Европейский центральный банк в условиях финансового кризиса

СФЕРА ЭКОНОМИКИ

УДК 336.711 Анатолий БАЖАН, Кирилл ГУСЕВ

ЕВРОПЕЙСКИЙ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ БАНК В УСЛОВИЯХ ФИНАНСОВОГО КРИЗИСА

Аннотация. В статье анализируется эволюция денежно-кредитной политики Европейского центрального банка в условиях финансового кризиса, поразившего страны еврозоны и Европейского союза в целом. Рассмотрены причины перехода к стратегии количественных смягчений, с помощью которой ЕЦБ пытается решать сразу две задачи: бороться с дефляцией с целью стимулирования экономического роста и не допускать дефолт государств валютного объединения, наиболее вовлечённых в кризис суверенных долгов. Показаны недостатки и противоречия этой стратегии.

Ключевые слова. Еврозона, кризис, монетарная политика, противоречия, количественные смягчения, дефляция, инфляция, суверенный долг, процентные ставки.

Мировой финансово-экономический кризис конца 2000-х гг. оказал глубокое воздействие на всю мировую экономику, в том числе на положение двух её главных действующих сил - США и ЕС. И если первые к середине 2015 г. восстановили свой экономический потенциал, то еврозона всё ещё не достигла предкризисного уровня. Реальный ВВП на душу населения здесь ниже уровня 2007 г. и на 10% ниже прогнозируемого ранее показателя.

Эволюция антикризисной политики ЕЦБ

Первоначально, когда во весь рост встала проблема спасения банковской системы, пострадавшей в результате банкротства ряда мировых банков-резидентов США, центральные банки США и ЕС - Федеральная резервная система (ФРС) и Европейский центральный банк (ЕЦБ) - боролись с кризисом схожими методами в целях насыщения экономики недостающей ликвидностью: снижение учётных ставок, увеличение сроков и объёмов рефинансирования, операции на открытом рынке. Причём в активной фазе кризиса ЕЦБ действовал даже более агрессивно, чем

© Бажан Анатоли Иванович - доктор экономических наук, заведующий отделом экономических исследований Института Европы РАН. Адрес: 125009, Россия, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 3. E-mail: aibazhan@bk.ru © Гусев Кирилл Нионилович — кандидат экономических наук, зам. руководителя отдела экономических исследований, Институт Европы РАН. Адрес: 125009, Россия, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 3. E-mail: banks-europe@mail.ru DOL http://dxdoi.org/10.15211/soveurope32016100110

ФРС: привлекал более широкий круг контрагентов и не ограничивался только государственными ценными бумагами. Масштабной была и поддержка банковской системы: начиная с ноября 2008 г. до июня 2009 г. была кардинально снижена официальная процентная ставка с более чем 4 до 1%, с этого года подлежали удовлетворению все заявки на рефинансирование коммерческих банков по этой фиксированной ставке и на срок до трёх лет. Были также снижены требования к залогам, представляемым банками, для получения рефинансирования. До июня 2009 г. ЕЦБ на специальных сессиях выдавал кредиты банкам по сделкам РЕПО на срок три, шесть и 12 месяцев, а к июню 2010 г. завершил длившуюся два года программу покупки облигаций с покрытием, выпускаемых европейскими банками с различным обеспечением на общую сумму 60 млрд евро. Была запущена также программа, в соответствии с которой выкупу подлежали государственные ценные бумаги. Оборот евро стал интенсивно расширяться. Только за два месяца в начале 2012 г. эмиссия ЕЦБ составила около 1 трлн евро.

Как были использованы эти деньги? Несомненно, они способствовали выживанию банковской системы, поскольку увеличили объём циркулирующей в ней ликвидности. Но, что интересно отметить, значительная часть эмиссии, пополнив авуары крупнейших европейских банков, способствовала также активизации их деятельности на формирующихся рынках, в странах Центральной и Восточной Европы, которые находятся вне валютного объединения. Эти страны обладают рядом особенностей, которые делают их привлекательным объектом вложений для банков развитых европейских государств.

Стоимость заёмных средств в форме процентов по кредитам здесь более высокая, чем в еврозоне, что делает периферию весьма интересным для банков объектом кредитования. Причём высокая цена денежного капитала не связана только с тем, что в большинстве таких стран имеет место относительно высокий уровень инфляции. Действуют и другие причины. В частности, наличие высокого спроса на заёмный капитал и его недостаток в связи с относительно высокими темпами экономического роста.

