Методы оценки активности и профессионализма российских ученых

Вестник Института экономики Российской академии наук

1/2016

Е.С. КАРПУШИН

кандидат экономических наук, доцент Невского института управления и дизайна, доцент Балтийского гуманитарного института

МЕТОДЫ ОЦЕНКИ АКТИВНОСТИ И ПРОФЕССИОНАЛИЗМА РОССИЙСКИХ УЧЕНЫХ

В статье анализируются достоинства и недостатки западной системы оценки научной деятельности, а также проблемы с ее внедрением в России. Рассматриваются трудности повышения качества научной деятельности, связанные с малой доступностью научной литературы и отсутствием профессионального знания английского языка у значительного числа ученых. Формулируются выводы о перспективности использования наукометрических показателей, их объективности и адекватности.

Ключевые слова: индекс, публикация, показатель, исследования, эффективность, управление.

С13, С15, С26, С43.

Неблагоприятные для России последствия экономических санкций, ограничение прав в международных организациях заставляют задуматься об ее изолированности от других стран [1]. Эксперты и промышленники достаточно быстро обозначили свою позицию, согласно которой открыть необходимые новые производства и перевооружить старые в краткосрочной перспективе не получится. Причины такого сложного положения не только в нехватке требуемых объемов финансирования, но и в низких темпах научно-технического развития России. Количество компаний, внедряющих новые технологии в 2014 г., составило лишь 11% от их общего числа, хотя, согласно стратегии инновационного развития РФ, предполагалось, что их число вырастет до 24% [2]. Слабая активность российского бизнеса в отношении новых технологий (их внедрения и финансирования) объясняется также и тем, что результаты научных исследований остаются недоступными для бизнеса из-за несовершенства российского законодательства о правах на конечные результаты исследований [3]. Известны факты, когда законы в области НИОКР противоречат друг другу, системы финансирования и документооборота компаний, пытающихся внедрить в свою работу научные инновации, несовершенны.

Не радует ростом и коэффициент изобретательской активности (количество поданных патентных заявок): в 2009 г., согласно данным Роспатента, было выдано 2184 патента, а в 2013 г. - только 1278 [4]. Внутренние расходы на инновационные исследования и разработки составляют лишь около 1% ВВП [2]. Для сравнения, затраты на НИР в Южной Корее составляют 4,03%, в Японии - 3,39%, в Германии -2,88%, в Китае - 1,84% [5]. Затраты на фундаментальные исследования в России составляют 0,19% от ВВП, в Южной Корее - 0,73%, в США -0,54%, в Израиле - 0,49% [5].

Необходимость повышения качества и масштабов научно-исследовательских работ, в том числе и в ВУЗах нашей страны, становится очевидной не только как источник модернизации производства, создания новых видов высокотехнологичных товаров и услуг, но и как залог обеспечения национальной безопасности страны в долгосрочной перспективе [6].

С точки зрения экономических наук, ключевым параметром оценки любой деятельности является ее экономическая эффективность. Научная деятельность - не исключение. Однако результаты научного труда имеют свою специфику: зачастую у них нет физической формы, а если и есть, то доведение того или иного изобретения до коммерческого продукта, пользующегося спросом, занимает годы. Многие фундаментальные исследования в области физики вообще имеют крайне отдаленные перспективы их промышленного воплощения, не говоря уже о коммерческом успехе [7]. Тем не менее любые результаты научного труда, в том числе и рекомендации, выводы, методы, методики и методологии в области экономики, направленные на рост социально-экономических параметров, должны иметь (и имеют) реальную рыночную цену. Также как и труд руководителя, который за счет эффективного управления повышает производительность и качество труда сотрудников, более рационально использует ресурсы компании.

