Развитие новейших институциональных форм поддержки инновационной деятельности в России

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2011 ^ Том 9 № 1 Часть 3

РАЗВИТИЕ НОВЕЙШИХ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ ФОРМ ПОДДЕРЖКИ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИИ

ИВАНОВА Н.Е.

кандидат экономических наук, доцент, Северо-Кавказский институт бизнеса, информационных и инженерных технологий, г. Армавир, e-mail: akzsm@mail.ru

В статье показано, что одной из мировых тенденций в современных условиях является создание так называемых центров превосходства. Многообразие форм и методов поддержки инновационной деятельности объясняется неоднородностью экономического развития территорий, сложившимися формами взаимодействия местных и национальных институтов, существующими подходами к менеджменту на мезоуровне и различиями инновационных культур.

Ключевые слова: институциональные формы; инновационная структура; центры превосходства; научные центры.

This paper shows that one of the world tendencies in modern conditions is to establish the so-called centers of excellence. The diversity of forms and methods to support innovation activity is due to the heterogeneity of the economic development of territories, traditional forms of interaction between local and national institutions, existing approaches to the management at the meso level and the differing innovative cultures.

Keywords: institutional form; innovative structure; centers of excellence; scientific centers.

Коды классификатора JEL: O31, O32, O43.

В процессе развития человеческого общества инновации играют решающую роль. С ростом масштабов научно-технической деятельности и роли науки и техники как фактора общественного развития возникает необходимость прогнозирования и управления инновациями. Эта тенденция стала бесспорной в XXI веке в связи с феноменом научно-технической революции. Анализ различных подходов к объяснению динамики инноваций позволяет сделать вывод о методологической незавершенности комплексной проблемы инновационного проектирования и прийти к выводу, что инновационная деятельность является результатом сложнейших взаимодействий между государством и рынком, наукой и производством, а процесс управления им не может быть изложен как универсальный алгоритм. Для развития инновационной деятельности необходимы новейшие институциональные формы.

Как известно, одной из первых форм поддержки инновационной деятельности во многих развитых экономиках мира явились технопарки. Начало технопаркам было положено в США в начале 50-х гг., когда был организован научный парк Стэнфордского университета (штат Калифорния) [4]. В 80-е гг. технопарки в США стали появляться один за другим. На сегодняшний день в США насчитывается более 160 технопарков (более 30% от общего числа технопарков в мире).

В Европе технопарки появились в начале 70-х гг. Одними из первых были Исследовательский парк Университета Хэриот-Уатт в Эдинбурге; научный парк Тринити колледж в Кембридже; София-Антиполис в Ницце и Зона научных и технических нововведений и производства (ZIRST) в Гренобле. Они повторили раннюю модель технопарков США, особенность которой — наличие одного учредителя, а основной вид деятельности — сдача земли в аренду собственникам наукоемких фирм. Формирование системы технопарков в России по инициативе Министерства образования и науки на базе ведущих вузов страны являлось первым шагом государства в создании инновационной инфраструктуры.

Однако созданные инновационные структуры, в том числе и технопарки, лишенные серьезной поддержки федеральных, региональных и местных властей перестали играть ведущую роль в экономике местных сообществ, так как это происходит в экономике США, Великобритании, Германии, Франции, КНР, Финляндии. Только единичные российские технопарки за рассматриваемый период сформировались как

© Н.Е. Иванова, 2011

сильные научно-производственные системы. Так, в 2003 г. лишь 14 университетских технопарков (менее 20%) прошли аккредитацию Минобразования России и Ассоциации «Технопарк» [4].Инновационные структуры вузов оказались неэффективными, так как из их лабораторий вышло крайне мало весомых технологий, изделий, материалов и систем, которые могли бы серьезно повлиять на технологическую сферу развития региона, отрасли, страны.

