Когнитивно-семантические основания прогноза направлений метафорического выбора

КОГНИТИВНО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ПРОГНОЗА НАПРАВЛЕНИЙ МЕТАФОРИЧЕСКОГО ВЫБОРА

С.А. Панкратова

Метафора как когнитивно-семантический инструмент способен пролить свет на образноинтуитивные механизмы творческого мышления, тем самым восполняя пробелы в процессе логиче-ски-рационального познания. Универсальный алгоритм метафорического выбора позволяет изучить такие разнонаправленные аспекты, как аналогическая аттракция (сгущение связей вокруг концепта) и аналогическая дисперсия (разброс концепта по словам с разными прямыми значениями). В таком ракурсе метафора дает возможность делать обоснованные прогнозы направления когнитивной активности, предвосхищать неизвестные еще факты и/или закономерности творческого познания, выходящие за пределы сложившихся систем знания.

Ключевые слова: ассоциирование, когнитивная модель, критический рационализм, метафорический выбор, метафора, объективистская парадигма.

Научный интерес к метафоре - понятию, известному в науке вот уже две с половиной тысячи лет [1], - не угасает и в наши дни. Напротив, интерес к метафоре как мыслительному механизму возрастает в связи с новыми когнитивными исследованиями, что и определяет актуальность обращения к метафоре в представленной статье. Главной тенденцией начала XXI в. в изучении метафоры считается постепенный отход от воззрений на нее как на второстепенную по своей роли риторическую фигуру, своего рода «продукт» субъективного восприятия и отражения мира творческой личностью, во многом непредсказуемый и непрогнозируемый. Новизна когнитивно-семантического подхода состоит в том, что интеграция психологических и лингвистических данных заставляет взглянуть на метафору как на универсальный и прогнозируемый механизм концептуализации новых онтологических явлений по аналогии с уже сложившейся системой понятий. Обширный круг литературы по метафоре свидетельствует о большой степени разработанности проблемы (библиография по метафоре насчитывает около четырех тысяч работ [2, 3]), однако изучение актуальных в наши дни когнитивных аспектов метафоры находится в начале пути. Цель статьи - осветить значимость прежде не так активно разрабатываемой (по сравнению с назывной, информативной и эмотивной функциями), поддающейся прогнозу и предсказанию эвристической, познавательной функции метафоры.

Если обратиться к истории метафоры, станет очевидна эволюция представлений о ней, идущая от концепции скрытого сравнения через аномальный подход и теорию взаимодействия к когнитивной теории метафоры, определяющей ее как способ существования лексики гипотетических про-

странств, «невидимых миров» человеческого сознания и подсознания. Практически с начала осмысления самого явления метафоры, долго преобладало убеждение о ее нелогичной, творческой природе. Кажущийся практически беспредельным (варьирующим от исключительно важного до тривиального) мир ассоциаций и представление о метафо-ризации как о смутном, нелогичном, непредсказуемом по своему характеру процессе препятствовали формулировке типового семантического алгоритма метафорического выбора. Языковая совокупность метафор представлялась как бессистемный хаос, на субъективность и случайность которого обращали внимание сторонники аномального подхода (А. Ричардс, М. Бирдсли), отмечавшие, что, совмещая несовместимые обозначаемое и обозначающее неисчислимым множеством разных способов, метафора тем самым «предицирует противоречие».

Однако идея полной произвольности вторичной номинации подвергнута критическому пересмотру в лингвистических исследованиях последних десятилетий, пришедших к выводу о зависимости метафорического выбора от объективных свойств участвующих в этом процессе денотатов, что, в свою очередь, открывает возможность ин-

терпретировать косвенную номинацию как структуру предсказуемую, поддающуюся формально-логическому прогнозу (Н.Д. Арутюнова, В.Г. Гак, М.В. Никитин, Г.Н. Скля-ревская, В.Н. Телия).

