Старение населения как фактор модели демографического перехода на примере современной России

В. Г. ДОБРОХЛЕБ,

доктор экономических наук, профессор,

Институт социально-экономических проблем народонаселения РАН, г. Москва, Россия

СТАРЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ КАК ФАКТОР МОДЕЛИ ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО ПЕРЕХОДА НА ПРИМЕРЕ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ*

Автор статьи характеризует демографическое старение в России как процесс патологического социального старении населения и на основе проведенного анализа выделяет его характерные особенности. В результате опроса выявлена проблема значительной распространенности хронических заболеваний среди населения России. В русле приоритетных направлений социальной политики предложены конкретные мероприятия с целью повышения долголетия.

Ключевые слова: демография, демографическое старение, социальное старение, типы воспроизводства населения, социальная политика.

Социально-философский подход к определению понятия «революция» во многом ассоциируется с коренным переворотом, изменением бытия и сознания. Исследователи выделяют в демографической истории человечества первую неолитическую и вторую демографическую революции. В период второй демографической революции воспроизводство населения поднимается на качественно новую ступень. Это происходит в результате значительного скачка с одного уровня рождаемости и смертности на другой. «Будучи элементом исторического переворота, охватившего обе стороны «производства и воспроизводства непосредственной жизни», демографическая революция своими последствиями затрагивает самые различные сферы жизни общества. Эти последствия, тесно переплетаясь и взаимодействуя с последствиями промышленной, а затем научно-технической революции, с одной стороны, и с последствиями социальных революций - с другой, оказывают и свое революционизирующее влияние на все общественное развитие» [1]. Замена старого типа воспроизводства не происходит моментально. При демографической революции население вступает в период, во время которого можно наблюдать промежуточные, переходные характеристики воспроизводства населения, сочетающие в себе признаки старого и нового типов демографического воспроизводства, - период демографического перехода. Научные концепции де-

* Материал подготовлен при поддержке РФФИ грант 11-06-00122-а «Теория демографического перехода в современной России».

мографического перехода, при всем их разнообразии, имеют общий элемент, которым является демографическое развитие, соответствующее крупным историческим изменениям общества. Это позволило ученым выделить пять (иногда четыре) фаз демографического перехода, пройденных высокоразвитыми странами за последние 100 лет [2, с. 12]. Подмечено, «если материальные предпосылки демографической революции, связанные с развитием производительных сил, могут быть примерно одинаковыми в странах с различным общественным строем, то социальные условия, в которых она совершается, глубоко отличны, что вносит существенные различия в сам ход демографической революции. В каких конкретных формах, с какой скоростью, в какой социальной атмосфере протекает эта революция и какое влияние оказывает она на общее социально-экономическое развитие, как она рефлексируется сознанием, в огромной мере зависит от общественного строя» [2, с. 12].

Процесс демографического старения населения стал непреложным фактом общественной жизни развитых стран мира. В целом он будет идти (по всем вариантам мировых прогнозов) вплоть до 2300 г. Его интенсивность к середине текущего века будет нарастать. Вызов старения ставит новые проблемы. Государства и люди по-разному отвечают на него. При этом необходимо помнить, что в странах социально ориентированной рыночной экономики и в целом в экономически развитых странах с конца 60-х годов ХХ в. сложился новый социально-демографический слой - «молодые старики», которых относят к так называемому третьему возрасту. Еще в 1974 г. американские геронтологи Бернис Нейгартен и Этель Шанас писали о «молодых стариках» (the Young Old) и «старых стариках» (the Old Old) [3]. Английский демограф Питер Ласлетт предложил рассматривать жизненный цикл современного человека состоящим из четырех стадий. Две последние - «третий возраст» и «четвертый возраст» - соответствуют «the Young Old» и «the Old Old» [4]. За рубежом в исследованиях с конца 1980-х годов начали выделять быстро растущую группу «самых старых» - тех, кому за 80 лет, а с 1990-х годов - группу столетних долгожителей. Традиционный образ «немощного старика» относится к группе «старых стариков», большая часть которых из-за проблем со здоровьем постоянно нуждается в функциональной поддержке и отходит от общественных дел. В интерпретации Питера Ласлетта, «третий возраст» - это продукт успешного экономического и демографического развития, щедрой социальной политики. «Молодые старики» - это люди, которые формально, по календарному возрасту могут быть отнесены к пожилым или даже старым. Но по состоянию здоровья, своим знаниям, умениям, навыкам, желанию и способности продолжать профессиональную деятельность они - мудрые взрослые. Российский исследователь Н. И. Шаталова считает, что приобретение опыта совместной деятельности в коллективе, способности принимать решения, умение нести ответственность связаны с активизацией делового потенциала, который с возрастом накапливается [5, с. 85-86]. «Третий возраст» означает появление новой стадии в жизненном цикле человека, в дополнение к традиционной классификации: «детство-взрослость-старость».

