Особенности правовой оценки мнимой обороны

Особенности правовой оценки мнимой обороны

Меркурьев В. В., Тараканов И. А.1

Ключевые слова: необходимая оборона, мнимая оборона, субъективное восприятие, фактическая ошибка, извинительная ошибка, действительность посягательства, реальное посягательство, обстановка посягательства, субъективный критерий, объективный критерий, невиновное причинение вреда, добросовестное заблуждение, причинение вреда.

Аннотация: статья посвящена рассмотрению особенностей учета субъективного восприятия оборонявшегося лица при квалификации действий, совершенных при мнимой обороне. Анализируется понятие мнимой обороны, отмечается, что такое понятие в тексте действующего Уголовного кодекса РФ отсутствует. Подвергаются исследованию разъяснения Пленума Верховного Суда РФ относительно мнимой обороны, на основе данных разъяснений выделяются три ситуации мнимой обороны, влекущие различные правовые последствия для при-чинителя вреда. На основе данного исследования выделяются объективный и субъективный критерии ситуации мнимой обороны, анализируется их взаимосвязь и специфика правовой оценки. Аргументируется утверждение о том, что субъективное восприятие обороняющимся лицом ситуации при мнимой обороне во многом зависит от обстановки, в которой якобы происходит посягательство. Анализируется характер фактической ошибки, допускаемой обороняющимся лицом в каждой из трех рассматриваемых ситуаций мнимой обороны, рассматривается влияние этой ошибки на квалификацию оборонительных действий. На основе проведенного анализа выдвигается утверждение о том, что все не устраненные сомнения в возможности и обязанности обороняющегося осознавать отсутствие реального посягательства должны толковаться в пользу данного лица, что позволит избежать обвинительного уклона при квалификации.

DOI: 10.21681/2226-0692-2018-2-15-19

I 1еобходимая оборона является субъективным естественным правом каждого человека, закрепленным Конституцией Российской Федерации. Чтобы оборонительные действия не стали преступными, они должны соответствовать ряду требований, которые в теории уголовного права получили название условий правомерности необходимой обороны. Одним из таких условий выступает требование о том, чтобы отражаемое посягательство было действительным, а не мнимым. Действительность посягательства связывается с реальной возможностью (способностью) причинения вреда охраняемым уголовным правом общественным отношениям. Отсутствие этого условия позволяет говорить о мнимой обороне — защите от воображаемого (не реального) посягательства2.

Следует заметить, что в тексте статьи 37 УК РФ словосочетание «мнимая оборона» не встречается. Отмечая это, И.Д. Трофимова утверждает следующее: «Мнимая оборона — это не уголовно-правовая категория, она не предусмотрена УК РФ. Это научное понятие,

2 Волков К.А. Необходимая оборона в деятельности полиции: вопросы теории и судебной практики // Российский судья. 2013. № 4. С. 13.

призванное разобраться в случаях, когда «оборона» не укладывается в рамки ст. 37 УК РФ»3.

Более того, в теории уголовного права данный термин подвергался критике. Так, Р.М. Юсупов утверждал, что «сам термин «мнимая оборона» является неточным, поскольку в подобных ситуациях действия лица, направленные на пресечение посягательства и заключающиеся в причинении вреда, вполне реальны, а воображаемым, кажущимся является как раз посягательство»4. Аналогичного мнения придерживался В.И. Ткаченко, предлагая говорить не о «мнимой обороне», а об «обороне от мнимого посягательства»5.

Под мнимой обороной Н.Н. Паше-Озерский понимал «оборону против воображаемого, кажущегося, но в действительности (объективно) несуществующего

3 Трофимова И.Д. Мнимая оборона как разновидность фактической ошибки // Актуальные проблемы уголовного права на современном этапе (вопросы дифференциации ответственности и законодательной техники). 2016. № 5. С. 79.

4 Юсупов Р.М. Оборона от мнимого посягательства // Вестник Московского университета МВД России. 2003. № 1. С. 47.

5 Ткаченко В.И. Теоретические основы необходимой обороны и квалификации преступлений, совершенных при превышении ее пределов: Дис. ... докт. юрид. наук. М., 1982. С. 290.

1 Меркурьев Виктор Викторович, доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета ВЮИ ФСИН России, старший советник юстиции, г. Владимир, Российская Федерация. E-mail: upik@vui.vladinfo.ru

Тараканов Илья Александрович, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета ВЮИ ФСИН России, подполковник внутренней службы, г. Владимир, Российская Федерация. E-mail: upik@vui.vladinfo.ru

посягательства, то есть результат ошибки»6. Сходного мнения придерживался Э.В. Кабурнеев: «Под мнимой обороной понимается причинение вреда лицу, ошибочно принятому за преступника»7.

