Международное, наднациональное и конституционное право: прямые и обратные связи

В.Е. Чиркин*

МЕЖДУНАРОДНОЕ, НАДНАЦИОНАЛЬНОЕ И КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО: ПРЯМЫЕ И ОБРАТНЫЕ СВЯЗИ

После Второй мировой войны, крушения колониальной системы в 60-80-х гг. ХХ в. (на ее развалинах возникло более 130 из 193 ныне существующих государств - членов ООН), ликвидации тоталитарных режимов в конце 80-х - начале 90-х гг. кардинально изменилась политическая карта мира. Международное и конституционное право приобрело географически всеобщий характер (до этого колониальные народы были исключены из международного общения, а собственного конституционного права у них не существовало). Новым явлением стало также создание региональных объединений государств. «Интеграция как форма интернационализации экономических отношений, -

констатирует Т.Н. Нешатаева, - приводит к появлению нового типа

1

международных организаций - наднациональных» .

Такие объединения возникали и раньше, но существенного значения их соглашения не имели, и влияния на внутреннее право государств-членов они практически не оказывали. В настоящее время в результате интеграционных процессов (обычно сначала экономических, а затем приобретающих политический характер, что не всегда отмечают исследователи) на основе интернационализации, модернизации, глобализации, которые охватили не только планету в целом, но и активно действуют на региональных уровнях, положение изменилось. В различных частях планеты в рамках таких объединений государств, имеющих органы, внешне похожие на парламенты, исполнительные органы, суды, возникают элементы регионального наднационального права2, которое обычно содержит нормы экономического

* Главный научный сотрудник Института государства и права РАН, доктор юридических наук, профессор.

1 Нешатаева Т.Н. Интеграция и наднационализм // Российское правосудие. 2014. № 9 (101). С. 5.

2 Следует учитывать, что слова «nation», «national» не имеют в романских языках этнической характеристики, а понимаются как «государство», «государственный» 35

Труды Института государства и права Российской академии наук № 6/2014

характера, но все чаще распространяется и на иные отношения, оказывая определенное воздействие на внутригосударственное, в том числе и конституционное, право государств-членов.

В своем наиболее развитом виде наднациональное право - это не только часть международного права, как иногда считают. Оно содержит и нормы прямого действия, распространяющиеся на государства-члены. В конечном счете такие нормы являются результатом согласования воль соответствующих государств, однако не всегда можно осуществлять согласование в каждом конкретном случае. В соответствии с договоренностями органы межгосударственных объединений могут принимать положения, обязательные для государств-членов, по определенным вопросам. В таком случае складывается особая система регионального наднационального права, в основе которой лежит международное соглашение, но она содержит также нормы прямого действия, распространяющиеся на всех членов объединения.

Наиболее ярким примером является Европейский союз, где формируется особая система наднационального права. Элементы такой системы права могут быть присущи и другим объединениям, если их органы создают не только региональные нормы международно-правового характера, но и нормы прямого действия, предусматривающие полномочия и обязательства государств-членов. Вспомним Совет экономической взаимопомощи социалистических государств, существовавший в 1949-1991 гг., органы которого в экономической сфере могли издавать директивы управленческого характера в отношении государств-членов. В настоящее время действуют Лига арабских государств (созданная в 1945 г.), Организация американских государств (1948 г.), Совет Европы (1949 г.). Африканский союз (его Учредительный акт был подписан в 2000 г.), являющийся преемником Организации африканского единства (1961 г.), Ассоциация государств Юго-Восточной Азии - АСЕАН (1967 г.), Организация Североатлантического договора - НАТО (1949 г.), Содружество Независимых Государств - СНГ (1991 г.), Организация по безопасности и сотрудниче-

(нередко используется термин «нация-государство»). ООН - это организация государств. В данном «государственном» смысле используется в настоящей статье и термин «национальное право»: речь идет о внутригосударственных системах права. Вопросы взаимодействия международного частного права и внутригосударственного права в статье не обсуждаются, хотя некоторые выводы общетеоретического характера могут быть отнесены и к международному частному праву. 36

ству в Европе - ОБСЕ (1995 г.), Шанхайская организация сотрудничества - ШОС (2001)3. В 2014 г. подписан договор о создании Евразийского экономического сообщества (ЕАЭС) в составе Белоруссии, Казахстана и России. 2 января 2015 г. в ЕАЭС вошла Армения, в июне 2015 г. к нему должен присоединиться Кыргызстан4. Есть и некоторые другие объединения, например, Союзное государство Белоруссии и России (1999 г.), в рамках которого могли бы возникать нормы наднационального права, однако это не было осуществлено в полном объеме. В связи с тем, что в рамках таких объединений издаются нормы международного права, хотя и экономического характера, в науке обсуждается вопрос о сравнительном международном праве5. В названных объединениях, в отличие от ЕС, нет наднациональной системы права (в ЕС ее формирование тоже не завершено).

Вопросы взаимосвязей и взаимодействия международного и национального права давно обсуждаются в российской и зарубежной науке как в теоретическом6, так и в практическом7 аспектах. В учебниках по международному праву обычно имеются соответствующие параграфы. Существуют и специальные исследования (в том числе диссертационные), посвященные влиянию международного права на отдельные отрасли права (уголовное8, аграр-

3 Подробнее см.: Матвеева Т.Д. Международное право: Учебник для академического бакалавриата. М., 2014. С. 98-109.

4 Некоторые другие государства также выразили желание присоединиться к ЕАЭС.

5 См.: Butler W.E. Comparative International Law // URL: https: // docviever/yandex.ra/?url=ya-mail%3A% etc (дата обращения: 02.10.2014); Mamluyk B., Mattei U. Comparative International Law // Brooklyn Journal of International Law. 2011. Vol. XXXVI. P. 385-452.

6 См.: Игнатенко Г.В. Взаимодействие внутригосударственного и международного права: Учеб. пособие. Свердловск, 1981; Гаврилов В.В. Понятие и взаимодействие международной и национальных правовых систем. Владивосток, 2005; Соотношение международного и национального права: теория, практика, проблемы преподавания. СПб., 2009; Малахов В.П. Правовые системы государств и международное право. М., 2004.

7 См., например: ЛукашукИ.И. Международное право в судах государств. М., 1993; он же. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997; Цивадзе Н.А. Применение норм международного права судами Российской Федерации: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2005; Шинкарецкая Г.Г. Применение международного права в России: Учеб. пособие. М., 2010.

8 См.: Родионов Т.А. Проблемы влияния международного права на отечественное уголовное законодательство: история вопроса и перспективы развития. М., 2012.

9 10 ч ~

ное , административное и др.) или на группы отраслей российского

11

права , а также взаимосвязям международного и конституционного права12. Немало исследований такого рода осуществлено и за рубежом, многие из которых посвящены влиянию решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и Суда ЕС на конституционное право отдельных стран.