В то же время ЕЦБ с началом кризиса в развитых европейских государствах создал избыток дешёвого банковского капитала, который находится в постоянном поиске эффективных способов применения, в том числе и путём проникновения за границы еврозоны и Евросоюза, особенно в те страны, где для такого проникновения созданы необходимые административно-правовые условия в виде проведённой либерализация валютных режимов и формирования соответствующего законодательства. В результате крупнейшие банки Западной Европы развязали беспрецедентною кредитную экспансию, с помощью которой произошло в значительной степени вытеснение национальных банковских структур с финансового поля развивающихся экономик Европы путём их поглощения, а в некоторых случаях и прекращения банковской деятельности. В итоге во многих таких странах транснациональные банки заняли господствующие позиции. В частности, доля их активов в странах Балтии приблизилась к 100%, в Венгрии составила 92%, в Болгарии - 72%, в Польше - 69%, в Чехии - 67%1. Эмитированные денежные средства в конечном счёте в значительной своей части концентрировались на счетах крупнейших европейских банков, что в значительной степени обеспечивало им финансовую поддержку для проведения экспансии в ЦВЕ, на Украине и даже в России.

Вопрос о том, позитивным или негативным фактором является эта экспансия для самих стран, испытавших массированное вторжение транснациональных бан-

1 Foreign Banks: Trends, Impact and Financial Stability. IMF Working Paper, January 2012.

ков, нами здесь не рассматривается. Отметим только, что эта экспансия существенным образом снижает на местах, где используются национальные деньги, эффективность национального регулирования экономики на основе проведения собственной денежно-кредитной политики.

Дело в том, что в этих условиях регулирование денежной массы и масштабов инфляции с помощью традиционных инструментов становится весьма затруднительным делом. В частности, невозможным предоставляется таргетирование инфляции со стороны национального центрального банка путём воздействия на процентную ставку, если значительная доля кредитов представляется иностранными банками национальным структурам по ставкам, сформированным на основе политики ЕЦБ. Иными словами, глобально-региональное управление подрывает устои управления на национальном уровне и делается это вполне легальным образом и исключительно на основе снятия ограничений на трансграничное перемещение денежных капиталов.

В то же время следует констатировать, что это не привело к заметному изменению ситуации в плане выхода из экономического кризиса. Многие эксперты считают, что Европу в конечном итоге подвело стремление оппонировать США и идти своим путём с использованием инновационных экономических идей, в то время как на деле свою правоту по-прежнему доказывают классические модели. В частности, Белый дом и ФРС решили в очередной раз применить проверенную временем кейнсианскую модель, согласно которой дефицитное финансирование приносит пользу экономике, находящейся в кризисе. В рамках этой стратегии ФРС, игнорируя многочисленные предупреждения о возможном вымывании базы из-под доллара, продолжала исходить из того, что политика низких процентных ставок не приведет к росту инфляции, пока безработица остаётся высокой.

В Европе же, наоборот, Еврокомиссия отказалась от традиционного дефицитного финансирования в пользу идеи о том, что сокращение расходов в экономике, находящейся в кризисе, должно повысить уверенность в завтрашнем дне и привести к созданию новых рабочих мест. Следуя этой концепции "жёсткой экономии", ЕЦБ в 2011 г. (впервые с 2008 г.) поднял процентную ставку, даже несмотря на то, что безработица в еврозоне была всё ещё высокой. Формально пойти на подобный шаг ЕЦБ решился из-за угрозы инфляции, которую тогда многие эксперты называли "надуманной".

Не остановили банк и аргументы тех, кто считал, что более высокая стоимость заимствования может нанести дополнительный удар по наиболее слабым экономикам еврозоны, три из которых к тому моменту уже находились на грани дефолта (Ирландия, Греция, Португалия). Глава ЕЦБ Ж.-К. Трише заявил тогда: "Нет никакого противоречия, наоборот, мы действуем в полном соответствии с нашей главной целью - обеспечения стабильности цен. Мы делаем то, что должны, даже когда это сложно, даже когда это не всем нравится"1.

Решение Совета ЕЦБ о повышении базовой ставки с 1 до 1,25% вразрез с политикой ФРС и Банка Англии, который в тот же период оставил свою ставку без изменений (0,5%), несмотря на более высокую инфляцию, было единогласным и получило молчаливое одобрение со стороны Германии, где рост ставки рассматривали как способ уберечь экономику от перегрева. Оппоненты ЕЦБ справедливо указывали, что, несмотря на низкий абсолютный уровень ставки, она высока с точки зрения неуверенного роста европейской экономики, и потому её повышение нанесет удар по намечавшемуся восстановлению последней.

1 ТЪе Шогк Ттеэ, 8 Лрп1 2011. Ш:

http://www.nytimes.com/2011/04/08/business/g1oba1/08iht-rates08.htm1?_r=1.

