О предикативных средствах выражения принадлежности (на материале русского и английского языков)

УДК 811.111’36

О ПРЕДИКАТИВНЫХ СРЕДСТВАХ ВЫРАЖЕНИЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ

И. М. Сушкова

Воронежский государственный университет

В рамках данной статьи рассматриваются предикативные конструкции, выражающие отношение принадлежности в русском и английском языках. Анализируется их структурное устройство и лексическое наполнение.

Семантическая категория принадлежности рассматривается нами в рамках теории функциональной грамматики, т. е. как часть функционально-семантического поля (ФСП) посессивности, стоящего в ряду других ФСП, которые объединяют разноструктурные средства выражения основных семантических категорий [1].

Приступая к рассмотрению средств выражения принадлежности, сначала определим содержание понятия «посессивность» как более общего по отношению к понятию «принадлежность».

Термин «посессивность» обозначает ‘собственно владение, обладание чем-либо’. Однако этот термин не следует понимать буквально; речь идет лишь об условном названии для некоторого отношения достаточно общего характера между обладателем (посессором) и обладаемым (объектом посессивности). Посессивность как семантическая категория представляет собой языковую интерпретацию широкого круга отношений обладания, принадлежности, партитивности (соотношения части и целого) и др., и только частный случай такого отношения представляет собой отношения собственно владения.

Варианты посессивных отношений могут быть дифференцированы в зависимости от семантики посессора, наличия в ней признаков личности / не-личности, одушевленности / неодушевленности, конкретности / абстрактности, а также в зависимости от семантики объекта посессивности, которому может быть свойственна большая или меньшая степень отторжимости от посессора.

В ФСП посессивности выделяются два центра, что обусловлено различными способами отражения действительности — предикацией и атрибуцией, связанными с соответствующими типами посессивных конструкций: 1) предикативными (У меня есть квартира; Это имущество принадлежит мне и т.п.) и 2) атрибутивными (моя квартира, мнение отца, Васина жена и т.п.).

© Сушкова И. М., 2007

Центр предикативной посессивности составляют конструкции, в которых эксплицитно представлены все три элемента посессивной ситуации: оба предметных члена отношения — посессор (обладатель) и объект посессивности, а также предикат со значением посессивности. Посессивное отношение является отношением направленным: посессор может рассматриваться как ориентирующий элемент, а объект — как ориентируемый, и наоборот. В первом случае в основе предложения находится субъект-посессор, а само сообщение касается его имущественного положения, а во втором случае сообщение касается характеристики объекта принадлежности [2, 231—239; 3, 101].

Иначе говоря, в предложениях, представляющих посессивное отношение в разных ракурсах, реализуются два основных категориальных значения посессивности: 1) обладание (формула «посессор — обладание — объект»): У меня есть книга; Я имею книгу — I have a book; 2) принадлежно сть (формула «объект — принадлежность — посессор»): Книга принадлежит мне — The book belongs to me. Таким образом, в предикативной зоне ФСП посессивности выделяются два взаимосвязанных микрополя — обладания и принадлежности, для актуализации значений которых используются специализированные конструкции.

Лексико-грамматическими средствами выражения посессивности в конструкциях русского языка являются: 1) посессивные местоимения и прилагательные (мой, ваш, свой; мамин); 2) существительные в форме родительного падежа, выражающие посессора (сумкамамы) либо объект посессивнос-ти (в этом случае посессор выражается лексемами владелец, обладатель и т.п.: владелец дома). К периферийными средствам относятся относительные прилагательные (отцовский, ведомственный); качественные прилагательные, указывающие на наличие или отсутствие объекта посессивности в широком смысле (зубастый, богатый).

В английском языке лексико-грамматическими средствами выражения посессивности, как и в

русском, являются посессивные местоимения и существительные в родительном падеже, выражающие посессора (my, your, his; a parents’ room). Также используется сочетание существительного или абсолютного притяжательного местоимения с предлогом of. (а friend of my father’s, objects of mine). Это конструкции, не имеющие аналога в русском языке. Кроме того, могут использоваться прилагательные и существительные в атрибутивной функции, указывающие на посессора: (human self-abasement; a bicycle wheel).

