«Мы не инструмент коммерческого продвижения или раскрутки»

Фестиваль «Старый новый рок» с 2000 года проходит на разных площадках Екатеринбурга. В нем принимает участие порядка 30 музыкальных групп и 3–5 тыс. зрителей. Директор фестиваля Евгений Горенбург рассказал, почему этот проект важен для региона и каким он видит его будущее.

1 / 2

— Как и почему появился «Старый новый рок»?

— История создания фестиваля хороша тем, что специально никто ничего не создавал. Первый фестиваль прошел в 2000 году в ТЮЗе. Презентация «Школьного альбома» нашей группы «ТОП» дала ему толчок. На следующий год участники концерта решили не только вновь собраться вместе, но и пригласить на сцену больше своих друзей. И когда спустя несколько лет вместе с нами выступило около 20 музыкальных коллективов, создался фестиваль. Кроме того, так совпало, что в год презентации первого альбома мне исполнялось 40 лет. А раз день рождения у меня в старый новый год, то и фестиваль получил название «Старый новый рок». Фестиваль не планировался как некое коммерческое мероприятие. Теперь это событие стало традицией, многие знают о нас, многие к нам обращаются. Но мы точно декларируем, что мы не инструмент коммерческого продвижения или раскрутки. Мы просто собираемся вместе и обмениваемся энергетикой и творчеством.

— Почему было решено приглашать начинающих музыкантов? Как происходит их отбор для участия в фестивале?

— На нашем официальном сайте есть правило подачи заявки, к ней прикладывается демо-версия песни. Поскольку у нас в экспертном совете собрались люди немолодые, поэтому мы ищем песню, которая найдет и в музыке, и в тексте душевный отклик. Обычно набирается 300–400 желающих выступить команд. Все «демо» прослушивает экспертный совет, в который входят помимо меня Алексей Хоменко (экс-«Наутилус Помпилиус»), Вадим Самойлов («Агата Кристи»), Владимир Шахрин, Владимир Бегунов («Чайф»), Владимир Елизаров (студия звукозаписи «SVE-Records»), Михаил Симаков («Апрельский марш»).

У нас есть система прослушивания и есть система отборочных концертов, которые чуть-чуть помогают отобрать достойных. Если у нас нет уверенности в способностях музыканта, мы запрашиваем дополнительную концертную видеосъемку помимо песни, потому что выпускать неподготовленных людей на народ — это двойная травма. Как для зрителей, так и для музыканта, написавшего достойный материал, но не сумевшего его донести до слушателей.

— Сколько стоит проведение фестиваля и из каких источников он финансируется?

— Его бюджет составляет 6-7 млн рублей. Это деньги спонсоров, в частности, в последние годы нас поддерживает Фонд Ельцина. Не могу не констатировать, что за последний год существования фестиваля региональные власти обратили на него благосклонное внимание и оказали нам финансовую поддержку, что позволило нам на площади 1905 года 17 августа этого года собрать более 300 тыс. человек.

— Нужно как-то увековечить бренд «свердловского рока»?

— А зачем? Я считаю, что у Урала три основных бренда: это граница Европа-Азия, уральская металлургия и уральский рок. Если это нечто живое, то оно и без нас будет жить и развиваться.