Возрождение жанра средневековой баллады в поэзии В. Гюго

2. Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений: в 30 т. Т. 3. - Л.: Наука, 1972.

3. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. - М.: Советская Россия, 1979.

4. Гончаров С.А. Творчество Гоголя в религиозно-мистическом контексте. - СПб.: Изд-во

РГПУ им. А.И. Герцена, 1997.

5. Туниманов В.А. Творчество Достоевского 1854-1862. - Л.: Наука, 1980.

6. Хализев В.Е. Теория литературы. - М.: Высшая школа, 2000.

О.М.Тарасова

ВОЗРОЖДЕНИЕ ЖАНРА СРЕДНЕВЕКОВОЙ БАЛЛАДЫ В ПОЭЗИИ В. ГЮГО

Жнр баллады был широко распространен в эпоху Средневековья и оказался одним из излюбленных жанров романтической поэзии XIX века. Рецепция средневековой поэзии в романтизме прослеживается не только в рамках жанра, но метрики и стихосложения. Романтики использовали разнообразные сюжеты и ритмы средневековых баллад. Увлечение балладной традицией для них было связано с воскрешением национальной старины и большим интересом к средневековым преданиям, к народной поэзии вообще.

В ранний период своего творчества Гюго придерживался взглядов Шарля Нодье, для которого обращение к сюжетам из средневековых эпических поэм и народных баллад было одним из условий литературного обновления и развития романтического движения 1820-х годов. Первый поэтический сборник Гюго «Оды и баллады» выходил в разные годы и под разными названиями: «Оды и другие стихотворения» (1822), «Новые оды» (1824), «Оды и баллады» (1826). В сборник «Новые оды» (1824) Гюго включил свои первые баллады: «Бабушка» (La Grand -mère), «Фея» (La Fée). Наибольшую известность получили его баллады «Турнир короля Иоанна» (Le Pas d'arme du rois Jean), «Охота бургграфа» (La Chasse du burgrave), «Легенда о монахине» (la Légende de la nonne), «Хоровод ведьм» (La Ronde du Sabbat), «Невеста литаврщика» ("La fiancée du timbalier").

Своим балладам Гюго дал точное определение. В «Предисловии к сборнику "Оды и баллады"» (Odes et ballades) 1826 он писал: «Пьесы, которые автор назвал балладами, являются эскизами причудливого жанра: картины, мечты, сцены, легенды, поверия, народные предания. Сочиняя их, автор пытался дать понятие о том, чем могли бы быть поэмы трубадуров средневе-

ковой эпохи, этих христианских рапсодов, у которых не было ничего, кроме шпаги и лиры, и которые переходили из замка в замок, платя песнями за гостеприимство» [1, с. 38].

Стремление следовать традициям народных баллад выражалось в творчестве Гюго в том, что его баллады имели сюжетную законченность, динамичность действия; чаще всего описывалось одно событие, и внимание автора было сосредоточено на одном ярком эпизоде. Этот сборник вызвал неоднозначную оценку современников. Как писал Н. Котляревский, отечественный исследователь романтической европейской литературы XIX века, «баллады, присоединенные потом к одам, открыли совсем новую область поэзии, это были частью народные легенды, частью картинки средневековой жизни, которые при замечательной внешней отделке произвели большую сенсацию в литературном лагере. Всех не романтиков приводило в ужас прежде всего содержание этих баллад: перед читателем плясали, шутили и плакали сильфы, эльфы, горные духи, феи, затем выступали рыцари, пажи, средневековые дамы, монахини, бургграфы - одним словом, какой-то маскарад, совсем неприличный по понятиям того времени для поэзии. Все это было выражено кроме того в капризных, совсем неслыханных стихотворных размерах и словах» [4, с. 325]. Мы предлагаем следующую классификацию баллад Гюго:

1. Исторические, где речь идет об историческом событии, например, «Турнир короля Иоанна», «Сватовство Роланда».

2. Фантастические, где героями произведения являются сказочные персонажи, например, «Фея», «Хоровод ведьм».

