К cезонному размещению диких копытных и волка Тунгусского плато

УДК 599.742. 1:591.4 А.П. Суворов

К СЕЗОННОМУ РАЗМЕЩЕНИЮ ДИКИХ КОПЫТНЫХ И ВОЛКА ТУНГУССКОГО ПЛАТО

В статье рассмотрены сезонные перемещения лесного северного оленя, лося и трофически связанного с ними среднетаежного волка Тунгусского плато. Указаны места зимней концентрации на пастбищах, пути и направления миграций стад оленя и лося, их значение в питании среднетаежного волка.

Ключевые слова: дикий северный олень, лось, волк, сезонные перемещения, места концентрации, пространственная структура, питание, тунгусское плато.

A.P. Suvorov TO SEASONAL LOCATION OF THE WILD HOOFED ANIMALS AND A WOLF ON THE TUNGUS PLATEAU

Seasonal migrations of forest reindeer, elk and nutritionally connected with them middle taiga wolf of the Tungus plateau are considered in the article. Places of winter concentration on the pastures, ways and directions of migrations of deer and elk herds, their value for middle taiga wolf feeding are specified.

Key words: wild reindeer, elk, wolf, seasonal migrations, concentration places, spatial structure, food, the Tungus plateau.

Материал и методы. Основой для настоящей статьи послужили материалы авиаучетов ресурсов диких копытных, авторские наблюдения в пределах Тунгусского плато, материалы опроса охотников* Енисейского Севера по сезонным перемещениям дикого лесного северного оленя, лося и среднетаежного волка и литературные данные. Наземные наблюдения осуществлялись по общепринятым методикам зоологических исследований (Насимович, 1948; Новиков, 1953; Матюшкин, 1970 и др.).

Актуальность проблемы. Регулирование поголовья волка в Эвенкии, равно, как и в других регионах России, чаще всего проводится стихийно, бессистемно, без учета пространственной территориальной структуры «волк-копытные», при недостаточной информации о состоянии ресурсов хищника и жертвы, экологической роли волка в биоценозах. Хаотичность в регулировании поголовья волка в Эвенкии приводит к разрушению пространственно-территориальных отношений волка и копытных и вредит в первую очередь популяциям диких копытных.

Основные задачи:

1) описать места концентрации лесного северного оленя и лося на зимних пастбищах Тунгусского

плато;

2) установить пути и направления миграций лесного северного оленя и лося и нетерриториальных волков;

3) исследовать сезонное стациональное и пространственное территориальное размещение хищника и диких копытных;

4) изучить хищническое воздействие среднетаежного волка на популяции диких копытных.

Обсуждения. Экология среднетаежного волка определяется специализацией питания лесным диким

северным оленем и лосем, сезонные перемещения которых обычно не превышают 300 км. Поэтому в отличие от полярных волков среднетаежный волк - более оседлый хищник.

Ареал среднетаежного волка совпадает в границах с летним ареалом лесного северного оленя [1-2]. На Енисейском Севере по местам повышенной зимней концентрации оленей на пастбищах выделяли пять самостоятельных стад: Агатское, Центральное (Виви-Тутончанское), Ейское, Бахтинское, Нидымское, Илимпийское [3-4]. В период авиаучета диких копытных в Эвенкии нами были зарегистрированы наиболее крупные зимние группировки лесного оленя: Виви-Кочечумская в верховьях Виви, Тембенчи, Кочечума; Виви-Тутончанская - в

* Использованы сообщения охотников В.К. Удыгера, Шадымова В.В., Каплина В.А, И.И. Давыдова, Н.И. Ян-Вен-Тина, В.Ф. Омельченко, Л.С. Щеголева, Н.В. Чешегорова, В.А. Куксина, Н.Г. Лебедева, С.Д. Золотоверха, Б.В. Доброскокова, В.Г. Ращупкина, М.Г. Логинова, В.В. Солдатова и др.

