Люминесцентно-спектральные свойства твердых хлоридных систем М3NdCl6 (M = K, Rb, Cs)

С. М. Шилов, В. Н. Пак

ЛЮМИНЕСЦЕНТНО-СПЕКТРАЛЬНЫЕ СВОЙСТВА ТВЕРДЫХ ХЛОРИДНЫХ СИСТЕМ Мэ№06

Предложены оптимальные методы синтеза твердых бинарных хлоридов состава M3NdCl6. Установлен характер зависимости спектров поглощения и люминесценции полученных соединений от природы щелочного металла. Показано, что в ряду K3NdCl6 - Rb3NdCl6-Cs3NdCl6 стабилизируется октаэдриче-ская координация неодима. Соединения M3NdCl6 можно рассматривать в качестве перспективных высококонцентрированных люминофоров.

Ключевые слова: европий, бинарные хлориды, синтез, люминесценция.

S. Shilov, V. Pak

LUMINESCENCE-SPECTRAL PROPERTIES OF THE CHLORIDE SYSTEM

МэШОв

Optimized methods for the solid binary chlorides M3NdCl6 synthesis have been proposed. The character of the synthesized compounds absorption and luminescence spectra dependence on the alkali metal nature was established. The stabilization of the neodymium octahedral coordination was shown in the row K3NdCl6-Rb3NdCl6-Cs3NdCl6. The compounds M3NdCl6 may be considered as promising high-concentrated luminescent materials.

Keywords: europium, binary chlorides, synthesis, luminescence

В результате активного поиска, который длится уже более сорока лет, создано большое число различных по структуре и химическому строению лазерных кристаллов. Среди них доминируют оксидные и фторидные соединения, генерационные свойства которым придают ионы редкоземельных элементов (РЗЭ). Возможным направлением разработки эффективных люминесцентных и лазерных материалов может стать использование в качестве кристаллов-матриц смешанных, относительно разупорядоченных систем типа твердых растворов. В таких средах ионы Ln3+ могут образовывать несколько типов центров с различной структурой. В результате в спектрах поглощения присутствуют широкие полосы, что значительно повышает коэффициент использования энергии источников возбуждения. Таким образом получены, в частности, люминофоры (по-

тенциально лазерные среды) на основе галогенидных кристаллов и соединений, в которых анионами одновременно являются кислород и фтор или кислород и сера [4]. Технология получения люминофоров и лазерных кристаллов пополнилась методом прессования при высоких температурах. С использованием этого прогрессивного приема получены, например, системы СаБ2-Оу ; У2О3-ТЮ2-Кё2О3 (ит-тролокс) [8]. Недавно методом горячего прессования получены лазерные среды в виде прозрачных керамик на основе фторидов Ы, Са, Бг, Ва и РЗЭ, достоинством которых является короткий фононный спектр (по сравнению с оксидами), что ослабляет моногофононную релаксацию возбуждения и обеспечивает длительное время свечения [2].

И все же традиционный синтез оксидных материалов связан с использованием высоких температур. Фторидные соединения также характеризуются высокими температурами плавления и, кроме того, они агрессивны и экологически небезопасны. В связи с этим продолжает существовать необходимость поиска новых люминесцирующих соединений, в той или иной степени выгодно отличающихся от известных. Отметим также, что в подавляющем большинстве огромного массива работ по спектроскопии люминесцентных и лазерных материалов, включающих ионы РЗЭ, последние рассматриваются в качестве активных центров в различных средах (матрицах). Однако необходимость создания твердотельных оптических квантовых генераторов с высокой концентрацией активатора смещает направление исследований в сторону соединений РЗЭ, поскольку именно в этом случае обеспечивается максимальная плотность центров свечения. Поэтому исследование спектрально-люминесцентных свойств поликристаллических соединений М3ЬпС16 представляется актуальным.

В солевых системах МС1-ЬпС13, где М = КДЬ,Сб, давно и определенно установлено наличие конгруэнтно плавящихся соединений состава М3ЬпС16 со структурой эльпасолита [1]. В кубической гранецентрированной ячейке (пространственная группа ¥ш3ш) атомы Ьп занимают позицию с локальной симметрией в центре правильного октаэдра [ЬпС16]3-. При этом, однако, оставались практически не изученными спектральные свойства этих соединений. В связи с этим в настоящей работе на примере системы М3КёС16 оптимизированы методы очистки и синтеза соединений и охарактеризованы их спектрально-люминесцентные свойства.