3. Лирические, где центр композиции - мир чувств героев, например, «Невеста литаврщика», «Бабушка».

© О.М. Тарасова, 2006

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 3, 2006

111

ФИЛОЛОГИЯ

О.М. Тарасова

Как и куртуазные поэты, Гюго воспевал любовь к Прекрасной Даме, (такая любовь в Средневековье облекалась в формы вассального служения). Известный трубадур Бернард де Вента-дорн восклицал: «Я Ваш подданный, госпожа, навеки отдавший себя служению Вам, связавший себя словом и клятвой». В анонимных песнях встречаются многочисленные обращения к Даме сердца: О! Госпожа! Вы настолько завладели моим сердцем, что не могу более ни о чем думать. (Dame! Vos m'aves si conquis que je ne puis aillors penser). A произведения Гаса Брюле, посвященные возлюбленной чаще всего начинаются словами: Прекрасная Госпожа (Douce Dame). Дама для поэтов являлась идеалом женской красоты и добродетели.

Гюго - мастер лирического жанра. Даже представительница волшебного мира фей предстает, как живая женщина. У нее нежные руки, легкая походка и прекрасный голос

Que se soit Urgèle ou Morgane,

J'aime, en un rve sans effroi,

Qu'une fée au corps diaphne,

Ansi qu'une fleur qui se fane,

Vienne pencher son front sur moi [6, c. 435].

Будь то Урганда иль Моргана, -Но я люблю, когда во сне, Вся из прозрачного тумана, Склоняет фея стебель стана Ко мне в полночной тишине.

(перевод Э. Линецкой) [2, c. 346].

Нежные руки незнакомки могут превратить луч света в пламя (elle fait de chaque rayon une flamme), ей покорны птицы и стихия.

Баллада «Невеста литаврщика» повествует о несчастной любви молодой девушки, которая ждет с войны своего возлюбленного. Героиня объята тревогой за своего любимого, молит Святую Бригитту о спасении того, кто является для нее смыслом всей жизни.

Услышав приближение рыцарей, звон литавр, она просит сестер посмотреть, нет ли среди них ее милого победителя. Она несколько раз обращается к родным: «Мои сестры! Пойдите, посмотрите, нет ли его самого!» (Venez voir, mes soeurs, le voir lui - même). Всю пышную церемонию мы видим глазами девушки: вот показались знамена, затем эскадроны и, наконец, сам барон в окружении своих подданных:

Sur deux rangs le cortège endoie; D'abord, les piqueurs aux pas lourds; Puis, sous l'étendard qu'on deploie, Les barons, en robe de soie, Avec leurs togues de velours [4, c. 312].

Идут впереди эскадроны, За ними копейщиков полк, Затем выступают бароны: На мантиях львы и короны, И бархат алеет и шелк.

(перевод В. Дмитриева) [1, с. 119].

Конец истории печален: литаврщик не вернулся с войны. Не выдержав такого горя, девушка умирает. Гюго воспроизводит колорит средневековой эпохи, приводит детальное описание воинов и их оружия: камзол (pourpoit), шлем (casque), щит (écusson), латы (corselet d 'acier).

Главное место в балладе отводится эмоциональному выражению событий, широко используется музыкальные и зрительные средства, а также довольно распространенный в средневековой лирике прием ассонанса: desire-cire, vaincueur-coeur, coursier-acier, pilier-timbalier.

Традиции средневековой баллады прослеживаются в постоянном обращении героини к подругам, свойственному персонажам средневековых баллад «Пернетта» и «Рено». Тема несчастной любви была широко распространена в провансальской лирике, примером тому служит балладная песня «Belle Doette»

Belle Doette aux fenêtres s'assied , Lit en livres ; au coeur point ne lui tient De son ami Doon, il lui souvient, en autres terres est au tournoi allé [7, с. 183].

Прекрасная Доэтта у окна, Книгу читает, но книга ей скучна, Друга Доэтта вспоминает она, Он в дальних краях, где идет война, И вот в сердце боль...

(перевод Е. Васильевой) [5, c. 433].

