Роль резидентных иммунных клеток в развитии плаценты в норме и при патологии

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

© Э. К. Айламазян, В. О. Полякова, Н. С. Линькова, А. О. Дурнова, И. м. Кветной

роль резидентных иммунных клеток в развитии плаценты в норме

и при патологии

НИИ акушерства и гинекологии

им. Д. О. Отта СЗО РАМН, Санкт-Петербург

УДК: 612.017:612.013.85:618.36

В статье рассматривается роль субпопуляций резидентных иммунных клеток в развитии ворсинчатого хориона плаценты в норме и при патологии. В I триместре беременности в формировании толерантности между тканями матери

и плода активно участвуют дендритные клетки и Т-хелперы. В зрелой плаценте наибольшее значение приобретают цито-токсические Т-клетки, МК-клетки и плацентарные макрофаги. Структурно-функциональные нарушения различных субпопуляций иммунных клеток ворсинчатого хориона могут играть важную роль в патогенезе гестоза.

Ключевые слова: плацента; развитие; иммунные клетки; ворсинчатый хорион; гестоз.

Плацента является уникальным органом, который одновременно выполняет две разнонаправленные функции: с одной стороны, обеспечивает сохранность аллогенного фето-плацентарного комплекса от агрессии иммунной системы матери, а с другой — проявляет высокую активность в защите плода от патогенного действия чужеродных антигенов вирусной и инфекционной природы, попадающих в материнский организм. Таким образом, плацента представляет интереснейший объект исследования с точки зрения иммунологии, поскольку именно здесь формируется взаимодействие тканей матери и плода на молекулярном уровне. Изучение и объяснение феномена сохранения аллогенного плода в организме матери является центральной задачей иммунологии репродукции [19].

В последние годы внимание исследователей привлечено к изучению плаценты именно на молекулярно-клеточном уровне. Так, по словам Джеймса Кросса: «Наши знания о развитии плаценты углубляются до уровня отдельных клеток» [23]. При этом роль резидентных иммунокомпетентных клеток ворсинчатого хориона плаценты в ее развитии в норме и при патологии до сих пор изучена недостаточно. Имеется небольшое количество данных об иммунном статусе зрелой плаценты, тогда как роль иммунных клеток в ее развитии и при патологических процессах в плаценте практически не изучена.

В данном обзоре проводится анализ данных литературы и собственных исследований о роли различных субпопуляций резидентных иммунных клеток плаценты в ее развитии и функционировании как при нормальном так и при патологическом течении беременности.

Иммунные клетки зрелой плаценты

В последние годы в ворсинчатом хорионе доношенной плаценты верифицированы макрофаги, дендритные клетки, натуральные киллеры и Т-киллеры/супрессоры [3, 7, 9, 10].

Макрофаги происходят из стволовых кроветворных клеток костного мозга. В костном мозге стволовая клетка-предшественник проходит стадии монобласта, промоноцита и дифференцируется в моноциты крови. Моноциты циркулируют в крови 2-4 дня и поступают в ткани, дифференцируясь в соответствующие макрофаги и, в частности, в плацентарные макрофаги.

На поверхности макрофагов находится большое число рецепторов, в том числе и Fс-иммуноглобулинов. На всех макрофагах находятся продукты гистосовместимости I класса (МНС I), и только на активированных формах клеток —

МНС II [11]. Основными функциями макрофагов являются фагоцитоз бактериальных и поврежденных клеток, частичное расщепление поглощенного антигена и его связывание с молекулами МНС I, активация специфического иммунного ответа путем взаимодействия с Т-хелперами, супрессия иммунного ответа на поздних стадиях с участием цитокинов, простагландинов и лейкотриенов.

Впервые плацентарные макрофаги ворсин хориона были подробно описаны Н. Ф. Кащенко в 1885 году, а через 15 лет его данные были подтверждены Дж. Гофбауэром, вследствие чего они получили свое второе название — клетки Кащенко-Гофбауэра (ККГ) [7].

