Значение общественных отношений в развитии форм мышления

Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 15 (269).

Философия. Социология. Культурология. Вып. 24. С. 53-63.

С. З. Гончаров, А. В. Литвинов

ЗНАЧЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ В РАЗВИТИИ ФОРМ МЫШЛЕНИЯ

В статье раскрывается значимость социального обмена, общения, общественных отношений в развитии мышления от его частных форм до всеобщих и обосновывается историческая типология объективных основ мышления и сознания.

Ключевые слова: формы мышления, социальный обмен, общение, общественные отношения, историческая типология объективной основы мышления.

В публикациях и диссертациях по философии и социологии, психологии и педагогике деятельностный подход декларируется как очевидный. Важность деятельности для понимания мышления первым отметил Б. Спиноза в своей работе «Этика». И. Кант и И. Г. Фихте обосновали деятельно-проективную природу мысли. Гегель деятельную сущность человека конкретизировал как процесс труда. К. Маркс внес принципиально новое и конкретное понимание деятельности тем, что он раскрыл труд как абсолютную основу, а общественную форму труда, общественные отношения как конкретное основание жизнедеятельности людей и их мышления. После работ Маркса сам по себе деятельностный подход стал односторонним, абстрактным потому, что он не доводится до осознания решающей роли общения, общественных отношений в понимании субъективности человека вообще, исторических форм мышления в частности. В данной статье обосновывается положение: предметно-чувственная деятельность (труд) есть лишь общая основа, а общение, общественные отношения - конкретное основание всеобщности форм мышления.

В предметных органах практики (орудийный фонд общества и социальные структуры) реальные связи выделяются и фиксируются в абстрактной определенности, получают первичную практическую коллективную категоризацию и переводятся в процессе оперирования в мыслительные отношения, в микросхемы мысли, которые составляют исходный материал формирования рациональных структур. Операции содержательного мышления всегда даны в социально-технологическом обрамлении. Например, прозаическая связь «фундамент - надстройка» создается при постройке жилища, превращается в регулятив деятельности, освобождается от частных де-

талей и становится исходным пунктом обобщения подобных же действий в различных областях; возникает способ мыслить предмет с позиций уже обобщенной схемы: основа -обоснованное, «базис - надстройка». Способ конструирования реальной связи становится и способом производства идеальной предметности. Раздел гегелевской логики «Учение о сущности» посвящен именно основанию.

Практическое конструирование предметных абстракций тем превосходит мысленное конструирование, что связи соединяются в новые структуры на материальном субстрате. Достаточно один раз практически замкнуть связи в новую структуру при определенных условиях, чтобы избежать надобности доказывать необходимый характер новой структуры. Ибо такая структура с необходимостью следует из специфической материальности предмета, а не из структур апперцепции, как полагал Кант. Одна действующая паровая машина доказывает «аподиктичность» положений термодинамики исчерпывающим образом. В практическом конструировании кванторы всеобщности и единичности совпадают!

Субъекты сами порождают новые структуры и причинные ряды из природного материала и из взаимных отношений. Такие структуры отделяются от предметной наполненности и преобразуются в «монограмму» (Кант), модельную аналогию по освоению чувственных данных. Формирование схем мышления в научной практике конкретно раскрыл В. С. Степин1.

В образовании микросхем мысли решающими являются: выделенность реальных связей в ту или иную предметную структуру; включенность ее в массовую практику из-за ее общественной значимости; перевод абстрактно выделенных реальных связей в

схему реального действия, а затем и в схему мышления; общественно значимый характер предметной структуры, возможность оперирования ею различными индивидами, что позволяет фиксировать инвариант схемы-действия; фиксация инварианта термином и включение его как схемы мысли в общественный оборот; закрепление такого термина в словаре; генерализация родственных микросхем мысли в их единый мыслительный эквивалент на основе общения.

Проблема же заключается в том, что всеобщность форм мышления (логических категорий) не выводима из предметно-чувственной деятельности. Если категории суть всеобщие схемы теоретической и практической деятельности, на чем настаивал Э. В. Ильенков, то какой мощный фактор побуждает мышление работать по всеобщим схемам? Таким фактором является общественная форма взаимной деятельности.

Социальный обмен сообщает общественной форме определенность и устойчивость, отвлекаясь от индивидуальных особенностей индивидов. С интенсивностью общения развивается общая форма объективации сознания - язык, с развитием обмена между общинами возникает всеобщая форма продуктов

- товар; с развитием торговли и технической кооперации утверждаются единые и общезначимые меры стоимости, длительности, веса и др., а также единые мыслительные меры - логические категории.

Духовный обмен принуждает стороны общения использовать общепонятные аналогии социального опыта. Общие, т. е. общественные отношения, принуждают мышление к обобщению значений. Как товарообмен сводит локальные меры стоимости к единой и всеобщей мере, так и духовный обмен принуждает к обобщению частных микросхем мысли до всеобщих форм, исполняющих интеллектуально-коммуникативную функ-

цию единого связывания и истолкования чувственных восприятий. С увеличением диапазона общественных отношений возрастает степень обобщенности значений. Категориальное мышление возникло в городах, где коммуникативные процессы протекали интенсивно. Всеобщность значений сознания -выражение общественности человека.

