«Культурное гнездо» как модель современного философского процесса в России

УДК 17 ББК 87.7

«КУЛЬТУРНОЕ ГНЕЗДО» КАК МОДЕЛЬ СОВРЕМЕННОГО ФИЛОСОФСКОГО ПРОЦЕССА В РОССИИ

Полякова Лариса Валентиновна,

кандидат философских наук, преподаватель кафедры философии и социально-гуманитарных дисциплин Воронежской государственной лесотехнической академии

Аннотация. Статья представляет собой обзор деятельности современных философских центров России -«культурных гнезд», где ведётся работа по исследованию и творческому развитию фундаментальных идей русской философии.

Ключевые слова: «культурное гнездо», духовный центр, Культуротворческая школа А.П. Валицкой, семинар «Русская мысль» (А.А. Ермичёв), «Фёдоровские чтения» (А.Г. Гачева), «Соловьёвский семинар» (М.В. Максимов), Воронежская школа философской этики (В.П. Фетисов).

Polykova L.V.

«CULTURAL NEST» AS A MODEL OF MODERN PHILOSOPHICAL

PROCESS IN RUSSIA

Abstract. This paper presents activities overview of contemporary philosophical centers of Russia "Cultural Nests", where work on research and creative development of the fundamental ideas of Russian philosophy is held.

Key words: "Cultural Nest", spiritual center, culture school of A.P. Walitskaya, seminar on "Russian Thought" (A.A. Ermichev), "Fedorov reading" (A.G. Gacheva), "Solovyev workshop" (M.V. Maximov), Voronezh school of philosophical ethics (VP. Fetisov) .

В настоящее время термин «культурное гнездо» оказывается весьма актуальным и востребованным. Исследователи Е. И. Дерганева-Скоп и В. Н. Алексеев [1] указытают, что впервые термин «культурное гнездо» быш предложен Н. К. Пиксановым в трудах 1913-1923 гг. Е. И. Дерганева-Скоп и В. Н. Алексеев понимают под «культурным гнездом» некий концепт, обладающий удивительными возможностями в рассмотрении местной локальной культуры в качестве генетической основы всех культурных традиций, не только не отменяющей единство русской культуры как целого, но и выводящей ее на качественно новыш уровень. Термин «культурное гнездо» является ключевым в рамках различных дисциплин, например, экономической и социальной географии России, культурологии, философии культуры, искусствове-

дения и т.д. В ракурсе «культурного гнезда» проводятся диссертационные исследования, вскрывающие такие срезы провинциальной культуры, которые связаны с жизнью театров, музеев, литературы, периодической печати и т. д.

При всем при том не стоит забывать, что своеобразным маркером, определяющим в целом уровень развития духовной культуры общества и ее перспективы, была и остается философия. Большой интерес, таким образом, представляет обращение к деятельности центров, в которых осуществляется реальное развитие философии, способной ответить на вызовы современного глобализирующегося общества. Нужно сказать, что компетентные оценки ее современного состояния в России сводятся к констатации серьезный проблем, возникших перед философской

123

общественностью нашей страны. В. А. Садовничий, выступая на IV Российском философском конгрессе в 2006 году, обратил внимание на огромную разницу в восприятии значимости философии и философов на Западе и в России. Если в Европе и Америке «философия стала действительно публичным феноменом, важнейшим фактором общественной жизни, если к аргументам философов прислушиваются широкие общественные круги <...>, то отечественная философия, долгое время находясь под идеологическим прессом, оказалась в изоляции от процессов, происходящих в мировой философии» [2].

Оценка современного положения отечественной философии А.А. Корольковым еще более критична. А.А. Корольков пишет: «Философы нынче непопулярны. В Останкино не устраивают с ними встреч, от них не ждут достойных советов, их почти не видно в нынешней оживившейся публицистике и критике. Официальная философия во многом подорвала авторитет у читателей и слушателей. Разочарование в удручающих скукой и отсутствием мысли встречах с философами по профессии соседствует со стойким неприятием и самой философии. Изначальный, а тем более устойчивый интерес к философии -явление крайне редкое, если не исключительное». И в итоге - емкая характеристика духовного состояния человека общества, которое определяется отношением к философии: «Философия не обрела того места, того голоса, какое ей уготовано было духовным развитием человечества, а отношение к философии - это показатель зрелости и отдельного человека и общества» [3].

