Из истории нормативного регулирования использования результатов оперативно-розыскной деятельности

А.И. Музеев

М.-В.Е. Толстая

ИЗ ИСТОРИИ НОРМАТИВНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В статье проводится краткий анализ развития в России правового регулирования использования результатов оперативно-розыскной деятельности.

Ключевые слова: использование результатов оперативно-розыскной деятельности, история оперативно-розыскного права.

С момента формирования оперативно-розыскного (сыскного) права использование результатов оперативно-розыскной деятельности (ОРД) представляло собой юридическую проблему с точки зрения возможности и допустимости их включения в уголовный процесс. Обращаясь к истории российского уголовно-процессуального законодательства, можно отметить, что впервые оперативно-розыскная (сыскная) деятельность как объект правового регулирования была выделена в 1894 г. в Уставе уголовного судопроизводства [1].

В соответствии со ст. 254 Устава полиция получала право на проведение розысков, негласного наблюдения и словесных расспросов. Однако процедура дальнейшего использования полученной при этом информации не находила должного закрепления в нормативных документах.

Вместе с тем в работе полиции придавалось огромное значение фиксации информации до возбуждения уголовного дела. В частности, в Положении о районных охранных отделениях (1906 г.) отмечалась необходимость точной фиксации всех фактов, которые в дальнейшем при формальном расследовании могли бы быть установлены как улики следственными действиями [2]. Таким образом, фактические данные, полу-

ченные полицией до возбуждения уголовного дела, могли служить базой для последующего формирования доказательств.

В советский период осуществление ОРМ было предусмотрено в ст. 93 УПК РСФСР 1923 г., которая допускала возможность негласной проверки оперативно-розыскными органами анонимных заявлений о совершенных или готовящихся преступлениях. После проверки объективности и достоверности анонимных сведений они служили поводом к возбуждению уголовного дела. Во всех остальных случаях оперативно-розыскная деятельность признавалась строго секретной и ее результаты не подлежали использованию в расследовании по уголовным делам [3].

В 1958 г. в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик нашла закрепление возможность осуществления оперативно-розыскных мероприятий при раскрытии и расследовании преступлений [4].

В уголовно-процессуальных кодексах союзных республик эта норма была конкретизирована и включена в число необходимых мер, принимаемых в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших. В частности, в ст. 118 УПК РСФСР было указано: на органы дознания возлагается принятие необходимых оперативно-розыскных

ВЕСТНИК

Казанского юридического института МВД России

№ 2(20)2015

и иных предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер в целях обнаружения преступлении и лиц, их совершивших». Однако эта норма носила условный характер, поскольку не был определен механизм использования результатов ОРД. Нерегули-рован был и порядок доступа следователей, прокуроров к деятельности ОВД и КГБ. Более того, Генеральным прокурором СССР в 1960-е и 1970-е годы издавались ведомственные приказы, в которых запрещалось следователям и прокурорам вмешиваться в деятельность оперативно-розыскных органов. Впоследствии в п. 12 Положения о следственном отделе (управлении), утвержденном приказом МВД СССР от 19 ноября 1973 г. № 325, начальникам следственных отделов было предоставлено право ознакомления с материалами ОРД. Однако подобные ведомственные изменения не решили общей проблемы использования непроцессуальной информации.

Вопрос о придании в уголовном процессе доказательственного значения результатам ОРД продолжительное время оставался дискуссионным. Причиной тому было отсутствие его четкой законодательной регламентации.

Сложившаяся ситуация значительно затрудняла выявление преступлений в стране, особенно их организованных форм. В связи с этим на законодательном уровне предпринимались попытки внести изменения и дополнения в действующие нормативные акты по вопросам использования результатов ОРД. Часть 2 ст. 29 Закона СССР от 12 июня 1990 г. № 1556-1 «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик» устанавливала возможность осуществления ОРМ с использованием видео- и звукозаписи, киносъемки в целях обнаружения признаков преступления и лиц, его совершивших, выявления фактических данных, которые могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством. Подчеркнем, что данный нормативный акт предусматривал необходимость допуска результатов проведенных оперативно-розыск-

ных мероприятий в уголовный процесс.

