Социальное сиротство как феномен современного детства

УДК 316.25

Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2014. Вып. 1

Г. М. Цинченко

СОЦИАЛЬНОЕ СИРОТСТВО КАК ФЕНОМЕН СОВРЕМЕННОГО ДЕТСТВА

Северо-Западный институт управления РАНХ и ГС при Президенте Российской Федерации, Российская Федерация, 199178, Санкт-Петербург, Средний пр., В.О., 57/43

Статья посвящена проблемам первичного и вторичного социального сиротства, являющихся актуальными социальными проблемами сегодняшнего российского общества. Проблема сиротства носит глобальный характер и приобрела всероссийский масштаб. Позитивный опыт ее решения имеет локальный характер. Главная проблема заключается в том, что вся система борьбы с сиротством, в особенности — ее государственная часть, фактически не справляется с ситуацией. Для позитивного решения проблемы необходима консолидация ресурсов государства и общества и переориентация с реабилитационной работы на профилактическую. Библи-огр.12 назв.

Ключевые слова: сироты, социальные сироты, вторичное социальное сиротство.

SOCIAL ORPHANAGE AS A PHENOMENON OF MODERN CHILDHOOD

G. M. Тsinchenko

North-West Institute of Management, 57/43, Sredniy pr., V.O., St. Petersburg, 199178, Russian Federation

The article is devoted to the problems of primary and secondary social orphanage, which are social problems of the modern Russian society. The author analyzes the reasons for the emergence and growth of these phenomena, the main reasons of the system's inability to combat abandonment, especially in the state's part, to cope with a large number of primary orphans and return of children from families who have adopted children. The problem of orphanage has a global character and has acquired All-Russian scale. At the same time, positive experience of its solution has a local character. Thus, it results in a serious break between the vital requirement of the development of large-scale work and existing resource for its realization. To solve this problem it is necessary to consolidate the resources of society. Refs 12.

Keywords: orphans, social orphans, secondary social orphanage.

Понятие «сиротство» исторически обозначало детей, у которых умерли родители. Однако в ХХ в. это явление приняло новые формы и масштабы и привело к понятию «социальное сиротство» — сиротство при живых родителях. Социальные сироты составляют 95% от общего числа детей-сирот, воспитывающихся в детских домах, 4% — это дети-сироты, у которых умерли родители, и 1% — дети-«отказники», родители которых сознательно отказались от них [1, с. 21]. Феномен социального сиротства особенно актуализировался в России в последние два десятилетия, оно является предметом дискуссий в научной литературе, посвященной проблемам детства, семьи, семейной, социальной и демографической политике страны. Изучение данного феномена обусловлено также потребностью комплексного осмысления, так как данное социальное явление сигнализирует о деградации базовых социальных институтов, основным из которых является семья. Социальное сиротство в целом отрицательным образом сказывается на состоянии общества. С научно-исследовательской точки зрения эта проблема носит межотраслевой характер, находится на пересечении проблемных полей многих наук: социологии, социальной философии, психологии, педагогики, права, экономики, истории и других общественных наук. Интерес к данной теме обусловлен еще и тем, что количество социальных сирот является одним из индикаторов социально-экономического и морально-нравственного здоровья нации. Трансформация форм семейной организации, распространение

сожительств, внебрачной рождаемости, смена семейных ценностных установок стали катализатором роста численности социальных сирот, общее количество которых в стране, по последним данным, составляет около двух миллионов человек [2].

Социальное сиротство — это не специфика нашего времени. Любые отклонения имеют свой постоянный процент и устойчивые проявления даже в благополучных странах. Особенностью сегодняшнего дня является угрожающий масштаб и отсутствие четких перспектив решения проблемы в обозримом будущем. В Советском союзе проблема социального сиротства не стояла столь остро, отдельные случаи этого явления получали общественное порицание, а существовавшая система государственной опеки сглаживала остроту проблемы. Нормативный вакуум, чем, по сути, и является аномия, привел к тому, что общественное мнение относительно социального сиротства выработало толерантные установки. Это произошло вследствие привыкания общества к наиболее циничным формам проявления феномена, отсутствия критической позиции ряда СМИ при освещении проблемы и т. д.

