Педагогическое осмысление идентичности личности: необходимость культурологического контекста

УДК 130.2 ББК 53.54

ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ ИДЕНТИЧНОСТИ ЛИЧНОСТИ: НЕОБХОДИМОСТЬ КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОГО КОНТЕКСТА

Борисова Татьяна Алексеевна,

педагог-психолог

Воронежская область

МКОУ Девицкая СОШ Семилукский район

У

Аннотация. Статья затрагивает проблему влияния процесса инкультурации на становление и развитие идентичности личности. При этом рассматривается лишь один аспект: понимание современной культурологией природы, сущности и проявлений данной зависимости, что позволяет акцентировать культурную составляющую в определении, в том числе, педагогикой, сущности идентичности личности и процесса ее формирования.

Ключевые слова: идентичность, идентификация, культура, инкультурация, аккультурация.

PEDAGOGICAL UNDERSTANDING OF PERSONALITY IDENTITY: THE NEED FOR CULTURAL CONTEXT

Borisova T.A., psychologist

Secondary school, Devitsa, Semiluki district

Abstract. The article touches upon the problem of the influence of the process of inculturation in the formation and development of personality identity. In this case we consider only one aspect: understanding contemporary cultural studies the nature, essence and manifestations of this relationship that allows us to emphasize the cultural aspect in the definition, including pedagogy, the nature ofpersonal identity and the process of its formation.

Key words: identity, identification, culture, inculturation, acculturation.

Идентичность личности на сегодняшний день -понятие многосмысловое, так как каждая область гуманитарного знания трактует его по-своему. В последние годы активное внимание к данному феномену отмечено со стороны педагогики. Решая специфические задачи, сообразные предмету данной отрасли науки, ученые-педагоги сталкиваются и с рядом проблем, причина которых кроется в многозначности толкований исходных определений как самого феномена, так и процессов, его детерминирующих. В частности, как свидетельствует предпринятый нами анализ, наблюдается очевидная неравновесность в обращении к процессам социализации и инкультурации как определяющим становление и

развития идентичности личности. Данное противоречие определило проблематику данной статьи.

Несмотря на многообразие исследовательских концепций, проблема теоретического осмысления понятия, на наш взгляд, одна из актуальных тем в современной науке. Касается она, в первую очередь, вопросов самоопределения и объяснения бытия в целом в каждой культуре. Выявление сущности, структуры идентичности в контексте культуры, анализ факторов формирования предполагает необходимость обращения к глубинным основам бытия человека в культуре. При этом основу любой культурной целостности необходимо искать, прежде всего, в человеческом факторе общественной действитель-

280

ности, в том, что реально объединяет людей в пределах определенной эпохи или пространства.

Культурная целостность не носит функционального характера в сравнении с социальным или общественным строем, задача которых - интеграция разнородных социальных элементов в единый функционирующий организм. Ее объединяет, на наш взгляд, общность отношения к миру, к своей жизни и к жизни других, а именно - смыслообразующие компоненты человеческой жизни (система ориентации, мотивов, ценностей). Чтобы не потерять смысловую опору понятия идентичности, ее необходимо рассматривать через призму философских, социологических, психологических аспектов.

Во второй половине XX - начале XXI века появляется ряд зарубежных и отечественных научных исследований, которые оценивают понятие идентичности через культурную составляющую. Усвоение норм и ценностей культуры сообщества как одного из ведущих элементов процесса идентификации позволило ряду авторов рассматривать данную категорию как категорию культурологическую. К числу таких авторов можно отнести М. Ка-стельса, М. Серто, А. Я. Флиера и других, выявивших особенности идентификации как явления не только социальной, но и культурной жизни общества.

Исходным положением М. Серто является утверждение, что идентификация суть «аккультурация» к способам, нормам, практическим рекомендациям в повседневной жизни. С позиций М. Серто идентификация может быть представлена как совокупность четырех процессов: самоутверждение во времени, «покорение времени», самоутверждение в пространстве и «покорение пространства». Самоутверждение во времени связано с присвоением умений и качеств, которые позволяют обретать определенную независимость в постоянно меняющихся обстоятельствах. Покорение времени, согласно М. Серто, осуществляется посредством конструирования относительно автономного пространства собственной жизни человека. Самоутверждение в пространстве осуществляется вследствие освоения путей способов «чтения» пространства, овладения знанием, понимания культурных значений представленных в социокультурном пространстве. Наконец, «покорение» пространства предполагает трансформацию «неопределенностей истории» в читаемые пространства с целью обеспечения собственного места [5].

М. Кастельс рассматривает идентификацию как «процесс конструирования смысла на основе определенного культурного свойства или соответствующей совокупности культурных свойств, обладаю-

щих приоритетом по отношению к другим источникам смысла». Понятие идентификации в теоретических построениях М. Кастельса связано с понятием самобытности, замыкающей человека в рамках определенного сообщества. М. Кастельс подчеркивает роль религии в процессе идентификации, которая, выполняет функцию «сакрализации» [2].

