Бюджетная политика на этапе выхода из рецессии

Вестник Института экономики Российской академии наук

1/2016

ФИНАНСЫ, ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ

И КРЕДИТ

В течение нескольких лет журнал «Вестник Института экономики Российской академии наук» традиционно открывал свой первый номер начинающегося издательского года публикацией статей, посвященных анализу федерального бюджета Российской Федерации, неизменными авторами которых являлись Вячеслав Константинович Сен-чагов и сотрудники возглавляемого им Центра финансовых исследований Института экономики РАН.

В память о выдающемся ученом-финансисте, а также продолжая сложившуюся традицию, и в 2016 году эту серию статей открывает последняя научная работа Вячеслава Константиновича Сенчагова «Бюджетная политика на этапе выхода из рецессии», в которой предлагается обоснованная позиция изменения бюджетной концепции ради ускорения экономического развития современной России.

доктор экономических наук, профессор, Заслуженный экономист РФ, руководитель Центра финансовых исследований Института экономики РАН, научный руководитель факультета «Анализ рисков и экономической безопасности» Финансового университета при Правительстве РФ

В статье проводится сопоставление прогноза и законодательно утвержденного варианта Федерального бюджета Российской Федерации на 2016 г. Автор отмечает, что параметры бюджета не обеспечивают должное финансирование решения приоритетных социально-экономических задач в современных условиях развития российской экономики. Стагнационные темпы экономического роста, особенно абсолютное

1 Статья подготовлена на основании Плана работы НИР на 2016 г. Института экономики РАН «Экономическая безопасность: новые вызовы и стратегия защиты национальных интересов». Регистрационный номер темы 01201354815.

В.К. СЕНЧАГОВ

БЮДЖЕТНАЯ ПОЛИТИКА НА ЭТАПЕ ВЫХОДА ИЗ РЕЦЕССИИ

1

снижение инвестиций в основной капитал и сокращение реальных доходов населения, обрекают российскую экономику на отставание от развитых стран в показателях инновационной активности, уровня и комфортности жизни населения. Обосновывается необходимость и представлены финансовые инструменты увеличения дефицита федерального бюджета ради ускорения темпов развития и решения задачи выведения отечественной экономики из состояния рецессии.

Ключевые слова: федеральный бюджет, бюджетная политика, курс рубля, темпы экономического роста, инвестиции в основной капитал, реальные доходы населения, инфляция, импортозамещение, уровень бедности, отрасли социальной сферы.

Разработка федерального бюджета 2016 г. проходила в условиях падения экономики, инвестиционного спада, нарастающих западных санкций и дополнительных бюджетных расходов, связанных с событиями на Украине. При этом, учитывая значительную вола-тильность цен на нефть, снижение курса рубля и другие сценарные условия, правительство решило не отказываться от принятия бюджета на трехлетний срок.

Главными задачами социально-экономического развития в предстоящем периоде становятся обеспечение устойчивой динамичности экономики, диверсификация производства на инновационной основе, импортозамещение, выполнение всех принятых ранее социальных обязательств. Но основной целью 2016-го года все же является то, что этот год должен задать тренд на решение перспективных задач - выйти из рецессии и сформировать условия для реального экономического роста. И решать эти задачи придется в трудных условиях.

Первостепенное значение приобретает выработка правильной экономической политики, прежде всего денежно-бюджетной, максимальное нацеливание бюджетных параметров на решение социально-экономических задач. Сбалансированность бюджета в этой ситуации остается крайне важной, но все же вторичной задачей. В какой-то мере эти направления были сформулированы уже в Послании Президента России Федеральному собранию от 4 декабря 2014 г., где он сказал «Надо, наконец, научиться гармонично совмещать две цели: сдерживание инфляции и стимулирование роста» и «сколько мы сбережем, столько и должны инвестировать» [2, с. 1]. Некоторые шаги в этом направлении были сделаны и в 2015 г. - в Антикризисном плане, а также в уточненном бюджете, фактическое исполнение которого было ориентировано главным образом на обеспечение его сбалансированности.

С самого начала разработки проекта федерального бюджета на 2016 г. вопрос о первоочередности достижения благополучных финансовых показателей, или динамичного социально-экономического развития, был предметом дискуссий. Минфин уже в апреле 2015 г.

1БЬ: Н61.