Влияние меновых отношений капиталистической экономики на развитие мышления

Разделение труда делает продукт каждого односторонним, а потребности - многосторонними, что порождает необходимость обмена. В рамках частной собственности продукты принимают форму ценности для обмена, форму меновой стоимости (товара). Посредством такой формы частные производители соотносят между собой количественные затраты своего труда. Товар положен на рынке «как отношение» не к одному другому товару, а ко всякому товару; он вступает во «всеобщее отношение» с миром товаров. При развитом разделении труда возникает потребность во всеобщем средстве обмена, независимом от специфического производства каждого. Меновая стоимость развивается до всеобщей формы

- формы денег, представляющей единым образом стоимость всех товаров.

Влияние общественных отношений можно представить следующим образом.

1. Меновые отношения развивают общественные отношения в плане все большей универсальности. Ибо деньги не привязаны к национальной, политической, религиозной и другой общности; они рвут локальные связи, втягивают в обмен отдаленные страны, распространяют обмен по всему земному шару. сообщают меновой стоимости всеобщность как по обмениваемому материалу, так и по охватываемому обменом пространству. Второе дыхание меновым отношениям сообщило новое экономическое отношение - капитал. Капитал есть экономическое отношение в форме самовозрастающей стоимости на основе производства при посредстве обращения. Для реализации прибавочной стоимости капитал увеличивает рынок сбыта экстенсивно и интенсивно - путем количественного расширения рынка сбыта одних и тех же товаров и путем обновления продукции и создания новых потребностей в сфере спроса. Потребление новой продукции создает человека с более богатыми свойствами и связями. В погоне за прибылью капитал низкими ценами преодолевает национальную ограниченность, традиционное удовлетворение потребностей, воспроизводство прежнего образа жизни; он сокрушает, пишет Маркс, все преграды, тормозящие развитие производительных сил, расширение потребностей и т. д. Капитал создает общественную ступень, по сравнению с которой все прежние выступают «как локальное развитие человечества и как суеверное поклонение природе» 2. Однако пределом для

капитала является узость его экономической формы, сводящей все к единому параметру -стоимостному. Такая редукция всего и вся к ценности для обмена вступает в противоречие с социокультурным измерением человеческого бытия, которое сам же капитал и развивает.

Растущая универсальность общения и общественных отношений - ближайшая причина всеобщности и универсальности мышления. Если сущность человека в ее действительности есть «ансамбль» всех общественных отношений и если последние становятся универсальными, то таковой становится и человеческая сущность. Опосредствуя подобные отношения, «мышление носит такой же характер универсальности» (Ф. Энгельс). Такие отношения выдергивают индивидов из ограниченных местных условий, втягивают во всеобщий обмен деятельностью, разнообразят потребности и чувства и расширяют горизонт сознания, генерализируют способы мышления. Содержание психики становится «трансцендентальным», транссубъективным, т. е. организованным общественно-значимыми формами, которые сложились в крупных по масштабу общностях и отношениях. Такие формы вырастают не из органического тела индивида, а из общего, общественного тела в виде кооперированной деятельности и общественных отношений, хотя и при посредстве органического тела и психики индивида.

Масштабность общественных потребностей, реализуемых субъектом, направляет его мышление, внимание и волю на обширные по диапазону связи и отношения. Реализуя общественные функции, субъект воспринимает реальность с позиций общих, общественных потребностей, выходит за рамки своих индивидуальных предпочтений, что служит предпосылкой развития его сознания от единично-индивидуального уровня к особенному, групповому, и всеобщему, родовому, когда субъект признает себя в своем самосознании представителем человеческого рода, его интересов и продуктивно-творческих сил. Узость жизненных условий, отмечал Ф. Энгельс, порождает «узость кругозора». И, наоборот, у индивида, жизнь которого охватывает обширный круг разнообразной деятельности и различных видов практического отношения к миру, «мышление носит такой же характер универсальности <.. .> не затвердевает <.. .> в виде абстрактного мышления».

Степень универсальности мышления определяет и степень его объективности - умения «видеть несколько дальше своего непосредственного окружения, не упускать из виду общей связи мировых событий и не впасть в ту самодовольную “объективность”, которая не видит дальше собственного носа и именно поэтому является самой узколобой субъективностью, хотя бы она разделялась тысячами таких субъектов»3. Мировое производство и мировой обмен формируют родовое самосознание.

Осознавая себя оединиченным родом, субъект осознает и природные связи в единстве всеобщего (родового), частного (видового) и единичного. Реальная общественная связь (социум - общность - личность) с ее градацией на всеобщее, особенное и единичное (В - О - Е) пронизывает всякое общее дело, всю жизнь человека, закреплена в фамилии (В), отчестве (О) и имени (Е) лица, раскрыта субъекту в каждый момент его жизни экзистенциально и достоверно.