междуречье Тембенчи и Кочумдека; Бахтинская - в междуречье Бахты и Нижней Тунгуски; Ейская - в бассейнах Ейки и Пирды и в их междуречье; Нидымская - в междуречье Нижней Тунгуски и Таймуры (по хребту Ян-гиль в междуречье Нидыма, Нидымкана и Нэптэннэ, в междуречье Сики и Турки); Илимпейская - в верховьях Таймуры и Илимпеи; отмечена также концентрация лесного оленя на водоразделах Учами с Катарамбой и Ва-кунайкой, Юнари с Катарамбой (хр. Вевикан), Тэтэнчимэ с Корбунчаной, Кирамки с Чистковой и Чикты [5] (рис.). Зимой за стадами лесных оленей всюду - по марям и верховым болотам - кочевали нетерриториальные преимущественно молодые среднетаежные волки. Следы их жизнедеятельности авторы постоянно отмечали на учетных маршрутах. Матерые хищники с прибылым молодняком обычно оставались в зиму на своих семейных участках. По малому снегу во время кочевок оленей в сентябре-октябре или во время обратных кочевок весной семейные стаи скрадывали их на тропах. Зимой волки из семейных стай тропили каждый след оленя в густо заросших кустарником поймах рек, озер, болот на верховых марях.

Немногочисленная агатская популяция лесных оленей зимой занимала нижнее течение рек Курейки, Северной, Ерачимо [3-4]. Летом эти лесные олени осваивали юго-западные склоны Путорана, окрестности озер Агата и Виви. В ноябре-декабре до подхода сюда на зимовку тундрового оленя они «скатывались» на зимовку в низовья указанных выше рек. Эта популяция летом находилась под умеренным хищническим воздействием путоранского волка. В пределах ее зимнего ареала среднетаежный волк малочислен из-за большой высоты снега.

Бахтинская популяция лесного северного оленя (2 тыс. особей) летом рассредоточивалась с невысокой плотностью почти по всему правобережье Енисея между Нижней и Подкаменной Тунгуской. Зимой олени концентрировались по хребту Хагды-Хихо на водоразделах рек Сухой Тунгуски, Фатьянихи, Бахты с Нижней Тунгуской. Пребывание волка в бассейне Бахты носит сезонный характер. Летом на немногочисленных коренных участках волки выводили потомство, но осенью даже семейные стаи уходили за дикими копытными в малоснежные, благоприятные для зимовок места [6].

На северной границе своего ареала (в бассейне р. Туру) лесные олени появлялись в мае, они приходили сюда на все лето с Нижней Тунгуски. В августе-сентябре лесные олени откочевывали на юг, уступая пастбища тундровым оленям. За лесными оленями на юг кочевали и нетерриториальные среднетаежные волки. Матерые волки с выводками оставались зимовать на своих участках. Здесь они успешно добывали в поймах рек лосей и немало истребляли на верховых марях домашних оленей. Позднее (с декабря-января) после подхода с севера диких тундровых оленей волки активно переключались на них. Вместе с тундровыми «дикарями» подходили небольшие группы по 2-3 особи полярных (путоранских) нетерриториальных волков, которые избегали встреч с местными лесными волками, и в марте - апреле вместе с оленями возвращались на север. На участке охотника В.К. Удыгер в бассейне р. Туру волки в среднем за зиму уничтожали до 70 лесных и 20-30 домашних оленей, осенью и весной по насту давили 6-8, иногда до 12 лосей [5].

Лесные олени из бассейна р. Учами в октябре-ноябре небольшими стадами следовали вверх по притокам на юг и восток, где они концентрировались по сопкам и верховым марям на водоразделах Учами с Катарамбой и Вакунайкой.

Лесные олени бассейна р. Таймуры концентрировались на зимовках на водоразделах Катарамбы, Юнари и Таймуры (по хребту Векикан), на водоразделах Юнари, Верхней Чунку и Таймуры в междуречье Нидыма, Нидымкана и Нэптэннэ (по хребту Янгиль), в верховьях Сики и Турки. Этот вид круглый год явно преобладал в питании местных волков. Только возле Больших Порогов р. Таймуры, судя по останкам растерзанных жертв, хищники добывали каждую зиму более 30 лесных оленей.

