"Вопрос кибербезопасности стоит особенно остро в интернете вещей"

ОЛИВЬЕ ОНДЕ, главный вице-президент по IoT и аналитике Orange Business Services, отвечает за это направление во всем мире — в 160 странах, где работает оператор. Строительство мира интернет вещей для него повседневная рутина. По словам господина Онде, компания может заработать $600 млн на этой теме уже в 2018 году.

— Насколько развито направление IoT в вашей компании?

— На сегодняшний день мы управляем 12 млн IoT-объектов по всему миру. Это в два раза больше, чем два года назад. Мы действуем по разработанной стратегии развития в области IoT, которая включает в себя работу по четырем вертикалям и четырем ключевым IoT-компонентам.

Четыре вертикали — это автомобильная отрасль, умные города, промышленность и повседневная жизнь, куда мы включаем здравоохранение, умные дома и другие категории разряда B2B2C.

Для каждой из этих вертикалей мы предлагаем IoT-объекты, услуги связи, специально подобранные для каждой ситуации, платформы для управления данными (data-management platform), а также наш локальный опыт интеграции и обеспечения безопасности.

Мы закупаем IoT-объекты и предоставляем клиенту в аренду в рамках единого сервиса. Либо помогаем подобрать правильные устройства для закупки. Тщательно проверяем их, так как в интернете вещей вопрос кибербезопасности стоит особенно остро.

IoT-платформа нашей компании для управления данными входит в тройку лучших в мире. В ее составе есть все нужные компоненты, включая MDM (mobile device management), средства сбора, анализа и управления данными с устройств и другие. Аналитика — это то, что часто определяет поведение компаний в целом, поэтому важно, чтобы решение, на котором она реализуется, было качественным.

— Расскажите детальнее, что вы делаете в этих четырех отраслях.

— Из всех подключенных IoT-объектов, которыми мы управляем, 5 млн приходятся на автомобили и грузовики, 5 млн работают в инфраструктуре "умных" городов, 2 млн — в промышленности, примерно 0,5 млн относятся к четвертой категории (здравоохранение, "умный" дом и пр.).

— Это несколько неожиданные цифры. Как показывают различные исследования, как раз четвертое направление растет быстрее других за счет того, что люди массово покупают "умные" часы, фитнес-браслеты и пр.

— Да, это направление растет очень быстро, но названные мной цифры не включают те устройства, которые потребители приобретают в розницу и подключают самостоятельно. Я говорю только о тех устройствах, которыми мы управляем.

— Давайте тогда по порядку, какие IoT-проекты вы ведете в автомобильной отрасли?

— В мире существует порядка 15-20 крупнейших автопроизводителей, каждому из них требуются услуги по подключению автомобилей, причем доступные по всему миру — это ключевое требование. Мы входим в глобальный альянс Global M2M Association вместе с другими телеком-компаниями (Telia Sonera, SoftBank, Deutsche Telecom и другие). Это позволяет обеспечить нашим клиентам глобальную подключенность их автомобилей.

— Вы устанавливаете свои сим-карты в машины?

— Это могут быть и наши сим-карты, но обычно производители встраивают пустые сим-карты, которые могут быть привязаны к любому оператору в зависимости от того, в какой стране используется автомобиль. Им важны гибкость, простота и постоянная подключенность. Мы непрерывно работаем над уменьшением задержки сигнала — в 5G она будет минимальной. Для обычного грузовика или пассажирского автобуса, к примеру, задержка в 17 секунд, возможно, и не является критичной. Но когда дело касается автономного транспорта, это становится вопросом безопасности. Также мы продаем услуги сервис-провайдерам, к примеру операторам железнодорожных компаний, авиакомпаниям, транспортным фирмам и пр. Всем, кто хочет предоставлять услуги конечным клиентам. К примеру, бельгийский авиаперевозчик BNC раздает Wi-Fi на борту, который предоставляется на базе нашей инфраструктуры связи. AirFrance делает то же самое.

