Категоризация поссесивных отношений в русском языке

© М.В. Милованова, 2006

КАТЕГОРИЗАЦИЯ ПОСЕССИВНЫХ ОТНОШЕНИИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ *

М.В. Милованова

В последнее время в лингвистике активно разрабатываются вопросы, связанные с проблемой категоризации человеческого опыта и ее отражением в языке. В центре внимания исследователей находятся универсальные понятийные категории и репрезентирующие их языковые средства.

Человек - одушевленный субъект - существует в определенном пространстве, где его окружает множество разнообразных объектов, с которыми он вступает в определенные отношения. Одними из ведущих в процессе познания человеком окружающей действительности являются отношения по-сессивности.

Категория посессивности, наряду с категорией пространства и времени, является одной из универсальных понятийных категорий языка. Универсальность таких концептуальных категорий заключается прежде всего в том, что они, несмотря на изменчивость своего содержания, присущи человеку на всех этапах его исторического развития. Из этих категорий и строится в каждой культуре своя особая модель мира. Основное значение категории посессивности - «определение названия объекта через его отношение к некоторому лицу или предмету»1. Большинство исследователей понимают данную категорию достаточно широко и включают в ее состав широкий круг отношений обладания, принадлежности, которые реализуются в сочетаниях самой различной семантики 2. Другие, в частности К.Г. Чинчлей, считают, что центральным для категории посессивности является значение собственно обладания 3. В работах лингвистов нет единства и относительно самого термина «посессивность». Так, например, Д. Вайс считает, что «более пригодным представляется термин отношение при-

надлежности»4. Мы используем термин «посессивные отношения», которые могут быть представлены по-разному, в том числе и как отношения принадлежности.

Наибольшую характеристику в лингвистической литературе получили такие языковые единицы, выражающие значение посес-сивности, как притяжательные (посессивные) местоимения. Однако если посессивные местоимения во многих языках - это нечто неоспоримое, то вопрос о синтаксической и тем более семантической области посессивности, остается неизученным. С этой точки зрения, весьма актуальным является рассмотрение глаголов в качестве языковых средств, выражающих значение посессивности (с привлечением аспекта диахронии). В семантике глаголов, выражающих посессивность, находят отражение различные субъектно-объектные отношения. Мы считаем, что отношения по-сессивности могут быть представлены в виде определенной модели: начальная стадия посессивных отношений - непосредственно обладание субъекта объектом - конечная стадия посессивных отношений. Глаголами, выражающими начало посессивных отношений, являются глаголы приобщения объекта, они подчеркивают приобщение объекта к сфере субъекта (либо включение объекта в сферу субъекта), начало обладания, это прежде всего глаголы взять, брать, принять, принимать, базовым среди которых является глагол взять (в аспекте диахронии нами в статье рассматриваются только базовые глаголы). Глаголы иметь, владеть, обладать, принадлежать указывают непосредственно на процесс обладания (собственно посессивные отношения), базовым в приведенном ряду является глагол иметь. Окончание посессивных отношений выража-

* Работа выполнена при поддержке гранта ВолГУ (32-2006-а/ВолГУ).

ют прежде всего глаголы отчуждения объекта дать, давать, лишить, лишать и др., указывающие на ситуацию, когда субъект добровольно или принудительно передает объект другому лицу (базовый глагол - дать). Рассмотрим подробнее реализацию модели посессивных отношений.

Начальная стадия посессивных отношений. Глаголы приобщения объекта выражают определенные действия субъекта по приобщению к себе какого-либо объекта; включение объекта в сферу своей деятельности, своего состояния. В результате между субъектом и объектом устанавливаются такие отношения, «при которых один из них (объект обладания, обладаемое) включается в другой (обладатель, посессор), составляющий с ним единое целое»5. Семантическая структура глаголов рассматривается нами с точки зрения иерархии составляющих ее категориально-лексической, интегральных и дифференциальных сем.