Были и те, кто приводил в качестве примера ошибочную политику ФРС в 1970 и 1980-х годах, когда на рост нефтяных цен банк отреагировал повышением базовой ставки и спровоцировал рецессию. Эти эксперты также считали, что действия ЕЦБ позволят сдержать инфляцию в Германии и Франции, но вызовут дефляцию в периферийных государствах еврозоны и тем самым не только подтолкнут к кризисной черте Испанию и Италию, но и поставят крест на политике "жёсткой экономии" в целом.

Можно предположить, что ЕЦБ сознательно пошёл на все вышеуказанные риски в надежде, что его решение окажется более дальновидным и даст Европе конкурентное преимущество в соперничестве с США. Но критиковавшие ЕЦБ эксперты в итоге оказались правы, и в конце 2014 года Европу поразила дефляция. И это несмотря на то, что в том же году ЕЦБ был крайне активен:

- почти 210 млрд евро были использованы им на кредиты более чем 1200 европейским банкам по программе целевого финансирования сроком до четырёх лет;

- около 30 млрд евро было потрачено на продолжение программы выкупа облигаций с покрытием, ещё почти 2 млрд евро ушло на покупку ценных бумаг, обеспеченных активами частных компаний;

- не прекращалось предоставление ликвидности банкам посредством краткосрочных ссуд и трёхмесячных сделок РЕПО по ставке с дисконтом [Усоскин, 2015:26].

Основное противоречие монетарной системы

Очевцдно, важную, если не решающую, роль сыграло то, что ФРС США, как бы сложно устроена она ни была, в конечном итоге всё равно остаётся центральным банком единого государства, составные части которого имеют схожие экономические характеристики, а ЕЦБ - это наднациональный орган, действующий в настоящий момент в рамках независимых государств. Соответственно, принятие решений в ЕЦБ, а тем более их практическая реализация - это процесс гораздо более сложный и менее предсказуемый прежде всего в силу существенных различий в уровнях развития экономик и финансовых систем стран-членов еврозоны. В этих условиях использование инструментов денежно-кредитной политики ЕЦБ и прежде всего процентной ставки, повышение или понижение последней не может единообразным образом воздействовать на все страны, входящие в объединение: для одних стран это может послужить условием развития и решения возникших проблем, для других - напротив, чревато обострением экономической ситуации, нагнетанием негативных депрессивных факторов. Единый центральный банк и единая денежно-кредитная политика, практикуемая в рамках еврозоны, не способна удовлетворить интересы всех государств-членов валютного объединения, таким образом она неизбежно и объективно вступает в противоречие с частью этих интересов.

Исторически Европейская валютная система строилась на основе самой сильной валюты континента - немецкой марки, и в основу деятельности ЕЦБ изначально легла политика Бундесбанка, главная цель которой - поддержание ценовой стабильности в условиях развитого рыночного хозяйства и независимости денежно-кредитного регулятора. Менее развитым странам ЕС при вхождении в еврозону пришлось подстраиваться под условия, к которым в противном случае им ещё только предстояло прийти эволюционным путём за не один десяток лет. Пришлось отказаться от столь необходимого многим странам более активного участия Центрального банка в процессах формирования национальных финансовых рынков, поддержания равновесия платёжных балансов, регулирования объёмов кредитования - всё это с целью содействия росту производства и национальной экономики в целом.

Добившись краткосрочного и зачастую формального соответствия критериям ев-розоны, большинство экономик этих государств оказалось не готово эффективно функционировать в новых условиях, поскольку их денежно-кредитные системы не успели пройги все необходимые стадии развития для реального соответствия уровню Германии и других лидеров ЕС. Всё это в итоге обернулось серьёзными проблемами как для национальных хозяйств, так и для интеграционной группировки в целом.

В частности, до вхождения в еврозону центральные банки менее развитых стран Европы активно регулировали темпы роста кредитования в национальной экономике, в том числе путём изменения ставки рефинансирования. А ЕЦБ, согласно уставным документам, ограничен в возможности манипулировать базовой ставкой: уровень инфляции в еврозоне в среднесрочном разрезе не должен превышать 2%. Низкий уровень процентных ставок, задаваемый ЕЦБ, привёл к резкому удешевлению и, соответственно, стремительному росту кредитования во вновь присоединившихся членах еврозоны. Теоретически это должно было привести к скачку в темпах их экономического роста, что на практике формально и имело место во многих случаях. Но кризис 2008 г. обнажил другую сторону этого процесса - бизнес и государства из числа менее развитых членов еврозоны за предкризисные годы чрезмерно увеличили кредитное плечо, полагаясь на возможность постоянного рефинансирования по приемлемым ставкам. Как только кризис нарушил эту преемственность, пузырь экономического роста лопнул, поставив на грань банкротства как отдельные предприятия, так и целые страны.