заявил, что в 2016 г. расходы бюджета должны быть уменьшены на 2 трлн руб. и повторил многие свои предложения по экономии. Характерно, что это ведомство не предлагало мер, обеспечивающих возможности нашей экономике заработать дополнительные средства, а это должно быть главным при бюджетировании. Не предлагало таких мер и Министерство экономического развития РФ. Были также выдвинуты предложения не индексировать зарплаты госслужащим, сохранить материнский капитал на сложившемся уровне, индексировать пенсии только на 4%, при возможной дополнительной индексации неработающим пенсионерам и отсутствии индексации работающим пенсионерам, повысить пенсионный возраст у госслужащих высокого ранга, сохранить таможенные пошлины для нефтяников. При этом следует заметить, что все эти меры по экономии в основном затрагивают интересы людей среднего и низкого достатка.

В сентябре 2015 г., уже на завершающей стадии работы над бюджетом, по этому поводу высказались и руководители страны. 22 сентября на совещании правительства Президент России В.В. Путин дал четкое задание обеспечить в 2016 г. дефицит бюджета не более чем в 3% к ВВП и ускорить переход на адресную поддержку действительно нуждающихся. В июне 2015 г. на парламентских слушаниях в Госдуме критиковались подготовленные Минфином «Основные направления бюджетной политики» за предлагаемый там секвестр бюджета. Часто звучали заявления Минфина и некоторых ученых-экономистов о том, что искусственное поддержание внутреннего спроса приведет только к дефициту бюджета и нехватке резервов на его покрытие. При этом члены правительства, отвечающие за решение социальных задач, и другие группы экономистов уверяли, что без поддержки спроса экономика не будет развиваться.

Разумная экономия всегда нужна, независимо от того, кризисные ли это или благополучные годы. Но она таит в себе и серьезные опасности, когда проводится под давлением обстоятельств только ради сдерживания расходов. В этом случае надо ждать в будущем серьезных неприятностей. Примеры такой экономии мы уже сегодня наблюдаем по результатам ликвидации в качестве государственных служащих лесников, многолетнего отсутствия программ капитального ремонта в сфере ЖКХ, «оптимизации» финансовой базы здравоохранения и образования.

Проект федерального бюджета на 2016 г. был разработан на основе принятия в качестве сценарных условий следующих параметров: мировая цена на нефть - 50 долл./барр. и курс рубля - 63,3 руб/долл. Экономическая реальность показала степень достоверности этого прогноза и, следовательно, достоверность проекта федерального бюджета. Но за исполнение бюджета есть ответственный - Минфин РФ, который остается главным регулятивным аппаратом развития страны. Вот

Таблица 1

Основные параметры проекта федерального бюджета на 2016 год

Параметры 2014 г., отчет 2015 г., оценка* 2016 г.

Доходы, трлн руб. 14,5 13,3 13,7

В % к ВВП 20,3 18,0 17,5

В т.ч. нефтегазовые, трлн руб. 7,4 5,9 8,0

В % ко всем доходам 51,0 44,4 58,4

Расходы, трлн руб. 14,8 15,4 16,1

В % к ВВП 20,8 21,0 20,5

Дефицит (-) профицит (+), трлн руб. -0,333 -2,1 -2,4

В % к ВВП -0,5 -3,0 -3,0

* Здесь и далее дана оценка выполнения 2015 г. в размере, принятом МЭРом и Минфином РФ как базы для разработки бюджета на 2016 г.

Источник: base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=PRJ&n=111392&req=doc.

отсюда и вытекает первоочередность приоритета сбалансированности бюджета по сравнению с приоритетами экономического развития. Основные параметры проекта федерального бюджета на 2016 г. представлены в таблице 1.

Как видим, главный приоритет - дефицит не выше 3% к ВВП - выдержан. Кстати, этот размер дефицита считается допустимым и Маастрихтскими соглашениями, т.е. всеми международными финансовыми организациями.

Как видно из табл. 1, номинальный рост расходов федерального бюджета в 2016 г. на 3,6%, при прогнозируемой инфляции в 6,4%, означает, что реально расходы бюджета не растут, а значительно снижаются. Значит, опять проводится политика минимизации бюджетных расходов ради выполнения названного уровня дефицита в ущерб экономическому росту и решению социально-экономических задач.

Осуществленное секвестирование бюджета действительно придает ему внешнюю надежность и устойчивость в 2016 г., но лишает его главной функции - стимулирования экономического роста в дальнейшем. Снижение реальных расходов бюджета с большой долей вероятности может вызвать сбои в реализации некоторых инвестиционных проектов. Но за счет намеченных экономий создаются два резервных фонда (150 млрд руб. и 342 млрд руб.) на поддержку реального сектора экономики и на решение некоторых приоритетных задач. Это усиливает надежность и устойчивость развития в 2016 г., но не обеспечивает роста в дальнейшем. Значительно растет в 2016 г. и доля нефтегазовых доходов в доходах федерального бюджета, что означает торможение процессов диверсификации производства и импортозамещения.

