ПРОБЛЕМА КВАЛИФИКАЦИИ "БЕСКОНТАКТНЫХ" ХИЩЕНИЙ НА СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

DOI: https://doi.org/10.52623/2227-4383-3-45-23 УДК 343.7

ПРОБЛЕМА КВАЛИФИКАЦИИ «БЕСКОНТАКТНЫХ» ХИЩЕНИЙ НА СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

О.М. Иванова, М.Г. Иванов

В статье рассмотрены особенности квалификации краж и мошенничества, совершенных с использованием информационно-коммуникационных технологий на стадии возбуждения уголовных дел. Структура киберпреступлений в основном представлена имущественными злоупотреблениями, в частности «бесконтактными» хищениями, совершаемыми с помощью сети Интернет, мобильной связи, с использованием банковских карт. Специфика данных преступлений заключается в том, что предметом хищения являются безналичные, электронные деньги. Основным отличием от традиционного понимания предмета хищения является его бестелесная сущность.

Обосновано суждение о том, что понятийно-категориальный аппарат хищения чужого имущества за счет включения в его объем цифровых, электронных денежных средств (криптовалют, бит-койнов) несколько расширился. Именно эта особенность влияет на невозможность использования «общепринятой» модели проведения доследственной проверки и принятия решения о возбуждении уголовного дела. Вопросы квалификации совершаемых хищений и определения территории расследования при принятии решения о возбуждении уголовного дела остаются спорными.

Ключевые слова: квалификация; «бесконтактные» хищения; информационно-коммуникационные технологии; возбуждение уголовного дела.

O.M. Ivanova, M.G. Ivanov. THE PROBLEM OF QUALIFICATION «CONTACTLESS» THEFT AT THE STAGE OF INITIATING CRIMINAL CASES

The article discusses the features of qualification of thefts and fraud committed using information and communication technologies at the stage of criminal proceedings. The structure of cybercrimes is mainly represented by property abuse, in particular, «contactless» thefts committed via the Internet, mobile communications, using bank cards. The specificity of these crimes lies in the fact that non-cash, electronic money is the subject of theft. The main difference from the traditional understanding of the subject of theft is its incorporeal essence. The opinion is substantiated that the conceptual and categorical apparatus of theft of someone else's property due to the inclusion in its volume of digital, electronic money (cryptocurrencies, bitcoins) has somewhat expanded. It is this feature that affects the impossibility of using the «generally accepted» model for conducting a pre-investigation check and making a decision to initiate a criminal case. The issues of qualification of the theft and determination of the territory of investigation when deciding to initiate a criminal case remain controversial.

Keywords: qualification; «contactless» theft; information and communication technologies; initiation of criminal proceedings.

Согласно данным уголовной статистики за истекший период правоохранительными органами зарегистрировано 261 208 случаев киберпреступлений. Прирост по сравнению с предыдущим годом составил 67,1 %. Расследование в форме предварительного следствия или дознания проводилось менее, чем в 60 тыс. случаях, при этом уровень раскрываемости снизился с 36 % до 23 % [7]. Структура киберпреступ-лений в основном представлена имущественными злоупотреблениями, в частности так называемыми «бесконтактными» хищениями, совершаемыми с помощью сети Интернет, мобильной связи, а также с использованием банковских карт.

Не сокращается количество противоправ-

ного завладения криптовалютой с электронных кошельков, принадлежащих как частным лицам, так и субъектам предпринимательской или иной экономической деятельности. Для облегчения совершения имущественных злоупотреблений зачастую используются фишин-говые сайты, т.е. сайты с фальшивыми банковскими реквизитами и юридическими адресами.

Следовательно, общественно опасные деяния за счет предмета противоправного изъятия приобрели совершенно иную сущность. В рассматриваемых случаях предметом незаконного завладения признаются безналичные, электронные деньги, что в принципе отражает его бестелесную сущность и является главным отличием от традиционного понимания пред-

мета хищения. Суждение, что понятийно-категориальный аппарат хищения чужого имущества за счет включения в его объем цифровых, электронных денежных средств (криптовалют, биткойнов) несколько расширился, не подлежит сомнению. Тем не менее, правоприменительная практика и доктрина права не могут положительно указать на те нормы, которые в полном объеме разрешали бы вопросы правого регулирования и защиты общественных отношений, связанных с законным оборотом криптовалют, биткойнов и других электронных денежных средств [5].

