Модели языковой метафоры в немецком молодежном языке

3. Барт, Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика / Р. Барт. - М.: Прогресс, 1989.

4. Белозерова, Н.Н. Интегративная поэтика / Н.Н. Белозерова. - Тюмень: Изд-во Тюменского гос. ун-та, 1999.

5. Жолковский, А.К. Избранные статьи о русской поэзии: Инварианты, структуры, стратегии, интертексты / А.К. Жолковский. - М.: РГГУ, 2005.

6. Иванов, В.В. Избранные труды по семиотике и истории культуры: в 7 т./ В.В. Иванов. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - Т. 3: Сравнительное литературоведение. Всемирная литература. Стихотворение.

7. Ионова, С.В. Аппроксимация содержания вторичных текстов / С.В. Ионова. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006.

8. Кристева, Ю. Избранные труды: Разрушение поэтики / Ю. Кристева. - М.: РОССПЭН, 2004.

9. Кузьмина, Н.А. Интертекст и его роль в процессах поэтического языка / Н.А. Кузьмина. - М.: Ком-Книга, 2007.

10. Липовецкий, М.Н. Русский постмодернизм (Очерки исторической поэтики) / М.Н. Липовецкий. -Екатеринбург: Уральский гос. пед. ин-т, 1997.

11. Петрова, Н.В. Интертекстуальность как общий механизм текстообразования англо-американского короткого рассказа / Н.В. Петрова. - Иркутск: ИГЛУ, 2004.

12. Прохорова, Л.П. Интертекстуальность в жанре литературной сказки (на материале английских литературных сказок): автореф. дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04/ Л.П. Прохорова. - Иркутск, 2003.

13. Пьего-Гро, Н. Введение в теорию интертекстуальности / Н. Пьего-Гро.- М.: Изд-во ЛКИ, 2008.

14. Смирнов, И.П. Порождение интертекста: Элементы интертекстуального анализа с примерами из творчества Б.Л. Пастернака / И.П. Смирнов. -СПб.: Изд-во СПбГУ, 1995.

15. Солодуб, Ю.П. Интертекстуальность как лингвистическая проблема / Ю.П. Солодуб // Филологические науки. - 2000.- № 2. - С. 51-57.

16. Супрун, А.Е. Текстовые реминисценции как языковое явление / А.Е. Супрун // Вопросы языкознания. - 1995. - № 6. - С. 17-19.

17. Тишунина, Н.В. Взаимодействие искусств в литературном произведении как проблема сравнительного литературоведения / Н.В. Тишунина // Филологические науки. - 2003. - № 1. - С. 19-26.

18. Томашевский, Б. Теория литературы. Поэтика / Б. Томашевский. - 5-е изд. - М.-Л.: ГИЗ, 1930.

19. Тынянов, Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино / Ю.Н. Тынянов. - М.: Наука, 1977.

20. Филиппова, С.Г. Интертекстуальность как средство объективизации картины мира автора: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / С.Г. Филиппова.

- СПб., 2007.

21. Фрейд, З. Психология бессознательного / З. Фрейд.

- М.: Просвещение, 1990.

22. Чернявская, В.Е. Интерпретация научного текста / В.Е. Чернявская. - 4-е изд. - М.: Изд-во ЛКИ, 2007.

23. Юнг, К.Г. К вопросу о подсознании / К.Г. Юнг // Человек и его символы/ К.Г. Юнг, М.-Л. фон Франц, Дж.Л. Хендерсон [и др.]. - М.: Серебряные нити, 1997.

24. Broich, U. Intertextualitat: Formen, Funktionen, angli-stische Fallstudien / U. Broich, M. Pfister. - Tubingen: Niemeyer, 1985.

25. Genette, G. Palimpsestes. La litterature au second degree / G. Genette. - Paris: Editions du Seuil, 1982.

26. Hansen-Love, О. Intermedialitat und Intertextualitat: Probleme der Korrelation von Wort und Bildkunst / О. Hansen-Love // Dialog der Texte / V.W. Schmidt, W.-D. Stempel (Hrsg.). - Wien, 1983. - S. 291-360.