В разработанной Р. Мертоном типологии поведения индивидов в условиях «культурного хаоса» или «аномии» выделяется пять способов адаптации или ано-мического приспособления: конформизм, инновация, ритуализм, ретризм, мятеж. Причем ни один из перечисленных способов нельзя назвать социально одобряемым. В контексте социального сиротства ритуализм — это игнорирование первичных ценностей при соблюдении вторичных, когда основное внимание уделяется материнству как таковому, а не связанному с ним добросовестному выполнению соответствующих обязанностей. Данное понятие является основным и при анализе педагогической запущенности, когда при сохранении внешне видимого благополучия проявляется скрытое сиротство. Это может привести к тому, что большая часть детей из этой категории попадет в асоциальные группы, в которых происходит усвоение ими негативных стереотипов [3].

Социальное сиротство с точки зрения структурно-функционального подхода рассматривается как следствие нарастающей семейной дисфункции, которая является проявлением социальной аномии, трансформацией ценностной системы, вызванной кризисными процессами в российском обществе. По мнению профессора И. А. Григорьевой, «с начала 1990-х семья перестала получать управляющие импульсы и организационную поддержку государства, и теперь, оказывается, не знает, как жить, что делать, в первую очередь с детьми» [4]. Проблема социального сиротства продолжает быть чрезвычайно актуальной в настоящее время. Однако статистика сиротства в России очень неточна. Различные ведомства, учреждения и организации называют разные цифры. Начиная с 2007 г., в качестве общего числа несовершеннолетних в России официально называется цифра меньше 30 млн — около 29-28 млн и признается факт значительного уменьшения количества детей в России по сравнению даже с 90-ми годами. Для сравнения, на начало 2002 г. в России было 31,6 млн детей и подростков в возрасте до 18 лет, в 2000 г. — 34,6 млн, в 1995 — 38 млн, а в 1991 — 40,2 млн детей [1, с. 7]. С 2007 г. официально считается, что число детей, находящихся в тяжелой социальной ситуации — около 650 тыс., но независимые эксперты называют цифры более миллиона и даже более двух. Несмотря на то, что в последние годы сохраняется тенденция уменьшения числа детей, оставшихся без попечения родителей, выявленных в течение года, этот показатель остается стабильно высоким. Только по официальным данным, в 2012 г. в России без попечения

родителей осталось 74 724 ребенка [1], однако эксперты говорят о гораздо большем количестве детей данной категории. В России в 2010 г. общее число детей, находящихся без попечения родителей — свыше 731 тыс., в детских домах, приютах, домах ребенка и школах-интернатах России воспитываются и постоянно проживают 260 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Каждый 100-й ребенок в России живет в государственном учреждении [1]. Е. О. Лебедева, детский психиатр, работающий в сиротских учреждениях, считает, что «бесспорно ребенку лучше всего расти в гармоничной любящей семье. Но попытка раздать всех сирот по семьям в стране, где сам институт семьи переживает кризис (на каждые 1000 браков приходится 800 разводов) и призыв разрушить (деинституциализировать) детдома и интернаты в момент, когда Россия переживает третью волну сиротства, похожи на безумие. Логичнее было бы направить все силы на восстановление института семьи, на воссоздание нравственных семейных ценностей, а потом уже объявлять семейные формы устройства приоритетными, а не провоцировать еще наиболее вторичное сиротство» [1, с. 15]. Это опасный вид социального сиротства, при котором происходит отказ от детей, ранее усыновленных, взятых под опеку или в приемную семью. Ежегодно в России отменяются более 8 тыс. решений по передаче ребенка на воспитание в семью. В 2010 г. было отменено 8 212 решений, из которых 5 600 были отменены по инициативе приемных родителей [1]. По данным Министерства образования и науки, каждый десятый усыновленный ребенок вернулся в детдом [5]. Это является фактором неизбежной психической травмы детей и их морально-психологической деградации. В основе отказа от детей лежит отсутствие институциализи-рованных форм подготовки приемных семей, незнание ими трудностей, связанных с воспитанием ребенка-сироты. По данным социологов, в 2008 г. были возвращены более 6 тыс. детей. В 2009 г. — почти вдвое больше, а за последние два года в детские учреждения вернулись около 30 тыс. детей (последние данные приведены радиостанцией «Эхо Москвы») [6].

