Пермь о некоторых особенностях числительных в прикамском письменном памятнике XVIII в

H. В. Чугаев

Средняя школа № 32, Пермь

О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ЧИСЛИТЕЛЬНЫХ В ПРИКАМСКОМ ПИСЬМЕННОМ ПАМЯТНИКЕ XVIII В.

I. Введение

Имя числительное, в силу своей специфичности, находится на периферии исследовательского интереса. В литературе встречается гораздо меньше работ, специально посвященных числительным, по сравнению с работами, например, по субстантивной или адъективной тематике. Особенно актуально рассмотрение функционирования числительных в русском языке XVIII в., когда, согласно М. Н. Приемышевой, «счетные слова получили статус части речи» [Приемышева 2012: 198]. Материалом настоящей работы является рукописная (скорописная) книга XVIII в. — «Столп приходной денежной казны пыскорской заводской канторы 1741 году» (Государственный архив Пермского края (ГАПК), ф. 180, оп.1, ед.хр.26, далее — «Столп»). Основная цель работы — осветить и, насколько это возможно, истолковать некоторые особенности строения и функционирования числительных в этом памятнике делового языка.

«Столп» был создан в 1740-1741 гг. и состоит из документов разных жанров и разного авторства: доношений с росписями, промеморий, указов и т. д. Объем собственно «Столпа» составляет 112 листов с оборотами, еще 29 листов с оборотами занимает «Краткая опись» документов, содержащихся в «Столпе». Основная тематика документов — приход (поступление) денег в денежную казну Пыскорского медеплавильного завода (с. Пыскор ныне находится в Усольском р-не Пермского края). Именно финансовая тематика определила активное использование в текстах разнообразных числительных.

Из последних работ, посвященных функционированию русских числительных, следует отметить диссертационное исследование И. Н. Дьячковой [Дьячкова 2009], источниковой базой которого, впрочем, являются печатные, а не рукописные, документы

XVIII в. О. Ф. Жолобов рассматривает вопросы этимологии, происхождения, а также частеречной принадлежности числительных [Жолобов 2001]. С. В. Полякова, изучая методы исследования современных числительных, затрагивает и проблемы их истории, приходя к выводу, что «колебания в склонении числительных наблюдаются уже более ста лет» [Полякова 2009]. Работа М. Н. При-емышевой посвящена функционированию числительных в XVIII в. по материалам картотеки «Словаря русского языка XVIII в.» [Приемышева 2012]. Ценным материалом для сопоставления стала работа Е. А. Галинской, посвященная склонению числительных во псковских деловых документах первой половины XVII в. [Галинская 2011]. Кроме того, данные по истории числительных содержатся в работах, в целом посвященных грамматике письменных памятников, например, Ш. А. Амади [Амади 2008], Ю. В. Биктими-ровой [Биктимирова 2012], В. С. Мордвинцевой [Мордвинцева 2005]. В качестве важных материалов для сопоставления использовались фундаментальный труд В. В. Виноградова «Русский язык» [Виноградов 1947], а также «Словарь русского языка XI-XVП вв.» и «Словарь русского языка XVIII в.». Числительные в настоящей ра -боте классифицировались в соответствии с пониманием В. В. Виноградова [Виноградов 1947: 306-308], грамматические конструкции, в которые входят числительные, а также соответствующие термины: сингулярный, дуальный, малый, большой кванти-татив, малое и большое числительное, — используются в понимании О. Ф. Жолобова [Жолобов 2001: 102].

Следует определить аспекты, в которых будут исследоваться числительные в настоящей работе.

В первую очередь представляется необходимым представить инвентарь числительных, встречающийся в «Столпе» (раздел 2). В разделе 3 рассматриваются фонетико-орфографичекские особенности различных разрядов числительных, встречающиеся варианты форм сопоставляются в количественном и качественном отношении. Раздел 4 посвящен передаче в «Столпе» дробных чисел. В разделе 5 изучается синтаксическая дистрибуция числи-

1 Следует заметить, что заявленный Е. А. Галинской материал (отдельные и отказные книги, челобитные) отражают специфику общерусского делового языка не в меньшей степени, чем диалектные особенности памятников

тельных, встречающихся в памятнике. Раздел 6 подводит основные итоги исследования.

2. Описание представленных в «Столпе» числительных

2.1. Группировка числительных

Рассматриваемый инвентарь числительных предпочтительно разбить на группы. Выделяемые классы числительных в целом соответствуют современной грамматической системе, описанной В. В. Виноградовым в работе «Русский язык: грамматическое учение о слове» [Виноградов 1947: 306-308]. Среди количественных числительных можно выделить единицы до пяти (малые числительные), числительные от пяти до десяти и примыкающие к ним слова двадцать и тридцать, числительные от 11 до 19, десятки больше сорока, сотни, а также слова субстантивного склонения сорок, девяносто, тысяча (тысяща). В качестве отдельных групп рассматриваются порядковые и дробные числительные (собирательные числительные в памятнике не встречается; слово оба, получающее у разных авторов неоднозначную частеречную характеристику [Там же: 292; Жолобов 2001: 103-105] в работе не рассматривается). Наконец, в памятнике имеется небольшое количество слов других частей речи, образованных от числительных.

В связи с большим количеством вариантов при рассмотрении грамматических явлений изолированные числительные приводятся в современной орфографии, если это не имеет принципиального значения для рассматриваемого примера (например, безразличность к признаку твердость-мягкость у выносных букв, например, дватцат). Варианты слов с корнем восемь- (осьм-), а также другие фонетико-орфографические особенности числительных оговариваются особо. Примеры из текстов приводятся с сохранением орфографии XVIII в.: сохраняются буквы 5, /, ю, п>, г, 9, отмечаются выносные буквы и разбиение на строки.

2.2. Малые числительные

Малые числительные представлены довольно полно. Слово один (одна, средний род не зафиксирован), имеет формы Р. п. (одного, одной), Д. п. (одному), В. п. (одного/один/одну), П. п. (од-

ном)2 с предлогами за, на, по, с и без предлога. Слово два (две) имеет формы Им. п., В. п. и Р. п., причем архаичная форма дву употребляется наравне с формой двух. Характерно, что в одном случае форма дву употребляется в значении Д. п.: дву лошадям [Л. 51об.]3. 82 раза употребляется форма две, 15 раз — двт (притом, что в композитных числительных с две- употребляется только е). Фиксируется Р. п. у числительных три, четыре: трех, четырех, и Д. п. — только в форме четырем. У слов больше четырех наблюдаются общие формы Им. п.-В. п. и остальных косвенных падежей (кроме Тв. п.): пять — пяти, шесть — шести (наряду с редко встречающейся шти), семь — семи, восемь — восми (наряду с формой осми), девять — девяти, десять — десяти. В памятнике не зафиксированы испытывающие наибольшие колебания формы Тв. п. числительных группы единиц.

2.3. Числительные на -дцать и -надцать

Сходные падежные формы с теми же окончаниями (нулевое для Им. п. и окончание -и для косвенных, Р. п. и Д. п.) обнаруживаются у числительных с формантами -дцать и -надцать: одиннадцати, двенадцати, двадцати, тридцати. Следует отметить орфографическую вариативность числительных этой группы: формант -дцать (-надцать) в Им. п. имеет вид тцать, тцат, тцеть, тцет, а в косвенных падежах тцати, тцети (первая т во всех случаях также может быть выносной). Колебания в написаниях согласных представляют собой отражение на письме оглушения д в форманте -дцать (-надцать), а вариантные написания гласных возникают как отражение редукции в безударной позиции. Творительный падеж в документах не встречается.