27. Kristeva, J. Bakhtine, le mot, le dialogue et le roman / J. Kristeva // Critique. - Paris, 1967. - № 23. - Р. 438465.

28. Lacan, J. Ecrits: A Selection / J. Lacan. - London, 1977.

29. Lachmann, R. Gedachtnis und Literatur: Intertextualitat in der russischen Moderne / R. Lachmann. - Frankfurt am Mein: Suhrkampf, 1990.

30. Neuber, W. Topic und Intertextualitat / W. Neuber // Intertextualitat in der fruhen Neuzeit. - Frankfurt am Mein, Berlin, Bern, New York, Paris, Wien, 1994. -

S. 232-258.

31. Perrone-Moises, L. L‘intertextualite critique / L. Per-rone-Moises // Poetique. - Paris, 1976. - № 27. -Р. 372-384.

УДК 811. 11: 81-373. 612. 2 ББК 81. 2 Нем-3

С.Н. Аюшеева

МОДЕЛИ ЯЗЫКОВОЙ МЕТАФОРЫ В НЕМЕЦКОМ МОЛОДЕЖНОМ ЯЗЫКЕ

В статье рассматриваются структурные типы языковой метафоры, функционирующие в современном немецком молодежном языке: метафоры-сложные слова, имеющие разнообразные морфологические структуры, в том числе метафоры с элементами, заимствованными из английского языка, а также метафоры-производные слова.

Ключевые слова: структурный тип; сложное слово; словосложение; словопроизводство

S.N. Ayusheeva

METAPHOR IN THE GERMAN YOUTH’S LANGUAGE: STRUCTURAL MODELS

The article deals with the structural model of the metaphors in the modern German youth’s language. The author investigates metaphors, which are expressed by compounds with different morphological structures, combinations of words, also words with the borrowed elements and denominative words.

Key words: structural model; compound; composition

В данной статье представлен комплексный анализ содержательной и формальной сторон метафоры-сложного слова как знака языковой номинации. Для этого обратимся к методу аналитической дефиниции с целью выявления константы сравнения, наряду с выявлением доминирующих второстепенных семантических признаков, являющихся одним из необходимых условий возникновения метафоры.

Материалом исследования явились словари молодежного языка [Ehmann, 1992, 1996, 2003, 2005; Heinemann 1989, 1990; PONS, 2001-2010; DUDEN, 2009, Langenscheidt, 2010], сайты молодежных чатов и форумов [www.young-scene.de, www.chat.de, www.schulhofchat.de,www.knuddels.de, www. chat4free.de, www.jappy.de].

Анализ молодежного лексикона показал, что выявленные метафоры возможно классифицировать на ряд структурных типов. Классификация метафор-слов по структурному типу номинации позволяет также выделить типы номинативных метафорических единиц разной степени производности [Хахалова, 1998, с. 91].

Рассмотрим выявленные нами структурные типы метафорических единиц. Первый структурный тип образуют метафоры, выраженные простыми словами с насыщенной семантикой. В основе их образования лежит лексическая многозначность как «своеобразная функция от типа и характера семантики слова, от компонентного состава лексического значения слова» [Ольшанский, 1991, с. 8].

Ко второму типу относятся сложные слова с метафорическим значением (Komposit(ions) metaphern) [Fleischer, 1995, S. 99], которые составляют наибольшую группу выявленных нами метафор молодежного языка.

Третий тип образуют метафоры-словосочетания. Они «как единицы вторичной косвенной номинации рассматриваются в качестве синтагматических образований, реализующихся в пределах более чем одной бинарной синтагмы вне предикативных отношений. Они представляют вторую разновидность метафорических единиц, которые, в отличие от слова, выходят на уровень синтагматических отношений, включаясь в определенные синтаксические связи при отсутствии предикативных» [Хахалова, 1998, с. 103]. Как правило, в метафорических словосочетаниях реальный денотат бывает выражен имплицитно, следовательно, большое влияние на проявление метафорической валентности оказывает детерминирующий контекст.

Целесообразным представляется более подробное рассмотрение наибольшей группы выявленных в процессе анализа метафор

- метафор-сложных слов.

