Эволюция нормативно-правового оформления социального государства: вторая половина XIX - начало XXI веков

© 2014 г. А. В. Лабыгина

ЭВОЛЮЦИЯ НОРМАТИВНО-ПРАВОВОГО ОФОРМЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА: ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX - НАЧАЛО XXI ВЕКОВ

В статье рассматривается концепция социального государства как одно из наиболее перспективных направлений развития страны. Проводится теоретический анализ указанной модели в отечественной и зарубежной правовой науке, затрагиваются основные проблемы ее реализации в современной России.

Ключевые слова: социальное государство, социальная политика, государство всеобщего благоденствия, государство социального капитализма, социальная защита.

Согласно статье 7 Конституции Российской Федерации: «Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека...» [ 1].

События последних десятилетий, происходящие в России, сделали очевидными, с одной стороны, неотложность общественного запроса на сильную социальную политику, а с другой - отсутствие тривиального ответа на этот запрос. Политические, экономические и правовые реформы, начатые в 90-х годах XX века, вызвали необходимость трансформации всей системы социального обеспечения, определения и законодательного закрепления новых социальных функций и ответственности государства и других субъектов правоотношений в данной сфере. Однако предпринятые государством меры по формированию нового правового поля социального обеспечения граждан, несмотря на все ожидания, за последние два десятилетия так и не смогли обеспечить надежного и эффективного функционирования указанных институтов.

В настоящее время в правовой науке существует различие в трактовке доктринальных основ концепции социального государства, что естественным образом не может не оказывать влияния на реализацию этой концепции в нормативно-правовой и политической практиках. Именно отсутствие определенности в концептуальных началах во много осложняет выбор тактики и стратегии развития России как социального государства.

Однако указанные проблемы не должны послужить основанием для отказа или ослабления развития Российского государства в данном направлении. Прежде всего, это связано с тем, что концепция социального государства, как и концепция правового государства, выступает более реальной и адекватной стратегией развития на фоне

всех других (сервисное, сетевое, глобальное). Причем данная концепция развития государства при всей ее универсальности позволяет учитывать специальные (национально-культурные, исторические, ментальные) закономерности развития России.

Нормативно-правовое воплощение идеи социального государства большинство исследователей связывают с закреплением принципа социального государства в качестве конституционного принципа в основных законах все возрастающего количества стран.

После Второй мировой войны в конституциях сразу нескольких государств - ФРГ, Франция, Италия, Испания, Португалия, Турция - появляются статьи, характеризующие их как государства социальные [2]. Главный смысл такой характеристики состоит в том, что государство, базирующееся на конституции и праве, должно нести ответственность за обеспечение в стране социальной справедливости и социальной защищенности [2]. По мнению Х. Лауфера, институционализация рассматриваемого понятия оправдывается моральной нормой солидарности: «Справедливость и равенство осуществляются посредством солидарности, когда граждане исполняют христианский завет "один несет бремя другого" и практикуют его в повседневности, помогают другим, заботятся о слабых, забытых и тем самым уравновешивают взаимные интересы» [3, s. 30]. Таким образом, как подчеркивает В. Я. Любашиц, «норма солидарности нашла воплощение в принципе социального правового государства, означающем вмешательство государства в частную сферу жизни граждан ради их достойной жизни» [4].

Однако само нормативно-правовое воплощение идей социального государства началось задолго до конституционного закрепления данного принципа в основных законах ряда государств.

В этой связи следует опереться на периодизацию, предложенную польским ученым Сильвестром Завадским. В ней наиболее полно отражены события, произошедшие в законотворческой деятельности государств Западной Европы. В основу такой периодизации были положены события, которые рассматриваются автором как явления, способствующие дальнейшему развитию концепции социального государства, а именно принятие отдельных нормативно-правовых актов, регулирующих социальные отношения. В целом исследователь предлагает выделить пять основных этапов нормативно-правового воплощения идеи социального государства, предшествовавших массовому закреплению данного принципа в конституциях ряда европейских государств:

1. Период социальных реформ Бисмарка в Германии - принятие законов «О страховании рабочих в случае болезни» (15 июня 1883 года), «О страховании при несчастных случаях» (6 июля 1884 года).