Представляется, что настало время изменить логику разработки и рассмотрения федерального бюджета.

Первым шагом в реализации этого процесса должна стать инвентаризация всех социально-экономических задач, требующих срочного решения, готовых к реализации инвестиционных проектов и продуманное сопоставление их с объемами бюджетных расходов, необходимых для полного и быстрого решения данных проблем и реализации данных проектов. Можно ожидать, что при этом образуется значительный дефицит бюджета. Тогда надо отобрать проблемы и проекты, от решения и реализации которых на данном этапе можно отказаться. Вот это и должно быть предметом тщательного рассмотрения. В результате определится размер расходов бюджета и дефицит, который может быть и высоким, но допустимым. Под этот размер дефицита надо подстраивать и все другие финансовые показатели -госдолг, финансовые резервы и даже инфляцию. Иначе говоря, не от бюджета к экономике, а от экономики к бюджету.

В федеральном бюджете темп прироста ВВП определен в размере 0,7%. Это в пределах статистической ошибки. Однако и этот прирост представляется малореальным после трехлетки замораживания и абсолютного снижения инвестиций. Ведь на 2016 г. предусматривается опять снижение инвестиций, а их доля в ВВП будет не более 18% против 25-27%, как это намечалось ранее, например, в майском 2012 г. указе президента, 18,4%, ожидаемых в 2015 г., и 19%, уже достигнутых в 2014 г., и 20% - в 2013 г. [1, с. 13].

В течение многих лет происходит ухудшение инвестиционной активности, обрекающее российскую экономику на катастрофическое закрепление низких стагнационных темпов экономического роста на десятилетие. А внешняя стабильность и надежность бюджета, как показал конец 2015 г. и начало 2016 г., разбивается о новые витки снижения цен на нефть.

Существуют два способа действий в этой ситуации.

Первый, когда частичными, не резкими мерами постепенно повышать темпы экономического роста. Однако в этом случае есть опасность растянуть выход на необходимые 5-6% прироста ВВП очень надолго. За это время наверняка могут случиться какие-нибудь кризисные явления, и российская экономика опять будет отброшена назад.

Более верным нам представляется другой путь, который можно назвать «умеренно прорывным». Для этого необходимо взбодрить экономику более активным вливанием денег. Представляется, что на 2016 г. можно было бы предусмотреть увеличение дефицита даже до 5% к ВВП. Это, конечно, увеличит темпы инфляции. Но еще хуже застрять на десятилетие на стагнационном развитии и оказаться прочно и надолго, если не навсегда, на обочине экономического раз-

вития, скатившись в категорию неразвитых стран. Рост дефицита до 5% к ВВП даст возможность увеличения расходов бюджета на 1,5 трлн руб. в год, из которых как минимум 0,5 трлн руб. можно было бы направить на рост реальных доходов населения и в социальную сферу и 1 трлн руб. - на инвестиции в основной капитал. Вслед за этим 1-им трлн руб. бюджетных средств в реализацию инвестиционных проектов наверняка будет вложено не менее 2 трлн руб. корпоративного капитала, и доля инвестиций в ВВП уже 2016 г. может составить 20%. Все это резко повысит внутренний спрос, стимулирующий экономический рост. Сформируется инвестиционный задел на будущее.

Как всегда возникнет вопрос: чем покрывать этот дефицит? Минфин заявил, что следует активно прибегнуть к внутренним займам. Это абсолютно верно. Целесообразно выпустить несколько видов ценных бумаг с самыми разными сроками и процентами. Более того, следует сделать эти ценные бумаги очень привлекательными, особенно для населения, за счет повышенной надежности и более высоких, чем по банковским депозитам, процентов. Ведь сейчас в обороте находится порядка 8 трлн руб. только наличных денег вне банковской системы и порядка 20 трлн руб. депозитов физических лиц, которые не идут на кредиты реального сектора из-за высокой учетной ставки. Используя ценные государственные бумаги, следует направить эти огромные деньги на реальное развитие отечественной экономики. Конечно, необходимо избежать ошибок 1995-1998 гг., когда излишний выпуск ГКО и ФЗО привел к дефолту. Есть возможность прибегнуть и к внешнему долгу. Сейчас весь госдолг составляет порядка 14% к ВВП [4, с. 25-26], и даже вместе с банковским и корпоративным долгом он составляет не более 50% к ВВП, тогда как международными правилами допускается размер госдолга до 60% к ВВП. А у всех развитых стран он намного больше, и всеми странами (кроме нас) долг рассматривается не как бедствие, а как фактор экономического роста. И, конечно, надо резко снизить учетную ставку, сформировать новые возможности развития системы кредитования.