Глаголы взять, принять восходят к общему корню 6. В истории русского языка глаголы приобщения объекта имели разветвленную семантическую структуру, во многом обусловленную характером приобщаемого объекта и целью приобщения 7. Категориально-лексической семой анализируемых глаголов, объединяющей их в рамках одной ЛСГ, мы считаем сему «приобщение объекта к сфере субъекта». Данная сема может быть реализована в таких интегральных признаках, как «характер», «средства», «степень» и «интенсивность» приобщения объекта. Эти семантические признаки, в свою очередь, могут реализовываться в более конкретных дифференциальных семах. При этом в качестве релевантной интегральной семы в семантической структуре рассматриваемых глаголов выступает сема «характер приобщения объекта», поскольку именно ее реализация позволяет говорить о специфике отражения в семантике глаголов различных субъектнообъектных отношений.

Субъект при всех рассматриваемых нами глаголах характеризуется как активный, конкретный, одушевленный. Релевантная интегральная сема «характер приобщения объекта» представлена в семантической структуре глаголов по-разному.

Релевантная интегральная сема реализуется в семантической структуре глагола взять как «взятие в руки объекта с целью дальнейших действий». Объект при этом может носить как неодушевленный, так и одушевленный характер, например: ...Друзей развел по крайний след, И каждый взял свой пистолет; Сильвио, со всеми прощаясь, взял меня за руку (СЯП)8. В данных примерах приобщение объекта не является конечной целью субъекта действия, объект всегда приобщается с целью какого-либо последующего действия, обусловленного предыдущим. Далее субъект, как правило, осуществляет какие-либо действия с включенным в его сферу объектом: с целью совместного движения - Возьми-ка аспидную доску да ступай за мною (СЯП); речевой деятельности - По прочтении просьбы, судья приблизился к Ивану Ивановичу, взял его за пуговицу и начал говорить ему (ССРЛЯ); физического воздействия на кого-либо - ...maman взяла обеими руками мою голову и откинула ее назад (ССРЛЯ).

Примеры с одушевленным объектом при глаголе взять немногочисленны: Взяв мою руку, Валек повел меня по какому-то узкому, сырому коридору...; Дядька, взяв Павлика за руку, пошел с ним через зал (ССРЛЯ). В результате особой представленности в семантической структуре данного глагола релевантной интегральной семы в качестве одушевленного объекта отмечены имена существительные, обозначающие невзрослое существо (ребенка), либо объект носит пассивный характер.

Среди анализируемых глаголов глагол взять можно считать базовым, поскольку он имеет достаточно широкую семантику и может выражать разнообразные ситуации приобщения объекта, ср. примеры из Словаря языка А.С. Пушкина: принудительное приобщение - Басурманы взяли его в плен и продали в Цареграде...; добровольное - Я возьму тебя на турнир - ты будешь жить у меня в замке; получение платы за что-нибудь - Сие глубокое творенье завез кочующий купец / Однажды к ним в уединенье / И для Татьяны наконец / Его с разрозненной Мальвиной / Он уступил за три с полтиной, / В придачу взяв еще за них / Собра-

нье басен площадных; приближение объекта куда-либо - В 1723 году Татищев взят был ко двору, где и пробыл близ года и др. Рассмотрим представленность базового глагола взять в истории русского языка.

В древнерусском языке зафиксирован глагол вър7ти. В примерах с глаголом вър7ти приобщение неодушевленного объекта не является конечной целью субъекта действия, объект всегда приобщается с целью какого-либо последующего действия, обусловленного предыдущим: върьмъ копик прововоде кмоу реврл (Сл.Ср.). Семантически близким глаголу современного русского языка взять в древнерусском являлся глагол П07ТИ, производный от глагола 7ти. Релевантная интегральная сема в семантической структуре глагола П07ТИ реализуется как «включение объекта в сферу совместных действий», при этом объект носит одушевленный характер: они же ов4щлшлсю поати и съ совою и допровлдити и; Гюрьги же поимл Ростислава и Володимерл и Яросллвл и ГАлиуьскую помощь и иде; поемъ ма, и въведе въ шлтлрь (Сл.Ср.), глагол употреблен в значении «взять с собой». Значение «взять с собой», выражаемое глаголом по7ти, может быть также и интенсивным, исходя из конкретной ситуации («взять с собой - поймать»): лще ускоуит уелАдинъ... дл поиметь и (Сл.Ср.). Глагол по7ти закрепился также в древнерусском языке в устойчивом сочетании по7ти жен4 (жен/) - жениться.