В силу атрибутивности такой связи она становится и всеобщим способом понятийного мышления: субъект «делает своим предметом род - как свой собственный, так и прочих вещей» (К. Маркс); «профессиональные логики до Гегеля, - заметил Маркс в первом издании «Капитала», - упускали из виду формальный состав фигур суждений и умоза-ключений»4. Таким «формальным составом» является соотношение В - О - Е; понятие определяется через род и видовое отличие по схеме: единичное = всеобщее + особенное. Категории в «Науке логики» Гегеля выводятся на основе отношения В - О - Е; фигуры силлогизмов, как открыл Гегель, своим формальным составом представляют разные комбинации этих же отношений. «Выходит, что логические категории прямо вытекают из наших отношений», - замечал К. Маркс по этому поводу в письме Ф. Энгельсу5. По мысли Л. М. Косаревой, «категориальные формы, будучи по генезису формами социальных отношений, наполняются природным содержанием настолько, что социальный генезис этих форм утопает в натуральном теле физического закона»6. Социальные отношения превращаются в логические отношения и обретают статус императива (В - О - Е)! Итак, меновые отношения производства содействовали универсализации общественных отношений, а значит и мышления, регулирующего эти от-

ношения.

2. Всеобщее развитие меновых отношений привело к тотальному овещнению социльно-сти. Овещнение отношений противопоставило их субъекту объективно, что способствовало в противоречивой форме выделению субъекта из этих отношений, дистанцированию к ним по схеме «объект - субъект».

Стоимость равнодушна к содержанию товара. Стоимостные отношения развили способность головы абстрагироваться от всяких вещественных составов, развили силу абстракции. Овещнение отношений полагает индивидов в абстрактно-всеобщей форме, игнорируя индивидуальные черты персони-фикаторов отношений. Абстрактно-всеобщее понимание распространяется на природу и утверждается как особенность понимания реальности в науке Нового времени.

В деньгах общественная связь и общественное могущество представлены как «чувственно-осязаемая вещь»1. Деньги потому «могущественны», что они представляют собой универсальную социальную субстанцию - труд в его исторически особой, стоимостной форме. Сам человек превращается в меновую стоимость. Теперь индивиды могут доказать свою значимость и общественную силу при непременном условии - они должны превратить свою деятельность и ее продукт в ценность для обмена - в меновую стоимость, в деньги. Общественная мощь выступает в форме вещной, стоимостной, денежной. А личная зависимость становится производной от вещной зависимости; это, конечно, извращение в нравственно-психологическом отношении. Необходимость превращать человеческую связь в меновую связь разложила все отношения прежней личной зависимости.

Если французские дворяне убивали друг друга «ради чести», то ковбои Дикого Запада - «ради денег»8. Если в период Средневековья ростовщичество воспринималось как нравственно нечистоплотное, то в новейшее время банковский капитал оседлал продуктивную (производительную) экономику и диктует сценарии будущих общественных событий. На лик Христа Спасителя легла зловещая тень ростовщика.

3. Меновые отношения породили абстрактную деятельность как массовый фактор. Абстракция «труда вообще» порождена практическим абстрагированием: индивиды

с легкостью переходят от одного вида труда к другому; труд «не только в категории, но и в реальной действительности, стал средством для создания богатства вообще»9. Это экономическое отношение входит в массовое практико-функциональное мышление и задает абстрактное однородное мыслительное поле и теоретическому мышлению. Измерение абстрактного труда нуждается в однородном времени. В сознание агентов производства и обмена внедряется взгляд на время и пространство как на нечто однородное. Такая однородность была утверждена практически, а потому и логически. В философии Гоббса, отмечает Л. М. Косарева, проявился категориальный аппарат (категории количества, однородного пространства и времени, механической причинности), характеризующий научный способ мышления. Эти категории выражали «абстрактно-формальный срез действительности, выявленный абстрактно-формальной деятельностью, которая стала всеобщей стихией в Европе Нового времени»10.

4. Меновые отношения резко повысили степень опосредствования общественных отношений, динамизировали социальные процессы, утвердили в массовом сознании подвижные опосредствующие и обобщенные структуры мышления, невозможные в традиционных аграрных обществах феодальной эпохи. Каждый раз новым посредником является форма стоимости, персонифицированная в капиталисте, купце, маклере, банкире, финансисте. Капитал превращается в круговорот капиталов денежного, промышленного, торгового, финансового. С превращением экономического основания в текучий процесс опосредствования динамизируются все иные отношения и соответствующие им формы сознания. Возникает практико-функциональное мышление, способное соединять воедино далеко отстоящие друг от друга звенья обширных процессов. Не результат, а длящийся процесс выступает в мышлении на первый план, например, в диалектике Гегеля и К. Маркса.