Синтез соединений М3МС1б

До настоящего времени не существует общепринятой методики получения безводных хлоридов РЗЭ [3, 5]. Как оптимальный (с позиций качества получаемых соединений, скорости и простоты процесса) был выбран метод обезвоживания и дохлорирования кристаллогидрата хлорида неодима продуктами разложения хлорида аммония:

ШСЬ'б^О + иКН4С1 ^ ШСЬ + + 6Н2О + иНС1|.

Смесь кристаллогидрата КёС13-6Н2О и хлорида аммония в отношении 1:6 нагревали при температуре 350°С, т. е. выше температуры разложения хлорида аммония, до полного его исчезновения в тигле. Затем безводный хлорид неоди-

ма подвергали вакуумной (10-3-10-4 мм рт. ст.) дистилляции в цельнопаянной кварцевой установке.

Поликристаллические соединения М3КёС16 (М = К, ЯЬ, Сб) получали двумя способами. Первый представлял собой вакуумную перегонку из расплава, содержащего предварительно обезвоженные хлориды щелочного металла и неодима в отношении 3:1. По второму способу проводили упарива- ние растворов МС1 и КёС13 в присутствии концентрированной соляной кислоты с последующим прокаливанием и плавлением сухого остатка при температуре 800°С. Расплавы представляли собой прозрачные жидкости. В ходе их отвердевания интенсивность окраски соединений при переходе от (К3КёС16) к (Св3КёС16) изменялась от сиреневой до голубой. Анализ содержания неодима и хлора во всех случаях соответствовал составу М3КёС16. С целью подготовки образцов для спектроскопических измерений применялся метод прессования под давлением ~ 20 т/см2. При этом получали тонкие (0,1-0,3 мм) оптически прозрачные пластинки. Для изменения концентрации РЗЭ в образцах и получения качественных спектров поглощения поликристаллы М3КёС16 прессовали совместно с соответствующими хлоридами щелочных металлов. Во всех случаях было выявлено выполнение закона Ламберта-Бера. Таким образом, прессование оказывается простым и эффективным способом получения оптических материалов на основе поликристаллических препаратов М3КёС16.

Значения плотности, молярного объема и температуры плавления М3КёС16 (табл. 1) закономерно возрастают при переходе от калия к цезию. Полученные соединения термически устойчивы: длительное нагревание их на воздухе выше температур плавления не сопровождается разложением и не приводит к изменению спектральных характеристик.

Таблица 1

Плотность, молярный объем и температура плавления соединений М3^С1б

К3ШС16 СБ3ШС16

р, г/см3 2,30 2,85 3,25

Ут, см3/моль 206,3 215,3 232,6

Т °С 1 пл. ? ^ 680 780 813

Спектры поглощения соединений М3МС1б

Для спектров поглощения М3ЬиС16 специфично проявление большого числа узких полос различной интенсивности в видимой и ИК-области спектра, отвечающих как чисто электронным, так и электронно-колебательным переходам. В качестве примера на рис. 1 представлены спектры поглощения К3КёС16 и СБ3КёС16, снятые при комнатной температуре. В табл. 2 сведены значения сил осцилляторов основных электронных переходов М3КёС16 в области 11000—30000 см-1, а в табл. 3 с целью сравнения даны характеристики акваиона, кристаллогидрата хлорида неодима и аниона [КёС16]3-.

Рис. 1. Спектры поглощения неодима в CsзNdCl6

Таблица 2

Силы осцилляторов

Область спектра ЗЛУ К3ШС16 ЯЬ3ШС16 CsзNdCl6

эксп. выч. эксп. выч. эксп. выч.

11000-12000 ^3/2 3, 20 3, 34 3, 81 2, 88 3, 10 3, 16

12000-13000 4^З/2; 2#9/2 6, 47 7, 87 5, 40 7, 57 4, 25 5, 61

13000-14200 ^7/2; З3/2 6, 64 6, 88 6, 73 7, 04 4, 05 3, 46

14200-15200 4^9/2 0, 97 0, 58 1, 11 0, 58 0, 40 0, 36

16600-18200 4^5/2; 2^7/2 16, 16 16, 43 19, 75 20, 17 35, 13 35, 22

18600-20200 2 Г -4Г  4Г К13/2; и~7/2; и9/2 10, 65 7, 18 12, 17 6, 91 8, 78 7, 60

20200-22400 2 т/- . 2^ . к15/2; "9/2, ^3/2; "11/2 4, 00 1, 60 4, 24 1, 42 1, 34 1, 34