Думается, что именно эти и другие обстоятельства повлияли на невозможность использования «общепринятой» модели проведения доследственной проверки и принятия решения о возбуждении уголовного дела. Органы, осуществляющие предварительное расследование, столкнулись с массой вопросов, касающихся как проведения доследственной проверки, так и возбуждения уголовного дела и последующего его расследования.

Итак, при рассмотрении типичных сообщений о хищениях к основным проверочным мероприятиям следует отнести получение объяснения от заявителя, опрос свидетелей (очевидцев), осмотр места происшествия, поквар-тирный (домовой) обход, получение документов, подтверждающих наличие и стоимость похищенного имущества, исследование следов и орудий преступления, назначение соответствующих судебных экспертиз и т.д. [1].

Однако в отношении имущественных злоупотреблений, совершаемых с использованием информационно-коммуникационных технологий, большинство из указанных проверочных мероприятий и следственных действий вряд ли применимо. Думается, проведение осмотра места происшествия как базового следственного действия состоящего в исследовании обстановки места происшествия с целью выявления, фиксации и изъятия следов и орудий преступления, в данном случае не окажет существенного влияния на результаты следствия. Аналогичная ситуация складывается относительно получения объяснений от свидетелей (очевидцев), поскольку на момент возбуждения уголовного дела или на первоначальном этапе расследования показания данных лиц в большинстве случаях подтверждают объяснение заявителя лишь косвенно.

Исходя из того, что предметом преступного посягательства являются безналичные денежные средства, способ похищения их также является «неощутимым», «бесконтактным». Выполнение виновным объективной сторо-

ны противоправного изъятия происходит при помощи технических устройств, без непосредственного воздействия на электронные, безналичные денежные средства. Таким образом, проведение традиционных проверочных мероприятий и доследственных действий при раскрытии рассматриваемых групп преступлений весьма проблематично, они не достигают целей расследования.

Наряду с исследованиями поводов для возбуждения уголовного дела (заявление, объяснение и т.д.) в содержание доследственной проверки, на наш взгляд, должны входить запросы в кредитные или финансовые организации, компании сотовой связи, а также организации, оказывающие услуги в сети Интернет и др. Исследование оригиналов официальных документов, подтверждающих факт принадлежности лицевого или расчетного счета физическому или юридическому лицу, вполне может подтвердить версии о похищении с него безналичных, электронных денежных средств.

В соответствии уголовно-процессуальным законодательством (ст. 146 УПК РФ) при наличии указанных документов, а также основания уполномоченные должностные лица принимают решение о возбуждении уголовного дела. Основанием является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, которые выступают характеристикой объекта и объективной стороны, субъекта и субъективной стороны.

К сожалению, длительные сроки (месяц и более) исполнения кредитно-финансовыми организациями и операторами сотовой связи соответствующих запросов уполномоченных должностных лиц о предоставлении информации о движении денежных средств, входящих и исходящих телефонных соединении, а также сведений, составляющих банковскую тайну, увеличивают сроки проведения проверок и снижают эффективность расследования уголовных дел.

Рассматривая основания возбуждения уголовного дела, невольно затрагивается другой немаловажный вопрос, касающийся места производства предварительного расследования. В частности уголовный процесс в качестве такого места определяет место окончания преступления. Следовательно, решение о возбуждении уголовного дела о «бесконтактных» хищениях необходимо принимать должностными лицами органов предварительного следствия или дознания, расположенных на территории окончания указанных преступлений. С точки зрения уголовного процесса все кажется достаточно просто. Тем не менее, для принятия процес-

суального решения важна уголовно-правовая оценка содеянного, которая обязательно должна быть рассмотрена в контексте установления места и определения момента окончания, например, кражи или мошенничества, совершенных с использованием информационно-коммуникационных технологий. Исследование правоприменительной практики позволило обозначить отдельные проблемы, которые существенно влияют на своевременность, качество и полноту предварительного расследования.

