Об использовании письменности в Милете (ПМ Ia - ПЭ IIIc)

А. М. Беликов

Об использовании письменности в Милете (ПМ Ia - ПЭ IIIC)1

Резюме. В статье предпринята попытка собрать все имеющиеся в настоящее время данные об использовании письменности в Милете в позднем Бронзовом веке. Особое внимание уделяется проблеме использования здесь линейного письма B. Нанесенные до обжига знаки на двух фрагментах пифосов местного производства, которые часто рассматривались в качестве линейного письма B, интерпретируются как «метки гончара», одна из которых могла быть выполнена в анатолийской традиции.

Ключевые слова: Милет, линейное письмо A, линейное письмо B, хеттская клинопись, анатолийская иероглифика, метки гончара.

Первые свидетельства об употреблении письменности в Милете относятся к четвертой фазе существования этого поселения (Милет IV: 2-я пол. XVIII в. до н.э. - сер. XV в. до н.э.). Здесь были обнаружены надписи линейного письма А (MIL Zb 1-7) - единственные на малоазийском побережье Эгейского моря2. Фрагменты первой из них (MIL Zb 1) были найдены в 1994 и 1995 гг. на территории близ храма Афины, в слоях, относящихся, по всей видимости, к ПМ Ia (1675/50-1600/1550 гг. до н.э.) (Del Freo 2007: 210). Эта

1 Автор выражает благодарность Н. Хиршфельд, Л. Роллер, Дж. Раттеру и Р. Стоянову, которые дали ему ценные советы во время подготовки статьи и снабдили его необходимой литературой.

2 В этой связи следует отметить находку маленькой фигурки

надпись была выполнена на стенке большого сосуда ми-нойского типа местного производства, форма которого не может быть определена с точностью, еще до его обжига. Она состоит из трех знаков: АВ 56-АВ 41-АВ 47

(№еше1ег 1996).

В 1997 и 2005 гг. в Милете в районе храма Афины были обнаружены еще шесть надписей линейного письма А -М^ ТЬ 2-7 (пока не опубликованы), нанесенные на сосуды местного производства до обжига. Видимо, все они относятся к ПМ 1а. Фрагменты сосудов, содержащие эти надписи, очень малы и состоят всего лишь из одного или двух знаков: ]АВ 56-[ (ТЬ 2, фрагмент пифоса), ]АВ 41-04[ (ТЬ 3, фрагмент небольшого сосуда закрытого типа), ]АВ 41 [ (ТЬ 4), ]АВ 08[ (ТЬ 5), ]АВ 31[ (ТЬ 6), АВ 27-[ (ТЬ 73) (Бе1 Freo 2007: 210).

Находки этих артефактов позволяют вполне уверенно говорить об использовании одной из эгейских письменных систем в Милете IV.

К позднему Бронзовому веку относятся еще две фазы существования этого поселения: Милет V (2-я пол. XV -конец XIV вв. до н.э.) и Милет VI (ок. 1300 - ок. 1100 гг. до н.э.) (№еше1ег 2007: 13-14; 14-16). Имеются некоторые факты, которые могли бы указывать на использование в Милете V-VI как анатолийских, так и эгейских письменностей, однако их интерпретация сопряжена с определенными проблемами.

Из ряда хеттских клинописных документов известно, что правители Миллаванды-Милета по крайней мере в 13 в. до н.э. были вовлечены в обмен дипломатическими сообщениями, который осуществлялся на западе Анатолии. В «Письме Манапа-Тархунды»

3 Этот последний черепок содержит также знак, напоминающий нос корабля и нанесенный на сосуд уже после его обжига.

