Устойчивое развитие компании и корпоративная устойчивость: проблемы интерпретации

УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ КОМПАНИИ И КОРПАРАТИВНАЯ УСТОЙЧИВОСТЬ: ПРОБЛЕМЫ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

К.Ю. Белоусов,

аспирант кафедры экономической теории и социальной политики экономического факультета

Санкт-Петербургского государственного университета

belloussov@mail.ru

В статье рассматриваются вопросы устойчивого развития компании и корпоративной устойчивости. Представлено решение проблем, связанных с переводом термина «sustainable development» и возможности решения сложившихся противоречий. Исследуются предпосылки и драйверы корпоративной устойчивости.

Ключевые слова: корпоративная социальная ответственность (CSR), социальная ответственность бизнеса, корпоративная устойчивость, устойчивое развитие компании

УДК 330.341 ББК 65.01

В настоящее время термин «устойчивое развитие» (Sustainable development) является достаточно распространенным в современном научном, корпоративном и политическом лексиконе. В последние годы данное понятие все чаще используется как в формате международных отношений, так и в программных документах различного уровня. На корпоративных сайтах многих российских и зарубежных компаний наряду с разделами по корпоративной социальной ответственности (Corporate social responsibility) появляются разделы, посвященные устойчивому развитию.

К сожалению, в российском научном сообществе, прессе и корпоративной среде стало нормой употребление терминов «устойчивое развитие» (sustainable development) и «устойчивость» (sustainability) как абсолютных синонимов. Чаще всего авторы научных статей используют слово «устойчивость» с целью сократить число повторений в тесте и сделать его более разнообразным. Данная тенденция заставляет задаться вопросом — является ли «устойчивость» действительным синонимом «устойчивого развития», а термин «корпоративной устойчивости» синонимом «устойчивого развития компании»?

Чтобы понять частоту использования перечисленных выше терминов, было проанализировано число их упоминаний в сети интернет. Как можно видеть из табл. 1 наиболее часто используется словосочетание «устойчивое развитие» («sustainable development»). Термин «корпоративная устойчивость» (0,47%) востребован в русскоязычном интернете почти в одиннадцать раз реже, чем «corporate sustainability» (5,15%) в мировой информационной сети. А термин «устойчивое развитие компании» (1,6%), напротив, в десять раз более популярен, чем «corporate sustainable development» (0,16%). Помимо этого, следует обратить внимание на то, какой существенной является разница в упоминаниях между «corporate sustainability» и «corporate sustainable development», если «corporate sustainability» повторяется 2,5 миллиона раз, то «corporate sustainable development» используется всего в 78,8 тысячах случаев.

Таблица 1

Упоминания терминов в сети Интернет

Термин Количество упоминаний Соотношение

устойчивое развитие 1 430 000 97,92

устойчивое развитие компании 23 400 1,6

корпоративная устойчивость (устойчивость) 6 920 (13 700 000) 0,47

sustainable development 46 900 000 94,69

corporate sustainability (sustainability) 2 550 000 (126 000 000) 5,15

corporate sustainable development 78 800 0,16

Составлено автором по результатам данных поисковой системы Google (на 15 апреля 2012 года).

Учитывая то, что «устойчивое развитие» (sustainable development) и так нередко путается с понятием «устойчивый эко-

номический рост» (sustainable economic growth), возникает классическая проблема подмены понятий, в принципе свойственная термину «sustainable development» в российской интерпритации

[1]. Многие исследователи отмечали шаблонность перевода термина «Sustainable development», подчеркивая неточность и то, что при переводе на русский язык в принципе сложно получить лаконичное и благозвучное словосочетание. Отсутствие точного (пусть, дословного) перевода данного словосочетания приводит к неоднозначной трактовке и самого понятия.

В табл. 2 представлены некоторые официально принятые переводы английского оригинала термина «sustainable development» и прямой перевод на русский язык. Если с единообразием перевода слова «development» не возникло проблем, то «sustainable» фигурирует как долговременное, как устойчивое, как продолжительное, и как прочное развитие. Например, «durable» помимо «долговременного», может также означать «прочный», «длительный», «долговременный», «долговечный» или «надежный». «Entwicklung» помимо «развития», означает также «проявление», «разработка», «создание», «конструирование», «развертывание», «изменение», «конструирование», «модернизация» или «проект» («проектирование»). Относительно идентичное слово «development» можно перевести на русский язык примерно в двадцати различных вариантах: помимо «развития» оно может пониматься как «рост», «разработка», «формирование», «строительство», «совершенствование», «обстоятельство» и так далее.

