К 80-летию со дня рождения заниматься только любимым делом (беседа с Н. С. Гордиенко)

РЕРБОМДЫД

К 80-летию со дня рождения

Заниматься только любимым делом

Николай Семенович Гордиенко,

доктор философских наук, профессор -

создатель

религиоведов

досоветского,

постсоветского

ленинградской научной школы

- исследователей советского и

этапов эволюции русского православия.

С 1965 г. - председатель научнометодического совета по

религиоведению общества «Знание» Санкт-Петербурга и Ленинградской области; ведущий научный сотрудник Государственного музея истории религии (Санкт-Петербург); почетный профессор РгПу им. А. И. Герцена. С 1993 г. -профессор кафедры философии и социологии ЛГУ им. А. С. Пушкина. Гордиенко

Н. С. - автор более 300 научных и учебно-методических трудов. Под его научным

руководством защищено 15 докторских и более 60 кандидатских диссертаций.

Встреча с Николаем Семеновичем состоялась 25 декабря 2008 года на кафедре философии и социологии ЛГУ им. А. С. Пушкина. С профессором беседовала

И. Н. Мочалова

60 лет назад, в уже далеком 1948 году Вы поступили на философский факультет в то время еще Ленинградского государственного университета имени А. А. Жданова. Как бы Вы определили дух факультета тех лет?

Когда я начал учебу на философском факультете, это был совсем молодой, существовавший только два года факультет. Студенчество состояло из трех групп: демобилизованных солдат и офицеров, выпускников городских школ и провинциалов со всех концов Советского Союза. Я относился к последней: приехал из небольшого рабочего поселка тогда еще Сталинской области (сейчас - Донецкая), где закончил украинскую среднюю школу. Однако очень быстро эти группы слились в единый студенческий коллектив, образовав сплав школьно-юношеского энтузиазма и армейской упорядоченности.

В 1948 году Вам всего 19 лет. Как тогда виделось будущее выпускника философского факультета?

Поступая, мы не очень-то знали, где и кем будем работать: полагали, что, скорее всего, в школах и партийно-комсомольских структурах. Но к третьему

курсу перспектива существенно расширилась: во всех вузах было введено преподавание диалектического и исторического материализма, открылись философские кафедры, появилась возможность поступления в аспирантуру...

Очевидно, Вы выбрали аспирантуру?

Аспирантура как возможность продолжить научные занятия была привлекательной для многих, но число мест было ограничено. Поэтому многие выпускники 1953 года начали свою преподавательскую деятельность все же со школы. В частности, я два первых года преподавал логику и психологию в 9-10 классах одной из ленинградских школ, а последующие два - там же историю Древнего мира и Средних веков в 5-6 классах. В школе мне было легко и интересно, а главное, оставалось время для научной работы и самостоятельной подготовки кандидатской диссертации.

Уже тогда возник интерес к религиоведческой проблематике?

Нет, это будет, но почти десять лет спустя, когда обязательным в вузах станет курс «научного атеизма». Курс был новый, неразработанный, и давали его читать молодым, предоставляя, таким образом, простор для творческого поиска. Так определился мой интерес к истории религии, и в частности, к православию.

А в начале 50-х я занимался логикой (и специализировался я по кафедре логики). Уже тогда понимал (и сейчас в этом уверен) необходимость изучения истории любой проблемы, если хочешь в ней разобраться. Так я начал работать над историей отечественной логической мысли. И открыл для себя интереснейшего русского мыслителя Александра Ивановича Галича, чьи логические изыскания были тогда практически неизвестны. «Философские и логические взгляды А. И. Галича» - так называлась моя кандидатская диссертация, успешно защищенная в 1956 году. Став кандидатом философских наук, с 1957 года я начал работать в высшей школе, на кафедре философии Ленинградского санитарно-гигиенического института, где за десять лет прошел путь от ассистента и старшего преподавателя до доцента.

Если я правильно поняла, путь в науку не был простым. Не каждый, оказавшись вне стен университета, найдет в себе силы в течение трех лет написать диссертацию, для многих этот процесс растягивается на долгие годы. Можно ли говорить о каком-то знаковом событии или встрече, многое определившей в Вашей жизни?

Да. Такая встреча была - встреча с будущей (а с 1951 года и поныне -настоящей) женой - студенткой математико-механического факультета ЛГУ. Произошла она в школе бальных танцев, куда мы оба попали случайно, но, как мы убедились, случайность действительно оказалась всего лишь формой проявления и дополнения необходимости, которая действует без малого шестьдесят лет.

Николай Семенович, Вы в высшей школе уже более полувека. Поколения студентов сменяли на Ваших глазах друг друга. Если сравнивать поколение 50-60-х и современное студенчество, различия огромные, но все-таки, есть преемственность, традиции?