Ситуация достаточно сложная. Наметился некий порочный логический круг: современная культура лишилась идеалов, что ввергло ее в состояние бездуховности. Выработкой идеалов занимается философия, которая сама находится в состоянии кризиса, подпав под общее состояние бездуховности, обусловленное отсутствием идеалов. Иначе, нет идеалов, потому что нет полноценной философии, а полноценной философии нет, потому что отсутствует устремленность к идеалам.

Однако, ситуация не безнадежна, поскольку в современной философии и культуре чувствуется тоска по идеалу. Как бы романтично и высокопарно это не звучало, но духовно-интеллектуальное состояние современного человека таково, что он уже устал от релятивизма, иронии, де-идеологизации, деконструктивизма и прочих клише «постмодернистской культуры», которая в реальности ничего, кроме хаоса и безответственной игры в «остатки смыслов», произвести не может. Современный автор М. Р. Зо-бова очень хорошо выразила общее умонастроение в следующих словах: «Сейчас такое время, что размывание, расшатывание старых идеалов философствования достигло некоторого предела, кульминации. Сегодня наблюдается некая философская полифония, концептуальный хаос. Каждый норовит критиковать старые идеалы, у каждого свое видение мира, во многом не совпадающее с видением коллег. ... Сейчас мировая философия стоит на пороге формирования нового идеала, новой философской структуры. Начинается процесс иерархизации. Будут трещать кости, падать крепости, рушиться идеалы. Какие социальные силы станут носителями новой волны, творцами единого идеала? Или его не будет? Какие принципы миро-

созерцания, «мирозвучания» и «мирослышания» будут положены в основу нового идеала?» [4].

Это уже не «глас вопиющего в пустыне», а некий этический императив времени, который настоятельно требует поворота к фундаментальным смыслам и ценностям философии и культуры.

Выполнение этого требования во многом может быть связано с деятельностью центров философской жизни России, которые могут быть названы «культурными гнездами». Именно там сохранился, пульсирует, бьется живой интерес к отечественному философскому наследию, там происходит ее творческое развитие. Рассмотрим некоторые «культурные гнезда» современного философского процесса. Понятно, что этот анализ будет совершенно кратким, но главное для нас - уловить тенденцию и привлечь внимание гуманитарного сообщества к философии, к ее этико-эсте-тическим возможностям в преодолении кризиса духовности.

Одним из «культурных гнезд» современной российской философии является «Российский научно-образовательный центр исследований наследия В.С. Соловьёва» (Соловьевский семинар), который проходит 12 лет в Иваново под руководством проф. М.В. Максимова [5]. В рамках данного проекта издается ежеквартальный журнал «Соловьёвские исследования».

Заседания Соловьёвского семинара проходят при поддержке крупнейших научных центров России - кафедры истории русской философии МГУ им. М.В. Ломоносова; факультета философии и политологии СПбГУ, кафедры истории отечественной философии РГГУ; сектора историко-философских исследований Института философии РАН; Общества историков русской философии им. В.В. Зеньков-ского, Российского философского общества. Результатом научно-издательской деятельности Соловьёвского семинара явилось издание 20 выпусков периодического сборника научных трудов «Соловьёвские исследования».

В 2009 году заседание Соловьёвского семинара было посвящено открытию нового проекта «Культурные гнезда России», где состоялась презентация Межрегионального научного центра по изучению и сохранению творческого наследия В.В. Розанова и П.А. Флоренского. Это заседание открывала И.А. Едошина, профессор Костромского госуниверситета им. Некрасова. «Культурное гнездо», таким образом, должно представлять собой, по мысли организаторов, духовный центр, географически обусловленную организацию, где ведутся исследования на благо философской культуры нашей страны.

