Британские коммерсанты в России петровского времени: деятельность компании «Ральф Робинсон Самуил Гартсайд»

Н.Н. Репин

БРИТАНСКИЕ КОММЕРСАНТЫ В РОССИИ ПЕТРОВСКОГО ВРЕМЕНИ: ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КОМПАНИИ «РАЛЬФ РОБИНСОН - САМУИЛ ГАРТСАЙД»

Рассматривается предпринимательская деятельность британских купцов Ральфа Робинсона и Самуила Г артсайда в России в переломный период ее истории - Петровское время. Автор исследовал их участие в торговле, всесторонне раскрыл коммерческие связи с казной, которые приобрели более разнообразный и во многом обновленный характер, нежели у их предшественников, а также попытки компаньонов заняться предпринимательством в промышленной сфере, выяснив причины их неудачи и судьбу одного из компаньонов - С. Г артсайда, оставшегося в России после прекращения совместной деятельности компаньонов.

Россия, Великобритания, Архангельск, Лондон, британские купцы, компаньоны, торговля, предпринимательство, промышленность, кораблестроение, канатное производство, лесопильное производство, металлургическое производство.

Вопрос о предпринимательской деятельности иностранных купцов в России первой четверти ХУШ века освещался лишь в обобщающих работах по истории внешней торговли страны и экономических отношений с Англией и не стал еще предметом специального исследования. Поэтому автор ставит своей целью раскрыть деятельность английских купцов - главных контрагентов в торговле с Россией в изучаемое время - на примере компании «Ральф Робинсон -Самуил Г артсайд» преимущественно на новых архивных материалах.

Между членами этого купеческого объединения существовало своеобразное разделение труда, свойственное большинству британских компаний, когда один из компаньонов осуществлял коммерческие операции в Англии, а другой - в России. Дела компании «Ральф Робинсон - Самуил Гарсайд» в Лондоне вел Р. Робинсон, имевший опыт предпринимательской деятельности, сотрудничая ранее с Томасом Стейльсом в Англии, брат которого, Андрей Стейлс, торговал в Москве и Архангельске 346. В 1707 году в Россию был направлен компаньон Робинсона - Самуил Гартсайд. Дела компании шли неплохо, и вскоре С. Гарсайд вошел в число крупнейших британских купцов, торговавших в Архангельске. В 1707 году к нему пришло 7 кораблей, а через пять лет уже 24, в 1710 году стоимость купленных и проданных им товаров превысила 125 тысяч рублей, что позволило Гартсайду занять

Козинцева Р.И. Участие казны во внешней торговле России в первой четверти XVIII в. // Исторические записки. М., 1973. Т. 91. С. 267-337.

пятое место среди английских купцов в северном порту России по величине товарооборота 347.

И позднее С. Гартсайд входил в число крупнейших британских коммерсантов, ведущих торговлю с Россией. С 1711 по 1715 год он уплатил 75 тысяч рублей таможенных пошлин, что позволяет в определенной мере согласиться с мнением, высказанным им в письме к Петру I: «... никто торги в России так не распространил для интереса Вашего Величества и подданных Вашему Величеству, как я» 348.

Замечание С. Гартсайда о распространении торговли «для интереса Вашего Величества» фиксирует одно из главнейших направлений коммерческой деятельности компаньонов - их тесную связь с казной, которая приобрела многоплановый характер и продолжалась до конца их деловых контактов с Россией.

Правда, начало связей компаньонов с казенным ведомством в торговой сфере было неудачным. В 1711 году С. Гартсайд заключил контракт с казанским губернатором П.М. Апраксиным на поставку сукна на разнообразные русские товары более чем на 200 тысяч рублей 349, который не удалось реализовать. Причиной этого стал запрет на закупку казной импортных товаров, в том числе и сукна, «для того, чтоб денги бережены были везде на нужной в военной поход расходы» 350. Убыток компаньонов от несостоявшейся сделки превысил, по подсчетам Гартсайда, 50 тысяч рублей, не помешав, однако, укрепить их связи с казной в последующее время.

