Медицинская метафора как результат культурной фиксации в медицинской терминологии

КОГНИТИВНЫЕ АСПЕКТЫ ЯЗЫКОВОЙ КАТЕГОРИЗАЦИИ

УДК З-91

О. С. Зубкова*

Медицинская метафора как результат культурной фиксации в медицинской терминологии The Medical Metaphor as a Result of Cultural Fixing in Medical Terminology

В статье рассматривается медицинская метафора как результат культурной фиксации в медицинской терминологии. Отмечается, что медицинские метафоры-термины создают образность и экспрессию за счет рефразеологизации прецедентных текстов, используя для этой цели элементы уже существующей знаковой системы, являющейся частью общего культурно-исторического наследия.

In this article the medical metaphor as a result of cultural fixing in medical terminology is considered. It is emphasized, that medical metaphors - terms create figurativeness and vivid expression at the expense of precedent texts rephraseologication, using for this purpose the elements of already existing sign system being a part of the common cultural - historical heritage.

Ключевые слова: медицинская метафора, научный дискурс, прецедентные тексты.

Key words: medical metaphor, scientific discourse, precedent texts.

Важнейшей областью приложения метафор является наука. Известно, что продолжительное время многие ученые, следуя традиции, заложенной еще Т. Гоббсом и Дж. Локком, говорили о несовместимости научных теорий и определений с метафорой. Однако в 50-60 годах ХХ в. вместе с общим изменением отношения к метафоре и пересмотром традиционного образа науки, связанным с принципами антропоцентризма, изменилась и оценка роли метафор в научной сфере. «Выяснилось, что достижение искомого идеала точности и однозначности терминов и выражений влечет в конечном итоге омертвление научного языка, резкое снижение его гносеологических и эвристических возможностей» [9: 241]. В связи с этим в научном дискурсе, по замечанию автора, одной из важнейших функций метафоры является объяснительная, поскольку без вмешательства метафоры бывает крайне трудно понять смысл какого-либо явления. Нередко метафора является единственным средством,

*

Кандидат филологических наук; Региональный открытый социальный институт, Курск, email <olgaz4@rambler.ru>

способным прояснить сложную исследовательскую ситуацию. Необходимо заметить также, что метафора позволяет кратко охарактеризовать различные научные явления, которые при ином способе выражения было бы проблематично описать. Без метафоры происходило бы неоправданное расширение научного языка, и часто именно этот стилистический троп является наиболее емким и компактным способом выражения научной мысли. И. В. Полозова отмечает, что главная функция научной метафоры состоит в расширении с ее помощью горизонтов человеческого мышления и познания, так как .только через метафору в науку способны проникнуть новые смыслы [9: 325].

Современные исследования в когнитивной лингвистике, когнитивной психологии, психолингвистике подчеркивают значение метафоры для расширения научного лексикона, постепенно формирующего и индивидуальные представления о мире. Расширение научных теорий осуществляется посредством экстраполяции коллективного знания (КЗ2) (КЗ2 -

«зарегистрированная» в продуктах деятельности человека часть коллективного знания / переживания как достояния лингвокультурной общности» [6: 23]) из одной научной парадигмы в другую, давая возможность присоединять дополнительные аксиомы, гипотезы, принципы, постулаты. Инверсность научного дискурса базируется на перманентной инкорпорации терминов и понятий из наивного, художественного и других видов дискурса. При этом термины и понятия, употребляемые в новых для себя контекстах, становятся метафорической основой для образования специальных терминов, обеспечивая перестройку понятийного фонда конкретной научной области знаний. Этот процесс сопровождается установлением новых ассоциативных связей между объектами и явлениями, обусловливающих позитивное развитие терминологического аппарата данной научной парадигмы.