Упоминание о мнимой обороне находит свое отражение в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»8: «Судам необходимо различать состояние необходимой обороны и состояние мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо ошибочно предполагает его наличие.

В тех случаях, когда обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство, и лицо, применившее меры защиты, не осознавало и не могло осознавать отсутствие такого посягательства, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны. При этом лицо, превысившее пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или с непосредственной угрозой применения такого насилия, подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны.

В тех случаях, когда лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать отсутствие реального общественно опасного посягательства, его действия подлежат квалификации по статьям Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающим ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.

Если же общественно опасного посягательства не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу оснований полагать, что оно происходит, действия лица подлежат квалификации на общих основаниях».

Сходные положения содержались в п. 13 ранее действовавшего Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 № 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»9.

Данное сходство отмечается Ю.А. Тимошенко: «Из ранее действовавшего Постановления... были заимствованы, правда, с некоторыми дополнениями и уточнениями, положения, касающиеся мнимой обороны, то есть ситуаций, когда отсутствовало реальное общественно опасное посягательство, а лицо ошибочно предполагало его наличие»10.

Толкование содержания п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О приме-

6 Паше-Озерский Н.Н. Необходимая оборона и крайняя необходимость по советскому уголовному праву. М., 1962. С. 100.

7 Кабурнеев Э.В. Ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны. Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 44.

8 Российская газета. № 227. 03.10.2012.

9 Бюллетень Верховного Суда СССР. № 5. 1984. С. 9-13.

10 Тимошенко Ю.А. Необходимая оборона и причинение вре-

да при задержании лица, совершившего преступление. Разъяснения

Верховного Суда Российской Федерации // Прокурор. 2013. № 1. С. 42.

нении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» позволяет выделить три ситуации мнимой обороны:

1. Мнимая оборона с извинительной ошибкой.

2. Мнимая оборона с ошибкой, не исключающей уголовную ответственность.

3. Мнимая оборона, влекущая уголовную ответственность на общих основаниях.

Следует заметить, что при конструировании ситуаций мнимой обороны используется как минимум два критерия, один из которых связан с субъективным восприятием обороняющегося лица, а другой — с обстановкой мнимого посягательства.

О таких критериях уже упоминалось в юридической литературе. Так, Д. Птащенко по этому поводу указывал следующее: «Необходимо отметить, что при определении мнимой обороны правоприменительная практика СССР делала акцент на субъективный критерий: «Суды должны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства» (абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. № 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»). Однако Пленум Верховного Суда СССР для уголовно-правовой оценки и признания определенной ситуации мнимой обороны учитывал и объективный критерий. В соответствии с абз. 2-3 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. № 14 именно объективный критерий являлся основанием для разграничения квалификации добросовестного и недобросовестного заблуждения в ситуации мнимой обороны. Подобный подход был избран и Пленумом Верховного Суда РФ (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»)»11.

Таким образом, при квалификации действий, совершенных в состоянии мнимой обороны, следует учитывать два критерия:

1) возможность и обязанность лица осознавать мнимость посягательства (субъективный критерий);

2) наличие обстановки, обуславливающей возможность совершения фактической ошибки относительно действительности посягательства (объективный критерий).

Для каждой из трех вышеуказанных ситуаций мнимой обороны общим является то, что обороняющееся лицо причиняет вред, ошибочно полагая, что имеет место реальное (действительное) посягательство. Таким образом, в основе каждой из рассматриваемой ситуации лежит фактическая ошибка обороняющегося лица относительно наличия общественно опасного посягатель-

11 Птащенко Д. Мнимая оборона в уголовном праве государств-участников Содружества Независимых Государств: особенности судебного толкования // Уголовное право. 2013. № 6. С. 52.

ства. На это обращает внимание А.В. Разилова, отмечая, что «вопрос об уголовной ответственности при мнимой обороне решается по правилам извинительной и неизвинительной ошибки»12. Аналогичного мнения придерживается Б.Б. Галиев: «Причиной мнимой обороны может быть ошибка обороняющегося относительно ряда объективных обстоятельств, а потому юридические последствия мнимой обороны оцениваются по общим правилам о фактической ошибке»13.