Отличительной чертой баллад Гюго является обращение к символике, рыцарской геральдике, передающих национальный колорит эпохи. Именно с Высокого Средневековья XII-XIII вв. каждый цвет стал приобретать свое символическое значение. Алый, синий, белый цвета в одежде, убранстве дома свидетельствовали о том, что их владелец - человек знатный, т.к.

112

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 3, 2006

простолюдины, ремесленники, даже богатые купцы не имели права одеваться в яркие насыщенные тона. В период расцвета рыцарской культуры костюм знатного человека становился «говорящим». Так, у знатных дам вошли в моду цветные рукава, пришивавшиеся поверх платья. Рыцарь, сражающийся на турнире в честь той или иной дамы, мог попросить у нее рукав и прикреплял его к своей одежде. В балладах Гюго цвет имеет большое значение. Автор приводит детальное описание рыцарских доспехов. В «Легенде о монахине» белый и черный цвет символизируют образы главных персонажей: монахини и разбойника.

Игра цвета неслучайна: белый, как символ невинности и чистоты, созвучен с образом монахини, и черный - символ греха и преступления для создания образа бандита. Белый, светлый цвет - это цвет Бога, и неслучайно, монахиня, посвятившая себя служению Господу, олицетворяет собой свет, является знаком чистоты и честности. Чистота, очищение, озарение божественным светом - таковы функции белого цвета в христианской мифологии. Темный и черный цвет символизирует грех, неверие и скорбь, а также олицетворяет тайну и порок. Виктор Гюго неслучайно сопоставляет два цвета: черный и белый далеки друг от друга так же, как служение Богу монахини и преступный путь разбойника.

Каждая баллада сопровождается эпиграфом, который сообщает о тематике произведения. Чаще всего - это цитата из древней рукописи, произведения другого поэта. Для «Турнира короля Иоанна» Гюго избирает эпиграф из исторической хроники, как бы делая акцент на подлинности изображаемого: более шестисот копий было там сломано, бились пешие и конные. Для другой баллады: «Охота бургграфа» поэт выбрал строфу из эклогии «Тирамет» французского поэта - классициста Ж.Р. де Сегре «А старый фавн меж тем смеялся в старом гроте». Гюго использует имена исторических и даже вымышленных персонажей.

Например, король Жан (le roi Jean) - речь идет о французском короле Иоанне II (1350-1364). Saint-Gilles - святой Жиль, живший, предположительно в VII в., являлся персонажем многих средневековых баллад, граф де Жарнак (1509-1572), победивший на турнире своего противника. Но для автора не является важным, что эти исторические персонажи не могли бы быть в действительности вместе, упоминание их имен важно для создания колорита прошлых времен в противоположность настоящему.

Рефрен тесно связан с содержанием текста не только на уровне музыкальных ассоциаций, но и на уровне сюжета. Чтобы почувствовать динамику развития события и драматизм ситуации поэт использовал вариации рефрена, не только в объеме всей строки, но и отдельного слова. Рефрен отражает тематику произведения и создает отклик на излагаемые события.

Эмиль Золя в статье «Виктор Гюго» восхищается творчеством своего современника: «Да, музыка, свет, краски, аромат - здесь найдется все. У его стихов кристальные голоса, они сверкают золотом и пурпуром. Ни когда еще человеческий язык не достигал такой выразительности и животрепещущей страсти» [3, с. 48]. Поэт передал характерные черты прошлых эпох, национальные традиции и особенности психологии людей, живших в давние времена.

Библиографический список

1. Гюго В. Собр. соч. - М., 1972. - Т. 1.

2. Гюго В. Собр. соч. - М., 1953. - Т. 14.

3. Золя З. Критические статьи. - М., 1986.

4. Котляревский Н. История романтического настроения в Европе XIX века. - М., 1899.

5. Хрестоматия по западноевропейской литературе / Сост. Р. Шор. - М., 1938.

6. Hugo V. Oeuvres poétiques complets. - P., 1961. - С. 435.

7. Chrestomathie du Moyen âge. - P., 1910. -C. 183.

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 3, 2006

113