К характеристикам сложного слова относятся наличие двух составных частей (бинарной структуры), стабильность структуры слова, слитное написание. Основное ударение падает на первый компонент. Метафоры, состоящие их двух или более компонентов, каждый из которых имеет самостоятельное лексическое значение, не имеющее семантической связи друг с другом, зачастую производят неожиданное и сильное впечатление. При сложносоставных словах внимание адресата акцентируется на дополнительном имплицитном содержании и, тем самым, создаются предпосылки для целенаправленного и активного восприятия информации. Таким образом, достигается определенная степень информативной и экспрессивной плотности текста. Коммуникативно-прагматическая ориентированность адресата в процессе его восприятия облегчается [Хахалова, 1998, с. 92].

Выявлено, что большинство обнаруженных в процессе анализа метафор молодежного языка являются существительными (91,1 %). Существительные составляют большую часть словарного состава немецкого языка, примерно 50-60 % [Erben, 1980, S. 124]. Этим обусловлена роль существительного как ведущей части речи в словообразовании, чем объясняется тот факт, что словообразовательные модели существительного значительно разнообразнее, чем у других частей речи. Существительные могут образовывать композиты, т.е. сложные слова, со всеми частями речи -прилагательными, союзами, предлогами и частицами, иначе говоря, иметь разнообразную морфологическую структуру. Наиболее продуктивной в стандартном языке является словообразовательная модель существительное +существительное, что находит свое отражение и в молодежном языке.

Использование метода компонентного анализа и метода анализа словарных дефиниций позволит в полной мере выявить структурные особенности молодежных метафор. Итак, первую подгруппу образуют двусоставные сложные слова с морфологической структурой существительное+существительное (Sub+Sub). Ср.: Der Udo ist ‘n richtiger Eis-beutel! [Ehmann, 2003, S. 50].

Метафора der Eisbeutel (холодный, черствый, бесчувственный человек) представлена двусоставным сложным словом с морфологической структурой SUS2, где S1 - первое существительное, оно «определяет отношения между непосредственными составляющими сложного слова», S2 - второе существительное, и является «определительным сложением» [Fleischer, 1992, S. 95].

Семантический объем значения первого компонента - Eis составляют следующие определения: 1) hart sprode Masse, die durch gefrore-nes Wasser entsteht [Duden,1985, S. 215]; 2) ge-frorenes Wasser [Wahrig, 2005, S. 401]; 3) ge-frorenes Wasser [Duden, 2001, S. 231]. Анализ второго компонента Beutel показывает следующий состав: 1) Behaltnis aus weichemMaterial von der Forma eines kleineren Sackes [Duden, 1985, S. 141]; 2) Sackchen, sackchenartige Ta-sche [Wahrig, 2005, S. 268]; 3) ein voller, leerer, lederner Behaltnis [Duden, 2001, S. 158].

Семантический анализ данной метафоры обнаруживает, что такие качества реального денотата (охлаждающий мешок со льдом, который прикладывают к больным местам), как холод, неприязнь, отторжение были перенесены молодыми людьми на фиктивный денотат - холодный, бесчувственный, черствый человек, для усиления негативной оценки сравниваемый с мешком. Данное сложное слово - пример полного метафорического переноса, где оба компонента являются равнозначными.

Рассмотрим другой пример: Ich habe noch diesen riesigen Eiterberg zu entfernen [PONS, 2008, S. 38]. Метафора der Eiterberg (прыщ) выражена сложным словом со структурой S'-S2 и является также определительным сложением. Метод аналитической дефиниции показывает, что метафорически здесь использован только второй компонент - лексема der Berg: 1) grofiere Erhebung im Gelande [Duden, 1985, S. 131]; 2) deutlich sichtbare, grofiereGe-landeerhebung, (fig.) grofie Menge [Wahrig, 2005, S. 256]; 3) grqfiereEEhhbbnagimimeEleilan-de [Duden, 2001, S. 145]. Семантический объем значений данной лексемы составляют признаки неодушевленности и принадлежности к природе.

Данное сложное слово - пример неполного метафорического переноса, где компоненты являются неравнозначными, а метафорическую нагрузку выражает второй компонент. Первый компонент в таких случаях не имеет метафорической экспрессивной характеристики и служит лишь для выражения прямого значения денотата.

