Уроки Русского

Свое 125-летие Русский музей отмечает пустыми залами — коронавирус не лучший антураж для юбилея. Но, наверное, сейчас самое время задуматься, каким может быть национальный музей.

Русский музей хранит имперское величие и открыт для всех

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ / купить фото

К нынешнему юбилею Русский музей оброс огромными владениями. Помимо всем известного бело-желтого классицистического Михайловского дворца с корпусом Бенуа — еще один замок, три дворца, три сада и Домик Петра I. Мощь, величие и огромные деньги, чтобы все содержать. И скандалы. Если восстанавливать, то в каком стиле — это привычные перманентные волнения. Были и громкие истории — решили подправить и дополнить памятник федерального значения. Но администрация музея проиграла суд сотрудникам, и дополнять ничего не стали. Такого ни один музей не припомнит.

Тайны и пионеры

Летний сад, пожалуй, самая популярная площадка музея

Фото: Александр Петросян, Коммерсантъ

Разные эпохи и стили, разные зодчие. И дворцовые тайны, многие из которых еще не разгаданы. Михайловский дворец возведен Росси, с него музей и начинался, здесь основная экспозиция. Первым — в 1988 году — Русскому отошел Строгановский дворец на Невском, построенный Растрелли. Из дворца выехало военное ведомство, оставив интерьеры в плохом состоянии. Изящный барочный шедевр тогда вызывал много споров — как покрасить. В Ленинграде он был зелено-белым. Став частью Русского музея, превратился в бело-розовый торт. Во время реставрации в перекрытиях нашли походную раскладную кровать. Возможно, она принадлежала графу Александру Строганову, за которым лакеи носили кровать и ставили в том зале, который указывал барин. Сейчас здесь можно посмотреть интерьеры, хотя реставрация продолжается. В Мраморном дворце, построенном Ринальди, в советскую эпоху был Музей революции, лучших школьников там принимали в пионеры, загадочными красными огнями переливался макет, изображающий штурм Зимнего. На постаменте во дворе стоял броневик Ленина. В 1992-м здание передали Русскому музею. Интерьерам повезло, здесь даже сохранились в нетронутом виде покои великого князя Константина Романова, писавшего под псевдонимом КР. Теперь в Мраморном показывают коллекции братьев Ржевских и супругов Людвиг. Этот дворец особенно любим ныне здравствующими творцами. Здесь выставляют их произведения, преимущественно актуальное искусство, объекты, художественные хулиганства. Это специализация Мраморного. Место сосланного броневика занял монумент Александра III скульптора Паоло Трубецкого. Музей спас этот памятник — в советское время императора хранили в одном из двориков, и знали о нем только посвященные.

Михайловский замок, который еще называют Инженерным, был построен Баженовым и Бренна для Павла I. Император принимал участие в проекте — вокруг замка были вырыты каналы, и весь он вышел каким- то зловещим.

Покрасили его в сложно-красный, это был цвет перчаток фаворитки императора Лопухиной. В этом же замке несчастного Павла и убили. Окно комнаты, где случилось страшное, испокон веков завешено тканью. Замок передавали Русскому по частям в 1990-х годах, он частично еще реставрируется. Недавно обнаружили потайную лестницу, которая вела из спальни Павла в покои фаворитки. Почему в роковую ночь он не воспользовался этим потайным ходом — еще одна дворцовая тайна. В Михайловском замке выставлены подлинные скульптуры Летнего сада, которые пришлось заменить в самом саду на копии. Периодически здесь бывают классические выставки. В 2019-м в замке открыли после реставрации церковь Архангела Михаила, почти сразу заговорили о том, не перенести ли туда ценнейшую икону XII века из собрания музея «Ангел Златые власы». Это была идея одного православного мецената. Музейщики возмутились, Ангел остался в экспозиции Михайловского дворца.