По мнению некоторых авторов, ККГ составляют до 40 % всех нетрофобластных клеток плаценты и являются практически единственной популяцией иммунокомпетентных клеток в ворсинах хориона [24]. По морфологическим признакам плацентарные макрофаги делятся на 2 группы: крупные круглые или овальные клетки диаметром 10-40 мкм и мелкие клетки неправильной формы, в которых активность некоторых ферментов снижена.

Специфические для макрофагов маркеры CD14, CD68 и CD206 были обнаружены не только в ККГ, но и в клетках, сходных с фибробласта-ми и ДК [20]. СD68 является одним из наиболее часто используемых белков для идентификации макрофагов. Этот маркер представляет собой трансмембранный гликопротеин, находящийся на поверхности клеточной мембраны, мембранах лизосом и в цитоплазматических гранулах.

В проведенных нами исследованиях было показано, что количество CD68+ ККГ в ворсинах хориона плаценты при доношенной беременности зависит от возраста женщины [6]. Так, по данным иммуногистохими, у молодых женщин (в возрасте до 28 лет) ККГ составили около 1 % от площади ворсин хориона, тогда как у женщин старшего фертильного возраста (28 лет и старше) этот показатель увеличивался и составил 3 %. Поскольку плацентарные макрофаги участвуют в развитии иммунного ответа и активации воспалительной реакции путем синтеза фактора некроза опухолей (ТОТа), возможно, что увеличение их числа у старородящих женщин может являться предпосылкой к развитию патологического течения беременности.

Дендритные клетки (ДК), родственные макрофагам, происходят из стволовых кроветворных клеток костного мозга, являясь ветвью миелоидно-моноцитарного ряда кроветворения. Несмотря на то, что численность этих клеток в организме человека достаточно велика и достигает 109 клеток, в связи с равномерным распре-

делением, концентрация их даже в лимфоидных органах, а тем более в ворсинчатом хорионе плаценты, незначительна. Несмотря на небольшое количество ДК в ворсинах хориона, они играют важную роль в формировании иммунного статуса плаценты. ДК, в отличие от макрофагов, не только обладают антигенпрезентирующей функцией в отношении зрелых Т-лимфоцитов, но и способны активировать наивные Т-клетки. Недавно был описан антигенный фенотип ДК, позволяющий дифференцировать их от макрофагов [12]. Сходство ДК и макрофагов позволяет предполагать существование между ними тесного взаимодействия, при котором свойства одной клеточной популяции дополняются свойствами другой. Например, ДК, в отличие от макрофагов, обладают набором ко-стимулирующих молекул, индуцирующих первичный иммунный ответ, но неспособных к фагоцитозу.

До сих пор исследователями не решен вопрос о дифференцировке ДК и макрофагов. Было показано, что экспрессия поверхностных маркеров CD14 и CD206 характерна как для ДК, так и для макрофагов плаценты [25]. Имеются так же данные о том, что макрофаги способны дифференцироваться в ДК. В настоящее время маркером неактивных зрелых ДК является CD83, тогда как об активации ДК свидетельствует маркер CD35 [25].

Возможно, функции ДК могут регулироваться макрофагами с помощью изменения концентрации триптофана в окружении ДК. Показано, что созревание, активация и миграционная способность ДК зависят от содержания триптофана в их окружении. Так же известно, что макрофаги плаценты синтезируют индоламин-2,3-диоксигеназу [22]. Этот фермент, расщепляя триптофан, препятствует ДК в индукции Т-клеточного ответа.

По нашим данным, единичные CD35+ клетки локализуются преимущественно в строме стволовых и промежуточных ворсин, а также в просветах стромальных каналов [8]. Так же как и для ККГ, показано повышение количества ДК в ворсинчатом хорионе доношенной плаценты в связи с возрастом женщин [1]. Так, у женщин в возрасте до 36 лет CD35+ клетки составили около 0,2 % от площади ворсин хориона в доношенной плаценте, тогда как у женщин старше 36 лет их число возрастало в 3 раза. Эти результаты согласуются с нашими данными о том, что у женщин старше 28 лет отношение площади экспрессии CD35+ клеток к площади ворсин составляет около 0,2 % [5].