становится известно, что Атпа получил сообщение от царя Аххиявы (i 55, вероятно, о том же самом событии идет речь в поврежденных строках ii 21-22). Во всех этих случаях для обозначения процесса передачи сообщений употребляются аккадограммы, представляющие собой личные формы аккадского глагола saparu с основными значениями: «посылать (кого-либо, что-либо)»; «посылать слово, сообщение, писать»; «приказывать, управлять» (CAD 1989: 430-448; CDA 2000: 357). Считается, что хеттский аналог этой аккадограммы - глагол hatrai- «писать, посылать письменное слово; письменно сообщать; отправлять, посылать» (HW 2007: 514-524; Puhvel 1991: 269-274), обозначавший не физический процесс начертания знаков, но использование письма как особой формы коммуникации (Puchvel 1991: 273). Однако в качестве хеттского соответствия этой аккадограмме, возможно, уместнее использовать хеттский глагол «посылать» pi(e)y/a- (HW 2007: 523). Таким образом, в приведенных выше контекстах речь может идти не о письменной коммуникации, но об отправке послов, передававших послания в устной форме или зачитывавших их.

Хотя в конце II тыс. до н.э. языком «международной дипломатии» являлся аккадский (Bryce 2003: 51-57;

Hoffner 2009: 21, 36), он никогда не использовался в переписке хеттского царя с правителями Западной Анатолии, которая велась исключительно на хеттском (Bryce 2002: 6364; Bryce 2003: 199-200), а хетто-лувийский билингвизм был нормой для элиты зависимых от хеттов царств этого региона, по крайней мере в XIII в. до н.э. (Yakubovich 2008: 199). Более того «Письмо о Тавагалаве» (послание хеттского царя царю Аххиявы), а также письмо KUB XXVI, 91 (CTH 183) (вероятно, письмо царя Аххиявы царю хеттов4), тоже написаны на хеттском языке. В этой связи Т. Брайс полагает, что корреспонденция между Аххиявой и страной Хатти также велась на хеттском, и постулирует наличие

4 Как отмечает К. Мельчерт, этот документ был составлен на стандартном хеттском языке периода Нового царства его носителем (Melchert: Forthcoming).

анатолийских писцов при дворе царя Аххиявы (Bryce 2002: 260; Bryce 2003: 199-200)5.

Еще одно свидетельство употребления письменности происходит не из самого Милета, а с границ его владений. Во время полевых исследований в начале 2000 г. на вершине горного хребта Латмос приблизительно в 40 км восточнее Милета найдены иероглифические надписи. Они вырезаны на утесе Сураткая

- это третье место находки анатолийской иероглифики в Западной Малой Азии (Herbordt, Peschlow-Bindokat 2001: 363; 2002: 211). Имеется шесть групп иероглифических знаков. В первой из них упомянуто царство Мира, а остальные передают имена и титулы царевичей этого государства. Надпись могла быть выполнена в двадцатилетнем промежутке между 1307 г. до н.э. и началом 1280-х гг. до н.э. (Peschlow-Bindokat 2002: 213). Этот утес, по всей видимости, обозначал границу между владениями Миллаванды-Милета и царства Мира, и располагался близ наиболее короткого пути в Милет из глубинных районов Анатолии, поэтому эти надписи могли быть известны каждому, кто когда-либо проделал этот путь.

В районе храма Афины в Милете, во время проводившихся здесь Г. Кляйнером раскопок в 1963 и 1968 гг. были открыты два фрагмента пифосов местного производства с нанесенными на них до обжига знаками (Schiering 1979: 79, 102), а их фотографии опубликованы В.-Д. Нимайером в 1998 г. (Niemeier 1998: 37, photo 13-14). Первый из них -фрагмент венчика небольшого пифоса, относящегося к ПЭ IIIc периоду (максимальные размеры: 14x13 см). Нанесенное на него граффито - это стрелка, наконечник которой доходит до венчика. Нижняя часть знака обломана, поэтому невозможно точно сказать, продолжался ли он далее вниз. Следовали ли за ним какие-либо иные символы, не известно. На фотографии фрагмента (илл. 1) четко видно, что знак нанесен на сосуд еще до обжига (J. Rutter per litteras, см. также Niemeier 1998: 37). Черепок был найден в

5 Ср., однако, иные модели осуществления корреспонденции между двумя державами в Melchert forthcoming.