Студент - это молодость, это огромная энергия, требующая достойного выхода, который раньше было легче найти как в материальной среде, так и в духовной. Сейчас многим студентам не до духовности: нужно зарабатывать деньги, поскольку за все приходиться платить, а платежеспособные родители есть далеко не у всех.

В связи с разговором о духовности, или правильнее, о бездуховности современной молодежи, хочу спросить, как Вы оцениваете попытки внедрения в общеобразовательную систему курса «Основы православной культуры», за что православные активисты бились все последние годы?

Курс «Основы православной культуры», который на самом деле замыслен как курс «Закона Божия», т. е. курс катехизации - обучения учащихся основам православного вероучения и обрядности, по существующему законодательству РФ не может стать обязательным учебным предметом в государственной школе. А если законодательство изменят и из него уберут понятия «светское государство» и «отделение церкви от государства и школы от церкви», то могут ввести в качестве обязательного предмета, от чего пострадает прежде всего сама РПЦ. Во-первых, поднимется волна протестов против столь явной привилегии РПЦ вопреки статье закона о равенстве всех религиозных организаций, что усилит напряженность во взаимоотношениях между православными и представителями других конфессий. Во-вторых, этот курс, так резко контрастирует со всей системой знаний, дающихся школой, что он станет стимулировать у учащихся не религиозные, а атеистические убеждения, как это имело место в школе дореволюционной России.

Обсуждался вопрос о появлении новой образовательной области «Духовно-нравственная культура» (предполагающей несколько иную модель обучения религиозным предметам), которая, по заверениям некоторых иерархов, должна стать частью нового поколения школьных стандартов.

Как Вы относитесь к сближению таких понятий, как духовность и религиозность? Многие сегодня не без влияния СМИ полагают, что вне религиозности нет духовности, и связывают с православной культурой особую духовность, якобы присущую русскому народу.

Что касается сближения понятий «духовность» и «религиозность» (а тем более их отождествления), практикуемого главным образом публицистами как церковными, так светскими, то мы имеем дело либо с невежеством, либо с подлогом.

Духовность - это интеллектуальный, моральный, эстетический, религиозный, правовой и политический потенциал человека и человечества в целом. Реализация этого потенциала называется духовной жизнью, а его материализация в виде научных открытий, моральных кодексов, правовых норм, художественных произведений, политических доктрин, религиозных учений и церковных структур составляет духовную культуру.

Духовным человеком является и искренне, глубоко верующий и убежденный сознательный атеист с той лишь разницей, что первый считает религию доминантой своей духовности, а второй воспринимает её как результат («пережиток прошлого»), от которого человечество пока не в состоянии освободиться по независящим от него обстоятельствам. Точно так же и бездуховность есть как среди псевдоверующих, лишь имитирующих религиозность, так и среди псевдоатеистов, поскольку у тех и других духовный потенциал на нуле, хотя и по разным причинам.

Если я Вас правильно поняла, послевоенное поколение отличает высокий духовный потенциал?

Не буду говорить обо всем поколении, скажу о своих сокурсниках. Почти все они со временем (многие, как и я, начинали преподавание в школьных классах) стали вузовскими преподавателями, защитили кандидатские и докторские диссертации и заявили о себе как о серьезных ученых. Мне кажется, что выпуск 1953 года самый плодовитый в научном отношении, самый многочисленный по числу состоявшихся ученых, существенно обогативших своими достижениями ленинградскую, а теперь уже петербургскую, философскую школу.

Последний раз мы собирались вместе в связи с 50-летием окончания университета - а до этого такие встречи были практически каждое пятилетие. Печально об этом говорить, но многих из них уже нет с нами. Поколение уходит. Но оставшиеся и в семидесятилетнем возрасте продолжают вносить весомый вклад в философскую науку. Это мои сокурсники и земляки-ленинградцы: Светлана Иконникова, Владимир Бранский, Виктор Ильин, Анатолий Кармин, Борис Парыгин.

Советские интеллигенты - люди книжной культуры. В связи с этим, какие книги для Вас стали определяющими в жизни. Я имею в виду не обязательно философские тексты. Наверное, у каждого есть в жизни какая-то важная книга, герой которой становится идеалом для подражания. Может быть, вопрос даже шире: кто Ваш герой?

Книги я любил и люблю читать, собрал немалую библиотеку, которая норовит вытеснить меня из кабинета. Люблю поэзию, историческую и мемуарную литературу. Самое сильное впечатление осталось у меня от книги А. А. Игнатьева «Пятьдесят лет в строю», автором которой я продолжаю восхищаться. А вообще-то героев была и остается целая череда: Павка Корчагин, молодогвардейцы Краснодона, Г. Жуков, Ю. Гагарин, А. Лосев, Ж. Алферов и др.

