Анализ аргументов в пользу декриминализации неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства

Сапронов Юрий Викторович

кандидат юридических наук, доцент, начальник факультета подготовки научно-педагогических и научных кадров

Краснодарского университета МВД России

Сапронова Ирина Юрьевна

старший преподаватель кафедры уголовного права Института Дружбы народов Кавказа

Анализ аргументов в пользу декриминализации

неправомерного завладения государственным регистрационным знаком

транспортного средства

В статье проанализированы аргументы в пользу декриминализации недавно введенной в Уголовный кодекс РФ ст. 3251 «Неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства».

Ключевые слова: преступление, уголовная ответственность, порядок управления, декриминализация.

Yu.V. Sapronov, Master of Law, Assistant Professor, Head of the Faculty of Training of Scientific and Pedagogical and Scientific Personnel of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612581676;

I.Yu. Sapronova, Senior Teacher of a Chair of Criminal Law of the Institute of Friendship of Peoples of the Caucasus (Stavropol); e-mail: sapronova.irina2011@yandex.ru

Analysis of arguments in favor of decriminalization misappropriation of state registration number of vehicle

The article analyzes arguments in favor of decriminalization of the newly introduced into the Criminal code art. 3251 «Misappropriation of state registration of number vehicle».

Key words: crime, criminal responsibility, management order, decriminalization.

Общеизвестно, что социально-юридическая обусловленность составляет основу существования любой уголовно-правовой нормы. Постоянное изменение отечественного уголовного законодательства тесно связано с непрерывным социальным прогрессом, а следовательно, с развитием и изменением общественных отношений, которые охраняются уголовно-правовыми мерами. Социально-правовая обусловленность уголовно-правовых запретов предопределяет процесс криминализации и декриминализации деяний, включенных законодателем в УК РФ. Вместе с тем, в указанных процессах, с нашей точки зрения, находит свое место и промежуточное действие, которое показывает взаимосвязь соответствия конкретного уголовно-правово-

го запрета и современного уровня развития общественных отношений. Как справедливо считают некоторые авторы, детерминантами, обусловливающими изменение круга и объема криминализации, являются:

«появление новых общественно опасных деяний;

научно-технический прогресс; изменение приоритетов в жизни общества, в том числе и переоценка различных прав и свобод человека и т.д.» [1, с. 34].

Непрерывно происходящие в последнее время изменения и дополнения в УК РФ подтверждают необходимость регулярного исследования степени обусловленности любого уголовно-правового запрета, а тем более вновь вводимого. Как известно, «для анализа

127

обусловленности уголовно-правового запрета инструментарием являются сформулированные в науке уголовного права критерии (основания) криминализации деяний, к числу которых обычно относят следующие:

1) общественная опасность деяния;

2) степень распространенности деяния;

3) преобладание положительных последствий криминализации над отрицательными;

4) соответствие запрета нормам Конституции РФ, международного права;

5) согласованность запрета с нравственными нормами;

6) возможность практического применения запрета;

7) неэффективность противодействия деянию иными правовыми средствами» [2, с. 22].

Криминализация деяния представляет собой «процесс выявления общественно опасных форм индивидуального поведения, признания допустимости, возможности и целесообразности уголовно-правовой борьбы с ними и фиксации их в законе в качестве преступных и уголовно наказуемых» [3, с. 59]. Определяя понятие криминализации, Н.И. Загородников утверждает, что таковой является «объявление общественно опасных деяний преступлением» [4, с. 48].

Уголовно-правовая доктрина традиционно признает основным критерием криминализации любого деяния его общественную опасность.

Чезаре Беккария в своем знаменитом трактате «О преступлениях и наказаниях» писал: «Истинным мерилом преступления является вред, наносимый им обществу. Это одна из тех очевидных истин, для открытия которых не требуется ни квадрантов, ни телескопов и которые доступны любому среднему уму» [5]. В отечественной науке уголовного права материальное определение понятия преступления и его основной признак - общественная опасность - впервые официально были закреплены в Руководящих началах по уголовному праву 1919 г. [6], где подчеркивалось, что общественная опасность преступления должна соответствовать его опасности для социальных ценностей, охраняемых законом.