23100-24200 2^1/2. 2^5/2 1, 67 0, 99 1, 51 0, 83 0, 60 0, 96

27600-29800 4^3/2, 4^5/2, 2/Ц/2, 4^1/2, 2^15/2 18, 01 18, 65 14, 72 15, 79 8, 36 8, 32

Таблица 3

Силы осцилляторов (Р-106) основных полос поглощения иона в воде, в поликристаллах ШС1з-6Н20 и в [ШС1б]3- [10]

Область спектра ЗЛУ Ш3+(а^) ШС13-6Н20 [ШС16]3"

эксп. выч. эксп. выч. эксп. выч.

11000-12000 "з/2 2, 50 2, 39 3, 81 4, 82 0, 92 -

12000-13000 4^3/2; 2Н9/2 8, 27 9, 52 18, 13 19, 64 1, 27 -

13000-14200 "7/2, З3/2 8, 67 8, 01 21, 31 22, 63 0, 85 -

14200-15200 4^9/2 0, 50 0, 81 3, 06 1, 67 - -

16600-18200 4^5/2, 2б7/2 10, 26 10, 35 33, 40 34, 01 10, 2

18600-20200 2 Г -4Г  4Г К13/2, и-7/2, О9/2 7, 10 5, 71 20, 82 12, 58 1, 38 -

20200-22400 К15/2, О9/2, ^3/2, ^11/2 2, 10 1, 46 6, 69 1, 97 - -

23100-24200 2Р1/2, 2^5/2 0, 78 0, 60 2, 04 1, 06 - -

27600- 29800 4^3/2, 4^5/2, 2/Ц/2, 4^1/2, 2^15/2 11, 52 11, 68 20, 63 22, 08 2, 23 -

Анализ и сопоставление данных табл. 2 и 3 показывают, что при переходе от калия к цезию спектр неодима претерпевает заметные изменения. Во-первых, обращает на себя внимание различие в характере расщепления всех полос поглощения. Во-вторых, наблюдается снижение интенсивности практически всех полос поглощения за исключением полосы, соответствующей «сверхчувствительному» электронному переходу /9/2 ^ ' ^7/2;5/2 в области 550-620 нм, интенсивность которой возрастает при переходе К3ШС16 ^ КЬ3ШС16 ^ Св3ШС16. Указанные отличия в спектрах поглощения свидетельствуют о различной степени искажения октаэдриче- ской координации неодима в ряду рассматриваемых соединений.

Близкое сходство спектров поглощения неодима в СБ3КёС16 и [КёС16]3" позволяет считать, что в структуре соли реализуются комплексы с идеальной окта-эдрической симметрией ближайшего окружения иона неодима. Характерной особенностью спектра СБ3КёС16 является низкая интенсивность всех /—-электронных переходов, за исключением «сверхчувствительного» 4/9/2 ^ 2'4С7/2;5/2 (табл. 2, рис. 1). Такое распределение интенсивности полос поглощения отвечает октаэд-рической координации Кё3+ и существенно отличается от типичного для спектров неодима в растворах и кристаллах, где координационное число неодима составляет обычно 7-12, а интенсивности переходов в ближней ИК-области не только соизмеримы с интенсивностью СЧП, но и нередко превышают ее. На рис. 2 представлены фрагменты спектров поглощения неодима в СБ3КёС16 и водном растворе хлорида неодима.

12

10

%

о

1

«о

- !!

А 1

' \ \ и г'П \ ^

V1 (Л' 'V ' 1 \ / ^ I ^ ,

550

650

150 Л, мм

850

950

Рис. 2. Спектры поглощения неодима в Cs3NdQ6

В соответствии с данными [11], критерием стабилизации октаэдричеcких структур является снижение интенсивности только тех переходов, которые не относятся к «сверхчувствительным» (поведение последних зачастую противоположно). В связи с этим целесообразно проследить за изменением величины !Дсчп, которая характеризует сравнительное изменение интегральной интенсивности каждого данного /-го перехода (например, /9/2 —^ ^3/2; ^5/2; ^7/2) и счп (табл. 4).

