У акций закончился срок давности

Как стало известно “Ъ”, Пресненский райсуд Москвы прекратил в связи с истечением срока давности уголовное дело в отношении бывшего гендиректора, ныне управляющего директора ПАО «Ашинский металлургический завод» (Челябинская область) Владимира Мызгина. Управленец обвинялся в особо крупном мошенничестве: по версии следствия, он незаконно вывел в 2007–2010 годах на кипрские офшоры акции металлургического завода и ПАО «Сбербанк» стоимостью 1,59 млрд руб. Впрочем, несмотря на столь внушительную сумму предполагаемого ущерба, иска к подсудимому подано не было.

Владимир Мызгин не стал возражать против закрытия его дела в связи с истечением срока давности

Фото: ПАО «Ашинский металлургический завод»

Процесс по делу в отношении Владимира Мызгина уложился в одно заседание, которое длилось около 45 минут. Поддержать подсудимого пришла его гражданская жена, которая весь недолгий процесс заметно нервничала. После того как председательствующая Елена Абрамова в соответствии с правилами уточнила личность подсудимого и его должность, она предложила сторонам подать ходатайства.

У государственного обвинителя их не было. В свою очередь, адвокат подсудимого попросил прекратить уголовное преследование подзащитного на том основании, что по вменяемым тому преступлениям истек срок давности. Судья приняла ходатайство, но попросила гособвинителя сначала изложить суть обвинения.

Из обвинительного заключения следовало, что уголовное дело по факту особо крупного мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ) было возбуждено СКР в декабре 2021 года по заявлению акционера Ашинского металлургического завода, депутата заксобрания Челябинской области Александра Решетникова. А в марте 2022 года в рамках расследования на предприятии прошли первые обыски. Через несколько месяцев, 26 июля 2022 года, господина Мызгина вызвали в Москве в СКР на допрос, где его и задержали. Через два дня ему предъявили обвинение по 159-й статье УК РФ, а затем по решению Савеловского суда столицы он был отправлен под стражу. При этом арестованный сразу стал сотрудничать со следствием, и вскоре его перевели на домашний арест. К началу судебного процесса обвиняемый уже находился под подпиской о невыезде.

Как следовало из выступления прокурора в суде, на протяжении 2007–2010 годов Владимир Мызгин перевел на подконтрольные ему российские ЗАО «Прогресс», ЗАО «Комплект», ЗАО «Альянс» и ряд других фирм около 15 млн акций своего предприятия, а также находившиеся у него в распоряжении ценные бумаги Сбербанка на общую сумму 1,59 млрд руб.

В дальнейшем, как отметила гособвинитель, он убедил руководителей этих ЗАО, «пользуясь их некомпетентностью», перевести записанные на их компании ценные бумаги на ряд кипрских офшоров. По некоторым данным, речь шла о Aldworth Investments Ltd, которой досталось 19,06% акций металлургического завода, Hacton Finance Ltd (19% акций), Wisegrass Investments Ltd (19,94%), Granotex Ventures Ltd (10,18%) и Sandine Management Ltd (10,18%). По подсчетам следствия, в результате действий господина Мызгина в офшорах оказалось около 80% акций металлургического завода, причем их бывшим держателям не было уплачено ни копейки.

Отметим, что Ашинский металлургический завод является одним из старейших предприятий в регионе. Он был заложен в июле 1898 года, в ноябре 1900 года начала работать первая доменная печь.

Когда прокурор завершила чтение обвинения, председательствующая спросила у подсудимого, понятно ли оно ему. «Сути я не уловил,— ответил обвиняемый.— Если бы я столько украл, то директором бы уже не работал». После этого защитник подсудимого заявил:

«Наша позиция заключается в том, что вменяемые преступления были совершены с 2009 года по 18 августа 2010 года, а срок привлечения к уголовной ответственности по ним истек 18 августа 2020 года».

Поэтому, отметил защитник, он и просил прекратить уголовное дело, подчеркнув, что господину Мызгину понятны правовые последствия такого решения, в частности то, что истечение срока давности не является реабилитирующим обстоятельством.

Прокурор просила не удовлетворять просьбу защиты.

В итоге судья удовлетворила ходатайство защиты и прекратила уголовное преследование подсудимого. Ни он сам, ни его адвокат не стали комментировать исход процесса, однако защитник отметил, что гражданских исков в рамках уголовного дела ни от заявителя, ни от предполагаемых потерпевших—юридических лиц подано не было.

Представитель Пресненской прокуратуры сообщила, что еще не решила, будет ли подавать апелляционное представление на решение суда.