Теория и практика герменевтического подхода в становлении профессиональной готовности будущих юристов

[Текст] / Г. Запесоцкий // Высшее образование в России. 2003. № 6. С. 34.

13. Письмо Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Министерства образования и науки РФ от 17.04.2006 г. № 02-55-77.

14. Соловьева, Н. Н. Основы организации учебно-научной работы студентов [Текст] : учеб.-метод. пособие для самостоятельной работы студентов / Н. Н. Соловьева. М.: АПК и ППРО, 2007. 52 с.

Н. Г. Новикова

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОГО ПОДХОДА В СТАНОВЛЕНИИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ГОТОВНОСТИ БУДУЩИХ ЮРИСТОВ

В статье даны подтвержденные опытно-экспериментальной работой аспиранта теоретические обобщения по проблеме становления профессиональной готовности будущих юристов. Обосновывается актуальность герменевтического подхода в юридическом образовании; приводятся экспериментальные данные по сформированнности у студентов навыков толкования в юридической технике, отражена динамика информационной среды профессионального саморазвития будущих юристов.

Актуальность герменевтического подхода в юридическом образовании мы связываем с двумя специфическими свойствами профессиональной готовности будущих юристов:

- отношение к праву как многомерному социокультурному феномену, обусловливающему способность к толкованию в юридической технике;

- опыт выстраивания информационной среды профессионального саморазвития.

Первое свойство детерминировано статусом юриспруденции в науках о бытии. Сама лексема «право» в ее языковой динамике, опосредуемой в развитии русской культуры, подсказывает, сколь важно служителям права сознавать его методологические истоки. По наблюдению Т. В. Губа-евой, в русском языке концепт «право» получил иное, чем в европейских языках, развитие. Внутренняя форма концепта трансформировалась в значение «правда, закон, справедливость, праведность», преобразовавшееся затем в «право как закон» и «правду как справедливость» [1]. Важнее для нас, однако, то, что семантическая глубина лексемы «право» есть источник приоритета языковых дисциплин в юридическом образовании, на которых, в свою очередь, базируются навыки толкования в юридической технике.

Само понятие толкования - главное, что связывает юридическое образование с сутью герменевтики. Имея в виду «герменевтическую трой-

НОВИКОВА Наталия Геннадьевна - аспирант кафедры педагогики ВятГГУ © Новикова Н. Г., 2008

ку», где юрист, теолог и лингвист - триединое звено социокультурных процессов человеческой цивилизации, логично заключить, что социальная действительность подталкивает юриста к «развертыванию герменевтической ситуации вопро-шания о бытии». Это - «участие в бытие, уподобление сущему, преодоление того, что уже отошло в вечность» [2].

Применительно к юридической технике толкование определяется как «совокупность мыслительных операций или специальных приемов выяснения воли правотворческого субъекта, содержащейся в нормативном акте». Т. В. Каша-нина дифференцирует весь объем толкования в деятельности юриста по следующим группам:

1) языковое толкование (в науке оно имеет ряд аналогий: грамматическое толкование, словесное, филологическое, текстовое). Языковое толкование предшествует применению других способов толкования;

2) логическое толкование. В нем используются выработанные веками правила: логическое преобразование; выводы из понятий; выводы из аналогии; умозаключительные степени; выводы от противного; доведение до абсурда;

3) систематическое толкование. Этот способ толкования предполагает анализ и сравнение не отдельных слов, а связей между частями нормы права. Требуется установление места нормы права в системе отрасли или даже в системе права в целом;

4) историческое толкование - уяснение смысла нормы права с опорой на знание фактов, связанных с историей возникновения толкуемых норм;

5) телеологическое толкование. Его суть состоит в выяснении целевой направленности нормы права, его отдаленных по времени (от «теле» - расстояние) последствий;

6) функциональное толкование. Здесь внимание юриста концентрируется на условиях, в которых норма права функционирует, а не создается [3].

Все названные способы толкования есть герменевтические явления, ибо действие здесь направлено на установление действительного смысла юридической нормы как особым образом организованного текста. В целом же герменевтическое отношение будущего юриста к миру становится в современной реальности одним из принципов познания, и вне понимания мира теряют смысл и профессиональная деятельность, и вообще социальное бытие юриста.