Приведенный пример является гиперболой, где метафорический перенос с реального денотата на фиктивный происходит на основе ассоциативного сходства формы горы и прыща: «внешность - очень важная сторона жизни. Старшеклассники, проводящие долгие часы перед зеркалом или уделяющие непропорционально много внимания нарядам, делают это в большинстве случаев не из самодовольства, а из чувства тревоги» [Кон, 1989, с. 99].

Ко второй подгруппе относятся метафоры с морфологической структурой глагол + существительное (Verb+Sub.). Ср.: Gonn dei-nem Fressbrett doch mal einen kleinen Durch-hanger! [PONS, 2008, S. 43]. В данном пред-

ложении метафора das Fressbrett (язык) выражена сложным словом со структурой VS, компоненты которого обладают определенным потенциальным лексическим значением. Первый компонент - основа глагола fressen: 1) /von Tieren/ feste Nahrung in sich nehmen; / von Menschen/ essen (in unkultivierter Weise) [Duden, 1985, S. 268]; 2) /von Tieren/ Nahrung aufnehmen; /von Menschen/ viel essen, schlingen, gierig und unfein essen [Wahrig, 2005, S. 500]; 3) /von Tieren/ feste Nahrung in sich nehmen; /von Menschen/ essen (derb, meist abwertend) [Duden, 2001, S. 287].

Объем потенциального лексического значения данного глагола составляют следующие семантические признаки: 1) отношение к животному, 2) употребление пищи, 3) пренебрежительность по отношению к человеку. В результате метафорического переноса к глаголу прибавляются такие дополнительные характеристики, как большое количество употребления пищи без разбору, жадно и неаккуратно, грязными немытыми руками. Первый компонент несет в себе квалифицирующий признак.

Потенциальное лексическое значение второго компонента данной метафоры - существительного das Brett: 1) flaches, langes, aus einem Baumstamm geschnittenes Stuck Holz [Duden, 1985, S. 158]; 2) aus einem Baumstamm geschnittene, flache Holzplatte [Wahrig, 2005, S. 297]; 3) schmale langliche Holzplatte [Duden, 2001, S. 176-177]. К семантическим признакам относятся: 1) неодушевленность, 2) принадлежность к природе, 3) практическая ценность.

Из примера видно, что перенос происходит также на основе внешнего сходства форм сравниваемых предметов: языка и дощечки. Оба компонента данного сложного слова равнозначны, что свидетельствует о наличии полного метафорического переноса в метафоре.

Исходя из данного примера, можно сделать вывод о том, что молодые люди в зеркале данной метафоры видят себя в процессе приема пищи в качестве животных, которые едят все без разбора, неаккуратно, зачастую в спешке и жадно.

Следует отметить, что в данной метафоре наряду с коннотативным и стилистическим значениями проявляется экстралингвистиче-

ское значение - метафора выражает определенный объем страноведческой информации. Известно, что в Германии принято во время завтрака и ужина использовать небольшие дощечки, обозначаемые лексемой das Brett. Так, каждый член семьи получает собственную дощечку, на которой он по своему усмотрению может нарезать продукты. Вероятно, возникновение метафоры das Fressbrett в определенной степени было обусловлено именно наличием данного предмета в обиходе немецкой семьи.

Актуальность данной метафоры объясняется возрастными особенностями подростков, которые находясь в процессе быстрого роста и физического становления, действительно зачастую едят больше взрослых. Продукты питания довольно широко используются молодыми людьми в качестве источника или мишени метафорической проекции. Так, для обозначения симпатичной молодой девушки используются метафоры das Filet или die Schleckrosine, а для обозначения симпатичного молодого человека der Schnitzel.

Другой, не менее значимой для молодых людей, является сфера школьных интересов, поскольку школа является вторым по значимости общественным институтом после семьи, где человек проходит процесс социализации. «Школа остается важнейшим общественным институтом, дающим детям систематическое образование и подготовку к трудовой и общественно-политической жизни» [Кон, 1989, с. 98].

