Положение в обществе и принадлежность к социальному слою: факторы самоидентификации

выше типового по их профессии. В майском 1997 г. опросе ВЦИОМ конкретные данные об этом касаются лишь работников с высшим образованием. Судя по их ответам, 25% работающих по основной профессии продолжали учиться по профилю этой профессии, 15% обучались новой. Из общего числа обучавшихся 64% учились на различных курсах, 14% получали второе высшее образование, а 17% учились в аспирантуре.

Можно предполагать, что и многие работники, не имеющие высшего образования, проходили дополнительную профессиональную подготовку, которая, если не ведет к смене профессии, то превращает их в многопрофильных профессионалов.

Регина ГРОМОВА

Положение в обществе и принадлежность к социальному слою: факторы самоидентификации*

В данной статье ставится задача определить, опираясь на данные майского мониторинга (1996 г.; N=2400 человек), какой смысл люди вкладывают в понятия "среднего" или "высшего" социального слоя и что побуждает человека относить себя к определенному общественному слою. Респондентам было предложено определить свое положение в обществе двумя способами. Во-первых, в анкету был включен вопрос: "К какому слою в обществе Вы скорее всего отнесли бы себя?" (варианты закрытия — "к нижнему", "к рабочим", "к среднему", "к высшему" и "затрудняюсь с ответом"**). Во-вторых, им предлагалась десятибалльная шкала общественного положения, крайние градации которой определялись как "низкое" и "высокое" социальное положение.

Выдвигаются следующие гипотезы:

1. Отнесение себя респондентом к определенному социальному слою имеет статистически сильную связь с традиционным набором стратификационных параметров: местом в профессионально-должностной иерархии, уровнем дохода, образованием, родом занятий.

2. Набор факторов, стоящих за отнесением себя к определенному социальному слою, может варьироваться от слоя к слою; эта разница сказывается не только в том, что меняется соотношение факторов, влияющих на выбор респондента, но и в том, что за каждым таким выбором стоят качественно разные факторы: например, для одного слоя это будет профессиональная принадлежность, для другого — культурные характеристики и т.п.

3. Оценки общественного положения, осуществляемые по двум описанным выше шкалам, могут и не совпадать. Масштабы их расхождения и его причины могут быть связаны с тем, что структура факторов, влияющих на самооценку, для каждой из этих шкал своя.

Некоторые характеристики респондентов, относящих себя к различным социальным слоям. Ответы респондентов на вопрос о том, к какому слою в обществе они бы себя отнесли, распределились следующим образом: к низшему

* Работа выполнена при поддержке РГНФ, согласно проекту № 96-03-04520.

**Такое закрытие вопроса нельзя, по-видимому, считать оптимальным, так как варианты ответов выделяются по разным основаниям ("рабочие" могут в принципе ощущать себя принадлежащими к нижнему или среднему слою). Но в данном случае допустимо предоставить респонденту выбирать и позицию самоидентификации, и основание, по которому она выбирается, поскольку речь идет не о строгом определении статусной позиции, а о самоидентификации.

слою — 13%; к рабочим — 38; к среднему слою — 40; к высшему слою — 1; затрудняюсь с ответом — 8%.

Нижний слой представляют состоящим преимущественно из людей с низким уровнем образования (у нас 64% не имеют среднего образования (см. табл. 1). В нем должна быть высока доля старших возрастных групп (у нас — 45% старше 60 лет при среднем значении по массиву 19%), высока доля женщин (67 при 54% в среднем по массиву); высока доля неработающих (70 при 45% в среднем по массиву). Структура неработающих в нижнем слое выглядит следующим образом: 9/10 из них заняты в домашнем хозяйстве (1/з из них мужчины), тогда как в целом по массиву домашним хозяйством занимаются немногим более 1/2 неработающих.

Среди тех, кто называет себя рабочим, самая высокая доля имеющих специальное образование (законченное или незаконченное среднее). Доля людей пенсионного возраста ниже средней по массиву. Это единственная группа, в которой доля мужчин значительно превышает долю женщин (58% мужчин при средней их доле 46%). В этой группе наименьшая доля неработающих, и профессионально-должностные позиции вошедших в нее респондентов достаточно непротиворечиво согласуются со словом "рабочие".