Что касается денежных резервов, то можно согласиться с тем, что их объем будет снижаться в результате покрытия дефицита бюджета. Средств Резервного фонда действительно может хватить только на 2016 г. И это еще один аргумент в пользу решения о необходимости более смело идти на выпуск государственных ценных бумаг. Объем золотовалютных резервов пока вполне достаточен. Однако в современных условиях представляется целесообразным более осторожно подойти к его расходованию. Если, в результате принятия решения о заметном увеличении расходов, бюджета, Резервного фонда и других источников будет недостаточно для покрытия дефицита, то в крайнем случае можно для этого использовать часть валютных резервов.

Таблица 2

Темпы роста ВВП и важнейших сфер экономики

Факт Оценка Прогноз

2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г.

ВВП 100,6 96,1 100,7 101,9 102,4

Промышленное производ- 101,7 96,7 100,6 101,5 101,9

ство

Сельское хозяйство 103,7 101,4 101,9 102,3 102,2

Инвестиции в основной 97,3 90,1 98,4 102,1 102,6

капитал

Розничный товарооборот 102,7 91,5 100,4 102,1 102,3

Реальные денежные доходы 99 96,0 99,3 101,5 101,9

населения

Инфляция 111,4 112,2 106,4 106,0 105,1

Экспорт, млрд руб. 497,8 343,4 330,8 344,0 364,7

Импорт, млрд руб. 308,0 197,2 200,4 212,2 222,8

Источник: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=PRJ&n=111392&req=doc.

Сохранение в качестве главного приоритета бюджетной политики максимальной сбалансированности бюджета ценой минимизации бюджетных расходов, естественно, не позволяет достаточно быстро выйти из ситуации стагнации, что показано в таблице 2.

Таким образом, на 2016-2018 гг. действительно прогнозируется переход от снижения масштабов экономики к экономическому росту,, но такими мизерными темпами, которые не дают возможности говорить о выходе в этот период, да и за пределами 2018 г., из ситуации стагнации. Ведь рост инвестиций и доходов населения темпами, практически равными темпам роста ВВП, - это не развивающаяся экономика, а затухающая. Как видим, даже в 2018 г. доля инвестиций в ВВП составит только 18%, что далеко от ранее намеченных 25-27%. Это лишает надежды выйти хотя бы к 2020 г. на заданный руководством страны минимальный рост ВВП на 3,5%.

Снижение инвестиций не позволяет осуществить импортозамещение и активизировать инновационную деятельность государства.

Уровень импортозамещения отражается изменением доли импортных товаров в объеме внутреннего потребления. По прогнозу МЭР РФ, в 2018 г. [4, с. 298-300] доля импорта во внутреннем потреблении мяса и мясопродуктов снизится до 10-11% против 17% в 2014 г. Труднее будет с молоком. Но и здесь доля импорта уменьшится с 21,5% в 2014 г. до 18,5% в 2018 г. Рост производства практически всех сельскохозяйственных и продовольственных товаров существенно ускорятся. Так производство овощей увеличится в 2018 г. против 2014 г. на 7,9%,

скота и птицы (в живом весе) - на 12,1%, масла растительного - на 5,8%, сыров - на 12,5%. Но это только прогноз.

Изменяется в лучшую сторону, хотя и крайне медленно, и структура промышленного производства (см. табл. 3). Из данных, приведенных в таблице видно, что в 2016 г. прогнозируется развитие опережающими темпами пищевой, химической, текстильной и швейной отраслей. В них действительно идет процесс импортозамещения: в химической промышленности развивается производство полимеров, в текстильной и швейной - пошив военной формы при обязательном использовании отечественного сукна. Однако очень плохо, что в 2016 г. продолжится спад производства в машиностроении. Правда, на 20172018 гг. вдруг прогнозируется сильное опережение роста машиностроения, но это ничем не подтверждается. Прогноз и есть прогноз -никогда никто не отвечал за его недостоверность. Так будет и сейчас.

