Особенности бельгийского варианта французского языка

1) «About six versts from the fortress there lived a certain «friendly» prince». Способ перевода: освоение.

2) «About four miles from the fort, there lived a neutral prince». Способ перевода: функциональный

аналог.

В переводах исследуемых нами произведений передача реалий чаще всего осуществлялась с помощью функциональных аналогов - 52,9%, реже всего - с помощью калькирования 1,6%.

Основными критериями оценки перевода той или иной реалии можно считать передачу смысловой информации и сохранение национального и исторического колорита текста оригинала. Для того чтобы добиться адекватности и эквивалентности, автору перевода необходимо обладать хорошим уровнем культурной и страноведческой подготовки, уметь применять различные приемы перевода реалий. Обычно переводчик выбирает тот или иной прием, полагаясь на свой переводческий инстинкт, опираясь на полученные знания и накопленный в процессе работы опыт, поэтому окончательное слово, независимо от теоретических исследований в большинстве случаев остается за переводчиком-практиком. По нашему мнению, переводчикам произведений М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита» и М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» удалось в той или иной степени передать колорит реалий с сохранением адекватности перевода.

Однако необходимо добавить, что данным анализом, не исчерпывается глубина проблемы, а освещаются лишь некоторые ее аспекты.

.. ЛИТЕРАТУРА: 'У- ’’ ;УУ У У-УУ’-У - -

1. Булгаков М.А. Мастер и Маргарита. - М.: Худож. лит., 1988. - 384 с. >

2. Виноградов B.C. Лексические вопросы перевода художественной прозы. - М.: Издательство Московского университета, 1978. - 172 с.

3. Влахов С. Флорин С. Непереводимое в переводе. - М.: Международные отношения, 1986. - 416 с.

4. Колесникова B.C. К проблеме художественного перевода как речемыслительной деятельности Мир языка и межкулыурная коммуникация / Материалы международной научно-практической конференции. 4.1. - Барнаул: Изд-во БГТТУ, 2001. - С. 147-153.

5. Лермонтов М.Ю. Герой нашего времени. - М.: Изд-во Эксмо, 2005. - С. 521-660.

6.Bulgakov М. The Master and Margarita. Transl. by M. Glenny. - London: Fontana Paperbacks, 1985. -205 p.

7. Bulgakov M. The Master and Margarita. Transl. by Richard Pevear and Larissa Volokhovsky. - London: Penguin Books, 1997. - 316 p.

8. Lermontov M. A hero of our time. TransL by J. H. Wisdom and Marr Murray. - N. Y.: Knopf, 1924. -265 p.

9. Lermontov M. A hero of our time. Transl. by Vladimir Nabokov in collab. with Dmitri Nabokov. -

Garden City, N. Y.: Doubleday, 1958. - 216 p. 2S . .

С. Я. Алефиренко

ОСОБЕННОСТИ БЕЛЬГИЙСКОГО ВАРИАНТА ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА

Французский язык в Бельгии имеет статус одного из государственных языков. В филологических исследованиях последних лет большое внимание стало уделяться не только письменнолитературному французскому языку как таковому, но и его вариантам за пределами Франции, лексические единицы которых начинают приобретать статус равноправных наряду с лексическими единицами стандартного общепринятого французского языка.

В лексическом составе бельгийского варианта французского языка и стандартного французского языка существуют значительные расхождения.

Бельгийский вариант французского языка имеет ряд особенностей в сфере фонетики, грамматики и словаря.

В фонетическом аспекте отличают часто конечное оглушение согласных, ослабление оппозиций [Е] / [е], назализация [Е] перед [п], отсутствие переднего [а]. Бельгийское произношение является менее четким и напряженным по сравнению со стандартным общепринятым французским произношением. Грассирующее [г] звучит как [г] заднее.

Особый интерес вызывают лексические особенности бельгийской лексики французского происхождения, которая неоднородна по своему составу. Основную его честь составляют слова основного словарного фонда, общие с французским языком Франции. Значительное место занимают слова и выражения, характерные для французского языка Бельгии, так называемые бельгицизмы или бель-гизмы. Э. А. Николаева под термином бельгицизм понимает особые черты словаря или синтаксиса, специфика употребления которых в данную эпоху противопоставляет французский язык, общий для всех франкоговорящих жителей Бельгии стандартному французскому языку.

Часть бельгицйзмов являются словами, которые пришли из диалектов и соседних языков Например: drache (из валлонского диалекта) сильный дождь (фр. averse, ondee); bourgmestre ( нем. Burgmeister) бургомистр (фр. maire).

В бельгийском варианте французского языка есть лексика, которая отсутствует в литературном французском языке, нередко это заимствования из других языков. Например: из английского flat «однокомнатная квартира» (фр. studio), part time «неполный рабочий день» ( фр. mi-temps); из испанского: amigo «тюрьма» ( фр. prison ).

