Органы безопасности Дальневосточной республики (1920 - 1922 гг. ): исторический опыт становления кадрового состава

Сердюк М.Б.

(Владивосток), Чепик М.В.

УДК 94

ОРГАНЫ БЕЗОПАСНОСТИ ДАЛЬНЕВОСТОЧНОЙ РЕСПУБЛИКИ (1920-1922 гг.): ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ СТАНОВЛЕНИЯ КАДРОВОГО СОСТАВА

Государственная власть нуждается в сохранении стабильности, охране своих секретов и получении информации о притязаниях и планах не только сопредельных государств, но и настроениях своих граждан. На протяжении всего существования органов государственной безопасности в России особая роль отводилась подбору сотрудников, обладающих специфическими навыками, необходимыми в работе по защите интересов государства. В статье освещается период существования уникального буферного образования - Дальневосточной республики. Буферная республика имела не только свою Конституцию, органы государственной власти, но и свою специальную службу, которая играла весомую роль в выполнении главной функции ДВР - обеспечении внешнеполитической стабильности в регионе, охваченном Гражданской войной и интервенцией.

В публикации освещаются трудности формирования дальневосточной спецслужбы - Государственного отдела политической охраны ДВР. Авторы, на основе анализа значительного корпуса опубликованных работ, а также используя ранее не доступные широкому кругу исследователей архивные материалы, изучили проблемы первой региональной специальной службы, занимавшейся обеспечением безопасности российской части Дальнего Востока. Авторы отмечают, что исторический опыт формирования и деятельности дальневосточных чекистов остается актуальным и через 100 лет после описываемых событий. Геополитические концепции держав Азиатско-Тихоокеанского региона за прошедший век не исключили из поля своего зрения дальневосточный регион. Провозглашение руководством Российской Федерации развитие Дальнего Востока в качестве национального приоритета на ближайшее столетие, отражает какую роль играет отдаленный регион сегодня, и в ближайшем будущем. В этой связи изучение истории Дальнего Востока в целом и его спецслужб в частности, приобретает ключевое значение.

Ключевые слова: Безопасность, спецслужбы, Дальний Восток, Гражданская война, обеспечение безопасности, кадры.

The state government needs to maintain stability, guarding their secrets and obtain information on claims and plans of not only neighboring countries, but also the attitudes of its citizens. Throughout the existence of the state security agencies in Russia a special role was given to the selection of staff with specific skills needed in the work to protect the interests of the state. The article covers the period of the existence of a unique buffer zone - the far Eastern Republic. Buffer Republic had not only its own Constitution, bodies of state power, but their special service, which played a significant role in fulfilling the main functions of DVR - ensure foreign policy stability in a region beset by Civil war and intervention.

This article is about the difficulties of formation of far Eastern intelligence services -State Department political protection of the DDA. The authors, based on analysis of a large body of published works, as well as using previously not available to a wide range of researchers archival materials, studied the problems of the first regional special services involved in the security of the Russian part of the Far East. The authors note that historical

experience of formation and activities of the far Eastern security officers remains relevant 100 years after the events described. The concept of the geopolitical powers of Asia and the Pacific over the past century is not excluded from his sight the far Eastern region. The proclamation of the leadership of the Russian Federation development of the Russian Far East as a national priority for the next century, reflects the role of remote region today and in the near future. In this regard, the study of the history of the Far East in General and its intelligence services in particular, becomes critical.

Key words: Security, intelligence agencies, the Far East, the Civil war, the security, personnel.

DOI: 10.24888/2410-4205-2017-13-4-158-164

Первоочередными задачами государства являются обеспечение безопасности личности и общества, защита населения и территории страны, ее материальных и культурных ценностей от различного рода опасностей и угроз.

Основными источниками угроз национальной безопасности России в сфере государственной и общественной безопасности в современный период являются разведывательная и иная деятельность специальных служб и организаций иностранных государств, отдельных лиц, наносящая ущерб национальным интересам; деятельность террористических и экстремистских организаций, направленная на насильственное изменение конституционного строя, уничтожение или нарушение функционирования военных и промышленных объектов, объектов жизнеобеспечения населения, транспортной инфраструктуры, устрашение населения; деятельность преступных организаций и группировок [18].