3. Фонетико-орфграфические особенности разных разрядов

числительных

3.1. Слова с корнем (в)ос(ь)м-

Следует отметить высокую вариантность слов с корнем (в)ос(е)м- по наличию и отсутствию протетической в-, а также по

2 В скобках указываются формы, которые встретились в памятнике (мужского, женского рода, или обоих);

3 Здесь и далее при ссылке на «Столп» указывается только номер

листа.

наличию и отсутствию гласных после букв с и м. Представленные ниже таблицы дают представление о соотношении различных вариантов простых числительных и первых частей композитов:

Таблица 1. Соотношение числительных с корнем вос(е)м-

с во ми- восми- восьми- восем(ь)- м восе - восемь- с во мна- восмна-

Единицы 38 10 24 31 32

+дцать 7 11

+десят 22 3 1 46 22 6

В Таблицу 1 не включено порядковое числительное восьмой, встретившееся в текстах один раз. Как следует из Таблицы, числительные восемь и восемьдесят могут иметь гласный между с и м, а могут не иметь, тогда как слово восмнадцать его никогда не имеет. Формы восемь лишь немного уступают формам восемь, а формы восемдесят почти на порядок превосходят формы восемьдесят. Представляется, что в данном случае отражается зафиксированное современными пермскими говорами отвердение губных согласных в конечной позиции [Полякова и др. 1998: 85]. Впрочем, отвердение конечного губного сонанта отмечается исследователями как общая тенденция как в современном литературном языке [Алентаева 1999: 42; Богданова 2001: 141], так и в севернорусских [РД 1990: 23, 27], южнорусских [Там же : 45] и некоторых среднерусских [Там же: 32] говорах. При этом именно формы с начальным в- являются более распространенными при обозначении чисел 8 и 80: соотношение этих форм и числительных на о- 135:1 и 100:1. В то же время формы восмнадцать и осмнадцать являются конкурирующими. Они соотносятся как 18:13. Числительное осьмина существует в памятниках в форме осмина и осмина и не имеет аналогов с протетическим в-.

Таблица 2. Соотношение числительных с корнем осм(и)-

с о ми- осми- с о мна- осмна- осьмна-

ед. 1

+дцать 3 9 1

+десят 1

+ина 4

В Таблицу 2 не включено слово осъ\мина, расположенное на двух соседних строчках, а также встретившееся три раза порядковое числительное осмой (все три — в контексте на осмои странице [Л. 93; Л. 96; Л. 101]). Варианты на о-, как следует из Таблицы, являются немногочисленными.

3.2. Особенности сложных числительных

Написание шеснатцать отражает выпадение смычного т между с и н. Такое написание встречается 18 раз против встретившегося 8 раз написания с т: шестна-. Слова пятнадцать и семнадцать последовательно пишется без ь перед н (впрочем, ъ, встречающийся два раза в написании слова четырънатцать, в названных числительных также отсутствует).

Большая степень вариативности, отражающая специфику переходного периода, наблюдается у числительных больше сорока. Формы косвенных падежей (кроме Тв. п.) имеют параллельные формы.

По первой, господствующей модели, усвоенной и современным языком, склоняются обе части сложного числительного: пятидесяти / шестидесяти / семидесяти / восьмидесяти.

По второй модели склоняется только первая часть, а вторая — стоит в форме Р. п.: пятидесят; шестидесят (штидесят); семидесят; восьмидесят (осмидесят). Соотношение моделей представлено в Таблице 3:

Таблица3. Соотношение словоизменительных моделей числительных от пятидесяти до восьмидесяти

пятьдесят шестьдесят семьдесят восемьдесят всего

1-ая модель (пятидесяти) 48 10 15 18 47

2-ая модель (пятидесят) 21 18 4 7

Первая часть у числительных этой группы имеет следующие орфографические варианты. В слове пятьдесят один раз встречается отражение редукции гласного в первом слоге (в отличие от лексемы пятнадцать, всегда пишущейся с я): петдесят, три раза озвончение конечной т элемента пят- (при этом буква д выносится над строчкой): пя десят. В слове шестьдесят наблю-

дается выпадение т между с и д и последующее озвончение с: шесдесят, шездесят (в последнем случае з (или 8) 27 раз стоит в строчке, но три раза также выносится). Два раза первая часть принимает форму шти-. У числительного семьдесят однажды встречается форма с устаревшей первой частью седмьдесят. Следует отметить тот факт, что в несвязанном виде лексемы седмь и шти в документе не встретились.

Перед вторым элементом -десят часто наблюдается выпадение ь: сосуществуют формы пятьдесят /пятдесят /пятдесят (17:43:19)4; семьдесят/семдесят/семдесят (7:35:20); восемьдесят /восемдесят/восемдесят (7:45:19). Числительное шестьдесят с сохранением т встретилось только в формах шестьдесят и шестдесят (6:1).

Следует сказать о второй, управляемой части таких слов. В основном она имеет на конце либо ъ (пятьдесятъ, пятиде-сятъ, семдесятъ), либо выносную т (пятдесят, семдесят, вось-мидесят), безразличную к признаку твердости-мягкости, но в тринадцати случаях на конце встречается ь: шестьдесять, семде-сять, восемьдесять, осмидесять.

Любопытно также, что формы штидесятъ /осмидесятъ с первой частью, не соответствующей современной норме, и во второй части имеют не сохранившуюся до наших дней модель.

Числительные для обозначения сотен представлены простой лексемой сто и композитными двести / двусот; триста / трехсот; четыреста/четырехсот; пятьсот/пятисот; шестьсот/шестисот. Формы этих числительных идентичны современным во всех отношениях, кроме раздельности написания: формы косвенных падежей часто сохраняют раздельное написание составных частей композита (подробнее см. ниже).

3.3. Раздельные написания сложных числительных

В памятнике встречаются раздельные написания сложных числительных. Чаще всего встретились раздельные написания в группе сотен, причем чаще всего в косвенных падежах: дву сот (3 раза), трех сот, четырех сот, пяти сот. В единственном случае употребления формы шести\сот ее части находятся на раз-

4 В скобках здесь и далее указано соотношение количества встре -тившихся форм.

ных строчках. Эти формы нигде в памятнике не пишутся слитно. В именительном падеже встречается 10 слитных написаний двести и 6 триста против единожды встретившихся раздельных две сти, три ста, четыре ста, пять соть (в еще двух случаях слово две|сти помещается на двух разных строчках).

В группе числительных больше сорока значительно меньше раздельных написаний. Все они встречаются в косвенном падеже и почти все относятся ко второй модели (на -десять): шести де-сять(3), пяти десять, восми десять, восми десяти (2), семи десяти. Кроме того, встретилось 14 числительных, у которых вторая часть \десят(и) была перенесена на другую строчку. Для сравнения, количество слитных написаний для числительных того же класса (первая цифра указывает И. п.-В. п., вторая — косвенные падежи): для «пятьдесят»5 82 и 29; для «шестьдесят» — 40 и 22; для «семьдесят» — 60 и 17; для «восемьдесят» — 69 и 21.

