Эволюция системы международной охраны прав артистов-исполнителей

УДК: 347.78

ББК: 67.404.3

Матвеев А.Г.

ЭВОЛЮЦИЯ СИСТЕМЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОХРАНЫ ПРАВ АРТИСТОВ-ИСПОЛНИТЕЛЕЙ

Matveev A.G.

THE EVOLUTION OF THE SYSTEM OF INTERNATIONAL PROTECTION OF THE RIGHTS OF PERFORMERS

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, авторское право, смежные права, международное право, права исполнителей, права производителей фонограмм, права вещательных организаций, принципы охраны, ВОИС, ВТО.

Keywords: intellectual property, copyright, related rights, international law, rights of performers, rights of producers of phonograms, rights of broadcasting organizations, principles of protection, WIPO, WTO.

Аннотация: развитие международной охраны смежных прав, с одной стороны, повторило эволюцию международной охраны авторского права. С другой стороны, развитие международной охраны этих прав отличается от иных институтов права интеллектуальной собственности некоторой спецификой. Например, принятие Римской конвенции 1961 г. (первого соглашения в сфере смежных прав) предшествовало установлению национальной охраны этих прав практически во всех государствах мира. Кроме того, смежные права не являются в такой же мере целостным институтом, как авторское право. В институте смежных прав можно провести четкую границу между правами артистов-исполнителей, с одной стороны, и правами изготовителей фонограмм и вещательных организаций, с другой стороны. Права на исполнения являются наиболее сложным и интересным институтом в сфере смежных прав. Целью настоящей работы является определение специфики эволюции международной охраны прав исполнителей, выявление принципов и важнейших характеристик такой охраны. В исследовании применены методы формальной логики, исторический, сравнительно-правовой и формально-догматический методы. Исследование позволило проанализировать все глобальные международные договоры, устанавливающие охрану прав исполнителей. К ним относятся: Римская конвенция (1961 г.), Соглашение ТРИПС (1994 г.), Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам (1996 г.), Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям (2012 г.), который, однако, еще не вступил в силу. Эволюция системы международной охраны прав исполнителей выражается в следующих достижениях: 1) расширение содержания понятия «исполнение»; 2) увеличение перечня имущественных прав; 3) переход к регламентации этих прав как исключительных прав; 4) признание двух важнейших моральных прав исполнителей; 5) увеличение срока действия прав исполнителей от 20 до 50 лет. Римская конвенция основывается на двух принципах охраны прав исполнителей (принцип национального режима и минимального уровня охраны. Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам основывается уже на четырех принципах (принцип национального режима, минимального уровня охраны, отсутствия формальностей и ретроактивной охраны).

Abstract: the development of the international protection of related rights, on the one hand, repeated the evolution of the international protection of copyright. On the other hand, the development of the international protection of these rights differs from other institutions of intellectual property law in some specifics. For example, the adoption of the Rome Convention of 1961 (the first agreement in the field of related rights) preceded the establishment of national protection of these rights in almost all countries of the world. In addition, related rights are not as holistic as copyright. Here we can draw a clear line between the rights of performers, on the one hand, and the rights of producers of phonograms and broadcasting organizations, on the other. Performers rights

are the most complex and interesting institution in the field of related rights. Purpose: to determine the specifics of the evolution of the international protection of the performers rights, to identify the principles and key features of such protection. Method offormal logic, historic, comparative legal, formal dogmatic methods are used in the analysis. The study allowed us to analyze all global international treaties establishing the protection of the performers rights. These treaties include the Rome Convention (1961), the TRIPS Agreement (1994), the WIPO Performances and Phonograms Treaty (1996), and the Beijing Treaty on Audiovisual Performances (2012). The Beijing Treaty has not yet entered into force. The evolution of the system of international protection of the performers rights is expressed in the following achievements: 1) expanding the content of the concept of "per-formence"; 2) an increase in the list of performers property rights; 3) the transition to the regulation of these rights as exclusive rights; 4) recognition of the two most important performers moral rights; 5) an increase in the duration of the performers rights from 20 to 50 years. The Rome Convention is based on two principles for the protection of the performers rights (the principle of national treatment and a minimum level of protection. The WIPO Performances and Phonograms Treaty is already based on four principles (the principle of national treatment, a minimum level of protection, a lack of formalities and retroactive protection).

Настоящее исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-011-00628.