Метафоризация как особая метапроцедура выполняет важную роль культурной фиксации новых научных результатов [3: 164-165]. Научные понятия, которые обычно вводятся их авторами в оборот как смелые метафоры, постепенно приобретают привычные, фиксированные в лексиконе языка и концептуальных структурах формы. Отвечая способности человека улавливать и создавать сходство между очень разными понятиями и классами объектов, метафора является весьма продуктивным понятием для науки. Модель процесса метафоризации в научном дискурсе, по мнению автора, состоит из сущностей и отношений между ними, понимаемой как отношение, устанавливаемое субъектом метафоризации между сущностями, точнее — их признаками и ассоциативными комплексами, и нацеленное на синтез релевантных для метафорического замысла признаков и ассоциаций [3: 165]. С позиции

психолингвистики результатом процесса метафоризации, по нашему мнению, является вербальное оформление индивидом нового знания о мире и о себе. С помощью метафоры устанавливается новое смысловое содержание знаний индивида, представляющих собой результат работы сознания в системе деятельности человека, и свойства того или иного вида знания должны «выводиться не из догматических стандартов рациональности, а из свойств познающего субъекта и практических контекстов его деятельности и общений» [6: 36].

n w w

В этой связи достаточно показателен рассматриваемый нами медицинский дискурс, понимаемый как вербально-опосредованная деятельность индивида в сфере медицинской коммуникации: при диагностике заболевания, уточнении диагноза, позитивного эмотивного воздействия на пациента, принятия и обоснования выбранной методики лечения в условиях множественности точек зрения в медицинском сообществе и выработки коллегиального консенсуса. Несмотря на то, что медицинский дискурс - разновидность научного дискурса, он является прагматически ориентированным способом вербализации профессионального знания и, исходя из трактовки слова как средства доступа к единой информационной базе человека [4, 5], характеризуется актуализацией не только энциклопедических знаний, но и продуктов психического отражения действительности в сознании/подсознании индивида. Метафоры -неотъемлемая часть медицинского дискурса и представляют собой некое направление движения бессознательной творческой активности медика, участвуя в создании «инвариантного профессионального образа мира» (термин А. А. Леонтьева). В соответствии с принципом активности психического отражения, сформулированного в общепсихологической теории деятельности, продуцирование и восприятие любого слова (в том числе и метафоры) в речемыслительной деятельности происходит под влиянием психических образов, дискретных элементов знания, сформированных у коммуникантов в процессе деятельности и определяющихся целями, установками, потребностями, эмоциями индивида. Речь идет, прежде всего, о метафорах, функционирующих в языке на уровне терминологии. Например: кровеносные сосуды, сердечный клапан, грудная клетка, привратник желудка.

Наблюдения над научным медицинским дискурсом свидетельствуют о том, что почти вся современная терминология теоретической и, прежде всего, практической психологии и психиатрии - это чистая метафора: слова с конкретным значением обозначают явления психологического порядка. Когда психолог обнаруживает, что некоторые представления взаимодействуют между собой, он говорит, что они ассоциируются, т. е. ведут себя подобно тому, как люди ведут себя в социуме. Каждая терапия имеет свой набор метафор (в виде

словаря), предоставляющий возможность медикам выражать некоторую часть профессионального опыта и знаний о мире. Например: «Болезнь кьясанурского леса - острая инфекционная природно-очаговая болезнь из группы геморрагических лихорадок, вызываемая арбовирусом группы В, передающаяся клещами рода НавтарЬузаНз; характеризуется внезапной лихорадкой, длящейся 714 дней, явлениями общей интоксикации, умеренным геморрагическим синдромом; встречается в Южной Индии, сходна с омской геморрагической лихорадкой» [13: 149].

