Геополитические интересы стран ЕС и сша как угроза национальной безопасности РФ

УДК 321.01

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ СТРАН ЕС И США КАК УГРОЗА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РФ

© 2016

Ерохов Владимир Алексеевич, аспирант кафедры Международной безопасности и внешней политической деятельности

Российская Академия народного хозяйства и государственной службы при президенте Российской Федерации

Аннотация. Статья посвящена проблеме геополитического давления на Россию со стороны США и стран Европейского Союза. Автор рассматривает геополитические интересы США и ЕС как угрозу национальной безопасности России. В статье ставится цель выявить основные причины, предпосылки усиления геополитического давления США на своих европейских сателлитов с целью формирования «пояса безопасности» вокруг России. В задачи статьи входит рассмотрение политики НАТО в отношении РФ, политики Польши в ЕС как основного сателлита США в Европе в том числе по программе «Восточное партнерство». Автор статьи приводит новую конфигурацию расстановки геополитических сил в 2016 году после саммита НАТО в Варшаве. В статье рассматривается геополитический план США по созданию «польско-балтийского щита» вокруг России с целью достижения максимизации геополитического влияния США в странах Восточной Европы. В статье также рассматривается проблема взаимоотношений стран-сателлитов США в регионе Центральной и Восточной Европы, а также возможности давления на скандинавские страны с целью закрепления влияния со стороны США. Автор статьи приходит к выводу о том, что для обеспечения национальной безопасности РФ необходимо усиливать не только внешнюю оборонную стратегию, но и решать проблемы во внутренней политике. Стратегия США по планомерному сокращению геополитического влияния России будет сохраняться в долгосрочной перспективе, не взирая на победу Дональда Трампа, поскольку планы американских промышленных кругов продолжают реализовываться с помощью стран-сателлитов США в Европе.

Ключевые слова: национальная безопасность, геополитика, геополитические интересы, угрозы национальной безопасности РФ.

GEOPOLITICAL INTERESTS OF THE EU AND THE UNITED STATES AS A THREAT TO RUSSIA'S NATIONAL SECURITY

© 2016

Erokhov Vladimir Alexeyevich, postgraduate student of International security and foreign political activities Russian Presidential academy of national economy and public administration

Abstract. The article deals with the problem of geopolitical pressure from the US Russia and the European Union. The author examines the US and the EU as a threat to national security of Russia's geopolitical interests. In this article the aim is to identify the main reasons for strengthening of the US geopolitical background of pressure on its European satellites to form a "security belt" around Russia. The article includes a review of the problem of NATO's policy towards Russia, Poland's policy in the EU as a major US satellite in Europe including the "Eastern Partnership" program. The author brings a new configuration of the arrangement of geopolitical forces in 2016 after the NATO summit in Warsaw. The article deals with the geopolitical US plan to establish a "Polish-Baltic shield" around Russia, in order to achieve the maximization of the geopolitical influence of the US in Eastern Europe. The article also addresses the problem of relations between the US satellite countries in Central and Eastern Europe, as well as the possibility of pressure on the Nordic countries in order to strengthen the influence of the United States. The author concludes that in order to ensure the national security of the Russian Federation should be strengthened not only the external defense strategy, but also to solve problems in domestic politics. The US strategy for the systematic reduction of geopolitical influence of Russia will be maintained in the long term, despite the victory of Donald Trump as the plans of US industry continue to be implemented with the help of US satellite countries in Europe

Keywords: national security, geopolitics, geopolitical interests of Russia's national security threat.

Не дать возможность России распространить свое влияние на стратегически важные для США зоны интересов - основной приоритет в стратегии западных стран на сегодняшний момент. С точки зрения геополитики операция в Сирии принесла России возможность влияния не только на принятия решений западными странами, но и создала сильнейшую препону для планов США по свержению режима Башара Асада. В этом отношении Россия фактически обозначила свою готовность бороться против мировой гегемонии Америки. Однако, если учесть, что доллар остается резервной валютой, также, как и евро, а российские золотовалютные запасы размещены в евро и в долларах, то совершенно очевидно, что зависимость от западных стран не преодолена и не будет преодолена в ближайшее время, поскольку все попытки по созданию рубля как региональной резервной валюты в пространстве СНГ пока не увенчались успехом. Неудачи в работе Таможенного союза оттолкнули от России и Казахстан, и Белоруссию - в 2016 году главу этих государств активно стали искать дружбы с Западом. В таких условиях проблема создания «пояса безопасности» для России становится особенно актуальной.