Как я думаю, Николай Семенович, Вас можно назвать библиофилом в самом емком смысле этого слова: Вы не только читатель и почитатель книг, но и их писатель. Вами написано более 30 книг. Вероятно, каждая по-своему дорога. Но все-таки, какую из них Вы считаете наиболее значительной?

Гордиенко Н. С. Современное русское Гордиенко Н. С. Современное русское

православие. — Токио: Кобунся, 199°. — православие. — Л.: Лениздат, 1987. —

334 с. [На яп. яз.]. 362 с

Уточню. Не более 30, а около 30 книг. Самой значимой из них я считаю «Современное русское православие» (1987). Именно ее заметили на книжной выставке в Москве японские издатели, перевели на японский язык и выпустили в 1990 году. Этот перевод, выполненный полиграфически безупречно, я воспринимаю как своеобразный международный сертификат качества и горжусь им даже больше, чем оригиналом.

Наличие у Вас такого международного сертификата провоцирует следующий вопрос. Религия - исторический феномен, тоже подверженный изменениям. Каковы современные тенденции: приведут ли процессы глобализации к становлению новой мировой религии? Может ли общество будущего быть безрелигиозным?

Может ли процесс глобализации всего и вся инициировать появление новой мировой религии - четвертой по счету после буддизма (возник в VI в. до н. э.), христианства (I в. н.э.) и ислама (VII в. н.э.)? Полагаю, что может. Уже сейчас есть религиозные образования, претендующие на статус мировых религий и публично декларирующие такие претензии. Это бахаизм -ответвление от ислама, зародившееся в середине XIX в Персии, а к настоящему времени вышедшее на мировой уровень. Те же претензии у Церкви единения, созданной и возглавляемой Сен Муном, у сайентологов.

Действительно, они по-новому постулируют важнейшие положения религиозного вероучения, ищут и находят современные обрядовые компоненты, ратуют за союз с наукой. И распространены они, как надлежит мировым религиям, в сотнях стран и территорий. Но в части массовости они безнадежно уступают существующим мировым религиям: в каждой из них по несколько миллионов приверженцев, тогда как буддистов не меньше 400 млн, мусульман - около одного миллиарда, а число христиан превышает полтора миллиарда.

Что же касается перспектив религии как таковой, то мне представляется, что безрелигиозным общество, человечество в целом никогда не станет. Альтернатива религии - свободомыслие, высшей формой которого является атеизм с его предельным рационализмом, упованием только на истину, какой бы безжалостной она ни была, отказом от успокаивающих мировоззренческих иллюзий. Жизнь простых людей была, есть и всегда будет трудной, требующей духовной компенсации, в составе которой наверняка останется религия с ее мировоззренческой и психотерапевтической функциями. Атеизм так же непосилен для большинства, как высшие достижения науки, нравственный максимализм, творческий экстаз, безупречный художественный вкус и т. п.

Я предлагаю от вопросов мировой религии вернуться к проблемам Русской православной церкви, глубоким знатоком истории которой Вы являетесь. Кампания по выборам патриарха Русской православной церкви близка к завершению. Как Вы думаете, кто станет шестым предстоятелем РПЦ после восстановления патриаршества в 1917 году?

Думаю, Поместный собор (скорее всего, не единогласно) поддержит кандидатуру митрополита Кирилла. С моей точки зрения, избрание его патриархом не лучший выбор для РПЦ, пожинающей сегодня плоды свободы в виде разногласий, конфликтов, проникновения в ее ряды случайных и ловких лиц, склонных к стяжательству, цинизму и прочим отнюдь не благодетельным деяниям. Ей нужен лидер спокойный, покладистый, характером похожий на кота Леопольда с его «Давайте жить дружно!».

Однако, с именем Кирилла связывают перспективы модернизации Русской православной церкви, сближения ее с Ватиканом и т. д. Что Вы по этому поводу думаете?

Кирилл властен, крут, категоричен, упорен в своих убеждениях (в том числе и явно ошибочных), амбициозен. Он полон намерений приподнять церковь над светской властью, забывая, подобно патриарху Никону, намеревавшемуся, надо сказать, безуспешно, подмять под себя «тишайшего» Алексея Михайловича, что все-таки не хвост вертит собакой, а собака хвостом. И верующих, в массе своей не склонных к резким переменам, он растревожит и расстроит, и власть имущим нервы пощекочет.