Категория общественной опасности изучалась многими учеными советского и постсоветского периодов.

Так, В.Н. Кудрявцев основным показателем общественной опасности деяния признавал тяжесть возможных последствий, вероятность их наступления [7]. Определяя основные показатели общественной опасности преступного деяния, Ю.А. Демидов писал: «Общественная опасность преступления складывается из об-

щественной опасности деяния (действия или бездействия), общественной опасности последствий этого деяния и общественной опасности личности виновного» [8]. П.А. Фефелов видел сущность общественной опасности преступного деяния в том, что оно «...несет в себе антиобщественную ценностную ориентацию и способно служить прецедентом для повторения подобной деятельности в будущем...» [9].

По замечанию А.И. Рясова, «общественная опасность посягательства на общественные отношения состоит в противоречии интересам общества и государства объективной и субъективной сторон поведения гражданина, виновно причиняющего или создающего реальную угрозу причинения существенного вреда определенным социальным ценностям» [10]. По мнению С.И. Никулина и Б.В. Яцеленко, общественная опасность «означает способность поступка человека, признаваемого преступлением, причинять существенный вред охраняемым уголовным законом социальным ценностям» [11, с. 52]. Расширяя данное определение общественной опасности, Н.Ф. Кузнецова считает, что признак общественной опасности означает «способность поступка человека, признаваемого преступлением, причинять существенный вред охраняемым уголовным законом социальным ценностям либо создавать реальную угрозу причинением такого вреда» [12, с. 53]. В свою очередь, И.Г. Соломоненко определяет общественную опасность как «свойство деяния причинить или создать реальную угрозу причинения вреда охраняемым уголовным законом отношениям и интересам» [13, с. 44].

По нашему мнению, более развернутое определение анализируемого признака преступления дает Ю.И. Ляпунов, в работах которого эта сложная категория исследовалась специально. Так, он указывал: «Уголовно-правовая общественная опасность - это определенное объективное асоциальное состояние преступления, обусловленное всей совокупностью его отрицательных свойств и признаков и заключающее в себе реальную возможность причинения вреда (ущерба) ... общественным отношениям, поставленным под охрану закона» [14, с. 39].

Таким образом, приведенные мнения авторов сходятся на том, что общественная опасность характеризуется, главным образом, способностью причинить вред общественным отношениям, которые охраняются уголовным законом. Без сомнения, становится очевидным объективный характер общественной опасности, т.е. ее независимость от сознания человека, законодателя, правоохранительных органов либо суда. Из

128

изложенного можно сделать вывод о том, что законодательные, судебные, правоохранительные органы только фиксируют наличие данного свойства того или иного явления. В соответствии с этим общественная опасность приобретает объективное выражение. Справедливо утверждение Л.Н. Кривоченко, который указывает: «Роль законодателя заключается в том, чтобы выявить, правильно отразить и закрепить в норме права это объективное свойство» [15, с. 33].

Поскольку общественная опасность составляет материальное свойство преступления, постольку она выражается в причинении либо угрозе причинения ущерба общественным отношениям (интересам), охраняемым уголовным законодательством. Согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ деяние, не представляющее общественной опасности, ввиду малозначительности преступлением не является.

Кроме того, правильно квалифицировать содеянное возможно, только установив признаки преступления, одним из которых является общественная опасность, состоящая из его качественной и количественной характеристик. Степень общественной опасности, являясь количественным показателем, способствует сравнительному анализу преступлений одного вида, одного и того же характера. Насколько опасно преступление и в какой степени, можно установить на основе анализа всех объективных и субъективных признаков данного преступления [16].