В подтверждение этого положения приводятся следующие аргументы. Действительно, еще не окрепшее для формул, но утверждаемое в творчестве глубинное сродство вещей, составляющее творческий аспект метафорического выбора, наиболее очевидно в индивидуально-авторской метафоре. Однако создающие впечатление непредсказуемости метафорического выбора авторские метафоры, содержащие черты индивидуального мировосприятия, являются такой же принадлежностью общеязыковой системы, как и языковые метафоры, основанные на объективированных ассоциативных связях. Индивидуально-авторские метафоры лишь более полно выявляют универсальный процесс си-миляции, поиска сходного в общем и многообразном, который представляет собой один из базисных механизмов восприятия сознанием внешнего мира.

Исследование когнитивных механизмов метафорического выбора основывается на положении о принципиальной возможности объективного объяснения метафоры, а также на возможности выявлять свойства объектов и коннотации слов и принципиальной разрешимости споров об основании тех или иных метафор. Действительно, механизм симиля-ции универсален в том смысле, что не только творческий, но и любой человек способен связать между собой любые две единицы лексикона. А всеобщий и обязательный характер метафорического миропонимания обусловлен одинаковым для всех людей механизмом восприятия реалий объективного мира, обусловленным деятельностью «... биологически

одинаковой у всех людей» аффективной нервной системы [4] и общим «.запасом обиходно-практических, наглядно-опытных знаний» [5]. В семантическом аспекте объективное основание для аналогического сближения абстрактных и конкретных концептов содержится не в характеристике эмоционально-оценочного восприятия, а в онтологической природе конкретных концептов, признаки которых «. тождественны по своей физической природе» [6].

Путь установления объективных оснований метафорического выбора складывается из нескольких шагов, первым из которых оказывается согласование самих терминов. Так, взамен лингвистическому термину «метафора» (неявно объединяющему стилистико-риторические аспекты самого процесса и его результат) и психологическому термину «ассоциирование» (имплицирующему простую связку «стимул > реакция») был предложен термин метафорический выбор - исследуемый в русле интегративного подхода к языку когнитивно-семантический механизм, интегрирующий как полученные «естественнонаучными» методами (наблюдение и эксперимент) когнитивные данные о психологических процессах ассоциирования, так и полученные «семиотическими» методами (языковое моделирование) уже зафиксированные в словарях и художественной литературе данные о семантических процессах вторичной номинации.

Следующей задачей было уточнить имена основных участников метафоризации (главный субъект и прилагаемая к нему система имплицируемых признаков вспомогательного субъекта), разнообразно поименованных в лингвистической литературе - референт / коррелят, тема / контейнер, рамка / фокус, источник / цель, донор / акцептор, содержание / оболочка [7]. Для выявления объективных оснований метафорического выбора его участники должны рассматриваться с позиции содержащихся в их смысловой структуре признаков (объективных, присущих их денотатам или приписываемых, субъективных). В таком ракурсе это, с одной стороны, недостаточно познанный абстрактный концепт, не имеющий материального денотата (лат.: ‘ехр1апап8’, ‘ехрНсап^ объясняемое) и, с другой стороны, объясняющий его системой своих импликаций конкретный концепт, соотносимый со словом с конкретным, предметным значением (лат.: ‘ехр1апап^ш’ объясняющее). Результатом метафорического выбора является когнитивная модель - языковое средство концептуализации и упорядочения реальности, обладающее гибким, изменяемым по мере роста человеческого опыта каркасом, на который «нанизываются» различные по степени детализации и объему вербальные единицы.

Достижения когнитивной психологии, данные многочисленных ассоциативных экспериментов помогли наметить, обозначить приоритетную сферу метафорического выбора - это термины родства, обозначения частей тела и природных явлений, которые первыми усваиваются человеком и принадлежат к ядру лексикона. В результате нашел когнитивное подтверждение фундаментальный для лингвистики тезис об антропоцентризме языка [8]. Теперь это перспективное направление активно разрабатывается корпореаль-ной, телесной (лат.: ‘corpus’ тело) семантикой [9], утверждающей, что сознание и язык основаны на телесном базисе, а устройство понятийного мира человека и семантики естественного языка обусловлено биологической природой человека.