Конкретный (коммерческий, экономический) эффект от научного труда проявляется только при его взаимодействии с факторами производства - трудом, землей, капиталом, предпринимательской активностью. В связи с этим используется термин суммарный народно-хозяйственный экономический эффект. Выделение вклада конкретных лиц в этом эффекте, с практической точки зрения, не имеет смысла из-за трудоемкости и дороговизны исследований, направленных на решение этой задачи. Целесообразно поэтому определять перспективные направления исследований с параллельной оценкой не экономической эффективности от их будущего внедрения, а научной эффективности, заключающейся в оценке качества самой научной деятельности без строгой привязки к экономике.

Логика подобного подхода очевидна: если стандарты научной деятельности, разработанные мировым научным сообществом, соблю-

даются, то и с экономическим эффектом все будет в порядке. Говоря о данных «стандартах», стоит отметить необходимость популяризации отечественной науки, точнее, ее позиционирования за пределами России. Это позволит не только получить финансирование из-за рубежа на перспективные исследования, но и сформировать адекватную оценку эффективности научного труда в России.

Для решения этой задачи, по инициативе правительства РФ, будет создана российская ассоциация научных редакторов и издательств, а также российский экспертный совет, который будет осуществлять отбор лучших изданий с целью вывода их на международный уровень [8]. Для популяризации отечественных изданий пригласят на работу иностранных ученых, рецензентов, редакторов, авторов, издателей. По планам правительства, это увеличит долю российских научных публикаций с 1,68% до 2,44% в 2015 г. (для сравнения в 2013 г. в системе Web of Science было опубликовано почти 29 тыс. статей россиян, в системе Scopus - почти 37,5 тыс.) [8]. На Западе научный труд оценивается по импакт-фактору журнала, в котором он опубликован (если журнал популярен, то высока вероятность того, что и отдельно взятая статья в нем является качественной с научной точки зрения). Также используются индекс Хирша и индекс цитирования статей ученого (количество ссылок на его работы) [8].

Каковы же перспективы модернизации системы образования и науки в РФ? Стоит ли принимать западные наукометрические стандарты, либо нужно сохранить советскую систему экспертиз? Проблемы повышения профессионализма российских ученых, профессорско-преподавательского состава (ППС), международных рейтингов российских ВУЗов, а также качества высшего профессионального образования не новы и активно обсуждаются. Относительно недавно в России начали рассчитывать индекс Хирша по системе РИНЦ, пересматривать научную и преподавательскую стратегию труда, методы работы в образовательной и в научной среде.

Цель всех этих начинаний понятна - необходимо повысить общую конкурентоспособность наших специалистов, а как следствие - реального сектора экономики. Как правильно отметил профессор А.И. Орлов, «наука и научное обслуживание - крупная отрасль народного хозяйства» [9]. Согласно его мнению, ошибки в оценке результатов научной деятельности могут привести к ущербу всему народному хозяйству страны.

По мнению автора, система наукометрических параметров, применяемых в России и во всем мире заслуживает особого внимания, поскольку именно она на ближайшие десятилетия определит приоритетные направления деятельности ВУЗов, научных институтов и ученых. Основанием для такого прогноза служит то, что положение

в профессиональном сообществе (статус) для конкретного ВУЗа, ученого определяется именно обществом, а не самими субъектами оценивания. Учитывая, что наукометрические параметры вычисляются по факту, без участия экспертов, их величина является универсальной оценкой, признаваемой всеми и не предполагающей двоякой трактовки. Наукометрические параметры активно применяются во всем мире, а «для европейских стран публикационная активность ученого уже давно является безусловным показателем его научной работы» [4]. Именно индексы Хирша ученого и научных организаций (равно как и другие производные от них параметры) уже стали главным аргументом при определении размеров финансирования, профессионального уровня ученого, рейтинга университета. Правительство РФ также выбрало западный путь оценки научной деятельности, Поэтому стоит принять данную систему и приспособиться к ней.