Также политика Великобритании по дистанцированию от ЕС приведет к возникновению нового блока - Британия-Польша-страны Балтии причем создание

так называемого «польско-балтийского щита» против России приведет к новым осложнениям в международных отношениях. Размещение ПРО на территории Польши, новый 4000 контингент НАТО в Польше, Литве и Эстонии, который размещается с 2016, требования Польши о праве пользования тактическим ядерным оружием для защиты от «российской экспансии» - все это создает серьезное напряжение на внешних границах России. Также в НАТО собирается вступить и Черногория, что приведет к потере Россией регионального влияния. [1] Следует отметить, что с точки зрения нарастания геополитических угроз российской национальной безопасности, выход Британии из ЕС приведет к негативным последствиям и для России, поскольку изменится баланс сил в Европейском парламенте и в Европейском Совете - российским дипломатам придется иметь дело с двумя блоками - прогерманским и проанглийским, что усложняет задачу урегулирования отношений на западном направлении. [2]Паранойя и страх российской экспансии в зарубежных СМИ доведены до полного абсурда, что делается политтехнологами США именно с целью сдерживания активной внешней политики России. Более того, очевидно, что противостоять гегемонии США может в настоящее время только Россия - зависимые от оборонительных средств НАТО.

Европейские страны не в состоянии решить вопрос обеспечения безопасности общеевропейских границ с помощью создания сил быстрого реагирования, о которых речь ведется еще с 2005 года - так называемые Rapid Reaction Forces не могут быть созданы по одной простой причине - европейские страны не с состоянии содержать эту структуру и параллельно сохранять свои военные контингенты в НАТО [7].

Интересен тот факт, что еще с начала 2013 года США очень активно стали требовать от европейских партнеров по Североатлантическому альянсу увеличения оборонных бюджетов в НАТО, на что Европа отвечала отказом именно до тех пор, пока не разразилась гражданская война в Украине и Россию не обвинили в развязывании этой войны. Далее началось массированное запугивание европейских стран «имперской политикой» и «экспансией» России, особенно после возврата территории Крыма под юрисдикцию РФ [4]. Создав, таким образом, ощутимую угрозу и образ врага в лице России, США добились увеличения оборонных бюджетов в НАТО от своих европейских коллег. Далее были введен режим санкций со стороны ЕС против России, отразившийся в первую очередь именно на экономике самих европейских стран. В результате в сфере национальной безопасности Россия оказалась фактически в режиме повышенной активности, поскольку враждебные действия Запада вынуждают страну к новой гонке вооружений, увеличению расходов на оборону и армию [5].

Причины, по которым США и страны ЕС - в частности главный сателлит американских военно-политических планов, Польша, - выстраивают планы по дестабилизации геополитического пространства вокруг России, продиктованы стремлением США к безоговорочной гегемонии.

После саммита НАТО в Варшаве в июле 2016 года Министр обороны Польши Энтони Мациревич заявил о том, что требуется выделение еще одного, дополнительного (к 4 уже размещенным) батальона НАТО для защиты страны от «русской угрозы». Интересен в данном случае не сам контингент, но формат размещения - Польша настаивает на формате «плюс», что означает увеличение контингента по первому требованию Варшавы. В НАТО данный вопрос пока находится на стадии обсуждения, а Вашингтон обещал лишь обеспечение технической поддержки уже размещенным в Польше 4 батальонам. По сообщениям американского издания «Defense News», Министр обороны Польши готовится к полномасштабной войне с Россией «со дня на день», поскольку при попытке захвата Польши Россией страна «потеряет 100% своей территории, если НАТО не сумеет обеспечить защиту польских границ» [6]. Следует отметить, в самом НАТО нет единства мнений по данному вопросу - Германия и Франция, а также страны Южной Европы сконцентрированы на проблеме терроризма и нелегальной миграции, считая польские предупреждения о скором начале третьей мировой войны сильно преувеличенными. Правящая партия Польши «Право и Справедливость», тем не менее, продолжает нагнетать «русскую угрозу» вреди населения, пытаясь тем самым повысить свою легитимность перед очередными парламентскими выборами в 2018 году. Такая риторика объяснима тем, что голосование «за» правых консерваторов в 2015 году носило протестный характер, а после провала миграционной политики действующего правительства партии власти ничего не остается, как разыгрывать карту внешней угрозы.