Появление новых, пусть и окончательно не сформировавшихся систем наднационального права на региональном уровне привносит новый элемент в такие взаимоотношения. Возникают трехсторонние связи международного, наднационального и внутригосударственного, в том числе конституционного, права.

Наднациональное право обычно рассматривается как особая часть международного права, хотя это не совсем верно. На европейском континенте оно формировалось постепенно и привлекло к себе внимание в связи с деятельностью ЕЭС и впоследствии в связи с преобразованием его в 1992 г. в Европейский союз, когда экономическое сотрудничество переросло в политический союз государств-членов. Тогда же в конституции соответствующих государств были внесены существенные изменения, связанные с передачей Европейскому союзу части их суверенных прав. Преобразование в Союз было осуществлено путем заключения Маастрихтского договора 1992 г., но сами изменения в национальные учредительные акты, связанные с образованием ЕС, были внесены в соответствии с нормами конституционного права.

Образование Европейского союза, конституционные предпосыл-ки13 и конституционные последствия формирования такого объединения демонстрируют наличие прямых и обратных связей международ-

9 См.: Галикеева И.Г. Развитие российского аграрного права с учетом норм международного права: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Уфа, 1999.

10 См.: Emergence of Global Administrative Law. Durham, 2005.

11 См.: НовиковаЛ.А. Общепризнанные принципы и нормы международного права в системе российского публичного права: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2001.

12 См.: Международно-правовые стандарты в конституционном праве. Ч. 1-2. М., 2006 (в данном издании содержатся также публикации зарубежных авторов); Хижняк В.С. Взаимодействие национального права России и международного права: конституционные основы. Саратов, 2007.

13 В конституциях ряда государств - членов ЕС предусматривалась возможность передачи международному объединению некоторых прав.

ного и конституционного права в процессе создания ЕС. Процесс кон-ституционализации Европейского союза не получил дальнейшего развития. Принятый в 2004 г. Договор, учреждающий Конституцию для Европы, был отвергнут на референдуме в некоторых государствах -членах ЕС, и дальнейшее развитие интеграционных процессов осуществлялось уже на основе Лиссабонского договора 2007 г. Вместе с тем в этом Договоре очевидно прослеживается влияние Конституции для Европы и национальных конституций государств-членов, в частности, в сфере организации и функционирования институтов ЕС, прав человека. Таким образом, несмотря на препятствия, взаимное влияние международного и конституционного права пробивает себе дорогу.

В ЕС некоторыми его органами принимаются также прямого действия, обязательные для государств-членов (регламенты) и акты, тоже обязательные (директивы), но способ выполнения последних определяют сами члены ЕС. В такие документы включены нормы разных отраслей, в основном частного права и иногда - публичного (например, административного14, но отнюдь не уголовного). Наконец, в каждом государстве - члене ЕС действует свои правовые системы конституционного права, гражданское, трудовое и иные отрасли права.

Международное право - основная, базовая часть права Европейского союза15, однако последнее нельзя целиком свести к международному праву. В ЕС принимаются регламенты - акты общего действия, обязательные в полном объеме для государств-членов и подлежащие непосредственному применению, и директивы -акты, обязательные для государств-членов в отношении того результата, которого требуется достичь, но предоставляющие им возможность выбора форм и способов достижения этого результата. В таких документах содержатся нормы разных отраслей права, преимущественно частного, но иногда и публичного (например, административного). Это свидетельствует о возникновении в наше время новых правовых моделей16. Видимо, пришло время для научного анализа, позволяющего в какой-то мере (до определенного

14 См.: Emergence of Global Administrative Law. Durham, 2005.

15 Разумеется, в Европейском союзе и государствах-членах действуют общепризнанные принципы и нормы универсального международного права.

16 См.: Правовые модели и реальность / Отв. ред. Ю.А.Тихомиров, Е.В. Рафалюк, И.Н. Хлестова. М., 2014.

предела и в целях научного анализа) обособить региональное наднациональное право из целостной системы международного права.

Поскольку в международном праве и в наднациональном праве ЕС проявляются определенные элементы конституционного права (в подтверждение этого особенно часто ссылаются на Международные пакты о правах человека 1966 г. и на Лиссабонский договор 2007 г."), это дало повод некоторым зарубежным авторам поставить вопрос о «конституционализации международного права»18. «Международный конституционализм» рассматривается как следствие глобализации.

Вряд ли положения о конституционализации верны, если их понимать как утверждение о трансформации одной системы права в другую (на этой концепции мы еще остановимся), однако несомненно, что в международном праве используются концепции и модели регулирования, разработанные в теории конституционного права и применяемые на практике как в конституционном, так и в иных отраслях права (например, понятия самого государства, суверенитета, прав человека, судебной власти). Органы, создаваемые в региональных организациях, часто строятся в соответствии с разработанными в конституционном праве схемами (есть подобие парламентов, исполнительные органы, суды и т.д.).

Но не только конституционное право воздействует на международное, обусловливая процесс конституционализации последнего. В научной литературе давно отмечены и обратные явления. В конституционное право вошли положения, сформулированные в международном праве (юридическое оформление процесса становления новой государственности, запрет и ликвидация колониальной зависимости, различие государственного суверенитета и суверенных прав, понятие территории государства, правосубъектности народов и т.д.). Регулирование многих отношений (например, связанных с правами человека или границами государств) осуществляется в международном праве и внутригосударственном конституционном законодательстве, и соответствующее

17 В наднациональном праве ЕС существуют также элементы других, традиционно внутригосударственных, отраслей права (например, регламентами ЕС кодифицировано договорное и внедоговорное право, связанное с обязательствами).

18 См.: Loughlin M What is constitutionalism? // The Twilight of Constitutionalism? Oxford, 2010. P. 48-73. Название сборника статей весьма показательно: «Сумерки конституционализма».

регулирование сложно разделить. Это характерно и для регулирования вопросов, связанных с защитой населения в случае ядерных аварий или радиационных аварийных ситуаций. Поэтому нельзя абсолютизировать формулировку о конституционализации международного права, этот процесс является двусторонним.

Изучением общих вопросов прямых и обратных связей занимается кибернетика. В соответствии с выводами этой науки в информационном процессе, в процессах воздействия, влияния, управления важно устанавливать не только прямые связи (включение положений международного права в акты внутреннего законодательства или, напротив, норм международного права в акты конституционного характера, в частности, обязанность властей государства выполнять нормы международного права19), но учитывать и объективно возникающие обратные связи, т.е. те, которые идут от объекта информации, воздействия, управления назад, к субъекту. Они способны изменить не только функционирование, но и характер самого субъекта воздействия.