самом позднем микенском слое разрушений около древнего храма Афины (Schiering 1979: 102).

Цель сезона раскопок 1968 г. заключалась в дальнейшем изучении территории восточнее храма Афины. В квадрате I XIII вместе с цилиндрическим кубком, имеющим ручку, и черепками позднемикенского времени, был обнаружен другой фрагмент пифоса6 с граффито (максимальные размеры: 18x9,5 см), относящийся к ПЭ IIIc периоду (1200/1190-1100 гг. до н.э.). Эта керамика использовалась в доме, относящемся к фазе Милет VI, и принадлежащем так называемому типу Korridorhaus, который появился в микенских центрах в XIII в. до н.э., но не известен более нигде в Малой Азии. На фрагменте содержатся две параллельные вертикальные черты, а ниже и правее знак, состоящий из двух коротких параллельных горизонтальных линий, к середине нижней из которых перпендикулярно примыкает вертикальная линия. Следовали ли правее еще какие-либо знаки, не известно. На снимке фрагмента (илл. 2) также ясно видно, что граффито нанесено на него до обжига (J. Rutter per litteras; Niemeier 1998: 37).

В. Ширинг не стал отождествлять эти граффити с конкретными знаками линейного письма B (Schiering 1979: 102-103). В.-Д. Нимайер, консультировавшийся по поводу них с Т. Палаймой и М. Меллинк, отмечает, что если стреловидный знак и принадлежит линейному письму B, то это знак № 20, -zo- ^. Отсутствующая поперечная черта могла находиться гораздо ниже, на несохранившейся части пифоса. Однако стреловидные знаки, похожие на милетский, встречаются и на хеттской керамике. У знака на другом черепке нет ни хеттских, ни явных микенских параллелей. Со ссылкой на мнение Т. Палаймы, В.-Д. Ни-майер отмечает, что этот знак может быть расширенной версией знака № 8, -a- V, или, вероятнее, милетским вариантом знака № 52, -no- 1 (Niemeier 1998: 37). А. Гривс так-

6 Согласно В. Ширингу это «фрагмент микенского пифоса» (БсЬіегі^ 1979: 102). В.-Д. Нимайер указывает, что оба черепка были фрагментами пифосов, не уточняя, что они именно микенские (Мешеіег 1998: 37).

же допускает вероятность, что эти знаки - линейное письмо B (Greaves 2002: 63-65; Greaves 2010: 221). М. Дель Фрео включил их в свой отчет о новых надписях, выполненных критской иероглификой, линеным письмом А и B, представленный на XII микенологическом коллоквиуме (Del Freo 2007: 220-221); так же поступил и М. Марацци в своем обзоре современного состояния корпуса линейного письма B (Marazzi 2009: 121-154).

Учитывая скудость и фрагментарность сохранившихся свидетельств, а также отсутствие полноценной публикации этих черепков, наши шансы решить вопрос о принадлежности данных знаков линейному письму B или какой-либо другой системе письменности очень малы. Однако некоторые соображения все же следует высказать.

До сих пор в Малой Азии не было найдено ни табличек линейного письма B, что предполагало бы адаптацию и использование здесь микенской системы администрирования, ни вообще какой-либо надписи, выполненной этой письменностью (Greaves 2002: 64).

Микенские греки никогда не помечали свои пифосы выцарапанными на них знаками линейного письма B (J. Rutter per litteras), и этот факт сразу ставит под сомнение принадлежность милетских знаков этой системе письменности.

