Аспект в греческом языке: проблемные зоны и типология

АСПЕКТ В ГРЕЧЕСКОМ ЯЗЫКЕ: ПРОБЛЕМНЫЕ ЗОНЫ И ТИПОЛОГИЯ

1. Введение

Греческий язык (как ново-, так и древнегреческий) обладает типологически необычной системой выражения аспектуальных значений. Ее особенность состоит в следующем: и в древне- и в новогреческом языках аспектуальные противопоставления грамматикализованы и выражаются регулярно (являются словоизменительной категорией): практически каждый глагол способен образовывать основы перфектива и имперфектива, а в древнегреческом языке — и перфекта с помощью более или менее регулярных морфологических средств.

Греческое перфективное прошедшее время, или аорист, является примером т. н. anterior-based perfective по терминологии Эстена Даля [Dahl 1985]. Такие перфективы в языках мира обычно характеризуются несколькими особенностями. Во-первых, они морфологически регулярны и сочетаются со всеми акциональными классами глаголов. Во-вторых, центром видового противопоставления является прошедшее время (в других временах и неиндикативных формах аспектуальные противопоставления могут ней-трализовываться). Ситуация рассматривается как завершенная в прошлом и не связанная с моментом речи. Перфективы же другого типа (bounder-based perfectives), основанные на сочетании глаголов с «ограничителями», обычно превербами, напротив, морфологически нерегулярны (каждый глагол сочетается с одним из «ограничителей» из обширного набора, выбор ограничителя зависит от множества семантических факторов) и образуются обычно от предельных глаголов, сигнализируя, прежде всего, достижение ситуацией предела. Такие перфективы сочетаются обычно с формами всех времен и наклонений. Типичные языки первого типа — романские, семитские, второго типа — славянские, балтийские. Существуют языки, где эти два типа аспектуальных противопоставлений сочетаются (например, южнославянские или грузинский).

Аспектуальная система греческого языка интересна тем, что имеющийся в ней изначально первый тип аспектуальных противопоставлений вышел далеко за рамки прошедшего времени и распространился почти на всю парадигму глагола (в частности, на будущее время и императив и, в древнегреческом, на инфинитив), что сближает греческий с языками второго типа (bounder-based), где сходные по значению формы имеют совершенно другой диахронический источник. К примеру, западно- и восточнославянские языки потеряли древнее противопоставление аориста, перфекта и имперфекта в прошедшем времени, развив новую аспектуальную систему из двух граммем (перфектива и имперфектива), противопоставление которых распространяется на всю глагольную парадигму (кроме настоящего времени).

В данной статье будут даны общая характеристика аспекту-альных систем древне- и новогреческого языков, их сопоставление и характеристика диахронического перехода из одной системы в другую, а также будут особо рассмотрены проблематичные моменты аспектуальной семантики обоих языков, а именно — семантики аспектуальных противопоставлений вне плана прошедшего времени.

2. Краткая характеристика аспектуальной ситуации в новогреческом языке

Грамматические категории новогреческого глагола, относящиеся ко времени и аспекту, можно представить в виде комбинации трех параметров: наклонение (индикатив, «кондиционалис», зависимое, императив), время (настоящее и прошедшее — о будущем см. чуть ниже) и вид (имперфектив, перфектив, перфект). Остальными словоизменительными категориями новогреческого глагола являются, как и в древнегреческом, залог (активный и пассивный), лицо и число. Для простоты в дальнейшем мы будем рассматривать изменение глаголов только в действительном залоге.

Таблица с формами индикатива (1 л., ед. ч.) глагола ауора^ю «покупать/купить» приведена ниже. Императив образуется синтетически, остальные два наклонения — с помощью сочетания проклитик и форм индикатива. «Кондиционалис» выражается частицей 0а. Основным (но не единственным) значением этой

частицы при употреблении с презентными формами является будущее время; значения ее с другими формами разнообразны и более подробно разобраны в п. 4.2. Наклонение, традиционно именуемое «зависимым», маркируется проклитикой va, которая может отсутствовать при наличии одного из «показателей зависимого наклонения» (союзы лргг «перед тем как», цбАлд «как только» и т. п.). В большинстве контекстов, где в русском используется инфинитив — как зависящий от другого глагола, так и не зависящий, в новогреческом используется зависимое наклонение (более подробно о его значениях см. 4.1):

(1) 0е^ю уа то

хотеть.1РЕУ.РКЕ8.1ВО va это ‘Я хочу это купить’.

