Прения сторон как средство формирования внутреннего убеждения судьи

УДК 343.13

ПРЕНИЯ СТОРОН КАК СРЕДСТВО ФОРМИРОВАНИЯ ВНУТРЕННЕГО УБЕЖДЕНИЯ СУДЬИ

© Сундюкова А. Р., 2011

Рассмотрен актуальный вопрос формирования внутреннего убеждения судьи на таком этапе судебного разбирательства, как прения сторон. Автор указывает, что суд играет решающую роль в постановлении приговора по уголовному делу, и обязан использовать весь арсенал средств доказывания, предусмотренных УПК РФ. Рассматриваются особенности прений сторон в процессе доказывания по уголовному делу и отдельные аспекты, которые составляют эту процедуру.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство; прения сторон; назначение уголовного судопроизводства; назначение прений сторон; судебные речи; убеждение судьи; постановление приговора;

законность приговора; структура судебной речи;

Известный российский юрист В. Д. Спасович писал: «Всякое убеждение держится на доказательствах и прочно до тех пор, пока его основания — доказательства — не пошатнулись. „.Доказательствами судебными называем мы основания судейского убеждения при решении спорного вопроса, подлежащего судебному разбирательству, убеждения, на котором основывается приговор суда» [1].

Суд играет решающую роль в постановлении приговора по уголовному делу. Он обязан использовать весь арсенал средств доказывания, предусмотренных УПК РФ, для формирования доказательственной основы, которая позволит ему по своему внутреннему убеждению принять законное, обоснованное и справедливое решение по уголовному делу.

Применительно к судебным прениям актуально то, что в судебном разбирательстве отношения судьи и сторон можно представить в виде треугольника. Схематично это выглядит следующим образом: вершину

треугольника занимает судья, отношение сторон образует его основание. Стороны равноправны по своему статусу и находятся в одной плоскости. Суд, возвышаясь над ними, в равной степени распространяет свою власть на них с целью управления законом в полном соответствии с духом права и справедливости. В этой связи, если судья — это центр и источник власти во время разбирательства и следствия по делу, а каждая из сторон — точка ее приложения, то вектора действия сил в суде, эффекты их сложения образуют силовое поле, в котором и

достижение истины.

формируются такие качества судебного решения, как справедливость, законность, обоснованность [2].

Приговор суда как итоговое решение должен быть основан на беспристрастности судьи. Думается, беспристрастность следует рассматривать как отсутствие предрасположенности, предвзятости к исходу дела. Причем отдельные авторы из анализа практики Европейского Суда по правам человека полагают, что беспристрастность судей стоит рассматривать исходя из субъективного и объективного подхода. Так, субъективность выражается в личном убеждении судьи, а объективность — в оценке надлежащих гарантий, которые позволят исключить сомнения в беспристрастности судьи [3].

Одной из гарантий беспристрастности судей является гласность уголовного судопроизводства. Так, судебные прения являются одним из показателей элементов гласности, поскольку, например, в открытом судебном заседании присутствующие могут лицезреть состязательность сторон в чистом виде.

В настоящее время гласность выражается и в использовании технического обеспечения, которое позволяет ознакомиться с материалами уголовного дела и ходом судебного заседания через Интернет, на сайте конкретного суда. Не исключена и перспектива мониторинга за судебным следствием в режиме реального времени со стороны неограниченной аудитории [4].

Тем не менее, если гласность выступает гарантом законного и беспристрастного приговора судьи, то прения сторон выступают для суда как ориентир при постановлении

приговора, в качестве предпосылок для оценки доказательств. Посредством судебных прений судья осуществляет познание и реконструкцию обстоятельств преступления, а также на основе этого принимает решения.