Лесные олени междуречья Чуни и Подкаменной Тунгуски зимой концентрировались на верховых марях водоразделов Тычаны и Корды. Весной олени с мест зимовок разбредались по долинам ручьев и речек, к концу августа они уже снова концентрировались по сопкам, привлекая молодые выводки среднетаежных волков. При откочевке весной оленей их сопровождали волки второго года - переярки, и неразмножающие-ся матерые хищники [5; 7].

Лось - второй по значимости объект в питании среднетаежного волка, определяющий его сезонные перемещения. Он наряду с оленем постоянно присутствует в их питании. В пределах Енисейского Севера лось проникает по заросшим кустарником долинам рек далеко в тундру. Во время авиаучетов чаще встречались одиночки и пары, реже - группы по 3-4 зверя со значительным преобладанием самцов. На границе лесотундры лоси выпасались в долинах рек Хеты, Боярки, Ондодоми, Кыстыстаха, где по многочисленным

островам обильно произрастали кустарниковые ивы. В.П. Макридин [8] при авиационном истреблении полярных волков в северных предгорьях Путорана отмечал лосей в долинах рек Авама, Боганиды, Волочанки Хеты, Большой Романихи, в устье Котуя и по притокам Хатанги - Новой и Жданихи, на устье р. Большая Ба-лахня. При авиаучете диких копытных животных на юго-западных склонах плато Путорана в апреле 1987 года отмечали концентрации лосей в долинах средних бассейнов рек Виви (в междуречье притоков Юктэли и Янгето) и Тембенчи (в междуречье притоков Ичена и Делингдекена). Здесь же неоднократно встречали останки растерзанных волками лосей и торные разветвленные сети их троп в снегу.

Лоси преобладали в зимнем питании среднетаежных волков некоторых притоков (Кочумдека, Тутон-чаны, Чисковой, Илимпеи) бассейна Нижней Тунгуски. Лоси из окрестностей озера Бильчаны и бассейна р. Тутончаны осенью «скатывались» к Нижней Тунгуске, где концентрировались на зимовках в низовьях рек Чикты, Чисковой и Когорикты. Сюда же подходили лоси с верховьев р. Бахты. За лосями, как и за оленями, неотступно следовали волки. Крупные зимовки лосей и следы хищничества волков отмечали здесь во время авиаучетов [5].

Основные ресурсы лося в сопредельной Эвенкии правобережной части Туруханского района сосредоточены зимой в местах его концентрации в пойме Енисея. В середине 1970-х годов здесь ежегодно для нужд звероферм отстреливали с вертолетов и снегоходов до 150-200 лосей. Однако при постоянном подходе лосей с Енисейского кряжа и юго-западных отрогов Путорана численность их в пойменных стациях р. Енисей постоянно восстанавливалась. Поскольку протяженность зимних перемещений лося нередко превышала 200 км, то при столь интенсивном промысле запасы его ресурсов на обширных прилегающих территориях за относительно короткий срок уже к началу 1980-х годов сократились более чем в четыре раза [9, 10]. Территория Турухан-ского района из-за многоснежья малодоступна для волка. Их пребывание здесь носит сезонный характер. На правобережной части района, несмотря на постоянное обитание лося и наличие двух (Агатской и Бахтинской) популяций лесного оленя, волков зимой отмечают лишь в пойме Енисея.

