Русский музей в контексте философии культуры

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 6. 2009. Вып. 2

М. Н. Цветаева

РУССКИЙ МУЗЕЙ В КОНТЕКСТЕ ФИЛОСОФИИ КУЛЬТУРЫ

Государственный Русский музей дает возможность во всей полноте и глубине представить и изучить духовно-художественный облик русской культуры, ее взаимодействие с западноевропейским и мировым искусством. Являясь художественной моделью сознания и самопознания, отражающей психологию нации, ее особенности, всемирность и всече-ловечность, музей раскрывает мировые ценности русской культуры, ее глубинные связи с религией, философией, психологией, социально-исторической наукой. С учетом сформировавшихся направлений гуманитарного образования можно выявить следующие сферы изучения русской культуры: религиозно-философскую, социально-психологическую, историко-художественную, культурологическую, искусствоведческую и музееведческую, — а также прикоснуться к образам словесности — литературно-поэтическим языкам текстов и сюжетов в контексте языческого и христианского мировоззрения на основе первоисточников — античной мифологии, Библии, литературно-поэтических памятников и направлений в искусстве ХУШ-ХХ вв.

Актуальность музееведения определяется фундаментальным значением музея и музейных коллекций в изучении духовно-нравственных ценностей культуры. Анализ взаимодействия религиозного и светского мировосприятия в современной социогумани-тарной науке сочетается с неоднозначным толкованием многообразного художественного опыта. Призыв «вдуматься в культуру» (И. А. Ильин), осознать ее национальное своеобразие, глубину и сложность, внутренний и сокровенный смысл не потерял своего значения и сегодня, поэтому в музейной ретроспекции визуальный образ культуры становится наиболее зримым, все более значимым при осмыслении культурного наследия. В контексте духовно-исторической эволюции генезис культурно-религиозных смыслов русского искусства от иконы до авангарда раскрывает зарождение, развитие и трансформацию ценностей христианства, их влияние на духовно-нравственную эволюцию нации, определяя истоки и русло ее самопознания. При этом особый интерес представляют «узловые», кризисные и переломные эпохи, отражающие смену нравственных приоритетов и мировоззренческих представлений.

Призванный выявить такие важнейшие черты русской культуры, как соборность, культ святости, жертвенность, «всемирную отзывчивость», веротерпимость, музей, как и храм, противодействуют распаду личности, культуры, общества. Родство народов, населяющих Россию с их культурными традициями, обрядами формировалось общностью духовно-исторического и культурно-творческого бытия, поэтому осмысление истории и культуры в контексте музея позволяет понять прошлое, осознать драматическое настоящее. В период социально-политических и экономических преобразований, «антропологического кризиса», межнациональных конфликтов, поиска основ межкультурных коммуникаций и толерантности и в связи с этим диалога христианства с другими мировыми религиями, в частности исламом, исследование наследия отечественной культуры приобретает особое значение.

© М. Н. Цветаева, 2009

Русская культура созидалась многими поколениями. Непреходящая роль принадлежит в ней деятелям Золотого и Серебряного века, впитавшим огромный потенциал древнерусской культуры, сформировавшей национальные архетипы, нравственные и эстетические идеалы. Историко-генетическое исследование русской художественной культуры в ее противоречивом взаимодействии с религиозными традициями, отражающими духовно-нравственные переломы и трансформации общественного сознания, показывает не только эстетическую эволюцию направлений, стилей и школ русской живописи, но и многогранные аспекты художественного познания, связанного как с традиционными, так и с отрицающими их формами мышления, позволяет выявить образы художественно-исторического бытия нации, а также этапы ее духовно-нравственного развития, завершением которого стал русский авангард. Как образ революции и революционного мышления он не только явил новизну, космический масштаб формально-эстетических экспериментов, затронув многие области культуры — философию, науку, психологию, литературу, поэзию, театр, музыку, живопись, архитектуру, декоративно-прикладное искусство, но и воплотился в неукротимой богоборческой свободе, обрел значение символа новой религии, нового духа, нового мышления — символа «красного искусства», по выражению К. С. Малевича.

