Государственно-правовая доктрина И. А. Ильина как теоретический базис социокультурной трансформации современного российского общества

ИСТОРИЯ ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

УДК 316.43

Е.В. Федорова

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис социокультурной трансформации современного российского общества

В статье анализируются социокультурные трансформации, происходящие в мире и в России на протяжении XX и в начале XXI века, а также оценка их причин и последствий, данная русским религиозным философом и социальным мыслителем И.А. Ильиным. Автор рассматривает его взгляды относительно деградации духовной сферы российского общества в постсоветский период под влиянием западных ценностей и утраты национальных традиций, а также идеи, касающиеся той роли, которую играют государственно-правовые институты в качественном обновлении духовных основ всех сфер общественной жизни.

Ключевые слова: социокультурные трансформации, духовный кризис в России, государство, право, правосознание, национальная идея, Православие.

Россия в XXI веке представляет собой общество совершенно нового типа, в котором сложилась особая система социальных отношений с характерным специфическим состоянием общественного сознания. Это стало результатом закономерных историкокультурных изменений, произошедших в стране за последние десятилетия и затронувших все структуры российского общества. Прежде всего, после распада СССР и отказа от построения коммунистической модели социального устройства Россия стала полноправным членом мирового социокультурного пространства, что предполагало принятие существующих в нем фундаментальных ценностно-нормативных основ и тенденций развития. В связи с этим современное российское государство столкнулось с такими феноменами, как глобализация и информационные технологии, сетевые сообщества и организации, а также повсеместное распространение сферы услуг, увеличение доли потребления и стремление людей превратить свою жизнь в непрерывные развлечения и получение удовольствий, что большин-

© Федорова Е.В., 2015

118

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

ство теоретиков связывают с наступлением эпохи постмодерна. Изменения коснулись всех сфер общественной жизни: 1) в политической подсистеме произошел переход к либеральной демократической модели с требованием построения правового государства и гражданского общества; 2) в экономической подсистеме осуществилось внедрение структур рыночной капиталистической экономики с формированием институтов частной собственности; 3) в социальной подсистеме произошла трансформация института семьи, что привело к таким тенденциям, как ее нуклеаризация, отказ от заключения брака в пользу различных форм сожительства, а также от репродуктивной функции в пользу удовлетворения сексуальных потребностей; 4) и наконец, в духовной подсистеме усилились процессы секуляризации, что поколебало традиционные смыслообразующие ценности россиян и привело к распространению религиозного плюрализма, морального релятивизма и утилитарного рационализма.

Все социокультурные трансформации современного российского общества носят сложный характер, они не исчерпываются только вышеперечисленными характеристиками и обусловлены множеством причин и последствий, требующих отдельного исследования. Но их корни находятся в сфере ценностей, которую еще американский социолог и родоначальник парадигмы структурного функционализма Т. Парсонс связывал с «культурной легитимизацией нормативного порядка общества» и полагал, что «именно ей принадлежит наивысшая позиция» [19, с. 25]. По оценке большинства специалистов социально-гуманитарных наук, как отечественных, так и зарубежных, современная Россия, восприняв мировые социокультурные тенденции, хоть и встала на путь постепенного социально-экономического развития, а также достижения политической стабильности, все же сделала это в ущерб сформировавшейся на протяжении веков традиционной системе ценностей, поддерживающей целостность и устойчивость социальной системы. В результате российское общество погрузилось в состояние глубокого духовного кризиса, который обусловливает многочисленные проблемы, присутствующие и в национальной экономике, и в деятельности государственно-правовых институтов, и в функционировании других важнейших общественных подсистем.

Так, американский социолог и политолог Р. Инглхарт утверждает, что после распада СССР в России «образовался идеологический вакуум, случился экономический крах, и, как показывают опросы, россияне резко почувствовали себя несчастными» [17], поскольку их ценностно-нормативные ожидания абсолютно не соответствовали существующим условиям жизни. В настоящее время, согласно третьему докладу «World Happiness Report», подготовленному ООН в 2015 г. и представляющему рейтинг 158 мировых стран по уровню счастья, Россия занимает 64-е место [22, с. 29]. По сравнению с аналогичным первым исследованием и докладом, опубликованным в 2012 г., где в перечне 156 стран Россия находилась на 76-й позиции

