Васильку Д. , Сеше Р. Посткоммунистическая румыния: Двадцать лет миграционного опыта. (реферат)

Васильку Д., Сеше Р.

Посткоммунистическая Румыния: Двадцать лет миграционного опыта.

Ref. ad op.: Vasilcu D., Séchet R. Vingt ans d'expérience migratoire en Roumanie postcommuniste = Twenty years of migratory experience in post communist Romania // Espace population société = Space populations societies: OpenEdition. - 2011. - 2 : Varia. - P. 215-228. - Mode of access: http://eps.revues.org/4463

Деспина Васильку (Университет Stefan cel Mare, г. Сучава, Румыния) и Рэймонда Сеше (Университет Ренн-2, Франция) в статье «Посткоммунистическая Румыния: Двадцать лет миграционного опыта» дают картину румынской миграции за последние 20 лет, а также рассматривают ее специфику, эволюцию и место, которое она занимает в европейских миграционных процессах.

Как отмечают авторы, до падения тоталитарного режима в 1989 г. возможности выезда румын за пределы своей страны были сильно ограничены. Но с начала 1990-х годов открытие границ после полувека ограничений и отсутствия свобод позволило румынам покидать родину и обосновываться за границей, сохраняя при этом право на возвращение. Со сменой режима сократился поток тех, кто хотел уехать окончательно, и возросла временная трудовая миграция, вызванная в основном экономическими и социальными причинами.

В период между 1989 и 2007 гг. 12% румын (т.е. примерно 2,5 млн человек) в возрасте от 18 до 59 лет работали за границей (цит. по: абзац 2). Но эту цифру можно считать сильно заниженной, поскольку до вступления Румынии в ЕС мигранты из

этой страны уже работали в Европе, в основном на нелегальном положении.

За 20 лет, которые минули с 1989 г., румынская миграция прошла четыре этапа и значительно изменилась. С одной стороны, на нее влияли резкие колебания миграционной политики (от репрессивной до либеральной), проводимой сменявшими друг друга у власти румынскими партиями, с другой - миграционная политика принимающих стран и ЕС.

Этап челночной торговли: мигранты-первопроходцы в поисках миграционных маршрутов

Лишения и бедность жителей Румынии, по мнению авторов, объясняют почти болезненное стремление румын к переезду в другие страны, позволяющему им увидеть весь мир. Поскольку при Чаушеску румыны жили в условиях жесткой цензуры и рационирования продуктов питания, они представляли Западную Европу в виде рога изобилия.

В 1990 г. из страны эмигрировали 100 тыс. человек, это был рекордный уровень, остающийся до сих пор непревзойденным. С 1991 г. число эмигрантов резко сократилось и продолжало падать, достигнув в 1993 и 1994 гг. уровня ниже 20 тыс. человек в год. И хотя румынская эмиграция по сравнению с 1989-1990 гг. уменьшилась, она держалась на достаточно высоком уровне в течение всего посткоммунистического периода. В целом же в период между 1990 и 2009 гг. (за исключением 2001, 2007 и 2008 гг.) миграционное сальдо было отрицательным, а это значит, что из Румынии в этот период выехало больше народа, чем въехало в нее.

В первые годы после падения тоталитарного режима в стране происходило бурное развитие дикого капитализма, приведшего к развалу румынской промышленности. Переход от экономики, в которой доминировали тяжелая промышленность и сельское хозяйство, к экономике услуг резко ударил по наименее квалифицированным наемным работникам, занятым в промышленности. Будучи жертвами масштабной реструктуризации, они были обречены на безработицу и потому именно для этой категории работников вопрос об эмиграции стал особенно актуальным, эмиграция на этом этапе была в основном вынужденной.

Румынские эмигранты направились прежде всего в соседние регионы - в Турцию, в страны бывшей Югославии, Венгрию, Польшу и в государства Центральной и Западной Европы, они занимались в основном челночной торговлей или искали временную работу. Эмигранты перемещались под видом туристов и вели трансграничную мелкую коммерцию, сохраняя при этом свои рабочие места в Румынии. Такой вид деятельности был особенно распространен у румынских мигрантов в Турции, в частности в Стамбуле. В 1992 г. в этот город прибыл 1 млн румынских лжетуристов. В период с 1990 по 1995 г. многие турецкие компании обеспечивали автобусные линии между Стамбулом и Бухарестом; по главным маршрутам перевозили ежедневно более 1400 человек. В 1994-1995 гг. этот тип передвижения начал сокращаться и к концу 1990-х годов исчез совсем.

