Аплодисменты, переходящие в инновацию

Второй форум "Открытые инновации", прошедший в Москве 31 октября и 1 ноября, в этом году впервые сумел из важного события российской повестки дня превратиться в площадку для обсуждения проблем мирового инновационного развития. Благодаря участию глав правительств России, Франции и Финляндии политический вес мероприятия вырос до уровня, сопоставимого с крупнейшими международными инвестиционными форумами.

Новый фокус

То, что новый форум будет содержательно отличаться от предыдущего, стало понятно еще в феврале, когда его организаторы Минэкономики, "Роснано", Российская венчурная компания, "Сколково" и правительство Москвы — выбрали интеллектуальным продюсером форума MIT Technology Review, издательскую компанию Массачусетского технологического института. Такой выбор явно указывал на желание организаторов создать для форума повестку, актуальную в мировом масштабе. Даже первый форум "Открытые инновации", не говоря уже о его предшественниках — форумах "Роснанотех", был построен в основном вокруг проблем инновационной отрасли в России. На прошлогоднем форуме целый день был посвящен анализу эффективности российских институтов развития — программу тогда готовил бывший руководитель Российской экономической школы Сергей Гуриев. Обсуждались проблемы институциональной и правовой среды, защиты интеллектуальной собственности, и прежде всего методы и способы господдержки инноваций в российских условиях.

В этом году фокус заметно сместился. "Инновации сейчас составляют 3,4% ВВП зрелых экономик — больше, чем сельское хозяйство и производство электроэнергии",— заявил в своем основном докладе на форуме директор McKinsey Global Institute Джеймс Маника, обозначив тем самым одну из главных тем для обсуждения: как в условиях замедления мирового экономического роста увеличивать долю инноваций в экономике и как примирить традиционные и инновационные отрасли. "Никто из нас не находится в безопасности",— продолжил он, заметив, что угнаться за экспоненциальным развитием технологий будет непросто не только отдельным государствам, но и мировому сообществу в целом. Однако если этого не сделать, миру грозит хаос. Таким образом, инновации могут быть опасными, а их последствия — непредсказуемыми, и поэтому в условиях открытого, гиперсвязанного мира государствам нужно учиться адекватно реагировать на быстро меняющуюся реальность, "не мешая нормальному развитию событий".

Роль государства

Ключевой для России вопрос вмешательства государства в инновационную активность на форуме был рассмотрен с неожиданной стороны. Дискуссии, по существу, не получилось — все ключевые участники сошлись во мнении, что государство само по себе если и может помочь инновациям, то сравнительно немногим. Выступая на центральном пленарном заседании, российский премьер Дмитрий Медведев согласился, что поддерживать инновации "лучше, конечно, косвенно": "Но у нас косвенно не получается, поэтому мы это делаем прямо". По его словам, такое решение в свое время было связано с отсутствием в России институциональной среды и когда она будет создана, "активного участия государства не потребуется". Премьер Финляндии Юрки Катайнен заявил, что, по его мнению, главными драйверами инноваций должны быть наука и частный спрос. Он рассказал о финском опыте создания независимых университетов: укрепление отношений между университетами и промышленностью позволило первым получить ресурсы для фундаментальных исследований, что в последние годы привело к буму стартапов в Финляндии. "Раньше речь шла просто о том, что университеты готовят профессионалов, а теперь они переводят исследования в новации",— отметил господин Катайнен, добавив, что правительство ничего для этого не сделало, просто не мешало.