Таким образом, милитаризация страны идет полным ходом вопреки здравому смыслу, хотя Президент Польши на саммите в Варшаве заявил, что страна отказалась от идеи размещение постоянных военных баз США и НАТО на своей территории.

За последние 25 лет Запад сделал все, чтобы укрепить континентальную безопасность с помощью экспансии НАТО и ЕС на Восток. Достигнув этой цели,

США предпринимают все усилия по поощрению польской региональной экспансии и создания при лидерстве Польши антироссийского регионального военного альянса. В силу этого все милитаристские инициативы польской политической элиты пользуются поддержкой и активно поощряются со стороны Вашингтона. В свете сказанного закономерно возникает вопрос- почему США выбрали именно Польшу в качестве центра антироссийской «интеграции», когда польская региональная экспансия натолкнулась на непреодолимое препятствие в виде России в ходе украинского кризиса. Ведь в течение последних трех столетий Польша заработала себе репутацию «геополитической жертвы» в регионе. Неизбежно Польша пытается компенсировать свою «геополитическую жертвенность» особой ролью Варшавы в новых процессах, связанных с обеспечением региональной безопасности. В результате стало традицией в Европе, что все сателлиты США концентрируются вокруг Польши. Американская внешняя политика во времена «холодной войны» основывалась на системе преференциальных отношений с ключевыми государствами, способными противостоять СССР на внешней арене. В Азии такими странами стали Япония и Южная Корея, в Европе -Германия и Италия, в Евразии - Турция и на Ближнем Востоке - Израиль. Та же тактика преференций применяется США и в отношении Польши в настоящее время.

Выбор Польши как опорной страны для реализации Америкой своих геополитических планов в Европе основан на нескольких обстоятельствах. Например, американское военное присутствие в Европе было сокращено с 340 000 (в конце «холодной войны») до 30 000 в 2015 году за последние 20 лет. США не в состоянии восстановить свое военное присутствие до прежних масштабов быстрыми темпами. Поэтому Вашингтон выступает против «сил быстрого реагирования», которые могли быть сформированы на базе собственно европейских войск, такое «мини-НАТО» не дает США возможности расширить свое военное присутствие в Европе. К тому же само по себе такое присутствие (ввиду уже имеющихся американских контингентов на Ближнем Востоке) является дорогостоящим для США. Это еще одна причина, почему Вашингтон выбрал Польшу в качестве помощника по выстраиванию региональной безопасности - польские власти с радостью предоставят свою территорию и военную помощь, если Вашингтон захочет усилить свое военное присутствие в регионе под предлогом решения конфликта в Украине. Такая стратегия позволяет США впервые после Второй Мировой Войны утвердить собственную гегемонию в Европе. Однако Россия представляет собой непреодолимое препятствие на пути США к реализации цели - созданию «глобальной империи». Государственная идеология современной Польши предполагает «воссоединение» с Западом. Но Вашингтон ожидает от Польши более активных усилий в формировании «пояса безопасности» вдоль восточных границ. После агрессии в Югославии НАТО официально «пересмотрело» свою зону ответственности в сфере коллективной безопасности. Вместо защиты своей территории НАТО расширило свои задачи далеко за пределы «зоны ответственности», фактически тем самым претворяя на практике стратегию «глобальной гегемонии» США. Европейские страны-члены НАТО приняли предложение Вашингтона по расширению «зоны ответственности» Альянса, отказавшись от создания собственных европейских сил быстрого реагирования и усилив свои приданные контингенты в НАТО.

