Искозакидательские настроения

Личинки бабочек в козинаках и болты в консервах — подобные потребительские истории по-прежнему будоражат ум, но все реже становятся основанием для судебных тяжб. Зато как на дрожжах растет бизнес тех, кто отстаивает интересы клиентов страховых компаний и банков. А теперь готовятся сорвать свой куш защитники прав туристов и потребителей услуг ЖКХ.

Защитники широкого профиля

По словам главы общества по защите прав потребителей "Общественный контроль" Михаила Аншакова, ежегодно в ОЗПП с жалобами обращаются почти 70 тыс. человек. И хотя основная часть жалоб по-прежнему приходится на некачественные товары (25% в продуктовых сетях и 20% — в магазинах электроники и бытовой техники), Аншаков констатирует: число желающих идти в суд из-за просроченного йогурта уменьшается с каждым днем. Статистика судебного департамента Верховного суда подтверждает: число исков о защите прав потребителей в 2012 году уменьшилось по сравнению с предыдущим годом на 32% — 195 тыс. исков в 2011-м против 287 тыс. в 2012 году.

Историй, которые буквально захватывают воображение, конечно, все еще немало. В августе широкий резонанс получила история судебного разбирательства москвички и Мамоновского рыбоконсервного комбината. Истица подала иск в суд на комбинат, утверждая, что нашла в рыбных консервах железный болт. По существу дело рассматривалось в Перовском суде Москвы, где суду в качестве доказательства была предъявлены, в частности, фотографии болта в соусе, лежащего на салфетке. В удовлетворении исковых требований в размере 1 млн руб. суд истице все-таки отказал. Этого можно было ожидать. Согласно исследованию "Экономика морального вреда: как это делается в России" Института стратегического анализа ФБК, за 2012 год общая сумма компенсаций морального вреда по делам о защите прав потребителей составила 14,4 млн руб. То есть в среднем по 1,7 тыс. руб. на каждого истца. Очевидно, что при таких призовых играть против компаний в судах решаются только те, кто готов делать это из спортивного интереса.

"Лоббистские возможности потребителей сведены к нулю",— говорит Аншаков, напоминая, что законодатели не стесняются делать подарки ритейлерам. В 2011 году был существенно расширен перечень товаров, которые нельзя просто так, без экспертизы, вернуть продавцу. "С 30% номенклатуры товаров этот перечень распространил свое действие почти на 75% товаров",— говорит Аншаков. Ситуацию с защитой прав потребителей мог бы изменить закон о коллективных исках. Но о нем который год только говорят. "В США, где существует институт коллективных исков, для защитников прав потребителей это масштабный бизнес. Были случаи, когда компании с миллиардными оборотами разорялись юридическими конторами",— говорит Аншаков.

Неудивительно, что и в самих сетевых магазинах угрозы в защитниках потребителей не видят. "Мы стараемся с ними активно работать. Внимательно изучаем претензии, которые поступают к нам",— сообщили "Деньгам" в "М.видео". "Мы не боимся ОЗПП, которые действительно занимаются общественным контролем. Мы всегда готовы с ними сотрудничать, у нас налажен диалог. Другое дело, что у нас есть печальный опыт общения с мошенниками, мимикрировавшими под общественников и просто вымогавшими деньги. Разумеется, мы опасаемся таких провокаций",— добавил руководитель управления по связям с общественностью X5 Retail Group Владимир Русанов.

ОЗПП хоть и общественная организация, но на юридических и экспертных услугах зарабатывает, по словам Аншакова, 25-30 млн руб. в год. Сейчас ставка делается на направление, с которым еще недавно понятие "защита прав потребителя" почти не ассоциировалось,— услуги ЖКХ. "Система ЖКХ у нас не то чтобы медленно, но верно разваливается. Число коммунальных аварий растет и будет расти. Во многих регионах расходы людей на ЖКХ становятся основной статьей семейного бюджета",— говорит Аншаков. И это только начало. Со следующего года на россиян переложат долги за "недоремонт" ЖКХ, которые, по разным оценкам, достигают 9-10 трлн руб.