Часть вины за произошедшее лежит и на том, как устроена еврозона. О.В. Буто-рина, в частности, отмечает, что "создание евро нарушило действие некоторых автоматических стабилизаторов экономики и создало новые источники асимметрии в валютно-финансовой системе еврозоны" [Буторина, 2014: 61]. Исчез валютный риск, который ранее позволял более объективно оценивать страновые риски, связанные с приобретением активов в тех или иных государствах. Именно поэтому упомянутый выше рост заёмного финансирования при первых признаках кризиса обернулся "ажиотажным выводом капиталов из периферийных стран еврозоны" [Буторина, 2014: 61].

Не менее важным стал и тот факт, что Гармонизированный индекс потребительских цен (И1СР), на который как на единый показатель инфляции в еврозоне ориентируется ЕЦБ, на практике "задаётся тремя крупнейшими странами... Успехи ЕЦБ в поддержании ценовой стабильности в зоне евро в докризисный период были в основном достигнуты за счёт низкой ценовой динамики в "странах-тяжеловесах". Повышенная инфляция в ряде других государств мало влияла на Н1СР и лишь отчасти принималась во внимание руководством ЕЦБ... Накануне кризиса ЕЦБ слишком медленно повышал процентную ставку, и для многих периферийных стран она оказалась заниженной. Следовательно, ЕЦБ невольно способствовал перегреву их экономики и усилению кризисных явлений' [Буторина, 2014: 61].

Годы, прошедшие с момента введения евро, кризисные и посткризисные, дали немалую пищу для размышлений и анализа денежно-кредитному регулятору ЕС. И сегодня в ЕЦБ есть понимание того, что кризис спровоцировал или по крайней мере ускорил наступление весьма сложного периода в развитии еврозоны: назрел переход на качественно новый уровень, который предусматривает более тонкое и адресное регулирование деятельности экономических субъектов. И сейчас, видимо, было бы целесообразно приостановить процесс расширения еврозоны. Но согласно основополагающим документам ЕС, ЕЦБ не имеет права не принимать новых членов, если они выполняют целевые требования. А Хорватия и особенно Болгария, несмотря на

кризис, продолжают настаивать на вступлении в еврозону. И вполне возможно, ЕЦБ придётся решать стоящие перед ним проблемы уже с участием новых членов.

Среди этих проблем на сегодняшний момент наиболее важными в ЕЦБ называют дефляцию и кризис суверенных долгов.

Борьба с дефляцией

Как уже отмечалось выше, дефляция в еврозоне началась в конце 2014 г., а в январе 2015 года достигла своего максимумам - тогда потребительские цены снизились на 0,6%1. Это был рекорд с момента введения евро в 1999 году.

Реагируя на эту проблему с некоторым опозданием, вызванным в том числе сложностью процедуры принятия решений в его Совете, ЕЦБ 9 марта 2015 г. запустил программу количественного смягчения: ежемесячный выкуп гособлигаций стран еврозоны на сумму 60 млрд евро, пропорционально их долям. Объём программы - 1,1 трлн евро, срок - до тех пор, пока в еврозоне не будет отмечено устойчивое ускорение инфляции (ориентировочно до сентября 2016 г.).

В результате принятых мер в марте потребительские цены в еврозоне снизились всего на 0,1%. А в апреле уже выросли на 0,2%. При этом разброс по странам сохранился: в Германии инфляция в апреле составила 0,3%, во Франции - 0,1%, а в Ирландии, Испании, Италии и Греции цены продолжили снижаться (на 0,4, 0,7, 0,1 и 1,8% соответственно). Тем не менее ЕЦБ уже с оптимизмом смотрел в будущее и прогнозировал постепенный рост инфляции (с 0,1% в 2015 г. до 1,8% в 2017 г.). Аналогично была настроена и Еврокомиссия, которая повысила свою оценку роста экономики еврозоны в 2015 г. с 1,5 до 1,8%2.

Указанная выше смена тренда, безусловно, стала возможна благодаря ослаблению евро, вызванному действиями ЕЦБ и повысившему международную конкурентоспособность европейских товаров, что сразу нашло отражение в росте экспортных заказов. Кроме того, ЕЦБ продолжал сохранять базовую ставку на рекордно низком уровне (0,05%), что способствовало росту кредитования реального сектора коммерческими банками. Но не стоит сбрасывать со счетов и значительное позитивное влияние снижения цен на нефть и ряд других факторов, находящихся вне сферы влияния ЕЦБ. Как бы там ни было, весну 2015 г. в Еврокомиссии считали лучшей для европейской экономики за последние несколько лет, но были уверены, что добиться дальнейшего устойчивого роста можно только за счёт структурных реформ, увеличения инвестиций и приведения в порядок государственных финансов (по данным Евростата, в 2014 г. госдолг еврозоны увеличился до 91,9% ВВП с 90,9% в 2013 г., но снизился дефицит бюджета - с 2,9 до 2,4%)3.