NK-клетки представляют собой субпопуляцию иммунных клеток, лишенных маркеров Т- и В-лимфоцитов и составляющих 10-15 % от общего числа лимфоцитов. Название этих клеток (КК —

natural killer, англ. — естественные убийцы) обусловливает их функцию — лизис клеток без развития реакции иммунного ответа. В некоторых случаях функции NK-клеток могут выполнять Т-, В-лимфоциты и макрофаги. Происхождение NK-клеток до сих пор остается неясным. Вероятно, NK-клетки относятся к самостоятельной линии дифференцировки предшественников лимфоцитов. Морфологически NK-клетки являются большими гранулярными лимфоцитами. В гранулах этих клеток содержится белок перфорин, обусловливающий образование пор в мембране клеток-мишеней, а так же сериновые эстеразы — ферменты, запускающие механизм апоптоза в клетке-мишени. Мишенями NK-клеток являются трансформированные вирусами, поврежденные и опухолевые клетки.

Важное место среди NK-клеток занимает субпопуляция К-клеток, осуществляющая зависимый от антител клеточный цитолиз. Маркером К-клеток является CD16 — низкоафинный рецептор иммуноглобулина G (IgG) — FcyR III, способный связывать агрегированные IgG1 и IgG3. Другим специфичным для NK-клеток является рецептор подавления цитотоксичности KIR (killer inhibitory receptor), позволяющий NK-клеткам распознавать нормальные и трансформированные клетки. Если клетка-мишень является неизмененной, на ней присутствуют МНС I, которые распознаются рецептором KIR, в результате чего реакция цитолиза тормозится.

В плаценте на ранних стадиях ее развития NK-клетки являются одной из наиболее многочисленных субпопуляций иммунных клеток [19]. Сведения о количестве NK-клеток в зрелой плаценте достаточно противоречивы. Так, по одним данным, их количество снижается с увеличением срока гестации практически до полного исчезновения к 38-40 неделе гестации [7], тогда как другие исследователи указывают на достаточно большое количество NK-клеток в плаценте в конце беременности [15]. Согласно нашим данным, в ворсинах хориона зрелой плаценты у молодых первородящих женщин NK-клетки присутствуют в большом количестве. При этом число NK-клеток оказалось в 4 раза больше, чем количество ККГ и Т-супрессоров. Кроме того, было показано, что количество NK-клеток в ворсинах хориона не зависит от возраста первородящих женщин [4].

Т-лимфоциты являются еще одной субпопуляцией иммунных клеток ворсинчатого хориона плаценты. Основная функция Т-лимфоцитов — распознавание пептидных фрагментов чужеродных белков, встроенных в аутологичные молекулы гистосовместимости. Таким образом,

Т-клетки, в отличие от В-лимфоцитов, распознают не чужеродные клетки, а измененные клетки собственного организма. В процессе распознавания Т-лимфоциты активизируются и дифференцируются в цитотоксические Т-клетки (Т-киллеры/су-прессоры) и регуляторные Т-хелперы. Молекулы CD4 и CD8 усиливают связь рецептора с антигеном при действии последнего. При этом CD4 имеет сродство к молекулам МНС II, а CD8 обладает сродством к МНС I. В зрелых Т-лимфоцитах с рецептором TCR может связываться только одна из этих молекул, присутствующая на мембране клетки. По этому признаку различают Т-хелперы, на поверхности которых находится CD4, и Т-киллеры/супрессоры, на мембране которых обнаружен рецептор к CD8.

Т-лимфоциты в доношенной плаценте являются немногочисленной по сравнению с NK-клетками и макрофагами субпопуляцией иммунных клеток. По данным D. M. Nelson (1996) наличие Т-лимфоцитов в ворсинах хориона при воспалении связано с их миграцией из крови, а в норме они в плаценте не выявляются [21], то есть, по мнению автора, Т-лимфоциты не являются резидентными клетками плаценты. Проведенные же нами исследования позволили верифицировать Т-килеры/супрессоры в ворсинах хориона зрелой плаценты у молодых первородящих женщин. Было показано, что CD8+ клетки составляют около 1 % от общей площади ворсин хориона. При этом нами не были выявлены Т-хелперы, что согласуется с данными D. M. Nelson. Кроме того, было показано, что с возрастом количество цитотоксиче-ских Т-лимфоцитов резко увеличивается. Так, у первородящих женщин старше 35 лет их количество в 3 раза больше по сравнению с женщинами в возрасте до 28 лет [10].