Кроме того, этим законом в Основы уголовного судопроизводства была внесена дополнительная ст. 35-1, в соответствии с которой допускалось прослушивание телефонных и иных переговоров.

Для реализации этого положения закона были разработаны и утверждены Министерством юстиции СССР, Верховным судом СССР, КГБ и МВД СССР «рекомендации по применению средств видео- и звукозаписи, кинофотоаппаратуры, телефонной связи и использованию полученных результатов при раскрытии и расследовании преступлений» от 30 июня 1990 г., согласованные с Генеральным прокурором СССР. В этом межведомственном нормативном акте было предусмотрено применение криминалистических и иных технических средств до возбуждения уголовного дела.

Данный нормативный акт восполнил определенные пробелы в законодательстве об оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве. Однако его отдельные положения, в частности, широкая возможность осуществления оперативно-розыскных мероприятий еще до возбуждения уголовного дела вызывали резкое противодействие со стороны судей и прокуроров, в особенности, когда такие действия выполнялись органами КГБ СССР. В то же время в нем не получили четкого определения предмет и пределы прокурорского надзора и преобразование результатов проведенных ОРМ в доказательства по уголовным делам.

В Законе РФ об ОРД, принятом в 1992 г., в ст. 10 отмечалось: «Результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы для подготовки и осуществления следственных действий и проведения оперативно-розыскных мероприятий по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, а также в качестве доказательств по уголовным делам после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством».

В новом ФЗ об ОРД 1995 г. в ст. 11 также закреплена возможность использования результатов ОРД. Их использование в качестве поводов, оснований возбуждения уголовного дела и доказываний по уголовным делам

допускается в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующего собирание, проверку и оценку доказательств. Таким образом, принятие открытого нормативного акта, во-первых, законодательно регламентировало всю ОРД, в силу чего материалы, полученные в процессе ее осуществления, потеряли свойство «не подлежащих разглашению данных» или «материалов, добытых негласным путем» и не имеющих доказательственного значения. Напротив, многие из них могут иметь значение «данных, полученных в предусмотренном законом порядке», в связи с чем положительно может решаться вопрос о допустимости их использования по уголовному делу.

Субъектам доказывания, как следует из этого, надлежит самим определять, какие данные, полученные оперативным путем, и в каком количестве использовать.

Пленум Верховного Суда РФ, проанализировав судебную практику в части оценки и использования результатов ОРД при расследовании уголовных дел, констатировал, что результаты ОРМ, связанные с ограничением конституционного права граждан на

тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также с проникновением в жилище против воли проживающих в нем лиц (кроме случаев, предусмотренных федеральным законом), могут быть использованы в качестве доказательств по делам лишь в том случае, если они получены по разрешению суда на проведение таких мероприятий и проведены следственными органами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством [5].

В настоящее время значительный объем информации, находящейся в делах оперативного учета и иных формах оперативно-розыскного производства, не используется в раскрытии и расследовании преступлений, в том числе и по причине несовершенства нормативного регулирования. В связи с этим законодательство, регулирующее использование результатов ОРД в доказывании по уголовным делам, требует уточнения. При этом существенное значение имеет соотношение норм оперативно-розыскного и уголовно- процессуального законодательства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Устав уголовного судопроизводства. - Доступ из СПС «Гарант». - URL: http://constitution. garant.ru/history/act1600-1918/3137/ (дата обращения: 14.05.2015).

2. Перегудова З. И. Политический сыск России (1880-1970 гг.) / З. И. Перегудова. - М.: РОС-СПЭН, 2000. - С. 397.

3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. - Доступ из СПС «КонсультантПлюс». - URL: http:// base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=3551 (дата обращения: 02.05.2015).

4. Основы уголовного судопроизводства СоюзаССР и союзных республик. - Доступ из СПС «КонсультантПлюс». - URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=ESU&n=1654&req=doc (дата обращения: 02.05.2015).

5. О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.1995 г. № 8 : в ред. от 03.03.2015 г. - Доступ из СПС «КонсультантПлюс». - URL: http:// www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_176027/ (дата обращения: 2.05.2015).

© Музеев А.И., 2015 © Толстая М.-В.Е., 2015 Статья получена: 02.06.2015