Далекие незнакомые друзья

Чемпионат мира по футболу

Сегодняшний полуфинал чемпионата мира в Сан-Паулу с участием аргентинцев и голландцев — это столкновение жесткой дисциплины и огня. Причем дисциплину в данном случае, вопреки стереотипу, олицетворяет все-таки не европейская, а южноамериканская команда.

Этот чемпионат мира преподнес уже очень много разного рода неожиданностей и странностей. Но, возможно, именно сегодняшний полуфинал — его квинтэссенция. В том смысле что свел он команды, которые, если разобраться, удивили больше, чем любая другая,— не меньше, не исключено, даже, чем коста-риканская, остановленная голландцами в четвертьфинале.

Нельзя сказать, будто накануне первенства их не видели в четверке. Нельзя сказать, будто им наотрез отказывали в шансах побороться за золото. Но удивили способы, при помощи которых они подобрались так близко к нему. Удивило, насколько радикально отличаются эти сборные Голландии и Аргентины от тех, что ли, образов, что почти намертво приклеились к ним за десятилетия пребывания в футбольной элите и погонь за разными титулами.

Разве это настоящие голландцы — те голландцы, которые всегда играли в самый передовой и трендовый футбол? В футбол, основанный на изысканных и сложных тактических рисунках. В футбол технологичный — для учебных видеопособий. В футбол, источающий аромат высочайшего класса абсолютно всех линий, между которыми часто и не прочертишь четких границ.

Футбол нынешней голландской сборной при желании можно описать и как примитивный, построенный на элементарных, почти дворовых схемах. В нем нет ничего тотального, заковыристого. Он не претендует на право называться революционным, в отличие от футбола, благодаря которому голландцы взлетели наверх в 1970-е. Он скорее из той эпохи, что предшествовала их взлету,— когда мяч не передерживали ни в тылу, ни в центре поля, когда его стремились побыстрее отдать вперед — тем, кто сам в состоянии разобраться с чужой защитой, не прибегая к классическому ее расшатыванию, долгому розыгрышу мяча. Ну вот как Арьен Роббен. Были бы только огонь, кураж да свежесть в ногах.

А огня, куража, свежести у сборной Голландии в Бразилии до сих пор было с избытком. И их вполне хватало, чтобы снести в группе испанцев, классом переполненных, чтобы в 1/8 финала наплевать на лидерство в счете и игровое преимущество мексиканцев и на флажке, добавив дров в костер, отправить и их домой. Матч с костариканцами, в котором огня и скорости Роббена не хватило для того, чтобы обойтись без серии пенальти, здорово походил на несчастный случай. Зато показал, что кое-какие исключительно технологические решения у голландцев, добивших коста-риканскую команду благодаря резервному голкиперу Тиму Крулу, в рукаве имеются.

А разве это настоящие аргентинцы — те аргентинцы, которые, как ни крути, всегда играли в футбол, тесно-тесно увязанный с имиджем футбола южноамериканского в целом? В футбол, замешанный на технике, на страстях, на настроении исполнителей.

Эта сборная Аргентины берет иным. Не страстями, а твердостью и цепкостью. Ее безусловные приоритеты — не яркость, а отсутствие фальши, не игра, а результат. На ее месте в четвертьфинале против бельгийцев можно было легко представить, скажем, немецкую команду — в таком состоянии, в котором она неоднократно представала на крупных турнирах: вроде бы ничего грандиозного, но победы, иногда со скрипом, выжимаются — и вот уже впереди очередной финал.

Они действительно поразили — эти команды, эти тренеры, голландец Луи ван Гал и аргентинец Алехандро Сабелья — тем, как, выкинув на помойку все традиционные лекала, соорудили вполне пригодные, чтобы подойти вплотную к медалям, сборные. В очной встрече друг друга им, видимо, поразить будет уже особенно нечем.

Или это тоже заблуждение — как заблуждением, оказалось, было считать бразильские сборные Аргентины и Голландии прямыми наследницами своих замечательных предшественниц? Тех, например, что играли в финале мирового первенства 1978 года, когда аргентинцы открыли счет чемпионским титулам. Или "родовые черты", когда они особенно нужны, чтобы "сделать разницу", все же проявятся?

Вдруг выяснится, что и голландцы способны потерпеть, покатать мяч, тем более что осторожное начало матча против костариканцев на этот сюжет ведь намекнуло? Вдруг выяснится, что список их джокеров здоровяком Крулом не исчерпывается и появиться они могут не только в воротах? Вдруг выяснится, что травма разыгравшегося к главным встречам Анхеля Ди Марии, потеря которого выглядит в данный момент маленькой аргентинской катастрофой, не заставит его партнеров еще сильнее сконцентрироваться на заранее написанной неброской партитуре, дабы не сбиться с нот, а расшевелит в них гены героических предков, игравших не по нотам, а по наитию. Таких предков, как ушедший на днях из жизни Альфредо Ди Стефано или приведший сборную Аргентины ко второму ее золоту чемпионатов мира в 1986 году Диего Марадона.

С Марадоной лидера нынешней аргентинской команды Лионеля Месси сравнивают постоянно. Чтобы эти сравнения не смотрелись надутыми, ему ведь, по сути, осталось совершить лишь одно — вытащить ее на макушку мировой футбольной иерархии в ситуации, когда иные способы, кроме персонального гения лидера, уже исчерпаны и не действуют. Или просто недостаточно хороши, чтобы противостоять досконально изучившей их сборной, из которой к тому же, как из кратера вулкана, бьют стометровые языки пламени. До сих пор на этом чемпионате на Марадону 1986-го чуточку больше походил сегодняшний соперник Месси Роббен.