Наряду с тем, что судья является непосредственным арбитром в уголовном судопроизводстве, он же выполняет несколько психологических функций одновременно: во-первых, коммуникативную, во-вторых, интерпретационную, в-третьих, регуляцию эмоционального напряжения сторон. Коммуникативная функция судьи состоит в установлении контакта с участниками судебных прений, как государственным обвинителем и адвокатом, так и участниками, не имеющими юридического образования. Из анализа судебной практики это означает, что судья должен нейтрализовать сложности юридической терминологии и потребовать у стороны детализировать заложенный смысл в своих доводах более доступным и понятным языком. Интерпретационная функция судьи проявляется в том, что он одновременно имеет дело как с фактами, так и с нормами права [5]. То есть стороны судебных прений дают свой анализ фактов уголовного дела и их нормативно-правовое обоснование в аспекте доказывания, судья же непосредственно воспринимает данные обстоятельства и оценивает их на предмет соответствия уголовнопроцессуальному закону.

Перечисленные три психологические функции судьи подтверждают истинное руководство судьей ходом судебных прений. Однако возникает вопрос: каким же образом стороны могут повлиять на внутреннее убеждение судьи, если он является вершиной правосудия и стоит над сторонами судебных прений, обладая наивысшей юридической квалификацией; возможно, при раскладе всех обстоятельств по уголовному делу знает заранее, каким приговором закончится судебное разбирательство, обвинительным или оправдательным? По этому поводу применима ст. 17 УПК РФ о том, что судья выносит приговор на основе совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, и никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

В этой связи заметим, что формирование внутреннего убеждения непосредственно основывается на такой стадии процесса доказывания, как оценка доказательств.

Обязанность оценки доказательств произ-водна от более широкой по объему обязанности доказывания. Органы государства, оце-

нивающие доказательства, действуют в разных процессуальных условиях, специфика которых определяется задачами и особенностями каждой стадии процесса. Важно подчеркнуть, что органы государства и должностные лица, последовательно производящие оценку доказательств на разных стадиях процесса, независимы друг от друга, и поэтому сущность и результаты этой оценки определяются исключительно обстоятельствами дела, требованиями закона и их внутренним убеждением [6].

Оценка доказательств представляет мыслительную деятельность судей, осуществляемую в логических формах при соблюдении научной методологии познания, обеспечивающей достижение истины [7].

Правосознание как результат восприятия судьей системы юридических норм при рассмотрении конкретного дела позволяет приспособить общие нормы к сложившейся в процессе единичной ситуации, а также является средством восполнения по аналогии пробелов закона [8].

В уголовном процессе оценка доказательств производится по внутреннему убеждению судей, основанному на всестороннем, полном, объективном и беспристрастном рассмотрении доказательств, однако, при этом в законе не указываются формальные условия, которые заранее определяли бы ценность и значение каждого доказательства в отдельности и их совокупности.

При оценке доказательств судьи руководствуются требованиями закона, выдвигающего условия общего характера (оценивать доказательства в совокупности, всесторонне, полно, объективно), устанавливающего правила допустимости доказательств и их относимости.

Будучи стороной общего мировоззрения судьи, правосознание позволяет уяснить смысл и значение требований закона, предъявляемых к собиранию и оценке доказательств. Значит, можно дать следующее определение оценки доказательств судом.

Оценка доказательств — это мыслительная деятельность судей, которая состоит в том, что судья, руководствуясь законом и правосознанием, рассматривает по своему внутреннему убеждению каждое доказательство в отдельности и всю совокупность доказательств, определяя их относимость, допустимость, достоверность и достаточность для выводов по делу.

В судебных прениях делаются судом выводы на основании оценки доказательств о

доказанности или недоказанности отдельных обстоятельств дела и преступления в целом.

В современном УПК РФ в ст. 17 закреплено: суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению. В то же время в действующем законе нет определения понятия «внутреннее убеждение».

В соответствии со ст. 17 УПК РФ судья при формировании выводов по уголовному делу оценивает все имеющиеся доказательства свободно, основывается на совокупности обстоятельств уголовного дела постольку, поскольку никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Формулировка ч. 1 ст. 17 УПК РФ о том, что судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, дает право полагать, что внутреннее убеждение относится в процессуальном аспекте к способу оценки доказательств.

