Язык для всех

Идея создания универсального международного языка была чрезвычайно живучей задолго до возникновения эсперанто — начиная с XVII века различными учеными, путешественниками, политиками было выдвинуто более 1000 проектов плановых языков! Пионером идеи единого сконструированного международного языка принято считать знаменитого французского философа Рене Декарта. Правда, сам Декарт рассматривал такой язык как «орудие разума», а не как средство человеческого общения, видел смысл существования такого языка в стремлении к однозначности, а также в устранении «несовершенств» естественных языков, в первую очередь омонимии и синонимии.

Со второй половины XIX века в проектах плановых языков намечается отчетливый поворот. Если в предлагавшихся ранее проектах универсального языка во главу угла ставили функцию мышления и строили такие проекты по априорному принципу (то есть не обращались к уже существовавшим естественным языкам, а конструировали язык на основе какой-нибудь логико-философской концепции), то теперь на первый план выходила функция общения, а язык конструировался по апостериорному принципу, то есть путем заимствования и переработки других естественных языков. Наиболее удачным и живучим проектом планового языка, на котором общалось бы все человечество, стал разработанный Людвигом Лазарем Заменгофом язык эсперанто.

Лингвистика не была специальностью Заменгофа. По профессии он был окулист и работал в разных городах на западе Российской Империи, в основном в Варшаве. Однако, наблюдая за неспокойной жизнью многонациональной столицы Царства Польского, Заменгоф пришел к выводу, что многие противоречия между жившими в Варшаве русскими, евреями, поляками, немцами можно было легко устранить, если бы все они говорили на одном простом и понятном языке. Заменгоф начал разрабатывать проект такого универсального языка еще будучи гимназистом и посвятил этому проекту всю свою жизнь. 26 июля 1887 года под псевдонимом Доктор Эсперанто он опубликовал первый учебник своего языка. Простота и универсальность достигались за счет небольшого количества (947 шт.) корней, заимствованных из романских, германских и славянских языков. Чтобы образовать различные слова, к корням присоединялись приставки и суффиксы. Грамматика эсперанто сводилась к 16 относительно простым правилам, части речи определялись с помощью окончаний, присутствовали только именительный и винительный падежи, отсутствовала категория рода (род определялся лишь с помощью личных местоимений).

Заменгоф полагал, что простая структура и легкость изучения языка смогут побудить большое количество людей общаться на эсперанто — и действительно, в начале ХХ века он был довольно популярен. Эсперанто нашел поклонников не только в Европе, но и в США, латиноамериканских странах, Японии, Китае. Проводились ежегодные конгрессы эсперантистов из разных государств; на эсперанто издавалось более 20 журналов, переводилась художественная и научная литература. А в 1920-х годах даже выдвигались предложения сделать эсперанто рабочим языком Лиги наций!

Эсперанто был в фаворе и в СССР — изучение языка пропагандировал Лев Троцкий, называя его «языком мировой революции»; в 1921 году был основан Союз эсперантистов советских стран во главе с Эрнестом Дрезеном. Однако в 1930-е годы движение эсперанто попало под запрет, а изучающие эсперанто воспринимались как потенциальные шпионы.

К сожалению, эсперанто так и не стал единым языком всего человечества. Изучающие этот язык сейчас воспринимаются как маргиналы, а всего в мире на эсперанто говорят не более 2 млн человек, то есть меньше 0,0003% всего населения Земли.

Даниил Казбеков