Нелинейность развертывания актов толкования заставляет потенциального юриста создавать специфическое информационное поле, в которое, помимо законодательной информации, попадают всевозможные нормативные коды, обеспечивающие будущему юристу мобильность профессионально ориентированной коммуникации. По-

знание в герменевтическом ракурсе стимулирует обращение и к такой информации, которая напрямую не связана с буквой закона, но актуальна каждый раз, когда в правоотношение вступает конкретный человек. Опыт создания информационной среды саморазвития становится, таким образом, неотъемлемым условием профессиональной готовности будущих юристов.

Связывая представленные выше виды толкования с подготовкой будущих юристов, мы опосредовали в эксперименте три диагностирующие методики (табл. 1). Первая основана на толковании буквы закона. Опытной оценке здесь подвергается способность экспериментуемых понимать сам текст закона. Их задача состоит в том, чтобы извлечь из текста «волю законодателя». Вторая методика предполагает толкование на основании духа закона. Студент обязан учитывать социальные явления, появившиеся позднее принятия закона. Девиз толкователя в данном случае: «Закон не догма, а руководство к действию». Минус данной методики - наличие опасности свернуть на путь политического анализа. Учитывая это, мы разработали третью методику. Она имеет характер комплексный и строится на одновременном толковании и буквы, и духа закона. В ней не отвергается учет социальных реалий, но все же толкователь должен опираться прежде всего на законы и учитывать дух права в целом.

Перечисленные методики применялись нами на базе организованной в ВятГГУ «Юридической клиники». Оценивание осуществлялось исходя из триединого понимания категории «оценка» - как функции, как процесса и как результата. В первую очередь, мы установили перечень сфер занятости студентов в данном объединении:

- правовое воспитание различных категорий населения;

- профилактическая работа с несовершеннолетними;

- охрана общественного порядка;

- обеспечение безопасности дорожного движения;

- выполнение различных оперативных и следственных действий;

- сбор информации, необходимой практическим органам правопорядка;

- оформление документов юридического характера в органах власти, правопорядка и правозащиты;

- оказание юридической помощи в качестве официального доверителя.

Указанные сферы занятости будущих юристов, как мы увидели их, явились достаточно серьезной почвой для реализации герменевтического подхода к образованию юристов, особенно в том его аспекте, который мы представили выше как толкование в юридической технике. Функционирование «Юридической клиники» обеспечивает участие студентов в реальном содействии укреплению правопорядка, что определяется отсутствием учебных условностей, жизненной и профессиональной реалистичностью и убедительностью, активизирующей и мобилизующей студентов силой, практичностью, проблемностью, необходимостью достижения реального профессионального результата.

В целом сложилась позитивная оценка потенциала «Юридических клиник» в практическом опосредовании концептов герменевтики. Разработанные же нами методики позволили получить данные по сформированности навыков толкования у будущих юристов (табл. 1).

Полученные данные (наблюдение проводилось на протяжении двух лет) показали, что нормативный подход пока еще доминирует в становлении профессиональной готовности будущих юристов. Мы отметили недостаточность личност-но-формирующих воздействий на студентов, активизацию профессионально ориентированного социального интеллекта, слабую выраженность феномена профессионального самоопределения

Таблица 1

Сформированное™ навыков толкования у будущих юристов

Методика 1 Результаты Методика 2 Результаты Методика 3 Результаты

1. Студент разбирается в структуре законодательной статьи 98% 1. Студент выделяет в законодательной статье ее социофилософский подтекст 42% 1. Студент способен вносить коррективы в законодательную статью и аргументировать их 47%

2. Студент называет последствия несоблюдения законодательной нормы 88% 2. Студент владеет интегрированным знанием по истории того или иного закона 54% 2. Студент находит различные пути для виртуальной или реальной правовой защиты истца 61%

3. Студент владеет навыками законодательных аналогий и исключений 78% 3. Студент расширяет, по необходимости, информационное поле юридической практики 63% 3. Студент способен прогнозировать динамику правовой картины в заданном ему направлении 37%

студентов. Все это, безусловно, снижает потенциал герменевтического подхода в функционировании «Юридической клиники», однако не нивелирует его. Наблюдаемые нами в ходе опытно-экспериментальной работы акты толкования будущих юристов, в общей сложности, носили характер структурированного мыслительного действия с явно выраженной профессионально ориентированной мотивацией.