В доктринальном смысле большинство ученых в области уголовно-процессуального права пришли к выводу, что внутреннее убеждение — это результат оценки доказательств [9].

По нашему мнению, поскольку внутреннее убеждение формируется на основе непосредственного восприятия позиций сторон в процессе судебных прений, можно полагать, что такого рода познание складывается с учетом психологического, моральноэтического и процессуального воздействия на сознание судьи.

Анализируя рассмотренные уголовные дела, следует констатировать: внутреннее убеждение формируется посредством психологического воздействия на сознание судьи определенной интерпретации совокупности доказательств той или иной стороной. Внутреннее убеждение судьи всегда складывается на основе рационального познания причинно-следственных и иных связей между фактами объективной действительности, ценностного к ним подхода, чувственного переживания полученных по уголовному делу результатов познания, сделанных из них правовых выводов [10]. В психологическом аспекте существенным для процесса формирования судейского внутреннего убеждения является осознание тех доказательств, которые были исследованы в ходе судебного следствия и были предоставлены с позиции стороны защиты или стороны обвинения в судебных прениях. Поскольку в судебных прениях стороны делают определенные выводы по результатам судебного следствия, то судья приобретает

уверенность в правильности и обоснованности своих выводов и готовность поступать сообразно своим выводам.

Одним из аспектов качественной новизны положений о внутреннем убеждении судьи выступает правило — закон требует обоснования этого убеждения тщательно исследованными доказательствами с приведением и анализом их в приговоре суда.

Применительно к судебным прениям необходимо подчеркнуть то, что суд оценивает доказательства еще с самых первых стадий судебного разбирательства, в частности, признает доказательство недопустимым как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторон посредством проведения предварительного судебного слушания. Исключение доказательства оформляется соответствующим постановлением судьи. Прокурор, следователь, дознаватель для признания доказательства недопустимым составляют аналогичное по содержанию постановление, а в случае заявления ходатайства об исключении доказательства участником процесса (при наличии к тому оснований) — общее постановление об удовлетворении ходатайства и исключении доказательства. Так вот следует отметить, что исключенные из материалов уголовного дела доказательства не могут быть предметом судебных прений, соответственно, исключается оценка судом доказательств, ранее уже оцененных и признанных недопустимыми.

Статья 8 УПК РФ устанавливает правила оценки доказательств. Предметом оценки доказательств являются их относимость, допустимость и достоверность каждого в отдельности доказательства и всех их в сово-купности1. Оценить доказательства означает прийти к однозначному обоснованному выводу о допустимости и относимости, а затем, в судебных прениях, о достоверности или недостоверности фактических данных, существовании обстоятельств, устанавливаемых этими данными, их значении для дела.

Следовательно, применительно к стадиям судебного разбирательства можно полагать, что оценка доказательств — это осуществляемая в логических формах мыслительная деятельность судьи, связанная с установлением достоверности доказательств, собранных по уголовному делу, а также определением их значения для разрешения дела. Оценка доказательств производится непрерывно, на протяжении всего процесса доказывания, в том числе во время судебных прений посредством воздействия сторон на сознание судьи [11].

В соответствии со ст. 17 УПК РФ дознаватели, следователи, прокуроры, судьи оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном рассмотрении всех обстоятельств дела, руководствуясь законом и собственным правосознанием. Однако следует учитывать, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, помимо случаев, прямо указанных в законе.

Принято выделять нормативную, объективную и субъективную основу оценки доказательств.

К нормативной основе относятся уголовно-процессуальное законодательство и правосознание субъектов оценки. Имеется в виду правосознание, основанное на уважении к закону и необходимости его неуклонного исполнения.

Под объективной основой понимается практика как основа познания и критерий истины. Вся деятельность судебных и следственных органов по собиранию и исследованию доказательств выступает в качестве основы познания в уголовном процессе по каждому конкретному делу. Полученные по делу доказательства являются критерием истинности выводов субъектов оценки. Таким образом, практика как основа познания представляет собой, с одной стороны, весь комплекс судебных и следственных действий, а с другой стороны — сами доказательства. Она является и средством познания, и критерием истинности познания [12].