Многие выходцы из Румынии рассматривали миграционные перемещения как единственную возможность выживания. И целый ряд факторов, таких, в частности, как географическая близость Румынии к европейским странам, высокая заработная плата в Европе, семейная, конфессиональная, этническая солидарность, несомненно, помогали им выжить. Особое место в развитии румынской эмиграции занимали представители немецких, венгерских, еврейских меньшинств, исторически проживающих в центральных и западных районах Румынии. Жители этих районов сохранили память о прежней принадлежности к Австро-Венгерской империи, о совместном проживании с немцами и венграми, они были более мобильны и часто говорили на двух языках. Миграция потомков немецких переселенцев, проживающих на территориях Трансиль-вании и Баната с XVIII и XIX вв., облегчалась тем, что они принадлежали к немецкой нации по праву крови. Вслед за румынскими немцами и другие граждане Румынии предпочли эмигрировать в Германию. Каждый год консульства Германии в Румынии выдавали в среднем 180 тыс. виз для румынских граждан, что в четыре раза превосходило число виз, предоставляемых консульствами других стран (цит. по: абзац 5).

Пионеры-переселенцы принимали решение об эмиграции, не зная ничего о реальных условиях жизни и труда в тех странах, куда они направлялись. Миграционные маршруты часто прокладывались по наитию. Но уже на первом этапе румынские мигранты

смогли создать своеобразный тип экономики, которая вначале основывалась на близких семейных связях, а затем стала включать в себя и дальних родственников, соседей, друзей, односельчан и т.д. Именно первым мигрантам удалось обнаружить емкий рынок труда в секторе интенсивного сельского хозяйства, развитого на территориях между районом Телеорман в Румынии и провинцией Альмерия в Испании, где в дальнейшем нашли применение своим силам многие тысячи румын.

Цыгане были главной составляющей румынской эмиграции в это время. Они были жертвами репрессий и уничтожения во время Второй мировой войны, их принуждали к ассимиляции и оседлости в период правления Чаушеску, а после 1989 г. они страдали не только от бедности, но и от дискриминации. Как следствие, цыгане начали массово покидать Румынию и просить политическое убежище в Западной Европе или в странах Центральной Европы. Всего таких просителей - выходцев из Румынии в период с 1993 по 1999 г. было более 66,3 тыс. человек, при этом большую часть из них составляли цыгане.

Цыганская миграция получила широкое освещение в европейских СМИ. Цыгане были относительно немногочисленны, но очень заметны в общественном пространстве, поскольку выделялись не только своей маргинальностью, но также и тем, что проживали коллективно и незаконно занимали пустующее жилье. Во Франции они с 1991 г. концентрировались в Лионе, Нантере, Рубэ и Тулузе. Они перемещались зачастую без четкого направления, скорее для того, чтобы просто быть в пути. Незадолго до окончания трехмесячного срока туристической визы цыгане уезжали в другое государство, чтобы на законных основаниях пробыть там очередные три месяца. Это делалось для того, чтобы сохранять статус легальных мигрантов. Такой кочевой образ жизни мог продолжаться многие годы; адаптируясь к условиям каждой новой страны, цыгане меняли виды деятельности. Например, они могли заниматься сельскохозяйственными работами, попрошайничеством, уличной продажей газет и т.д. Д. Васильку и Р. Сеше отмечают, что для многих румынских мигрантов цыганская культура мобильности, унаследованная от предков - кочевников по духу, и их жизненные навыки служили образцом и опорой.

