Алгоритм идентификации метафоры

разуемым синонимическим соотношением

предложений.

Библиографический список

1. Апресян, Ю.Д. Перифразирование на компьютере [Текст] / Ю.Д. Апресян, Л.Л. Цинманн // Семиотика и информатика. - М. : Языки русской культуры, Русские словари, 1998. - Вып. 36. - С. 177-202.

2. Вейнрейх, У. О семантической структуре языка [Текст] / У Вейнрейх // Новое в лингвистике. Языковые универсалии. - М. : Прогресс, 1970. - Вып. V

- С. 163-249.

3. Жолковский, А.К. К построению действующей модели языка «Смысл <=> Текст» [Текст] / А.К. Жолковский, И.А. Мельчук // Машинный перевод и прикладная лингвистика. - 1969. - Вып. 11. -С. 5-35.

4. Ковалева, Л.М. О когнитивных категориях про-позитивного конституента предложения [Текст] / Л.М. Ковалева // Когнитивные категории в синтаксисе. - Иркутск : ИГЛУ, 2009. - С. 9-21.

5. Малинович, Ю.М. Экспрессия и смысл предложения : Проблемы эмоционально-экспрессивного синтаксиса [Текст] / Ю.М. Малинович. - Иркутск : Изд-во Иркут. ун-та, 1989. - 236 с.

6. Мельчук, И.А. Опыт теории лингвистических моделей «Смысл <=> Текст» [Текст] / И.А. Мельчук. -М. : Языки русской культуры, 1999. - 316 с.

УДК 81.00 ББК81.00

С.А. Х

7. Падучева, Е.В. Некоторые проблемы моделирования соответствия между текстом и смыслом в языке [Текст] / Е.В. Падучева // Изв. АН СССР; сер. лит. и яз. - 1975. - Т. 34, № 6. - С. 548-559.

8. Хайдеггер, М. Время и бытие. Статьи и выступления [Текст] / М. Хайдеггер; пер. с нем. - М. : Республика, 1993. - 467 с.

9. Хантакова, В.М. Теория синонимии : опыт интегрального анализа [Текст] / В.М. Хантакова. - Иркутск : ИГЛУ, 2006. - 212 с.

10. Чаковский, А. Победа. Политический роман [Текст] / А. Чаковский // Роман-газета. - 1980. - № 18. -Кн. вторая.

11. Шаумян, С.К. Аппликативная грамматика как семантическая теория естественных языков [Текст] / С.К. Шаумян. - М. : Наука, 1974. - 203 с.

12. Щерба, Л.В. Избранные работы по языкознанию и фонетике [Текст] / Л.В. Щерба. - Л. : Наука, 1958.

- Т. 1. - 182 с.

13. Quine, W. Bemerkungen über Existenz und Notwendigkeit [Text] / W. Quine // Zur Philosophie der idealen Sprache. - München : Deutscher Taschenbuchverlag. Wissenschaftliche Reihe, 1972. - S. 34-52.

14. Quine, W. On what there is [Text] / W. Quine // Semantics and the philosophy of language. - Urbana, 1952. - P. 189-206.

15. Wierzbicka, A. Lingua mentalis : The semantics of natural language [Text] / A. Wierzbicka. - Sydney-N.Y. : Academic press, 1980. - 367 p.

алгоритм идентификации метафоры

В статье предлагается алгоритм идентификации метафор и распознавания метафорического слова в тексте на основе авторской методики сравнительносопоставительного анализа семантического объема единиц одного синтагматического ряда.

Ключевые слова: метафора; слово; словосочетание; предложение; согласование; контрдетерминация; значение; семантический признак

8.А. Khakhalova

a step-by-step procedure for solving problems of identifying metaphors

This article deals with the problem of identifying metaphors. I suggest an 8-step analytical procedure to this end in order to obtain a reliable method of metaphor identification.

Key words: metaphor; word; use; word group; method of identifying metaphors; sentence; text

Развитие теории метафоры в свете объяснения механизмов взаимодействия процессов познания и их отражения в способах языковой актуализации позволяет поставить вопрос о возможностях декодирования метафоры и объяснения ее онтологии.

В этой связи актуальна проблема объяснения сложности установления границ для та-

кой размытой категории как метафора [Хаха-лова, 1998] с ее многочисленными разновидностями, а также разработка методики идентификации метафор в тексте и дискурсе.

