Для Михаила Парамонова просят банкротство «попроще»

Ростовский арбитраж начал рассмотрение иска дочерней структуры Сбербанка о банкротстве экс-владельца ТагАЗа Михаила Парамонова. Вчера на заседании представитель истца ходатайствовал об упрощенной процедуре несостоятельности, которая позволяет ускорить процесс реализации активов должника. Однако судья посчитал, что продажа имущества господина Парамонова возможна только с его согласия. Эксперт называет ходатайство кредитора обоснованным.

Арбитражный суд Ростовской области провел вчера первое заседание в рамках дела о банкротстве экс-владельца Таганрогского автомобильного завода (ТагАЗ) и основателя ФПГ «Донинвест» Михаила Парамонова. Иск в конце прошлого года подало ООО «Южная автомобильная группа» (ЮАГ, дочерняя структура Сбербанка).

Представитель истца Елена Кравцова ходатайствовала о введении упрощенной процедуры банкротства. Она напомнила, что задолженность Михаила Парамонова перед ЮАГ — 4,4 млрд руб. — была взыскана Ворошиловским районным судом Ростова-на-Дону еще в 2013 году (предприниматель поручался по кредитам ТагАЗа). Тогда было установлено, что господин Парамонов проживает в Ростове-на-Дону на улице Евдокимова. Однако, говорит госпожа Кравцова, направляемые по этому адресу письма от кредитора возвращаются обратно. «Мы делаем вывод об отсутствии должника, что дает право на банкротство по упрощенной процедуре, для того чтобы начать скорейшую реализацию имущества»,— заключает она.

Судья Юлия Лебедева отметила, что в документах истца отсутствует перечень имущества Михаила Парамонова, а действовавший в рамках исполнительного производства по приговору Ворошиловского суда судебный пристав не обнаружил у должника каких-либо активов. Елена Кравцова заявила, что у ЮАГ есть сведения, что имущество Михаила Парамонова к тому моменту уже было продано.

«Назначенный финансовый управляющий сможет проанализировать совершенные сделки, чтобы отменить сомнительные и вернуть имущество в конкурсную массу»,— пояснила госпожа Кравцова. Кроме того, кредитору известно о наличии у должника виллы и другого имущества во Франции, которое Верховный суд Версаля арестовал по иску Газпромбанка (подробнее — в „Ъ“ №157 от 29.08.2015). По словам Елены Кравцовой, в случае объявления Михаила Парамонова банкротом его арестованные французские активы должны быть реализованы в интересах всех кредиторов.

Судья указала, что реализация имущества в рамках банкротства физического лица может происходить только с согласия должника, а ни он, ни его представители в деле никак не участвуют. «Согласие необходимо только для реструктуризации долга — процедуры, которая позволяет избежать банкротства, в данном случае об этом речи нет»,— возразила Елена Кравцова. Однако судья с такой трактовкой не согласилась. К рассмотрению ходатайства суд не приступил, в заседании объявлен перерыв на неделю — до 28 января.

Напомним, финансовые трудности у ТагАЗа начались во время кризиса 2009 года, задолженность перед Сбербанком, Газпромбанком и ВТБ достигла 20 млрд руб. В начале 2014 года арбитраж признал предприятие банкротом. Кроме Сбербанка, Газпромбанка (3 млрд руб.) и ВТБ (7,3 млрд руб.) в реестр кредиторов ТагАЗа входят Росбанк (1,6 млрд руб.), Абсолют-банк (1,1 млрд руб.), а также структуры группы «Донинвест» (около 6,6 млрд руб.). По данным Сбербанка, общая задолженность ТагАЗа превышает 30 млрд руб. Михаил Парамонов выступает ответчиком по искам банков-кредиторов ТагАЗа с 2010 года. В ЮАГ говорят, что общие обязательства предпринимателя превышают 10 млрд руб. Сейчас господин Парамонов проживает за границей.

Партнер адвокатского бюро «Степанов и Аксюк» Алексей Аксюк говорит, что в законодательстве о банкротстве есть понятие «отсутствующего должника», которое распространяется и на физических лиц. «В этом случае сразу вводится реализация имущества, если доказана невозможность установить местонахождение должника»,— говорит эксперт.