ауораою.

купить .PFV.PRES.1SG

кavsц опт

кто-нибудь дом

Л

или

уа

va

(2) № ayорaоsl

va купить.PFV.PRES.3SG

ауорао£1;

NEG купить.PFV.PRES.3SG ‘Покупать дом или нет?’

Форма перфектива настоящего времени (как в примерах выше) может быть использована только в кондиционалисе и зависимом, но не в индикативе, поэтому в таблице она заключена в скобки.

время вид наст. прош.

имперфектив ауораою аубра^а

перфектив [ауораою] аубраоа

перфект ехю ауороог s^xa ауоро^г

Кондиционалис: 0а ауораою и т. п. Зависимое: va ауораою и т. п. Императив:

число вид ед. мн.

имперфектив аубра^ ayорaZsтs

перфектив ay6рaоs ауорооге

Как видно из таблицы, в действительном наклонении у новогреческого глагола имеется две основы, перфективная и имперфективная (в случае глагола «купить» это ауора^- и ауорао-), и два набора окончаний, соответствующих настоящему и прошедшему времени. К глаголам с одно- и двусложной основой в прошедшем времени присоединяется префикс из одного гласного (в подавляющем большинстве случаев это s-), называемый аугментом.

Перфект образуется с помощью глагола 8%ю «иметь» и неизменяемой формы глагола (с перфективной основой). В подавляющем большинстве случаев перфект можно заменить на аорист (прошедшее время + перфектив). Разница в употреблении может зависеть от диалекта, идиолекта конкретного носителя и других факторов. Пожалуй, единственный случай, когда употребление перфекта очень желательно, — это экспериенциальное значение глагола («Бывал ли ты в Греции?»). Новогреческий перфект существует уже приблизительно тысячелетие 1, что вообще необы-но для этой довольно нестабильной категории и тем более удивительно, учитывая, что новогреческий перфект всегда занимал периферийное место в аспектуальной системе языка.

Новогреческий язык различает имперфектив и перфектив абсолютно во всех формах, что делает его аспектуальную систему похожей на славянскую. Перфект сочетается со всеми наклонениями, кроме императива.

3. Акциональные классы лексем в новогреческом

Из четырех универсальных акциональных классов предикатов два — события и предельные процессы — оказываются в греческом формально неотличимыми из-за словоизменительного характера вида: лггю «я пью» и Лпш «я выпил» — формы одного и того же глагола «пить/выпить». Таким образом, если словоформа в перфективе является с точки зрения акциональной классификации событием, в имперфективе она практически всегда может быть проинтерпретирована как предельный процесс — «растянутое» со-

1 «The modem perfect tense consisting of the verb ‘have’ with a remnant of the older infinitive (e.g. ‘I have kissed’) did not develop until the Medieval period, though there were some formal predecessors to this, with different functions, in earlier post-Classical Greek» [Joseph 2001].

бытие; наоборот, если имперфективная словоформа обозначает предельный процесс, в перфективе он может быть «свернут» до события достижения предела. Таким образом, если говорить об акциональных классах лексем, в греческом языке выделяется единый класс событий / предельных процессов. Два других акциональных класса выделяются в новогреческом на основании допустимых для лексемы значений перфектива (и перфекта).

Имперфектив при употреблении с любым из классов практически всегда имеет одно стандартное значение — прогрессив/дуратив. Перфектив же с лексемами разных классов интерпретируется по-разному; ниже приведены его значения в сочетании с глаголами разных акциональных классов.