Экономические трудности, специфичные для посткоммунистического переходного периода и вызвавшие рост эмиграции из страны, способствовали диверсификации не только видов миграции, но и типов мигрантов. К цыганам, безработным и низкоквалифицированным рабочим прибавились студенты и дипломированные специалисты. Часто они чувствовали себя униженными от того, что на Западе не признавали их дипломы и предлагали низкие зарплаты. В этой группе мигрантов возникло, по словам Р. Сеше и Д. Васильку, особое явление - «самоуправляемая ротация» и соответствующий образ жизни. Мигрант поочередно существовал в двух пространствах - «здесь» и «там». Чужая страна была для него миром труда и самопожертвования, а в Румынии он вновь обретал свой социальный статус, достойное место в обществе и пользовался материальными благами, полученными благодаря эмиграции. У студентов и дипломированных специалистов периоды пребывания в европейских странах носили временный характер и чередовались с возвращением на родину, где они жили какое-то время до следующего выезда за границу. Таким образом, их форма передвижения не похожа на традиционный тип миграций, характеризующийся движением между точкой отправления и точкой прибытия, т.е., по выражению авторов, движением «между двумя оседлостями».

Этап циркулирующих потоков миграции, главным образом в регионе Средиземноморья

После первых лет «прощупывания» маршрутов и приобретения навыков жизни, свойственных мигрантам, румыны столкнулись с ужесточением иммиграционной политики в европейских странах: Греция приняла первый закон репрессивного характера по иммиграции (1991), Германия начала с 1992 г. проводить политику сокращения иммиграционного потока, в том числе в отношении немецких переселенцев (Аш81еШег) и просителей убежища; Франция в 1993 г. выдвинула принцип «нулевой иммиграции» (закон № 93-1027 от 24 августа 1993 г., так называемый «закон Пас-куа»). Эти действия были предприняты странами ЕС на национальном уровне в ожидании того, когда Европа превратится в «крепость» путем выработки жестко ограничительной общеевро-

пейской иммиграционной политики. «Старые» государства - члены Союза были солидарны между собой в том, что необходим контроль над нелегальной иммиграцией и усиление непроницаемости границ, которые отделяют ЕС от остального мира.

В середине 1990-х годов подавляющую часть миграционного потока из Румынии составляли нелегальные мигранты и просители политического убежища. Обе группы мигрантов обладали стратегией, хорошо адаптированной к ситуации, нацеленной на уклонение от контроля со стороны миграционных служб европейских стран. Ужесточение условий передвижения, так же как и распространение подпольных миграционных сетей, создаваемых главным образом в рамках туристических компаний или предприятий, работающих на грани законности, благоприятствовали развитию на территории принимающих стран серой экономики, основанной на использовании рабского труда нелегалов.

Изменились маршруты передвижения румынских мигрантов: резко сократились потоки, направлявшиеся к востоку от Румынии и в центральную часть Европы. В то же время возросла популярность стран Северного Средиземноморья (Италия, Испания, Греция, Португалия) и восточной части Средиземноморского бассейна (Израиль, Турция). Рост туризма и сельского хозяйства, наблюдавшиеся в странах средиземноморской Европы в 1990-е годы, превратили их в полюсы притяжения для румынской трудовой миграции, носившей в основном сезонный характер. Ориентация миграционных потоков в сторону Средиземноморского бассейна была порождена, с одной стороны, новыми потребностями экономики принимающих государств, а с другой - экономическим дисбалансом внутри Румынии.

Средиземноморские страны столкнулись с дефицитом низкоквалифицированной рабочей силы. В этих странах из-за удлинения продолжительности обучения резко повысился образовательный уровень молодежи и потому она не могла уже заниматься низкоквалифицированным трудом. Поэтому средиземноморские страны были вынуждены прибегнуть к замещающей рабочей силе, в частности, к труду нелегальных румынских мигрантов, особенно в таких отраслях, как сельское хозяйство, строительство, гостиничный и туристический бизнес, домашние услуги. Румынские мигранты направлялись в основном в Италию и Испанию. В то время 130

в этих странах среди коренного населения сложилось позитивное отношение к иммигрантам, поскольку они не конкурировали с местными трудящимися за временную работу и за работу с частичной занятостью. Миграционные потоки в эти страны возрастали, но при этом ни политики, ни общественность в Италии и Испании не проявляли негативного отношения к иммигрантам, не имеющим разрешения на проживание в стране. В Италии в 1997 г. был разработан проект рамочного закона об иммиграции, который предоставлял легальным мигрантам возможность получить разрешение на жительство на неограниченный срок после пяти лет проживания в стране, а также право на воссоединение семей и доступ к социальному обеспечению, здравоохранению и образованию (закон был принят в 1998 г.).