В группе числительных меньше двадцати не встретилось раздельных написаний. Приведенные выше факты могут свидетельствовать о том, что в рассматриваемом памятнике процесс универбации композитных числительных не достиг еще своего финала. В меньшей степени универбация коснулась косвенных падежей, чему, очевидно, способствовало присоединение второй части по типу управления (дву сот, пяти десят). Впрочем, и слитное написание составных числительных не обязательно свидетельствовало бы о грамматическом единстве, так как по правилам орфографии рассматриваемого периода слитные написания грамматически независимых слов широко распространены (предлоги и союзы с существительными, написания вроде дветысячи, где очевиден независимый характер числительных).

3.4. Особенности числительных сорок, девяносто, тысяча

Особняком в отношении склонения стоят слова сорок, девяносто, тысяча, имеющие субстантивное происхождение, на что указывает, например, Э. А. Балалыкина [Балалыкина 2008: 147], а также ряд этимологических словарей [ИЭССРЯ, 1: 236; 2: 189, 204; Преображенский 1910-1914, 1: 176-177; 2: 359; Фасмер 2003, 1: 492-493; 3: 722-723, 762-763; ЭССЯ 4: 220]. Впрочем,

5 При расчете данные по всем орфографическим вариантам сум -мируются.

существуют разногласия в вопросах происхождения отдельных слов. А. Г. Преображенский считает более предпочтительной версию о происхождении слова сорок из греч. ааракхжга [Преображенский 1910-1914, 2: 359]. М. Фасмер допускает для лексемы сорок альтернативное тюркское происхождение [Фасмер 2002, 3: 723].

Вне зависимости от этимологии, все три лексемы имеют субстантивное склонение (что, в свою очередь, может косвенно свидетельствовать и о соответствующем происхождении). Лексема сорок, помимо современной обобщенной формы косвенного падежа сорока сохраняет архаическую форму Д. п. сороку. Сходным образом старые окончания сохраняет лексема девяносто. В П. п. с предлогом в она имеет форму в девяносте, в Д. п. с предлогами к и по форму к (по) девяносту. Слово сто употребляется только в двух падежах: И. п.-В. п. сто и Р. п. ста, поэтому судить о форме других косвенных падежей нет возможности.

Числительное, обозначающее число 1000, представлено двумя лексемами: исконно русской тысяча и книжно-славянской тысяща. Контексты, в которых встречаются оба варианта, свидетельствуют об их стилистической нейтральности:

(1) муки ржанои ценою подевяти сь половиною копеики пгдь две тысячи сто семдесять пять пгдь [Л. 52]

(2) Указ шоногож нача"ства оприемеж\ дентжнои казны семи тысячь\ рублевь [Л. 9об.]

(3) оэт оноI соли камско\ воевод\скаго правления ка"целярш насеи : 1741 Годь денежнои \ казны семи тысящь ргблевь еще непринято авпро\шлых годехь те деньги отонои ка"целярш прини\маны впыскарсктю заводскую ка"торг насодер\жание пыскрских4 заводов иртдников [Л. 75]

(4) велено втказную су"му насодержание пер\мских заводов денежнтю каsну принимать ютбывшеи \ соли камскои правинцыалнои ка"целярш Iот кунгуУског воевод\скои что ныне пермская правинцыаная канцелярия \ скаждои посеми тысещь ртблевь вгод [Л. 75]

(5) вsяmь ему петухову от це\ловалника якова юженинова тысяща ртблевь [Л. 75об.]

(6) отпущенно соли кО скои иска"целярш исказны | впомянгтгю впыскарскую заводскую ка"торг насо\держание пыскарскихъ заводовъ напринятые | три ве£щя денежнои каsъны таможенъныхъ | икабатцкихъ зборовъ семь тысещь ргблевъ втомъ I числе сребрянных Манетов две тысещи две сти три\тцеть девять ргблевъ медныхъ пятикопеешни\ковъ триста десять ргблевъ пяддесятъ копеекъ | медныхъ денежокъ иполгшекъ четыре тысящи | четыре ста пяддесятъргблевъ пяддесятъ копе\екъ [Л. 78]

Следует отметить, что формы на щ встречаются в документах из Соли Камской воеводской канцелярии, формы на ч — в документах, написанных в самой Пыскорской конторе.

Стилистически недифференцированное употребление разных по происхождению единиц определяет характерным для этого периода развития русского языка целый ряд исследователей. При рассмотрении этой ситуации отправной точкой будем считать прямо предшествующий период — XVII в., когда, согласно В. М. Живову, стилистическое применение языковых средств принципиально не таково, как в современный период [Живов 2004: 536]. В начале XVIII в. старая система переживает коренную перестройку, в результате которой возникает языковая ситуация, названная В. М. Живовым «петровским пулом»: «Та вариативность, которая ранее была упорядочена фрагментацией узуса по разным регистрам, теперь оказывается неупорядоченной в рамках единого не-фрагментированного узуса» [Там же: 541]. Согласно В. М. Живову, «стилистическая дифференциация появляется в результате распределении пришедших из старых регистров вариантов». Исходя из того, что процесс этот начинается в 1720-е гг. [Там же: 22], неудивительно, что в 1740-1741 гг., на периферии, куда столичные процессы доходят с определенным опозданием, лексемы тысяча и тысяща функционируют в стилистически нейтральных контекстах. А. А. Алексеев, в свою очередь, отмечает для того же периода влияние книжно-славянского языка на язык деловых документов: «В начале XVIII в. даже в актовой письменности по мере проникновения в нее новых тем и идей усиливается воздействие книжной, книжно-славянской, церковно-славянской языковой стихии» [Алексеев 2013: 188].

3.5. Особенности порядковых числительных В тексте встречаются порядковые числительные от первый до десятый. Собственно грамматических отличий от современных у этих форм не наблюдается. У порядковых числительных варьируют адъективные окончаний -аго / -ого, а у числительного восьмой также обнаруживаются варианты по наличию/отсутствию протетического в-. Помимо обычного употребления этого класса числительных в текстах также встречается сочетания в первые (сохранившееся в современном языке) [СлРЯ XI-XVII, 3: 81] и во вторые (в современном языке отсутствующее) [Там же: 166], фиксируемые в «Словаре русского языка XI-XVII вв.» в значении 'в первый раз, впервые' и 'вторично' соответственно:

(7) впыскорскую заводскую кантору обьявлено | впервые сего 741 году февраля 24 одинъ рубль | пятьдесятъ копеекъ вовторые апреля 4= | чиселъ четырнатцать рублевъ пятьдесятъ | копеекъ итого шеснатцать рублевъ [Л. 57].

Следует отметить, что употребление современного впервые отличается от употребления в памятнике XVIII в: сегодня мы бы сказали «в первый раз» или «в первой партии».

4. Существительные, используемые для обозначения дробных чисел

4.1. Основные лексемы для передачи дробных чисел Представляется необходимым здесь же рассмотреть также

образованные от числительных существительные для обозначения дробных чисел. Они представлены словами с формантами -ин: половина, шестина, осьмина и -ть: треть, четверть.

4.2. Сосуществование форм с половиною и с полу

Для обозначения половины предмета наряду с формами с половиною/с половиной активно используется словоформа с полу, со значением 'с половиной'. Представляется необходимым подробнее остановиться на соотношении этих конструкций и их грамматическом статусе.

Из 144 употреблений конструкций со словом половина три раза форма с половиною стоит в позиции после слова копеек, ко-

торое зависит от предыдущего числительного в форме Р. п., мн. ч., характерной для большого квантитатива:

(8) три рубли шестнатцать копеек \ споловиною [Л. 82об.]

