Политик Сардана Авксентьева

Политик Сардана Авксентьева

Сардана Авксентьева

депутат государственной думы ФС РФ, заместитель руководителя фракции партии «Новые люди»

Елена Речкалова:

Добрый день, в эфире передача «Сила женщины с Еленой Речкаловой». Я возобновляю эту передачу, потому что многие спрашивают — куда пропали такие замечательные великие женщины, которые приходят в качестве гостей на эту передачу. И я решила, что должна показать еще больше женщин, потому что это очень вдохновляюще. После такого длительного перерыва к нам в гости пришла Сардана Авксентьева, вы наверняка знаете ее как экс-мэра Якутска, которая провела очень интересные реформы. Но больше всего была интересна обратная связь мира на эти реформы. Сейчас Сардана депутат Государственной думы и первый заместитель руководителя партии «Новые люди». Вы имеете образование историка. Насколько важна роль личности в истории?

Сардана Авксентьева:

На эту тему было много дискуссий, они продолжаются. Я всегда размышляю об этом, но с возрастом прихожу к мнению, что пассионарные личности, люди, которые иногда даже в силу случая, в силу некоторых обстоятельств попадают в такие ситуации, когда от них что-то зависит, могут определять ход истории. Я говорю случаи, но мы понимаем, что не бывает случайностей, есть какие-то вещи, которые должны произойти. Я в это верю и думаю, что это имеет место быть в истории и в нашей современной жизни.

Елена Речкалова:

Ваша личность уже оказала громадное влияние на то, что происходит как в части Вашей деятельности в качестве мэра, так и в роли политика. Расскажите, как Вы это ощущаете и ощущаете ли, что Вы влияете?

Сардана Авксентьева:

Мне кажется, что мы все себя видим внутри немножко другими, мы себя знаем лучше, чем другие, и поэтому осознание, что я личность, которая может на что-то влиять — мне кажется, если я так начну думать, то это уже какой-то диагноз.

Я смею надеяться, что какие-то мысли в головах у людей я зажигаю и, может быть, что-то из моих поступков людям откликается в сердце, и кто-то не совершит моих ошибок, пойдет дальше меня и сделает лучше и успешнее, чем я. Поэтому я очень много работаю и общаюсь с молодежью, потому что очень хочется и помочь им, и поделиться с ними, потому что в наших предыдущих беседах мы говорили о том, что у женщины есть такое свойство проецировать, планировать, что-то делать для той жизни, где тебя уже не будет. Это удивительное качество женщин, когда мы впервые берем на руки своего ребенка, мы уже готовимся к тому времени, когда нас не станет: какое он получит образование, где он будет работать, где он найдет себя, кого он встретит в своей жизни, что я сегодня должна сделать, чтобы потом ему было хорошо, легко, комфортно и он нашел свое место в этой жизни. Думаю, что такой подход формирует отношение к жизни, к тому, что мы делаем.

Елена Речкалова:

Вас так воспитывали? Расскажите про свою семью, про маму, обычно на женщин сильно влияют мамы.

Сардана Авксентьева:

Безусловно, но получилось так, что мои родители довольно рано расстались, и поэтому все, что во мне есть, все, что я имею, все что я умею, это большая заслуга моей мамы, Марии Николаевны, она жива-здорова, и я, уже будучи сама бабушкой, все еще дочка, и это просто счастье. Перед эфиром я говорила, что самое главное — я не должна сутулиться, потому что мама будет смотреть, мама мне скажет. А если серьезно, то это не какая-то система воспитания, а личный пример. И мама всегда очень со мной много разговаривала, всегда разговаривала как со взрослой, мы с ней обсуждали ее работу, взаимоотношения, то есть она никогда мне не говорила, что ты маленькая, ты этого не понимаешь. Я задавала очень много вопросов, была любознательным ребенком, и не помню ни одного случая, чтобы мама мне сказала: «Не время, я тебе расскажу потом, ты пока не понимаешь». Как было доступно для моего возраста, она всегда отвечала на мои вопросы, всегда поощряла чтение, было очень много подписок на журналы — одинокая женщина с тремя детьми, я самая старшая, потом сестра, к сожалению, она очень рано скончалась, и младший брат. Работая на нескольких работах, она в наше образование вкладывала безумно много, сейчас я понимаю, что даже в чем-то себя ущемляя. Но при этом она всегда прекрасно выглядела, мы никогда не бедствовали, не знали понятие нужды, но мы знали цену деньгам и свою ответственность, цену своими поступкам и словам. Мама никогда не запрещала, не говорила: «Нет, нельзя, не нужно так делать», — можно было практически все, но были какие-то границы, когда взгляд у матери становился очень прицельным и сосредоточенным, и мы понимали, что где-то допустили спортивный заступ, и сами организовывались.