119

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

[21, с. 32], очевидна положительная динамика, но все же российское общество еще не достигло того уровня благосостояния, которое позволило бы говорить о стабильном и кардинальном улучшении степени благополучия и удовлетворенности жизнью россиян. И в значительной степени причиной тому является состояние духовной сферы. По мнению российского социолога Л.Д. Гудкова, в современной России «возникает и устойчиво воспроизводится такая социальная черта массового характера или массовой антропологии постсоветского человека, как недоверие к другим, лукавство, нормативный релятивизм, цинизм и готовность приспособиться к любой изменившейся “игре” ценой снижения уровня ожиданий» [1, с. 30]. В связи с этим в обществе возник моральный и духовный дефицит, налицо падение нравственных устоев, распространение правового нигилизма и равнодушия, отсутствие взаимопомощи, а также повсеместная ориентация, особенно среди молодежи, на ценности западной массовой поп-культуры, пропагандирующей гедонизм, индивидуализм, прагматизм и культ денег.

Проблема духовности российского общества была также центральной темой социологических и историко-философских исследований целой плеяды мыслителей эпохи конца XIX — начала XX века, получившей название «Серебряный век». Значительный вклад принадлежит и одному из ее выдающихся представителей, русскому религиозному и социальному философу, специалисту в области государства и права, этики и эстетики, Ивану Александровичу Ильину (1883—1954). Наблюдая события русской и мировой истории первой половины XX века, когда произошла Октябрьская революция 1917 года, коренным образом изменившая все сферы общественной жизни в бывшей царской России, ставшей Советским Союзом, когда мир столкнулся с первой масштабной войной, повлекшей за собой огромные человеческие жертвы и глубокий ценностный вакуум, с которым столкнулись поколения людей, и наконец, когда всего спустя несколько десятилетий человечество вступило в новую войну, еще более жестокую и разрушительную, И.А. Ильин констатировал общемировой духовный кризис. Причины его возникновения, с точки зрения русского мыслителя, коренятся в тотальной деградации морально-этической сферы общества, а также последовательной и целенаправленной дехристианизации культуры.

По мнению И.А. Ильина, кризис духовности современного ему исторического периода сопровождался общей тенденцией к безбожию, то есть к жизни без веры и сердечного созерцания, а также без благодарности и любви. Всюду наблюдалось «торжество рассудка над вдохновением, расчета над сердцем, механического над органическим, внешнего опыта над внутренним опытом» [4, с. 341]. Это стало следствием длительного процесса секуляризации западноевропейского мира, который на первый план выдвинул, во-первых, материалистическую науку и позитивное естествознание, провозгласившие культ рациональности, техники и потребительское

120

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

отношение к природе. Во-вторых, светскую, безрелигиозную государственность, которая, как полагает русский мыслитель, «служит не качеству жизни, не совершенству ее, а интересам людей и классов, оно не знает измерения священной глубины — ни в душах, ни в делах, оно есть явление личной, классовой и всенародной жадности и создает, в лучшем случае, неустойчивое равновесие вожделений, равнодействующую вражды и зависти» [9, с. 479]. В-третьих, человечество эпохи конца XIX — первой половины XX века целиком и полностью отдалось во власть приобретательских инстинктов, забыв про необходимость созидания, чувство меры и ответственности. И наконец, по глубокому убеждению И.А. Ильина, оно провозгласило безрелигиозное и пошлое искусство, которое больше не стремится к изображению прекрасного и совершенного, а, напротив, становится праздным развлечением и обыденным зрелищем.

Таким образом, по заключению русского мыслителя, в XX веке человек человеку стал прохожим. «Или, как тонко подметил Чехов, человек человеку не то запертый сундук, не то источник недоразумений. Люди подобны деревянным шарикам, которые чокаются друг о друга и отскакивают в разные стороны. Люди друг другу — соперники или конкуренты; и каждый опасается чужого недоброжелательного ока и осуждающего разговора. Они заботятся друг о друге лишь в меру ожидаемой от другого имущественной или служебной пользы, или в меру своего тщеславия, или еще — в меру чувственного влечения. А использованного человека “списывают со счета” и при первом удобном случае предают» [13, с. 290]. То есть все социальные отношения, складывающиеся в обществе между людьми, а также между их крупными объединениями, стали сводиться только к получению личной или групповой выгоды, поэтому они теряют свою внутреннюю безусловную ценность.