2. Период общественных реформ 1906-1914 годов в Англии - принятие законов «О пенсиях» (1909 год), «О страховании по безработице и болезни» (1911 год) и ряда других нормативных актов.

Комплекс этих реформ, как отмечает С. Завадский, свидетельствовал о явном росте значения государства, выраженного в стремлении включить в сферу государственного интереса деятельность, связанную с обеспечением некоторого минимума гарантий от рисков (профзаболевания, безработица, колебания заработной платы и так далее) в промышленности.

3. Период «нового курса» Ф. Д. Рузвельта в США - постепенный рост вмешательства государства в экономическую и социальную жизнь. В это время впервые были законодательно зафиксированы права, связанные с социальным обеспечением. Наиболее важными в системе источников, их закрепляющих, стали Акт о социальном обеспечении 1935 года - первый в истории США общефедеральный акт, установивший право на пенсии по возрасту, а также Акт о справедливых условиях труда 1938 года, установивший 8-часовой рабочий день, право работников на ежегодный оплачиваемый отпуск и определивший минимальный размер оплаты труда.

5. Период правления лейбористской партии в Англии с 1945 по 1950 год - усиленный поиск пути для реформ, который балансировал бы между полным отрицаем концепции либеральной и марксистской теорий, постулировавшей принципиальную невозможность разрешения общественных проблем в рамках капитализма. Это был поиск

своего рода «среднего пути», «пути социальных реформ в рамках капитализма» [5, с. 115], ответственности за себя и проявления личной инициативы» [6].

Рассматривая вопрос о социальной роли государства, нельзя также не учитывать тот факт, что значительное влияние на теорию и практику этого вопроса оказал опыт социалистических стран. Многие социалистические идеи (социальная справедливость, народная демократия, власть трудящихся, социальные права) привлекли внимание правящего класса развитых стран и были приспособлены для дальнейшего совершенствования капитализма путем переработки и обновления некоторых из них.

Все чаще речь идет о человеческих отношениях между работодателями и работниками. Так, об обязательном диалоге между управленцами и работниками указывается в ст. 3-209 Конституции Европейского союза. Изменилась сама структура связей в системе «человек - коллектив - государство - общество». «На первый план выдвигаются поиски компромиссов и консенсуса на основе общечеловеческих ценностей» [7, с. 54-60].

По мнению ряда авторов, современное государство конца XX - начала XXI веков имело мало общего с государством XIX - начала XX столетий. Оно существует и действует в условиях существования другого общества, которое исследователи часто называют «открытым», «гражданским», «плюралистическим». Данные характеристики правильно отражают те или иные стороны общества, но не дают его целостной характеристики. В этой связи интерес вызывает концепция «государства социального капитализма», в отечественной науке представленная В. Е. Чирки-ным. Ученый выделяет пять основных черт социального капиталистического государства.

Во-первых, это реальное социальное государство: «Положения о социальном государстве содержатся во многих конституциях, в том числе в ст. 7 Конституции Российской Федерации. Однако в ряде из них это, скорее, перспектива развития» [7, с. 54-60].

Во-вторых, в государстве социального капитализма оно как политический институт выступает в качестве социально-политического арбитра. «Главной целью государственного арбитража в политической и социально-экономической сферах является недопущение неконтролируемых действий, которые могут привести к сбоям в политическом процессе и катаклизмам в общественном строе. Государство устанавливает правила политического процесса (роль партий, выборов, парламента и тому подобное). Законами ре-

гулируются основы деятельности общественных объединений, включая некоторые внутренние стороны их организации и деятельности. Оно в определенной мере (насколько это возможно) дозирует влияние социальных групп, общественных объединений, учитывая интересы то одной, то другой стороны, манипулируя интересами различных социальных и политических сил. Одновременно государство сохраняет определенную политическую независимость» [7, с. 54-60].