При рассмотрении взаимосвязей международного, наднационального и конституционного права необходимо не только исследовать воздействие общих положений конституционного права на международное право, и наоборот (например, включение в Устав ООН положения о праве народов (наций) на самоопределение, которое первоначально было сформулировано в конституционном (государственном) праве, или закрепление в конституциях ряда государств некоторых социально-экономических прав после принятия Международных

пактов 1966 г.), но и раскрыть суть таких обратных связей: в соответ-

20

ствии с методом «ввода-вывода» выяснить, как импульсы, получаемые конституционным правом от международного и наднационального права (или наоборот, а также во взаимном влиянии всех этих трех систем), трансформируются в получателе-рецепторе и в новом виде возвращаются к «датчику»21 (международному, наднациональному

19 Конституционный Суд РФ в постановлении от 31 июля 1995 г. № 10-П указал: «В соответствии с принципом правового государства, закрепленным Конституцией Российской Федерации, органы власти в своей деятельности связаны как внутренним, так и международным правом» (п. 5 мотивировочной части) // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3424.

20 Соответствующий метод был разработан несколько десятилетий назад американскими политологами Т. Парсонсом, Д. Истоном, К. Дойчем и др.

21 Технические датчики существуют во многих управленческих технических системах. Например. при недостатках на панели автомобиля зажигается красная

или конституционному праву или к двум из них одновременно), влияя на них и в чем-то изменяя методы воздействия субъекта или сам субъект. Примером такого воздействия может быть концепция субсидиар-ности, сформировавшаяся в конституционном праве и получившая закрепление на уровне учредительных актов ЕС, а также концепция пропорциональности, получившая новое развитие в процессе взаимодействия всех трех систем.

В информационных связях общественного характера «датчик» часто становится рецептором видоизменений. Видоизмененные импульсы могут вновь поступить от рецептора, преобразоваться в нем и вернуться в качестве нового сигнала. В качестве примера можно привести рассмотрение жалобы К.А. Маркина, связанной с возможностью предоставления трехлетнего отпуска по уходу за ребенком отцу-военнослужащему, поскольку закон предусматривал такой отпуск только для женщин-военнослужащих. После вынесения Конституционным Судом РФ определения от 15 января 2009 г. № 187-О-О22 дело дважды рассматривалось ЕСПЧ23, и позиции национальной и наднациональной судебных инстанций разошлись.

Конституционный Суд РФ столкнулся с необходимостью еще раз рассмотреть вопросы, связанные с обстоятельствами дела Маркина, в связи с запросом Президиума Ленинградского окружного военного суда о конституционности положений ст. 11 и п. 3 и 4 ч. 4 ст. 392 ГПК24. В решении по данному делу Суд признал соответствующие положения не противоречащими Конституции РФ и счел, что они «не препятствуют суду общей юрисдикции начать по заявлению гражданина, жалоба которого в Конституционный Суд Российской Федерации на нарушение его конституционных прав и свобод ранее была признана не отвечающей критерию допустимости, производство по пересмотру по новым обстоятельствам вступившего в законную силу судебного постановления в связи с установлением Европейским Судом по правам человека нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в отношении данного гражданина

лампочка, но она обозначает только прямые связи. Обратные последуют, когда положение будет водителем исправляться.

22 СПС «КонсультантПлюс».

23 См.: Eur. Court H.R. Case of Konstantin Markin v. Russia. Application no. 30078/06. First Section Judgment of 7 October 2010; Grand Chamber Judgment of 22 March 2012.

24 См.: постановление Конституционного Суда РФ от 6 декабря 2013 г. № 27-П // СЗ РФ. 2013. № 50. Ст. 6670.

при рассмотрении судом общей юрисдикции соответствующего гражданского дела». Вместе с тем Суд отметил, что в случае, «если суд общей юрисдикции придет к выводу о невозможности исполнения постановления Европейского Суда по правам человека без признания не соответствующими Конституции Российской Федерации законоположений, относительно которых ранее Конституционный Суд Российской Федерации констатировал отсутствие нарушения ими конституционных прав заявителя в конкретном деле, он правомочен приостановить производство и обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности этих законоположений» (п. 1 резолютивной части) .

В этом длительном и постоянном процессе прямых и часто малозаметном вовне обратных связей, их трансформации, преобразований в новые формы воздействия и заключается фактически неисследованная суть влияния конституционного права на международное и наоборот. В процессе интеграции и интернационализации конституционного права (где субъекты становятся одновременно и объектами) действие обратных связей проявляется более четко, чем при односторонних явлениях модернизации и глобализации, способствующих ликвидации различий. Интеграция и интернационализация не ликвидируют разные системы международного, наднационального и конституционного права, которые продолжают существовать и развиваться, а обогащают и сближают их.

В результате действия прямых и обратных связей в последние десятилетия содержание международного и конституционного права в определенной мере изменилось. В процессе их взаимного влияния (а также влияния других отраслей права) появились не только новые положения и институты, но и новые принципы права.

Принципы международного права стали подразделять на общие (основные) и специальные (в определенных сферах - например, в гуманитарной, экономической, космической). Это позволило включить

25

принципы демократического и социального характера в их число , а

25 Например, в числе основных принципов - принципы неприменения силы и угрозы силой, сотрудничества государств, в числе специальных принципов -принципы суверенитета государства в отношении природных богатств и свободы выбора внешнеэкономических связей в экономической сфере, принципы свободы исследования и использования космического пространства и небесных тел, предотвращение потенциально вредных последствий экспериментов в космическом пространстве и на небесных телах в космической сфере и т.д.

также придать новую трактовку ранее сформулированным принципам. В конституционном праве многих государств мира закреплены принципы демократического, социального, правового, светского государства, положения о политическом и идеологическом плюрализме, о распоряжении народом природными богатствами, о границах государства, о социально-экономических правах, социальной функции частной собственности и т.д. Эти принципы, а также сложившиеся в конституционном праве формы и система государственных органов оказывают влияние и на международное право, особенно на наднациональное, что проявляется, например, в содержании Лиссабонского договора.

Международное и конституционное право, в том числе благодаря прямым и обратным связям, стало иным, чем в первой половине ХХ в. Их сближение теперь происходит быстрее, однако вряд ли можно говорить о свершившейся гармонизации или о том, что происходит объединение национальных конституционно-правовых систем в «единую конституционную систему»26. Для гармонизации международного и конституционного права необходимо также сближение между тремя разными по своей сущности мировыми правовыми системами: мусульманской с ее полуфеодальными элементами в странах мусульманского фундаментализма, либерально-полусоциальной капиталистической системой и правовой системой тоталитарного социализма. Это происходит, но до «объединения» указанных систем конституционного права еще очень далеко. Существенные антагонистические противоречия между ними сохраняются. Можно в известной степени гармонизировать отдельные институты этих противоречивых систем. Так, в странах мусульманского фундаментализма приняты основные низамы, подобные конституциям, в Иране даже провозглашена республика (исламская, во главе с пожизненным духовным лидером). В определенной мере гармонизированы в конституциях государств (но не всегда на практике) положения о правах человека, опирающиеся на Международные пакты 1966 г., и даже отчасти положения о роли частной собственности в обществе (современные страны тоталитарного социализма - Китай, Вьетнам и др. - вопреки постулатам марксизма признают ее необходимость). Однако свести к общему знаменателю сущностно противоречивые правовые системы невоз-

26 См.: Потапенко Е.Т. Теоретические основы правовой интеграции. Саратов, 2011. С. 11. 44

можно, их сближение имеет объективные пределы. Можно, конечно, устранить противоречивость, заменив одну систему другой, что иногда и происходит, но тогда речь пойдет о гармонизации иного рода.