То, что подается как новое в когнитивных исследованиях, возможно семантически объяснить в механизме признакового конструирования - это «вычерпывание» признаков из конкретной семантической области и пре-дицирование их абстрактному денотату [1012], при этом через систему импликаций открывается доступ к содержанию всего фрейма конкретной семантической сферы. Чтобы выйти на новый, объективный и вместе с тем цельный, системный уровень объяснения механизмов метафорического выбора, необходимо было определить, что общего у различных семантических сфер. Этим общим является структура организации знаний - или фрейм, по разному заполненный конкретной лексикой, но стандартно включающий структурные слоты (субъект, объект, место и инструменты), динамичные слоты (предикаты начала, содержания, конца и результата действия), а также слоты, описывающие качественные характеристики действия.

Главным достижением исследования эвристической значимости метафорического выбора на материале 16 ведущих предметных сфер английского языка (строительная, книжная, текстильная, финансовая, дорожная, военная, мореплавательная, законодательная, научная, механическая, промышленная, живописная, антропоцентрическая, биологическая, стихийная или природная) стало определение объективной, не случайной относительно общего знания основы метафорического выбора [13-15]. Как оказалось, сам состав элементов предметной се-

мантической сферы определяет приоритеты в описании абстрактного концепта, усиливая наиболее разработанные компоненты смысла и ослабляя, редуцируя менее значимые. То, что в разных областях преобладают определенные типы признаков, возможно передать графически - доминирующими в метафорическом выборе оказываются то структурные ‘8’, то динамичные ‘Б’ то качественные семантические признаки. Так, к примеру:

1) если выбраны строительная, книжная, текстильная или финансовая семантические сферы, богатые структурными ‘8’ признаками, то речь в метафорическом описании абстрактного концепта пойдет о том, «Как он устроен?». Структурные признаки доминируют в таких прототипных моделях, как «СОЗНАНИЕ > СТРОЕНИЕ», «ЗНАНИЯ > КАТАЛОГ», «ТЕКСТ > ТКАНЬ» и «ЗНАНИЯ > КАПИТАЛ»;

2) если избраны дорожная, военная, мореплавательная или законодательная семантические сферы, в которых богато представлены динамичные признаки ‘Б’, то в метафорическом описании абстрактного концепта речь, скорее всего, пойдет о вариантах развития ситуации, о том, <Как он действует?». Динамичные признаки доминируют в таких прототипных моделях, как «ПОЗНАНИЕ > ПУТЬ», «СПОР > ВОЙНА», «СПОР > МОРЕПЛАВАНИЕ» и «ЛОГИКА > ЗАКОН»;

3) если избраны научная, механическая,

промышленная или живописная семантические сферы, в которых наиболее разработаны качественные признаки ^’, то в метафорическом описании абстрактного концепта речь пойдет о том, «Как он качественно изменяется?». Качественные признаки доминируют в таких прототипных моделях, как «МЫШЛЕНИЕ > ХИМИЧЕСКИЙ (ФИЗИЧЕСКИЙ) ПРОЦЕСС», «МЫШЛЕНИЕ > МЕХА-

НИЗМ», «ОБЩЕСТВО > ФАБРИКА» и «СОЗНАНИЕ > КАРТИНА»;

4) если избраны антропоцентрическая, биологическая, стихийная или природная семантические сферы, в них ведущими являются все типы оснований метафорического выбора - как структурные ‘8’, так и динамичные ‘Б’, и качественные ^’, что позволяет одновременно говорить и об устройстве, и о действиях, и об изменениях абстрактного концепта, отвечать на вопрос «Какова причина (происходжение) такой структуры, дей-

ствий и изменений?». В результате было установлено, что последний тип когнитивных моделей, объясняющий все возможные аспекты концептуальных абстракций, обладает наиболее мощным характеризующим потенциалом. Так, именно на когнитивно-семантическом уровне была доказана ведущая роль принципа антропоцентризма в языке и в метафорическом выборе. Человек выбирает то, что лучше знает. А лучше всего мы знаем себя!

