Национальный чемпионат по бизнесу почти проигран

Открывшийся в Сочи Международный инвестиционный форум немедленно обнаружил разногласия в правительстве по тактическим вопросам экономической политики на 2015 год. Сокращение сырьевых доходов признано свершившимся фактом, однако ответы на вопрос, как должна происходит структурная коррекция в экономике, расходятся не только у Минфина, Минэкономики и регионов, но и у социального блока правительства, который впервые сообщил о существование у него собственных макроэкономических взглядов.

Инвестфорум «Сочи-2015» стартовал 2 октября с традиционного «делового завтрака» Сбербанка — дискуссионного формата под руководством Германа Грефа и с участием топ-менеджмента правительства. Темой дискуссии глава Сбербанка избрал диверсификацию в российской экономике, и фактически это было продолжением дискуссии в Сочи в 2014 году, посвященной структурным реформам. Напомним, стандартно ослабление национальной валюты автоматически приводит к структурным изменениям в экономике через переток капиталов из неторгуемых (ориентированных на внутренний спрос) секторов в торгуемые (экспортно ориентированные). Однако в случае с Россией естественное стимулирование роста ограничивается ограничениями на импорт капитала, стандартно запускающими инвестиции в ставшие привлекательными сектора экономики.

Как и во всех темах такой величины, обсуждение диверсификации можно было свести к любой другой — речь идет об общеэкономической повестке. Так, глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин, комментируя тему, свел ее к корпоративной части стратегии правительства в 2008–2014 годах. «Решение проблем диверсификации возлагалось на “национальных чемпионов”»,— заявил он: с точки зрения господина Кудрина, реализованная идея поддержки крупных национальных компаний, конкурентоспособных на мировом уровне (идея особенно поддерживалась Белым домом в 2010–2012 годах) сейчас является одним из основных барьеров на пути диверсификации в экономике. «Газпром, в таком качестве как сегодня, скорее тормозит процесс…— считает глава КГИ.— В случае с “Ростехнологиями” мы предполагали, что они разделятся на крупные холдинги, которые будут отчасти конкурировать друг с другом»,— однако этого не произошло. И сейчас, по мнению господина Кудрина, ориентация на «национальных чемпионов» и возложение на них обязанностей по поддержке, например, инноваций — это ошибка, ставка на создание конкурентной среды гораздо более продуктивна, чем концентрация ресурсов в руках крупных окологосударственных компаний. Парадоксально, но главным союзником господина Кудрина в этом подходе оказался глава ФАС Игорь Артемьев, мрачно-триумфально заявивший о построении в РФ «государственно-монопольного капитализма» (марксистско-ленинская социально-экономическая теория) и всем видом демонстрировавший, что укрупненная ФАС будет главным препятствием на пути торжества этой экономической формации.

Текущие бюджетные проблемы всегда отражаются в форумных дискуссиях в практической плоскости, поэтому дебаты Сбербанка не обошлись без тщательно скрытой, но довольно ожесточенной полемики Минфина и Минэкономики по ключевым вопросам формирующегося бюджета на 2016 год. Так, министр финансов Антон Силуанов напрямую заявил о том, что основная проблема диверсификации прошлых лет в РФ — это политика стабильного валютного курса («не надо было укреплять рубль»), а перераспределение силами правительства маржи в экономике, возникшей в силу изменения валютных курсов — это «очень правильно». Речь идет о пока не завершенной дискуссии об увеличении налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) или экспортной пошлины на нефтепродукты — то есть, о росте эффективной ставки налогообложения для нефтяной отрасли: Минфин рассчитывал ранее получить в доход бюджета-2016 около 450–500 млрд руб. допдоходов от этой операции. В свою очередь, Минэкономики, отстаивающее сейчас прямо противоположные идеи и в отношении рубля (стратегией стимулирования краткосрочного роста в ведомстве предлагают возврат к относительно твердой национальной валюте), и в отношении нефтяников (Минэкономики категорически против «перераспределения маржи»), заявил свою идею для диверсификации. Министр экономики Алексей Улюкаев пояснил, что, с его точки зрения, «попытки диверсификации за счет перераспределения» — это «бред», а на ближайшие годы поддержку вложениям в несырьевой экспорт должны оказывать схемы частичного разделения государством риска по такого рода проектам с инвесторами. В частности, Алексей Улюкаев отметил проекты Российского фонда прямых инвестиций (глава фонда Кирилл Дмитриев в своем выступлении, отметим, осторожно отнесся к критике политики поддержки «национальных чемпионов», хотя и признал, что «монопольная» и «чемпионская» схема стимулирования роста — это по существу одно и то же) и призвал к развитию институтов частно-государственного партнерства.

Совершенно неожиданным было включение в макроэкономическую дискуссию «социального» вице-премьера Ольги Голодец — напомним, ее обычные выступления почти никогда не затрагивают непосредственно макроэкономических вопросов. Тем не менее в ответ на полемику о «чемпионах», рубле и нефтяной ренте она выдвинула свой тезис: остановка экономического роста в РФ вызвана предыдущей политикой Минфина по изъятию доходов бюджета в резервы. И именно накопление резервов привело к сокращению потенциала роста ВВП на 2016 год до 1% — тогда как в случае своевременного инвестирования денег в экономику он был бы выше. Отказ от таких вложений, по версии госпожи Голодец, привел и к недоинвестированию в «человеческий капитал», и, по ее логике, существенное удешевление рабочей силы в РФ после 2014 года отчасти связано и с этим — девальвация лишь реализовала этот эффект. По словам вице-премьера, проблема является долгосрочной: Ольга Голодец привела статистику, согласно которой 817 тыс. граждан РФ сейчас имеют второе гражданство, 157 тыс.— вид на жительство в другой стране, а до трети студентов в России намерены в будущем трудиться «за пределами РФ и в западных компаниях» (последнее, исходя из слов госпожи Голодец, по смыслу близко).

Появление у социального блока собственной и расходящейся с позициями и Минфина, и Минэкономики макроэкономической идеологии можно в теории отнести к текущим бюджетным проблемам. Можно предположить, что заявление Ольги Голодец об ошибочной политике накопления резервов — лишь следствие полемики с Минфином о бюджете Пенсионного фонда на 2016 год, стратегии индексации пенсий и т. д. Похоже, участники дискуссии так и восприняли появление в правительстве «третьей силы» — оценил всерьез эту новость лишь Алексей Кудрин, не преминувший посоветовать Ольге Голодец решать вопросы, вытекающие из «проблем демографии» и увеличивающие потребности бюджета в социальных расходах. Намек на неизбежность обсуждения повышения пенсионного возраста вице-премьер поняла, но дискуссию развивать не стала. Отметим, альянс сторонников роста госрасходов и социального блока в Белом доме — давно ожидаемое событие: если он будет устойчив, это в перспективе радикально изменит ландшафт во властных структурах. Сейчас ВПК и лоббисты инфраструктурных проектов скорее конкурируют с «социалкой» за приоритет в госрасходах.

В финале дискуссии Герман Греф, руководитель «компании—национального чемпиона» в банковской сфере («выращивание» таких структур, а тем более государственных и государством, он также считает ошибочной политикой) все же вернул своих собеседников на твердую почку: каковы бы ни были препятствия к реализации экономических закономерностей, взаимозависимости в экономике все же действуют, что бы об этом не думали министры. Поэтому Сбербанк все же ожидает в конце года «рост там, где девальвация улучшила перспективы», в первую очередь Герман Греф ждет его в машиностроении, автомобилестроении и химической отрасли.