В-третьих, государство социального капитализма - это «разноплановое, отчужденно-возвратное государство» [7, с. 54-60]. Стремясь быть арбитром в обществе и обладая профессиональным аппаратом, стоящим как бы вне общества, оно старается стать над борьбой социальных групп и партий, но, с другой стороны, стремится соединиться с обществом путем создания смешанных государственно-общественных органов, совместных процедур для решения вопросов установления не односторонних, а взаимных прав и обязанностей человека, коллектива, общества и государства.

В-четвертых, регулирующая роль этого государства обладает новым качеством. Следует отметить, что регулирующая роль была присуща государству всегда: оно для того и возникло, чтобы ведать, и, следовательно, управлять некоторыми делами общества. Однако регулирующая роль государства имеет неодинаковые формы и степень. В периоды: расцвета экономического либерализма государство называли «ночным сторожем», не вмешивающимся в процессы саморегулирования общества. Сегодня регулирующая роль государства распространяется на экономику, социальные отношения, политику (законодательство о выборах, структуре и методах деятельности органов государства), сферу идеологии (запрещение пропаганды расизма, национализма) [8, с. 305-306]. Вместе с тем она должна иметь свои ограничения и, прежде всего, не нарушать естественного саморегулирования общества. Государство лишь исправляет недостатки стихийного развития (например, негативное воздействие свободы рынка, «сверхэксплуатации» рабочей силы, что приводит к социальным взрывам и отрицательным демографическим последствиям, ограничивает деятельность расистских партий), но не ставит перед собой задачу упразднить саморегулирование и создать сверху совсем иное общество, принудительно «осчастливить народы». Умелое сочетание саморегулирования общества и государственного регулирования общественных отношений - крайне сложная задача. Практика показывает, что ошибки в таком регулировании (чрезмерные социальные блага,

для которых общество не имело ресурсов) приводили к обострению обстановки, в частности, в Швеции, Испании, Норвегии.

В-пятых, неотъемлемыми признаками такого государства являются его технологичность и тех-нократичность. В результате возрастания активности государственной власти такому государству приходится решать задачи, с которыми не сталкивались государства прежних эпох. Это отчетливо видно из текста Конституции Европейского союза, основная часть которой посвящена не органам государства (как это имеет место в большинстве конституций, в том числе и российской), а роли государства в экономических отношениях. Многие решения парламента, главы государства, правительства не принимаются спонтанно, как это происходило на народных собраниях или в ранних парламентах, а предварительно готовятся специалистами, которые просчитывают последствия разных вариантов. Отсюда возникает необходимость особой подготовки государственных «управленцев», развития технологичности государственного аппарата.

Таким образом, становится очевидным, что как в отечественной, так и в зарубежной правовой науке наметились тенденции к усилению социальной роли государства.

Значительную роль в формировании идей социального правового государства сыграло просвещение, которое «создало новую картину человечества, в котором материальное благосостояние выражалось в праве "на счастливую жизнь"» [9, с. 374] в этом мире, а рост социально-экономического неравенства оценивался как несправедливость и несчастье для обездоленных людей.

Необходимость в социальном государстве также была вызвана разрушением традиционной коллективной помощи. С развитием европейской индустриализации отношения свободы найма окончательно заменили корпоративную систему цеховых отношений. Индустриализация разрушила традиционные социальные группы и виды коллективной помощи. Видимый рост богатства буржуазии сопровождался столь же заметным обнищанием и симптомами духовного и морального упадка рабочих. Отсутствие трудового права привело к росту бедности населения и, как следствие, возникновению в XIX веке организованного рабочего движения, возглавляемого профсоюзами и социал-демократами. Социальные лишения населения капиталистических стран вызывали экономические кризисы 1873-1878, 1883-1885, 1893-1897, 1908-1909, 1913-1914 годов, обнаруживая тем самым ошибочность взглядов либеральных экономистов, веривших в способность

