Социология города Ричарда Сеннета: трансформация публичной сферы

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 18. СОЦИОЛОГИЯ И ПОЛИТОЛОГИЯ. 2012. № 4

СОЦИОЛОГИЯ ГОРОДА

И.А. Вершинина, канд. социол. наук, доц. кафедры истории и теории социологии социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова*

СОЦИОЛОГИЯ ГОРОДА РИЧАРДА СЕННЕТА: ТРАНСФОРМАЦИЯ ПУБЛИЧНОЙ СФЕРЫ

Ричард Сеннет — один из тех современных социологов, которые пишут

0 городах, их истории, формировании городской идентичности, культуре и влиянии капитализма на современный город. Р. Сеннет рассматривает город как зеркало западного общества и его культуры. Он утверждает, что город имеет свое тело и душу, пытается найти в городском пространстве западных стран следы Античности и долгого доминирования христианства. Р. Сеннет анализирует трансформацию публичной и приватной сфер в обществе модерна, пытается понять причины возникновения мертвого пространства в современных городах.

Ключевые слова: социология города, город, пространство, неравенство, социальная структура, культура, идентичность, западная цивилизация, публичность, социальный порядок.

Richard Sennett is one of contemporary sociologists who writes about cities, urban history, personal identity, culture, and the impact of capitalism on the modern city. R. Sennett studies a city as a mirror of western society and culture. He argues that every city has its own body and soul and tries to find in urban space of western countries the consequences of Antiquity and a long Christianity domination. R. Sennett examines the transformation of public and private spheres in modern societies, wishes to understand the causes of the dead space in modern cities.

Key words: urban sociology, city, space, inequality, social structure, culture, identity, western civilization, publicity, social order.

Ричард Сеннет — один из известнейших современных социологов, занимающихся изучением города. Возможно, интерес к урбанистике был предопределен местом его рождения — Чикаго, который стал колыбелью городской социологии. Одна из первых работ Р. Сеннета, "Семьи против города" (1970) посвящена как раз социальным взаимодействиям в Чикаго конца XIX в.1 Он рассматривает процесс становления нуклеарной семьи в Чикаго XIX в., которая превращается в убежище от социума по мере того, как этот город становился центром промышленного региона. Эта идея получила развитие в работе "Падение публичного человека" (1977), в которой Р. Сеннет анализирует эволюцию публичной сферы. Круг его

* Вершинина Инна Альфредовна, e-mail: inna_ver@rambler.ru

1 Sennett R. Fаmilies against the city: middle class homes of industrial Chicago, 1872— 1890. N.Y., 1974.

интересов определился в самом начале карьеры — социология города и социология культуры. Чуть позже в его работах появляется еще одна тема — труд и влияние капитализма на социальные отношения. В данной статье внимание сфокусировано на его теории города.

Р. Сеннет часто обращается к истории, в частности к истории городов, считая, что иногда полезно проводить параллели с современностью. Например, современной цивилизации он ставит тот же диагноз, что и Римской империи в период ее заката: "Современность часто сравнивают с Римской Империей эпохи упадка: полагают, что подобно тому, как моральное разложение незаметно лишило Рим способности править Западом, оно же, как утверждается, постепенно лишило современный Запад способности править миром. При всей своей наивности, эта точка зрения содержит в себе элемент истины. Существует прямая аналогия между кризисом римского общества после смерти Августа и нынешней жизнью; это касается равновесия между публичной и приватной жизнью"2. В его работах часто можно встретить подробный анализ Античности и Средневековья3, так как Р. Сеннет пытается проследить эволюцию западной цивилизации, найти те моменты ее истории, которые оказались значимыми для последующего развития. Он скрупулезно анализирует мельчайшие сдвиги в культуре и повседневной жизни, чтобы понять современность. Хотя Р. Сеннет прекрасно понимает, что в основе современности лежат идеи Просвещения, именно эта эпоха характеризуется кардинальными переменами в жизни человека и общества, но американский социолог пытается медленно подвести нас к этому периоду и показать, что люди часто не осознавали, сколь революционные изменения они наблюдают.

В современной мировой социологии общепринятой стала точка зрения, согласно которой под современным обществом понимается общество модерна. А соответственно «понятие "современного" охватывает эпоху с середины или конца XVIII столетия до конца ХХ в. Эта эпоха в ее социологической реконструкции увязывается со становлением капитализма, индустриализма, образованием национальных государств, демократизацией обществ, в частности с ликвидацией наследственных привилегий и провозглашением равенства гражданских прав»4. Точка зрения Р. Сеннета на этот вопрос та же, но он не может отказать себе в удовольствии подробно рассмотреть предпосылки формирования общества модерна.

