Участие региональных и муниципальных депутатов в выборах законодательных собраний субъектов РФ

УДК-324:353

УЧАСТИЕ РЕГИОНАЛЬНЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ ДЕПУТАТОВ В ВЫБОРАХ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫХ СОБРАНИЙ СУБЪЕКТОВ РФ

М. В. Григорьева

Данная статья посвящена проблеме инкумбентства, являющейся одной из ключевых в вопросе формирования различных органов власти, но недостаточно разработанной в России, особенно, если речь идет не о федеральных органах власти. Проблема преимуществ инкумбентства интегрируется в рамки сравнительного кроссрегионального анализа. Инкумбентство рассматривается в свете проблемы многоуровневых выборов, и автор демонстрирует, каким образом преимущества инкумбентов органов власти одного уровня конвертируются на выборах органов власти другого. Исследование показывает, как на участие и прохождение в представительные органы власти инкумбентов влияют те или иные изменения в избирательной системе и повышение роли политических партий на региональной арене.

Ключевые слова: инкумбентство, выборы, предвыборные стратегии, региональные парламенты, избирательная реформа, партийное выдвижение кандидатов

Данная статья посвящена таким важным вопросам политической жизни, как инкумбентство и участие в выборах инкумбентов, то есть политиков, которые на момент проведения избирательных кампаний занимают тот пост, на который вновь претендуют в ходе очередных выборов. В статье рассматриваются выборы в законодательные собрания субъектов Российской Федерации и участие в них региональных и муниципальных депутатов. Также рассматривается влияние на участие в региональных выборах данных депутатов изменений, связанных с принятием в 2001 году федерального закона «О политических партиях» и принятием в 2002 году новой редакции федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», потребовавшего от региональных парламентов перехода к смешанной — мажоритарно-пропорциональной — системе выборов.

Изучение региональных и муниципальных представительных органов власти становится особенно важным, поскольку упразднение одномандатных округов на выборах в Государственную Думу, усиление роли общероссийских политических партий в регионах и отмена принципа выборности губернаторов населением привели к тому, что настоящая конкурентная политическая борьба сохранилась теперь только на выборах в региональные и муниципальные легислатуры. Только в этих случаях избиратели могут оказывать непосредственное влияние на формирование персонального состава выборных органов власти.

Существующие исследования, посвященные инкумбентству, сосредоточены в первую очередь на центральных государственных органах власти. Гораздо реже они затрагивают более низкие уровни власти. Кроме того, в подавляющем

большинстве случаев речь идет о политиках, стремящихся вновь переизбраться на ту же должность. Однако в России, где у депутатов есть возможность, сохраняя свой мандат, участвовать в различных выборах, создается перспектива изучения и сопоставления преимуществ инкумбентов, стремящихся переизбраться на новый срок, и участвующих в этих же выборах инкумбентов иных органов власти.

Таким образом, в данном исследовании, проведенном на эмпирическом материале российских региональных и муниципальных выборов, рассматривается ряд малоизученных и теоретически неразработанных аспектов. Во-первых, проблема преимуществ инкумбентства интегрируется в рамки сравнительного кросс-регионального анализа. Во-вторых, инкумбентство рассматривается в свете проблемы выборов в органы власти различного уровня (в данном случае муниципального и регионального). В-третьих, демонстрируется, каким образом преимущества инкумбентов органов власти одного уровня конвертируются на выборах органов власти другого. И, в-четвертых, анализируется, как на участие и прохождение в представительные органы власти инкумбентов влияют те или иные изменения в системе выборов. В статье также рассматривается ряд вопросов, связанных с проблемой инкумбентства: наличие преимуществ у инкумбентов перед другими кандидатами; зависимость успеха инкумбентов от способа выдвижения кандидатов на очередных выборах; изменение электоральных предпочтений избирателей в зависимости от уровня выборов; взаимодействие региональных и муниципальных инкумбентов с политическими партиями; зависимость успеха региональных и муниципальных инкумбентов от партийного выдвижения1.

Теоретические основания исследования

Роль инкумбентства на электоральной арене. Выделяются два основных подхода к объяснению электоральных преимуществ у инкумбентов. Во-первых, они связываются с деятельностью самого инкумбента, непосредственно направленной на свое повторное избрание. Располагая определенными политическими и экономическими ресурсами и возможностями, которые отсутствуют у других кандидатов, он должен определенным образом их задействовать. Ресурсы инкумбента — это априорно высокий общественный статус и наличие властных полномочий, позволяющих оказывать влияние на политическую жизнь, использование поддержки со стороны местных элит и, главное, деятельность инкум-бента на его посту, направленная на удовлетворение тех или иных потребностей избирателей (constituency service)2. Чем больше электорат, о котором конкретный политический деятель имеет возможность «позаботиться», тем больше становится его клиентела и тем больше у него преимуществ на очередных выборах перед конкурентами.

1 Источниками данных для исследования были: База данных «Российская электоральная статистика» (Межрегиональная Электоральная Сеть Поддержки) — http://db.irena.org.ru/; Центральная Избирательная Комиссия Российской Федерации — http://www.cikrf.ru/

2 Romero D. W What They Do Does Matter: Incumbent Resource Allocations and the Individual House Vote // Political Behavior. 2006. Vol. 28. Р 241-258.