"У нас уже есть пул компаний, которые консультируют ТСЖ, какие-то объединения по вопросам экономии расходов на ЖКХ",— говорит Аншаков. В перспективном сегменте защитники прав потребителей работают совместно, скажем, с энергоаудиторами. "На очевидно возникающих проблемах у потребителей у людей действительно вырастает неплохой бизнес",— замечает Аншаков. В делах, поддерживаемых ОЗПП, доля коммуналки — уже 15%, а еще недавно такого направления не было вообще.

Страховка от страховщика

"Как мы относимся к защитникам прав страхователей? Подонки они, конечно",— сказал мне в неофициальной беседе топ-менеджер крупной страховой компании. Эмоции объяснимы. В середине прошлого года постановлением Верховного суда РФ действие закона "О защите прав потребителей" было распространено и на страховщиков. И юристы повели своих подопечных в суды стройными рядами — ведь тема, в отличие от йогуртов и микроволновок, денежная. "Возникла целая индустрия посредников, которые, пользуясь юридической безграмотностью потерпевших, за копейки выкупают у них права требования и открыто обворовывают страховые компании",— говорит исполнительный директор СК МАКС Андрей Мартьянов.

Руководитель управления методологии обязательных видов страхования компании "АльфаСтрахование" Денис Макаров тоже считает ситуацию критической: "Динамика объема выплат по ОСАГО очень высокая. А самое сложное — убыточность перестала быть прогнозируемой. С прошлого года возник явный тренд: юридические компании стали подавать в суды не только по текущим убыткам, но и по делам прошлых лет, что окончательно усугубляет ситуацию в ОСАГО".

По оценкам страховщиков, в среднем юристы забирают себе около 30% суммы, присужденной решением суда. Николай Тюрников, гендиректор компании "Главстрахконтроль", президент Ассоциации защиты прав страхователей, говорит о гонорарах чуть более скромных — до 25%. По его словам, из общей суммы взысканий со страховых компаний в прошлом году (19,2 млрд руб.) юристам-посредникам досталось 4-5 млрд руб. Выручку "Главстрахконтроля" Тюрников не раскрывает, но говорит, что в 2012 году она выросла по сравнению с 2011-м на 370%.

Вал исков к страховщикам в прошлом году отмечен и статистикой судебного департамента Верховного суда РФ. "В 2012 году судами было рассмотрено 311 тыс. дел о взыскании страхового возмещения",— напоминает Тюрников, радуясь, что оказался одним из первых, кто угадал перспективнейший тренд. "Мы с партнером создали как отдельный проект "Главстрахконтроль" в феврале 2010 года. Я в прошлом — заместитель начальника юридического управления в "Ингосстрахе". Мой партнер возглавлял урегулирование розничных убытков в "АльфаСтраховании". То есть индустрию мы знали очень хорошо изнутри корпораций зла",— вспоминает он.

Тюрников рассказывает, что, когда его проект стартовал, в Москве только 55 отдельных юристов и адвокатских кабинетов занимались в числе прочего страховыми спорами. Специализирующейся на спорах со страховщиками конторы не было. Сейчас число конкурентов — юристов, которые ведут страховые споры в Москве, Тюрников оценивает примерно в 550. "В стране их уже тысячи. Но это нормальная цифра. В США количество независимых эджастеров более 7 тыс. (специалист по урегулированию страховых споров, англ.— public adjuster или insurance loss assessors.— "Деньги"). Если прибавить туда еще автоюристов, то вместе их десятки, а то и сотни тысяч".

Существует граница между рынком, где делают бизнес автоюристы, специализирующиеся больше на возвращении водительских прав, отобранных ГИБДД, и юристами, что судятся со страховыми компаниями, но эта граница довольно условна. И те и другие получают свои гонорары, отстаивая права клиентов в суде. Согласно статистике Верховного суда, в 2012 году число дел по спорам о возмещении ущерба от ДТП увеличилось с 91,6 тыс. до 112,5 тыс., или на 22,8 %. А средняя сумма взыскания достигла 125,6 тыс. руб.

