Структурно-содержательные особенности концепта «Отрицание» (на материале современного английского языка)

1. Магировская О.В. Когнитивная деятельность субъекта познания: базовые и производные функции // Языки профессиональной коммуникации: сб. ст. Третья Междунар. науч. конф. Челябинск, 2007. Т. 1. С. 68-71.

2. Магировская О.В. Интеграция основных видов когнитивной деятельности в рамках процесса познания // Вопр. когнитивной лингвистики. 2007. № 4. С. 119-127.

3. Fauconnier G., Turner M. Conceptual Integration Networks // Cognitive Science. 1998. Vol. 2 (2). P. 133-187.

4. Кубрякова Е.С. Композиционная семантика: цели и задачи // Композиционная семантика. Третья Междунар. школа-семинар по когнитивной лингвистике. Тамбов, 2002. Ч. I. С. 4.

5. Болдырев Н.Н. Функциональная категоризация английского глагола: дис. ... д-ра филол. наук. СПб., 1995.

6. Болдырев Н. Н. Теоретические аспекты функциональной категоризации глагола // Моделирование процессов функциональной кате-

горизации глагола: кол. моногр. Тамбов,

2000. С. 5-46.

7. Беседина Н.А. Основы теории морфологической репрезентации // Вопр. когнитивной лингвистики. 2006. № 3. С. 53.

8. Лефевр В.А. Конфликтующие структуры. М., 1973.

9. Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика. Тамбов, 2000.

10. Харитончик З.А. Способы концептуальной организации знаний в лексике языка // Язык и структура представления знаний: сб. науч.-аналит. обзоров. М., 1992. С. 98.

Поступила в редакцию 11.01.2009 г.

Magirovskaya O.V. Conceptual configuration theory: conception and method. The article defines the conception of multilayered cognitive activities of the subject of cognition. The main statements of the conceptual configuration theory and peculiarities of the method applied to the language analysis are described.

Key words: conceptual configuration, integration.

УДК 43

СТРУКТУРНО-СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ КОНЦЕПТА «ОТРИЦАНИЕ»

© С.В. Мотов

В статье затрагиваются различные трактовки сущности отрицания в традиционной и когнитивной лингвистике. Рассматривается концепт «отрицание» как основание для выделения категории отрицания, выделяются прототипические средства выражения категории «отрицание». Проводится анализ структурных особенностей концепта «отрицание», выявляются его свойства и внутренние содержательные характеристики, устанавливается взаимосвязь между ними.

Ключевые слова: концепт, категория, отрицание, профилирование, фрейм.

Попытка рассмотрения отрицания и установления его сущности делалась в различных отраслях знания: в философии, логике, психологии, математике и др. Данные, полученные в рамках этих дисциплин, были фрагментарны и зачастую противоречили друг другу. Такие трудности в установлении сущности категории отрицания прежде всего связаны со спецификой данной категории, т. к. достаточно трудно отразить в языке то, для чего нет референта в реальном мире. Другой причиной, порождавшей сложности в определении отрицания, стало широкое его понимание как идеи выражения отсутствия. Со сложностями в исследовании категории отрицания столкнулась и традиционная лин-

гвистика, в рамках которой существовало несколько точек зрения на сущность языкового отрицания.

Так, например, Г. Пауль, представляющий психологический подход к отрицанию в лингвистике, полагал, что отрицание является результатом связи представлений противоречащих друг другу. Таким образом, Г. Пауль считал отрицание вторичным по отношению к утверждению, а отрицательное предложение - вторичным по отношению к утвердительному [1]. Прагматический подход к отрицанию рассматривает его как категорию, опровергающую отношение в речевом акте. З.Й. Шмидт, придерживающийся данной точки зрения, выдвигает идею, со-

гласно которой, отрицание является коммуникативной операцией, целью которой является выражение оценки той или иной информации, а также коррекция или неприятие мнения участника коммуникативного акта

[2]. Близкой к прагматической концепции отрицания является концепция отрицательной модальности. Исследователи, поддерживающие ее, придерживаются точки зрения, согласно которой отрицание тесно связано с модальной оценкой предложения лицом, сообщающим информацию [3, 4]. Принципиально новый подход к отрицанию может быть предложен в рамках когнитивного подхода, интегрирующего достижения разных наук и внедряющего в методы анализа новые технологии [5].