Духовно-эстетический путь русского искусства, формально-творческую новизну и гениальные прозрения его представителей невозможно понять вне контекста истории, русской и европейской философской мысли (Платон, И. Кант, Г. В. Ф. Гегель, А. Шопенгауэр, Ф. Ницше, М. Хайдеггер, А. Бергсон, В. С. Соловьев, П. А. Флоренский, Н. А. Бердяев, Э. Гуссерль), вне общественно-исторического и нравственного развития России, религиозно-мистических исканий творческой интеллигенции. Русский музей позволяет увидеть революционно-новаторский опыт многих поколений, запечатленный в художественных образах. Каждый стиль искусства, обращаясь к внутренним сферам духовной жизни и отражая новые культурно-религиозные смыслы эпохи, был по-своему авангарден и непримирим к предыдущему (романтизм к классицизму, передвижничество к академизму, футуризм к символизму и т. д.).

Уникальное собрание Русского музея позволяет исследовать философско-эстетические проблемы модернизма и творчество ведущих его представителей. Многие из них мечтали и думали о духовном, пытаясь превратить физическое и тварное бытие в отсвет, знак, символ духовной жизни. От импрессионизма до супрематизма религиозно-мистические и теософские переживания отливались в новые смыслы, грани, цветовые энергии и формы. В тайниках психической жизни, устранить которую не смог ни один «изм», открывалось черное, неблаговидное, недозволенное пространство. Постулируя «безосновную» основу в человеке, авангардное миропонимание отражало таинства революционно-мятежного духа, пророчествующего над бездной, познание вулканических первооснов бытия.

Проявленные в пространстве музейного собрания культурно-религиозные смыслы русского искусства указывают на архаику и новаторство художественной практики — «раскрытие бесконечного, полет в бесконечность» (Н. А. Бердяев), напряжения и прорывы, экстазы и теургию, выраженные в живописной метафизике. В иконописании, как указывает Н. С. Кутейникова, семантика современных образов определяется как «концепция воплощения»: в иконах святых лица даются на стадии перехода в лик, в попытке «фиксации ступеней воплощения»1. При этом в иконописи изображается сверхреальная целостность, включающая все земное и небесное, а иконописца религиозный канон не сковывает, а направляет к познанию абсолютного и совершенного. Эти ступени воплощения знаменуют

последовательное восхождение человека к Первообразу. Для исследования светского искусства данная концепция имеет онтологический смысл — генезис изобразительной культуры раскрывает процесс развития как движение и к воплощению, и к развоплощению: от лика к личине и от личины и мнимостей к духовному преображению. В этом опыте заключено познание «вечных противоречий существенности» (А. С. Пушкин) — символический смысл русской культуры. Осмысление в свете христианских традиций духовных ценностей и антиномий бытия, выраженных в русском искусстве, возвещает его значимость, позволяет представить развитие национальной культуры более объемно и целостно. И, кроме того, такое осмысление оказывается очень важным в современных условиях, когда обострились проблемы этнокультурных и конфессиональных взаимодействий.

Драматургия музейной экспозиции позволяют увидеть планетарный и всечеловеческий масштаб русской культуры. Среди важнейших сфер духовной жизни, которые нашли отражение в экспозициях музея, могут быть названы: религиозно-философская проблематика, поиск смыслов бытия; тема любви, брака, аксиология возраста, метафизические символы искусства. Изучение памятников включает как хронологический, историко-временной, так и религиозно-эстетический принцип, раскрывающий многообразие и противоречивость нации, ее взлеты и падения, ее нравственные искания и представления о красоте. Государственный Русский музей формирует не только эстетическое, профессионально искусствоведческое или специально-художественное мировоззрение, но и позволяет подготовить специалистов широкого профиля в системе классического гуманитарного и богословско-философского образования, развить целостное миросозерцание.