Кроме Польши все остальные страны инициированного США «пояса безопасности» имеют небольшие регулярные армии и армейский резерв. Для некоторых стран Центральной и Восточной Европы, в частности для Литвы, кризис в Украине послужил стимулом для восстановления регулярной армии и призывной системы рекрутирования войск. Страны Балтии под воздействием событий в Украине пошли на резкое увеличение обо-

ронных бюджетов. Что же касается Польши, то до кризиса 2008 там был выработан достаточно амбициозный план по модернизации обороноспособности страны, включая систему воздушной обороны, приобретение ракет класса «земля-воздух», военных и транспортных вертолетов, а также современных дизельно-электриче-ских подводных лодок. Опираясь на разработанный в США зенитно-ракетный комплекс «Патриот», Польша начала свои разработки для реализации регионального подхода к противовоздушной обороне. Это означает, что Польша своими «Патриотами» защищает не только собственную территорию, но и страны Балтии. Опираясь на концепцию территориальной безопасности, Польша стремится к организации специальных вооруженных сил для сухопутной войны с Россией [3]. С этой точки зрения, вдохновляемая Вашингтоном Польша будет фокусировать свои усилия не только на защите собственной территории, но и на координации обороны всего региона. В итоге США будут инвестировать солидные военные ресурсы в Польшу и разместят там свои войска. Варшава стремится получить особый статус в военной индустрии США, к тому же Польша уже является одним из крупнейших в Европе импортеров американского военного снаряжения. В то же время уровень прямых американских инвестиций в польскую экономику остается очень низким. Тем не менее, польские власти надеются, что увеличение прямых американских инвестиций в польскую оборонную промышленность в будущем создаст основу для сотрудничества и в гражданской сфере, в частности, в области технологического развития Польши. США вынуждены оказывать военную, экономическую и дипломатическую поддержку не только Польше, но и ее союзникам в регионе. Польша уже превращается в лидера региона: для Украины она стала примером в большей степени, в меньшей - для Белоруссии. По замыслу стратегов из Вашингтона, в настоящее время «санитарная линия», частично окружающая Россию в Европе, состоит из двух групп стран: скандинавские государства и Финляндия (на севере) и Польша со странами Балтии (на северо-западе) В идеале, линия не должна быть прервана до Румынии. Тем не менее, она пока прерывается из-за Венгрии с ее «особой позицией» и Словакии и Чехии, которые стремятся к сотрудничеству с Россией, а не к конфронтации. На Юге антироссийский фронт должен включить в себя Азербайджан, Турцию и Болгарию. Однако здесь также существует препятствие - Турция самостоятельный актор, и ее позиция является ключевой в регионе. Тем не менее, обострение конфликта в Нагорном Карабахе дают США надежду на скорое вовлечение Азербайджана в антироссийский Альянс. С другой стороны, энергетическая стратегия ЕС, направленная против России, требует относительной стабильности на пути возможного иранского газа на южном участке антироссийской линии.

Страны, которые выбраны Вашингтоном для реализации плана регионального присутствия, имеют исторические причины для формирования антироссийского военного союза. В частности, и Польша, и Швеция помнят свое геополитическое поражение от России в восемнадцатом веке, а Польша - и в двадцатом столетии. Однако Швеция с девятнадцатого века предпочитает не действовать против России напрямую, хотя и занимает активную милитаристскую позицию.

Кроме того необходим сильный политический ресурс, чтобы объединить Северную (во главе со Швецией) и Северо-Западную (Польша-Прибалтика) группы. Возможность для этого кроется в особых финансово-экономические отношениях стран Балтии со скандинавами, в основном со Швецией, и между Эстонией и Финляндией. Страны Балтии не доверяют друг другу, и их сотрудничество далеко от идеала. Польша и Эстония являются единственными странами из антироссийского военного пояса, которые тратят 2% своего ВВП на оборонные нужды. Тем не менее, для США этого недо-

статочно, поскольку они хотят увеличение оборонных расходов этих стран до 5% от ВВП [ 12] . Как добиться этого - пока остается вопросом.

Внешние угрозы всегда вызвали активизацию местного национализма и межгосударственной напряженности в Центральной Европе. Основываясь на своем историческом опыте, Польша считает, что не сможет укрепить свои позиции в регионе, если ее союзниками будут маленькие и слабые страны. Польша имеет все основания считать, что страны Балтии не являются надежными в военном конфликте против России, и что Россия и Германия смогут достичь договоренности за спиной Польши и стран Балтии. С другой стороны, страны Северной Европы и Балтии опасаются, что политическая непредсказуемость Польши помешает созданию надежной связи региона с интересами США.