В ЕЦБ тоже начали говорить об экономической ситуации в еврозоне в положительном ключе, но отмечали, что уровень доходности бизнеса по-прежнему крайне низок. При этом банки обладали избыточной ликвидностью, которую им подчас просто некуда с выгодой вложить. В ЕЦБ есть понимание того, что повышение ставки в 2011 г. было ошибкой, и что теперь Европе предстоит догонять США и

1 Eurostat News Releases euroindicators, 30 January 2015 г. Url: http://ec.europa.eu/eurostat/documents/2995521/6581740/2-30012015-BP-EN.pdf.

2 Еврокомиссия: денежное стимулирование со стороны ЕЦБ сработало. Ведомости, 6 февраля 2015 г. URL:http://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2015/05/06/evrokomissiya-denezhnoe-stimulirovanie-so-storoni-etsb-srabotalo.

Еврокомиссия: денежное стимулирование со стороны ЕЦБ сработало. Ведомости, 6 февраля 2015 г. URL:http://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2015/05/06/evrokomissiya-denezhnoe-stimulirovanie-so-storoni-etsb-srabotalo.

Великобританию, которые благодаря последовательности своих действий ушли далеко вперёд. Самое важное сейчас, по мнению ЕЦБ, - это вселить уверенность в европейский бизнес, добившись повышения прибыльности его операций, в том числе за счёт увеличения темпов инфляции.

На этом фоне показательна статистика Дойче банка, согласно которой в конце 2014 - начале 2015 г. (период дефляции) отток капитала из Европы составил более 300 млрд евро. Существуют оценки, согласно которым с учётом запуска программы количественного смягчения этот показатель в ближайшие годы может достичь 4 трлн евро. Это, в свою очередь, неизбежно спровоцирует масштабное ослабление единой европейской валюты (возможно, до 0.85 цента США за 1 евро к концу 2017)1.

Вместе с тем бегство капитала как таковое не пугает руководство ЕЦБ. Ведь дальнейшее снижение курса евро к доллару в нынешних условиях может только позитивно сказаться на темпах роста европейской экономики. Последний тезис косвенно подтверждает и реакция ФРС на резкое ослабление евро в марте 2015 г.: после роста до уровня 1.05 доллар снизился до 1.11 к евро на фоне соответствующей риторики представителей американского регулятора. Слишком дорогой доллар Америке тоже не нужен.

Очевидно, что обстоятельства сейчас вынуждают ЕЦБ заниматься тем, чего раньше этот банк не делал - более активно вмешиваться в макроэкономические процессы. Для выполнения своей главной уставной цели поддержания уровня цен ЕЦБ, по заявлениям его представителей, готов и дальше расширять спектр используемых им для этого инструментов. В частности, в июле 2015 г., когда по мнению ряда экспертов эффект программы количественного смягчения уже исчерпал себя из-за сжатия ликвидности на долговом рынке, член Исполнительного совета ЕЦБ Бенуа Кёре дал понять, что ЕЦБ в качестве следующего шага может использовать таргетирование безработицы, формальным мандатом на которое банк не обладает2. В ЕЦБ убеждены, что сохраняющаяся высокая безработица толкает цены вниз, в то время как банк старается вернуть темпы инфляции с рекордно низких показателей до целевых 2%.

Кризис суверенных долгов

Одна из главных проблем, угрожающих самому существованию еврозоны и Евросоюзу в целом, - высокий уровень государственного долга, характерный для многих стран-членов регионального объединения. Об этом говорят данные нижеследующей таблицы.

Статистика показывает значительный рост уровня госдолга по отношению к ВВП в целом по еврозоне. С 2007 по 2014 г. он вырос с 64,9 до 92,1%. Особенно высокого уровня госдолг достиг в южных странах региона: в Португалии - 130,2%, в Италии - 132,3 %, в Греции - 178,6%. Высокий уровень государственного долга (приемлемым в ЕС считается уровень до 60% к ВВП) чреват разрушительными последствиями для зоны евро. Наращивание долгов подводит к пределу, за которым начинается дефолт, то есть к состоянию, когда невозможно обслуживать долг: расплачиваться по облигациям и платить проценты.

1 Deutsche Bank предрекает исход капитала из Европы. Pro Finance Service, 10 марта 2015 г. URL: http://www.forexpf.ru/news/2015/03/10/auok-deutsche-bank-predrekaet-iskhod-kapitala-iz-evropy.html.

