Мадригалы Владимира Пономарева: особенности прочтения жанра

КОМПОЗИТОРСКОЕ ТВОРЧЕСТВО

УДК 784.15

И. В. Белоносова

МАДРИГАЛЫ ВЛАДИМИРА ПОНОМАРЕВА: ОСОБЕННОСТИ ПРОЧТЕНИЯ ЖАНРА

бращение современных отечественных композиторов к жанровым моделям, возникшим в Западной Европе в отдаленные эпохи, в частности, в эпоху Возрождения и барокко, уже стало традицией, начало которой было положено неоклассическими тенденциями в общемировой музыкальной практике начала XX столетия [1; 7; 14].

Исторические рамки эпохи Возрождения и ее географический ареал значительны (XIV - конец XVI вв., Италия, Нидерланды, Франция, Германия, Англия), а достижения в области всех искусств - живописи, музыки, литературы - до сих пор поражают своей беспримерной значимостью и провидческой глубиной [4, с. 71-75]. Одним из ведущих светских жанров этого времени стал итальянский мадригал, расцвет и развитие которого попадает на XVI в. [4, с. 128-129; 2; 8, с. 91-93]. Как и многие другие жанры эпохи Возрождения, мадригал долгое время был тесно связан с музыкой. «Мадригал (от итал. тапЛга - стадо, прованс. тпапйге - пастух) - первоначально стихотворение из сельской жизни, пастушеская песнь, вид идиллии. Возник в Италии в XIV-XVI вв., стал популярной песенной формой, культивировался поэтами и композиторами Возрождения (Петрарка, Бок-каччо, Саккетти). С XVII в. мадригал теряет связь с музыкой и становится своего рода галантным комплиментом» [5, с. 496]. Принципиально светский характер музыкального мадригала как лирического жанра (хотя создавались и духовные мадригалы) позволял композиторам отступать от норм и канонов

© И. В. Белоносова, 2015

строгого стиля в многоголосии, заявляя о своей индивидуальности в рамках 4-5-голосных вокальных ансамблей a'capella, хотя допускалась замена голосов инструментами. Удивительна была среда, в которой культивировался этот музыкально-поэтический жанр в эпоху Возрождения: знатоки и любители музыки, поэты и ценители поэзии, композиторы и их друзья. В этом кругу, где наслаждение доставляло прослушивание прекрасных стихов в оформлении одухотворявшей их музыки, без труда можно было составить небольшой вокальный ансамбль, способный исполнить новое сочинение композитора.

Дальнейшая судьба мадригала в музыке связала с его забвением и возрождением в начале XX в. в творчестве П. Хин-демита, И. Стравинского, С. Прокофьева, Н. Мясковского, А. Шнитке. Д. Лигети, JI. Ноно [6]. Инструментальные и вокальные мадригалы композиторов XX в. (например, И. Стравинский, «Мадригальная симфония памяти Джезуальдо»; А. Шнитке - «Три мадригала на стихи Ф. Танцера») демонстрируют понимание жанра как репрезентанта высокой духовности, требующего сочетания композиторского мастерства с проникновенностью в передаче лирического чувства.

В творческом багаже красноярского композитора В. Пономарева в общей сложности 30 вокальных композиций, озаглавленных им как мадригалы. Это два сборника по 12 мадригалов: «Тетрадь мадригалов для смешанного вокального ансамбля» (2001), «Вторая тетрадь мадригалов для вокального ансамбля» (2003), и два сборника по три мадригала «Three madrigals for vocal ensemble.

О

Lyrics by Andrey Demeni.uk», «Три мадригала для вокального ансамбля на стихи Андрея Деменюка» (2009)1.

В контексте духовной музыки, которая в 1990-е годы в первую очередь занимала воображение композитора, названные сочинения можно отнести к разряду «светских» жанров. «Мадригальная» линия в творчестве Пономарева определялась «прагматикой» жизни: необходим был разнообразный репертуар для созданного им вокального квартета. Прекрасный аранжировщик, знаток православной хоровой музыки, он нашел для себя область, в которой смог раскрыться как тонко чувствующий специфику жанра композитор-интеллектуал.

Организация мадригалов в единое целое в виде сборника - характерный признак жанра. Но если, например, в практике мадригалистов Возрождения существовала традиция объединения мадригалы в так называемые Книги (у Клаудио Монтеверди, например, во Второй книге мадригалов преобладают тексты Тассо, а с Третьей по пятую - Гва-рини), то Пономарев называет свои сборники «Тетрадями». В качестве текстов композитор использовал лирические стихотворения сибирских авторов. Среди них есть и друзья композитора.

