Культурно-историческая периодизация эпохи поздней бронзы Тоболо-Иртышья

УДК 903

Ал. Ал. Ткачев

Культурно-историческая периодизация эпохи поздней бронзы Тоболо-Иртышья

В работе представлены результаты исследования археологических комплексов эпохи поздней бронзы Тоболо-Иртышья. Андроновское население взаимодействует с алакульским, коптяковским, ташковским населением, что породило андроноидные древности Тоболо-Иртышья. На основании комплексного исследования прослежено сосуществование носителей двух андроноидных традиций в границах рассматриваемого региона - пахомовская и сузгунская археологические культуры. В рамках пахомовской культуры выделены два этапа: ранний (новошадринский) и поздний (оськинский). Сузгунская культура в своем развитии проходит три хронологических этапа: ранний (святоборский), развитый и поздний. На финальном этапе бронзового века на территории лесостепного Притоболья пахомовскую культуру сменяет бархатов-ская. На стыке бархатовского и сузгунского ареала появляются смешанные комплексы, укрепленные городища и специализированные святилища. В статье представлена краткая культурная и хронологическая характеристика выделяемых этапов.

The results of the study of archaeological complexes of the Late Bronze Age Tobol-Irtysh basin. Andron population interacts with Alakul, Koptyaki, Tashkovo population that gave rise to the Andronoidal anciently To-bol-Irtysh basin. Based on a comprehensive study traced the coexistence of the two carriers Andronoid traditions within the borders of the region - and Pakhomovo, Suzgun archaeological culture. As part Pakhomovo culture divided into two stages: early (Novo-Shadrino) and late (Oskino Boloto). Suzgun culture in its development passes through three historical stages: early (Svyatoy Bor), developed and late. At the final stage of the Bronze Age on the territory of the forest-steppe Tobol basin Pakhomovo culture replaces Barkhatovo. At the junction Barkhatovo, Suzgun area and appear mixed complexes, fortified settlements and specialized sanctuary. A brief description of the cultural and chronological allocation stages.

Ключевые слова: эпоха бронзы, андроноидные культуры, периодизации, хронология.

Keywords: Bronze Age, andronoidal cultures, periodization, chronology.

Заключительный период бронзового века характеризуется формированием в Зауралье и Западной Сибири андроноидной культурно-исторической общности. Теплый и сухой климат середины II тыс. до н. э. способствовал продвижению степных скотоводческих племен на территорию лесостепного и южнотаежного Тоболо-Иртышья, где они наряду с аборигенным населением принимают участие в формировании андроноидных культур. Лесостепная и южнотаежная зоны Западной Сибири стали местом активных контактов и взаимодействий двух миров - мира степи и мира тайги. Как отмечал М. Ф. Косарев, северная лесостепь и южнотаежная территория, «являясь зоной контактов ареалов производящей и присваивающей экономики, была местом, где издревле концентрировался культурный, производственный и социальный опыт населения разных культур - охотников и рыболовов, скотоводов и земледельцев» [1].

К северу и северо-западу от районов расселения андроновского населения (Приуралье и Зауралье) сформировалась черкаскульская культура; в лесостепной полосе Тоболо-Иртышья возникает пахомовская культура; южнотаежную зону Нижнего Притоболья, а затем Приишимья и Прииртышья занимает сузгунская культура; в лесах Томско-Нарымского Приобья распространяются традиции еловской культуры; памятники корчажкинской культуры локализуются в Барнауль-ско-Бийском Приобье. Наиболее поздним проявлением андроноидности в Зауралье является становление бархатовской культуры финальной стадии бронзового века. К андроноидной общности, на наш взгляд, относятся также ирменская культура, занимающая лесостепную зону Обь-Иртышья, а также бегазы-дандыбаевская культура Кулундинской и Барабинской лесостепи. В северотаежных областях Западной Сибири, не затронутых андроновским влиянием, продолжалась местная линия развития обществ рыболовов и охотников: лозьвинская и атлымская культуры.

