Процессуальные аспекты цели доказывания в деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ЦЕЛИ ДОКАЗЫВАНИЯ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТА-ЗАЩИТНИКА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ Сырова Е.А.

Сырова Екатерина Андреевна - магистрант, направление: обеспечение осуществления правосудия процессуальными и криминалистическими

средствами доказывания, кафедра криминалистики и правовой информатики, Кубанский государственный университет, г. Краснодар

Аннотация: в настоящей статье на основе анализа научных работ, статистических данных, актов адвокатских палат и общественных объединений адвокатов рассмотрены вопросы, связанные с разрешением вопроса о цели доказывания в деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве Российской Федерации.

Ключевые слова: процесс доказывания, цель доказывания, функции защиты, адвокат, защитник, уголовное судопроизводство.

Для адвоката доказывание - это деятельность по опровержению обвинения, сбору защитительных доказательств, представлению их органам предварительного расследования или непосредственно в суд, с целью доказать невиновность или меньшую виновность своего доверителя. Осуществляя полномочия в уголовном процессе, защитник должен с помощью правовых механизмов обеспечивать реализацию принципов уголовного судопроизводства, основные из которых закреплены в главе 2 УПК РФ [1].

Одним из таких принципов является презумпция невиновности (ст. 14 УПК РФ). В соответствии с данным принципом, подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, а бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения [2, с. 94-96].

На основе приведенной нормы возникает вопрос: «Если подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, существует ли обязанность доказать невиновность у защитника?» УПК РФ не указывает на наличие или отсутствие такой обязанности, что порождает споры ученых [3, с. 67].

Например, В.К. Случевский утверждает, что на сторону защиты в целом не может быть возложена обязанность представления доказательств невиновности, поскольку сама обязанность доказывания отсутствует [2, с. 94-96].

Н.А. Колоколов считает, что задача защитника заключается не в опровержении доводов обвинения, а лишь в том, чтобы посеять сомнения в их достаточности для выводов о виновности его подзащитного [2, с. 94-96].

Решительно против такой интерпретации участия защитника в доказывании по уголовным делам выступает З.В. Макарова. Она указывает, что законодатель распространяет действие презумпции невиновности исключительно на подозреваемого и обвиняемого, которые не обязаны доказывать свою невиновность.

Г.М. Резник и М.М. Славин приводят различия между отношением обвиняемого и защитника к осуществлению функции защиты, главное из которых заключается в том, что обвиняемый имеет право на защиту, а адвокат обязан защищать [4, с. 259-261].

Защитник всегда должен активно участвовать в процессе доказывания, тщательно анализировать доводы обвинения, стремиться к их опровержению, выявлять оправдывающие подзащитного или смягчающие его вину обстоятельства. Хотя данное положение и не нашло отражения в УПК РФ, но в других нормативно -правовых актах оно закреплено [4, с. 259-261].

Так, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами [2, с. 94-96].

Согласно п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, при осуществлении профессиональной деятельности адвокат активно защищает права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом [2, с. 94-96].

Здесь идет речь именно об активной деятельности адвоката, отказ же от участия в доказывании со ссылкой на презумпцию невиновности таковой назвать нельзя. Активность предполагает использование всего арсенала полномочий участия в доказывании на благо доверителя [5, с. 21].

Таким образом, исходя из презумпции невиновности, обязанность доказывания имеется у стороны обвинения. Сторона защиты, кроме адвоката-защитника не обязана доказывать невиновность.

Защитник же, руководствуясь нормами ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», а также Кодексом профессиональной этики адвоката, обязан участвовать в доказывании, с максимальной активностью доказывая невиновность или меньшую виновность доверителя при согласовании с последним позиции защиты [2, с. 94-96].

Важное значение для целей защиты имеют также случаи, когда доказательственная информация, обнаруженная и внепроцессуально закрепленная адвокатом (или его доверителем), обладает потенциалом, способным исключить в будущем саму возможность уголовного преследования [6, с. 92].

Примером такой доказательственной информации может служить комплекс сведений об алиби подозреваемого, обвиняемого или подсудимого. Необдуманное и преждевременное доведение до правоприменительного органа выявленных защитником сведений об алиби может привести к отсутствию ожидаемой результативности [2, с. 94-96].

При попадании в распоряжение защитника сведений о возможном нахождении подозреваемого или обвиняемого в момент совершения преступления в другом месте требуется кропотливая работа по всестороннему комплексному доказательственному подтверждению этих сведений [7, с. 216-219].

Только сформировав взаимно поддерживающий блок доказательственных сведений, подтверждающих алиби совокупностью самостоятельных и обособленных сведений, можно приступить к превращению этих сведений в неоспоримые доказательства реального существования алиби как обстоятельства, исключающего уголовное преследование [4, с. 259-261].

Последовательность представления отдельных доказательственных сведений, входящих в упомянутый блок, также должна быть продумана защитником и носить предельно выверенный характер, исключающий возможное разрушение стороной обвинения доказательственного значения представляемой в е распоряжение информации.

До начала осуществления доследственной проверки сообщений о преступлениях и в ходе дальнейшего уголовного судопроизводства по конкретному делу лицо, обратившееся за оказанием юридической помощи, его адвокат, а также подозреваемый, обвиняемый и подсудимый и их защитники вправе беспрепятственно отыскивать, фиксировать, анализировать и представлять правоприменительному органу любую следовую информацию о совершенном преступлении либо сведения, свидетельствующие об отсутствии преступления, о непричастности к нему доверителя, равно как и любые иные сведения, полезные для целей защиты в сфере уголовного правоприменения [6, с. 92].