Елена Речкалова:

Как она вам советовала? Хорошо учиться, закончить именно этот вуз? Как она советовала выбирать мужа?

Сардана Авксентьева:

Я думаю, что это не были советы в классическом стиле, скорее, это были разговоры о возможных вариантах, о том, что может произойти в случае принятия того или иного решения. При этом она не давала мне какого-то направления, что если так поступишь, это будет плохо, а если вот так поступишь, будет хорошо. Нет, подумай, какие плюсы, минусы. Конечно, мы с ней вместе ошибались, принимали какие-то решения, но мы их принимали вместе, и самое главное — как бы ни складывалась ситуация, я всегда знала, что могу на нее рассчитывать. Но и самый строгий судья тоже была она.

Елена Речкалова:

Вы так же относитесь к своей дочери?

Сардана Авксентьева:

Это довольно болезненный для меня вопрос, потому что как я сейчас понимаю, мамой я была неправильной, потому что я была очень строга к своей дочери, очень требовательна. Ее все баловали, первый ребенок, первая внучка, первая правнучка, когда моя дочь родилась, была еще жива ее прапрабабушка, и атмосфера всеобщего обожания могла превратить нашего ребенка во что-то, и я сама взяла на себя миссию, что я буду строгой мамой, которая будет очерчивать границы. И в этом я разительно отличалась от своей матери.

Елена Речкалова:

Но сейчас дочь Вам благодарна за это?

Сардана Авксентьева:

Сейчас да, результат хороший, но все повторяется, я незаметно для себя и окружающих, для моей семьи превратилась в совершенно безумную классическую бабушку, и у меня дочка спрашивает: «Мама, ты ли это?» — я говорю: «Ну вроде как я. — А как же присмотрись внимательно, будь аккуратна, следуй распорядку? Как это все трансформировалось в тебя?»

Елена Речкалова:

Вероятно, теперь дочь выполняет эти функции?

Сардана Авксентьева:

Да.

Елена Речкалова:

Семья — это очень важно, но карьера... Я не могу даже сказать карьера, женщины к понятию карьера по-разному относятся. Может быть, это служение, может быть, миссия, ответственность перед кем-то, которая заставила Вас совершать поступки. Как Вы стали мэром?

Сардана Авксентьева:

Я много об этом рассказывала, и чем дальше отдаляюсь от тех событий, тем больше происходит переосмысление. Никогда не планировала занимать лидирующие позиции, становиться первым лицом, я всегда комфортно себя чувствовала, будучи начальником отдела, заместителем генерального директора, одним из ключевых менеджеров в акционерном обществе, мне было комфортно, я считала, что это неплохо.

Обстоятельства, иногда должно произойти какое-то шокирующее событие, для того чтобы ты пересмотрел свою жизнь. Для меня таким шокирующим событием стала смена руководства предприятия, на котором я успешно работала, это все еще наложилось на пенсионную реформу, когда я поняла, что мне сверху накинули еще несколько лет, хотя у меня были планы относительно заслуженного отдыха.

Елена Речкалова:

Может быть, к лучшему.