По словам Пономарева, создавая первую тетрадь, он отказался от тринадцатого мадригала, как не очень удачного и оставил в цикле 12 мадригалов. Это же число - 12 - он, уже сознательно, сохранил во второй тетради. Число мадригалов, сочиненных позже составляет 6. В свою очередь оно образовано от «сложения» двух малых циклов по 3 мадригала. Общая композиция мадригалов из четырех циклов (12+12+3+3) своеобразно воплощает принцип подражания «гармонии небесных сфер» (Пифагор), в эпоху средних веков трактуемой как «эстетика числа». В данном случае «3» -результат деления 12 на 4; общая сумма 30 - состоит из четырех слагаемых, число 12 - четное, а 3 - нечетное. Числовые пропорции действуют также и на уровне организации каждого цикла: в первой и второй тетрадях выделяются четыре

группы по три мадригала с явным более крупным членением на две части по 6 мадригалов (6+6+6+6).

Умберто Эко писал об эстетике чисел, которая в средние века была сформирована на основе пифагорейской космологии: «У других авторов, а также в обыденном сознании число «четыре» становится числом принципиально важным, способным многое объяснить в окружающем мире; оно кладется в основу разнообразных последовательностей. Четыре страны света, четыре составляющих розы ветров, четыре фазы луны, четыре времени года, четверка как основа тетраэдра огня в «Тимее»; наконец, четыре буквы в слове АДАМ. Кроме того, как учил Витрувий, четыре - это число человека, так как если он раскинет руки, то расстояние между кончиками пальцев будет соответствовать его росту, образуя стороны идеального квадрата. Четыре -это число нравственного совершенства, и потому четырехугольным называют морально закаленного человека... Гуго Сен-Викторский утверждает, что тело и душа отражают совершенство божественной красоты, поскольку тело основывается на четном числе, несовершенном и шатком, а душа - на числе нечетном, определенном и совершенном; духовная жизнь зиждется на математической диалектике» [11, с. 52-53]. Совершенно очевидно, что В. Пономареву удалось создать композицию, в которой числовые закономерности стали отражением глубинных, «генетически» присущих жанру свойств.

После публикации нотных сборников мадригалов стало возможным выявить некий «авторский» ряд, представив его в виде последовательности авторских текстов: 1. В. Кощий; 2. В. Бездуганов; 3. В. Евграфов; 4. В. Барков; 5. Е. Евтушенко; 6. В. Пономарев; 7. В. Пчелкин; 8. М. Кон; 9. Т. Огневая; 10. А. Деме-нюк; 11. А. Кыштымов; 12. В. Барков; 13. Ф. Веселков; 14. Ю. Астафьев.

Рассматривая список авторов в метафорическом поле «поэтических звезд», можно заметить в ряду сибирских поэтов двух композиторов2. Так же в списке

указаны два значимых для российской культуры имени - Е. Евтушенко и Ю. Астафьева. В результате, в общем поэтическом ряду образуются две слитные пары «поэт-композитор» «Евтушенко - Пономарев» (5-6) и «композитор-поэт» «Веселков - Астафьев» (13-14). В нижеследующей Таблице 1. в верхнем ряду обозначены римскими цифрами порядковые номера мадригалов, во втором - арабскими цифрами порядковые номера «авторского ряда», что позволяет наглядно представить тексты каких авторов использовал композитор в каждом из 24 мадригалов (см.: таб. 1).

В контексте музыкального пространства мадригалов первая пара расположена в центре цикла Первой тетради, образуя «ось» симметрии (VI-VII). Во Второй тетради стихи Ф. Веселкова составляют основу второго мадригала, стихи В. Пономарева расположены в центре, а Ю. Астафьева - в завершении цикла, что способствует «стягиванию» смыслового пространства мадригалов в область сибирского ареала (II ...VI ... XII).

Особое расположение частей в звуковом пространстве «Тетради мадригалов», словно «живописующем меняющуюся во времени картину мироздания и человека в нем», позволяет рассмотреть систему образов как символическую виртуальную картину. Зримость и живость ей придает упоминание «звездных светил» в текстах. Они представлены «Сатурном»

(I), безымянной звездой - «эта планета»

(II), ночным звездным небом, которое как «звездная печаль» вмещает и Бога, и черта («Рыдали черти на погосте /... Сам Бог не мог помочь») (VIII), и «Солнцем», сменяющим картину ночи (IX).