1. Стативы: инцептивное или лимитативное значение перфектива

(3) ат^ ох0П тои лшацои Піє5ра каВпоа

на+БЕБ берег БЕБ реки (назв.) сидеть.РЕУ.РАВТЛБО

кі екХауа

и плакать.РЕУ.РАБТ.ІБО

‘На берегу Рио-Пьедра села я и заплакала’ — инцептив.

(4) КаВпоа 5 ак^проид ц^гед е^

сидеть.РЕУ.РАБТ.ІБО 5 тяжелых месяцев там

‘Там я провел пять тяжелых месяцев’ — лимитатив.

2. Непредельные процессы: лимитативное значение перфектива

(5) ЛойХгуа 13 %р6vш ат^ ЕАМ5а.

работать .РЕУ.РАБТ.ІБО 13 лет в+БЕБ Греции

‘Я проработал в Греции тринадцать лет’.

(6) Ета 16 бойХгуа иАтоцод, ае Реу^аЗіко в+БЕБ 16 работать.РЕУ.РАБТЛБО плотником на заправке каі каВаріат'лд.

и уборщиком

‘В шестнадцать лет я работал плотником, на заправке и уборщиком’2.

2 В данном примере обстоятельство «в шестнадцать лет» играет роль временного ограничителя, т. е. буквально «в тот период, когда мне

3. Пр едельные процессы / события: комплетив-ное/пунктивное значение перфектива; делимитативное

(7) 'Ня18 vsр6 ал6 тп 0аАаооа.

пить.PFV.PAST.3SG воду из DEF моря

‘Она выпила воды из моря’.

(8) 'Ефауе 181 фтsро'uysg кот6лои^ои оs 12 А^лта!

есть.PFV.PAST.3SG 181 крылышек курицы за 12 минут

‘Он съел 181 куриное крылышко за двенадцать минут!’

Отдельно стоит упомянуть, что, по-видимому, любой глагол из класса предельных процессов / событий может быть проинтерпретирован как имеющий итеративное или хабитуальное значение (то есть как непредельный процесс). Имперфектив и перфектив в таком случае имеют те же значения, что и с обычными непредельными процессами.

(9) ота атоца каvоvlк6 Рарод то 59,5%

в+DEF людях с нормальным весом DEF

етрюуг лрюгг6.

есть.IPFV.PAST.3SG завтрак

‘Среди людей с нормальным весом 59,5% принимало завтрак по утрам’.

(10) То 1947 пр0£ 8ио фор8д от^

DEF 1947 прийти.PFV.PAST.3SG два раза в+DEF

ЕААаЗа 8уа ЕоРшпк:6 лАою

Грецию один советский корабль

‘В 1974 г. в Грецию дважды приходил советский корабль (...)’

Одним из немногих отклонений в употреблении имперфек-тива является возможность использовать его при обозначении события с глаголами коммуникации: А8ю ‘говорить’, Зп^шгю ‘за-

было шестнадцать лет, я поработал плотником». Здесь мог быть употреблён и имперфектив со значением прогрессива. Это могло бы произойти в специальных контекстах: например, если нужно подчеркнуть, как тяжело было жить говорящему в шестнадцать лет. При этом сама ситуация не обязательно ограничивалась бы окном наблюдения: говорящий мог бы работать на заправке и по сей день.

являть’ и другими [Hesse 2003: 38]. В примере ниже вместо им-перфектива мог быть употреблен и перфектив:

(11) Tnv ^5ш юра, о лрюВшюируод

DEF тот же час DEF премьер-министр б^Хюуе он п катаотаоп

заявлять.ОТУ.РАВТ.ЗБО что DEF ситуация атаЗшка ата08ролт8гга1

постепенно стабилизироваться.ОТУ.РКЕВ.ЗБО ‘В то же время премьер-министр заявил, что ситуация постепенно стабилизируется’.