Кроме того, по мнению И.А. Ильина, люди в основной своей массе практически забыли про те ценные духовные качества, которые исторически воспитывало в них христианство, а именно про совесть, благодарность и способность творить добро. «Беда современного человечества состоит в том, — заключает русский мыслитель, — что оно как бы разучилось переживать совестный акт и отдаваться ему... что современный человек научился “относиться критически” к священной, иррациональной глубине совести, ограждать себя от ее голоса и иронически подсмеиваться над совестными людьми» [12, с. 96]. С потерей совести человечество утрачивает и нормальное, здоровое правосознание, которое начало постепенно «мельчать и искажаться». Правовые чувства людей потеряли также свою религиозную основу, поэтому они стали черствыми и формальными. Вследствие этого социальное поведение и взаимодействия в обществе приобрели оттенки скептицизма и релятивизма, духовного нигилизма и «публичной продажности». Юриспруденция предпочла заниматься только положительным правом (основанном исключительно на законе, признан-

121

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

ном государством) и совершенно забыла про естественное (морально верное, идеальное) право, в то время как именно оно, по глубокому убеждению И.А. Ильина, помогает людям проводить четкую грань между добром и злом, свободой и унизительной покорностью, личным и общественным, законом и беззаконием.

Несмотря на то что теория естественного права на протяжении веков подвергалась резкой критике за ее склонность к одобрению волюнтаризма, необязательности подчинения кажущимся несправедливыми законам и даже к анархии, что, безусловно, способно поколебать государственные устои, все же именно естественно-правовые нормы помогают сделать позитивное право справедливым, поскольку наделяют его нравственными критериями, которые изначально ему не присущи. Об этом говорил и И.А. Ильин, когда подчеркивал, что «справедливость требует, чтобы право не применялось без оглядки, в слепом равнодушии и без всякого снисхождения к человеческой слабости и невежеству; она требует, наоборот, чтобы всюду, где только возможно, учитывались личные свойства субъектов и их намерения; она требует далее, чтобы всюду, где только право может выступить на поддержку морали и добрых нравов, применение нормы служило бы этой высшей цели, она требует, наконец, чтобы тот, кто применяет право, имел в виду только одно — правое и верное решение и не поддавался никаким соображениям постороннего свойства: пристрастию, лицеприятию или, тем более, корысти. Такое применение права приучает людей ценить его и уважать; оно созидает в стране правосудие и мудрое правление» [5, с. 100]. Именно такое применение права позволяет осуществить синтез его естественной и положительной разновидности, что, по мнению русского мыслителя, и служит критерием прогресса.

Принимая во внимание все вышеперечисленные отрицательные черты эпохи конца XIX — первой половины XX века, И.А. Ильин ставит ей неутешительный диагноз: современное ему общество переживает тяжелую болезнь, корень которой находится в бездуховности, безрелигиозности и бессердечности его культуры. Эта болезнь зародилась в лоне западноевропейской цивилизации, но она стремительно распространилась во все остальные, даже самые отдаленные уголки мира. Русский мыслитель не мог оценить события и их последствия, сформировавшие социокультурную реальность второй половины XX — начала XXI века, но история показала, что сделанные им выводы справедливы и в настоящее время. По оценкам современных специалистов, картина, представшая перед нами в духовной сфере общества на новейшей стадии развития человечества, возможно, даже более плачевна и трагична.

Так, по мнению российского философа-постмодерниста В.А. Кутырё-ва, сейчас в мире «сложилась ситуация, в которой все меньше мест, все меньше времени, где и когда человек действует как целостное телесно-духовное существо. Великий разрыв! Живое за пределами жизни, дух по-

122

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

кидает тело — это глубинная причина бытийного кризиса человечества, проблем экологии и гуманизма» [16, с. 12]. Более того, он убежден, что в современном информационном обществе, где с невероятной скоростью распространяется виртуальная, искусственно созданная реальность, исчезает человек. И это не естественный процесс, поскольку в течение столетий его целенаправленно «преследовали и убивали везде и как скоро обнаружат: как автора, читателя, субъекта, личность, сверхчеловека, творца» [16, с. 43]. В связи с этим в настоящий момент общество находится в том месте своего исторического пути, где осуществляется судьбоносный выбор: или оно движется по накатанной колее, ведущей к победе утилитаризма и бессубъектности, или оно не проходит точку невозврата и постепенно начинает свое духовное возрождение.

По мнению И.А. Ильина, такого рода выбор стоит и перед Россией, но особенно остро он ощущался именно в XX веке, поскольку в этот исторический период произошли такие перемены, которые кардинальным образом изменили российское общество. Крушение царской власти и победа большевиков, построение коммунистического государства и воинствующий атеизм — все это, по глубокому убеждению И.А. Ильина, подорвало основы русской духовности, что сказалось на последующем развитии национального государственного строя, экономической системы и культуры.