Таблица 3

Темпы роста отраслей промышленности до 2018 г.

2015 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г.

Промышленность, всего 96,7 100,6 101,5 101,9

В т.ч.:

Добыча топлива 100,2 100,3 100,4 100,6

Обрабатывающие производства 95,1 100,8 102,1 102,5

Из них отрасли:

Пищевая 101,9 102,0 102,3 102,9

Химическая 105,1 102,3 103,4 103,9

Текстильная и швейная 85,4 102,0 104,5 103,0

Производство машин и оборудования 85,9 99,5 102,6 103,1

Производство электро- и оптического оборудования 92,2 99,8 102,8 103,7

Производство транспортных средств 81,3 100,1 103,1 103,7

Источник: base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=PRJ&n=111392&req=doc.

Деформированная структура производства определяет и деформированную структуру внешней торговли. В экспорте доля топливно-энергетических товаров будет к 2018 г. близка к 56%, а продукция машиностроения, предположительно, составит около 7%. А вот импортная продукция машиностроения будет составлять примерно половину приобретаемого предприятиями оборудования. Опять мы ориентируемся на обмен нефти и газа на технику.

Прогноз социально-экономического развития не предусматривает и должного увеличения уровня жизни населения, что видно из таблицы 4.

Итак, реальные денежные доходы населения в 2016 г. снижаются, а в 2017-2018 гг. растут темпами, лишь немного превышающими темпы

Таблица 4

Рост денежных доходов населения

Факт Оценка Прогноз

2014 г. 2015 г. 2016 г. 2017 г. 2018 г.

Реальные располагаемые денежные доходы 99,3 96,0 99,3 101,5 101,9

Реальная заработная плата 101,2 91,9 99,8 102,9 103,1

Среднегодовой размер трудовой пенсии 101,4 96,8 96,1 97,5 98,5

Источник: base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=PRJ&n=111392&req=doc.

роста ВВП, что сильно ограничивает их роль как фактора экономического роста, базирующегося на расширении потребительского спроса, что ставит под сомнение и прогнозируемые темпы роста розничного товарооборота. Эти темпы не обеспечивают и должный рост уровня жизни населения.

Уровень бедности, рассчитываемый по устаревшему методу по сравнению с крайне низким, не соответствующим современным стандартам прожиточным минимумом, увеличится с 11,2% в 2014 г. до 13,2% в 2015 г. А в 2016 г. этот показатель практически не изменится и составит 13,1%. Это столько же, сколько было в кризисном 2009 г. (13%). В 2017-2018 гг. прогнозируется некоторое снижение этого показателя - до 12,6 и 12,5%. Не снижается и уровень имущественного неравенства населения. К началу 2016 г. коэффициент фондов (разрыв в доходах 10% высокодоходных и 10% низкодоходных слоев населения) составил 16 раз. И судя по данным прогноза, заметного снижения не предвидится.

Минимизация бюджетных расходов достигается в значительной мере за счет снижения инвестиций в отрасли социальной сферы, что не дает возможности обеспечить их должное развитие.

В здравоохранении и в образовании, куда в прошлые годы, казалось бы, вкладывались значительные бюджетные средства, действительно были достигнуты существенные позитивные результаты. Повышена зарплата учителям и медицинским работникам, школы почти полностью компьютеризированы, а медицинские учреждения оснащены современным (как правило, импортным) оборудованием; близко к решению и обеспечение всех детей детсадами. Однако эти позитивные результаты были смазаны последующими мерами по экономии затрат, выразившихся в так называемой «оптимизации» школ и медучреждений, в увеличении нагрузки на учителей и врачей. В результате многие населенные пункты были лишены медучреждений и школ в шаговой доступности, а врачи и учителя почувствовали не столько

увеличение зарплат, сколько увеличение нагрузки. Все это повысило недовольство не только работников здравоохранения и образования, но и всего населения.