Помимо своей прямой функции, т.е. оценки профессионального уровня ученых, ППС и ВУЗов, эта система выполняет и косвенную функцию - стимулирование отдельных исследователей к повышению публикационной активности и качества научных статей. Однако данная система вступает в прямой конфликт с системой формирования экспертных оценок качества научных статей и профессионализма ученых и ППС. Принимая во внимание массовые негативные высказывания российских ученых, можно утверждать, что сила сопротивления системе наукометрических параметров только нарастает. Особую лепту в анализ данной системы внес Институт проблем управления им. В.А. Трапезникова РАН, выпустивший в 2013 г. отдельный труд «Наукометрия и экспертиза в управлении наукой»1.

Доктор физико-математических наук П.Ю. Чеботарев указал на тот факт, что система наукометрии приводит к спешке в написании и публикации научных статей. Чем больше ученый публикуется, тем выше у него наукометрические параметры. «Наука превратилась в гонку. Добро бы - за результатами. Нет, - за числом публикаций и ростом библиометрических индексов» [10, с.15]. Это, по его мнению, «ведет к снижению качества научных работ». Даже в лучших международных журналах стандарты медленно, но верно ползут вниз» [10]. Возмущение П.Ю. Чеботарева в этом вопросе понятно, однако лишено стратегического видения проблемы. Стоит напомнить, что идея внедрения параметров оценки научной деятельности была продиктована именно недовольством мирового научного сообщества экспертными заключениями, их субъективностью, противоречивостью мнений экс-

1 Управление большими системами / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д. А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. 2013. № 44.

пертов. Именно необходимость формирования объективных параметров оценки привела к возникновению наукометрии. Отрицать ее необходимость нельзя. Допустимо лишь модернизировать ее параметры с помощью математических алгоритмов расчетов.

Критика роста количества публикаций вызывает недоумение российских ученых. Сначала их упрекали в недостаточном количестве публикаций, а теперь - в обратном. Нет ничего плохого в том, что ученый усердно работает, публикуется, пусть и не соблюдая высокие стандарты качества научных работ. Профессор О.В. Михайлов справедливо указывает на то, что «желание активно и много писать научные статьи не следует считать чем-то зазорным - сейчас не времена Генри Кавен-диша, который не любил писать о своих научных достижениях» [11, с.152]. П.А. Капица в свое время точно сказал, что «неопубликованный результат означает отсутствие этого самого результата» [11, с.153].

Принимая во внимание слабые показатели российских научных организаций, ВУЗов, а также РАН, которые часто являются аргументом для критики всего научного сообщества России, стоит признать критерий количества публикаций в год на одного ученого неминуемым для исполнения. Требуется лишь изменить место размещения статей: вместо журналов ВАК необходимо публиковаться в журналах Scopus и Web of Science. По количеству публикаций в системе Web of Science Россию обошли, согласно данным компании Thomson Reuters (2014 г.), такие страны, как Индия, Южная Корея, Бразилия [12]. Эта компания отметила, что из 3215 наиболее часто цитируемых ученых только пятеро указали Россию как место своей работы, а еще четверо указали российскую организацию в качестве вторичной аффилиации [12]. В отношении РАН отзывы не лучше: «в расчете на рубль затрат РАН производит меньше научных статей, чем иностранные конкуренты» [13]. В обществе Макса Планка на 1 млн долл. внутренних затрат на исследования приходится 925,8 ссылки, а в РАН - 194,4 [13]. Продуктивность в вузовском секторе на 62% выше, чем в РАН: 5,73 против 3,52 публикации на 10 млн руб. внутренних затрат на исследования и разработки [13]. Некоторые академики РАН не согласны с такими оценками, но от их позиции мнение о России и конкурентоспособности ее науки не изменится. Необходимо работать по западному образцу, активно публикуясь в международных, а не только в российских журналах. Категорию качества научных работ нужно учитывать в наукометрических параметрах.

