Новый профессиональный праздник и история становления воспитательного аппарата уголовно-исполнительной системы России

предписано нормативным документами, регламентирующими деятельность психологической службы, сообщать информацию о проблемах клиента.

5. Разграничение личных и профессиональных отношений требует от психолога не допускать интегрирования личного отношения к клиенту в процесс консультационной работы.

Таким образом, психологическое консультирование вновь назначенных руководителей подразделений территориальных органов внутренних дел — это основанная на этических принципах, многоступенчатая работа психолога по взаимодействию с руководителем с целью оказать эмоциональную, информационно-методическую поддержку при возникновении проблем в реализации управленческой деятельности, способствовать личностному и профессиональному росту руководителей посредством активизации социально-психологических ресурсов личности.

Литература

1. Об утверждении форм статистической отчетности: приказ МВД России от 16 июля 2002 г. № 679 (ред. от 06.08.2009).

2. О морально-психологическом обеспечении оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел Российской Федерации: приказ МВД России от 11 декабря 2010 г. № 80.

3. Авраменко Н.Н. Психологическое консультирование как средство личностного развития практических психологов в процессе их профессиональной подготовки: дис. ... канд. психол. наук. — Калуга, 2003.

4. Алешина Ю.Е. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. — М.: Редакционно-издательский центр Консорциума «Социальное здоровье России», 1993.

5. Кочюнас Р. Основы психологического консультирования. — М.: Академический проект, 1999.

6. Лямзин М.А. Применение коучинговой технологии в подготовке специалистов // Материалы межвуз. науч.-практ. конф. — М.: Академия управления МВД России, 2010.

7. Мальцева Т.В. Психологическое консультирование курсантов и слушателей высших образовательных учреждений МВД России в ситуациях внутриличностных конфликтов профессионального становления: дис. ... канд. психол. наук. — М., 2004.

8. Реуцкая И.Е. Психологическое консультирование руководителей органов внутренних дел при затруднении в профессиональном росте личности: дис. ... канд. психол. наук. — М., 2005.

9. Шостром Э. Терапевтическая психология. Основы консультирования и психотерапии. — М.: Эксмо, 2002.

10. Gilliland В.Е, James R.K., Bowman J.T. Theories and Strategies in Counseling and Psychotherapy. 2nd Ed. Englewood Cliffs. — N.J.: Prentice-Hall, 1989.

НОВЫЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК И ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО АППАРАТА УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ

Ю. А. Реент

Аннотация: в статье анализируются события, содержание которых возможно принять в качестве точки отсчета формирования воспитательного аппарата отечественной уголовно-исполнительной системы, даются критические оценки некоторых положений, использованных при учреждении Дня работника воспитательной службы УИС.

Ключевые слова: история уголовно-исполнительной системы России, воспитательный аппарат, пенитенциарная система, День работника воспитательной службы УИС.

Summary: the article analyzes the events, the content of which it is possible to take as a starting point in the formation of the educational unit of the domestic criminal-executive system, given the critical assessment of some of the provisions used during the establishment of the Day of the worker of the educational service of the penitentiary system.

Keywords: history of the Russian penal system, educational unit, penal system, the Day of the educational service of penal system.

В широком арсенале средств борьбы с преступностью далеко не последнее место занимает воспитательное и психолого-педагогическое воздействие как на лиц, склонных к нарушению права, так и на преступников, содержащихся в местах лишения свободы. Сам термин «пенитенциарная система»,

произошедший от латинского слова poenitentia, то есть раскаяние, означает совокупность мер и учреждений, нацеленных на исполнение карательных функций наряду с осуществлением профилактики рецидива преступлений. Значимость данной проблемы усиливается в условиях реформирования Федеральной службы исполнения наказаний и предстоящего перехода от системы колоний к системе тюремных учреждений. По этому поводу заместитель министра образования и науки России С.В. Иванец, в частности, заметил, что «на сотрудников воспитательных аппаратов ложится особая миссия — поиск и внедрение наиболее эффективных форм воздействия на осужденных, с целью их возвращения в общество законопослушными гражданами... Вы призваны возвращать заблудшим представление о морали и гуманистических ценностях, отчаявшимся — веру в добро и справедливость» [1].