По данным Moffett и Loke (2004) В-лимфоциты в плаценте практически отсутствуют [19]. Нами так же получены данные, подтверждающие это предположение. Возможно, отсутствие В-лимфоцитов в ворсинах хориона связано с тем, что ткани плаценты продуцируют интерлейкин-10, оказывающий супрессорное действие на данную группу клеток.

Исследования, посвященные верификации различных субпопуляций иммунных клеток в ворсинах хориона зрелой плаценты, позволяют предположить механизм, в соответствии с которым иммунные клетки ворсинчатого хориона, с одной стороны, выполняют защитную функцию, и, с другой стороны, сдерживают иммунную агрессию организма матери против полуалоген-ного плода. Вероятно, указанная двойственность достигается различием функций, которые выпол-

няют 4 основные субпопуляции иммунокомпе-тентных клеток в зрелой плаценте.

В доношенной плаценте молодых женщин соотношение иммунных клеток в ворсинах хориона составляет 5:1:1:0.2, где наиболее многочисленной субпопуляцией являются NK-клетки, затем в равных пропорциях следуют Т-киллеры/ супрессоры и плацентарные макрофаги, и самой малочисленной является субпопуляция ДК. Возможно, указанное соотношение различных субпопуляций иммунокомпетентных клеток ворсин хориона оптимально обеспечивает иммунный ответ, основными составляющими которого являются: уничтожение поврежденных и трансформированных клеток, осуществляемое NK-клетками, борьба с чужеродными агентами, обеспечиваемая ККГ и защита полуаллогенного плода от иммунной агрессии матери, поддерживаемая Т-супрессорами. При этом ДК являются связующим звеном, между ККГ и Т-лимфоцитами, обеспечивая активацию Т-супрессоров и участвуя в презентации антигенов.

Кроме того, известно, что NK-клетки способны синтезировать некоторые цитокины и гранулоцитарно-макрофагальный стимулирующий фактор, таким образом, регулируя активность и пролиферацию ККГ и участвуя в ранней фазе иммунного ответа [13]. В свою очередь, ККГ способны регулировать активность Т-клеточного звена.

Описанные взаимодействия между иммунными клетками плаценты мало изучены, однако даже имеющиеся данные свидетельствуют о сложных каскадах молекулярных реакций, в результате которых достигается функциональное единство иммунокомпетентных клеток плаценты, направленное на поддержание нормального развития беременности.

У первородящих женщин старшего репродуктивного возраста соотношение указанных субпопуляций иммунокомпетентных клеток в ворсинах хориона смещается в сторону увеличения Т-киллеров/супрессоров и ДК. Возможно, что увеличение числа ДК у старородящих женщин сочетается с их патологической активацией, что приводит к избыточной пролиферации и активации Т-клеточного звена, и, в конечном счете, вызывает развитие воспаления, которое может явиться причиной патологии беременности.

Роль иммунных клеток в развитии плаценты

В развитии плаценты участвуют те же субпопуляции иммунных клеток, которые были обнаружены на 38-40 неделе гестации, кроме того, на ранних стадиях формирования ворсинчатого хориона в нем верифицированы Т-хелперы.

Наиболее подробно изучена роль ККГ в развитии ворсинчатого хориона. В I триместре беременности плацентарные макрофаги практически не пролиферируют [9]. На ранних сроках гестации ККГ представлены в виде свободных клеток, погруженных в коллагеновые волокна в строме ворсин. По мере созревания ворсин в них формируются стромальные каналы, внутри которых, прикрепляясь отростками к стенкам, располагаются одиночные макрофаги и их скопления. В III триместре беременности система каналов редуцируется, замещаясь синусоидальными расширениями капилляров в терминальных ворсинах, где и располагаются ККГ. Основной функцией плацентарных макрофагов при развитии ворсинчатого хориона является обеспечение иммуносупрессии в зоне имплантации зародыша.