Социально-демографическая структура тех, кто отнес себя к среднему и высшему слою, практически идентична (относительно средних по массиву, это несколько более "молодые" и более "женские" группы). Эти респонденты имеют сравнительно высокий уровень образования, при этом разница между слоями выглядит так: около 1 /з среднего слоя имеют образование на уровне техникума, и 1/4

— неполное высшее или высшее, а среди относящих себя к высшему слою 1/2 имеют законченное высшее образование. В этих группах относительно высоки доли респондентов, занимающихся бизнесом и ИТД (средний слой — 7%, высший — 14, в среднем по массиву — 4%); профессионально-должностная структура относительно среднего уровня смещена в сторону управленческих позиций (особенно для высшего слоя) и в сторону профессий, требующих длительной специальной подготовки (например, среди относящих себя к высшему слою особенно высока доля медиков: их в этой группе 13%, тогда как в среднем слое только 1,5%).

Оценивая материальное положение своей семьи, респонденты давали ответы, хорошо согласующиеся с тем, к какому социальному слою они себя отнесли. 80% относящих себя к низшему слою считают материальное положение своей семьи "плохим" или "очень плохим", и только один человек оценивает его как "хорошее". 56% рабочих и 35% среднего слоя также отмечают "плохое" или "очень плохое", но среди них уже высоки доли тех, кто материальное положение своей семьи оценивает как "среднее" (39 и 54% соответственно), и встречаются такие, кто это положение называет "хорошим" (3 и 7% соответственно). У высшего слоя позиции "хорошее" или "очень хорошее" занимают 37%, "среднее" — 44, "плохое" или "очень плохое" — только 20%.

В табл. 2 собраны данные, по которым можно составить представление о реальном материальном положении респондентов, относящих себя к различным слоям. Для всех приведенных здесь показателей соблюдается принцип иерархии

— средние величины доходов последовательно возрастают от нижнего слоя к высшему. Можно также заметить, что от нижнего слоя к высшему резко возрастает разброс доходов относительно среднего значения. Средние уровни основного и дополнительного (ОДД) и среднедушевого семейного дохода (СДД) подчиняются похожей закономерности.

Можно еще обратить внимание на то, что средние уровни всех доходов у тех, кто считает себя рабочими, практически повторяют средний уровень по массиву, и от-

Социально-демографический и профессионально-должностной состав групп, полученных в результате отнесения

социально-профессиональный статус Социальные спои Всего

Нижний слой Рабочие Средний слой Высший слой Затруднились с ответом

В среднем 13 38 40 1 8 100

Пол: мужчины 34 58 40 40 41 46

женщины 66 42 60 60 59 54

Возраст: до 30 лет 9 22 35 31 39 27

31-40 лет 10 25 24 29 14 22

41—50 лет 15 20 16 17 15 17

51 —60 лет 21 18 13 11 8 15

более 60 лет 45 15 12 12 24 19

Образование: начальное, неполное среднее 56 32 16 8 60 28

специальное без среднего 8 16 6 7 8 11

среднее специальное 8 15 14 5 14 14

среднее 22 33 39 28 28 33

высшее, неполное высшее 6 4 25 52 18 14

Род занятий: работа по найму 29 63 51 45 30 51

бизнес, ИТД 1 2 7 14 6 4

неработающие 70 35 42 41 64 45

Социально-профессиональный статус*: руководители высшего и среднего уровней 2 1 9 25 6 5

специалисты 4 _ 5 25 24 14 13

технический персонал, служащие 8 5 9 0 3 3

рабочие 15 52 10 1 8 26

Профессиональная группа (кодификатор): управленческие группы 2 1 4 10 2 3

специалисты 3 2 14 33 7 8

помощники специалистов 8 12 23 8 15 16

квалифицированные рабочие 6 33 8 0 5 17

неквалифицированные рабочие 7 6 2 1 2 4

крестьяне, фермеры 1 3 1 1 2 1

Сумма процентов по столбцам в двух последних строках таблицы меньше 100, так как здесь приводятся доли относительно общей численности групп, включая неработающих и затрудняющихся с ответом на вопрос о должностной позиции и профессии.

ношение их одд и СДД к средним колеблется около 1. В этом смысле рабочие оказываются более "средним" слоем, чем сам средний слой. Однако характеристики среднего слоя достаточно близки к тому, что мы видим у рабочих, и обе эти категории значительно отличаются как от низшего, так и от высшего слоя. Это наводит на мысль, что если социальные "слои", полученные в результате самоидентификации, использовать для анализа стратификации российского общества, деление будет не четырех-, а трехчастным: низший, средний и высший слои. Опираясь только на самоидентификацию, невозможно разделить средний слой на нижний средний и верхний средний.

