"Главная цель — не допустить в систему мошенников"

Готовящаяся концепция реформирования третейских судов должна сделать их эффективными и авторитетными. О том, какой будет новая система и в чем были ошибки старой, Вере Ситниной рассказал замминистра экономического развития Олег Фомичев.

Судя по концепции, систему третейских судов ждут серьезные перемены. Чем вам не угодила действующая система?

У нас создана такая система, что государственные суды не рассматривают третейские как что-то заслуживающее доверия, и сами участники не воспринимают их решения как что-то окончательное.

Государство было в какой-то степени наивным в то время, когда принимался действующий закон о третейских судах. Оно верило, что рынок возьмет и все сам урегулирует, нужно только создать базовые условия. Никаких жестких ограничений в законодательстве установлено не было, вся надежда была на рынок и репутацию судей. Но ценность репутации оказалась невысока.

По данным арбитражных судов, сейчас только постоянно действующих третейских судов, сдавших свои учредительные документы по месту пребывания, более полутора тысяч. А сколько судов, созданных для рассмотрения конкретного спора, так называемых ad hoc (лат. для частного случая.— "Власть"), вообще не сосчитать. Такое количество означает очень слабый уровень судов в целом, большое количество мошенничеств и наличие "карманных" судов коммерческих организаций. Все это дискредитирует саму систему. Разбирательство перестает восприниматься как легитимное, потому что стороны в большинстве случаев идут потом в обычные суды.

Страна, конечно, большая, и десятка судов тут не хватит. Но полторы тысячи — это слишком. На мой взгляд, должно быть как минимум раз в десять-двадцать меньше.

За рубежом третейские суды — удобный способ разрешения конфликтов, так как разбирательство проходит быстро — как правило, в один этап — и стоит недорого. При этом там третейские суды функционируют без особого вмешательства со стороны государства, поэтому когда писали этот закон, то был расчет, что у нас так же получится. Но не учли, что там система выстраивалась веками, а у нас должна была заработать за пять-десять лет. Не получилось. Поэтому сейчас мы делаем шаг назад и вводим элементы госрегулирования. Но это временная мера: в процессе формирования полноценных третейских судов нужно будет начать обратное движение и постепенно снимать механизмы госрегулирования.

Что же меняется в системе?

Во-первых, мы предлагаем ввести реестр третейских судов, носящий квазиразрешительный характер. Главная цель — не пустить в систему откровенных мошенников. Если суд фигурирует в реестре, то его решения будут признаваться судами в качестве основания для выдачи исполнительных листов. Концепция не запрещает создание судов ad hoc. Это нормальная мировая практика, и прекращать ее никак нельзя.

В концепции предложено решение, согласно которому вести реестр должен государственный орган. Пока есть два основных варианта: либо Минюст, либо Росреестр, как орган, уполномоченный на ведение реестров в принципе. Большинство членов рабочей группы высказались за Минюст, но окончательное решение пока не принято. Ранее были предложения поручить это ТПП или РСПП, но тогда возникает вопрос о конфликте интересов. Если орган, при котором есть собственный третейский суд, будет допускать на поляну остальных, то всегда будут подозрения в ограничении доступа на рынок.

Также у нас в законодательстве оказался пробел в части ответственности судей. Если за фальсификацию доказательств или вынесение заведомо неправосудного решения обычного судью можно привлечь, то третейского — нет. Раз мы усиливаем госрегулирование, то надо закрепить административную и уголовную ответственность и судей, и судов.

Кроме того, вводится ограничение на создание судов. Сейчас любое юридическое лицо вправе организовать при себе третейский суд. Именно это привело и к такому огромному количеству судов, и к их низкому качеству. Эти "карманные" суды при коммерческих организациях принимают нужные им решения.

Есть конкретные примеры?

Конкретных примеров по всей стране много, но я не готов их привести. Мы предлагаем ограничить список субъектов, которые могут создавать третейские суды. В первую очередь это должны быть некоммерческие организации: бизнес-ассоциации, торгово-промышленные палаты и другие НКО такого рода. Единственные коммерческие компании, для которых пока предложено сделать исключение, — это, так скажем, инфраструктурные организации рынка, например биржи.

Что же будет с третейскими судами, например, "Газпрома" или ЛУКОЙЛа. Они должны будут самоликвидироваться?

Действительно, при крупных организациях есть уважаемые третейские суды. Поэтому после введения новых правил нужно установить длительный переходный период, чтобы эта положительная практика не прекращалась. Постепенно они смогут перевести свои третейские суды, например, под крыло отраслевых ассоциаций.

