Специфика целеполагания у студентов с разными типами субъектной регуляции

Специфика целеполагания у студентов с разными типами субъектной регуляции Харитонова А. С.

Данная статья посвящена исследованию специфики структуры целеполагания у студентов с разными типами субъектной регуляции. Представлен теоретический анализ проблемы целеполагания, описан авторский опросник «Структура целеполагания», приведены основные результаты эмпирического исследования. Показано, что чем выше уровень эффективной самостоятельности студентов, тем более высоким уровнем сформированности волевых усилий и более низким уровнем мотивации избегания неудачи они обладают; кроме того, такие студенты характеризуются и более высокими субъективными оценками по основным показателям смысложизненных ориентаций.

Ключевые слова: структура целеполагания, субъектная регуляция, автономность, эффективная самостоятельность, уровень притязаний, смысложизненных ориентации.

Specificity of goal-setting at students with different types of subject regulation.

The article is devoted to research of specificity of goal-setting's structure, goal-setting of students with different types of subject regulation. The theoretical analysis of a problem of goal-setting is presented. The author's questionnaire «Structure of goal-setting » is described, the basic results of empirical research are given. It is shown that effective independence of students has direct dependence with the level of strong-willed efforts and inverse relationship with the level of motivation of avoiding of failure. Also such students are characterised by higher individual estimations by the basic indicators of life orientations.

Keywords: structure of goal-setting, subject regulation, autonomy, effective independence, level of claims, life orientations.

В современном динамичном мире общество предъявляет высокие требования к личности. От того, насколько человек организован, самодостаточен и успешен, зависит не только будущее самого человека, но и общества, в котором он живет. На протяжении всей жизни человек всегда оказывается перед необходимостью выбора целей, решения личностных задач, связанных с кризисом ценностей, противостоянием зависимостям [3], поиском собственной идентичности и осмысления жизненного пути, при этом важнейшим условием, обеспечивающим подобную самореализацию, выступает процесс целеполагания.

Формирование процесса целеполагания является невозможным вне развития способности человека к осознанной саморегуляции в целом [4, 5, 8, 10, 13] и субъектной регуляции деятельности [11, 10], в частности. Именно в структуре системы осознанной психической саморегуляции выделяется такой базовый ее компонент, как «Субъективно принятая цель деятельности», с которого и начинает разворачиваться весь процесс реализации деятельности субъектом.

Одним из атрибутов сознания и функциональной характеристикой, лежащей в основании человеческой деятельности (детерминирующей все регуляторные процессы), является способность человека самостоятельно образовывать цели. В психологии проблемы целеполагания исследуются давно и в обширном контексте, в то же время (и это следует отметить особо), все предыдущие исследования подробно описывают особенности функционирования этого компонента в рамках системы осознанной саморегуляции деятельности [4], его связи с другими компонентами (и прежде всего, с «Моделью субъективных условий деятельности» и «Субъективно принятыми критериями успешности»), предложены психодиагностические методики для оценки уровня сформированности этого компонента. Однако специфика самого процесса целеполагания (как такового), его структура в рамках системы осознанной саморегуляции практически не исследована. Много неясностей и в том, какую роль в процессе принятия цели играет мотивация (исследования которой, при рассмотрении осознанных регуляторных процессов остаются, как правило, «за скобками»).

Вместе с тем, такие исследования весьма важны для понимания природы человеческой психики. О.А. Конопкин писал, что центральным звеном системы осознанного регулирования является принятая субъектом цель деятельности. Регуляторная функция цели может быть определена как системообразующая функция. Именно цель является тем звеном контура психической саморегуляции, которое постоянно остается осознаваемым. Более

того, она определяет не только общую осознаваемую направленность деятельности, но, вследствие этого, и многие особенности конкретного функционирования других отдельных звеньев процесса саморегуляции [5].