Таблица 2

Официальные переводы термина «sustainable development» на ряд языков мира и их прямые переводы

Язык Официально принятый перевод Дословный перевод на русский язык

Француз- ский Developpment durable Долговременное развитие

Итальянский Sviluppo sostenibile Заслуживающее поддержки развитие

Немецкий Nachhaltige Entwicklung Продолжительное развитие

Шведский En stadig utveckling Устойчивое развитие

Норвежский En holdbar utvickling Прочное развитие

Японский Jizoki-tekina kaihatsu Продолжительное развитие

Составлено по Моисеев Н.Н. «Устойчивое развитие» или «Стратегия переходного периода» // ЭКОС-информ. — 1995. — № 3/4. — С.45-56.

Подобное разнообразие потенциальных переводов говорит о доступности альтернатив и о том, что разные авторы не безосновательно критиковали выбранный официальный перевод. Неудачным перевод термина называл академик Н.Н. Моисеев

[2], отмечая при этом, что не стремится найти ему замену, предложив другой перевод, который заменил бы явно неудачное «устойчивое развитие», поскольку это, по его мнению, невозможно

в принципе. Однако, утвержденный перевод, породил опасные иллюзии, будто современные трудности можно преодолеть относительно простыми политическими решениями, не меняя, по сути, ничего фундаментально.

По мнению Г.С. Розенберга, «правильнее было бы перевести термин как допустимое развитие, неистощающее развитие или развитие, сохраняющее целостность» [3], поскольку «развитие» в данном случае характеризует состояние цивилизации, а его определение — природную среду. К сожалению, по мнению Г.С. Розенберга, этот нюанс исчезает при общепринятом переводе [4]. На наш взгляд, именно два из трех предложенных вариантов наиболее полно и точно отображают суть «sustainable development». «Допустимое развитие» подчеркивает необходимость выбора малотравмирующего и наиболее рационального пути дальнейшего существования. «Неистощающее развитие»

— недопущения ситуации, при которой возникнут критические долгосрочные последствия.

С одной стороны, очевидно, что официальный термин используется достаточно долго, успел закрепиться и его изменение на данном этапе достаточно болезненно (или в принципе невозможно). С другой стороны, нужно признать, что слово «sustainable» в данном контексте было переведено ошибочно и отсылает нас к понятию «устойчивость системы», обладающему иными свойствами. Сам по себе термин «sustainable» наводит «на мысль о способности противодействовать давлению и нажиму со стороны каких-либо сил», что, по всей видимости, и привело к появлению существующего официального перевода, вызывающего множество нареканий. В то время как «устойчивость» говорит о возможности системы возвращаться в исходное состояние, «sustainable development» подразумевает «сбалансированное», «уравновешенное», «щадящее» развитие, предполагающее необходимость такого управления обществом и экономикой, которое стремится уравновешивать множество разных интересов.

В данном контексте перевод должен иметь более узкий смысл, показывая «продолжающееся», но в то же время «щадящее», «неистощающее» развитие. То есть такое, которое не противоречит дальнейшему существованию человечества и его развитию в прежнем направлении. Данной интерпретации, на наш взгляд, не противоречит предлагаемый нами перевод термина «sustainable development» как «допустимое освоение (развитие)», отражающий суть классической дефениции Брунд-ланд, согласно которой допустимым развитием будет считаться такое, при котором удовлетворение настоящих потребностей ныне живущих людей не ущемляет будущие поколения в возможности удовлетворения своих потребностей. Благодаря подобной трактовке становится очевидна необходимость выбора компромиссного решения, поиска допустимого пути использования имеющихся ресурсов.

Имеет ли рассмотренное нами допустимое развитие отношение к понятию корпоративной устойчивости и какую роль в данном случае играет понятие устойчивого развития компании?

