Налоговая кампания

Налоговая кампания

Министр финансов выполнил обещание стать марксистом

       "Не нужно вредничать, делиться надо!" — эти слова вице-премьера и министра финансов Александра Лившица, растиражированные в воскресенье ведущими телекомпаниями страны, стали свидетельством того, что бывший помощник президента по экономике выполнил свое обещание стать марксистом. Только руководствуясь марксистским революционным пониманием законности, можно таким образом комментировать общественную реакцию на выход президентского указа "Об упорядочении сбора подоходного налога и страховых платежей с физических лиц", нарушающего не только налоговое законодательство, но и российскую Конституцию.
       
       Проблема сейчас состоит не столько в том, что российские власти все больше и больше скатываются в налоговой политике к примитивному уравнительству и воскрешению анахроничного тезиса о том, что платить налоги — это удел богачей. Проблема нами видится в другом: власти все глубже увязают в трясине, в которую их привела готовность общественности мириться с появлением документов, противоречащих действующему законодательству. C момента выхода в конце 1993 года президентского указа о налоговой амнистии появился уже не один документ, нарушающий принятые ранее законы, и в этом ряду последний налоговый указ отличается только особой бесцеремонностью. Впрочем, будь налоговое законодательство в России мягче и рациональнее, а налоговые законодатели мудрее, изыскивать все новые источники поступлений в бюджет и пытаться перекрыть все пути ухода из-под налогообложения скорее всего и не потребовалось бы.
       Пока же, следует констатировать, Министерство финансов продолжает попытки успокоить общественность, следуя уже намеченной на прошлой неделе линии обороны: указ, мол, не является документом прямого действия, а поэтому в принимаемых на его основе изменениях в ведомственные акты законодательство будет в полной мере соблюдено. К сожалению, эта позиция совершенно неудовлетворительна, поскольку, как уже обращали внимание эксперты Ъ, невозможно вносить корректные в правовом отношении изменения в законодательство на основании незаконных поручений. Президент, например, своим указом вводит фактически новый вид налогов, и это его поручение Федеральная налоговая служба и Министерство финансов могут выполнить только прямо нарушив закон. Неудивительно поэтому, что специалисты этих ведомств уклоняются от комментариев либо в неофициальном порядке признаются, что чувствуют себя в затруднительном положении. Проблема усугубляется еще и тем, что на пути новых редакций налоговых инструкций по идее должно встать Министерство юстиции, в котором по закону они должны проходить юридическую экспертизу.
       Любопытен в этой связи комментарий начальника департамента макроэкономической политики Минфина Павла Жукова. Признав, что в указе есть сомнительные положения с точки зрения соответствия действующему налоговому законодательству, Жуков категорически отверг причастность к его разработке Минфина, заявив, что "такой исключительно сырой указ он никогда бы не пропустил". Соглашаясь с тем, что этот указ можно назвать "неэффективным и сырым", Жуков считает тем не менее, что он не приведет к какой-либо незаконной практике. "Указ просто не достигает своей цели, — считает начальник департамента, — обложить подоходным налогом доходы наиболее состоятельных граждан, укрываемые от налогообложения. Этот указ может применяться только в рамках действующего законодательства, а в этих рамках ничего дополнительно обложить не удастся. Противоречащие закону инструкции не зарегистрирует Минюст".
       Пытаясь выяснить, обоснованно ли это оптимистичное предположение, а заодно ответить, по крайней мере для себя, на вопрос, проходили ли проекты указов президента экспертизу в Минюсте, мы попытались выяснить позицию министра юстиции Валентина Ковалева. Министр юстиции оказался болен. Прозвонив в Минюст более трех часов, мы наконец выяснили, что, не зная шифра входящего в министерство документа, узнать, проходили ли документы в виде проектов экспертизу в Минюсте, совершенно невозможно. Как объяснили в контрольном управлении, все проекты поступают с сопроводительными документами, сопроводилки регистрируют в журнале и присваивают входящий номер. Только по этому номеру или по номеру на сопроводительных документах можно выяснить, поступали или нет документы. В контрольном управлении пояснили еще, что для получения более полного ответа запрос необходимо посылать в письменном виде.
       Фактически без ответа остался и второй наш вопрос: "В случае если к вам в управление поступит нормативный акт Федеральной налоговой службы и Минфина, изданный во исполнение указа и ему соответствующий, но противоречащий закону, откажете ли вы в регистрации или зарегистрируете его?" В приемной министра нам посоветовали обратиться к кому-нибудь из его заместителей. Однако у одного телефон на протяжении двух часов не отвечал, у другого все это время шло совещание. Тогда мы попытались связаться с кем-нибудь из начальников управлений Министерства юстиции, но и в управлении некоторые были больны, у оставшихся же либо было совещание, либо их срочно вызвал заместитель министра юстиции (видимо, как раз тот, до которого мы тщетно пытались дозвониться). Потеряв всякую надежду, мы дозвонились наконец до замначальника управления государственной регистрации ведомственных нормативных актов Ларисы Соловьевой. Ответ ее был краток: "Судить о том, соответствует или нет нормативный акт действующему законодательству, я смогу только после того, как на моем столе будут лежать эти документы и заключение экспертизы нашего управления. А вопрос, регистрировать или нет документы, мы решаем только после нашей экспертизы".
       Надежда на то, что подобного рода экспертизы Минюста станут препятствием для эффективного применения президентского указа, на самом деле призрачна. До сих пор не было ни одного случая, когда Министерство юстиции давало бы отрицательные заключения на президентские указы, выходившие за границы правового поля (вспомним тот же указ о налоговой амнистии) и принимаемые в их развитие ведомственные акты. Единственно логичным — и наиболее простым! — выходом из создавшейся ситуации была бы отмена президентом своего указа. Именно в поддержку этого требования и должны поднять свой голос российские налогоплательщики. Всем нам следует отдавать себе отчет в том, что, мирясь с нарушениями налогового законодательства властью, мы приближаем то время, когда слова "делиться надо!" вновь, как и во времена комиссаров, станут смыслом экономической политики государства.
       
       ДЕНИС Ъ-ЗОЛОТОВ, АЛЕНА Ъ-ГАЛАН