Поскольку профессиональная деятельность врача заключается в моделировании будущей реальности (картины выздоровления пациента) в специально организованном пространстве в специально отведенное время, то при этом происходит актуализация такого способа отражения реалий окружающего мира в сознании медицинского работника, при котором врач, действующий в ситуации «здесь и сейчас», наполняет собственным смыслом устойчивые (выработанные данным лингвокультурным сообществом) образы и представления, накладывающиеся на профессиональные знания. Например, метафорой в психотерапии, по словам медиков, может быть анекдот, притча, легенда, аллегория, история из жизни в случае их использования в качестве терапевтического приема на любой из стадий терапии. В данном случае медицинская метафора есть не что иное, как развернутая аллегория с более или менее эксплицитно выраженной моралью. Естественно, что поверхностное, «наивное» прочтение подобных текстов (например, когда речь идет о пациентах, не имеющих медицинского образования) было бы некорректным. Буквальный текст недвусмысленно указывает на другой, более глубинный, аллегорический текст, который заложен в первом, имплицитно вытекает из него и представляет основную коммуникативно-прагматическую и терапевтическую ценность, поскольку в метафоре так же, как и в аллегории, закодирован и сохраняется специфический и общечеловеческий опыт, передаваемый из поколения в поколение. Аналогия возникает, с одной стороны, в контексте, а с другой - на основании предшествующих лингвокультурных знаний, которые активируются в процессе коммуникации. Оба эти фактора - контекст и предшествующие знания - взаимодействуют и в конечном счете конституируют метафорический смысл высказывания. Используемая в подобных текстах метафора в высшей степени интерактивна, она намеренно поощряет творчески-инновативное участие пациента в интерпретации текста, стимулирует его воображение, основываясь на прецедентных феноменах данного лингвокультурного сообщества. Научное открытие, по словам А. Кёстлера, и заключается как раз в том, чтобы увидеть аналогию там, где ее никто не смог разглядеть до этого [12: 115]. Приводя в соприкосновение концепты, находившиеся

до этого на расстоянии друг от друга, мы тем самым ломаем установившуюся концептуальную систему, которая сковывает наше мышление, воображение и наш язык. Следовательно, метафора в психотерапии представляет собой некий образ, иносказательно называющий какое-либо явление и служащий в дальнейшем для номинации схожих ситуаций, явлений или объектов [12: 115].

Как показал проведенный нами анализ теоретической литературы, анамнезов пациентов, выписных эпикризов, тенденция к абстрактности и специализации содержания научного дискурса, в том числе и медицинского, не лишает его образности, проявляющейся в реализации таких функций метафоры, как функции концептуализации, категоризации и контаминации. Например: устье мочевого пузыря, механическая желтуха, бассейн лимфоотока, ворсинчатый рак. По наблюдению исследователей [12], подобное явление характерно для целого ряда языков, в том числе неродственных, и носит ярко выраженный национально-исторический колорит. Например: Blutgefäss, Bvustkorb, Wirhelsaule, Kmescheibe, Blinddarm, Fettpolster, Zahnfleisch, Tranensack, Augapfel, Adamsapfel, Magenpförtner, Trommelfell, Wimrinde [12: 189]. Во французском языке нами также были выявлены подобные феномены. А именно: syndrome de Chevalier, syndrome d'Alexandre [11], symptôme du Barbe-Bleue [14], symptôme du Chaperon rouge [15]. Как правило, это совершенно самостоятельные в семантическом отношении слова и словосочетания, достигшие терминальной стадии лексикализации, лишенные эмоциональной оценочности и автономно фиксируемые в лексикографических источниках. Необходимо отметить, что медицинские метафоры-термины создают образность и экспрессию за счет рефразеологизации прецедентных текстов, поскольку не конструируются ех nihilo, а используют для этой цели элементы уже существующей знаковой системы, являющейся частью общего культурно-исторического наследия.

В результате анализа полученного материала нами были выявлены следующие прецедентные тексты: имена литературных и мифологических персонажей, пословицы, названия произведений, имена собственные исторических личностей. Например: «синдром Шалтай-Болтая» [10: 477], ««синдром Розенталя» [1: 262], ««синдром Ромео и Джульетты» [10: 209]. Являясь составной частью языка, медицинская метафора-термин сохраняет свой уникальный статус и представляет своеобразную вербальную проекцию спрессованного социально-культурного опыта. Они многоплановы, и их функциональный аспект преобладает над чисто семантическим. Суть метафоры данного вида - уподобление патологических состояний здоровья человека образам персонажей художественной литературы с целью более точного раскрытия сути и причин заболевания. Этот семантико-функциональный тип аналогий и ассоциаций человека и его