За последние годы вышла серия работ, посвященных различным аспектам андроноидных культур, позволяющих дать оценку генезиса их традиций [2]. Однако однозначных взглядов на проблемы формирования и развития культур андроноидного облика на данный момент не существует. Различные гипотезы о происхождении и критериях андроноидных древностей вносят

© Ткачев Ал. Ал., 2016 48

элемент неопределенности, вызывая дискуссии о хронологии, трансформации и дальнейших судьбах носителей андроноидных традиций.

В процессе миграции андроновского населения с территории степного Алтая и Казахстана на территорию Зауралья возникает Притобольский очаг культурогенеза, в рамках которого формируется федоровская культура. Федоровское население в степной зоне вступает в контакт с носителями алакульских, в лесостепной - с носителями коптяковских традиций, что подтверждается радиокарбонным датированием и периодическим проявлением совместно залегающей разнокультурной керамики. Отдельные федоровские группы, продвинувшись в Нижнем Притоболье до границ южной тайги (Дуванское XVII), вступают в контакт с позднеташковским населением (Иска III, Святой Бор IV, Ипкуль I, Байрык-Иска I). Мирное взаимодействие носителей разных культурных традиций дало импульс к сложению первых позднебронзовых андроноидных культур региона - пахомовской и сузгунской.

Поселенческие керамические комплексы лесостепной и подтаежных зон Тоболо-Иртышья неоднородны, их сравнение позволяет не только выделить локальные различия, но и поднять вопрос об относительной хронологии пахомовских и сузгунских древностей. В орнаментальных композициях, при общем преобладании федоровской подосновы, прослеживаются следы коптяковской, таш-ковской, черкаскульской, отчасти ирменской, еловской и алексеевско-саргаринской культур.

С накоплением новых данных появляется возможность пересмотреть и уточнить ранее выдвинутые положения. Это касается и культурной атрибуции памятников, и их хронологии. Сложно переоценить важность региональных культурно-хронологических шкал, которые являются надежной основой для более широких обобщений, а также для реконструкции исторических процессов: возникновения и развития археологических культур, определения ареалов их распространения, реконструкции моделей взаимодействия населения (определение степени взаимовлияния, ассимиляции или интеграции) и путей миграций древних сообществ.

Обобщение радиоуглеродных данных, датирования по предметам, анализа стратиграфии и планиграфии многослойных поселений, отдельных категорий изделий, бытовавших в эпоху поздней бронзы, позволили определить периоды формирования, существования и угасания анд-роноидных культур региона. Включение результатов абсолютного датирования значительно меняет и дополняет традиционную концепцию культурогенеза эпохи бронзы в южнотаежной и лесостепной зонах Зауралья и Западной Сибири.

Культурогенез пахомовской культуры рассматривается в рамках двух этапов. Ранний но-вошадринский этап характеризуется появлением первых двухкамерных конструкций со слабоуглубленными котлованами площадью около 50 м2, созданием специализированных теплотехнических сооружений (Ново-Шадрино VII). В керамическом комплексе преобладают плоскодонные горшковидные емкости небольших и средних размеров, украшенные андроновско-федоровскими элементами узора, выполненными мелкогребенчатым штампом (меандровидные фигуры, ромбы, штрихованные ломаные линии, разнообразные треугольники, в том числе «косые», обрамленные «ресничками», в виде треугольных или овальных вдавлений), дополненными характерными позднебронзовыми проявлениями (ряды ямок и рельефные валики, зачастую украшенные «ёлочкой»). В вещевом комплексе сочетаются костяные наконечники стрел андроновского облика и позднебронзовые изделия - бронзовые зеркала с петелькой, глиняные округлые желобчатые грузила и льячки. Появляются первые биконические изделия с центральным отверстием. Становление и раннее развитие пахомовских древностей соотносится с концом XV-XIV вв. до н. э.