Что касается второго подхода, то в его рамках преимущества инкумбента связываются с поведением избирателей и их электоральными предпочтениями. Кандидат-инкумбент в сознании избирателей воспринимается как более сильный и компетентный, по сравнению с другими кандидатами. На руку инкум-бенту играет и просто стабильное положение дел в его регионе, даже если это и не его заслуга3. На пользу инкумбенту работает и такое явление, как прези-денциализация (presidentialization) политики4, особенно ярко проявляющее себя в тех странах, где еще не сложилась устойчивая партийная система. На уровне электоральной политики оно заключается в том, что первостепенное значение приобретает личность самого кандидата, а не политическая программа партии, которую он представляет. Сами партии ищут возможность привлечь на свою сторону известных в конкретном округе политиков, чтобы увеличить таким образом свои шансы на представительство, особенно если речь идет о малых партиях. Это верно и для России, где в регионах вплоть до избирательной реформы спрос на партии среди региональных политиков был низким, поскольку партийная принадлежность не играла большой роли в их электоральном успехе5. Но и крупные партии заинтересованы в инкумбентах не меньше. Например, доминирующая на сегодняшний день партия «Единая Россия» хорошо освоила технику «вербовки» сильных кандидатов в округах и успешно применяет ее на выборах в региональные парламенты6.

Региональные выборы, проведенные по смешанной системе, предоставляют дополнительную возможность для исследования роли инкумбентства в электоральном успехе кандидатов. Имея возможность проголосовать дважды (отдельно за партийный список и за конкретного кандидата), избиратель, голосуя за одну партию, может выбрать кандидата, выдвинутого другой, либо самовыдвиженца. При таком раздельном голосовании процент голосов кандидата в округе и процент голосов, полученных в том же округе его партией, будут различаться. Этот показатель получил название «индекс разрыва голосов» (если партия получила в округе больше голосов, чем выдвинутый ею кандидат, то данный индекс имеет положительное значение, если меньше — отрицательное)7. Данный показатель дает возможность оценить, какие факторы оказали наибольшее влияние на исход выборов и являются более значимыми на современной региональной электоральной арене: собственные ресурсы инкумбента или ресурсы выдвинувшей его партии.

Выборы в органы власти различного уровня. Партия или кандидат, которые имели широкую поддержку на одних выборах, на выборах в орган власти другого

3 Enelow J. M., Hinich M. J. The spatial theory of voting: an introduction. Cambridge [Cambridgeshire]; New York: Cambridge University Press, 1984.

4 Poguntke T The Presidentialization of Parliamentary Democracies: A Contradiction in Terms? Paper presented at the 28th Joint Sessions of workshops of the ECPR, 2000.

5 Голосов Г. В. Российская партийная система и региональная политика, 1993—2003. СПб.: Изд-во Ев-роп. ун-та в Санкт-Петербурге, 2006.

6 Медведев Ю. С. Партийное выдвижение кандидатов в одномандатных округах на выборах в российские региональные законодательные собрания // Полис. 2006. № 3. С. 91—105.

7 Bawn K. Voter Responses to Electoral Complexity: Ticket Splitting, Rational Voters and Representation in the Federal Republic of Germany // British Journal of Political Science. 1999. Vol. 29. № 3. Р 487—505.

уровня могут не получить аналогичной поддержки от тех же избирателей. Существует два основных подхода к проблеме различного поведения избирателей на выборах разного уровня8. Как считают сторонники первого подхода, электорат может стремиться к тому, чтобы «сбалансировать» политическое представительство различных сил в различных органах государственной власти. Сторонники второго подхода считают, что поведение избирателей напрямую зависит от уровня органа власти в системе государственного устройства. Чем ближе выборный орган власти находится к избирателю, тем меньшее значение для избирателя имеет политическая идеология. И наоборот, чем выше уровень власти, тем больше при голосовании человек будет руководствоваться своими общими политическими представлениями и предпочтениями. Можно сказать, что на выборах в более низкие по уровню органы представительной власти избиратель будет рассматривать в первую очередь личности кандидатов либо конкретные социально-экономические программы, а на выборах в более высокие по уровню органы власти — общую партийную идеологию.

В рамках данного исследования оправданным можно считать именно второй подход, поскольку предположение о наличии у российского избирателя электоральных стратегий, подразумеваемых сторонниками первого подхода, представляется малооправданным.

Кроме того, во многих рассматриваемых в настоящем исследовании регионах при переходе от мажоритарных к мажоритарно-пропорциональным системам численность региональных законодательных собраний осталась неизменной. Это означало сокращение количества одномандатных избирательных округов в данных регионах вдвое, а следовательно, территориальное увеличение самих округов. При таком значительном увеличении количества избирателей, избирающих одного депутата, может иметь место тот же эффект, что и на выборах различного уровня, несмотря на то, что речь идет об одном и том же органе власти. Личность кандидата и его практические программы становятся менее известны рядовому избирателю. Следовательно, партийная принадлежность кандидата будет играть для избирателя более значительную, нежели прежде, роль.