С 1999 года проведены 36 заседаний семинара (Российские и Международные конференции). Представленная тематика свидетельствует о глубине и широте охвата материала, посвященного как историко-теоретическим аспектам исследования творчества В.С. Соловьева, так и перспективам русской философии.

Поэтому представляется целесообразным привести некоторые названия тематики семинаров: «Философское наследие Вл. Соловьёва в отечественной и зарубежной мысли XX века»; «Философия всеединства Владимира Соловьёва: идейные истоки и влияния»; «Учение о Бого-человечестве и софиология Вл. Соловьёва»; «Этическое учение Вл. Соловьёва»; «Владимир Соловьёв и философс-ко-культурологическая мысль XX века»; «Философское на-

124

следие B.C. Соловьёва и современный мир»; «Вл. Соловьёв и традиции отечественной и зарубежной мысли»; «Философское наследие Владимира Соловьева и современная Россия»; «Россия и Европа в XXI веке и наследие B.C. Соловьёва»; «Соловьёвские исследования: концептуальные модели XIX-XX веков»; «Социальная этика Вл. Соловьёва: опыт современного прочтения»; Международная научная конференция, посвященная 155-летию со дня рождения В.С. Соловьёва и 10-летию деятельности Российского научного центра по изучению наследия В.С. Соловьёва (Соловьёвского семинара); Творчество В.С. Соловьёва в русской музыкальной культуре; Международная научная конференция «Оправдание культуры в творчестве В.С. Соловьёва и в русской философской мысли».

29 апреля 2011 года в рамках проекта «Культурные гнезда России» в Ивановском государственном энергетическом университете состоялось очередное заседание Соловьевского семинара «Тема жизни, смерти и бессмертия в русской философской мысли». Главным гостем заседания стал доктор философских наук, профессор В.В. Варава, ученик основателя Воронежской школы философской этики В. П. Фетисова и руководитель Этико-философ-ского семинара им. Андрея Платонова при Воронежском государственном университете.

Одним из центров исследования русской философии является «Музей-библиотека Н.Ф. Федорова» (Москва) и организуемые на ее основе «Федоровские Чтения», которые проходят более 20 лет. Здесь исследуются преимущественно философские идеи Н.Ф. Федорова и других представителей русского космизма. Однако этим «Федоровские Чтения» не ограничиваются: в проблемное поле чтений входят практически все персоналии русской философии и ее основные темы и идеи. В целом это мероприятие можно охарактеризовать как реальное дело по возрождению духовных смыслов отечественной философии.

Одним из важнейших аспектов «Федоровских Чтений» является исследование вопроса о возможностях влияния русской философии на современный духовно-нравственный кризис. В этом контексте рассматриваются идеи ноосферной философии в рамках современного информационного общества. В частности, рассматривается проекция Федоровских идей в современную науку, культуру, педагогику, музейное и библиотечное дело.

Вопросы этико-эстетического синтеза в философском наследии Н.Ф. Федорова и других представителей русской философии - одна из главных тем. Особенность «Философии общего дела» в том, что это пример наиболее синтетической философии, в которой эстетический пласт глубочайшим образом связан с этическим.

Вопросами эстетики и этики в философии Федорова занимаются такие исследователи, как А.Г. Гачева, С.Г. Семенова, В. Меденица, О.С. Пугачев, Е.М. Титаренко, В.Н. Назаров, М. Шибаева и др. Основной узел этико-эстети-ческой проблематики Н.Ф. Федорова, который произвел дальнейшее влияние на культуру, А.Г. Гачева определила так: «Характерной чертой художественноэстетического сознания той эпохи было обостренное чувство разрыва между идеальным, совершенным бытием, творимым в искусстве, и бытием реальным, противоречивым, дисгармоничным, отданным во власть «смерти и временности» [6].

«Эстетика жизнетворчества» Н.Ф. Федорова, связанная с «истиной, положительной эстетикой» В.С. Соловьева, есть в полном смысле этого слова этика, поскольку реализует идеальные нравственные задания восхождения от сущего к должному, связывающая «художественное творчество с высшими целями человеческой жизни» [7].

Таким образом, исследование идей Н.Ф. Федорова имеет важное значение для современной культуры, поскольку в ней явлен этико-эстетический идеал, проецируемый в философию и образование.