Пионером в становлении концепции корпоративной устойчивости стал Дж. Элкингтон [6, c. 170], который основал в 1987 году консалтинговую компанию «SustainAbility», в 1994-ом году ввел понятие «тройного (прим. — триединого) итога» (triple bottom line; TBL или 3BL), позволившее уйти от финансово-экологического измерения к анализу социально-экономического воздействия, которое до этого практически не учитывалось (в рамках сложившейся системы финансового итога «financial bottom line») [7, с. 406]. Фактически, модель TBL использовала деление на экологическую, экономическую и социальную среду устойчивого развития в приложении к компании (а не ко всему мировому сообществу безотносительно), формируя идею «Triple-Win Strategy», при которой выгоду получала не только компания или её потребители, но и все прочие члены общества [8, с. 90]. Фактически, Элкингтон пытался связать между собой две концепции: концепцию устойчивого развития и зарождающуюся концепцию корпоративной устойчивости, выделив три основания последней [9], получивших название 3Р — People, Planet, Profit (Люди, Планета, Прибыль), причем именно в указанной последовательности приоритетов. Согласно мнению Дж. Эл-кингтона переход мирового капитализма к новой парадигме корпоративной устойчивости связан с «семью революциями» в его драйверах (см. табл. 3), пережить которые сможет только по-настоящему устойчивая компания.

Таблица 3

«Семь революций» корпоративной устойчивости [10, с. 3]

Драйвер Старая парадигма Новая парадигма

1 Рынки Соответствие запросам Конкуренция

2 Ценности Неизменные Подверженные изменениям

З Прозрачность компании Закрытая компания Открытая компания

4 Жизненный цикл товара Срок службы товара или «точка продажи» Функции и цикл существования «от колыбели до могилы»

5 Партнерство Централизованное управление Симбиоз

6 Время «Время-деньги», «здесь и сейчас» Долгосрочное понимание, «долгое время»

7 Корпоративное управление Эксклюзивное Инклюзивное

Рынки (номер 1 в табл. 3) в обозримом будущем будут обусловлены мощной конкуренцией, а способность оценить рыночные условия и определить факторы, которые могут спровоцировать этот процесс, станут ключом к элементарному выживанию бизнеса.

Глобальное изменения общественных ценностей (2) характеризуется тем, что некогда устойчивые компании неожиданно обнаруживают, что мир, который они знали, «перевернуло вверх дном и вывернуло наизнанку». Дж. Элкингтон приводит как пример перемены, возникшие в Восточной Европе в 1989 году.

Революция, связанная с прозрачностью компаний (3) давно вышла из-под контроля — формы раскрытия информации начинают носить обязательный характер (отчетность по устойчивому развитию или корпоративной социальной ответственности). Процесс открытости связан с уходом от средств односторонней связи. Информация все чаще будет использоваться независимыми исследователями для сравнения и оценки конкурирующих компаний.

Изменение жизненного цикла (4) заключается в том, что компания больше не снимает с себя ответственность за произведенный товар в момент его продажи (at the point of sale), а несет за него пожизненную ответственность «от колыбели до могилы» — то есть, от добычи сырья вплоть до переработки или отслужившего свой срок товара. Расширение ответственности происходит до цепочек поставок, способов добычи, методов утилизации и ответственности корпоративных партнеров.

Изменение характера партнерских отношений (5), связано с появлением новых форм партнерства, возникающего между компаниями. Организации, еще не так давно считавшие себя заклятыми врагами, будут все активнее предлагать новые формы отношений с оппонентами (например, несмотря на ожесточенное противостояние с компанией Samsung, Apple использует её комплектующие в производстве своей продукции).

Время (6) рассматривается как все более дефицитный экономический ресурс. Уже сейчас требования к корпоративной отчетности заключатся в долгосрочности. Ключевым фактором для достижения корпоративной устойчивости становится способность мыслить в масштабах «длинного времени» (long time) даже не на два-три года вперед, а на десятилетия, поколения и, в некоторых случаях, даже на века.

Корпоративное управление (7) может нести потенциальную революцию, связанную с пересмотром самой природы бизнеса, возникновением дискуссий относительно роли корпораций. Чем совершеннее система корпоративного управления, тем больше шансов построить подлинно устойчивую корпорацию. Очевидно, что вопросы относительно корпоративной устойчивости вращаются не столько вокруг продуктов, сколько вокруг корпоративного устройства, корпоративных ценностей, соответствия TBL-повестке дня и интеграции соответствующих требований в корпоративное устройство.

