Русские версии Послания апостола Павла к Титу (сопоставительный анализ Синодального и современного переводов)

камуфлирование действительности. Основными мотивами создания и употребления в речи Б. Обамы политических эвфемизмов, связанных с темой военных действий и вооруженных конфликтов, чаще всего является стремление завуалировать ситуацию, скрыть истинную суть понятия, скрыть не правовые, аморальные действия, тем самым избегая негативной и острой реакции у массового адресата. Большинство проанализированных эвфемистических единиц указывает на то, что тема войны нуждается в словесном камуфляже для придания легитимности действиям политиков и военных.

Примечания

1. Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса. М.: ИТДГК «Гнозис», 2004. С. 42.

2. Dieckmann W. Politische Sprache, politische Kommunikation: Vortage, Aufsдtze, Entw^fe. Heidelberg: Winter, 1981. 279 S.

3. Green D. The Language of Politics in America: Shaping the Political Consciousness from McKinley to Reagan. Ithaca: Cornell Univ. Press, 1987. 277 p.

4. Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса: монография. Волгоград: Перемена, 2000.

368 с.

5. Крысин Л. П. Эвфемизмы в современной русской речи // Русистика. Берлин, 1994. № 1-2. С. 28-49.

6. Ховард Ф. Военные эвфемизмы: язык, павший на поле боя. URL: http:// www.library.by/ data/019/064.htm.

7. Galperin I. R. Stylistics. M., 1981. Р. 175.

8. Ларин Б. А. Об эвфемизмах // История русского языка и общее языкознание. М., 1977. С. 110.

Notes

1. Sheigal E.I. Semiotika politicheskogo diskursa [Semiotics of political discourse]. Moscow: ITDGK "Gnosis". 2004. P. 42.

2. Dieckmann W. Politische Sprache, politische Kommunikation: Vortage, Aufsдtze, Entw^fe. Heidelberg: Winter, 1981. 279 S.

3. Green D. The Language of Politics in America: Shaping the Political Consciousness from McKinley to Reagan. Ithaca: Cornell Univ. Press, 1987. 277 p.

4. Sheigal E.I. Semiotika politicheskogo diskursa: monografiya [Semiotics of political discourse: a monograph]. Volgograd: Peremena Publ. 2000. 368 p.

5. Krysin L.P. EHvfemizmy v sovremennoj russkoj rechi [Euphemisms in modern Russian speech] // Rusistika - Russian Studies. Berlin, 1994, № 1-2, pp. 28-49.

6. Howard F. Voennye ehvfemizmy: yazyk, pavshij na pole boya Military euphemisms: language, fallen on the battlefield]. Available at: http: / / www.library.by/data/019/064.htm (in Russ.).

7. Galperin I. R. Stylistics. M., 1981. Р. 175.

8. Larin B.A. Ob ehvfemizmakh [On euphemisms] // Istoriya russkogo yazyka i obshchee yazykoznanie - History of the Russian language and general linguistics. Moscow. 1977. P. 110.

УКД 811.161.1'25

А. А. Осипова

Русские версии Послания апостола Павла к Титу

В настоящей статье предлагается сопоставительный анализ Послания апостола Павла к Титу в двух русских переводах. В первой части статьи представлена краткая информация об истории и предпосылках создания данной части Священного Писания. Анализ проводился с целью выявления несоответствий вторичных текстов друг другу. Для работы были выбраны соответствующие части Священного Писания в Синодальном и Современном русском переводах, языковое и стилистическое оформление которого вызвало неоднозначную реакцию специалистов. В статье приводятся и комментируются фрагменты Послания, в которых расхождения особенно очевидны. В результате сопоставительного анализа были обнаружены несоответствия разного уровня - семантические, лекси-

© Осипова А. А., 2014

ко-синтаксические, коннотативные. Степень влияния выявленных несоответствий на восприятие текста читателем рассматривается в каждом конкретном случае.