Таблица 4

Отношение интегральной интенсивности полос в спектрах поглощения неодима в М3МС16

Соединение 1(419/2—4^3/2)//сЧП Д4!9/2—4^5/2)//СЧП Д4!9/2—4^7/2)//сЧП

KзNda6 0,19 0,40 0,41

RbзNdCl6 0,15 0,27 0,34

CsзNda6 0,09 0,12 0,11

[ша6]3" [10] 0,09 0,12 0,08

снижение относительной интенсивности электронных переходов в ряду К+—Rb+—Cs+, как и уменьшение самих значений интенсивностей полос (кроме СЧП), свидетельствуют о стабилизации октаэдрического окружения Кё3+. Данный вывод согласуется с результатами исследования состояния неодима в расплавах хлоридов щелочных металлов [1]. Таким образом, в спектрах поглощения неодима в соединениях M3NdCl6 наблюдается существенная зависимость от

природы катиона щелочного металла, которая в первую очередь связана с их размерами, что проявляется в различной степени искажения координационного октаэдра [ШС16]3-.

Люминесценция соединений М3МС1б

Зависимость от радиуса катиона щелочного металла наблюдается и в люминесценции соединений М3КёС16. Спектры в области 900—2000 нм состоят из четырех полос, соответствующих электронным переходам с метастабильного уровня неодима 4^3/2 на уровни терма ЛЦ. Наиболее интенсивно проявляются переходы 4^3/2 ^ 4/9/2 и 4^3/2 ^4/ц/2, расположенные около 900 и 1060 нм. На рис. 3 представлен фрагмент спектра люминесценции неодима в М3№С16, а в табл. 5 приведены некоторые характеристики полосы люминесценции, соответствующей электронному переходу 4^3/2 ^ 4111/2.

X ? нм

Рис. 3. Спектр люминесценции неодима в Cs3NdCl6 в области 4^3/2^479/2 и А¥3/2^А111/2 переходов

Таблица 5

Характеристики полосы (переход 4^3/2^4/ц/2) в спектрах люминесценции неодима в МзШС1б

Соединение Л-макс, нм Д4^3/2^41п/2)/1(4^3/2^4^9/2) Душ, см-1

К3ШС16 1065,5 2,91 ~200

ЯЬ3ШС16 1064,0 2,60 ~200

CsзNda6 1062,9 1,48 ~200

В спектре люминесценции (рис. 3) представлена суперпозиция полос, принадлежащих однофононным электронно-колебательным и бесфононным электронным переходам на подуровни расщепления уровней 4Ij . Рассмотрим в качестве примера электронный переход 4F3/2^4I9/2. Уровень 4I9/2 в октаэдриче-ском поле расщепляется на три подуровня. Согласно [13], для [NdCl6]3- линии, соответствующие бесфононным электронным переходам, располагаются при 882, 888 и 909 нм (на рис. 3 они отмечены стрелками). При этом интенсивность вибронных переходов значительно превосходит интенсивность чисто электронных переходов, что подтверждает вывод об октаэдрической симметрии ближайшего окружения иона Nd3+ в Cs3NdCl6.

Природа катиона щелочного металла в основном влияет на положение максимума и относительную интенсивность полосы люминесценции и мало сказывается на ее полуширине, что подтверждается данными табл. 5. Большая величина Av1/2 рассматриваемого перехода, сравнимая с неодимовыми стеклами [6], соответствует проявлению некоторой структурной разупорядоченности. Одним из факторов, влияющих на уширение полос при комнатной температуре, является наличие нескольких типов активных центров с различной степенью искажения симметрии ближайшего окружения. Полосы поглощения и люминесценции, определяемые одним типом активных центров, в свою очередь, могут быть дополнительно уширены под влиянием изменений во внешней координационной сфере.

Кристаллы с октаэдрической симметрией ближайшего окружения неодима обладают высокими временами релаксации возбужденных состояний в связи с выполнением запрета по четности и, следовательно, малой интенсивностью электрических дипольных переходов [13]. С целью исследования характера тушения были синтезированы поликристаллические образцы состава M3Y0,5Nd0,5Cl6 и M3Y0,9Nd0;1Cl6, «разбавленные» трехвалентным иттрием. Результаты изучения кинетики затухания люминесценции Nd3+ в ряду соединений приведены в табл. 6.