Современная система международной охраны прав интеллектуальной собственности является сложнейшим, постоянно развивающимся механизмом. Она включает в себя десятки глобальных международных соглашений, сотни двухсторонних и региональных договоров, такие специализированные международные организации, как Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС), Всемирная торговая организация ВТО). Правовая охрана интеллектуальной собственности в своем развитии прошла три крупных этапа. Первый этап связан с национальной охраной прав авторов и изобретателей. Он, в свою очередь, может быть разделен на период охраны посредством привилегий (с середины XV в. по XVIII в.) и период установления законодательной охраны, который начался с принятием в Англии в 1710 г. «Статута королевы Анны» - первого в мире закона об авторском праве. Второй этап начался в середине XIX в., когда ведущие страны Европы стали заключать двухсторонние соглашения о взаимной охране авторских прав. В конце XIX в. мировое сообщество перешло к политике заключения многосторонних соглашений в сфере авторского права и промышленной собственности, так как такого рода конвенции представляли собой более удобный и единообразный инстру-

мент развития международной охраны интеллектуальной собственности. Двумя ведущими соглашениями того времени стали Конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 г. (Парижская конвенция)1 и Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 г.2 Эти конвенции, неоднократно пересмотренные в XX в., до сих пор являются краеугольными камнями всей системы международной охраны интеллектуальной собственности. В настоящее время развитие охраны интеллектуальной собственности происходит в рамках третьего этапа, который П. Драхос Drahos) обоснованно называет «глобальным» . Он начался с образования Всемирной торговой организации и принятия Соглашения ТРИПС от 15 апреля 1994 г.4

Тремя основными институтами права интеллектуальной собственности являются авторское право, патентное право и право на средства индивидуализации. Междуна-

1 Конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 г. // СПС Консультант-Плюс.

2 Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 г. // Бюллетень международных договоров. 2003. № 9.

3 Drahos P. The Universality of Intellectual Property Rights: Origins and Development // Intellectual Property and Human Rights. Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. pp. 13-41.

4 Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) от 15 апреля 1994 г. // СПС КонсультантПлюс.

родные многосторонние соглашения в сфере охраны всех этих прав были приняты уже в конце XIX в. Заключая такие конвенции, европейские государства уже имели опыт национальной охраны прав авторов и других правообладателей. В XX в. в праве интеллектуальной собственности появились и другие институты. Одним из них стала охрана смежных прав, названных так из-за их тесной связи с авторским правом. К классическим смежным правам относятся права артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций. Необходимость охраны интересов указанных субъектов обозначилась в первой половине XX в. В первое десятилетие прошлого столетия в развитых странах того времени появилась индустрия звукозаписи. Массовое использование пластинок и дисков с записанными на них исполнениями стало наносить ущерб артистам-исполнителям, которые впервые в истории перестали контролировать процесс исполнения произведений. Чем доступнее для публики становились звукозаписи, тем меньше работы было у музыкантов. Быстро растущий рынок пластинок создал проблему пиратства и нечестной конкуренции между звукозаписывающими компаниями.

Развитие международной охраны смежных прав, произошедшее в течение XX в., с одной стороны, повторило эволюцию международной охраны авторского права и права промышленной собственности. Международные стандарты охраны прав исполнителей, изготовителей фонограмм, вещательных организаций были закреплены в ряде многосторонних и региональных соглашений. С другой стороны, развитие международной охраны рассматриваемых прав отличается от иных институтов права интеллектуальной собственности некоторой спецификой.

Во-первых, принятие первого и важнейшего соглашения по охране смежных прав - Международной конвенции об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций от 26 октября 1961 г. (Римской конвенции)1 -предшествовало установлению националь-

1 Международная конвенция об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций от 26 октября 1961 г. URL: http://www.wipo.int/treaties/en/text.jsp?file_id=289757 (дата обращения: 01.08.2019).

ной охраны этих прав практически во всех государствах-участниках.

Во-вторых, участникам международного сообщества далеко не всегда удавалось достигнуть консенсуса относительно международных стандартов охраны смежных прав и заключить предполагаемый договор. Так, в 2000 г. ВОИС была созвана конференция для принятия Договора по охране аудиовизуальных исполнений, однако согласовать итоговый текст этого акта из-за противоречий между позициями сторон не удалось . В 2012 г. Договор по аудиовизуальным исполнениям3 все же был принят, но до сих пор он не вступил в силу, так как не набрал требуемых тридцати присоединений или ратификаций. О проблемах в согласовании международных положений в сфере смежных прав свидетельствует также, например, то, что уже в течение двадцати двух лет ВОИС предпринимает попытки разработать и вынести на обсуждение проект договора по охране прав вещательных организаций.

В-третьих, смежные права не являются в такой же мере целостным институтом, как авторское или патентное право. В них четкую границу можно провести между правами артистов-исполнителей, охраняющих творческие интересы личности и ее индивидуальность, и правами изготовителей фонограмм и вещательных организаций, охраняющих имущественные интересы соответствующих бенефициаров. Современные тенденции раздельного обсуждения международных договоров о правах исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций подтверждают тезис о фрагментации института смежных прав, наблюдаемой в настоящее время.

Права на исполнения являются наиболее сложным и интересным институтом в сфере смежных прав. С одной стороны, правовой режим исполнений близок авторскому праву. Более того, постановки режиссеров-постановщиков, охраняемые в Рос-

2 Судариков С.А. Интеллектуальная собственность. М.: Изд-во деловой и учеб. лит., 2007. С. 161.