Одной из наиболее содержательных концепций по проблеме места идентичности в современной культуре представлена Энтони Гидденсом. Он рассматривает проблему взаимосвязи общества и личности в эпоху «высокого модерна» через призму следствий глобализационных процессов. «Личностная идентичность, - отмечает Гидденс, - не является характерной чертой или набором черт, которыми обладает индивидуум. Она представляет собой самость, рефлексивно понимаемую индивидом в терминах ее или его биографии. Идентичность предполагает непрерывность в пространстве и времени, однако самоидентичность является такой непрерывностью, будучи рефлексивно интерпретируемой агентом <...> Быть «личностью» означает не только быть рефлексивно действующим лицом, но и обладать понятием личности (прилагаемым к себе и другим)» [1]. Иными словами, идентичность личности не является каким-то объективным свойством человека - она порождается и поддерживается продолжающимся нарративным движением, интегрирующим события, поступки и переживания в связную биографию. Диалектика - это поле для идентичности, а идентичность - это два полюса: с одной стороны, абсолютное приспособленчество; с другой стороны, замкнутость на себя. Гидденс предложил оригинальную, категориально развитую и последовательно рационалистическую концепцию современности как продукта двух взаимосвязанных процессов: глобализации и радикальной детрадициона-лизации [8].

Культурологическое понимание категории идентификации в отечественной научной мысли мы находим у А. Я. Флиера. В основе понимания идентичности А. Я. Флиером лежит тезис, что «люди -не просто механические носители тех или иных потребностей и интересов, но и психологические индивидуальности, что, помимо прочих особенностей, требует и их преимущественно группового существования» [7]. Автор ссылается на то, что человек эмоционален, у него есть чувства к другим людям, он также ждет эмоций, направленных на себя. Автор настаивает на социально одобряемой культурной идентификации, где индивид будет себя чувствовать неотъемлемой частью общества, необходимой ее составляющей. При этом значимость получает феномен индивидуальности, а индивидуальная

оригинальность имеет смысл, свою значимость только в обществе. В свою очередь идентификация является результатом переплетения «собственного» и «чуждого».

Российская культурология делает акцент на концептуальное отражение новой российской идентичности. При этом взор культуролога, с одной стороны, направлен на осмысление национальных традиций, то есть на имманентный анализ национальной социокультурной динамики, учитывающей менталитет основания национальной культуры, в том числе советский и досоветский опыт российской культуры. С другой же стороны, своеобразие российской (и, по-своему, русской) культуры может быть понято лишь в историко-типологическом контексте иных культур и цивилизаций - близких и далеких. В этом отношении, российская культурология, в том числе, и в работах представителей русской семиотики культуры (Ю. М. Лотмана, 3. Г. Минц, Б. А. Успенского, Б. Ф. Егорова, В. В. Иванова, В. Н. Топорова, М. Л. Гаспарова и др.), представляет национально-культурное явление.

Глубокое объяснение этому феномену дает А. И. Шендрик. В заключение своей книги «Теория культуры» ученый пишет: «Историческая детерминированность индивида образует качественную специфику истории человеческого рода, состоящую в том, что человек как субъект истории не предпослан ее развитию, но формируется по ее ходу. Можно сказать, что он является субъектом истории, поскольку он есть ее результат. С этой точки зрения история может рассматриваться как процесс человеческих свершений, человек же предстает в ней лишь в меру личностного освоения исторического опыта или своей родовой сущности. Этот субъективный -личностный - аспект истории и есть культура» [10, с. 16].

Кандидат философских наук В. И. Корнеев в диссертации на тему «Самоидентификация личности как философско-культурологическая проблема» определяет самоидентификацию личности через призму философии и культурологи. Он пишет: «Комплексный подход к проблеме человека и его будущего предполагает особую роль философии и философской культурологии при обращении к анализу сущности и существования человека, его психофизиологических возможностей и путей их реализации в ходе обучения и воспитания, развития его творческих способностей, проявляющихся в разных формах материальной и духовной деятельности» [3]. Главной идеей данной научной работы является оценка идентичности, в том числе, профессиональной, через многообразие культурных граней в обществе. Развитие и функционирование культур обеспе-

чивает особый способ деятельности человека - социальный (или культурный), главное отличие которого - действия не только с предметно-вещественными образованиями, но и с идеально-образными сущностями, символическими формами. Культура выражает специфику уклада жизни, поведение отдельных народов, их особый способ мировосприятия в мифах, легендах, системе религиозных верований и ценностные ориентации, придающие смысл существованию человека. Серьезную роль в функционировании культур играет комплекс религиозных верований самого различного уровня развития (анимизм, тотемизм, магия, политеизм и мировые религии). Нередко религия (а она выступает в качестве важнейшего элемента духовной культуры) является ведущим фактором в определении своеобразия культур и основной регулятивной силой в общностях человека. Культура, таким образом, - это особая форма жизнедеятельности людей, дающая проявиться многообразию стилей жизни, материальных способов преобразования природы и созидания духовных ценностей, которые определяют и идентичность [3].