Поскольку нас, прежде всего, интересуют проблемы целеполагания в контексте субъектной регуляции, рассмотрим их с этой точки зрения. Согласно Г.С. Прыгину, субъектная регуляция - это целостная, замкнутая по структуре информационно открытая система, в которой степень сформированности ее отдельных компонентов, их содержательное наполнение и отношение между ними, отражая уникальность личности, приводят к согласованию ее активности с требованиями деятельности и тем самым, к достижению цели, принятой субъектом [11].

Известно [10], что в основе субъектной регуляции деятельности лежит феномен «автономности», «эффективной самостоятельности» личности, суть которого в том, что индивидуальные особенности симптомокомплекса качеств личности наиболее важных для эффективной деятельности, диалектически взаимодействуя с индивидуальными особенностями ее системы субъектной регуляции, порождают определенный, характерный для личности, тип осуществления деятельности: «автономный», «смешанный» или «зависимый». При этом «автономность», в зависимости от контекста исследования, можно рассматривать и как тип личности, и как тип осуществления деятельности, и как тип регуляции.

Место и роль психической саморегуляции в жизни человека достаточно очевидны, если принять во внимание, что практически вся его жизнь есть бесконечное множество форм деятельности, поступков, актов общения и других видов целенаправленной активности. Именно целенаправленная произвольная активность, реализующая все множество действительных отношений с реальным миром вещей, людей, средовых условий, социальных явлений и так далее, является основным модусом субъектного бытия человека. От степени совершенства процессов субъектной регуляции зависит

успешность, надежность, продуктивность, конечный исход любого акта произвольной активности. Более того, все индивидуальные особенности поведения и деятельности определяются функциональной сформированностью, динамическими и содержательными характеристиками тех регуляторных процессов, которые осуществляются субъектом активности. Субъектная регуляция целенаправленной активности выступает как наиболее общая и сущностная функция целостной психики человека, именно в регуляторных процессах и реализуется единство психики во всем богатстве условно выделяемых ее отдельных уровней, сторон, возможностей, функций, процессов, способностей и так далее.

Проблема осознанной психической регуляции поведения и деятельности человека, различных проявлений его активности является одной их ключевых проблем психологии личности и психологии субъекта [2].

На современном этапе развития психологии целеполагание признается конституирующим признаком человеческой деятельности, занимающим одно из центральных мест в ее структуре, а, следовательно, и в развитии сознания и личности в целом. Этим объясняется внимание к целеполаганию со стороны ведущих отечественных ученых психологов (А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн, О.К. Тихомиров и другие). Как отмечает А.Н. Леонтьев [6], процесс целеполагания относится к числу наименее изученных психологических проблем. Большинство работ по выявлению сущности целеполагания и проблем его развития ограничиваются рассмотрением только целеобразования, в них не определена роль отдельных его компонентов на различных этапах этого процесса.

Экспериментальные исследования целеполагания восходят к работам Вюрцбургской школы (К. Левин, А. Карстен, Т. Дембо, Ф. Хоппе), где, в большинстве случаев, проблема целеполагания описывается по схеме целедостижения и отодвигается или на уровень мнимой очевидности, или на не рассматриваемый уровень ее принадлежности к предмету других

наук.

Если термин «цель» используется в психологической литературе в различных значениях, то термин «целеобразование» (т. е. порождение новых целей в индивидуальной или совместной деятельности) до последнего времени не занимал должного места даже в отечественной психологии, уделяющей большое внимание психологическому анализу деятельности.

Таким образом, анализ научной литературы показывает, что широко используемое понятие «целеполагание» часто употребляется без должной конкретизации. В итоге целеполагание как процесс, имеющий закономерное строение и непосредственно связанный с деятельностью, исчезает. В подобных случаях употребление термина «целеполагание» не несет, с нашей точки зрения, определенной содержательной нагрузки.