В меньшей степени исследованы вопросы взаимодействия наднационального и конституционного права, хотя, на наш взгляд, такое взаимное влияние иногда особенно заметно и носит двоякий характер. С одной стороны, наднациональное право в своей основе представляет собой международное право, поэтому общие принципы взаимодействия международного и конституционного права распространяются и на него. С другой стороны, наднациональное право (по существу, в развитом виде оно представлено только правом ЕС) отличают существенные особенности, связанные с передачей государством своих суверенных прав международным организациям, системой органов наднациональных союзов (сообществ, организаций), особенностями принятия решений в рамках этой системы, прямым и обязательным действием актов наднационального характера, не требующих ратификации, существованием элементов не только конституционного права, но и других традиционных отраслей права и т.д.

Исторически сложились и в настоящее время существуют три главных подхода к взаимодействию международного и внутригосударственного, в том числе и конституционного, права: дуалистический, доминантный (в исследованиях и учебниках по международному праву его, на наш взгляд, неточно называют монистическим) и трансформационный. Все три подхода, теперь в еще большей степени, чем раньше, признают взаимосвязи систем международного и внутригосударственного права.

В рамках первого подхода акцент делается на параллельном самостоятельном развитии систем международного и внутригосударственного права (это обосновывается тем, что каждая из систем имеет собственный объект регулирования).

Второй подход базируется на преобладании норм права одной из систем в процессе их применения и имеет три разновидности: 1) приоритетное значение имеют нормы международного права, в том числе и по отношению к конституции государства (Австрия, Молдова). В случае заключения международного договора, не соответствующего конституции, необходимо внесение в нее изменений. Данный подход основывается на концепции Г. Кельзена о примате международного права в системе права; 2) приоритет имеет закон государства, если по

данному вопросу суверенные права не переданы международной организации (Албания, Парагвай); 3) существует примат международно-правовых актов, ратифицированных государством, однако он не распространяется на конституцию государства (Россия). Первые два варианта доминантного подхода обычно демонстрируются на примере применения решений ЕСПЧ и вряд ли могут иметь универсальный характер. В современных условиях нет примеров, когда суверенное государство позволяло изменить международными актами основы его общественного строя или систему его органов власти (если только речь не идет о государстве-агрессоре, потерпевшем поражение в войне против объединенных демократических стран, юридически и фактически ликвидированном и воссозданном заново, как это было с фашистской Германией). Что касается третьего варианта, то считается, что международные акты, даже ратифицированные государством, не могут иметь более высокую юридическую силу, чем конституция, принимаемая обычно в современных условиях на референдуме (часто его называют всенародным референдумом, чтобы подчеркнуть его политическое значение, хотя юридически это неточно). Передача отдельных суверенных прав не влечет утрату суверенитета государства. Сама передача - проявление этого суверенитета, хотя, правда, остается вопрос: до какой степени можно передавать суверенные права, чтобы сохранить сам государственный суверенитет?

Третий подход базируется на концепции превращения норм международного права во внутригосударственные, поскольку они применяются внутри государств и органами государства28. Много лет назад этот подход раскритиковал Г.В. Игнатенко, показав, что международное и внутригосударственное право - это разные системы, отличающиеся субъектами и объектом регулирования, особенностями приме-

29

нения норм, и одна из них не может просто превратится в другую . Однако этот подход по-прежнему упоминают в учебниках по между-

30

народному праву .

27 Суверенитет в целом не может быть совсем отчужден от государства.

28 С.Л. Зивс писал в 1981 г. о «переводе норм международного права в нормы национального права» (Зивс С.Л. Источники права. М., 1981. С. 226).

29 См.: Игнатенко Г.В. Взаимодействие внутригосударственного и международного права: Учеб. пособие. Свердловск, 1981.

30 См., например: Бирюков П.Н. Международное право: Учебник. 5-е изд. М., 2012. С. 7.

В работах российских и зарубежных авторов высказывается в целом единообразное мнение о процессах сближения международного и внутригосударственного права, однако в российских исследованиях взаимодействия международного (в том числе наднационального) и внутригосударственного права (такие исследования до сих пор осуществлялись в основном специалистами-международниками), на наш взгляд, иногда преобладает односторонний подход. В них преимущественно рассматривается прямое воздействие норм международного права на внутригосударственное, применение норм международного права государствами, в том числе путем применения в судах государств (прямые связи). Изучается имплементация - включение норм международного права во внутригосударственное право, оговорки (положения) во внутригосударственных актах, согласно которым в определенных ситуациях следует руководствоваться не только внутригосударственными нормами, но и международным правом, установление обязанности органов государства применять международные договоры, ратифицированные данным государством, роль Международных пактов 1966 г. о правах человека и.т.д.

Все это верно и очень важно, особенно с учетом значимости международного права в современных отношениях государств (на деле его нормы часто не соблюдаются некоторыми государствами)31, однако, как уже говорилось, необходимо учитывать и обратные связи. Бесспорно, Международные пакты о правах человека 1966 г. оказали огромное влияние на содержание соответствующих глав новых конституций (хотя во многих странах англосаксонского права социально-экономические права так и не были признаны), но ведь сами основные права человека появились первоначально в конституционном праве и лишь затем, через столетие и десятилетия, вошли в Международные пакты (социально-экономические права - на основе опыта советской России, СССР, а затем и иных социалистических стран). Это касается и принципа самоопределения народов, впервые сформулированного в конституционном праве советской России и включенного в Устав ООН в 1945 г. (ст. 1). Принцип нерушимости границ изначально связан с установлением границ территории государства в конституционном праве. На процесс создания международных и наднациональных

31 Отмеченный факт не должен принижать значение международного права, поскольку не соблюдаются и нормы внутреннего права (иначе не было бы, например, разного рода правонарушений).

органов судебной власти после Второй мировой войны оказали влияние конституционные положения о судебной ветви власти. Можно привести и другие примеры. Не случайно, как отмечалось выше, некоторые зарубежные авторы говорят о конституционализации международного права, о проникновении положений, выработанных в теории конституционного права и признанные в его нормах, в международное право.

О произошедших изменениях свидетельствует и включение в учебники по конституционному праву государств - членов ЕС европейских стран Запада специальных глав об отношениях данного государства и Союза, о праве ЕС, его взаимодействии с конституционным правом страны32. Правда, такие главы иногда имеют характер кратких замечаний. Похоже, что наука конституционного права еще не в полной мере овладела новым материалом.