В начале весны этого года стало известно о решении учредить новый профессиональный праздник для сотрудников воспитательного аппарата УИС, что само по себе дело полезное. Очевидно, для его хронологической привязки необходимо было выбрать какое-то значимое событие в этой сфере деятельности. В среде ученых и практиков только начало зарождаться обсуждение данного вопроса, как стало известно, что решение уже принято.

Приказом ФСИН России от 24 мая 2012 г. № 286 объявлен новый профессиональный праздник—День работника воспитательной службы уголовно-исполнительной системы, который будет отмечаться ежегодно 14 июня. Эта дата в праздничном календаре ФСИН России выбрана на основании того, что 14 июня 1957 года приказом Министерства внутренних дел СССР № 0375 «О состоянии и мерах улучшения трудового использования, размещения и режима содержания заключенных в исправительно-трудовых учреждениях» было утверждено Временное положение о правах и обязанностях начальника отряда — подразделения, которое, как предполагается, и стало нормативной основой функционирования воспитательной службы в местах лишения свободы.Приказы, как известно, не обсуждают. Приказали — значит, будем праздновать. Смущают только несколько моментов. Во-первых, ну почему бы не пригласить для обсуждения проблемы лиц, давно исследующих историю тюремной системы? Причем, не только из числа сотрудников ФСИН. Если дорого собирать их на совещание в Москве, то можно организовать видеоконференцию, использовать возможности интернет-скайпа. Если учесть, что 2012 год Указом Президента страны назван Годом российской истории[2], то мероприятие вполне уместное! Но нет, живое обсуждение так не состоялось.

Во-вторых, отчего-то разработчики по старой привычке обратились только к имеющемуся советскому опыту, к тому же—лишь к послевоенному. Неужели до той поры никакой достойной внимания воспитательной работы в отечественной пенитенциарной системе не проводилось? На этот вопрос постараемся от-

ветить ниже, а пока хотя бы вскользь оценим документ, послуживший основанием для определения даты нового профессионального праздника.

Напомним, что в приказе МВД СССР от 14 июня 1957 года № 0375 в основном-то речь шла «о состоянии и мерах улучшения трудового использования, размещения и режима содержания заключенных в исправительно-трудовых учреждениях». Временное положение о правах и обязанностях начальника отряда, заявленное в приложении к приказу, было, во-первых, именно временным, а во-вторых, свидетельствовало о начале перехода советской исправительно-трудовой системы к отрядной форме содержания заключенных в колониях. Приравнивать начальников отрядов к сотрудникам аппарата политико-воспитательной работы — чрезмерная натяжка! Да и отряд не был хронологически первой формой содержания заключенных. До этого существовали и бригады, и фаланги, и лагпункты..., и везде в той или иной форме политико-воспитательная и культурно-массовая работа проводилась достаточно активно. Так почему все же остановили свой выбор на этапе создания отрядной системы? — хоть стреляйте, но понять сложно!

Тем не менее, сегодня периодом становления воспитательной работы со спецконтингентом предлагается считать вторую половину XX века. Эта позиция вызывает сомнение, поскольку воспитательное, пенитенциарное воздействие в тюремных учреждениях осуществлялось задолго до двух революций 1917 года. Надеюсь, что в обществе имеется интерес к фактам существования более ранних прецедентов.