По этому поводу обратимся к позиции высших судебных инстанций. Так, Пленум Верховного Суда РФ, обобщая судебную практику об имущественных злоупотреблениях, определил момент окончания кражи: «Если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом)» [1].

Практически аналогично Пленум устанавливает момент окончания традиционного противоправного присвоения чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием (мошенничества). В этом случае хищение считается оконченным, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц, и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распоряжаться им по своему усмотрению.

Вместе с тем Верховный Суд РФ уточняет, что мошенничество, связанное с противоправным изъятием безналичных денежных средств, в том числе электронных денежных средств, следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств.

Сравнительно-правовой анализ представленных двух последних вариантов уголовно-правовой оценки мошенничества позволяет указать на наличие двоякой ситуации. В первом случае момент окончания мошенничества, считает Пленум, наступает, когда «похищенное имущество поступило в незаконное владение виновного или иных лиц и они получили реальную возможность пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению» [6].

В другом случае Пленум указывает, что мошенничество следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств. Хищение денежных средств

через банкомат с использованием поддельной платежной карты (кражи) также признается оконченным с момента их изъятия с банковского счета ее владельца.

Таким образом, возникает противоречивая ситуация: не может у одного и того же вида преступления быть несколько моментов окончания. На эти и другие положения ученые неоднократно указывали в отдельных исследованиях, предлагали различные варианты их решения [4].

Безусловно, разъяснение Пленума можно рассматривать как некий вариант определения территории возбуждения уголовного дела и как практическую наработку выхода из критической ситуации, поскольку для принятия решения о проведении тех или иных следственных действий при классическом понимании момента окончания кражи и мошенничества важно определить, каким образом преступник распорядился похищенным имуществом. В большинстве случаях «бесконтактных» хищений установление «возможности распорядиться похищенным имуществом» на стадии возбуждения уголовного дела трудно осуществимо.

Как положительное реагирование на создавшееся положение явилось издание приказа МВД России от 03.04.2018 № 196 «О некоторых мерах по совершенствованию организации раскрытия и расследования отдельных видов хищений». Нормативный акт рекомендует принимать решения о возбуждении уголовного дела по месту поступления заявления о совершенном «бесконтактном» хищении. Следовательно, данное решение запрещает пересылку материалов проверки по сообщениям о преступлениях в другие регионы страны. Принятыми мерами удалось решить довольно сложную задачу о возбуждении уголовных дел в кротчайшие сроки и производстве по ним предварительного расследования.

Таким образом, небольшой анализ практики осуществления доследственной проверки о «бесконтактных» хищениях позволяет сделать следующие выводы. Во-первых, раскрываемость данной категории уголовных дел повысится, если будет сформирована новая система криминалистического учета и идентификации различных технических устройств на основе электронно-цифрового следа. Создание технического Центра по сбору и анализу электронно-цифрового следа в криминалистических целях в многом облегчит задачу своевременного возбуждения и расследования уголовных дел.

Во-вторых, необходимо поддержать законодательную инициативу МВД России о внесении изменений и дополнений в ст. 26 Феде-

рального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», что позволит решить проблемы получения должностными лицами, осуществляющими предварительное расследование, сведений об операциях, вкладах и счетах физических и юридических лиц, в кредитных организациях и у операторов сотовой связи без соответствующего решения суда.

Список литературы

1. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 (с изм. и доп.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 2.

2. О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2018. № 2.

3. Безверхов А.Г. Цифровая экономика и уголовный закон // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: сб. материалов XVII Между-нар. науч.-практ. конф. (21-22 января 2021 г.). М.: РГ-пресс, 2021. С. 474-479.

4. Иванов М.Г., Николаев А.Ю. Проблемы разграничения составов имущественных преступлений, связанных с информационными технологиями (ст. 159.3, 159.6 и п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ) // Вестник Российского университета кооперации. 2020. № 3 (41). С. 123-126.