Характер общественной опасности является ее качественной характеристикой. Именно в характере общественной опасности содержатся особенности и свойства преступления, которые позволяют отличить его от непреступных деяний (административных правонарушений, гражданско-правовых деликтов, дисциплинарных проступков), от преступлений, смежных с ним по признакам состава, выделить конкретное преступное посягательство из числа тех, которые составляют определенную группу преступлений. Характер общественной опасности позволяет определить преступление в силу свойственных лишь ему объективных и субъективных признаков, которые отражают важность общественных отношений, на которые направлено преступление, внешнюю форму деяния, наносящего ущерб этим отношениям или ставящего их под угрозу нанесения ущерба. Кроме того, необходимо отметить, что качественная характеристика общественной опасности преступления выражает и то общее, что характеризует всю группу однородных преступлений. Характер общественной опасности преступления опре-

деляется, прежде всего, объектом преступного посягательства.

Таким образом, преступление отличается от иных антиобщественных деяний характером (качеством) и повышенной степенью общественной опасности, особой остротой противоречия интересам личности, общества и государства. Характер и степень общественной опасности преступного посягательства зависят от совокупности признаков, его характеризующих. Однако не все эти признаки определяют ее в равной мере. Среди показателей опасности посягательства имеются такие, которые оказывают существенное влияние на признание деяния преступным [10].

Рассматривая вновь введенный в УК РФ состав преступления, предусматривающий ответственность за неправомерное завладение государственным регистрационным знаком транспортного средства (ст. 3251 УК РФ) [17], необходимо, прежде всего, определить степень и характер общественной опасности криминализованного деяния. Анализируя необходимость криминализации неправомерного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства, следует обратить внимание, в частности, именно на наличие не просто общественной опасности деяния, но на ее уголовно-правовую общественную опасность.

С одной стороны, любое неправомерное действие с государственным регистрационным знаком транспортного средства должно расцениваться как деяние, посягающее на установленные государством правила и нормы, регулирующие оборот данного предмета. От этого зависят возможность допуска транспортного средства к участию в дорожном движении и его эксплуатации на территории Российской Федерации и за ее пределами; государственный учет транспортных средств и государственный учет основных показателей состояния безопасности дорожного движения; выявление и пресечение преступлений и правонарушений, связанных с использованием транспортных средств; обеспечение исполнения законодательства о мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации, законодательства о налогах и сборах, таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле, законодательства о техническом регулировании, законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

С другой стороны, условием уголовной противоправности деяния законодатель определяет

129

неправомерное завладение регистрационным знаком транспортного средства только при наличии обязательных признаков субъективной стороны: мотив («корыстная заинтересованность») либо цель - «совершение тяжкого или особо тяжкого преступления».

Следовательно, если государственным регистрационным знаком завладевают, например, из хулиганских побуждений или из мести владельцу или собственнику транспортного средства, то деяние не может быть признано преступным, а значит, и наказуемым в уголовно-правовом порядке. Логично полагать, что в этих случаях неправомерное завладение государственным регистрационным номером не представляет уголовно-правовой общественной опасности.

Не секрет, что в 2011-2013 гг. все более острой становилась проблема похищения государственных регистрационных знаков транспортных средств. Это стало настоящим криминальным бизнесом, который приносил немалые доходы. С августа же 2013 г. ситуация резко изменилась, поскольку Министерством внутренних дел РФ был издан Приказ о новых правилах регистрации транспортных средств. В соответствии с п. 26 указанного приказа за государственную регистрацию транспортных средств и совершение иных регистрационных действий, связанных с выдачей государственных регистрационных знаков на автомобили, в том числе взамен утраченных или пришедших в негодность, либо с выдачей государственных регистрационных знаков на мототранспортные средства и прицепы, в том числе взамен утраченных или пришедших в негодность, необходимо уплатить от 1500 до 2500 рублей [18]. Из текста нормативного акта следует, что собственник (владелец) транспортного средства должен сообщить в компетентный орган ГИБДД об утрате государственного регистрационного номерного знака, уплатить соответствующую государственную пошлину и получить дубликат прежнего знака на свое транспортное средство.