5. Люди производят не только материальные структуры, но и оформляют отношения в организации, будь то трудовой коллектив или государство. Структурирование общественных форм есть практическая коллективная, институциональная категоризация отношений; она проходит через сознание субъектов, опосредствуется их мышлением, которое направляет, регулирует, оценивает и контро-

лирует реальную категоризацию - права и обязанности лиц, их статусы. Без опоры на институциональную категоризацию идеальная категоризация, не востребованная общественным процессом, переходит в разряд исторической памяти.

6. Экономические и правовые отношения рационализируют мышление в аспекте формы, структуры. Отношения ценностного плана (нравственные, религиозные, эстетические) возвышают сознание до всеобщих ценностей и через духовные чувства окольным путем, минуя рассудочные инстанции, возносят психику до всеобщих духовных мер -нравственных, религиозных и эстетических. А ценностное сознание захватывает мышление и волю целиком. Инстанцией, которая сосредоточивает в себе такие меры, является не рассудок, а «сердце» как средоточие духовных чувств. Логический синтез и его продукты носят инструментальный характер. Аксиологический синтез более значим в жизненном отношении. Ценности направляют мышление и волю. В развитии культуры категориального мышления нравственные и иные отношения духовно-практического характера являются в не меньшей степени категориальнообразующими.

Социальная связь абсолютна для людей. Нравственность же есть ее адекватная форма во всеобщем и чистом выражении. Всеобщность ее повелений без особых затруднений возносит сознание на уровень всеобщности. Практический разум (нравственная воля) -лучший диалектик, он схватывает за эмпирическими различиями тождественность достоинства различных лиц, за многообразием деяний - единство нравственных повелений, за единичным поступком - его всеобщую нравственную значимость, за повседневной реальностью - реальность умопостигаемую, должную и разумную.

В процессе категоризации существует закономерность в виде схемы: Е ^ В ^ О. Как только индивид (Е) становится субъектом общего дела, то его деятельность получает печать всеобщей формы (В), которая регламентирует индивидуальную активность, преобразуется в цель, направляет мышление и волю. Иначе индивид из-за своеволия подвергнется остракизму. Это - первое отрицание единичного всеобщим. Субъект приводит всеобщие формы в соответствие с собственными интересами, целями. Синтез всеобще-

го и единичного завершается в особенном (О) содержании его жизнедеятельности. Возникает второе отрицание - абстрактно всеобщие формы функционируют в определенном материале деятельности субъектов автономной воли.

Там же, где товарно-денежная связь и правовая регуляция проникают во все сферы и поры общества, всегда доминируют рациональность, прагматика, технологии, параметры технической оптимальности ценой ослабления аксиологии «сердца». Не случайно, Запад дал технику жизни, а Восток - мировые религии.

Итак, всеобщие значения сознания, всеобщие формы мышления не выводимы из предметно-чувственной деятельности, если не учитывать процессов общения и общественных отношений. Идеальное функционирует во всеобщих «объективно-мыслительных формах» (К. Маркс) потому, что оно выражает, направляет и регулирует общие, общественные отношения.

Историческая типология объективных основ мышления

Иронизируя по поводу эклектичных толкований сущности человека (как биосоциальной, био-социо-культурной и т. п.),

Э. В. Ильенков остроумно возразил: такая логика с неизбежностью приведет к «социал-ьно-био-химически-электро-физически-мик рофизически-квантово-механическому» пониманию сущности человека11. В своем творчестве Ильенков исходил из универсальной сущности человека. Универсальность человека, сформированная в процессе истории, задает критерий как для оценки современности, так и для предвидения возможных перспектив. Рассмотрим три типа строения производства, социальных отношений и сознания: субъективный, объективный и универсальный (субъектный). Понятия субъективного и объективного строения производства заимствованы нами у Маркса.

1. Субъективное строение характеризуется следующим. Производство имеет субъективное строение потому, что главным в процессе формирования природы выступают живые индивиды; такое производство включает ручной труд и инструментальный этап развития техники. Инструменту передана технологическая функция непосредственного воздействия на предмет труда. Управление инструментом и функция движения им закре-

плены за индивидом. Процесс труда привязан к телесным и психическим особенностям работника и основывается на эмпирических навыках. Труд является непосредственным, изменяющим внешнюю материальную оболочку предмета, и сопровождается эмпирическими схемами мышления. Целью такого труда всегда выступает производство потребительной стоимости (ценности для потребления). Такая цель является особенной и не содержит в себе установки на выход за рамки исходного пункта, на что указывает схема простого товарного производства (Т - Д - Т). Обмен еще не подчинил себе производство. Ориентация на потребительную ценность задает «традиционное, самодовольно замкнутое в определенных границах удовлетворение существующих потребностей и воспроизводство старого образа жизни»12; замедляет социальный обмен, консервирует социальные связи, продуцирует узкие общественные, а значит, и духовные формы, создает местного человека и местную социальность.