3 Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям от 26 июня 2012 г. URL: http://www.wipo.int/treaties/ru/text.jsp?file_id=304396 (дата обращения: 01.07.2019).

сийской Федерации как исполнения (п. 1 ст. 1304 ГК РФ), по своей природе родственны производным произведениям. С другой стороны, уровень международной и национальной охраны прав исполнителей в некоторых аспектах ниже уровня охраны прав авторов, что вызывает ряд вопросов относительно того, стоит ли сохранять такое различие или нет. Сказанное позволяет заключить, что проблема развития международной системы охраны прав исполнителей является актуальной и что знание специфики эволюции такой охраны позволит подойти к решению вопроса об ее оптимальном и сбалансированном уровне.

Проблема международной охраны прав исполнителей первоначально стала обсуждаться в рамках авторского права. В 1928 г. в Риме состоялся очередной пересмотр Бернской конвенции. Одним из предложений, включенных в программу конференции, был вопрос о включении в Конвенцию норм, направленных на признание исключительного права артистов-исполнителей на их исполнения. Это предложение было отклонено. Так, позиция Франции состояла в том, что исполнители не являются авторами и что, соответственно, в конвенции, посвященной авторскому праву, не должно быть такого рода положений. Примечательно также то, что против идеи охранять права исполнителей в рамках Бернской конвенции проголосовала Великобритания, хотя в 1925 г. здесь был принят закон, установивший уголовную ответственность за изготовление или продажу записи драматических или музыкальных исполнений без письменного согласия исполнителя.

В 1939 г. в Самедане (Швейцария) состоялось совещание экспертов в рамках Бернского Союза. Его участники подготовили два проекта договоров: первый - о правах артистов-исполнителей и изготовителей звукозаписей, а второй - о правах вещательных организаций1. Дальнейшие планы были прерваны начавшейся Второй мировой войной. В 1948 г. состоялся следующий пересмотр Бернской конвенции (г. Брюссель). Здесь вновь были высказаны предложения об установлении охраны прав

1 Guide to the Rome Convention and to the Phonograms Convention. Geneva, WIPO. 1981. p. 10.

исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций. Снова было принято решение не включать в Конвенцию статьи об этих правах. Однако участники Брюссельской конференции подготовили рекомендации, в одной из которых было сказано, что, «учитывая, что интерпретации исполнителей имеют художественный характер, Конференция выражает желание, чтобы исследования прав, смежных с авторским правом, в частности, прав исполнителей активно продолжались»2.

В 1951 г. Международное бюро Бернского Союза начало разработку проекта международной конвенции об охране интересов исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций. Этот процесс в итоге занял десять лет. В нем также участвовали представители ЮНЕСКО и Международной организации труда. В результате 26 октября 1961 г. в Риме была принята Международная конвенция об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций. О правовой охране исполнений, устанавливаемой этим соглашением, будет сказано ниже. Здесь же следует остановиться на двух принципах, образующих фундамент Римской конвенции. Первым принципом, который характерен чуть ли не для всех международных договоров в сфере интеллектуальной собственности, является принцип национального режима. Как указано в ст. 2 Конвенции, национальный режим - это режим, предоставляемый внутренним законодательством Договаривающегося Государства, в котором испрашивается охрана. Следование принципу национального режима означает, что каждое государство-участник Римской конвенции обязано предоставить иностранным исполнителям из других государств-участников такой же уровень охраны, какой оно предоставляет собственным исполнителям. Можно сказать, что Римская конвенция основана также на принципе минимального уровня охраны. Согласно этому принципу каждое государство-участник обязано обеспечить иностранным исполнителям охрану на уровне прав, предусмот-

2 Bodenhausen George H.C. Protection of "Neighboring Rights" // Law and Contemporary Problems. 1954. Spring. Pp. 156-171.

ренных Конвенцией: «Национальный режим предоставляется в отношении специально гарантированной охраны и ограничений, предусмотренных в настоящей Конвенции» (п. 2 ст. 2). Кроме того, в п. 1 ст. 26 рассматриваемого акта указано, что каждое Договаривающееся Государство обязуется принять в соответствии со своей Конституцией необходимые меры для обеспечения применения настоящей Конвенции. Для сравнения Римской конвенции с более масштабными актами в сфере интеллектуальной собственности можно привести в качестве примера Бернскую конвенцию, которая, как представляется основана на четырех принципах: 1) принцип национального режима; 2) принцип минимального уровня охраны; 3) принцип автоматической охраны; 4) принцип ретроактивной охраны. Об автоматической охране смежных прав в Римской конвенции ничего не сказано, а вот вместо принципа ретроактивной охраны в этом акте зафиксировано правило отсутствия таковой. В п. 2 ст. 20 Конвенции указано, что «ни одно Договаривающееся Государство не обязано применять положения настоящей Конвенции к исполнениям или передачам в эфир, которые имели место, или фонограммам, которые были записаны до вступления настоящей Конвенции в силу в отношении этого государства».

