Предисловие к статье Г. В. Вернадского «Возвышение науки в России 1700-1917»

С.О. Сутормин

ПРЕДИСЛОВИЕ К СТАТЬЕ Г.В. ВЕРНАДСКОГО «ВОЗВЫШЕНИЕ НАУКИ

В РОССИИ 1700-1917»

Статья посвящена жизненному пути и деятельности историка Г.В. Вернадского. Несмотря на эмиграцию из России, он продолжал публиковать исторические труды в евразийском русле. В зрелый период научного творчества Г.В. Вернадский издал на английском языке статью «Развитие науки в России 1700-1917», перевод которой позволяет взглянуть на Г.В. Вернадского как на историографа. Статья не переведена на русский язык, хотя представляет существенный интерес для специалистов в области российской историографии.

Ключевые слова: Г.В. Вернадский; евразийство; историография; образование.

Георгий Владимирович Вернадский родился 20 августа 1887 г. в семье знаменитого ученого В.И. Вернадского [1. С. 157]. В 1905 г. окончил 5-ю московскую гимназию с золотой медалью. По окончании гимназии поступил на историко-филологический факультет Московского университета [2. С. 17-18]. Уже в студенческие годы Вернадский продемонстрировал широкий исследовательский кругозор: его интересовала тема взаимоотношений Древней Руси с Востоком, особое внимание исследователь уделял специфике колонизации Сибири русским населением, например в статьях «На встречу Солнца», «Движение русского племени на восток», в которых ученый выразил геополитические взгляды. В 1922 г. в Праге, где он был профессором юридического факультета, ученый познакомился с лидером евразийского движения П.Н. Савицким [2. С. 3738]. Находясь в эмиграции, он не сразу приступил к созданию масштабных геополитических концепций в евразийском русле.

В своих трудах Г.В. Вернадский важнейшую роль отводит концепции месторазвития, рассматривающей «определенную географическую среду, которая налагает печать своих особенностей на человеческое общежитие, развивающихся в этой среде» [3. С. 25]. Данную идею он заимствовал у П.Н. Савицкого и впоследствии ее развил. Также ученый использует в своих трудах и другие евразийские идеи П.Н. Савицкого, например о понятии Россия - Евразия «как особом историко-географическом мире» [4. Ч. 1. С. 8; 5. С. 698]. П.Н. Савицкий сыграл важную роль в научном становлении Г.В. Вернадского. Примером может служить предложенная Савицким и рассмотренная Вернадским в зрелый период научного творчества геополитическая модель в виде «пульса истории» [6. С. 255], которая была детально развернута в работе «Московское царство». Г.В. Вернадский проявил себя как высококлассный специалист в области востоковедения и крупнейший историк. С 1927 г., уже находясь в США, Г.В. Вернадский продолжил изучение истории России и внес значительный вклад в развитие научных подходов к пониманию исторических процессов.

Специфической особенностью научного творчества Г.В. Вернадского является то, что предметом его исследования выступала не определенная национальногосударственная общность (Россия, Орда), а глобальный исторический процесс, который разворачивался на всем евразийском пространстве. Г.В. Вернадский выразил такой подход в монографии «Начертание русской истории», вышедшей в свет в 1927 г. В последующей научной деятельности ученый-историк продолжает развивать евразийскую линию, которую детально сфор-

мулировал в пяти томах трудов по русской истории. В них Г.В. Вернадский выдвинул ряд геополитических моделей исторического развития евразийского континента, суть которых сводится к чередованию ритмичности государствообразующего процесса и борьбе леса и степи [3. С. 25, 37; 7. С. 8; 8; 9. С. 440]. Историк продолжал детально разрабатывать тему взаимоотношения Руси с Востоком, примером тому служат статья «Монгольское иго в русской истории» (1927) и вышедший впоследствии в свет концептуально новый труд «Монголы и Русь». Важно подчеркнуть, что в ходе исследования он привлек широкую источниковедческую базу и рассмотрел историю Руси с точки зрения правления ханов Золотой Орды. Этот подход являлся принципиально новым и позволял по-новому взглянуть на ход исторического становления евразийского пространства.