Вопрос множественности проявления типов и видов метафор стал предметом рассмотрения в [Хахалова, 2011] и позволил подойти к выводу о том, что для носителя языка не су-

ществует вопроса, как он выстраивает и употребляет метафору. Для него важным является сам процесс коммуникации, в котором любой речевой акт имеет конкретную достижимую цель. Эффективность коммуникации является тем критерием, который является основанием для продуцирования метафоры.

В лингвистической теории метафоры существуют разные основания и алгоритмы опознания метафоры. Один из них [Steen, 1999] предусматривает 5 этапов определения: метафорического фокуса; метафорической идеи; метафорического сравнения; метафорической аналогии для интерпретации цели высказывания; метафорической проекции одной концептуальной области на другую.

Другой предложен [Хахалова, 1998; 2011] для идентификации метафоры-предложения, который основан на основном семантическом принципе повторяемости элементов, который лежит в основе глубинного семантического согласования единиц вторичной номинации в одном синтагматическом ряду.

Основанием для определения алгоритма распознавания метафорического слова является использование метода аналитической дефиниции (А.П. Пешковский, Л.В. Щер-ба, Ю.Д. Апресян, М. Бирвиш, Э.Х. Виганд, Г. Вотьяк, А. Граймас, Е.В. Гулыга, Е. Катц, С.Д. Кацнельсон, Дж. Фодор, Ф. Хундснур-шер, Е.И. Шендельс, Т. Шиппан и др.) в сочетании с методом оппозиции (Н. Трубецкой).

Но оказывается, что не только метафоры-предложения, но и метафоры-слова можно распознавать с помощью предложенной методики сравнительно-сопоставительного анализа семантики единиц одного синтагматического ряда. Если метафора немыслима без контекстуального употребления, то для нее обязательно функционирование в структуре предложения. Покажем это на примере:

«Ich habe nie Phantasie gehabt. Vor Ihnen sitzt eine Hülse, eine gut erhaltene Hülse, ich weiß das» [Brückner, 1989].

Первым шагом является лингвистический анализ слова с переносным значением. В данном случае это слово die Hülse, форматив (форма) которого выражен сочетанием неопределенного артикля женского рода с совокупностью пяти фонем. Этому формативу соответствует определенное потенциальное лексическое значение, легко выявляемое из тол-

ковых словарей. Согласно [Duden, 2001] семами значения будут: 1) feste Hülle, 2) längliche Frucht der Schmetterlingsblüten [Ibid]. Согласно [Langenscheidts Grosswörterbuch DaF, 1997] семами значения являются: 1) eine Art kleines Rohr, 2) der Teil verschiedener Früchte. Согласно (der Sprachbrockhaus) семами значения будут: 1) steifer Behälter, 2) Fruchtform der Hülsenfrüchte, 3) Schale um Samen.

№ Duden Langen- scheidt Sprach- brockhaus

1 fest klein steif

2 Umfang, Behälter der Teil Behälter

3 Frucht Frucht Frucht

4 länglich, rund rund Frucht-form

5 Schmetter- lingsblüte Hülsen- frucht

6 Nichtlebe- wesen Nichtlebe- wesen Nichtlebe- wesen

7 Nahrung Schale

8 Samen Samen

9 Schutz Schutz Schutz

В оперативный терминологический аппарат анализа введем термины «объем потенциального» и «объем актуального значения слова». Объем потенциального лексического значения анализируемого слова составляют семантические признаки (семемы, семантические множители, семантические дифференциалы): 1) признак категориальной принадлежности «Nichtlebewesen», 2) признак видовой принадлежности - ein Teil vom Ganzen», 3)признакикачества«шhrenförmig»,«länglich», «Fruchtform», «klein», «steif», «hineinsteckbar», «fest umschliessbar», «schützbar», «Frucht», «Hülle», «hart», «unelastisch», «kräftig», «unessbar», «viel wert», «nichts wert», 4) признак количества - «eins», 5) локальные семантические признаки - «um den Samen».