В конце 1950-х годов XX в. из-за экспоненциального роста количества ученых, журналов, публикаций, который выявил Д. Прайс, актуальной стала информация об автоматически формируемых показателях деятельности ученого [14]. Это практическая необходимость, т.к. физически невозможно оценить каждую публикацию. Целесообразно изучать только те, авторы которых имеют высокие наукометрические

показатели. Это очень эффективный алгоритм выбора. Математическая вероятность прочитать высококачественную статью, выбранную случайным образом, существенно уступает математической вероятности, основанной на выборе статьи с учетом индекса Хирша автора. Сложность оценки качества работы заключается и в чисто технических проблемах. Работ так много, что вероятность того, что даже высококачественную работу кто-нибудь прочтет, не говоря уже о цитировании, стремится к нулю. Очевидно, что ни автор, ни руководство его организации не будут заниматься популяризацией отдельного научного труда, тем более что в научной среде так не принято поступать. Российские ученые, публикующие свои работы за рубежом, также не склонны рекламировать отечественные научные работы. Российские авторы, как правило, больше цитируют зарубежных ученых, нежели отечественных [5]. В России часто не хватает средств и желания заниматься пропагандой собственных работ [15].

Многие авторитетные журналы, в том числе и издания РАН, не доступны широкому кругу ученых. В системе РИНЦ (сайт еОВИЛИУ. ги) многие статьи помечены красным значком (то есть текст статьи имеется в наличии), но даже за деньги ознакомиться с ним нельзя. Подписка на журналы тоже не всегда доступна. Цена за один экземпляр научного журнала ввиду малого тиража доходит до 2-3 тыс. руб. Статьи немногих журналов можно скачать бесплатно и студентам, и аспирантам, и ППС, и научным сотрудникам. Но как же быть рядовым российским ученым, не способным платить деньги за журналы? К тому же для серьезных научных исследований нужны десятки источников из журналов, монографий, учебников, диссертаций. Получается, что российские ученые вынуждены полагаться только на бесплатные источники. Таким образом, редакции выпускают журналы, осознавая, что их никто не будет читать. Авторы пишут статьи, тоже зная это. В результате у ученых и ППС нет мотивации к высококачественному научному труду и написанию качественных научных статей.

Из вышесказанного можно сделать несколько выводов:

1. Российским журналам необходимо предоставлять бесплатный доступ в РИНЦ, возможно на их собственном сайте, к публикуемым статьям. Доступ может быть и адресным (только для ППС, аспирантов, студентов определенных ВУЗов).

2. Следует представлять в научных работах много ссылок не только на иностранные источники, но и на российские, популяризируя таким образом отечественную науку. Речь идет не о десятке ссылок, а о полусотне и даже больше в одной статье.

3. Необходимо в массовом порядке прибегать к услугам профессиональных переводчиков для перевода работ на английский язык. Ожидание, что каждый российский ученый должен владеть английским язы-

ком на профессиональном уровне, абсурдно. Кроме того, использование труда профессиональных переводчиков приведет к большему экономическому эффекту, чем самостоятельный перевод силами ученых [16]. Журналы, не издаваемые на английском языке, получают меньше ссылок, независимо от качества статей [17]. А призывы к российским ученым читать лекции и публиковаться на английском языке лишь ставят их в неравное положение по сравнению с англоязычными учеными.

4. Нужно публиковаться так же часто, как это делают за границей, а лучше, - еще чаще. В связи с этим не стоит переоценивать значение (вред) низкокачественных работ. Пусть они будут, даже если их число достигает 90%. Главное, чтобы были те 10%, которые действительно двигают науку вперед и способствуют развитию производительных сил общества.

Пример Григория Перельмана в этой связи неоднозначен. Он был неправ, когда не публиковался. Противопоставлять его бездействие в публикационной активности его научной работе некорректно. Ученый обязан представлять результаты своего труда обществу, иначе его труд является общественно бесполезным. В этом плане стимулирующая и созидательная функция индекса Хирша в части количества публикаций очевидна.

