дорогу, еще в юности своей, когда приехал специально к режиссеру Анатолию Васильеву, чтобы поступить на курс в ГИТИС. А до того был в кризисе и хотел уйти из театра вообще — преподавать литературу.

Почему литературу?

Моя мама, Зинаида Михайловна, работала библиотекарем. Книги в моем детстве были большим дефицитом, даже в библиотеке надо было стоять в очереди, чтобы получить какую-то хорошую книгу. Нам удавалось подписываться на приложение к журналу «Огонек», и мы в год получали 24 великолепные книги из собрания сочинений. И когда я чуть-чуть подрос и ощутил себя таким читателем-библиофилом, я испытывал жуткую страсть к этим книгам, к этим спискам, к этим именам. Это был очень важный для меня момент.

Следующий выпуск передачи «Библиотека «Огонька» — в субботу, 29 декабря, в 9:30. О своей библиотеке расскажет писательница Марина Москвина.  

Фото АЛЕКСАНДРА ШАТАЛОВА