Институциональные механизмы регионального военного альянса могли бы нивелировать такое взаимное недоверие, но пока таких механизмов не существует. Совет государств Балтийского моря включает в себя все страны региона, в частности, Россию и Германию, которые составляют противовес антироссийским странам региона. Сотрудничество Северных стран, в свою очередь, выходит за рамки Балтии, а в последнее время активизировалось двустороннее скандинавско-балтийское сотрудничество без Польши.

По замыслу Вашингтона, помимо Румынии, Польше следует установить особые союзнические отношения со Швецией. Польша вместе со Швецией иметь достаточный военный потенциал, необходимый для создания основ антироссийского «пояса безопасности». В США считают, что будет легче вовлечь Швецию и Финляндию в конфликт против России, если они присоединяются к региональному оборонительному союзу, формально возглавляемому Польшей, то есть без вступления этих стран в НАТО на фоне общественных протестов. НАТО не имеет никаких официальных обязательств перед Швецией и Финляндией. Швеция не союзник НАТО, но один из ключевых и активных партнеров. Швеция сотрудничает с НАТО, но не участвует в системе коллективной безопасности Альянса. Таким образом, сближение Швеции с НАТО возможно только через двусторонние отношения с Польшей. Министры иностранных дел Польши и Швеции, Радослав Сикорский и Карл Бильдт, признали общие интересы своих стран в продвижении европейских ценностей в постсоветских странах при запуске проекта «Восточного партнерства». И Польша, и Швеция стремятся контролировать Балтийское море. В долгосрочной перспективе, Польша и Швеция могли бы координировать, если не интегрировать, элементы своих морских проектов модернизации путем создания функционально совместимых боевых платформ. В частности, Польша и Швеция могут сотрудничать в сфере противовоздушной обороны, так как обе страны модернизируют свои системы ПВО [ ]. Все это создает реальную основу для польско-шведского сотрудничества в области обороны. Осталось только формально закрепить это сотрудничество в антироссийском альянсе. Другая цель американцев заключается в предотвращении изоляции Польши в региональной дипломатии. Дело в том, что с начала украинского кризиса, Польша и ее южные соседи воспринимали «русскую угрозу» по-разному.

Заявления Чехии, Словакии и Венгрии по поводу украинского кризиса и санкций против России раскрыли фундаментальную политическую разницу между странами Вышеградской. Реальная политика Венгрии и идеологическая вражда Польши в отношении России поставили эти страны по разные стороны, на фоне колебаний Чехии и Словакии. Кроме того, политика Венгрии в отношении Украины была основана на защите венгерского меньшинства в Украине. Это привело к ситуации, когда Польша предпочла иметь дело со Скандинавскими странами, странами Балтии и Румынией, а не со своими союзниками в Вышеградской группе, когда дело дошло

до вопросов безопасности.

Разница в отношении к России в регионе исходит из исторического опыта, идеологической мотивации, тенденция к политическому сотрудничеству и конкретных экономических интересов. В настоящее время в странах Вышеградской группы отсутствует общий интерес к выстраиванию совместной системы безопасности. Оказалось, что в Центральной Европе, политическому руководству не хватает национального консенсуса и общего стратегического понимания региональной безопасности, а также существуют кардинальные различия в оценке существующих угроз. Часть местных политиков пытается выступить в качестве посредников между Россией и Западом через особые экономические сделки с Россией. Кроме того, военный бюджет Польши вдвое больше, чем совокупный военный бюджет трех других членов Вышеградской группы [15].

Все эти обстоятельства повлияли на полезность формата Вышеградской ^4) для дипломатии Польши и опосредовано - для дипломатии США. В отличие от Польши, трое других членов Вышеградской группы поняли, что их потенциальные обязательства в НАТО могут негативно повлиять на отношения с Россией. Это создало соблазн для исторической реминисценции альтернативной региональной группы, ориентированной на Австрию, чтобы вести более сдержанную политику безопасности, не подверженную влиянию внешних сил. США рассматривает V4 как инструмент для консолидации интересов союзников по НАТО в Центральной Европе. Вашингтон по-прежнему может ограничить сотрудничество в регионе в рамках совместных действий НАТО.

Следует отметить, что Польша является единственным непосредственным соседом из стран Вышеградской группы. Россия же проявляет интерес к российскому анклаву в Калининграде и его военному потенциалу. Кроме того, Польше приходится учитывать интересы Белоруссии.

