Этико - правовая концепция Ф. М. Достоевского

ББК 87.1.212.3

ЭТИКО - ПРАВОВАЯ КОНЦЕПЦИЯ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО С.Н. Черных

Важнейшим отличительным признаком русской культуры является преобладание духовно-нравственных сюжетов и мотивов. Особенно ярко данная особенность прослеживается в русской философии XIX века. В статье рассматриваются этико-правовые аспекты творчества Ф.М. Достоевского, анализируется его подход к проблеме достижения нравственного идеала

Ключевые слова: правда, справедливость, право, истина, благо, мораль

В истории мировой культуры всегда существовали глубокие связи между философским и художественным творчеством. Особенно глубоко и органично философские идеи представлены в литературе. Так, например, трудно переоценить философское значение произведений классиков немецкой и русской литературы (Гете, Шиллера, Ф. Тютчева, Л.Н. Толстого). Наибольший отклик, как среди отечественных философов, так и среди обывателей получили этико - правовые

размышления Ф.М. Достоевского.

Анализ русского философского наследия позволяет заметить, что особенностью русской философии права этого периода можно считать ее связь с религиозной традицией. Русская соборность предполагала «коллективный поиск истины, полновластие большинства, исключала

существование автономной личности.

Соответственно, с одной стороны, размышления на

темы, подобные проблеме соотношения морали и права, оказывались в контексте христианской аксиологии, а, с другой, новая аксиология личности и ее неотъемлемых прав, выработанная Европой, не имела почвы в России». [2, с. 105] Характеризуя это социальное явление, И.А. Ильин писал, что «история русского правосознания свидетельствует о постепенном проникновении его этим духом, духом братского сочувствия и индивидуализирующей справедливости». [5, с.457]

Выработанный в связи с существованием подобных противоречий панморалистский подход, подразумевающий конструирование нового образа жизни на основе синтеза философии «бытия, веры и нравственности», как нельзя лучше отражает позицию Ф.М. Достоевского. Именно в его творчестве впервые в полный голос было заявлено о необходимости «индивидуализации правды» и поиска последней не только в «соборности» русского народа, но и в самом человеке. Для писателя первостепенное значение имеет сам человек, анализ возможных средств достижения индивидуального нравственного идеала. Он

наиболее ярко обозначает свою философскую позицию в «Братьях Карамазовых, когда пишет следующие строки: «Прав ты, господи! Но я не хочу

Черных Сергей Николаевич тел. (473) 266-43-39

ВГТУ, ст. преподаватель,

тогда восклицать. Пока еще время, спешу оградить себя, а потому от высшей гармонии совершенно отказываюсь. Не стоит она слезинки хотя бы одного только того замученного ребенка, который бил себя кулачонком в грудь и молился в зловонной конуре своей неискупленными слезками своими к «боженьке»! [3, с.220] Иными словами Достоевский убежден, что абсурдно считать равными ребенка и взрослого, что ни в коем случаи нельзя во имя «высшей гармонии» слепо требовать с больного человека, того же что со здорового. Ее требования должны быть соразмерны возможностям каждого конкретного человека. При анализе мыслей

Достоевского видно что, в его творческих построениях нравственность имманентна человеческой душе, и при этом соответствует тем христианским заповедям и канонам, которые

изложены в «Святом писании». Но соблюдение заповедей возможно только в том случае, если все человечество и каждый конкретный индивид

придет к общему знаменателю в осознании самого себя. Соответственно только при достижении каждым индивидом нравственного идеала

становится возможным построение «нового общества», в котором будет царить справедливость.

Что представляет собой высшая гармония у Достоевского, понятно. Это «правда», но «правда» земная, устанавливаемая волею человека, и поэтому ошибочная. Писателю было изначально ясно, что эмпирический разум не в силах осознать истину, не может он и понять, что представляет «правда» на самом деле. Используя терминологию Ф. Ницше и С.Л. Франка можно сказать, что писатель располагает «справедливость», «правду» и истину на двух уровнях бытия: в сферах «любви к

ближнему» и «любви к дальнему». Как известно под первой С.Л. Франк понимал собственно мораль, систему отношений между людьми. Формула справедливости, по мнению философа, отражается в представлении, согласно которому «я должен отвлечься от всех моих личных интересов, симпатий, антипатий, не должен приписывать им какого-либо преимущественного значения по сравнению с интересами и симпатиями всех других людей, должен относиться ко всем людям одинаково, ценить и уважать их независимо от их близости или удаленности от меня, от их согласия или несогласия со мной». [12, с. 120]