Рассмотрим пример: Wir sollten aufpas-sen, nicht dass der Rauchmelder uns erwischt! [PONS, 2008, S. 217]. Метафора der Rauchmelder (учитель) представляет метафору с неполным метафорическим переносом. Первый компонент сложного слова может не иметь метафорическую и экспрессивную характеристики [Fleischer, 1992, S. 99]. В таких случаях метафорическую нагрузку несет второй компонент - имя существительное der Melder, образованное от глагола melden, обозначающее: 1) zur Kenntniss bringen (einer zustandigen Stel-le) [Duden, 1985, S. 438]; 2) Uberbringen von Nachrichten, Befehlen usw. an den Front [Wahrig, 2005, S. 863]; 3) (alsNachricht) bekanntge-ben, anmelden, (dienstlich) anzeigen [Duden, 2001, S. 477-478]. К семантическим характе-

ристикам данного слова относятся: 1) действие, осуществляемое человеком, 2) передача какой-либо информации из пункта А в пункт Б, 3) скрытный или нежелательный образ действия, 4) принадлежность к военной тематике.

Используя данную метафору, молодые люди выражают, во-первых, свое негативное отношение к учителям, они являются после родителей важнейшими ограничителями свободы; во-вторых, такую позицию, что они уже достигли возраста, когда человек имеет право на вредные привычки, например, курение в школе. Перенос с реального денотата на фиктивный объясняется отношением подростков к школе как к тюрьме или армии, где их свободу ограничивают и где им приходится придерживаться установленных правил (ср.: метафоры для обозначения школы - die Folter-kammer, der Kinderknast, das Psychohaus, die Strebekaserne).

К третьему подтипу относятся метафоры, выраженные сложными словами с морфологической структурой прилагательное+существительное (Adj.+Sub.). Ср.: Ich soll noch fur die heutige Party mehr Edelstoff besorgen [PONS, 2009, S. 33].

При анализе компонентов метафоры der Edelstoff (пиво) обнаружен метафорический перенос на основе ценностного отношения молодых людей к спиртным напиткам. См. данную лексему в словарях: edel - 1) von ho-her Qualitat, besonders wertvoll [Duden, 1985, S. 197]; 2) adlig, von vornehmer Herkunft, /vom Wein/ kostbar, vortrefflich [Wahrig, 2005, S. 381]; 3) hochwertig, erlesen [Duden, 2001, S. 211]. Семантические признаки: 1) хорошее качество, 2) благородность, благородное происхождение, 3) хороший вкус, 4) ценность.

Подростки используют подобные метафоры для обозначения спиртных напитков, демонстрируя свое ценностное отношение к ним. В подростковом периоде люди впервые употребляют алкоголь, который, по их мнению, является важной, неотъемлемой составляющей общения на вечеринках, дискотеках.

Четвертый подтип образуют метафоры со структурой числительное+существительное (Zahlwort+Sub.). Ср.: Mit so ‘nem Dreiton-ner willst du mich connecten? [Ehmann, 2003,

S. 45]. Метафора der Dreitonner (уродливая, толстая девушка) образована на основе слова der Achttonner (грузовик с грузоподъемностью в 8 тонн). Молодые люди используют для обозначения полной девушки, которую они естественно не считают привлекательной, понятие грузовик, причем намеренно уменьшают числительное, чтобы приблизить обозначение к реальности.

Анализ языкового материала показал, что метафоры немецкого молодежного языка можно классифицировать по характеру их морфологической структуры, которая отличается разнообразием имеющихся структурных типов и моделей. На наш взгляд, существенным для настоящего исследования является анализ метафор по типу лексического значения. В процессе анализа были выявлены примеры использования заимствований из английского языка. Популярность англицизмов в молодежном языке вполне объяснима экстра-лингвистическими причинами. Большинство обозначений из сферы музыки, кино, спорта, компьютера происходит из английского языка. Каждое новое явление, новая вещь должна получить свое языковое обозначение, так как они в большинстве случаев возникают в Америке, то, соответственно, они и получают свое обозначение на английском языке.