Еще большее значение лось приобретал в питании среднетаежных волков южной части Эвенкии с относительно низкими ресурсами дикого северного оленя. При высокой концентрации лося на зимовках местные стаи хищников сопровождали их по рекам и ключам, разыскивали на «стойбах», добывая за зиму до 20 лосей. В междуречьях Чуни, Чамбы и Тэтэрэ (притоки Подкаменной Тунгуски) с начала 1990 годов среднетаежные волки обитали почти на каждом промысловом участке охотников, преследуя лосей и немногочисленных оленей, добывая в среднем по 8-12 лосей, 3-4 лесных оленя. Здесь в ноябре-декабре проходила постоянная миграция лосей с востока (с бассейна р. Еремы Иркутской области) через верховье Чамбы в долину Подкаменной Тунгуски. Обычно через 2-3 дня за ними по тропам проходили «чужие» волки. Весной лоси и волки возвращались обратно. По левобережным притокам Подкаменной Тунгуски лось в питании среднетаежных волков преобладает полностью. В бассейнах рек Собы, Оскобы, Нембы, Тайги уже в первой половине зимы волки широко кочевали зимой за лосем и оленем, из-за чего копытные часто меняли места кормежки. В верховья Собы, Оскобы и в бассейн Чадобца в ноябре-декабре с востока из бассейнов Катанги и Тэтэрэ лоси подходили также в сопровождении волков. Заметные сезонные перемещения диких копытных и среднетаежных волков с Енисейского кряжа в бассейны Подкаменной Тунгуски, Ангары и обратно проходят в пределах Северо-Енисейского района. Северо-восточное направление миграций лося и северного оленя проходит по долинам рек Чапы и Вандалы в нижнее течение р. Вельмо. В середине 1980-х годов здесь в среднем за зиму охотники находили останки 30-40 лосей, 50-70 оленей, добытых волками. Весной копытные возвращаются обратно. Местные олени из бассейна р. Вельмо проходят позднее. При массовом появлении «гнуса» они совершают переход на юго-запад в направлении горы Полкан. На восточном миграционном направлении лоси и олени следуют с западного макросклона Енисейского кряжа вниз через вершины Панимбы и Чиримбы до р. Большой Пит, далее вверх по нему и водоразделу Б. Пита и Горбилка к местам основных зимовок в бассейны рек Камо, Тахомо. Весной копытные возвращаются обратно. Они два раза пересекают при этом несколько постоянных охотничьих участков среднетаежных волков, теряя на каждом из них до десятка жертв. Наблюдаемая охотником С.Д. Золотоверхом стая волков в бассейне Б. Пита в октябре-ноябре контролировала территорию 350-380 км2. Задерживаясь у каждой новой жертвы по 3-4 дня, она проходила ее по кругу за 15-18 дней. За это время они успевали добыть 1-2 лосей и 2-3 оленей [5, 11].

Районы зимовок лесного дикого северного оленя (1) и лося (2) на Енисейском Севере

В юго-восточном миграционном направлении переходы лося и оленя с Енисейского кряжа, а за ними и волка проходили по двум маршрутам: а) с вершины р. Питской Каменки вниз и далее на восток, пересекая долину Большого Пита, обходя с севера Сухопитский хребет через вершину р. Сухого Пита, Тальский перевал, достигали мест зимовки в бассейне р. Каменки; б) с вершины р. Лендахи вниз и далее на восток, через долину Большого Пита и вершину р. Кондашимо переваливали к местам зимовки в бассейнах Удерея и Каменки. Иногда среднетаежные волки, следуя на восток за лосем и оленем, достигали бассейна р. Иркинее-вой. В бассейне Большого Пита волки обычно давили оленей во время кочевок по малому снегу в сентябре-октябре, реже во время обратных кочевок весной, лосей во второй половине зимы. Остатки лосей часто находили на льду и в густо заросших кустарником поймах рек, озер, болот, остатки лесных оленей реже находили на верховых марях. Среднетаежные волки сопровождали лосей и оленей даже на дальних переходах с Эвенкии на юг в бассейны Чадобца и Иркинеевой, Каменки и других правобережных притоков Ангары. В бассейны указанных рек эвенкийские волки подходили в конце декабря, весной они снова возвращались на север. При этом они быстро освоили Северное Приангарье своими поселениями, где после интенсивной рубки лесов при подготовке водохранилищ для Усть-Илимской и Богучанской ГЭС появилась сеть дорог и увеличились ресурсы диких копытных. В бассейне Чадобца олени концентрировались на верховых болотах и марях, лоси в поймах рек Хурламо, Гаинды, Арналя. Наблюдаемая здесь стая из 11 волков в октябре-

ноябре четыре раза обходила свой большой охотничий участок по маршруту: Чадобец - устье Юдакона, вверх по нему и Юдакончику переваливала в Северную Кошу, спускалась до Чадобца и по нему до устья Юдакона замыкала круг за 10-12 дней.