Отождествление милетских знаков со знаками линейного письма B довольно проблематично. Хотя кносские писцы с почерками № 103 и 141 (ср. также надпись на сосуде TH Z 857) и изображали знак -zo- ^ с короткой и низко расположенной поперечной чертой (Niemeier 1998: 37), анализ его написания в различных микенских центрах показывает, что, как правило, эта черта находилась значительно ближе к «наконечнику» стрелки. Что касается

ьч г I

второго знака, то аналогии с -a- I и -no- 1 возможны лишь при наличии справа двух параллельных линий, симметричных двум сохранившимся линиям на фрагменте пифоса. Однако об их наличии утверждать нельзя, поскольку если они и имелись, то находились на несохранившейся части сосуда. След, видимый на фотографии у правого края черепка, может быть принят за часть одной из гипотетических линий, однако низкое качество снимка не

позволяет говорить об этом с уверенностью (см. илл. 2). Даже если и допустить вероятность такого восстановления, то написание знака -a- I с двумя параллельными вертикальными линиями с каждой из сторон не зафиксировано ни в одном из микенских центров. Что касается знака -no-1, то он представляет собой схематичное изображение ладони. И хотя начертание «запястья» этой «ладони» на сосуде из Фив (TH Z 846), действительно, во многом аналогично нижней части милетского знака, непропорциональное расстояние между верхними вертикальными линиями последнего (опять же, если допустить их восстановление в правой части знака) и полное отсутствие сходства с ладонью, не имеющее параллелей в микенских центрах, делают его отождествление с -no- сомнительным. К тому же нельзя с уверенностью утверждать, что это граффито содержит один знак. Согласно мнению Дж. Раттера, это серия знаков, расположенных на разных уровнях на стенке пифоса (J. Rutter per litteras). В. Ширинг также рассматривал это граффито как два отдельных символа (Schie-ring 1979: 102). Если эта догадка верна, то две параллельные линии слева вверху могут быть числовым обозначением. Нижний же знак имеет некоторое сходство со знаком линейного письма B № 5, -to- Т. Однако написание числового обозначения перед фонетическими знаками или идеограммами (а не после них) не имеет параллелей в линейном письме B. К тому же в корпусе микенских надписей нет ни одного примера написания числового знака или идеограммы на сосудах (см.: Sacconi 1974).

Однако знаки на милетских черепках имеют многочисленные параллели, которые не ограничиваются Средиземноморьем позднего Бронзового века, но распространены гораздо шире как в хронологическом, так и в географическом плане. Речь идет о так называемых «метках гончара», изолированных знаках, нарисованных или выцарапанных на сосуде до его обжига7. Они не имели какого-либо

7 Как правило, по отношению ко всем пометкам на керамике Восточного Средиземноморья в англоязычной археологической литературе применяется нейтральный термин "роїшагк", не

фонетического значения, поскольку не являлись частью письменной системы, но, несомненно, были значимы для тех, кто их делал, хотя их значение совершенно ускользает от нас (Dow 1973: 584-585; Sacconi 1974: 207-208). Например, Б. Монтекки приводит следующие наиболее распространенные функции этих меток: обозначение гончара, изготовившего сосуд (или ремесленной мастерской); нумерация или классификация; указание на содержимое, емкость, стоимость, место происхождения или место назначения сосуда. A priori нельзя исключать того, что метки могли просто выполнять декоративные функции (Mon-tecchi 2009), хотя, учитывая неаккуратность выполнения милетских граффито, последнее предположение применительно к ним маловероятно.

«Метки гончара» и пометки ремесленников, аналогичные меткам гончара, встречаются на различных категориях материалов, таких как стены, предметы из кости и фаянса, оружие, и на других видах ремесленной продукции. Идентичные друг другу «метки гончара» появляются в различные эпохи и в разных местах, что объясняется элементарностью их начертания. Например, пометки, аналогичные милетским встречаются на Эгине ПМ-ПЭ периодов или на Кеосе в минойскую эпоху (см., напр.: Montecchi 2009). Кроме того, элементарность начертания многих «меток гончара» объясняет также тот факт, что они иногда кажутся идентичными наиболее простым знакам различных письменных систем бассейна Эгейского моря (Sacconi 1974: 208-209).