Факторы, влияющие на самооценку общественного

положения по десятибалльной шкале. Для проверки гипотезы о том, что самооценки общественного положения по двум разным шкалам складываются под влиянием различных факторов и, следовательно, не сводятся одна к другой, нами были построены две регрессионных модели, в которых в качестве зависимых переменных выступали самооценки общественного положения по разным шкалам, а в качестве независимых были использованы 59 переменных, отражающих различные аскриптивные и достижительские характеристики респондента и его семьи, а также некоторые представления респондента

Таблица 2

Статистические характеристики доходов респондентов, относящих себя к различным социальным слоям

Социальные слои Основной и дополнительный доходы

Среднее Дисперсия Среднее Дисперсия Среднее Дисперсия

Низший 111 236 357 303 257 147

Рабочие 386 526 625 546 313 284

Средний 468 1065 765 1276 449 420

Высший 1144 3533 2122 1749 1873 8089

В среднем по массиву 385 917 696 1141 376 938

Факторы, значимые для самооценки общественного положения по десятибалльной шкале

Факторы в порядке введения в модель Суммарный коэффициент детерминации Характер влияния на зависимую переменную

Основной и дополнительный доход респондента 0,10 Самооценка растет с ростом доходов

Наличие цветного телевизора в семье 0,16 Наличие цветного телевизора способствует высокой самооценке

Наличие телефона в семье 0,19 Наличие телефона способствует высокой самооценке

Основное занятие "кормильца” семьи 0,21 При высокой самооценке происходили смещение в сторону предпринимательской деятельности, при низкой — к наемной занятости, пенсионерам и безработным

Как изменилось материальное положение семьи за последние полгода 0,22 Положительная оценка изменений способствует высокой самооценке общественного положения

Таблица 4

Факторы, значимые для самоидентификации респондентов в рамках одного из предложенных социальных слоев

Факторы, влияющие на самоидентификацию Суммарный коэффициент детерминации Характер влияния на зависимую переменную

Уровень образования 0,17 Чем выше, тем с более высоким слоем идентифицирует себя респондент

Профессионально-должностная позиция (самооценка) 0,23 Чем выше оценивается респондентом профессионально-должностной статус, тем выше помещает он себя в обществе

Благоприятное ли время, чтобы делать крупные покупки для дома 0,28 Чем лучше оценивается время для покупок, тем выше самоидентификация

Как изменялись денежные доходы респондента по сравнению с ценами 0,30 От нижнего слоя к высшему соотношение изменяется в пользу доходов

Нормальный душевой доход по представлению респондента 0,32 Чем выше представления, тем выше самоидентификация

Количество детей в семье 0,34 С ростом числа детей растет вероятность отнести себя к верхним слоям общества

Оценка респондентом экономической ситуации в районе, городе 0,35 Чем более благоприятна оценка экономической ситуации, тем более вероятно отнесение себя к верхним слоям

Количество занятых на предприятии по месту основного занятия респондента 0,36 Чем меньше занятых на предприятии, тем лучше оценивает респондент свое общественное положение

Наличие телефона в семье респондента 0,38 Отсутствие телефона способствует идентификации себя с нижними слоями

(например, представление о "нормальном" уровне доходов) и особенности его настроения. Рассмотрим вначале модель, где в качестве зависимой использовалась самооценка по десятибалльной шкале.

Использовался пошаговый алгоритм, в результате которого в модель вошли пять значимых для самооценки факторов, давших суммарный коэффициент детерминации 0,22. Из пяти попавших в модель факторов (табл. 3) четыре напрямую связаны с материальным положением и уровнем жизни. Доходы, получаемые респондентами, оказываются самым значимым фактором для самооценки по этой шкале; сильное влияние оказывают также наличие или отсутствие цветного телевизора и телефона в доме. В последних двух случаях важнее отсутствие телефона или телевизора, что служит индикатором низкого материального положения и ведет к низкой самооценке общественного положения. При высоком уровне обеспеченности телефон или телевизор едва ли могут оказать влияние на самооценку. Последний фактор уровня жизни, вошедший в модель на пятом шаге, представляет как бы динамическую оценку этого уровня за последние полгода

— с ростом оптимизма в оценке перемен своего экономического положения растет самооценка общественного положения.

