Особенности социального формирования религиозного сознания

М.А. Суворов, аспирант, кафедра философии, Забайкальский государственный университет, г. Чита, Россия, mikhail.suvorov.2016@mail.ru

ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНОГО ФОРМИРОВАНИЯ РЕЛИГИОЗНОГО СОЗНАНИЯ

Статья посвящена проведению структурного анализа и сравнения алгоритмов социального влияния и манипуляции на религиозное сознание человека в традиционном и современном обществе. Автором использовано сочетание концепций «жизненного мира» и «логосферы», что позволило определить реальность как семиотическую систему, где религиозные взгляды и идеи, обеспечивающие мировоззренческую ориентацию личности, конструируются в контексте взаимодействия социального и индивидуального, религиозного и нерелигиозного сознания, в структуре которого автор выделяет взаимодействующие между собой личностный и общественный уровни, создающие феномен интерсубъективности. В рамках этой парадигмы приводятся доказательства того, что религиозные представления возникают в результате отражения на личностном уровне различных типов религиозных сообщений, посылаемых с общественного уровня — как иррациональных, так и рациональных, связанных как с научением, так и с внушением и манипуляцией. Всё это создает смешанную структуру религиозного сознания, содержание которого зависит как от внешнего социального влияния, так и от субъективного ответа на него.

Ключевые слова: религиозное сознание, социальное влияние, «жизненный мир», логосфера, интерсубъективность, научение, внушение, манипуляция.

Современная тотальная глобализация приводит к изменению условий социального взаимодействия, связанных с развитием интенсивных информационных потоков, формируемых массмедиа и Интернетом, эффективность влияния которых на сознание делает их важнейшим инструментом формирования личности. Сфера религии как никогда ранее ощущает последствия воздействия средств массовой информации, что проявляется в резкой активизации попыток социального влияния на сознание верующих и распространении мнения о том, что современная религиозность имеет исключительно сконструированную природу.

Это делает актуальным проведение сравнительного анализа процессов социального влияния на религиозное сознание в современном и традиционном обществе.

Согласно определению религии в социальной философии, это явление относится

к социальному пространству и имеет социальные функции1. Поэтому в современных условиях, когда в процессе модернизации глобализирующейся культуры ставится под сомнение действие устоявшихся механизмов инкультурации и социализации и утверждается возможность формирования религиозных реакций только за счет манипулирования сознанием, важно изучать характер взаимосвязи традиционных и новых механизмов, регулирующих поведение религиозной личности, выявлять все алгоритмы ее включения в социальное пространство, особенности ее взаимодействия с различными субъектами и институтами.

Ведущим направлением при раскрытии темы социального влияния на личность традиционно является обсуждение того, как структурировано то или иное общество, и как в нем протекают процессы социальной коммуникации и передачи информации.

дискуссия

журнал научных публикаций

В философии моделирование пространственной сферы, окружающей сознание человека, предпринималось П.Т. де Шарде-ном, В.И. Вернадским, П.А. Флоренским. На современные теории пространственно-временных категорий гуманитарной науки в значительной степени повлияли убеждения Э. Дюркгейма, М. Эли-аде, Э. Кассирера о том, что пространство структурировано «сакральными» представлениями. Популярность приобрели социологическая модель пространства, составленная П. Бергером и Т. Лукманом2, а также концепция «жизненного мира», разработанная А. Шюцем. Данная концепция основана на убеждении, что повседневная жизнь разделена на секторы, одни из которых воспринимаются привычно, а в других человек сталкивается с проблемами. Жизненным миром для большинства людей является их повседневная действительность, которая переживается и интерпретируется человеком посредством типических представлений. Религиозная реальность понимается как конечная область значений с анклавами в рамках высшей реальности, отмеченными характерными текстами, образами, символами и со-бытиями3.

