Трансформация образа «чужого» пространства в русской литературе XII–XVIII веков: от хожения к травелогу

Список литературы

1. Гусев Д.А., Зайкин М.И. От народных ремесел - к духовным идеалам культурного наследия // Высш. образование сегодня. - 2014. - № 1. - С. 80-83.

2. Жесткова Е.А. Усвоение младшими школьниками традиционных морально-этических ценностей на уроках русского языка // Начальная школа. - 2013. - № 5. -С. 24-28.

3. Жесткова Е.А., Малышева О. К. Устаревшая лексика сказок А. С. Пушкина в системе лексической работы в начальной школе // Современные проблемы науки и образования. - 2015. - № 2. - иКЬ: www.science-education.ru/129-22110 (дата обращения: 20.11.2015).

4. Филиппова Л. В. Лексические упражнения как средство формирования универсальных учебных действий у младших школьников // Проблемы современной науки. - 2012. - № 5.1. - С. 60-69.

5. Цуцкова Е.В. Эпитеты и их функционирование в «Сказке о царе Салтане» А. С. Пушкина / Е.А. Жесткова, Е.В. Цуцкова // Молодой ученый. - 2014. - № 21.

О. В. Мамуркина

Трансформация образа «чужого» пространства в русской литературе ХП-ХУШ веков: от хожения к травелогу

Один из крупнейших теоретиков литературы Н. Л. Лейдерман в последнем прижизненном издании фундаментального труда «Теория жанра. Исследования и разборы» [3], отмечает, что системообразующим признаком жанра выступает особый мирообраз, который он конструирует. Неотъемлемым элементом мирообраза является образ пространства. В. Н. Топоров подчеркивает, что «пространство и его заполнение, существенным образом предопределяемое, образуют род некой "перво-матрицы", которая в конечном счете была "родиной" художественного» [7, с. 4]. Понятие пространства соотносится с понятием топоса, в одном из значений понимаемого как «место разворачивания смыслов» [2], которое может коррелировать с каким-либо фрагментом реального пространства, как правило, открытым.

Категория пространства, важная для любого текста, приобретает особое значение в контексте изучения «литературы путешествий», основанной на дихотомии «свое - чужое» (М. С. Стефко [6]). Н. В. Черепанова, оперируя понятием «культурное пространство», приходит к закономерному выводу: «... путешествие - это перемещение (реальное или виртуальное) в чужое культурное пространство с целью выхода за пределы наличного бытия для познания себя и мира повседневности Другого» [8, с. 13]. Пути выхода за обозначенные пределы зависят от субъективных границ чужого: это может быть «другое сакральное пространство, пространство других обычаев, праздников» и т. д. [8, с. 13].

Жанровая дифференциация путевой прозы, как правило, осуществляется по тематическому, т. е. содержательному, признаку, связанному именно с освоением конкретного пространства - сакрального пространства Святой земли в хожениях; территории государства, с которым установлены дипломатические отношения, в статейных списках; недавно присоединенной территории в землепроходческих скасках, ее натурных и географических особенностей в «ученых путешествиях» XVIII столетия и т.д. Сказанное выше позволяет нам проследить общие особенности эволюции образа пространства на примере ключевых жанровых моделей путевой прозы.

Хождение (устар. - хожение) - повествовательный жанр древнерусской литературы, основанный на описании путешествия, в том числе паломничества. Фрагменты хождений обнаруживаются уже в «Повести временных лет» (путешествие княгини Ольги в Царьград, апостола Андрея в Киев и Новгород). Классические образцы жанра - «Хожение Даниила, Русскыя земли игумена» (XII в.) и «Хождение Игнатия Смольнянина в Царьград» (конец XIV - начало XV в.). «Автор может описывать увиденное по очередности (временной композиционный принцип), либо опираясь на топографию местности (пространственный композиционный принцип)» [1].

А. А. Решетова отмечает, что образ святого места чаще оценивался с двух позиций: как пространственно-географическая реальность, имеющая земные границы, и как вероисповедальный символ. Специфичность хронотопа в данном случае проявляется в гармоничном единстве исторического и религиозно-символического [5]. Иными словами, пространство Святой земли воспринимается как условность, метафора, координатами которой зачастую выступают не конкретные географические приметы, а символы.

Новым этапом развития путевой прозы становятся статейные списки, документы деловой письменности, сложившиеся к XV в. Так, посольские статейные списки, фиксирующие перемещение определенной дипломатической миссии, предполагали детальное описание пути посольства, пребывания его за границей и возвращения на родину (посольство И. И. Чемоданова 1657 г., Василия Лихачева 1659 г. и др.). Для конструирования образа чужого пространства значимым становится не обыденное и привычное, а то, что выходит за рамки привычных представлений дипломата. Можно утверждать, что статейный список содержит максимально достоверное описание увиденного, чтобы, как подчеркивает О. Н. Николаенко, зафиксировать реалии, которые могли заинтересовать государя, отправившего посольство, например, «театральные представления, сады, зверинец и другие культурологические артефакты. Путешествие при этом имеет пространственную структуру, подробно фиксируя знаки внешнего мира, а повествование в данном

231

случае обладает описательным, перечислительным характером» [4, с. 26].