Четвертый фактор, основное занятие "кормильца" семьи, на первый взгляд несколько отрывается от "мате-

риальной" стороны уровня жизни и в большей степени связывается с социальным статусом семьи респондента. Но анализ показывает, что смещение к верхним градациям шкалы самооценки связано с тем, что "кормилец" (если им оказывается не сам респондент) занимается бизнесом в какой-либо форме, а смещение к нижним градациям соответствует работе "кормильца" по найму или случаям, когда "кормилец" — пенсионер или безработный.

Из пяти факторов, вошедших в эту модель, для самоидентификации в системе социальных слоев "с названиями" относительно значимыми оказываются только два: динамическая оценка экономического положения семьи и наличие телефона.

Факторы, влияющие на самоидентификацию респондентов в системе социальных слоев. Рассмотрим теперь регрессионную модель зависимой переменной в которой является выбор респондентом социального слоя из четырех предложенных*, а независимыми — те же 59 переменных, которые использовались в модели самооценки

* Для того чтобы эта переменная могла рассматриваться как порядковая (опираясь на приведенные выше самохарактеристики респондентов, это можно считать правдоподобным), из регрессионного анализа здесь выключены респонденты, затруднившиеся с ответом на вопрос.

общественного положения по десятибалльной шкале, описанной в предыдущем разделе.

В полученном наборе значимых факторов, безусловно, есть определенная логика. То, что уровень образования, который на первом шаге является единственной независимой переменной, дает немногим меньше 50% итоговой детерминации, а на втором шаге две переменных (уровень образования и профессионально-должностная позиция) дают почти 60% итоговой детерминации, позволяет говорить о статусном характере самоидентификации в рамках четырех предложенных социальных слоев. Точнее, эти переменные указывают на те субъективные "измерения" статуса, по которым респондент судит о своей принадлежности к социальному слою.

Следующие по значимости три фактора (из вошедших в модель) отражают установки потребительского поведения и представления о доходах. В последнем случае — это представление об уровне дохода, который в расчете на одного человека можно считать "нормальным"*. Вопрос о том, что растет быстрее — доходы респондента или цены, в условиях небольшой инфляции не очень информативен, но характер ответов на него может быть косвенной характеристикой адаптированности респондента к экономической ситуации (не ограничивающейся относительным уровнем цен). Они могут также свидетельствовать об ухудшающемся или стабильном уровне жизни, — и в этом смысле его влияние на выбор социального слоя кажется логичным. То же самое можно сказать о потребительской установке на приобретение или не приобретение товаров длительного пользования. Нужно только добавить, что связь всех этих факторов с самоидентификацией, которая здесь выглядит как причинно-следственная (следствие — выбор социального слоя), может рассматриваться и как направленная в противоположную сторону (т.е. респондент относит себя к нижнему слою, и поэтому его представления о доходах или о том, что следует покупать, очень умеренны).

Среди вошедших в рассматриваемую модель факторов есть два, связь которых с выбором социального слоя не вполне очевидна. Это, во-первых, число детей в семье, и, во-вторых, численность занятых на предприятии по месту основной работы респондента. В первом случае с увеличением числа детей в семье растет вероятность отнесения себя респондентом к верхним социальным слоям. Более подробный анализ показывает, что максимальное число детей в семьях приходится на те группы, которые можно назвать "базовым"** слоем общества: несельскохозяйственные рабочие разного уровня квалификации, специалисты, не имеющие статуса руководителей. В данном случае этот фактор, по-видимому, свидетельствует о заметном возрастании числа детей в семьях при переходе от нижнего слоя к рабочим и к среднему слою.

Во втором случае, чем выше численность работников на предприятии, тем ниже идентифицирует себя респондент. Здесь можно предложить два объяснения. С одной стороны, это может происходить за счет лучшей оплаты труда на небольших предприятиях, особенно там, где ра-

* Представления о прожиточном минимуме в модель не вошли, и это логично, так как начиная с 1996 г. и по отдельным социальным группам, и в динамике эти две оценки доходов ведут себя очень по разному. Представления о прожиточном минимуме стабилизируются, мало различаются у разных социальных групп, и их рост от опроса к опросу минимален, тогда как представления о нормальном доходе растут "с ускорением" и значительно варьируются между социальными группами (выделенными, например, по уровню фактических доходов).

** См.: Заславская Т.И. Социально-экономическая структура российского общества // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. 1995. № 6. С. 7—13.