Согласно определению Дж. Элкингтона (в переводе и сокращении Ю.Е. Благова [6, с. 174]) корпоративная устойчивость должна пониматься «не только как подход компании к обеспе-

чению своего долгосрочного развития, но и как область теории и практики, посредством которых компании и иные бизнес-организации работают над повышением жизнеспособности экосистем, сообществ и экономики» [11, с. 133].

Согласно определению доктора зальцбургского университета Р. Штойера [12] корпоративная устойчивость рассматривается как «модель, которой руководствуются корпорации, в своей экономической, социальной или экологической деятельности в краткосрочной и долгосрочной перспективе».

По мнению Т. Диллика и К. Хокертса корпоративная устойчивость представляет собой «удовлетворение прямых и косвенных заинтересованных сторон компании (таких как акционеры, сотрудники компании, потребители, активистские группы, местные сообщества и прочие), не входящие в противоречие с потребностями будущих поколений заинтересованных сторон» [13, с. 131]. Согласно их пониманию, корпоративная устойчивость подразумевает деление понятия «капитал» на три различных вида:

— (1) экономический (Economic capital),

— (2) природный или «экологический» (Natural capital),

— и (3) социальный (Social capital).

Экономический капитал (1) с позиции свойств устойчивости это «то максимальное количество денежных средств, которое человек может потратить в течение недели, чтобы в конце недели его благосостояние было таким же, как в её начале» [13, с. 132].

Принцип экологической устойчивости основан на том, что амортизация природного капитала (2) не может продолжаться бесконечно [14, с. 146]. Природный капитал может принимать формы природных ресурсов и экосистемных услуг (ecosystem services). Природные ресурсы (возобновляемые и невозобновляемые) используются во многих экономических процессах. Под экосистемными услугами понимаются естественные процессы, происходящие в окружающей среде (очистка воды, рекультивация почвы, размножение растений и животных), рассматриваемые с позиции «промышленного метаболизма» (industrial metabolism) [15], согласно которой, если компания потребляет больше энергии и ресурсов, чем может быть воспроизведено, или производит больше отходов, чем может быть переработано, то промышленные системы становится экологически неустойчивыми [16, с. 4].

Социальный капитал (3)условно можно разделить на человеческий (human capital) и социальный (в значении «общественный») капитал (societal capital). Последний является «управляемым» и идея о том, что компании должны вносить в него свой вклад, ненова, и подобные мысли высказывались еще в 1960-х

годах на заре формирования корпоративной социальной ответственности Лайкертом [17] и Гойдером [18].

Что же нужно сделать компании, чтобы считаться устойчивой? Экономическая устойчивость свойственна компаниям, способным обеспечить своим акционерам выплату дивидендов выше среднего уровня. Экологическая — компаниям, использующим исключительно природные ресурсы, которые потребляются на уровне ниже естественного воспроизводства. Социальная устойчивость подразумевает деятельность компании по увеличению человеческого и социального капитала [13, с. 133-134]. В целом, корпоративная устойчивость является балансом экономической, экологической и социальной ответственности, индикатором доверия всех заинтересованных сторон компании [19].

На наш взгляд, устойчивость компании можно рассматривать как:

• стабильное существование,

• стойкость к внешним и внутренним воздействиям,

• постоянство корпоративной стратегии,

• неподверженность рискам,

• отсутствие прямых потерь в результате воздействия внешней и внутренней среды;

• предотвращения негативных воздействий компании.

Корпоративную устойчивость можно трактовать как баланс,

обеспечивающий финансовое состояние предприятия, при котором его хозяйственная деятельность обеспечивает выполнение всех корпоративных обязательств перед заинтересованными сторонами (работниками, другими организациями, государством) благодаря достаточным доходам (и соответствию доходов и расходов) [20]. При этом необходимо учитывать, что экономическая устойчивость способна заменить социальную или экологическую корпоративную устойчивость [21, с. 26], не все виды природного капитала могут быть заменены экономическим капиталом [22, с. 20]. К тому же современная концепция устойчивого развития, в котором также наличествуют три области (экологическая, социальная и экономическая), подразумевает исключение из практики компаний вредоносных моделей производства и потребления, что предполагает усиление ответственности компаний и формирование принципов корпоративной устойчивого развития компании. По этой причине, на наш взгляд, нелогично сводить корпоративную устойчивость, представляющую собой комплексное понятие, исключительно до уровня устойчивости экономического капитала, отрицая значимость социальной и экологической устойчивости компании.