Глагол несовершенного вида брать обнаруживает большую близость с глаголом взять. В реализации релевантной интегральной семы «характер объекта» обнаруживается сходство с глаголом взять, однако сема дальнейшего действия с приобщенным объектом, как правило, не выражена так ярко. Это, по-видимому, объясняется тем, что глагол брать указывает прежде всего на процесс, повторяемость: Она брала всех попадавшихся ей знакомых под руку; Быв у вас и не имев удовольствия застать Вас дома, на всякой случай беру с собой письмо (ССРЛЯ). Как свидетельствуют примеры, объект имеет неодушевленный или одушевленный конкретный характер.

Рассмотрим глагол поймать. В семантической структуре данного глагола релеван-

тная интегральная сема выражена как «принудительное включение объекта в сферу субъекта», данное действие можно охарактеризовать как интенсивное. Объект в такой ситуации может быть как одушевленным, так и неодушевленным. Примеры с одушевленным объектом: Руслан, не говоря ни слова, С коня долой, к нему спешит, Поймал, за голову хватает; Я сегодня поймал было рыбку, Золотую рыбку, непростую; Не с твоим проворством, братец, поймать Дубровского, если уж это Дубровский (СЯП). Как свидетельствуют приведенные примеры, для приобщения одушевленного объекта, который является также и активным, субъект должен применить определенные усилия, чтобы подчинить объект своей воле. В такого рода случаях, когда приобщаемый объект выражен одушевленным именем существительным, обозначающим взрослое существо, способное оказывать сопротивление субъекту действия, можно говорить

об активности объекта. При этом отмечается разнообразие средств, используемых субъектом для приобщения объекта (интегральная сема «средства приобщения объекта»). Это может быть приобщение с помощью рук: Старик пытался было поймать своей опухшей рукой шуструю бабенку, но та ловко вывернулась (ССРЛЯ); приобщение с помощью специальных средств: Стрелки закинули неводок и поймали столько рыбы, что не могли вытащить сеть на берег (ССРЛЯ). Примеры с неодушевленным объектом: Зонтик выскользнул из ее рук. Она поспешно поймала его, прежде чем он упал на дорожку; У Сергея Львовича скатилась с плеч шуба, и он старался поймать ее одной рукой (ССРЛЯ). В таких случаях субъект также должен предпринять определенные усилия, чтобы приобщить к себе неодушевленный объект.

Близкий глаголу поймать в современном русском языке глагол несовершенного вида ловить обнаруживает специфику при реализации указанной интегральной релевантной семы, которая также выражена как «принудительное включение объекта в сферу субъекта», но при этом действие характеризуется как повторяющееся, либо подчеркивается его процессуальность, например: Взду-

мал он, по совету Тимашева, расставить капканы около вала, и как волков ловить мятежников...; Несколько татарских лошадей, сорвавшихся с привязи, бегали по лагерю, и мусульмане... их ловили (СЯП). В данных примерах речь идет о приобщении субъектом активного одушевленного объекта. Однако объект при глаголе ловить может иметь и неодушевленный характер: Ловите мишку! - крикнул Сергей Петрович и бросил игрушку в открытую дверь (СЯП). Причем многочисленны случаи, когда в роли объекта выступают разнообразные абстрактные существительные минуты, взгляд, улыбка и т. п. Однако такие случаи характеризуются нами в рамках переносного употребления глаголов.

Последним в приведенном нами синонимическом ряду является глагол принять (принимать). Значение префикса при- во многом обусловило реализацию релевантной интегральной семы в семантической структуре указанного глагола как «приближение к сфере субъекта». Таким образом, данный глагол выражает включение объекта в сферу субъекта посредством приближения (ср. сочетания принять мысли, взгляды и т. п.). При этом приобщаемый объект может иметь как неодушевленный, так и одушевленный характер. Примеры с одушевленным объектом: Самозванец по своему обыкновению принял солдат в свое войско; Я знал, что отец почтет за счастие и вменит себе в обязанность принять дочь заслуженного воина (СЯП). В случаях, когда объект имеет неодушевленный (конкретный) характер, такие контексты во многом перекликаются со случаями употребления глагола взять, например: Герман принял свои деньги и отошел от стола; Дубровский, закрывая ноты, подал ей украдкою записку, Марья Кирилловна, не успев одуматься, приняла ее (СЯП). Однако в данном случае (в отличие от глагола взять) в ситуации приобщения всегда присутствует второе лицо, участвующее в ситуации, которое добровольно передает объект субъекту. Таким образом, в ситуации приобщения неодушевленного объекта, выраженной глаголом принять, принимает участие второе лицо.