Трудности в описании отрицания прежде всего связаны с особенностями данной категории. Во-первых, отрицание не является частью окружающей нас действительности в отличие от естественных объектов, с которыми мы сталкиваемся каждый день. Иными словами, важной особенностью концепта отрицания является то, что отрицание репрезентированное в языке, не имеет объекта для соотнесения в реальном мире.

При анализе концепта «отрицание» необходимо учитывать, что он, по словам Н.Н. Болдырева, «не обладает собственной информацией о реальном мире, но приобретает определенное содержание, будучи соотнесен с другим концептом или концептуальной структурой... Отрицание имеет относительный характер и требует наличия определенной структуры знания как области своего определения» [6]. Другими словами, здесь мы можем говорить о релятивности отрицания, его соотнесенности с положительным знанием.

Специфику концепта «отрицание» обусловливает и другое его свойство. В основе многих концептов, соотносящихся с объектами мира вокруг нас, лежат наглядночувственные образы. При рассмотрении концепта «отрицание», мы не можем «представить отрицание», потому что отрицание является продуктом мыслительной деятельности человека, результатом его взаимодействия с окружающей действительностью, а не элементом этой действительности. Исходя из отмеченного выше, можно прийти к выводу, что концепт «отрицание» по природе своей

функционален и ориентирован на коммуникативную деятельность. Именно в коммуникации проявляется функциональность отрицания, призванного, в первую очередь, демонстрировать отсутствие объекта или явления, обладающего определенной значимостью в рамках данной ситуации.

Необходимо подчеркнуть, что функциональная природа отрицания предполагает его зависимость от положительного знания. Причем такое положительное знание должно быть стереотипным [6].

Р.И. Павиленис рассматривает отрицание как операцию, через которую реализуется отношение «релевантной несовместимости» [7]. Вместе с тем ученый отмечает, что «концепт можно рассматривать как интенсиональную функцию, определяющую множество объектов, или предметов: значениями такой функции. могут быть как объекты (предметы) действительного мира, так и объекты (предметы) возможных миров» [7, с. 102]. Отрицание, не обладающее референтом в реальном мире, имеет тесную связь с такими «возможными мирами», отражая то, что, по мнению человека, могло бы случиться, но не случилось. Следует подчеркнуть, что сама такая «возможность» не относится к окружающей действительности, а моделируется в голове человека на основе того, что он «предполагает, думает, воображает» о реальном мире, или на основе стереотипного знания. Как подчеркивает Н.Н. Болдырев, отрицание по природе своей является одним из модусных концептов, особенностью которых является возможность различной интерпретации говорящим того или иного концептуального содержания [6, с. 15-17; 8]. В данном случае можно говорить об интерпретирующей функции человеческого сознания, отражающейся в одном из свойств концепта «отрицание» - интерпретирующем.

Н.Н. Болдырев, говоря об особенностях отрицания, отмечает, что оно «профилирует отсутствие чего-либо на фоне определенного стереотипного знания» [6]. Таким образом, можно сделать вывод, что отрицание выделяет отсутствующий, важный в данной стереотипной ситуации объект или явление. Отдельная проблема связана с тем, что для представления той или иной ситуации в языке, человек должен привлечь все знания об этой ситуации, т. е. соответствующий фрейм,

и выделить отсутствующий элемент с помощью механизма профилирования [6, с. 17].

Как отмечает Т.А. ван Дейк, фреймы являются единицами, организованными вокруг некоторого концепта. В противоположность простому набору ассоциаций эти единицы содержат основную типическую и потенциально возможную информацию, ассоциированную с определенным концептом. Кроме того, фреймы имеют более или менее конвенциональную природу, следовательно, описывают то, что в данном обществе является характерным или типичным. Это особенно касается таких форм социальной деятельности, как поездка на транспорте, поход в кино [9]. Именно наличие стереотипного знания обусловливает функциональную ценность отрицания.

Н.Н. Болдырев замечает, что для выявления отсутствия или несоответствия мы создаем посредством языковых средств определенный когнитивный контекст, или ментальное пространство. В качестве такого контекста может рассматриваться тот или иной фрейм как пакет данных о стереотипной ситуации и связанная структура знания, в которой запрограммировано наличие определенных элементов или событий и их соответствующая интерпретация или оценка [6].