В зависимости от ситуации посессивные отношения могут трактоваться как статичные и как динамичные (нарушение одних посессивных связей и возникновение других, воздействие одного из членов отношения или протекающих в нем процессов на другой и т.п.). При этом статика и динамика посессивных отношений также располагают различными наборами языковых средств для своего выражения (ср.: Машина принадлежит мне; Машина досталась мне по наследству и т.п.).

Рассмотрим предикативные конструкции, выражающие статичное значение принадлежности в русском и английском языках. Характеристика конструкций дается на основе предложенной В. Ю. Копровым методики анализа структурносемантического устройства предложения, что предполагает указание количества актантов в семантической структуре предложения и частеречного типа предложения [4]. Итак, в качестве основных предикативных средств выражения принадлежности в рассматриваемых языках выступают предложения двух типов.

1. Двуактантные вербальные активные предложения, общее значение которых — отношение между субстанциями, например субъектнообъектные, и предложения, выражающие принадлежность, являются их разновидностью. В них представлены все три элемента посессивной ситуации: посессор (обладатель), объект обладания, а также предикат со значением посессивности. Субъектный компонент синтаксической структуры предложения выступает как предмет принадлежности, а объектный — в качестве посессора: Зажигалка принадлежала Степану (Ю. Герт). В глагольной позиции здесь употребляется только один глагол — принадлежать.

В английском языке в предложениях данного типа в глагольной позиции выступает глагол to belong (to): The apartment belonged to a chemistry instructor on leave — Квартира принадлежала

одному из преподавателей химического факультета, уехавшему в отпуск (M. Wilson).

При реализации основного значения, передаваемого данными конструкциями — собственно принадлежности — посессор (объектный компонент синтаксической структуры), как правило, отмечен признаком ‘одушевленность’, уже — ‘лицо’, а объект посессивности выражен именем конкретно-предметной семантики и отмечен признаками ‘неодушевленность’ и ‘отторжимость’. Однако в позициях как посессора, так и объекта принадлежности встречаются также имена других семантических групп, что приводит к реализации иных значений, чем собственно принадлежность.

Так, помимо конкретных неодушевленных существительных, в качестве объекта принадлежности в предложениях рассматриваемого типа выступают существительные других лексико-грамматических разрядов (ЛГР) [4: 72—77]:

1) ЛГР неконкретных существительных: «Аня наемная служащая, дело принадлежит нам с Мариной...» (Д. Донцова); «He lolls there like a king between his two bags of loot,» Hugo said wistfully. «The whole world belongs to him.» — «Смотрите, как он развалился, точно король среди своих сокровищ, — грустно сказал Хьюго. — Весь мир принадлежит ему» (M. Wilson);

2) ЛГР антропонимов: Сын уезжал с легким сердцем, он давно не принадлежал матери... (В. Платова); «There is only one girl I want», I said. «You. And you know that. I belonged to you». — «Есть только одна женщина, которая мне нужна, — сказал я. — Это ты. И ты это знаешь. Я принадлежу тебе» (A. Christie);

3) ЛГР зоонимов: А английский мопс Хуч во-обще-то принадлежит ближайшему приятелю, полковнику Дегтяреву (Д. Донцова); I knew the horse, sir. It used to belong to Mr. Carey over at Shettlegroom — Я узнал ее лошадь, сэр. Она раньше принадлежала мистеру Кэри из Шеттлгрума (A. Christie);

4) ЛГР «части тела»: Мясистый нос, грубые, навсегда обветренные щеки могли принадлежать и добряку и черствому человеку (Д. Гранин); There was a quick thin man in the middle of him, and the face belonged to the thin man. The suit and the smile, the cheeks and jowls, belonged to the fat one — Казалось, в эту жирную тушу забрался юркий тощий человечек: физиономия принадлежала ему, а костюм, улыбка, подбородок и щеки — другому, очень толстому человеку (M. Wilson).

Существует мнение, что отношение принадлежности подчеркивает неравенство посессора и объекта принадлежности, поэтому данная конструкция приемлема, когда в роли объекта выступает предмет (имя, более низкое по рангу), и неприемлема, когда объектом является лицо. Другим условием употребления этой конструкции считается обособленность посессора от объекта, поэтому в ней не встречаются названия объектов неотторжимой принадлежности — частей тела и элементов внутреннего мира человека [3: 117]. Однако наши примеры свидетельствуют о том, что в некоторых случаях в роли объекта принадлежности могут выступать названия объектов личной сферы человека (наименования частей тела, лиц, связанных с посессором родственными или иными социальными отношениями и т.п.) и наименования различных абстрактных понятий, являющиеся объектами принадлежности метафорически.