(9) сем\десять девять копеекь споловиною [Там же]

(10) дватцать пять \ копеекь споловиною [Там же]

Все три случая, при этом, встречаются в одном документе. Еще в одном случае существительное копеекь также входит в формулу большого квантитатива, но форма с половиною стоит между целой частью и словом копеек:

(11) взыскать четыре рубли пятнатцеть сь половиною копеекь [Л. 54]

В двух случаях слово числительное, обозначающее целую часть согласуется со словом копейка, т. е. употребляется формула сингулярного квантитатива. При этом форма с половиною располагается внутри этого словосочетания:

(12) кумочка стекляная одна ценои одна споловиною копеика [Л. 11об]

и в формуле дуального квантитатива в косвенном падеже:

(13) росписки (...) павлт беляеву сего ¡юля 3 дня в пятидесяти одномь ртбле в девяносте в двт с половиною копеиках [Л. 80об.]

В этих шести случаях форма существительного, служащего для счета (копейки и фунты) синтаксически связана (с помощью разных типов связи — согласования и управления) не с формой с половиною, а с числительным, обозначающим целую часть, причем в 4 случаях вопреки тому, что форма с половиною непосредственно предшествует этому существительному. Можно сказать, что форма с половиною механически примыкает, присоединяется к числительному для целой части внутри грамматически автономной группы «числительное для целой части + существительное».

Однако такое взаимоотношение частей в составных числительных с дробной частью является исключением: в остальных 138 случаях слово с половиною(ой) стоит после целой части и

управляет существительным, которое ставится в Р. п., ед. ч. Например:

(14) семдесят пять с половиною копеики [Л. 2]

Числительное с полу выступает как своего рода краткая форма выражения с половиною (с половиной) и встречается всего 22 раза. 10 раз оно употреблено в постпозиции, примыкая к числительному, обозначающему целое количество и управляющему существительным по формуле большого квантитатива:

(15) о взыскании по семидесятъ копеек сполу [Л. 17об.]

Еще в одном случае с полу также стоит в постпозиции, а числительное управляет существительным по формуле малого квантитатива:

(16) два рубли тритцат четыре копеики сполу [Л. 104]

В 8 случаях с полу предшествует существительному, и во всех этих случаях управляет ею, как и вышеназванная форма с половиною:

(17) приняты днги девяносто девять сполу копеики [Л. 33об.]

В 7 случаях сполу пишется отдельно от слова копеики, в одном — слитно. Наконец, в трех случаях сполу воспринимается, по всей видимости, как первая часть сложного слова полукопейка, которою принимает окончания творительного падежа:

(18) взыскать пошлины дватцеть шесть сполу копеикою [Л. 74]

(19) ценою подесяти сполу копеикою пуд [Л. 88]

(20) ценою подвенатцети сполу копеикои пуд [Там же]

Такая конструкция широко представлена в русской письменности XVI-XVIII в., однако в «Столпе» встречается редко. Наконец, в одном случае с полу было вставлено позже, при проверке, в конструкцию

(21) юсмнатцеть * копеткъ

Это было сделано с помощью специального знака три кружка (передаваемого здесь астериксом), повторенного в тексте между

этими словами и на полях, где и была записана форма с полу [Л. 105] 6.

4.3. Происхождение и грамматический статус формы с полу

Представляются не до конца ясными происхождение и грамматический статус формы с полу. Очевидно, что, хотя предлог с сочетается с Р. п. и Тв. п., в данной конструкции он требует творительного падежа . В результате ожидалась бы форма *с полом (либо, учитывая исходное й-склонение, *с польмь), которая в реальности не встречается. Между тем форма сполу существует и зафиксирована в исторический словарях и опубликованных памятниках. По данным «Словаря русского языка Х1-ХУ11 вв.», лексема сполу представляет собой наречие со значением 'подряд, без исключения, вместе, сплошь' [СлРЯ Х1-ХУ11, 27: 64]. Это наречие происходит от предложно-падежной конструкции с предлогом с + Р. п. Однако, хотя в словарной статье никак не оговорено значение 'половина', в статье поль 'одна из двух частей чего-либо; половина' есть отсылка к статье: «съ полу см. сполу» Там же, 16: 188]. К несомненным примерам употребления формы с полу относятся и примеры, данные в статье полу- [Там же: 259] как части сложного слова: «с полупяты (в словаре написано слитно. — Н.Ч.) обжи» и в статье «пол-участка» [Там же: 276]: «дать по полуучастка (в словаре написано слитно. — Н.Ч.)». Форма вторых частей пяты, участка свидетельствует об их грамматической подчиненности части полу, а следовательно, и об относительной независимости (если и не наблюдаемой в поздний период развития языка, то, во всяком случае, имевшей место в определенный исторический момент) первой части.

6 Знак три кружка (три галочки) встречается в «Столпе» неоднократно как средство исправления и представляет собой три небольших символа, расположенных треугольником. Подобный способ исправления известен еще в летописной традиции. См., например, крест в той же функции в Радзивиловской летописи, Л.20, вторая строчка.

7 Значение предлога в данной конструкции может быть однозначно определено в соответствии с классификацией В. В. Виноградова как «сопровождение, сосуществование, пространственное соотношение» (требующее Тв. п.) [Виноградов 1947: 684], а не как «удаление, отделение, исхождение, (...) происхождение и причину, источник» (требующее Р. п.) [Там же].

Вместе с тем значение 'половина' для формы с полу в пыс-корских памятниках очевидно из контекста, где одно и то же число употреблено в двух связанных документах с дробной частью, выраженной лексемами с половиною и с полу соответственно:

(22) аобьявленные присемъ денги | тритцеть четыре рубли девяносто деветь | споловиною копе'ки принять изаписать вприход | ипозаписке вприходъ вземское повытье сообщи\ть [Л. 33]

(23) посеи докладно' выписк!ъ у подканцеляриста пгшкина днги | тритцать четырт рубли девяносто девять сполу | копеики приняты I вприход апреля 11 дня на 21 | страницт записаны [Л. 33об.]

На значение 'половина' также однозначно указывает приведенная в тексте «Столпа» таблица с записью чисел арабскими цифрами:

(24) до (так в ркп) созначенного числа пудовъ приложе" | поукаsу наанбары ицелова"ников по одно' | копе'ке на пуд одинъ рубль семдесят девять | коптекъ всего собрано денегъ дватцат | два рубли девяносто пять коптекъ | сполу [Л. 29]

Можно предположить, что на употребление формы с полу в значении с половиною оказали влияние, с одной стороны, распространенные конструкции (с правильной формой падежа на -у) ис полу 'наполовину' [СлРЯ XI-XVII, 6: 283], дополу 'до половины', по полу 'пополам'[Там же, 16: 188], а также, возможно, окончание -у формы с дву (Тв. п.), а с другой стороны, уже названное наречие сполу. Можно также предположить существование формы с полу со значением 'с половины' (ср. в «Соборнике 12 меся-цей...» из Елизаветинской Библии форму от полу в том же значении: «зачало к ^полт» [ЕлБ]). Так или иначе, под влиянием указанных факторов у формы с полу сформировалось значение 'с половиной', что можно с грамматической точки зрения трактовать как формирование у слова пол обобщенного косвенного падежа полу. Возможно, что эта обобщенная форма косвенного падежа

22 95 У2

отражает переходный этап универбации слов с пол- в Им. п.-В. п. и полу- для остальных падежей [Виноградов 1947: 308]8.