Описание выборки

Исследование хронологически ограничено 2009 годом. Такой рубеж определен в связи с тем, что именно эти временные рамки позволяют рассмотреть заявленную тему наиболее всесторонне. В большинстве субъектов РФ к этому времени выборы в региональные законодательные собрания по новым правилам успели пройти всего лишь один раз, что и позволит изучить эффекты, вызванные изменением электоральных условий. А регионы, которые провели выборы по новой схеме уже дважды, позволят рассмотреть деятельность инкумбентов в условиях стабильной избирательной системы. В данной работе рассматривается участие региональных и муниципальных инкумбентов различных субъ-

8 Carrubba C., Timpone R. J. Explaining Vote Switching Across First- and Second-Order Elections: Evidence from Europe // Comparative Political Studies. 2005. Vol. 38. P. 260—281.

ектов РФ в последних на 2009 год региональных выборах. Это вторая половина 2000-х годов, когда расстановка политических сил на федеральном уровне и по стране в целом находилась в относительно стабильном состоянии и электоральные предпочтения населения являлись достаточно устойчивыми. Поэтому рассматриваемые процессы дополнительно не осложняются выходящими за рамки исследования факторами, которые способны были бы в значительной степени изменить общую картину в отдельных субъектах РФ.

Необходимость гомогенизировать исследовательское поле не позволила включить в рассмотрение все субъекты Российской Федерации. В исследование попали регионы, отвечающие ряду условий. Это регионы, имеющие одинаковый конституционно-правовой статус в федеративном устройстве (края и области) и не претерпевшие территориальных изменений. Исключены субъекты, в которых отсутствует типичная «иерархия» местных и региональных органов власти (Ленинградская и Московская области), а также субъекты с двухпалатным парламентом.

Исходя из хронологических рамок, в рассмотрение принимались субъекты, где последние на 2009 год региональные выборы проводились по смешанной мажоритарно-пропорциональной системе, а предшествующие им составы региональных парламентов должны были быть избраны либо по той же самой смешанной системе, либо полностью в округах по системам большинства.

В качестве муниципальных инкумбентов в исследовании рассматриваются только депутаты представительных органов власти городов — административных центров регионов РФ. Поэтому в рассмотрение были приняты только те субъекты, представительные органы административных центров которых формируются по мажоритарным системам.

Для проведения исследования было необходимо наличие определенной последовательности региональных и муниципальных электоральных событий в рассматриваемых субъектах РФ. Выборы в региональные и местные (административных центров) представительные органы власти должны были проходить в разное время. Таким образом, муниципальный депутат имел возможность, сохраняя за собой депутатское кресло, выставить свою кандидатуру на выборах в региональное законодательное собрание.

Таким образом, в рассмотрение попали двадцать шесть субъектов Российской Федерации, которыми представлены все семь Федеральных округов.

Данные субъекты РФ нами разделяются на три группы. К первой группе отнесены те регионы, где региональные выборы по мажоритарно-пропорциональной системе в рассматриваемый промежуток времени прошли дважды, и условия проведения выборов одного состава существенно не отличались от условий проведение выборов другого, численность органа не изменялась. К данной группе относятся восемь регионов: Алтайский край, Архангельская, Владимирская, Волгоградская, Ивановская, Сахалинская, Ульяновская и Ярославская области.

Во вторую группу включены субъекты, в которых дореформенные региональные выборы проводились по окружной мажоритарной системе, а в ходе реформы численность данных региональных парламентов изменилась в сторону

увеличения. Ко второй группе также относятся восемь регионов: Астраханская, Липецкая, Новосибирская, Мурманская, Ростовская, Самарская, Челябинская области и Ставропольский край.

В третьей группе находятся регионы, в которых переход от мажоритарной к смешанной системе произошел только в ходе последних, на 2009 год, выборов, при этом численность представительных органов осталась прежней. К данной группе относятся десять субъектов. Это Кемеровская, Новгородская, Оренбургская, Орловская, Пензенская, Рязанская, Смоленская и Тамбовская области, Краснодарский и Хабаровский край.

Такое деление на группы позволит проанализировать влияние на степень участия и успеха, выбор стратегий региональными и муниципальными инкум-бентами таких факторов, как изменение избирательной системы и изменение численного состава представительных органов власти.

В качестве инкумбентов конкретного органа власти рассматриваются те лица, которые были избраны депутатами соответствующего органа и вели депутатскую деятельность в течение какого-либо периода времени. Инкумбенты, которые на очередных выборах выдвигались по партийным спискам и могли, согласно месту в списке, попасть в новый состав законодательного органа, но по тем или иным причинам не вошли в него, считаются непереизбранными. Учитывается лишь то партийное выдвижение, которое является официально зафиксированным. Поскольку законодательные собрания субъектов отличаются, и довольно значительно, по своей численности, все основные показатели будут представлены в процентах.

Инкумбенты региональных законодательных собраний

В Таблице 1 представлены общие сведения, касающиеся участия и переизбрания региональных депутатов-инкумбентов в очередных региональных выборах. Касательно регионов второй группы следует отметить, что целесообразным было основные расчеты выполнить, используя процентные показатели относительно численности парламента предыдущего созыва.