Таким фреймом может выступать, например, знание о железнодорожных станциях на определенном направлении движения поезда, обладающее четко установленным перечнем крупных станций, обязательных для остановки всех типов поездов, представленных в виде вершинных узлов и остановок только для пассажирских поездов, представленных в виде терминальных узлов. Тот факт, что пассажирский поезд не остановился на одной из станций, предусмотренных в перечне остановок, противоречит стереотипному знанию о движении данного поезда, и будет профилировать отсутствие в структуре соответствующего фрейма одного из необходимых его условий (вершинного узла) и вер-бализовываться в речи с помощью отрицания: The train missed the station.

Приведенный пример подтверждает, что для профилирования отсутствия чего-либо необходимо именно стереотипное структурированное знание, определяемое как фрейм. Другими словами, выделение отсутствия на фоне какого-либо знания невозможно без

обладания точной информацией о том, что отсутствующий объект или признак действительно был или должен был быть, что возможно при профилировании отсутствия элемента фрейма.

Следует отметить, что для выражения отрицания могут использоваться грамматические, лексические, фразеологические и другие средства. Именно для грамматических средств (отрицательные частицы, отрицательные аффиксы и др.), отражающих онтологию языка [6, с. 9-10], выражение отрицания является основной функцией. Вместе с тем для лексических средств (отрицательные наречия, отрицательные местоимения и др.) выражение отрицания является не единственной и не ключевой функцией, что позволяет говорить о разнородности средств выражения отрицания, о центральности одних, для которых выражение отрицания является ключевым, и периферийности других, выражение отрицания для которых является не единственной и не основной функцией. Говоря о категории отрицания, как об одной из модусных категорий, Н.Н. Болдырев отмечает, что особенность организации модусных категорий, а именно их логико-языковая природа, обусловливает их сближение, с одной стороны, с полевыми структурами, организованными по инвариантно-вариантному принципу, с другой же, в них могут выделяться прототипы и прототипические средства выражения данной функции в языке [6, с. 15-16]. Сказанное выше позволяет говорить о существовании прототипа категории отрицания, а также зоны периферии.

Для выявления прототипического средства репрезентации концепта «отрицание» обратимся также к анализу словарных дефиниций.

Negation:

1) the lack or opposite of something positive [10];

2) absence of any positive quality or meaning [11];

3) affirmation of different or exclusion, absence of something actual or positive, negative or unreal thing, nonentity [12].

Отрицание - выражение при помощи лексических, фразеологических, синтаксических и др. средств языка того, что связь, устанавливаемая между элементами высказы-

вания, реально не существует (мыслится в речи как реально не существующая) [13].

Можно предположить, что прототипическими средствами репрезентации концепта «отрицание» в английском языке являются отрицательные частицы no, not. Наличие других средств выражения отрицательного смысла (лексических, морфологических, синтаксических) позволяет говорить о прототипическом принципе организации категории отрицания. Средства эти располагаются на разном удалении от прототипа в зависимости от следующих критериев: 1) первичность функции отрицания; 2) несамостоятельность, соотнесенность с различными видами положительного знания; 3) противопоставленность положительному знанию по принципу «да - нет».

Вышеперечисленным параметрам в наибольшей степени удовлетворяют отрицательные частицы no, not: 1) их основная функция - выражение отрицания; 2) без соотнесения со структурой знания они не обладают информативностью, в то же время обладая возможностью сочетания с любыми значимыми частями речи; 3) указанные средства выражают абсолютную противопоставленность, не предусматривающую приблизительности, градуальности или дополнительных смыслов.

Проведенный анализ словарных дефиниций отрицательных частиц no и not, репрезентирующих концепт, лежащий в основе категории отрицания, позволил выявить характеристики концепта «отрицание».

No:

1) used to show one does not agree [14];

2) used to express rejection, disagreement, denial [15];

3) implying the opposite of the following word [16].

Not:

1) used for changing a word or expression to one with the opposite meaning [17];

2) used to form the negative of finite verbs or sentences [18];

3) used to express refusal or denial [15, p. 245].