Таблица 5

Факторы, значимые для выбора отдельных слоев

Факторы &

Нижний слой Профессионально-должностная позиция (низкая самооценка) 0,05

Ухудшение материального положения семьи респондента за последние шесть месяцев 0,08

Отрасль по основному занятию (преобладание отраслей социальной сферы) 0,11

Небольшое число детей в семье 0,14

Большой размер семьи (включая всех, проживающих вместе с респондентом) 0,17

Заниженные представления о нормальном доходе 0,20

Занятость на крупном предприятии (по численности работающих на нем) 0,21

Рабочие Отрасль по основному занятию (преимущественно промышленность) 0,16

Уровень образования (невысокий, специальное образование) 0,23

Профессионально-должностная позиция (кодификатор) — рабочие профессии 0,26

Отсутствие микроволновой печи в семье респондента 0,28

Отставание доходов от роста цен 0,30

Наличие дачи, садового участка в семье респондента 0,31

Отсутствие телефона в семье респондента 0,32

Респонденты — преимущественно "кормильцы" своих семей 0,34

Средний слой Высокий уровень образования ОД 5

Отрасль по основному занятию (промышленность и социальная сфера) 0,24

Наличие микроволновой печи в семье 0,27

Профессионально-должностная позиция (высокая самооценка) 0,30

Рост доходов не отстает от роста цен 0,33

Относительно позитивная оценка экономической ситуации в районе, городе. 0,34

Высокие представления о нормальном доходе 0,36

Высший спой

Высокий основной и дополнительный доходы 0,05

ботники небольших предприятий могут иметь долю в их доходах. Другое объяснение состоит в том, что респонденты, считающие себя рабочими, обычно заняты на достаточно крупных предприятиях, и возникает связь между попаданием в нижнюю часть шкалы самоидентификации и высокой численностью занятых на предприятии. Но едва ли такое объяснение является достаточным, даже если подобная закономерность действительно существует.

Сравнение структуры факторов, влияющих на самоидентификацию с различными социальными слоями. В табл. 5 представлены аналогичные описанному выше регрессионные уравнения, но в качестве зависимой переменной каждый раз берется самоидентификация в рамках какого-то одного слоя, описанная дихотомической переменной.

Попадание в высший слой практически не объясняется в рамках данной модели. Происходит это, скорее всего, из-за того, что высший слой чрезвычайно малочислен (всего 29 человек в абсолютном выражении), и надеяться на то, что здесь будут работать статистические методы, не приходится.

Можно заметить, что отдельные факторы (например, та же численность работающих на предприятии) логически связаны преимущественно с каким-то одним слоем. Если вспомнить, что для общего случая самоидентифика-

ции в рамках одного из четырех социальных слоев наиболее значимыми были уровень образования и самооценка профессионально-должностной позиции, то ближе всего к такой структуре значимых факторов подходит средний слой. Главным отличием структуры факторов, значимых для самоидентификации в рамках среднего слоя, оказывается включение в нее признака отрасли по основному занятию. Этот же фактор оказывается значимым для нижнего слоя и для группы респондентов, относящих себя к рабочим. Объясняется такая ситуация тем, что распределение отраслевой занятости ъ каждой из этих групп значительно отклоняется от среднего.

Среди факторов, влияющих на то, что человек относит себя "к рабочим", на третьем месте стоит профессионально-должностная позиция, но если в других группах значимой оказывается самооценка респондентом своего места в профессионально-должностной иерархии, то для рабочих — это "объективный" статус, зафиксированный интервьюером и закодированный по кодификатору профессий. Объясняется это отличие, вероятно, тем, что "рабочие" профессии оставляют меньше возможностей для двусмысленного понимания, чем, например, профессии "специалистов" или "руководителей".

Как указывалось выше, различные слои в предложенной респондентам системе выделяются по разным основаниям. Чтобы лучше это показать, выделим четыре группы факторов, которые оказываются значимыми для идентификации с каждым социальным слоем (кроме верхнего), в отношении которого не применимы статистические методы из-за слабой наполненности:

1. Факторы, связанные с профессионально-должностной позицией человека. К этой группе, помимо непосредственной фиксации профессионально-должностной позиции, можно отнести и отрасль занятости, и численность занятых на предприятии.

2. Уровенъобразования. Для нижнего слоя этот фактор не оказывается значимым, и возможные причины этого отчасти уже затрагивались. Скорее всего, именно из-за включения людей с низким и высоким уровнем образования в группу относящих себя к нижнему слою фактор образования теряет здесь значимость.