Г.В. Вернадский как историограф мало известен широкой российской аудитории, так как многие его историографические работы выполнены на английском языке [9. С. 123] и, следовательно, были не доступны большинству отечественных читателей. Одной из таких работ является статья «Возвышение науки в России 1700-1917» [10], опубликованная в историческом журнале «Russian Review» в январе 1969 г. А уже через год, в 1970 г., выходит его фундаментальный труд «Русская историография», посвященный становлению исторической мысли. Статья в этом смысле представляла собой краткий историографический экскурс и своего рода дополнение, предназначенное для повышения образования американских студентов Йельского университета. Г.В. Вернадский анализирует концепции представителей естественных наук. Главным образом автор демонстрирует становление и эволюцию научной мысли, которая разворачивалась в рамках Академии наук и крупнейших вузов страны.

В данной работе Г.В. Вернадский рассматривает становление и развитие научной мысли в России. Необходимо подчеркнуть, что историк уделяет внимание жизни и деятельности ученых-естествознателей. Первые страницы статьи посвящены М.В. Ломоносову, который также являлся и историком. Г.В. Вернадский не обошел вниманием современников, в том числе упомянул о деятельности своего отца В.И. Вернадского.

Г.В. Вернадский. Возвышение науки в России 1700-1917

I. Восемнадцатое столетие

До 1700 г. [Г.В. Вернадский не учитывает создание Славяно-греко-латинской академии в 1687 г., которая

являлась важнейшим шагом в становлении научной мысли в России] российские школы совсем не были ориентированы на приобщение учащихся к науке. В восемнадцатом столетии благодаря реформам Петра Великого создаются более благоприятные условия для развития науки. Петр не только отправлял тысячи молодых русских за границу для занятий исследовательской деятельностью, но и создал непосредственно в России школы для обучения математике, медицине и другим наукам. Петр «короновал» свою образовательную программу в новой столице России Санкт-Петербурге, основав там Имперскую Академию наук как самое высокое научно-образовательное учреждение в России (1725). В этом учреждении главным советником Петра был немецкий философ и математик Лейбниц.

Ко времени организации Академии наук Россия еще не произвела достаточное количество компетентных ученых, чтобы укомплектовать это учреждение. Поэтому первые академики должны были быть приглашены с Запада, главным образом из Швейцарии и Германии. Для обучения будущих русских ученых была открыта Академическая гимназия.

В 1735 г. Академическая гимназия в поисках способных студентов присудила стипендии двенадцати лучшим студентам Славяно-греко-латинской академии. Одним из этих студентов, старшим по возрасту, чем другие члены группы, был Михаил Васильевич Ломоносов. Ломоносов родился на севере России в 1711 г. в семье крестьянина и дочери дьякона. Отец Ломоносова был рыбаком, как большинство крестьян на берегах Белого моря, и мастером по изготовлению лодок. С раннего возраста Михаил сопровождал своего отца в его путешествиях и получил особенно яркие впечатления от моря и северного сияния. Юному Ломоносову были присущи живой ум и неистощимая жажда знания. Еще в детстве он освоил чтение и письмо с помощью матери, которая умерла, когда мальчику было приблизительно десять лет. Впоследствии в течение нескольких лет Михаил мечтал о хорошей школе, и в 1730 г. он ушел из дома своего отца, присоединившись к рыбному обозу, который отправлялся в Москву.

Преодолев большие трудности, Михаил поступил в Славяно-греко-латинскую академию в Москве [в 1931 г.]. Будучи значительно старше других студентов, он был сначала встречен с насмешкой, но вскоре его блестящие способности вызвали уважение у учителей и сокурсников. Во время обучения Ломоносов получал большое удовольствие от курсов философии и латыни, которая тогда была общим языком образования и науки. Хорошо изучив латынь, Ломоносов тем самым подготовился к будущим научным исследованиям. 1 января 1736 г. он прибыл в Петербург и был зачислен в число академических студентов. Способности Ломоносова и рвение к наукам скоро были отмечены его учителями в Академии наук, и талантливого студента в 1736 г. послали в Германию, чтобы он мог продолжить свои исследования. Когда Ломоносов пять лет спустя вернулся в Санкт-Петербург, он уже был очень компетентным ученым, предпринявшим серьезные творческие исследования. В 1745 г. Ломоносов был назначен профессором Академии наук.