Следующим международным договором в сфере смежных прав стала Конвенция об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм от 29 октября 1971 г. (Женевская конвенция)1. Этот акт, как видно из его названия, направлен на охрану интересов изготовителей фонограмм. Такая охрана, как вытекает из ст. 2 Конвенции, должна выражаться в противодействии производству, ввозу на территорию государства-участника и распространению среди публики контрафактных фонограмм. Интересы исполнителей рассматриваемый акт затрагивает только косвенно. Так, в его преамбуле указано, что незаконное производство фонограмм наносит ущерб также интересам

1 Конвенция об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм от 29 октября 1971 г. // Бюллетень международных договоров. № 8. 1999.

авторов и артистов-исполнителей и что, соответственно, охрана интересов производителей фонограмм от подобных актов будет отвечать также интересам артистов-исполнителей и авторов.

Уровень международной охраны авторского права и смежных прав был серьезно повышен в конце XX в., когда были приняты Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) и Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам от 20 декабря 1996 г. (ДИФ) 2. Принятие Соглашения ТРИПС, как указывалось выше, связано с созданием ВТО, а ДИФ - в первую очередь с адаптацией смежных прав к Интернет-среде. Раздел 1 части II Соглашения ТРИПС называется «авторское право и смежные права» (copyright and related rights). Заметим, что это первое упоминание термина «смежные права» в тексте многосторонних международных договоров. Также примечательно, что в процитированных выше рекомендациях Брюссельской конференции 1948 г. смежные права обозначались термином «neigh-boring rights», а в Соглашении ТРИПС - уже выражением «related rights». Оба этих термина на русский язык традиционно переводятся как «смежные права».

К принципам охраны прав исполнителей и всех иных прав интеллектуальной собственности Соглашением ТРИПС прежде всего относится принцип национального режима, закрепленный в ст. 3: «Каждый член предоставляет гражданам других членов режим не менее благоприятный, чем тот, который он предоставляет своим собственным гражданам в отношении охраны интеллектуальной собственности». В ст. 4 Соглашения закреплен также принцип наибольшего благоприятствования, однако он не распространяется на сферу охраны прав исполнителей, о чем сказано в той же ст. 4. В ст. 14 Соглашения установлены материальные нормы, повышающие уровень охраны смежных прав, по сравнению с Римской конвенцией. Следовательно, можно говорить о принципе минимальной охраны прав исполнителей в контексте Соглашения

2 Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам от 20 декабря 1996 г. // СПС Консультант-Плюс.

ТРИПС. Наконец, третьим принципом охраны этих прав, которым Соглашение ТРИПС отличается от Римской конвенции, является принцип ретроактивной охраны. Как указано в п. 6 ст. 14 Соглашения, положения ст. 18 Бернской конвенции применяются к правам исполнителей и производителей фонограмм в фонограммах. Зафиксированный в п. 1 ст. 18 Бернской конвенции принцип ретроактивной охраны сформулирован следующим образом: «Конвенция применяется ко всем произведениям, которые к моменту ее вступления в силу не стали еще общественным достоянием в стране происхождения вследствие истечения срока охраны». В п. 2 ст. 18 установлено исключение из этого общего правила: «Однако, если вследствие истечения ранее предоставленного произведению срока охраны оно стало уже общественным достоянием в стране, в которой истребуется охрана, то охрана этого произведения не возобновляется». Заметим, что произведение или исполнение может стать общественным достоянием не только в силу истечения срока охраны, но также и в силу того, что эти объекты никогда не охранялись в соответствующей стране. Если режим общественного достояния понимать именно таким образом, то между ст. 18 Бернской конвенции и Соглашением ТРИПС имеется некоторое противоречие, так как в п. 3 ст. 70 последнего сказано, что «не возникает обязательств по восстановлению охраны прав на объекты интеллектуальной собственности, которые на дату начала применения настоящего Соглашения в отдельной стране-члене оказались в сфере общественного достояния». Иными словами, причина, по которой объект оказался в общественном достоянии, в приведенном пункте не указана.

Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам с точки зрения уровня предоставляемой охраны является выдающимся соглашением. Как представляется, он основан на четырех принципах: 1) принцип национального режима (ст. 4); 2) принцип минимального уровня охраны; 3) принцип автоматической охраны или отсутствия каких-либо формальностей (ст. 20); 4) принцип ретроактивной охраны (ст. 22). Последний принцип имеет одно исключение: со-

гласно п. 2 ст. 22 ДИФ договаривающаяся Сторона может ограничить применение ст. 5 Договора исполнениями, которые имели место после вступления в силу настоящего Договора в отношении этой Стороны. В ст. 5 закреплены моральные (личные неимущественные) права исполнителей: право требовать быть признанным в качестве исполнителя своих исполнений и право возражать против всякого извращения, искажения или иного изменения своих исполнений, способного нанести ущерб репутации исполнителя. Очевидно, что п. 2 ст. 22 ДИФ представляет собой уступку странам англоамериканского права, в которых моральные права авторов и исполнителей долгое время не признавались.