Все средние процентные показатели во всех трех группах регионов оказались достаточно схожими между собой. Различия в избирательных системах и изменения, которые они претерпели, не сказались существенным образом ни на числе депутатов, стремящихся к переизбранию, ни на доле их электоральных успехов. В среднем около 70% депутатов стремятся к переизбранию и приблизительно 70%, от числа участвующих, удается это сделать. А во вновь избранном составе регионального парламента инкумбенты занимают около половины мест.

Высокий процент успеха инкумбентов во всех субъектах с очевидностью подтверждает наличие у них больших электоральных преимуществ по сравнению со всеми прочими кандидатами. А сопоставление между собой показателей в разных регионах показывает, что эти преимущества к настоящему моменту сформировались на примерно одинаковом уровне.

Таблица 1. Общие сведения об участии региональных инкумбентов в выборах в региональные законодательные собрания

Количество инкумбентов, участвующих в выборах Количество переизбранных

% % от числа регионального собрания % от числа участвующих

1 группа

Средний показатель | 69 | 46 1 67

2 группа

От прежнего состава От нового состава

Средний показатель 72 51 33 71

3 группа

Средний показатель 67 50 76

Общий средний показатель 69 49 71

Но, несмотря на схожесть общегрупповых показателей, существуют различия между группами и между регионами внутри отдельных групп. Самой «монолитной» оказалась первая группа субъектов. В ней разброс показателей между отдельными регионами наименьший. Интервал между наименьшим процентом участия в рассматриваемых выборах инкумбентов прежнего состава законодательного собрания и наибольшим составляет 14%. Разница в долях числа инкумбентов в составе регионального парламента нового созыва — 17%. А разница в показателях успеха участвующих в выборах инкумбентов — 21%. Для второй группы субъектов разрыв в тех же показателях составляет 33% (процент участия), 15% (процент в новом составе парламента; от прежней численности) и 28% (от новой численности), 31% (процент успеха). Для третьей группы (в той же последовательности) — 71%, 55%, 45%.

Очевидно, что сохранение правил избирательной «игры» обеспечивает прогнозируемые результаты, схожие между различными субъектами, что подтверждает тезис о схожем уровне инкумбентских преимуществ. Изменение же избирательной системы зачастую дает неожиданные показатели. Особенно ярко это продемонстрировали регионы третьей группы. Именно здесь наблюдались все самые низкие и самые высокие показатели из всех рассматриваемых в данном исследовании субъектов. Конечно, свою роль в таких показателях сыграла политическая ситуация в данных регионах. Но изменения в избирательном законодательстве имели немаловажное значение. Среди регионов второй группы, где увеличение численности регионального парламента оставляло депутатам больший простор для маневров в сложной политической ситуации, таких резких отклонений не наблюдается.

Показатели, касающиеся того, избирались ли инкумбенты в одномандатных округах либо по партийным спискам, существенно различаются между группами регионов. В среднем 74% от числа участвующих выставили свои кандидатуры

в округах, 48% участвующих оказалось в партийных списках. В округах удача способствует инкумбентам чаще, чем в получении места в партийном списке, достаточно высокого для прохождения в состав парламента. В округах успешно выступило 64% депутатов из выставивших кандидатуры в округах (46% от общего числа участвующих в выборах), по партийным спискам в региональные ассамблеи прошло 52% (25% от общего числа участвующих). Однако, если рассматривать группы регионов по отдельности, то в каждой из них ситуация значительно отличается от двух других.

В законодательных собраниях регионов первой группы, где и на предшествующих выборах половина депутатов была избрана по партийным спискам, 55% кандидатов-инкумбентов оказалось в списках политических партий (64% выставили свои кандидатуры в округах). И успешные результаты инкумбентов на очередных выборах оказались аналогичны результатам предшествующих выборов: почти половина из переизбранных депутатов была избрана в одномандатных округах, а другая половина по спискам политических партий (36% и 31% от общего числа участвующих в выборах). Кроме того, выдвижение кандидатов-инкумбентов по той или иной избирательной системе в большинстве случаев совпадало с их предшествующим выдвижением. Одномандатники выставляли свои кандидатуры в прежних своих округах.

Однако и в этой группе большая часть инкумбентов, участвующих в очередных выборах, выставила свои кандидатуры в округах, в том числе и депутаты, ранее избранные по партийным спискам. Желание получить место в парламенте благодаря индивидуальной победе в округе у депутатов, ранее прошедших в парламент по партийному списку, вполне понятно. Однако сделать это удалось лишь отдельным единицам. Это свидетельствует об отсутствии у данных кандидатов-инкумбентов в полной мере тех преимуществ, которыми обладали их коллеги, изначально получившие свои места в округах.

Во второй группе, где ранее все депутаты избирались в округах, вновь быть избранными по мажоритарной системе захотело 90% всех участвующих в выборах, что значительно выше аналогичного показателя в двух других группах. Кандидаты, выдвинутые партиями, во многих случаях даже не были «подстрахованы» включением в список своей партии. В списки партий было включено в среднем 37% участвующих в выборах депутатов, в то время как в двух других группах — более половины. Таким образом, большинством инкумбентов в регионах второй группы был задействован такой фактор электорального успеха, как «забота об избирателях» (constituency service). Они также выдвигалось в тех же округах (либо тех, которые по составу населения максимально соответствовали прежним, если система округов претерпевала изменения), что и на предшествующих выборах.