Вместе с тем, как уже говорилось, важно учитывать не только прямые и обратные связи, но и преобразование их в «рецепторах» той и иной системы, новый ввод информации и новый выход. В результате мы получаем в международном праве не совсем те нормы и институты, которые были введены конституционным правом, и наоборот. Эти новые нормы и институты, будучи воспринятыми в другой правовой системе, не становятся инородными для нее. Система определяет природу своих норм и принципов и преобразует их качества. Поэтому нормы, введенные в международное право, под влиянием конституционного права становятся и остаются международно-правовыми, а включенные в конституционное право - конституционно-правовыми.

Воздействие конституционного права на международное получает новые импульсы в связи с тем, что происходит сближение трех мировых систем конституционного права. Об этом свидетельствуют крупные сдвиги. Например, включение в последние десятилетия в конституции капиталистических стран не только социально-экономических прав человека, но и принципа социальной справедливости, положений о важнейшей роли труда, а не только собственности в развитии общества, о защите прав трудящихся, о социальной функции частной собственности, которая призвана служить не только соб-

32 См., например: Bradley A.W., Ewing K.D. Constitutional and Administrative Law. 15th ed. L., 2011. Ch. 8 «The United Kingdom and the European Union»; Katz A. Staatsrecht. Grundkurs im öffentlichen Recht. 18. Aufl. München, 2010 (§ 72).

ственнику, но и обществу, о планирования экономического и социального развития и др. В некоторых конституциях появились главы (части, разделы) об основах экономической и политической систем общества (Конституция Италии 1947 г.), о социальном порядке (Конституция Бразилии 1988 г.), общественном строе (Конституции Чили 1980 г. и Боливии 2009 г.) и др. В конституции многих стран включены положения об уважении и о соблюдении норм международного права, нередко в них названы некоторые основные международно-правовые акты, имеющие принципиальное значение.

Страны мусульманского права демонстрируют изменения в области конституционного права - «права властных норм», как его иногда называют в странах мусульманского фундаментализма. Это особенно характерно для модернизированных стран (Египет, Ирак, Ливан, Сирия и др.), однако и в государствах ортодоксального ислама (Оман, Саудовская Аравия, ОАЭ и др.) принимаются акты, подобные конституциям (основные низамы)33 и даже конституции (Бахрейн, Иран, Кувейт и др.). В основных низамах появились главы об основах общества (Саудовская Аравия), некоторые положения о личных и социально-экономических правах, связанные в основном с мусульманскими традициями и верой.

Некоторые отвергавшиеся ранее принципы закрепляются в учредительных актах сохранившихся стран тоталитарного социализма. Так, в соответствии с поправками, внесенными в 1988-2004 гг. в Конституцию Китая, признавались не только допустимость, но и значимость частной собственности для экономики страны, принципы рыночной экономики и правовой государственности, права человека наряду с правами гражданина.

Сдвиги, которые происходят в международном, наднациональном и конституционном праве, вызваны четырьмя главными процессами нашего времени: модернизацией (modern - современный), интеграцией (integration - объединение)34, интернационализацией (international - международный, межгосударственный) и глобализацией

33 При этом в основных низамах говорится, что конституцией страны остаются Коран (записи по памяти проповедей пророка Мухаммеда, по преданию переданные ему Аллахом) и Сунна (записи воспоминаний сподвижников пророка о его делах, высказываниях, поведении).

34 Подробнее см.: Кашкин С.Ю. Основы интеграционного права. М., 2014; Интеграционное право в современном мире: сравнительно-правовое исследование / Отв. ред. С.Ю. Кашкин. М., 2014.

(global - всемирный)35. В наше время названные процессы имеют свои особенности, что оказывает влияние на способы интернационализации международного, наднационального и конституционного права.

Модернизация как осовременивание способов производства, жизни народов, их менталитета имела место всегда. Не будем говорить о тысячелетней технической модернизации (от изобретения колеса вместо волока и насоса для полива полей в Древнем Египте до паровой машины, радио, атомной энергии, персонального компьютера и нанотехнологий). Постепенно происходила и правовая модернизация. Видимо, почти всегда имело место взаимовлияние различных представлений о праве, ибо народы, их правительства участвовали и со временем не могли не участвовать в политических и экономических контактах, в международных отношениях.

Новое развитие модернизация получила после освобождения колониальных народов, когда в западной науке (первоначально в Великобритании) была выдвинута идея политической и правовой модерни-зации36. Концепция учитывала только прямые связи воздействия. Данный процесс трактовался как вестернизация, в том числе как принятие конституций новых развивающихся государств в соответствии с западными образцами, а сами конституции разрабатывались в метрополии (Великобритания) или ее специалистами (Франция) в новых государствах. В странах, заявивших о социалистической ориентации, концепция модернизации отрицалась, но свои новые конституции они создавали по образцам социалистических стран.

В этом процессе модернизации использовались и некоторые институты международного права (в частности, новые конституции освободившихся стран часто содержали ссылки на Устав ООН, Всеобщую декларацию о правах человека), но в реальной жизни «осовременивание» такого рода не состоялось. Народы не приняли не подходящие для них модели, хотя элементы модернизации 50-80-х гг. XX в. сохранились в конституциях некоторых стран и в их образе жизни.

Из сказанного не следует, что концепция модернизации конституций с учетом опыта международного права и иных правовых систем

35 Некоторые из этих терминов имеют сходное содержание, в определенной мере выражаемое обобщенно в слове «интернационализация». По отношению к праву такое сходное содержание аккумулируется, в частности, в понятии сближения правовых систем.

36 См.: ApterD. Political Systems and Development Change // Methodology of Comparative Research. L., 1970.

непродуктивна. Она может использоваться, но, как показал опыт, при обязательном учете национальных особенностей каждой страны.

Интеграция государств тоже имела место издавна, в том числе и в процессе объединения государств в Европе, создания некоторых федераций (СССР, США, Танзании). В последнем случае интеграция элементов конституционного права государств-членов происходила под влиянием федеральной конституции. Прямые связи являлись доминирующими и иногда (в тоталитарных системах) практически единственными. В других системах субъекты федераций создавали (и теперь создают) свои конституционные институты в соответствии с основными положениями федеральных конституций, хотя и с учетом местных особенностей. Однако обратные связи существуют и не могут не быть. В результате реакции субъектов на способы управления федерация идет им навстречу или, напротив, вводит институты федерального принуждения.

В наше время интеграция приобрела очень широкий характер, особенно в экономической форме. Практически без этого не обходится ни одно государство. Интеграция может порождать конституционные последствия косвенного и весьма отдаленного характера (это было в Европейском сообществе до создания Европейского союза, Сообществе Белоруссии и России до 1999 г., Таможенном союзе Белоруссии, Казахстана, России 2006 г., наблюдается в ЕАЭС и др.). За экономической иногда следует политическая и определенная правовая интеграция (прекращение существования Европейского сообщества в результате вступления в действие в 2009 г. Лиссабонского договора, создание вместо Сообщества Союзного государства Белоруссии и России (1999 г.), органы которого вырабатывали рекомендательные модельные законы, в том числе по некоторым вопросам конституционного значения). В рамках ЕАЭС тоже может в перспективе сформироваться наднациональное право.