Глагол принимать также может указывать на ситуацию приобщения как неодушев-

ленного, так и одушевленного объекта: Они, отряхиваясь, походили к руке Пугачева, который объявлял им прощение и принимал в свою шайку; Она выслушивала старост и бурмистров, принимала оброчную сумму (СЯП). В данном случае релевантная интегральная сема представлена как «приближение объекта к субъекту, включение его в сферу субъекта», причем субъект это делает осознанно.

В процессе функционирования глаголов в тексте в их смысловой структуре происходят различные изменения, переосмысление интегральных и дифференциальных признаков, во многом обусловленные особенностью их семантической структуры. Изменениям в смысловой структуре рассматриваемых глаголов способствует прежде всего характер приобщаемого объекта. Переносные значения анализируемых глаголов обусловлены абстрактным характером объекта, однако они анализу в данной статье не подвергаются.

Таким образом, рассмотренные глаголы приобщения объекта указывают на установление определенных посессивных отношений, в результате которых субъект начинает владеть объектом либо передает его другому лицу.

Собственно посессивные отношения выражают глаголы обладания иметь, владеть, обладать, принадлежать. Категориально-лексической семой анализируемых глаголов является сема «наличие объекта в сфере субъекта». Данная категориальная сема может быть реализована в таких интегральных признаках, как «характер обладания субъекта объектом», «степень обладания субъекта объектом», «цель обладания субъекта объектом». Эти семантические признаки, в свою очередь, могут реализовываться в более конкретных дифференциальных семах. При этом в качестве релевантной интегральной семы в семантической структуре рассматриваемых глаголов выступает сема «характер обладания».

Субъект при всех рассматриваемых нами глаголах в прямом значении характеризуется как активный, конкретный, одушевленный. Рассмотрим реализацию релевантной интегральной семы «характер обладания субъекта объектом». Так, в семантической структуре глагола иметь данная

сема может быть выражена по-разному, поскольку приведенный глагол представляет посессивные отношения в наиболее общем виде. В случае если объект имеет неодушевленный конкретный характер, указанная интегральная сема выражена как «принадлежность объекта сфере субъекта»: Сторожевые псы то стадо стерегли, И ружья пастухи имели (ССРЛЯ); .. . Имел псалтирь и чотки, Клобук, стихарь да штоф зеленой водки (СЯП). Если же объект носит одушевленный конкретный характер, то есть имеется тот, кто обладает, и тот, кем обладают, между субъектом и объектом устанавливается определенная связь - реляция. В такой ситуации можно говорить о равнореляционных отношениях между субъектом и объектом и неравнореляционных отношениях. В случае равнореляционных отношений интегральная сема характер обладания представлена как «наличие объекта в сфере субъекта в определенном качестве»: Почти все иностранные генералы имели с собою своих жен и детей, по той причине, что в случае разлуки срок свидания неизвестен (СЯП). Неравнореляционные отношения обусловливают иной характер обладания - как «подчинение объекта сфере субъекта» (зависимость объекта от субъекта, воздействие субъекта на объект): Езерский сам же твердо ведал, Что дед его, великий муж, Имел двенадцать тысяч душ (СЯП).

Следует особо сказать о том, что в древнерусском языке базовый глагол им4ти прежде всего был отмечен в контекстах с неодушевленным абстрактным объектом (им4ти уесть, овъ|ули, в4роу и т. д.), что в современном русском языке получило дальнейшее развитие. Однако в древнерусском языке зафиксированы также случаи, когда подчеркивалось не просто наличие (существование) объекта в сфере субъекта в определенном качестве, но и принятие, включение объекта в сферу субъекта: Им4ти яко отьцл (Сл.Ср).