2 Бенуа Кёре: сделаем больше для повышения инфляции. Вести (экономика), 6 июля 2015 г. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/59655.

Государственный долг стран зоны евро

Страны 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 2014

Еврозона в целом 64,9 68,5 78,3 83,8 86,0 89,3 91,1 92,1

Австрия 64,8 68,5 79,7 82,4 82,2 81,6 80,8 84,2

Бельгия 86,9 92,4 99,5 99,6 102,2 104,1 105,1 106,7

Финляндия 34,0 32,7 41,7 47,1 48,5 52,9 55,6 59,3

Франция 64,4 68,1 79,0 81,7 85,2 89,6 92,3 95,6

Еермания 63,6 65,0 72,5 81,0 78,4 79,7 77,4 74,9

Ереция 103,1 109,4 126,7 146,2 172,0 159,4 177,0 178,6

Ирландия 23,9 42,4 61,8 86,8 109,3 120,2 120,0 107,5

Италия 99,6 102,3 112,5 115,3 116,4 123,2 128,8 132,3

Люксембург 7,2 14,4, 15,5 19,6 19,2 22,1 23,4 23,0

Нидерланды 42,4 54,5 56,5 59,0 61,7 66,4 67,9 68,2

Португалия 68,4 71,7 83,6 96,2 111,4 126,2 129,0 130,2

Словакия 29,9 28,2 36,0 40,80 43,3 51,9 54,6 53,5

Словения 22,7 21,6 34,5 38,2 46,4 53,7 70,8 80,8

Испания 35,5 39,4 52,7 60,1 69,5 85,4 93,7 99,3

Источник: Евростат.

Даже если дефолт угрожает отдельной стране, это сказывается на финансовой безопасности объединения в целом, ибо подрывает доверие к евро, европейским банкам и корпорациям, другим организациям и финансовым институтам ЕС, вызывает ажиотаж, создаёт спекулятивную обстановку на финансовых и валютных рынках. Именно поэтому Евросоюз совместно с МВФ и Мировым банком постоянно, на протяжении уже многих лет предоставляют финансовую помощь Греции, дабы не допустить отказа страны от выполнения финансовых обязательств.

Однако это не ведёт к сокращению её государственного долга. Напротив, как показывают данные таблицы, долг Греции только возрастает. Объяснение состоит в том, что средства финансовой помощи предоставляются в виде займов. Таким образом, в итоге имеет место, с одной стороны, постепенная замена долга перед частными инвесторами на задолженность перед межгосударственными финансовыми организациями. С другой стороны, происходит мультипликация самого долга, который растёт, не взирая на всякого рода меры воздействия на греческое правительство с целью заставить его уменьшить бюджетный дефицит страны путём увеличения налогового бремени, сокращения пенсий и пенсионного возраста, а также введения режима экономии расходов на содержание государственного аппарата.

В чём причины греческого кризиса? В Западной Европе в качестве причин обычно называют расточительность государственных властей Греции, их неспособность обеспечить собираемость налогов. Гораздо реже отмечается более важное обстоятельство: само вступление Греции в Евросоюз и в еврозону привело к деградации промышленности и сокращению сельского хозяйства в силу неконкурентоспособности ряда отраслей этих сфер производства в рамках беспошлинной торговли и использования единой европейской валюты. В том же плане воздействовала на греческую экономику полигика Брюсселя, решившего, что традиционные области производства, в которых некогда была сильная Греция (сельское хозяйство и судостроение) должны быть сокращены в пользу производителей Германии, Франции, Италии и Испании.

Вышесказанное отражает в значительной степени общие причины внутреннего характера кризиса долгов, свойственные и ряду других стран Еврозоны. Но кроме внутренних причин, существуют внешние1. К главным внешним причинам, во-первых, относится мировой финансовый кризис, который внёс свою лепту в рост суверенных долгов, поскольку вынудил европейские правительства, и Грецию в частности, прибегать к займам для того, чтобы поддерживать ликвидность банковской системы и крупнейших корпораций. Во-вторых, вытеснение с мировых рынков европейских производителей компаниями, локализованными в Юго-Восточной Азии, прежде всего в Китае. Это обуславливает появление дефицитов торговых балансов и счётов текущих операций у большинства европейских стран с этим регионом. А покрытие этих дефицитов осуществляется за счёт увеличения заимствований, в том числе нарастания государственных долгов, поскольку сокращает доходную базу государственных бюджетов и в то же время увеличивает его расходную часть в связи с ростом социальных расходов на поддержание растущей армии безработных.