4.4. Колебания в написаниях слова треть

Необходимо отметить, что колеблется написание грамматически значимых окончаний в слове треть: трете/трети; подобное колебание может свидетельствовать о неустойчивости, возникающей между формами имен I и III склонений.

4.5. Дериваты числительных второго уровня

В памятнике засвидетельствованы образованные от числи -тельных (в том числе дробных) слова других частей речи: половинный, вторичный, третичный, тройственно (тройственный), пя-тикопеешник, десяток . Значение большей части этих слов ясно. Однако значение лексем вторичный и третичный, тройственный уточняется только в контексте: в первом случае это значение 'выписанный, выданный во второй и третий раз' (о векселях), во втором — 'сделанный в трех экземплярах'. Часть слов зафиксированы «Словарем русского языка XI-XVII вв.» (половинный [СлРЯ XI-XVII, 16: 232]) и «Словарем русского языка XVIII в.» (вторичный, десяток [СлРЯ XVIII]). Интересно, что, хотя «Словарь русского языка XI-XVII вв.» не содержит слов вторичный, третичный и тройственно, в нем можно обнаружить те слова, к которым они, вероятно, восходят: вторица [СлРЯ XI-XVII, 3: 165], третица [Там же, 30: 141], тройство [Там же: 178]. Таким образом, можно предположить, что лексемы вторичный, третичный, тройственный возникли в начале XVIII в.

8 Впрочем, теоретически возможен и обратный ход изменений: от конструкции типа с полукопейкою через переосмысление первой части слова как самостоятельной лексемы к подчинению второй части слова первой (с полу копейки). В настоящем исследовании не рассматривается обширный вопрос об истории многочисленных существительных (и прилагательных: ср. полуграмотный) с первой частью пол-1полу-. Ознакомиться с некоторыми материалами по этому вопросу можно в следующих изданиях: [Виноградов 1947: 308; Пономаренко 1985; Кожевников 2012].

9 Приведенные слова могут восходить к числительным через ступень отнумеративного существительного: ср. половинный — половина — пол.

5. Особенности функционирования числительных в тексте «Столпа»

Основная специфика функционирования числительных в текстах лежит в области употребления предлогов с числительными, способов объединения форм в словосочетаниях, а также в особенностях употребления отдельных падежей.

5.1. Составные формы числительных с промежуточным статусом

На стыке словосочетания и сложного слова находятся сложные формы:

(25) по пя\тнатцати рублевому штидесят копеешному окладу [Л. 85об]

(26) по дватцати четыре рублевому в год окладу [Л. 102об.]

Они представляются окказиональным образованием, входящим в устойчивую модель; такую трактовку подтверждает и недостаточное грамматическое оформление числительного во втором случае.

5.2. Формулы с повторяющимся предлогом

В пыскорских памятниках засвидетельствовано употребление предлога с каждой частью составного числительного:

(27) надве\сти на девяносто наодинь ргбль на \ шеснатцать инатри четверти \ копеики [Л. 53об.]

(28) вдевяносте вдевяти счетвертью \ копеиках [Л. 80об.]

Такое употребление является правилом. Наряду с подобным употреблением можно отметить и модель с одним общим предлогом:

(29) к пятидесяти четыре" рублям дватцати пяти \ копт'камь [Л. 6]

На отсутствие повтора в данном случае, возможно, повлиял сам характер предлога к, так как его повторение приводило бы к обилию труднопроизносимых стечений согласных (что особенно касается согласных со смычным элементом: к четырем, к двадцати).

5.3. Частный случай неизменяемости лексемы сто

Зафиксирован случай, когда слово сто остается неизменным, будучи первой частью в составном количественном числительном в Р. п.:

(30) сто двенатцатирублевъ шести десят трех копеекъ [Л. 18об. КО]

5.4. Конструкция для передачи дробности

Интересна конструкция, которая служит для передачи значения дробности в «Столпе». В древнерусском языке для обозначения половины предмета использовалась конструкция полъ + порядковое числительное: полъ третьт, полъ пяты [Жолобов 2006: 62].

В поздний древнерусский период наряду с ней появляется характеризуемая О. Ф. Жолобовым как переводная конструкция количественное числительное + и + полъ: дъвт лттт и полъ [Там же: 65]. Первая конструкция употребляется еще в XVII — начале XVIII в. (см. грамотки № 156, 385) [Котков (ред.) 1969: 86, 226], более того, И. Н. Дьячкова указывает на употребление этой конструкции в течение всего XVIII в., замечая, впрочем, что «вытеснение этих малопродуктивных дробных наименований на периферию употребления в XVIII в. не подлежит сомнению» [Дьячкова 2009: 19]. Кроме того, в XVII в. употребляется и конструкция с примыканием без союза:

(31) И всего в расходтх 10417 рублев 4 алтына полчетверти

денги (Чердынские акты, 1677 г.) [Полякова 2010, II: 67]

Между тем в тексте «Столпа» такие конструкции уже не встречаются. С другой стороны, конструкции с лексемой с половиной указанные выше источники не обнаруживают.

Кроме названных конструкций, источники XVII и XVIII вв. обнаруживают широко представленную в исторических словарях, но не распространенную в «Столпе» конструкцию со сложными словами, первой частью которых является полу-. Конструкция имеет следующий вид: с полу- (существительное в Тв. п.), при этом существительное, служащее для счета повторяется дважды:

(32) двтсти сорокъ бакчей с полубакчею [Майоров 2011: 353]

(33) восемнатцать ведръ с полуведром [Там же]

(34) 43 пуда с полупудом [Полякова 2010, II: 77]

В другом случае такое существительное стоит после первой части сложного слова полу-:

(35) послана крупь манастырскихь .В. четьверти с полосминаю (в грамотке № 482) [Котков (ред.) 1969: 296]

(36) Лтсу (...) двтсти лтсин пятисаженного с полуаршином [Майоров 2011: 354]

(37) а от рождения мнт четырнатцат[ь] с полугодом [Там же]

(38) 13 даб с полудабою [Там же]

(39) достали пятьрублев сполуполтиною [Полякова 2010, II: 77]

(40) 28 с<ажен> с четвертью и с полуосминою [СлРЯ Х^ХУП, 16: 271]

Представляет интерес лексема полу-одною:

(41) по двт деньги с полуодною деньгою [Там же: 235]

Невозможно установить, слитно или раздельно пишется в данных случаях часть полу, однако грамматическое единство этой части и последующего существительного представляется несомненным.

В тексте «Столпа» встречаются следующие формулы для передачи дробного значения. Если речь идет об одной половине или одной четверти, обычно употребляется формула с + дробное числительное в Тв. п. ед. ч.+ существительное в Р. п.:

(42) три рубли семдесят пять с половиною \ копеики [Л. 2]

(43) две\натцать счетвертью копе'ки [Л. 1]

(44) приняты днги девяносто девять сполу копеики [Л. 33об.]

Как уже было отмечено, в небольшом количестве случаев употребляется формула с + полу-(сущ. в Тв. п. ед. ч.):

(45) взыскать пошлины дватцеть шесть сполу копеикою [Л. 74]

Если речь идет о трех четвертях, то формула другая: и + три + существительное в Р. п. ед. ч.:

(46) четыре и три четвер\ти коптики [Л. 5об.]

