Удаленная работа наращивает дистанцию

Спустя три года после начала пандемии коронавируса, спровоцировавшей бурный рост удаленной занятости, число позиций, предполагающих постоянную работу вне офиса, в России идет на спад. Работодатели сокращают число таких вакансий по ряду причин, в числе которых и пониженная производительность удаленных работников, и дополнительные сложности с их контролем. Еще один фактор — перспективы ужесточения регулирования этого вида занятости, вызванные массовым отъездом работников за рубеж в 2022 году.

Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ

Три года назад, в марте 2020-го, в России началась пандемия коронавируса, которая среди прочего спровоцировала резкое распространение удаленной занятости. Тогда, напомним, в качестве противоэпидемических мер были введены локдауны, и компании были вынуждены адаптироваться и вводить новые форматы работы, чтобы не закрыться. Возможности очной работы в тот момент сохранились для предприятий непрерывного цикла и ограниченного числа сотрудников. В результате уже через несколько месяцев пандемии, по данным Минтруда, число одномоментно работавших вне офиса достигло 3,7 млн человек — рекордного показателя для российского рынка труда. В прошлые годы, по данным Росстата, численность удаленных сотрудников не превышала 100 тыс. человек, в их числе были преимущественно занятые в IT-специальностях (программисты, разработчики ПО, аналитики данных, специалисты по системной интеграции, электронной коммерции и др.).

Распространение удаленной занятости в 2020 году потребовало законодательных изменений: ряд норм об удаленной работе и ранее содержался в Трудовом кодексе, но их оказалось недостаточно, когда явление стало массовым. В результате депутаты фракции «Единой России» подготовили поправки в ТК, более детально определившие дистанционную занятость, а также ее возможные форматы — временной или частичной удаленки. Действующая редакция ТК теперь предусматривает, что перевод на удаленку возможен по согласию сторон (график работы, время взаимодействия). Кроме того, в правительстве озаботились развитием электронного документооборота и упорядочиванием кадровых документов для поддержания формата удаленной занятости в расчете на бурный рост удаленки. Регуляторы и эксперты предполагали, что «бОльшая часть как сотрудников, так и работодателей, вовлеченных в удаленную занятость, хотели бы сохранить этот режим и после окончания действия противоэпидемических мер». Однако, как показывает статистика рекрутинговых компаний и крупных работодателей, их ожидания оправдались только частично.

Мнение

Екатерина Тягай, партнер и руководитель практики Особых поручений (Sensitive Matters) коллегии адвокатов Pen & Paper, о перспективах ужесточения удаленной работы из-за рубежа

Несмотря на успешный опыт и в целом сложившийся сбалансированный подход к восприятию и регулированию удаленной занятости, с конца 2022 года наметился иной тренд: активно и настойчиво обсуждается риск ограничения или запрета дистанционной работы из-за границы. Особенно обоснованными такие опасения можно считать для «IT-специалистов, выехавших за границу после начала СВО, работа которых связана с разработкой, внедрением и администрированием государственных информационных систем и информационных систем объектов критической информационной инфраструктуры, а также с оборотом персональных данных». Так, в феврале текущего года комитет Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи представил проект постановления Госдумы «Об информации министра цифрового развития, связи и массовых коммуникаций М. И. Шадаева о ходе цифровой трансформации и обеспечения информационной безопасности РФ», которым Минцифры было рекомендовано совместно с депутатами проработать вопрос о запрете удаленной работы для указанных специалистов. В перспективе нельзя исключать, что и иная удаленная работа, осуществляемая за пределами РФ, может быть ограничена, хотя речь о запрете самого института такой работы пока не ведется.

Тем не менее уже сейчас возможность закрепления в федеральном законе перечня сфер и видов трудовой деятельности, которую запрещено осуществлять удаленно, в том числе из-за рубежа, вызывает напряженность как среди работодателей, так и среди работников, особенно работников того самого умственного труда, который гарантировал им право на законный удаленный формат работы. Ранее Роструд, напомним, отмечал, что договор о дистанционной работе может заключаться для выполнения работы, «результат которой не имеет материального выражения (с программистами, консультантами, журналистами и прочими работниками умственного труда)», подчеркнув тем самым, что удаленная работа, как правило, имеет интеллектуальный характер. При определенном обосновании и объеме ограничений подобные изменения формально не будут противоречить Конституции, согласно ч. 3 ст. 55, которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Между тем из формулировки постановления в настоящий момент вовсе не очевидно, коснется ли запрет на удаленную работу из-за границы в определенных сферах всех работников, в том числе уехавших за рубеж и начавших осуществлять такую деятельность еще до 24 февраля 2022 года, или только тех, кто выехал за рубеж после. Во втором случае подобные ограничения могут носить явный дискриминационный уклон, противоречащий Конституции и Трудовому кодексу.