«Авторский» ряд в

Но не только космогонический мотив пронизывает части Первой тетради, вознеся сначала наше воображение в «заоблачные выси», а затем постепенно спуская его к «человеку». В каждом поэтическом тексте, начиная с IV мадригала, присутствует мотив «воды», словно символ, олицетворяющий «первостихию»3. Вода меняет свой облик, принимая образ снега и «мутной талой воды» (IV); воображаемой реки («и я не на том берегу» (V); дождя («синий город в сизых каплях», VII); слез («в заливе слез купалась ночь», VIII); реки с прозрачными водами («разливаются реки, прозрачные воды журчат», IX); «реки медовой» (X); вновь дождя (XI, XII).

В воображаемой картине фоном являются звездное небо и водные струи, временной континуум представлен четырьмя временами года не совсем в привычном порядке: Зима (IV), Осень (VII), Весна (IX), Лето (X). Времена года чередуются со сменой дня и ночи.

Кроме основных поэтических констант «звездного неба» и «водной стихии» к объективным относятся мотивы «пути», «земли», «человека». Объединенные вместе они представляют следующие планы.

1) Большая часть мадригалов пронизана мотивами «звездного неба». Эти поэтические тексты создают «верхнюю область» и «общий фон» пространства воображаемой картины (I, II, IX,X).

2) Центральный (средний план') образуют тексты, повествующие о «земле» (IV) и «городе» (VII), к которым приводят мотивы «пути», ведущие с «небес» (от I и II мадригалов). Образ «города» появляется единственный раз в VII мадригале.

Таблица 1

[позиции мадригалов

Первая тетрад

I. II. III. IV. V. VI. VII. VIII. IX. X. XI. XII.

1. 2. 3. 4. 2. Е 5. 6. торая тетрад 7. ь 8. 9. 10. 11.

I. II. III. IV. V. VI. VII. VIII. IX. X. XI. XII.

12. 13. 10. 2. 8. 6. 7. 11. 3. 9. 1. 14.

Дополнительным средством осознания важности двух центральных мадригалов («оси симметрии») в цикле является поэтическая пара «Евтушенко - Пономарев» (У1-УП): расположенные рядом они утверждают глубину чувства и лирико-психологическую насыщенность общей атмосферы, а также являются «маркером» перехода от первой части ко второй - от «внеземного - к реальности». V— VI—УП мадригалы звучат в тональностях, традиционно связанных с трагической (си минор) и лирико-драматической (соль минор) сферами. Лирической кульминацией цикла является У1-й мадригал (на слова Е. Евтушенко): начальная фраза «не исчезай» повторяется 12 раз в различных ва-

риантах, из них в завершении - восьмикратно (см.: пример 1).

3) Нижний план «картины», словно «точка» в пространстве мироздания -одинокая женская фигура, промокшая, вбирающая в себя весь мир («ты вымокла, как этот мир»), и, в то же время, счастливая («смеялась ты») [XII] (см.: таб. 2):

Логика развития поэтического сюжета во Второй тетради иная: константы текста связывают между собой образы настроения и мотивы природы, как воплощение «субъективного» и «объективного». Стихия «ветра», замещая мотив «воды», словно, невзирая на желания героя, вносит в его жизнь самые разнооб-

Пример 1

Не исчезай

Н* пс - че - чай

Таблица 2

Первая тетрадь мадригалов

I. Мы как два пешехода F-dur

ir. Какая гармония в свете E-dur

III, Вес ведь будет другим a-moll

IV, Снова сыплется снег e-moll

V. Уснули поля моей родины дальней h-rnoll

VI. Не исчезай g-moll

Vil. Дождь осенний h-inoll

VIH. Б заливе с лен fis-moll

IX. Весна D-dur

X. Еше не август G-dur

XI. Осталось боли f-moll

XII. Шел дождь e -moll

разные и противоречивые эмоции. Ночное зимнее небо, где сияет только луна и звезды, не может изменить настроения тоски («прорастает тоска», I), печали («строки печали», III), грусти («душа мир оставит грустить при луне», IV), забытья («позабыто все на свете», V; «цро все на свете забыть», VII), муки («осенней мукой полон сад», VI), скуки («устав от скуси беспросветной», XI). Этим негативным настроениям противостоят светлые («Пора цветенья», II) и мечтатель-

Вторая тет

ные («Мечтать», X), подготавливающие восторженное признание в любви к родному краю в финальной части («Мой край», XII).