Меньше известно об участии ДК в формировании плаценты. Предполагают, что они частично дублируют функции ККГ [16]. Максимальное количество CD35+ ДК — около 8 % от общей площади ворсин хориона — характерно для I триместра беременности. Во II количество ДК снижается до 1,5 %, а к моменту созревания плаценты их число не превышает 0,2 % [5]. По-видимому, максимальное количество ДК именно в I триместре беременности обусловлено их способностью захватывать эмбриональные антигены и представлять их Т-хелперам, что лежит в основе формирования толерантности к эмбриональным антигенам со стороны организма матери. Полученные данные свидетельствуют, что ДК играют значительную роль на начальных этапах развития плаценты.

Важную роль в регуляции имплантации зародыша, инвазии трофобласта и ремоделирования спиральных артерий матки играют NK-клетки [17]. Выделяемые NK-клеткам цитокины на ранних сроках гестации осуществляют регуляцию клеточной дифференцировки при децидуальной трансформации эндометрия и формировании микроокружения, в котором происходят взаимодействия между клетками матери и плода [18]. Однако взаимная активация NK-клеток и макрофагов по принципу положительной обратной связи может играть важную роль в патогенезе выкидыша. Секретируемые макрофагами цитокины TNFa и интерлейкин-12 стимулируют продукцию NK-клетками у-интерферона, который, в свою очередь, усиливает выработку TNFa и IL-12 макрофагами [14]. Несмотря на мнение авторов о важной роли такого механизма в контроле инвазии трофобласта при физиологической беременности, вероятно, что неконтролируемая реакция увеличения продукции перечислен-

ных цитокинов может привести к патологии беременности.

Нами были получены данные об участии в развитии ворсинчатого хориона плаценты Т-хелперов и Т-киллеров/супрессоров. Так, в I триместре беременности Т-хелперы являются наиболее многочисленной субпопуляцией иммунных клеток плаценты наряду с ДК и занимают около 8 % от площади ворсин хориона. Как уже упоминалось, это может быть связано с участием Т-хелперов и ДК в формировании толерантности к антигенам эмбриона. Однако ко II триместру беременности их количество снижается в 2 раза, а в зрелой плаценте Т-хелперы отсутствуют.

Количество Т-киллеров/супрессоров не изменялось в I и II триместрах беременности и составило около 3 % от площади ворсин. К концу беременности число CD8+ клеток возрастало в 1,5 раза. Вероятно, увеличение количества Т-киллеров/супрессоров в III триместре беременности является защитным механизмом, обеспечивающим отсутствие воспалительных и аутоиммунных реакций, которые могут привести к позднему гестозу и преждевременным родам.

Приведенные данные показывают, что в зависимости от срока гестации в плаценте количество и соотношение иммунных клеток меняется. Так, число ДК и Т-хелперов в ворсинчатом хорионе максимально в I триместре беременности, что отражает способность этих клеток обеспечивать механизмы иммунной толерантности между тканями матери и плода. Во II триместре беременности наблюдается резкое снижение числа ДК и Т-хелперов, а ведущую роль в иммунном статусе плаценты начинают играть Т-киллеры/супрессо-ры и ККГ.

Роль иммунных клеток плаценты в патогенезе гестоза

Анализ данных литературы и наших исследований свидетельствует о том, что изменение количества различных субпопуляций иммунных клеток в ворсинчатом хорионе плаценты играет важную роль в процессе ее развития и обеспечивает нормальное течение беременности. Можно предположить, что нарушение соотношения субпопуляций иммунных клеток плаценты влечет за собой различные патологические процессы, которые могут неблагоприятно сказаться на течении беременности и развитии плода.