организма с художественным миром основан на базовой для языкового сознания «образной» модели представления человека в его сходных чертах с художественным персонажем, что имеет глубокие исторические корни в эволюции любого национального восприятия мира. Существенное свойство всех прецедентных текстов в том, что они выступают как целостный знак, отсылающий к тексту-источнику и представляющий его по принципу «часть вместо целого». «Свернутый (или прецедентный) текст - единица осмысления человеческих жизненных ценностей сквозь призму языка с помощью культурной памяти»» [8: 119]. Иными словами, герои и тексты, хорошо известные широкому окружению данной личности, значимые для того или иного индивида в познавательном и эмоциональном отношении, позволяют языковым личностям при общении легко понимать друг друга и соотносить с определенными текстами одинаковые образы и представления. Например: «симптом Ван Гога заключается в том, что больные либо сами себя оперируют, либо требуют, чтобы врачи произвели им те или иные операции. Может наблюдаться при параноидной и ипохондрической формах шизофрении, в клинике психопатий. Иногда включается в рамки синдрома дисморфофобий» [1: 88].

При употреблении медицинской метафоры-термина коммуниканты соединяют характерные признаки данных имен с национально-детерминированными представлениями, которые стоят за ними. Процесс метафоризации связывает терминопорождение с миром действительности, заимствуя в «готовом» виде в медицинскую терминосистему лексемы из наивного, литературного и других видов дискурса со смещением значения или без него. Метафора в медицинском дискурсе представляет собой систему, при взаимодействии абстрактного и конкретного компонентов которой возникает новое значение, представляющее собой способ познания действительности. Например: ««болезнь любителей птиц -

разновидность аллергического альвеолита, встречающаяся у лиц, контактирующих с птицами, и обусловленная отложением в легких преципитата, состоящего из IgG-антител и попавшего в организм аллергена (из сыворотки крови или помета птиц)» [13: 149].

Значительную часть научного языка и языка медицины, в частности, составляют лексемы наивного дискурса, получившие специальный смысл в составе медицинских метафор-терминов. Напомним, что под медицинской метафорой-термином нами понимается рожденное в профессиональном дискурсе индивидуально созданное и закрепленное словарной статьей словосочетание, состоящее из слова из классического языка и лексемы литературного дискурса, являющейся частью культурного тезауруса. Вследствие интеракции двух элементов в медицинской метафоре-термине эмергентно продуцируется новое значение. Медицинская метафора-

термин фиксирует познавательную деятельность врача и относится к профессиональному сленгу. Следует особо подчеркнуть, что медицинская метафора-термин ограничена рамками профессионального общения [7: 79]. Например: тело и хвост поджелудочной железы, перстневидный рак, слепая кишка, кивательная мышца, природные киллеры, Т - хелпери, футлярная анестезия [2: 56, 63].

По справедливому замечанию В.А. Лукина, несмотря на то, что прецедентные тексты активно используются всеми носителями данного языка и данной культуры, но далеко не все из них достаточно точно и адекватно представляют себе место и роль цитируемого фрагмента в тексте-источнике (так же, например, как употребление в русской речи латинских крылатых выражений и афоризмов не свидетельствует о знании говорящим латинского языка). Непосредственное цитирование происходит не из текста-донора, а из «культурного тезауруса» языковой личности, приобретшей опыт обращения с прецедентным текстом не только по причине знакомства с его исконной текстовой средой, но в результате собственной коммуникативной практики [8: 119]. Например, согласно результатам проведенного нами анкетирования тридцати врачей-психиатров, психотерапевтов и медицинских психологов лишь один процент опрошенных мог вспомнить название произведения, послужившее текстом-донором для медицинской метафоры-термина «Пиквикский синдром». Однако симптоматика заболевания была верно названа всеми. Согласно «Эпонимическим терминам в психиатрии, психотерапии и медицинской психологии» В. М. Блейхера, ««Пиквикский синдром - это расстройства сознания, непроизвольные приступы сонливости с мышечными подергиваниями и ускоренным или поверхностным дыханием, возникающие в связи с гиповентиляцией при ожирении, некоторых заболеваниях легких. Имеются предположения о наследственном (аутосомно-рецессивный тип передачи) происхождении. Название подсказано образом одного из персонажей романа Ч. Диккенса "Записки Пиквикского клуба" - слуги Джо» [1: 245].