Соглашаясь с наличием возможности существования извинительной ошибки, Егорова Н.А. и Гордей-чик С.А. в то же время предлагают не обращаться к положениям статьи 37 УК РФ при квалификации деяний, совершенных в состоянии мнимой обороны: «Сомнительными видятся правила квалификации деяния как совершенного в состоянии необходимой обороны при извинительной ошибке лица, а также как превышения пределов необходимой обороны — при превышении пределов защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или с непосредственной угрозой применения такого насилия... Для оценки содеянного как совершенного в ситуации необходимой обороны (с соблюдением всех условий правомерности причинения вреда либо с превышением пределов необходимой обороны) нет никаких оснований, так как общественно опасного посягательства нет, и необходимая оборона объективно не существует. В первом случае (т.е. когда обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство и лицо, применившее меры защиты, не осознавало и не могло осознавать отсутствие такого посягательства) имеет место невиновное причинение вреда (ст. 28 УК); во втором — обычное умышленное преступление»14.

Однако представляется справедливым мнение, высказанное К.И. Поповым: «Неприменение к рассматриваемым случаям мнимой обороны правил о необходимой обороне оставляло бы неясным вопрос о том, почему при извинительной ошибке о наличии посягательства обороняющийся, совершивший объективно общественно опасное деяние, в одном случае освобождается от уголовной ответственности за отсутствием состава преступления, а в другом — подлежит наказанию»15.

Тем не менее, правовая оценка такой ошибки, в зависимости от субъективного и объективного критериев мнимой обороны, может быть весьма различной. На это указывает А.В. Неврев: «Нельзя приступать к оборонительным действиям, полагаясь лишь на впечатление. Не исключено, однако, что лицо в силу каких-то причин

12 Разилова А.В. Мнимая оборона в уголовном праве России // Евразийский научный журнал. 2016. № 5. С. 237.

13 Галиев Б.Б. Вопросы квалификации правомерности причинения вреда при мнимой обороне // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2014. № 1. С. 192.

14 Егорова Н.А., Гордейчик С.А. Новое Постановление Пленума Верховного Суда РФ о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление // Законность. 2013. № 2. С. 18.

15 Попов К.И. Эксцесс обороны и мнимая оборона // Право и государство: теория и практика. 2010. № 9. С. 113.

ошибочно принимает то или иное поведение за посягательство и действует как в состоянии необходимой обороны»16.

Следует учитывать как субъективный, так и объективный критерии мнимой обороны. Представляется недопустимым оценивать правомерность причинения вреда при мнимой обороне, основываясь лишь на показаниях оборонявшегося лица. В связи с этим следует признать справедливым мнение Д. Птащенко: «На наш взгляд, необоснованно вкладывать в уголовно-правовое понимание мнимой обороны исключительно субъективный критерий, как это предлагают некоторые представители науки уголовного права: с целью ухода от уголовной ответственности причинители вреда будут ссылаться на мнимую оборону при ее фактическом отсутствии»17.

В то же время следует заметить, что субъективное восприятие обороняющимся лицом ситуации при мнимой обороне во многом зависит от обстановки, в которой якобы происходит посягательство. Заблуждение оборонявшегося о наличии общественно опасного посягательства должно быть обусловлено такими элементами указанной обстановки, которые позволяли бы предполагать присутствие угрозы охраняемым уголовным законом правам и интересам. По этому поводу Е.В. Лукки справедливо замечает: «Для того, чтобы оценить оборону как мнимую, необходимо, чтобы реально существовали обстоятельства, внешне сходные с общественно опасным посягательством, и имелась ошибка самого лица в оценке общественной опасности деяния»18.

Первая ситуация мнимой обороны основана на добросовестном заблуждении оборонявшегося, обусловленном обстановкой, признаки которой создавали достаточное основание полагать, что имеет место общественно опасное посягательство. О такой ситуации весьма подробно говорил М.А. Фомин: «Хотелось бы заметить, что подобного рода мнимая оборона имеется лишь тогда, когда «обороняющийся» добросовестно заблуждается не по своей вине. Если в силу сложившейся обстановки он имел достаточные основания полагать, что подвергается реальному нападению, и поэтому решил защищаться, то вины нет, а следовательно, отпадает и вопрос об уголовной ответственности. Действия, которые были правомерными в условиях реального общественно опасного посягательства, не могут быть поставлены в вину, если «обороняющийся» не только не сознавал, но и не мог сознавать ошибочности своего предположения о наличии нападения. Его не за что наказывать, так как и при должной внимательности он не мог не принять кажущееся нападение за действительно происходящее»19.

16 Неврев А.В. Необходимая оборона: проблемы квалификации и правоприменения. Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 79.