В целом пахомовские гончары сохранили принципы и приемы орнаментации федоровского населения, выраженные в наличии керамики, близкой по форме к федоровской, построении орнамента по косой сетке, использовании гладкого и гребенчатого штампов. При этом андронов-ские композиции комбинируются с гребенчато-ямочными, где различные ямки и вдавления выступают как культуро-характеризующий признак. Это хорошо иллюстрирует посуда поселений Ново-Шадрино VII и Пахомовская Пристань I. В свою очередь можно отметить и черты, присущие черкаскульской культуре, которые встречаются на сосудах с пахомовских поселений, такие как валики и каннелюры. Данные элементы орнамента не так явно выражены и имеют несколько «облегченный» вид. Отличительной особенностью декора и техники его исполнения, заимствованной от носителей андроновских традиций, является пропорциональное использование гребенки, нарезки и гладкого штампа. При этом гребенка пахомовских орнаментиров значительно мельче, чем на черкаскульской или федоровской посуде.

Пахомовские традиции, зарождавшиеся в Притоболье, быстро распространились по лесостепи Тоболо-Иртышья. К раннему новошадринскому этапу сложения пахомовской культуры можно отнести типологически вычленяемые керамические комплексы значительной серии поселений региона: Ук III, Ук VI, Большой Имбиряй 10, Пахомовская Пристань I, Инберень IV, Алек-

49

сеевка XXI. В погребальном обряде раннего этапа пахомовской культуры сохраняется андронов-ская традиция погребения умерших в грунтовых ямах под невысокими курганами (могильники Лихачевский, Черноозерский II, Омская крепость) [3].

В южнотаежной зоне Притоболья параллельно пахомовской развивается сузгунская культура. Домостроительство раннего святоборского этапа сузгунской культуры характеризуется сооружением небольших полуземлянок площадью 15-20 м2. В керамических комплексах присутствует посуда разнообразных форм и пропорций, орнаментированная мелкозубчатой гребенкой (косоугольные треугольниками по венчику, андроновские меандровидные фигуры по тулову, наличие неорнаментированной придонной зоны). Характерным проявлением орнаментики становятся ямочные вдавления и специфический сузгунский дугообразный узор. Встречаются ромбы и «уточки», близкие коптяковской культурной традиции (ранний слой Сузгуна II). Фиксируются орнаментальные мотивы, выполненные в отступающе-накольчатой технике, характерные для комплексов ташковского облика (Святой Бор IV, Чеганово I, Новый Тап I). Появляются желобчатые грузила, орнаментированные в отступающе-накольчатой технике (Новый Тап I). Ранняя хронологическая позиция подтверждается радиокарбонным датированием поселения Святой Бор ^-ХУ-Х^ вв. до н. э.

В конце II тысячелетия до н. э. пахомовское население полностью осваивает лесостепную зону, контактируя как с южным степным алексеевско-саргаринским населением (Жар Агач I), так и с сузгунскими таежными коллективами, что фиксируется появлением памятников со смешанными комплексами (Борки, Заводоуковское-11). Культурное своеобразие позднего оськинского этапа пахомовской культуры определяет специфическая форма посуды горшечных форм с плавной профилировкой, украшенной достаточно простым орнаментом («ёлочка», косая сетка, наклонные линии, двойные вертикальные насечки, горизонтальные линии), из геометрических узоров можно отметить треугольники с фестонами и зигзаги, дополненные округлыми вдавле-ниями, треугольные отпечатки и желобки. Более широкое распространение получают смещенные валики, украшавшиеся «ёлочкой», а также наклонными оттисками резного и гребенчатого штампа. Предметный инвентарь включает каменную булаву, одно- и двужелобчатые глиняные грузила, каменные зернотерки, песты, мотыжки, глиняные тигли, льячки, литейные формы [4]. Бронзовые изделия немногочисленны: однолезвийный нож, четырехгранные шильца, округлые зеркальца с петелькой, бляшки со штырьком, одноушковые кельты, бритва на пластине, серьга хвалынского типа. Отличительной чертой является наличие неорнаментированных бикониче-ских или округлых глиняных изделий со сквозным отверстием, имеющих сходство с булавами.