2 Сеннет Р. Падение публичного человека. М., 2002. С. 9.

3 Sennett R. The conscience of the eye. The design of social life of cities. N.Y.; L., 1990; Idem. Flesh and stone. The body and the city in Western civilization. N.Y.; L., 1994; Сеннет Р. Указ. соч.

4 Полякова Н.Л. Исследование форм и процессов модернизации: вклад исторической социологии // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. 2010. № 4. С. 67.

Города в обществе модерна стали тем миром, в котором в отношения друг c другом вступали совершенно разные социальные группы. Р. Сеннет понимает город как поселение людей, в котором встречаются незнакомые друг другу люди, причем подобное поселение должно иметь большую и гетерогенную популяцию; эта популяция должна жить более-менее скученно; скученность эта должна создаваться рыночным обменом и разнообразными взаимодействиями масс людей5. Американский социолог прекрасно понимает, что в этом определении нет ничего принципиально нового, что характерные черты города, его многообразие и потенциал инноваций были описаны еще М. Вебером6. Однако Р. Сеннет предлагает проследить длительный процесс формирования этого пространства, рассмотрев историю терминов "публичное" и "приватное". Это центральная тема одной из основных его работ — "Падение публичного человека".

Изначально термин "публичное" как в английском, так и во французском языке отождествлялся с тем, что связано с общим благом в обществе; немного позже добавилось значение "публичного" как очевидного и открытого всеобщему обозрению7. Лишь к концу XVII в. противопоставление "публичного" и "приватного" постепенно приблизилось к современному значению: "публичное" стало обозначать открытое для всеобщего рассмотрения, тогда как "приватное" подразумевало укромную сторону жизни, ограниченную семьей и друзьями. Р. Сеннет считает, что, когда слово "публичное" обрело свое современное значение, оно означало не только сферу социальной жизни, расположенную вне пространства семьи и близких людей, но также то, что эта публичная сфера знакомых и посторонних включала относительно широкое разнообразие незнакомых людей8. Иными словами, термином "публичное" стали называть жизнь, проводимую вне семьи и круга близких друзей; в публичной сфере вступают во взаимодействие различные сложные социальные группы. Эпицентром этой публичной жизни в обществе стал город, в который постоянно стекались потоки новых незнакомцев из близлежащих сел и деревень в поисках лучшей жизни.

Изменения в языке являются отражением трансформации социальной жизни, довольно существенных изменений в образе жизни и образе мыслей горожан. В XVIII в., с ростом городов и развитием сфер общения, независимых от прямого королевского контроля, возникали те места, где незнакомые люди могли бы регулярно встречаться. Р. Сеннет отмечает, что это была эпоха созда-

5 См.: Сеннет Р. Указ. соч. С. 50.

6 Classic essays on the culture of cities / Ed. by R. Sennett. N.Y., 1969. P. 6.

7 См.: Сеннет Р. Указ. соч. С. 23—24.

8 Там же. С. 24-25.

ния огромных городских парков, время первых попыток строить улицы, предназначенные для пешеходных прогулок как формы отдыха, это было время, когда кофейни, кафе и постоялые дворы стали социальными центрами, а театры и опера — доступными для широкой публики9. Он довольно подробно описывает то, что происходило в Париже, Лондоне, Венеции. Для него город — это живой организм, который имеет свои тело и душу. Причем Р. Сеннет считает, что телесность определяется и задается нематериальными составляющими: «В городском пространстве подобные образцовые репрезентации "тела" всегда выступали инструментом власти. К ним обращались как афиняне, так и римляне. По мере развития иудео-христианской традиции духовный скиталец вернулся домой, в городской центр, где его страждущее тело стало оправданием покорности и смирения — духовное тело, тем самым, превратилось в плоть и камень»10. Наиболее подробно обоснование телесности города и важность осознания собственной телесности горожанином описаны Р. Сеннетом в работе "Плоть и камень: тело и город в западной цивилизации" (1994). Он прослеживает процесс сотворения европейских городов из камня и пытается доказать, что в тело большинства европейских столиц была вложена христианская душа. Поэтому Р. Сеннет сам признается в заключении "Плоти и камня...", что начал ее писать как верующий человек, считая, что это было необходимо для анализа городского пространства. Американский социолог говорит следующее: городские пространства, принимая ту или иную форму, в основном подчиняются тому, как населяющие их люди ощущают собственную телесность; чтобы жители мультикультурного города заботились друг о друге, мы, как представляется, должны пересмотреть понимание собственного тела; невозможно ощутить отличие, несомое другими, не признав несовершенства собственной телесности11. Современный город отошел далеко от религиозных смыслов, но его можно понять, только осознав, на каких принципах он строился. Тема телесности — одна из основных составляющих христианской традиции, осознание телесности происходит с момента грехопадения, за которое человечество вынуждено расплачиваться, мучаясь из-за несовершенства плоти12.