Исходя из проведенного анализа можно предположить, что основными характеристиками концепта «отрицание» являются: отсутствие (предмета, действия, признака, свойства, качества и т. д.), несоответст-

вие положительному знанию, коммуникативная реакция. Указанные характеристики тесно связаны со свойствами концепта «отрицание». Так, отсутствие чего-либо предполагает главным образом релятивность отрицания, зависимость его от положительного знания. Когда мы говорим о несоответствии, важна в первую очередь интерпретация, т. к. необходимо установить несоответствие нормам, стереотипам именно с помощью их адекватной интерпретации. При профилировании коммуникативной реакции отрицания особенно важно отметить его внутриязыковой статус, выражающийся в коммуникативных реакциях: несогласии, неприятии, запрете, отказе и т. п.

Важной особенностью отрицания является его полная или частичная реализация с помощью выражения отсутствия. Для полного отсутствия характерной особенностью является гештальтность - доминирование целого над частями, невозможность сведения целого к совокупности частей:

The chairman’s behaviour was unbecoming to his position [14, p. 79].

Обратимся к словарной дефиниции: unbecoming - not _proper; not suitable; inappropriate [14, p. 972].

Проведенный дефиниционный анализ позволил установить, что в данной ситуации актуально отсутствие правильности (not proper) и уместности (inappropriate) действий описываемого объекта. Вместе с тем указывается лишь на общее несоответствие субъекта занимаемой им должности, без выделения каких-либо конкретных негативных параметров, свойств, качеств. Следовательно, в данном случае можно говорить об отрицании, реализованном через полное отсутствие. Таким образом, в приведенном примере проявляется гештальтная функция отрицания - обобщение.

При частичной реализации отрицания для выражения отсутствия отрицаются не все, а только некоторые части (параметры), что требует выделения в отрицаемом объекте или явлении конкретных, рационально осмысленных признаков, свойств, качеств:

My business partner’s arrogance makes her difficult to work with [14, p. 46].

Приведем словарную дефиницию: arrogance - an overbearing manner; intolerable presumption; an insolent pride [15, p. 23].

Отрицательный смысл достигается с помощью имплицитного отрицания в существительном arrogance, обладающим негативным компонентом значения intolerable и характеризующим поведение объекта как этически неприемлемое. Таким образом, подчеркивается отсутствие какого-то одного негативного признака, присущего субъекту, который, тем не менее, не влияет на ситуацию в целом, и делающего совместную работу трудной, но не невозможной в целом (makes her difficult to work with). Следовательно, в данном случае можно говорить о реализации отрицания с помощью выражения частичного отсутствия.

Также следует заметить, что выражение отсутствия с помощью отрицания в структуре предложения может относиться и к предмету, и к действию, и к признаку и др. Вместе с тем, для всех упомянутых областей - предметной, области действия и признака - характерно наличие оценочной стороны отрицания, проявляющейся в той или иной степени в каждой из них. Так, важной особенностью отрицания в предметной области как выражения отсутствия предмета является отрицание, применимое как к целому, так и к части:

(1) Nobody likes cheese more than I do! [14, p. 607].

(2) Nobody lives on the moon [14, p. 607].

(3) There was nobody present [11, p. 777].

В приведенных примерах отрицание выражено в структуре предложения эксплицитно с помощью отрицательного местоимения nobody. В (1) отрицание строится по модели «никто, кроме меня», что указывает на актуальность в данном случае использования механизма профилирования, выделяющего в концептуальной области «все люди» участок «говорящий субъект», противопоставляя его, таким образом, всей остальной области. В (2) актуальным является механизм концептуальной интеграции, когда концептуальная область «все люди» воспринимается гештальт-но, как единое целое, и отрицается целиком без выделения каких-то отдельных участков. Здесь проявляется гештальтная функция отрицания - обобщение, позволяющая говорить об отрицании, применимом к целому. В (3) отрицание строится по модели «никто из», что обусловливает актуальность как механизма профилирования (выделения в кон-

цептуальной области «все люди» участка «приглашенные»), так и механизма концептуальной интеграции - все приглашенные люди воспринимаются как единое целое.

При отрицании в области действия ключевыми становятся такие характеристики, как ориентированность на результат; интенсивность:

The fever and aches went away, and so he went back to work at school, but he didn ’t feel much better. In fact, he felt worse in some ways

[19].