Эти показатели участия региональных инкумбентов законодательных собраний регионов первой и второй групп свидетельствуют о том, что политик будет в полной мере обладать преимуществами инкумбента, если он не станет менять тактику избрания на очередных выборах. Инкумбент, выдвигающий свою кандидатуру в одномандатном округе, но прежде избранный в другом округе либо

по партийному списку, не может гарантировать себе высокую поддержку со стороны избирателей, для которых он будет являться малознакомым кандидатом. Чтобы убедиться в этом, следует взглянуть на Таблицу 2. В ней представлены регионы первой и второй групп, в которых схема избирательных округов в рассматриваемых выборах осталась такой, какой была предыдущих.

Таблица 2. Сведения о стратегии выдвижения и успехе инкумбентов в одномандатных округах

Выдвигалось в округах Избрано в округах Меняло тактику Не избрано в округах Меняло тактику

Чел. Чел. Чел. 1 % Чел. Чел. 1 %

1 группа

Алтайский край 36 21 4 19 15 6 40

Архангельская область 23 12 1 8 11 6 55

Владимирская область 18 8 4 50 10 3 30

Волгоградская область 15 8 0 0 7 4 57

Ивановская область 20 15 1 7 5 1 20

Ярославская область 26 12 3 25 14 7 50

Средний показатель 18 42

2 группа

Астраханская область 25 15 0 0 10 0 0

Новосибирская область 37 25 0 0 12 0 0

Самарская область 14 9 1 11 5 2 40

Ставропольский край 14 10 0 0 4 0 0

Средний показатель 3 10

Общий средний показатель 11 26

Ясно видно, что среди успешных кандидатов тех, кто на выборах искал поддержки у нового электората, крайне мало. Зато среди «неудачников» они составляют зачастую больше половины. Стоит отметить, что удача реже сопутствовала тем, кто менял пропорциональную систему на мажоритарную, чем тем, кто просто сменил свой округ. Поскольку первые знакомы избирателям меньше, чем вторые, а также не располагают теми ресурсами, которыми обладают их соперники-одномандатники.

Что касается третьей группы, то исходя из того факта, что к переизбранию стремятся более половины инкумбентов, а количество округов сокращается

вдвое, очевидно, что при самой благоприятной для инкумбентов ситуации, округов на всех не хватит. Это обстоятельство, определенно, и заставило ин-кумбентов в этих регионах более активно искать себе места в партийных списках, чем это делали инкумбенты в регионах второй группы. Около половины кандидатов, как и в первой группе, получили места в партийных списках (52%), но избрано по ним было больше депутатов, чем в первой группе — 64% от числа депутатов в партийных списках (в первой группе — 56%). Да и в округах кандидаты в регионах третьей группы выступили несколько успешнее (67% участвующих выставили кандидатуры в округах и 44% участвующих прошли в парламент по мажоритарной системе). Это можно объяснить тем, что в ужесточившихся условиях конкуренции меньше соперников смогло противостоять региональным депутатам. В остальном, поведение инкумбентов данной группы и факторы, определяющие их успех, аналогичны наблюдаемым в двух других группах.

Есть еще одно различие между группами. В первой и третьей группах регионов мы наблюдаем субъекты РФ, где количество инкумбентов, попавших в партийные списки, превышает количество депутатов, выставивших свои кандидатуры в одномандатных округах. Но в первой группе — это те регионы, в которых на момент выборов наблюдалось определенное противостояние между различными региональными политическими силами. А в третьей группе — те регионы, где ситуация была стабильной, а вся региональная власть была сосредоточена в руках одной группы. Это можно объяснить тем, что в ситуации стабильной избирательной системы противоборствующие силы активней стремились привлечь в свои ряды сильных политических игроков. А в ситуации резко ужесточившихся для кандидатов правил избрания доминирующая сила в регионе поддерживала своих сторонников, обеспечивая им включение в избирательный список лидирующей партии, с которой была тесно связана.

Общий вывод заключается в том, что участие инкумбентов в очередных выборах и общие показатели их успеха оказались в значительной степени независимыми от изменений избирательных систем, но эти изменения оказали значительное влияние на то, какие пути переизбрания использовались канди-датами-инкумбентами.

Инкумбенты городских представительных органов

Инкумбенты городских представительных органов власти демонстрируют гораздо более низкий уровень успешности в сравнении с региональными, что объясняется наличием у них менее значительных ресурсов.

Наиболее неудачно выступили муниципальные депутаты в регионах третьей группы, и это вполне ожидаемо, поскольку именно в этих регионах конкуренция обострилась. Средний показатель процента участия муниципальных депутатов в региональных выборах меньше, чем в двух других группах. А средний показатель прохождения в законодательное собрание субъекта меньше в два раза.

Неожиданным оказалось то, что наиболее успешно муниципальные депутаты выступили в регионах первой группы. Логичное предположение о том,

Таблица 3. Общие сведения об участии депутатов представительных органов местного самоуправления в выборах в региональные законодательные собрания

Принимало участие в региональных выборах Избрано в региональный парламент

%, от числа городского собрания %,от числа регионального собрания %, отчисла городского собрания %, отчисла регионального собрания %, отчисла участвующих

1 группа

Средний показатель 21 13 9 6 58

2 группа П Н П Н

Средний показатель 27 31 17 8 9 5 34

3 группа

Средний показатель 17 11 7 3 35

Общий средний показатель 22 18 8 6 42

1 Во второй группе от числа прежнего и нового состава.