История Российского государства тесно связано с деятельностью специальных служб, задача которых сводилась к обеспечению безопасности страны и сменявших друг друга политических систем. Изучение становления и развития специальных служб и содержания основных направлений их практической работы как в стране в целом, так и в Дальневосточном регионе имеет важное значение для осмысления сложных и противоречивых тенденций в развитии страны в период существования Дальневосточной республики.

Одной из задач реформирования российского общества на современном этапе является укрепление органов государственной безопасности. Для ее успешного осуществления необходимо в полной мере учитывать опыт деятельности органов государственной безопасности на различных исторических этапах развития страны.

Дальневосточный регион с XVII в. является предметом интереса и ареной столкновения для европейских и азиатских государств, а также стран Нового Света. В этой связи для Российского государства удаленная, но богатая природными ресурсами земля приобрела важное стратегическое значение. Наполненный событиями ХХ в. не обошел стороной и Дальний Восток. Именно здесь, в начале столетия столкнулись интересы мировых держав. Геополитические устремления, прежде всего Японии и США, поставили под угрозу интересы России на побережье Тихого океана. В этой связи особая роль была отведена специальным службам, активно развернувшим свою деятельность в регионе и проявившим весь спектр своего мастерства по противодействию иностранным разведкам и защите интересов Отечества.

Значительный вклад в изучение проблемы внесли кадровые сотрудники региональных управлений ФСБ России и учёные, которыми были опубликованы работы по истории территориальных органов государственной безопасности Дальневосточного региона. Эти издания снабжены ценными документальными материалами, что делает их частью источ-никовой базы темы. В то же время работы этих авторов не носят комплексного характера и освещают лишь отдельные стороны работы ГПО ДВР [1; 3; 4; 5; 6; 7; 10; 16; 17; 21; 22].

Важную информацию содержат официальные документы Правительства и министерства иностранных дел Дальневосточной республики, показывающие структуру внешнеполитического ведомства ДВР, освещающие кадровые вопросы, раскрывающие задачи спецслужб РСФСР и ДВР в регионе и т.д. [2; 14; 15].'

Анализ исторических исследований свидетельствует, что в период существования Дальневосточной республики (1920-1922 гг.) борьба против разведывательно-подрывной деятельности противника велась в сложных условиях нехватки и малоопытности кадров, недостаточного материально-технического обеспечения, слабозаселённости региона, отсутствия сплошных линий фронтов Гражданской войны, открытости границы. Указанные факторы оказывали влияние, как на деятельность дальневосточных органов безопасности, так и на деятельность спецслужб белых режимов [9].

В условиях Гражданской войны и интервенции руководству страны и создаваемой Дальневосточной республики (ДВР) в 1920-1922 гг. приходилось решать в регионе ещё одну важную задачу - обеспечить государственную безопасность создаваемого буфера и Советской России.

В рамках геополитического положения буфера с особой остротой высветились новые аспекты государственной безопасности - сохранение социально-этнической общности республики, обеспечение доступа к сухопутным и морским транспортным артериям, находящимся в бассейне Тихого океана. На передний план обеспечения государственной безопасности ДВР и Советской России вышли такие направления деятельности, как ликвидация интервенции и остатков Белого движения на российском Дальнем Востоке, противодействие белогвардейским и иностранным спецслужбам, ведшим разведывательную и подрывную деятельность на территории буфера и за границей [8, с. 42-58].

Для решения указанных задач в июне 1920 г. были созданы первые органы госбезопасности республики - отдел Государственной политической охраны (ГПО) при МВД Правительства ДВР и Военный контроль (военная разведка и контрразведка) в Народно-революционной армии [13, д. 1185, л. 2-3]. На указанные органы возлагалась борьба с антигосударственными преступлениями, шпионажем, политическим терроризмом и вооруженным бандитизмом на территории буфера и в рядах НРА. Борьба с подрывной деятельностью иностранных спецслужб требовала информации о политическом, экономическом и военном положении Японии, Китая и других государств, своевременного вскрытия их политических и военных планов в отношении российского Дальнего Востока; приобретения ценной агентуры, способной по своим личным и деловым качествам, связям и занимаемому положению выявлять агентов иностранных спецслужб, разведывательных и контрразведывательных структур белого движения, внедряться в разведывательные и контрразведывательные органы Японии, Китая и последних белых режимов, резидентуры разведок других государств, связанные с ними белоэмигрантские организации с целью получения данных об их подрывной деятельности, формах и методах их работы; содействия деятельности Коминтерна, Профинтерна и других международных организаций рабочего и коммунистического движения в Азиатско-Тихоокеанском регионе; проведения с санкции советских и партийных органов активных чекистских мероприятий за рубежом. При этом большевики опирались на опыт подпольной борьбы против царской охранки и антибольшевистских, в том числе колчаковских спецслужб в 1918-1920 гг.