В данном примере отрицание в области действия ориентировано на результат и выражено в структуре предложения эксплицитно с помощью отрицательной частицы not (didn’t feel better), указывая на то, что результат (feel better) не был достигнут, без выделения конкретных особенностей данного состояния. Таким образом, здесь можно говорить об отрицании применительно к состоянию в целом. В данном примере действие гештальтно - общий результат доминирует над частичным. В качестве когнитивных механизмов в приведенном примере выступают механизм профилирования, выделяющий отсутствие положительных изменений на фоне стереотипного знания о здоровье / болезни человека, а также механизм концептуальной интеграции, объединяющий ряд параметров, связанных с рассматриваемым состоянием. Таким образом, в данном случае можно говорить об обобщении как проявлении гештальтной функции отрицания.

При отрицании применительно к действию актуальным может выступать механизм профилирования, когда в рамках концептуальной структуры выделяется определенный участок, важный в данной ситуации:

I can't do it. I ^ just CAN'T do this. I can’t work all day and try to study - all night. Why did I let myself into this trap? [19, p. 9].

В структуре предложения отрицание в области действия выражено эксплицитно с помощью отрицательной частицы not (I can’t work). Приведенный пример иллюстрирует действие когнитивного механизма профилирования: в рамках концептуальной области «действие» выделяется участок «работа», для которого характерны такие параметры, как процессуальность, целенаправленность, предельность.

В свою очередь, достижение результата может быть частичным, а действие представлять собой целую серию операций, набор которых составляет данное «действие в целом»:

1)We haven't _ finished off the job yet! [20];

2)Mr. Morgan explained that he had already reviewed the records from Dr. McNerny, so he didn’t need to repeat all the questions about drinking, drugs and the like [19, p. 12].

В (1) отрицание выражено в предложении эксплицитно (haven't finished) и выражает неполное достижение результата (finish off the job). Вместе с тем проведенный контекстуальный анализ позволяет установить уверенность говорящего субъекта в возможности полного достижения результата (haven't finished yet). В приведенном примере актуальным является когнитивный механизм профилирования, выделяющий отсутствие полного достижения результата. В (2) проведенный контекстуальный анализ позволяет установить, что приведенное в примере отрицаемое действие выражено в структуре предложения эксплицитно с помощью отрицательной частицы not (didn’t need to repeat) и состоит из серии последовательных ответов на вопросы, предлагаемые субъекту. В данном случае актуальным является когнитивный механизм концептуальной интеграции, объединяющий серию действий в одно обобщенное действие, которое отрицается в целом, как набор действий, каждое из которых не является востребованным в рассматриваемой ситуации.

При отрицании в области признака особенно важным становится выражение оценки при отрицании. Оценочность в той или иной степени характерна для всех областей применения отрицания, но в области признака она становится доминирующей:

Consider your options instead of making a careless decision [14, p. 132].

Обратимся к анализу словарной дефиниции:

Careless - not taking care; thoughtless; not paving attention; not worrying about what one does or what happens [18, p. 147].

В данном примере отрицание выражено в структуре предложения эксплицитно с помощью прилагательного careless. В результате дефиниционного анализа выявлены компоненты значения not taking care; thoughtless; not paying attention; not worrying, указываю-

щие на негативное отношение к принятому решению. Отрицательный смысл достигается благодаря профилированию отсутствия должного внимания (not paying attention) и вдумчивости (thoughtless), которых требует принимаемое решение. В качестве когнитивного контекста выступает коллективное знание о негативном характере необдуманных решений, а также индивидуальное знание, на основе которого действие характеризуется как необдуманное. Таким образом, в данном случае можно говорить об отрицательной интеллектуальной оценке [21]. Рассмотрим пример отрицания в области нормативной оценки:

Wachtler explained his bizarre 2-year harassment as the result of a sick and aberrational “attempt to create a situation that would recapture the woman’s need for him” [22].

Обратимся к анализу словарной дефиниции:

Bizarre - 1. odd; grotesque; eccentric 2. unexpected; fantastic [10, р. 64].

Проведенный дефиниционный анализ показал наличие отрицательного компонента значения unexpected, что позволяет говорить о негативной оценке прилагательного bizarre, указывающего своей семантикой на неприятие лицом, сообщающим информацию, поведения объекта. Данное значение в структуре предложения реализуется имплицитно. В основе формирования отрицательного смысла лежит механизм профилирования, выделяющий отсутствие ожидаемого поведения объекта с опорой на коллективное знание о нормативном / девиантном поведении человека. Следовательно, в данном случае можно говорить об отрицательной нормативной оценке, рассматривающей предметы и явления реального мира с точки зрения соответствия их определенным правилам и нормам. Вместе с тем соотнесенность с нормой и несоответствие ей является характерной особенностью интерпретации как свойства концепта отрицания, в свою очередь, тесно связанного несоответствием положительному знанию как одной из характеристик концепта отрицания.