Логику связанных друг с другом образами природы и временами года поэтических образов, можно представить в следующей схеме, в которой каждый мадригал оценивается как либо выразитель «объективного» (+), либо «субъективного» (-) начала (см.: таб. 3):

Таблица 3

з;ь мадригалов

1.11ритяжение ценности II. Нора цветения Ш. В шуме деревьев

H с (+) н (-) с

IV. Не растратить всех чувств (-) gis VII. Метель (-) с V. Приходит ветер (-) D VIII. Месяц (-) А VL Осенний сад (-) f IX. Декабрьское солнце (-) в

X. Мечтать XI. Без тени XII. Мой край

(+) eis (-) F (+) eis

Пример 2

Мой край

г/ иД J--d- т±-- J. УЬ,

Край цу 'г Г pu - вый ГГ—Т ' ¿на - ю \И ш Щ Т ТРР я. lit.ту Л

- ро - вый, ку - со-чек Рос - си-и.

кают нетерцовые созвучия различных структур, тесно связанные с «множественностью центральных элементов системы» в целом [9, с. 158]. Терцовая ак-кордика более всего характерна для Второй тетради.

В музыке двух последних циклов также на первом плане ритмическая определенность и полная согласованность музыкального ряда с ритмом стиха независимо от языка (на английском и русском, эквиритмический перевод Деменюка). Это присущее всем мадригалам качество позволяет четко артикулировать текст, в котором поэтично описываются томительные предчувствия («ты всего лишь мечта», I), парадоксальность чувств после утраты («я дождусь никогда», II), уверенность в спасительной силе воспоминаний о прошедших днях («как зоркая память на осень глядит из окна», III). Выразительное значение приобретает то-

Нет!..

Каждый мадригал пронизан настроением скорее меланхолической грусти, чем трагической безысходности. Так, в X и XII мадригалах ладовое решение не совпадает с эмоциональными «знаками» поэтического текста, причем, это не исключение, а правило, которое лишь подчеркивает значимость тонального плана всего цикла, основанного на красочном сопоставлении мажорных и минорных тональностей, отстоящих друг от друга на терцию или секунду.

Следует отметить, что во всех 30 мадригалах В. Пономарева преобладает аккордовая фактура как результат естественного горизонтального движения голосов, организованных ритмически единообразно (см.: пример 2).

Кроме этого композитор использует различные приемы полифонической техники, преимущественно имитационной (см.: примеры 1,2). В результате возни-

Таблица 4

Мадригалы на стихи А. Деменюка

Tree madrigals For vocal ensemble Три мадригала для вокального ансамбля

«You arc only the dream. 1. es-moll «Ты вссго лишь мечта...»

«Never»: its what I wait. «Я дождусь никогда»

11. D-dur

«As autumn, as sea...» «Что осснь. что морс...»

III. cis-moll

нальный план цикла, в котором тональность каждого следующего мадригала отстоит от предыдущего на полтона: es (Г) -D (II) - eis (III). Оба цикла образуют две части (3+3), которые вместе можно расценивать как символ двуликого Януса -древнего божества, бога времени (как и Сатурн), начала и конца, входа и выхода. Циклы, имея «одно» музыкальное воплощение и два различных текстовых решения (английский - русский), образуют своеобразное «тело» (жанр) с двумя лицами - молодым (устремленным в будущее) и старым (обращенным в прошлое) (см. таб. 4).

В. Пономарев устанавливает тонкую и своеобразную связь с жанром мадригала. Необходимость отбора текстов с «космологической» символикой и подчинение композиции «эстетике числовых пропорций» определили принципы работы композитора цри создании циклов. Скорее всего, композитор созна-

тельно отказался от приемов, которые могли бы вызвать у слушателей прямые и непосредственные ассоциации с историческим прототипом. Жанр мадригала - это «пастушеская песня на родном языке». Избрав стихи сибирских поэтов, композитор предлагает собственное понимание выражения «родной язык». Своеобразие и самобытность жанра словно «бросает вызов» композитору-новатору, призывая к самостоятельности и оригинальности. Не случайно Р. Поджиоли, говоря о мадригалах эпохи Возрождения, утверждал, что фигура конвенционального пастуха «не репрезентирует человека ни как homo sapiens, ни как homo faber, а только как homo artifex: или, проще, как музыканта и поэта» призывая к новому музыкальному прочтению, к «новым берегам» [3, с. 24]. Эти слова в полной мере относятся к мадригалам В. Пономарева — поэта и композитора.

Примечания

1 Владимир Валентинович Пономарев (1960) -окончил Новосибирскую консерваторию в классе профессора А. Мурова, член СК РФ (1991), доцент Красноярской государственной академии музыки и театра (ведет специальный класс у композиторов, а также курс поли-

фонии). Является регентом Свято-Троицкого храма. Был инициатором создания вокального квартета при Красноярской филармонии.

2 В 2014 г. были изданы два поэтических сборника В. Пономарева «Время Ч?» и «Сочинение без опуса».