Сардана Авксентьева:

Сейчас это, конечно, смешно, но тогда... Бывает так, что одно накладывается на другое, это было мое личное дно, и я лежала на диване дома, я вообще не знаю, что такое депрессия, у меня редко бывает плохое настроение, я стараюсь держать его ровным ради себя самой, ради своей семьи. Но тут я молча лежала, муж очень смеялся, и когда я встала со своего дивана, поняла, что мне почти 50 лет, а я не сделала ничего такого, о чем могу рассказать своим внукам или правнукам: там была заместителем, тут была начальником отдела, тут вроде участвовала, там присутствовала. Захотелось чего-то моего. Не было амбиций, что чего-то большого, просто моего, потому что я всегда завидовала строителям, которые могут показать своим детям и внукам дом, который они построили. Я всегда завидовала врачам, которые спасают людей, и вот этот человек живет, творит и что-то замечательное в этой жизни делает, потому что золотое сердце врача его спасло. Завидовала педагогам, которые воспитали учеников, которые достигли определенных высот, ими гордятся люди, гордится их учитель прежде всего. Ничего такого я сама себе предъявить не могла.

Я подумала — а почему бы не выдвинуться в якутскую Городскую думу, я раньше работала в мэрии, знаю внутреннюю кухню, как принимаются решения, все это мне известно, пойду-ка я в якутскую Городскую думу, позанимаюсь-ка бюджетом, пусть будет немножко больше справедливости. Будете смеяться, но пока я лежала на диване, пропустила сроки подачи документов. Было несколько уровней выборов в республике, и я решила посмотреть, успею ли в законодательное собрание республики, оно у нас называется Ил Тумэн — опять не успела. И осталось время только подать документы кандидатом на должность мэра Якутска.

Тогда известный предприниматель из Якутска говорит: «А давай ты тоже выдвигайся». Я впоследствии называла этот коллектив братской могилой, потому что там было 13-14 мужчин и я единственная женщина. Опять же, про обстоятельства и вещи, которые кажутся случайными: больше ни одна женщина не рискнула подать свои документы. Схватка предстояла между двумя очень сильными лидерами, оппозиционным и провластным, и в этом месте у меня появился шанс, потому что когда два альфа-мужчины сходятся, никто не знает кого выбрать и непонятно, чем это все закончится, кто кого. Понятно, что кто-то из них лег бы на этом поле битвы, и я вполне себе получала шанс.

У меня муж — умнейший человек, кандидат экономических наук с большим опытом руководства, человек с аналитическим складом ума, он начал считать мои шансы и был весьма озадачен, потому что я смотрю, у него лицо какое-то непонятное, спрашиваю: «Что, совсем плохо? — Я и так посчитал, и так, и цифры поменял, 50 на 50». И тогда многие говорили, что это спойлер, что она просто поддерживает одного из кандидатов. Не скрою, изначально были такие мысли, и поскольку я постоянно была заместителем, то могла кому-то из мужчин помочь, голова так работала.

Елена Речкалова:

У женщин так голова работает, что они должны быть замом у кого-то.

Сардана Авксентьева:

Допускала такое, а потом подумала, что старовата я уже такими вещами заниматься, играть в поддавки, все эти вещи, которые называют политической проституцией и так далее, пошла ва-банк, и вот результат.

Елена Речкалова:

Что Вы почувствовали в момент, когда огласили результаты?

Сардана Авксентьева:

Безмерную благодарность, потому что надо всегда понимать и помнить, что это все благодаря людям. Тут слагаемые успеха — я нашла какие-то идеи, которые людям зашли, они их поддержали, решили, что это возможно, но при этом не приди эти люди к урнам для голосования, не выскажи свою принципиальную позицию, повторюсь, я шла в одной гонке с очень сильным кандидатом от правящей партии, и не приди эти люди и не сделай свой выбор…

Елена Речкалова:

Значит, было за что. И Ваши идеи, которые Вы прекрасно понимаете, другое изложение. Мне кажется, что это, скорее, уникальный случай, но все-таки ожидаемый.

Сардана Авксентьева:

Недели за две стало понятно, что люди готовы меня поддержать. Тем не менее, когда счет идет на несколько процентов, это сложная история, и у власти есть административный ресурс, разные возможности повлиять на результаты выборов. Не буду никого обвинять, но мы знаем об этом, и небольшой, но разрыв — это что-то такое, что произошло в отдельно взятом российском городе, значит, может произойти в любом.