Интегральными семантическими признаками являются признаки Frucht и Schutz. В контексте анализируемого предложения слово задается не в его обычном, наиболее вероятном направлении со значением eine Frucht, кото-

рое присутствует во всех словарях, а в новом

- переносном - слово die Hülse переносится с обозначения плода бобовых растений на обозначение человека. Понять перенос позволяет единица более высокого уровня - текст:

«Wissen Sie, ich habe Wörter transportiert, tödliche Wörter. Ich habe aufgehört, Briefe zu schreiben, eigene Briefe mit eigenen Gedanken, eigene Freunde besitze ich nicht, ich bin in das Pertesche Eigentum übergegangen. So war es ausgemacht. Ich heirate dich, niemanden sonst, kein Kind, keine Eltern. Eine schöne brauchbare Gefangene... Er hat sich nie um Geld gekümmert, das überliess er mir. Er verdiente, ich verwaltete, daraus ist dann ein beachtliches Vermögen geworden. Ich bin eine Alleinerbin.

«Was wollen Sie mit dem beachtlichen Vermögen tun?» «Wer Geld hat, sollte auch die Phantasie besitzen, es richtig auszugeben.»

«Ich habe nie Phantasie gebraucht. Vor Ihnen sitzt eine Hülse, eine gut erhaltene Hülse, ich weiss das... »

«Ich habe gelernt, in unfreiwilligem Armut zu leben, das war schwer. Jetzt lebe ich in unfreiwilligem Reichtum, das ist auch schwer.»

«Geld, das man braucht und nicht hat. Geld, das man hat und nicht braucht. Ein Thema mit Variationen»[Brückner, 1989].

Возникает контраст (отношение семантического напряжения) между двумя концептуальными сферами (РАСТЕНИЕ - ЧЕЛОВЕК). Метафорическое значение слова die Hülse актуализируется в предложении Vor Ihnen sitzt eine Hülse, eine guterhaltene Hülse. Поверхностное синтаксическое согласование соблюдено, но нарушено поверхностное семантическое согласование между глаголом sitzen и именем существительным die Hülse. Обнаруживается рассогласование по семантической бинарной оппозиции одушевленность - неодушевленность. Метафорическая валентность именной метафоры die Hülse распространяется на концептуальную сферу одушевленности, позволяя сочетать несочетаемое eine Hülse sitzt. Нормативной неметафорической сочетаемостью является структура Erbsen haben Hülsen. Bohnen haben Hülsen. Lupinen haben Hülsen [Duden, 2001. S. 740]. Vor dem Kochen streift man die grünen Erbsen aus den Hülsen heraus [Langenscheidt, 1997. S. 495].

Наблюдается игра периферийных семантических признаков имени существительно-

го die Hülse (скорлупа, оболочка, контейнер для содержимого, тубус): «viel wert», «nichts wert». По отношению в бобовым растениям оболочка плода выполняет две диаметрально противоположные функции. С одной стороны, в период созревания плода она выполняет крайне важную и ценную функцию - сохраняет плод до степени его созревания (Schutz -viel wert). С другой стороны, как только плод достиг степени биологической спелости отпадает надобность в оболочке (nichts wert). Она становится ненужной. Метафорическое значение слова die Hülse привязано именно к этой семантике.

Замена денотата имени die Hülse с неодушевленного на одушевленный, с оболочки плода на женщину - жену и переводчика талантливого ученого - происходит на основании установления общего семантического признака пригодности к использованию во время жизни ученого и отсутствия такового в случае его смерти.

Семантическая несовместимость имени существительного die Hülse и глагола sitzet провоцирует так называемый «эффект обманутого ожидания» (die Determinationserwartung -[Weinrich, 1976. S. 44-45]), являющийся следствием нарушения предсказуемости. Обнаружение такого нарушения является первым сигналом идентификации метафоры.

Актуален денотат «eine Frau». Произошла подмена денотата и изменилось значение слова die Hülse, актуальный объем которого составляют семантические признаки: 1) «+Le-bewesen», 2) «ein Mensch», 3) a) «eine Frau», b) «kennt Fremdsprachen», c) «klug», d) «ungeheuer reich», e) «viel erlebt» f) «hat immer ihren Mann geschützt», g) «hat ihm geholfen», h) «findet sich nicht zurecht nach dem Tode ihren Mannes», 4) allein, ohne Mann, 5) «in einem zu grossen Haus, in einem zu grossen Bett».

Поскольку признак неодушевленности находится в отношениях семантической контрастности с признаком одушевленности, то возникает эффект обманутого ожидания.