В 1712 году, после смерти англичанина Андрея Стейльса, «предпринимателя, протежируемого царем» и тесно связанного с казной как посредством закупки монополизированных ею товаров, так и поставки нужных предметов импорта, наймом за границей мастеров разных специальностей и т.п., компаньоны унаследовали его дело. В 1713 году они разработали программу деловых контактов с казной, в основе которой стало приобретение смолы и дегтя в Архангельске и Петербурге в соответствии с планами британского Адмиралтейства по обеспечению потребностей Англии в кораблестроительных материалах 351. Компаньоны обязались поставить в Лондон в 1713 году 8 тысяч бочек смолы из Архангельска. Это была их первая сделка, от реализации которой, по словам Гартсайда, зависело будущее их торговой деятельности в России. Он писал, что, «если этот контракт не будет выполнен, то нам от Ее Величества будет бедство и разорение... и впредь нам там ни в чем верить не

347

Репин Н.Н. Внешняя торговля России через Архангельск и Петербург в 1700 - начале

60-х годов XVIII в. : дис. ... д-ра ист. наук. Омск, 1985. Прилож. табл. 74.

348

Российский государственный архив древних актов (далее - РГАДА). Ф. 9 (Кабинет Петра I и его продолжение). Отд. 2. Д. 93. Л. 133.

349 РГАДА. Ф. 248 (Сенат). Оп. 3. Кн. 75. Л. 579-583. - «Список с уговорного письма».

350 Там же. Л. 111-112.

351

Сборник Русского исторического общества (далее - Сб. РИО). СПб., 1884. Т. 39. С. 84,

будут и вовсе нас уничтожат» 352. Гартсайд просил царя послать архангелогородскому вице-губернатору указ о передаче законтрактованной смолы, а если представится возможность, то и «всю смолу, сколько ее в готовности тамо

(в Архангельске. - Н.Р.) бывает, продать» ему 353.

Кроме того, компаньоны собирались организовать вывоз десяти тысяч бочек смолы и 40 тысяч пудов пеньки по новому транспортному пути - из Петербурга и Выборга - «для собственного интересу Ее Королевского Величества», под загрузку которых намеревались отправить в 1714 году 10 кораблей 354 В 1714 году компаньоны также выразили желание закупать в Петербурге и Выборге по 10 тысяч бочек смолы и дегтя, но одновременно просили разрешить приобрести в Архангельске 15 тысяч бочек смолы, 40 тысяч четвертей зерна у торговых людей и 5 тысяч четвертей «из казенного магазеина». Часть смолы С. Гартсайд предлагал продать в Ливорно, а на вырученные деньги закупить там «всякие припасы, какие угодны Вашему Царскому Величеству» 355.

В 1713-1715 годах компания удовлетворила потребности английского Адмиралтейства в смоле. Однако большую часть ее в Архангельске закупал голландский купец Иван Любс, предложивший более высокую цену за смолу, продаваемую на аукционе 356. В балтийских же внешнеторговых центрах России компаньоны выступали монополистами в приобретении и вывозе этого товара.

Деньги, вырученные от продажи смолы и других казенных товаров, были, по словам С. Гартсайда, «всегда в готовности» для закупки нужных казне предметов импорта, особенно для приобретения в Англии военных кораблей, потребность в которых для России в то время была велика. Закупка военных кораблей в Великобритании была нелегким делом, так как шведские дипломатические агенты в Лондоне держали это направление деятельности компании под жестким контролем. Так, в 1714 году Ральф Робинсон сообщал: «Понеже, когда оные корабли он купил и хотел отпустить, тогда незнамо каким случаем проведав, тамо шведский посол подал королеве мемориал, чтоб оных кораблей не отпускать». Выход из затруднительного положения был найден: Робинсон отпустил четыре приобретенных им в 1714 году корабля, «якобы под смолу и пек», купленных по контракту, заключенному с британским Адмиралтейством 357. Военные корабли, приобретаемые Робинсоном, отправлялись в русские порты на Балтике, как правило, в Ревель, Петербург, реже в Выборг. Чтобы избежать захвата их шведами, корабли обеспечивались «особыми паспортами от королевы,

РГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Д. 17. Л. 287 об.-288.

353 Там же. Л. 289-290.

354 Там же. Д. 22. Л. 451-451 об.

355 Там же. Д. 17. Л. 239.

РГАДА. Д. 22. Л. 451-451 об.; Репин Н.Н. Внешняя торговля и внутренний рынок России во второй половине XVII - первой четверти XVIII в. // Вестник Моск. гос. ун-та.: Сер. История. 1970. № 6. С. 125.