Несмотря на изученность данной тематики, малоосвещенным остается аспект использования англицизмов в качестве компонентов сложных слов в принимающем языке, в частности немецком. В ходе анализа было установлено, что большинство метафор, выраженных заимствованиями, являются составной частью метафоры - сложного слова. Например: Hamma, du bist hafilich. Geh mal zum Gesichtstuning! [PONS, 2009, S. 49].

Метафора das Gesichtstuning (процесс кос-метологической обработки лица) является сложным словом, где второй компонент представляет собой лексему, заимствованную из английского языка. Лексическая единица a tuning означает в переводе с английского настройка, регулировка [Oxford Dictionary of the English Language, 2007, с. 767]. Термин относится к сфере техники, в частности технического обслуживания автомобилей. Метафорический перенос происходит на основе ассоциативного сходства результатов обслужива-

ния автомобиля в автомобильной мастерской и посещения человеком косметологического салона.

Рассмотрим следующий пример: Fur morgen Abend haben wir eigentlich geplant in den Soundtempel zu gehen! [PONS, 2008, S. 210]. Из примера видно, что метафора der Sound-tempel (дискотека) является сложным словом, первый компонент которого выражен лексемой, заимствованной из английского языка. Лексическая единица sound означает в переводе звук, шум [Oxford Dictionary of the English Language, 2007, с. 678]. Данная метафора - пример неполного метафорического переноса, где метафорическую нагрузку несет второй компонент. Анализ словарей показывает, что лексема der Tempel имеет следующие семантические признаки: неодушевленность, материальность, отношение к религии. Посредством использования данной метафоры молодые люди демонстрируют свое отношение к дискотеке, сравнивая ее с церковью. Верующие прихожане посещают церковь регулярно и из своих внутренних побуждений, так и подростки ходят на дискотеку регулярно. В глазах подростков молодежная дискотека - это место паломничества.

Таким образом, было выявлено, что метафоры-сложные слова с двухкомпонентной структурой (прежде всего, со структурной моделью существительное+существитель-ное) являются наиболее распространенными в языке молодежи. Это обусловлено особенностями словообразования в немецком стандартном языке.

В ходе анализа метафорических единиц молодежного языка нами были выявлены метафоры-производные слова (Ableitungen). Лексическое значение производного слова есть результат взаимодействия исходного слова и словообразовательных аффиксов или производящих основ. Между производным и исходным словами существуют определенные структурно-смысловые отношения, и только на основе этих отношений возможно существование производных слов в языке. Так, различают два типа лексических значений в зависимости от степени семантической мотивированности: непроизводное (немотивированное, первичное) и производное (моти-

вированное первичным, исходным значением, являющееся вторичным).

Среди молодежных метафор, проанализированных нами, были выявлены метафоры со следующими словообразовательными элементами - префиксами: ab-, be-, ein-, ent-, voll-, vor-; суффиксами: -er-, -el-, -chen-, -ung-, -or-, -tion-, -um-, -en-t, -schaft-.

Обратимся к примерам.

Die Erika hat gerade 'ne Enthirnungspha-se [PONS, 2009, S. 37]. Метафора die Enthir-nungsphase (состояние опьянения), имеющая структуру S'(P+S+D)F*S2, где Si - первое существительное, P - префикс, S - существительное, D - дериват, F - связующий элемент, • - определительные отношения между непосредственными составляющими сложного слова, S2 - второе существительное, представляет собой сложное слово, состоящее из двух элементов die Enthirnung и die Phase, первый из которых образован от глагола существительным с префиксом ent- и суффиксом -ung. Первый словообразовательный элемент - префикс ent- - имеет значение удаления, движения от исходной точки [Степанова, 1979, с. 127]. Второй элемент - суффикс существительных женского рода (-ung-), придает существительным значение: 1) действия, процесса, 2) действия и одновременно предмета или явления, возникшего как результат данного действия [Там же. С. 433]. В настоящем примере метафорический перенос происходит на основе схожести результата удаления головы и сознания человека. В состоянии опьянения человек не контролирует свою речь, свое тело, действия, поступки, такое состояние сравнимо в глазах подростков с отсутствием головы как «места хранения мозга, сознания». На наш взгляд, данный пример обладает высокой эмоционально-оценочной окрашенностью, что типично для молодежного языка. С помощью таких эмоциональнооценочных метафор подростки выражают свое отношение к окружающей их действительности и друг к другу.