На наш взгляд, для понимания процессов, происходящих в социальном пространстве культурного взаимодействия личности, эта структурная модель должна быть содержательно дополнена концепцией «логосфе-ры» Р. Барта4, включающей анализ «слов» как элементов, являющихся основой формирования культуры и орудия власти, подавления. Эта концепция, которая направлена на объяснение социального влияния посредством функций языка, развивается отечественными авторами семиотического и лингвокогнитивного направления.

Когнитивную проекцию пространства взаимодействия имманентного и транс -цендентного знания в виде гомеоморфной окружности конструирует Ю.М. Лотман. Какие бы усилия ни прилагало сознание че-

ловека, оно будет находиться внутри окружности, ведь оно несравнимо с абсолютом5. Сфера непознанного, тем не менее, всегда будет интересовать человека, что и является организационным и гносеологическим основанием объективности социального влияния и манипуляции.

Существующее неравновесное взаимодействие разных, противопоставленных друг другу миров, во-первых, приводит к возникновению разнонаправленных сообщений, потоками которых пронизано пространство взаимодействия между ними; во-вторых, к тому, что взаимодействие религии и общества часто становится генератором новой религиозной информации по причине того, что представленные различными сферами языки не имеют взаимно однозначных смысловых соответствий.

Религиозный локус этого пространства, как правило, продуцирует наиболее развитые и структурно организованные сообщения, которые содержат информацию о том, «что было на самом деле». Вместе с тем эти сообщения сталкиваются с сообщениями общества, требующими того, «как должно быть на самом деле». Притом, помимо этих первичных, исходных сообщений, в религиозном пространстве распространены вторичные, интерпретированные, и здесь, как верно полагает Б.С. Ерасов, мало исходить только из анализа текстов первичных заповедей и принципов, необходимо рассматривать вопросы рецепции и ответа на них со стороны участников дискурса6.

Таким образом, структурно сфера религиозного сознания представляет собой множество текстов, символов и событий, представленных как целостный, связный нарратив с точки зрения какой-либо общемировоззренческой парадигмы.

В своих конкретных исторических особенностях религиозное сознание зависит как от воздействия, которое испытывает личность со стороны окружения, так и от соответствующего конкретному истори-

Жизненным миром для большинства людей является их повседневная действительность, которая переживается и интерпретируется человеком посредством типических представлений. Религиозная реальность понимается как конечная область значений с анклавами в рамках высшей реальности,

отмеченными характерными текстами, образами, символами и событиями.

ческому моменту самовосприятия, то есть идентификации этой личности.

Стало быть, исследуя религиозное сознание в контексте его взаимодействия с некими социальными идеями, ученый должен сопоставить структуры алгоритмов передачи идей, конструирующих религиозное сознание в разных обществах, а также указать на особенности религиозного сознания личности, формируемой в контексте воздействия различных механизмов передачи религиозной информации.

Существуют описания двух типов процесса формирования религиозного сознания. Оба они связаны с определенными процессами мышления и являются результатами деятельности человека, стремящегося осмыслить реальность. Это так называемые «вертикальный» подход, связанный с процессами инкультурации, и «горизонтальный», связанный с процессами социализации7.

«Вертикальный» подход имеет место тогда, когда люди воспринимают религиозное мировоззрение по рождению в соответствии с традицией8. Формируемое в этом случае религиозное мышление нерефлексивно и фидеистично. В данном выборе человек не свободен, подчиняясь процессам инкультурации, образ мира он усваивает непроизвольно. Фундамент архаических и традиционных картин мира сконструирован в технике «вертикального», недоговорного фидеизма, то есть поведения, основан-

ного на вере и копировании, предоставляющего традиционные программы культовых действий и объекты поклонения для значительной части населения.

В процессах социального конструирования религиозного сознания «вертикальный» метод дополняется «горизонтальным» подходом, связанным с процессами целенаправленной инкультурации. В отличие от традиционного религиозного сознания, сформированного неконвенциональным способом, этот тип религиозного сознания ориентирован на осмысленную реализацию свободы религиозного выбора и инновацию. В этом случае значение того или иного религиозного термина изначально принимается сообществом религиозных специалистов в качестве истинного и затем распространяется среди верующих, принимающих его благодаря сознательному выбору в относительно зрелом возрасте.