Значительный рост показателей вторичного социального сиротства развивается на фоне увеличения количества случаев принятия детей-сирот в семьи вследствие навязывания и популяризации практики передачи детей-сирот на воспитание в приемные семьи и закрытия детских домов при отсутствии должных мер социальной поддержки и профессионального сопровождения семей, принявших детей в разных правовых формах. Семьи оказались неподготовленными к принятию детей, а проводимая работа с ними — недостаточной. Тема необходимости специальной работы с приемными родителями и приемными детьми, психологической, педагогической, социальной, юридической и организационной, актуальна для очень многих экспертов. Несмотря на то, что такая работа проводится, ее недостаточно и в количественном, и в качественном отношении. Директор Департамента государственной политики в сфере воспитания, дополнительного образования и соцзащиты детей А. Ле-витская сообщала прессе о том, что возврат детей приемными родителями приобрел в настоящее время массовый характер. Интересно, что семьи усыновителей, как выясняется, наоборот, все реже возвращают детей и за последние 5 лет количество возвратов упало в 2,3 раза [7]. Приемные же семьи никогда не обладали стабильностью, а простая опека, и особенно родственная опека и есть те семьи, которые начали возвращать детей. Это же мнение разделяет эксперт А. Гезалов — руководитель проекта «Успешные сироты»: «Чаще всего сирот возвращают взявшие их родственники. Ведь

чаще всего детей брали под опеку и патронат их родные бабушки, когда детям было не так много лет. Но дети продолжают расти, а бабушки, наоборот, стариться. И вот уже семидесятилетняя бабушка не способна удержать половозрелого ребенка. Ответом на эту проблему является возврат» [1, с. 14]. Многие эксперты полагают, что большинство возвратов происходит именно из опекунских и патронатных семей, которые рассматривались в середине нулевых годов как наиболее перспективные в плане решения проблемы сиротства в России. Культура усыновления, характерная для традиционных патриархальных обществ, была разрушена, а новой культуры пока не возникло [1].

Сегодня становится ясным, что главная проблема в решении вопросов социального сиротства заключается в том, что вся российская система борьбы с этим негативным явлением, в особенности в части государственной ее составляющей, фактически не достигает целей, поставленных перед ней, не справляется с ситуацией. Так, при рассмотрении экономической составляющей проблемы многие эксперты отмечают, что система российских пособий при беременности и родах, для детей из бедных семей и малообеспеченных семей не может рассматриваться как экономический стимул рожать или принимать детей в семью, так как ни одно из этих пособий не обеспечивает даже 25% среднего дохода домохозяйств, что является нормой для европейских стран. Большинство экспертов согласны с тем, что необходимо увеличить размеры детского пособия и пособия для инвалидов детства, увеличить размер пособия одиноким матерям, по утере кормильца, также разработать систему экономической поддержки молодых семей.

Средние нормативы текущих расходов на одного ребенка в стационарных учреждениях составляют от 54 712,0 до 97 099,3 руб. в месяц. По данным уполномоченного Президента РФ по правам ребенка П. Астахова, на содержание одного ребенка в детском доме в самом депрессивном регионе выделяется 300-350 тыс. руб. в год. Есть регионы (например, на севере Красноярского края), в которых необходимо перераспределить средства с увеличением расходов не на поддержание существующей неэффективной системы детских домов, а на поддержку кровных семей. Убеждение в том, что ребенку лучше всего воспитываться в семейной обстановке, подтверждает, что ребенку лучше всего расти в своей собственной, кровной семье, даже если она не идеальна. Именно своя семья дает чувство сопричастности, способствует развитию полноценных привязанностей, формированию идентичности и снабжает человека системой поддержки на всю будущую жизнь [6]. Как показывает опыт международных проектов (программа ссуд Всемирного банка «Спасение детей»), проблемы домохозяйств, приводящие к необходимости помещения детей в стационарные учреждения (отсутствие еды, детской одежды, отопления в холодное время года), могут быть решены ограниченными ресурсами. Материальная помощь, оказанная семьям для предотвращения институализации, оказалась в четыре раза меньше, чем стоимость содержания ребенка в интернатном учреждении [8]. Вопрос распределения средств для оказания помощи семьям — вопрос приоритетов социальной политики, а не вопрос недостаточности финансов.

За десятилетие гражданской войны и первых лет строительства социализма был нанесен мощнейший удар по патриархальному укладу российского общества и связям между поколениями. Практически уничтоженными оказались дворянство, купечество, крестьянство, духовенство, интеллигенция, считавшие основами свое-