Накануне Октябрьской революции 1917 года, как полагает русский мыслитель, перед российским государством возникли два совершенно противоположных пути, «две возможности; или, по слову летописи, “грозно и честно нести дело” России, или же начать “Русь нести розно”. Русский народ не выдержал искушения, не справился с соблазном и пошел по второму пути, подсказанному большевиками. Индивидуализированный инстинкт восстал против духа, не внял его призывам, отверг его заветы и предпочел (как говорили тогда) “похабный мир” и всенародный имущественный передел» [2, с. 331]. В результате в обществе стали иссякать силы добра и духовной стойкости, проникли и возобладали насильственно навязанные ценности западноевропейского мира, соответственно, души русских людей приобрели черты униженности и развращенности. Практически все слои населения, в том числе и интеллигенция, впали в состояние «черни», позволив перекроить русскую историю, а также сломать все духовные основы русского государственного строя и культуры. В итоге это привело к массовой безрелигиозности, безнравственности и тотальной слабости и беспомощности подавляющей части общества, покорно смирившейся с крушением всего, что испокон веков составляло сущность России.

После установления советской власти и воплощения идей коммунистической партии, которая, по мнению И.А. Ильина, может быть уподоблена ордену, «только рабовладельческому ордену, без Бога, чести и совести» [2, с. 332], все усилия большевиков, как полагал русский мыслитель, были направлены на искоренение индивидуального и творческого начала в

123

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

людях, а также на насильственное превращение русского человека из уникального духовного и органичного существа в покорного раба, механически исполняющего все предписания. Лишь меньшинство не подчинилось новым правилам жизни, но большая часть населения смирилась, воспитывая в такой атмосфере целые поколения. И.А. Ильин констатировал, что в этом процессе было «очень многое снесено, истреблено и разрушено непоправимо. И сама русская душа в этих муках и унижениях менялась: слабое разлагалось, сильное закалялось, доброе гибло, злое ожесточалось; и в души изливался яд соблазна — страха, пресмыкания, предательства, деморализации и самого бесстыдного революционного карьеризма» [11, с. 463]. Справедливости ради необходимо отметить, что во все десятилетия существования Советского Союза русская духовность хотя и была лишена традиционной религиозности и самобытности, все же проявлялась в жизни и деятельности людей, которые именно благодаря своим исконным душевным качествам сумели выйти победителями из Великой Отечественной войны 1941—1945 годов, достигнуть значительных технологических и хозяйственных успехов, и наконец, сформировать такие морально-этические принципы, которые помогли советскому обществу противостоять натиску западных капиталистических ценностей.

Наблюдая и анализируя духовную деградацию русского общественного сознания первой половины XX века, И.А. Ильин достаточно точно и проницательно спрогнозировал историческую ситуацию, в которой окажется Россия в постсоветский период своего развития. Он не сомневался, что чуждый русскому духу коммунизм рано или поздно будет свергнут, после чего перед государством встанет задача восстановления исторической памяти и традиционных основ жизни. Но в первые десятилетия после распада Советского Союза, который И.А. Ильин также предсказал и поразительно верно описал в 1950 году в статье «Что сулит миру расчленение России», русское общество окажется в ситуации глубочайшего кризиса. И это будет «кризис русской религиозности. Кризис русского правосознания. Кризис русской военной верности и стойкости. Кризис русской чести и совести. Кризис русского национального характера. Кризис русской семьи. Великий и глубокий кризис всей русской культуры» [15, с. 358]. Нестабильность и слабость всех социальных институтов привела к проникновению в Россию отрицательных ценностей западного мира, что сначала вызвало в обществе состояние аномии, а затем создало такую модель культуры и повседневной жизни людей, которая хоть и основана на индивидуалистических инстинктах, безудержном потреблении и «философии» денег, привнесенных капиталистической идеологией, все же создала огромное количество противоречий в ценностно-нормативной структуре общественного сознания.

Об этом свидетельствуют и данные социологических исследований, проведенных фондом «Общественное мнение» (ФОМ) в 2013 году, соглас-

124

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

но которым россияне вполне приемлемо относятся к уклонению от службы в армии (42% молодых людей в возрасте 18—30 лет), к переезду на постоянное место жительство за границу (65% респондентов всех возрастов), к разводу (64% опрошенных), к официально не зарегистрированным отношениям между мужчиной и женщиной (70% респондентов), а также к абортам (32% россиян) [20]. С другой стороны, в российском обществе все больше ощущается потребность в росте духовности, религиозности и возрождении традиционных ценностей. По мнению В.А. Кутырёва, «Россия меняется, все еще находясь на перепутье. Она может склониться как в сторону сохранения нашего бытия, так и его превращения в иное, а фактически в ничто, усиливая ту или другую мировую тенденцию. Будем надеяться, что она станет опорой Бытия, и тогда мы, люди — Будем» [16, с. 82]. Но для этого необходимо принять кардинальные меры по трансформации общественного сознания всех слоев общества.