В роли посессора, выраженного в данной конструкции объектной формой, как в русском, так и в английском языке могут выступать существительные следующих ЛГР:

1) ЛГР антропонимов: Судя по всему, эта дачка принадлежит Луканову (Г. Куликова); The country as far as eye could see belonged to Hannah —Вся территория, насколько мог видеть глаз, принадлежала Ханне (I. Murdoch).

2) ЛГР зоонимов: Тоненький непрезентабельный серый мех, больше всего смахивающий на кроличий, при жизни принадлежал шиншилле (Д. Донцова);

3) ЛГР неконкретных существительных различной семантики, например: Вы принадлежите к начальству (Н. Воронов); The rogue, like the artist and perhaps the gentleman, belongs to no class — Мошенник, артист, а может быть, джентльмен не принадлежит ни к какому классу (S. Maugham). В подобных случаях выражается принадлежность к группе лиц, объединенных по какому-либо признаку, при этом в русском языке используется вариант конструкции с предлогом к;

4) ЛГР конкретных неодушевленных существительных: Конкретная нитка принадлежит конкретной вещи (Е. Платова).

Отметим, что в английском языке данная конструкция чаще, чем в русском выражает локативные отношения: A few — they belonged to the front, to that protective ring of leather-coated men beneath the scaffold — a few started laughing — Несколько человек — из тех, что стояли впереди, у подножия трибуны, в защитном кольце одетых в кожаное

людей, — эти несколько человек смеялись (J. Le Carre); To Erik, Regan belonged to a forgotten era ofwhisked men —Для Эрика Риган принадлежал к той далекой эпохе, когда мужчины носили бакенбарды (M. Wilson).

2. Одноактантные предложения с субъектно-признаковым значением, где субъект — предмет принадлежности, а его признак лексически выражает одновременно принадлежность и посессора.

В позиции признака в конструкциях русского языка могут находиться:

1) притяжательные местоимения: Впрочем, одеяло тоже было не мое (А. Геласимов);

2) притяжательные и относительные прилагательные: Папина была идейка (А. Геласимов); Дом их ведомственный... (Д. Донцова);

3) существительные в родительном падеже (в редких случаях): Дом не твой, а Тимофея Ильича Кольцова (Т. Устинова).

В английских конструкциях позицию признакового компонента занимают:

1) абсолютные притяжательные местоимения: ‘And don ’t forget', I added fervently, 'that the radiogram is mine ’ — “И не забудь, — добавил я пылко, — что радиола моя ” (I. Murdoch);

2) существительные в родительном падеже: They’ll hand me some dresses and say they were my mother's — Они дадут несколько платьев и скажут, что их носила моя мать (M. Wilson);

3) сочетания существительного с предлогом of: Klaus Karfeld was not, altogether, of this school — Клаус Карфельд отнюдь не принадлежит к этой школе (J. Le Carre).

Как видно из приведенных примеров, в роли субъектного компонента выступают существительные различных ЛГР, в роли признакового компонента — имена, называющие посессоров различной семантики.

Таким образом, рассмотренные двуактантные и одноактантные конструкции, помимо значения собственно принадлежности, способны выражать и другие оттенки принадлежности в двух разноструктурных языках.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бондарко А.В. Вступительные замечания / А. В. Бондарко // Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность / Под ред. А. В. Бондарко. — СПб.: Наука, 1996. — С. 99—100.

2. Чинчлей К.Г. Поле посессивности и посессивные ситуации / К. Г. Чинчлей // Теория функциональной

грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность / Под ред. А. В. Бондарко. — СПб.: Наука, 1996. — С. 100—118.

З. Мельчук И.А. Курс общей морфологии. Т. 2. / И. А. Мельчук; Пер. с фр. В. А. Плунгяна; Под ред. Н. В. Перцова, Е. Н. Саввиной. — Москва — Вена:

Языки русской культуры, Венский славистический альманах, 1988. — 544 с.

4. Копров В.Ю. Аспекты сопоставительной типологии простого предложения (на материале русского, английского и венгерского языков) / В. Ю. Копров. — Воронеж: ВГУ, 1999. — 160 с.