го существования продолжение рода, семейные узы и связи, уважение к старшим. Последовавший за тем советский социализм предлагал технократическую модель семьи, где различные общественные приспособления: ясли, детские сады, школы с продленным днем и интернаты должны были «освободить» родителей от хлопот, связанных с воспитанием, а заодно — и от тесных эмоциональных связей с ними. После краха Советского союза общество не обрело новых ценностей, а процесс разрушения семьи продолжился [1, с. 53]. Несмотря на то, что начиная с 2008 г., государство объявляет семейное устройство детей-сирот приоритетным, сама семья и ее поддержка не стала приоритетом государственной социальной политики и предметом общественного беспокойства. Для борьбы с последствиями сиротства с помощью семейного устройства детей необходимо, прежде всего, наличие стабильных семей, готовых брать на воспитание детей-сирот. Сегодня таких стабильных семей явно недостаточно. По мнению многих экспертов, в эпицентре проблем стоит разрушение семейных ценностей, общее снижение морали и нравственности в обществе. Из школы фактически уходит воспитательный процесс, а с позиции системного подхода невозможно сделать обучение эффективным без влияния на личность в целом. Воспитание, по мысли Э. Дюркгейма, является средством, «с помощью которого общество постоянно воспроизводит условия своего собственного существования» [9, с. 254]. Таким образом, школа, устраняясь от воспитания, устраняется и от социальной профилактики, направленной на формирование не только определенных моделей поведения, но и ценностных установок индивида. В семье нравственное воспитание ослаблено из-за большой занятости большинства родителей и невозможности адекватной опоры на многолетние традиции семейного воспитания из-за новых резких общественно-экономических изменений. Эксперт Н. Поппель, представляющая компанию «Северсталь», которая реализует комплексную программу «Дорога к дому» на территории Вологодской области в партнерстве с администрацией г. Череповца и коммерческими организациями, считает, что «нужно на семейном и школьном уровнях дать условия для занятия несовершеннолетними ответственной позиции в сфере сексуального и родительского поведения. С другой стороны, очень важно защитить (прежде всего, законодательно) несовершеннолетних от влияния индустрии, зарабатывающей на сексе как на товаре или услуге» [1, с. 53].

Многолетний опыт показал, что устройство в семью ребенка, оставшегося по разным причинам без попечения родителей, само по себе еще не гарантирует для него благополучного будущего. Только воспитание в любящей семье может обеспечить благоприятные условия для детей, перенесших тяжелые психологические травмы и имеющих проблемы в психическом развитии. Нельзя отменить прошлый опыт ребенка, но возможно помочь ему в настоящем — и тем самым повлиять на его будущее. Отношения, позитивно развивавшиеся в замещающей семье несколько лет, могут внезапно разрушиться, когда он станет переживать подростковый кризис идентичности. Или ребенок, который неплохо рос и развивался, в условиях заботы и контроля оказывается совершенно не способным к самостоятельной жизни. Отсюда возникло, с одной стороны, осознание необходимости сопровождать семью на протяжении всего времени размещения ребенка, оказывать помощь, способствовать тому, чтобы воспитатель менялся и обретал новые навыки по мере взросления ребенка. С другой — пришло убеждение, что забота о ребенке не должна завершаться в момент достижения им совершеннолетия. В большинстве случаев необходи-

ма помощь и в период перехода от жизни в заботящейся о ребенке семье к самостоятельности. Важно не просто вырастить его, но и снабдить «социальной сетью» [10] — системой поддержки, которая позволит ему справляться с жизненными трудностями. Особенности эмоционального контакта с ближайшим окружением играют решающую роль, как в происхождении различных нарушений эмоционального развития, так и в их преодолении.

В настоящее время назрела необходимость переориентации системы профилактики сиротства на раннее выявление семей группы риска (кровных и взявших на воспитание семей) для оказания им необходимых видов помощи с целью предотвращения всех видов социального сиротства, сделав основной акцент на профилактическую работу. Профилактика — это, прежде всего, устранение ранних причин и условий семейного неблагополучия. Социально-профилактическая работа должна быть комплексной, основанной на межведомственном и межсекторном взаимодействии, проводиться с учетом разнообразного круга социально-экономических, социально-психологических, духовно-нравственных, криминологических и других проблем, которые испытывают функционально несостоятельные семьи [11, с. 128]. Фундаментальной профилактикой социального сиротства является создание условий для воспитания ответственной позиции по отношению к себе и окружающему миру. Пропаганда ответственного родительства, материнства и отцовства как фундаментальной ценности ставит перед государством задачу создать необходимые для этого условия.

