"Мы сейчас переживаем переломный момент"

Исполнительный директор нефтяного ценового агентства Argus Media ЭДРИАН БИНКС полагает, что, несмотря на стабилизацию цен на нефть около $40-50/бар, даже ОПЕК вряд ли удастся предотвратить дальнейшее снижение цен, если экономический спад продолжится.

Argus Media Ltd — крупнейшее в мире независимое ценовое и аналитическое агентство, специализирующееся на освещении конъюнктуры рынков энергоносителей. Агентство выработало собственную методологию освещения нефтегазового рынка, позволяющую с большой точностью определять цены на энергоносители. Представительства компании расположены в Лондоне, Хьюстоне, Вашингтоне, Пекине, Токио, Сингапуре, Дубае и Москве (с 1994 года). Данные Argus ежедневно используют правительства стран--производителей и потребителей нефти, нефтяные компании, торговые и финансовые структуры.

BUSINESS GUIDE: В чем причина такого значительного падения цен на нефть во второй половине прошлого года?

ЭДРИАН БИНКС: Спрос упал резко и неожиданно. Нефтеперерабатывающая промышленность в последние два года не успевала удовлетворять спрос на дизельное топливо, в особенности с низким содержанием серы, используемого в развитых странах. Но когда ажиотаж прошел, нефтепереработчики столкнулись с проблемой перепроизводства, и это сразу же обрушило цены на сырье.

BG: Как изменилось соотношение сил на рынке, после того как производители нефти начали сокращать предложение в ответ на падение спроса?

Э. Б.: Мы стали свидетелями внезапного и стремительного падения спроса на нефть, вызванного экономическим кризисом. Это, конечно, заставило ОПЕК сократить производство сырья в соответствии со снизившимся потреблением. Но холодная зима в Европе и Северной Америке поддержала спрос на нефтепродукты, и ситуация на рынке нефти стала более сбалансированной. Кроме того, за последние два месяца немного выросло потребление бензина в Северной Америке, в особенности в США — крупнейшем потребителе автомобильного топлива в мире. Это важный сдвиг. Возможно, он дает России и странам ОПЕК надежду на то, что положение на рынке стабилизировалось.

К тому же разница между ценами на малосернистую нефть и стоимостью сернистых или высокосернистых сортов, добываемых на Ближнем Востоке и в России, уменьшается. Этот факт свидетельствует в пользу того обстоятельства, что сокращение добычи нефти ОПЕК уже ощущается. Российский сорт Urals все чаще экспортируется в Азию. Значит, азиатские НПЗ испытывают нехватку малосернистой нефти, поставляемой из стран Персидского залива, то есть от стран ОПЕК.

BG: Не считаете ли вы, что в последнее время роль ОПЕК на рынке усилилась?

Э. Б.: Организация продемонстрировала способность привлечь страны, не являющиеся ее членами, к сотрудничеству в деле сокращения добычи нефти. Мы видим, что с ОПЕК взаимодействуют и Мексика, и Россия. Ангола стала полноправным членом организации. Все это указывает на то, что основные добывающие страны координируют свои действия. Но пока трудно сказать, поможет ли это сотрудничество стабилизировать цены, удержав их на текущих уровнях. Недавно ОПЕК пошла на значительное снижение добычи — примерно на 4,2 млн бар/сут по сравнению с сентябрем. Это беспрецедентная мера.

Сокращение было масштабным и агрессивным. Поражает также и скорость, с которой решение было воплощено в жизнь, чтобы успеть за падающим спросом и восстановить баланс на рынке. Конечно, определенный успех был достигнут. Цены на нефть в целом стабилизировались в районе $40-50/бар.

BG: Может ли цена на нефть снизиться еще больше?

Э. Б.: Это во многом зависит от политики стран ОПЕК, их готовности соблюдать квоты. Прошлый опыт не вселяет оптимизма. Обычно эти государства выполняли взятые на себя обязательства не более года. Однако в ОПЕК многое зависит от позиции Саудовской Аравии. Терпение Саудовской Аравии может закончиться, если другие государства ОПЕК перестанут соблюдать квоты. Но пока с дисциплиной у них неплохо. Так что в краткосрочной перспективе я не ожидаю значительного падения цен.

BG: Должны ли другие страны--производители нефти поддержать усилия ОПЕК по стабилизации рынка?

Э. Б.: С исторической точки зрения $40-50/бар — это вполне приемлемая цена для производителей нефти. При такой стоимости сырья страны, не входящие в ОПЕК, вряд ли понесут значительные убытки и будут останавливать добычу на действующих месторождениях, где уже не надо тратить средства на разработку. Здесь производство можно продолжать до тех пор, пока не произойдет настоящего обвала цен, скажем, до $10/бар — в этом случае нефтедобыча станет совершенно невыгодной.