Елена Речкалова:

Наверное, по правилам стейкхолдеров Вы сделали аналитику и ко всем нашли правильные слова, правильные смыслы.

Сардана Авксентьева:

Предвыборная кампания была очень короткая, очень непростая, потому что как только я выдвинула свою кандидатуру, на прежнем месте работы у меня начались выемки и обыски в лучших традициях борьбы с кандидатами, которые нежелательны. Плюс к этому одномоментно я выдавала дочь замуж. Поскольку они это запланировали раньше, чем я запланировала свои заходы и выходы, то что-то отменять, тем более отменять счастье, не в наших правилах совершенно, поэтому параллельно я еще готовилась к свадьбе. То есть это все мы делаем одновременно, что, в принципе, свойственно женщинам, одномоментная многозадачность.

Елена Речкалова:

Вы заявили себя как политик. Вы понимали, что заявляете себя как политик, или просто ощущение, что надо сделать, я благодарна людям, теперь надо делать так, как я обещала, они от меня этого ждут?

Сардана Авксентьева:

Я шла как хозяйственник, я сразу говорила, что не буду вам начальником, не буду мэром, который указывает, где правильно, где неправильно, я буду старостой города. Я запоминаю, записываю все, что вы мне сказали, все, что велели, я все это сделала, что сама сказала, что обещала — я староста.

Елена Речкалова:

А то, что нас, женщин, не видят руководителями, тем более главами города, такой стереотип в чем проявлялся, Вы его ощущали?

Сардана Авксентьева:

Якутск — город с очень развитой демократической культурой, и каждый высказывает свое мнение. Существовали специальные городские площадки, где каждый мог что-то высказать, к сожалению, они закрылись, и я вообще внимательно все читаю, читаю много, что надо и что не надо, комментарии в том числе.

Потом я начала крупнейшее в современной истории своего родного города дорожное строительство, и вот это «какие дороги построит эта баба»… Но дороги стоят, 25 километров в первый год мы сделали, чего не было, по масштабам Москвы это абсолютная ерунда, но для далекого северного города на вечной мерзлоте, причем самого большого города в мире на вечной мерзлоте это был маленький успех. Сейчас мои коллеги, которые остались работать, строят гораздо больше, под 50, но тогда это было очень сложно. И я призвала жителей родного города, чтобы они помогали мне, и они стали отправлять фотографии. Подрядчики, когда мы встречались с ними, устраивали разбор полетов, жаловались, что они нас фотографируют не только в профиль и анфас, что мы делаем. Я их попросила, они выполняют просьбу, потому что это дороги для жителей города.

Елена Речкалова:

Нетрадиционный ход.

Сардана Авксентьева:

А у меня было не так много инструментов, мы же понимаем, что я была нежелательным мэром, несмотря на то, что руководство республики приняло решение жителей, мы довольно успешно пытались контактировать и решать все вопросы, потому что территория одна, люди одни и те же, зачем рвать их на почве оппозиционности, сопротивления, постоянного нет-нет-нет. Почему я выстраивала свою работу как хозяйственник, а не как политик? Потому что как только появляется политика в хозяйственных вопросах, она начинает вредить.

Елена Речкалова:

Я лично других мэров не запомнила за последние 10 лет. Буквально перед передачей мы сидели в фойе, и вышли люди, которые вели предыдущую передачу, сказали: «Мы Вас помним, мы Вами восхищаемся», — это было абсолютно искренне и ни к чему не обязывало, они могли об этом и не говорить. Но тем не менее это так, Вас все помнят, Вас все уважают.

Сардана Авксентьева:

Огромное спасибо, это всегда для меня большая поддержка, это очень мотивирует, особенно в конце такого длинного дня, как сегодня, это просто бальзам на раны, придает сил и уверенности двигаться дальше. Подходят люди, узнают, здороваются, привет передают, это всегда очень приятно.

Елена Речкалова:

Партия «Новые люди»— это реально новые люди. Расскажите о том, что Вы делаете, уже сделали и что собираетесь делать, не касаясь большой политики, а именно как женщина, основываясь на своем служении, потому что хозяйство — это немножко служение.