В этой схеме старость - «четвертый возраст». М. Денисенко в статье «Тихая революция» отмечает, что возрастной слой «молодых стариков» в большинстве развитых стран начал формироваться в 1940-1960-х годах [6].

Ресурсный потенциал старшего поколения - это качественные характеристики индивида, значимые для него лично и дающие возможность эффективно взаимодействовать с другими людьми, участвовать в социально-экономической жизни общества. Для расширения социальных трансакций существенным элементом является оценка ресурсного потенциала старшего поколения. В проведенных автором исследованиях [7, с. 78-80] было показано, что определенная доля старших возрастных когорт сохраняет ресурсный потенциал, имеющий многокомпонентную структуру, основными элементами которой является хорошее здоровье, высокий уровень образования и потребность продолжать трудовую деятельность, участвовать в общественных процессах. В России по экспертным оценкам начал складываться слой представителей «третьего возраста». Он пока не велик и составляет примерно 20% от числа работающих представителей старшего поколения.

Магистральной проблемой для нашей страны является активное долголетие нарастающей доли и числа пожилых и старых людей. Это позволяет рассматривать процесс старения населения с демографической и социальной точек зрения с учетом достижений биогеронтологии. По данным современной науки, видовой предел жизни человека составляет 110-120 лет [8]. Однако ожидаемая продолжительность жизни в России в 2009 г. составляла для женщин 68,67 года, для мужчин - 62,77 года. Иными словами, биологический резерв для мужского населения составляет почти половину - 47-57 лет, для женщин - 35-45 лет, при этом показатели для сельского населения еще выше.

При переходе от старения конкретного человека на макроуровень интересную гипотезу о факторах, влияющих на старение населения, выдвинул известный отечественный ученый Б. Ц. Урланис. Классик отечественной демографии обратил внимание на то, что обычно различают старение патологическое и физиологическое, или, другими словами, преждевременное и своевременное, анормальное и нормальное, неестественное и естественное. Деление процесса старения на два вида отражает объективную необходимость различать причинный характер старения: хотим ли мы подчеркнуть тот факт, что в его основе лежит биологическая природа человека, или же намерены сделать акцент на социальной детерминации этого процесса [9, с. 357-360].

В действительности население имеет не только биологическую, но и социальную продолжительность жизни, когда старение происходит не только под влиянием биологических факторов, имманентных человеческому организму, но и под влиянием социальных факторов, играющих решающую роль в интенсивности старения.

Старение, происходящее под совокупным воздействием как социальных, так и биологических факторов, Б. Ц. Урланис назвал социальным, так как именно условия жизни и среда определяют в первую очередь характер, степень и особенности старения.

Социальное старение он предложил подразделять на два вида: нормальное и патологическое. Нормальное социальное старение - закономерный результат расходования запаса жизненных сил, постепенной амортизации человеческого организма. Патологическое старение становится заметным с ранних лет. Его причина - главным образом перенесенные заболевания или травмы, которые возникают в результате влияния определенных социальных условий и физической среды и ослабляют силы сопротивления человеческого организма. Патологическое социальное старение весьма широко распространено и является основным источником преждевременной смерти. Оно означает ненормальный, преждевременный износ организма под влиянием груза перенесенных заболеваний и травм, накопленного действия патологических факторов. С этих позиций мы можем рассмотреть демографическое старение в Российской Федерации.

Необходимо отметить, что в первое десятилетие XXI в. в нашей стране период экономического роста в 2008 г. сменился рецессией. Исследователи подчеркивают, что ее глубина была наибольшей среди экономически развитых стран и достигала 10% ВВП. В этот период проводимая государством демографическая политика, направленная на повышение рождаемости и снижение смертности, начала давать положительные результаты. Это получило отражение в увеличении доли россиян, которые доживают до пожилого возраста, который по определению ООН начинается с 60 лет (табл. 1) [14].