357 Там же. Ф. 9. Отд. 2. Д. 17. Л. 287 об.-288.

будто в службу Ее Королевского величества упо-требляются» 358. Для перегона кораблей в Россию Робинсон нанимал опытных капитанов и «других морских служителей», которых по прибытии в российские порты предлагали царю «взять в свою государеву службу в морской флот» 359.

В 1713-1715 годах в российские порты на Балтике Р. Робинсоном было отправлено 12 военных кораблей, приобретенных по поручению Петра I: 5 -в 1713 году, 4 - в 1714 и 3 - в 1715 году 360. Кроме того, по поручению Петра I

в 1714 году Робинсон купил в Лондоне пакетбот, который, по его мнению, можно было использовать «для посылки от русских портов до Копенгагена для всяких нужных ведомостей», так как «оной корабль имеет быстрое и легкое течение и удержать его невозможно». Робинсон заключал, что на Балтийском море «нет кораблей таких лехких и ходом скорее» 361, что позволяло ему в случае необходимости уйти от преследования шведских сторожевых судов и военных кораблей.

Важно отметить и то, что компаньоны выразили готовность решать разведывательные (шпионские) задачи в пользу России, в частности, отправить в Стокгольм своего приказчика для сбора нужных сведений: «ведомость может о всяких делах взять, какие там опасения Ваши неприятели имеют и потом можно знать и силу и поиск над ними чинить» 362.

Еще одно направление контактов Р. Робинсона и С. Гартсайда с казной проявилось в их попытках получить право на поставку в Россию табака, контракт на торговлю которым, заключенный ранее с Табачной компанией, был разорван. В 1710 году Гартсайд заключил подряд с архангелогородским вицегубернатором П.А. Голицыным на поставку в северный порт 3000 пудов табака. Табак ввезли в 1711 году, но он не был принят из-за запрещения расходования казенных денег на закупку импортных товаров в связи с военными нуждами. Через два года в Архангельске «лежало» уже 7300 пудов табака, которые Гартсайд просил взять в казну и заплатить за него оговоренную сумму или зачесть стоимость табака за пошлины с торговых сделок компании 363.

Затруднения со сбытом табака в Архангельске побудили Гартсайда обратиться в казенное ведомство с просьбой отдать торговлю им на внутреннем российском рынке на откуп. Откупщики намеревались строить корабли в Америке и ежегодно загружать табаком два корабля в Филадельфии и Пенсильвании для отправки в Россию. Основное содержание предлагаемого проекта сводилось к тому, чтобы отдать им на откуп продажу табака, ввозимого в Россию из-за границы и производимого в России, с предоставлением монопольного права на торговлю им в течение 20 лет на всей территории страны без уплаты пошлин и обязательством заплатить за предо-

Там же. Л. 237 об.-238 ; Д. 20. Л. 315.

Там же. Д. 17. Л. 287 об.-288.

Там же. Л. 297 об.; Д. 20. Л. 305 об., Л. 320 об.-321.

Там же. Д. 17. Л. 305 об.-306.

Там же. Л. 306 об.

РГАДА. Д. 20. Л. 323 об.

ставленную привилегию 100 тысяч ефимков в декабре 1714 года 364 Однако просьба компаньонов по неизвестным причинам не была удовлетворена.

Компании «Ральф Робинсон - Самуил Гартсайд» принадлежали три иностранных корабля из семи, пришедших к Петербургу в 1713 году 365, положивших начало регулярной торговле в столичном порту, к чему стремился Петр I. В связи с отсутствием экспортных товаров в Петербурге, Гартсайд просил выдать из Адмиралтейства «для дополнки тех кораблей смолы и пику, чтобы те корабли просты за море не пошли и убытку б нам не было» 366. В следующем году компаньоны собирались отправить в столичный порт десять кораблей 367.

