Этнокультурная и лингвистическая специфика инициальных традиционных формул народной сказки (на материале лезгинского, русского и английского языков)

УДК 811.352.32

ЭТНОКУЛЬТУРНАЯ И ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ СПЕЦИФИКА ИНИЦИАЛЬНЫХ ТРАДИЦИОННЫХ ФОРМУЛ НАРОДНОЙ СКАЗКИ

© 2012

Гасанова Д.С.

Дагестанский государственный педагогический университет

Статья содержит анализ функций и способов функционирования традиционных формул сказок на лезгинском, русском и английском языках; описание общего и уникального в специфике традиционных формул.

The article contains the analysis of functions and forms of functioning the traditional formulas of Lezghin, Russian and English fairy tales; the description of general and unique in the traditional formulas specific.

Ключевые слова: лингвокультурология, традиционные формулы сказки, лезгинский язык, русский язык, английский язык, картина мира.

Keywords: linguistic culturology, ethnocultural, traditional formulas of the fairy tale, the Lezghin language, Russian, English, world picture.

Современная лингвистика характеризуется переходом к антропоцентрической парадигме исследования, обращением к теме человеческого фактора в языке, т. е. к изучению языка в тесной связи с человеком - его сознанием, мышлением, культурой и духовной деятельностью. В рамках указанного подхода актуальным является изучение языковой картины мира как феномена культуры, который, будучи содержательно детерминирован ею, сам обеспечивает действие социокультурного механизма трансляций и воспроизводства опыта.

Интересный материал в данном отношении дает анализ фольклорно-языковой картины мира, специфика которой в ее тесной связи с традиционной народной культурой.

Наиболее характерно фольклорно-языковая картина мира отображается языком произведений устного народного творчества, особенностью которого является употребление устойчивых, как правило, неизменяемых языковых оборотов, называемых традиционными формулами.

Рассмотрим этнокультурную и языковую специфику традиционных формул сказок на материале текстов сказок на лезгинском, английском и русском языках. Жанровые особенности данного типа произведений фольклора предполагают наличие определенной структурной, композиционной и языковой формы, характерной только сказкам, поэтому возникновение и функционирование традиционных формул в языке сказок вполне закономерно.

Традиционные формулы (ТФ) сказки - это универсальные модели, предоставляемые в распоряжение сказочника традицией, это схемы, в которые рассказчик вкладывает материал, модифицирует сюжеты, сохраняя при этом форму. Сущность традиционных сказочных формул заключается в их функциях, непосредственно связанных со спецификой сказки как сложного жанра, это не «приемы», а показатели известного отношения к действительности [6. С. 45].

Наличие традиционных языковых формул - основная отличительная черта стиля сказки. Как правило, традиционные сказочные формулы подразделяются на группы в

соответствии с традиционной национальной картиной мира.

Как правило, это группы, обозначающие начало или конец какого-либо действия, отрезок времени, место, направление и т. п.: жши-были, в некотором царстве, в некотором государстве; хьана кьван, хьанач кьван; хъуът!уън тум яргъи я, гьанигни агакьда, йикъар-варцар алатда (лезг.); once upon a time (there)..; there were formerly, dunnamany year (years) ago, some time since.

Основное назначение повествования в тексте художественного произведения -обозначение места действия, называние лиц и не лиц, производящих действия, и обозначение самих действий [3. С. 28], для чего и предназначено употребление традиционных формул.

Классификация традиционных формул сказок разных исследователей совпадает в общих чертах.

По мнению Н. Рошияну, традиционные формулы сказки представлены тремя группами -инициальные, медиальные и финальные [6. С. 45]. Инициальные формулы выделяются как наиболее значимые. Автор выделяет два типа инициальных формул: формулы времени (хронологические) и формулы пространства (топографические).

Н. М. Герасимова еще более конкретизировала данную схему и установила, что речи сказочника свойственны инициальные и финальные формулы, среди которых она выделила пять типов инициальных («формулы существования», «формулы наличия или отсутствия», «формулы времени», «топографические формулы», «формулы недостоверности») и финальных формул («формулы существования», «формулы, акцентирующие момент окончания рассказывания», «формулы «вознаграждения» сказочника», «формулы приобретения и потери подарков») [4. С. 18-28].

Как показали результаты исследования, в тексте сказок на любом языке, в том числе и на лезгинском, русском или английском, большое место занимают инициальные традиционные формулы, несущие важную функциональную нагрузку: вводят в повествование, служат композиционным целям, датируют действия или события, номинируют пространство, представляют и описывают лица, несут изобразительно-выразительную нагрузку и т. п.