Южноевропейские страны в 1990-е годы неоднократно прибегали также к массовой легализации нелегальных мигрантов1. И эта мера не была актом солидарности с трудящимися-мигрантами, она была вызвана социальными изменениями в этих странах, политикой снижения дефицита рабочей силы, а также борьбой с неуплатой налогов в теневом секторе. Румыны в массовом порядке прибывали в средиземноморские страны начиная с середины 1990-х годов, в результате уже через десять лет их численность достигла примерно 1 млн человек в Италии и более 700 тыс. в Испании. Они создали самые многочисленные иностранные сообщества в этих странах (цит. по: абзац 12).

Еще одной притягательной целью для румын была Греция. Ее привлекательность объяснялась тем, что она являлась членом ЕС, испытывала дефицит в рабочих кадрах и в ней в тот период очень бурно развивался туристический сектор. Но многие румынские мигранты рассматривали Грецию как транзитную страну, зачастую они работали здесь нелегально, временно и намеревались ехать дальше в страны Западной Европы.

Румыны, селившиеся в средиземноморских странах, успешно использовали навыки соотечественников, которые уже имели опыт

1 Процесс легализации незаконных мигрантов продолжился и в дальнейшем. Так, крупные операции по легализации многих тысяч выходцев из государств - нечленов ЕС были проведены в Италии в 2003 и 2006 гг. (более 1,2 млн человек), Португалии (2004), Испании (2005), Греции (2004) (цит. по: абзац 20).

миграционных передвижений. Кроме того, в формулу успеха румынских мигрантов входила хитрость как элемент их стратегии адаптации к европейским условиям. Например, мигранты нелегально проникали в Шенгенское пространство и, спустя несколько месяцев, использовали себе во благо положение о насильственном выдворении нежелательных мигрантов, содержащееся в договорах между Румынией и некоторыми странами ЕС, что позволяло им совершать путешествия бесплатно. Румынские мигранты создали также и свою стратегию обхода информационной системы Шенге-на, существующей с 1994 г.: если дата рождения переселенца не могла быть изменена, то имя - могло, например, вследствие брака или развода. И они этим успешно пользовались.

Итак, до начала 2000-х годов передвижения румынских мигрантов имели маятниковый характер. Периоды работы за границей чередовались с периодами возвращения на родину, румыны-мигранты не стремились закрепиться в странах, куда они приезжали. Однако чем плотнее закрывались границы и блокировались перемещения мигрантов, тем большее число румын оседало в странах приема из опасения, что им не разрешат вернуться в случае их отъезда.

Частичное и неполное открытие Шенгенского пространства: этап лжетуризма

С 1 января 2002 г. для румын отменили визы при краткосрочном проживании в странах ЕС. Этот частичный доступ в пространство Шенгена стал началом третьего этапа в развитии международной миграции из посткоммунистической Румынии. Ее граждане могли свободно путешествовать на Запад, но на срок не более трех месяцев в полугодие при наличии финансового обеспечения, равного не менее 100 евро в день. Эта мера в большинстве государств ЕС не давала трудовым мигрантам возможности ни длительного проживания, ни доступа к рынку труда.

Только шесть стран - «старых» членов ЕС (Великобритания, Ирландия, Швеция, Испания, Португалия, Финляндия) высказались за полное открытие своих рынков труда и за свободу передвижения наемных трудящихся - граждан новых государств - членов ЕС. Большинство же стран поддержало предложение об

установлении переходного периода. Что касается Франции, то она заняла промежуточную позицию, разрешив с 1 мая 2006 г. доступ иностранцам к 61 профессии (этот список в дальнейшем расширялся). В 2004 г. ЕС одобрил политику «помощи развитию» в качестве эффективного средства против нелегальной миграции. Румыния стала одним из бенефициаров программы «помощи развитию» стран Центральной и Восточной Европы и Турции (программа PHARE). Румыния рассматривала эту многостороннюю программу «помощи развитию» с ежегодным бюджетом в 1,5 млрд евро, предоставляемую на период 2000-2006 гг., как финансовый инструмент подготовки страны к вступлению в ЕС. Экономическая помощь была возмещением Румынии (и Болгарии) их расходов по усилению контроля над протяженной границей с Молдавией и Украиной. Румыния также была обязана технически оснастить свою полицию на европейском уровне, привести в соответствие с другими странами ЕС визовую политику и постепенно превратить свои границы в технически оборудованный полицейский заслон (цит. по: абзац 17).