Выводы

Из приведенных выше наблюдений заметна тесная трофическая связь среднетаежного волка с лесным диким северным оленем и лосем, определяющая сезонное размещение хищника. Осенью лесные олени правобережных притоков р. Нижней Тунгуски спускались по ним на более южные водораздельные зимние пастбища. Лесные олени левобережья Нижней Тунгуски (бассейнов рек Учами, Нидыма, Таймуры, Илим-пеи), перемещаясь в южном направлении, поднимались вверх по рекам и концентрировались на малоснежных водораздельных пастбищах. Их повсюду сопровождали среднетаежные волки. Летом лесные олени разбредались по долинам ручьев и речек, здесь же на постоянных выводковых участках рассредоточивались пары матерых хищников. Трофическое значение лося для северо-таежного волка Эвенкии возрастало с севера на юг по мере сокращения ресурсов дикого северного оленя. Если в бассейне Нижней Тунгуски основу питания волка чаще составлял олень, то в бассейне Подкаменной Тунгуски и особенно в Верхнем Приангарье преобладал лось. При концентрации лося на зимовках стаи хищников разыскивали его на «стой-бах», сопровождали по ключам и рекам. Таким образом, места зимней концентрации диких копытных Тунгусского плато и их сезонные перемещения обуславливают здесь пространственное размещение, пути и сроки кочевки среднетаежного волка.

Литература

1. Охотничьи звери Красноярского края и их рациональное использование: моногр. / А.П. Савченко, А.Н. Зырянов, Г.А. Соколов [и др.]. - Красноярск: Изд-во КГУ, 2002. - 162 с.

2. Суворов А. Волки Эвенкии // Охота и охотничье хоз-во.- 2003. - №.8. - С. 22-23.

3. Вронский Н.П. Распределение лесного дикого северного оленя в северной Эвенкии // Охотоведение. Биолого-экономические основы ведения хозяйства. - М.: Лесн. пром-ть, 1975. - С. 302-307.

4. Сыроечковский Е.Е. Биологические ресурсы Енисейского Севера. - Красноярск: Кн. изд-во, 1965. -258 с.

5. Суворов А.П. Волк Тунгусского плато - проблема хищничества // Охрана и рациональное использование животных и растительных ресурсов: мат-лы междунар. науч.-практ. конф. 26-30 мая 2005 г.). -Иркутск, 2005. - С. 308-313.

6. Суворов А.П. О распространении и ресурсах волка (Canis lupus) в бассейне Енисея // Непрерывное экологическое образование и экологические проблемы: мат-лы междунар. науч.-практ. конф. 18-20 окт. 2004 г.). - Красноярск: Изд-во Сиб ГТУ, 2004. - Т. 1. - С. 67-71.

7. Суворов А.П., Смирнов М.Н. Некоторые carnivore Красноярского края: размещение и использование ресурсов // Объединение субъектов Российской Федерации и проблемы природопользования в Прие-нисейской Сибири: мат-лы межрегион. науч.-практ. конф. 11-13 апр. 2005 г.). - Красноярск, 2005. -С. 224-225.

8. Макридин В.П. Волк // Крупные хищники и копытные звери. - М.: Лесн. пром-сть, 1978. - С. 8-50.

9. Семянов П.П., Петров В.И. Состояние, численность и размещение лося на Приенисейском Севере // Ресурсы, экология и охрана млекопитающих и птиц на Енисейском Севере: науч.-техн. бюл. - Вып. 11. - Новосибирск, 1989. - С. 19-23.

10. Ресурсы охотничьих зверей Красноярского края (анализ состояния основных видов): монография / А.П. Савченко, А.Н. Зырянов, Г.А. Соколов [и др.]. - Красноярск: КГУ, 2004. - 172 с.

11. Суворов А.П., Смирнов М.Н. Крупные звери из семейств Canidae, Felidae и Mustelidae в северных районах Красноярского края // Вестн. Краснояр. гос. ун-та. - 2006. - № 5/1. - С. 10-18.