Увеличение роли буферного государства, его успехи на международной арене предопределили рост внимание к формированию его специальных служб. Необходимо отметить, что Государственная политическая охрана Дальневосточной республики не имела самостоятельности, повторяла структуру и выполняла задачи, аналогичные Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем действовавшей в РСФСР. 25 мая 1921 г. представитель ВЧК А.П. Марцинковский проинформировал членов Дальневосточного бюро ЦК РКП (б) о директиве ВЧК по дальнейшему совершенствованию организации деятельности ГПО. В ней обращалось внимание на необходимость уси-

ления партийного контроля за деятельностью ГПО, укрепления организационных связей между ВЧК и Госполитохраной, уточнения функций ГПО и улучшения её кадрового состава [13, д. 54, л. 69].

Дальбюро ЦК РКП (б), обсудив доклад представителя ВЧК, постановило: «Для правильной работы Госполитохраны назначить особого уполномоченного при Дальбюро ЦК РКП (б) для проведения координации работы с ВЧК и установления строгого партийного контроля [13, д. 54, л. 69-70].

Уполномоченным Дальбюро ЦК РКП (б) по охране республики был назначен А.П. Марцинковский, с которым все руководящие партработники, стоявшие во главе ГПО и МВД, обязаны были согласовывать свои действия и выполнять его директивы [12, д. 61, л. 42-43.]. Кроме того, при Госполитохране был организован Военный отдел с теми же функциями в армии, что и в гражданском ведомстве [13, д. 66, л. 177 об.]. Дальбюро ЦК РКП (б) запретило обкомам без согласования с ним и указаний Директора ГУ ГПО производить изменения штатной структуры в органах, перемещать работников, определять оперативные задачи. Эти мероприятия должны были согласовываться с центральными органами, как по партийной, так и по государственной линии [13, д. 54, л. 102].

К практической работе по перестройке управленческого аппарата в центре и местных органов Госполитохраны Дальбюро ЦК РКП (б) приступило летом 1921 г. В ходе этой работы были учтены имевшие место недостатки в партийном руководстве органами, проявлявшиеся в слабом контроле над их деятельностью. Поэтому работа по совершенствованию аппарата проводилась таким образом, чтобы сразу поставить его под контроль в центре и на местах. Реализовать эти цели Дальбюро ЦК РКП (б) могло в первую очередь путём подбора руководящих кадров для ГПО. От местных партийных органов оно требовало внимательно подходить к вопросу перестройки аппарата, стремясь сделать его гибким и приспособленным к борьбе с контрреволюцией.

Представитель ВЧК по Сибири И.П. Павлуновский предложил расширить коллегиальные начала в организации деятельности ГПО. 26 июня 1921 г. (т.е. уже после белогвардейского переворота в Приморье, последовавшего 26 мая 1921 г.) Дальбюро ЦК РКП (б) заслушало информацию министра иностранных дел ДВР Я.Д. Янсона о взглядах И.П. Павлуновского на задачи ГПО. Они сводились к тому, чтобы оставить для ГПО информационно-регистрационную работу внутренней и внешней разведки. По мнению Пав-луновского, ГПО должна была состоять из соответствующих трёх отделов, руководители которых обязаны были организовывать коллегиальное управление Госполитохраной. Дальбюро ЦК РКП (б) одобрило этот план и утвердило комиссию по реорганизации Гос-политохраны. Председателем комиссии стал член Дальбюро ЦК РКП (б), председатель Правительства ДВР А.М. Краснощеков, членами - уполномоченный Дальбюро ЦК РКП (б) по охране республики А.П. Марцинковский, ответственный секретарь Дальбюро ЦК РКП (б) - П.Ф. Анохин и заместитель директора ГУ ГПО К.Ф. Пшеницын. В итоге своей деятельности комиссия разработала и Дальбюро ЦК РКП (б) утвердило «Тезисы по реорганизации ГПО» [13, д. 54, л. 102].