Также мы работаем с компаниями, которые владеют собственным автопарком. Это могут быть крупные промышленные концерны, различные корпорации и так далее. Это большой сегмент рынка — порядка 5 тыс. клиентов, которым мы предоставляем платформу для управления их автомобилями, проведения логистических расчетов. Мы размещаем в машине устройство с GPS-модулем и акселерометром, которые подключены к системе fleet-management (управления автопарком). Таким образом, можно всегда отследить местонахождение автомобиля. Конечно, все это делается с учетом законодательных требований: водитель всегда в курсе, что его маршрут отслеживается.

На днях анонсировали партнерство с Renault, семь месяцев назад — с Peugeot Citroen. Вместо того чтобы устанавливать оборудование в их автомобили и брать деньги за каждую "коробку", мы встраиваем все бесплатно, но берем ежемесячную плату за пользование сервисом с потребителей и делим этот доход с производителем автомобиля. Таким образом, мы зарабатываем деньги вместе с партнером, но также заботимся о правах потребителей и защите их конфиденциальной информации. Они могут контролировать, какие данные доступны третьим лицам.

— Какие проекты вы ведете в сфере "умных" городов?

— Мы принимаем участие в нескольких крупных проектах по созданию "умных" экологичных районов в городах в разных странах. Устанавливаем сенсоры, строим платформы для обслуживания потребителей и управления инфраструктурой. Внедряем инструменты для организаций, обслуживающих город, чтобы они видели в реальном времени, что происходит на их участках. Для служб коммунального хозяйства внедряем "умные" счетчики воды, газа, электричества.

В этой сфере важно, чтобы счетчики могли работать как можно дольше без замены. Для решения этой задачи есть два подхода. Один заключается в использовании стандарта мобильной связи LTE-M. Сеть этого стандарта оптимизируется таким образом, чтобы уменьшить энергопотребление до пяти-десяти раз по сравнению с обычными LTE-сетями. Например, если сеть определяет, что объект не двигается, то может ограничить частоту передачи данных через мобильный протокол.

Также могут назначаться периодические сессии связи, позволяющие избежать постоянного обмена пакетами.

Второй подход — это использование технологии LoRa, которая обходится дешевле. На данный момент порядка 60 наших клиентов тестируют ее, выбирают между LTE и LoRa. Эта технология еще в два раза уменьшает потребление энергии. LoRa специально разработана для местного подключения большого числа стационарных IoT-объектов на большой площади. Одна базовая станция LoRa может полностью покрыть достаточно большую территорию с высокой плотностью сенсоров: от грузовых портов и сельскохозяйственных угодий до торговых центров и стадионов. Все зависит от оборудования: мы используем как традиционные антенны для мобильной связи высотой 1 м, так и антенны 15 см в высоту, с помощью которых можем обеспечить локальное покрытие. Также клиенты могут подключать к этому оборудованию USB-модемы. Таким образом, можно комбинировать разные устройства и обеспечивать связь на строительных площадках, в городских условиях и так далее.

Когда речь идет об IoT-проектах, приходится выбирать между двумя показателями — энергоэффективностью и качеством покрытия. Если повышать один, то второй будет автоматически снижаться.

На сегодняшний день пока в мире нет ни одной универсальной сети, которая бы справлялась со всеми типами IoT-устройств и одновременно обеспечивала полноценной мобильной связью абонентов в зоне покрытия. На создание такой сети уйдет еще не меньше десяти лет. Пока мы должны выбирать, какой тип оборудования обслуживать, строить отдельную инфраструктуру под IoT-проекты и работать над оптимизацией. Таким образом, у нас есть LTE-М для мобильных объектов, которые могут перемещаться по всему миру, и есть LoRa — более дешевая технология для стационарных объектов. Оборудование LoRa проще в использовании, энергоэффективнее и может работать многие годы без замены.

— Как далеко продвинулись технологии для индустриального интернета вещей?