Чехия, Венгрия и Словакия не готовы присоединиться к плану США по созданию региональной безопасности под эгидой Польши, посколкьу полагают, что присоединение к нему создаст дополнительную напряженность на восточном фланге НАТО между Западом и Востоком.. Следует отметить, что особая позиция трех стран Вышеградской группы в антироссийском фронте привела к формированию двух различных - северных и южных - направлений сотрудничества в рамках НАТО.

Несмотря на разногласия внутри Вышеградской группы, Польша не может отказаться от своей активной геополитической стратегии в регионе, ноне может и самостоятельно утвердиться в нем без поддержки соседей. Ожидаемое присутствие США и других союзных войск в Польше и странах Балтии направлено не только на сдерживание России, но также имеет цель поощрить и мотивировать Польшу к более активными действиям в регионе, несмотря на разногласия с южными соседями.

В настоящее время Соединенные Штаты и их союзники отреагировали на украинский кризис экономическими санкциями против России, обещанием увеличить военные расходы, создать совместную военную целевую группировку повышенной готовности, а также направить один миллиард долларов для обеспечения европейской безопасности. Что касается Центральной и Восточной Европы, в частности, в начале украинского кризиса, США послали двенадцать военных самолетов F-16 и три транспортных самолетов С-130 самолетов в Польшу. Шесть американских истребителей F-15 и две заправочные летательные платформы были отправлены соседу Польши - Литве. НАТО объявило, что будет пересматривать свои планы обороны для стран Балтии и Польши, разработает военный план готовности, оценку угроз, создаст механизмы совместного использования данных разведки, запуска раннего предупреждения и планирования быстрого реагирования на кризисные си-430

туации.

Соединенные Штаты размещают войска НАТО в Польше и странах Балтии, хотя пока это сравнительно небольшой контингент- 4 батальона (каждый по 300 человек). Склады тяжелого вооружения будут созданы в трех странах Балтии, Польше, Румынии, Болгарии и, возможно, в Венгрии. В июне 2015 года НАТО создало шесть оперативных штабов в Болгарии, Эстонии, Латвии, Литвы, Польши и Румынии, а также увеличены войска быстрого реагирования с 13,000 до 40,000 человек [15]. В Польше создана региональная штаб-квартира в городе Щецин.

США считают приоритетным расширение военного потенциала Швеции, Финляндии, Прибалтики, Польши и Румынии, чтобы противодействовать России в регионе. США стремиться к тому, чтобы эти страны имели собственные наступательные возможности. Именно поэтому США поставляет передовые воздушные крылатые ракеты AGM-158 JASSM для F-16 уже поставляемых в Финляндию и Польшу. Эти крылатые ракеты с дальностью 400 км могут выполнять высокоточные атаки на важные цели, такие как командные пункты, ракетные батареи, склады и базы снабжения. Контракт Польши на поставку этих ракет в 2017 году составляет $ 250 млн. долларов [15]. Блокировка этого потенциала AGM-158A JASSM позволит России развернуть свои воздушные базы на территории Беларуси за пределы реки Березины [15].

Кроме того, США уже поставила 158 AGM-JASSM крылатых ракет в Финляндию. Впервые в своей истории Финляндия имеет возможность поражать цели в глубине территории России, в том числе и Санкт-Петербург.

На сухопутном участке территории Польша нуждается в определенном количестве танков и легких танковых дивизий. До тех пор пока их нет, Вашингтон намерен поставлять большое количество противотанковых управляемых средств поражения. Для нейтрализации российской артиллерии США снабжают Польшу и ее союзников в регионе мобильными радарами с системой обнаружения позиций артиллерии и минометов противника. такие системы будут связаны собственной мобильной артиллерией и системой залпового огня.

Тем не менее, нынешняя стратегия "Анаконда" США в регионе имеет очевидные слабые места. Например, концепция безопасности Польши слишком зависит от международных связей и блока, в который входит страна. Когда Франция и Германия договорились игнорировать Польшу в начале процесса Минских переговоров, Польша не возражал, но приняла это как оскорбление. Кроме того, украинский кризис в очередной раз продемонстрировал, что НАТО не является самостоятельным военным и политическим актором, поскольку не может обойтись без США.