3. Факторы, отражающие уровень "социального оптимизма". В эту группу входят оценки респондентами изменений материального положения своей семьи, соотношения получаемых доходов и роста цен, экономической ситуации в районе или городе респондента, а также представления респондентов о "нормальном" уровне месячного душевого дохода.

4. Факторы имущественной обеспеченности. Данные нашего анализа показывают, что из длинного списка предметов, характеризующих имущественную сторону уровня жизни людей (начиная от электродрели и кончая машиной и дачей), значимыми для самоидентификации в системе социальных слоев оказываются три: телефон, микроволновая печь и дача*.

* По-видимому, более или менее обоснованную содержательную интерпретацию можно дать только обладанию телефоном. По данным мониторинга, наличие телефона вообще является сильным стратифицирующим фактором, и объясняется это тем, что этот фактор' связан с рядом других — типом жилья, типом населенного пункта, уровнем обеспеченности, родом занятий и т.п. Что касается микроволновой печи и дачи, то они, конечно, обладают определенной символической нагрузкой, и влияние их на идентификацию выглядит логически правильным, но все же то, что в модель попали именно эти предметы, представляется достаточно случайным, производным от предложенного респондентам списка. Например, если вместо микроволновой печи стоял бы пылесос с влажной уборкой, эффект, скорее всего, был бы тем же.

Можно выделить и пятую группу факторов — "состав семьи", если к вопросам о размере семьи и числе детей для нижнего слоя добавить, с некоторой натяжкой, вопрос о том, является ли респондент "кормильцем" семьи, значимый для рабочих. Тогда система из пяти групп факторов будет полной.

Разница в структуре факторов, влияющих на идентификацию с каждым из слоев, проявляется главным образом в том, что меняется порядок значимости факторов каждой группы, но их состав относительно постоянен. Так, факторы последней группы, состава семьи, имеют для нижнего слоя высокую объясняющую способность, гораздо меньшую для рабочих, и исчезают в верхних слоях. Фактор образования, наоборот, имеет возрастающую значимость. Факторы, связанные с профессионально-должностной позицией и имущественной обеспеченностью наиболее значимы для рабочих. Уровень "социального оптимизма" (или пессимизма), оказывается наиболее объяс-няюгцим для нижнего слоя, за ним идет средний слой, а для рабочих он малозначим.

Подводя итоги, можно заметить следующее. Идентификация себя с каким-либо социальным слоем не может быть интерпретирована как "высокая" или "низкая" позиция в обществе. Представления о "высоком" и "низком" социальном положении, отражаемые десятибалльной шкалой, расходятся с видением респондентами своего места в системе социальных слоев. Четыре социальных слоя, предложенные им, фактически не образуют иерархической системы. Даже для низшего и высшего слоя, названия которых вроде бы предполагают существование такой системы, не всегда можно увязать самоидентификацию и самооценку положения в обществе. Создается впечатление, что человек идентифицирует себя с определенным социальным слоем, и о месте этого социального слоя, его социальном положении, судит уже на основании этой самоидентификации. Например, человек, относящий себя к нижнему слою и полагающий, что большинству окружающих жить так же тяжело, как и ему, может поместить себя в середину десятибалльной шкалы.

Диляра ИБРАГИМОВА

Потребительские настроения москвичей в 1996—1997 гг.

В мониторинговой выборке ВЦИОМ с мая 1996 г. предусмотрен "флюс" для Москвы (N=430 человек), который дает возможность выделить в отдельный подмассив население Москвы и, предварительно перевзвесив эти данные в соответствии с социально-демографическими характеристиками столицы, проанализировать "поведение" потребительских настроений жителей столицы.

Динамика индексов потребительских настроений (ИПН)* в Москве и в России в целом с мая 1996 по май 1997 г. в основном совпадает. Это является дополнительным подтверждением тому, что ИПН улавливает главные (общие) закономерности. Разница состоит в том, что уровень ИПН в Москве выше, чем по России. Если по России за рассматриваемый период ИПН колеблется в диапазоне от 60 до 70, то в Москве — от 70 до 90, что неудивительно,

* Подробнее об индексе потребительских настроений, методике его расчета см.: Индекс потребительских настроений: Технология, мониторинг, результаты (материалы международной конференции 20—22 января 1997 г.). М., 1997; Ибрагимова Д., Красильникова М., Николаенко С. Индекс потребительских настроений // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. 1996. № 6.