Таким образом, логичнее всего было бы считать знаки на милетских черепках «метками гончара» (эта идея также была поддержана Н. Хиршфельд, Л. Роллер и Дж. Раттером per litteras). Такая трактовка этих знаков негативным образом решает вопрос об использовании линейного письма B в Милете.

дающий указаний на их функцию; термин "potter's mark" обозначает метки, сделанные до обжига керамики, и обычно относится к каким-то аспектам производственного процесса (Hirschfeld 2008: 120).

Тем не менее, связь «меток гончара» со знаками письменности нельзя исключать полностью. Вполне вероятно, что любой из знаков письменности - идеограмма или же силлабограмма, мог быть использован в качестве метки. Так А. Саккони приводит следующий пример: для того, чтобы пронумеровать положения какого-то высказывания можно пользоваться цифрами (1, 2, 3), буквами (a, b, c) или же другими общепринятыми знаками, такими как кружки, астериски и т.д. (Sacconi 1974: 209). Таким образом, знаки письменности могли употребляться, не обозначая при этом ни слоги, ни слова. Однако были возможны и иные случаи. Например, знак на бронзовом котле из микенской шахтовой гробницы, может быть сокращением имени ремесленника (Palaima 2003).

Итак, с большой долей вероятности можно утверждать, что знаки на милетских черепках представляют собой «метки гончара», а не надписи в полном смысле этого слова. В первую очередь это относится к серии меток на фото 13. Что касается стреловидной метки, то остается вероятность, хотя и совсем малая, что при нанесении ее на сосуд использовался знак линейного письма B -zo- ^. Следует отметить, что это довольно редкий знак (0,41% от всего корпуса линейного B (данные 1980-х г.) (Olivier 1986: 380)). Известно лишь пять слов, начинающихся с этого знака, а также одна идеограмма (*159+ZO) (Казанскене, Казанский 1986: 200), поэтому большего внимания заслуживает гипотетическая возможность его связи со стреловидными метками, встречающимися как минимум в четырех малоазийских поселениях, современных Милету VI:

- в Хаттусе (четыре метки, располагавшихся в зоне ручки больших сосудов закрытого типа8) (Seidl 1972: abb.23, B 30-34);

- в Аладжа-Хюйюке (несколько фрагментов с пометками также в области ручки) (Ko§ay 1965: no. 6-9);

- в Тарсе

8 У. Зайдль допускает связь этих меток с анатолийским иероглифическим знаком Ь. 268 Ф "SCALPRUM".

- в Гордионе (вертикальная стрелка на внешней стенке и двухконечная стрелка на днище больших сосудов закрытого типа) (Roller 1987: fig. 1, 1A 1-2).

Хотя стрелка - сама по себе очень простая форма, наличие одинаковых меток сразу в нескольких малоазий-ских центрах позволяет провести аналогии с Милетом. Милет VI несомненно находился под сильным анатолийским культурным влиянием, которое проявилось, например, в постройке оборонительной стены, выполненной в типичном хеттском стиле, в использовании хеттских мечей в качестве погребальных даров в могильнике Дегирмен-Тепе, а также в хеттских иконографических мотивах на керамике и т. д. (Greaves 2002: 64-65).

Подводя итог, можно констатировать, что точные сведения об использовании письменности в Милете имеются лишь для минойского периода (Милет IV), когда здесь применялось линейное письмо А. В более поздние периоды (Милет V-VI) здесь не известно ни одной надписи. Не до конца понятные указания хеттских клинописных источников, а также общий характер этнокультурного контекста этой эпохи - все это позволяет предположить, что в Милете были люди, владевшие клинописным письмом. Расположенные в 40 км восточнее Милета надписи Латмоса свидетельствуют о знании анатолийской иероглифики в этом регионе. Наконец, знаки на двух фрагментах пифосов, по всей видимости, вообще не являются знаками письма, представляя собой «метки гончара», причем одна из этих меток имеет параллели в анатолийской традиции. Связь этих меток с линейным письмом B представляется крайне сомнительной. Таким образом, говорить об использовании этой письменности в регионе преждевременно.