В языке бельгийцев есть французские слова, которые используются в другом значении. Например: baniieu «пригородный поезд» ( фр. «пригород»). Среди бельгицйзмов встречаются слова, которые во Франции считаются устаревшими и вышедшими из употребления.

В бельгийском варианте французского языка можно встретить сочетания слов, которые не свойственны стандартному французскому языку. Бельгийцы говорят brosser ип cours (фр. manquer un cours), coupler d’keures (фр. deux heures), mat commode (фр. peu commode), nonante (фр. quatre-vingt-dix).

Среди фразеологизмов французского языка Бельгии встречаются полные заимствования из фламанского или нидерландского языков, которые выходят за рамки нормы и являются эмоционально-экспрессивными. Например: dike пек «бахвал», zak «в стельку пьяный». Многие бельгийские фразеологизмы имеют в своем компонентном составе лексические единицы, заимствованные из валлонского диалекта: avoir la misse «скучать по кому-либо».

В области грамматики следует отметить две особенности бельгийского варианта французского языка: употребление приглагольных местоимений при participe passe (le livre lui donne) и отсутствие репризы при сегментации (la verite, il ne le dira jamais).

Возвратная форма бельгийских глаголов часто не совпадает с французскими глаголами. В языке бельгийцев наречия могут быть образованы практически от любого слова. Употребление предлогов часто отличается от их употребления в стандартном французском языке.

Таким образом, на развитие французского языка Бельгии оказало влияние большое количество внешних и внутренних факторов. Он сохранил в себе черты старофранцузского языка, архаизмы, диалектизмы, обогатился заимствованиями, неологизмами. Французский язык Бельгии представляет собой наглядный пример особой формы функционирования единого языка и потому признан национальным вариантом французского языка, обладающим чертами, которые прослеживаются на различных уровнях.

Е. Д. Тимошенко

ПРИТЧА В КУРСЕ ИСТОРИИ РЕЛИГИЙ

Изучение истории религий предполагает, помимо знакомства студентов с генезисом и этапами исторического развития различных религий, анализ содержания религиозно-этических учений. Зачастую он вызывает затруднение у студентов абстрактным, отвлеченным характером изложения. Средством, позволяющим, на наш взгляд, приблизить понимание сущности каждой религии, и войти в образ культур, далеких от современного студента в пространстве и времени, является религиозная притча.

Притча относится к дидактико-аллегорическим жанрам литературы. Это рассказ, имеющий глубокий смысл и в образах, взятых из повседневного быта людей и выражающий высшие духовные ценности. По словам М. Бубера, «Притча есть помещение абсолютного в мир вещей». Притча - это метафора или короткая история, цель которой - передать духовную истину или урок в более доступной форме посредством аналогии. Особенность жанра притчи в том, что повествование в ней движется как бы по кривой, поэтому притчу иногда называют параболой. Слово "притча" произошло от греческого глагола "рагаЬаНо", который означает "сравнение", "аналогия" или "схожесть". Автор начинает разговор с предмета, далекого от его действительного замысла, и к нему же возвращается в конце, удаляясь от того, что составляло главную цель его повествования.

Принцип притчи - объяснить смысл, используя известные человеку вещи, события или ситуации.

Ей присущ символизм, тяготение к. «глу бинной «премудрости» религиозно — моралистического порядка. Притча - универсальное явление мировой культуры. В «учительной» прозе как Ближнего Востока, так и христианской, буддийской, даосской литературе,- везде встречается обращение к языку притчи.

Притчи содержат глубокий эзотерический смысл, основные догматы вероучения; но истина, находящаяся в притче, должна быть воспринята не логически, а интуитивно.

В развернутых притчах могут быть и характеры, и обстоятельства, и развитие действия, но сюжет в этом случае важен как пример, с помощью которого автор стремится нагляднее и убедительнее донести до читателя свое видение вещей и заставить задуматься над этим.

Очень важным моментом здесь является психологическая заинтересованность: притча содержит элемент игры - желание разгадать загадку, поиск скрытого смысла. Это и позволяет сделать притчу активным средством обучения студентов. Глубинный смысл притчи не навязывается, а воссоздается заново; знание становится не «сухим», рациональным, а эмоциональным, «живым». Притчи обращаются к архетипическим жизненным ситуациям, позволяют обнаружить глубинный этический общечеловеческий слой культуры, ведь несмотря на многие существенные различия, люди везде люди, и они одинаково хотят мира, добра и справедливости.

Посредством притчи можно объяснить студентам суть той или иной религии.

Так, например, притча о добром самарянине наглядно демонстрирует евангельскую иерархию ценностей: на первом месте человек, а на втором месте - государственные, социальные и церковные установления. Любая человеческая личность, любой человек - больной, нищий, вор, враг, - выше по своей ценности, чем отвлеченная идея добра, отвлеченная идея общего, государственного блага, общепринятых традиций, уставов и канонов.