Такая деятельность не может подвергаться каким-либо законодательным ограничениям за исключением уголовно-правового запрета на совершение преступных деяний против правосудия, таких как фальсификация доказательств, организация заведомо ложных показаний, экспертных заключений, показаний специалистов и т.п . [7, с. 216-219].

Ошибочным представляется толкование закона таким образом, что якобы право на сбор доказательственной информации, отраженной в следах преступления, принадлежит только специальным субъектам государства (дознавателю, следователю, прокурору, суду) [4, с. 259-261].

Внедрение в сознание правоприменителей подобного ошибочного толкования способно нанести непоправимый вред отечественному правосудию, поскольку превратит превратно понятый процессуальный институт доказывания в непреодолимое препятствие на пути всестороннего исследования фактических обстоятельств расследуемого преступления [2, с. 94-96].

В состязательном процессе при осуществлении сбора доказательств предполагается равенство процессуальных возможностей сторон, за исключением установленных законодателем некоторых процессуальных преимуществ для должностных лиц, осуществляющих уголовное преследование [2, с. 94-96].

К числу таких преимуществ следует отнести, к примеру, право на приоритетное исследование места совершения преступления и процессуальное обнаружение, и закрепление выявленных следов преступления «путем производства следственных и иных процессуальных действий» [8, с. 37].

К числу процессуальных преимуществ следует также отнести право определения круга предполагаемых свидетелей и их допроса в рамках определё нных законом процедур, право на допрос подозреваемого и обвиняемого, право на проведение следственного эксперимента, право производства выемки, право на получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами [9, с. 66].

Профессиональное обеспечение законных интересов лиц, обратившихся к адвокату за оказанием юридической помощи, возможно и до выдвижения против них обоснованных подозрений или предъявления им формализованного обвинения в совершении конкретного преступления [9, с. 66].

Такая деятельность адвоката с полным основанием может быть названа вне процессуальной, то есть находящейся вне регулятивного воздействия уголовно-процессуального законодательства, что, однако, не превращает е в деятельность незаконную [2, с. 94-96].

Обратившееся за юридической помощью лицо вправе воспользоваться квалифицированной помощью адвоката и до приведения в действие механизмов уголовно-процессуального законодательства, к примеру, для профессионального противодействия готовящемуся оговору такого лица [10, с. 48].

Основываясь на профессиональном опыте и полученных от такого лица сведениях, адвокат вправе приступить к выявлению и внепроцессуальному закреплению фактических обстоятельств, которые на стадии досудебной проверки или после возбуждения уголовного дела могут быть использованы стороной защиты в доказывании юридически значимых фактов, к примеру, факта отсутствия события преступления, в совершении которого предпринималась попытка оговора, либо установления алиби своего клиента [4, с. 259-261].

Таким образом, работа адвоката по подготовке к процессуальному доказыванию может осуществляться до возбуждения уголовного дела и даже до попадания в поле зрения правоприменительных органов информации о совершенном или готовящемся преступлении [2, с. 94-96].

Таким образом, защитник обязан сделать все, что по обстоятельствам дела нужно и возможно сделать в пользу обвиняемого, в его защиту. Это обязанность адвоката-

78

защитника, обязанность профессиональная и процессуальная, но это не та обязанность

доказывания, которая лежит на следователе и на прокуроре - государственном

обвинителе, это иная обязанность, обязанность защищать обвиняемого.

Список литературы

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 29.07.2018) // Собрание законодательства РФ. 03.03.2018. № 6. Ст. 3.

2. Денисова Т.Ю. Особенности правового регулирования порядка доказывания адвокатом в уголовном процессе. Молодой ученый, 2017. № 21.1. С. 94-96.

3. Иринова К.Е. Российское уголовное право. В 2 томах. Том 2. Особенная часть. М.: ТК Велби. Проспект, 2015. С. 67.

4. Орлов А.Д. Собирание доказательств адвокатом в гражданском процессе. Молодой ученый, 2016. № 16. С. 259-261.

5. Лопашенко Н.Е. Введение в уголовное право. М.: Wolters Kluwer, 2014. С. 21.

6. Игнатьева И.Р. Уголовное право России. Особенная часть. М.: Юстицинформ, 2014. С. 92.

7. Шевченко Т.П. Значение доказывания в деятельности адвоката-защитника. Молодой ученый, 2018. № 13. С. 216-219.

8. Лопаткина А.Е. Уголовное право. М.: Юрайт, 2014. С. 37.

9. Орлова У.Н. Уголовное право. М.: Юрайт, 2015. С. 66.

10. Тарбагаев Р.А. Уголовное право. Общая часть. М.: Проспект, 2016. С. 48.

ТЕХНОЛОГИЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО ПРОЦЕССА

Гоголев И.А.

Гоголев Иван Александрович - магистрант, кафедра теории государства и права, Институт магистратуры Саратовская государственная юридическая академия, г. Саратов

Аннотация: в статье рассматриваются различные подходы к пониманию сущности и содержания административного процесса. Дается понимание административного процесса как суммы производств и свойственных им конкретных технологий. В связи с разработкой и внедрением административных регламентов и информационных технологий делается вывод о необходимости разработки принципиально новой концепции технологии административного процесса.

Ключевые слова: административный процесс, технология производства, технология правоприменения.

В последнее время исследование проблем административного процесса, его роли и значения в повышении эффективности деятельности органов исполнительной государственной власти по реализации возложенных на них задач и функций, постоянно находятся в центре внимания административно-правовой науки. Вместе с тем, приходится констатировать, что вопросы технологии административного процесса, к сожалению, остаются пока вне поля зрения ученых юристов и практиков. Отсутствие глубоких и всесторонних исследований, недостаточный анализ технологии правоприменительной деятельности в административном процессе сказывается в целом на качестве нормативно-правовых и правоприменительных актах. Так, в результате экспертизы нормотворческой деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации, проведенной