Корабли, «открывшие» петербургский порт в 1713 году и принадлежавшие компании, строились в 1712 году по ее заказу на Вавчужской верфи братьев Осипа и Федора Бажениных 368. Этот факт является первым свидетельством причастия их к предпринимательской деятельности в промышленной сфере России, «дабы теми построенными и иными наемными кораблями сюда (в Архангельск. - Н.Р.) приход корабельный и коммерциум умножить» 369 Суда, заказанные С. Гартсайдом, строились британским корабельным мастером Яном Гасом «по-английски», что позволило внести некоторые технологические новинки в коммерческое судостроение в России. Если ранее обшивочные доски, жарившиеся на открытом огне, садились и пропускали воду, то теперь они варились в котле с соленой водой и «могли служить блиско против дубовых досок» 14 лет 370.

Поскольку строительство судов по заказу обходилось дорого, Гартсайд обратился с просьбой разрешить ему основать собственную верфь и завести другие предприятия, обеспечивавшие кораблестроительные и иные нужды, а также предоставить льготные условия для приобретения необходимых для судостроения «припасов» 371.

В начале января 1713 года компаньоны в «доносительных пунктах» разработали программу, в которой всесторонне обосновали свои намерения в промышленной сфере и торговле. Они собирались завести канатный, парусный, железный, сахарный, меловой «заводы», «для варения пива», солодовню, мельницы ветряные и водяные. Кроме того, для производственных нужд они просили предоставить им право свободной закупки смолы, смольчуга, мачт, «корня моранов» для изготовления краски морены. Наряду с этим, компаньоны просили отдать им на откуп торговлю льняным и конопляным семенем, а главное - пре-

Центральный государственный архив Военно-морского флота Российской Федерации (далее - ЦГАВМФ РФ). Ф. 233. (Дела графа Ф.М. Апраксина). Д. 45. Л. 277-279.

365 Кротов П.А. Петербургский порт при Петре I // Феномен Петербурга : сб. ст. СПб., 2001. С. 426.

366 Голиков И.И. Дополнения к деяниям Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранные из достоверных источников и расположенные по годам. М., 1789. Ч. 10. С. 95.

367 РГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Д. 22. Л. 451-456.

368 Репин Н.Н. Коммерческое судостроение в России конца XVII - первой половины XVIII в. // Вопросы истории. 1978. № 1. С. 45. Примеч. 65.

369 РГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Д. 93. Л. 137 об.

370 ЦГАВМФ РФ. Ф. 233. Оп. 1. Д. 45. Л. 464 об.

371 Сб. РИО. СПб., 1888. Т. 61. С. 229-230.

доставить свободу торговли на всей территории России с уплатой пошлины, равной той, которая взималась с русских торговых людей, а с товаров, отправляемых за границу из российских портов, платить «обыкновенную» пошлину, взимаемую с иностранных купцов. Наконец, Робинсон и Гартсайд собирались нанимать мастеров - профессиональных кораблестроителей - в Англии, а работных людей - по 800 человек в год - в России. Намеревались также открыть в Архангельске школы «для обучения математике и морскому хождению» и «шпиталии» (больницы. - Н.Р.) и содержать учеников и больных за свой счет 372.

В том же 1713 году они обратились с просьбой к царю «разрешить строить корабли и суды сколько нам понадобитца, чтоб никто никакого помешательства не чинил, а мы за каждую вещь - за труд и за удобное место всякому по достоинству воздадим плату... И сие все делаем в угождение Вашему Царскому величеству и в научение и в пропитание русского народа» 373. К письму были приложены пункты о строительстве винных и мыльных заводов, на которых обещали производить продукцию «по заморскому обыкновению», но, «чтоб тех заводов у нас не было отнято» 374 В 1714 году С. Гартсайд и Р. Робинсон обратились с последним «рабским прошением» - об основании канатного завода 375.

Канцлер Г.И. Головкин в беседе с британским послом в России Чарльзом Витвортом высказал мысль, что проект Р. Робинсона и С. Гарсайда «будет оставлен без последствий» 376. В архивных материалах нам не удалось найти каких-либо распоряжений русского правительства о реализации их замыслов. Однако сама их программа промышленного строительства в России, многоплановая

по содержанию и использованию новых технологических приемов для производства продукции «по заморскому обыкновению», едва ли могла быть отвергнута без основательных на то причин.