Таким образом, в настоящее время распространенной формой поддержки инновационной деятельности в США и Европе является создание так называемых центров превосходства. Термин «центр превосходства» является переводным аналогом англоязычного «center of excellence». В специализированной англоязычной литературе данный термин используется относительно организаций, которые ведут научные исследования и разработки в прорывных областях знаний и располагают уникальными материально техническими, интеллектуальными и кадровыми ресурсами, и чья научно-исследовательская и инновационная деятельность отличается высочайшим качеством и результативностью [1]. Такие организации часто являются международными и служат связующим звеном трансфера новых знаний с мирового уровня исследований на национальный, выступая одновременно своего рода эталонами для других институтов аналогичного профиля. До настоящего момента в международной практике не существует общепринятого определения статуса центров превосходства и разработанной нормативно-правовой базы их функционирования.

На рубеже XXI века, с развитием глобальной экономики знаний возникли новые подходы к миссии и формам центров превосходства. Теперь главными вызовами для них стали: позиционирование страны на мировых рынках высокотехнологичных товаров и услуг, выравнивание дисбаланса научно-технической инфраструктуры между метрополиями и регионами (формирование кластеров) и эффективная адаптация лучших кадровых ресурсов к непрерывно меняющимся требованиям рынков труда. В настоящее время налаживается масштабное государственно-частное партнерство в деле совместного развития национальных центров превосходства. Сами центры стали весьма разнообразными по миссиям, масштабам деятельности, структуре, способам управления. При анализе мировой практики научной политики выделяются три подхода к формированию центров превосходства [1].

Стратегические центры превосходства. Центры превосходства созданные путем выращивания, можно условно назвать «стратегическими», поскольку они преимущественно учреждаются в рамках определенных государственных научно-технологических стратегий и служат ключевым инструментом их реализации. Государство создает центры «с чистого листа» для осуществления масштабных стратегически значимых (приоритетных) проектов. Подобный подход успешно практиковался в США после Второй мировой войны при организации национальных лабораторий. Они учреждались в форме самостоятельных некоммерческих организаций для проведения исследований и разработок, связанных с обеспечением национальной безопасности и других национальных приоритетов (например, в области энергетики). Имущество лабораторий принадлежало государству, но для распоряжения им привлекались негосударственные контракторы — промышленные компании, университеты, исследовательские организации. Типичный пример подобных центров превосходства — национальные лаборатории США [1]. Интересная особенность стратегических центров превосходства — образование территориальных конгломератов (кластеров), объединяющих мощности и инфраструктуру самих лабораторий, контракторов, спин-офф-компаний и прочих частных фирм. Данная тенденция прослеживается и в других странах.

Перспективной моделью центров превосходства подобного рода в России выступают национальные исследовательские центры (НИЦ), нормативно-правовая база, которых пока находится в стадии формирования [1]. Отличительными чертами будущих НИЦ должны стать четкая ориентация на приоритетные направления научно-технологического развития, высокое качество исследований и разработок в сочетании со значительными масштабами деятельности и высоким уровнем государственной поддержки. Предполагается, что бюджетное финансирование этих центров будет сфокусировано на научных исследованиях, а остальные расходы (на подготовку производства, маркетинг, рекламу и пр.) возьмут на себя производственные компании. Таким образом, НИЦ довольно близки к широко распространенным в международной практике центрам превосходства первого типа.

Одним из нерешенных вопросов остается статус НИЦ. Пока не ясно, какая будет выбрана для них организационно-правовая форма: корпорация, автономное учреждение или унитарное предприятие. Последнее, очевидно, наименее подходящий вариант, поскольку не обеспечивает необходимой для центров превосходства гибкости управления и финансирования. НИЦ, созданные в форме государственных корпораций, будут функционировать как некоммерческие организации, сочетая инструменты контроля с достаточно высокой степенью автономии. Однако корпорации могут учреждаться только федеральным законом, что полностью исключает возможность их гибкого отбора и переформирования. Автономное учреждение, вероятно, наиболее эффективная организационно-правовая форма для НИЦ, но для ее внедрения еще требуется серьезная нормативно-правовая проработка.