Глаголы владеть, обладать обнаруживают свою специфику при реализации релевантной интегральной семы. Как и у глагола иметь, релевантная интегральная сема в семантической структуре глагола владеть мо-

жет быть выражена как «принадлежность объекта сфере субъекта», объект при этом имеет неодушевленный характер. Однако по сравнению с глаголом иметь объект при глаголе владеть является значимым и носит расширительный характер: Владеть землей имеем право; СССР владеет рядом островов в Арктике (ССРЛЯ). Объект при глаголе владеть может иметь и одушевленный характер. В таких случаях в семантике глагола находят отражение неравнореляционные отношения, поскольку объект находится в полной зависимости от субъекта, в его власти: Клянусь, ты будешь владеть конем, только за него ты должен отдать мне сестру; Крепостными душами и землями они, кажется, никогда не владели (ССРЛЯ).

В современном русском языке у глагола владеть распространены также конструкции с неодушевленным абстрактным характером объекта (переносное значение): владеть красотой, прелестью, умами и др. (СЯП; ССРЛЯ).

Рассмотрим близкий глаголу владеть глагол обладать. Объект при глаголе обладать в большинстве случаев выражен неодушевленным именем существительным. В таких случаях релевантная интегральная сема выражена в семантической структуре глагола как «принадлежность объекта сфере субъекта», объект при этом также носит расширительный характер, причем, в отличие от глагола владеть, это еще более значимый объект: Не хочу обладать миром, хочу твоего взора (ССРЛЯ). В современном русском языке одушевленный объект при глаголе обладать сохранился лишь в устойчивом сочетании обладать женщиной; широко представлены контексты с абстрактным неодушевленным объектом: обладать способностями, даром, навыками и др. - это, как правило, какое-либо отличительное (значимое) качество человека.

И наконец, последним в приведенном синонимическом ряду отмечен глагол принадлежать, который также выражает значение полного обладания субъекта объектом, но, в отличие от синонимичных ему глаголов, подчеркивает правовой аспект посессивных отношений - «быть чьей-либо собственностью», поэтому, как правило, речь идет о неодушев-

ленном объекте, например: Дача давно продана, теперь она принадлежит какому-то чиновнику (ССРЛЯ). В качестве объектов распространены различные наименования недвижимости - дача, дом, имение и т. п. В случае если же объект одушевленный, он находится в подчиненном отношении к субъекту: По решению уездного суда отныне принадлежите вы Кириллу Петровичу Троекурову (СЯП). Однако в большинстве случаев в современном русском языке глагол принадлежать распространен в конструкциях с неодушевленным абстрактным объектом: мысли, слава, чувства и т. д.

Окончание посессивных отношений выражают глаголы отчуждения, лишения, утраты объекта дать, давать, отнять, отнимать, лишить, лишать, потерять, терять и некоторые другие. В качестве категориально-лексической семы в семантической структуре данных глаголов мы устанавливаем сему «отчуждение объекта от сферы субъекта», которая, как и в предыдущих случаях, реализуется в ряде интегральных признаков. Релевантной интегральной семой мы считаем сему «характер отчуждения». Остановимся на ее представленности в семантической структуре анализируемых глаголов.

В семантической структуре глагола дать релевантная интегральная сема реализуется как «сознательное отчуждение объекта от сферы субъекта с целью передачи его другому лицу», например: Обоим вам по яблочку я дам, Когда твой брат воротится домой (ССРЛЯ); Я со свечой пошел дать корму лошадям (ССРЛЯ). Поскольку данное действие осуществляется с помощью рук, объект при глаголе дать характеризуется как неодушевленный, конкретный. Однако глагол дать является глаголом с достаточно широкой семантикой, в ряде случаев он может быть употреблен в ситуации, когда субъект отчуждает от себя объект под влиянием каких-либо обстоятельств: Нет, больше двух рублей я не могу дать... (ССРЛЯ). Большое распространение получили также конструкции, в которых объект носит абстрактный характер: дать возможность, право, слово и т. д. - и глагол выступает в переносном значении. Таким образом, глагол дать, как и глагол взять, можно

считать базовым в обозначенной группе глаголов. Глагол давать обнаруживает достаточную близость с глаголом дать, однако при глаголе давать отмечено большее разнообразие абстрактных объектов.