Внутреннее убеждение в качестве субъективной основы предполагается как метод и результат оценки. Суд при оценке доказательств использует свое внутреннее убеждение, однако, и конечный результат деятельности по оценке доказательств представляет собой опять же внутреннее убеждение судей в правильности выводов, к которым они пришли.

Внутреннее убеждение как результат достигается лишь при наличии определенной совокупности доказательств и выражается в форме вывода, решения о доказанности или недоказанности фактов по результатам судебных прений.

Внутреннее убеждение как метод познания объективной истины обязательно по каждому уголовному делу. Это означает, что: субъекты оценки не связаны в определении силы, значения доказательств и предварительной оценкой доказательств, данной ими, а равно оценкой доказательств, данной другими органами на любой стадии

процесса. В частности, не могут быть даны обязательные указания о том, какие доказательства считать достоверными, какие выводы по делу должны быть сделаны; не связаны законом в определенном количестве доказательств; в законе отсутствуют какие-либо правила о преимуществах одного вида доказательств перед другим или о заранее установленной силе определенного количества доказательств; законом устанавливается невмешательство в оценочную деятельность; законом устанавливается независимость судей, подчинение их только закону.

Совокупность доказательств составляют данные, относящиеся ко всем версиям. Игнорирование доказательств, противоречащих обвинению, влечет односторонность оценки. Оценить всю совокупность доказательств — это значит решить вопрос, приводят ли они к достоверному выводу обо всех обстоятельствах, входящих в предмет доказывания.

Принципы оценки доказательств едины для всех стадий. Различие оценки не в ее характере, а в содержании и значении выводов по делу. Так, термин «внутреннее убеждение» выражает, в частности, что подход к оценке доказательств на любой стадии включает непредвзятость, отсутствие предустановленности, независимость.

Например, в судебном следствии в случае изменения показаний суд вправе положить в основу выводов показания на предварительном, а не на судебном следствии, если они получены в соответствии с законом, оглашены, всесторонне проверены и подтвердились другими доказательствами [13]. Вместе с тем если изменение показаний осуществлено мотивированно, объяснения о причинах их изменения нельзя оставить без проверки и оценки.

Приговоры, постановленные на основе предположений или на основе доказательств, которые находятся в противоречии с совокупностью обстоятельств, установленных по делу, подлежат отмене. Приговор не может быть вынесен, если не проверены и не опровергнуты все противостоящие обвинению доводы и не устранены все сомнения в виновности. При этом должны быть объективно оценены обстоятельства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого, и конкретно мотивирована позиция относительно доказательств, которые суд считает невозможным положить в основу решения.

В отличие от суда, участвующие в деле лица (за исключением государственного обвинителя, являющегося одновременно орга-

ном прокурорского надзора) оценивают доказательства в целях защиты своих личных (представляемых) законных интересов. Поэтому закон не предъявляет к их выводам требования всесторонности, полноты и объективности. Известная односторонность этих лиц при оценке доказательств определяется их специфическими задачами в доказывании. Органы, ответственные за дело, обязаны руководствоваться при оценке доказательств законом и правосознанием, тогда как остальные участники процесса (кроме государственного обвинителя) могут, но не обязаны руководствоваться при оценке доказательств указанными критериями. Например, правосознание обвиняемого или потерпевшего может не вполне соответствовать общественным интересам; эти лица могут подходить к оценке доказательств с неправильными критериями. Тем не менее, они вправе оценивать доказательства по своему разуму и представлять суду свои соображения.