Все вышесказанное подводит к мысли об универсальности, доминировании в метафорическом выборе антропоцентрических, естественных когнитивных моделей. Они позволяют не только более глубоко осмыслить суть концептуальных абстракций, но также превосходят иные модели по широте охвата. Так, в отличие от других семантических сфер, практически все типы концептуальных абстракций (идеи, творчество, язык, общество, история) осмысливаются как живые существа. К примеру, в философии бытует когнитивная модель «ИДЕИ > ЖИВЫЕ СУЩЕСТВА», а творчество рассматривается как «рождение, рост и созревание» в сознании новых образов и переживаний (А. Бергсон, Ф. Дильтей, Л. Клагес, Г. Риккерт). В сравнительно-историческом языкознании утвердилась когнитивная метафора «ЯЗЫК > ЖИВОЕ СУЩЕСТВО», в рамках которой язык рассматривается как сущность, обладающая «семейным сходством» (Л. Виттгенштейн) и проходящая стадии «становления, развития и распада» языковых форм. В органической социологии начала XX в. (А. Сен-Симон, Г. Спенсер, И.С. Кон) ведущую роль играет когнитивная модель «ОБЩЕСТВО > ЖИВОЕ СУЩЕСТВО», согласно которой общество рассматривается как живое существо, у которого роль «кровообращения» играет торговля, функцию «головного мозга» исполняет правительство, экономическая жизнь сравнивается с «обменом веществ», а социальные конфликты сравниваются с глобальными «конвульсиями» (Э. Тоффлер). Общество, вырастая в цивилизацию, проходит стадии «возникновения, роста, надлома и разложения» (А. Тойнби). Так, на когнитивном уровне (исконный антропоцентризм человеческой психики) и на семантическом уровне (доминирование структурных ‘8’, динамичных ‘Б’ и качественных ^’ типов основа-

ний) подтверждается приоритет естественных, природных когнитивных моделей осмысления концептуальных абстракций.

Выводы. В наше время многократного ускорения темпов развития информационных технологий, темпов научного развития и культурного творчества трансформируется сам способ мышления и познания мира. Человек разумный превращается в человека информационного. На языковом уровне это проявляется в смене познавательных установок, характерных для целых эпох. «. Общество не выживет, если не перейдет от эпохи просвещения и эрудиции второго тысячелетия (с его лозунгом «Знание - сила») к эпохе интеллекта третьего тысячелетия с лозунгом «Мышление - могущество» [16]. Теперь интеллектуальный прогресс сказывается не в простом наращивании объема знаний, а в развитии мыслительных способностей, в дополненном интуитивно-творческими методами логико-диалектическом освоении обществом механизмов мышления, в т. ч. и творческих в своей основе механизмов метафорического выбора. На метафорическом уровне это отличие предстает как оппозиция финансовой когнитивной модели сознания как некого накопительного банка, которой противостоит метафора живого, творческого познания, естественность которой определяет приоритет ее выбора.

В связи с этим становится очевидно, что основные усилия по разрешению проблем современности могут быть сосредоточены и в гуманитарной области - это осознать бытующие в сознании и языке установки, шаблоны, выраженные в традиционных, стереотипных, классических, ключевых метафорах. Специфика метафорического мышления состоит в преодолении соблазна готовых схем, в направленности познания от стереотипных, канонизированных к автономным, нестандартным способам осмысления непознанного. Исследование предсказуемых механизмов метафорического выбора в их эвристической функции оказывается ценным именно потому, что способно показать трансформацию познавательных установок, стереотипов носителей языка.