В XVII в. появляется новый автор путевой прозы - землепроходец. Отписки, или землепроходческие скаски, имели, подобно статейным спискам, утилитарный, документальный характер. Исследователи Сибири и Дальнего Востока осваивали новые земли, записывая то, что могло оказаться важным как для руководства государства, так и для ученых: натурные, географические, ботанические и биологические реалии, которые формировали конкретный, насыщенный фактами и деталями образ территории.

Литература путешествий XVIII столетия отличается тематическим и жанровым разнообразием, что определяет и специфику образа осваиваемого пространства. Постепенно путешествие, предпринимаемое не только с познавательной, но и развлекательно-досуговой целью, приобретает форму травелога, обладающего определенным художественным потенциалом.

Открывают столетие путевые дневники ученых, отправлявшихся в академические экспедиции - путевой журнал Л. Делиля (1685-1741), экспедиция 1727-1730 гг. на Кольский полуостров; путевой дневник исследователя Арктики В. Беринга (1681-1741); «Описание морских путешествий по Ледовитому восточному морю» (1758) его спутника по второй Великой Северной экспедиции Г. Ф. Миллера (1705-1783); «Дорожный журнал» (1737) С. П. Крашенниникова (1711-1755), «Дневные записки» исследователя Сибири Н. П. Рычкова (1746-1784); «Путешествие по разным местам российского государства» (1768-1774) П. С. Палласа. В указанных текстах решаются задачи научно-познавательного характера, что сближает их хронотоп с земплепроход-ческими скасками. Традиция научно-познавательных экспедиций сохраняется и в морских путешествиях: это «Журнал путешествия мичмана Никифора Полубояринова в Индию» (1763-1764; «Журнал» (1793-1800) Ю. Ф. Лисянского.

Отдельной тематической разновидностью путевых записок можно признать отчеты студентов-стажеров, направляемых с начала XVIII в. учиться в Европу (Г. У. Райзер, Д. И. Виноградов, М. В. Ломоносов в 1736 г., С. К. Котельников, А. П. Протасов, С. Я. Румовский, М. Софранов в 1751 г., С. Е. Десницкий, И. А. Третьяков, Ф. Каржавин в 1760-61 гг. и др.). В данном случае в центре внимания путешественника оказывается то, что отличает увиденное от привычного: диковинное, необычное, запоминающееся, что позволяет сопоставить подход к формированию образа пространства со статейными списками.

События русско-турецких войн 1768-1774 и 1787-1791 гг. описаны в текстах ориентальной путевой прозы: это «Странствование Филиппа

Ефремова» (1786), «Нещастные приключения Василия Баранщикова» (1787), «Плен и страдание россиян у турков» (1790), «Цареградские письма» (1789) П. А. Левашова, «Объяснения» Хрисанфа Неопатрасско-го (1795), Цебриков Р. М. «Вокруг Очакова. Дневник очевидца» (1895) и др. В данном случае пространство моделируется конкретными географическими реалиями, связанными с местом проведения военных действий, насыщено допустимой конкретикой и строго детализировано.

Оформляется традиция путешествий молодых представителей образованного дворянства по Европе, так называемых «гранд туров»: таков «Дневник» (1782-1783) А. У. Болотникова и Н. Я. Озерецковского; «Дневник графа Бобринского, веденный в кадетском корпусе и во время путешествия по России и за границею» (1779-1786); «Дневник путешествия неустановленного лица по немецким землям» (1786); «Описание двухлетней петербургской жизни» (1785-1787) Р. М. Цебрикова и др. Авторы описывают пространственные реалии европейских стран, опосредованных вниманием к достопримечательностям и иным артефактам.

Таким образом, в различных жанровых разновидностях литературы путешествий моделируется особый хронотоп, последовательно эволюционирующий от условно-сакрального топоса хожений к художественно-документальному пространству травелога.

Список литературы

1. Гладкова О. В. Хождение // Литературная энциклопедия терминов и понятий / под ред. А. Н. Николюкина. - М.: Интелвак, 2001. - Стб. 1169-1170.

2. Комкова А. А., Решетова А. А. Понятие «топос» в современном литературоведении // Научное сообщество студентов XXI столетия. Гуманитарные науки: электронный сб. ст. по материалам ХХ студ. междунар. науч.-практ. конф. - Новосибирск: СибАК. - 2014. - № 5(20). [Электронный ресурс]. - иРЬ: http://www.sibac.info/ archive/guman/5(20).pdf

3. Лейдерман Н. Л. Теория жанра. Исследования и разборы. - Екатеринбург: Словесник, 2010. - 904 с.

4. Николаенко О. Н. К вопросу о становлении жанра травелога в литературе ХУ1-ХУ11 вв. Субъективное начало в «статейных списках» Д. Лихачева // Вестн. Томск. гос. ун-та. - 2014. - № 379. - С. 24-27.

5. Решетова А. А. Древнерусская паломническая литература ХУ1-ХУ11 вв.: история развития и жанровое своеобразие: дис. ... д-ра филол. наук. - М., 2006. - 480 с.

6. Стефко М.С. Европейское путешествие как феномен русской дворянской культуры конца ХУШ - первой четверти Х1Х веков: автореф. дис. ... канд. ист. наук. -М., 2010. - 28 с.

7. Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области ми-фопоэтического: Избр. - М.: Прогресс-Культура, 1995. - 621 с.

8. Черепанова Н. В. Путешествие как феномен культуры: автореф. дис. ... канд. филос. наук. - Томск, 2006. - 19 с.