Ср.: Vor Ihnen sitzt eine Hülse вместо Vor Ihnen sitzt eine sehr reiche Witwe.

В первом случае имеет место момент контрдетерминации, во втором - наоборот. Итак, признак контрдетерминирующего контекста служит показателем отсутствия семантического согласования между единицей вто-

ричной косвенной номинации и ее окружением при сохранении всех норм синтаксического согласования в рамках предложения. В результате подмены фиктивного денотата реальным произошел перенос форматива eine Hülse. Вследствие взаимодействия потенциального и актуального семантических объемов сработал закон семантического перекрытия, соотносящий две концептуальные области (человек / растение), представленные двумя образами (опустошенный человек / защитная оболочка плода).

В области блендинга оказался семантический признак пустоты: «Wenn man etwas herausnimmt, wird es leer». - «Wenn es niemand zu kümmern da ist, findet sich man nicht zurecht».

Константа сравнения определяет семантический инвариант «leer werden, wenn man alles herausnimmt». Героиня романа оказывается перед фактом, что она не может выполнять свое главное предназначение, свою главную функцию - защитную для человека, о котором заботилась все годы совместной жизни. После его смерти она оказывается перед фактом, что ей не о ком и не о чем заботиться, она осталась совершенно одна с огромным наследством и состоянием. И в этой ситуации она не знает, как дальше жить и что делать. Поэтому возникает метафорический образ оболочки или скорлупы или кожуры от очищенного фрукта. Его роль выполнена, фрукт доведен до степени биологической зрелости, он готов к использованию, а оболочку предполагается выбросить. Она остается без своего содержания.

Этот семантический инвариант становится доминирующим семантическим признаком в объеме актуального переносного значения слова die Hülse. Он выбран в качестве такового из множества других второстепенных в объеме потенциального лексического значения данного слова и отражает только одну характеристику ситуации - физическое и психологическое одиночество человека.

Лингвистический анализ слова die Hülse с переносным значением позволяет установить, что в объеме его актуального лексического значения доминирующими (ядерными) становятся признаки Lebewesen, nicht brauchbar, wenig Wert. Происходит замена признака неодушевленности на признак одушевленности по одному из Аристотелевских типов ме-

тафорического переноса, а периферийный семантический признак ненужности становится главным в метафорическом значении анализируемого слова. Он представляет собой ту константу сравнения (интегральный семантический множитель, общий семантический признак), которая порождает аналогию между ненужным человеком и ненужной кожурой плода и лежит в основании метафоризации и в основе концептуальной метафоры ЧЕЛОВЕК это РАСТЕНИЕ. В терминах анализа концептуальной метафоры объектом метафоризации является растение семейства бобовых, мишенью метафоризации является человек.

Перекомпановка семантических признаков, установление и понимание ассоциативной связи между двумя концептуальными областями по аналогии, контрдетерминирую-щий контекст являются непременными условиями идентификации метафоры.

Отдавая себе отчет в том, что метод компонентного анализа является сложным и спорным, а критерии для его описания не унифицированы, предлагаем следующие универсальные семантические признаки для описании метафорических единиц.

Для глаголов в качестве критериальных предлагаем семантические признаки: категориальной принадлежности «обозначение вида процессуальности» (действие, состояние, движение), интенсивности действия состояния, движения, количества, локализации.

Для имен существительных в качестве критериальных предлагаем семантические признаки: категориальной принадлежности «одушевленность - неодушевленность», видовой (биологической) принадлежности (человек, растение, животное, артефакт), качества, количества, локализации.

Для прилагательных и наречий релевантными представляются семантические признаки: категориальной принадлежности «отнесенность к одушевленной или неодушевленной субстанции», «конкретность - абстрактность», «качество», «количество», «локализация».

Алгоритм идентификации метафор распространяется на разные виды ее проявления в ре-чеупотреблении. С одной стороны, метафора проявляется как регулярное свойство языковой системы, основанное на вторичной номинативной функции: «Lassen Sie die Lackaffen

doch bezahlen, wenn sie so versessen auf uns sind» [Allbeury, 1990]. Речь идет об узуальной метафоре.