а) инициальные формулы времени

Типологический анализ инициальных формул свидетельствует о том, что у славянских народов, в частности, в русской сказке, определения времени, как правило, отсутствуют в инициальной формуле, функцию «датирования» действия выполняет, в основном, прошлое время глагола («жили-были») и различные вариации на эту тему (бывали-живали и т. п.):

«В некотором царстве жил-был купец. Двенадцать лет жил он в супружестве и прижил только одну дочь, Василису Прекрасную» (Василиса Прекрасная); «В некотором царстве, далеком государстве, жил-был царь с царицей, у них был сын Иван-царевич, с роду немой» (Ведьма и Солнцева сестра).

Приоритетное место занимает обозначение пространства: «В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь с царицею»; «За тридевять земель, в тридесятом государстве жил-был царь с царицею; детей у них не было».

В лезгинских сказках отмечается противоположная тенденция, когда приоритетным является датирование, указание на время происходящих событий, а не на место: «Хьана кьван, хьанач кьван са сикЬ (Жила-была лиса); «Суьлейман пайгъамбардин заманада Зал лугьудай са итим хьана» (Рустам Зал) - «Во времена пророка Сулеймана жил мужчина по имени Зал...»; Са гьи вилаятда ят1ани къадим заманада Шагьугъли шагь Абас лугьудай пачагь авай (Далалубегьли). - «В какой-то стране в древние времена жил......

Таким образом, в лезгинской сказке определение времени в сказочной исходной ситуации корреспондирует с исполнительским временем рассказа о сказочных событиях и противостоит абсолютному времени действия сказочных героев, создается ощущение временной неоднозначности.

Характерным началом англоязычной сказки является фраза (хронологическая формула): «Once upon a time (there)...», которая выступает как первый и основной маркер традиционного сказителя.

Ср.: «Once upon a time a little old man and a little old woman lived in a neat little house in a wood»; «Once upon a time there was a king who had an extraordinary garden»; «Once upon a time, in a small cottage near to a forest, there lived a woodcutter with his wife and son whose name was Hansel».

Кроме традиционного маркера времени «Once upon a time», сказители используют и другие лексические индикаторы сказочного времени. В текстах англоязычных сказок обнаружены следующие лексические варианты элемента «время» в инициальной формуле: there was once, a long time ago, there were formerly, dunnamany year (years) ago, some time since, on a certain time, one day, one winter (summer) morning, one evening, one dark and stormy night etc.

Таким образом, для английской сказки инициальная формула времени также наиболее распространенная и имеет множество вариантов: «Once upon a time, in a small cottage near to a forest, there lived a woodcutter with his wife and son whose name was Hansel»; «In the days of the great Prince Arthur, there lived a mighty magician, called Merlin, the most learned and skilful enchanter the world has ever seen».

Инициальные формулы времени в английской сказке могут разграничиваться по семантическому компоненту «факт существования»: Years ago in China, there was a poor couple, who had no children. (L. Yep “Slippers”.); There lived in Land of Oz two queerly made men, who were the best of friends. (L.F. Baum “The Scarecrow and the Tin Woodman”); и «ввод действия»: There are many tales about Johnny’s travelling through the forests without any fear of wild animals. (S.Appleseed “Rainbow Walker”).

Кроме этих основных типов, можно выделить менее частотные инициальные формулы, выражающие, в частности, компонент время, с помощью которого просто датируется действие: In the spring of a certain year, long since passed away, Prince Hassak, of Itoby... (S.Stockton “Prince Hassak’s March”).

Рассмотрение разнообразных случаев инициальных формул позволяет утверждать, что события англоязычной народной сказки, как правило, из реального времени исключены, они носят вневременной неопределенный характер. Только в полусказках-полулегендах или сказках, приближенных к быличкам, т. е. смешанных жанрах, может встречаться более или менее определенное указание времени.

Ср. «There lies in the parish of Merthyr Tydfil a hollow that some call Pant yr Aros, Hollow of the Staying; some call Pant yr Hanes, Hollow of the Legend. In a century gone by there was a farm thereabouts called Pantannas; and at that time the fairies used to pay frequent visits to several of the fields belonging to the farmer.

В отдельных случаях нарратор англоязычной народной сказки пытается в какой-то мере соотнести время действия сказки с реальным историческим временем, намекнуть читателю хотя бы приблизительно, когда же это происходило:

«In the days of the great Prince Arthur, there lived a mighty magician, called Merlin, the most learned and skilful enchanter the world has ever seen»;

«In the reign of the famous King Edward III there was a little boy called Dick Whittington, whose father and mother died when he was very young, so that he remembered nothing at all about them...».

Однако время при этом идентифицируется лишь описательно, косвенно. Кроме того, такие случаи не типичны для англоязычной сказки, в которой, как и в сказках лезгинской и русской, следует констатировать полную замкнутость художественного времени. Все эти варианты определения времени и в лезгинском, и в русском, и в английском языках имеют один и тот же смысл, эксплицируют выключенность сказки из реального времени, подчеркивают, что темпоральные аспекты событий -панхроничны, придуманы.