4. Перфектив и имперфектив в новогреческом языке: асимметрия употребления

Основная функция аспекта при описании уже произошедших событий — показать взаимное положение описываемой ситуации и окна наблюдения на временной оси. Именно так противопоставление перфектива и имперфектива используется в древнегреческих и новогреческих предложениях, где глагол стоит в прошедшем времени (здесь мы для простоты исключим из рассмотрения перфект). В прошедшем времени перфектив и импер-фектив симметричны в том смысле, что говорящий, описывая ситуацию, почти всегда может выбрать один из видов в зависимости от положения окна наблюдения. Однако противопоставление этих двух видов в греческом выходит за пределы прошедшего времени, в новогреческом распространяясь вообще на все времена и наклонения. В результате противопоставленными по виду оказываются формы, описывающие ирреальные события или используемые в контекстах, где понятие окна наблюдения теряет смысл (императив). В таких случаях видовое противопоставление либо теряет симметрию, делая возможным употребление только одного вида, либо переходит в другую плоскость, выражая противопоставления между какими-то другими, неаспектуальными значениями. Кроме того, представляет интерес употребление аспекта в отрицательных предложениях: с теоретической точки зрения, поскольку при описании не произошедших / не имеющих произойти событий не очень понятно, как определить окно наблюдения, а также с практической, поскольку в греческом прави-

ла употребления вида в утвердительных и отрицательных предложениях иногда значительно различаются.

Нас будут интересовать случаи зависимого наклонения (га или один из его заменителей + наст. вр.), форм «0а + прошедшее» и императива/прохибитива.

4.1. Зависимое наклонение

Зависимое наклонение в современном греческом функционально заменило собой древнегреческие инфинитив и конъюнктив и используется в основном при зависимости одного глагола от другого (хочу уйти; приду, когда он вернется, и т. п.).

Противопоставление перфектива и имперфектива в зависимом наклонении является скорее таксисным, а не аспектуальным: перфектив используется, если действие, обозначаемое вторым глаголом, должно следовать за действием, обозначаемым первым глаголом (или могло бы за ним следовать, но не последует); им-перфектив используется, если описываемые действия одновременны. Однако при итеративных и хабитуальных значениях глаголов противопоставление перфектива и имперфектива не теряет аспектуальной семантики: имперфектив имеет значение прогрессива, дуратива или (неограниченного) хабитуалиса, а перфек-тив — лимитатива (в том числе ограниченного по времени хабитуалиса). Так, если в зависимом наклонении использована имперфективная форма глагола, но в предложении имеется явное указание на то, что соответствующее действие должно произойти в будущем, то такой форме обязательно будет приписано итера-тивное/хабитуальное значение.

Для иллюстрации таксисного использования аспектуаль-ных противопоставлений приведем несколько примеров из [Mackridge 2003]. Пары (12а-б) и (13а-б) показывают, как зависит интерпретация предложения (а иногда и значение основного глагола) от вида зависимого глагола; в (13в) показано, что происходит, если зависимый глагол стоит в имперфективе, но при этом имеется явное указание на будущее время:

(12) а.отацатпоа vа трюм ооирАакш

остановиться.PFV.PAST.1SG va есть.IPFV.PRES.1SG шашлык ‘Я завязал с шашлыком. (отацатаю значит «остановиться, перестать»)’

б. отацатпоа va фаю ооирМкш

остановиться^У.РАВТЛБО va есть.PFV.PRES.1SG шашлык ‘Я остановился, чтобы поесть шашлыка’.

(13) а.цлор8^ va yup^ouv

мочь.IPFV.PRES.3SG va возвращаться.IPFV.PRES.3PL ‘Они, возможно, возвращаются’.

б. цлор8^ va y^aouv

мочь.IPFV.PRES.3SG va возвращаться.PFV.PRES.3PL ‘Они могут вернуться’.

в. цлор8^ va yup^ouv

мочь.IPFV.PRES.3SG va возвращаться.IPFV.PRES.3PL ото ^.sA^ov

в+DEF будущем

‘Они могут возвращаться [не раз] в будущем’.