Вначале был музеум

Казаки пишут, публика идет, а музей хранит свои тайны

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

Музей открылся для публики 19 марта (по новому стилю) 1898 года. Столетие этого события широко праздновалось в 1998 году. Нынче отмечают другую дату — 25 апреля, в этот день вышел указ Николая II о создании «Русского музея Александра III». Почему акцент сместился именно в сторону указа, можно только догадываться. 25 апреля день рождения Владимира Гусева, он стал первым директором Русского музея, которого не назначило министерство, а единогласно выбрал коллектив. Это случилось в июне 1988 года. Гусев сделал много. Помимо реставрации дворцов были эпохальные выставки, реабилитация прежде забытого искусства, открытие новых имен. Приобретение коллекций, из которых самая последняя по времени коллекция Нины Суетиной, а ее составляют работы Малевича и его учеников. Владимир Гусев открыл клуб «Друзей Русского музея», меценаты помогают покупать произведения искусства и реставрировать их. При Гусеве возникли виртуальные версии музея по всему миру, а в испанской Малаге в 2015-м открылся филиал настоящий, в здании бывшей табачной фабрики. Здесь преимущественно показывают авангард — то, что ценят на Западе. А еще ГРМ — это единственный методический центр в стране, связанный с музеями региональными.

Русский начался с коллекции самого Александра III. Царь ввел моду на русский стиль, собирал национальное искусство. И музей, созданный по указу Николая II, стал лучшим памятником его отцу. Здесь слились воедино сразу же много коллекций, по мнению Гусева, музей создавала вся страна и коллекции тут были маленькие и большие, собрания аристократов, купцов, разночинцев.

Странноватый путешественник Павел Свиньин много раньше открыл в своем доме Русский музеум и, выходя в халате на Михайловскую площадь столицы, зазывал прохожих посмотреть его редкости.

Свиньин разорился, часть его собрания отошла Музею Александра III. А еще пожертвовала шедевры покровительница мирискусников княгиня Тенишева, и князья Лобановы-Ростовские, и крупнейший исследователь древнерусской истории Николай Лихачев. Иконами из его коллекции и начинается экспозиция, выстроенная в хронологическом порядке.

«Заседание Госсовета» Репина — один из символов Русского

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

В Русском самое полное собрание национального искусства — представлены все эпохи, направления, школы и имена. Но основная экспозиция все время менялась, колебалась. В зависимости от идеологии, а потом и моды. Академисты, передвижники — их работы висели на постоянной экспозиции всегда. Это было незыблемо. «Последний день Помпеи», а заодно прекрасные черноглазые дамы Брюллова, все как одна похожие на Самойлову, его тайную страсть. Гениальный Федотов, остроумный и тонкий художник. В Академии художеств на вступительном экзамене в 1970-х попросили абитуриента описать картину Павла Федотова «Анкор, еще анкор». Молодой человек уверенно заявил, что в образе офицера предстает царская Россия, а в образе пуделя — загнанный народ. Ну и, конечно, все эти полотна, которые мы знаем по репродукциям в учебниках и советском «Огоньке». Репинские бурлаки и запорожцы, суриковский Стенька Разин, Перов с его несчастными полуголодными бобылями и упитанными настоятелями монастырей. Это все была критика, обличение царского строя. Дополняли экспозицию пейзажи — шишкинские сосны и левитановские плесы. Портреты деятелей искусств кисти Серова. Примерно тут была точка. Ни Врубеля, ни Сомова, никаких символистов, мирискусников, никакого «Бубнового валета». Все это было запрещено. Экспозиция после Серова сразу демонстрировала социалистический реализм, и в 1934-м возник отдел советского искусства.

И удивительно — вопреки мнению, что народное искусство отжило и никому не нужно, в 1937-м все-таки открыли такой отдел.

Эпоха Пушкарева

Василий Пушкарев был директором Русского музея 26 лет

Фото: «ГОЛД МЕДИУМ»