Должен быть не только государственный контроль. Само профессиональное сообщество третейских судей должно каким-то образом формироваться. Но пока нет единого мнения как. Есть точка зрения, что должны быть созданы саморегулируемые организации (СРО) судей, но большинством в рабочей группе эта идея не поддерживается, потому что третейским судьей может быть любой гражданин. Стороны могут пригласить уважаемого специалиста, он может быть иностранцем, не юристом, да кем угодно. Делать СРО с обязательным членством неправильно: мы таким образом сильно ограничиваем выбор. А вот сделать СРО учредителей третейских судов можно, чтобы как-то повысить ценность репутации. Чтобы само сообщество начало себя регулировать и контролировать.

А кто будет устанавливать требования к судьям?

Мы собираемся ограничиться базовым набором требований. Есть консенсус по возрастному цензу в диапазоне 25-28 лет. Оговорок по судимости нет. Есть обязанность по раскрытию конфликта интересов. Был вопрос о запрете на профессию в случае, если за предыдущие разбирательства судья привлекался к ответственности. Но это требование может появиться, когда заработают механизмы привлечения судей к ответственности.

Высшее юридическое образование обязательно только в том случае, если судья ведет разбирательство единолично. Если дело рассматривает коллегия судей, то хотя бы один из них должен быть дипломированным юристом.

Есть ли отдельные правила для споров, которые рассматривают религиозные деятели?

Люди вправе обратиться к любому авторитету с вопросом, кто из них прав, но это не третейское судопроизводство. Это вне судебных рамок. У них нет возможностей по принудительному исполнению решения.

Что будут рассматривать суды по новым правилам?

Концепция предлагает существенно расширить рамки арбитрабельности судов. Есть целый ряд споров, которые можно было бы вынести за пределы судов общей юрисдикции. Например, вполне арбитрабельными могут быть дела по разделу имущества между супругами, у которых есть брачный договор. Если есть дети, то, скорее всего, такие споры останутся в судах общей юрисдикции, потому что есть интересы третьей стороны. Базовое разграничение арбитрабельности, которое поддерживают все: третейское разбирательство может быть только в отношении споров, которые не затрагивают интересы третьей стороны.

Но эти правила созданы в расчете на будущее. Сейчас речь идет о формировании эффективных третейских судов. Когда система сформируется, то их можно будет нагружать другими видами споров.

В первую очередь — уже в краткосрочной перспективе — речь идет о корпоративных спорах. Многие решения по таким спорам не признаются арбитражными судами правомочными. Здесь также есть две крупные категории: когда затрагиваются интересы третьих лиц, например споры между акционером и АО, и когда такие интересы не затрагиваются, например споры в рамках акционерного соглашения, которое заключили две стороны. Вторая категория обязательно должна быть арбитрабельна для третейских судов.

А потом суды общей юрисдикции будут все эти дела пересматривать...

К сожалению, у нас действительно сложилась такая практика. Если одна из сторон недовольна решением третейского суда, то она идет в обычный суд, и тот начинает заново рассматривать дело по существу. Такого быть не должно. В законодательстве есть понятие нарушения "публичного порядка", и сейчас оно излишне широко используется как основание для пересмотра решения третейских судей. Предлагается изменить эту практику. Нужно сузить эту лазейку, чтобы решение о пересмотре было максимально обоснованным и стало скорее исключением из правил, а для этого необходимо обобщение судебной практики по данному вопросу, разъяснения Верховного и Высшего арбитражного судов.

Оптимальная система должна выглядеть следующим образом. Третейский суд принимает решение. Если оно не заведомо неправомерное и не нарушает принцип публичного порядка, то в течение месяца в автоматическом режиме суд должен выдать исполнительный лист, который может применяться судебными приставами для принудительного исполнения. Если он выдан, то нужно вводить запрет на подачу заявления о приостановлении исполнения решения третейского суда. Это позволит создать систему, которую бизнес будет воспринимать как эффективную. Потому что сейчас третейские суды — это прокладка между государственным судом и спором в офисе.

Если одна из сторон не согласна, то рассмотрение жалоб должно уже осуществляться судами кассационной инстанции. Всегда одной из сторон что-то не нравится, это не основание для того, чтобы государственный суд заново начинал рассматривать это дело. Их никто не заставлял. Третейское разбирательство — дело добровольное. Они сами соглашались и на разбирательство, и на кандидатуру судьи. Если потом все это оспаривать, то так система никогда не будет нормально работать.

Когда появится новая система?

В ближайшее время концепция будет утверждена рабочей группой, после чего мы начнем готовить поправки в законы о третейских судах и международном коммерческом арбитраже и смежное законодательство. Думаю, поправки будут готовы к концу мая. До осени будем их масштабно обсуждать и в осеннюю сессию планируем внести в Госдуму.