Семантико-стилистические особенности глаголов распоряжения в деловом языке XVIII В. (на материале забайкальской деловой письменности)

УДК 81'37

В.А. Цыбикова

Семантико-стилистические особенности глаголов распоряжения в деловом языке XVIII в.

Рассматриваются особенности употребления глаголов распоряжения в языке деловой письменности XVIII в. Семантикостилистические особенности глаголов выявляются в зависимости от жанровой специфики, речевой ситуации, образа автора и адресата.

Ключевые слова: деловой язык XVIII в., жанры деловой письменности, глаголы распоряжения.

V.A.Tsybikova

Semantic and Stylistic Features of the Verbs of Order in the Official Register of the XVIIIth Century

The article considers the features of using the verbs of order in the official register of the XVIII century. The semantic and stylistic features of verbs are identified, depending on genre specific character, speech situation, the image of the author and the addressee.

Keywords: official register of the XVIIIth century, genres of business documentation, verbs of order.

Памятники деловой письменности XVIII в. предоставляют широкие возможности для изучения формирования лексических норм русского национального языка. Большой интерес, в частности, представляют распорядительные документы этого периода. В силу своей жанровой специфики они содержат разнообразные языковые средства выражения приказа, предписания, требования, просьбы, рекомендации, присяги и т.п.

В русском языке XVIII в. широко употребительными были слова-синонимы со значением распоряжения - приказывать, велеть, предписывать, наказывать, требовать и др. Эти глаголы с теми или иными семантическими, стилистическими оттенками можно встретить в письменных текстах самых разнообразных жанров. Однако их семантико-стилистические различия формируются и наиболее наглядно отражаются в памятниках определенного функционального предназначения, определенной тематики и сферы функционирования.

Актуальным представляется анализ употребления таких глаголов в деловом языке XVII в., поскольку именно в нем прослеживается процесс интенсивного становления лексических норм национального языка. Исследование се-мантико-стилистических различий лексем со значением распоряжения предполагает, в первую очередь, учет особенностей жанров деловой письменности.

Проблема классификации памятников деловой письменности донационального и национального периодов освещалась в трудах отечественных исследователей: Волкова (1974), Го-родиловой (2003), Качалкина (1988), Коткова (1980), Майорова (2006) и др. [1; 2; 3; 4; 5]. К

распорядительным документам XVIII в. ученые относят указы, приказы, инструкции, ордера, извещения, промемории и др.

Указ - вид официально-делового акта, содержащий распоряжение вышестоящей инстанции для нижестоящей. Это письменное предписание, которое издавалось по конкретным вопросам и затрагивало интересы отдельного человека [6, с. 257].

Приказ - это правовой акт, издаваемый органом государственного управления в целях разрешения основных и оперативных задач, стоящих перед данным органом [6, с. 257]. В отличие от указов этот вид распорядительной документации, как правило, составлялся без ссылок на инициативный документ. Другой отличительной чертой приказа являлось то, что он всегда адресовался конкретному должностному лицу [5, 33].

Прошение - вид официально-делового акта, используемый для обращения населения к властям и содержащий письменное ходатайство по официально установленной форме. Это многофункциональный жанр деловой письменности XVIII в., близкий современному жанру заявления. Необходимо отметить, что прошения стали известны только во второй половине столетия и являлись по своей функциональной направленности частноправовыми документами, дублировавшими челобитные. Прошения адресовались в местные органы (земской суд, городовой магистрат и т.п.) с просьбой о решении личных или мелких общественных дел.

Предложение - вид актов в документной системе конца XVIII в., выражающих просьбу, рекомендацию или предписание кого-либо сде-

лать, выполнить что-либо или заняться чем-либо. Такое определение указывает на разный уровень императивности в документах этого жанра: это может быть призыв удовлетворить какие-либо нужды, смягченная форма совета, пожелания или официальное распоряжение.

Промемория - письменное деловое письмо XVIII в., используемое для сношения между равными по социальному статусу учреждениями и должностными лицами и передающее адресату информацию, полученную автором из других письменных источников. Термин «промемория» стал употребляться для обозначения письменного делового сообщения в документоведении XVIII в. вместо названий память, записка.

Доношение - распространенный деловой документ XVIII в., являющийся письменным официальным сообщением каких-либо сведений вышестоящему учреждению или должностному лицу и содержащий просьбу.