The present paper contains the comparative analysis of the Apostle Paul's Epistle to Titus included by two Russian translations of the Scripture. The information about preconditions of writing the Epistle is given in the first part of the paper. The texts were analysed in order to reveal different divergences between them. Synodal Translation and Modern Russian translation were chosen as a source of material. The opinion of specialists about linguistic and stylistic features of the Modern Russian translation can also be found in the paper. The most evident divergences between two Russian versions are described. As a result semantic, lexical, syntactical and connotative divergences were found. Their influence ona reader's perception is also regarded.

Ключевые слова: перевод, расхождение, текст, семантический, коннотативный, синтаксический.

Keywords: translation, divergence, text, semantic, connotative, syntactic.

Послание Апостола Павла к Титу входит в Новый Завет и составляет одну из частей Священного Писания, содержащих рекомендации по распространению и сохранению идей христианства. По всей вероятности, Тит, критянин по происхождению, был отправлен в Иерусалим, где стал свидетелем земного пути Христа. Он, очевидно, был знаком с апостолами и впоследствии занимался с Павлом миссионерской деятельностью. В итоге же вернулся на Крит и прожил там, «просветив весь остров верою». Несмотря на небольшой объем, данная часть Священного Писания полагается весьма значимой, так как здесь представлены идеи организации религиозной иерархии на довольно большом и стратегически важном острове Средиземноморья, где христианство распространялось быстро, хотя и несколько бессистемно [1].

В настоящей статье предлагается описание некоторых несоответствий друг другу русских текстов данной части Священного Писания (в Синодальном и Современном русском переводах). Синодальный перевод имеет статус главного текста Священного Писания на русском языке, относительно Современного перевода единой точки зрения пока не сформировалось. Большее количество споров возникает по поводу Нового Завета, включающего, в частности, Послания апостола Павла. Работа В. Н. Кузнецовой (автора новозаветной части Современного перевода) вызвала довольно противоречивые отклики. Наиболее резкую оценку дал иеромонах Иларион (ныне митрополит Волоколамский): «Читая "Письма апостола Павла" в переводе В. Н. Кузнецовой, мы пришли к печальному выводу: перед нами не перевод, а пересказ... искажающий смысл и стиль оригинального текста», в основе которого «изначально ложный принцип - стремление подстроиться к языку, на котором якобы говорит современный российский обыватель. Но обыватель все-таки не всегда говорит на таком языке. А если и говорит, то от священных текстов будет ожидать чего-то более возвышенного» [2]. Выбор языкового оформления перевода В. Н. Кузнецовой, по мнению иеромонаха Илариона, приводит к «десакрализации священного текста» [3]. И. А. Левинская, напротив, полагает, что «Кузнецова. поставила перед собой цель дать перевод на живой современный русский язык. перевод, основанный на так называемом критическом тексте, т. е. таком, который с точки зрения современной текстологии максимально приближается к авторскому» [4]. Безусловно, мы не считаем себя вправе давать оценку качеству сопоставляемых переводов, однако можем указать на явные их несовпадения, которые затрагивают как коннота-тивный, так и фактический уровень повествования. Приведем некоторые примеры таких расхождений.

В первую очередь, обратимся к синтаксическим несоответствиям. В рассматриваемых переводах Письмо начинается по-разному. В Синодальном переводе имя автора имеет форму именительного падежа, а имя адресата, появляющееся только в четвертой строфе, - дательного. Такой интервал между номинациями автора и адресата несколько затрудняет восприятие, так как внимание читателя может быть направлено на соотнесение этих компонентов. В Современном переводе фрагмент текста, размещение которого предполагается с первой по четвертую строфы, объединен в одну часть и обозначен соответственно - «1-4». Кроме того, в Современном переводе имена автора письма и адресата помещены в одно предложение, имя собственное Павел имеет форму родительного падежа и сочетается с предлогом «от». Таким образом, вводная информация помещена в начальную часть и отделена от содержания самого Послания.