В силу установленной нами зависимости качества толкования юридической практики от качества информационной среды профессионального саморазвития, мы обратились к Концепции информатизации сферы образования Российской Федерации, разработанной учеными ГосНИИ системной интеграции [4]. Акцентированный в ней «личностный фактор» проектирования информационной составляющей профессиональной подготовки юристов заставил нас принять в расчет доводы тех, кто говорит об изменении не только собственно информационного пространства, но и «стиля мышления, психологических установок, методов организации самых различных видов деятельности» современных студентов. Человек Читающий постепенно уступает свои позиции выработки понятий и создания схем объяснения мира Человеку Кликающему (от английского слова «клик» -щелкать). Реализуя «кликающие» жесты, сеть превращает их в органы чувств, часть тела Человека Кликающего, «вырывая тексты, картинки из библиотечных оков, заставляя их обращаться с колоссальной скоростью между пользователями сети» [5]. Есть основание, поэтому, говорить о трех уровнях информационного пространства профессионального саморазвития:

- нижний (физический) - программно-аппаратные средства вычислительной техники и техники связи;

- средний (логический) - информационные технологии;

- верхний (пользовательский) - прикладные информационные системы.

Герменевтический фактор информатизации должен, по нашему убеждению, замыкать все три уровня, поскольку, как субъект герменевтического действия, будущий юрист адаптирует и «ин-фовлияние», идущее извне образовательного учреждения, и «инфопоток» микросреды образования. В определенной мере утверждаемая нами тактика созвучна методологическому убеждению Н. Н. Моисеева, называющего планетарное общество информационным только тогда, когда «возникнет такого уровня Коллективный Разум, который будет играть в планетарном обществе такую же роль, какую в организме человека играет его собственный разум» [6]. Принимая во внимание реалии «информационного общества», к коему, Россия, безусловно, стремится, мы, сле-

довательно, оказывались правы в экстраполяции компонентов профессиональной готовности будущих юристов на определенный характер информатизации процесса их профессионального самообразования образования (табл. 2).

Таблица 2

Констатируемое состояние информационной среды профессионального самообразования

Диагностируемые параметры Результат

1. Принятие информатизации как условия саморазвития в направлении профессии 69%

2. Включенность в информационную сеть образовательной среды вуза 88%

3. Владение основными навыками поиска и обработки информации 59%

4. Готовность будущих юристов пропагандировать в референтных группах информационные технологии 16%

Средние данные по табл. 1 и 2 указывают на необходимость дополнительных вложений со стороны организаторов образования. Это могут быть спецкурсы, установочные семинары или др., направленные на стимулирование информативной активности будущих юристов. Практика герменевтического подхода выливается здесь в диалоговую технологию образования, адекватную требованию «изменить характер учебного процесса с предметно-организационного на профессиональ-но-деятельностно-личностный» [7]. И при том что одной из целей бакалавриата на юрфаках является фундаментализация и теоретизация обучения, обусловленная быстро растущим объемом информации, ключевой информационной и интеллектуальной способностью (компетентностью) профессионала все-таки следует считать «умение понимать теории и конструировать новые» [8].

Герменевтический подход в образовании юристов становится, таким образом, не только закономерным следствием современной научной картины мира, но и образовательной стратегией, способной дидактику юридических факультетов обратить в русло прагматизма - преподавания филологических дисциплин будущим юристам.

Примечания

1. Губаева, Т. В. Словесность в юриспруденции [Текст] : учеб. пособие для вузов по направлению специальности «Юриспруденция» / Т. В. Губаева. Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1995. С. 12.

2. Гадамер, Х.-Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики [Текст] : пер. с нем. / Х.-Г. Га-дамер. М.: Прогресс, 1988. С. 452.

3. Каманина, Т. В. Юридическая техника [Текст] : учебник / Т. В. Кашанина. М.: Эксмо, 2007. С. 120.

4. Концепция информатизации сферы образования Российской Федерации [Текст] / МО общего и профессионального образования РФ, ГосНИИ системной интеграции. М.: ГосНИИ системной интеграции, 1998.

5. Там же. С. 120.

6. Моисеев, Н. Н. Универсум. Информация. Общество [Текст] / Н. Н. Моисеев. М.: Устойчивый мир, 2001. С. 182.