Или притча о Чжуан-цзы и бабочке объясняет даосскую концепцию «уравнивания сущего», согласно которой мир представляет собой абсолютное единство, принизанное и одухотворенное Дао.

Жанр притчи позволяет осуществлять компаративный анализ религий, используя одинаковые метафоры и символы. Так, например, одним из распространенных символов, образов различных религий является сердце. Сердце - это удивительный всечеловеческий религиозный, философский и поэтический символ. Он присутствует и в разговорной речи и в священных текстах. В даосской притче «Истинное дело» в диалоге Конфуция и Ян Хоя мы встречаем метафору «пост сердца»: «Сделай единой свою волю: не слушай ушами, а слушай сердцем, не слушай сердцем, а слушай духовными токами...путь сходится в пустоте. Пустота и есть пост сердца» [2,с.113]. В даосской алхимии «пост сердца» означает самоконтроль и сосредоточение, медитацию.

В Новом завете сердце ~ это почва, на которой Христос растет как семя жизни, поэтому необходима чистота сердца. Евангельская притча о сеятеле подразумевает под почвой сердце человека, которое откликается или остается равнодушным к учению Христа. ,

Суфийская притча « Колючки на дороге» из поэмы «О сути всего сущего» Руми повествует о человеке, посадившем на дороге колючки. Они принесли много бед и несчастий окружающим и самому человеку. С каждым днем вырвать колючки становилось все труднее. Метафора «колючки на дороге» - это пороки в сердце человека: бороться с ними, исправлять их необходимо своевременно.

Итак, притчи используют простые, понятные людям любой эпохи метафоры — сердце, колючки, жатва, сеятель, дорога, свадьба. Это позволяет раскрывать смысл притчи на двух уровнях- непосредственно описываемом и на глубинном, архетипическом.

В религиозной притче, по словам С. Аверинцева, «бытие и быт не только не разделены, но прямо приравнены друг к другу' в религиозно-обрядовой модели сущего: строй бьгтия - от Бога, но уклад быта - тоже от Бога. Поэтому самые «домашние» и «семейные» .. .уроки бытового благонравия лежат в той же плоскости, что и высокое видение мирового порядка»[1,с. 161].

Таким образом, притча является одним из основополагающих жанров, позволяющим донести до студентов своеобразие разных религий.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Аверинцев С.С. Поэтика ранневизантийской литературы - М., 1997.

2. Антология даосской философии. - Сост: В.В. Малявин и Б,Б. Виногродский.. Пер В.В. Малявина. - М.,1994.

Е.П. Бочарова

К ПРОБЛЕМЕ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ СТУДЕНТОВ.

Интеграция России в мировое сообщество, увеличивающиеся масштабы межкультурной коммуникации обусловили потребность в специалистах, способных адаптироваться в межкультурной среде, готовых к сотрудничеству и координации профессиональной деятельности в рамках диалога культур.

Задача формирования межкультурной компетентности студентов вузов нашла отражение в официальных документах (Закон РФ «Об образования»; «Концепция модернизации российского образования до 2010 года»; Федеральный закон «О высшем и послевузовском профессиональном образовании»), в которых обозначена целевая установка на конечный результат деятельности учебного заведения - ключевые компетенции. В документах отмечается, что на современном этапе развития России особую важность приобретают факторы коммуникабельности, толерантности, владения иностранными языками.

Однако в системе высшего профессионального образования эти положения определены декларативно и не получили дальнейшего развития в государственных стандартах в интересующем нас аспекте.

Содержание программ языкового образования в вузах студентов нелингвистических специальностей не в состоянии удовлетворить потребности в профессиональной подготовке студента, способного к продуктивному деловому общению на основе сформированной межкультурной компетентности. Синхронизация систем высшего профессионального образования европейских стран, обусловленная подписанием Болонской конвенции, предполагает решение важных задач, связанньгх с качеством профессиональной подготовки на основе компетентностного подхода в обучении, так как европейские стандарты высшего образования ориентированы на показатели результата обучения: компетентность, готовность к выполнению профессиональных функций.

Глубокие изменения в сфере высшего профессионального образования, новые требования к качеству профессиональной подготовки студентов выдвигают на первый план повышение требований к языковому образованию студентов, в частности, к уровню сформулированности межкультурной компетентности студентов в деловом общении, которая является предпосылкой дополнительных возможностей реализации личности в профессиональной сфере и становится жизненной необходимостью, так как а)р&сширяет возможности выбора жизненного пути и саморазвития личности; б)способствует реализации жизненных целей; в)содейетвует социальной самозащите личности, созданию для себя и общества режима наилучшего благоприятствования. Данные произведенного нами исследования показали, что у большинства студентов (90,5%) уровень межкультурной компетентности в деловом общении оценивается как низкий. Одной из причин сложившейся ситуации является особенность профессиональной подготовки студентов в неязыковых вузах, где приоритетными выступают профильные дисциплины, вследствие чего резервы предмета «иностранный язык» являются недостаточными. >