— В этой сфере у нас два основных типа кейсов. Первая задача, с которой мы помогаем промышленным предприятиям,— оптимизация деятельности. Один из примеров — проект, который мы реализовали для VINCI Autoroutes. Это крупнейшая компания во Франции, которая строит и обслуживает автодороги — тысячи километров транспортных путей. Каждую заправку и придорожный сервис мы оборудовали сенсорами десяти типов, в общей сложности установили более 100 тыс. таких устройств. Это датчики, показывающие, насколько заполнены мусорные контейнеры и диспенсеры с жидким мылом, когда закончится туалетная бумага, и позволяющие оптимизировать выезды обслуживающих бригад. Сенсоры под землей мониторят температуру и влажность, чтобы компания знала, какие участки дорог нужно обработать реагентами. Все это позволяет оптимизировать расход ресурсов и сделать бизнес более эффективным. Это то, что касается направления smart operations ("умные операции").

Также мы предоставляем услуги для отслеживания материальных активов в цепочках поставок. Это нужно, чтобы понять, например, где находится тот или иной товар, грузовик и так далее. В одной из косметических компаний мы смогли уменьшить время разгрузки грузовиков с четырех часов до двух благодаря применению RFID-меток. Для машиностроительных компаний это актуальная услуга, потому что им приходится отслеживать местонахождение множества деталей. Мы встраиваем GPS-трекер в коробку, и оператор получает сигнал, если вдруг эта коробка начала двигаться в не в том направлении.

— Какие технологии вы используете для связи внутри зданий?

— Обычно нам хватает для сбора данных сенсоров той связи, которая уже есть. Во Франции наша сеть уже имеет indoor-покрытие. Причем в Париже сигнал достает до подвалов. Если все же требуется улучшить параметры связи в конкретных местах, то размещаем дополнительные антенны.

— Давайте поговорим о деньгах. Сколько IoT сейчас вам приносит выручки?

— У нас есть стратегический план, согласно которому мы должны заработать на IoT и платформах анализа данных $600 млн к 2018 году, причем половина этой суммы придется на B2B-сегмент. Это амбициозная задача, но думаю, мы способны с ней справиться. Ведь речь идет не только об услугах связи, мы поставляем устройства, программные платформы, также мы обеспечиваем системную интеграцию и предоставляем решения по обеспечению безопасности. Последнее — это активно развивающееся направление. У нас в этой области задействована примерно тысяча сотрудников. Мы работаем над безопасностью сетей, устройств, платформ и над защитой клиентских данных.

— Что говорят ваши наблюдения относительно информационной безопасности в мире интернета вещей? На каком она уровне?

— Мы уделяем большое значение кибербезопасности: в нашем подразделении Orange Cyber Defense работают более 1 тыс. специалистов. На наш взгляд, сети в основном достаточно хорошо защищены, особенно если они построены по принятым в индустрии стандартам. Облачные платформы тоже достаточно хорошо защищены. Мы знаем, как строить безопасные ЦОДы, защищать данные. Также мы заботимся о защите периметра, о выявлении и предотвращении атак. Не так давно нами был создан центр обеспечения кибербезопасности Cyber SOC (Security Operating Center). Еще до широко распространения интернета вещей мы выявляли эпидемии вирусов на ранних стадиях и начинали строить защиту от них примерно за неделю до первых атак. В интернете вещей атаки несколько другие, но они не сильно отличаются от уже известных. Конечно, в идеале средства защиты в IoT должны встраиваться непосредственно в устройство, оно не должно быть легкой мишенью хакеров. Мы тестируем множество IoT-объектов, помогаем клиентам их проверять на предмет защищенности, проводим тестирования на проникновения, иногда даже специально разрабатываем устройства под конкретные проекты. На рынке, конечно же, есть много устройств, которые слабо защищены. Мы, как минимум, хотим быть уверены, что наши клиенты в курсе того, какие IoT-девайсы можно безопасно использовать. Для этого ведем каталог проверенных IoT-объектов, который пока доступен для наших клиентов, вскоре он будет открыт для широкой публики.