Следующие двадцать лет жизни Ломоносова, вплоть до его смерти в 1765 г., были заполнены науч-

ной работой, исследованиями огромного значения. Ломоносов - универсальный гений: главный интерес для него составляли химия и физика, но он также работал в области математики, астрономии, метеорологии, геологии, минералогии, металлургии, был одаренным поэтом, филологом, историком. Все его научные изыскания свидетельствовали о глубоком проникновении в сущность основных проблем науки и о новом подходе к этим проблемам. Ученому была особенно интересна структура вопроса, и его идеи, связанные с этим, как и с многим другим, опередили время, вследствие чего значимость исследований Ломоносова в полной мере оценена лишь намного позже.

Благодаря активной позиции М.В. Ломоносова в 1755 г. в Москве был учрежден первый российский университет [10. С. 37-39], что сыграло важную роль в развитии образования и науки в России. Благодаря созданию университета перед россиянами открылись большие возможности. Восемнадцать лет спустя в Санкт-Петербурге была открыта Школа горной промышленности (Gornyi Institut), в 1799 г. - Медицинско-хирургическая академия (позже переименована в Военную медицинскую академию, Voenno-Meditsinskaia Akademiia) [10. С. 40].

II. 1801-1860

В первой половине девятнадцатого века в России было создано несколько университетов и технических школ. В 1802 г. был основан Дерптский университет, в котором обучение проводилось на немецком языке до 1893 г., когда город Дерпт (Dorpat) был переименован в Юрьев (теперь Тарту в Эстонии). В 1804 г. были созданы еще три университета - в Казани, Харькове и Вильне. В последнем языком обучения был польский. Виль-нский университет был закрыт после польского восстания 1831 г., но был открыт российский университет в Киеве. В 1819 г. основан университет в Санкт-Петербурге, в 1828 г. открыл свои двери Технологический институт.

С течением времени все больше молодых людей -возможно, будущих ученых - заканчивали эти учебные заведения, и к 1860 г. в науке и технике были заняты исследованием и обучением квалифицированные кадры русских специалистов. Постепенно Академия наук сама должна была принять увеличивающееся число российских ученых, и, в конечном счете, этот научно-образовательный центр стал полностью «русифицирован».

Одним из первых выпускников Казанского университета был математик Николай Иванович Лобачевский (1792-1856), который в возрасте 21 года был назначен старшим преподавателем. Он добросовестно и успешно преподавал математику в alma mater, но душа Н.И. Лобачевского лежала не столько к преподаванию, сколько к смелому научному поиску в области математики, приведшему позже к созданию новой теоретической геометрии, которая должна была обогатить и даже вытеснить классическую геометрию Евклида. Только некоторые из современников Лобачевского смогли понять значение его идей. Среди тех немногих был немецкий математик Гаусс (1777-1855), который не

смел, однако, выражать публично свое одобрение геометрии Лобачевского. Высокая оценка Гаусса стала известна только после его смерти, когда была издана корреспонденция, благодаря чему и стал известным его интерес к ЬоЬасИеу-небесной теории. В 1867 г. два видных математика - француз и немец -положительно оценили геометрию Лобачевского. С тех пор идеи Лобачевского стали широко известны среди математиков во всем мире. В наше время его взгляды послужили основой для развития современного понятия пространства.

В обзоре невозможно упомянуть всех ученых мужей, которые оставили свой след в истории российской науки девятнадцатого столетия. Поэтому я должен ограничиться представленными краткими эскизами, чтобы показать преемственность в передаче знания от поколения к поколению и обогащение традиций в развитии российской науки... [10. С. 40-41].

III. 1861-1917

С освобождения крестьян в 1861 г. и других реформ императора Александра II в России началась новая эра, отмеченная быстрым продвижением во многих культурных областях, включая науку и образование. Тысячи молодых людей заполнили университетские городки и проявили большой энтузиазм в развитии культуры. Много новых университетов и технологических школ было открыто во второй половине девятнадцатого и в начале двадцатого века. Среди них Политехнический институт в Риге (1862; увеличенный в 1896), «Новороссийский» (Ыоуо-гоззшкп) - университет в Одессе (1865), Московская техническая школа (1868), университеты Томска (1888) и Саратова (1909), Харьковский технологический институт (1885), Киевский политехнический институт (1898) и Политехнический институт Петра Великого в Санкт-Петербурге (1902).

Совместное обучение в российских средних школах и колледжах, университетах и технических институтах было неизвестно до 1917 г. Для исправления этой ситуации было открыто несколько женских университетов (Высших женских курсов), старейшие из них - в Москве (1871) и Санкт-Петербурге (1878).