В связи с вышеизложенным, научная проблема настоящего исследования состояла в том, чтобы разработать психодиагностический инструментарий, позволяющий выявить структуру целеполагания как системообразующего компонента субъектной регуляции, и исследовать ее во взаимосвязи со спецификой проявления личностно-типологических особенностей субъектной регуляции, прежде всего, в таких структурных компонентах личности, как ее самосознание (в частности, «уровень притязаний»), ценностная, мотивационная и волевая сферы.

Цель исследования - выявить специфику целеполагания у студентов, имеющих разные типы субъектной регуляции.

Гипотеза исследования состояла в том, что студенты с автономным типом субъектной регуляции, в сравнении с «зависимыми», характеризуются более высоким уровнем сформированности волевых усилий, более низким уровнем мотива избегания неудачи; кроме того, субъективные оценки по основным показателям смысложизненных ориентаций у «автономных» студентов будут значительно выше, чем у студентов, относящиеся к зависимому регуляторному типу.

Общая выборка исследования составила 307 студентов (149 юношей и 158 девушек). Исследование проводилось в различных вузах и ссузах города Казани. При определении выборки испытуемых мы руководствовались принципом гомогенности в половозрастном аспекте. Базовый диагностический инструментарий был представлен опросными методами, описанными ниже.

Структура компонента системы субъектной регуляции «Целеполагание» выявлялась с помощью разработанного и описанного ниже авторского опросника «Структура целеполагания».

Диагностика типа субъектной регуляции проводилась с помощью опросника эффективной самостоятельности («автономности-зависимости») Прыгина Г.С. [9]. В ходе исследования из общего количества испытуемых были сформированы две группы испытуемых с автономным и зависимым типом субъектной регуляции, в каждую из которых вошло по 100 человек.

Рассмотрим вначале особенности целостного процесса целеполагания, которые были выявлены с помощью опросника «Структура целеполагания».

Данный опросник был разработан для диагностики уровня сформированности компонентов целеполагания у лиц с 16 лет и старше. Факторный анализ первичных данных (проведенный по методу «Главных компонентов» и «Варимакс» вращением) на этапе конструирования опросника выявил 5 факторов (компонентов), образующих структуру «целеполагания». Содержательный анализ каждого из выделенных факторов позволил нам дать их психологическую интерпретацию.

Фактор I. Интерпретирован, как «Устойчивость принятой цели» проявляющаяся в умении добиваться поставленной цели, преодолевая при этом внутренние и внешние препятствия. Характеризуется упорством, реалистичностью восприятия ситуации и своих возможностей, уверенностью в себе, активностью в постановке и достижении цели, высоким уровнем притязаний и твердым знанием того, что нужно.

Фактор II. Интерпретируется как «Самоорганизованность» под которой понимается комплекс таких качеств, как ответственность, внутренний фокус контроля, рациональность, развитый самоконтроль и рефлексия, внутренняя потребность идти к достижению цели независимо от обстоятельств.

Фактор III. «Ориентированность на перспективу», характеризуется ориентацией на конечный результат, прогностическими возможностями, способностью корректировать план в соответствии со складывающимися обстоятельствами, способностью строить долгосрочные планы, ориентацией на будущее, способностью учитывать последствия и результаты планируемых событий, рационально распределять этапы выполнения работы по достижению цели, свои силы, рабочее время; четкое представление конечного результата, эффективное управление временным ресурсом, склонность к систематическому планированию. При постановке цели субъект определяет временные рамки для ее достижения.

Фактор IV - «Мотивированность» - связан с целенаправленностью действия и отражает некоторые стороны процесса формирования цели. В него входят: устойчивость целостной деятельности, направленной на достижение определенной цели, твердое следование намеченным планам, гибкость при преследовании конечной цели, ценностно-смысловая наполненность, критичность, стремление не выпускать ситуацию из под контроля.

Фактор V. «Целеустремленность» - способность человека самостоятельно ставить цели и неуклонно реализовывать их в деятельности. Проявлять гибкость и вместе с тем твердость, а также ориентироваться на себя при постановке цели.