Рапорт (репорт) - документ, составляемый нижестоящим учреждением для вышестоящего или внутри учреждения лицом подчиненным и содержащий просьбу, доклад, сообщение о выполнении поручения или взятых на себя обязательств. Необходимо отметить двойственность этого документного жанра: первая разновидность является документом отчетного характера, вторая - документом, содержащим просьбу. Назовем эти две разновидности рапорт-отчет и рапорт-просьба. Именно рапорт-просьба по модальности и формальным признакам близок прошениями и доношениями.

Документные жанры рассматриваемой группы объединены общей коммуникативной направленностью - побудить адресата к совершению каких-либо действий. В зависимости от жанра документа у глаголов со значением распоряжения выявляются семантико-

стилистические оттенки категорического/некатегорического предписания, официального/бытового распоряжения. При этом в памятниках забайкальской деловой письменности активно употребляются только три глагола -велеть, приказать/приказывать и предписать/предписывать. Коммуникативная цель определяет специфику модальности языка документов, которая связана с выражением побуждения к действию и направлена на изменение некоторого положения дел в будущем.

Так, глагол велеть в документах распорядительного характера (в основном в указах) устойчиво используется в значении официального распоряжения: в указе Его Императорского Величества ис Тоболска от великого гдсна пре-освщенного Антония митрополита тоболского

и сибирского велено переписать по сколку ... (ПЗДП, 1, 1725); послать доброго толмача которому велеть говорить пристойным образом дабы вышепомянутых взятых у означенного брацкого десять лошадей отдали в Россиискую империю без задержания (ПЗДП, 2, 1730); велено о сыску оных беглецовъ здесь и в подчиненных канцелярии главного заводовъ правления командах с прописанием росту и непременных при-метъ публиковать и сыскивать во всехъ коман-дахъ накрепко (ПЗДП, 3, 1741, из указа); послать сеи указъ и велеть о показанном Жити-хине <...> выправит[ь]ся... (ПЗДП, 4, 1776, из указа); по указу Ея Императорскаго Величества и по определению здешнеи канцеляріи велено о том утопшем Жаравине к сведению во оную Селенгинскую ратушу сообщить (ПЗДП, 33, 1778, из промемории); - Староста велелъ ему явит[ь]ся в Тарбагатайской приказной избе сказавъ что ево держать топерь нелзя (НАРБ, ф. 783, 1783, из допросных речей).

В то же время в документах другой функциональной предназначенности этот глагол встречается со значениями: а) бытового приказа

- И онъ тогда велелъ хозяйке ставит[ь] на столъ шарбы а я сказалъ ему что ужинат[ь] не хочу (НАРБ, ф. 20, 1792, из сообщения); И онъ Вяткинъ <...> началъ необычно харчат[ь] и появилас у него кров[ь] чего ради видя я такую неистовую причину и велел жене своей до-быт[ь] огня (НАРБ, ф. 88, 1769, из допроса); А поутру и те досталные <деньги> вынявъ изъ за чюлка в тулунчике оной ли жене своей в руки отдалъ и велел ей спрятать или бросил на подволоку того будучи уже от страху и в робости <..> не упомнитъ (НАРБ, ф. 783, 1785, из допросных речей); Отдалъ ей Марфе днгъ четыре монета серебряныхъ ис коихъ велелъ одинъ мо-нетъ обменить (НАРБ, ф. 783, 1785, из допросных речей);

б) «заставлять что-либо делать» - Зайсан Убашей велелъ под полами и на вышкэ землю копати да пожитки искати (НАРБ, ф. 1092,

1796, из допроса); Плюнул де мне в глаза и при том бранил всячески коего де я толко ударил раза три плетью, и велелъ протолкать коего де бывшие тут братские и увели (ПЗДП, 31, 1766, из промемории); Научая ево напоил пьяного и велелъ показать на крестьянина Александра Зарубина <... > якобы запрещает ему тот Зару-бинъ показывать о рудах (НАРБ, ф. 88, 1767, из допросных речей); - Какъ онъ от них отпирается под видом что муж велелъ ей отдать (НАРБ, ф. 88, 1781, из допросных речей); Велели ево Судакова сохватать и стращали что де тебя застегаем батожьемъ всмерть (НАРБ,

ф. 10, 1735, из допросных речей);

в) «запрещать (с отрицанием)» - И в пути по лесамъ и ягодъ ясти не велели (НАРБ, ф. 10, 1735, из допросных речей).