Обращение к общепринятым стереотипам наталкивает на мысль о том, что в тюрьмах Российской Империи не осуществлялась воспитательная работа с осужденными. На самом деле такое представление верно лишь отчасти. Значимые шаги в данном направлении были сделаны уже во второй половине XVIII века. Одним из первых законов, содержащих указание на необходимость создания принудительных воспитательных заведений и предпринявших попытку регламентировать режим содержания в них лиц, совершавших противоправные деяния, явился документ под названием «Учреждения об управлении губерниями» от 7 ноября 1775 года. В соответствии с его ст. 390-391, в каждой губернии создавались Приказы общественного призрения — первые в России государственные учреждения с социальными функциями, которые должны были уделять особое внимание создаваемым принудительно-воспитательным заведениям — работным и смирительным домам. Как отмечали исследователи, «в Доме проводилось обучение призреваемых по выбранной специальности. Внутренний режим в Доме довольно строг, но главным средством к его поддержанию служит скорее убеждение, чем наказание» [3].

В 1819 г. в России было создано Общество попечительное о тюрьмах, в обязанности которого, среди прочего, входило «нравственное исправление преступников». Следует отметить, что в дореволюционной России произошло становление русского тюрьмоведения или пенитенциарии, главными представителями которых считаются И.Я. Фой-ницкий, Н.В. Муравьев, А.В. Пассек, Д. Тальберг, Н.М. Ядринцев, В.Н. Никитин,

А.А. Пионтковский и др. В своих трудах они стремились соединить учение о наказании с практикой деятельности мест заключения, разработать принципы такой деятельности, направить ее в русло исправительно-воспитательного воздействия на лиц, отбывающих наказание.

Можно утверждать, что специализированных воспитательных аппаратов в местах лишения свободы еще не существовало. Однако не следует упускать из виду следующий нюанс: в 1910 г. в составе Главного тюремного управления была создана Особая часть по заведованию исправительно-воспитательными заведениями для несовершеннолетних и делам патронажа над освобожденными из мест заключения. 1 марта 1915 г. ее преобразовали в 9-е делопроизводство ГТУ. Логично было бы предположить, что если существовали исправительно-воспитательные заведения, то имелся и некий административный аппарат, который организовывал эту воспитательную работу. «Общая тюремная инструкция» 1915 года определила, что «духовно-нравственное воздействие на арестантов имеет своим назначением внушение им правильных понятий о религии и общих гражданских обязанностях, требующих... почитания соответствующих законов и властей». Странно было бы думать, что говоря о таком воздействии, не предусматривались бы конкретные должностные лица, осуществлявшие их.

Ныне этот «дореволюционный опыт» забыт. За точку отсчета воспитательной деятельности в отечественных местах лишения свободы предлагалось выбрать Положение об общих местах заключения РСФСР, утвержденное по-

становлением Народного Комиссариата Юстиции 15 ноября 1920 года. Действительно, оно ввело в оборот понятие нового средства воспитательного воздействия — «учебно-воспитательное дело», составной частью которого стала культурно-просветительная работа. Реализация его целиком была возложена на администрацию мест заключения.

Мы можем встретить отзывы, что по сравнению с ранее действующими нормативными актами Положение 1920 года детализировало организацию и проведение учебно-воспитательной работы среди заключенных, четко определив субъекты этого процесса. В документе были названы основные функции воспитателя, на которого возлагалось изучение личности заключенных, взаимоотношение в их среде, поведения на производстве и в свободное от работ время. Но, по большому счету, все это существовало и ранее. Действительной новацией в рамках рассматриваемого нормативного акта явилось учреждение в местах лишения свободы Наркомю-ста РСФСР должностей заведующего учебно-воспитательной частью [4].

И все же уточним. Идеологические установки первых лет существования советского государства предусматривали решение задачи по превращению тюрем в своеобразные воспитательные учреждения. Поскольку это требовало профессионального подхода, Декретом СНК РСФСР от 30 июня 1920 г. вся культурно-просветительная работа в тюремных учреждениях возлагалась на Народный комиссариат просвещения1. Де-

1 Постановлением СНК РСФСР от 3 апреля 1922 г. организация культурно-просветительной деятельности в местах лишения свободы была возвращена в НКЮ, но согласование отдельных вопросов с Наркомпросом осталось обязательным.