Одной из наиболее распространенных патологий беременности является гестоз. Гестоз представляет собой специфический для беременности синдром, проявляющийся в нарушениях функций различных органов. Несмотря на то, что эта па-

тология является системной, а ее этиология до сих пор не совсем ясна, не вызывает сомнений ключевая роль плаценты в патогенезе гестоза [2]. Согласно современным представлениям, физиологическую беременность можно охарактеризовать как состояние «умеренного воспаления», при котором происходит активация иммуноком-петентных клеток, а системные изменения, наблюдаемые при гестозе, являются случаем крайнего выражения такого состояния.

В связи с этим, представляет интерес рассмотрение возможных изменений иммунного статуса плаценты при гестозе с целью выявления вероятных иммунологических механизмов, лежащих в основе этой патологии.

У молодых женщин, перенесших гестоз, количество ККГ и NK-клеток в доношенной плаценте снижается по сравнению с нормой, а Т-киллеры/ супрессоры не выявляются [10]. Отсутствие Т-киллеров/супрессоров, сдерживающих иммунную агрессию матери против полуаллогенного плода, по-видимому, является ключевым фактором в развитии сильной воспалительной реакции, характерной для гестоза. Это предположение подтверждается клиническими данными о том, что наиболее тяжелые формы гестоза характерны для юных и молодых первородящих женщин. Возможно, количество ДК при гестозе так же изменяется, однако пока этот вопрос недостаточно изучен.

У старородящих пациенток, перенесших гестоз, количество иммунокомпетентных клеток плаценты хотя и снижено по сравнению с нормой, но более близко к ней по сравнению с пациентками молодого возраста, где наибольшая доля приходится на NK-клетки, затем на ККГ и меньше всего количество Т-килеров/супрессоров. У женщин старшего возраста за счет относительной сохранности субпопуляции Т-киллеров/супрессоров менее выражена воспалительная реакция, что обеспечивает более легкое течение гестоза. Снижение воспалительной реакции у женщин с гестозом старшей возрастной группы так же может обеспечиваться уменьшением содержания ККГ и NK-клеток. При этом максимальное количество NK-клеток в плаценте характерно для женщин в возрасте 20-24 лет, а уже к 26 годам этот показатель резко падает и продолжает плавно снижаться с возрастом. Этот фактор может играть положительную роль, тормозя взаимную активацию NK-клеток и ККГ и, тем самым, снижая риск развития сильного воспаления, усугубляющего патологические процессы, характерные для гестоза.

Важное значение иммунокомпетентных клеток ворсинчатого хориона плаценты в механизмах иммунной защиты от чужеродных агентов и со-

актуальные проблемы здравоохранения

13

хранении толерантности между тканями матери и плода подтверждается широким спектром субпопуляций иммунных клеток, верифицированных в плаценте на различных стадиях ее развития. По последним данным, в плаценте присутствуют ККГ, ДК, NK-клетки, Т-киллеры/супрессоры и Т-хелперы. Для каждого триместра беременности характерно преобладание тех или иных субпопуляций иммунных клеток в ворсинчатом хорионе. Так, в I триместре беременности ведущую роль играют ДК и Т-хелперы, тогда как к концу беременности наблюдается преобладание ККГ и Т-киллеров/супрессоров.

Заключение

Нарушение сложных молекулярных взаимодействий между различными видами иммунных клеток плаценты на различных стадиях ее развития может являться одной из ведущих причин патологии беременности. Так, в частности, отсутствие или снижение числа Т-киллеров/супрессоров может служить одним из механизмов развития ге-стоза. Дальнейшее развитие исследований, посвященных нейроиммуноэндокринным механизмам развития и функционирования плаценты, открывает многообещающие перспективы в профилактике и лечении патологии беременности и родов.

Литература

1. Айламазян Э. К., Лапина Е. А., Колобов А. В. Старение плаценты // Журнал акушерства и женских болезней. — 2004. — Т. 53, № 2. — С. 4-10.

2. Выявление эндотелиальной NO-синтазы в плаценте и оксида азота в сыворотке крови беременных женщин в комплексной оценке эффективности лечения гестоза / Айламазян Э. К. [и др.] // Архив патологии. — 2010. — Т. 72, № 1. — С. 26-29.