Это «открытие дверей» стимулировало сильную трансграничную мобильность румын, которая была облегчена ростом предложения на рынке труда в европейских странах, а также небольшой стоимостью проезда и разнообразием предоставляемых транспортных возможностей: автобусные маршруты в города Западной Европы, регулярное воздушное сообщение с Италией, Францией, Нидерландами, Бельгией, Германией. В этих условиях румыны, имеющие трудовые сезонные контракты в рамках двусторонних соглашений Румынии с Германией, Италией, Испанией, Португалией, Венгрией, Швейцарией, передвигались легально. Те же мигранты, у которых таких контрактов не было, избирали другую стратегию - они переезжали из одной страны в другую как лжетуристы через каждые три месяца. Именно на такой срок действовало разрешение на проживание для граждан ЕС, но не на работу, в результате румынские мигранты заполняли рабочие места в сером секторе. Это был этап маятниковой миграции румын внутри Европы, они не намеревались оставаться в принимающей стране.

Румынское транснациональное сообщество мигрантов, как указывают Д. Васильку и Р. Сеше, продолжало развиваться, опираясь, с одной стороны, на связи румын со своими родственниками, с

бывшими и потенциальными эмигрантами, а с другой - на связи с нанимателями нелегальных мигрантов. Хорошее функционирование этих миграционных циркулирующих потоков поддерживалось значительным числом акторов, которые обеспечивали постоянное движение нелегальных мигрантов. Свобода передвижения, более чем десятилетний опыт миграции, поддержка со стороны сильных миграционных социальных сетей, а также развитые в Европе средства связи и транспорта способствовали дальнейшему расширению и усилению румынского транснационального сообщества.

Предоставление права на передвижение в западных странах дало импульс миграционной волне высококвалифицированных кадров, в частности работников здравоохранения. Одновременно вместе с ними в страны Европы-15 прибыли многие румынские студенты-медики и молодые врачи, которые не собирались возвращаться в Румынию и надеялись после периода переподготовки и специализации получить работу по специальности в одной из стран ЕС.

Масштабная экономическая эмиграция из Румынии породила в стране дефицит рабочей силы во многих отраслях экономики. Эмиграция мужчин в такие страны, как Израиль, Италия, Германия, Испания, Португалия, сильно затронула предприятия строительного сектора (по оценкам специалистов, в 2006 г. более 200 тыс. румынских каменщиков работали за границей). В Румынии в начале 2000-х годов этот сектор развивался очень быстро и потому предприятия были вынуждены нанимать иностранную рабочую силу из Республики Молдова, Турции и Китая. При этом в отношении выходцев из Молдовы, которые составляли 75% от всех иммигрантов в Румынии, они использовали форму недекларируемо-го найма. То же самое происходило и в других секторах экономики (цит. по: абзац 22).

В преддверии своего вхождения в ЕС Румыния интенсифицировала меры борьбы с нелегальной иммиграцией не только внутри, но и за пределами страны. Она ввела такие же процедуры выдачи виз для выходцев из восточноевропейских стран, какие были установлены в Шенгенской зоне, и ужесточила контроль на границах за собственными гражданами. Французская исследовательница, крупный специалист по международным миграциям Катрин Витоль де Ванден сделала заключение, что «по причине 134

своего положения на восточном краю расширенного Европейского союза, на одном из главных политических и экономических расколов мира, Румыния, несмотря ни на что, стала новой принимающей территорией как для тех людей, кто проживает поблизости -для украинцев и молдаван, - так и для выходцев из азиатских стран» (цит. по: абзац 22).

Вступление Румынии в Европейский союз: Румыния - пункт назначения миграционных потоков, или «входная дверь» в ЕС?

За годы трех первых этапов миграции румыны успешно интегрировались в Европейский союз и сделали это гораздо раньше, чем западные правительства признали за ними право на свободу перемещения. Переходный период длился семь лет, во время которого румынские трудящиеся в ряде стран ЕС были обязаны предварительно получать разрешение на работу. Эта мера была связана главным образом с тем, что в составе румынского населения велика доля цыган.