На этом фоне интеллектуального и материального развития может быть лучше всего понято ускорение в темпах российского культурного и научного прогресса. Много выдающихся российских ученых, родившихся в 1820-е и 1830-е годы, преподавали в различных университетах и специальных школах в 1860-х гг. Среди выдающихся представителей этого поколения - химики В.В. Марковников (1839-1904), А.П. Бородин и Д. А. Менделеев, физик А.Г. Столетов (1839-1896), металлург Д.К. Чернов (1839-1921), физиолог И.М. Сеченов (1829-1905), зоолог Н.А. Северцов (1827-1885), ботаники А.Н. Бекетов (1825-1902) и А.С. Фаминцын (1835-1917) и географ П.П. Семенов (1827-1914). Семенов в течение многих лет был секретарем, а затем и затем вице-президентом Российского географического общества. Одна из его замечательных географических экспедиций исследовала горную цепь Тянь-Шань в 1850-х гг., и позже он добавил «Тянь-Шань» к своей фамилии.

В области химии должны быть упомянуты двое из учеников Зинина: Бутлеров и Бородин.

Александр Михайлович Бутлеров (1828-1886) закончил Казанский университет в 1849 г., где он спустя девять лет стал профессором химии. В 1869 г. он был назначен профессором в Санкт-Петербургском университете. Бутлеров развивал идеи Ломоносова о структуре вопроса и в этом отношении может быть назван преемником Ломоносова, хотя он жил на почти столетие позже, чем Ломоносов. Школа российских органических химиков, которые росли под руководством Бутлерова, внесла много важных открытий в российскую науку. Один из его студентов, А.Э. Фаворский, был первым учителем химии П.Н. Ипатьева, относительно которого подробнее будет сказано позже. [10. С. 43-44].

Несколько выдающихся ученых, родившихся между 1841 и 1860 г., были все еще живы и активны в 1917 г. Особое место занимает следующее поколение великих ученых, родившихся между 1860 и 1880 г.: оно соединяло старую и новую Россию и гарантировало продолжение научных традиций в России. Профессиональная карьера этих ученых началась только незадолго до революции. Среди ученых этого поколения и Н.А. Вавилов (1887-1942). У молодого поколения -родившихся в 1890-х гг. - было время только на то, чтобы закончить обучение до 1917 г.

К поколению российских ученых, родившихся в 1860-х и 1870-е гг., принадлежали, среди многих других, В. А. Стеклов (математика); Н.Э. Жуковский (теория авиации); С.А. Чаплыгин (механика авиации); Н.С. Курнаков, А.Э. Фаворский, Н.Д. Зелинский, С.В. Лебедев и П.Н. Ипатьев (химия); П.П. Лазарев и П.Н. Лебедев (физика); А.Н. Северцов и Л.С. Берг (зоология); В.Л. Омелянский и С.Н. Виноградский (микробиология); В. Л. Комаров (ботаника); В.К Агафонова, Н.А. Андрусова и В.А. Обручев (геология); В.И. Вернадский (минералогия и кристаллография); А. А. Байков (металлургия) и А.Н. Краснов (география).

Так как информация об этих ученых более доступна, я буду довольствоваться краткими комментариями.

Химик Алексей Евграфович Фаворский (1860-1945) учился в Санкт-Петербургском университете под руководством Бутлерова и Менделеева, где был позже, в 1896 г., назначен профессором химии. Он был одним из пионеров в химии невлажных органических соединений. В своих исследованиях он следовал традициям Марковникова и Бутлерова. Его ученик, Сергей Васильевич Лебедев (1874-1934), был преподавателем химии в Военной медицинской академии и, как и его учитель, продолжал традиции Бутлерова.

Николай Дмитриевич Зелинский (1861-1953) был выпускником Новороссийского университета (Одесса) и впоследствии работал в течение двух лет в химической лаборатории в университете Геттингена в Германии. Он возвратился в Одессу в 1888 г. и стал там приват-доцентом. В 1893 г. был назначен преподавателем органической и аналитической химии Московского университета и в 1911 г., вместе со многими из коллег, он оставил [должность] в знак протеста против нарушения университетской автономии министром образования Л.А. Кассо. Как это было в случае с Менделеевым, министр финансов был рад воспользоваться от-

сутствием министра Просвящения, министр финансов назначил Зелинского директором центральной лаборатории в Министерстве финансов. В 1917 г. Зелинский возвратился в Московский университет, где его научная деятельность отличалась насыщенностью и разнообразием. ...Среди многочисленных учеников Зелинского А.Н. Несмеянов, С.С. Наметкин, В.В. Челинцев и Л.А. Чугаев... [10. С. 48-50].