Наконец, у числительного треть зафиксировано всего два употребления в составе составного числительного. Первое с формулой и + с + одной + треть в Тв. п. ед. ч.:

(47) меха по восмнатцати | рублевъ по девяносту по двт исодно'

третью кю\пе'ки [Л. 15]

Союз и кажется в этой конструкции избыточным, т. к. присоединительное значение уже передается предлогом с. Второе с формулой и + две + существительное в Р. п. ед.:

(48) каждомг посемидесятъ по три | тодве трети копеики [Л. 85об.]

Таким образом, можно восстановить норму употребления дробных числительных: если существительное имеет форму единственного числа, используется присоединение с предлогом с (с половиной, с одной третью, с четвертью), а если дробное числительное требует множественного числа, то используется предлог и (и две трети, и три четверти). Вариативность этого рода объясняется близостью союза и в присоединительном значении и предлога с.

5.5. Употребление числительных в дистрибутивной конструкции

В памятнике употребляется также устаревшая модель «по + числительное в Д. п. + сущ. в Р. п». для обозначения цены при продаже нескольких единиц товара по одной цене. Виноградов определяет эту конструкцию следующим образом: «числительное тут выступает в значении собирательной единицы распределяемых, группируемых предметов» [Виноградов 1947: 297]. Отсюда, по мнению автора, и предметное значение числительных в таких конструкциях. Следует отметить, что, если в описываемый Виноградовым период (30-40-е гг. XX в.) такая конструкция еще была в ходу, то теперь в литературной речи она полностью вытеснена конструкцией «по + числительное в В. п. + сущ. в Р. п.», что отмечает и М. Н. Приемышева при описании этой формулы [При-

10 Впрочем, формы Д. п. в данном случае неотличимы от форм Пр. п., который также управлял предлогом по: ср. по вас.

емышева 2012: 191]. Употребление этой исчезнувшей модели фиксируется как черта разговорной речи в русской литературе ХК в.

Тексты «Столпа» отражают те варианты грамматической нормы, которые описывает Виноградов. Числительное один в такой конструкции употребляется в Д. п., согласуясь с существительным: по одной копейке. Для числительных три и четыре употребляется В. п.: по три копейки, по четыре копейки, причем существительное подчиняется числительному. Наконец, для числительных пять — девять, десять и существительных на -дцать и -надцать используется косвенный падеж с окончанием -и. Эта форма числительного также управляет существительным: по пяти копеек, по одиннадцати рублев, по семидесят рублев.

5.6. Особенности управления в неоднозначно толкуемой конструкции

Наконец, завершая тему функционирования числительных в текстах «Столпа», следует отметить сложную конструкцию, которая может иметь неоднозначное грамматическое толкование. Представляется необходимым привести весь отрывок целиком:

(49) в том определены \ и указе в перечню цены недописано было \\ за крту вsыскаmь с целовалниковь восми\десять восми копеекь ошибкою [Л. 56-Л. 56об.]

Сказуемое недописано должно управлять В. п., однако числительное, которое от него зависит, стоит в Р. п. Ситуацию осложняет инфинитив взыскать, который также мог бы управлять чис-

11 Ср., например, диалог в рассказе Николая Наумова «Деревенский торгаш» [Наумов 1980: 37]: «Отдавай мед-то по три за пуд, а? — уговаривал он пожилого крестьянина в ситцевой, густо пропотевшей на спине рубахе, стоявшего у прилавка.

- Божий ты человек, ведь мед-то в семь рублев пуд, суди-ко, — ответил он болезненно-ноющим голосом. — Проезжающий ноне сказывал: береги, говорит, в цене мед-то!

- Ну, коли в цене, то мне не надоть!..

- Прохор Игнатьич... и ей-богу... мне бы всего три рублика, сделл... милость, по гроб-б!..

- Отдавай мед — ссужу.

- Убытошно, родимый... положь хоша по шести-то? (курсив наш. — Н.Ч.)»

лительным. В такой ситуации восмидесят восми могло бы получить фонетико-морфологическое толкование, согласно которому Р. п. действительно употреблялся в функции Им. п.-В. п. [Зализняк 1995: 115, 578; Жолобов 2006: 256; Галинская 2011: 192]. Однако представляется более вероятным, что Р. п. не связан с этой традицией употребления, а его появления требует результатив не-дописано было с отрицательной частицей. При таком толковании составным числительным управляет результатив недописано было, а не инфинитив взыскать, который сам зависит от результати-ва. Примеры такого дистантного управления родительным падежом числительного встречаются в других документах «Столпа» даже для утвердительных конструкций. Например:

(50) Сего 1741 году маиа 2: дня требовано было мною отреченно' | канторы дентжнои каsны для роздачи вжаловане я'винско\го 1протчихъ рудниковъ горным служителям сего году запрошед\шеи апрел мсцъ шагенварскую трет ста шестидесятъ | осми рубле" дватцат однои 1тре четвертеи копе'ки [Л. 47]

6. Материалы «Столпа» в контексте исследований русских числительных

Числительные пермских памятников находят близкие параллели в материалах «Словаря русского языка XI-XVII вв.», «Словаря русского языка XVIII в.», печатных изданий XVIII в., псковских памятников XVII в. и некоторых других источников.

6.1. Материал по числительному два

Числительное два (две) не обнаруживает написания дъва, зафиксированного «Словарем русского языка XI-XVII вв.» [СлРЯ XI-XVII, 4: 179], а также форм двою, двох и под., включенных в «Словарь русского языка XVIII в.» [СлРЯ XVIII].

Прикамские памятники демонстрируют форму двух, не зафиксированную в материалах Е. А. Галинской. Вместе с тем, обнаруживается и форма дву в значении Р. п. и Д. п., встречающаяся в псковских памятниках в качестве вариативной. Как свидетельствует Е. А. Галинская, форма двух появляется в XV-XVI вв. и не получает распространения еще и в XVII в. [Галинская 2011: 187189]. Таким образом, и в середине XVIII в. форма дву активно употребляется. Это соображение подтверждается и исследовани-

ем Ш. А. Амади. По ее свидетельству, форма дву употребляется в тюменских памятниках в конце ХУШ в. [Амади 2008: 16].

Вместе с тем И. Н. Дьячкова фиксирует форму дву в числе архаичных черт, постепенно уходящих в результате нормализации 30-х гг. ХУШ в. [Дьячкова 2009: 12].

6.2. Материал по числительным три — девять

Числительное три в «Столпе» не имеет форм, несвойственных современному употреблению (трие, трема), зафиксированных «Словарем русского языка Х!-ХУП вв.» [СлРЯ Х!-ХУП, 30: 151-152]. Числительное пять вне специальных конструкций (по пяти рублев) не обнаруживает зафиксированную «Словарем русского языка Х!-ХУП вв.» предметность12 (одна пять дворов [Там же, 21: 101]). Как в пермских, так и в псковских материалах числительные три, четыре, отражают современный этап развития числительных, что обусловлено более ранним (ХГУ в.) формированием этих парадигм склонения [Галинская 2011: 190-191]. То же можно сказать про числительные пять, семь и девять [Там же: 193].

В пермском материале форма шти фиксируется только в составе сложного числительного штидесят. Между тем, по данным В. С. Мордвинцевой, форма шти употребляется в памятниках тюменского региона в начале ХУШ в. [Мордвинцева 2005: 11]. С другой стороны, употребление формы шти именно в сложном слове соотносится с данными Е. А. Галинской, которая отмечает, что форма шесть в составе сложных числительных употребляется в Им. п., а в косвенных встречается только форма шти [Галинская 2011: 196]. Впрочем, форма штидесят встречается в пермских памятниках всего два раза наряду с нормативной шестидесят.