Субъективное строение производства обусловливает и субъективное строение общественных отношений: в них доминирует личная зависимость, связанная как с социальными статусами лиц, так и с конкретными индивидуальными особенностями индивидов. Социальная общность основывается на первичной естественной общности - это семья, кровнородственная связь, индивидуальные привязанности, следующие из индивидуальных склонностей; традиции как очевидные, само собой разумеющиеся регуляторы поведения; глубинное интуитивное чувство родного, «нашего», «мы»; идентификация носит тоже локальный характер.

Субъективное строение присуще и мышлению, сознанию. Мышление еще не оторвалось от чувственного состава и не выделилось в самостоятельное начало, как и трудовые операции еще не отделились от предметной наполненности. В понимании реальности понятия носят эмпирический характер и отягощены в значительной мере представлениями. В духовной сфере ценностное миропонимание доминирует над логическим, т. е. реальность берется, в первую очередь, по отношению к потребностям и интересам человека, в аспекте ее значимости для людей, для той или иной общности. Ценностные компоненты (религиозные, эстетические, нравственные) вплетены в понятийное мышление.

Скрытые, невидимые связи истолковываются по образу и подобию субъективности человека - по аналогии с его действиями, чувствами, стремлениями, т. е. явно антропоморфно. Это проявляется в обильном использовании метафор, образов, наглядных сравнений, пословиц, поговорок, легенд. Рациональное мышление еще не освободилось от цельности мифа и от его суггестии. Политико-правовые формы вырастают из обычаев и традиций, из нравственных интуиций и функционируют в их материале, т. е. право носит еще естественный, а не позитивный характер. В целом, в сознании еще не сложился устойчивый способ мыслить и воспринимать реальность по схеме «объект - субъект». Такая схема предполагает систему посредников как в отношении субъекта к природе, так и в отношениях между субъектами.

2. Объективное строение социально-технологического базиса мышления выражено в следующем. Производство имеет объективное строение, так как главным в нем являются предметные органы - техника, а не индивиды; оно включает технологическое применение науки и репродуктивный труд рабочих. Процесс труда основывается на применении машин и механизации операций. Машине передаются новые технологические функции работников - не только непосредственное воздействие на предмет труда, но и функции движения и управления инструментом. В содержании труда доминирует операциональный и управленческий аспекты. Центр тяжести смещается с живого труда на предметные органы (систему машин). Труд «демускулизируется». Целью производства является прибавочная стоимость; эта цель всеобща, так как всеобща сама субстанция стоимости - общественно необходимый труд. Общая схема производства (Д - Т - Д') указывает на выход за пределы исходного пункта, на беспредельность, что ведет к универсализации общения и общественных отношений, к воспроизводству индивидов с многообразными потребностями, связями, способностями. Установка на производство прибавочной стоимости интенсифицирует все формы социального обмена, расширяет и разнообразит социальные связи, создает мировой рынок, мировую торговлю, мировую историю, всемирность в осознании событий и всеобщие значения сознания.

Объективное строение производства за-

дает и объективное строение общественных отношений в форме вещной зависимости людей, даже не знающих друг друга. Оценка социальной эффективности людей сводится к единому стоимостному индикатору - к деньгам, к капиталу. Все подлежит отчуждению и обмену, будь то недвижимость, должность или совесть. Произошло овещнение всей социальности: превращение личных сил и отношений в «силы вещные», «междусубъ-ектных отношений - в междуобъектные», самоизменение и самообновление людей стало лишь побочным продуктом изменения и обновления вещей. Овещнение лиц и персонификация вещей сопровождаются сциентизмом, технократизмом, ценностным нигилизмом, объективизмом. Человеческая связь, первичные естественные общности людей превращаются в побочные социальные общности по сравнению с теми объединениями, которые выросли из их экономических, производственных, политико-правовых процессов. Объединения людей скрепляются экономическими, технологическими, правовыми и политическими узами. Объективирование человеческой субъективности теперь предстает как овещненная процессуальная реальность и застывает в самостоятельную вторичную объективную вещную реальность.

Объективное строение общественных отношений выражается и продолжается в объективном строении мышления, сознания: объективный метод осознания реальности становится доминирующим; наука принесла удобства, комфорт, экономию человеческих усилий и осознается как единственно верный способ ориентации человека в мире; логическое сознание берет верх над ценностным, право превратилось в главный регулятор поведения и стало позитивным, разработанным специалистами в целях согласования имущественных и др. вещных интересов. Наука в системе разделения труда превратилась в одну из стадий производственного процесса

- в стадию разработки идеальной предметности - конструирования моделей будущих вещей, в духовную силу производительного общественного труда.

Мыслительные процессы достигают высшей степени всеобщности, опосредствован-ности, рациональности, операциональности, конструктивности. Эталонными в науке становятся тексты с терминами однозначного значения, со строгой логической последова-

тельностью, с прозрачной операционально-стью и конструктивной значимостью понятий. Такие характеристики научного мышления объясняются тем, что научные понятия не только отражают закономерности, но и служат на стадии реализации идеального проектами, моделями будущих продуктов, целями для их производства. Поэтому понятия должны быть доведены до их операциональной осуществимости; научное понимание исключает теперь религиозное «чудо». Ведь «чудо» нельзя прогнозировать, оно разрывает строгую детерминацию в производстве и не переводимо на определенную операциональную последовательность.