Прекрасно осознавая всю катастрофичность социальной и духовной обстановки, которая сложится в постсоветской России, И.А. Ильин полагал, что необходимо полностью пересмотреть весь фундамент российского общества, ориентируясь прежде всего на исторический опыт и традиции русской духовной культуры. Единственными институтами, которые призваны это осуществить, являются государство и право. Их изучением И.А. Ильин, будучи юристом по образованию, занимался всю свою жизнь, при этом большая часть его исследований посвящена России и принципам наиболее подходящего для нее социально-политического устройства.

По мнению русского мыслителя, именно государственно-правовые институты должны вывести российское общество из состояния кризиса и обеспечить возрождение духовных основ жизни. При этом И.А. Ильин подчеркивал, что исходным пунктом на пути восстановления постсоветской России должна стать правильно сформулированная и исходящая из глубин народного опыта идеология. Он утверждал, что «ожесточенным ломом, ревом и погромом без цели и без идеи Россию не спасешь. Необходима идея, идея долгого волевого дыхания... Идея не отрицательная, а положительная... Эта идея должна быть государственно-историческая, государственно-национальная, государственно-патриотическая, государственно-религиозная. Эта идея должна исходить из самой ткани русской души и русской истории, из их духовного глада» [14, с. 456—457]. И в основе этой идеи лежит воспитание в русских людях обновленного национального духовного характера, что является задачей прежде всего государства и права.

Сама политика, как полагал И.А. Ильин, представляет собой безусловно духовный феномен, поскольку она призвана способствовать солидаризации народа и построению его национального будущего через осознание историко-культурного опыта его национального прошлого, собранного и проанализированного в его национальном настоящем. Она возникает

125

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

только из внутреннего мира человека и в конечном счете направлена на совершенствование именно его. В свою очередь, государство, по мнению русского мыслителя, есть «организованное общение людей, связанных между собой духовной солидарностью и признающих эту солидарность не только умом, но поддерживающих ее силою патриотической любви, жертвенной волей, достойными и мужественными поступками» [12, с. 232]. Оно предполагает объединение людей посредством осознания некоей общности духовной судьбы, культуры и традиции.

Право, с точки зрения И.А. Ильина, также имеет духовные корни, поскольку, образуя органичное единство положительного, то есть установленного верховной властью и подлежащего применению, и естественного права, т.е. морально-верного, оно в своей сущности определяется именно духовно-нравственными атрибутами. Более того, русский мыслитель утверждал, что цель общественного прогресса как раз и состоит в отказе от господства формальных правовых норм, пренебрегающих «естественной» природой человека, и в приближении к высшим морально-этическим принципам правовых отношений, без которых немыслим справедливый общественный порядок. И наконец, правосознание, которое, по мнению И.А. Ильина, является краеугольным камнем всей социальной жизни, в «нормальном» состоянии должно всегда быть «инстинктивной волей к духу, к справедливости и ко всяческому добру» [10, с. 231], поэтому в своей основе оно может иметь только социокультурные корни и выражаться в чувстве совести, чести и долга.

Таким образом, акцентируя внимание на особой роли политики, государства и права в деле духовного «очищения» общественного сознания в постсоветской России, И.А. Ильин разработал систему мер, необходимых для создания совершенно нового социального устройства, позволяющего нашей стране восстановиться после краха Советского Союза и найти верный путь дальнейшего исторического развития. И первой мерой, по его мнению, является признание того факта, что Россия представляет собой уникальный организм, который требует не механического привнесения извне разнообразных политических моделей и практик, а выработки собственной государственной формы, исходя из тех особенностей, которые исторически были присущи и русской политике, и русской природе, и русской национальной самобытной культуре.