Сардана Авксентьева:

У меня есть хороший товарищ, с которым очень тепло общаемся, редко, но всегда знаково для меня — настоятель мужского монастыря в Якутске отец Иоанн. И он про мою работу сказал — это послушание. И это так попало в меня, что в особенно трудные минуты просто понимаю, что это послушание, и это надо делать. Мы, партия «Новые люди», позиционируем себя, как партия здравого смысла. С чем-то можно быть согласным, с чем-то не нужно соглашаться в принципе. Если Вы помните, была пандемия коронавируса, тогда казалось, что это беда, но жизнь вносит свои коррективы, и мы очень последовательно и аргументированно возражали против принудительной вакцинации и повсеместного введения qr-кодов, потому что это не соответствует здравому смыслу. Когда правительство внесло законопроект о том, что qr-коды необходимо ввести и в общественном транспорте, просто выступая с трибуны, мы говорили — как вы себе это представляете на месте?

Немножко отойду в сторону, когда я работала мэром, думала о новых законах про мусорную реформу или про то, как муниципалитеты без денег должны содержать приюты для бездомных животных, и я задумалась — кто пишет эти законы, что это за люди? И теперь, когда рассматриваются какие-то законы, я всегда вспоминаю себя ту и проецирую, как этот документ будет работать на земле. И вот наша фракция «Новые люди» к этому подходит. Мы дискутируем внутри себя, нет такого единодушия, что мы как один берем и нажимаем кнопку, вы этого никогда не дождетесь. Когда мы начали это делать, многие заметили, что мы всегда голосуем по совести, кто как считает, потому что мы несем личную ответственность перед нашими избирателями. И потом люди, которые анализируют деятельность Государственной думы, говорили о том, что «Новые люди» сломали систему консолидированного голосования, что можно, оказывается, и не голосовать, как велели тебе сверху. Вот этим ценна наша партия, наша фракция. У нас очень много молодежи. Наша фракция единственная в Государственной думе, где самое большое процентное соотношение женщин.

Елена Речкалова:

Поскольку я промотирую женщин-лидеров, хочется поговорить о женщинах. По какому принципу выбирали? Так получилось, потому что выбирали по компетенциям, по позиции, и женщин стало больше, чем в других фракциях?

Сардана Авксентьева:

При распределении мандатов есть такое правило — где партия набрала больше голосов, тот регион в числе первых претендует на получение депутатского мандата. Роза Чемерис шла по списку от Дальнего Востока, а Ксения Горячева от Санкт-Петербурга и Ленинградской области, получается по факту. Посмотрите, регионы-то какие, думающие, интеллектуальные, с ярко выраженной гражданской позицией. Кстати, Вы первая, кто обратил внимание, как это произошло. Мы разные по возрасту, я всегда говорю сколько мне лет, как шутит моя мудрая знакомая, чтобы не подумали, что больше — 52 года, Роза младше меня более чем на 10 лет, а Ксения младше Розы еще на 10 лет.

Елена Речкалова:

Разный опыт.

Сардана Авксентьева:

У нас фракция еще по национальному составу очень ровная. Какая у нас Россия разная, многонациональная, многокультурная, у нас фракция ровная, и это тоже не высчитывали.

Елена Речкалова:

Это классический самый эффективный вариант управления diversity, разнообразие, и экономически доказано, что это наиболее устойчивая система.

Сардана Авксентьева:

При формировании федерального списка партии, когда мы шли на выборы, обычно там много разных звезд, врачей, министров, наш список был очень скромный и лаконичный, нас было всего двое — лидер нашей партии Алексей Нечаев и вторым номером я. Сначала все удивились — вы что, людей больше не нашли, на что Алексей сказал: «Лучше меньше, да лучше». И опять же, в этом баланс: 50 процентов мужчин, 50 процентов женщин в нашем федеральном списке, 50 процентов от бизнеса, 50 процентов от государственного муниципального управления, 50 процентов крупные города-миллионники, 50 процентов остальная Россия.