Из многообразной палитры философской жизни России необходимо выделить еще одно мероприятие, на котором происходит важная работа по исследованию и творческому развитию фундаментальных идей русской философии. Это Историко-методологический семинар «Русская мысль» под руководством проф. А.А. Ермичева (Санкт-Петербург). Историко-методологический семинар «Русская мысль» работает на базе Русской Христианской Гуманитарной Академии с апреля 2005 года. Он продолжает традиции публичных Религиозно-философских обществ Москвы, Санкт-Петербурга и Киева начала XX века. С апреля 2005 по настоящее время состоялось 68 заседаний [8].

В работе семинара принимают участие известные специалисты по истории русской философии: М.А. Маслин, А.Г. Гачева, Ф.И. Гиренок, С.М. Половинкин, С.С. Хоружий), В.Н. Тростиков (Москва), К.С. Пигров, А.А. Корольков, А.Л. Казин, В.Н. Сагатовский, Д.К. Бурлака, В.А. Котельников, К.Г. Исупов, Б.Ф. Егоров, М.С. Уваров (Санкт-Петербург), В.В. Варава (Воронеж), М.В. Максимов (Иваново), А.В. Усачев (Елец) и др.

Тематическая широта данного семинара распространяется, как на многие традиционные вопросы русской философии и духовной культуры, так и на ее неосвоенные области.

Кратко становимся на основных темах.

Важной идеей выступления М.А. Маслина является мысль об общественном значении русской философии. При этом, как он считает, существует информационная блокада, даже запрет на общественное звучание современной русской мысли. Посетив за последние 20 лет более ста конференций по русской философии, исследователь говорит: «Москвацентризм и ленинградопетербурго-центризм закончился, сейчас много интересных авторов работают на периферии. Так вот, если из этих ста конференций хотя бы десятая часть прозвучала в эфире как-то, то это бы, я глубоко убежден, я не утопист, это серьезно бы повлияло на общественную нравственность. Я глубоко в этом убежден. Но, к сожалению, этого мы не наблюдаем, что говорит не только о каких-то недочетах. А говорит об определенной информационной линии, которую я определяю, как внутренняя русофобия».

А.А. Корольков выработал методологическое «кредо» изучения русской философии, которое выглядит так: «безличностное отношение к русской философии вообще противопоказано тем, кто ею занимается. Это не рационализм, которым можно заниматься, как химией, биологией, в общем, достаточно отстраненно, как некой реальностью, с которой имеет дело просто исследователь. Я думаю, что если нет влюбленности, погруженности в предмет, который выражает собой

русский дух, русскую культуру, русское видение предметов,

125

русское отношение к жизни - вот без этого вчувствования, я полагаю, вообще не стоит заниматься русской философией».

В такой же интонации говорит А.Л. Казин: «Я думаю, что тем людям, которые хотят заниматься русской философией, надо хорошо себе представлять, вообще говоря, чем они занимаются. Это как бы не совсем философия, вернее, это философия, которая включает в себя полноту верующего духа, не сводя ее к трансцендентальному принципу самообосновывающегося сознания. Она не отделяет веру от разума, красоту от истины, истину от блага. А единство блага, истины и красоты и есть цель русской философии (выделено - Л.П.), и имя ей - Мудрость. И её-то и ищет гений России». Таким образом, особенность русской философии, согласно А.Л. Казину, заключается в идеале этико-эстетического единства.