Угроза существованию еврозоны и Евросоюзу в целом исходит не только из того, что кризис суверенных долгов подрывает доверие субъектов мировой экономики к евро и финансовым институтам Еврозоны. Наращивание долгов перед финансовыми организациями самого объединения и во многом бесперспективность их возврата (в случае Греции) означает, что Евросоюз постепенно и против своей воли сползает к такой системе финансовой поддержки аутсайдеров еврозоны, которая может быть охарактеризована как безвозмездное финансирование. Но это порождает недовольство у населения тех стран, которые являются донорами, осуществляют взносы в Европейский стабилизационный механизм, но не пользуются его займами в связи с отсутствием чрезмерных финансовых дисбалансов. К таким странам относится и Германия, и Финляндия, и Нидерланды, и некоторые другие высокоразвитые государства Европы. На этой основе появляются уже и на уровне официальных лиц заявления о возможности исключения Греции из еврозоны. Альтернатива исключения - продолжение политики финансовой подпитки Греции, провоцирует возникновение опасности того, что в перспективе уже некоторые страны-доноры возможно будут вынуждены прийти к заключению о необходимости выхода из организации.

Угроза распада становится тем более реальной, что экономические проблемы дополняются политическими: в регионе всё более набирают обороты национализм и автаркические тенденции. Разрушительна неконтролируемая иммиграция; мощ-

1 См., например: Долговой кризис в ЕС и перспективы евро / Под ред. А.И. Бажана/ Доклады Института Европы № 276. - М.: 2012. - С. 25-33.

А также: Большая Европа. Идеи, реальность, перспективы / Под общей редакцией Ал. А. Громыко и В.П. Фёдорова//М.: Весь Мир,- 2014. - С. 265-277.

ный непрекращающийся миграционный поток, берущий начало в Африке и на Ближнем Востоке, наносит всё более сильные удары по европейскому единству и европейской стабильности.

Евросоюз пытается смягчить долговой кризис, применяя комплекс мер. Среди этих мер используются, в частности, и возможности ЕЦБ. Банк в результате превращается в своеобразный институт поддержки стран с высокой долговой нагрузкой. Эта поддержка осуществляется одновременно с проведением в еврозоне политики количественных смягчений. Дело в том, что низкие процентные ставки цдут на пользу в первую очередь странам с большим уровнем государственного долга, так как позволяет им обслуживать долг с меньшими издержками, что для таких государств имеет немаловажное значение.

Но ЕЦБ облегчает положение стран-должников не только таким способом. Одним из инструментов количественных смягчений служит покупка ЕЦБ государственных облигаций стран валютного объединения на вторичном рынке. Эта мера имеет двойное назначение. Она не только позволяет вливать в обращение дополнительную ликвидность, что обеспечивает низкие процентные ставки по кредитам и займам, но и уменьшает риски дефолта тех государств, чьи облигации приобретает Центральный банк, ибо последний, действующий в интересах всего объединения, заинтересован в недопущении дефолта. В этом втором случае ЕЦБ предстает в определённой мере как организация, подобная европейскому стабилизационному механизму, замедляя наступление состояния неплатежеспособности и беря на себя риски невозврата займов.

ЕЦБ начал приобретать государственные ценные бумаги с 2011 г. Новая масштабная программа этих операций была принята в январе 2015 г., что предполагает покупки в объёме 60 млрд евро в месяц до сентября 2016 г., пока уровень инфляции не приблизится к 2%. Таким образом планируется насытить экономику деньгами на сумму около 1140 млрд евро. Если это произойдёт, то прирост денежной массы только за счёт данного фактора достигнет приблизительно 10%, ибо её объём (М2) на конец 2015 г. составлял немногим более 10 трлн евро1.

Не все члены руководства Европейского центрального банка поддержали Программу покупки государственных облигаций. В частности, резкой критике её подверг представитель Германии, член Управляющего совета ЕЦБ и президент Бундес-банка Йене Вайдман . Дело в том, что так же, как и использование европейского стабилизационного механизма, деятельность ЕЦБ по скупке государственных ценных бумаг несёт отпечаток противоречий между сильными странами зоны (Севера Европы), способными без труда расплачиваться по своим долгам, не допускать ситуаций, в которых доверие инвесторов к их обязательствам падает, и южными странами региона, уровень долгов которых приближается к критической отметке. Для первых скупка обязательств представляется ненужной в силу отсутствия острых долговых проблем и даже нежелательной, поскольку они по существу принимают на себя часть рисков невозврата долга, ведь задолженность возрастает перед общим институтом ЕС.