Обследование описанной выше выборки с помощью данного опросника выявило, что структуры целеполагания у студентов с автономным и зависимым типами субъектной регуляции отличаются. Как

видно на рисунке 1, у студентов с автономным типом субъектной регуляции структура целеполагания характеризуется большей целостностью (большим количеством прямых достоверных взаимосвязей).

Структура целеполагания студентов с «автономным» (слева) и «зависимым» (справа) типами субъектной регуляции

Рисунок 1

Кроме того, сравнительная характеристика особенностей целеполагания обеих типологических групп показала, что уровень сформированности всех пяти факторов у студентов с автономным типом субъектной регуляции достоверно выше, нежели у студентов зависимого типа. Это позволяет утверждать, что у студентов с автономным типом субъектной регуляции (в сравнении со студентами зависимого типа) процесс целеполагания протекает более эффективно.

На следующем этапе исследования осуществлялась проверка полученных данных с учетом степени адекватности их психологической интерпретации, кроме того, устанавливалась конструктная валидность выделенных факторов. Для решения этих задач потребовалось осуществить поиск соответствующего диагностического инструментария, характеризуемого достаточной степенью валидности по отношению к решаемой исследовательской задаче, в результате которого были использованы методики, указанные ниже. Это - опросник В.К. Гербачевского [1], опросник «Диагностика особенностей самоорганизации-39» (ДОС-39) Ишкова [1], «Тест смысложизненных ориентаций» Д. А. Леонтьева [5].

Установленные различия по опроснику «Диагностика особенностей самоорганизации-39» характеризуют студентов с автономным типом субъектной регуляции как личностей, обладающих более высокими показателями по шкале «целеполагания» (t=3,95 при р < 0,001). Студенты данной группы также характеризуются более высоким уровнем самоконтроля (t=3,35 при р < 0,001), коррекции (t=6,17 при р < 0,001), самостоятельности (t=2,02 при р < 0,05) и волевых усилий (t=4,04 при р < 0,001) по сравнению с «зависимыми» студентами.

По данным опросника В. К. Гербачевского, предназначенного для выявления уровней притязаний испытуемого, у студентов с зависимым типом субъектной регуляции выявлены более высокие значения по компонентам «мотив избегания» (t = 3,44 при p < 0,001) и «сложность задания» (t = 2,48 при p < 0,014). В свою очередь, студентов с автономным типом субъектной регуляции характеризуют более высокие значения по следующим компонентам мотивации: «оценка достигнутых результатов» (t = 2,31 при p < 0,022), «значимость результатов» (t = 3,29 при p < 0,001), «инициативность» (t = 2,3 при p < 0,022). Полученные результаты позволяют охарактеризовать «автономных» студентов, в отличие от «зависимых», как более настойчивых в достижении достаточно трудных целей, более оптимистично относящихся к оценке уровня достигнутых результатов. Также «автономные» студенты отличаются от «зависимых» по компоненту, отражающему причинные факторы деятельности. Они более инициативны, находчивы при решении поставленных перед собой задач, проявляют большее понимание собственных возможностей в достижении поставленных целей, чем «зависимые» студенты.

Для исследования особенностей целеполагания также применялась методика «Тест смысложизненных ориентаций» Д.А. Леонтьева. В ходе анализа результатов эмпирического исследования установлены различия между группами «автономных» и «зависимых» испытуемых: значения интегрального показателя смысложизненных ориентаций (t = 4,85 при p <