Для домостроительства характерны жилища подквадратной формы с небольшим коридо-ро- или тамбурообразным выходом площадью 45-80 м2. Известны многокамерные конструкции и небольшие хозяйственные постройки. Внутри построек располагались хозяйственные ямы, разнообразные очаги, домашние святилища, иногда колодцы [5]. Присутствуют зольники бытового и ритуального назначения [6].

Система жизнеобеспечения населения характеризуется комплексным типом хозяйства с преобладанием скотоводческих отраслей: в домашнем стаде доминировал крупный рогатый скот и лошади при значительной доле овцеводства. Имеются свидетельства о зарождении земледелия. Важную роль играло рыболовство и охота на диких копытных [7].

Погребения совершались по способу трупоположения (вытянуто на спине или на боку). Сопровождающий инвентарь - глиняные сосуды (обычно по одному, редко два-три), костяные изделия и бронзовые украшения единичны. Поселенческие комплексы характеризуются обилием ритуальных объектов (домашние святилища, останки строительных жертв, свидетельства ритуальных действий, связанных с оставлением жилищ, предметы культа) [8]. Позднепахомовские оськинские комплексы датируются ХШ-Х! вв. до н. э.

На стадии стабилизации население сузгунской культуры постепенно расселяется по бассейну Иртыша. В развитии орнаментации керамического комплекса устанавливается классический канон с делением на четыре зоны. Керамика преимущественно представлена плоскодонными горшками, появляются кувшиновидные емкости, заимствованные у носителей пахомов-ских традиций. Узор покрывает все поле керамической емкости: горизонтальные насечки, «ёлочки», зигзаги. На отдельные зоны орнамент делится рядами округлых ямок, в некоторых случаях присутствует и орнаментация дна, характерная для раннебронзовых ташковских традиций. Вещевой инвентарь соответствует финальной стадии эпохи бронзы (нож с упором, одноуш-ковые кельты). Среди других находок: костяные наконечники стрел и накладки для луков, глиняные грузила, обломки тиглей и литейных форм. В хозяйстве большую роль играло скотоводство (разведение крупного и мелкого рогатого скота, лошадей, собак). Важное место занимали охота и рыболовство. 50

На финальной стадии бронзового века в Притоболье развиваются комплексы бархатовской культуры, прошедшей в своем становлении два этапа: ранний (щетковский) и развитый (красногорский). Бархатовские поселения, располагавшиеся возле рек и озер (Щетково 2, Ново-Шадрино II и VII, Заводуковское 9, Поспелово I), объединяли несколько каркасных полуземлянок с коридо-рообразными выходами. Фиксируются частые перестройки жилищ, что может объясняться недостатком качественного строительного сырья на финальном этапе бронзового века. Керамика представлена плоскодонными сосудами с раздутым туловом и орнаментом в верхней части (пояски наклонных оттисков, зигзаги, «ёлочка», решетки, жемчужины, вдавления). Отличительным признаком является наличие флажкового орнамента на венчике. Среди находок встречаются глиняные рыболовные грузила, бронзовые изделия (ножи, подвески). Ярким маркирующим изделием бархатовской культуры являются глиняные катушки. Хозяйственная деятельность включает занятия скотоводством, земледелием и рыболовством. На позднем этапе, в связи с увлажнением климата, бархатовцы устраивают свои поселения на высоких гипсометрических отметках (городища Красногорское, Коловское, Усть-Утяк 1). Носители бархатовских культурных традиций начинают формироваться в ХП-Х! до н. э. и существуют до рубежа К-УШ вв. до н. э.