Справедливость, располагаемая в сфере «любви к дальнему»,- явление более сложного порядка. Все виды «любви к дальнему» имеют общим то, что «они не основаны на непосредственном инстинкте сострадания или, по крайней мере, не исчерпываются им, и из - за этого обстоятельства «любовь к дальнему» резко отделена от «любви к ближнему». [11, с.14]

Понятие «призрак», употребляемое в данном случае Ницше, «необыкновенно тонко характеризует

особенность этих объектов: это не реальные,

материальные предметы, это - с психологической точки зрения вымыслы, продукты субъективной душевной жизни, которым, однако, придается характер объективного, субстанциального существования: истина, справедливость, красота, гармония, честь». [11, с.36] Франк утверждает, что ни о каком равноправии в сфере «любви к дальнему» не может быть и речи. Напротив, «здесь основной принцип есть подчинение, общий склад моральной жизни имеет характер отношения между низшим и высшим, полной отдачи своей личности на служение верховной власти идеала». [12, с.121] Именно таким выглядит «нравственный идеал в трактовке Ф.М. Достоевского. Человеку

свойственно верить в то, что его трактовка понятий «справедливость», «истина», «правда», «честь» и т. д., является единственно правильной, в то время как стоит лишь отказаться от собственных предпочтений, то становится возможным воплотить справедливость в реальность. Более того писатель склонен считать, что к числу подобных «призраков» можно отнести не только продукты субъективной духовной жизни индивида, но и таковые общества в целом.

Если соотнести подобные мысли Ницше и Франка с рассказом Ивана Карамазова о Великом инквизиторе, то можно легко увидеть, что в подтексте легенды указывается на стремление обывателя к данным призракам и возникающем при этом неравноправии, желании навязать своих призраков другому человеку. Великий инквизитор не осознает, что он ошибается, что его искушение -это искушение эмпирического разума, по мнению писателя идущее от дьявола, и поэтому его рассуждения о несправедливости выбора Христа ошибочны. Самим фактом использования подобной риторики Достоевский показывает, что об идеале справедливости человек не может судить объективно, не обращаясь при этом к божьей правде. Именно таким, находящимся в юрисдикции дьявола, в главе предваряющей «Легенду о великом инквизиторе», предстает у Достоевского Иван Карамазов. Ошибочность его сентенций о справедливости и правде есть результат слабости эмпирического разума. Отринув церковные догматы как неверные, Иван Карамазов в соответствии с духом эпохи верит в силу человеческого разума, но Достоевский обращает внимание на то, что без соизмерения знания, достигнутого эмпирическим путем, с правдой и благодатью, проистекающей от Бога, попытки жить

по - справедливости обречены на провал. Человек, стремясь к абсолютной свободе и в этом своем стремлении переступив через все ее границы, по всей видимости, оказывается не готовым находиться «по ту сторону добра и зла». Устами Алексея Карамазова Ф.М. Достоевский пишет о том, что он не может принять программу Ивана и его Великого инквизитора: он хочет верить в иную правду на земле, в ту правду, что все будут любить друг друга и не будет ни богатых, ни бедных, ни избранных, ни обманутых.

В романе «Бесы», писатель «экспериментируя над идеями радикального атеизма, внушёнными Кириллову, и полурелигиозного славянофильства, носителем которого стал Шатов», анализирует судьбы героев. [8, с.368] Логичным следствием эксперимента Достоевский видел рождение идеи своеволия у Кирилова и «принятие идеи ценности человеческой жизни» у Шатова. Сходство позиций славянофилов и Достоевского здесь очевидно. И Достоевский, и славянофилы, развивая свои концепции, исходят из мнения, что прогресс современного им общества зависит, прежде всего, от духовных сил общества. Но для мыслителя первостепенное значение имеет сам человек, способный, несмотря на всю засоренность своего разума, к нравственному совершенствованию, а не единый соборный дух народа в целом или общины как ячейки общества. Как писал В.В. Зеньковский, «персонализм Достоевского относится к онтологии,... Но само восприятие человека у Достоевского внутренне пронизано этической категорией». [4, с.408] Если для одного из

основателей славянофильского течения в русской философии И.В. Киреевского «все, что есть существенного в душе человека вырастает в нем общественно», [7, с. 344] то у писателя мы находим «такой апофеоз человека, который превращает его если не в центр мира, то в важнейшее и драгоценнейшее явление». [4, с. 409]