что значительное увеличение численности парламента и трансформация избирательной системы должны способствовать рекрутированию большего количества политиков из числа депутатов ближайшего по уровню органа власти и что лидировать должны муниципальные депутаты второй группы, — оказалось неверным. Изменение избирательной системы и увеличение численности региональной ассамблеи способствовали лишь более активному, чем в других группах, участию городских депутатов в региональных выборах субъектов РФ второй группы. Но качественный результат такого участия оказался выше в первой группе.

Эти показатели позволяют сделать вывод, что, аналогично ситуации с региональными депутатами, инкумбентские преимущества муниципальных депутатов к настоящему моменту во всех российских субъектах сформировались на примерно одинаковом уровне, как в целом, так и по отношению к инкумбен-там более высокого уровня. А ранее сформированные и уже знакомые правила игры позволяют более успешно к ним приспособиться и, следовательно, более успешно выступить.

Случаи абсолютного успеха или абсолютного поражения муниципальных депутатов объясняются политической ситуацией в регионах. Муниципальные инкумбенты выступили успешно в тех регионах, где в период проведения выборов имела место ситуация противостояния различных сил регионального уровня. Таким образом, продвижению политика на более высокий уровень способствуют не столько те или иные характеристики избирательной системы, сколько нестабильная ситуация на данном уровне власти. Ситуация стабильности, когда власть сосредоточена в одном центре, а позиции различных политических акторов определены и устойчивы, такому прохождению препятствует.

Что касается выдвижения муниципальными инкумбентами своих кандидатур по той или иной избирательной системе, то общие средние показатели свидетельствуют о том, что городские депутаты, как и депутаты региональных законодательных собраний, в большей степени стремятся быть избранными в округах, нежели по спискам политических партий (в среднем 63% и 50% от общего числа участвующих). Исключением здесь является третья группа, где почти во всех регионах только половина либо меньшая доля участвующих в выборах городских депутатов выставили свои кандидатуры в округах (в среднем 48% в округах и 66% в партийных списках от общего числа участвующих). Это объясняется достаточно небольшой вероятностью отвоевать округ у регионального инкумбента или другого сильного политика регионального уровня. Поэтому большая часть городских депутатов постаралась получить места в списках политических партий.

Но даже в регионах третьей группы муниципальные инкумбенты, как и региональные, успешнее выступили именно в округах. Эти показатели вновь подтверждают то, что для достижения успеха инкумбент должен использовать стратегии переизбрания, максимально соответствующие имеющимся у него ин-кумбентским ресурсам.

Это подтверждается и тем, что в устоявшихся избирательных системах (первая группа) подавляющее большинство (100% в половине регионов) муниципальных инкумбентов выставили свои кандидатуры в округах. То есть реализовывали знакомые им стратегии избрания, используя собственные ресурсы в полной мере. И в среднем были успешны более чем в пятидесяти процентах случаев (57% от числа выставивших кандидатуры в округах) — показатель, аналогичный результату региональных инкумбентов.

Сопоставление результатов участия региональных и муниципальных инкумбентов

Если обратиться к количеству голосов избирателей, которые получают победившие в округах кандидаты, то в среднем по всем рассматриваемым субъектам РФ региональные инкумбенты получают 52% голосов, кандидаты не-инкумбенты — 46%, а муниципальные инкумбенты — 40%. Таким образом, победа муниципальных инкумбентов в округах выглядит менее убедительной, чем у двух других категорий кандидатов. А бесспорными лидерами региональной политической арены являются региональные инкумбенты.

Но и на их успехе отразились общие для всей страны и для всех участников выборов тенденции, касающиеся роли политических партий9. Наибольший средний процент в округах получали депутаты, выдвинутые партией «Единая Россия» (региональные инкумбенты — 53% голосов, муниципальные — 48%, не-инкумбенты — 49%). Интересно то, что средние проценты самовыдвиженцев оказались выше (региональные инкумбенты — 43%, муниципальные — 38%, не-инкумбенты — 39%), чем у кандидатов, выдвинутых малыми партиями (региональные инкумбенты — 40%, муниципальные — 31%, неинкумбенты — 33%).

9 Значительное преимущество «Единой России» позволяет объединить все прочие партии в одну категорию.

Это подтверждает сложное положение в регионах всех партий, кроме «Единой России». Борьба против их кандидатов ведется более жесткая, чем против независимых кандидатов, тем боле «независимость» последних нередко имеет формальный характер.

Рассматривая данный показатель, можно увидеть и другой эффект, отразившийся, в том числе, и на региональных инкумбентах. Сокращение числа одномандатных округов в законодательных собраниях регионов третьей группы не только увеличило конкуренцию в каждом отдельном округе, но и объективно снизило шансы на успех кандидатов от малых партий. В регионах третьей группы кандидаты в округах показали следующие результаты: канди-даты-единороссы — 54% голосов избирателей (региональные инкумбенты), 51% (муниципальные инкумбенты), 52% (неинкумбенты); кандидаты от других партий — 40%, 31% и 33% соответственно. То есть для «Единой России» показатель в третьей группе выше среднего, а для других партий — ниже. Таким образом, здесь наблюдается эффект, схожий с эффектом при выборах в органы власти различного уровня. Учитывая доминирующее положение «Единой России», представители других политических сил оказались в наименее выгодных условиях именно в регионах третьей группы, где кандидаты в значительной мере отдалились от своих избирателей и большее значение приобрела партийная принадлежность.