1911 г. - черный год в истории Московского университета - Лебедев, Зелинский и много других преподавателей ушли из университета. Физико-химическое общество Леденцова тогда оборудовало специальную небольшую лабораторию для Лебедева, чтобы позволить ему продолжить эксперименты, но он умер от остановки сердца в марте 1912 г.

Минералог Владимир Иванович Вернадский (18631945) окончил Санкт-Петербургский университет в 1885 г., где ему преподавали такие видные ученые, как Менделеев и Докучаев. В 1892 г. он был назначен преподавателем минералогии в Московском университете. В 1909 г. Вернадский был избран членом Академии наук, но он сохранил свое место в Московском университете до 1911 г., когда ушел в отставку вместе с Зелинским и Лебедевым. Впоследствии Вернадский переезжает в Санкт-Петербург, чтобы принять активное участие в работе Академии наук. В его подходе к минералогии (и в преподавании, и в исследовании) Вернадский обратил особое внимание на химическую структуру полезных ископае-

мых и на распространение химических элементов в земной коре. Позже он заинтересовался радием и радиоактивными элементами. Благодаря этому направлению исследований Вернадский стал одним из создателей новой науки - геохимии. В ходе изучения роли организмов («живой материи») Вернадский развил еще более широкое понятие - «биогеохимия». В школе минералогов и биогеохимиков, которые были студентами Вернадского, -Я.В. Самойлов, А.Э. Ферсман, В.Г. Хлопин и А.П. Виноградов и другие.

При рассмотрении развития науки в России становится очевидным, что хотя начальный темп развития был медленным, после 1860-х гг. приобретается устойчивое ускорение. В течение двух десятилетий, что предшествовали революции 1917 г., Россия уже заняла свое место в качестве вполне оперившегося члена международного научного сообщества [10. С. 51-52].

Статья Г. В. Вернадского представляет краткий очерк становления российской науки и должна вызвать интерес специалистов по истории науки и техники в России, поскольку концептуально показывает российскую науку частью европейской.

Эмигрантская историческая мысль еще недостаточно полно возвращена в общий контекст отечественной историографии.

Публикуя настоящий перевод статьи Г.В. Вернадского, автор рассчитывает внести свой вклад в это необходимое для российской исторической науки дело.

ЛИТЕРАТУРА

1. Рыбаков С.В. Историк-евразиец Георгий Вернадский // Вопросы истории. 2006. № 11. С. 152-165.

2. Болохвитинов НН. Русские ученые-эмигранты (Г.В. Вернадский, М.М. Карпович, М.Т. Флоринский) и становление русистики в США. М. :

Российская политическая энциклопедия, 2005. 142 с.

3. Вернадский Г В. Начертание русской истории: учебное пособие для вузов. СПб. : ЛЕАН, 2000. 318 с.

4. Савицкий ПН. Степь и оседлость // Классика Геополитики XX век. М. : АСТ, 2003. С. 688-700.

5. Савицкий ПН. Географические особенности России. Ч. I: Растительность и почвы. Прага : Евразийское книгоиздательство, 1927. 180 с.

6. Вернадский Г В. Московское царство. Тверь : ЛЕАН ; Москва : АГРАФ, 1997. Ч. 2. 416 с.

7. Вернадский Г В. Опыт истории Евразии. Звенья русской культуры. М. : КМК, 2005. 339 с.

8. Вернадский Г В. Русская история : учеб. М. : АГРАФ, 2001. 544 с.

9. Могильницкий Б.Г. История исторической мысли XX века : курс лекций. Вып. 1: Кризис историзма. Томск : Изд-во Том. ун-та, 2001. С. 123-

127.

10. Вернадский Г.В. Возвышение науки в России 1700-1917 // Russian Review. 1969. Вып. 28, № 1. С. 37-52.

Статья представлена научной редакцией «История» 24 июня 2012 г.