На примере медицинских метафор-терминов вследствие интеграционной работы заимствующего текста хорошо виден процесс превращения общеизвестного в уникальное. Например: ««болезнь легионеров - острая инфекционная болезнь, впервые отмеченная в 1976 г. в США во время съезда членов Американского легиона, вызываемая ранее не описанной грамотрицательной бактерией; характеризуется высокой лихорадкой, миалгией, поражением дыхательных путей, пневмонией, нередко дисфункцией органов желудочно-кишечного тракта, тяжелым течением» [13: 149].

На основе вышеизложенного можно констатировать, что в прецедентных текстах вербализуется сжатое представление, образ, к

которому обращаются с целью формирования на его основе нового знания, вследствие чего медицинская метафора предстает как результат культурной фиксации в медицинской терминологии. Расшифровка подобных метафор предполагает не только знание языка профессии, но и знание мира. Обладая к тому же сильной креативной потенцией, медицинские метафоры-термины вносят свой уникальный вклад в более дифференцированное и мультиперспективное понимание окружающего мира, частью которого является любой индивид.

Метафорический способ выражения исследуемого феномена следует, вероятно, отнести к коммуникативным ресурсам, которые облегчают понимание, освобождая врачей от необходимости прибегать к обстоятельным дескриптивным экспликациям подразумеваемого смысла. Актуализируя культурный опыт, закрепленный в сознании индивида, его профессиональные знания, медицинская метафора-термин способствует восприятию новой информации и повышению эффективности лечебных программ. Таким образом, медицинская метафора-термин представляет собой одно из условий достаточно компактной и эффективной профессиональной коммуникации, основанной на вербальной проекции социальнокультурного опыта.

Список литературы

1. Блейхер В. М. Эпонимические термины в психиатрии, психотерапии и медицинской психологиии. - Киев: Вища шк., 1984.

2. Бондарь Г. В., Яремчук А. Я. Справочник онколога: учеб. пособие. - М.: МЕДпресс-информ, 2003.

3. Величковский Б.М. Когнитивная наука: Основы психологии познания: в 2 т.

- Т. 2 - М.: Смысл; Академия, 2006.

4. Залевская А. А. Некоторые особенности естественного семиозиса // Слово и текст: психолингвистический подход: сб. науч. тр. / под общ. ред. А. А. Залевской. Вып. 3. - Тверь: Твер. гос. ун-т, 2004.

5. Залевская А.А. Психолингвистические исследования. Слово. Текст: Избранные труды. - М.: Гнозис, 2005.

6. Залевская А.А. Психолингвистика и психолингводидактика // Слово и

текст: психолингвистический подход: Сб. науч. Тр. / Под общ. Ред.

А. А. Залевской. Вып. 7. - Тверь: Твер. гос. ун-т, 2007.

7. Лебедева С. В., Зубкова О. С. Медицинская метафора в современном языке: моногр. - Курск: Изд-во КГУ, 2006.

8. Лукин В. А. Художественный текст: Основы лингвистической теории. Аналитический минимум. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Ось-89, 2005.

9. Полозова И.В. Метафора как средство философского и научного

познания. [Электронный ресурс]: дис...д-ра филос. наук. - М.: РГБ,

2003.http://diss.rsl.ru/ diss/03/1076/031076044.pdf

10. Ребер А. Большой толковый психологический словарь. The Penguin. Т. 2.

- М.: Вече-АСТ, 2001.

11. Рубакин А. Н. Французско-русский медицинский словарь. - М.: Сов. энцикл. 1974.

12. Шувалов В. И. Метафора в лексической системе немецкого языка [Электронный ресурс]: дис.д-ра филол. наук. - М.: РГБ, 2006. http://diss.rsl.ru/ diss/07/0332/070332012.pdf

13. Энциклопедический словарь медицинских терминов: в 3 т. / гл. ред. Б. В. Петровский. - М.: Сов. энцикл. - Т. 1, 1982.

14. Revue de l'infirmière. Paris CEDEX. - 1993. - № 6.

15. Revue de l'infirmière. Paris CEDEX. - 1995. - № 13.