Отсюда следует, по убеждению И.А. Ильина, что «политически-зиж-дительное в одной стране, у одного народа, в одну эпоху может оказаться разрушительным в других условиях. Поэтому Западная Европа, не знающая Россию, не имеет ни малейших оснований навязывать нам какие бы то ни было политические формы: ни «демократические», ни «фашистские». Россия не спасется никакими новыми видами западничества» [8, с. 490]. Особенно в постсоветский период, когда для страны первоочередной задачей станет не бездумное копирование классической американской демо-

126

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

кратии, к реализации которой российское общество будет просто не готово, а поиск своей государственной формы, органически сочетающей в себе и традиции прошлого, и требования настоящего. Данные современных социологических исследований, проведенных Аналитическим центром Юрия Левады (Левада-Центр) в 2014 году, подтверждают наличие в обществе такого рода потребности, поскольку 77% россиян полагают, что Россия станет процветающей страной только за счет своей самобытности, двигаясь своим особым, отличным от западного, путем [18, с. 37].

В связи с этим И.А. Ильин утверждал, что российское государство должно найти верное сочетание традиционной для нашей страны монархической формы правления, поскольку исторически в России сложилось именно монархическое правосознание, а особенности природы и склада русской души требуют единовластия, организованного по принципу учреждения, с лучшими чертами республиканской формы правления, что позволит в будущем реализовать так называемую им «творческую демократию». А в первые десятилетия восстановления после крушения советской системы, по мнению И.А. Ильина, российское общество будет нуждаться в национальной авторитарной воспитывающей диктатуре и честных, ответственных людях во власти во главе с национальным вождем, который сможет духовно и политически подготовить население страны к воплощению в жизнь принципов правового государства и гражданского общества, а также к содержательному обновлению всех основ духовной культуры.

Русский мыслитель полагал, что именно глава государства и обновленная правящая элита, избранные посредством отнюдь не всеобщего, а многоступенчатого и соответствующего многочисленным критериям отбора голосования, призваны повысить уровень народного правосознания до той степени, которая позволит улучшить и материальное благосостояние людей, и нравственную атмосферу в обществе. Будущие правители, по мнению И.А. Ильина, должны воплотить на практике три основополагающие аксиомы правосознания: «1) чувство собственного духовного достоинства и его проявления: уважение к себе, начало чести и духовного измерения жизни; 2) способность к волевому самоуправлению и ее проявления: принципиальность, убежденность, самодеятельность, дисциплина и долг; 3) взаимное доверие и уважение гражданина к гражданину, гражданина к власти и власти к гражданину» [10, с. 289]. Только следуя этим аксиомам, российское государство сможет реализовать принципы естественного права.

Что касается современной ситуации, то в настоящее время уровень правосознания людей довольно низкий, о чем свидетельствуют все те же опросы общественного мнения, проведенные Левада-Центром в 2014 году, согласно которым 59% россиян не интересуются политикой, 75% респондентов не готовы принимать в ней активное участие, и лишь 18% жителей России хотели бы участвовать в политической жизни хотя бы в рамках

127

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

своего города [18, с. 43—44]. Предвидел И.А. Ильин такой низкий уровень политического участия и политической культуры, которым будет обладать постсоветское общество, поэтому он акцентировал особое внимание на внедрении учебных дисциплин, посвященных вопросам права и правосознания, в программу не только всех высших образовательных учреждений, но и в качестве отдельных предметов в средней школе, а также публичных и доступных семинарах и лекциях для малограмотных слоев населения.

Наряду с выбором подходящей для российского общества государственной формы, качественным отбором честных и порядочных людей, которые будут составлять политическую элиту и реализовывать на практике основополагающие аксиомы правосознания, И.А. Ильин указывал на тот факт, что все это невозможно будет сделать без сильной власти. Он полагал, что территория России, никогда не обладавшая замиренными границами, огромная численность населения, его мультирелигиозный и многонациональный состав, хозяйственный уклад и культурный уровень наряду с географическими особенностями страны и низким уровнем правосознания, а также отсутствием склонности к порядку и дисциплине — все это требует сильной власти, но отнюдь не тоталитарной, а справедливой и руководствующейся во всем правом и законом. В связи с этим, по мнению русского мыслителя, постсоветской России «нужна власть сильная, но дифференцированная. Сильная, но выдержанно-правовая. Сильная, но не просто и не только бюрократическая. Сильная, но децентрализованная. Воински закрепленная, но лишь в виде последнего аргумента. Полицейски огражденная, но не преувеличивающая компетенцию полиции» [8, с. 498]. И, конечно, самым главным признаком власти в грядущей России, по убеждению И.А. Ильина, должен стать ее неоспоримый духовный авторитет в народе, который будет эту власть уважать, поддерживать и добровольно ей подчиняется.