Приведем еще один пример синтаксического расхождения двух переводов. Фрагмент Письма, посвященный описанию потенциальных руководителей общин, которых должен найти Тит, в двух переводах организован по-разному. Синодальный перевод использует условную конструкцию «Если кто непорочен, муж одной жены...» (С. П., Т. 1:6), реализующую значение строгой рекомендации, обязательности и неуклонности выполнения. «Употребление условных конструкций в церковнославянском языке... характерно, главным образом, для текстов, определяющих правовые нормы. Условные синтаксические конструкции являются важнейшим, основным структурным элементом такого документа. Особое место среди церковнославянских книг с точки зрения использования условных конструкций занимают книги поучений, являющиеся сборниками строгих нравственно-религиозных правил, которым необходимо следовать читателям и слушателям» [5]. Аналогичный фрагмент в Современном переводе за счет краткого прилагательного «должен» имеет модальность обязательности выполнения: «...они должны быть людьми безупречной жизни, женаты не больше одного раза...» (С. Р. П., Т. 1:6). С точки зрения восприятия такая организация текста, безусловно, удобнее. Стоит учитывать, однако, что упрощение синтаксической конструкции в данном случае может не вполне соответствовать стилю библейского повествования.

Обратимся еще к одному случаю несовпадения синтаксической организации текста, приводящей к расхождению его коннотативной составляющей. Апостол Павел говорит Титу:

«Сие говори, увещевай и обличай со всякою властью, чтобы никто не пренебрегал тебя» (С. П., Т. 2:15).

«Вот чему учи. Ободряй и обличай, используя всю свою власть! И пусть никто не смеет смотреть на тебя свысока!»

В первом случае фрагмент имеет структуру одного сложноподчиненного предложения с придаточным цели, во втором случае мы видим несколько простых предложений, предикаты которых, выраженные лексическими единицами с ярко выраженной модальностью («пусть никто не смеет»), имеют форму повелительного наклонения, реализуемого еще и посредством отрицания. Названные несоответствия более влияют на коннотативную составляющую текста, чем на содержательную. Обращает на себя внимание употребление в Синодальном переводе не характерной для современного русского языка формы местоимения «ты» при согласовании с глаголом «пренебрегать» - «пренебрегать тебя». В. И. Даль допускает возможность такого управления, однако указывает, что предпочтительна форма творительного падежа зависимого слова [6], таким образом, в выборе авторов Синодального перевода можно усматривать стремление к архаизации текста.

Далее приведем случаи расхождений на лексическом уровне, которые, на наш взгляд, принципиального значения не имеют и стать причиной существенного отличия переводов не могут.

Рассмотрим фрагмент обращения Павла к Титу:

«Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал» (С. П., Т. 1:5).

«Вот для чего я оставил тебя на Крите: ты должен устроить все дела, что остались нерешенными, и назначить старейшин в каждом городе так, как я распорядился...»

Согласно Краткому толковому словарю к Синодальному переводу Библии слово «пресвитеры» имеет греческое происхождение и понимается как «старейшины в христианской общине». Словарь, сопровождающий Современный перевод, включает употребленное здесь слово старейшины (греч. Преовьтеро^), которое трактуется как «наиболее уважаемые и богатые люди в Израиле, входившие в состав иерусалимского Совета и советов местных синагог». В Словаре говорится, что «в христианской Церкви также были старейшины. Первоначально так называли старших по возрасту, но потом - людей, пользовавшихся наибольшим авторитетом в общине, которым доверялось управление делами общины» [7]. Приведенные данные позволяют заключить, что лексическая единица «старейшина» имеет более развернутую семантическую структуру, чем лексическая единица «пресвитеры», и в рассматриваемом контексте речь идет о значении, реализуемом последней.

В рекомендациях относительно того, по каким качествам Тит должен отбирать старейшин, для именования последних в Синодальном переводе используется лексема «епископ», что, согласно Словарю к Синодальному переводу, означает «надзиратель, блюститель;

руководитель (или один из руководителей) христианской общины». В Современном переводе используется более общеупотребительное слово «руководитель».

Теперь обратимся к несоответствиям другого уровня - коннотативного. Довольно часто при относительном совпадении лексико-синтаксического состава текста наблюдается расхождение коннотативного аспекта. Вот некоторые примеры.