Совершенно очевидно, что в ближайшей перспективе Польша не сможет создать военный потенциал, сопоставимый с Россией. Варшава слишком много тратит на закупки американских вооружений, что ограничивает ее самостоятельность. Соединенные Штаты остаются ключевым гарантом безопасности Польши. Благодаря разработанной стратегической схеме "буфер" и "соседние страны" США стремится достичь следующих преимуществ:

- уменьшить свое прямое военное вмешательство в Восточной и Центральной Европе. Это вмешательство будет возможно только на последнем этапе конфликта с Россией;

- Польша будет выполнять некоторые современные функции безопасности, возложенные на нее Соединенными Штатами;

- США усилят контроль над внешней политикой Польши и политикой безопасности. Асимметричный альянс предполагает контроль над подчиненным партнером;

- фактор неопределенности относительно вмеша-АНИ: экономика и управление. 2016. Т. 5. № 4

тельства США (чего так опасаются в Прибалтике) в регионе будет снижен;

- США получат новый рычаг влияния на европейскую политику;

- США получат еще одного преданного сателлита на европейском континенте.

В то же время, идея регионального альянса для сдерживания России содержит определенные риски для Соединенных Штатов:

- постепенное размывание НАТО параллельно создаваемыми в Европе механизмами безопасности;

- осуществление некоторых дополнительных мер безопасности в Польше влечет за собой новые расходы;

- снижение суверенитета Польши из-за растущего контроля над ее внешней политикой и политикой безопасности со стороны США могут вызвать негативную реакцию польских националистических сил;

- область общих интересов безопасности в регионе является довольно обширной для Польши и США, чтобы беспрепятственно осуществить запланированную стратегию;

- растущее военное напряжение будет скреплять новый союз только до определенного момента. На самой высшей точке эскалации государства-члены скорее всего предпочтут индивидуальные стратегии безопасности вне своих совместных обязательств;

- поддержка со стороны США безопасности в Центральной и Восточной Европы зависит от соотношения их собственных глобальных и национальных интересов. Когда приоритеты изменятся, США оставят Польшу с новыми проблемами так же, как это произошло на Ялтинской конференции 1945 года. Существует также проблема низкого регионального потенциала сотрудничества, что препятствует формированию нового военного союза во главе с Польшей.

Подводя итог всему сказанному выше, можно сделать следующий вывод: все негативные факторы в отношениях между Россией, США и ЕС не могут быть преодолены в ближайшее время. Даже с учетом смены Президента США, которым стал Данальд Трамп, удачно использовавший в своей предвыборной риторике сюжет о прекращении конфронтации с Россией, он и его администрация остается заложником военно-промышленного блока, который не оставит стратегию С. Бжезинского в отношении РФ, не прекратятся и попытки дестабилизации политической системы России изнутри с помощью иностранных агентов.

Однако утверждение о всесильных западных технологиях по организации политических переворотов явно не обосновано - если система слаба изнутри, ее структурные элементы не имеют эффективного взаимодействия между собой, отсутствует координация внешнеполитической линии, а присутствует резкая смена геополитических приоритетов. Еще в начале 2000-х годов Китай рассматривался в политической риторике российской власти как соперник и возможная угроза, а Запад являлся наиболее оптимальным вариантом партнерства, то после событий в Украине 2013 года произошел резкий поворот в сторону сотрудничества с КНР и фактический разрыв отношений с Западом. Такая резкая смена приоритетов обусловлена, разумеется, национальными интересами страны, однако нет никаких гарантий того, что Китай будет более «покладистым» и дружественным партнером, чем все прочие страны: КНР четко соблюдает собственные национальные интересы прежде всего, российские интересы его волнуют только в контексте собственной геополитической стратегии.