3. Глуховец Б. И., Глуховец Н. Г. Патология последа. — СПб.: Грааль, 2002. — 447 с.

4. Натуральные киллеры в плаценте у женщин различного фертильного возраста в норме и при патологии / Линь-кова Н. С. [и др.] // Амбулаторно-клиническая практика -платформа женского здоровья.: сб. тез. Всероссийской научно-практической конференции. — СПб., 2009. — С. 156-158.

5. Роль макрофагов и дендритных клеток в иммунном ответе плаценты при гестозе / Линькова Н. С. [и др.] // Нейроим-мунология. — 2009. — Т. 7, № 1. — С. 61.

6. Роль плацентарных макрофагов в патогенезе гесто-за у женщин разных возрастных групп / Линькова Н. С. [и др.] // Успехи геронтологии. — 2009. — Т. 22, № 3. — С. 503-506.

7. Сельков С. А., Павлов О. В. Плацентарные макрофаги. — M.: Товарищество научных изданий КНК, 2007. — 185 с.

8. Сигнальные молекулы — маркеры зрелости плаценты / Квет-ной И. М. [и др.]. — М.: МЕДпресс-информ, 2005. — 78 с.

9. Структурная организация макрофагов формирующейся плаценты человека / Коржевский Д. Э. [и др.] // Морфология. — 2005. — Т. 128, № 6. — С. 60-62.

10. Экспрессия CD8 как маркера риска невынашивания беременности у женщин с гестозом / Линькова Н. С. [и др.] // Вестник РУДН. Серия медицина. Акушерство и гинекология. — 2009. — № 6. — С. 326-331.

11. Ярилин А. А. Основы иммунологии. — М.: Медицина, 1999. — 608 с.

12. An insight into the dendritic cells at the maternal - fetal interface / Jiretic K. [et al.] // Am. J. Reprod. Immunol. — 2004. — Vol. 52, N 6. — P. 350-355.

13. Chaouat G., Ledee-Batallie N., Dubanchet S. Immunological similarites between implantation and pre-eclampsia // Am. J. Re-prod. Immunol. — 2005. — Vol. 53. — P. 222-229.

14. ClarkD. A. Hard science versus phenomenology in reproductive immunology // Crit. Rev. Immunol. — 1999. — Vol. 19, N 5-6. — P. 509-539.

15. Elevated gamma interferon-producing NK cells, CD45RO memory-like T cells, and CD4 T cells are associated with protection against malaria infection in pregnancy / Othoro C. [et al.] // Infect. Immun. — 2008. — Vol. 76, N 4. — P. 1678-1685.

16. Gardner L., Moffett A. Dendritic cells in the human decidua // Biol. Reprod. — 2003. — Vol. 69, N 4. — P. 1438-1446.

17. Human decidual NK cells: unique phenotype and functional properties / Tabiasco J. [et al.] // Placenta. — 2006. — Vol. 27. — P. 34-39.

18. Human placental cytotrophoblasts attract monocytes and CD56 bright natural killer cells via the actions of monocyte inflammatory protein 1a / Drake P. M. [et al.] // J. Exp. Med. — 2001. — Vol. 193, N 10. — P. 1199-1212.

19. Moffett A., Loke Y. W. The immunological paradox of pregnancy: a reappraisal // Placenta. — 2004. — Vol. 25, N 1. — P. 1-8.

20. Nakamura Y., Ohta Y. Immunogistochemical study of human placental stromal cells // Hum. Pathol. — 1990. — Vol. 21, N 9. — P. 936-940.

21. Nelson D. M. Apoptotic changes occur in cyncytiotrophoblast of human placental villi where fibrin type fibrinoid is deposited at discontinuties in the villous trophoblast // Placenta. — 1996. — Vol. 17, N 7. — P. 387-391.

22. Phenotypic characterisation of human decidual macrophages / Heikkien J. [et al.] // Clin. Exp. Immunol. — 2003. — Vol. 131, N 3. — P. 498-505.