3 У. Эко приводит слова Фомы Аквинского по поводу мифических поэтов, таких, как Орфей, Мусей и Лин: «Фома с некоторым удовлетворением говорит, что они sub fabulari

similitudine (под видом мифических рассказов) дали понять, что в начале вещей была вода» [11, с. 157].

Литература

1. Дубравская Т. Мадригал и современность // История и современность. - М., 1990. - С. 42-52.

2. Дубравская T. H. Итальянский мадригал XVI века // Вопросы музыкальной формы. -М., Музыка, 1972. - Вып. 2. - С. 55-97.

3.Коробова А. Мадригал как новая carmen pastorale в музыкальном искусстве Ренессанса // Старинная музыка. - 2008 - № 1-2 (39-40). - С. 15-24.

4. Ливанова Т. История западноевропейской музыки до 1789 года: Учебник. В 2-х кн. Кн. 1: От античности к XVIII веку. - M.: Музыка, 1986. - 462 с.

5. Мадригал // Краткая литературная энциклопедия / Гл. ред. А. А. Сурков. - M.: Сов. эн-цикл., 1962-1978. Т. 4: Лакшин - Мураново. - 1967. - С. 496

6. Мадригал // Свободная энциклопедия Вики-педия [Электронный ресурс]. - Режим доступа: https://ru.wikipedia.org/wiki

7. Неоклассицизм // Акопян Л. О. Музыка XX века. Энциклопедический словарь. - М.: практика, 2010. - С. 376;

8. Симакова Н. Вокальные жанры эпохи Возрождения. - М., 1985. - С. 91-113.

9. Холопов Ю. Очерки современной гармонии. -М„ 1974. - 288 с. - С. 158

10. Цукер А. Барочная модель в современной массовой музыке // Искусство XX века: диалог эпох и поколений: сб. статей. - Н. Новгород, 1999. - Т. II. - С. 180-191.

11. Эко Умберто. Искусство и красота в средневековой эстетике. — СПб.: Алетейя, 2003. — 256 с.

References

1. Dubravskaya T. Madrigal i sovremennost' [Madrigal and modernity] Istoriya i sovremennost' [History and the Present]. Moscow, 1990, pp. 42-52.

2. Dubravskaya T.N. Ital'yanskij madrigal XVI veka [Italian madrigal of the XVI century] Voprosy muzykal'noj formy [Questions on musical form], Moscow, 1972, (2), pp. 55-97.

3.Korobova A. Madrigal kak novaya carmen pastorale v muzykal'nom iskusstve Renessansa [Madrigal as new carmen pastorale in music of the Renaissance] Starinnaya muzyka [Early music], 2008, (39 - 40), pp. 15-24.

4. Livanova T. Istoriya zapadnoevropejskoj muzyki do 1789 goda: Uchebnik. V 2-kh kn. Kn.l: Ot antichnosti k XVIII veku [History of Western music before 1789. Textbook in two vol. Vol. 1. From Antiquity to the XVIII century], Moscow, 1986, 462 p.

5. Madrigal [Madrigal] Kratkaya literaturnaya ehntsiklopediya [Concise Literary Encyclopedia]. Moscow, 1967, (4), p. 496.

6. Madrigal [Madrigal] Svobodnaya enciklopediya vikipediya [Wikipedia, the free encyclopedia]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki

7. Neoklassitsizm [Neoclassicism] Akopyan L.O. Muzyka XX veka. EHntsiklopedicheskij slovar'[Music of the twentieth century. Encyclopedic Dictionary], Moscow, 2010, p. 376.

8.Simakova N. Vokal'nye zhanry ehpokhi Vozrozhdeniya [The Renaissance vocal genres]. Moscow, 1985, p. 91-113.

9. Kholopov YU. Ocherki sovremennoj garmonii [Essays on modern harmony]. Moscow, 1974, 288 p.

10. Tsuker A. Barochnaya model' v sovremennoj massovoj muzyke [Baroque pattern in modern mass music] Iskusstvo XX veka: dialog ehpokh i pokolenij: sb. Statej [Art of the XX century: dialogue of ages and generations: Collected articles.]. N. Novgorod, 1999, (II), pp. 180-191.

11. EHko Umberto. Iskusstvo i krasota v srednevekovoj ehstetike [Art and beauty in medieval aesthetics]. SPb, 2003, p. 256.

Мадригалы Владимира Пономарева: особенности прочтения жанра

Обращение современных композиторов к жанрам, возникшим в отдаленные историчес-

Vladimir Ponomarev's madrigals: the peculiarities of the genre understanding

It is a characteristic feature of the musical culture of the twentieth century that