В начале письма, обращаясь к Титу, Павел, согласно Синодальному переводу, называет себя «рабом Божим», а согласно Современному переводу - «служителем Бога». В принципе, значения сочетаний совпадают, и читатель в одном и в другом случае понимает, о чем идет речь (чему также способствует и контекст), однако все-таки стоит обратить внимание на расхождение именно коннотативной составляющей лексем раб и служитель. Согласно Словарю Академии Российской семантическая структура лексемы «раб» состоит из трех компонентов: «1) находящийся в совершенной зависимости у другого; 2) челядинец, слуга, служитель: того, который находится у кого-либо в услугах (в Св. П. - Примеч. составителей Словаря): 3) предавшийся какому-нибудь пороку» [8]. Электронный словарь современного русского языка предлагает следующий вариант семантической структуры лексемы «служитель»: 1) низший служащий в некоторых учреждениях; 2) тот, кто служит чему-либо, трудится на благо чего-либо [9].

Слово «служитель» в Словаре Академии Российской представлено двумя значениями: 1) крепостной человек, или наемный у кого-либо служащий; 2) посвятивший себя делам служащим ко спасению других (святым служитель...) [10]. Лексическая единица «раб», согласно Электронному словарю русского языка, имеет следующие значения: 1) человек в собственности рабовладельца: 2) крепостной крестьянин; 3) бесправный человек; 4) тот, кто подчиняется обстоятельствам [11]. Как видно из приведенных словарных выдержек, слово «служитель» и в языке XIX в., и в современном русском языке имеет в своей семантической структуре значение, адекватное рассматриваемому контексту. Слово «раб» имеет большие семантические ограничения и ярко выраженную в некоторых значениях коннотативную составляющую, которая и определяет в данном случае коннотацию фрагмента.

До сих пор речь шла о несовпадениях двух переводов, которые не вызывают существенных вопросов по поводу точности интерпретации исходного текста. Однако, справедливости ради, скажем, что такие несоответствия при сопоставлении двух переводов также были выявлены.

Во второй главе подробно описаны рекомендованные Павлом нормы поведения и жизни для людей разных возрастных и социальных групп. При обозначении этих категорий в двух переводах используются, как правило, разные лексические единицы, семантика которых, однако, по большей части совпадает: старцы (С. П.) - пожилые (С. Р. П.); старицы (С. П.) - пожилые женщины (С. Р. П.). Исключение составляет пара юноши (С. П.) - молодые люди (С. Р. П.). Согласно Словарю Академии Российской, юноша - «молодой человек, вышедший из детства и достигший третьей степени возраста» [12]. Данное определение дает основание утверждать, что лексема обозначает лицо мужского пола. Выражение «молодые люди» имеет менее выраженную гендерную ориентированность и может обозначать лиц мужского и женского пола вместе.

Рассматриваемые далее фрагменты Послания позволяют говорить о несоответствии переводов уже на фактическом уровне. Приведем такой пример:

«

«Бог учит нас жить в этом мире разумно, честно и свято, отказавшись от безбожной жизни и земных страстей...»

Общий смысл высказывания совпадает, для перевода данного фрагмента на русский язык использованы близкие по значению лексические компоненты. Существенное расхождение заключается в наличии в Синодальном переводе словосочетания, обозначающего временной период - «в нынешнем веке». Отсутствие такового в Современном переводе придает высказыванию более универсальный характер, создавая впечатление, что приводимые в Послании советы и правила не имеют каких-либо хронологических ограничений.

Далее среди наставлений, которые дает Павел Титу, встречаем следующие:

«Зину законника и Аполлоса позаботься отправить так, чтобы у них ни в чем не было недостатка» (С. П., П. Т. 3:13).

«Пожалуйста, приложи все силы к тому, чтобы адвокат Зенас и Аполлос могли продолжить путь, присмотри, чтобы у них ни в чем не было недостатка» (С. Р. П., П. Т. 3:13).

Согласно Краткому толковому словарю к Синодальному переводу Библии, законником называли «знатока и толкователя закона Моисеева» [13], современная же лексема «адвокат» имеет значение «юрист, защитник на суде, которому поручено ведение чьих-нибудь судебных дел» [14]. Таким образом, в двух переводах наблюдается очевидное несовпадение лексических единиц, провоцирующее фактическое расхождение версий данной части Священного Писания.