В древнерусском языке базовый глагол длти также зафиксирован в случаях, когда субъект сознательно либо под влиянием кого-, чего-либо передает объект другому лицу: А шпать нлунеть не длти гости коунъ, то вести и нл торгъ и продлти и (Сл.Ср); Клко поидеть съ моря... длдятъ ему корму и подводъ! (Сл.Ср.). Объект при глаголе длти мог иметь и абстрактный характер (однако непосредственно был связан с деятельностью одушевленного субъекта): длти слово, сллвж, животъ и др.

В семантической структуре глаголов отнять, отнимать, лишить, лишать релевантная интегральная сема представлена как «принудительное отчуждение объекта от сферы субъекта», однако в случае с отнять, отнимать данная сема выражена более ярко, поскольку действие всегда осуществляется с помощью какой-либо силы: Волки не бросаются друг на друга, чтобы отнять добычу, а предпочитают добывать ее сами; Так вот, когда меня поймали, комендант мне заявил, что за побег меня лишают оружия... (ССРЛЯ). В прямом значении объект при глаголах отнять, отнимать, лишить, лишать характеризуется как конкретный и неодушевленный, однако при глаголах лишить, лишать это, как правило, значимый объект. В большинстве случаев глаголы лишить, лишать отмечены в конструкциях с абстрактным объектом: лишить (лишать) жизни, свободы и т. д.

Окончательная стадия посессивных отношений может быть выражена также глаголами терять, потерять. Релевантная интегральная сема «характер отчуждения» представлена в семантической структуре данных глаголов как «непроизвольное отчуждение объекта от сферы субъекта»: Она часто теряла перчатки, пудру, деньги, но никогда этим не огорчалась; Селезнев шарил около себя руками и приходил в отчаяние: деньги были потеряны вовремя ночной прогулки (ССРЛЯ). Объект в приведенных примерах носит конкретный неодушевленный ха-

рактер. Однако указанные глаголы распространены также в конструкциях с абстрактным объектом: терять (потерять) память, аппетит, сознание и т. д.

Таким образом, проведенный анализ семантической структуры глаголов позволяет проследить специфику реализации в русском языке модели посессивных отношений - особого взаимодействия субъекта и объекта, что способствует дальнейшему изучению специфики отражения в языке универсальной понятийной категории посессивности. Актуальным и перспективным в качестве продолжения предпринятого исследования может быть сопоставительная характеристика языковых средств выражения посессивности в неблизкородственных языках.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1997. С. 3SS.

2 См.: Вольф Е.М. Некоторые особенности местоименных посессивных конструкций (иберороманские языки) II Категории бытия и обладания. М., 1977; Селиверстова О.Н. Экзистенциальность и посессивность в языке и речи. Дис. ... д-ра филол. наук. М., 19S3; Gruber F.S. Lexical structures in syntax and semantics. Amsterdam, 1976.

3 Чинчлей К.Г. Поле посессивности и посессивные ситуации // Теория функциональной грамматики. Локативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. СПб., 1996. С. 100-137.

4 Вайс Д. Смысловой потенциал посессивного отношения и его текстуальная обусловленность в современном русском языке // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура: Сб. статей в честь Н.Д. Арутюновой / Отв. ред. Ю.Д. Апресян. М., 2004. С. 283-295.

5 Головачева А.В. Категория посессивности в плане содержания // Категория посессивности в славянских и балканских языках. М., 1989.

6 Милованова М.В. Эволюция глаголов приобщения объекта в сочетании с глаголами действия в древнерусском языке: Дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 1992.

7 Милованова М.В. Особенности выражения ситуации приобщения объекта в истории русского языка // Вестн. ВолГУ Сер. 2, Языкознание. Вып. 3. 2003-2004. С. 25-31.

8 Здесь и далее примеры даются из: Словарь современного русского литературного языка: В 17 т. Т. 1. М., 1948; Т. 2. 1951; Т. 3. 1954; Т. 6. 1957; Т. 8. 1959; Т. 10. 1960; Т. 11. 1961; Т. 15. 1963 (= ССРЛЯ); Словарь языка А.С. Пушкина: В 4 т. Т. I. М., 1956; Т. II. 1957; Т. Ш. 1959 (= СЯП); Срезневский И.И. Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. Т. I. СПб., 1893; Т. II. 1895; Т. Ш. 1904 (= Сл.Ср.).