Литература

1. Смирнов С.В. Структурирование ноосферогенеза в контексте ноосферной концепции // Проблема человека в свете современных социально-философских наук. — Вып.3. — Елабуга: Изд-во ЕГПУ, 2006. — С. 83-92.

2. Моисеев Н.Н. «Устойчивое развитие» или «Стратегия переходного периода» // ЭКОС-информ. — 1995. — № 3/4. — С. 45-56.

3. Розенберг Г.С. и др. Крутые ступени перехода к устойчивому развитию // Вестник РАН. — 1996. — С. 436-441.

4. Смирнов К. Многополюсный мир. Академик и мэр о проблемах городов-гигантов //, Новая газета. 12.10.1998 [Электронный доступ] — http://sarhive.ru/12/145

5. Косов Ю.В. Генезис концепции устойчивого развития // Экология и образование. — 2002. — №1-2 [Электронный доступ] — http://www.slon-party.ru/reading/polit_libr/bibl-kosov_eco.html

6. Благов Ю.Е. Корпоративная социальная ответственность: эволюция концепции. — СПб.: СПбГУ, 2010.

7. Visser W., Matten D., Pohl M., Tolhurst N. The A to Z of Corporate Social Responsibility. London : A John Wiley & Sons, Ltd., Publication, 2010. — 470 p.

8. Elkington J. 1994. Towards the Sustainable Corporation: Win-Win-Win Business Strategies for Sustainable Development. California Management Review 36(2): 90-100 p.

9. Elkington J. Cannibals With Forks: The Triple. Bottom Line of 21st Century Business. Capstone,. Oxford, 1997, 402 p.

10. Elkington J. Enter the Triple Bottom Line. In A. Henriques & J. Richardson (Eds.), The Triple Bottom Line: Does it All Add Up? Assessing the Sustainability of Business and CSR (pp. 1-16). London, 2004: Earthscan Publications.

11. Visser W., Matten D., Pohl M., Tolhurst N. The A to Z of Corporate Social Responsibility. London : A John Wiley & Sons, Ltd., Publication, 2007. — 470 p.

12. Steurer, R., Langer, M.E., Konrad, A., Martinuzzi, A. 2005. Corporations, Stakeholders and Sustainable Development I: A Theoretical Exploration of Business Society Relations // Journal of Business Ethics, 61/3, p. 263-281

13. Dyllick T. and Hockerts K.: 2002, Beyond the Business Case for Corporate Sustainability’, Business Strategy and the Environment 11, р. 130-141.

14. Lovins AB, Lovins LH, Hawken P. 1999. A road map for natural capitalism. Harvard Business Review 77(3): 145-158 p.

15. Ayres R. 1989. Industrial metabolism and global change // International Social Sciences Journal 121: р. 23-42.

16. Ayres R. 1995. Statistical Measures of Unsustainability, R&D Working Paper No. 95/84/EPS. INSEAD: Fontainebleau.

17. Likert R. 1967. The Human Organization: its Management and Value. McGraw-Hill: Tokyo.

18. Goyder G. 1961. The Responsible Company. Blackwell: Oxford.

19. Kaptein M, Wempe J. 2001. Sustainability management, balancing conflicting economic, environmental, and social corporate responsibilities // Journal of Corporate Citizenship 1(2): 91-106 р.

20. Кром Е. Марш бережливых // Менеджмент роста. — Вып. 1(01). — 2006.

21. Maler KG. 1990. Sustainable development. Sustainable Development: Science and Policy. Conference Report, 8-12 May 1990. NAVF: Bergen. P. 26

22. Daly HE. 1991. Steady-State Economics, 2nd edn with new essays. Island: Washington, DC.

О ЗНАЧЕНИИ СТРУКТУРЫ КАПИТАЛА В ИННВАЦИОННОМ РАЗВИТИИ КОМПАНИИ

А.А. Яковлев,

генеральный директор консалтинговой фирмы «Антей» (Санкт-Петербург),

кандидат экономических наук yakovlev@yandex.ru

В статье представлены подходы к определению величины ценности компании. Рассматривается оптимальное соотношение между собственными и заемными средствами, что позволяет поддерживать устойчивые темпы развития компании.