0,0001) и шкал: цели в жизни (t = 3,33 при p < 0,001), насыщенность жизни (t = 4,29 при p < 0,0001), результативность жизни (t = 3,85 при p < 0,0001), локус контроля - Я (t = 4,5 при p < 0,0001), управляемость жизни достоверно выше у «автономных студентов» (t = 3,64 при p < 0,0001), чем у зависимых. Данные результаты позволяют говорить об «автономных» студентах как о лицах с наличием целей в будущем, которые придают жизни осмысленность, направленность и временную перспективу, в отличие от «зависимых», для которых более характерным является - жить сегодняшним или вчерашним днем. Также «автономные» студенты воспринимают процесс своей жизни как более интересный, эмоционально насыщенный и наполненный смыслом по сравнению с «зависимыми» студентами, которые менее удовлетворены своей жизнью в настоящем. У этих студентов более выражено ощущение продуктивности и осмысленности прожитого отрезка жизни, представление о себе как о сильной личности, обладающей достаточной свободой выбора, чтобы построить свою жизнь в соответствии со своими целями и представлениями о ее смысле, убеждение в том, что человеку дано контролировать свою жизнь, свободно принимать решения и воплощать их в жизнь.

Для более глубокого исследования целеполагания у студентов с разными типами субъектной регуляции мы применили проективную методику - тест Т. Нюттена (МТМ). Проведенный сравнительный контент-анализ полученных по данной методике незаконченных предложений, позволил выявить специфику целей деятельности, присущих обследуемым студентам. Полученные результаты свидетельствуют, что эго-цели, аутоцели и альтруистические цели более значимы для «автономных» студентов, чем для студентов «зависимого» типа (2 , 3, 5 ранги; 3, 4, 7 ранги соответственно). Материальные и гедонистические цели более значимы для «зависимых» студентов, чем для «автономных» (5 и 3 ранг; 7 и 4 ранг соответственно). Следует отметить, однако, что эти результаты можно интерпретировать только как тенденции,

требующие дальнейших исследований (поскольку достоверность различий была получена на уровне p < 0,1). Общими для обеих групп является приоритет профессиональных целей (ранг 1), а также игнорирование эстетических целей (ранг 10 из 10).

Таким образом, в целом, гипотеза исследования была подтверждена. Установленные различия позволяют судить о наличии специфики целеполагания, присущей лицам с определенным типом субъектной регуляции.

Литература:

1. Бороздина Л. В. Исследование уровня притязаний / Л.В. Бороздина. - М., 2000.

2. Брушлинский А.В. Целостность объекта - основание для системности всех его качеств // Психологическая наука в России ХХ столетия: проблемы теории и истории / Под ред. А.В. Брушлинского.-М.: ИП РАН, 1997.-С. 559-570.

3. Грязнов А.Н., Грязнов И.М., Гилемханова Э.Н. Клаббинг как новая форма зависимости // Казанский педагогический журнал 2010.-№1.- С.117-122

4. Конопкин О.А. Психологическая саморегуляция произвольной активности человека (структурно-функциональный аспект) // Вопросы психологии. -1995. №1 с 5-12.

5. Конопкин О.А. Психологические механизмы регуляции деятельности .-М.: Наука, 1980.

6. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность.-М.: Политиздат, 1975.

7. Леонтьев Д.А. Тест смысложизненных ориентаций СЖО. - М.: Смысл, 2000.

8. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии .-М.: Наука, 1984.

9. Прыгин Г. С. Проявление феномена «автономности-зависимости» в учебной деятельности // Новые исслед. в психологии .-1984.-.№ 2.-С. 48-52.

10.Прыгин Г.С. Психология самостоятельности // Монография. -Ижевск, Набережные Челны: Изд-во Института управления, 2009. - 314 с.

11.Прыгин Г.С. Феноменология проявления «автономности-зависимости» в субъектной регуляции деятельности // Известия Самарского научного центра РАН. Специальный выпуск «Актуальные проблемы психологии».-2006.-№ 1.-С. 21-35.

12.Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии .-М.: Педагогика, 1973.

13.Степанский В.И. Роль субъективных критериев успешности результатов в регуляции деятельности // Вопросы психологии.-1984.-№ 3.-С. 118-122).