В трех регионах этой группы в округах не одержал победу никто, кроме выдвиженцев партии власти. В целом же прохождение в региональный парламент по мажоритарной системе неединороссов в субъектах третьей группы наблюдается лишь в 42% случаев, против 50% и 55% в первой и второй группах. Это обстоятельство оказало влияние на то, что муниципальные инкумбенты в регионах третьей группы выступили наихудшим образом — «Единая Россия», имея возможность привлечь в свои ряды более значимых региональных инкумбентов, в меньшей степени была заинтересована в поддержке муниципальных.

Но роль «Единой России» в успехе ее кандидатов требует существенной оговорки. Стремление федерального центра установить полный контроль над политической ситуацией в субъектах федерации, следствиями чего стали реформы избирательного и партийного законодательства, привело к резкому увеличению роли партийной принадлежности и партийного выдвижения на региональных выборах искусственным путем. До начала этих реформ региональному политику в большинстве случаев было выгоднее являться самовыдвиженцем и не сужать свою избирательную платформу определенной партийной идеологией, поэтому в законодательных собраниях регионов самовыдвиженцы были абсолютным большинством. В десяти рассматриваемых регионах выборы, предшествующие анализируемым, проходили, когда «Единой России» еще не существовало вовсе либо она была создана только что. К следующим выборам среди стремящихся к переизбранию инкумбентов абсолютным большинством стали члены «Единой России», поскольку вступление в партию несло очевидные выгоды, касающиеся возможности переизбрания.

В среднем по регионам членство в «Единой России» среди региональных депутатов, участвующих в рассматриваемых выборах, выросло с 14% до 62%, а количество самовыдвиженцев, наоборот, снизилось с 63% до 14% (принадлежность инкумбентов к другим партиям осталась неизменной — 24%).В первой группе, где и предыдущие выборы прошли уже в условиях избирательной реформы и роста влияния партии власти, среди инкумбентов виден значительный рост членства в «Единой России» (с 40% до 56%) за счет уменьшения количества представителей других партий (с 39% до 32%) и независимых депутатов (с 21% до 12%). А во второй и третьей группах — членство в «партии власти» выросло с нуля до 62% и 69%.

Таким образом, за короткий промежуток времени в партию вступили большие группы людей, ранее никак, по крайней мере, формально, политически между собой не связанные либо представляющие партии с диаметрально противоположными политическими идеологиями. Можно утверждать, что принадлежность к «Единой России» имеет формальный характер и не предполагает никакого реального единства между данными единороссами. Это видно из того, что в субъектах, где в период проведения выборов существует противостояние между определенными группами региональной элиты, инкумбенты-единороссы очень часто конкурируют между собой в одних и тех же одномандатных округах, то есть члены «партии власти» выступают в округах против официальных партийных кандидатов — ситуация, которая практически не наблюдается у представителей других политических партий.

Роль партийного выдвижения в успехе различных кандидатов можно также легко определить с помощью индекса разрыва голосов. К сожалению, существующие в некоторых субъектах РФ системы подсчета голосов избирателей, поданных за списки политических партий, не позволяют рассчитать индекс разрыва голосов для данных регионов.

Таблица 4. Средний индекс разрыва голосов для избранных депутатов-одномандатников, выдвинутых партиями

«Единая Россия» Другие партии

Региональ- ные Муници- пальные Неинкум- бенты Региональ- ные Муници- пальные Неинкум- бенты