Согласно В.Н. Сагатовскому, суть русской философии в выработке русской идеи, которую он определяет следующим образом: «В основе ее лежит идея соборности, а Общее дело, к которому она ведет, выражается в понятии «ноосфера». Построить в этом мире ноосферу на основе идеи соборности. ... Не надо тут ничего выдумывать, надо читать работы наших предков. И «Русская идея» - это те базовые ценности, которые являются основой выбора нашего пути, не американского, не японского - русского пути, который фундаментально обоснован русской культурой. В чем суть этих идей: соборности и ноосферы? В двух словах. Соборность - это снятие противоположностей западного индивидуализма и восточного коллективизма на основе любви и единения, на основе любви индивидуальности к целому и признание целым самоценности индивидуальности. Это чисто русское культурное явление, блестяще выраженное в нашей культуре. А идея ноосферы? Что это означает? Человечество идет к катастрофе. Идейная основа этой катастрофы - это основная идея Запада: воля к власти, к максимуму прибыли, максимуму наслаждения. Не выдержит этого ни наша планета, ни человечество. Ноосфера - это такая организация бытия нашей планеты, когда человеческий разум служит не хищной эксплуатации, а когда он, имея духовные основания, прежде всего, позволяет взаимодействовать не по принципу максимума, а по принципу оптимума во взаимодействиях природы, общества и личности. Это то свое слово, которое вносит русская культура в мировую культуру, это тот ответ на вызов современности, который мне представляется адекватным. И можно только пожалеть о нашей трагической судьбе, что наша страна меньше всего соответствует той идее, которую родила ее великая культура».

Это весьма серьезное заявление относительно практической, социальной, духовной, культурно-образовательной функции философии в современности. Русская философия обладает интеграционным духовным потенциалом, способным дать альтернативный путь развития современной цивилизации.

Таким образом, Историко-методологический семинар «Русская мысль» способствует раскрытию самобытного интеллектуального, нравственного, культуротворчес-кого потенциала русской философии в поиске и обосновании национального идеала через философское осмысление национальной идеи. В этом проявляется идеолообразующая сущность философии, о которой еще говорил А. Швейцер.

Важным аспектом философской работы является выработка национальной аксиологии, иными словами, духовных ценностей национального бытия. Этому вопросу посвящен сборник «Образ России», в котором представлены исследования коллектива кафедры эстетики и этики философии человека Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. Задача авторов -представить наиболее значимые грани в многоаспектной проблеме целостного восприятия национального пространства, которое имеет значение для выработки оптимальной социальной стратегии развития Российской Федерации. Этический и эстетический векторы в этом исследовании наряду с историко-педагогическим, философско-социоло-гическим, культурологическим занимают значительное место. Иными словами, это преломление этико-эстетичес-кого идеала в контексте национального самосознания.

Вообще, это уже традиционная методология исследования национального бытия, использующаяся у многих авторов. Например, неокантианская методология применительно к национальной аксиологии была весьма ярко представлена в творчестве Ф.А. Степуна. Здесь происходит связь философии ценностей с национально-культурным измерением бытия. Согласно Степуну, ценности есть формы творчества, воплощенные в культуре, которая всегда носит национальный характер. Соответственно возникает аксиология национального бытия, в ходе которой обнаруживаются его высшие идеалы [9].

Во многом данный подход был реализован и в анализируемом нами исследовании. Эвристический мотив данной работы задает А.П. Валицкая, которая в статье «Образ России в контексте национального самосознания» пишет: «Сегодня Россия осознает себя в новых социально-политических и экономических условиях, в потребительском обществе, в ситуации радикальной смены ценностных ориентиров. Процессы глобализации, как бы к ним ни относиться, - это реальность, которая влечет за собой, с одной стороны, - ускорение и усложнение циви-лизационных процессов, а с другой, - таит угрозу нивелировки национальных особенностей культуры» [10].

В контексте современных кризисных процессов автор ставит закономерный вопрос: «надо ли вообще сохранять национальное своеобразие, заботиться о самоидентичности культуры, коль скоро идет процесс становления глобального, планетарного человечества?». Положительно отвечая на него, А.П. Валицкая пишет: «Образ России, страны, Родины принадлежит аксиосфере культуры, составляет ее ядро, но прежде всего - присутствует в индивидуально-личностном сознании каждого из тех, кто именует себя русским, человеком родной культуры, идентифицирует себя с нею» [11].