На практике последствием принятия соответствующих поправок могут стать участившиеся трудовые споры. В трудовые договоры работников, официальный режим занятости которых является дистанционным, должны будут вноситься изменения о месте осуществления трудовой деятельности. Кроме того, трудовые договоры с такими работниками, вероятно, могут быть прекращены по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (ст. 83 Трудового кодекса). Возникновение подобного вектора развития трудового законодательства едва ли можно считать отвечающим интересам работников, как более уязвимой стороны трудовых правоотношений.

Отдельно отметим: особенности регулирования труда дистанционных работников уже регламентированы главой 49.1 Трудового кодекса. Среди таких особенностей прямо названа обязанность работодателя обеспечить дистанционного работника необходимыми для выполнения им трудовой функции средствами защиты информации (ст. 312.6 Трудового кодекса). Таким образом, вместо по меньшей мере неоднозначных предложений о полном запрете удаленной работы в названных сферах можно было бы рассмотреть возможность повышения требований к способам защиты информации — в случае возникновения рисков это помогло бы предотвратить распространение чувствительных сведений. Подобный подход видится предпочтительным не только с точки зрения юридической техники и последовательного соответствия действующему законодательству, но и с позиций защиты прав работников на сохранение тех форм и условий труда, которые отвечают и их интересам, и интересам работодателей, особенно в сложный экономический период.

Как считает президент SuperJob Алексей Захаров, в 2021 году, поскольку пандемия еще продолжалась, рынок некоторое время экспериментировал с удаленкой. «Некоторым компаниям удалось выстроить эффективные процессы взаимодействия с удаленщиками, в результате чего производительность труда повысилась»,— считает директор по аналитике, исследованиям и Data Science сервиса Работа.ру Елена Артемьева. Как сообщили “Ъ” в «Норникеле», «удаленная работа дала возможность переосмыслить подходы к найму и адаптации персонала. «Прием сотрудников по ряду специальностей осуществляется в том числе в регионах, где у компании отсутствуют рабочие места»,— поясняет вице-президент по кадровой политике компании Дарья Крячкова. Еще одна причина распространенности удаленной работы — желание соискателей работать из дома. Так, по данным Работа.ру, в 2021 году доля таковых увеличилась в три-четыре раза к допандемийному уровню и составила около 20%, а в IT доля кандидатов, предпочитающих этот формат работы, превысила 60%.

Но уже во второй половине 2021 года доминирующий тренд, предполагавший бурное развитие удаленки, развернулся в сторону поисков компромисса. Им стал гибридный режим работы, позволивший совместить работу из дома и офиса. Дело в том, что, хотя многие сотрудники оказались не готовы вернуться в офис, они не смогли полностью отказаться от прямого, очного общения с коллегами, также не всем менеджерам удалось эффективно работать с удаленщиками. «Многие рабочие вопросы эффективнее решать при личном общении, чем в переписке или в рамках созвона, при офисном формате легче работать с мотивацией сотрудников, обеспечивать включение в рабочие процессы новичков. Появились исследования, которые показывают, что в долгосрочной перспективе большой процент удаленной работы может негативно сказываться на результатах, отрицательно влияет на развитие коммуникативных навыков сотрудников, в том числе новичков, снижает лояльность к компании»,— рассказывает гендиректор рекрутинговой компании Get experts Ольга Шамбер.

В 2022 году, свидетельствуют данные hh.ru об объеме вакансий, спрос работодателей на удаленных работников продолжил замедляться. Впрочем, такая динамика может объясняться общим падением спроса на персонал на рынке труда в течение весны, особенно в сегменте «белых воротничков» (IT-специалисты, маркетологи, юристы, бухгалтеры и т. д.), которые были основной аудиторией, работающей на удаленке. «Основной эффект снижения предложений работы на постоянной удаленке произошел за счет сокращения спроса на сотрудников в IT-компаниях и рекламных агентствах, в то время как в других отраслях бизнеса с широким распространением данного формата число таких вакансий выросло: в финансовом секторе на 18% к 2021 году, в секторе B2B-услуг — на 8%»,— разъясняет руководитель службы исследований hh.ru Мария Игнатова.