23. Plancetal morphogoly: from molecule to mother - a dedication to Peter Kaufmann / Huppertz B. [et al.] // Placenta. — 2006. — Vol. 27. — P. 3-8.

24. The phenotype of human placental macrophages and its variation with gestational age / Goldstein J. [et al.] // Am. J. Pathol. — 1988. — Vol. 133, N 3. — P. 648-659.

25. Unique appearence of proliferating antigen-presenting cells expresing DC-SIGN (CD209) in the decidua of early pregnancy / Kammerer U. [et al.] // Am. J. Pathol. — 2003. — Vol. 162, N 3. — P. 887-896.

Статья представлена Н. Г. Павловой, НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН,

Санкт-Петербург

the role of resident immune cells in the development of placenta in norm and pathology

Ailamazyan E. K., Polyakova V. O., Linkova N. S., Kvetnoy I. M.

Summary: The rewiev provides a role of various subpopulation of the resident immune cells in villious chorion development. Dendritic cells and T-helpers are formed immune tolerance between tissues of mother and embryon at the first trimester of pregnancy. Cytotocsical T-cells, NK-cells and macrophages play the most important role for placenta development at the third trimester of pregnancy. The structure-functional changes of various subpopulations of immune cells may play the important role in pathogenesis of gestosis.

Key words: placenta; development; immune cells; villous chorion; gestosis.

Адреса авторов для переписки-

Айламазян Эдуард Карпович — директор, академик РАМН, д. м. н., проф.

НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН. 199034, Россия, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3. E-mail: iagmail@ott.ru.

Полякова Виктория Олеговна — руководитель лаборатории клеточной биологии отдела патоморфологии, д. б. н.

НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН, отдел патоморфологии.

199034, Россия, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3. E-mail: vopol@yandex.ru.

Линькова Наталья Сергеевна — научный сотрудник, к. б. н.

НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН, отдел

патоморфологии.

199034, Россия, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3. E-mail: miayy@yandex.ru.

Кветной Игорь Моисеевич — руководитель отдела патоморфологии, з. д. н. РФ, д. м. н., проф.

НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН, отдел патоморфологии.

199034, Россия, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3.

E-mail: kvetnoy48@mail.ru.

Дурнова Анна Олеговна — научный сотрудник.

НИИ акушерства и гинекологии им. Д. О. Отта СЗО РАМН, отдел

патоморфологии.

199034, Россия, Санкт-Петербург, Менделеевская линия, д. 3. E-mail: anna.durnova@gmail.com

Ailamazyan Eduard Karpovich — Director of Institute, Academician RAMS, Ph.D., M.D., D.Sc., Professor.

D. O. Ott Research Institute of Obstetrics and Gynecology, RAMS. 199034 Russia, St. Petersburg, Mendeleyevskaya Line, 3. E-mail: iagmail@ott.ru.

Polyakova Victoriya Olegovna — Head of Laboratory of Cell Biology, Ph.D., D.Sc.

D. O. Ott Research Institute of Obstetrics and Gynecology, RAMS, Department of Pathomorphology.

199034 Russia, St. Petersburg, Mendeleyevskaya Line, 3. E-mail: vopol@yandex.ru.

Linkova Natalia Sergeevna — Researcher, PhD. D. O. Ott Research Institute of Obstetrics and Gynecology, RAMS, Department of Pathomorphology.

199034 Russia, St. Petersburg, Mendeleyevskaya Line, 3. E-mail: miayy@yandex.ru.

Kvetnoy IgorMoiseevich — Head of Department, PhD, MD, D.Sc., Professor.

D. O. Ott Research Institute of Obstetrics and Gynecology, RAMS, Department of Pathomorphology.

199034 Russia, St. Petersburg, Mendeleyevskaya Line, 3. E-mail: kvetnoy48@mail.ru.

Durnova Anna Olegovna — Researcher.

D. O. Ott Research Institute of Obstetrics and Gynecology, RAMS, Department of Pathomorphology.

199034 Russia, St. Petersburg, Mendeleyevskaya Line, 3. E-mail: anna.durnova@gmail.com.