4.2. Кондиционалис

Под «кондиционалисом» в новогреческом языке мы понимаем сочетание частицы 0a с формой прошедшего времени. Случай кондиционалиса интересен тем, что в нем два вида используются абсолютно несимметрично. Хотя обе формы — 0a + IpfV.Past и 0a + PfV.Past — существуют, они используются для выражения двух совершенно различных модальных значений.

Одно из этих значений — собственно кондиционалис/оптатив («я бы сделал»). Для выражения этого значения используется исключительно имперфектив, использование перфектива в таких контекстах невозможно:

(14) Еую oTnv 0son оои 0а snaipva

я на+DEF месте твоем 0a брать.IPFV.PAST.1SG

то iPod Nano 16GB.

DEF iPod Nano 16GB

‘Я бы на твоем месте взял iPod Nano 16GB’.

Формы «0a + IpfV.Past» используются независимо от положения описываемой гипотетической ситуации на временной оси относительно момента речи; их также можно использовать, если ситуация могла реализоваться в прошлом, но так и не реализовалась (хотя в этом случае возможно использование формы «0a + Pf.Past», то есть 0a с плюсквамперфектом).

Другая функция форм «0a + прошедшее» — описание события, которое с точки зрения говорящего вероятно имело место, хотя достоверно это неизвестно. Часто используется вместе со словами ^aAAov «вероятно», фa^vєтal «кажется» и т. п.

(15) Aєv ££p, ^aAAov Ba

не знать .IPFV.PRES .1SG вероятно 0a

sfaa Aa0og TpayouSi.

сказать.PFV.PAST.іSG неправильную песню ‘Не знаю, видимо, я сказал тебе не ту песню’.

(16) ©a to sfaa лштєию

0a это сказать.PFV.PAST.1SG верить.IPFV.PRES.іSG

5єка5єд фopЄg. десятки раз

‘Да я это, кажется, уже десятки раз говорил’.

Судя по всему, чаще всего в таких контекстах употребляется перфектив (как в примерах 15-1б), но имперфектив тоже возможен. Как указано в [Mackridge 2003], форма «0a + IpfV.Past» тоже может быть употреблена в вероятностном значении: одно из значений фразы «0a тпд цЛo'uaє», согласно этой грамматике, по-английски выражается словами «he must haVe been talking to her»; грамматика [TplavшфuAM5nд 2002] также приводит пример с им-перфективом. Ниже приведено несколько примеров с имперфек-тивом:

(17) To xpio є^ш^є a5єшv6•

DEF деревня выглядеть.IPFV.PAST.3SG опустевшей

^Tav noAu vp^ кі' 6Aoi Ba кolцюvтav

быть.PAST.3SG очень рано и все 0a спать.IPFV.PAST.3PL ‘Деревня выглядела опустевшей; было очень рано, и все, вероятно, спали’.

(1S) Pom^av т' aфтla tou, калюи Ba

гудеть.IPFV.PAST.3PL DEF уши его, где-то 0a

фюvaZav ц Ba sKXmyav ц

кричать.IPFV.PAST.3PL или 0a рыдать.IPFV.PAST.3PL или Ba тpayou5otiaav — 5єу цлopouoє va

0a re^^V^AST^ не мочь.IPFV.PAST.3SG va

кaшMPєl

понять .PFV.PRES .3SG

‘У него гудело в ушах, где-то, видимо, кричали, или плакали, или пели — он не мог понять’.

(19) MaAAov t^v Ta^n^Aa Ba SiaPa^s... вероятно DEF табличку 0a читать.IPFV.PAST.3SG ‘Видимо, табличку читал...’ (подпись под фотографией автомобиля, врезавшегося в столб с табличкой «Thank you for driVing carefully through the Village»).

Таким образом, формы «0a + прошедшее» могут иметь два разных значения, в одном из которых видовое противопоставление нейтрализовано, а в другом по-прежнему существует.