В XVIII в. значение официального приказа у синонима приказать/приказывать еще только формируется: неслучайно он употребляется в документах различных жанров шире, чем глагол велеть. Однако императивная категоричность в семантике глагола приказать/приказывать присутствует всегда: Верхнеудинской городовой ма-гистратъ безотговорочно приказали об осрочке в казну пошлинных денегъ верить (ПЗДП, 102,

1797, из протокола); Бригадиръ приказал на кормъ тунгусамъ в пути до Иркуцка выдать кормовых денегъ (НАРБ, ф. 88, 1797, из прошения); Симъ поступком со обоих сторон право челобитя было потеряно, то присудствующим приказано им было помирится и помирилис, после чего им выговоръ учиненъ былъ (ПЗДП, 58, 1783, из репорта); Ваше превосходительство прошу от обитчиков защитить и взятых на-силно лошадей приказать отобрать (ПЗДП, 86, 1785, из просьбы).

Глагол предписать/предписывать выступает со значением «приказывать, отдать письменный приказ о чем-нибудь» и употребляется так же, как и глаголы велеть и приказать, в 3 лице ед./мн. ч. в форме страдательного причастия и инфинитива: Указом предписано что все безъ изятия чины носили во всякое время положен-нои мундир (ПЗДП, 13, 1798, из извещения); Его Император'скаго Величества указомъ предпи-сываетъ о прйходе расходе и об осьтатке де-нежнои казны й провйанта ведомостям пока-зывано было на каждом могазеине (ПЗДП, 25,

1798, из ордера).

Главное его отличие от глаголов приказывать и велеть заключается в том, что предписывать может употребляться перформативно: Предписываю тебе книгй о приходе и расходе с документами отъ оных впредь в узаконенное время представлять (ПЗДП, 26, 1798, из ордера); Я тебе главному шуленге предписываю для договора выслать поверенных йли зделать сна-рядъ людей с лошадми на смену караулных братских й по исполънеми сего вскорости мне донести (ПЗДП, 18, 1796, из приказа).

Существует еще ряд отличий в функционировании данных глаголов. Глагол приказать употребляется в неопределенно-личной форме, а велеть - в безличной форме, выраженной кратким страдательным причастием ср.р. (велено). Употребление велеть в такой форме является яркой стилеобразующей чертой делового языка того периода.

Глаголы приказать и велеть могут употребляться в одном и том же контексте: Приказали Кабанской земской избе послать сей указъ и велеть указомъ с получении сего указа исполнение учинить чрезъ три дни (НАРБ, ф. 20, 1796, из указа); Приказали тебе нарочнопосланному За-глубоцкому дать сей Ея Императорскаго Величества открытой указъ и велеть следовать вверхъ по Селенге реке и означеннаго мещанина Малафеева сыскать и по сыску сумму 10 рублей с него взыскать представить в сей магистрат (НАРБ, ф. 20, 1796, из указа); Приказали тебе нарочнопосланному Вернигину дать сей указъ и велеть следовать внизъ по Селенге реке Воро-фалову деревне и по прибытии во оное означен-наго мещанина Горбова сыскать и 8 рублей взыскать и представить в сей магистрат (НАРБ, ф. 20, 1796, из указа); Приказали тебе Чайкину дать сей открытый указъ и велеть следовать до оной реки и сыскать тамъ верхнеудинского цеха-вого Ивана Иванова (НАРБ, ф. 20, 1797, из указа).

Такое употребление глаголов наиболее четко выявляет их семантико-стилистические различия. Прежде всего анализ лексической сочетаемости глаголов показывает, что приказать/приказывать регулярно управляет существительным со значением лица или личным местоимением (приказали тебе). С точки зрения семантики это свидетельствует о том, что лексема приказать/приказывать характеризует действие распоряжения, всегда адресованного конкретному лицу. Лингвопрагматический аспект значения в этом случае обнаруживает, что приказать/приказывать как социально ориентированный глагол выступает со значением официального распоряжения, исходящего от вышестоящего лица нижестоящему.

Рассмотрим семантику глагола велеть в тех же трех аспектах. В синтагматике данного глагола обнаруживается отличительная черта, которая указывает на его сочетаемость с инфинитивом (велеть указ учинить, велеть сыскать, велеть следовать) при отсутствии конкретного адресата действия. В семантическом плане глагол велеть делает акцент на содержании приказа, а не на адресате распоряжения, как глагол приказать/приказывать. Сочетание глагола велеть с инфинитивом подчеркивает те действия, которые подлежат исполнению в рамках отдаваемого распоряжения.