Учение, предлагаемое к постижению, изначально считается тайным и институционально определяется в эзотерических терминах. Для его охраны формируется штат специалистов-виртуозов, провозглашающих его избирательность, но поддерживающих функционирование институтов, способствующих его массовому распространению9.

Следствием этих процессов является существование религиозных идеологий, которые по причине их кардинального отличия от традиционного религиозного созна-

I #

Г '

дискуссия

журнал научных публикаций

ния в обществе привлекают широкие слои неофитов и встречают противостояние традиционалистов.

Одним из ключевых вопросов, поднимаемых в дискуссиях, посвященных традиции и инновации, является тема манипуляции сознанием верующих, которые, как считается, ввиду осознанного выбора вряд ли смогли бы поверить в ценности «чужих»10.

Итак, как показывает анализ структуры религиозного пространства, оно объективно создает условия для применения в нем практики манипулятивного воздействия. Дело в том, что специфика религиозных учений, использующих «горизонтальный» подход, состоит в том, что распространяемое ими «подлинное знание» всегда основывается на вере в то, что это «знание» ранее было скрытым, а затем оказалось получено основателями религии, посвященными, мистиками в результате непосредственного контакта с «первоисточником».

Как показывает структурный анализ этого знания, с точки зрения психологии и феноменологии религии11 оно в равной степени насыщено возможностями религиозного спасения и религиозного обмана. Однако, на наш взгляд, асимметричность рассмотренной схемы религиозной коммуникации доказывает, что религиозное влияние может быть не только манипулятивным.

Ключевое значение в определении того, какую роль сыграло социальное влияние на религиозное сознание, приобретает личностный фактор, так как, по мнению М.М. Шахнович, он выявляет скрытую в этом феномене субъективность и индивидуально-специфическое отношение к священному, связанное с религиозным опытом верующего12.

Убежденность каждого верующего в том, что его религиозный опыт не менее достоверен, чем житейский или научный, оставляет открытыми вопросы о том, представляет ли религиозное переживание самостоятельное явление или оно определяется социальными и психологическими условиями, а также существует ли объектив-

ный контакт с силами, находящимися вне человеческого сознания, или религиозный опыт является игрой воображения.

Для внешнего наблюдателя сущность религиозной личности — это тайна, скрытая за бытийной оболочкой, и поэтому значение термина «религиозная личность» является предметом дискуссии.

С точки зрения религиозных философов, только религия способна дать человеку подлинную свободу в контексте противостоящих им концепций, религия — это вздох «угнетенной твари»13. Таким образом, дело не в самом процессе манипулирования, а в том, какую априорную оценку дает исследователь тем или иным организациям, которые используют этот инструмент социального влияния.

К примеру, манипуляция широко используется в традиционных обществах как инструмент социализации и инкультура-ции, дополняющий традиционные педагогические методы, основанные на научении, и направленный на максимально эффективное усвоение и воспроизведение позитивных для общества педагогических и психологических эффектов. Эта практика конструирует социальный мир человека, который А. Шюц понимает как опыт обобщенного сознания людей, создаваемый в процессах взаимовлияния и взаимодействия между собой множества субъектов14.

Следовательно, можно заключить, что среди верующих есть немало таких, чье сознание сформировано только под воздействием социального окружения. Подтверждением этому является существование множества верующих — не практикующих, но идентифицирующих себя с тем или иным религиозным направлением. В этом случае содержание религиозного сознания является данью традиции и культурной идентификации, и в отличие от религиозных объединений, сформированных верующими, выбирающими религию осознанно, именно оно наблюдается и признается социально приемлемым в большинстве существующих обществ.

Убежденность каждого верующего в том, что его религиозный опыт не менее достоверен, чем житейский или научный, оставляет открытыми вопросы о том, представляет ли религиозное переживание самостоятельное явление или оно определяется социальными и психологическими условиями.