Таблица 1. Число доживающих до возраста 60 лет на 100 000 населения в РФ

Годы Мужчины Женщины

2000 54175 82472

2008 59403 84307

2009 61861 85086

В начале XXI в. вероятность дожить до пенсионного возраста имели 54,2% мужчин. К 2009 г., несмотря на экономический кризис, этот показатель у них увеличился до 61,2%. Шансы россиянок достичь пожилого возраста выросли от 82,5 до 85,0%. Показатели дожития среди достигших шестидесятилетия мужчин в первом десятилетии XXI в. выросли на 1,17 года, у их ровесниц увеличение составило 1,47 года (табл. 2) [14].

Таблица 2. Ожидаемая продолжительность жизни в возрасте 60 лет в РФ

Годы Мужчины Женщины

2000 13,21 18,67

2008 14,17 19,85

2009 14,38 20,14

Однако эти показатели, несмотря на их позитивную динамику, не должны нас успокаивать, так как они значительно хуже не только данных по экономически развитым странам, но и по странам БРИК (табл. 3) [10].

Таблица 3. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении и ожидаемая продолжительность здоровой жизни при рождении в 2008 г. в странах БРИК

Страны ОПЖ при рождении ОПЖ здоровой жизни при рождении

Мужчины Женщины Оба пола Мужчины Женщины Оба пола

Бразилия 70 77 73 62 66 64

Индия 63 66 64 56 57 56

Российская Федерация 62 74 68 55 65 60

Китай 72 76 74 65 68 66

Ожидаемая продолжительность как здоровой жизни, так и ее общая величина самая низкая у мужчин из России. При сравнении женских когорт россиянки как по ОПЖ, так и продолжительности здоровой жизни опережают лишь Индию, отставая от Бразилии и Китая. Еще более печально выглядит наша страна в сравнении с Германией и Норвегией, где показатели активного долголетия и продолжительности жизни значительно выше (табл. 4) [10].

Таблица 4. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении и ожидаемая продолжительность здоровой жизни при рождении в 2008 г. в Германии и Норвегии

Страны ОПЖ при рождении ОПЖ здоровой жизни при рождении

Мужчины Женщины Оба пола Мужчины Женщины Оба пола

Германия 77 83 80 71 75 73

Норвегия 78 83 81 72 74 73

Показатели продолжительности жизни российского и норвежского населения (Норвегия мировой лидер по индексу развития человеческого потенциала -ИРЧП) существенно различаются не в пользу РФ. При этом риск умереть до достижения пожилого возраста в нашей стране в разы выше (табл. 5) [10].

Таблица 5. Вероятность смерти в возрасте от 15 до 60 лет на 1000 человек в РФ и Норвегии в 2008 г.

Страны Вероятность смерти в возрасте от 15 до 60 лет

Мужчины Женщины Оба пола

Российская Федерация 396 147 273

Норвегия 81 53 67

В сравнении с мировым населением по ОПЖ при рождении наши показатели для мужчин в 2008 г. ниже медианного значения на 6, а от максимальных показателей наше отставание достигает 19 лет. По женским когортам при

совпадении наших показателей с медианными отставание от максимальных составило 14 лет. Ожидаемая продолжительность здоровой жизни для российских мужчин ниже средних мировых на 3 года, медианных - на 5 лет, максимальных - на 11 лет. Для россиянок показатель несколько выше медианного (на 1 один год), но хуже максимального на 13 лет [10, с. 56].

Проведенный анализ позволяет выделить следующие характерные черты процесса демографического старения в России:

низкая вероятность для массовых слоев населения дожить до пожилого возраста;

высокая демографическая гендерная асимметрия (при этом российские женщины имеют более низкие показатели общей продолжительности жизни в сравнении не только с экономически развитыми странами, но и со странами БРИК);

крайне невысокие показатели ожидаемой продолжительности здоровой жизни.

Именно эти особенности позволяют охарактеризовать демографическое старение в нашей стране как процесс патологического социального старении населения.

Именно патологическое социальное старение населения, а не демографическое старение в целом является серьезным препятствием экономического роста и экономической модернизации России. В настоящее время в нашей стране мы с меньшими успехами (или с более низкой эффективностью, чем в экономически развитых странах, несмотря на некоторое улучшение ситуации) можем влиять на процесс смертности. В связи с этим необходимо напомнить высказывание лауреата Нобелевской премии в области экономики Саймона Кузнеца о том, что «неспособность человечества сохранить жизнь и контролировать смерть... несовместима с современным экономическим ростом» [11, с. 133].