Таблица6

Значения времени затухания люминесценции x(Nd3+) в ряду соединений неодима

Соединение r(Nd3+), мкс

M = K M = Rb M = Cs

M3NdCl6 230 450 650

M3Y0,5Nd0,5Cl6 400 730 1300

M3Y0,9Nd0,1Cl6 560 1300 2250

Наблюдаемое во всех случаях увеличение времени жизни метастабильно-го уровня ^3/2 иона неодима т(Кё3+) в ряду К-ЯЬ-Сб подтверждает вывод о стабилизации октаэдрической координации неодима при увеличении радиуса катионов щелочных металлов. Поскольку тип симметрии окружения Кё3+ остается неизменным в концентрированных и разбавленных системах, можно полагать, что рост значений т(Кё3+) при разбавлении М3КёС16 хлоридом иттрия свя-

зан в первую очередь с наличием кросс-релаксационного тушения неодима в этих соединениях. Подобное тушение в неодимовых системах может протекать по трем различным схемам [6]. Первая соответствует резонансному «размену» энергии одного из ионов Кё3+, возбужденного в состояние 4^3/2 (обозначим его через Кё*(1)(4^3/2}} на два возбуждения с более низкой энергией:

Ш*

Вторая и третья схемы включают нерезонансный размен энергии возбуждения уровня 4^3/2 на два более низко лежащих энергетических состояния 4/13/2 и 4/15/2 с выделением избытка энергии в виде фононов в матрицу:

Ш*

Ш*

Из трех вариантов тушение по резонансной схеме в принципе является наиболее сильным. Оно, как правило, и характерно для большинства неодимовых систем со значительным концентрационным тушением. Однако резонансный размен энергии требует для своей реализации выполнения очевидного условия: необходимо, чтобы при данной температуре максимальная энергия перехода 4Р3/2^4715/2 донора была не меньше, чем минимальная энергия перехода 4!9/2^4115/2 акцептора. У большинства неодимовых люминесцентных материалов с сильным концентрационным тушением при комнатной температуре это условие как раз и выполняется. Если же справедливо условие:

Ешах

то тушение ионов Кё3+ идет по менее эффективным нерезонансным схемам (4) и (5). Нерезонансные процессы не зависят от температуры, и для их протекания требуется только, чтобы разница энергий электронного возбуждения начального и конечных состояний не слишком превосходила энергию фононов данной матрицы кУф, то есть,

АЕ = £

Экспериментально определенное значение энергетического зазора АЕ ионов Кё3+ в М3КёС16 составляет приблизительно 1500 см-1 и для его «перекрытия» требуется около пяти фононов (при частоте фононного спектра ~ 300 см-1). Как известно процессы, протекающие с участием большого числа фононов, являются менее вероятными, чем однофононные. Следовательно, кросс-релаксационное тушение неодима в соединениях М3КёС16 с наибольшей вероятностью протекает по резонансной схеме (2).

По совокупности спектроскопических данных были рассчитаны параметры интенсивности Джадда тх [9] и на их основе проведена оценка времени жизни излучательного уровня 4^3/2 неодима в поликристаллах М3КёС16 (табл. 7). Значения тэксп. и ттеор. существенно различаются, причем отличия становятся значительнее при переходе от К3КёС16 к СБ3КёС16, т. е., в порядке стабилизации

октаэдрической координации неодима, определяющей увеличение вклада в интенсивности полос поглощения от электронно-колебательных переходов. Таким образом, теория Джадда—Офельта [9, 12], предложенная для расчета параметров электрических дипольных переходов, оказывается непригодной в данном случае. Именно это, однако, служит еще одним подтверждением высокой симметрии октаэдрического окружения неодима в системах М3КёС16.

Таблица 7

Значения параметров Джадда катиона и сравнение экспериментальных и теоретических значений времени жизни метастабильного состояния 4^3/2 неодима в М3^С16

Гх'109, см K3NdCl6 Rb3NdCl6 Cs3NdCl6

X = 2 2,49 1,14 9,49

X = 2 11,23 1,01 7,48

6 = 6,99 1,54 2,10

Тэксп, мкс 230 450 650

Ттеор, мкс 356 391 292

В целом спектральные свойства (наличие интенсивных полос в спектрах поглощения и люминесценции, высокие значения времени жизни мета- стабильного уровня 4F3/2 иона неодима) в сочетании с технологической простотой получения позволяют считать соединения M3NdCl6 перспектив- ными высококонцентрированными люминесцентными материалами.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Барбанель Ю. А. Координационная химия f-элементов в расплавах. М.: Энерго-атомиздат, 1985. 144 с.