Широкий круг источников: «Словарь русского языка Х!-ХУП вв.», «Словарь русского языка ХУШ в.», исследование Га -

12 В данном случае имеется в виду предметность в том значении, в котором его понимает В.В.Виноградов: «есть одна конструкция, где предметное значение будто бы слегка просвечивает в числительных: это разделительные сочетания с предлогом по: по пяти рублей, по пятидесяти копеек» [Виноградов 1947: 297]; о том же говорит М. Н. Примы-шева: «До конца ХТХ века еще встречаются рефлексы предметности слов пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, выраженные в категории рода. Например, (2) Вся та пять погибла» [Приемышева 2012: 191].

линской — фиксирует вариативность форм для обозначения числа 8; здесь обнаруживаются формы восми(осми) [СлРЯ XI-XVII, 3: 38; 13: 120; СлРЯ XVIII; Галинская 2011: 191]. Надо отметить, что в указанных источниках широко используются варианты, не обнаруженные в пермских памятниках: формы осьмь [СлРЯ XI-XVII, 13: 120], осемь, осьмь [СлРЯ XVIII], вариант восмь в Им. п. [Галинская 2011: 193].

6.3. Материал по числительным одиннадцать — девятнадцать

Числительные, обозначающие в «Столпе» числа от 11 до 19,

а также 20 и 30, не обнаруживают параллельных форм книжного происхождения, которые фиксируются «Словарем русского языка XI-XVII вв.» [СлРЯ XI-XVII, 3: 38; 4: 180; 12: 279; 21: 98; 24: 56; 30: 162] и «Словарем русского языка XVIII в.» [СлРЯ XVIII], а также различных вариантов словоизменения частей числительных на -дцать и -надцать, которые отмечает Е. А. Галинская: двунадцать, двухнадцати и проч. [Галинская 2010: 194-196]. Можно заключить, что формы этих слов, до XVIII в. еще переживавшие активную фазу сложения, для которой было характерно многообразие форм, в XVIII в. окончательно стабилизируются и кристаллизуются.

6.4. Материал по числительным пятьдесят — восемьдесят

Отмеченные в пермском памятнике вариативные формы

числительных больше 40 с одной и обеими склоняющимися частями в псковских памятниках не имеют инновационной (по мнению Е. А. Галинской) модели типа пятидесяти, для этих слов в документах псковского региона используется только модель с первой изменяющейся частью [Галинская 2010: 198]. Эта модель зафиксирована также и в «Словаре русского языка XI-XVII вв.» [СлРЯ XI-XVII, 3: 38; 21: 101; 24: 31], а также в «Словаре русского языка XVIII в.» [СлРЯ XVIII]. В последнем источнике указывается также на варианты этих числительных с раздельным написанием, что обнаруживается и в «Столпе».

6.5. Материал по числительным сорок, девяносто, сто

Не наблюдается в пермских памятниках указанного периода отмечаемое «Словарем русского языка XI-XVII вв.», а также И. Н. Дьячковой множественное число слов сорок, девяносто, сто [СлРЯ XI-XVII, 4: 199; 26: 179; Дьячкова 2009: 13], однако

архаичные падежные формы сороку, девяносту в пермских памятниках есть. Обнаруживаются они и в более ранний период [Галинская 2011: 197].

6.6. Материал по числительным группы сотен

Склонение числительных группы сотен не обнаруживает

того многообразия форм, которое представлено в «Словаре русского языка Х^ХУП вв.» и «Словаре русского языка ХУШ в.».

Слово двести пишется только через е и имеет только формы Им. п., двести, Р. п. двуста. Форм двтсти, дваста [СлРЯ ХУШ], двтстт [СлРЯ Х^ХУП, 4: 181] в «Столпе» не обнаружено. Раздельное написание, отраженное «Словарем русского языка ХУШ в.», напротив, находит отражение в пермских памятниках. «Словарь русского языка Х^ХУП вв.» не дает данных о слитном и раздельном написании сложных числительных.

С псковским материалом «Столп» также обнаруживает некоторые различия. Если Е. А. Галинская фиксирует числительное в форме двтстт (с вариантами двтсте / двесте и двтсти / двести), то соответствующее числительное в прикамском памятнике последовательно имеет форму двести (две сти) в Им. п-Вин. п., а также не обнаруживает в своем написании никаких следов древней т [Галинская 2011: 199-200] ни в корне, ни в окончании. Зафиксированная в пермском памятнике форма двусот идентична псковской форме ХУП в. [Там же].

Числительные для обозначения чисел 300, 400, 500 и 600 обнаруживают склонение только первой части: триста/трехсот, четыреста/четырехсот, пятьсот/пятисот, шестьсот/шестисот. Конструкций с обеими склоняющимися частями типа трем стом, пяти стом [СлРЯ Ш-ХУП, 21: 102; Там же, 30: 164] в «Столпе» не зафиксировано. С другой стороны, числительные в тех формах, в которых они встретились в «Столпе» находят прямые соответствия в псковских памятниках [Там же: 200-201].

6.7. Стилистическая характеристика числительных

И. Н. Дьячкова отмечает стилистическую окрашенность слов тысяща и седмь [Дьячкова 2009: 11]. Между тем употребление этих числительных в прикамских памятниках в стилистически нейтральных контекстах продемонстрировано выше.

Ю. В. Биктимирова фиксирует такие формы, как дву, по сту, шти [Биктимирова 2012: 19], характеризуя их как церковнославянские. В то же время, как было продемонстрировано выше, в «Столпе» подобные формы функционируют в стилистически нейтральных контекстах.

6.8. Материал по лексемам для обозначения дробных чисел

Перечисленные И. Н. Дьячковой формы слов для дробных

чисел с формантами -ть (треть) и -ин(а) (пятина) [Дьячкова 2009: 18] обнаруживаются и в пермском материале. Но ни в одном из источников не обнаружилось формы полу.

6.9. Вопросы сочетаемости числительных

Небезынтересны в сопоставительном аспекте и вопросы сочетаемости числительных. И. Н. Дьячкова отмечает как широкое распространение принумеративных форм существительных на -а после числительных при неопределенности их грамматического понимания (два, три, четыре стола), так и сохранение традиционных конструкций с существительным во мн. ч., ограниченных лексически (два дни, четыре рубли) [Дьячкова 2009: 14]. В пермских памятниках широко представлены формы и того, и другого типа: большинство сочетаний (два пуда, два векселя, два вунта, три воза) встречается в форме нового счетного падежа на -а, в то время как существительные рубли, дни сохраняют форму Им. п. мн. ч. три рубли, три дни. Впрочем, встречаются и исключения из этой общей тенденции: например, два пуды [Л. 55].

6.10. Соотношение моделей управления и согласования для числительных субстантивного склонения

Особое значение имеет переход от управления к согласованию в сочетаниях типа сороку рублям /сороку рублей [Дьячкова 2009: 14]. В пермских текстах модель с согласованием является широко употребимой:

(51) к девяносту девяти копеикамъ [Л. 63]

(52) в девяносте в девяти с четвертью | копеика [Л. 80об.]

Модель с управлением для лексем сорок, девяносто, сто в прикамском материале не засвидетельствована.