Но для всего этого требуется, чтобы российское общество повысило уровень своей духовной и правовой культуры, и эта задача, по мнению русского мыслителя, ложится на плечи обновленного слоя интеллигенции. И.А. Ильин полагал, что, пережив глубокий кризис в дореволюционную эпоху, подвергшись унижениям и преследованиям со стороны советской власти, русская интеллигенция потерпела крах, так как оказалась бессильна предотвратить духовное разложение общественного сознания, перестала верить в самобытные пути России и в себя. В постсоветский период, по его мнению, необходимо возрождение интеллигентского слоя, присутствующего на всех должностях и постах, который призван стать «национально-верным, патриотически горящим, идейно-творческим и государственно-ведущим органом своего народа. И воспитать в своем народе тот духовный характер, без которого России не быть» [3, с. 415]. Русская интеллигенция должна через систему образования, через научную деятельность привить людям уважение к государству и праву, к труду и частной

128

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

собственности, к русской истории и традициям, и наконец, к своей стране, что выражается в чувстве национализма и патриотизма.

В своей государственно-правовой доктрине И.А. Ильин отводил одну из ключевых ролей в деле духовного возрождения России национально-патриотической идее. По его мнению, именно истинный национализм и патриотизм способны пробудить в людях глубинные внутренние силы, так необходимые для развития общества. При этом национализм русский мыслитель понимал как «любовь к историческому облику и творческому акту своего народа во всём его своеобразии» [7, с. 383], как веру в его духовное призвание и как совокупность поступков, направленных на процветание своего государства. Патриотизм же, который напрямую вытекает из понятия национализма, И.А. Ильин определял как «правую и верную любовь индивидуального “я” к тому народному “мы”, которое возводит его к великому, общечеловеческому “мы”; это есть реальное, духовное единение человека и народа в великом лоне общечеловеческого» [10, с. 256]. По мнению русского мыслителя, национально-патриотическая идея родилась в лоне христианского учения, поэтому по своей сути она является не просто духовным феноменом, а прежде всего основополагающим религиозным чувством, которое в России исторически сформировалось под влиянием православия.

Именно православное христианство, по глубокому убеждению И.А. Ильина, создало самобытную русскую культуру и во многом определило склад русской души, а также характер политики и государственной организации. Благодаря православию в России сложилось монархическое правосознание и особое восприятие власти, которая понималась как божественная воля, а глава государства выступал как ее непосредственный исполнитель, что породило свойственную русским людям потребность «иметь царя» и во всем полагаться на него. Благодаря православию в общественном сознании возникло особое чувство справедливости и правды, а также чувство ранга и ответственности. И наконец, благодаря православию в России сложились особые традиции литературы и искусства, научной деятельности и философской мысли. Вот почему, по мнению И.А. Ильина, духовное возрождение российского общества возможно только через возврат к ценностям православного христианства, которые должны лечь в основу теоретических и практических социальных программ в сфере государства и права, национальной экономики и духовной культуры. «Народ творит. Государство правит. Церковь учит» [9, с. 517] — вот та формула, согласно которой, по мнению русского мыслителя, должна осуществляться деятельность по реорганизации и совершенствованию основ общественной жизни в постсоветской России.

Подводя итог всему сказанному выше, важно отметить, что в той исторической ситуации, в которой оказалась современная Россия, столкнувшаяся с экономическим и политическим давлением со стороны мировых держав, не желающих видеть российское государство сильным и процве-

129

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

тающим и стремящихся ослабить существующую власть и подорвать социально-экономические и социокультурные основы общественной жизни, возникла острая необходимость поиска собственных путей дальнейшего развития. На это указывал и И.А. Ильин, когда писал, что «хороши мы в данный момент нашей истории или плохи, мы призваны и обязаны идти своим путем, — очищать свое сердце, укреплять свое созерцание, осуществлять свою свободу и воспитывать себя к предметности. Как бы ни были велики наши исторические несчастия и крушения, мы призваны самостоятельно быть, а не ползать перед другими; творить, а не заимствовать; обращаться к Богу, а не подражать соседям; искать русского видения, русских содержаний, русской формы, а не ходить в кусочки, собирая на мнимую бедность» [6, с. 444—445]. И начинать необходимо с преодоления духовного кризиса, так как именно духовность является основой ценностно-нормативной структуры общества и всех форм общественной жизни. Задача эта, по мнению русского мыслителя, стоит прежде всего перед государством и правом, которые, вначале осуществив собственное качественное обновление, призваны реализовать социокультурные трансформации и во всем обществе. Взгляды и идеи И.А. Ильина, актуальность которых подтверждается их поразительной релевантностью событиям, происходящим в настоящее время в стране, могли бы стать успешным теоретическим и прикладным дополнением программ, направленных на социальнополитическое и социокультурное реформирование российского общества и создание национальной идеологии России.

