Неомиф в контексте современной русской литературы

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

151

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ 2007. №5

УДК 811:398

С.Л. Скопкарёва

НЕОМИФ В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

В статье осмысливаются основные тенденции современной литературы сквозь призму такого теоретического явления, как неомиф. Особое внимание уделяется постмодернистским исканиям современных авторов, воссоздающих новую модель мира и человека. Рассматриваются вопросы постмодернистской поэтики, позволяющие осмысливать мир как текст.

Ключевые слова: миф, мифомышление, мифологизм, постмодернизм, пост-

модернистская поэтика, мир как текст, натурфилософская модель мира и человека.

Интерес к мифу в ХХ столетии проявлялся во всех сферах искусства и культуры. Не ослабевало внимание к нему и в литературе. Мифологические мотивы и темы сыграли большую роль в генезисе литературных сюжетов, а мифологические образы используются и переосмысливаются в литературе на всем протяжении истории. Каждая эпоха находит в мифологии то, что отвечает ее общественным потребностям. Нравственный потенциал мифов не иссяк и по сей день, ибо в них представлены общечеловеческие духовнонравственные ценности высших образцов, а запас социального опыта оказался столь велик, что «родовая эпоха не сумела израсходовать его полностью». Во второй половине ХХ века назрела необходимость осмыслить функциональное значение мифа, выявить своеобразие мифологического мышления. Именно на пороге нового тысячелетия человек ощутил насущную потребность среди эсхатологических предчувствий найти устойчивую связь времен.

Важно отметить, что в ХХ веке исчезает мифологическое отношение к окружающей природе. Об этом свидетельствуют высказывания отечественных мифологов (А. Лосев, О. Фрейденберг, А. Гулыга), утверждающих, что миф в ХХ столетии имеет не познавательный, а поведенческий характер. Как форма знания миф утрачивает свою актуальность, как побуждение к действию он не исчерпал свои возможности. Следовательно, актуализация мифа в наши дни связана с его разрушением, с возникновением так называемого нового мифа, дающего новые возможности изображения человека и мира.

Неомиф почти не связан с древним. Он не воссоздается, а создается заново в новых условиях. Форма неомифа, как правило, характеризуется наличием сна, галлюцинаций, потока сознания. Говоря о современной неомифологизации, не стоит забывать о многозначности мифа, что, безусловно, предполагает многостороннее толкование образа. При этом следует помнить, что уже в древности были заложены многие из современных трактовок. Очень

2007. №5 (1) ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

важно учитывать этот факт при изучении произведений отечественной современной литературы, при выявлении закономерностей интерпретации мифа в художественном произведении.

Наиболее ярко, на наш взгляд, это проявилось в творчестве писателей -постмодернистов (например, В. Сорокин, В. Пьецух, Т. Толстая, В. Пелевин и другие в сопоставлении с классиками западного постмодернизма - Х.Л. Борхес, У. Эко, М. Павич и т.п.).

Безусловно, постмодернизм формирует новую социокультурную эпоху человечества, выдвигая перед художником слова новые задачи: в частности, предпринимаются активные попытки создать новую модель мира и человека, новый мирообраз, новый миф. Это объясняется, прежде всего, потребностью личности, потерявшейся в хаосе мировых катаклизмов, заново космологизи-ровать мир. Так формируется новое мифомышление, всегда обращенное к человеку, его внутренней сути, в противовес дегуманизирующему началу порубежной эпохи. Именно в произведениях постмодернизма органично воплотилась структура неомифа.

Данная схема, несомненно, отражает не только историко-литературный контекст, но и трансформацию классического (древнего) мифа в неомиф (миф нового времени). Неомиф создает не только новую модель целокупно-сти мира и человека, но и новое слово. Подтверждение этому мы найдем в трудах А.А. Потебни. Осмысливая природу мифа, ученый рассматривает такое центральное понятие своей теории, как «внутренняя образная форма слова», которая, по мысли исследователя, является чувственным знаком его семантики. А.А. Потебня закономерно приходит к мысли о том, что, создание неомифа состоит в создании нового слова. Несомненно, художественные составные неомифа органично воплотились в эстетике постмодернизма.