Таким образом, под термином «религи озное сознание» необходимо понимать рели гиозные образы, понятия, концепции, кото рые основываются на переживании челове ком запредельного опыта и связаны с культовыми действиями и объединениями.

Религиозное сознание подвергается воздействию внешних обстоятельств, усложняющих его структуру и способствующих возникновению неожиданных изменений. К этим обстоятельствам относят состояние государственно-конфессиональных отношений; степень взаимного доверия и законопослушности религиозных объединений; состояние общественного мнения в отношении религии, его адекватное или неадекватное выражение средствами массовой информации; наличие конфликтов между верующими и неверующими; характер и интенсивность миссионерской деятельности, и другие факторы. Кроме этого обратное воздействие на социум оказывает интерсубъективная, многомерная лич-ность15.

Субъекты религиозного сознания, а это значительная часть населения Земли, которые придерживаются религиозных взглядов и идей, обеспечивающих им мировоззренческую ориентацию и объекты для поклонения, имеют особенности в понимании мира, устройства общества, значения религии и т. д., которые конструируются в контексте взаимодействия социального и индивидуального; религиозного и нерелигиозного сознания. Эти особенности создают религиозные образы реальности, которые должны рассматриваться как сложноорга-низованные целостности, состоящие из совокупностей взаимодействующих между собой элементов, структуру которой составляют слова, тексты, символы, события.

В процессах социального конструирования религиозного сознания задействованы: «вертикальный» метод, заключающий в том, что многие люди воспринимают религиозное мировоззрение по рождению в соответствии с традицией; и «горизонталь-

Можно заключить, что среди верующих есть немало таких, чье сознание сформировано только под воздействием социального окружения. Подтверждением этому является существование множества верующих - не практикующих, но идентифицирующих себя с тем или иным религиозным направлением.

ныи» метод, связанный с процессами целенаправленной инкультурации в религию.

В результате религиозное сознание личности формируется различными типами ре-= лигиозных сообщений, посылаемых с общественного уровня — как иррациональных, так и рациональных, связанных как с научением, так и с внушением и манипуляцией.

При этом очевидно, что существует сходство в использовании алгоритмов и агентов социального влияния в так называемых традиционных, использующих вертикальиые, и нетрадиционных, использующих горизонтальные методы влияния. ^

Литература

1. Смирнов М.Ю. Мифология и религия в российском сознании. СПб.: Летний сад, 2000. С. 77.

2. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медиум, 1995. С. 46.

3. Шюц А. Смысловая структура повседневного мира: Очерки по феноменологической социологии. М.: Ин-т. фонда «Общественное мнение», 2003. С. 119.

4. Барт Р. Риторика образа. М.: Прогресс, 1989. С. 50.

5. Лотман Ю.М. Семиосфера. СПб.: Искусство-СПБ, 2001. С. 470.

6. См.: Ерасов Б.С. Социальная культурология. М.: Аспект-Пресс, 2000. С. 210.

7. Мечковская Н.Б. Социальная лингвистика. М.: Аспект-Пресс, 2000. С. 9.

8. Мид М. Культура и мир детства. Избранные произведения. М.: Наука, 1988. С. 322.

9. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медиум, 1995. С. 181.

10. Киселева Л., Медведева Н.И. Манипулирование сознанием на бытовом уровне. [Электронный ресурс]. URL: http://www.scienceforum.ru/2013/ pdf/8540.pdf (дата обращения: 19.12. 2014).

11. Гуревич П.С. Роптания души и мистический опыт (феноменология религии У. Джемса) // Многообразие религиозного опыта. М.: Наука, 1993. С. 414.

12. Религиоведение / под ред. М.М. Шахнович. СПб.: Питер, 2012. С. 283.

13. Маркс К., Энгельс Ф. О религии и борьбе с нею. М.: Политиздат, 1975. Т I . С. 185.

14. Кон И.С. В поисках себя: личность и ее самосо- 15. Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура. знание. М.: Политиздат, 1984. 151 с. М.: Политиздат, 1991. С. 23.