С другой стороны, метафора обозначает регулярное свойство языковой системы, основанное на вторичной функции, когда последняя не воспринимается носителями языка как таковая, а стоит в одном ряду с первичной номинативной: «Reiter sind in, Pinquine sind out», Nora war stolz auf diesen Geistesblitz» [Bredow, 1991]. Речь идет о так называемой «стертой» или «мертвой» метафоре.

С третьей стороны, за метафорой стоит неповторимый субъективно-индивидуальный образ: «Doch in Wirklichkeit war das Baby ein Katalysator.» [Allbeury, 1990]. Речь идет об окказиональной метафоре.

Рассмотрим еще один пример: Der Igel schaut vielleicht abgedreht aus! [Ehmann, 2003.

S. 70]. Метод анализа словарной дефиниции лексемы der Igel, форматив которой выражен определенным артиклем мужского рода с совокупностью четырех фонем позволяет установить ее потенциальное лексическое значение: 1) braunes, Stacheln tragendes, kurzbeiniges Säugetier, das sich bei Gefahr zu einer stacheligen Kugel zusammenrollt, 2) einseitiger Hack-pflug mit Messern u. Zinken zur Bodenlockerung, 3) mit Mandelstiften bestecktes Gebäck in Igelform [Duden, 2003. S. 818]; 1) kleines, Stacheln tragendes Säugetier, 2) (umg.) widerborstiger Mensch [Duden, 2001. S. 384]; 1) Insektenfresser, mit kurzem gedrungenem Körper u. auf dem Rücken aufrichtbaren Stacheln, 2) (fig.figürlich, bildlich)) kratzbürstiger, unfreundlicher Mensch [Wahrig, 1972. S. 670].

Метод компонентного анализа позволяет установить семантические дифференциальные признака данной лексической единицы: 1) признак категориальной принадлежности - одушевленность, не человек; 2) признак видовой принадлежности - млекопитающее, 3) признаки качества - коричневый, коротконогий, колючий, 4) локальный признак - в лесу, в зоопарке.

В молодежном языке слово der Igel используется для обозначения головы человека. Перенос форматива с реального денотата

интегральный(ые) признак(и): внешняя форма - круглая и игольчатая.

В предложении Der Igel schaut vielleicht abgedreht aus! налицо нарушение семантического согласования имени существительного с глаголом и обстоятельством вида. Возникает контрдетерминация двух широких контекстов

- контекста молодежного слоя языка и контекста нормативного слоя языка. Именно она является первичным индикатором декодирования глубинного смысла всего предложения.

Итак, представим алгоритм процесса идентификации метафоры, который заключается в следующем:

1. Рассматривается языковая единица в контексте речеупотребления.

2. Выделяется та единица, которая находится в отношении контрдетерминации с контекстом.

3. Проводится анализ словарной дефиниции выделенной языковой единицы по достаточно репрезентативному корпусу толковых словарей естественного языка.

4. Определяется потенциальное лексическое значение исследуемой языковой единицы.

5. В потенциальном лексическом значении исследуемой языковой единицы проводим компонентный анализ, выявляя мельчайшие семантические множители по предложенным нами универсальным параметрам семантической кодификации описании метафорических единиц.

6. Устанавливаем все параметры объекта метафоризации.

7. Устанавливаем все параметры мишени метафоризации.

8. Устанавливаем общий (интегральный) семантический множитель (константу сравнения, tertium compapationis).

Итак, метод компонентного анализа или метод аналитической дефиниции основан на установлении дистинктивных оппозиций по семантическим признакам в лексическом значении слова. Известно, что семантические признаки в своей совокупности составляют основной инвентарь лексического значения слова, они проявляются в денотативном и сигнификативном, коннотативном и прагматическом, стилистическом и когнитивном аспектах. Комбинаторика семантических признаков позволяет говорить о существовании се-

мантического согласования синтагматически связанных номинативных знаков. Применение метода компонентного анализа позволяет выявить максимально полный объем потенциального лексического значения слова и установить семантические виды взаимодействий между разными словами в составе одного предложения или текста.

таким образом, если традиционно метод аналитической дефиниции применялся только по отношению к анализу слова как лексической единицы [Wiegand, 1973. S. 37; Hundsnurscher, 1971. S. 108], то проведенное исследование показывает, что его можно использовать и по отношению к словосочетанию и предложению.