В работе К.Г. Исупова «Образ России в словарном освещении» выделяются следующие культурные параметры, в которых пересекаются этические и эстетические компоненты: историко-географическое самоопределение; значение Родины для русских; диалогическое партнерство Москвы и Петербурга; чувство Дома на фоне мировой традиции; экзистенциально-религиозные реалии; русская философия как тип творчества; старчество, паломничество, юродство; апокалиптическое мировосприятие. Эти параметры включают в себя как социально-географические, так и духовно-метафизические свойства. Автор пока-

126

зывает, что в контексте современной социально-философской мысли происходит воскресение основного проблемного репертуара, связанного с попытками установить критерии национально-исторической идентичности.

К.Г. Исупов исследует архаическую семантику слов «Русь» и «Россия» для реконструирования историко-геогра-фического и духовно-нравственного самоопределения русской культуры. Исследовательский диапазон охватытает широкий контекст, от «норманнской теории» до идеологемы «Русь советская». Проанализировав взгляды многих русских философов и писателей, исследователь приходит к такому выводу, имеющему этическое значение: «Поиск правды и Царствия Божьего для всех, кто ни на есть на свете - в этом телеология Родины на ее «русском пути». Россия есть Родина мирового смысла и то святое место, где сбывается Божий Промысел во всей полноте Его Славы и Благодати» [12].

Противостояние Москвы и Петербурга образует основную бинарную оппозицию русской культуры, составляющую решающий момент в российской идентичности. Это «ведущая антитеза диалогического биоцентризма русской культуры. Спор столиц насчитывает три века, он отражен во множестве текстов... «Языжи» Москвы и Петербурга стали средством идеологической, литературной и художественной полемики. Патриотизм славянофилов (а позже - публицистика консерваторов и неонародников) окрасились в специфично московские интонации. Западники предпочли связать будущее России с европейской, т. е. петербургской, перспективой. Москва стала живым музеем отечественной памяти, а Петербург - тревожащим душу источником грозных перемен. В Москву ездили за покоем и душевным комфортом и отдыхом, а в Петербург - делать дела (эти роли порой менялись). Дерево Москвы и камень Петербурга на какое-то время стали полярными архитектурными символами русского зодчества и стилей жизни» [13].

Одно из главных место в структуре национального самосознания представляет мифологема Дома, которая является «образным интегралом кардинальных оппозиций бытия» (жизнь - смерть, вечное - временное, свое - чужое). С одной стороны, дом организован как «отвердевшая в вещах общинная память», с другой, дом расширяется до Общего Дома, нации, человечества. Топос дома включает в себя и хтонические принципы мироощущения и христианскую символику, что в целом создает особую значимость данного архетипа для формирования национальной идентичности.

В работе Л.Н. Летягина «Русский мир: феномены сопредельности» имеет место весьма интересное и продуктивное обращение к пространственной идентичности, которая является важным эстетическим критерием, уточняющим и дополняющим «аспектологию национально-этнической идентичности». Исследователь отмечает: «Типология пространственных открытий самым непосредственным образом определяет формирование национальной идентичности» [14].

Это дает ключ к постижению «беспредельности русского мира», которая является не столько географическим фактором, сколько метафизическим, давая глубинные коды национального своеобразия. Вообще пространственное мироощущение - одно из основных в картине мира, поскольку настраивает сознание в регистре «конечное» / «бесконечное», «предельное» / «беспредельное». Соответственно фор-

мируется целостный образ мира, включающий уже и временные характеристики «начала» и «конца», «конечности» и «вечности». Именно в этом режиме и реализуются высшие программы человеческого мышления, которые определяют его специфику национального мировосприятия.

В качестве «пространственных маркеров» национальной самобытности рассматриваются такие феномены, как «свой - чужой», амбивалентность понятия «дорога», лимитрофы, культурный ландшафт, топонимические кальки.

В такой же тональности выполнено исследование К.С. Пигрова, посвященное «географической эстетике». Здесь представлена аналитика эстетических сторон географического образа России, которые делают ее прекрасной, поскольку, с точки зрения исследователя, «каждый патриот переживает свою страну как исключительно прекрасную».

В качестве философских концептов, с помощью которых описывается архитектура социального пространства, в исследовании выбраны следующие: «Дом - Остров - Океан». Автор использует понятие «идеальное пространство», структуру которого описывает следующим образом: «Структура идеального пространства в своей ритмической организации принципиально аналогична структуре материального пространства. Здесь тоже есть свои Океан, Остров и Дом.