б) инициальные формулы пространства

Элементы «пространство» и «время» первоначально, очевидно, имели точную функцию в инициальной формуле, выступали маркерами времени и пространства действия сказки. Постепенно, выражая время или место все более и более неопределенно, эти элементы начинают выполнять другую функцию, оставаясь только внешне временными или локальными определениями. «Главная функция инициальных формул волшебных сказок - это создание необходимого настроения для восприятия «событий» сказки, столь же необыкновенных, чудесных, как и то время, о котором сообщается в формуле» [6. С. 53].

В лезгинской сказке инициальные формулы пространства менее распространены по сравнению с традиционными формулами времени. В зачине сказки, как правило, указывается (прямо или косвенно) на время происходящих событий, прошедшее или давнопрошедшее, однако указания, касающиеся пространственной локализации, крайне редки в волшебных сказках, но иногда встречаются в сказках о животных или бытовых

сказках: Са гьи вилаятда ят1ани къадим заманада Шагьугъли шагь Абас лугьудай пачагь авай. (Далалубегьли). - «В какой-то стране в древние времена жил....»

Для русского языка формулы пространства более характерны. В русских сказках они многочисленны и вариабельны. Сказочник может знать несколько формул этого типа и, в зависимости от привычки, настроения аудитории или желания, достигнуть определенного эффекта, употреблять сокращенный или расширенный вариант: В некотором царстве, в некотором государстве... Ср.: «В некотором царстве, в некотором государстве, на ровном месте, как на бороне, верст за триста в стороне, именно в том, в котором мы живем...».

Особенно часто встречается отнесение действия «в некоторое царство», в «некоторое государство», иногда - в «некое царство», в «некое государство». Неопределенность места, усиленную отрицанием, фиксирует вариант «Не в каком царстве», «Не в каком государстве», или «Не в котором царстве-государстве». В волшебной сказке, как правило, место действия сказки удаляется: «В некотором царстве, за тридевять земель — в тридевятом государстве жил-был...».

Неопределенность места действия сказки иногда конкретизируется двумя противоположными по смыслу формулами: «В некотором царстве, в некотором государстве» и «именно в том, в котором (где) мы живем» или «не в том, в котором (где) мы живем». Но тот факт, что эти формулы, встречающиеся в одинаковых контекстах, выполняют аналогичные функции и используются как стилевые синонимы, показывает условность такой конкретизации и, скорее, подчеркивает метафоричность локализации сказочного пространства.

В английском языке, так же как и в лезгинском, среди инициальных формул преобладают формулы времени: «Long ago, and a long time it was. If I were there then, I wouldn’t be there now. If I were there then and now, I would have a new story or an old story, or I would have no story at all. In any case, however well off I am tonight, may ye not be half so well off tomorrow night».

Таким образом, инициальные традиционные формулы являются наиболее значимой и частотной группой ТФ в каждом из сопоставляемых языков, однако их реализация в каждом языке имеет свою специфику, обусловленную национальным менталитетом.

Феномен традиционных инициальных формул, своеобразных маркеров, которые уже закрепились за сказкой и являются ее неотъемлемой частью, выступает ярчайшим свидетельством того, что в языке и в тексте действует закон адаптации, и в сказке это проявляется особо, поэтому она и выживает. Однако составляющие традиционный стилевой фонд инициальные словесные формулы сказки не исключают известной вариативности внутри самих традиционных формул.

Поскольку структурные элементы являются, как правило, универсальными, разнообразие и оригинальность сказочных инициальных формул определяется именно тем, как конкретизируются и сочетаются соответствующие элементы в рамках общепринятой схемы. Здесь проявляется способность каждого сказочника создавать все новые и новые варианты по универсальным моделям, предоставляемым в его распоряжение традицией.

Примечания

1. Артеменко Е. Б. Миф. Фольклор. Эстетика тождества // Этнопоэтика и традиция. М. : Наука, 2004. С. 57-67. 2. Афанасьев А. Н. Народные русские сказки в 3-х т. М. : Наука, 1985. 3. Гальперин И. Р. Сменность контекстно-вариативных форм членения текста // Русский язык. Текст как целое и компоненты текста. М. : Наука, 1982. С. 18-29. 4. Герасимова Н. М. Формулы русской волшебной сказки // Советская этнография. 1978. № 5. С. 18-28. 5. Пропп В. Я. Русская сказка. Л., 1984. 6. Рошияну Н. Традиционные формулы сказки. М. : Наука, 1974. 216 с. 7. Лезгинские народные сказки / сост. Г. Г. Гашаров, А. М. Ганиева. Махачкала, 1989. 8. Tales of the British Isles. Moscow: Raduga Publishers, 1987.

Статья поступила в редакцию 25.10.2012 г.