Не секрет, что смысл предложения и смысл текста являются своеобразным соединением в том числе и семантических компонентов по законам сходства и смежности. Логичным поэтому представляется дополнить метод аналитической дефиниции методикой сравнительного анализа единиц одного синтаксического уровня. Это значит, что помимо определения потенциального объема значения слова на основе словарных дефиниций, происходит не только сопоставление объемов актуальных лексических значений слов, обозначающих разнородные денотаты, но и анализ их сочетаемости.

Одним из характерных показателей сочетаемости слов на уровне семантикосинтаксических отношений является синтаксическое и семантическое согласование. Показателем синтаксического согласования, наряду с нормативной лексической связью является нормативные грамматические правила естественного языка. Показателем нормативной лексической связи является общая тематика. К показателям семантического согласования метафоры в предложении относятся:

- общность семантического признака в объемах актуальных значений;

- актуализация периферийных семантических признаков и их переход в разряд доминирующих;

- семантическая совместимость объемов потенциальных лексических значений слов, составляющих предложение;

- активность механизма ассоциативного сходства в психическом феномене человека.

Библиографический список

1. Хахалова, С.А. Метафора в аспектах языка, мышления и культуры [Текст] : монография / С.А. Хахалова. - Иркутск : изд-во ИГЛУ, 1998. - 248 с.

2. Хахалова, С.А. Метафора в аспектах языка, мышления и культуры [Текст] : монография / С.А. Хахалова. Изд.2-е. - Иркутск: изд-во ИГЛУ, 2011. -248 с.

3. Allbeury, T. Wer die Liebe wählt: Roman. (aus d. Engl. von S. Gent). Ungekürzte Ausg. - Fr. a. M., Berlin : Ullstein, 1990. - 392 S.

4. Bredow Ilse Gräfin von. Willst du glücklich sein im Leben... Geschichten von gestern - Geschichten von heute. - 4. Aufl. - 1991. - Bern und München : Scherz Verlag. - 191 S.

5. Brockhaus, Wahrig. Deutsches Woerterbuch : In 6 Baenden / Hrsg. von G. Wahrig et al. - Wiesbaden, Stuttgart : Brockhaus Dt. Verlag, 1982 - Anstalt. - Bd

4. - K-Oz.- 941 S.

6. Brückner, Ch. Die letzte Strophe. - Fr. a.M., Berlin : Verlag Ullstein, 1989. - 318 S.

7. Duden. Deutsches Universalwörterbuch A-Z. 3., neu bearbeitete Auflage. - Dudenverlag : Mannheim -Leipzig - Wien - Zürich, 2001. - 1816 S.

8. Ehmann, H. Voll konkret. Das neueste Lexikon der Jugendsprache [Text] / H. Ehmann. - München : Verlag C.H. Beck, 2. Auflage, 2003. - 160 S.

9. Hundsnurscher Fr. Neuere Methoden der Semantik. Eine Einführung anhand deutscher Neuspiele // Germanistische Arbeitshefte. - 2.Aufl. - Tübingen : Max Niemeyer Verlag, 1971. - 112 S.

10. Langenscheidts Großwörterbuch Deutsch als Fremdsprache. Auflage 8. - Langenscheidt KG : Berlin -München - Wien - Zürich - New York. 1997. - 1213 S.

11. Steen, G.J. (1999) : Identifying Metaphor in Language : A cognitive Approach [electronic resource] / G.I.Steen.

- 2002. - URL : http://findarticles.com/p/articles/ mim2342/is_3_36/ai_94775622/ (дата обращения : 28.02.12).

12. Steen, G.J. (1999) : From linguistic to conceptual metaphor in five steps [Text] / G.I.Steen // Metaphor in cognitive Linguistics / Ed.by Gibbs R., Steen G. -Amsterdam : John Benjamins, 1999. - P.57-77. (дата обращения : 01.02.12).

13. Wahrig, G. Das grosse Wörterbuch. - Gütersloh : Mohn & Co, 1972. - 1440 S.

14. Weinrich, H. Sprache in Texten. - Stuttgart : Ernst Klett Verlag, 1976. - 356 S.

15. Wiegand, H.E. Einige Grundbegriffe der lexikalischen Semantik // Funk Kolleg Sprache. Eine Einführung in die moderne Linguistik. - Fr. a. M., 1973. - Bd. 2. -

5. 23-38.