Из сферы действия ДИФ были исключены аудиовизуальные исполнения. Примечательно, что Европейский Союз представил на Женевскую конференцию 1996 г. проект, содержащий охрану такого рода исполнений. А Соединенные Штаты настаивали на том, что принимаемым договором должны охраняться исполнения, зафиксированные только в фонограммах, т.е. исключительно звуковых записях. В результате, как указывалось выше, проблема международной охраны аудиовизуальных исполнений была решена только с принятием Пекинского договора от 26 июня 2012 г., который еще не вступил в силу.

Проведенный анализ эволюции принятия глобальных международных соглашений, предоставляющих охрану прав исполнителей, и основных принципов такой охраны позволяет перейти к рассмотрению вопроса о развитии правового режима исполнений в международном праве. Представляется, что ключевыми элементами, характеризующими сущность такого режима, являются следующие:

1) объект охраны;

2) круг предоставляемых прав и их содержание;

3) срок действия прав на исполнения.

1. Понятие исполнения как объекта

охраны прав артистов-исполнителей не определяется в рассмотренных международных договорах. В Глоссарии ВОИС незамысловато сказано, что исполнение - это

просто то, что исполняет исполнитель1. Далее отмечается, что понятие исполнения шире, чем понятие «исполнение произведения», так как в него включаются также исполнения выражений фольклора и выступления артистов варьете. В настоящее время в международном и национальном праве интеллектуальной собственности господствует мнение, что исполнение и произведение являются разными объектами и что исполнение не является одним из видов произведений. Такого консенсуса не было на заре охраны прав исполнителей в самом начале прошлого века. Так, в Германии 25 мая 1910 г. был принят Закон, направленный на имплементацию положений Берлинского акта Бернской конвенции 1908 г. В этом Законе содержалось положение, согласно которому записанные исполнения литературных и музыкальных произведений рассматриваются как переработанные произведения, а исполнители - как авторы этих произведений. Такое понимание природы записанных исполнений как производных произведений связан не с пересмотренной в 1908 г. Бернской конвенцией, в которой положений такого рода не было и нет, а с влиянием научных взглядов профессора Й. Колера (Josef Kohler). В 1909 г. он высказал мнение, что исполнение произведения можно рассматривать как переработку последнего и, соответственно, охранять авторским правом3.

В ст. 3 Римской конвенции дается определение исполнителей, под которыми понимаются актеры, певцы, музыканты, танцоры или другие лица, которые играют роль, поют, читают, декламируют, исполняют или каким-либо иным образом участвуют в исполнении литературных или ху-

1 Guide to the Copyright and Related Rights Treaties Administered by Wipo and Glossary of Copyright and Related Rights Terms. Geneva, WIPO. 2005. URL: https://www.wipo.int/edocs/pubdocs/en/copyright/891/w ipo_pub_891.pdf (дата обращения: 01.08.2019).

2 Закон Германии от 25 мая 1910 г. об имплемен-тации пересмотренной Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 13 ноября 1908 г. URL: https://commons.wikimedia.org/ wiki/File:Deutsches_Reichsgesetzblatt_1910_029_0793.png (дата обращения: 01.8.2019).

3 Приводится по: Ulmer E. Urheber- und Verlags-

recht. 3, neu beaib. Aufl. Berlin; New York, 1980. S. 514.

дожественных произведений. Таким образом, исполнение в смысле этого Соглашения - это только исполнение произведения. Лица, исполняющие фольклор, цирковые артисты, спортсмены тоже могут считаться исполнителями, но не в смысле Римской конвенции. Выступление спортсменов можно квалифицировать как исполнение только в том случае, если они исполняют произведение, например, представители фигурного катания, художественной гимнастики. В Конвенцию также была включена норма, согласно которой любое Договаривающееся Государство может распространять охрану, предоставляемую Конвенцией, на артистов, не исполняющих литературные или художественные произведения. В комментарии к Римской конвенции отмечается, что эта статья выполняет функцию напоминания и что прежде всего бенифициарами широкого понимания исполнителей обычно являются артисты цирка (жонглеры, акробаты, клоу-ны)4. В Законе Индии об авторском праве, например, под исполнителями понимаются актеры, певцы, музыканты, танцоры, акробаты, жонглеры, фокусники, заклинатели змей, лекторы (ст. 2)5. Аудиовизуальные исполнения не изъяты из определения исполнителей, однако они, по сути, не охраняются Римской конвенцией, так как в ее ст. 19 установлено, что ст. 7, посвященная правам исполнителей, не применяется, если исполнитель дал согласие на включение своего исполнения в видеозапись или аудиовизуальную запись.