Участвующие в деле лица могут соглашаться или не соглашаться с оценкой доказательств, данной в процессуальных актах, и даже оспаривать ее правильность в установленном законом порядке. Но пока эти акты не отменены, они определяют движение процесса от стадии к стадии и подлежат исполнению. Таким образом, оценка доказательств следователем, прокурором, судом влечет определенные правовые последствия. В отличие от нее оценка доказательств участниками процесса, отстаивающими свои или представляемые интересы, имеет целью убедить следователя, прокурора или суд в правильности выводов соответствующего участника процесса. Лишь в этом смысле она может влиять на исход процесса.

Процессуальная деятельность обвиняемого, защитника, потерпевшего и других участников процесса также связана с оценкой доказательств. Эта оценка выражается в судебных прениях. Соображения участников процесса помогают судье полно, всесторонне и объективно оценить доказательства.

Итак, на основании изложенного можно утверждать, что внутреннее убеждение судьи основывается на оценке доказательств, которая представляется сторонами в ходе судебных прений, и собственной оценке доказательств, которая должна быть полной, всесторонней, объективной, беспристрастной в соответствии с нормами УПК РФ.

Внутреннее убеждение судьи — это уверенность судьи в правомерности и законности выносимого приговора по уголовному де-

лу. Прения же сторон являются ключевым этапом оценки доказательств и выступают в качестве основы для вынесения приговора судом в соответствии с выводами участников уголовного процесса, принимающих участие в прениях. И

1. Спасович В. Д. Избранные труды и речи / сост. И. В. Потапчук. Тула : Автограф, 2000. С. 17.

2. Гришин С. П. Указ. соч. С. 118.

3. Де Сильвиа М. Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Судебная практика 1960—2002 гг. СПб. : Юрид. центр пресс, 2004. С. 445—446; Кудрявцева А. В., Сысков В. Л. Доказательственная деятельность суда первой инстанции по уголовным делам. М. : Юрлитинформ, 2007. С. 46.

4. Гришин С. П. Указ. соч. С. 261.

5. Кудрявцева А. В., Сысков В. Л. Указ. соч. С. 164.

6. Безлепкин Б. Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Сов. государство и право. 1991. № 8. С. 98-106.

7. Уголовно-процессуальное право : учебник для вузов / под ред. П. А. Лупинской. М. : Юрист, 1995. С. 132.

8. Пашин С. От социалистического правосознания к здравому смыслу // Рос. юстиция. 1995. № 6. С. 8.

9. Кокорев Л. Д., Кузнецов Н. П. Уголовный процесс : доказательства и доказывание. Воронеж : ВГУ, 1995. С. 223; Курс советского уголовного процесса / под ред. А. Д. Бойкова, И. И. Карпеца. М. : Юрид. лит., 1989. С. 620; Уголовный процесс / под ред. К. Ф. Гуцен-ко. М. : Зерцало, 1995. С. 159; Орлов Ю. К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М. : Проспект, 2000. С. 85.

10. Чуфаровский Ю. В. Юридическая психология. М. : ТК «Велби», 2006. С. 437.

11. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В. В. Мо-зякова. С. 217.

12. Арсеньев В. Д. Указ. соч. С. 179.

13. Бюл. Верхов. Суда РФ. 2004. № 1. С. 12.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 В качестве критериев оценки ч. 1 ст. 88 УПК РФ определяет такие свойства доказательств, как относимость, допустимость, достоверность и достаточность.

Pleadings of Sides as a Mean of Formation of the Inherent Conviction of a Judge

© Sundukova A., 2011

This article deals with such actual questions as formation of the inherent conviction of a judge on such a level of the court examination as pleadings of sides. The author shows that the court is of the decisive importance of the resolution of a sentence in connection with a criminal case and the court is obligated to use all the means of proving, which are specified in the CPC RF. In this article the features of pleadings of sides in the process of proving in connection with a criminal case and separate aspects which are included in the procedure of pleadings of sides are regarded.

Key words: criminal legal procedure; pleadings of sides; purpose of the criminal legal procedure; purpose of pleadings of sides; judicial speeches; convictions of a judge; resolution of a sentence; legality of a sentence; structure of a judicial speech; achievement of the truth.