Литература:

Bryce 2002 - Bryce T. Life and Socity in Hittite World. Oxford.

Bryce 2003 - Bryce T. Letters of the Great Kings of the Ancient Near East. The Royal Correspondence of the Late Bronze Age. London; New York.

CAD 1989 - The Assyrian Dictionary of the Oriental Institute of the University of Chicago. Chicago.

CDA 2000 - A Concise Dictionary of Akkadian. Wiesbaden.

Del Freo 2007 - Del Freo M. Rapport 2001-2005 sur les textes en ecriture hieroglyphique cretoise, en lineaire A et en lineaire B // Colloquium Romanum. Atti del colloquio internazionale di micenologia (Pasiphae. Vol.1). Roma.

Dow 1973 - Dow S. The Linear Scripts and the Tablets as Historical Documents (a) Literacy in Minoan and Mycenaean Lands // CAH. Vol. II.1.

Evans 1935 - Evans A. J. The Palace of Minos at Cnossos. Vol. 4.

Goldman 1956 - Goldman H. Excavations of Gozlu Kule, Tarsus. Vol. 2. New Jersey; Princeton.

Greaves 2002 - Greaves A.M. Miletos: A History. London; New York.

Greaves 2010 - Greaves A. M. The Land of Ionia: Society and Economy in the Archaic Period. Malden.

Herbordt, Peschlow-Bindokat 2001 - Herbordt S., Peschlow-Bindokat A. Eine hethitische Grossprinzeninenschrift aus dem Latmos. Vorlaufiger Bericht // Archaologischer Anzeiger. H. 1.

Hirschfeld 2008 - Hirschseld N. How and Why Potmarks Matter // Near Eastern Archaeology. Vol. 71.

Hoffner 2009 - Hoffner H. Letters from the Hittite Kingdom. Atlanta.

HW 2007 - Fridrich J., Kammenhuber A., Hoffman I. Hetchitisches Worterbuch. Bd. 3.1. Heidelberg.

Marazzi 2009 - Marazzi M. Il corpus delle iscrizioni in Lineare B oggi: organizzazione e provenienze // Pasiphae. Vol. 3.

Melchert forthcoming - Melchert H. C. Mycenaean and Hittite Diplomatic Correspondence: Fact and Fiction // Mycenaeans and Anatolians in the Late Bronze Age: The Ahhijawa Question.

http://www.linguistics.ucla.edu/people/Melchert/montrealtext.pdf

Montecchi 2009 - Le pseudo-iscrizioni e le marche di vasai sui vasi egei dell'Eta del Bronzo.

http://dbas.sciant.unifi.it/index.php?c=educational

Kogay 1965 - , Kogay H. Z. Alaca-Hoyuk ^anak-^omlekleri

uzerindeki igaret ve Damgalar (68 resimle birlikte) // Belleten, Vol. 29.

Niemeier 1996 - Niemeier W.-D. A Linear A Inscription from Miletos (MIL Zb 1) // Kadmos. Bd. 35.

Niemeier 1998 - Niemeier W.-D. The Mycenaeans in Western Anatolia and the Problem of the Origins of the Sea Peoples //

Mediterranean Peoples in Transition: In Honor of Professor T. Dothan, Jerusalem.

Niemeier 2007 - Niemeier W.-D. Milet von den Anfangen menschlicher Besiedlung bis zur ionischen Wanderung // Fruhes Ionien: eine Bestandsaufnahme (Milesische Forschungen. Bd. 5). Mainz.