Океан - это немыслимое, непостижимое, Абсолют, универсум как тайна.

Остров - все богатства культуры, существующие на 3 тысячах языков человечества.

Дом - это родная культура, это детские книги, это, скажем, А.С. Пушкин для русских» [15].

В контексте обзора деятельности философских центров следует обратить внимание на культуротворческую школу А.П. Валицкой, чья методология основана на синтезе психолого-педагогического, культуротворческого, философско-эстетического подходов в осмыслении феномена образования» [16] .

Образование сможет реализовать данные приоритеты лишь в атмосфере творчества, свободы и ответственности, которая возможна в ситуации должного отношения к духовным ценностям. В этом плане возрастает роль гуманитарного пласта современного учебного процесса, посредством которого возможно формировать этико-эс-тетические идеалы, по-скольку никто этим более не озабочен и не озадачен. Этико-эстетический идеал обладает способностью наполнить воспитание конкретным предметным содержанием. В этом смысле этико-эстетический идеал должен стать парадигмой современного воспитания, которое не позволит технократическим идеалам приобрести доминирующее значение.

Главное в современной ситуации - вернуть доверие к понятиям «духовность» и «духовные ценности», которые были значительно дискредитированы в контексте постмодернистской идеологии. Лучшим проводником для этого является история европейской философии и русской литературы. Русская литература в контексте отечественной философской культуры выполняет роль духовных ценностей и национального способа философствования. Умелое и грамотное включение этих дисциплин в образовательный процесс может реально способствовать улучшению качества образовательного процесса. Именно в этих

127

пластах культуры наличествует живое бытие духовных ценностей, выраженных в философии и литературе.

В контексте нашей темы необходимо сказать о воронежской школе философской этики и ее основателе проф. В.П. Фетисове. Деятельность этой школы уже неоднократно освещалась в печати [17]. Нам бы хотелось указать на конференцию «Забвение Абсолютов» (2006), поскольку затрагиваемые в ней вопросы имеют самое непосредственное отношение к теме нашего исследования.

Вступительное слово В.П. Фетисова является своеобразным философским манифестом, гимном нравственной философии, которая есть философия Абсолюта и Идеала, и критическим анализом современной ситуации: «Человек интересен тем, что в нем природное начало соотносится с духовным. Он ногами прикован к Земле, а руки простирает к Небу. Зов Неба - это непонятная устремленность человека к абсолютному Благу, абсолютной Красоте, абсолютной Истине. Непонятная, потому что существование этих ценностей, а тем более достижение их не укладывается в привычные характеристики природного бытия. Абсолютное - это то, чего нет в наличии, но что должно быть. Его нет как данности, но оно есть как направление этой данности. Россия всегда была культурой с развитым чувством Абсолютного. Это находило проявление и в литературе, и в политике, и в философии. Да и народный уклад жизни основывался на непреходящих нравственно-религиозных принципах. Если бы не было у русского человека тяги к запредельному и вечному, Россия не выдержала навалившихся на нее испытаний.

Сегодня абсолютные условия нашего бытия пошатнулись. Несмотря на распространение религии, мы испытываем все прелести безбожного преклонения перед мирскими ценностями. Массовое сознание, уверовавшее во всемогущество свободного рынка, разменивает на рубли и доллары все богатство общественных отношений. Теоретики постмодерна твердят об отказе от Абсолютов и о возрождении порядка из хаоса. Священная тайна и научная истина поруганы в плену эзотерического произвола. Размышления об абсолютных ценностях кажутся патологическими на фоне оголтелой жажды сиюминутной выгоды.

Никогда еще ни в царской, ни в советской России не были так актуальны слова Иисуса в ответ на искушение дьявола: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом Божиим» [18].