В порядке реализации основных положений этих «Тезисов» 27 июля 1921 г. Дальбюро ЦК РКП (б) приняло постановление «О коллегиальном управлении ГПО». Коллегия ГПО (от 4 до 7 чел.) состояла из представителей Главного управления и областных отделов ГПО, милиции, военной разведки и контрразведки [13, д. 14, л. 161]. Председателем коллегии и директором ГПО Дальбюро ЦК РКП (б) утвердило секретаря Дальбюро ЦК РКП (б) Г.И. Быкова. Тем самым был установлен непосредственный партийный контроль над деятельностью ГПО [11, д. 164, л 21]. Предусматривалось также создание Коллегий областных отделов Госполитохраны. Комиссия подготовила проект нового «Положения о ГПО», который был обсуждён на заседании Дальбюро ЦК РКП (б) и правительства ДВР и 16 августа 1921 г. стал действующим нормативным актом.

Отметим, что разногласия между партийными работники и чекистами были острыми. Так, председатель Совета министров ДВР П.М. Никифоров в своих «Тезисах о ГПО ДВР», направленных в Дальбюро ЦК РКП (б), поддерживал коллегиальное управление чекистскими органами и отмечал, что «этот орган борьбы с контрреволюцией своими действиями компрометирует Правительство ДВР и РКП». Кроме того, в документе П.М. Никифоров раскрывал задачи ГПО ДВР, при этом особый акцент делался на «усилении партийной работы» [17, с. 48].

Вместе с тем, по мнению представителя ВЧК в Сибири И. П. Павлуновского, который осуществлял контроль за организацией и деятельностью органов ГПО ДВР, предпринятые меры по строительству органов безопасности пока не привели к улучшению работы. Так в своем докладе в Москву от 5 сентября 1921 г. он отмечал, «что за два года ВЧК мало что сделала для Дальнего Востока. За это время Госполитохрана выродилась во враждебный Советской России аппарат, на 40 - 45% состоявший из агентуры различных империалистических стран. Улучшение положения дел, возможно, было реализовать при одном условии — наличии в ДВР Госполитохраны как органа ВЧК. Для того чтобы Госпо-литохрана действительно вела борьбу с контрреволюцией как в ДВР, так и в Сибири Пав-луновский предлагал провести через ЦК РКП (б) решение о том, что Госполитохрана является органом ВЧК и в полном объеме подчиняется представительству ВЧК по Сибири [20, д. 1163, л. 586, 587].

Особое внимание Дальбюро ЦК РКП (б) ЦК РКП (б) и ВЧК уделяли кадровому вопросу в Госполитохране. С целью формирования органа государственной безопасности в буферной Дальневосточной республике в регион были направлены из центра опытные чекисты. Сотрудники ГПО, находившиеся на оперативной и следственной работе, считались военнослужащими, и на них распространялись воинские Уставы. Им было предоставлено право ношения и хранения оружия. Органы милиции и воинские части обязаны были оказывать чекистам вооруженное содействие при выполнении ими оперативных заданий.

В ГПО постоянно ощущался недостаток квалифицированных сотрудников, наблюдалась текучесть кадров, частые перемещения должностных лиц командного состава.

К сожалению, наблюдалась частая сменяемость (перемещение на более ответственный пост, пьянство, нарушения «буферного» демократизма, несоответствие занимаемой должности и т.п.) директоров, начальников ключевых отделов ГУ ГПО и ГПО, которая не позволяла им вникать в суть происходивших событий, принимать взвешенные и обоснованные решения, оперативно влиять на те или иные ситуации, а также вела к расхолаживанию работы сотрудников территориальных аппаратов ГПО и т.д. Так, с июня по ноябрь 1920 г. сменилось 8 начальников отделов и директоров ГПО, которые находились на своих постах от нескольких дней до одного месяца.

Тем не менее, краткосрочный период существования Дальневосточной республики, трудности ее организационного становления, внешнеполитическая изоляция не стали препятствием для эффективной деятельности дальневосточных чекистов. Опыт дальневосточной спецслужбы наглядно свидетельствует, что объединение усилий чекистов и военной разведки позволило не только добиться согласованности в действиях и устранить параллелизм в организации разведывательной деятельности в тылу белых режимов и за рубежом, но и обучить кадры органов госбезопасности, повысить эффективность работы разведки и контрразведки ДВР, устранить различные недоразумения между работниками ведомств, а то и откровенную вражду между ними. А в целом решить поставленные Москвой задачи.