Olivier 1986 - Olivier J.-P. Cretan Writing in the Second Millennium

B.C. // World Archaeology. Vol. 17.

Palaima 2003 - Palaima T. G. The Inscribed Bronze 'Kessel' from Shaft Grave IV and Cretan Heirlooms of the Bronze Age Artist named 'Aigeus' vel sim. in the Mycenaean Palatial Period // BRICIAKA. A Tribute to W. C. Brice (Cretan Studies. Vol. 9). Hakkert, Amsterdam.

Peschlow-Bindokat 2002 - Peschlow-Bindokat A. Die Hethiter im Latmos. Eine hethitisch-luwische Hieroglyphen-Inschrift am Suratkaya (Begparmak/Westturkei) // Antike Welt. Bd. 33.

Puchvel 1991 - Puchvel J. Hittite Etymological Dictionary. Vol. 3. Berlin; New York.

Roller 1987 - Roller L. Gordion Special Studies I: Nonverbal Graffiti, Dipinti and Stamps. Philadelphia.

Sacconi 1974 - Sacconi A. Corpus delle inscrizioni vascolari in lineare B. Roma.

Schiering 1979 - Schiering W. Milet: Eine Erweiterung der Grabung ostlich des Athenatempels // Istanbuler Mitteilungen. Vol. 29.

Seidl 1972 - Seidl U. Gefassmarken von Bogazkoy. Bogazkoy-Hattusa VIII. Berlin.

Yakubovich 2008 - Yakubovich I. Sociolinguistics of the Luvian Language. Ph.D. thesis. Chicago.

Казанскене, Казанский 1986 - Казанскене В. П., Казанский Н. Н. Предметно-понятийный словарь греческого языка. Крито-микенский период. Л.

Казанский 1984: Казанский Н. Н. - Троянское письмо. К

постановке вопроса // Античная балканистика. Карпато-Балканский регион в диахронии. М.

Илл. 1. Фрагмент пифоса, обнаруженный во время раскопок 1963 г. (Niemeier 1998: 37, photo 14).

Илл. 2. Фрагмент пифоса, обнаруженный в 1968 г. (Niemeier 1998: 37, photo 13).

On the use of writing in Miletos

The article surveys all the available evidence on the use of writing in the Late Bronze Age Miletos. The Linear A inscriptions found at Miletos IV (six of them still unpublished) show a clear knowledge of the Minoan script at the site. But evidence for the use of writing during the later settlement phases (Miletos V-VI) is more ambiguous. References to the diplomatic correspondence carried out by Milesian rulers in Hittite cuneiform documents might relate to oral, not to written communication. Inscriptions from Latmos incised on the rock near the shortest way from inland to Milesian seashore possibly marked the frontier between the kingdom of Mira and Miletos-Millawanda's territory. It allows to speak about knowledge of Anatolian hieroglyphic script in the region. Two LH IIIc fragments of locally made pithoi which bears signs incised before firing were found in 1963 (fig. 1) and 1968 (fig. 2) in the area of Athena temple in Miletos. These signs are usually tentatively interpreted as Linear B. However such interpretation entails great difficulties. Apart from these tantalizing fragments, no securely identified Linear B script has been found in Asia Minor. The Mycenaeans did not label their pithoi with incised Linear B signs. Identification of signs with -z°- (fig. 1) and -a- or -no- (fig. 2) is strained, because the horizontal bar, which should have the -zo- sign, is only conjectured and the graffito on the second shard is easier to interpret as series of signs, not a single sign. Probably these graffiti should be considered simply as "potter's marks", which spread over wide area in Mediterranean world since the Neolithic period onwards. The similarity of some of them with the simplest signs of Aegean scripts is due to their elementary shape. Possible connections of Milesian arrow-like sign with the Anatolian potmarks from Gordion, Hattusa, Alaca Huyuk and Tarsus also seem to be very important.