Прагматический смысл глагола велеть связан с речевой ситуацией, которая представлена в деловом документе соответствующего жанра и соответствующей тематики (указе, промемории, инструкции, определении и т.п.). В частности, субъект и адресат распоряжения в таких доку-

ментах выступают не как актанты при глаголе велеть, но как самостоятельные элементы в структуре документа. При этом следует подчеркнуть, что в речевой ситуации официального приказа носителем той воли, которая воплощается в распоряжении, является не отдельный человек, а какое-либо ведомство, учреждение. Данные участники речевой ситуации практически всегда называются отдельно, например, в обязательных реквизитах начальной формулы обращения в указе или промемории: указъ ис канцелярии главного заводовъ правления Нер-чинскому горному началству - из указа (ПЗДП, 3, 1741); из канцелярии правления пограничных дел якуцкого полку капралу Василью Митяшеву

- из инструкции (ПЗДП, 10, 1754); из Селенгин-ской воевоцкой канцелярии в Селенгинскую ратушу - из промемории (ПЗДП, 30, 1766). Иначе говоря, субъект и адресат распоряжения представляют собой пресуппозитивный компонент для семантики слова велеть, в анализируемом значении которого главным семантическим признаком является указание на содержание распорядительного документа, на характер тех действий, которые надлежит осуществить.

Иначе дело обстоит с употреблением данного глагола в других жанрах деловой письменности и других значениях. Так, в значении «бытового» приказа, когда участники речевого акта равны по своему социальному положению, у глаголов велеть, предписать конкретизируется образ адресата, выраженный существительным со значением лица или личным местоимением в дательном падеже: Чтоб те денги не могли потерятся велелъ мне Кропивинъ их взять (НАРБ, ф. 20, 1772, из допросных речей); и онъ тогда велелъ хозяйке ставит [ь] на столъ шарбы а я сказалъ ему что ужинат[ь] не хочу (НАРБ, ф. 20, 1792, из

сообщения). Предписываю я тебе книги о приходе и расходе денегъ провианта фуража в указанное время представлять (ПЗДП, 27, 1798, из ордера).

Таким образом, глаголы приказать/приказывать, велеть, предписать/предписывать в деловом языке XVIII в. употреблялись преимущественно со значением официального приказа. Актуальность реализации этого значения обусловливается спецификой речевой ситуации, отражаемой в текстах деловой письменности того периода, участники которой всегда находились между собой в определенных официальных отношениях и исполняли отведенные им социальные роли, должностные обязанности.

Глаголы приказать/приказывать и велеть в этих значениях обнаруживают некоторые се-мантико-стилистические различия. В семантике глагола приказать/приказывать распоряжение всегда адресовано конкретному исполнителю приказа, что выражается сочетанием глагола с существительным со значением лица или личным местоимением в дательном падеже. Глагол велеть, выступая со значением официального приказа в распорядительных документах, содержит семантический оттенок указания на характер действий, подлежащих исполнению. Это проявляется в сочетании глагола с инфинитивом. Употребление глагола велеть в форме краткого страдательного причастия среднего рода является стилеобразующей чертой делового языка.

Приказать/приказывать и велеть за пределами жанров распорядительной документации могут иметь значение неофициального, «бытового» приказа. Реализация этого значения для глагола велеть предопределяет его сочетание с существительным со значением лица или личным местоимением в дательном падеже, обозначающим адресата действия.

Литература

1. Волков С.С. Лексика русских челобитных XVII в. Формуляр, традиционные этикетные и стилевые средства. - Л., 1974.

2. Городилова Л.М. Деловая письменность приенисейской Сибири XVII в. как источник региональной исторической лексикографии. - Хабаровск, 2003.

3. Качалкин А.Н. Жанры русского документа допетровской эпохи в историко-лингвистическом и источниковедческом освещении: в 2 ч. - М., 1988.

4. Котков С.И. Лингвистическое источниковедение и история русского языка. - М., 1980.

5. Майоров А.П. Очерки лексики региональной деловой письменности XVIII века. - М., 2006.

6. Косов А.Г. Корпус жанров и жанровые соотношения деловых документов конца XVIII века // Русский язык как фактор стабильности государства и нравственного здоровья нации: материалы и труды II Всерос. науч.-практ. конф. - Тюмень, 2010. - Ч. 1.

Источники

НАРБ - Национальный архив Республики Бурятия.

ПЗДП - Памятники забайкальской деловой письменности XVIII в. / под ред. А.П. Майорова / сост. А.П. Майоров, С.В. Русанова. - Улан-Удэ, 2005.

Цыбикова Вера Александровна, аспирант кафедры общего и исторического языкознания Бурятского государственного университета.

Tsybikova Vera Alexandrovna, postgraduate student, department of general and historical linguistics, Buryat State University.

Тел.: +79148369998; e-mail: tsybikova.vera@mail.ru

6З