Едва ли русское правительство отвергло программу компаньонов, исходя из заявления Ч. Витворта, что «домогательства Гартсайда противоречат интересам Великобритании» 377. Интересы Англии и России в отношении создания промышленного потенциала в последней кардинально расходились, что прекрасно иллюстрирует нашумевшее в 1705-1706 годах «дело о Табачной компании», когда правительство Великобритании стремилось не допустить ознакомления русских с обработкой табака. Указ королевы Англии Анны, содержавший рекомендации «лордов юстиции», ведавших торговлей и колониями, переданный Ч. Вит-ворту в 1705 году, предписывал «сломать и уничтожить» машины, материалы

и препараты, используемые для обработки табака 378, что без промедления было исполнено дипломатом вместе с его помощниками 379. Мастера табачного дела

Сб. РИО. Т. 61. С. 229 ; ЦГАВМФ РФ. Ф. 233. Оп. 1. Д. 45. Л. 432-436.

РГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Д. 17. Л. 273-274; 301-302 об.

Там же. Л. 274-280, 301, 302 об.

Там же. Д. 93. Л. 139-140.

Сб. РИО. Т. 39. С. 101.

Сб. РИО. Т. 61. С. 229.

Там же. Т. 39. С. 106.

Там же. С. 134-139.

были тайно вывезены из России, «чтобы не допускать их применить свое искусство в крошке и свертывании табаку, выращенному в царских владениях» 380. Контракт о найме других специалистов в этом деле, заключенный казенным ведомством России с купцами Русской компании в Лондоне «по желанию царя», был аннулирован королевой Англии, которая предписала не отправлять в Россию «людей, посвященных в тайны обработки и свертывания табака», а также необходимых для этого документов и материалов, что могло «отозваться крайне вредными последствиями на торговле англичан и на процветании табачных плантаций» 381. Из этого следует, что британское правительство делало все возможное, чтобы не допустить любого воздействия англичан в организации нового дела в промышленной сфере России, но было не в силах создать преграды для предпринимательской деятельности своих коммерсантов в других странах, в том числе и в России, когда речь шла об извлечении ими прибыли.

Неудача в осуществлении проектов английских компаньонов была предопределена, на наш взгляд, прежде всего влиянием российских факторов. И объясняется она, во-первых, стремлением Р. Робинсона и С. Гартсайда стать монополистами в определенной отрасли промышленности в течение десятилетий, что подметил и Ч. Витворт, сообщая в своей депеше, что «домогательства Г артсайда прямо направлены к умножению монополий» 382. Однако именно в это время наметился переход к передаче казенных предприятий в руки отечественных предпринимателей, в частности, Суконного двора в 1711 году. Во-вторых, к этому времени отечественная промышленность в России достигла определенных успехов, что лишало иноземных прожектеров получения благовидного предлога на приобретение монопольного права для заведения верфей в России и позволяло русскому правительству ориентироваться в развитии коммерческого судостроения в стране, опираясь на отечественных предпринимателей 383. В-третьих, причиной отказа британским компаньонам в их предпринимательской деятельности в промышленности и, пожалуй, наиболее действенной, могли стать чрезвычайно высокие запросы в торговой сфере. Р. Робертсон и С. Гартсайд рассчитывали распространить свои коммерческие операции на всю территорию России с уплатой пошлин, равных тем, какие платили русские торговые люди, на что правительство не шло со времени издания Новоторгового устава в 1667 году.

Неосуществленные надежды в промышленном предпринимательстве и в торговых делах, задержка в уплате им долга казной 384 ослабили связи компаньонов с Россией и привели к разрыву отношений между членами компании.

380 Там же. С. 101.

381 Приведенные в тексте сведения нашли отражение в письме статс-секретаря Ч. Гэ-

дена, отправленном Ч. Витворту 1/12 июня 1708 года, и двух приложениях к нему: 1. Рапорте лордов, ведавших торговлей и колониями, и 2. Решении королевы Великобритании по его поводу. См.: Сб. РИО. Т. 39.

С. 102-107.

382 Сб. РИО. Т. 61. С. 229.

383 Репин Н.Н. Коммерческое судостроение в России... С. 48.

384 В 1717 г. Робинсон в письме к Петру I сообщал о недоплате ему казной 36 тыс. рублей. (ЦГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Д. 93. Л. 138).

Это произошло не позднее 1717 года, когда Р. Робинсон намеревался поговорить с Петром I в Париже об осложнениях связей компании с казенным ведомством, но по неизвестным причинам не появился там.