Термин «интернационализация» имеет очень широкое значение. Еще в древности при завоеваниях и создании крупных империй завоеватели распространяли свои обычаи на покоренные народы. В настоящей статье интернационализация конституционного права рассматривается с позиций восприятия теоретических концепций, конституционных принципов, положений определенной конституции (нескольких конституций) другими странами не в качестве отдельного факта или разрозненных фактов, а как определенная тенденция.

Появление термина «глобализация» связывают с именем американского социолога Р. Робертсона, который в 1985 г. дал толкование понятия «глобализация», однако термин «глобализация» стал знаковым после Вашингтонского конгресса (1988 г.) Международной ассоциации политической науки, проходившего под названием «На пути к глобальной политической науке».

Элементы глобализации тоже имели место в прошлом, начиная с великих географических открытий XV-XVI вв. Современная глобализация, равно как элементы модернизации, интеграции, интернационализации, носит иной характер. Она, как и указанные явления, составляет одну из наиболее существенных сторон современного развития, и именно к современности в полном объеме может относиться понятие глобализации. В наше время глобализация - это распространение в том или ином объеме современных общих закономерностей развития человечества на все народы мира (в далеком будущем возможны иные закономерности). Крушение системы тоталитарного социализма на рубеже 80-90-х гг. ХХ в. свидетельствует об этом.

Современная глобализация в отличие от прошлого охватила весь мир, вовлекая в этот процесс целые континенты. Уже давно (в конце XIX - начале XX в.) Великобритания и США отказались от концепций частичной «блестящей изоляции» (splendid isolation). В мировую орбиту были вовлечены сначала страны Азии и Латинской Америки, потом -государства Африка и Океании. Преодолена «закрытость» бывших социалистических государств, а сохранившиеся страны социализма гораздо более открыты миру.

Какую бы форму ни принимала современная глобализация, в том числе и в праве, это всегда процесс, который ломает старые формы, вносит новое содержание, как правило, более прогрессивного характера, если это новое рассматривать с общих позиций исторического прогресса как преодоление отжившего старого, что бывает не всегда так. Глобализация может разрушать образ жизни народов, их ценности, которые еще обладают жизненной силой, она всегда порождает противоречия и конфликты, и некоторые из них не находят решения в этом процессе. Тем не менее глобализация при всех ее сложностях и противоречиях сближает, как мы пытались показать выше, даже разные по своей сущности правовые системы.

Выше упоминалось о давлении модернизации на мусульманскую международную систему права и об элементах глобализации, относящихся к этой системе. В большей степени глобализация сказывается

на праве модернизированных мусульманских стран (Египет, Ливан, Индонезия, Малайзия, Сирия, Турция и др.), которые при внешнем почтении к Корану по существу отходят от некоторых его заветов. На смену единству уммы «правоверных» приходят политические партии, отбору правителем авторитетных мусульман-мужчин для совещательной аш-шуры - выборы, принятию решений путем консультаций и принципа иджмы37 - парламент и местные выборные органы (при этом элементы аш-шуры в их деятельности сохранились). В конституциях (с оговоркой о соответствии шариату) закреплен противоречащий Корану принцип равноправия женщин и мужчин и т д.

В процессе глобализации подвергается давлению извне и капиталистическая либерально-полусоциальная система. После Второй мировой войны, когда возросло влияние идей социализма, в конституции капиталистических стран, правда, в переработанном виде, вошли некоторые положения, разработанные социалистической мыслью и

38

содержавшиеся в конституциях стран тоталитарного социализма . Это проявилось в закреплении идеи социальной справедливости, социально-экономических прав человека, положений о роли труда и трудящихся в обществе39, планировании экономического и социального развития (но не директивном, а индикативном) и др.

Вместе с тем, включая в конституции некоторые новые социальные принципы, многие страны объявили их лишь руководящими принципами политики. Конституции Албании, Индии, Филиппин, Швейцарии и других государств устанавливают, что эти принципы не должны применяться судами. Еще меньшее влияние такие принципы оказали на международное и наднациональное право.

Влияние глобализации проявляется и в существенных изменениях конституций некоторых стран тоталитарного социализма. Упоминавшиеся выше поправки, внесенные в Конституцию Китая, по существу, подрывают некоторые принципиальные марксистко-ленинские положения, хотя марксизм-ленинизм с национальной спе-

37 Единогласное мнение (не голосование) членов аш-шуры, обязывающее главу государства поступить именно так.

38 Мусульманские принципы практически не оказали влияния на капиталистическую правовую систему (можно отметить лишь принцип консенсуса при решении вопросов коллегией, широко распространенный в странах Востока).

39 Правда, предусматривалось иное понятие трудящегося, исключающее противопоставление трудящихся и эксплуататоров.

цификой - идеями Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина - по-прежнему объявляется государственной идеологией.

Давлению иных правовых систем подвергается и международное право. В международно-правовых актах общего характера тщательно избегают формулировок, которые могли бы обидеть мусульманский мир, хотя в Коране и Сунне содержатся неоднозначные положения, в том числе и не согласующиеся с принципами и нормами современного международного права. Это признают некоторые мусульманские исследователи в модернизированных мусульманских странах и даже некоторые духовные деятели мусульман.

В связи с этим в мае 2012 г. состоялась Международная конференция богословов 23 стран, на которой некоторые положения мусульманского права были приведены в соответствие с принципами международного и конституционного права. По результатам конференции 30 мая 2012 г. была принята Декларация (как сказано в ней, это «научно обоснованный документ»), в которой разъяснялись отдельные положения ислама как собственно мусульманского характера (связанные с верой), так и имеющие конституционно-правовой и международно-правовой характер. На конференции были даны новые толкования спорным понятиям ислама - такфиру (обвинению в неверности исламу), джихаду, который односторонне толкуется как объявление войны «неверным», идее вселенского халифата и некоторым другим.

Согласно выводам конференции ислам запрещает проливать кровь и причинять ранения; джихад многосторонен и не сводится к вооруженным действиям, приказ же о военном джихаде может отдать только законный правитель; халифат не может создаваться на территории суверенного государства; посягательства на жизнь и имущество людей не могут быть оправданы фактом их неверия («куфр»); обвинение в неверии и связанные с этим суровые последствия - исключительное право Аллаха, даже муджтахиды не вправе выдвигать такфир против кого-либо; нельзя чинить препятствия немусульманам, мирно живущим среди мусульман; проявление дружбы к ним не запрещено в исламе (например, помощь больным) и т.д.

Путем обобщения правовых актов самого разного уровня можно установить, что в отношениях международного, наднационального и внутригосударственного (в том числе конституционного) права используется множество форм взаимодействия. При этом их классификация в известной мере условна. В определенной ситуации и под

иным углом зрения одни формы могут преобразовываться в другие, прямые связи - становиться обратными.