На заключительной фазе развития сузгунской культуры происходит расселение населения по долинам Ишима, Иртыша, Тары, охватывая южнотаежные (Чудская Гора, Хутор Бор I, Ново-чечкино) и лесостепные (Абатское VI) зоны. На окраинах появляются укрепленные городища-форпосты (Чудская Гора, Абатское VI), специализированные культовые памятники и святилища (Чудская Гора, Лучкино I, Нефёдово II, Малое Кугаево), а также памятники смешанного суз-гунско-бархатовского облика (Чеганово III, Кучум Гора, Чупино). Домостроительство характеризуют полуземлянки площадью 50-90 м2, соединенные в ряде случаев переходами. Сузгунские коллективы позднего этапа Западной Сибири доживают до К-УШ вв. до н. э.

Погребальный ритуал пахомовской и сузгунской культур имеет тесную взаимосвязь - коллективные захоронения с неодновременным размещением покойных в погребальных камерах, размещение усопших над уровнем материка, наличие феномена поселенческий погребений.

Таким образом, в Притоболье особенности взаимодействия федоровских групп населения с носителями черкаскульских и коптяковских традиций в лесостепной, а также ташковских и коп-тяковских в южнотаежной зонах дало импульс к сложению первых позднебронзовых андроноид-ных культур рассматриваемого региона - пахомовской и сузгунской. Стадия формирования па-хомовской и сузгунской культур основана на близких принципах жизнеобеспечения общества. Процесс их культурогенеза рассматривается в рамках нескольких этапов. В период финальной бронзы в Притоболье развиваются комплексы бархатовской культуры, прошедшей в своем становлении два этапа. На территории Ишимо-Иртышья сузгунские коллективы позднего периода занимают в лесостепную зону по долинам рек Ишима и Иртыша. На окраинах ареалов культур появляются укрепленные городища-форпосты и памятники смешанного сузгунско-бархатов-ского облика. Кроме этого появляются и специализированные святилища сузгунской культуры.

Взаимодействие пришлых андроновских и автохтонных групп населения дало импульс к сложению первых позднебронзовых андроноидных культур рассматриваемого региона - пахомовской и сузгунской. Процесс культорогенеза андроноидных культур рассматриваются в рамках нескольких этапов. В пахомовской культуре выделяется два этапа: ранний (новошадринский), датирующийся концом ХУ-Х^ вв. до н. э., и поздний (оськинский), укладывающийся в рамки XIII-XI вв. до н. э. В рамках сузгунской культуры можно выделить три хронологических этапа: ранний (святоборский) - ХУ-Х^ вв. до н. э.; развитый - ХШ^ вв. до н. э.; поздний - Х-УШ вв. до н. э. Па-хомовскую культуру в Притоболье на финальной стадии бронзового века сменяют бархатовские древности, прошедшей в своем становлении два этапа: ранний (щетковский) - ХП^ вв. до н. э. и развитый (красногорский) - Х-К вв. до н. э.

Характеризуя историческую динамику и связи населения Тоболо-Иртышья в эпоху бронзы, необходимо подчеркнуть постоянное многокомпонентное взаимовлияние культурных традиций. От зарождения культур эпохи бронзы до трансформации их в культуры раннего железного века отсутствует прямолинейная система развития. Постоянные миграционные передвижения и контакты носителей различных традиций вносили своеобразие в облик культур бронзового периода, формируя синкретичные по своей сути памятники на стыке ареалов отдельных культурных образований.

Примечания

1. Косарев М. Ф. Андроноидные культуры Зауралья и Западной Сибири // Бронзовый век степной полосы Урало-Иртышского междуречья. Уфа: Башкир. ун-т, 1983. С. 6.

2. Матвеев А. В. Лесостепное Зауралье во II - начале I тыс. до н. э.: автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Новосибирск, 2000; Полеводов А. В. Сузгунская культура в лесостепи Западной Сибири: автореф. дис. ... канд. ист.