4.3. Императив/прохибитив

Правила употребления вида в греческих императиве и про-хибитиве особенно интересны, поскольку, во-первых, свою основную функцию в таких контекстах он выполнять не может, а во-вторых, правила употребления вида в этих двух формах сильно различаются. В новогреческом языке перфектного императива не существует, поэтому, как и в предыдущих пунктах, речь будет идти о противопоставлении имперфектива и перфектива.

Как и в древнегреческом, в современном языке императив и прохибитив оформляются по-разному. Императив представляет собой особое наклонение, тогда как прохибитивное значение выражается формой зависимого наклонения с отрицательной частицей ^n

Одним из значений, влияющих на выбор вида, является ха-битуальность действия. Согласно Р. Бенаккио, в следующем примере заменить имперфектив на перфектив невозможно ([Бенаккио 2010: 1бЗ]):

(20) Грйфгтг ^ag ка0є ^pa Єva ypa^a.

писать.IPFV.IMP.2PL нам каждый день одно письмо ‘Пишите нам каждый день по письму’.

Однако проверка показывает, что в контекстах с обстоятельствами вроде «каждый день» перфективный императив не только возможен, но и довольно часто используется:

іЗ2

(21) Кербшг ка0е цера е^а аиток^пто!

выигрывать.РЕУ.1МР.2ВО каждый день один автомобиль

‘Выигрывай автомобиль каждый день!’

(22) Грауг ка0е цера уіа каті пои ое

писать.РЕУ.ІМР.2ВО каждый день о чем-то что тебя

^0ог^аое

обрадовать.РЕУ.РЛВТ.ЗБО

‘Записывай каждый день то, что тебя обрадовало’.

На данный момент мы не можем сказать, каковы семантические различия в употреблении перфективного и имперфективного императива в таких контекстах и насколько часто каждый из них употребляется.

В случаях побуждения к ограниченному по времени действию в подавляющем большинстве случаев используется перфектив.

Имперфектив может быть использован для побуждения к продолжению (или к завершению в случае прохибитива) уже имеющего место действия:

(23) Трюугтг, трюугтг, калвтаав,

есть.ІРЕУ.ІМР.2ВО есть.ІРЕУ.ІМР.2ВО капитан ЦП Утргяооаотг...

ЫЕО стыдиться.1РЕУ.РКЕ8.280

‘Кушайте, капитан, кушайте, не стесняйтесь!’

Важным параметром, влияющим на выбор вида в императиве, как и в славянских языках, является вежливость. Имперфективный императив может выражать побуждение сделать что-либо немедленно (особенно если это побуждение уже звучало и адресат медлит его исполнить), что, согласно [Mаckridge 2003], приводит к тому, что имперфективный императив считается в целом менее вежливым; например, при обращении на «Вы» он используется крайне редко.

В императивах со значением разрешения, согласно [Бенак-кио 2010], используется только перфектив.

Однако описанная картина осложняется наличием множества аномалий. Так, например, а) у некоторых спряжений глаголов отсутствует форма имперфективного императива единственного числа; б) существуют глаголы, вообще не имеющие императива (цлорю

«мочь», аг^кю «принадлежать», лебаггю «умирать»); в) существуют глаголы, всегда употребляющиеся с одним из аспектов (когга£,е, копаете «смотри, смотрите-РЕУ») и даже глаголы, обычно употребляющиеся с разными аспектами в разных числах: ^илуа «просыпаться.1РЕУ.1МР.28О» У8. ^илу^ате «просыпаться.РЕУ.1МР.2РЬ».

Что касается прохибитива, то здесь аспект используется иначе. Как и в русском, имперфектив в прохибитиве употребляется значительно чаще, чем в императиве, и в целом не является менее вежливым. Однако, в отличие от русского, перфектив здесь столь же употребителен. Указать разницу в значениях видов в прохибитиве довольно сложно; кажется, что во многих случаях два вида взаимозаменяемы. В частности,

— оба вида могут использоваться при побуждении не делать чего-то как в данный момент, так и вообще;

— оба вида могут употребляться со словами кабо^ои «отнюдь, вообще», лоте «никогда» и обстоятельствами времени;