Совершенствуя себя, человек способен достичь той глубины самосознания, которая позволит приблизиться к созданию идеального общества и позволит выполнить миссию русского народа. Достоевский писал, что ««лучший человек», по представлению народному, это тот, который неуклонно ищет работы на дело Божье, любит правду и, когда надо встает служить ей,. жертвуя жизнью». [10, с. 168] Именно поэтому реальное осуществление справедливости Достоевский видел в таких «исключительных жизненных ситуациях, когда Добро и Зло предстанут перед людьми и Богом как две равноправные человеческие экзистенции». [9, с.39] Именно осознание этой истины вместе с нравственными характеристиками личности позволяют старцу Зосиме претендовать на роль судьи. Очевидно, что справедливость в трактовке Ф.М. Достоевского, это одновременно и социально - политическое и нравственно -религиозное явление.

Анализирует Достоевский и современные ему социально - политические реалии. В принципе, та

жизненная драма, которая сопутствовала жизни писателя, отразилась на всем его творчестве. В том массовом потоке оправдательных вердиктов, выносимых судами присяжных в России времен Александра II, Достоевский усмотрел черты краха наличной ценностной системы, вплоть до утраты какого-либо различия между добром и злом. Столь чуткий ко всем особенностям российской духовной атмосферы, Достоевский натолкнулся на любопытное обстоятельство: вопреки самым явным юридическим доказательствам виновности подсудимых молодой русский суд вдруг с маниакальным упорством стал выносить... почти одни лишь оправдательные приговоры, как бы полностью игнорируя при этом сам очевидный факт совершения преступления. В таком тяготении присяжных исключительно к оправдательным вердиктам писатель усмотрел очень тревожный симптом социально-правового порядка: вопиющую гражданскую не цивилизованность русского общества, где санкционированная свыше либерализация всех его устоев сразу же оборачивается полным крахом наличной ценностной системы, вплоть до утраты какого-либо различия между добром и злом И все же, несмотря на пессимизм оценок жизненных реалий, мыслитель предлагает путь познания справедливости, путь, построенный самим человеком, из самого себя. Развивая данную тему можно заметить, что в «Братьях Карамазовых» Достоевский фактически говорит о том, что «каждый единый из нас виновен за всех и за вся на земле несомненно, не только по общей мировой вине, а единолично каждый за всех людей и за всех людей и за всякого человека на сей земле. Сие сознание есть венец пути иноческого, да и всякого на земле человека». [3, с.148] Данной мыслью, Достоевский отвергает всякие попытки интерпретировать справедливость как следствие государственных установлений.

Как известно в дальнейшем философско -правовые идеи Ф.М. Достоевского на длительное время стали предметом изучения и получили свое обоснование. Так И.А. Ильин, формулируя первую аксиому правосознания, писал, что «уважение к себе есть источник государственный силы и политического здоровья». Таким образом, философ фактически показывает что, существует

зависимость между благосостоянием государства и духовным развитием личности индивида. [8, с. 324] Эта же мысль органично ведет к утверждению, что духовное развитие личности определяет его нравственность. В данном ракурсе показательно выглядит раскаяние Родиона Раскольникова в «Преступлении и наказании». Он в конечном итоге, сдается правосудию. Раскольников наказывает себя сам, и никакие кары со стороны закона не могут причинить ему больше страдания, чем его совесть. Фактически Достоевский указывает на то, что ни какой суд не может наказать человека больше, чем он наказывает себя сам. Подробно описывая нравственные мучения Родиона Раскольников писатель указывает на необходимость внутреннего

обновления, перехода из состояния физического в состояние нравственное. Поэтому можно утверждать, что гуманизм по Достоевскому - это любовь и всепрощение непросто ко всему человечеству, это любовь и вера даже к падшему с «морем» грехов человеку. Для Достоевского нет ненужных людей, в каждом он видит живое существо, способное любить и страдать. Смысл нашего существования, по его мнению, состоит в одном в обретении человеком самого себя, а через это приобщение ко всему человечеству.

Таким образом, Достоевский отказывает системе «право» в каких - либо преференциях на регулирование человеческой жизни. Он, безусловно, понимает, что как явление социальной жизни оно необходимо, но только на определенной ступени исторического развития. После, по мере построения нового общества, необходимость в правовом регулировании со стороны власти и государства уйдет в небытие. Обращаясь к анализу права, писатель выявил две позиции: во-первых, право есть социальная целесообразность (что не подлежит сомнению) и, во-вторых, нормативная природа права адекватна экзистенциальной сущности человека. [9, с. 34] То есть право, по мысли классика, не только влияет на весь социальный процесс, но и является нравственной, духовной составляющей жизни человека. Право предстает перед исследователем как приведенные к общему знаменателю системы ценностей конкретных индивидов. Ценность права заключается в том, что, обеспечивая равный доступ к справедливости, оно является гарантом общественного спокойствия и стабильности. Но не более того. Ни справедливости, ни истины, ни правды посредством нормативных предписаний достичь, по его мнению, не возможно.