Список литературы

1. Буяков А.М. Структура и руководящий состав Государственной политической охраны ДВР 1920-1921 гг. //Известия РГИА ДВ. Т. Х. Владивосток, 2007. С. 173-195.

2. Вестник Дальне-Восточной республики. Чита, 1921-1922.

3. Во благо державы. 80 лет органам государственной безопасности Камчатки. Петропавловск-Камчатский: Камчатский печатный двор, 2003. - 143 с.

4. Донской В.К. Становление органов госбезопасности в Приморье в первой четверти ХХ в. // Органы государственной безопасности Приморья: взгляд в прошлое во имя будущего. Материалы науч.-теор. конфер. Владивосток, 2003. С. 50-55.

5. Доржиев Д.Л. Формирование Прибайкальского областного отдела Госполитохраны ДВР (ноябрь 1920-нобрь 1921 г.) - этап истории органов госбезопасности Бурятии // Из истории спецслужб Бурятии. Материалы науч.-практ. конфер., посвященной 80-летию ВЧК-ФСБ. Улан-Уде, 1997. С. 23-29

6. Зданович А.А. Военная контрразведка в Народно-революционной армии Дальневосточной республики. 1920-1922 гг. // Военно-исторический журнал. 2005. № 7. С. 54-58.

7. На защите Отечества: Из истории Управления ФСБ РФ: воспоминания сотрудников органов госбезопасности Хабаровского края в очерках, документах, рассказах и фотографиях/Авт.-сост. В.В. Богайчук. Хабаровск: РИОТИП, 2001. - 452 с.

8. Орнацкая Т.А. Внешняя политика Дальневосточной республики. Хабаровск: Б.и, 2008. - 256 с.

9. Орнацкая Т.А., Чепик М.В. Деятельность спецслужб Дальневосточной республики по информационному обеспечению внешнеполитической деятельности буферного государства в 1920-1922 гг. // Проблемы Дальнего Востока. 2009. № 1. С. 92104.

10. Показаньев А.Д. На крутых поворотах: (историко-публицист. книга) Благовещенск: Б.и., 2007. - 168 с.

11. РГАСПИ (Российский государственный архив социально-политической истории). Ф. 144. Оп. 1.

12. РГАСПИ. Ф. 371. Оп. 1.

13. РГАСПИ. Ф. 372. Оп. 1.

14. Собрание узаконений и распоряжений правительства ДВР. Чита, 1921-1922.

15. Собрание узаконений и распоряжений рабоче-крестьянского правительства. М., 1920.

16. Соловьев А.В. Тревожные будни Забайкальской контрразведки. Говорят архивы спецслужб Читинской области. М.: Русь, 2002. - 544 с.

17. Сонин В.В. Правовой статус Государственной политической охраны Дальневосточной республики (1920-1922 гг.) // Органы государственной безопасности Приморья: взгляд в прошлое во имя будущего. Материалы науч.-теор. конфер. Владивосток, 2003. С. 46-50.

18. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации // Российская газета. 2015. 31 декабря.

19. Хабаровские чекисты. История в документах и судьбах /Авт. сост. А.С. Колесников. Хабаровск: Частная коллекция, 2011. - 208 с.

20. Ципкин Ю.Н. Русская контрразведка на Дальнем Востоке в конце XIX в. - 1917 г. Хабаровск: Хабаровский краевой музей им. Н.И. Гродекова, 2017. - 256 с.

21. Чумаков Н. Далеко от Москвы. Об истории ГПО ДВР (Хабаровская ГПО) / Н. Чумаков // Тихоокеанская звезда. 2013. 20 марта.

22. Шабельникова Н.А. Противодействие антигосударственным преступлениям на Дальнем Востоке России в 1920-е гг. // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. 2016. № 3 (37). С. 70-77.

References

1. Bujakov A.M. Struktura i rukovodjashhij sostav Gosudarstvennoj politicheskoj ohrany DVR 1920-1921 gg. //Izvestija RGIA DV. T. H. Vladivostok, 2007. S. 173-195.