Е. Н. Шапинская выделяет понятие повседневной культуры. Под повседневностью принято понимать как обыденную, каждодневную жизнь человека, так и сферу коммуникации в повседневной жизни, основанной на символических способах понимания себя и другого и играющей консолидирующую роль для определения социальной группы. Культуру повседневности противопоставляют профессиональной культуре. В таком случае на разных уровнях образования присутствуют общедоступное и профессиональное знание - до определенного уровня (общеобразовательного) это знание является частью повседневной культуры, а с разделением на специализации (в колледже или университете) становится аспектом профессиональной культуры. Кроме того, в образовательном процессе присутствуют специалисты - люди с профессиональной подготовкой, осуществляющие профессиональную деятельность как непосредственно в учебном процессе, так и в связанной с ним системе обеспечения. Но на практике обыденные и профессиональные знания нередко взаимодействуют. Между областью обыденной, частной жизни и профессиональной сферой есть некоторая граница, хотя и весьма подвижная. Основным различием обыденных и профессиональных областей человеческой жизнедеятельности является то, что в мир повседневной культуры человек попадает с детства и осваивает ее в процессе непосредственных контактов с окружением, а профессиональная культура требует определенной специализированной подготовки [9].

282

Л. П. Репина предлагает рассматривать образы «Своего» и «Чужого» как часть культурного наследия, по отношению к которым следует изучать их формирование, трансформации во времени longue durée, а также пути их использования. Она обращает внимание и на историю международных культурных связей. Отмечается, что сегодня история международных контактов и трансферов приобрела самостоятельный дисциплинарный статус. При этом взаимодействие культур рассматривается как «по горизонтали», в пространстве, так и «по вертикали», во времени. Последнее, очевидно, требует ясного понимания и признания культурной инаковости прошлого, отношения к прошлому «как одной культуры к другой» [6].

Таким образом, анализ некоторых культурологических подходов к проблеме идентичности личности и идентификации позволяет нам сделать ряд выводов, имеющих значение для педагогического осмысления данного феномена, использования его для понимания образовательной реальности. Культурная идентификация предполагает установление подобия между индивидом и культурным (в том числе, этнокультурным и субкультурным сообществом). По своей природе культурная идентификация является не только рациональным процессом, но и осуществляется неосознанно, причиной чему высокая роль эмоционально-чувственных механизмов аккультурации. Единый процесс культурной идентификации может быть представлен как совокупность взаимосвязанных процессов - освоения культуры (познание культурных значений, формирование представлений), рефлексия культуры (осмысление значений культуры и осознание своего места в культуре), интериоризация культурных значений (переход значений культуры в личностные смыслы), самотворчество и самоосуществление в мире культуры. Все компоненты культурной идентификации затрагивают непосредственно и профессиональную,

деятельностную культуру, которая является неотъемлемой частью культурного пространства, что имеет принципиальное значение для анализа профессиональной идентичности.

Литература:

1. Гидденс, Э. Социология / Э. Гидденс. - М.: Едитори-ал УРСС, 2005. - 632 с.

2. Кастелъс, М. Информационная эпоха: экономика, общество, культура / М. Кастельс; пер. с англ.; под науч. ред. О. И. Шкаратана. - М.: ГУ ВШЭ, 2000. -608 с.

3. Корнеее, В.И. Самоидентификация личности, как философско-культурологическая проблема. Авторе-ф.дис.канд. филос. наук: 24.00.01 / Василий Иванович Корнеев. - М., 2000. - 24 с.

4. Лотман, Ю.М. О трех функциях текста / Ю. М. Лот-ман; под. ред. В. К. Кантора. - М.: РОССПЭН, 2009. -С. 294-309.

5. Петроеа, Е.В. Педагогические условия культурной идентификации учащихся класса с углубленным изучением обществоведческих предметов : дис. ... канд. пед. наук : 13.00.02 / Елена Владимировна Петрова. -Кострома, 2006. - 256 с.

6. Репина, Л.П. Историческая наука на рубеже XX-XXI вв.: социальные теории и историографическая практика / Л. П. Репина. - М.: Кругъ, 2011. - 559 с.

7. Флиер, А.Я. Культурология для культурологов / А. Я. Флиер. - М.: Академический Проект, 2000. - 496 с.

8. Фурс, В.Н. Глобализация жизненного мира в свете социальной теории: к постановке проблемы / В. Н. Фурс // Общественные науки и современность. -2000. - № 6. - С. 128-139.

9. Шапинская, Е.Н. «Другой» как культурологическая проблема информационного общества / Е. П. Шапинская // Культура глобального информационного общества: противоречия развития - М.: Изд-во Моск. гуманит. ун-та, 2010. - С. 286.

10. Шендрик, А.И. Культура в мире: драма бытия: избранные работы / А. И. Шендрик. - М.: Изд-во Моск. гуманит. ун-та, 2007. - 704 с.

283