Литература

1. Гудков Л.Д. Общество с ограниченной вменяемостью // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. М.: Левада-Центр, 2008, Т. 93. № 1. С. 8—32.

2. Ильин И.А. Возникновение и преодоление большевизма в России // И.А. Ильин. Наши задачи. Статьи 1948—1954 гг.: В 2 т. М.: Айрис-пресс, 2008. Т. 1. С. 331—338.

3. Ильин И.А. Духовный кризис русской интеллигенции // Собр. соч.: Справедливость или равенство? / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: ПСТГУ, 2006. С. 384—415.

4. Ильин И.А. Кризис безбожия // И.А. Ильин. Собр. соч.: В 10 т. / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: Русская книга, 1996. Т. 1. С. 332—358.

5. Ильин И.А. Общее учение о праве и государстве // И.А. Ильин. Собр. соч.: В 10 т. / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: Русская книга, 1994. Т. 4. С. 45—148.

6. Ильин И.А. О русской идее // И.А. Ильин. Наши задачи. Статьи 1948—1954 гг.: В 2 т. М.: Айрис-пресс, 2008. Т. 1. С. 437—449.

7. Ильин И.А. О русском национализме // И.А. Ильин. Наши задачи. Статьи 1948—1954 гг.: В 2 т. М.: Айрис-пресс, 2008. Т. 1. С. 379—385.

130

Государственно-правовая доктрина И.А. Ильина как теоретический базис...

8. Ильин И.А. Основы государственного устройства // И.А. Ильин. Собр. соч.: В 10 т. / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: Русская книга, 1998. Т. 7. С. 488-508.

9. Ильин И.А. Основы христианской культуры // И.А. Ильин. Путь духовного обновления / Сост., авт. предисл., отв. ред. О.А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2011. С. 476-526.

10. Ильин И.А. О сущности правосознания // И.А. Ильин. Собр. соч.: В 10 т. / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: Русская книга, 1994. Т. 4. С. 149414.

11. Ильин И.А. Очертания будущей России // И.А. Ильин. Наши задачи. Статьи 1948-1954 гг.: В 2 т. М.: Айрис-пресс, 2008. Т. 1. С. 458-466.

12. Ильин И.А. Путь духовного обновления // И.А. Ильин. Путь духовного обновления / Сост., авт. предисл., отв. ред. О.А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2011. С. 17-281.

13. Ильин И.А. Путь к очевидности // И.А. Ильин. Путь духовного обновления / Сост., авт. предисл., отв. ред. О.А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2011. С. 282-475.

14. Ильин И.А. Творческая идея нашего будущего // И.А. Ильин. Собр. соч.: В 10 т. / Сост. и коммент. Ю.Т. Лисицы. М.: Русская книга, 1998. Т. 7. С. 453-487.

15. Ильин И.А. Что нам делать? // И.А. Ильин. Наши задачи. Статьи 19481954 гг.: В 2 т. М.: Айрис-пресс, 2008. Т. 2. С. 357-363.

16. Кутырёв В.А. Философский образ нашего времени (безжизненные миры постчеловечества). Смоленск: СГПУ, 2006. 301 с.

17. Мельников С. В толерантных обществах люди счастливее // Огонек. М.: ИД «Коммерсантъ», 2012. 12 ноября. № 45. [Электронный ресурс] URL: http:// www.kommersant.ru/doc/2051108?themeid=1269 (дата обращения: 16.02.2015).

18. Общественное мнение - 2014. Ежегодник. М.: Левада-Центр, 2015. 234 с.

[Электронный ресурс] URL: http://www.levada.ra/books/obshchestvennoe-

mnenie-2014 (дата обращения: 18.02.2015).

19. Парсонс Т. Система современных обществ / Пер. с англ. Л.А. Седова и А.Д. Ковалева; под ред. М.С. Ковалевой. М.: Аспект Пресс, 1998. 270 с.

20. Этические нормы в современной России. М.: ФОМ, 2013. [Электронный ресурс] URL: http://fom.ru/TSennosti/11069 (дата обращения: 14.02.2015).

21. Helliwell J.F., Layard R, Sachs J. World Happiness Report 2012. New York: The Earth Institute, CIFAR, Centre for Economic Performance, 2012. 170 p.

22. Helliwell J.F., Layard R, Sachs J. World Happiness Report 2015. New York: Sustainable Development Solutions Network, 2015. 172 p.