Следует отметить, что характеристики концепта «отрицание» тесно связаны со свойствами данного концепта (отсутствие предполагает релятивность, несоответствие -интерпретацию, внутриязыковой статус -коммуникативную реакцию). Таким образом,

можно говорить о том, что каждый из структурных элементов отрицания в той или иной степени взаимосвязан с другими, что позволяет говорить о структурной целостности концепта «отрицание».

1. Пауль Г. Принципы истории языка. М., 1960. С. 157-165.

2. Schmidt S.J. Texttheoretische Aspekte der Negation. N. Y., 1973. Р. 181-197.

3. Есперсен О. Философия грамматики. М., 1958.

4. Кодухов В.И. Введение в языкознание. М., 1979. С. 278-292.

5. Кубрякова Е. С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Г., Лузина Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. М., 1996. С. 58-62, 69-71.

6. Болдырев Н.Н. Языковые категории как формат знания // Вопр. когнитивной лингвистики. 2006. Вып. 2. С. 17.

7. Павиленис Р.И. Проблема смысла: современный логико-философский анализ языка. М., 1983. C. 98-112.

8. Болдырев Н. Н. Репрезентация знаний в системе языка // Вопр. когнитивной лингвистики. 2007. Вып. 4. С. 22-23.

9. Дейк ТА. Язык. Познание. Коммуникация. М., 1989. С. 16-25.

10. Webster’s New World Dictionary. N. Y., 1979. P. 402.

11. The Universal English Dictionary. L., 1932. P. 768.

12. Fowler H. W. The Concise Oxford Dictionary of Current English. Oxford, 1964. P. 807.

13. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М., 1966. C. 302.

14. American English Learner’s Dictionary. Chicago, 1998. P. 611.

15. Webster’s Dictionary. M., 1993. P. 23, 245.

16. Hornby A.S. Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English. Oxford, 1982. P. 65.

17. Longman Active Study Dictionary of English. L., 1983. P. 408.

18. Hornby A.S. The Advanced Learner’s Dictionary of Current English. L., 1958. P. 851.

19. Andreasen N.C. Brave New Brain. Oxford,

2001. P. 10.

20. URL: http://www.gazettelive.co.uk/north-east-

sport/football/hartlepool-football/2003/02/24/we-haven-t-finished-off-the-job-yet-84229-12671569/

21. Мотов С.В. Репрезентация категории отрицания в английском языке // Актуальные проблемы профессионального речевого общения: материалы I Междунар. науч. интер-нет-конф. молодых ученых. Мичуринск, 2007. С. 52-59.

22. Simon R.I. Bad Men Do What Good Men Dream. Washington, 1996. P. 51.

Поступила в редакцию 18.11.2008 г.

Motov S.V. Structural and intensional features of the concept “negation” (based on the modern English language). The article touches upon different approaches to negation both in traditional and cognitive linguistics. The concept “negation” is considered as a base of category of negation, and its prototypical means of verbal representation are revealed. The structure of the concept “negation”, its properties, and characteristic features are being analysed.

Key words: concept, category, negation, profiling, frame.

УДК 43

ВНЕШНИЙ ПОРТРЕТ МУЖЧИНЫ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

© Ю.В. Клюкина

Рассмотрен один из компонентов характеристики человека - его внешность. С целью выявления стереотипа внешности современного мужчины проанализированы языковые средства ее описания на материале англоязычной художественной прозы начала XXI в. В результате исследования получен ряд признаков, составляющих положительно оцениваемый мужской портрет.

Ключевые слова: мужская внешность, оценка, нормативные представления.

Одной из ключевых характеристик человека, оказывающих влияние на его восприятие окружением, является его внешность. При восприятии и оценке внешности людей человек опирается на возрастные, национально-этнические, эстетические, гендерные, со-

циально-статусные стереотипы, функционирующие в национальном сознании и разделяемые каждым членом этого общества [1]. Интересно в этой связи замечание О.В. Коротун о том, что «внешность человека не существует сама по себе: как и целостный человек,