В Соглашении ТРИПС понятия исполнителя или исполнения не раскрываются. Поэтому, говоря о правах исполнителей в рамках права ВТО, нужно исходить из текста Римской конвенции (ст. 2 Соглашения ТРИПС). Отличием является то, что Соглашение ТРИПС исключает аудиовизуальные исполнения из-под своей охраны не с помощью отдельной статьи, а через формулировку о праве на запись исполнений на фонограммы (п. 1 ст. 14). Напротив, в Договоре ВОИС по исполнениям и фонограммам

4 Guide to the Rome Convention and to the Phonograms Convention. Geneva, WIPO. 1981. p. 44.

5 Закон Индии об авторском праве от 4 июня 1957 г. URL: http://copyright.gov.in/documents/copyrightrules 1957.pdf (дата обращения: 01.08.2019).

содержание понятия исполнения было расширено за счет включения в него исполнений фольклора. В ст. 2 ДИФ указано, что «"исполнители" - это актеры, певцы, музыканты, танцоры и другие лица, которые играют роль, поют, читают, декламируют, играют на музыкальном инструменте, интерпретируют или иным образом исполняют литературные или художественные произведения, либо выражения фольклора». Как уже отмечалось выше, этот Договор был принят в редакции, исключающей охрану аудиовизуальных исполнений. Более того, охрана ДИФ не распространяется и на фонограммы, включенные в аудиовизуальные произведения. Согласно той же ст. 2 Договора «"фонограмма" означает запись звуков исполнения или других звуков, либо отображения звуков, кроме звуков в форме записи, включенной в кинематографическое или иное аудиовизуальное произведение». В Пекинском договоре по аудиовизуальным исполнениям закреплено такое же понятие исполнителя, как и в ДИФ.

2. Если попытаться ответить на вопрос о том, в каком аспекте усиление международной охраны интересов исполнителей было максимальным, то, несомненно, таким пунктом является расширение круга и содержания субъективных прав на исполнения. В целом, логика развития исполнительских прав повторяет путь авторского права. Первоначально за авторами и исполнителями признавались только имущественные права, однако позже охрана этих прав была дополнена признанием моральных прав, отражающих и защищающих неимущественную, творческую сторону авторства и исполнительства. Так, в Римской конвенции и Соглашении ТРИПС закреплены только имущественные права исполнителей, однако в ДИФ и Пекинском договоре уже провозглашается охрана моральных прав.

Традиция регламентации авторских и смежных прав в международном праве состоит в том, что соответствующие права признаются и конструируются исходя из экономической значимости использования произведений, исполнений или фонограмм. Например, в авторском праве каждому из таких базовых способов использования произведения, как воспроизведение, рас-

пространение, публичное исполнение, сообщение для всеобщего сведения, передача в эфир и т.д. соответствуют отдельные исключительные права. В Римской конвенции права исполнителей не регламентируются как исключительные, хотя в ней же права изготовителей фонограмм и вещательных организаций сконструированы как исключительные. Так, в ст. 7 Конвенции указано, что охрана, предоставляемая исполнителям, включает возможность только предотвращать определенные действия. В то же время в ст. 13 рассматриваемого акта установлено, что вещательные организации имеют право разрешать или запрещать определенные действия. На формулировку ст. 7 Римской конвенции оказала влияние позиция Великобритании, где до 1988 г. интересы исполнителей охранялись только средствами уголовного права.

Специфика конструирования формулировок об имущественных правах исполнителей обусловлена тем, что исполнение как объект охраны может использоваться либо непосредственно (как «живое» исполнение), либо как записанное исполнение. Для «живых» исполнений в ст. 7 Римской конвенции предусмотрены: 1) право на передачу исполнений в эфир и сообщение их для всеобщего сведения; 2) право на запись исполнения. В отношении записанных исполнений в Конвенции установлено право на воспроизведение записей исполнений, которое действует, если: 1) сама первоначальная запись была осуществлена без согласия исполнителей; 2) воспроизведение осуществляется в иных целях, чем те, на которые исполнители дали свое согласие; 3) первоначальная запись осуществлена в соответствии с положениями ст. 15, посвященной ограничениям смежных прав, а воспроизведение осуществляется в иных целях, чем те, которые указаны в этих положениях.