В 1951 году Русскому музею несказанно повезло. Его возглавил Василий Пушкарев, легендарный директор. На фронте Пушкарев потерял пальцы и не смог стать профессиональным художником. Как никто другой он «чувствовал» искусство, имел безошибочный вкус и любил новизну. Смелый и решительный, он умел перехитрить искусствоведов в штатском и партийных руководителей. Это была эпоха Пушкарева. Он прекрасно понимал ценность авангарда. Вдвоем с академиком Лихачевым они уговаривали вдову Казимира Малевича передать его наследие в Русский музей. Уговорили. Но потом началась мода дарить дружественным лидерам картины, бизнесмену Хаммеру решили преподнести как раз холст Малевича. Пушкарев в буквальном смысле спрятал картины великого супрематиста в чулане под замком, и, когда в фонды пришли люди министра Фурцевой, они не нашли Малевича. Потом много лет Пушкарев уговаривал сестру Павла Филонова передать наследие. Тоже уговорил. Пушкарев ездил за границу, знакомился с эмигрантами, покупал там. Так в музее оказались работы Серебряковой, Малявина и многое другое. Это были почти детективные истории. Пушкарев летел из Парижа с чемоданом холстов и рисунков. Для сопровождения он выбрал блондинку модельной внешности. Пока блондинка отвлекала таможенника, директор музея передвигал ногой чемодан с холстами и рисунками.

При Василии Пушкареве Русский музей заполучил 120 тысяч единиц хранения. Он был страстным инициатором экспедиций на Русский Север, сотрудники ехали описывать и привозить замечательные произведения древнерусского и народного искусства.

Самыми плодотворными были конец 1950-х и 1960-е годы. Но не стоит думать, что музейщики «вывозили» в Ленинград все лучшее. Как писала потом Вера Лаурина, заведующая отделом древнерусского искусства: «Это была работа по обследованию, регистрации и сбору памятников, большинство из которых передавалось на учет и под охрану районных органов, вывозились в местные музеи и ГРМ. Всего было выявлено свыше 4 тысяч произведений, из экспедиций в ГРМ поступило свыше 900 памятников». Это стараниями сотрудников, которые каждое лето ездили в экспедиции, появился музей в Петрозаводске. А в Русском в залах народного искусства стоит огромный конь-охлупень, такими украшают на Севере избы. Весит он больше настоящей лошади. Как тащили его хрупкие музейные барышни, можно только гадать. Уговорами, да и местной валютой.

Хитростью Пушкарев открыл выставку запрещенного Петрова-Водкина. Заместитель директора Евгения Петрова вспоминает: «Выставка висела, но долго ее не открывали. Цензура не позволяла». Когда открыли, очередь была от Невского проспекта, до этого не видели ни «Купания красного коня», ни «Петроградской Мадонны». Пушкарева в 1977 году сняли, для него все могло закончиться плохо, если бы он спешно не уехал в Москву. Эпоха Пушкарева в Русском закончилась. После него назначили партийную даму, которая всех устраивала.

Петрова-Водкина в Русский протащил Пушкарев

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

После перестройки авангард стали показывать все больше, популяризировать, возить выставки на Запад. Евгений Ковтун, который занимался авангардом и дружил с учениками Филонова, в застойные времена каким-то чудом не был уволен из музея, а теперь стал его гордостью. Авангард — наше все, и Малевич, Филонов, Кандинский потеснили остальных. После перестройки появился в музее и отдел новейших течений, это как раз актуальное искусство. Стали покупать работы современных, прежде непризнанных. Митьки, Тимур Новиков, Георгий Гурьянов. Есть сейчас в музее зальчик искусства сталинской эпохи с гигантской картиной любимого Сталиным Александра Герасимова. Открыт он был недавно без особой рекламы, как-то стыдливо. Недостаточно в постоянной экспозиции представлен суровый стиль, искусство 1970-х и 1980-х. Недавно в московском «Манеже» показывали картины и скульптуры, посвященные Великой Отечественной. Там была, например, выдающаяся картина Бориса Угарова «Ленинградка». Обычно ее не показывают — она в фондах ГРМ. Но, как говорится, о вкусах не спорят.

К полуюбилею в музее открыли выставку Александра III, сейчас ее можно увидеть лишь в виртуальном формате. Собираются сделать и гигантскую экспозицию во всех дворцах музея, посвященную именно дарителям. Сейчас сайт музея стали посещать чаще, заметно прибавилось любителей прекрасного из ближнего зарубежья. Музей придумал новый виртуальный формат — рассказывают о шедеврах не только из своего собрания, но также из дружественных провинциальных музеев. А пока в музее каждый день только охрана и климатологи. Музейщики отмечают, что для экспонатов неожиданный отдых очень полезен.