"Клиентам идти в суд выгоднее, чем писать претензии и жаловаться. Убедить в своей правоте страховую компанию практически невозможно. И все дела так или иначе направляются в суд. Туда можно прийти и выиграть дело, взыскав в дополнение к страховому возмещению еще штраф, неустойку и моральный вред с нерадивого страховщика",— говорит Тюрников. Тем более что, по его словам, в 99% случаев юристы у страховщиков выигрывают.

Суды за долги

"Судиться действительно стало гораздо выгоднее, чем решать свою проблему в досудебном порядке",— подтверждает Андрей Власс, вице-президент Ассоциации антиколлекторов России и глава антиколлекторского агентства OnlyWay. На этот счет у судебного департамента ВС любопытные данные: в 2012 году количество дел граждан, которые были прекращены в связи с заключением сторонами мирового соглашения, сократилось почти на 30%, с 68,7 тыс. в 2011 до 48,9 тыс. в 2012 году.

Именно на судебных процессах и наращивает свой экзотический для российского рынка бизнес Андрей Власс. "Надеюсь, вы понимаете, что антиколлекторы — это сленг. По сути, мы те же самые кредитные юристы",— говорит он.

Как вообще можно заработать на тех, кто и так кругом в долгах? Элементарно, объясняет Андрей Власс. Банки не идут на уступки должникам. И человек, который берет кредит в 100 тыс. руб. и не может вовремя расплатиться, только наращивает свой долг. "На банк, который не учел никаких просьб клиента, мы подаем иск с целью расторжения кредитного договора. Уменьшаем неустойки, штрафы, возвращаем комиссии, страховки, доказывая, что банк умышленно усугублял положение должника. После этого мы на остаток суммы просим рассрочку. И суды дают рассрочку до пяти лет".

Как должник расплачивается с антиколлекторами? "По принципу финансового "Макдоналдса",— улыбается Власс.— Если долг не выше 500 тыс. руб., вы платите 3,5 тыс. в месяц абонентской платы. Такую сумму может позволить себе даже пенсионер". При долге до 1 млн руб., к примеру, ежемесячный абонемент обойдется в 8,5 тыс. руб. В абонемент входит полное юридическое сопровождение должника: иски, переадресация звонков от коллекторов, письма в полицию, если коллекторы приходят домой. "Это незаконно. Они бандиты",— вторит Власс неоднократно высказывавшему подобный тезис Геннадию Онищенко. Сами коллекторы, естественно, считают, что на темной стороне — как раз такие, как Власс.

"У антиколлекторов нет законных способов избавить человека от задолженности, возникшей на правовых основаниях. Уклонение от выплаты долга — преступление. При этом консультации антиколлекторов платные, а гарантий, что они чем-то помогут, никаких",— говорит заместитель генерального директора по продажам и маркетингу компании "Секвойя кредит консолидейшн" Елена Терехова.

Банкам — у некоторых из них свои коллекторские агентства — последние, безусловно, ближе. В том числе и потому, что волна судебных исков накрыла банкиров даже раньше, чем страховщиков. В феврале прошлого года глава Ассоциации региональных банков России Анатолий Аксаков обнародовал статистику: число исков о защите прав потребителей по договорам с финансово-кредитными учреждениями в 2011 году превысило 250 тыс. По сравнению с 2007 годом оно выросло в 50 раз.

Получить оперативный комментарий по этому поводу от Федеральной службы судебных приставов "Деньгам", к сожалению, не удалось. Но Андрей Власс уверяет, что антиколлекторы могут оградить должника даже от них, подав в суд на пересмотр судебного постановления. Похоже, теряя привычную почву в виде "потребительских" исков, юристы входят во вкус бизнеса на защите прав в более денежных сферах. Николай Тюрников грозится в дополнение к "Главстрахконтролю" запустить "Главдилерконтроль", "Главбанкконтроль", "Главмедконтроль", "Главстройконтроль" и "Главтурконтроль".