Итак, душой средневекового города было христианство, благодаря которому даже в эпоху Просвещения существовало некое равновесие публичной и приватной сфер. Однако это равновесие

9 Там же. С. 25.

10 Сеннет Р. Плоть гражданственности. Мультикультурный Нью-Йорк // Неприкосновенный запас. 2010. № 2 (70). С. 194-195.

11 Там же. С. 191.

12 Sennett R. Flesh and stone. Р. 373.

было нарушено, правда, не резко, как, например, Французская революция изменила политическое устройство: процесс был длительный и постепенный.

Р. Сеннет демонстрирует трансформацию в соотношении публичной и приватной сфер на примере тех фундаментальных изменений, которые повлекли за собой революции и последовавший за ними подъем национального индустриального капитализма. Он считает, что Французская революция снова, хотя и по-своему, разыграла христианскую драму телесности: физическая среда, где революция чинила страдания, а революционеры пытались восстановить материнский образ, вбирающий и исцеляющий их собственные мучения, утратила всякие качества пространственного места, вследствие чего страдающее тело оказалось в пустоте — в пространстве абстрактной свободы, лишенном всякой человечности13.

Вытеснение религии наукой привело к пересмотру принципов организации пространства: "В эпоху модерна телесное движение начали трактовать в качестве ключевого принципа биологической активности. Медицинский анализ кровообращения, работы легких, а также электрических импульсов, передаваемых посредством нервных окончаний, сформировал новое представление о здоровом теле, свобода движений которого стимулирует весь организм. Из подобных медицинских представлений следовало, что пространство необходимо организовывать так, чтобы всемерно поощрялось телодвижение и связанное с ним дыхание. Именно к такой идеологии пространства пришли архитекторы эпохи Просвещения в XVIII веке. Человек, перемещающийся без ограничений и пользующийся физической свободой, казался уверенной в себе и самодостаточной индивидуальностью"14. В обществе модерна центр города, которого стыдилось христианство, так и не избавившееся от этого наследства Античности, вновь послужил эталонным образом "тела": теперь оно предстало в виде циркуляционного механизма, а сам центр — в виде сердца-насоса.

Р. Сеннет выделяет три основные движущие силы произошедших изменений15:

1. Двойственное отношение к публичной жизни при индустриальном капитализме в большом городе. По мнению Р. Сеннета, постепенно воля к контролю и формированию публичного порядка сходила на нет и люди стали уделять главное внимание защите от него. Одним из главных механизмов этой защиты стала семья. По мере того как семья становилась убежищем от общественного террора, одновременно она становилась и моральным мерилом пуб-

13 Ibid. Р. 375.

14 Сеннет Р. Плоть гражданственности... С. 185.

15 См.: Сеннет Р. Падение публичного человека. С. 27.

личной сферы столичного города. Семейные отношения стали восприниматься как идеальная модель взаимоотношений, в то время как сфера публичного стала рассматриваться как низшая с моральной точки зрения.

2. Секуляризация, начавшаяся в XIX в. и повлиявшая на отношение людей к неизвестному и чуждому. Кроме того, что города стали утрачивать свою христианскую душу, произошла и реструктуризация кодов секуляризованного знания, которая имела радикальные последствия для публичной жизни. Секуляризация сформировала убежденность людей в том, что "даже то, что скандально, загадочно или малозначимо, не может быть a priori исключено из сферы частной жизни и не может быть лишено тех или иных психологических качеств, значимых для исследования"16. Так, по мнению Р. Сеннета, возникло главное и плодотворное противоречие XIX в.: в той мере, в какой человек желал ускользнуть в сферу приватного, сферу более нравственную, и замкнуться там, он опасался, что ошибочное разделение своего опыта на, так сказать, публичный и приватный, может оказаться самоослеплением.

3. Та сила, которая позже обернулась слабостью, сила, встроенная в структуру самой публичной жизни при старом режиме. Публичная жизнь не умерла мгновенной смертью под весом политических и социальных сдвигов конца XVIII в., география публичного, свойственная прежнему столетию, продолжала существовать в XIX в. — внешне неприкосновенная, но по сути измененная. Р. Сеннет говорит о том, что для описания произошедшего пригодны все клише, имеющие отношение к катастрофе, — отчуждение, разобщенность и т.д.