7. Заключение

Итак, в «Столпе» обнаруживаются следующие разряды числительных: количественные числительные в составе следующих групп: один, малые, большие, сложные числительные, числительные субстантивного склонения; порядковые числительные.

В целом строение и функционирование числительных сходно с современным состоянием, однако есть и специфические явления. В области морфологии это числительное в Р. п. (а также в одном случае в Д. п.) дву; числительные для чисел 8, 18, 80 без протетического в-; модель типа пятидесят со второй несклоняемой частью; специфическая конструкция с полу (демонстрирующая родительный падеж вместо ожидаемого творительного), встретившиеся единично лексемы штидесят, седмьдесят, тысяща, а также архаичные падежные формы сороку, девяносту, девяносте.

Яркой приметой времени является конструкция с предлогом перед каждой частью составного числительного. Склонение частей составных числительных допускает широкие вариации. Не обнаруживается в памятнике старых форм выражения дробного значения типа полтретья, полсема, их сменяют конструкции с предлогом с или союзом и: пять с четвертью, шесть и три четверти. Малый квантитатив обнаруживает как современную норму (два пуда) так и старые варианты (три рубли). Имеют широкое распространение модель «по + числительное в Д. п. + существительное в Р. п.»: по шести копеек пуд «в значении собирательной единицы распределяемых, группируемых предметов» [Виноградов 1947: 297], для больших числительных, отличная от современной нормы с числительным в В. п.

Отмечается широкая вариативность в области орфографии. Колебания в написании ь/ь/выносной буквы наблюдается на конце простых числительных, на стыке частей в сложных числительных, особенно в случае с конечной -м, что отражает местные фонетические процессы. Композитные числительные обнаруживают тенденцию к раздельному написанию, причем в большей степени в косвенных падежах и в группе сотен, нежели в Им. п. и в группе десятков. В разной степени отражаются на письме следствия живых фонетических процессов: позиционного оглушения/озвончения (шездесят, пяддесят, тритцать), упрощения групп соглас-

ных (шеснатцать). Господствующим написаниями в группе числительных на -дцать и -надцать является тцать.

Кроме того, обнаружены некоторые слова, образованные от числительных, не представленные в исторических словарях (пя-тикопеешник, третичный, тройственно), представленные частично (вторичный), или представленные в ином значении (в первые, во вторые).

Литература

Алексеев 2013 — А. А. Алексеев. Очерки и этюды по истории литературного языка в России. СПб.: Петербургское лингвистическое общество, 2013.

Алентаева 1999 — Е. Ю. Алентаева. Фонетическая вариативность частотных слов под воздействием социальных факторов (на материале русских числительных). Дисс. ... канд. филол. наук. СПбГУ, СПб., 1999.

Амади 2008 — Ш. А. Амади. Разговорное и письменное начало в синтаксической организации деловых текстов последней трети ХУШ века. Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. ТГУ, Тюмень, 2008. Балалыкина 2008 — Э. А. Балалыкина. К вопросу о происхождении порядковых числительных в грамматической системе русского языка // Ученые записки Казанского гос. ун-та 150, 2, 2008. С. 143152.

Биктимирова 2012 — Ю. В. Биктимирова. Морфология именных частей речи в памятниках деловой письменности Восточного Забайкалья конца ХУЛ — первой половины ХУШ вв. Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. СФУ, Красноярск, 2012. Богданова 2001 — Н. В. Богданова. Живые фонетические процессы русской речи: пособие по спецкурсу. СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2001.

Виноградов 1947 — В. В. Виноградов. Русский язык (Грамматическое

учение о слове). М. — Л.: Учпедгиз, 1947. Галинская 2011 — Е. А. Галинская. Склонение количественных числительных в Псковском диалекте первой половины ХУЛ века // Русский язык в научном освещении 2

Живов 2004 — В. М. Живов. Очерки исторической морфологии русского языка XVII-XVIII веков. М.: Языки славянской культуры, 2004.

Жолобов 2001 — О. Ф. Жолобов. Древнеславянские числительные как часть речи // Вопросы языкознания 2, 2001. С. 94-109.

Жолобов 2006 — О. Ф. Жолобов. Особенности половинного счета в древнерусском языке // Acta universitatis Lodziensis. Folia lingüistica rossica 2, 2006. С. 61-69.

Зализняк 1995 — А. А. Зализняк. Древненовгородский диалект. М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.

Кожевников 2012 — А. Е. Кожевников. Из опыта работы с сетевыми базами (на материале слов с префиксоидом полу...) // Acta Lingüistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН VIII, 3, 2012. С. 285-294.

Котков (ред.) 1969 — С. И. Котков (ред.). Грамотки XVII — начала

XVIII в. М.: Наука, 1969.

Мордвинцева 2005 — В. С. Мордвинцева. Типология простого предложения в тюменских памятниках деловой письменности XVII — начала XVIII вв. Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. ТГУ, Тюмень, 2005.

Наумов 1980 — Н. И. Наумов. Деревенский торгаш // Крестьянское горе. М.: Детская литература, 1980. С. 34-53.

Полякова 2009 — С. В. Полякова. Методы изучения словоизменения имен числительных в современном русском языкознании // Вестник МГГУ им. М. А. Шолохова. Серия «Филологические науки» 2, 2009. С. 41-51.

Полякова и др. 1998 — Е. Н. Полякова, А. С. Штерн, Е. В. Ерофеева. Русские говоры пермского региона. Формирование. Функционирование. Развитие. Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 1998.

Пономаренко 1985 — С. А. Пономаренко. Наблюдения над семантикой пол- /полу- в сложных словах в русском литературном языке

XIX века // Структура языка и языковые изменения. АН СССР. Институт языкознания. Лингвистические исследования-1985. М.: Наука, 1985. С. 154-161.

Приемышева 2012 — М. Н. Приемышева. Некоторые особенности функционирования количественных числительных в русском языке XVIII в. (по материалам картотеки «Словаря русского языка XVIII в.») // Acta Linguistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН VIII, 3, 2012. С. 189-198.

РД 1990 — В. В. Колесов (ред.). Русская диалектология. М.: Высшая школа, 1990.

Источники

ИЭССРЯ — П. Я. Черных. Историко-этимологический словарь современного русского языка. Т. I—II. М.: Русский язык, 1999.

Майоров 2011 — А. П. Майоров. Словарь русского языка ХУШ века. Восточная Сибирь. Забайкалье. М.: Издательский центр «Азбуковник», 2012.

Полякова 2010 — Е. Н. Полякова. Словарь лексики пермских памятников ХУ — начала ХУШ века. В 2 т. Пермь: Изд-во Перм. Ун-та, 2010.

Преображенский 1910-1914 — А. Г. Преображенский. Этимологический словарь русского языка. В 2 т. М.: Типография Г. Лисснера и Д. Собко, 1910-1914.

СлРЯ XI-XVП — С. Г. Бархударов

СлРЯ ХУШ — Словарь русского языка ХУШ века. Вып. 1-19. Л. — СПб: Наука, 1984-2011.

Фасмер 2003 — М. Фасмер. Этимологический словарь славянских языков. В 4 т. Пер. с нем. и доп. О. Н. Трубачева. М.: Астрель, 2003.

ЭССЯ — О. Н. Трубачев, А. Ф. Журавлев (отв. ред.). Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд. Вып. 1-... . М.: Наука, 1974-... (продолжающееся издание).