— оба вида могут употребляться с дополнениями, со словом ло^и «много», с разными зависимыми клаузами;

— выбор аспекта в прохибитиве не зависит от акциональ-ного класса лексемы;

— как и перфектив, имперфектив совершенно естественно воспринимается как отрицание перфективного императива:

(24) «ЕтШл цп феиугц, 5еу

Стелла уходить.ГРЕУ.РКЕ8.280

кратаю цаxа^pl»

держать .ГРЕУ.РКЕБ .1БО нож

‘«Стелла, не уходи, у меня нет ножа»’ — название статьи о фильме, где обыгрывается фраза из него:

(25) «ЕтШл фйуг, 6а ае Стелла уходить.РЕУ.1МР.28О 6а тебя

акотюаю! (...) Кратаю цаxа^р1»

убивать.РЕУ.РКЕБЛБО держать.1РЕУ.РКЕ8.18О нож ‘«Стелла, уходи, я тебя убью! (...) У меня нож!»’

Ниже приводится несколько примеров, показывающих взаимозаменяемость видов и иллюстрирующих сказанное выше:

Имперфектив:

(26) Мп, фюга£,є п ПоиАла, цп

ЫЕО кричать.РЕУ.РЛ8Т.380 БЕЕ (имя) ЫЕО

ягогц, уіаи 0а уггєц арvакl.

пить.ІРЕУ.РКЕ8.280 потому что 0а стать.РКЕБ.280 козленок ‘«Нет, — закричала Пулия, — не пей, козленочком станешь!»’

(27) А^вко цп фгйугц!!!

(имя) №0 уходить .ІРЕУ.РКЕ8.280 А^вко цєггє!!!

(имя) оставаться.РЕУ.ІМР.280

‘Алекос, не уходи! Алекос, останься!’

(28) Поте ц^ кХац уіа каті

никогда №0 плакать.ІРЕУ.РКЕ8.280 о чем-то пои п8рva

что проходить.ІРЕУ.РКЕ8.380 ‘Никогда не плачь о том, что уходит’.

Перфектив:

(29) Мп яігц ап’ аито то цпоикаАл,!

№0 пить.РЕУ.РКЕ8.280 из этой БЕБ бутылки

‘Не пей из этой бутылки!’ [На этикетке написано, что это опасно!]

(30) 'Охі, Пєроєфогп ЦП фйугц.

нет (имя) №0 уходить.РЕУ.РИЕ8.280

Мєіує когта цад.

оставаться.РЕУ.ІМР.2Б0 рядом с нами ‘Нет, Персефона, не уходи! Останься с нами’.

(31) Mavо'uAя 0а фиую,

мамочка 0а уходить.РЕУ.РКЕВЛБО ц^ кХаугц уіа це^а.

№0 плакать.РЕУ.РКЕБ.280 обо мне

‘Мамочка, я уйду, не плачь обо мне’.

(32) Поте цп 8оиХгугц цє ^а

никогда №0 работать.РЕУ.РКЕБ.280 с животными

ц паі5іа.

или детьми

‘Никогда не работай с животными и детьми’.

Одним из случаев, когда желательно употребление импер-фектива, как уже было сказано, является побуждение прекратить действие, которое уже происходит.

Таким образом, в императиве и прохибитиве аспект почти полностью теряет свою основную функцию, приобретая взамен нее другие, типологически более естественные для этого наклонения. Ситуация с греческим аспектом в императи-ве/прохибитиве напоминает славянскую — аспектуальное противопоставление используется для выражения вежливости; в про-хибитиве имперфектив употребляется значительно более широко, чем в императиве, — но во многих деталях от нее отличается.