Таким образом, с принятием новых правил регистрации транспортных средств проблема утраченных (в том числе и похищенных) государственных регистрационных знаков транспортных средств отпала сама собой. Теперь нет необходимости снова проходить процедуру регистрации автомобиля в регионе проживания. Достаточно получить дубликаты номеров в ГИБДД либо разрешение на изготовление дубликата знака в любом регионе Российской Федерации. При краже номеров необходимо как можно скорее получить дубликаты. Для получения дубликатов номеров нужно подать соответ-

ствующее заявление в ГИБДД и предоставить паспорт транспортного средства; свидетельство о регистрации транспортного средства; если сохранился один из номерных знаков - предоставить и его; квитанцию об уплате госпошлины; паспорт. Согласно новым правилам вся процедура должна занимать не более часа. Поэтому при утере или краже номеров их дубликаты можно получить в тот же день и гораздо дешевле, чем просят злоумышленники за их возврат. Казалось бы, исчез основной смысл (нажива) в незаконном завладении государственным регистрационным номером транспортного средства.

Как было указано выше, собственник или титульный владелец транспортного средства, а следовательно, и его государственного регистрационного знака при утрате (в том числе и похищении) последнего терпит имущественный ущерб максимум 2500 рублей. Кроме того, данное деяние вполне подпадает под корыстные преступления против собственности по своим признакам:

незаконность;

безвозмездность;

завладение;

корыстная заинтересованность.

Вместе с тем, в действиях лиц, совершающих неправомерное завладение государственными регистрационными знаками транспортных средств, как правило, имеет место именно корысть, поскольку в дальнейшем они сообщают собственнику (владельцу) транспортного средства о необходимости выплатить денежное вознаграждение за возвращение знака. В связи с этим возникает вопрос: «Кому причиняется ущерб (вред) действиями виновного?». И ответ здесь очевиден - не государству, не органам местного самоуправления, а собственнику (либо титульному владельцу) транспортного средства. То есть при совершении незаконного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства из корыстной заинтересованности виновный, прежде всего, посягает не на порядок управления, а на отношения, охраняющие право чужой собственности.

Анализ второго субъективного признака -цель совершения тяжкого или особо тяжкого преступления - также дает основания полагать, что в этом случае виновный посягает на отношения, охраняющие правосудие, а никак не на порядок управления. Ведь если государственный регистрационный знак транспортного средства используется при совершении преступного посягательства (например, для сокрытия действительного государственного регистрационного знака автомашины при разбое, террористиче-

130

ском акте, убийстве), то затрудняется процесс обнаружения и фиксации следов совершенного преступления. Снова возникает вопрос о месте нахождения нового состава преступления в УК РФ.

Некоторые ученые под видовым объектом преступлений, включенных законодателем в гл. 32 УК РФ, усматривают нормальную управленческую деятельность органов государственной исполнительной власти и местного самоуправления [19, с. 324]. А.Ю. Кизилов, например, понимает под порядком управления и, как следствие, видовым объектом преступлений, предусмотренных гл. 32 УК РФ, «нормальную деятельность публичного аппарата управления» [20, с. 53]. Из проведенного анализа признаков состава преступления, предусмотренного ст. 3251 УК РФ, видно, что незаконное завладение государственным регистрационным знаком из корыстной заинтересованности либо с целью совершить тяжкое или особо тяжкое преступление, не может посягать и не посягает на порядок управления, а, следовательно, имеет другие родовой, видовой и непосредственный объекты преступного посягательства и должно относиться к другой главе и другому разделу УК РФ.

Анализируя второе основание криминализации деяния, мы обратились к официальной статистике. Результатом явилось то, что нами не установлено за последний год случаев незаконного завладения государственными регистрационными знаками транспортных средств как достаточно частого явления. Кто определил степень распространенности рассматриваемого деяния на момент его введения в УК РФ, не ясно. Также следует отметить и то, что изменением и усовершенствованием правил регистрации транспортных средств, без применения уголовно-правовых репрессий, достигнут значительно больший и оперативный эффект в противодействии незаконному завладению государственным регистрационным знаком.

