Семейные святыни

Владимир Михайлов — один из немногих православных ювелиров, чьи изделия носят не только священнослужители, но и миряне.

— Как известно, мастер, который творит по православным канонам, обязан следовать изводу, не должен "искать своего". И все же мастер — всегда художник, автор, и ваши изделия — тому пример. Где вы видите меру свободы в своем творчестве?

— Мера свободы — внутренняя. Если говорить об индивидуальности мастера, то она проявляется непроизвольно, и это не только в том, что касается православного канона. Если художник ставит целью проявить свою индивидуальность — ничего не получится, и успеха он не добьется. Индивидуальность — как печать, она дается Богом. Каждая рука оставляет свой штрих, и мера свободы здесь — в том, чтобы чувствовать свое призвание и следовать ему с открытым сердцем.

— Вы начинали как художник-камнерез, а сейчас работаете с драгоценными металлами. Насколько каменных дел мастер остается в вас сейчас?

— Работа с камнем изначально дисциплинирует. Каждый камень неповторим, его рисунок и структура уникальны. Даже если я делаю копию, она все равно будет отличаться. Как бабушка пироги печет — лепит одинаково, а выходят все разные. С серебром и золотом изначально не так, может быть повтор, форма, но моя работа с камнем помогла мне почувствовать и металл. Через усердие, через веру создаются вещи уникальные. Каждое изделие я стараюсь сделать особенным, чтобы человек взял его в руки, и оно откликнулось ему. Тут происходит соединение, как сейчас говорят, резонанс. Очень приятно, когда на твоей работе останавливается взгляд человека, и он находит в ней что-то родное.

— Кто покупает изделия от Владимира Михайлова?

— Самые разные люди, я, собственно, даже не знаю. Изначально, когда я только начинал, это было духовенство. Да и времена были другие. Работали мы тогда только на заказ, и круг заказчиков был очень узкий. Постепенно получилось так, что стали узнавать, заказов стало много, не только священники, но и миряне стали покупать православные символы, иконы. По-прежнему много заказов от церкви. Вот когда был юбилей Александро-Невской Лавры, я сделал десять работ святой Троицы для подарков епископам. Все получились разные, в камне, в латунных окладах, с драгоценными самоцветами.

— Сейчас многие люди покупают православные символы скорее как украшения. Как вы к этому относитесь?

— То, что есть интерес, — уже хорошо. Не мне судить, покупает человек крест как украшение или нет. Может быть, то, что куплено как украшение завтра уже станет семейной святыней.

— Рождественские праздники — время подарков. Что вы можете посоветовать дарить близким?

— Младенцам обычно дарят ложечки, нательные крестики, образки с Пресвятой Богородицей, именные иконки. Для взрослых хороший подарок — охранные кольца. У нас не так давно появились охранные кольца и перстни, можно выбрать особенную молитву, сделать подарок более индивидуальным. Например, кольцо с акафистом Георгию Победоносцу подойдет офицеру, чтобы слово Божье не забывал на службе своей. На Рождество традиционно дарят вифлеемские звездочки — миниатюрные подвесы, которые можно носить и поверх одежды как украшение.

— В каких случаях еще принято дарить православные символы?

— На Пасху, конечно, дарят ювелирные пасхальные яйца, это традиция. На личные праздники, например, крестины, именины. На строительство дома, начинание или завершение дела дарят богородичные иконы или именные иконы покровителя дня начинания или завершения дела. Символ можно найти всегда.

— Можно ли сказать, что ваше искусство ведет человека к Богу?

— Конечно, как Достоевский писал, красота спасет мир. Через красоту человек приходит к добру, к гармонии, к Богу. Наша задача — делать красивые вещи, воплощать Божественную гармонию.

— Что бы вы пожелали читателям в наступающем новом году?

— Телесного и духовного здравия, конечно. И покаяния в делах. Самый добрый плод — покаяние, осознание того, что сделано за год, чтобы положить мысленно на алтарь свои дела и увидеть, что сделал доброго за год.