По своему характеру, который он вряд ли поменяет (скорее, даже усугубит), Кирилл клерикал, фундаменталист в облике либерала-модерниста (закваска его отца духовного - митрополита Никодима (Ротова), пестовавшего его с семинарских лет), не склонный ни к компромиссу, ни к любым проявлениям толерантности. Контакты с Папой римским у него наверняка будут, но ни к каким переменам во взаимоотношениях РПЦ с католической церковью это не приведет. Достаточно вспомнить «историческую» встречу в 1956 году Папы римского Павла VI с константинопольским патриархом Афинагором, которая оказалась безрезультатной пиаровской акцией.

И еще один вопрос, связанный с прогнозами. Каковы перспективы, особенно в условиях кризиса и при новом патриархе, реализации принципа отделения церкви от государства, зафиксированного в российской Конституции? Что Вы можете сказать в этом контексте о принятом законе о госаккредитации духовных школ, который позволит религиозным учебным заведениям выдавать государственные дипломы? О попытках добиться включения в реестр специальностей ВАКа теологии?

Закон о госаккредитации религиозных учебных заведений с выдачей их выпускникам государственных дипломов, конечно, нарушает принцип отделения церкви от государства. Он призван обеспечить этим выпускникам статус лиц со средним или высшим образованием, имеющим право на повышение зарплаты в светском учреждении, где этот статус влияет на уровень заработной платы. Но тогда надо будет вводить в светских учреждениях (например, в гимназиях, колледжах, государственных вузах) должности и ставки для магистров и кандидатов богословия, докторов богословия и церковной истории, которых пока нет и, я думаю, в обозримом

будущем не будет. Самой РПЦ, да и другим конфессиям, наличествующим в РФ, все это ни к чему.

Включения в реестр ВАКа специальности «теология» добиваются те околоцерковные доброхоты, которые проявляют усердие не по разуму: они не знают, что теология как таковая вне конфессиональной принадлежности не существует. Есть католическая теология, православное богословие, протестантские теологии (лютеранская, кальвинистская, англиканская, баптистская и пр.), исламская теология и др. И каждая из них имеет принципиальные различия. По какой из перечисленных теологий следует вводить специализацию?

Как правило, завершая беседу, актеров спрашивают о несыгранных ролях, и я хочу спросить о неосуществленных замыслах, о книгах задуманных, но не написанных. Есть ли такие?

Я считаю, что мне удалось реализовать все свои возможности и полностью материализовать их в книгах, учебниках и статьях. Как-то на досуге я подсчитал, что вся моя печатная продукция вышла общим тиражом свыше 3,5 млн экземпляров (вот тиражи какие были в советское время!): так что у меня есть основание резюмировать сказанное известным афоризмом: «Я сделал, что мог, пусть другие сделают больше».

Какова же формула успеха от Николая Семеновича Гордиенко?

Такая формула есть и она простая: надо заниматься только любимым делом и не оставлять его пока позволяют интеллектуальные возможности и физические сила.

Благодарю Вас за интересную беседу. Пользуясь предоставленной возможностью, хочу от кафедры философии и социологии и от себя лично поздравить Вас с приближающимся юбилеем - 80-летием - и пожелать здоровья, творческих успехов, талантливых и увлеченных наукой учеников.

Основные труды

1. Современный экуменизм: Движение за единство христианских церквей. - М.: Наука, 1972. - 200 с.; Praha, 1976. - 165 с. [На чешек, яз.].

2. Православные святые: кто они? - Л.: Лениздат, 1979. - 270 с.; Киев, 1983. -292 с. [На укр. яз.].

3. Крещение Руси: факты против легенд и мифов: Полемич. заметки. - Л.: Лениздат, 1984. - 287 с.

4. Современное русское православие. - Л.: Лениздат, 1987. - 362 с.; Токио: Кобунся, 1990. - 334 с. [На яп. яз.].

5. Обреченные: о русской эмигрантской псевдоцеркви. - Л.: Лениздат, 1988. -207 с. (Соавт. П. М. Комаров).

6. La chiesa ortodossa russa X-XX secc. Genova, 1988. - 479 p. [На итал. яз.], М.: Progress, 1988. - 464 р. [На англ. яз.]. (В соавторстве).

7. Православие в советском обществе. Основные этапы эволюции // Русское православие: вехи истории. - М., 1989. - С. 616-690.

8. Новые православные святые. - Киев: УкраЫа, 1991. - 334 с.

9. Российские свидетели Иеговы: история и современность. - СПб., 2000. - 232

с.

10. Основы религиоведения: учеб. пособие. - 3-е изд. - СПб.: ЛГУ им. А. С. Пушкина, 2005. - 152 с.

Биографические сведения

1. Профессора Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена в XX веке: Биогр. справочник. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2000. - 391 с.

2. Профессора Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена в XX веке: Биогр. справочник. - 2-е изд., испр. и доп. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2002. - 331 с.