Еще большой плюс заключается в том, что лидер нашей партии, основатель Алексей Нечаев представитель бизнеса, и он оперирует понятными Вам категориями, что цифры и факты дают сбалансированность при принятии решений, и это является нашим отличием от всех остальных думских фракций, где много про политику, но иногда даже без определенного здравого смысла. Мы стараемся держаться взвешенной политики, потому что огульно все отрицать, верить в справедливость и торжество революционных идей, что все снесем до основания, а затем... Это нам не близко, мы верим в эволюцию и поступательное развитие всего, потому что так же, как и в бизнесе, кирпичик за кирпичиком все строится, и быстро не построишь. Самое главное, пока общество не изменится в сердце и голове, о каких изменениях мы можем говорить. Насильно можно насаждать что угодно, но пока ты с этим внутренне не согласен, ты это не примешь, не станешь частью, не будешь это вместе со всеми двигать дальше. Поэтому очень важен слом сознания, слом стереотипов, только так можно двигаться дальше.

Елена Речкалова:

Что Вам дает силы выдерживать эти парадигмы? Сила вашей партии, общение с людьми, которые Вас поддерживают, сила общения с избирателями, потому что Вы очень много общаетесь с ними, постоянно и, что мне очень нравится, на равных. Вы вызываете симпатию одновременно своей доступностью и здравом смыслом, это новый образ политика. И это тоже интуитивно?

Сардана Авксентьева:

Нас же учили — относись к другим так, как бы ты хотел, чтобы относились к тебе. Если ты не уважаешь людей, почему люди должны тебя уважать? Если человек не уважает тебя, как ты построишь с ним диалог? И притом абсолютно уверенно я говорю о том, что люди все всегда понимают и все прекрасно знают.

Елена Речкалова:

Какие они, Ваши избиратели?

Сардана Авксентьева:

Наши избиратели, какими я их вижу и каких людей встречаю, это люди, думающие самостоятельно, неравнодушные, которые умеют анализировать и обладают тем самым необходимым критическим взглядом.

Елена Речкалова:

Как Вы строите команду, каких людей подбираете? У Вас большая команда?

Сардана Авксентьева:

Команда очень небольшая по сравнению с тем, какая была команда в мэрии Якутска, и тем ценнее каждый ее член. Я стараюсь подбирать людей, которые горят. Если человеку все равно, и он не чувствует всего этого, то это же статист, а когда у тебя их всего 5, тебе важно, чтобы каждый был личностью и каждый был специалистом в том, что делает. И мне всегда очень важно, чтобы это были разные люди, может быть, даже с диаметрально противоположными точками зрения, потому что когда я с ними разговариваю, мы говорим о том, что в команде каждый личность, каждый специалист, может быть экспертом в своей области и обладает какой-то точкой зрения, которая может отличаться от точки зрения коллег, и это дает мне небольшую первую ступеньку экспертной оценки. Я каждому из них даю прочитать то, что я написала, внимательно выслушиваю, что мне говорят. У нас действует правило — если ты имеешь какое-то мнение, скажи это сейчас или замолчи навсегда. Поэтому обязательно нужно высказываться, только так, и от маленьких сообществ к большим. Когда я пишу пост про детей, я даю читать детям, мне это важно, мы же для них делаем, не отрываться.

Елена Речкалова:

Вы последнее время очень много уделяете внимание самому большому сегменту нашего населения, женщин у нас 54 процента, и это больше 50 процентов электората. Женщины у нас очень образованные, потому что 63 процента самых высококвалифицированных кадров женщины, и мы понимаем, что они не очень сильно влияют на экономику, политику, а это колоссальный экономический ресурс. Вы часто это подчеркиваете, и Вы единственный политик, который говорит об этом.

Сардана Авксентьева:

Как в свое время избиратели затянули меня в социальные сети, так и сейчас мои избирательницы затягивают меня в эту очень разумную и добрую повестку. Я всегда считаю, что в хорошем смысле слова надо идти на поводу у своих избирателей, и раз требуется разъяснение, вмешательство, примеры и деятельное участие, то я буду там, где я необходима. Мы всегда считали — мужчина, женщина, какая разница, главное, чтобы был хороший специалист. И я всегда абстрагировалась от того, что я женщина, у меня другой подход, но сейчас я смотрю, что есть востребованность в обществе, значит мы должны удовлетворять эти потребности.