В п. 1 ст. 14 Соглашения ТРИПС права исполнителей так же, как и в Римской конвенции регламентируются не через конструкцию исключительных прав, а как права предотвращать определенные действия. Такой подход, казалось бы, дает членам ВТО некоторую свободу относительно национальных механизмов охраны интересов исполнителей, например, с помощью

уголовного права. Однако, в отличие от Римской конвенции, Соглашение ТРИПС содержит обязательные положения, касающиеся гражданско-правовых процедур и средств защиты прав правообладателей (ст. 42). Поэтому формулировки п. 1 ст. 14 Соглашения можно объяснить тем, что при согласовании стандартов охраны прав исполнителей не ставилось задачи серьезно отклоняться от траектории Римской конвенции. Неудивительно, что в содержательном плане Соглашение ТРИПС признает за исполнителем такие же права, как и ст. 7 Римской конвенции.

Принципиально на более высоком уровне права исполнителей охраняются ДИФ. Во-первых, в Договоре нашли признание неотчуждаемые моральные права исполнителя: право требовать быть признанным в качестве исполнителя своих исполнений и право исполнителя на защиту его репутации (ст. 5). Первое из этих прав -это аналог права авторства в авторском праве. Однако говорить о праве авторства на исполнение, как это сделано в ст. 1315 ГК РФ, представляется неверным, так как в существующей парадигме авторского права и смежных прав исполнение и произведение разграничиваются как разные объекты. Во-вторых, в ДИФ закреплен целый ряд исключительных прав на исполнения. К этим правам относятся: 1) право на эфирное вещание и сообщение для всеобщего сведения незаписанных исполнений (ст. 6); 2) право на запись незаписанных исполнений (ст. 6); 3) право на прямое или косвенное воспроизведение исполнений, записанных на фонограммы (ст. 7); 4) право на распространение исполнений, записанных на фонограммы (ст. 8); 5) право на прокат записанных на фонограммы исполнений (ст. 9); 6) право на доведение записанных исполнений до всеобщего сведения (ст. 10). Кроме того, в отношении исполнений, записанных на фонограммы и опубликованных в коммерческих целях, в ДИФ признается право на вознаграждение за использование таких исполнений посредством эфирного вещания и сообщения для всеобщего сведения (ст. 15). Такое право на вознаграждение является заменой исключительного права в том смысле, что оно не позволяет правооблада-

телю решать, предоставлять или нет третьим лицам разрешение на использование соответствующего объекта. Такое разрешение предоставляется законом, например, в России ст. 1326 ГК РФ. Вознаграждение за такое использование фонограмм и исполнений с третьих лиц собирает аккредитованная организация по коллективному управлению смежными правами (п. 2 ст. 1326 ГК РФ).

В Пекинском договоре по аудиовизуальным исполнениям предусматривается такой же набор моральных и исключительных прав, как и в ДИФ. Однако право на эфирное вещание и сообщение для всеобщего сведения исполнений, записанных в аудиовизуальных записях, регламентируется как исключительное право, а не как право на вознаграждение (п. 1 ст. 11). В п. 2 ст. 11, впрочем, из правила об исключительном праве сделано исключение, согласно которому договаривающиеся стороны вправе заменить исключительное право правом на вознаграждение. А в п. 3 указанной статьи вообще установлено, что любая сторона может не применять ни положения об исключительном праве, ни положения о праве на вознаграждение. Уровень охраны прав на аудиовизуальные исполнения, по сравнению с исполнениями, записанными на фонограммы, существенно снижает п. 1 ст. 12 Пекинского договора: «Договаривающаяся сторона может предусмотреть в своем национальном законодательстве, что в случае, если исполнитель выразил согласие на запись своего исполнения в аудиовизуальной записи, исключительные права на предоставление разрешения, предусмотренные статьями 7-11 настоящего Договора, принадлежат изготовителю такой аудиовизуальной записи, осуществляются им или передаются ему, если только исполнитель и изготовитель аудиовизуальной записи не заключат договора об ином, как это определено в национальном законодательстве». Права, предусмотренные в ст. 7-11 Договора, - это все исключительные права на записанные исполнения: право на воспроизведение, распространение, прокат, доведение до всеобщего сведения, эфирное вещание и сообщение для всеобщего сведения.

5. Срок охраны, предоставляемый по настоящему Соглашению исполнителям и

производителям фонограмм, составляет по меньшей мере до конца периода в 50 лет, считая с конца календарного года, в котором была сделана запись или имело место исполнение. Срок охраны, предоставленный согласно п. 3, составляет по меньшей мере 20 лет, считая с конца календарного года, в котором состоялась передача.

3. Одной из важнейших характеристик исключительных прав является их ограниченность по сроку действия. Эта черта отражает одну из фундаментальных идей права интеллектуальной собственности - идею компромисса между интересами правообладателей и общества. Однако в последние 30 лет практически во всем мире сроки авторских и смежных прав были увеличены.