Как позже указывал С. Н. Булгаков, «принудительная защита, составляющая

неустранимый признак права, без которого, в свою очередь, нет и государства, есть нечто, принципиально чуждое христианству.

Естественный идеал христианства есть свободный союз людей, объединенных любовью к церкви.». И. А. Ильин по этому поводу писал, что «государство по своей основной идее есть духовный союз людей, обладающих зрелым правосознанием. но, исторически говоря, оно лишь медленно приобретает эти идейно верные черты». [6, с. 276-277]

Таким образом, Ф.М. Достоевский, в своих философских построениях исходит из посылки, что человек способен самостоятельно осознать суть справедливости и правды. Он видел будущее человечества, в единение основанном на нравственности и гуманизме русского человека. Русской, чувствительной к страданиям, душе Достоевский противопоставил холодный европейский разум. Безусловно, что писатель понимал и признавал возможность бытия правды как онтологического феномена. Но на пути к нему человеку не следует искать «призраков», в том

числе неких абстрактных образований,

характеризующих русский народ и русскую общину в целом. Во избежание этих заблуждений он видел потенциал нравственного перерождения в той божьей искре, которая находится человеке, которая составляет основу души. Поэтому вопрос, задаваемый Достоевским «Нужна ли человеку свобода?» актуален и сейчас. Необходима большая духовная работа над наследием Достоевского и осознание явленного им опыта.

Литература

1. Булгаков С.Н. Христианский социализм: Споры о судьбах России / Редактор - составитель, автор предисловия и комментариев В.Н. Акулин.- Новосибирск: Наука. Сиб. Отд-ние, 1991.- 350 с.

2. Давыдов Д.Г. Особенности русской философии права // Успехи современного естествознания. - 2006. -№ 12 - С. 105-107

3. Достоевский Ф.М. Братья Карамазовы. Наброски автобиографического и публицистического характера. / Ф.М. Достоевский.- Сост. коммент. С.В. Жожикашвили.-М.: СЛОВО/ 8ЬОУО, 1999.- 704 с.

4. Зеньковский В.В. История русской философии / В.В. Зеньковский.- Харьков.: Фолио; М. Изд - во ЭКСМО - Пресс, 2001.- 896 с.

5. Ильин И.А. Возвращение / И.А. Ильин.- Минск.: Белорусская православная церковь, 2008.- 480 с.

6. Ильин И.А. Собрание сочинений: В 10 т. Т.4: / И.А. Ильин.- М.: Русская книга, 1994.- С. 624 с.

7. Киреевский И.В. Критика и эстетика /Сост., вступ. статья и примеч. Ю. В. Манна.- М.: Искусство, 1998.— 463 с.

8. Маслиева О.В., Назиров А.Э. Философский роман Достоевского как энциклопедия человеческой души /О.В. Маслиева, А.Э. Назиров // Философский век. Альманах. Вып.27. Энциклопедия как форма универсального знания: от эпохи Просвещения к эпохе Интернета. - СПб.: Санкт - Петербургский Центр истории идей. 2004.- 421 с.

9. Соина О.С. От этики непротивления к философии права (Современная версия старого спора) // О.С. Соина / Человек.- 1999, № 4.- С. 27 - 42

10. Степанян К. Из церкви в капище: социализм и духовная трагедия народа (уроки Достоевского сегодня) / К. Степанян.- Волга, №10, 1991.- С. 163 - 174

11. Франк С.Л. Фр. Ницше и этика «любви к дальнему» / Сочинения. - М.: Правда, 1990, - 608 с.

12. Франк С.Л. Философские предпосылки деспотизма// С.Л. Франк/ Вопросы философии.— 1992.— №3.— С. 114 - 127

Воронежский государственный технический университет

THE ETHICS - A LEGAL CONCEPT OF F.M. DOSTOEVSKIJ S.N. Chernyh

The most most important distinguishes of the russian culture is a prevalence spiritual-moral plot and motive. Particularly brightly given particularity is tracked in russian philosophy XIX age. In article are considered ethics - a legal aspects creative activity F.M. Dostoevskogo, are analysed his approach to problem of the achievement of the moral ideal

Key words: truth, fairness, right, truth, good, moral