Конечно, если говорить о геологоразведке и разработке новых ресурсов, то страны ОПЕК обладают огромным преимуществом, поскольку у них себестоимость добычи составляет всего $3-4/бар, тогда как в других регионах мира издержки могут достигать $20-50/бар.

И все же текущие цены на нефть должны устраивать даже производителей с высокими эксплуатационными расходами.

BG: Получается, что дальнейшее снижение цен возможно. Какие факторы могут этому способствовать?

Э. Б.: Безусловно, цены на нефть могут упасть еще ниже. Все зависит от глубины и продолжительности экономического кризиса. Если рецессия перейдет в депрессию, то стоимость нефти значительно снизится по сравнению с сегодняшними уровнями.

Многое также зависит от желания ОПЕК удерживать котировки на отметке $40/бар и выше. Цены могут вырасти, если действия этой организации окажутся эффективными. Однако это, в свою очередь, негативно отразится на темпах восстановления мировой экономики.

Так что мы сейчас переживаем переломный момент. Если экономический спад продлится еще год или два — а, судя по всему, так и будет, то никто не может быть уверенным в том, что даже ОПЕК удастся предотвратить падение цен в долгосрочной перспективе.

BG: Некоторые представители ОПЕК считают приемлемым для производителей нефти цены в диапазоне $60-70/бар. Что вы думаете по этому поводу?

Э. Б.: Я не думаю, что нефть подорожает до $60-70/бар в ближайшей перспективе. Чтобы цены поднялись до этих уровней, необходимо значительное восстановление мировой экономики, тогда как в настоящее время мы наблюдаем спад. В более отдаленном будущем развитые страны могут ужесточить требования к содержанию серы в судовых топливах, что увеличит нагрузку на НПЗ и приведет к росту цен. Но это может произойти лишь через несколько лет. Я не думаю, что в ближайшее время цены на нефть достигнут уровней прошлого года.

BG: Поможет ли спрос на нефть в развивающихся странах поддержать цены на текущем уровне?

Э. Б.: Впервые за многие годы потребление нефти в такой крупной промышленной стране, как Китай, стало сокращаться. По нашим оценкам, падение спроса может составить около 100 тыс. бар/сут в этом году. Это довольно много, если учитывать темпы экономического роста, которые еще недавно демонстрировали Китай, Индия и другие развивающиеся страны. У меня нет ощущения, что эти государства смогут поддержать нефтяной рынок в ближайшем будущем. Только возобновление стремительного роста экономической активности и производства в Китае обеспечит условия для повышения цен на нефть. Однако, заглядывая вперед, мне кажется маловероятным повторение прошлогоднего скачка цен в ближайшие три года.

BG: Какова вероятность появления нового "пузыря" на нефтяном рынке?

Э. Б.: Я не стал бы утверждать, что в прошлом году на рынке нефти образовался "пузырь". Причины таких высоких цен заключались в соотношении спроса и предложения. Рынок на все реагирует излишне резко. Главным двигателем стремительного роста нефтяных котировок был высокий спрос на малосернистое дизельное топливо. На рынке образовался излишек высокосернистой нефти, которую не удавалось продать из-за нехватки мощностей для глубокой переработки сырья и гидроочистки дизтоплива. Небольшие и технологически неразвитые НПЗ предпочитали легкие малосернистые сорта. Затем подешевевшую тяжелую нефть начали скупать крупные современные НПЗ. В результате подорожал весь спектр сырья и нефтепродуктов. Так что я не стал бы употреблять термин "пузырь", описывая ситуацию высоких котировок в прошлом году.

BG: Что вы думаете о перспективах российской нефтяной отрасли в условиях кризиса и низких цен на нефть?

Э. Б.: Многие российские нефтяные компании действительно добились больших успехов. Основная проблема заключается в том, что после распада Советского Союза на месторождениях страны стали активно внедряться западные технологии, и, применяя самые передовые и сложные методы повышения нефтеотдачи, многие компании очень быстро значительно нарастили добычу. Но время легких успехов прошло. Сейчас необходимо вкладывать большие средства в поддержание существующих и освоение новых месторождений. Это значит, что Россия должна создавать более привлекательные условия для компаний, желающих инвестировать в добычу нефти.

Россия располагает большими запасами углеводородов. Многие западные компании стремятся в этот регион и готовы предоставить инвестиции для разработки российских недр. Такие крупные отраслевые игроки, как Shell, ExxonMobil, Chevron, хотят работать в России. Но для этого необходима стабильная система налогообложения и законодательная база, обеспечивающая привлекательный инвестиционный климат.