Следующим наиболее частотным является продуктивный и частотный суффикс существительных мужского рода -er, употребляемый для номинации лиц, технических устройств и приборов. Он служит для обозначения лиц: 1) по профессии, специальности,

роду занятий; 2) обладающих отрицательными чертами характера, склонностями; 3) представителей национальностей, жителей государств и т.д.; 4) по принадлежности к религиозным учениям, по возрасту. Для обозначения технических устройств, приборов и других неодушевленных предметов и представителей животного мира [Там же. С. 133-139]. Ср.: Du bist echt ein totaler Kindergartenschwanzer [PONS, 2009, S. 67].

Метафора der Kindergartenschwanzer (человек, который выглядит очень молодо) представляет собой сложное слово со структурой Si (S,S) • S2 (V+D). Как уже было отмечено, метафоры молодежного языка характеризуются особой эмоциональностью, яркостью, красочностью и позволяют создать емкий образ, основанный на неожиданных ассоциациях. Метод компонентного анализа показывает, что второй компонент данной метафоры лексема der Schwanzer является отглагольным существительным, образованным от глагола schwanzen, заимствованным из студенческого жаргона, в значении прогуливать, например, лекцию, школу. Метафорический перенос с реального денотата (школьник, студент) на фиктивный (человек, который выглядит очень молодо) происходит на основе сходства возрастного критерия. Метафора в данном примере является гиперболизированной.

Суффикс -сhen- имен существительных среднего рода также относится к продуктивным и частотным со значениями: а) уменьшительности (меньшего объема предмета, явления) при основах существительных; б) субъективного отношения к человеку, предмету, явлению (ласкательность, ирония, пренебрежение) при основах существительных [Степанова, 1979, с. 98]. Ср.: Hast du schon ein Herren-handtaschchen besorgt? [PONS, 2008, S. 12].

Особый интерес у молодых людей вызывает сфера развлечений, досуга, вечеринок. Так, метафора das Herrenhandtaschchen (упаковка пива из 6 бутылок) наглядно демонстрирует ценностное отношение подростков к алкогольным напиткам, а в частности к пиву. Обязательным атрибутом женщины в повседневной жизни является дамская сумочка, а, по мнению подростков, неотъемлемым атрибутом мужчины в повседневной жизни является упаковка пива из 6 бутылок, напомина-

ющая по форме и размеру женскую сумочку. Данная метафора со структурой SUS2(S+S+D) выражена сложным словом, где второй компонент имеет словообразовательный суффикс

-chen-, выражающий субъективное отношение подростков к предмету разговора. Этимология данного словообразовательного элемента показывает, что он выражает не только субъективное личностное отношение к предмету разговора, но и придает ему снисходительный, шутливый или пренебрежительный оттенок. Распространенность и частотность употребления данного суффикса молодыми людьми, объясняется желанием подростков выразить с его помощью свое положительное и шутливое отношение к предмету разговора. Ср.: das Blechbrotchen, das Igelschnauzchen, das Kanisterkopfchen, das Lungenbrotchen, das Mainzelmannchen и т.д.

Таким образом, метафора в немецком молодежном языке характеризуется разнообразием морфологических характеристик. Наибольшую группу выявленных метафор составляют метафоры-сложные слова, имеющие различные структурные типы. Основной структурный тип существительное+существительное отражает общеязыковые тенденции немецкого национального языка. В то же время для молодежного языка характерно отличное от языка-стандарта словообразование, выраженное посредством заимствованных из английского языка лексических единиц, а также словопроизводных аффиксов.

Библиографический список

1. Кон, И.С. Психология ранней юности / И.С. Кон. -М.: Просвещение, 1989.

2. Словарь словообразовательных элементов немецкого языка / А.Н. Зуев, И.Д. Молчанова, Р.З. Муря-сов [и др.]; под рук. М.Д. Степановой. - М.: Рус. яз., 1979.

3. Хахалова, С.А. Метафора в аспектах языка, мышления и культуры / С.А. Хахалова. - Иркутск: Изд-во ИГЛУ, 1998.