Елена Речкалова:

Есть проблемы, которые действительно сильно влияют на экономику, и это решение проблем женщин, решение проблем семьи, будущего поколения.

Сардана Авксентьева:

Это прежде всего вопрос экономический. Все привыкли, что женщины воспитатели, учителя, врачи, социальная защита, сиделки и так далее, но надо смотреть на это шире, в этом смысле я с Вами совершенно согласна, и у меня есть дополнительный аргумент.

Елена Речкалова:

Если смотреть именно с этой точки зрения, то картина совсем другая, чем надо управлять и как надо управлять.

Сардана Авксентьева:

Сопереживание, понимание, естественность, искренность, настоящая неподдельная эмпатия и самое главное — умение заглядывать в будущее, где тебя уже нет, тем самым мы будем присутствовать в будущем.

Елена Речкалова:

Самый лучший способ прогнозировать будущее — это его создать.

Сардана Авксентьева:

Меня очень потряс диалог в одном из фильмов, где один герой сказал, что мы здесь, чтобы стать воспоминанием наших детей. Поэтому политики должны быть не столько политиками, сколько общественными деятелями, которые что-то делают для будущих поколений.

Елена Речкалова:

У Вас шире задача, повлиять на будущее поколение страны, в которой 146 миллионов.

Сардана Авксентьева:

Вы меня сейчас напугаете цифрами, но если говорить серьезно, каждый из нас должен это делать, где бы ни находился.

Елена Речкалова:

А как это, способствовать, чтобы каждый из нас понимал свою гражданскую ответственность? Может быть, в этом как раз роль политика, вовлечь всех в улучшение жизни?

Сардана Авксентьева:

Важно поддерживать прямой, доброжелательный, уважительный диалог, где мы слышим друг друга, где мы не ищем, в чем наша разница, а ищем то, что нас объединяет. Поэтому разговаривать, разговаривать и разговаривать, слышать друг друга, слушать друг друга и через свои поступки, через свои действия показывать то, как может даже один человек или одна небольшая молодая партия что-то менять и двигать, потому что мы создаем смыслы.

Елена Речкалова:

Как Вам помогает семья и в чем бы Вы хотели, чтобы они Вам еще помогали?

Сардана Авксентьева:

Моя семья просто должна быть. У нас с мужем есть очень хорошее пожелание друг другу, это начал мой муж, а я сейчас уже просто поддерживаю, он сказал — просто будь. Мне важно, чтобы они были живы, здоровы, я ничего от них не требую, к счастью, и они от меня ничего не требуют, мы просто радуемся каждому дню, который проводим вместе, каждому вечеру, когда собираемся и обмениваемся новостями или просто молча смотрим чудесный фильм, молча гуляем в парке, это же тоже мгновение. А чего-то требовать, ждать... Я думаю, что любовью меня моя семья и поддерживает.

Мы никогда с супругом не отмечали День влюбленных, я считаю: нравится — празднуйте, не нравится — не празднуйте. Мы не празднуем 8 Марта, забываем, особенно я, годовщину нашей свадьбы, вот такая женщина попалась мужу. Я не придаю никакого значения подаркам, цветам, потому что мне важнее такие моменты, которые не купишь. Он видит, что я что-то читаю, смотрю, слушаю, и в какой-то момент, видимо, замечает, что у меня плечи опустились, мимо пройдет, по спине погладит…

Елена Речкалова:

Это и есть любовь?

Сардана Авксентьева:

Конечно.

Елена Речкалова:

Какое счастье, что у нас есть любовь.

Сардана Авксентьева:

Я желаю всем зрительницам, чтобы они всегда чувствовали эту любовь, чтобы они ее видели, и она не во внешних проявлениях.

Елена Речкалова:

Спасибо большое, мне кажется, что мы сказали больше, чем чувствуем в этот момент, потому что за многими словами много смыслов. Мы говорили о будущем, что каждый может повлиять на свое будущее, и для этого нужны люди, которых хочется уважать и на которых хочется быть похожими. Одна из них — Сардана Авксентьева. Спасибо, что Вы были в нашем эфире.