Есть еще проблема, заключающаяся в том, что при внедрении индекса Хирша в России появились «нулевые» ученые со стажем, степенями и званиями [18]. Это ученые с наихудшими показателями индекса Хирша, равного нулю, хотя многие из них являются докторами наук. Такая серьезная проблема тем не менее имеет решение. Упомянутым ученым необходимо приспособиться к новой системе и очень много публиковаться. В Германии, например, на первом месте стоит именно количество статьей в журналах, входящих в список Том -сона, причем объем статьи не имеет никакого значения. В России же на объем чуть ли не молятся, возводя его в ранг главного критерия. Монографии в Германии стоят на последнем месте, а в России монография является главным трудом [15]. Значит ли это, что в Германии разбираются в науке хуже нас? Нет, это значит, что нам многому надо учиться у других стран или по крайней мере ознакомиться с западными стандартами, ценностями, взглядами на научную деятельность и сопоставить их со своими.

Говоря о несовершенстве индекса Хирша, практике недобросовестного его повышения, стоит проанализировать мнения по его возможному изменению. Так, профессор О.В. Михайлов в своих рассуждениях ошибочно указывает на то, что система РИНЦ не различает цитирование работы самим автором (самоцитирование) и посторонними лицами [11, с.154]. В РИНЦ есть опция получения подробной статистики, в которой указывается и процент самоцитирования, и индекс

Хирша без учета самоцитирования (данная опция доступна всем). Далее, имеются предложения П.Ю. Чеботарева об использовании квадратных корней, аппроксимированных оценок [10], которые, с точки зрения физико-математических наук, выглядят слабо. Подобные грубые (приблизительные) методы вычислений используются в случаях, когда математики не знают, как рассчитать все правильно, учитывая все обстоятельства, выраженные математически. Предложения по созданию «гибридных» наукометрических параметров имеют право на существование, но учет мнения экспертов приведет лишь к коррупции, субъективности и прочим негативным последствиям, которые, собственно, и привели к созданию индекса Хирша.

Заслуживают развития и обсуждения идеи Ю.В. Грановского по учету самых цитируемых статей, а также его другие конструктивные предложения по уточнению, усложнению статистики научной деятельности [17]. Он отмечает, что не реализованные еще в начале 1960-х годов отечественные исследования по этим проблемам привели к тому, что необходимые решения и методы были разработаны японским статистиком Г. Тагути, что позволило получить «огромный экономический эффект».

Этого же мнения придерживается и упомянутый выше профессор О.В. Михайлов По его мнению, наукометрические показатели должны быть объективны. Если же они зависят от мнения людей, то использовать их в рамках вышеуказанной методологии нельзя [11, с.158]. Позиция профессора О.В. Михайлова является, по мнению автора данной статьи, единственно верной и определяющей будущее состояние наукометрии. Нужно создать настолько мощные математические (автоматические, программные) средства анализа научных статей и авторов, которые будут отражать реальную, объективную картину качества научного труда и будут превосходить любые экспертные заключения по качеству оценки. Разумеется, данный прогноз предполагает отказ в будущем от индекса Хирша и импакт-факторов журналов, поскольку они рассчитываются по примитивному математическому алгоритму.

Единственно верное утверждение при этом заключается в том, что российским ученым необходимо чаще публиковаться в западных журналах на актуальные темы, интересные не только авторам, а всему мировому научному сообществу. Руководству российских ВУЗов и научных институтов необходимо материально стимулировать ученых (аспирантов, студентов) за это. Параллельно нужно внедрять правила, принуждающие весь научный персонал (включая аспирантов и даже студентов) к активности в публикационной сфере на международном уровне. Необходимо полностью принять западную систему наукометрии и приспособиться к ней. Данные тенденции уже не остановить, и именно они определят развитие российской науки на ближайшее будущее.