4. DUDEN. Das Bedeutungsworterbuch. Dudenverlag.

- Mannheim/Leipzig/Wien/Zurich: Bibliographisches Institut, 1985.

5. DUDEN. Das Stilworterbuch. 8., vollig neu bearbeite-te Auflage herausgegeben von der Dudenredaktion. -Dudenverlag, Mannheim/Leipzig/Wien/Zurich, 2001.

6. DUDEN. Das Universalworterbuch 5., uberarbeitete Auflage, Dudenverlag Mannheim. - Leipzig - Wien -Zurich, 2003.

7. Ehmann, H. Voll konkret. Das neuste Lexikon der Jugendsprache. Munchen: Verlag C.H. Beck, 2. Auflage, 2003.

8. Erben, J. Einfuhrung in die deutsche Wortbildungsleh-re / von Johannes Erben. - 2., durchges. U. verm. Aufl.

- Berlin: E.Schmidt, 1983.

9. Fleischer, W. Wortbildung der deutschen Gegenwarts-sprache/ W. Fleischer, I. Barz. - Max Niemezer Verlag, Tubingen 1992.

10. Ortner, H. Zur Theorie und Praxis der Kompositafor-schung/ H. Ortner, L. Ortner. - Gunter Narr Verlag, Tubingen, 1984.

11. PONS. Worterbuch der Jugendsprache. Von Schule-rinnen und Schulern aus ganz Deutschland. 1. Auflage. Stuttgart, 2008.

12. PONS. Worterbuch der Jugendsprache. Von Schule-rinnen und Schulern aus ganz Deutschland, Osterreich und der Schweiz. 1. Auflage. Stuttgart, 2009.

13. Romer, Christine; Matzke, Brigitte. Lexikologie des Deustchen. Eine Einfuhrung. Gunter Narr Verlag Tubingen, 2005.

14. The Oxford Dictionary of the English Language / Хокинс Дж.М. Оксфордский толковый словарь английского языка: 40 000 слов/ Дж.М. Хокинс. - М.: АСТ: Астрель, 2007.

15. Wahrig, Gerhard. Deutsches Worterbuch. 7., vollstan-dig neu bearbeitete und aktualisierte Auflage. Bertelsmann Lexikon Institut, Munchen, 2005.

УДК 81-114.2 ББК 81.2

Л.С. Гуревич

о соотношении когнитивных И ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ КАТЕГОРИЙ в анализе глагольной семантики

Статья посвящена исследованию соотношения когнитивной и семантической структур лексической единицы и проблеме когнитивного моделирования. В процессе когнитивного моделирования автор пытается найти объяснение причины изменений значения слова, найти источник и основу появления метафор, истолковать контекстуально обусловленное окказиональное значение слова, а также объяснить возможности прогнозирования развития семантики языковой единицы.

Ключевые слова: когнитивная и семантическая структуры лексической единицы; когнитивное моделирование, когнитивное пространство

L.S. Gurevich

ON THE CORRELATION OF COGNITIVE AND LINGUISTIC CATEGORIES IN THE ANALYSIS OF THE VERB MEANING

The article deals with the analysis of correlation of a lexical unit’s cognitive and semantic structures and with the problem of cognitive modeling. In the process of cognitive modeling the author tries to find the reasons for changes in the meaning of the word, to find the source of metaphors, to explain occasional meanings and to discuss opportunities for prognostication of a language unit’s meaning development.

Key words: cognitive and semantic structures of a lexical unit; cognitive modeling; cognitive space

Интерес к теме концептуального анализа и когнитивного моделирования в последние десятилетия был вызван твердым убеждением в том, что «языковая компетентность людей носит познавательный, не лингвистический характер» [Сильдмяэ, 1987, с. 85], и «ведущими познавательными категориями являются

концепты и связи, которые образуют конкретные познавательные структуры» [Баранов, 1993, с. 14]. В процессе языковой деятельности человек вынужден обращаться к мыслительным конструктам, своему опыту осознания и осмысления окружающего мира - мира, который запечатлен в человеческом сознании

© Гуревич Л.С., 2011