За объективностью, рациональностью, всеобщностью, опосредствованностью, операциональностью и конструктивностью мышления скрывается вполне определенная социальность - фабрично-заводской уклад труда и меновые отношения капиталистического производства. Поскольку капитализм утвердился в классической форме в протестантских странах Запада, то западный социолог М. Вебер весьма точно выразил эталонный тип социальных действий западного человека - «целерациональное» социальное действие. Миф, традиционные религии тускнеют перед разными формами светской религиозности - «религиозным» отношением к науке, к научно-техническому прогрессу, к богатству в его предметно-вещественной форме. В то же время в рамках светской религиозности возникают компенсирующие мифологемы - товарный фетишизм, фетишизм свободы, демократии, рынка.

3. Из объективного строения социальности закономерно вырастает ее универсальное или субъектное строение. Субъектное строение производства, общественных отношений и сознания характеризуется следующим. Научные технологии, экономика знаний неизбежно выведут общество на качественно более высокий - креативно-антропогенный уровень. Эффективность труда будет зависеть не от величины мускульных усилий работников, а от мощи тех искусственных органов общественной практики (техники), которые созданы при помощи науки. Тем самым непосредственное рабочее время перестает быть мерой богатства, и производству, основанному на меновой стоимости, приходит конец13. Маркс так конкретизирует данный технологический аспект: «Теперь рабочий

уже не помещает между собой и объектом модифицированный предмет природы; теперь в качестве промежуточного звена между собой и неорганической природой, которой рабочий овладевает, он помещает природный процесс, преобразуемый им в промышленный процесс. Вместо того чтобы быть главным агентом процесса производства, рабочий становится рядом с ним». В качестве главной «основы производства и богатства выступает не непосредственный труд, выполняемый самим человеком, и не время, в течение которого он работает, а присвоение его собственной всеобщей производительной силы, его понимание природы и господства над ней в результате его бытия в качестве общественного организма. <...> Происходит свободное развитие индивидуальностей, и поэтому имеет место . сведение необходимого труда общества к минимуму, чему в этих условиях соответствует художественное, научное и т. п. развитие индивидов благодаря высвободившемуся для всех времени и созданным для этого средствам»14.

Экономические отношения сбросят свою загадочную товарную форму: за движением товаров, иных стоимостных показателей люди будут видеть движение своих собственных трудозатрат. В общественном сознании рассеется товарный фетишизм. На первый план выйдет не производство средств жизни (материальное производство), а культурное воспроизводство поколений, поэтому социальная сфера общества будет главной (то, ради чего).

Накопление капиталов как ведущий мотив производства сменится накоплением идеальной предметности - культуры. Культурное воспроизводство людей станет главным содержанием общественных отношений, и тем самым отношения между людьми станут непосредственно-общественными, без анонимности разного рода факторов, которые вступают между собой в особые надчеловеческие отношения.

Общество вступит в постэкономическую эпоху своей истории, когда по ту сторону труда «начинается развитие человеческих сил, которое является самоцелью, истинное царство свободы»15. Ибо «царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, по природе своей оно лежит по ту сторону сферы собствен-

но материального производства». Свобода же в области материального производства может заключаться «лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, <.> совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей»16.

Политическая сфера общества тоже подвергнется дефетишизации. Социальные институты, окончательно надоев гражданам своей бюрократической замкнутостью и самовоспроизводством в расширенном масштабе, снова примут социально ясную функцию - как органы коллективной воли для самоорганизации и самоуправления ассоциированных субъектов.

Ценностно-нейтральный стиль научного мышления избавится от этой односторонности: объективное понимание реальности будет дополнено равноценным компонентом -ее ценностным пониманием и переживанием; разум и «сердце» - это два крыла духовного полета творческой индивидуальности, не изуродованной технической цивилизацией в одномерный логический интеллект.

Мышление станет интегральным, целостным, полным. Такое мышление утвердится на основе аналогий культурного производства поколений. Доминирование самодеятельности, духовно-нравственная направленность в образе жизни «запишут» в сознании субъектов целостные и гибкие аналогии, позволяющие увидеть в природе, в ее самодвижных структурах новые грани - разумную целосо-образность, согласованность частей с целым, эстетически оформленные меры. Качественно изменится сама оптика воззрения на природу: спонтанное бессознательное саморазверты-вание ее сил уподобляет природу непосредственной искренности ребенка, в отношении которого взрослый человек побуждается быть охранителем; возродится в особой форме античное миропонимание в виде могучего эстетического разумного космизма.

Новый тип строения производства, общественных отношений и сознания приведет универсальную сущность человека в соответствие с его существованием, ранее ограниченным как орудийным фондом, так и ставшей узкой стоимостной формой.