Системные центры превосходства. Практикуется при реализации менее масштабных, но более широких программ. Здесь исследовательская деятельность ведется специализированными научными организациями в рамках их основного профиля. Превосходство в данном случае обеспечивается за счет «адресной

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2011 ^ Том 9 № 1 Часть 3

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2011 ^ Том 9 № 1 Часть 3

22

Н.Е. ИВАНОВА

поддержки лучших», при этом прямое участие государства необязательно. Для категории системных центров превосходства характерны весьма гибкие и подвижные связи между головной организацией (первого уровня) и проектными лабораториями (второго уровня). Эти связи могут быстро возникать, трансформироваться и прекращаться, может устанавливаться перекрестное горизонтальное взаимодействие лаборатории друг с другом.

Интересен пример Центра превосходства по сканированию будущего (Centre of Excellence in Horizon Scanning) в Великобритании, который на постоянной основе реализует Форсайт-проекты [3]. Очевидно, что экспертного потенциала недостаточно для столь обширного поля исследований. Поэтому задача первостепенной важности — создание сети экспертных групп на базе самых разных структур: корпораций, университетов, научно-исследовательских лабораторий, различных ведомственных и независимых организаций. Их деятельность носит временный характер и ограничена продолжительностью соответствующего этапа исследований, но такие группы могут многократно переформировываться и вновь подключаться к действующей сети для решения новых задач.

В России существуют государственные научные центры (ГНИ), которые с некоторыми оговорками можно было бы отнести к классу системных центров превосходства. Созданная в начале 1990-х гг. система ГНИ, изначально была ориентирована на сохранение и развитие уникальных научных школ и экспериментально-технологической базы. Порядок присвоения данного статуса был установлен указом Президента РФ в 1993 г. В настоящее время им обладают 58 крупных научных организаций. Согласно замыслу, совершенствование системы ГНЦ связывалось с усилением инновационной направленности их деятельности, укреплением связей центров между собой и с другими структурами. Однако практические результаты, как нам представляется, не оправдали этих надежд. Отечественные ГНИ, только внешне соответствуют мировым образцам системных центров. Отличие прослеживается, прежде всего, в порядке присвоения особого статуса. Оценивание претендентов проводится сугубо формально на основе представляемых ими справок. В итоге результативность многих ГНИ оказывается заметно ниже, чем, например, институтов научных сообществ Германии.

Второе существенное отличие заключается в том, что статус ГНЦ не подкрепляется реальными научными и экономическими связям между его обладателями. Существующая Ассоциация государственных научных центров (АГНЦ), согласно уставу, обеспечивает координацию научной и предпринимательской деятельности, представление и защиту их интересов. Но в ее полномочия не входит подтверждение статуса ГНЦ, планирование и реализация организационных преобразований в институтах, создание, поддержание и развитие общей инфраструктуры [1].Кроме того, хотя центры работают на стыке науки с реальным сектором экономики, большинство из них имеет государственную форму собственности и функционирует в форме учреждений либо унитарных предприятий (редко—акционерных обществ с государственным участием), что ощутимо ограничивает гибкость их управления и финансирования (бюджетное).

Экспериментальные центры превосходства. Третьему типу центров превосходства соответствует ситуация, когда такой статус и связанная с ним поддержка адресуются научному коллективу в порядке эксперимента, В этом варианте будущие результаты могут заранее не оговариваться, а «кредит доверия» основывается на уже имеющихся достижениях. Подобный подход характеризуется наибольшей степенью автономии научных организаций по отношению к государству. В качестве примера можно привести блок-гранты, предназначенные для общего институционального развития передовых коллективов. В зависимости от критериев оценивания объектами поддержки могут быть как перспективные для рынка центры, так и институты, значимые с позиций вклада в фундаментальную науку и культуру, в том числе специализирующиеся на поисковых исследованиях с прогнозируемыми перспективами (обычно — междисциплинарного характера) [1].

В России к экспериментальным центрам превосходства можно отнести так называемые «инновационные вузы». Это 57 вузов, отобранных в рамках конкурса по приоритетному национальному проекту «Образование» (направление «Инновационные программы вузов). В открытом конкурсе организованном Минобрнауки России, могли участвовать вузы, представившие инновационные образовательные программы, реализация и внедрение которых были рассчитаны на два года. Согласно порядку, установленному приказом министерства, отбор инновационных вузов проводился по двум основным критериям: качество и результативность представленной инновационной образовательной программы и существующее состояние инновационного потенциала высшего учебного заведения [2].