PECULIARITIES OF RELIGIOUS MIND'S SOCIAL FORMATION

M.A. Suvorov, postgraduate, the department of philosophy, Zabaikalsky State University, Chita, Russia, mikhail.suvorov.2016@mail.ru

This article is devoted to structural analysis and comparison of algorithms of social influence and manipulation on human's religious mind in traditional and modern society. The author uses combination of the concepts «life world» and «logosphere», that allows to define reality as a semiotic system, where religious views and ideas, providing world outlook orientation of personality, are constructed in the context of social and individual interaction; religious and irreligious mind, in this structure the author separates out some interactive personal and public levels, creating a phenomenon of intersubjectivity. In the paradigm's frames the author provides proofs that religious representations appear as a result of reflection on the personal level of different religious messages, sent from the public one, irrational and rational, connected with teaching, suggestion and manipulation. It creates a mixed structure of religious mind; the content of this mind depends to social influence and subjective answer.

Key words: religion, social influence, "life world" logosphere, inter personality, learning, suggestion, manipulation.

References

1. Smirnov M.Iu. Mifologiia i religiia v rossiiskom soznanii [Mythology and religion in the Russian consciousness]. St. Petersburg, Letnii sad Publ., 2000. 128 p.

2. Berger P., Lukman T Sotsial'noe konstruirovanie real'nosti. Traktat po sotsiologii znaniia [The social construction of reality. A treatise on the sociology of knowledge]. Moscow, Medium Publ., 1995. 323 p.

3. Schutz A. Smyslovaia struktura povsednevnogo mira: Ocherki po fenomenologicheskoi sotsiologii [Semantic structure of the everyday world: Essays on phenomeno-logical sociology]. Moscow, In-t. fonda «Obshchestven-noe mnenie» Publ., 2003. 336 p.

4. Bart R. Ritorika obraza [Rhetoric of the image]. Moscow, Progress Publ., 1989. 318 p.

5. Lotman Iu.M. Semiosfera [Semiosphera]. St. Petersburg, Iskusstvo-SPB Publ., 2001. 704 p.

6. Erasov B.S. Sotsial'naia kul'turologiia [Social studies]. Moscow, Aspekt-Press Publ., 2000. 591 p.

7. Mechkovskaia N.B. Sotsial'naia lingvistika [Social linguistics]. Moscow, Aspekt-Press Publ., 2000. 206 p.

8. Mid M. Kul'tura i mir detstva. Izbrannye proizvedeniia [Culture and the world of childhood. Selected works]. Moscow, Nauka Publ., 1988. 429 p.

9. Berger P., Lukman T. Sotsial'noe konstruirovanie real'nosti. Traktat po sotsiologii znaniia [The social construction of reality. A treatise on the sociology of knowledge]. Moscow, Medium Publ., 1995. 323 p.

10. Kiseleva L., Medvedeva N.I. Manipulirovanie soznaniem na bytovom urovne. [The manipulation of consciousness at the household level] Available at: http://www. scienceforum.ru/2013/pdf/8540.pdf (accessed 19.12. 2014).

11. James U. Mnogoobrazie religioznogo opyta [The diversity of religious experience]. Moscow, Nauka Publ., 1993. 432 p.

12. Religiovedenie. Pod red. M.M. Shakhnovich [Religion. Ed. by M. M. Shakhnovich]. St. Petersburg, Piter, 2012. 448 p.

13. Marx K., Engels F. O religii i bor'be s neiu [On religion and the struggle with her]. Moscow, Politizdat Publ., 1975. Vol. I . 368 p.

14. Kon I.S. V poiskakh sebia: lichnost' i ee samosoznanie [In search of self: personality and identity]. Moscow, Politizdat Publ., 1984. 151 p.

15. Losev A.F. Filosofiia. Mifologiia. Kul'tura [The philosophy. The mythology. Culture]. Moscow, Politizdat Publ., 1991. 525 p.