2. VestnikDal'ne-Vostochnoj respubliki. Chita, 1921-1922.

3. Vo blago derzhavy. 80 let organam gosudarstvennoj bezopasnosti Kamchatki. Petro-pavlovsk-Kamchatskij : Kamchatskijpechatnyj dvor, 2003. - 143 s.

4. Donskoj V.K. Stanovlenie organov gosbezopasnosti v Primor'e v pervoj chetverti HH v. // Organy gosudarstvennoj bezopasnosti Primorja: vzgljad v proshloe vo imja budushhego. Materialy nauch.-teor. konfer. Vladivostok, 2003. S. 50-55.

5. Dorzhiev D.L. Formirovanie Pribajkal'skogo oblastnogo otdela Gospolitohrany DVR (nojabr' 1920-nobr' 1921 g.) - jetap istorii organov gosbezopasnosti Burjatii // Iz istorii spec-sluzhb Burjatii. Materialy nauch.-prakt. konfer., posvjashhennoj 80-letiju VChK-FSB. Ulan-Ude, 1997. S. 23-29

6. Zdanovich A.A. Voennaja kontrrazvedka v Narodno-revoljucionnoj armii Dal'nevos-tochnoj respubliki. 1920-1922 gg. // Voenno-istoricheskij zhurnal. 2005. № 7. S. 54-58.

7. Na zashhite Otechestva: Iz istorii Upravlenija FSB RF: vospominanija sotrudnikov organov gosbezopasnosti Habarovskogo kraja v ocherkah, dokumentah, rasskazah i fotografijah /Avt.-sost. V.V. Bogajchuk. Habarovsk : RIOTIP, 2001. - 452 s.

8. Ornackaja T.A. Vneshnjaja politika Dal'nevostochnoj respubliki. Habarovsk: B.i., 2008. - 256 s.

9. Ornackaja T.A., ChepikM.V. Dejatel'nost' specsluzhb Dal'nevostochnoj respublikipo informacionnomu obespecheniju vneshnepoliticheskoj dejatel'nosti bufernogo gosudarstva v 1920-1922 gg. //Problemy Dal'nego Vostoka. 2009. № 1. S. 92-104.

10. Pokazan'ev A.D. Na krutyhpovorotah: (istoriko-publicist. kniga) Blagoveshhensk: B.i., 2007. - 168 s.

11. RGASPI (Rossijskij gosudarstvennyj arhiv social'no-politicheskoj istorii). F. 144.

Op. 1.

12. RGASPI. F. 371. Op. 1.

13. RGASPI. F. 372. Op. 1.

14. Sobranie uzakonenij i rasporjazhenijpravitel'stva DVR.. Chita, 1921-1922

15. Sobranie uzakonenij i rasporjazhenij raboche-krestjanskogo pravitel'stva. M., 1920.

16. Solov'ev A.V. Trevozhnye budni Zabajkal'skoj kontrrazvedki. Govorjat arhivy specsluzhb Chitinskoj oblasti. M.: Rus', 2002. - 544 s.

17. Sonin V.V. Pravovoj status Gosudarstvennoj politicheskoj ohrany Dal'nevostochnoj respubliki (1920-1922 gg.) // Organy gosudarstvennoj bezopasnosti Primorja: vzgljad v proshloe vo imja budushhego. Materialy nauch.-teor. konfer. Vladivostok, 2003. S. 46-50.

18. Strategija nacional'noj bezopasnosti Rossijskoj Federacii // Rossijskaja gazeta. 2015. 31 dekabrja.

19. Habarovskie chekisty. Istorija v dokumentah i sud'bah /Avt. sost. A.S. Kolesnikov. Habarovsk: Chastnaja kollekcija, 2011. 208 s.

20. Cipkin Ju.N. Russkaja kontrrazvedka na Dal'nem Vostoke v konce XIX v. - 1917 g. Habarovsk: Habarovskij kraevoj muzej im. N.I. Grodekova, 2017. - 256 s.

21. Chumakov, N. Daleko ot Moskvy. Ob istorii GPO DVR (Habarovskaja GPO) / N. Chumakov // Tihookeanskaja zvezda. 2013. 20 marta.

22. Shabel'nikova N.A. Protivodejstvie antigosudarstvennym prestuplenijam na Dal'nem Vostoke Rossii v 1920-e gg. // Gumanitarnye issledovanija v Vostochnoj Sibiri i na Dal'nem Vostoke. 2016. № 3 (37). S. 70-77.