Механизм овещнения способствовал, ко-

нечно, объективному пониманию общественных отношений с издержками превратного характера - грубым фетишизмом меновых отношений, редукцией ценностных ориентаций к установке на всеобщую полезность. Все физические и духовные свойства человека выступают «лишь в качестве носителя этой системы всеобщей полезности, и нет ничего такого, что вне этого круга общественного производства и обмена выступало бы как нечто само по себе более высокое, как правомерное само по себе. <...> Только при капитализме природа становится лишь предметом для человека, всего лишь полезной вещью; <...> теоретическое познание ее собственных законов само выступает лишь как хитрость, имеющая целью подчинить природу человеческим потребностям, будь то в качестве предметов потребления или в качестве 11

средств производства»11.

Но, чтобы овладеть общественными отношениями и осознать их объективно, люди должны были противопоставить их себе как нечто внешнее, независимое и самостоятельное. И с точки зрения исторической, отмечал Маркс, превращение человеческих отношений в вещные отношения является «необходимым этапом»18. Несомненно, замечает Маркс, «эту вещную связь следует предпочесть отсутствию всякой связи <...> или же наличию всего лишь локальной связи, основанной на самом тесном кровном родстве или же на отношениях господства и подчинения. Столь же несомненно и то, что индивиды не могут подчинить себе свои собственные общественные связи, пока они эти связи не создали. Но нелепо понимать эту всего лишь вещную связь как естественную, неотделимую от природы индивидуальности (в противоположность рефлектированному знанию и воле) и имманентную ей. Эта связь

- продукт индивидов, она - исторический продукт. <...> Отчужденность и самостоятельность, в которой эта связь еще существует по отношению к индивидам, доказывает лишь то, что люди еще находятся в процессе созидания условий своей социальной жизни, а не живут уже социальной жизнью. <...> Универсально развитые индивиды, общественные отношения которых, будучи их собственными коллективными отношениями, также и подчинены их собственному коллективному контролю, являются продуктом не природы, а истории. Та степень и

та универсальность развития потенций, при которых становится возможной эта индивидуальность, имеют своей предпосылкой как раз производство на основе меновых стоимостей, которые вместе со всеобщим отчуждением индивида от себя и от других впервые создают также всеобщность и всесторонность его отношений и способностей. На более ранних ступенях развития отдельный индивид выступает более полным именно потому, что он еще не выработал всю полноту своих отношений и не противопоставил их себе в качестве независимых от него общественных сил и отношений. Так же как смешно тосковать по этой первоначальной полноте индивида, так же смешно верить в необходимость остановиться на нынешней полной опустошенности»19.

Такую опустошенность галлюциногенный Голливуд ныне восполняет виртуальной романтической компенсацией. Такие компенсации будут, выражаясь словами Маркса, «сопровождать буржуазный взгляд вплоть до его блаженной кончины». Социализм (от термина «социальное») и призван утвердить условия, при которых люди «живут социальной жизнью» (К. Маркс), т. е. реально признают равноценность достоинства друг друга и на основе такого признания становятся солидарными в созидании социальной связи - взаимно дополняют и обогащают друг друга своими дарованиями и способностями, творят формы общения, просторные для самодеятельности и самоосуществления своих продуктивно-творческих сил.

Как паровой двигатель и железные дороги смели феодализм с его привилегиями с исторической арены, точно так же наукоемкие автоматизированные комплексы в сфере производства, требующие работников с научным мышлением, отправят капитализм в архив истории и утвердят антропогенное общество культурной самодеятельности. Современный капитализм с его мотивацией «максимум прибыли, минимум совести» находится в полукоматозном состоянии потому, что использует универсальные возможности человека не по назначению. Субъектность, субъектные качества личности станут императивом так же, как ныне прежде чем кем-то быть, надо вначале быть гражданином того или иного государства. Престижность закрепится за субъектными качествами человека, который, обогащая себя культурно, обогащает тем самым и других.

XXI век являет собой переход от объективного типа к субъектному типу строения социальности, от буржуазной техногенной цивилизации к новой исторической постэ-кономической ступени - культуре согласно схеме «дикость - варварство - цивилизация -культура». Культурное воспроизводство новых поколений станет первичным, а производство средств жизни вторичным. Люди вернутся к себе самим, возьмут под свой контроль стихию общественного развития, чтобы культивировать свою универсальную человеческую природу. Креативная культурная антропология станет тем ферментом, который качественно преобразит миропонимание и природы, и социальной связи. Лучше всего суть этой антропологии заключена в суждении Маркса: «На самом деле, если отбросить ограниченную буржуазную форму, чем иным является богатство, как не универсальностью потребностей, способностей, средств потребления, производительных сил и т. д. индивидов, созданной универсальным обменом? <.> Чем иным является богатство, как не абсолютным выявлением творческих дарований человека, без каких-либо других предпосылок, кроме предшествующего исторического развития, делающего самоцелью эту целостность развития, т. е. развития всех человеческих сил как таковых, безотносительно к какому бы то ни было заранее установленному масштабу. Человек здесь не воспроизводит себя в какой-либо одной только определенности, а производит себя во всей своей целостности, он не стремится оставаться чем-то окончательно установившимся, а находится в абсолютном движении становления»20.