Необходимость четкой генеральной линии во внешней политике налицо - нет ни одного государства, которому можно было полностью доверять, требуется в приоритетном порядке следовать собственным интересам, а не искать «друзей» то на Западе, то на Востоке. Расстановка четких геополитических векторов развития, на наш взгляд, могла бы способствовать повышению

способности политической системы оперативно реагировать на внешние вызовы. Развивая данный тезис, следует подчеркнуть, что при наличии опробованных механизмов противодействия основным современным угрозам политической стабильности выступают, таких как использование военной силы в рамках превентивных и асимметричных действий против террористических, экстремистских и сепаратистских структур, пресечение деятельности государств-спонсоров по финансированию таких структур и т.д. - в любом случае основным элементом поддержания политической стабильности является внутренняя политика государства, причем проводимая не на основе подражания и внедрения чужеродных элементов во все системы общественных отношений, начиная со сферы образования до реформ МВД, а построенная на принципе учета национальной специфики, менталитета и собственного исторического опыта государственного управления.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. EADaily Analysis. Подробнее: https://eadaily.com/ en/news/2016/06/24/poland-and-new-military-alliance-against-russia-in-centrai-and-eastern-europe

2. Alfred McCoy. Tomgram: Alfred McCoy, Washington's Great Game and Why It's Failing. http:// www.tomdispatch.com/post/176007/tomgram%3A_alfred_ mccoy,_washington's_great_game_and_why_it's_failing_/

3. Kacper Pempel. Рolish defense minister wants to almost double size of army. http://europe.newsweek.com/ poland-defense-minister-double-size-army-antoni-maciere-wicz-411762?rm=eu

4. The Guardian. Nato summit: US says it will deploy 1,000 extra troops to Poland. https://www.theguardian.com/ world/2016/jul/08/nato-summit-warsaw-brexit-russia

5. The Guardian view on the Nato summit: a refreshed alliance for troubled times Editorial. https://www.theguard-ian.com/commentisfree/2016/jul/10/the-guardian-view-on-the-nato-summit-a-refreshed-alliance-for-troubled-times

6. Factbox: Main decisions of NATO's Warsaw summit. http://www.reuters.com/article/us-nato-summit-deci-sions-factbox-idUSKCN0ZP0MX

7. The Guardian. The European Rapid Reaction Force. https://www.theguardian.com/world/2001/apr/11/qanda. derekbrown

8. Jonathan Marcus. Montenegro: Nato's newest and last member? http://www.bbc.com/news/world-eu-rope-36311644

9. Чапчиков С.Ю. Категория «национальных интересов» в стратегиях национальной безопасности России и США. http://cyberleninka.ru/article/n/kategoriya-natsionalnyh-interesov-v-strategiyah-natsionalnoy-bezopasnosti-rossii-i-ssha

10. Чернова А.В. «Восточная политика» Польши: от концепции «УЛБ» до «Восточного партнерства». http:// cyberleninka.ru/article/n/vostochnaya-politika-polshi-ot-kontseptsii-ulb-do-vostochnogo-partnerstva

11. The changing Scandinavian tune. Finland, like Sweden, looks for a place beneath the expanding NATO umbrella. http://www.washingtontimes.com/news/2016/ aug/25/finland-eyes-nato-safety/

12. Fear Of Russia Drives Sweden Closer To NATO. http://breakingdefense.com/2016/09/fear-of-russia-drives-sweden-closer-to-nato/

13. NATO review. Securing the Nordic-Baltic region. http://www.nato. int/docu/Review/2016/Also -in-2016/secu-rity-baltic-defense-nato/EN/index.htm

14. It's not just the war: Ukraine's fight behind the headlines. http://www.nato.int/docu/Review/2015/Ukraine/war-ukraine-fight-headlines/EN/index.htm

15. NATO and Russia: uneasy partners. http://www. nato.int/docu/Review/2014/Russia/NATO-Russia-Uneasy-Partners/EN/index.htm

16. The National Security Strategy of the United States of America. The White House. September 17, 2002. http:// georgewbush-whitehouse.archives.gov/nsc/nss/2002/index.

html

17. The National Security Strategy of the United States of America. The White House. March 16, 2006. http:// georgewbush-whitehouse.archives.gov/nsc/nss/2006/

18. U.S. Secretary of State Rice C. Rethinking the National Interest. Foreign Affairs, July/August 2008. URL: http://www.foreignaffairs.com/articles/64445/condoleezza-rice/rethinking-the-national-interest

19. Стратегия национальной безопасности Барака Обамы: старое вино в новых мехах? // США-Канада: экономика, политика, культура, 2011, № 1. С. 12-23.

20. Зеленков М. Ю. Теоретико-методологические проблемы теории национальной безопасности Российской Федерации. М.: Юридический институт МИИТа, 2013. 213 с.