В Римской конвенции закреплен двадцатилетний срок действия прав исполнителей, который начинает исчисляться с конца года, в котором была осуществлена запись исполнения либо имело место исполнение, если оно не было включено в фонограмму (ст. 14). В Соглашении ТРИПС этот срок был существенно увеличен до пятидесяти лет (п. 5 ст. 14). Такой же срок был сохранен в ДИФ (ст. 17) и Пекинском договоре по аудиовизуальным исполнениям (ст. 14). Однако во всех этих актах по-прежнему исчисление срока действия прав на исполнения остается связанным с моментом записи исполнения. В этом смысле уровень охраны прав исполнителей является более низким, чем прав авторов. С 1908 г. в Бернской конвенции закреплена норма, согласно которой срок действия авторских прав составляет все время жизни автора и пятьдесят лет после его смерти (п. 1 ст. 7). Исчисление срока действия авторских прав с момента смерти автора отражает континентальную традицию авторского права, которая формировалась под влиянием учений юснатурализма. В такой парадигме авторское право воспринималось как естественное право человека.

Понятно, что в этом случае говорить о прекращении права при жизни автора - это нонсенс. Выше отмечалось, что правовой режим исполнений во многом близок авторскому праву. Однако в отношении срока действия прав исполнителей акты международного права пока не достигли такого уровня, чтобы устанавливать такой срок не короче, чем продолжительность жизни исполнителя с момента записи исполнения. В ГК РФ, например, установлено более справедливое правило о сроке действия исключительного права на исполнение. Согласно п. 1 ст. 1318 Кодекса это право действует в течение всей жизни исполнителя, но не менее пятидесяти лет, считая с 1 января года, следующего за годом осуществления исполнения.

Итак, эволюция системы международной охраны прав артистов-исполнителей представляет собой путь расширения содержания понятия «исполнение» за счет включение в него исполнений фольклора, увеличение перечня имущественных прав, переход к регламентации этих прав как исключительных прав, признание двух важнейших неотчуждаемых моральных прав исполнителей, продление срока действия рассматриваемых прав от 20 до 50 лет. Если Римская конвенция основывается на двух принципах охраны прав исполнителей (принцип национального режима и минимального уровня охраны), то ДИФ - на четырех (принцип национального режима, минимального уровня охраны, отсутствия формальностей и ретроактивной охраны).

Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям, на принятие которого потребовалось 16 лет и который воспринимается сегодня как некоторая неудача в деятельности ВОИС, так как государства не стремятся активно становиться его участником, - этот акт, тем не менее, получил уже 26 присоединений и ратификаций, в том числе присоединение Российской Федерации1. Поэтому, скорее всего, он вступит в силу уже в 2020 г.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 г. // Бюллетень международных договоров. - 2003. - № 9.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ) от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 18.07.2019). [Электронный ресурс]. - Режим доступа: СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 01.08.2019).

1 https://www.wipo.inl/treaties/ru/Show Results.jsp? !ап^еп&йеа^^=841 (дата обращения: 01.08.2019).

3. Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам от 20 декабря 1996 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 01.08.2019).

4. Закон Германии от 25 мая 1910 г. об имплементации пересмотренной Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 13 ноября 1908 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://commons.wikimedia.org /wiki/File:Deutsches_Reichsgesetzblatt_1910_029_0793.png (дата обращения: 01.8.2019).

5. Закон Индии об авторском праве от 4 июня 1957 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://copyright.gov.in/documents/copyrightrules1957.pdf (дата обращения: 01.08.2019).

6. Конвенция об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм от 29 октября 1971 г. // Бюллетень международных договоров. -№ 8. - 1999.

7. Конвенция по охране промышленной собственности от 20 марта 1883 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 01.08.2019).

8. Международная конвенция об охране прав исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций от 26 октября 1961 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.wipo.int/treaties/en/text.jsp?file_id=289757 (дата обращения: 01.0.2019).

9. Пекинский договор по аудиовизуальным исполнениям от 26 июня 2012 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.wipo.mt/treaties/m/textjsp?flle_id=304396 (дата обращения: 01.07.2019).

10. Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) от 15 апреля 1994 г. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: СПС КонсультантПлюс (дата обращения: 01.08.2019).

11. Судариков, С.А. Интеллектуальная собственность. - М.: Изд-во деловой и учеб. лит., 2007. - 800 с.

12. Bodenhausen, George H.C. Protection of «Neighboring Rights» // Law and Contemporary Problems. 1954. Spring. Pp. 156-171.

13. Drahos, P. The Universality of Intellectual Property Rights: Origins and Development // Intellectual Property and Human Rights. Geneva: World Intellectual Property Organization, 1999. pp. 13-41.

14. Guide to the Copyright and Related Rights Treaties Administered by Wipo and Glossary of Copyright and Related Rights Terms. Geneva, WIPO. 2005. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.wipo.int/edocs/pubdocs/en/copyright/891/wipo_pub_891.pdf (дата обращения: 01.08.2019).

15. Guide to the Rome Convention and to the Phonograms Convention. Geneva, WIPO. 1981. 148 p.

16. Ulmer, E. Urheber- und Verlagsrecht. 3, neu bearb. Aufl. Berlin; New York, 1980. 610 S.