наук. М.: ИА РАН, 2003; Анош ко О. М. Бархатовская культура позднего бронзового века Зауралья: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тюмень, 2006; Костомаров В. М. Пахомовские древности Западной Сибири: культурная атрибуция, хронологическая и территориальная локализация: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Тюмень, 2010; Корочкова О. Н. Взаимодействие культур в эпоху бронзы в Среднем Зауралье и подтаежном Тобо-ло-Иртышье: факторы, механизмы, динамика: автореф. дис. ... д-ра ист. наук. М., 2011.

3. Генинг В. Ф., Стефанов В. И. Могильники андроноидной культурной общности Ишимской лесостепи // Древние погребения Обь-Иртышья. Омск: Омск. ун-та, 1991. С. 52-60; Герасимов Ю. В. Некоторые проблемы изучения бронзового века лесостепного Обь-Иртышья в свете новейших открытий в Омске / Ю. В. Герасимов, М. А. Корусенко, А. В. Полеводов // Археология Западной Сибири и Алтая: опыт междисциплинарных исследований. Барнаул: Алтай. ун-т, 2015. С. 205-208.

4. Ткачев А. А., Ткачев Ал. Ал. Пахомовский комплекс поселения Оськино Болото // ВААЭ. 2009. Вып. 11. С. 81-89.

5. Ткачев А. А., Ткачев Ал. Ал. Домостроительство пахомовского населения Тоболо-Иртышья в эпоху поздней бронзы // Древний Тургай и Великая Степь: часть и целое. Костанай-Алматы: Институт археологии им. А. Х. Маргулана, 2015. С. 460-464.

6. Корочкова О. Н. О специфике сибирских зольников бронзового века // XXVII Уральское археологическое совещание. Екатеринбург; Сургут: Урал. ун-т, 2007. С. 144-145.

7. Ткачев Ал. Ал. Система жизнеобеспечения пахомовского населения лесостепного и подтаёжного Притоболья // Культура как система в историческом контексте: опыт Западно-Сибирских археолого-этно-графических совещаний: материалы XV Междунар. Западно-Сибир. археолого-этнографической конф., 1921 мая. Томск: Изд-во «Аграф-Пресс», 2010 С. 302-304.

8. Матвеева Н. П., Костомаров В. М. К вопросу об особенностях погребального обряда населения па-хомовской культуры лесостепи Западной Сибири // Вестник ТюмГУ. 2009. № 1. С. 15-25.

Notes

1. Kosarev M. F. Andronoidnye kul'tury Zaural'ya i Zapadnoj Sibiri [Andronoidal culture of the Urals and Western Siberia] // Bronzovyj vek stepnoj polosy Uralo-Irtyshskogo mezhdurech'ya - Bronze age of the steppe belt of the Ural-Irtysh interfluve. Ufa. Bashkir University. 1983. P.6.

2. Matveev A. V. Lesostepnoe Zaural'e vo II - nachale I tys. do n. eh.: avtoref. dis. ... d-ra ist. nauk [Forest-Steppe Trans-Urals in the II - beginning of I Millennium BC: abstarct dis. ... Dr Hist. Sciences]. Novosibirsk. 2000; A. V. Polevodov Suzgunskaya kul'tura v lesostepi Zapadnoj Sibiri: avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [Suzgunsk culture in forest-steppe of Western Siberia: abstract dis. ... Cand. Hist. Sciences]. M. IA RAS. 2003; Anoshko O. M. Barha-tovskaya kul'tura pozdnego bronzovogo veka Zaural'ya: avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [Barkhatov culture of the late bronze age of the Urals: abstarct dis. ... Cand. Hist. Sciences]. Tyumen. 2006; Kostomarov V. M. Pahomovskie drev-nosti Zapadnoj Sibiri: kul'turnaya atribuciya, hronologicheskaya i territorial'naya lokalizaciya: avtoref. dis. ... kand. ist. nauk [Pakhomovsky antiquities of Western Siberia: a cultural attribution, chronology and territorial localization: abstarct dis. ... Cand. Hist. Sciences]. Tyumen. 2010; Korochkova O. N. Vzaimodejstvie kul'tur v ehpohu bronzy v Srednem Zaural'e i podtaezhnom Tobolo-Irtysh'e: faktory, mekhanizmy, dinamika: avtoref. dis. ... d-ra ist. nauk [The interaction of cultures in the bronze age in the Middle Urals and subtaiga Tobol-Irtyshye: factors, mechanisms, dynamics: abstract. dis. ... Dr Hist. Sciences]. M. 2011.