7. Вопросы совершенствования методики юридического образования [Текст] : м-лы конф. / отв. ред. В. Ф. Волович, Б. Л. Хаскелтберг. Томск: Изд-во Томского ун-та, 1982. С. 11.

8. Руднев, В. Н. Образование юриста в России: через прошлое к настоящему [Текст] / В. Н. Руднев // Платное образование. 2005. № 5. С. 22-23.

А. В. Бакулина

ПРИНЦИП двоичности В ПРИРОДЕ И КУЛЬТУРЕ

Как мы мыслим? Насколько сложен процесс мышления человека? На этот счет существуют различные мнения. Многие считают, что это сложный, многоуровневый процесс. Но все же часто за многогранностью мышления мы можем разглядеть пары, диады. В данной статье приведены точки зрения и рассуждения о двоичности мира, мышлении человека и его отражении в культуре, особенно в мифологии.

В современной гуманитаристике достаточно распространенной является мысль о том, что бинарный (т. е. двойной, диадный) архетип лежит в основе любой культуры и что структурирование представлений о внешнем мире по методу двойных (бинарных) оппозиций было характерно уже для архаического общества.

Объективным основанием бинарных оппозиций, возникающих на ментальном уровне, выступают многочисленные проявления симметрии, реально существующей в природе. В связи с проблемой симметрии в живой природе, которая может быть поворотной, комбинационной, количественной, порядковой, особый интерес вызывает право-левосторонняя симметрия человека, которая является результатом эволюционного пути развития. На эту морфологическую симметрию со временем наложилась функциональная асимметрия (разные функции правой и левой руки), связанная с парной функцией мозговых полушарий и характерная для современного человека. Человеческий мозг разделен на два полушария, каждое из которых выполняет свою функцию (так называемая функциональная асимметрия полушарий головного мозга): левое полушарие отвечает за правую сторону организма человека, а правое - за левую.

БАКУЛИНА Анастасия Владимировна - аспирант кафедры культурологии и рекламы ВятГГУ © Бакулина А. В., 2008

В середине XX в. была расшифрована структура генетического кода - так называемая «двойная спираль», - которая также оказалась бинарной. Кроме того, в организме человека имеются парные органы (два глаза, два уха, две ноздри, две руки, две ноги, две почки, два легких и т. д.). Таким образом, тяга к бинаризму вытекает из природной организации человека.

С право-левосторонней морфологической симметрией связаны и другие простейшие виды симметрии, которые затем составили основы двоичных противопоставлений. Это противопоставления передней/задней частей тела, верха/низа, центра/периферии и т. д. Человек совершенствовал ориентировку в пространстве, и вместе с этим возникали предпосылки для образования двоичной символики и бинарных оппозиций. Постепенно эти бинарные оппозиции закреплялись в сознании, логике первобытного человека, и на каком-то этапе эта симметрия и асимметрия закрепились уже на генетическом уровне.

Таким образом, бинарные оппозиции наследственно детерминированы, они изначально заложены в homo sapiens, в его сознании и мышлении. Можно предположить, что в результате филогенетического развития гоминидов были утрачены гипотетически присущие им первоначальные «внутриутробное», доречевое единое, неделимое сознание и трансцендентальное представление о жизненной гомогенности. Мир человека как бы «расщепился» в его сознания (почему это произошло - это проблема, которая вряд ли будет когда-либо разрешена убедительно и окончательно), что и проявилось в возникновении неизбежной для языка, речи потребности в оперировании бинарными оппозициями. Дво-ичность и попытки ее осмысления пронизывают всю историю человечества - от архаических культур до современной цивилизации, от бытового уровня до философских и религиозных систем.

Диада - это логическая основа, на которой формируется текст всей европейской культуры.

Формулировка идей в антиномической форме была чрезвычайно распространена с древнейших времен и остается таковой до настоящего времени. Бинаризм органично вплетен в европейскую культуру. Однако справедливости ради отметим, что бинаризм - это не чисто европейское явление: вспомним хотя бы древнекитайские инь и ян. Принцип бинаризма использовался, например, и религиозно-философскими школами индуизма и буддизма. Так, в буддистской логике могут об одном предмете быть высказаны два противоположных суждения, и оба считаются истинными. Следовательно, бинарность присуща духовному опыту человека вообще. Просто в европейской культуре она проявилась наиболее полно, в большей степени, причем каждая эпоха