Анализ выявленных расхождений двух русских версий Послания позволяет сделать следующие выводы: синтаксическое оформление текста может более существенно влиять на восприятие содержания читателем-неспециалистом, в то время как лексические несовпадения затрагивают специфические аспекты содержания и, в большинстве случаев, не существенны для восприятия общего смысла текста.

Примечания

1. Святитель Феофан Затворник. Толкование на послание святого апостола Павла к Титу. URL:http://www.biblioteka3.ru/biblioteka/feof_zatv/poslanie-titu-tolkovanie/txt03.html (дата обращения

20.08.2013).

2. Иеромонах Иларион (Алфеев). Письма апостола Павла. URL: http://biblia.ru/reading/articles/ show/?6&start=0 (дата обращения: 06.01.2014).

3. Там же.

4. Левинская И. А. Размышляя над рецензией иеромонаха Илариона Алфеева на Письма Апостола Павла / пер. и примеч. В. Н. Кузнецовой. (М.: Общедоступный православный университет, Фонд Александра Меня, 1998). URL: http://bibHa.m/reading/artides/show/?7&start=0 (дата обращения:

05.01.2014).

5. Ремнева М. Л., Савельев В. С., Филичёв И. И. Церковнославянский язык: Грамматика с текстами и словарем. М.: Изд-во МГУ, 1999. С. 105.

6. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 3. М.: Рус. яз., 1980. С. 394.

7. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Канонические. Современный русский перевод. М., РБО, 2011. С. 1404.

8. Словарь Академии Российской. Т. 5. В Санкт-Петербурге при Императорской Академии Наук 1789 года. Ст. 1.

9. ABBYY Lingvo x5 - электронный словарь.

10. Словарь Академии Российской. Т. 5. Ст. 554.

11. ABBYY Lingvo x5 - электронный словарь.

12. Словарь Академии Российской. Т. 6. Ст. 1013.

13. Краткий толковый словарь к Синодальному переводу Библии // Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Канонические / в русском переводе с параллельными местами и приложением (Синодальный перевод). М., РБО, 2011. С. V.

14. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М.: Сов. энцикл., 1968. С. 18.

Notes

1. St. Theophan the Recluse. Tolkovanie na poslanie svyatogo apostola Pavla k Titu [Commentary on the epistle of Paul the Apostle to Titus]. Available at: http: //www.biblioteka3.ru/biblioteka/feof_zatv/poslanie-titu-tolkovanie/txt03.html (date accessed 20.08.2013) (in Russ.).

2. Hieromonk Hilarion (Alfeyev). Pis'ma apostola Pavla [Letters of the Apostle Paul]. Available at: http://biblia.ru/reading/articles/show/?6&start=0 (date accessed: 06/01/2014) (in Russ.).

3.Ibid.

4. Levinskaya 1A. Razmyshlyaya nad retsenziej ieromonakha Ilariona Alfeeva na Pis'ma Apostola Pavla [Thinking on reviews of Hieromonk Hilarion Alfeyev on the Letters of St. Paul] / transl. and notes V.N. Kuznetsova (Moscow: Public Orthodox University, Fond of Alexander Men', 1998). Available at: http://biblia.ru/reading/articles/show/?7&start=0 (date accessed: 05/01/2014).

5. Remneva M.L., V.S. Saveliev, FiHchyov 1.1. TSerkovnoslavyanskij yazyk: Grammatika s tekstami i slovarem [Church Slavonic language: Grammar with texts and vocabulary]. Moscow: MSU. 1999. P. 105.

6. Dal V.I. Tolkovyj slovar' zhivogo velikorusskogo yazyka [Explanatory Dictionary of the Russian Language]. Vol. 3 Moscow: Rus. lang. 1980. P. 394.

7. Bibliya. Knigi Svyashchennogo Pisaniya Vetkhogo i Novogo Zaveta. Kanonicheskie. Sovremennyj russkij perevod [Bible. Books of the Holy Scriptures of the Old and New Testaments. Canonical. Modern Russian translation]. Moscow. DBR. 2011. P. 1404.