рыночной экономики восстанавливать свое равновесное функционирование внутренними ресурсами. Депрессией была актуализирована общественная потребность в государственном «интервенционизме» [4] в экономику в целях «смягчения» кризисных явлений. Стало очевидно, что рыночная конкуренция порождает монополии, причиняющие ущерб общественным интересам, вызывающие нерациональное распределение ресурсов, способствующие неравенству в доходах и представляющие угрозу демократическому правовому государству. Таким образом, назрела необходимость в новой государственной политике, направленной на перераспределение доходов, одним из элементов которой выступило антимонопольное законодательство. Постепенно в демократических правовых государствах стали общепризнанными требования социальной защиты граждан.

Нынешнее возрастание государственной ответственности в социально-экономической сфере свидетельствует о трансформации либерализма, который переосмыслил прежний принцип невмешательства. Переход к социальному правовому государству можно рассматривать как процесс трансформации либерального движения, освоение государством экономической и социальной политики, создающей возможности достойной жизни для большего числа людей» [10, с. 159].

С середины XIX века и в течение XX столетия набор прав человека значительно расширился за счет социальных прав. Примером здесь может служить Французская революция 1848 года. Кроме права на забастовку и гарантий против различного рода дискриминации, трудоспособные лица наделялись правом на труд, что обязывало государство проводить политику полной занятости. Работники получили право участвовать в принятии управленческих решений, затрагивающих условия наемного труда, и право на долевое присвоение прибыли, право на отдых и оплачиваемый отпуск, на помощь в случае бедствий, право на профессиональное обучение, доступность культуры [10, с. 159].

В научной литературе социальным правовым государством именуется государство, способное обеспечить реализацию человеком его права на достойную жизнь. «Область "достойной жизни" определяется в понятиях уровня жизни, объема и качества, жизненных благ, присваиваемых индивидами и социальными группами в соответствии с культурными стандартами общества или международного сообщества» [4].

Всеобщей декларацией прав человека ООН в 1948 году впервые в истории международных отношений был провозглашен круг основных граж-

данских, экономических, политических и социальных прав человека. Несмотря на то, что «Всеобщая декларация прав человека не является международным договором, она в силу обычая приобрела общеобязательную силу и является гуманистическим критерием политики государства» [4]. Согласно положениям Декларации основной задачей правовой системы государства выступает обеспечение равенства всех граждан перед законом. Она допускает частную собственность, обладание экономической властью. Участники экономического оборота имеют доходы, определяемые их ролью и рыночной конъюнктурой. Наряду с этим в ней закреплены принципы частной ответственности и солидарности. В соответствии с последним из них тот, кто не участвует в экономическом процессе, получает возмещающее пособие. Социальная защита предусматривается главным образом в виде денежного пособия, используемого индивидом по своему усмотрению. Потребности, которые не могут быть финансированы индивидом, удовлетворяются государственными и общественными организациями, несущими расходы.

Таковы современные критерии социального правового государства.

Здесь же в общих чертах определяется роль государства в обеспечении, реализации и защите социально-экономических прав (далее - социальная роль государства). Прежде всего, это обязанность государства оказывать помощь лицам, особо нуждающимся в социальной поддержке, которая осуществляется за счет средств, полученных в результате налогообложения и благотворительных взносов. Не менее важное значение имеет пенсионное обеспечение как одно из направлений социальной политики государства. Однако данные принципы не исключают инициативы граждан в обеспечении социальных прав, которая может выражаться в «индивидуальной самопомощи», страховании, создании общественных организаций.

Литература

1. Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года. СПб., 2008.

2. Ледях И. А. Социальное государство и права человека (из опыта западных стран). Социальное государство и защита прав человека. М., 1994.