17 Птащенко Д. Мнимая оборона в уголовном праве государств-участников Содружества Независимых Государств: особенности судебного толкования // Уголовное право. 2013. № 6. С. 52.

18 Лукки Е.В. Понятие мнимой обороны в российском уголовном праве // Вестник Адыгейского государственного университета. 2015. № 4(167). С. 166.

19 Фомин М.А. Проблемы совершенствования института необходимой обороны в уголовном праве России. Дис. ... канд. юрид. наук.

Иными словами, рассматриваемая ситуация мнимой обороны предполагает наличие извинительной ошибки. О такой ошибке А.В. Неврев указывал: «В целом извинительной ошибкой при мнимой обороне является такое заблуждение, когда у обороняющегося были достаточные основания усмотреть наличие и источник посягательства. В положительном случае имеет место невиновное причинение вреда»20.

В основе квалификации оборонительных действий при второй ситуации мнимой обороны лежит определение такого вида неосторожности, как небрежность. Обороняющееся лицо не осознавало мнимости посягательства, однако хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло это осознавать. Происходит фактическая ошибка относительно правомерности причиняемого вреда, что позволяет признать данный вред причиненным по неосторожности. При этом следует учесть, что неосторожное причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью не влечет уголовной ответственности.

Для третьей же ситуации мнимой обороны субъективное восприятие оборонявшимся наличия посягательства вообще не основано на объективных признаках обстановки. По этому поводу А.А. Арямов справедливо указывает, что «не спровоцированное насилие, вызванное исключительно повышенной мнительностью квазиобороняющегося при отсутствии реальных признаков нападения, когда с точки зрения обыкновенного разумного человека в конкретной обстановке ничего не предвещало нападения, должно оцениваться как умышленное преступление на общих основаниях»21.

В то же время представляется недопустимым требовать от обороняющегося лица воспринимать ситуацию мнимой обороны максимально спокойно и объективно, поскольку она, как правило, отличается внезапностью и неопределенностью. Вследствие этого все не устраненные сомнения в возможности и обязанности обороняющегося осознавать отсутствие реального посягательства должны толковаться в пользу данного лица, что позволит избежать обвинительного уклона при квалификации. Поэтому следует признать справедливым мнение, высказанное Э.В. Кабурнеевым: «При мнимой обороне решающее значение принадлежит анализу субъективного восприятия обстановки обороняющимся»22.

Квалификация оборонительных действий при мнимой обороне, равно как и установление наличия ситуации мнимой обороны, вызывает проблемы в следственно-судебной практике. Так, приговором Мало-ярославецкого районного суда Калужской области от 6 ноября 2014 года В.А. Усанов был осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к десяти годам лишения свободы с отбыванием

М., 2000. С. 69-70.

20 Неврев А.В. Необходимая оборона: проблемы квалификации и правоприменения. Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 79.

21 Арямов А.А. Правомерное причинение вреда. Челябинск, 2004. С. 74.

22 Кабурнеев Э.В. Ответственность за убийство при превы-

шении пределов необходимой обороны. Дис. ... канд. юрид. наук. М.,

2002. С. 44-45.

наказания в колонии строгого режима (судебный номер дела № 1-143/2014).

Судом было установлено, что между В.А. Усано-вым и погибшим А.Е. Календиным незадолго до производства выстрела, повлекшего смерть последнего, произошла ссора. В ходе данной ссоры Календин достал из автомобиля предмет, похожий на пистолет, который спрятал под футболку, продолжая держать его правой рукой. Затем, со слов Усанова, Календин выкрикнул: «Давай на опережение!» и сделал резкое движение, которое Усанов воспринял как готовность стрелять. После этого Усанов произвел выстрел в область правого бедра Календина, причинив тем самым огнестрельное дробовое ранение, которое явилось опасным для жизни и в результате обильной массивной кровопотери повлекло смерть потерпевшего.

С приговором суда был не согласен адвокат М.С. Крутер, который указывал: «Даже если согласиться... что у А.М. Календина не было пистолета, то предмет, похожий на пистолет, находился у него под футболкой. Мог ли в таких конкретных экстремальных обстоятельствах предполагать В.А. Усанов, что находится у Кален-дина под футболкой: кулак, пистолет и каковы будут последующие действия пьяного, огромного, агрессивно настроенного человека? Безусловно, нет»23.