8. Slovar' Akademii Rossijskoj [Dictionary of the Russian Academy]. Vol. 5 In St. Petersburg at the Imperial Academy of Sciences in 1789. Art. 1.

9. ABBYY Lingvo x5 - electronic dictionary.

10. Slovar' Akademii Rossijskoj [Dictionary of the Russian Academy]. Vol. 5. Art. 554.

11. ABBYY Lingvo x5 - electronic dictionary.

12. Slovar' Akademii Rossijskoj [Dictionary of the Russian Academy]. Vol. 6. Art. 1013.

13. Kratkij tolkovyj slovar' k Sinodal'nomu perevodu Biblii [Short Dictionary for King James Version Bible] // Bibliya. Knigi Svyashchennogo Pisaniya Vetkhogo i Novogo Zaveta. Kanonicheskie - Books of the Holy Scriptures of the Old and New Testaments. Canonical / in Russian translation with parallel passages and application (King James translation). Moscow. DBR. 2011. P. V.

14. Ozhegov S. I. Tolkovyj slovar' russkogo yazyka [Dictionary of Russian language]. Moscow: Sov. entsikl. 1968. P. 18.

УДК 811.161.1'36

С. В. Рябушкина

Собирательные числительные в современной русской речи:

семантика и синтагматика

Статья посвящена активным процессам, происходящим в сфере собирательных числительных. Автор отмечает ряд узуальных (но не признаваемых литературной нормой) особенностей их использования в речи и пытается найти причины этих изменений (снижение формальности массовой коммуникации; связь собирательных не только с идеей «маскулинности», но и с идеей персональности и одушевленности в широком смысле; etc.).

The article highlights active processes in the field of Russian numerals. The author tackles a number of regular (but not recognized as a norm) modes of usage of collective numerals with an attempt to find the reasons for such variations (reduction of formality in mass communication; the nature of collective numerals suggesting not only the idea of 'masculinity' but also 'person' and 'animacy' in a broad sense; etc.).

Ключевые слова: имя числительное, синтагматика, одушевленность, персональность, активные процессы в русском языке.

Keywords: the Numeral, syntagmatics, category of person, category of animacy, active processes in Russian.

Реальное употребление, узус, всегда разнообразней, богаче наших представлений о нем: «.любая языковая система всегда находится в неустойчивом равновесии» [1], и поэтому нормативные требования грамматик отражают лишь часть узуальных возможностей использования тех или иных единиц. Так, кодифицированные правила употребления собирательных (или лично-количественных) числительных регулярно нарушаются: «Относительно противопоставления два / две vs. двое колебания узуса столь велики, что здесь можно говорить в основном лишь о достаточно определенной тенденции, но не о четком правиле» [2], и это неоднократно отмечалось в классических работах [3]. Назовем некоторые особенности функционирования собирательных числительных (далее - СЧ).

1. Русские СЧ - малочисленная группа суффиксальных производных на базе количественных числительных первого десятка, но ряд активно используемых может быть короче: «...при прочих равных условиях, лично-количественные восьмеро, девятеро и десятеро нежелательны» [4]. Это наблюдение, сделанное И. А. Мельчуком в 1970-х гг., можно подтвердить данными Национального корпуса русского языка (далее - НКРЯ)1: наиболее частотны двое (46,71% от общего количества употреблений СЧ), трое (31,39%). Далее частотность резко падает - четверо (10,71%), пятеро (5,03%), шестеро (2,96%), семеро (2,27%), восьмеро (0,30%), девятеро (0,13%), десятеро (0,50%)3. Количественные соотношения представлены на рисунке.

© Рябушкина С. В., 2014

1 Выборка произведена в сентябре 2013 г. по Основному корпусу, объем которого 85 996 документов,

19 362 746 предложений, 229 968 798 слов.

3 Из подсчетов исключены наречные употребления, как-то: Там все в десятеро дешевле, чем у нас - а денег выходит в пятеро более! (Ф. В. Булгарин. Управление имением); Тюрьма ты моя, тюрьма крепка! Пошире ты гробовой доски, Да тяжеле ты ее в сотеро... (Н. А. Полевой. Клятва при гробе Господнем). 110