Румыния и Болгария (как и восемь стран, вошедших в ЕС в 2004 г.) должны были присоединиться к Шенгенской зоне, а до этого применять ее правила, не получая немедленных выгод. На Румынию, как на нового члена ЕС, распространяется рамочная программа «Солидарность и управление миграционными потоками», в соответствии с которой страна получила финансовую помощь (на период с 2007 по 2013 г.) с целью строительства общей политики в области предоставления убежища, интеграции мигрантов и управления внешними границами Союза.

Как отмечают Д. Васильку и Р. Сеше, вступление Румынии в ЕС не привело к нашествию румынских мигрантов в Европу, которого так опасался Запад. Свобода передвижения, поселения и доступ на рынок труда в расширенном европейском пространстве, появившиеся после 2007 г., скорее способствовали сокращению миграционных потоков румын в сравнении с предыдущими годами.

В последнее время произошла значительная феминизация миграции из Румынии. Если на первом этапе женщины по большей части были зависимы от своих супругов и въезжали по линии воссоединения семей, то теперь они стали более независимыми,

усилилась их роль в семье и обществе, они берут на себя ответственность за экономические проблемы семьи. Зачастую именно женщины увлекают всю семью в эмиграцию и склонны поселяться надолго или даже навсегда в принимающей стране из-за опасения, что на родине у них не будет возможностей для профессионального роста.

Однако общая тенденция такова: открытие границ и облегчение передвижения внутри стран ЕС позволяют румынам не переселяться окончательно за пределы своей родины, поскольку внутри европейского пространства они могут сохранять румынскую идентичность, вписываясь в то же время в динамику транснациональных миграций.

Румыния даже после вступления в ЕС остается страной-экспортером рабочей силы, но одновременно она стала «входной дверью» в Европейский союз для мигрантов из стран - нечленов ЕС. Страна приобрела привлекательность для многих из них, особенно для выходцев из Республики Молдова, Турции, Китая. С 2007 г. численность иностранцев, попросивших в Румынии долгосрочные трудовые визы или визы временного пребывания, значительно увеличилась, поскольку в стране наблюдается нехватка трудовых ресурсов в некоторых отраслях хозяйства. После вступления в ЕС Румыния стала привлекательной также для иммигрантов из стран Среднего Востока, Дальнего Востока, а также Африки.

Подводя итоги 20-летней румынской миграции, Д. Васильку и Р. Сеше отмечают, что она была разнообразной по формам, продолжительности, направлениям, мотивации, составу. Авторы подчеркивают, что с наступлением экономического кризиса миграция из Румынии и в Румынию находится на пороге изменений, перспективы которых трудно предугадать. В целом Д. Васильку и Р. Сеше расценивают румынскую миграцию как позитивное явление.

Румыны, независимо от того, проживали ли они в принимающих странах постоянно или временно, способствовали преображению своей родины, так как инвестировали в новое строительство, развитие агротуризма, покупку земли и сельскохозяйственной техники.

СМИ часто представляли румынских мигрантов как лидеров среди мигрантов других новых стран - членов ЕС в пересылке ва-136

люты на родину. Так, в рекордном 2007 г. объем их банковских трансфертов достигал 7 млрд евро (в два раза больше, чем в 2006 г.), сюда следует прибавить немалые средства, традиционно отправляемые через родных и знакомых. В последние годы общий объем денег, посылаемых румынами из-за границы, значительно уменьшился (с 5 млрд евро в 2008 г. до 3 млрд в 2009 г.), но даже эти средства способствуют снижению дефицита платежного баланса Румынии на 50%. А по расчетам Статистического бюро ЕС, начиная с 2002 г. 10% суммарного объема инвестиций в Румынии делаются за счет средств, поступающих от мигрантов (цит. по: абзац 30).

Миграция, как отмечают Д. Васильку и Р. Сеше, была полезна также в сфере культуры. Румыны, вернувшиеся в свою страну после работы за границей, поменяли свои взгляды и поведение. Общаясь с разными людьми, говоря на другом языке с людьми другой культуры, они обогащались транснациональным опытом и способствовали развитию Румынии. Однако отъезд значительного числа квалифицированной и дипломированной молодежи привел к существенным потерям человеческого капитала, которым располагала страна.

И. С. Новоженова