Формы центров превосходства в России и зарубежных странах имеют определенные общие черты. Это свидетельствует, с одной стороны, о сходстве предпосылок развития науки и технологий, а с другой — о готовности государства использовать мировой опыт. Однако при детальном рассмотрении обнаруживаются заметные отличия, обусловленные системными недостатками отечественной научной сферы. В мировой практике главным инструментом идентификации центров превосходства, независимо от их типа, служит сложная система оценивания качества и результативности научно-технической деятельности. Она нацелена на отбор наиболее эффективных организаций не только по их прошлым успехам, но и с учетом нынешнего реального научного потенциала; на выделение лучших, но при обязательном мониторинге на предмет сохранения лидерства.

При несовершенной системе оценивания может быть весьма рискованно направлять значительные ресурсы на развитие «лучших». Именно поэтому в России вокруг ГНЦ не была построена мощная научнотехнологическая и инновационная инфраструктура, а поддержка инновационных программ вузов не стала постоянной. Создание центров превосходства должно начинаться, прежде всего, с разработки эффективных инструментов оценивания, а не с выделения средств на разовые акции с нечеткими критериями поддержки.

Существующие в нашей стране организационно-правовые формы не удовлетворяют этому требованию, которое предъявляется Центром превосходства, т.е. должен быть максимально гибким в плане внутреннего управления и распоряжения ресурсами. Необходимо, появление возможности перехода от унитарных предприятий и бюджетных учреждений к новым, более эффективным формам. Одним из наиболее перспективных в этом плане является вариант автономных учреждений.

В отечественной практике внимание традиционно фокусируется скорее на масштабных государственных научно-исследовательских и технологических проектах, чем на стимулировании инноваций. Это объясняется тем, что государственные проекты проще реализовать и контролировать при сложившейся институциональной среде и нормативно-правовой базе. Отчасти данная тенденция связана с накопленным в советский период опытом реализации крупномасштабных государственных проектов (атомного, космического и др.) и недостаточным уровнем развития стимулирующей политики, ориентированной на поддержку инициативы «снизу». В ближайшем будущем особенно важной станет поддержка экспериментальных центров на базе исследовательских университетов и ведущих НИИ с последующим переводом их в статус системных центров превосходства.

Таким образом, можно сделать вывод, что многообразие форм и методов поддержки инновационной деятельности объясняется неоднородностью экономического развития территорий, сложившимися формами взаимодействия местных и национальных институтов, существующими подходами к менеджменту на мезо-уровне и различиями инновационных культур. При этом развитие университетской инфраструктуры является естественным социально-экономическим процессом, позволяющим эффективно связать между собой различные стадии инновационного цикла — генерацию и коммерциализацию новых знаний. Поэтому, в условиях недостатка инвестиций, кадровых и информационных ресурсов для обеспечения инновационного прорыва в экономике, развитие вузовской инфраструктуры может стать единственно возможным путем совершенствования инновационных процессов на уровне регионов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Заиченко С. А. Центры превосходства в системе современной научной политики // Форсайт. 2008. № 1(5). С. 42-51.

2. Приказ Министерства образования и науки Российской Федерации № 44 от 02.03.2006 г. «Об утверждении порядка и критериев конкурсного отбора образовательных учреждений высшего профессионального образования, внедряющих инновационные образовательные программы».

3. Ратнер С. В. Методологические проблемы развития конкурентоспособных научно-инновационных сетей: организационно-экономическое и инструментальное обеспечение. Ростов-на-Дону: Издательство ЮНЦ РАН, 2009. С. 208.

4. Шукшунов В.Е. История, состояние и задачи по дальнейшему развитию и повышению эффективности инновационной деятельности в высшей школы России // Юж.-Рос. гос. техн. ун-т. Новочеркасск: ЮРГТУ, 2002. С. 36.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2011 ^ Том 9 № 1 Часть 3