3. Hening F. V., Stefanov V. I. Mogil'niki andronoidnoj kul'turnoj obshchnosti Ishimskoj lesostepi [Gravediggers of andronoidal cultural community of Ishim forest-steppe] // Drevnie pogrebeniya Ob'-Irtysh'ya - Ancient burials in Ob-Irtyshye. Omsk. Omsk University Publ. 1991. Pp. 52-60; Gerasimov Y. V. Nekotorye problemy izucheniya bronzovogo veka lesostepnogo Ob'-Irtysh'ya v svete novejshih otkrytij v Omske [Some problems of study of the bronze age forest-steppe Ob-Irtyshye in the light of the latest discoveries in Omsk] / Y. V. Gerasimov, M. A. Korusenko, A. V. Polevodov // rheologiya Zapadnoj Sibiri i Altaya: opyt mezhdisciplinarnyh issledovanij - Archeology of West Siberia and Altai: experience of interdisciplinary research. Barnaul. Altai University. 2015. Pp. 205-208.

4. Tkachev A. A., Tkachev Al. Al.Pahomovskij kompleks poseleniya Os'kino Boloto [Pakhomovsky complex of settlement Oskino Swamp] // WAAA. 2009, is. 11, pp. 81-89.

5. Tkachev A. A., Tkachev Al. Al. Domostroitel'stvo pahomovskogo naseleniya Tobolo-Irtysh'ya v ehpohu pozdnej bronzy [The fellowship of the Pakhomovsky of the population of the Tobol-Irtyshye in the late bronze age] // Drevnij Turgaj i Velikaya Step': chast' i celoe. - Ancient Turgai and the Great Steppe: the part and the whole. Kostanay-Almaty: Institute of archaeology n.a. A. H. Margulan. 2015. Pp. 460-464.

6. Korochkova O. N. O specifike sibirskih zol'nikov bronzovogo veka [About the specifics of the Siberian bronze age ashtrays] // XXVII Ural'skoe arheologicheskoe soveshchanie - XXVII Ural archaeological meeting. Yekaterinburg; Surgut. The Urals Univ. 2007. Pp. 144-145.

7. Tkachev Al. Al. Sistema zhizneobespecheniya pahomovskogo naseleniya lesostepnogo i podtayozhnogo Prito-bol'ya [The life support of Pakhomovsky population of forest-steppe and sub-taiga of Tobol] // Kul'tura kak sistema v istoricheskom kontekste: opyt Zapadno-Sibirskih arheologo-ehtnograficheskih soveshchanij: materialy XV Mezhdunar. Zapadno-Sibir. arheologo-ehtnograficheskoj konf., 19-21 maya - Culture as a system in historical context: the experience of West-Siberian archaeological and ethnographic meetings: proceedings of the XV Intern. Western-Siberia. archaeological and ethnographic Conf. 19-21 may. Tomsk: Publishing house "Agraf-Press". 2010 Pp. 302-304.

8. Matveeva N. P. Kostomarov V. M. K voprosu ob osobennostyah pogrebal'nogo obryada naseleniya pahomovskoj kul'tury lesostepi Zapadnoj Sibiri [To the question of the peculiarities of the burial rite of the population of Pakhomovsky culture of forest-steppe of Western Siberia] // Vestnik TyumGU - Herald of the TumSU. 2009, No. 1, pp. 15-25.