тализация этой деятельности уже содержалась в Положении НКЮ от 15 ноября 1920 г. «Об общих местах заключения РСФСР». Отметим, что последний документ регламентировал условия содержания лишь тех лиц, которые состояли под следствием или судом. Представляется важным, что в качестве основного элемента воспитательного воздействия выступало привлечение к коллективному труду.

Впоследствии было принято немало основополагающих нормативно-правовых актов, регламентировавших формы и методы воспитательной работы с заключенными. Особую роль сыграл Исправительно-трудовой кодекс РСФСР 1924 г., определивший цели, задачи и характер культурно-просветительной работы. Инструкция по учебно-воспитательной работе в местах заключения РСФСР от 21 ноября 1924 г. добавила к этому правовой статус работников учебно-воспитательной части, организационные формы и средства воспитательного воздействия на заключенных.

Можно продолжить и далее перечисление законов и подзаконных актов, актуальных для рассматриваемой проблемы, но в рамках данной статьи не ставится задача выяснить, какое же из событий более других достойно стать датой для нового профессионального праздника. Напомним, что точка в этом вопросе уже поставлена. Хочется выразить сожаление по поводу того, с какой скоротечностью было принято решение. С одной стороны ясно, что приказы не обсуждаются. Но с другой стороны, подобные решения должны быть очевидны каждому.

Например, современная молодежь не может понять, почему точкой отсчета

для празднования Дня защитника Отечества (ранее — День Вооруженных сил и военно-морского флота) стало 23 февраля 1917 г. Известно, что в тот день Красная армия впервые остановила наступление германских войск, но закончилось все поражением и неприятным для России сепаратным Брестским миром. Что, это наиболее знаменательная дата в русской военной истории? Вопрос риторический.

Или еще пример, праздник сотрудников органов внутренних дел. Возник он как следствие подписания В.И. Лениным 10 ноября 1917 г. Постановления «О рабочей милиции». Сомнительность ситуации даже не в том, что милиции уже не существует, а в том, что указанный документ предполагал создание общественной организации типа народных дружин. Профессиональные органы охраны общественного порядка советского государства были созданы летом 1918 г., а народная милиция Временного правительства еще раньше — в феврале 1917 г. Милиция, как народное ополчение, упоминалось и в Отечественной войне 1812 г., и во время Ливонской войны при Иване Грозном.

Скажем прямо, что образование в 1879 г. Главного тюремного управления при МВД Российской империи совсем еще не должно свидетельствовать о том, что одновременно появилась и тюремная система России. Ее история гораздо более древняя [5]. И каким-либо приказом или постановлением заставить людей забыть об этом невозможно. Но если в вышеперечисленных примерах необходимо делать скидку на сложившиеся социально-политические обстоятельства, то в случае с учреждением Дня работника воспитательной службы УИС более уместно говорить об историко-правовой некомпетентности и неоправданной спешке.

Литература

1. Сотрудники подразделений воспитательной работы с осужденными принимают поздравления с профессиональным праздником. Интернет-ресурс от 14.06.2012 г.: Ь|Ир://фсин.рфАет№у/ PriiTiorsky/news/detail.php?ELEMENTJD=40775.

2. Указ Президента РФ от 9 января 2012 г. № 49 «О проведении в Российской Федерации Года российской истории».

3. Костина ЕЮ. Работные дома и дома трудолюбия // История социальной работы. Интернет-ресурс: http://yourlib.net/content/view/272/15. 18.04.2012 г.

4. СУ РСФСР. 1921. № 23-24. Ст. 141.

5. Реент Ю.А. Тюремная система России: так сколько ей лет? // Гуманитарно-пенитенциарный вестник. Вып. 2. Рязань: Академия ФСИН России, 2007. С. 5-16.