Оставшись без финансовой поддержки Ральфа Робинсона, Самуил Гарт-сайд прекратил свою предпринимательскую деятельность и занялся составлением разного рода проектов, используя их в качестве средства для своего продвижения по служебной лестнице в российском административном аппарате. Он занимал должности бурмистра в Главном магистрате, директора китоловной компании, асессора Коммерц-коллегии, но недолго задерживался на них. В конечном счете в 1737 году по рекомендации внешнеторгового ведомства «за слабым состоянием, за невоздержанием, тако ж и за неискусством в делах и советах» Г артсайд был уволен со службы с назначением «пенсиона для пропитания» в размере 300 рублей в год, а через два года в дополнение к «пенсиону» получал доходы «от делания водки против гданьской» 385.

Сказанное выше позволяет заключить, что деятельность компаньонов Робинсона и Гартсайда в России Петровского времени, переломного в истории страны, приобрела комплексный характер, соединяя старые и новые черты предпринимательства иностранных купцов. Торговля, как и ранее, являлась главным направлением их деятельности, в том числе и связь с казной в приобретении монополизированных ею предметов экспорта и в поставке необходимых для нее импортных товаров, что позволило им занять достойное место среди британских купцов. Однако особенности развития России в первые два десятилетия XVIII века вызвали к жизни и другие направления коммерческой деятельности компаньонов. Они внесли свой вклад в организацию торговли но новому внешнеторговому направлению - через Петербург, придав ей регулярный характер, а также приняли активное участие в приобретении в Англии и в поставке в Россию военных кораблей, когда потребность в них была довольно высокой.

Наряду с этим, Р. Робинсон и С. Гарсайд разработали программу предпринимательской деятельности в промышленной сфере России, в основе которой лежал план строительства торговых кораблей, дополненный намерением создать множество других предприятий под предлогом обеспечения нужд кораблестроения. Однако планы компаньонов в промышленном предпринимательстве были обречены на неудачу, причинами чего стали непомерные запросы прожектеров и невозможность их реализации в полной мере, а особенно просьбы их о предоставлении свободы торговли на всей территории России с уплатой внутренних пошлин, равных тем, которые платили русские купцы, то есть возвращение к практике взимания пошлинных сборов с иностранцев, действовавшей до введения Новоторгового устава 1667 года.

Неудача в реализации планов в промышленной сфере и убытки в коммерческих связях с казной привели к прекращению совместной деятельности компаньонов. Р. Робинсон отошел от дел, осложнив судьбу своего бывшего партне-

Репин Н.Н. Внешняя торговля России через Архангельск и Петербург... Примеч.

15 к гл. 7.

ра. С. Гартсайд, оставшись в России, занялся составлением проектов по совершенствованию разных сторон экономической жизни страны, что позволило ему занять ряд должностей в экономических ведомствах страны, а затем получить «пенсион» для проживания в России.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Голиков, И.И. Дополнения к деяниям Петра Великого, мудрого преобразователя России, собранные из достоверных источников и расположенные по годам [Текст] / И.И. Голиков. - М., 1789. - Ч. 10.

2. Козинцева, Р.И. Участие казны во внешней торговле России в первой четверти XVIII в. [Текст] / Р.И. Козинцева // Исторические записки. - М., 1973. - Т. 91. - С. 267-337.

3. Кротов, П.А. Петербургский порт при Петре I [Текст] / П.А. Кротов // Феномен Петербурга : сб. ст. - СПб., 2001.

4. Репин, Н.Н. Внешняя торговля и внутренний рынок России во второй половине XVII - первой четверти XVIII в. [Текст] / Н.Н. Репин // Вестник Моск. гос. ун-та. - Сер. История. - 1970. - № 6.

5. Репин, Н.Н. Внешняя торговля России через Архангельск и Петербург в 1700 -начале 60-х годов XVIII в. [Текст] : дис. ... д-ра ист. наук / Н.Н. Репин. - Омск, 1985.

6. Репин, Н.Н. Коммерческое судостроение в России конца XVII - первой половины XVIII в. [Текст] / Н.Н. Репин // Вопросы истории. - 1978. - № 1.

7. Сборник Русского исторического общества. - Т. 39. - СПб., 1884 ; Т. 61. - СПб.,

1888.