Это наследие влияло на новые силы секуляризации и капитализма, а они в свою очередь работали в нем. Такую трансформацию публичной жизни Р. Сеннет сравнивает с крахом, постигающим особенно сильных атлетов, долго сохраняющих силы, казалось бы, в неприкосновенности, а затем становящихся жертвой мгновенной болезни, на протяжении длительного времени незаметно разъедавшей тело изнутри17. В результате граница между приватными чувствами и их публичной демонстрацией стала стираться помимо способности и желания регулировать ее. Раздел между публичным и приватным более не проводился твердой рукой человека; и хотя автономная реальность сферы публичного по-прежнему не подвергалась сомнению, управление ею не полагалось более социальным актом.

Одним из последователей Р. Сеннета в анализе публичности стала Л. Лофланд. Опираясь на идеи Р. Сеннета, она пытается по-

16 Там же. С. 31.

17 Там же. С. 27.

нять, как публичная сфера способствует формированию эффективных политических взаимодействий18. Л. Лофланд считает, что именно публичная сфера учит непохожих индивидов совершать политические действия. Однако сам Р. Сеннет более скептичен в оценке роли публичной сферы в жизни современного человека.

Р. Сеннет говорит об активном распространении "мертвого пространства" в современных городах. Его формирование происходит за счет стирания обитаемого публичного пространства, публичное пространство превращается в место для передвижения, а не для пребывания в нем. Публичное пространство становится производным от движения: "Сегодня мы переживаем свободу движения, не известную ни одной из прежде существовавших городских цивилизаций, хотя движение и стало одним из самых опасных повседневных дел. Опасность проистекает из того, что мы считаем неограниченное передвижение индивида его абсолютным правом... Технология современного движения заменяет пребывание на улице желанием стереть ограничения географии. когда публичное пространство становится функцией движения, оно теряет всякое независимое, основанное на опыте собственное значение"19. Мертвое публичное пространство становится причиной того, что люди начинают искать в личном то, в чем им было отказано на чужой территории. Неуравновешенная личная и пустая публичная жизнь стали результатом трех вышеперечисленных изменений, которые ознаменовали становление общества модерна и формирование новой капиталистической светской городской культуры.

Р. Сеннет считает, что безразличие старого капитализма, основанного на классах, было материальным; безразличие же нового, гибкого капитализма более личностно и менее материально по форме20. Гибкие структуры характеризуются нехваткой отзывчивости в силу того, что элементы легкозаменяемы. Поэтому гибкий капитализм ослабляет характер, приводит к его коррозии, поскольку характер понимается Р. Сеннетом как связь с внешним миром, которая заставляет нас чувствовать себя необходимыми другим. Проблема характера при современном капитализме была обозначена, по его мнению, еще Х. Гадамером, который указывал на то, что личность, которой мы являемся, не принадлежит сама себе, личность "случается", будучи подвластной случайностям времени и фрагментам истории, а самосознание индивида лишь блик в замкнутом контуре исторической жизни21.

18 Цит. по: HutterM. Experiencing cities. Boston, 2012. Р. 193.

19 Сеннет Р. Падение публичного человека. С. 23.

20 См.: Сеннет Р. Коррозия характера. Новосибирск; М., 2004. С. 248.

21 Там же. С. 249.

Городское пространство выстроено на принципе "урбанистического индивидуализма", который делает человека все более молчаливым. Улицы, кафе, магазины, вокзалы, автобусы и метро оказались в современном городе такими местами, где в основном обмениваются взглядами, а не словами. Характерной чертой современного общества стало безразличие вследствие постепенного поглощения публичной сферы сферой приватной.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Полякова Н.Л. Исследование форм и процессов модернизации: вклад исторической социологии // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. 2010. № 4.

Сеннет Р. Каждый — сам себе дьявол. Париж Умбера де Романа // Логос. 2002. № 3 (34).

Сеннет Р. Капитализм в большом городе: глобализация, гибкость и безразличие // Логос. 2008. № 3 (66).

Сеннет Р. Коррозия характера. Новосибирск; М., 2004.

Сеннет Р. Падение публичного человека. М., 2002.

Сеннет Р. Плоть гражданственности. Мультикультурный Нью-Йорк // Неприкосновенный запас. 2010. № 2 (70).

Classic essays on the culture of cities / Ed. by R. Sennett. N.Y, 1969.

Hutter M. Experiencing cities. Boston, 2012.

Sennett R. Flesh and stone. The body and the city in Western civilization. N.Y; L., 1994.

Sennett R. The conscience of the eye. The design of social life of cities. N.Y.; L., 1990.

Sennett R. Fаmilies against the city: middle class homes of industrial Chicago, 1872-1890. N.Y, 1974.

Sennett R. The uses of disorder. Personal identity and city life. N.Y; L., 1970.