1. Аристотель. Поэтика. М., 1927.

2. Петров В.В. Метафора: от семантических представлений к когнитивному анализу // Вопр. языкознания. 1990. № 3. С. 67-80.

3. Shibles W.A. Metaphor: an Annotated Bibliography and History. Whitewater, 1971.

4. Osgood G. Language Universals and Psycholinguistics // Universals of Language. Cambridge, 1963. P. 229-322.

5. Зыцарь Ю.В. О единстве сознания и различиях языков // ВЯ. 1984. № 4. С. 23-32.

6. Никитин М.В. Курс лингвистической семантики. СПб., 1996. С. 274.

7. Телия В.Н. Типы языковых значений. Связанное значение слова в языке. М., 1981. С. 221.

8. Ульман С. Семантические универсалии // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1970. Вып. 5. С. 250-299.

9. Ruthrof H. The body in language. L.; N. Y., 2000.

10. Никитин М. В. О семантике метафоры // Вопр. языкознания. 1979. № 1. C. 34-40.

11. Никитин М. В. Лексическое значение слова. М., 1983.

12. Никитин М.В. Основания когнитивной семантики. СПб., 2003.

13. Longman Dictionary of Contemporary English. L., 1995.

14. Longman Dictionary of English Language and Culture. L., 1992.

15. The Shorter Oxford English Dictionary / еd. by W. Little. Oxford, 1986.

16. Войтов А.Г. История и философия науки. М., 2005. С. 74.

Поступила в редакцию 23.05.2008 г.

Pankratova S.A. Cognitive and semantic foundations of the metaphoric choice forecast. The main object of this article is metaphor as a cognitive-semantic device which is able to shed light on intuitive and creative mechanisms of a thinking process, thus filing the blanks in the fund of logically objective human knowledge. Universal algorithm of the metaphoric choice takes into consideration such diverse aspects, as analogical attraction (condensation of analogical ties around the concept) and analogical dispersion (distribution of concepts among words with the concrete meaning). Developing this aspect of metaphor gives possibility to make well-grounded forecasts of the direction of a cognitive process, to foresee yet unknown facts and/or peculiarities of creative thinking, which go far outside the limits of the standard systems of knowledge.

Key words: association, cognitive model, critical rationalism, metaphoric choice, metaphor, objectivistic paradigm.

СЕМАНТИЧЕСКИЕ ЗАКОНЫ И ОБРАЗ МИРА

О.А. Меркулова

Статья посвящена проблеме разработки новых методов этимологического анализа, основанного как на фонетических законах, так и на семантике слов. Целью современных лингвистических исследований является открытие семантических законов путем использования новейших методик, таких как отбрасывание табуирующих отрицаний, разработка проблем преформантов, а также рассмотрение этих явлений с культурологической точки зрения.

Ключевые слова: семантические законы, мифологические символы, этимологические исследования, преформанты, сравнительно-историческое языкознание, семантическая диада.

В процессе рассмотрения теоретических оснований этимологического анализа перед нами возник ряд проблем, связанных как с развитием данного направления языкознания в историческом аспекте, так и с теперешним состоянием этимологических исследований.

На первую половину XIX в. приходится расцвет этимологии. Результаты этимологических исследований сыграли первостепенную роль в становлении сравнительно-исторического метода, а также повлияли на становление сравнительной грамматики индо-

европейских языков. Труды ученых 40-х гг. XIX в. повлекли за собой развитие сравнительной фонетики индоевропейских языков. В XX в. были составлены этимологические словари большинства индоевропейских языков.

В настоящее время перед этимологией стоит важнейшая задача - разработка новых методов анализа, приведение их в соответствие с достижениями современного теоретического языкознания, что позволило бы этимологии выйти из кризиса.