Как явление постмодернизм привлек внимание многих литературоведов. Среди них И. Ильин, М. Липовецкий, К. Степанян и др. Одним из основных исследований о проблемах постмодернизма является работа М. Липовецкого «Русский постмодернизм. Очерки исторической поэтики». В книге исследователь рассматривает основные параметры названного явления в литературе, указывая, что для постмодернизма весь мир является текстом, а сама реальность - сплетением интертекстов. В целом для постмодернистской поэтики характерна интертекстуальность. Почти все свойства и признаки постмодернистской поэтики столь же древни, сколь и история мировой литературы, ибо их можно найти и у Гомера, и у Ф. Достоевского. Постмодернистскими они становятся в сочетании и лишь в пределах определенного мировоззрения, на основе которого создается и прочитывается данное произведение. М. Липовец-кий предлагает свою концепцию постмодернистского миропонимания, введя понятие «хаос бытия». По мнению ученого, существует хаос бытия, которому люди стремятся противопоставить гармонию и порядок. Если в искусстве классических эпох художники преодолевали хаос бытия в процессе творчества, то постмодернисты ищут гармонию внутри хаоса. Хаос становится постижимым, возникает некое «воспроизведение соразмерности в самом ядре беспорядка». Так, М. Липовецкий предлагает «... преодолеть антитезу хаоса и космо-

Неомиф в контексте современной русской литературы

153

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ 2007. №5

са, найти компромисс между этими универсалиями» и вводит понятие «хаос-мос». Этот парадоксальный синтез и становится эстетическим идеалом и мировоззренческой основой постмодернизма.

Полемизируя с М. Липовецким, К. Степанян доказывает, что постмодернизм есть реакция писателей на кризис коммунистической идеологии. А кризис проявляется, прежде всего, в утрате авторитетных и доступных разуму стандартов добра, истины и прекрасного, утрате, отягощенной одновременной потерей веры в божье слово Библии. Исследователь четко вычленяет предпосылки возникновения постмодернистской ситуации: смерть мифа, корней единомыслия и появления разномыслия, поругание канона, распад ценностей, пафос иррационального, пессимизм. Иначе говоря, происходит утрата веры в высший смысл человеческого существования, исчезновение ценностной иерархии, признание равноценными всех реальных и создаваемых сознанием человека миров и точек зрения.

Окончательно сформировавшийся к 80-90-м годам ХХ столетия, постмодернизм как направление современной отечественной литературы утвердился на правах «универсального постмодернизма», характерного для мировой практики художественной словесности последней трети ХХ века.

Знаковым для постмодернистской литературы является разрушение сложившихся стереотипов. Такое специфическое видение мира, лишенного причинно-следственных связей и отличает роман В. Пелевина «Жизнь насекомых». Натурфилософская картина мира и человека воссоздается здесь с помощью приема параллелизма. Изображаемый мир насекомых абсолютно адекватно воспроизводит жизнь людей. Иерархизация жизненного уклада в мире насекомых достоверно передает неустанный труд и поиски себя в этом хаосе. Непрерывные поиски смысла жизни осуществляются во всех направлениях. Неслучаен в этой связи образ подземелья, напоминающий лабиринты ада, круги которого необходимо пройти (вполне узнаваемый мотив дантевского ада). Но, к сожалению, далеко не всем удается вырваться из него и оказаться на поверхности: «...он понял, о чем трещат - точнее, плачут - цикады. И он тоже затрещал своими широкими горловыми пластинами о том, что жизнь прошла зря.». Налицо усталость и безысходность от понимания невозможности обретения смысла жизни и труда. Тщетность усилий придает роману писателя невероятно экзистенциальный аспект, а использованный прием подземного существования устанавливает ассоциативные параллели с романом В. Пелевина «Чапаев и Пустота». В романе «Жизнь насекомых» автором основательно осмысливается традиционный для русской литературы мотив «отцов и детей». И рассматривает его писатель на примере разных насекомых, например, семьи скарабеев. Изображая тяготы их жизни, В. Пелевин в суггестивной форме выразил свое жизненное восприятие, обратившись к словам сына-скарабея: «И всю жизнь так, башкой о бетон.». Вот оно драматическое осознание жизненной философии, невероятно точно передающее состояние эмоциональной раздавленности героя.

Метафорическая аллегория, столь активно представленная писателем в романе, позволяет тотальным образом использовать прием травестирования

2007. №5 (1) ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

над жизненно-философскими исканиями всего живого на земле. Отчего усиливается трагизм восприятия мира насекомых и соответственно мира человека. И от этого произведение В. Пелевина «Жизнь насекомых» приобретает глубокий ценностно-ориентированный смысл в условиях нашего времени.

***

1. Пелевин В. Жизнь насекомых. М.: ВЛАДОС, 2003. 219 с.

Поступила в редакцию 02.02.07

S.L. Skopkaryova

A neomyth in the context of present-day Russian literature

The article is dedicated to the analysis of tendencies in present-day literature through the theoretical phenomenon of a neomyth. Special attention is paid to the creative work of postmodern writers who work out a new model of the world and a human in it. The article deals with the problems of post-modern system of artistic devices according to which the world is considered as a text.

Скопкарева Светлана Леонидовна

ГОУВПО «Удмуртский государственный университет»

426034, Россия, г. Ижевск,

ул. Университетская, 1

E-mail: fudf@uni.udm.ru