Три типа строения социальности выделил К. Маркс на основании различных форм общения:

«отношения личной зависимости» (до-буржуазные формы общества);

«личная независимость, основанная на вещной зависимости» (буржуазная социальность), при которой образуется «система всеобщего обмена веществ, универсальных отношений, всесторонних потребностей и универсальных потенций»;

«свободная индивидуальность, основанная на универсальном развитии индивидов и на превращении их коллективной, общественной производительности в их общественное достояние» - такова третья ступень. «Вторая ступень создает условия для третьей»21.

Поэтапное утверждение универсального строения производства, общественных отношений и сознания будет сопровождаться утверждением интегрального социального мышления, синтезом логических и ценностных структур в такое духовное новообразование, в составе которого ценностный компонент будет направлять логику мышления, а эталоны культуры - технику жизни и технологии производства. Нравственность обретет свой должный фундаментальный статус.

Интегральный разум, соединяющий в себе измерения истины, добра и красоты, утвердится на качественно иной основе - не на материальном производстве средств жизни, как рациональность ХУШ-ХХ веков, а на культурном производстве целостных индивидов. Такой разум наполнится гибкими, культурно емкими, одухотворенными метафорами и аналогиями, позволяющими прозревать и в природе новые грани, недоступные мышлению, сформированному на «инженерных» жестких аналогиях фабрично-заводского опыта.

Эвальд Васильевич Ильенков, автор классической теории идеального, в заключительной части своей книги писал: «Что же касается понятия «человек» в подлинном смысле слова, то его “определенность” заключается в отсутствии всякой заранее и навсегда закодированной в нем определенности. В универсальности. <...> Разумеется, будучи в принципе, в “сущности” универсальным, реальноэмпирически любой человек - не универсальное, а определенное (т. е. ”ограниченное”) существо. Человек есть там, где есть такая индивидуализированная универсальность, “оединиченная всеобщность”. Или “всеобщая индивидуальность”, личность, что одно и то же»22.

Задача, следовательно, состоит в приведении жизнеустройства людей в соответствие с универсальными возможностями каждого из них. Целостное развитие индивидуальности -таков ясный и понятный критерий эффективности и для экономики, и для всей системы образования - от детсада и школы до вуза. «Общество стало уже достаточно богатым, чтобы позволить себе развивать свою культуру не за счет превращения индивида в профессионально-ограниченного, “частичного” человека, а за счет максимально-полного развертывания всех возможностей, заложенных в нем природой»23. Таков императив нашего времени.

Примечания

1 См.: Степин, В. С. Становление научной теории : содержательные аспекты строения и генезиса теоретических знаний физики. Минск : Изд-во БГУ, 1976. 319 с.

2 Маркс, К. Экономические рукописи 1857— 1859 гг. // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. Т. 46.

Ч. 1. М., 1968. С. 387.

3 Энгельс - Эдуарду Бернштейну. 25, 31 янв. 1882 г. // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. М., 1968. Т. 35. С. 216.

4 Маркс, К. Капитал. Критика политической экономики. СПб. : Изд-во Н. П. Полякова. 1872. Т. 1. С. 17.

5 Маркс - Энгельсу. 25 марта 1868 г. // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. Т. 32. М., 1964. С. 45.

6 Косарева, Л. М. Предмет науки. М. : Наука, 1977. С. 138.

7 Маркс, К. Экономические рукописи 18571859 гг. // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. Т. 46.

Ч. 2. М., 1969. С. 449.

8 Кагарлицкий, Б. Ю. Марксизм : не рекомендовано для обучения. М. : Алгоритм : Эксмо, 2006. С. 15.

9 Маркс К. Экономические рукописи 18571859 годов. Ч. 1. С. 42.

10 Косарева, Л. М. Предмет науки. С. 61-62.

11 См.: Ильенков, Э. В. Что же такое личность? // С чего начинается личность. М. : Политиз-дат,1984. С. 325.

12 Маркс, К. Экономические рукописи 18571859 годов. Ч. 2. С. 387.

13 См.: Там же. С. 214.

14 Там же. С. 213-214.

15 Маркс, К. Капитал. Т. 3, кн. 3 // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. Т. 25. Ч. 2. М., 1962. С. 387.

16 Там же. С. 386-387.

17 Маркс, К. Экономические рукописи 18571859 гг. Ч. 1. С. 386-387.

18 См.: Маркс, К. Результаты непосредственного процесса производства // Маркс, К., Энгельс,Ф. Соч. Т. 49. М., 1974. С. 47.

19 Маркс К. Экономические рукописи 18571859 годов/ К. Маркс // Маркс, К., Энгельс, Ф. Соч. Т. 46. Ч. 1. М., 1968. С. 105.

20 Там же. С. 476.

21 Там же. С. 100-101.

22 Ильенков, Э. В. Об идолах и идеалах. М. : Политиздат, 1968. С. 290.

23 Там же. С. 291.