2. Басиев Т. Т., Дорошенко М. Е., Конюшкин В. А., Осико В. В., Федоров П. П., Деми-денко В. А., Дукельский К. В., Миронов Н. А., Смирнов А. Н. Фторидная оптическая наноке-рамика // Известия РАН. Сер. химич. 2008. № 5. С. 863-872.

3. Браун Д. Галогениды лантаноидов и актиноидов. М.: Атомиздат, 1972. 272 с.

4. Каминский А. А. Лазерные кристаллы. М.: Наука, 1975. 256 с.

5. Лантаноиды. Простые и комплексные соединения / Под ред. В. И. Минкина. Ростов н/До, 1980. 296 с.

6. Мак А. А., Сомс Л. Н., Фромзель В. А., Яшин В. Е. Лазеры на неодимовом стекле. М.: Наука, 1990. 288 с.

7. Накамото К. ИК-спектры и спектры КР неорганических и координационных соединений. М.: Мир, 1991. 536 с.

8. Физика и спектроскопия лазерных кристаллов / Под ред. А. А. Каминского. М.: Наука, 1986. 272 с.

9. JuddB.R. Rare-earth intensity trials // Molecular Phys. 2003. V. 101. № 7. P. 885-890.

10. Henrie D. Е., Henrie В. К. Oscillator strengths of f-f transitions in hexachloroneodym-ium(III) anion // J. Inorg. Nucl. Chem. 1974. V. 36. № 9. P. 2125-2128.

11. Henry D. Е., Fellows R. L., Choppin G. R. Hypersensitivity in the electronic transitions of lanthanide and actinide complexes // Coord. Chem. Rev. 1976. V. 18. P. 199-224.

12. SmentekL. Judd-Ofelt theory: past, present and future // Molecular Phys. 2003. V. 101. № 7. P. 893-897.

13. Tofield B. C., Weber H. P. Efficient phonon-assisted long-lifetime Nd3+ fluorescence in Cs2NaNdCl6 // Phys. Rev., B. 1974. V. 10. № 11. P. 4560-4567.

REFERENCES

1. Barbanel' JU. A. Koordinacionnaja himija f-jelementov v rasplavah. M.: JEnergoa-tomizdat, 1985. 144 s.

2. Basiev T. T., Doroshenko M. E., Konjushkin V. A., Osiko V. V., Fedorov P. P., Demidenko V. A., Dukel'skij K. V., Mironov N. A., Smirnov A. N. Ftoridnaja opticheskaja nanokeramika // Izvestija RAN. Serija himicheskaja. 2008. № 5. S. 863-872.

3. Braun D. Galogenidy lantanoidov i aktinoidov. M.: Atomizdat, 1972. 272 s.

4. KaminskijA.A. Lazernye kristally. M.: Nauka, 1975. 256 s.

5. Lantanoidy. Prostye i kompleksnye soedinenija / Pod red. V. I. Minkin. Rostov n/D, 1980. 296 s.

6. Mak A. A., Soms L. N., Fromzel' V A., JAshin V E. Lazery na neodimovom stekle. M.: Nauka, 1990. 288 s.

7. Nakamoto K. IK-spektry i spektry KR neorganicheskih i koordinacionnyh soedinenij. M.: Mir, 1991. 536 s.

8. Fizika i spektroskopija lazernyh kristallov / Pod red. A. A Kaminskij. M.: Nauka, 1986.

272 s.

9. JuddB. R. Rare-earth intensity trials // Molecular Phys. 2003. V. 101. № 7. P. 885-890.

10. Henrie D. E., Henrie B. K. Oscillator strengths of f-f transitions in hexachloroneodym-ium(III) anion // J. Inorg. Nucl. Chem. 1974. V. 36. № 9. P. 2125-2128.

11. Henry D. E., Fellows R. L., Choppin G. R. Hypersensitivity in the electronic transitions of lanthanide and actinide complexes // Coord. Chem. Rev. 1976. V. 18. P. 199-224.

12. SmentekL. Judd-Ofelt theory: past, present and future // Molecular Phys. 2003. V. 101. № 7. P. 893-897.

13. TofieldB. C., Weber H. P. Efficient phonon-assisted long-lifetime Nd3+ fluorescence in Cs2NaNdCl6 // Phys. Rev., B. 1974. V. 10. № 11. P. 4560-4567