В целом очевидно, что система государственного участия в проблеме детей-сирот запутана, громоздка, немобильна и не отвечает современным требованиям. В то же время только государственная машина обладает ресурсами для того, чтобы решить эту сложнейшую проблему. Сейчас мы наблюдаем процесс переосмысления на федеральном уровне логики решения проблемы сиротства. В последние несколько лет государство взяло курс на устройство детей-сирот в семьи. Номинально в усыновлении и других семейных формах устройства ребенка участвует приемный родитель, детский дом, часто — региональный банк данных и суд (в случае усыновления), однако фактически в этом процессе также принимает или может принимать участие и региональная администрация. Взят курс на семейное устройство детей в семьи, создаются новые надведомственные структуры, призванные проводить единую государственную политику в этой сфере. Проводится работа (на наш взгляд еще недостаточно) с общественным мнением посредством информационных кампаний. Декларируется готовность работать в данном направлении с общественными организациями, поддерживать и распространять лучшие социальные практики в решении данного вопроса. «Проблема сиротства носит глобальный характер и приобрела всероссийский масштаб. В то же время позитивный опыт ее решения имеет локальный "точечный" характер. Таким образом, возникает серьезный разрыв между насущным требованием развертывания крупномасштабной работы и имеющимся ресурсом для ее осуществления», — считает В. Зарецкий [12]. Очевидно, главная проблема заключается в том, что вся система борьбы с сиротством, в особенности — ее государственная часть, фактически не справляется с ситуацией, не достигает необходимых целей. Очевидно, чтобы справиться сегодня с проблемой социального сиротства (первичного и вторичного) необходима государственная семейная политика, направленная не просто на воспроизводство населения страны, а на укрепле-

ние и стимулирование социально благополучной семьи, оказание ей помощи в воспитании, обучении детей. Основной заботой государства, общества, всей системы защиты материнства, отцовства и детства должно стать сохранение кровной семьи для ребенка как естественной среды для полноценного воспитания и социализации. Воспитание ребенка, приспособленного к самостоятельной жизни и социально востребованного, возможно только в условиях социально благополучной семьи. Для предотвращения вторичного сиротства (профилактики отказа от усыновленных и опекаемых детей) необходимо создание служб подготовки приемных родителей и последующего социального сопровождения семей в системе органов и учреждений, работающих с детьми, лишенными родительского попечения.

Литература

1. Сиротство в России: проблемы и пути их решения. М., 2011. URL: http://philanthropy.ru/wp-content/uploads/2012/03/Исследование-Сиротство-в-России.pdf (дата обращения: 08.09.2013).

2. Осипова И. И. Система предотвращения социального сиротства: дис. ... д-ра соц. наук. Нижний Новгород, 2009. 65 с.

3. Мертон Р. Социальная структура и аномия // Социология преступности (Современные буржуазные теории). М.: «Прогресс», 1966. C. 299-313.

4. Григорьева И. А. Российская социальная политика в последние годы: между уже пройденным путем и еще неопределенным будущим // Журнал исследований социальной политики. 2007. Т. 5, № 1. С. 7-24.

5. Усыновление в России. Интернет-проект Министерства образования и науки РФ. Департамент государственной политики в сфере законодательства прав детей. URL: http://www.usynovite.ru/ statistics/2012/1/ (дата обращения: 05.08.2013).

6. Новости. В России начался бум возврата приемных семей. Радиостанция «Эхо Москвы». URL: http://echo.msk.ru/news/674155-echo.html (дата обращения 05.08.2013).

7. Департамент государственной политики в сфере законодательства прав детей. URL: http:// www.usynovite.ru/statistics/2012/1/ (дата обращения: 08.09.2013).

8. Bilson A., Markova G. But you should see their families: Child Abandonment and social exclusion in countries in transition. Discussion Papero-258 // «Conference Childhoods 2005. Children and Youth in Emerging and Transforming societies». University of Oslo. Norway. 29 June — 3 July. URL: http://www.child-watch.uio.no/events/conferences/oslo2005.html (дата обращения: 08.09.2013).

9. Дюркгейм Э. Педагогика и социология // Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. М.: Канон, 1995. 352 с.

10. Flosser G., Otto H.-U. How to Organize Prevention: Suggestion for Innovations in Social Work / How to Organize Prevention: political, organization, and professional challenges to social sciences. N. Y.: Walter deGruyter, 1992. P. 291-324.

11. Цинченко Г. М. Семья в социально-профилактической парадигме исследования: монография. СПб.: Изд-во СПГУТД, 2010. 138 с.

12. Зарецкий В. К., Дубровская М. О., Ослон В. Н., Холмогорова А. Б. Пути решения проблемы сиротства в России. М.: ООО «Вопросы психологии», 2002. Гл. 3. 208 с.

Статья поступила в редакцию 25 октября 2013 г.

Контактная информация

Цинченко Галина Михайловна — кандидат социологических наук, доцент; galina_ts55@ mail.ru

Тsinchenko Galina M. — Candidate of Psychology, Associate Professor; galina_ts55@ mail.ru