Доля вакансий с удаленной работой в прошлом году сокращалась среди специалистов в области медицины и фармацевтики (–65% к 2021 году), фитнеса и красоты (–66%), страхования (–56%), безопасности (–60%) и управления персоналом (–48%), следует из данных hh.ru. Однако каждая четвертая вакансия с постоянной удаленкой в 2022 году была открыта для IT-специалистов, как и в предыдущие два года. Самый существенный прирост удаленки отмечается в вакансиях для менеджеров по продажам: почти каждая третья вакансия (в 2020-м и 2021-м — лишь каждая шестая). Удаленный формат остался стабильным и для топ-менеджеров — прирост (+16% к 2021 году) может быть обусловлен релокационными процессами.

Проведенный в начале 2023 года опрос SuperJob хотя и подтвердил частичное сохранение популярности удаленной занятости, также свидетельствует о сокращении ее объемов по сравнению с достигнутыми в пандемию. Так, доля компаний с возможностями дистанционной работы увеличилась до 40% против 33% до пандемии (в разгар пандемии — 59%). Кроме того, доля удаленных работников в большинстве таких компаний не превышает 10% от штатной численности. Результаты объясняются спецификой работы: у рабочего на производстве или кассира в магазине не может быть удаленки. Чаще всего на удаленке по-прежнему трудятся IT-специалисты (в 39% компаний) и HR-специалисты (19% компаний), офисный персонал (14%), бухгалтеры и сотрудники колл-центров (по 11%), проектировщики (10%).

Так, как пояснили “Ъ” в «Ростехе», если три года назад переход на удаленку был единственно возможным вариантом продолжения работы для офисных сотрудников, теперь этот опыт остался в прошлом. «Мы сторонники того, чтобы люди работали на своих рабочих местах. Производство высокотехнологичной продукции непрерывное. На промышленных предприятиях своя специфика. Должна соблюдаться информационная безопасность, которую сложно обеспечить в удаленном формате. Все это диктует свои правила и режим работы»,— пояснили в пресс-службе. В то же время, считают в госкорпорации, формат удаленной работы имеет право на жизнь — например, он возможен для сотрудников, занимающихся научной деятельностью.

В перспективе, впрочем, позиция работодателей может стать еще менее гибкой — этому будет способствовать ужесточение регулирования после начала военной операции РФ на Украине, вызванное в том числе массовым отъездом россиян за рубеж на фоне мобилизации. Так, депутаты «Единой России», ранее обеспечившие условия для расширения дистанционной работы, теперь намерены ввести запрет на удаленную работу в России для отдельных категорий уехавших граждан. Как пояснил “Ъ” замглавы фракции «Единой России» в Госдуме Андрей Исаев, законопроект затронет узкий сегмент рынка: нерезидентов, работа которых связана с обеспечением безопасности граждан и обороноспособности страны. «Перечень таких компетенций определит правительство»,— сообщил он.

Замгендиректора по работе с профессиональным сообществом ANCOR Татьяна Баскина предполагает, что в 2023 году продолжится пересмотр отношения работодателей не только к удаленному формату работы как таковому, но и к конкретной локации удаленных работников. «Отдельная история — с удаленной работой из-за рубежа ввиду неопределенности в ее регулировании. Переезд сотрудника в другую страну с утратой статуса налогового резидента РФ может стать основанием для расторжения трудового договора. При этом удаленный работник может и не уведомить о переезде работодателя. Компаниям сложно это проконтролировать, а обеспечить соблюдение безопасных условий труда и вовсе невозможно. Чтобы исключить сопутствующие налоговые и юридические риски, работодатели предпочитают вступать в трудовые отношения с сотрудниками в России»,— поясняет Татьяна Баскина. Уже в конце 2022 года, по данным ANCOR, лишь треть работодателей, столкнувшихся с отъездом сотрудников в другую страну, были готовы использовать удаленный формат для их удержания. Чаще с пониманием к сотрудникам относились российские компании среднего размера (до 300 человек), тогда как международные работодатели и крупный бизнес (более 5 тыс. человек) более жестко реагировали на отъезд сотрудников — вплоть до прекращения трудовых отношений. При этом, как следует из другого опроса той же компании, кандидаты-мужчины стали чаще лгать о своем фактическом местонахождении. Так, в своих резюме они часто указывают локацию «Москва» и подтверждают готовность к очному интервью и работе в офисе, но в процессе выясняется, что кандидаты проживают за границей и могут работать исключительно удаленно.