3. Laufer H. Der Grund konsensin der freintli-chen Demokrate. Koln, 1988.

4. Любашиц В. Я. Эволюция государства как политического института общества. Ростов н/Д, 2004.

5. Завадский С. Государство благоденствия.

6. Constitution federal del a Confederation Swis-saire. Geneve, 1999.

7. Чиркин В. Е. Государство социального капитализма (перспектива для России?) // Государство и право. 2005. № 5.

8. Чиркин В. Е. Современное государство. М., 2001.

9. Кант И. О поговорке. // Сочинения: в 6 т. М., 1966. Т. 6.

10. Омельченко О. А. Всеобщая история государства и права. Т. 2.

© 2014 г. А. Б. Толдиев

К ВОПРОСУ ОБ УЧАСТИИ НАСЕЛЕНИЯ В ОХРАНЕ ОБЩЕСТВЕННОГО ПОРЯДКА

В статье на основе исторических документов и действующего российского законодательства в ретроспективном и современном аспектах исследуется проблема участия различных общественных объединений и населения в целом в обеспечении охраны общественного и правового порядка начиная с XVIII века и до настоящего времени.

Ключевые слова: право, правопорядок, обеспечение общественного порядка, участие населения в охране общественного порядка, народные дружины.

Опыт привлечения общественности по обеспечению благочиния к охране порядка и спокойствия в Российском государстве насчитывает не одно столетие.

Считается, что первые дружины по оказанию содействия полиции в поддержании благочиния были созданы в 80-е годы XVIII века. По замыслу их организаторов, дружины предназначались для оказания содействия и помощи полиции в обеспечении безопасности «высочайших особ» в дни их приезда в Москву. Охранительная функция дружин и их организационно-правовое оформление значительно возросли после убийства царя Александра II. Поэтому в период вступления на престол императора Александра III в 1883 году придворными кругами для охраны государя была создана «Священная дружина», в состав которой вошли «добропорядочные» граждане, представители петербургского, московского и нижегородского купечества [1, с. 72-83].

Во время церемонии восшествия на престол Александра III в поддержании должного порядка полиции оказывало содействие около 20 тысяч дружинников. В период коронации Николая II в 1896 году для поддержания порядка в церемониальных мероприятиях совместно с полицией принимало участие около 80 тысяч дружинников [1, с. 72-83].

В конце XIX - начале XX веков для борьбы с возросшим революционным и забастовочным движением в городах и сельской местности по инициативе властей стали создаваться дружины для охраны от забастовок и антиправительственных выступлений. По данным статистики, толь-

ко в 1905-1906 годах было сожжено 11 и разграблено около 2000 поместий и усадеб).

В этот период по инициативе «Союза русских людей» появляются народные дружины порядка (НДП) для борьбы с забастовочным движением при церковных приходах.

В январе 1905 года Святейший синод Русской православной церкви обратился с воззванием «к возлюбленным чадам святой православной Церкви». В воззвании речь шла о том, что беспорядки во многом вызваны подкупом революционеров, которым враги России прислали значительные средства для поддержания революционного движения [2, с. 19].

В 1905-1907 годах в губернских и отдельных уездных городах создаются дружины по борьбе с крамолой. Так, в Прибалтийском крае был организован «Кружок борьбы с крамолой», в Херсоне создано «Общество для поддержания устоев государства», в Екатеринодаре (Краснодаре) - «Общество кречетов», проводившее разъяснительную работу среди представителей революционных партий и агитаторов, осуществлявшее сбор для полиции данных о противозаконной деятельности членов революционных партий [2, с. 25].

На Дальнем Востоке с 1900 года получил широкое распространение «опыт вольных дружин народной охраны», организованных для охраны границы, помощи войскам, а также поддержания порядка и спокойствия среди населения, защиты мирных жителей и их имущества от посягательств преступников. Дружины несли караульную, патрульно-постовую и разведывательную службу. Дружины (отряды) делились на сотни, а сотни -