Литература

1. Карпушин Е.С., Патулов В.С. Последствия санкций для российской экономики // Биржа интеллектуальной собственности. М.: «Корина-Офсет», 2015. № 2. C. 27-31.

2. Хлюстова Я. Несколько лет назад было здесь чистое поле. gazeta.ru/ skolkovo/2014/12/22_a_6354597.shtml (дата обращения 01.05.2015).

3. Фонотов А.Г. Роль государственной научно-технической политики в повышении инновационной активности российских предприятий // Проблемы прогнозирования. 2013. № 3. С. 35-47.

4. Зюлина В. Адыгея против Хирша. gazeta.ru/science/ 2014/10/24_a_ 6274225.shtml (дата обращения 02.05.2015).

5. Пашинцева Н. И., Масляненко А.П. Официальная статистика - основа для оценки вклада науки в экономику страны // Вопросы статистики. 2013. № 12. С. 55-61.

6. Суховей А.Ф. Проблемы обеспечения инновационной безопасности в Российской Федерации // Экономика региона. 2014. № 4. С. 141-152.

7. Карпушин Е.С. Ограниченные возможности инвестиций в задаче обеспечения инновационного экономического развития России // Биржа интеллектуальной собственности. М.: «Корина-Офсет». 2014. № 10. C. 49-53.

8. Исакова А. Известия: Минобрнауки заплатит иностранцам за пиар российской науки. saveras.ru/archives/10008 (дата обращения: 01.05.2015).

9. Орлов А.И. Два типа методологических ошибок при управлении научной деятельностью // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 32-54.

10. Чеботарев П.Ю. Наукометрия: как с ее помощью лечить, а не калечить? // Управление большими системами / Сборник трудов. Специальный выпуск 44 Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 14-31.

11. Михайлов О.В. Размышления об оценке научной деятельности // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 144-160.

12. Доронин Ф.А. Финансирование российской науки. nanometer. ru/2014/11/01/nauka_416150.html (дата обращения 02.05.2015).

13. Гуриев С., Ливанов Д., Северинов К. Шесть мифов Академии наук. expert.ru/expert/2009/48/6mifov_akademii_nauk (дата обращения 02.05.15).

14. Кузнецова Ю.М., Осипов Г.С., Чудова Н.В. Изучение положения дел в науке с помощью методов интеллектуального анализа текстов // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 106-138.

15. Горохов В.Г. Проблема измерения продуктивности отдельных ученых и целых институтов // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 190-209.

16. Карпушин Е.С. Посредники как часть экономической системы // Биржа интеллектуальной собственности. М.: ООО «Международный институт промышленной собственности». 2014, № 11. C. 49-52.

17. Грановский Ю.В. Наукометрия в Московском университете // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 67-82.

18. Воронин А.А. Какая эффективность нужна российской науке // Управление большими системами. / Сборник трудов. Специальный выпуск. Наукометрия и экспертиза в управлении наукой / Под ред. Д.А. Новикова, А.И. Орлова, П.Ю. Чеботарева. М.: ИПУ РАН, 2013. № 44. С. 56-66.

E.S. KARPUSHIN

PhD in economics. Associate professor of the Nevsky institute for management and design,

associate professor of the Baltic humanitarian institute

mfisk@yandex.ru

METHODS OF THE ESTIMATION OF ACTIVITY AND PROFESSIONALISM OF THE RUSSIAN SCIENTISTS

In the article merits and lacks of the western system of an estimation of scientific activity are analyzed, the problems connected with its introduction in Russia are resulted. Difficulties of improvement of quality of the scientific activity, connected with inaccessibility of the scientific literature, small quantity of scientists with a professional knowledge of English language are proved. The given reason conclusions about perspectives of use scientometric parameters, their objectivity and adequacy are formed. Keywords: index, publication, parameter, researches, efficiency, management.

JEL: С13, С15, С26, С43.