Государства в ходе обсуждений на форуме выглядели не только чуть ли не пятым колесом в телеге инновационного развития, но и первой его жертвой. "Целые отрасли быстро развиваются, но в том же самом регионе находятся компании, которые не знают, что делать в условиях научной революции",— описал проблему премьер Франции Жан-Марк Эро. Развитие технологий резко меняет структуру рынка, но далеко не всегда приводит к росту экономики. Советник Американского делового совета Алан Тонельсон на форуме задался вопросом, почему гигантский технологический рывок во многих областях, который мы наблюдаем последние десять лет и который явно продолжается, плохо коррелирует с общим подавленным состоянием мировой экономики. Один из вариантов ответа может состоять в том, что прирост ВВП, формируемый в инновационном секторе, сопровождается аналогичным спадом в традиционных отраслях. Это хорошо заметно по состоянию рынка труда: еще в начале 1990-х годов в промышленном секторе США были заняты 19,8% работников, в 2000-х годах этот показатель сократился до 18,8%, а за десять лет нового тысячелетия рухнул до 10,2%. Государствам приходится либо заниматься поддержкой традиционных отраслей, что не слишком эффективно, либо реформировать их, что болезненно как в социальном, так и в политическом плане.

Эти факторы — как сравнительно небольшие возможности государств влиять на развитие инноваций, так и их уязвимость перед изменением "правил игры" — заставляют иначе взглянуть на взаимодействие правительств в мировом масштабе. Доминировавшая во второй половине XX века идея научно-экономической конкуренции между странами, когда доступ к той или иной ключевой технологии позволял получить преимущество, уже не работает в условиях гиперсвязанного мира. Согласно опросу, проведенному среди участников пленарного заседания "Национальные стратегии лидерства в гиперсвязанном мире", главными двигателями инноваций сейчас являются не правительства и не крупные корпорации, а частные исследователи — и это подразумевает иной подход к понятию национального лидерства.

Возможности для России

Инновации дают развивающимся экономикам возможности для резких ускорений роста, заявил на форуме Джеймс Маника. MIT Technology Review подготовило доклад, в котором обозначило главные тренды развития инноваций в ближайшие 10-15 лет и возможности России в этих областях. Основные перспективы инновационного развития российской экономики, согласно докладу, связаны с нанотехнологиями, анализом Big Data, распространением интернета и развитием электронной коммерции, а также с фармацевтикой. Эксперты MIT Technology Review считают, что в сфере нанотехнологий российские компании могут быть наиболее конкурентоспособными в создании новых материалов со специальными свойствами (конвергенция нано- и радиационные технологии), термозащитных и сверхпрочных материалов, в том числе композитов, а также сенсоров и оптических средств передачи данных. "По перечисленным выше направлениям российские разработки способны успешно конкурировать на мировом рынке, однако пока уровень их коммерциализации невысок",— считают авторы доклада, отмечая при этом, что "Роснано" уже завоевало статус одного из самых амбициозных проектов в сфере нанотехнологий.

Анализ Big Data, то есть получение полезной информации из любых, самых неожиданных источников, в том числе социальных сетей, электронной почты и выложенных в интернет фотографий, считается одной из самых перспективных инноваций в маркетинге. Пока в России анализ больших массивов данных используется в основном в нефтегазовом, финансовом и телекоммуникационном секторах, но в будущем наиболее важной станет обработка данных, полученных компаниями от пользователей. Активный рост российского интернет-рынка, который уже является крупнейшим в Европе, открывает большие возможности для развития электронной коммерции и других интернет-сервисов, в том числе в сфере здравоохранения.

Россия стремительно становится вторым по величине после Китая рынком для глобальных фармацевтических компаний, разрабатывающих лекарственные средства. Сейчас на долю России приходится только 0,2% мирового рынка биотехнологий, однако российские власти надеются увеличить его до 5% к концу десятилетия.

Существуют и риски. Эксперты MIT Technology Review считают, что в ближайшие годы мир может ожидать новая промышленная революция, поскольку новые технологии производства — 3D-печать, эффективные роботы и новые материалы — могут повернуть вспять процесс деиндустриализации развитых стран. В итоге традиционные конкурентные преимущества российской промышленности — сравнительно низкая стоимость рабочей силы, энергии и сырья — могут исчезнуть. Кроме того, дальнейшее развитие, с одной стороны, технологий повышения энергоэффективности, а с другой — извлечения труднодоступных углеводородов может стать угрозой для позиций России как крупнейшего производителя энергии.