Таким образом, из вышеизложенного возможно сделать следующие выводы:

1) ставится под сомнение уголовно значимая общественная опасность данного деяния, а следовательно, и его уголовная противоправность;

2) на момент криминализации незаконного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства из корыстной заинтересованности либо с целью совершения тяжкого или особо тяжкого преступления (май 2014 г.) не аргументирована степень распространенности данного деяния;

3) поскольку нормативно определены упрощенные правила получения дубликата государ-

ственного регистрационного знака транспортного средства, постольку и нет необходимости в незаконном завладении им (во всяком случае, из корыстной заинтересованности);

4) большие сомнения вызывает соответствие криминализации исследованного деяния нормам Конституции РФ и международного права;

5) при практическом применении ст. 3251 УК РФ возникнут большие сложности в доказывании признаков состава преступления;

6) эффективность противодействия незаконному завладению государственным регистрационным знаком транспортного средства путем применения иных, не уголовно-правовых мер в настоящее время уже доказана.

В заключение хотелось бы отметить следующее. Н.А. Лопашенко справедливо выделяет в качестве одного из основных принципов криминализации деяния его своевременность [21, с. 297-298]. Данный принцип обладает определяющим значением, поскольку его соблюдение и реализация позволяют осуществлять адекватную уголовную политику в государстве. На момент внесения дополнений (5 мая 2014 г.) в отечественное уголовное законодательство необходимость криминализации незаконного завладения государственным регистрационным знаком транспортного средства из корыстной заинтересованности либо с целью совершения тяжкого или особо тяжкого преступления отсутствовала.

Кроме того, реформирование, даже частичное, уголовного законодательства должно достигать определенной цели - противодействия преступности. На необходимость целевого характера защиты наиболее важных общественных отношений от преступных посягательств указывали многие ученые и практические работники правоохранительных органов [22]. К сожалению, в последние годы сложилась практика определенного «шараханья» законодателя от ужесточения, с одной стороны, до либерализации уголовно-правового воздействия - с другой. Примером этого служит отношение к клевете (ныне ст. 1281 УК РФ). В течение полугода ст. 129 сначала исключили из УК РФ, а затем ввели вновь. То же можно указать и по поводу конфискации имущества. В декабре 2003 г. отменили данное уголовное наказание, а в июле 2006 г. были вынуждены вернуть конфискацию в уголовный закон, правда, в виде иной меры уголовно-правового характера.

Полагаем, что к изменениям и дополнениям уголовного законодательства депутатам Государственной Думы РФ необходимо относиться более осторожно и взвешенно.

131

1. Чесноков О. В. Уголовно-правовые аспекты борьбы со служебным подлогом: дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2009.

2. Курс российского уголовного права. Общая часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А. В. Наумова. М., 2001.

3. Коробеев А. И. Советская уголовно-правовая политика: проблемы криминализации и пенализации. Владивосток, 1987.

4. Загородников Н.И. Советская уголовная политика и деятельность органов внутренних дел. М., 1979.

5. Беккариа Чезаре. О преступлении и наказании. М., 1995.

6. Руководящие начала по уголовному праву РСФСР: постановление Наркомюста РСФСР от 12 дек. 1919 г. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». 2014.

7. Кудрявцев В.Н. Стратегии борьбы с преступностью. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2005.

8. Демидов Ю.А. Социальная ценность и оценки в уголовном праве. М., 1975.

9. Фефелов П.А. Общественная опасность преступного деяния и основание уголовной ответственности: основные методологические проблемы. М., 1972.

10. Рясов А. И. Принцип справедливости в назначении наказания при множественности преступлений: дис. . канд. юрид. наук. Ставрополь, 2004.

11. Уголовное право. Общая и Особенная части: учеб. для вузов /под общ. ред. М.П. Журавлева и С.И. Никулина. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2007.

12. Уголовное право Российской Федерации: в 2 т. Т. 1: Общая часть: учеб. / под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай. М., 2002.

13. Уголовное право России. Практический курс: учеб. / под общ. и науч. ред. А. В. Наумова; Р.А. Адельханян и др. 4-е изд., перераб. и доп. М, 2010.

14. Ляпунов Ю.И. Общественная опасность деяния как универсальная категория советского уголовного права: учеб. пособие. М., 1989.