Однако, на наш взгляд, все же можно выделить основные формы взаимодействия.

1. Общепризнанные принципы и нормы международного права конституционно признаются важнейшей составляющей национальной правовой системы, в конституциях указывается на необходимость согласования с ними внутригосударственного права. Положения о признании таких принципов и норм закреплены в конституциях многих государств (Германии, Италии, Австрии, России и т.д.). При этом общепризнанные принципы и нормы международного права по своей природе объективно не должны и не могут порождать каких-либо коллизий международного и внутригосударственного права. По сути, конституции содержат только отсылку к общепринятым правовым ценностям, многие из которых уже получили конституционное оформление (например, равноправие и самоопределение народов; неприменение силы или угрозы силой; мирное урегулирование споров; нерушимость границ; территориальная целостность государств; уважение прав человека и основных свобод).

2. Современные конституции исходят из высокой юридической значимости международных обязательств, вытекающих из участия государств в международных договорах и конвенциях. В конституциях содержатся положения о соблюдении международных договоров. Это повысило вероятность как сближения международного и конституционного права, так и столкновения соответствующих правовых систем. Для исключения последнего международным договорам, как правило, отводится определенное место в юридической иерархии национальных актов - «выше обычных законов», а также фактически предусматривается критерий непротиворечивости их конституции. В связи с этим многие государства в целях предупреждения конфликтов международного и конституционного правопорядков определяют механизм их согласования на этапе принятия международных обяза-

40

тельств .

40 В частности, для вступления международного договора в силу в национальном праве закрепляется процедура проверки его конституционности. В случае выявления несоответствия введение договора в действие возможно только после корректировки конституционного текста. Так, Конституционный совет Франции признал положения Маастрихтского договора противоречащими Конституции страны и

3. Конституционно закрепляется возможность передачи суверенных прав государства наднациональным объединениям. Такие нормы стали получать закрепление в конституционных текстах в связи появлением наднациональных объединений и наднационального права. Государства, создающие такую организацию, передают им свои «суверенные функции, затрагивающие само ядро властных полномочий по управлению территорией, населением и взаимоотношениями с другими акторами международной жизни»41. Вместе с тем сопротивление конституционного права наднациональному встречается нередко, что проявляется на уровне взаимодействия наднационального и национальных судов. В ЕС причиной этого в основном служит противоречие конституционного регулирования директивам ЕС или позициям Суда ЕС (это имело место в Польше, Словении, Португалии, Франции, на Кипре, в связи с чем эти страны были вынуждены внести по-

42ч

правки в свои конституции ).

4. В конституциях провозглашается приоритет международного права, определенные нормы которого имеют верховенство по отношению к актам внутригосударственного права. Это в той или иной форме признано в Конституции РФ, в конституциях государств - членов Европейского союза. Однако необходимо уточнить (это сделано при толковании ч. 4 ст. 15 Конституции РФ), что, во-первых, приоритет могут иметь только нормы договоров, ратифицированных (признанных, подтвержденных) данным государством, во-вторых, положение о приоритете международного права относится ко всем актам внутреннего права, кроме конституции государства. В конституционном праве, следовательно, такой приоритет имеет свои особенности.

5. Закрепляется прямое действие актов международного права на территории государства в сфере традиционного регулирования внутригосударственного права. В результате общепризнанные принципы и нормы международных договоров становятся составной частью правовой системы данного государства, но уже не как элементы международного права в ней, а как части внутренней системы права. Это

заявил о необходимости внести в нее соответствующие изменения до его ратификации. См.: ЛукашукИ.И. Международное право. Общая часть. М., 1996 . С. 230.

41 Нешатаева Т. К вопросу о создании Евразийского союза: интеграция и надна-ционализм // Международное правосудие. 2014. № 2. С. 58.

42 См.: Лукашевич В. Конституционный плюрализм и практика судов Европейского союза // Сравнительное конституционное обозрение. 2007. № 4. С. 68.

имеет место при условиях, указанных выше. Положения международных договоров, противоречащие конституции, не могут стать частью внутреннего права государства. Необходимо предварительно изменить либо конституцию, либо договор. Свои особенности имеет прямое действие норм наднационального права Европейского союза. Оно хотя и является в основном частью международного права, имеет определенную специфику. Поэтому в нем допускается прямое, непосредственное действие актов, принятых высшими органами ЕС без ратификации. К тому же, как уже отмечалось, государства-члены заранее передали Союзу некоторые свои суверенные права. В классическом международном праве положение иное. Непосредственное действие его норм и актов в подавляющем большинстве государств (об исключениях сказано выше) связано с предварительной ратификацией: такие акты должны пройти парламентские процедуры подтверждения.

6. Устанавливается обязанность органов публичной власти соблюдать положения ратифицированных международно-правовых актов права так же, как и акты внутреннего права государства, а, может быть, и в приоритетном порядке. Соответствующее решение Конституционного Суда РФ, приведенное в постановлении от 31 июня 1995 г. № 10-П, было процитировано выше. В нем, как и в решениях органов конституционного контроля других стран, говорится о «властях», однако, видимо, указанная обязанность относится и к общественным и иным объединениям, к физическим и юридическим лицам в той мере, в какой соответствующие нормы международного права могут быть к ним применены. Последняя оговорка имеет существенный характер для применения норм международного права во внутригосударственных отношениях.

7. Нормы международного права имплементируются в акты внутреннего права, в том числе в конституции государств. Так, некоторые конституции, в том числе Конституция РФ, воспроизводят формулировки или смысл положений Международных пактов о правах человека 1966 г. В отдельные конституции включены принципы международного права, предусмотренные в документах ООН. Так, в ч. 3 ст. 5 Конституции РФ закрепляется международный принцип равноправия и самоопределения народов. Принцип неприменения силы и угрозы силой нашел отражение в ст. 9 Конституции Японии 1946 г., предусматривающей, что «японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы вооруженной силой или ее применения как средства разрешения меж-

дународных споров». Следует отметить, что имплементация не всегда необходима. Если международно-правовой акт содержит детальное регулирование, достаточно отсылки к этому акту.

8. В результате принятия международного акта, ратифицированного государством, принимаются новые законы или подвергаются модификации действующие43. Так, в связи с присоединением России к Конвенции о статусе беженцев 1951 г. был принят Федеральный закон от 19 февраля 1993 г. № 4528-1 «О беженцах»44. В связи с принятием международных конвенций поправки вносились, в частности, в Закон РФ от 1 апреля 1993 г. № 4730-1 «О государственной границе Российской Федерации»45 (поправки касались, например, вынужденного пересечения границы лицами и транспортными средствами, терпящими бедствие), в Семейный и Таможенный кодексы РФ и др.