Вызывает резкое возражение и проектирование по жилищному строительству. После кризиса 2009 г. резко снизились темпы прироста жилищного строительства ( с 10,6 млн кв. м в 2007 г. до примерно 4 млн кв. м в среднем в 2010-2013 гг.). Но в 2014 г. произошел прорыв в жилищном строительстве. Потеря доверия к банковской системе и валютная нестабильность толкнула небедные слои населения к ипотеке. Она сильно выросла. Выросли и приросты ввода в действие жилья до 10,5 млн кв. м (без Крыма). Подтвердилась возможность при финансировании резко наращивать жилищное строительство. Имеется для этого и мощный строительный комплекс. Однако на 2016-2018 гг. практически не прогнозируется прирост ввода в действие жилья. На 2018 г. предусмотрен ввод в действие жилья всего в объеме 88 млн кв. м, тогда как еще в 2014 г. было введено в действие 83,6 млн кв. м. Да, и в первом полугодии 2015 г. было введено жилья больше, чем в первом полугодии 2014 г. Очевидно, что в 2015 г. будет введено жилья больше, чем прогнозируется в 2018 г. При этом остается острой проблема расселения аварийного жилья. В СМИ прошла информация, что на 1 августа 2015 г. эта задача выполнена всего на 33,5%. А ведь когда будет выполнен этот план, появится новый объем аварийного жилья.

Однако, если осуществить прорыв в бюджетном финансировании, то вполне возможно довести ежегодные приросты до 11-12 млн кв. м А это позволит практически довести к 2020 г. ежегодный ввод в действие жилья до означенной в свое время руководством страны цифры в 140 млн кв. м, т.е. примерно до 1 кв. м на человека. Следует иметь в виду также, что увеличение жилищного строительства является мощным фактором экономического роста в целом по стране. Ускорение жилищного строительства вызывает значительный рост внутреннего спроса на стройматериалы и, по цепочке кооперативных связей, на все отрасли промышленности, а также на предметы длительного пользования и, тоже по цепочке кооперативных связей, на многие отрасли. Опыт прошлого показывает,, что каждый рубль, вложенный в жилищное строительство, влечет за собой 7 рублей вложений в другие отрасли.

В заключение следует отметить, что резкое падение в конце 2015 г. и в начале 2016 г. цены на нефть и курса рубля заставили правительство разработать уточненный бюджет на 2016 г., что вызывает обоснованное сомнение в эффективности модели государственного управления экономикой на основе недостаточно достоверных прогнозов.

Напомним, что с 2017 г. вводится система стратегического планирования. Есть надежда на смену этой модели.

Литература

1. Федеральный закон Российской Федерации от 14 декабря 2015 г. № 359-ФЗ «О федеральном бюджете на 2016 г.». РГ. 17.12.2015. Федеральный выпуск. № 6856.

2. Послание Президента РФ Федеральному собранию от 4.12.2014. consultaat.ru/document/cons_doc_LAW_171774.

3. Пояснительная записка к проекту закона «О Федеральном бюджете на 2016 год». base.consultaat.ru/cons/cgi/online.cgi7base =РЩ&п =111392&req=doc.

4. МЭР прогноз: социально-экономического развития РФ и отдельных секторов экономики на 2016-2018 гг. economy.gov.ru/minec/ activity/sections/macro/prognoz.

5. Сенчагов В.К., Губин Б.В., Павлов В.И., Караваева И.В., Иванов Е.А. Бюджет России 2015-2017 гг. - бюджет торможения структурной перестройки экономики // Вестник Института экономики РАН. 2015. № 1. С. 30-80.

6. Бюджет России: развитие и обеспечение экономической безопасности / Под. ред. В.К. Сенчагова. М.: ИНФРА-М, 2015.

7. Сенчагов В.К. Экономическая Безопасность: геополитика, глобализация, самосохранение и развитие. М.: Финстатинформ, 2002.

V.K. SENCHAGOV

doctor habilitatus in economics, professor, Honored Economist of the Russian Federation, Head of the Center for financial research of the Institute of economics of the Russian academy of sciences, scientific supervisor of the Risk analysis and economic security faculty of Financial university under the Government of the Russian Federation, Moscow, Russia sentchagov-karanin@yandex.ru

THE BUDGETARY POLICY AT THE WAY OUT STAGE FROM RECESSION The paper is devoted to a comparison of the forecast and legislatively approved version of the Federal budget of the Russian Federation for 2016. The author notes that parameters of the budget don't provide due financing of the solution of priority social and economic tasks in modern conditions of the Russian economy development. Stagnation rates of economic growth, especially absolute decrease in investments into fixed capital and reduction of the real income of the population, doom the Russian economy to lag from the developed countries in indicators of innovative activity, level and comfort of the population life. The author substantiates the necessity and presents the financial instruments of increase in a federal budget deficit for the sake of acceleration of rates of development and the solution of a problem of removal of domestic economy from a condition of recession.

Keywords: federal budget, budgetary policy, ruble exchange rate, rates of economic growth, investment into fixed capital, real income of the population, inflation, import substitution, level of poverty, branch of the social sphere.

JEL: H61.