Мы солидарны с мнением русских циклистов в том, что «к началу XXI века исторический срок, отведенный для индустриальной цивилизации, в основном завершился. Пришло время для новой взрывной волны эпохальных инноваций, которые в корне трансформируют всю структуру современного общества и положат начало постиндустриальной, интегральной, гуманистически-но-осферной мировой цивилизации» [12, с. 298]. Идет высочайшая волна трансформаций цивилизационной революцией XXI в. Эти эпохальные инновации преобразуют все шесть составляющих генотипа цивилизаций - природноэкологическую и демографическую, технологическую и экономическую, геополитическую и социокультурную. Основой технологической революции XXI в. является освоение и распространение шестого технологического уклада. Расширение нового технологического уклада обеспечивает многократное повышение эффективности производства, снижение его энерго- и материалоемкости.

При этом переход к экономике знаний требует нравственных высококвалифицированных здоровых работников, что в условиях стареющего общества возможно при создании институтов, способствующих активному долголетию. Модернизацию невозможно осуществить в условиях, когда 64% россиян считают выход на пенсию трудным временем [13]. Особенностью модели демографического перехода в современной России является не преодоленный про-

цесс патологического социального старения. В этих условиях необходимо напомнить о необходимости постановки и реальных шагов к решению первой задачи Стратегии ЕЭК ООН по Вопросам Старения: учитывать фактор старения во всех политических сферах, с этой целью гармонизировать общества и экономики с демографическими изменениями для формирования социума для всех возрастов.

Литература

1. Вишневский, А. Г Демографическая революция / А. Г. Вишневский. - Режим доступа: http://www. demoscope. ru/weekly/knigi/polka/gold_fund09. html. - Дата доступа: 11.03.2011.

2. Шахотько, Л. П. Модель демографического развития Республики Беларусь / Л. П. Ша-хотько. - Минск: Белорус. наука, 2007. - 439 с.

3. Neugarten, B. L. Age groups in American Society and the Rise of the Young Old // Political Consequences of Aging, Annals of the American Academy of Social and Political Science. - 1974. -Vol. 415. - 187-198 р.

4. Kertzer, D. Aging in the Past Demography, Society, and Old Age / D. Kertzer, P. Leaflet. -Berkeley: University of California, 1995. - 403 p.

5. Шаталова, Н. И. Трудовой потенциал работника: проблемы, функционирование и развитие / Н. И. Шаталова. - Екатеринбург: УрГЭУ, 1998. - 85-86 с.

6. Денисенко, М. Тихая революция / М. Денисенко // Отечественные записки. - 2005. -№ 3. - С. 16-31.

7. Доброхлеб, В. Г. Ресурсный потенциал и занятость пожилых людей в современной России / В. Г. Доброхлеб. - Ярославль: Лад, 2004. - 78-80 с.

8. Старение и работоспособность, Доклад ВОЗ, Женева, 1995 г.

9. Урланис, Б. Ц. Послесловие / Б. Ц. Урланис // Процесс старения населения. Демографические исследования / Э. Россет. - М.: Статистика, 1968. - С. 357-360.

10. Мировая статистика здравоохранения 2010 года. - C. 52-56. - Режим доступа: http:// www. who. int/whosis/whostat/2010/ru/index. html. - Дата доступа: 11.03.2011.

11. Кузнец, С. Демографические аспекты современного экономического роста. Обзорный доклад для темы А.10 «Демографические аспекты экономического роста» на 2-q Всемирной конференции по народонаселению, Белград, 1965. Цит. по Сб. Население и экономика / под ред. А. Г. Волкова и А. Я. Кваши. - М.: Статистика, 1970. - C. 133.

12. Яковец, Ю. В. Глобальные экономические трансформации XXI века / Ю. В. Яковец. -М.: Экономика, 2011. - 382 c.

13. МОСКВА, 13 октября 2010 г., Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные о том, чем является для россиян выход на пенсию. Режим доступа: www. wciom. ru. - Дата доступа 11.03.2011.

14. Демографический ежегодник России. 2010. Статистический сборник. - М.: Росстат, 2010. - С. 183, 189.

V. G. DOBROKHLEB

THE AGING OF THE POPULATION OF RUSSIA: PROBLEMS AND POSSIBLE DIRECTIONS OF INCREASE OF LONGEVITY.

Summary

The author describes the demographic aging process in Russia as a social pathological aging of the population and on the basis of this analysis highlights its distinctive features. The survey revealed a significant problem of chronic diseases among the population of Russia. In the tideway of priority directions of social policy concrete actions for the purpose of longevity increase are offered.

Key words: demography, demographic aging process, social aging, types of reproduction, social policy.

Поступила 14.11.2011 г.