5. Иванова О.М. Хищение чужого имущества как уголовно-правовая категория: дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2020. 319 с.

6. Иванова О.М., Иванов М.Г. О последних изменениях и дополнениях, внесенных в ст. 158, 159.3, 159.6 УК РФ // Академическая мысль. 2019. № 1 (6). С. 48-54.

7. По цифровым следам: в РФ раскрывается лишь четверть киберпреступлений. К 2023 году 30 % нарушений Уголовного кодекса может перетечь в Сеть. URL: https:www//iz.ru (дата обращения: 25.09.2021).

References

1. O sudebnoj praktike po delam o krazhe, gra-bezhe i razboe [On judicial practice in cases of theft, robbery and robbery]: postanovlenie Plenuma Ver-khovnogo Suda RF ot 27.12.2002 № 29 (s izm. i dop.) // Byulleten Verkhovnogo Suda RF. 2003. № 2.

2. O sudebnoj praktike po delam o moshenni-chestve, prisvoenii i rastrate [On judicial practice in cases of fraud, embezzlement and embezzlement]: postanovlenie Plenuma Verkhovnogo Suda RF ot 30.11.2017 № 48 // Byulleten Verkhovnogo Suda RF. 2018. № 2.

3. Bezverkhov A.G. Tsifrovaya ekonomika i ugo-lovnyj zakon [Digital economy and criminal law] // Ugolovnoe pravo: strategiya razvitiya v XXI veke: sb. materialov XVII Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. (2122 yanvarya 2021 g.). M.: RG-press, 2021. S. 474-479.

4. Ivanov M.G., Nikolaev A.Yu. Problemy raz-granicheniya sostavov imushchestvennykh prestu-plenij, svyazannykh s informatsionnymi tekhnolo-giyami (st. 159.3, 159.6 i p. «g» ch. 3 st. 158 UK RF) [Problems of differentiation of the elements of property crimes related to information technologies (articles 159.3, 159.6 and paragraph «d» of part 3 of article 158 of the Criminal Code of the Russian Federation)] // Vestnik Rossijskogo universiteta ko-operatsii. 2020. № 3 (41). S. 123-126.

5. Ivanova O.M. Khishchenie chuzhogo imu-shchestva kak ugolovno-pravovaya kategoriya [Theft of other people's property as a criminal category]: dis. ... kand. yurid. nauk. Samara, 2020. 319 s.

6. Ivanova O.M., Ivanov M.G. O poslednikh iz-meneniyakh i dopolneniyakh, vnesennykh v st. 158, 159.3, 159.6 UK RF [About the latest changes and additions made to articles 158, 159.3, 159.6 of the Criminal Code of the Russian Federation] // Aka-demicheskaya mysl. 2019. № 1 (6). S. 48-54.

7. Po tsifrovym sledam: v RF raskryvaetsya lish' chetvert' kiberprestuplenij. K 2023 godu 30 % na-rushenij Ugolovnogo kodeksa mozhet peretech' v Set'. URL: https:www//iz.ru (Accessed 25.09.2021).

ИВАНОВА Олеся Михайловна - кандидат юридических наук, преподаватель кафедры предварительного расследования. Московский университет МВД России им. В.Я. Кикотя. Россия. Москва. E-mail: iom20141985@mail.ru.

ИВАНОВ Михаил Георгиевич - кандидат юридических наук, доцент, декан юридического факультета. Чебоксарский кооперативный институт (филиал) Российского университета кооперации. Россия. Чебоксары. E-mail:imkafedra54@mail.ru.

IVANOVA, Olesya Mikhailovna - Candidate of Law, Lecturer of the Department of Preliminary Investigation. Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia named after V. Ya. Kikotya. Russia. Moscow. E-mail: iom20141985@mail.ru.

IVANOV, Mikhail Georgievich - Candidate of Law, Associate Professor, Dean of the Law Faculty of the Cheboksary Cooperative Institute (branch) of the Russian University of Cooperation. Russia. Cheboksary. E-mail: imkafedra54@mail.ru.