9. Несмотря на признаваемый приоритет международного права, на наш взгляд, в определенной ситуации возможно параллельное применение международно-правовых норм и норм внутригосударственного права. При этом суду или иному правоприменителю предоставляется право выбора норм, наиболее точно регулирующих соответствующие общественные отношения (например, при реализации мер в случае объявленного чрезвычайного положения или угрозы войны). О возможности применения российского законодательства и (или) общепризнанных принципов и норм международного права говорится во многих российских законах, в том числе в Федеральном законе от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации»46, Кодексе РФ об административных правонарушениях.

В федеральных законах не говорится о приоритетности тех или иных норм, но, как отмечалось выше, в конституционном праве России имеется соответствующая норма, и правоприменитель должен руководствоваться ею, если международное право более полно и точно регулирует данное правоотношение. Но если это делается внутренним законодательством, правоприменитель, видимо, должен использовать его, указав и на соответствующую норму международного права. На практике обычно так и так бывает, поскольку внутреннее законода-

43 -г»

В некоторых странах это возможно и в тех случаях, когда международный акт еще не ратифицирован государством.

44 Ведомости РФ. 1993. № 12. Ст. 425.

45 Ведомости РФ. 1993. № 17. Ст. 594.

46 СЗ РФ. 1997. № 1. Ст. 1. 58

тельство более полно регулирует соответствующее общественное отношение.

В законодательстве не сказано также, можно ли одновременно применять нормы из разных систем, но, думается, что такие ссылки возможны, если нормы разных систем однотипно регулируют конкретные общественные отношения. В противном случае правоприменитель должен руководствоваться нормами одной из систем, а именно приоритетными международными нормами.

10. Государство на законодательном уровне предусматривает регулирование соответствующих общественных отношений международно-правовым актом. Такой порядок особенно широко применяется в наднациональном праве ЕС. Выше говорилось о регламентах, которые имеют прямое действие на территории государств-членов и не могут быть изменены никаким органом государства-члена. Сошлемся в качестве примеров на регламенты от 11 июля 2007 г. № 864/2007 «О праве, подлежащем применению к недоговорным обязательствам» и от 17 июня 2008 г. № 503/2008 «О праве, подлежащем применению в договорных обязательствах». Эти акты, по существу, кодифицируют крупные институты права.

11. Решения органов ООН исполняются посредством принятия актов высших органов государства. В России вслед за принятием решений Совета Безопасности ООН о запрещении поставки оружия, военного снаряжения, другого имущества, которое может быть использовано для военных целей сторонами, участвующими в вооруженном конфликте, обычно издаются соответствующие указы главы государства, обязывающие российские органы публичной власти, учреждения, организации, юридических и физических лиц выполнять соответствующие решения. В указах перечисляются запрещенные виды имущества и запрещенные действия, которые могут способствовать продолжению вооруженного конфликта. В качестве примера можно привести указы Президента РФ от 24 июня 2005 г. № 720 «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 1596 от 18 апреля 2005 г.»47 (связан с вооруженными конфликтами в Демократической Республике Конго) и от 24 апреля 2010 г. № 516 «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности 1844 от 20 ноября 2008 г.»48 (связан с вооруженными конфликтами в Сомали). В соот-

47 СЗ РФ. 2005. № 26. Ст. 2635.

48 СЗ РФ. 2010. № 17. Ст. 2058.

ветствии с резолюциями Совета Безопасности ООН 1270 от 22 октября 1999 г. и 1289 от 7 февраля 2000 г. и обращением Генерального секретаря ООН был издан Указ Президента РФ от 22 июня 2000 г. № 1156 «О направлении воинского формирования Вооруженных Сил Российской Федерации для участия в операции ООН по поддержанию мира в Сьерра-Леоне»49. Указом от 22 сентября 2010 г. № 1154 «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 1929 от 9 июня 2010 г.»50 установлены ограничения для Ирана в связи с его ядерной программой, Указом от 2 декабря 2013 г. № 871 «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 2094 от 7 марта 2013 г.»51 введены специальные экономические ограничения, в частности в сфере финансовой деятельности, в отношении КНДР.

12. Во внутреннем (в том числе конституционном) праве государств имеются отсылки к принципам международного права и международно-правовым актам, а в международном праве - к законодательству государств. Примеры первого рода приведены выше. Процитируем еще ст. 88-1 Конституции Франции, включенную в ее текст в связи с принятием Лиссабонского договора. Она устанавливает: «Республика участвует в Европейском союзе, образованном государствами, которые свободно решили совместно осуществлять свои полномочия на основе Договора о Европейском союзе и Договора о функционировании Европейского союза согласно тому, что вытекает из договора, подписанного в Лиссабоне 13 декабря 2007 г.». Примеры второго рода связаны с нормами международного права о предоставлении государствами независимости колониальным народам, с положениями конвенций о мерах государств в отношении защиты прав детей, инвалидов, коренных малочисленных народов, о борьбе против коррупции и т.д. Во многих таких конвенциях говорится, что государства-члены должны предпринять необходимые меры, в том числе издать соответствующие правовые акты.

13. Международным правом воспринят ряд принципов и положений, сформулированных во внутреннем праве, в том числе в конституционном. Помимо положений о правах человека, о чем говорилось выше, из конституционного права в международное перешел принцип запрещения любой дискриминации, равноправия и самоопределения

49 СЗ РФ. 2000. № 26. Ст. 2750.

50 СЗ РФ. 2010. № 39. Ст. 4930.

51 СЗ РФ. 2013. № 49 (ч. 7). Ст. 6395. 60

народов, многие нормы о защите экономически слабых слоев населения и других категорий (детей, инвалидов, престарелых и др.), положения о судебной власти. Принцип добросовестного соблюдения договоров пришел в международное право из гражданского права, равно как и термины «юридическое лицо» или «неосновательное обогащение», используемые в некоторых международных документах. Из уголовного права пришли положения о наказании военных преступников и наказаниях за преступления против мира и безопасности человечества и др.

В данной статье охарактеризовано, разумеется, не все богатство прямых и обратных связей международного, наднационального и конституционного права. Жизнь богаче, и она постоянно вносит свои коррективы и дополнения в эти процессы.

Т.А. Васильева *

ВЛИЯНИЕ ЕВРОПЕЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ НА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПАРЛАМЕНТОВ ГОСУДАРСТВ -ЧЛЕНОВ ЕС

Интеграционные процессы оказывает серьезное воздействие на деятельность любых органов публичной власти европейских государств, поскольку нормы права Европейского союза имеют прямое действие и предусматривают полномочия и обязательства государств-членов, а также права и обязанности их граждан. По данным исследований, разработка и принятие от 10 до 40% законов в Германии, Великобритании, Нидерландах, Дании, Швеции и Финляндии в той или иной степени обусловлены европейским правовым регулированием1, от 60 до 70% законодательных актов Европейского союза оказывают

* Заведующая сектором сравнительного права ИГП РАН, доктор юридических наук, доцент.

1 См.: Raunio T. National Parliaments and European Integration. What we know and what we should know // Arena Working Paper. 2009. № 2. P. 13-14.