15. Кривоченко Л.Н. Классификация преступлений. Харьков, 1983.

16. Уголовное право России: учеб. для вузов: в 2 т. Т. 1: Общая часть. М., 1997.

17. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 5 мая 2014 г. № 105-ФЗ. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс». 2014.

18. Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел

1. Chesnokov O.V. Criminal and legal aspects of the fight against forgery: diss.... Master of Law. Krasnodar, 2009.

2. The course of the Russian criminal law. General Part / ed. by V.N. Kudryavtsev, A.V. Naumov. Moscow, 2001.

3. KorobeevA.I. Soviet criminal and legal policy: problems of criminalization and penalization. Vladivostok, 1987.

4. Zagorodnikov N.I. Soviet penal policy and internal affairs bodies activity. Moscow, 1979.

5. Beccaria Chesare. About crime and punishment. Moscow, 1995.

6. Guiding principles on Criminal law of the RSFSR: resolution of People's Commissariat of Justice of the RSFSR of Dec. 12, 1919. Access from legal-reference system «ConsultantPlus». 2014.

7. Kudryavtsev V.N. Strategies of combat with crime. 2nd ed., rev. and add. Moscow, 2005.

8. Demidov Yu.A. Social value and evaluation in criminal law. Moscow, 1975.

9. Fefelov P.A. Public danger of the offense and the basis of criminal responsibility: basic methodological problems. Moscow, 1972.

10. Ryasov A.I. The principle of fairness in sentencing at a multiplicity of crimes: diss. ... Master of Law. Stavropol, 2004.

11. Criminal law. General and Special parts: textbook for high schools / gen. ed. by M.P. Zhu-ravlev and S.I. Nikulin. 2nd ed., rev. and add. Moscow, 2007.

12. Criminal law of the Russian Federation: in 2 vol. Vol. 1: General part: textbook / ed. by L. V. Inogamova-Khegay. Moscow, 2002.

13. Criminal law of Russia. Practical course: textbook / gen. and sci. ed. by A. V. Naumov; R.A. Adelkhanyan et al. 4th ed., rev. and add. Moscow, 2010.

14. Lyapunov Yu.I. Socially dangerous of act as a universal category of Soviet criminal law: study aid. Moscow, 1989.

15. Krivochenko L.N. Classification of crimes. Kharkov, 1983.

16. Criminal law of Russia: textbook for high schools: in 2 vol. Vol. 1: General part. Мoscow, 1997.

17. On amendments to certain legislative acts of the Russian Federation: fed. law of May 5, 2014 № 105-FL. Access from legal-reference system «ConsultantPlus». 2014.

18. On approval of the Administrative regulations of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation for the provision of public services on registration of motor vehicles and their trailers: order of the Ministry of the Interior

132

Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по регистрации ав-томототранспортных средств и прицепов к ним: приказ МВД России от 7 авг. 2013 г. № 605// Рос. газ. 2013. 4 окт.

19. Уголовное право. Особенная часть /под ред. А.И. Рарога. 2-е изд., испр. и доп. М., 2004.

20. Кизилов А.Ю. Уголовно-правовая охрана управленческой деятельности представителей власти. Ульяновск, 2002.

21. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004.

22. Бавсун М.В. Изменения и дополнения уголовного законодательства как необходимые средства оптимизации уголовно-правового воздействия на преступность // Общество и право. 2009. № 3.

of Russia of Aug. 7, 2013 № 605 // Rus. newsp. 2013. Oct. 4.

19. Criminal law. The Special part / ed. by A.I. Rarog. 2nd ed., corr. and add. Moscow, 2004.

20. Kizilov A.Yu. Criminal-law protection of management activity of the authorities. Ulyanovsk, 2002.

21. Lopashenko N.A. Fundamentals of criminal law influence: criminal law, criminal principle, criminal policy. St. Petersburg, 2004.

22. Bavsun M.V. Changes and additions of criminal legislation as a necessary means of optimizing the criminal law influence on the crime // Society and law. 2009. № 3.

133