Массовая покупка облигаций и низкие процентные ставки имеют и другой недостаток. Такие операции и ставки не стимулируют периферийные страны к соблюдению финансовой дисциплины, оперативному и рациональному принятию решений по сокращению долга, который, по существу, при поддержке ЕЦБ, а также за счёт

1 ECB. Monetary statistics. URL: http://sdw.ecb.europa.eu/servlet/desis?node=1000003478

2 Вайдман Й.: ЕЦБ не должен копировать действия ФРС США. Вести (экономика), 5 декабря 2014 г. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/50383/

дешевых кредитов банковской системы, может долгое время нарастать, неся всё возрастающие угрозы и риски для финансовых институтов валютного объединения.

Список литературы

Большая Европа. Идеи, реальность, перспективы (2014) /Под общей редакцией Ал. А. Громыко и В.П. Фёдорова//М.:Весь Мир.

Буторииа О.В. (2014) К проблеме асимметрии в валютно-финансовой системе еврозоны // Деньги и кредит. - №2. С. 61.

Вайдман Йене: ЕЦБ не должен копировать действия ФРС США. Вести (экономика), 5 декабря 2014. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/50383/

Дойче банк предрекает исход капитала из Европы. Финансовая служба, 10 марта 2015 г. URL: http://www.forexpf.ru/news/2015/03/10/auok-deutsche-bank-predrekaet-iskhod-kapitala-iz-evropy.html.

ЕЦБ.Денежная статистика, 2015. URL: http://sdw.ecb.europa.eu/servlet/desis?node=1000003478.

Евростат: новые публикации евроиндекаторов, 30 января 2015. Url: http://ec.europa.eu/eurostat/documents/2995521/6581740/2-30012015-BP-EN.pdf.

Иностранные банки: тенденции, влияние и финансовая стабильность. Рабочие материалы МВФ, январь 2012.

Кёре Бенуа: сделаем больше для повышения инфляции. Вести (экономика), 6 июля 2015 г. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/59655.

Усоскин В.М. (2015) Антикризисная полигика центральных банков в 2007-2014 годах: цели, особенности, результаты I/Деньги и кредит. - №6. С. 26.

References

Bol'shaja Evropa. Idei, real'nost', perspektivy (2014) /Pod obshhej redakciej Al. A. Gromyko i V.P. Fjodorova// M.: Ves' Mir.

Butorina O.V. (2014) K probleme asimmetrii v valjutno-finansovoj sisteme evrozony // Den'gi ikredit. -№2. S. 61.

Vajdman Jens: ECB ne dolzhen kopirovat' dejstvija FRS SShA. Vesti (jekonomika), 5 dekabrja 2014. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/50383/

Dojche bank predrekaet ishod kapitala iz Evropy. Finansovaja sluzhba, 10 marta 2015 g. URL: http://www.forexpf.ru/news/2015/03/10/auok-deutsche-bank-predrekaet-iskhod-kapitala-iz-evropy.html.

ECB. Denezhnaja statistika, 2015. URL: http://sdw.ecb.europa.eu/servlet/desis?node=1000003478.

Evrostat: novye publikacii evroindekatorov, 30 janvarja 2015. Url: http://ec.europa.eu/eurostat/documents/2995521/6581740/2-30012015-BP-EN.pdf.

Inostrannye banki: tendencii, vlijanie i finansovaja stabil'nost'. Rabochie materialy MVF, janvar' 2012.

Kjore Benua: sdelaem bol'she dlja povyshenija infljacii. Vesti (Jekonomika), 6 ijulja 2015 g. URL: http://www.vestifinance.ru/articles/59655.

Usoskin V.M. (2015) Antikrizisnaja politika central'nyh bankov v 2007-2014 godah: celi, oso-bennosti, rezul'taty // Den'gi i kredit. - №6. S. 26.

European Central Bank in conditions of financial crisis

Authors. Bazhan A.I Head of the Center for Economic Studies, Institute of Europe, Russian Academy of Sciences. Address: 11-3, Mokhovaya Str., Moscow, Russia, 125009. E-mail: aibazhan@bk.ru

Gusev K.N., Candidate of Sciences (Economics), Deputy Head of Department of Economic Studies, Institute of Europe, Russian Academy of Sciences. Address: 11-3, Mokhovaya Str., Moscow, Russia, 125009. E-mail: banks-europe@mail.ru

Abstract. The article analyses the evolution of ECB monetary policy during the financial crisis that affected the member-states and the EU as a whole. The authors discuss the reasons for choosing the quantitative easing policy with which the ECB tries to solve two problems at once: fighting deflation to stimulate the economic growth and preventing defaults of the euro zone members, the most seriously affected by the sovereign debt crisis. Drawbacks and contradictions of the strategy are also discussed.

Key words. Eurozone, crisis, monetary policy, contradictions, quantitative easing, deflation, inflation, sovereign debt, interest rates.

DOI: http ://dx.doi.org/10.15211/soveurop e32016100110