Многогранность и политематизм экспозиционного материала связаны с многоплановостью художественного мышления, обусловленного христианским мировоззрением, единством религии и искусства в задачах воспитания души, охраны памяти и памятников, духовно-нравственных традиций. Раскрывая важнейшие идейно-художественные направления от иконы до авангарда, соединяя временное и вечное, древность и современность, музей включает зрителя в живой поток культуры, ее ценностей и смыслов, в созерцание мыслей, чувств и переживаний эпохи, в постижение прекрасного и трагического.

Древнерусская культура задает тон и направленность исследованиям, определяет их грани и оттенки, шкалу ценностей. Главнейшим является онтологическое направление — познание духовной сущности, духовной истории нации, выраженной в образах и «символах веры» автора. Древнерусская живопись, икона являются не только началом экспозиции, но и вечным настоящим. Мы входим в ее раздел молитвенно и благоговейно. Подобно куполу храма древнерусская культура обнимает, обрамляет и покрывает нас. Ее мистический и пророческий опыт задает богоподобный образ истории человеческому бытию и искусству, включающему онтологический, литургико-сотериологический и нравственно-психологический планы, ибо художественный символизм иконописи всегда повествует о главном — о Божественном преображении, о христоцентризме и благовести, о единстве духовно-телесного. Призванное к познанию тайн духа, внутреннего сокровенного человека, к пониманию души в библейском смысле, искусство устремляет к синтезу, при этом раскрывая мучительное взаимодействие язычества и христианства в душе нации и каждого человека.

Религиозный символизм иконописи, свидетельствующий о Логосе, о домостроительстве Троицы, о божественной миссии и богоизбранности человека, помогает познать время, его драматическую светотеневую динамику. Иконопись и русский авангард как два

полюса духовной жизни выражают полярность нации и ее героев, полярность психологии и характеров, освещая все подлинное и мнимое, божественное и демоническое. Цель художественного собрания, художественной культуры как Божественного откровения — знаменовать об истине, свидетельствовать о победе духа над плотью, добра — над злом; утверждать гармонию, логосность и софийность бытия, изначально присущие тварному, формировать духовно-нравственное и эстетическое отношение к действительности.

Красота духовно-телесного, святость, выраженные в иконописи языком художественных символов — композицией, формой, категориями пространства и цвета, живописно-графическим решением, — утверждают анагогический смысл искусства, его надмирный и пророческий характер, благовествующий о сверхземной, возвышающейся над обыденностью, грехом и тлением реальности, о богоподобной природе творчества и призванности человека. В работах великих мастеров от иконы до авангарда мы познаем корни русского эстетизма и нигилизма, их религиозно-нравственные основания.

В типологии героев, в многообразии творческих и жизненных судеб, в авторских позициях, в истории земной и небесной, осмысленных искусством, музей позволяет ощутить и осознать всечеловеческое родство и специфику национального мышления, панморализм и панпсихологизм русской культуры, ее неизменное внимание к нравственным и теософским проблемам.

Образно-тематический диапазон и жанровое многообразие коллекции — портреты, исторические композиции, пейзажные симфонии, графика, скульптура, декоративно-прикладное и народное искусство — раскрывают драматургию истории, соединяют изобразительность с философией, литературой, психологией, музыкой, театральным искусством. Являясь светским храмом, художественной моделью мироздания, музей объединяет и направляет творческие усилия на познание истины и красоты, дает уникальную возможность увидеть образы национальной и западноевропейской интеллигенции, познакомиться с материалами этнографического, историко-научного и документального характера, но, главное, как национальный и всемирно-исторический центр культуры он взывает к единству и симфонии властей, к духовному преображению и сотрудничеству историко-политической и социальной реальности с реальностью художественной и вневременной, к осмыслению современного процесса в контексте вечных ценностей, совершенствующих творческую деятельность каждой личности.

1 Кутейникова Н. С. Иконописание России второй половины XX века. СПб., 2005. С. 19.