1 группа

Архангельская область -1,74 13,33 -1,20 -29,40 - -5,09

Средний показатель -1,74 13,33 -1,20 -29,40 - -5,09

2 группа

Астраханская область -13,35 -2,85 2,30 -28,71 - -

Липецкая область -10,92 -10,00 -4,68 -44,64 - -21,31

Мурманская область 23,84 16,42 22,24 - 0,74 -2,48

Ростовская область 2,52 0,25 1,41 - - -

Самарская область -14,12 -9,30 -5,59 -7,46 3,16 -

Ставропольский край -24,51 - -17,28 -4,50 - -4,45

Челябинская область -3,47 - -14,01 - - -

Средний показатель -5,72 -1,10 -2,23 -21,33 1,95 -9,41

3 группа

Кемеровская область 1,22 - 3,59 - - -

Новгородская область -12,69 - -5,02 - - -25,10

Оренбургская область -12,22 -17,32 -0,43 -14,91 - -17,88

Орловская область -9,74 - -4,85 0,81 0,89 3,24

Рязанская область -11,56 - -9,89 -12,67 - -

Смоленская область 5,06 - 10,36 -28,08 - -7,28

Тамбовская область -7,23 -12,29 1,35 -23,22 -8,86 -

Хабаровский край 3,34 - 0,76 -20,25 - -

Средний показатель -5,48 -14,81 -0,52 -16,39 -3,99 -11,75

Общий средний показатель -4,31 -0,86 -1,32 -22,37 -1,02 -8,75

Общий средний показатель индекса разрыва голосов для всех инкумбен-тов, а также для неинкумбентов оказался отрицательным. Это наблюдается даже у членов «Единой России», избирательные списки которой в рассматриваемый период благодаря тем или иным причинам получали абсолютное большинство избирательских голосов и депутатских мандатов. Следовательно, личные ресурсы кандидатов были более значительными, чем ресурсы партий, выдвинувших их. Таким образом, роль партийного ресурса в успехе кандидата, избирающегося по мажоритарной системе, в регионах РФ по-прежнему остается низкой. В отдельных субъектах мы наблюдаем и положительные индексы разрыва голосов, но таких случаев мало и сам положительный индекс всегда незначительный. Кроме выборов в Мурманской области, где такое существенное отклонение от прочих показателей легко объясняется существованием системы многомандатных округов.

Также очевидно, что, несмотря на наличие значительных личных ресурсов у муниципальных инкумбентов, в большинстве случаев превышающих партийные, эти ресурсы менее значительны, чем у региональных депутатов и не-инкумбентов.

Отрицательный индекс разрыва голосов также свидетельствует о собственной заинтересованности партий в привлечении в свои ряды данных кандидатов, чтобы расширить свое представительство в законодательных собраниях не только за счет пропорциональной части, но и за счет одномандатных округов. Но муниципальные инкумбенты оказались в меньшей степени интересны «Единой России», располагающей значительными возможностями в деле привлечения более сильных региональных инкумбентов. Это наглядно демонстрируют партийные списки «Единой России». Региональные депутаты фигурируют в них во всех регионах и на достаточно высоких позициях10 (в среднем — 10-е место в списке). Муниципальные инкумбенты во многих регионах в эти списки вовсе не попадают, а если и попадают, то на значительно более низкие места (в среднем — 18-е место).

10 Учитывая проценты голосов, которые «Единая Россия» получала в регионах в рассматриваемый период времени.

Аналогичная ситуация и у прочих партий (4-е место у региональных инкум-бентов, 8-е — у муниципальных). Хотя эти партии в большей мере уделяют внимание муниципальным инкумбентам и предоставляют им более высокие места в своих списках, но реальных шансов быть по ним избранными столь же мало. Таким образом, заинтересованность политических партий в муниципальных ин-кумбентах оказалась существенно ниже, чем в региональных.

* * *

Данное исследование продемонстрировало, что региональные инкумбенты обладают значительными преимуществами на выборах перед другими кандидатами, и эти преимущества к настоящему моменту сформировались на примерно одинаковом уровне в различных регионах РФ. Данные преимущества используются инкумбентами в ходе избирательных кампаний путем выдвижения своих кандидатур на очередных выборах в тех же избирательных округах (или сходных по составу избирателей округах), что и на предшествующих. Изменения избирательных систем сказались на тех стратегиях, которые используются стремящимися к переизбранию инкумбентами, но не на общей активности их участия или на общем электоральном успехе.

Муниципальные депутаты, несмотря на большую близость к избирателям, располагают меньшими инкумбентскими преимуществами по сравнению с региональными депутатами и в большинстве случаев проигрывают им в случае непосредственной конкуренции. Они уступают и сильным политикам и общественным деятелям регионального уровня, не являющимся инкумбентами. Все же их личные ресурсы являются достаточно значительными и для региональной арены, поскольку в большинстве случаев партийного выдвижения индекс разрыва голосов является отрицательным. Это подтверждает наличие инкумбентских преимуществ у депутатов более низкого уровня законодательной власти, участвующих в выборах в представительный орган более высокого уровня.

Также существует большая заинтересованность политических партий в привлечении ими региональных инкумбентов как наиболее сильных политических игроков на данном уровне. Партии заинтересованы и в муниципальных инкум-бентах, но в меньшей степени.

Список литературы

1. Голосов Г. В. Российская партийная система и региональная политика, 1993— 2003. СПб.: Изд-во Европ. ун-та в Санкт-Петербурге, 2006.

2. Медведев Ю. С. Партийное выдвижение кандидатов в одномандатных округах на выборах в российские региональные законодательные собрания // Полис. 2006. № 3. С. 91-105.

3. Bawn K. Voter Responses to Electoral Complexity: Ticket Splitting, Rational Voters and Representation in the Federal Republic of Germany // British Journal of Political Science. 1999. Vol. 29. № 3. Р. 487-505.

4. Carrubba C., Timpone R. J. Explaining Vote Switching Across First- and Second-Order Elections: Evidence from Europe // Comparative Political Studies. 2005. Vol. 38. P. 260-281.

5. Enelow J. M, Hinich M. J. The spatial theory of voting: an introduction. Cambridge [Cambridgeshire]; New York: Cambridge University Press, 1984.

6. Poguntke T The Presidentialization of Parliamentary Democracies: A Contradiction in Terms? Paper presented at the 28th Joint Sessions of workshops of the ECPR, 2000.

7. Romero D. W. What They Do Does Matter: Incumbent Resource Allocations and the Individual House Vote // Political Behavior. 2006. Vol. 28. P. 241-258.