Ключевые слова: собственные и заемные средства, темпы развития, инвестиции, компания.

УДК 330

Стремление компаний к росту своего благосостояния как в целях расширения деятельности, так и увеличения инвестиционной привлекательности способствует более пристальному теоретическому рассмотрению источников финансирования и способов управления ими. Перспективным направлением исследований является вопрос о влиянии структуры капитала на рыночную капитализацию компании. Однако общепринятая экономическая теория не придает большого значения выбору той или иной структуры капитала и отмечает отсутствие каких-либо преимуществ в переходе от одного соотношения между собственным и заемным капиталом к другому [1, 284]. Реальные представления о величине ценности компании дают собственнику возможность работать над усовершенствованием производственного процесса путем внедрения инновационных решений, а также разрабатывать дальнейшую стратегию по увеличению рыночной стоимости бизнеса. Знание о структуре капитала, позволяет собственнику выбрать такое соотношение собственных и заемных средств, которое позволило бы поддерживать устойчивые темпы развития компании и уверенно развиваться в конкурентной среде и в кризисных ситуациях.

Известно, что структура капитала компании представлена такими его составляющими как собственные и заемные источники финансирования. Собственный капитал являет собой основу финансовой устойчивости и стабильного функционирования компании. Это та часть актива, которая сформирована за счет средств собственников, инвестировавших свои средства в данную компанию. В балансовой оценке собственный капитал равен величине чистых активов компании и часто трактуется как аналог долгосрочной задолженности компании перед своими собственниками [2, 156]. Состав собственного капитала зависит от организационно-правовой формы компании, но в общем виде представляется разницей между активами компании и объемом ее заемных средств. Формально собственный капитал отражается в пассивной части баланса компании.

Собственный капитал

Уставный Добавочный Резервный Нераспределенная

капитал капитал капитал прибыль

Рис. 1. Формы функционирования собственного капитала компании

Основными компонентами собственного капитала являются: уставный, добавочный и резервный капитал, а также нераспределенная прибыль (см. рис. 1). Уставный капитал выступает в качестве характеристики совокупной номинальной стоимости акций фирмы, приобретенных акционерами, т.е. суммой денежных средств, предоставляемых собственниками для обеспечения уставной деятельности предприятия при его создании. Уставом компании закрепляется размер уставного капитала, номинальная стоимость акций, их количество, категории акций (обыкновенные, привилегированные), права владельцев акций. Вкладами в уставный капитал могут быть как денежные средства, так и материальные и нематериальные активы. В момент передачи активов в виде вклада право собственности на них переходит к хозяйствующему субъекту, т.е. инвесторы теряют вещные права на эти объекты.

Содержание категории «уставный капитал» зависит от организационно-правовой формы компании [3, 247]. Например, для акционерного общества (АО) это номинальная стоимость акций всех типов, которая не может быть менее тысячекратной суммы (для ОАО) или стократной суммы минимального размера оплаты труда, установленной ФЗ на дату государственной регистрации общества [4, 197]. Если по окончании финансового года стоимость чистых активов общества окажется меньше уставного капитала (но не менее минимальной величины, определенной выше), то общество обязано будет объявить об уменьшении своего уставного капитала.

Особое место в реализации гарантии защиты кредиторов занимает резервный капитал, главная задача которого состоит в покрытии возможных убытков и снижении риска кредиторов в случае ухудшения экономической конъюнктуры. За этим источником финансирования стоят владельцы обыкновенных акций, а его формирование есть ни что иное, как реструктурирование пассива баланса. Резервный капитал формируется в соответствии с установленным законом порядком и имеет строго целевое назначение. Формирование резервного капитала происходит путем ежегодных отчислений из чистой прибыли и в размере, предусмотренном уставом общества, но не менее 5% от его уставного капитала. В соответствии с ФЗ № 120 «Об акционерных обществах» средства резервного фонда формируются в целях покрытия убытков, погашения облигаций общества, а также в случае отсутствия иных средств выкупа собственных акций [4, 275].

Следующим элементом структуры собственного капитала является добавочный капитал.