Квалифицировать действия Усанова как совершенные в состоянии мнимой обороны предлагал Э.Ф. Побегайло: «Поскольку по делу существуют пока еще неустранимые противоречия в оценке поведения А.М. Ка-лендина непосредственно перед причинением ему вреда (шел ли он к В.А. Усанову с агрессивными намерениями, угрожал ли он ему причинением физического вреда, был ли при нем пистолет), необходимо остановиться на варианте, при котором угроза посягательства существовала лишь в воображении В.А. Усанова (по правилам о так называемой мнимой обороне, т.е. обороне против воображаемого, кажущегося, но в действительности не существующего посягательства). В теории уголовного права и правоприменительной практике юридические последствия мнимой обороны определяются по общим правилам о фактической ошибке»24.

При этом Э.Ф. Побегайло обращает внимание на заключение специалиста-психолога И.А. Кудрявцева, сделанного по рассматриваемому уголовному делу. Согласно данному заключению «смысловое содержание сознания обвиняемого В.А. Усанова определялось переживаниями смертельной угрозы, исходящей от А.М. Ка-лендина. Это, как видно из особенностей восприятия актуальной ситуации и переживаний В.А. Усанова в этот период, до предела обострило страх, обусловило преувеличение степени угрозы поведения А.М. Календина, определило интерпретацию (толкование) исходящей от него опасности как смертельной и неотвратимой, расширило ее смысловое поле. Это детерминировало актуальное восприятие и смысловую оценку В.А. Усановым

23 Крутер М.С. Проблема судопроизводства о необходимой обороне по уголовному делу В.А. Усанова // Публичное и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016. С. 123.

24 Побегайло Э.Ф. Заключение специалиста-правоведа по уголовному делу В.А. Усанова // Публичное и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016. С. 146.

угрожающего поведения А.М, Календина как реальную опасность не только для своей жизни, но и для жизни приехавших с ним лиц».

Вышеизложенное позволяет усматривать в действиях В.А. Усманова признаки мнимой обороны, что требует квалификации его действий либо как совершенных по неосторожности (при условии, что В.А. Усманов мог и должен был осознавать отсутствие действительного общественно опасного посягательства), либо как невиновное причинение вреда при извинительной ошибке.

Правильное применение положений уголовного законодательства о необходимой обороне позволит избежать необоснованного привлечения к уголовной ответственности лиц, реализующих свое естественное право на необходимую оборону. Это, в свою очередь, обеспечит рост уровня доверия населения к правоохранительным органам, а также укрепит уверенность граждан в допустимости отражения общественно опасных посягательств своими силами.

Литература

1. Волков К.А. Необходимая оборона в деятельности полиции: вопросы теории и судебной практики / К.А. Волков // Российский судья. 2013. № 4.

2. Галиев Б.Б. Вопросы квалификации правомерности причинения вреда при мнимой обороне / Б.Б. Галиев // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2014. № 1.

3. Егорова Н.А. Новое Постановление Пленума Верховного Суда РФ о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление / Н.А. Егорова, С.А. Гордейчик // Законность. 2013. № 2.

4. Крутер М.С. Проблема судопроизводства о необходимой обороне по уголовному делу В.А. Усанова / М.С. Крутер // Публичное и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016.

5. Кудрявцев И.А. Заключение специалиста-психолога по уголовному делу В.А. Усанова / И.А. Кудрявцев // Публичное

и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016.

6. Лукки Е.В. Понятие мнимой обороны в российском уголовном праве / Е.В. Лукки // Вестник Адыгейского государственного университета. 2015. № 4(167).

7. Побегайло Э.Ф. Заключение специалиста-правоведа по уголовному делу В.А. Усанова / Э.Ф. Побегайло // Публичное и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016.

8. Птащенко Д. Мнимая оборона в уголовном праве государств-участников Содружества Независимых Государств: особенности судебного толкования / Д. Птащенко // Уголовное право. 2013. № 6.

9. Разилова А.В. Мнимая оборона в уголовном праве России / А.В. Разилова // Евразийский научный журнал. 2016. № 5.

10. Тимошенко Ю.А. Необходимая оборона и причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление. Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации / Ю.А. Тимошенко // Прокурор. 2013. № 1.

11. Трофимова И.Д. Мнимая оборона как разновидность фактической ошибки / И.Д. Трофимова // Актуальные проблемы уголовного права на современном этапе (вопросы дифференциации ответственности и законодательной техники). 2016. № 5.

25 Кудрявцев И.А. Заключение специалиста-психолога по уголовному делу В.А. Усанова // Публичное и частное право. Выпуск I (XXIX) январь-март. М., 2016. С. 136.