Обращаясь к некоторым аспектам проблематики современного философского процесса в России, разрабатываемой в рамках деятельности «культурных гнезд» (культу-ротворческая школа А.П. Валицкой; семинар «Русская мысль» (А.А. Ермичев), «Федоровские чтения» (А.Г. Гаче-ва), «Соловьевский семинар» (М.В. Максимов), воронежская школа философской этики (В.П. Фетисов), можно заключить, что сегодня наблюдается глубокая духовная потребность в национальных идеалах, поскольку современная жизнь и культура находятся в состоянии рассеяния и дезинтеграции. Ведущая роль в том должна принадлежать философии, и живые проявления современной отечественной философии как раз подтверждают эту одну из главных функций философии - ее идеалообразующую функцию.

Примечания:

1. Дергачееа-Скоп, Е.И., Алексеев, В.Н. Концепт «культурное гнездо» и региональные аспекты изучения духовной культуры Сибири. http://zaimka.ru/03_2002/dergacheva_concept/

2. Садовничий, В.А. Знание и мудрость в глобализирующемся мире / В.А. Садовничий // Вопр. философии. № 2, 2006. - С. 34.

3. Корольков, А.А. Духовное просвещение / А.А. Корольков / / Органика культуры. - Бийск: Издательский дом «Бия», 2011. - С. 16-17.

4. Зобова, М.Р. Звучит ли сегодня философия? / М.Р. Зобова / / Звучащая философия. Сборник материалов конференции. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2003. - 233 с. - С. 90-91.

5. http://solovyovseminar.ispu.ru/

6. Гачева, А.Г. Русский космизм и вопрос об искусстве / А.Г. Гачева // Философия бессмертия и воскрешения: По материалам VII Федоровских чтений. Вып. 2. - М. : Наследие, 1996. - С. 5.

7. Соловьев, В.С. Первый шаг к положительной эстетике / В.С. Соловьев // Соч. в 2 т. - М.: Мысль, 1988. - Т.2. - 822 с. - С. 555.

8. Полная информация о деятельности семинара расположена на сайте РХГА: http://www.rhga.ru/science/conferences/ seminar/russm/. Нужно отметить, что здесь богатейший материал о состоянии современной живой русской философии как в ее исследовательском, так и творческом измерениях.

9. Степун, Ф.А. Дух, лицо и стиль русской культуры / Ф.А. Степун // Соч. - М.: РОССПЭН, 2000. - 610 с. - С. 580.

10. Валицкая, А.П. Образ России в контексте национального самосознания / А.П. Валицкая // Образ России: Сборник научных статей. - СПб.: Пневма, 2009. - 224 с. - С. 623.

11. Там же. - С.7.

12. Исупов, К.Г. Образ России в словарном освещении // Образ России. - С. 31.

13. Там же. - С. 31-32.

14. Летягин, Л.Н. Русский мир: феномены сопредельности // Образ России. - С. 78.

15. Пигров, К. С. Пространственный образ России: дом, остров, океан // Образ России. - С. 74.

16. Валицкая, А.П. Новая школа России: культуротворческая модель / А.П. Валицкая. - СПб. : изд. РГПУ им. А.И. Герцена, 2005. - 146 с. - С. 122.

17. См. материалы о деятельности воронежской школы философской этики: Варава, В.В., Фетисов, В.П. Этика и русская философия // Вопр. философии. 2007, № 8; Варава, В.В. Единство и многообразие русской философии // Вопр. философии. 2009, № 2; Варава, С.В. Этика и философия (семинар имени Андрея Платонова на родине писателя) // Соло-вьёвские исследования. 2011. Вып. 2(30); Фесикова, О.В. «В стране философов». О семинаре имени Андрея Платонова // Университетская площадь. 2011, №4. Также деятельность школы была отражена в следующих диссертационных исследованиях: Надточий, И.О. Онтологические и методологические основания современной философской этики (2011); Джоган, А.В. Особенности русского философского языка (2011 ); Попов, Б.А. Феномен социальной этики (2009); Удалова, Н.Е. Проблема нравственного отношения к природе в русской философии середины XIX - начала XX вв., в контексте современной экологической этики (2009).

18. Современная Россия: забвение Абсолютов: материалы меж-вуз. науч. конф. / Под ред. В.П. Фетисова. - Воронеж: ВГЛТА, 2006. - 172 с. - С. 3.

128