5. Диахрония греческого аспекта

Рассмотрим теперь некоторые черты диахронии аспекту-альных категорий в греческом языке. Видо-временная система древнегреческого языка (аттического диалекта, к которому восходит общегреческое койне эллинистической эпохи и, в конечном счете, новогреческий язык) в целом сходна с новогреческой, однако имеется и ряд достаточно существенных отличий. В древнегреческой системе категория аспекта тесно переплетена с категорией таксиса, времени и наклонения, образуя сложную систему кластеров. В общих чертах, она имеет следующий набор форм. Противопоставлены шесть основ:

1. Имперфективная (в традиционной грамматике — «основа презенса»). От нее образуются формы настоящего времени, имперфекта, имперфективного императива, имперфективного инфинитива, имперфективного причастия, имперфективного конъюнктива и оптатива. Имеет два залога: активный и медио-пассивный.

2. Перфективная активная (в традиционной грамматике — «основа аориста»). От нее образуются формы перфективного прошедшего времени (аориста), перфективного императива, перфективного инфинитива, перфективного причастия, перфективного аориста и опта-

тива. Имеет два залога: активный и медиальный. Семантика медиального залога — рефлексив и реципрок.

3. Перфективная пассивная основа имеет тот же набор форм, что и перфективная активная основа, аспектуаль-ная семантика которых не отличается от активных форм. Некоторые глаголы имеют особенность: при активной основе имперфектива основа перфектива может быть только пассивной или наоборот. При этом залоговая семантика пассивной формы может не отличаться от активной.

4. Перфектная активная (основы для актива). Образует формы перфекта, перфектного инфинитива, перфектного причастия, плюсквамперфекта.

5. Перфектная медио-пассивная основа не отличается аспектуальной семантикой от активного эквивалента. Так же, как и в случае с перфективом, многие глаголы имеют только одну основу перфекта, залог которой формально может отличаться от залога основ импер-фектива и перфектива.

6. Футуральная основа имеет формы активного и медио-пассивного залога, имеющие разные набор флексий. Формы будущего времени не имеют аспектуальных противопоставлений.

Формально основы образуются с помощью различных операций над первичной «глагольной» основой, имеющей, как правило, структуру «согласный — плавный — гласный со ступенями аблаута — согласный» или «согласный — гласный со ступенями аблаута — согласный». Основа может получать различные наращения — суффиксы и инфиксы. Для большинства основ перфекта характерна редупликация первого слога (практически всегда с гласным є). Для различных форм характерны разные ступени аблаута (с кратким или долгим гласным). Зная одну из основ глагола, нельзя автоматически вывести все остальные. «Правильные» глаголы составляют абсолютное меньшинство — как правило, это отыменные глаголы. В целом, при описании морфологии образования основ выделяются классы глаголов. Классификация основана на тенденции глаголов иметь сходные комбинации показателей. Так, отыменные глаголы с суффиксом -єи- имеют тен-

денцию к образованию сигматического аориста (татеию — ет-атеиаа ‘верить’), в то время как глаголы с инфиксом -V- и суффиксом -av- в имперфективной основе обычно образуют «корневой» аорист: цav0avю — 8цa0ov ‘учиться, узнавать’.

Вне сложной системы аффиксов и редупликаций, используемой для деривации основ, для глагольной морфологии древнегреческого языка в целом характерны морфологически более регулярные показатели наклонения (суффиксы, не зависящие от «класса» глагола) и несколько наборов «окончаний», т. е. кумулятивных показателей лица, числа и залога. Аффиксы наклонения и окончания часто сливаются в неделимые флексии. Наборов окончаний несколько — так, одинаковые окончания характерны для имперфекта и «корневого аориста», для презенса и футурума, свои наборы имеют оптатив, конъюнктив, два разных набора окончаний имеют перфективный и имперфективный императивы, перфективный и имперфективный инфинитивы. Имеется также особый префиксальный показатель прошедшего времени, независимый от аспектуальных характеристик словоформы, — он присоединяется к формам аориста, имперфекта, плюсквамперфекта. В традиционной грамматике он называется «аугментом» или «приращением».

Резюмируя вышеперечисленное, следует отметить характерную черту древнегреческой глагольной морфологии — морфологическую избыточность, то есть во многих случаях одно и то же грамматическое значение выражается в словоформе несколькими разными показателями, отвечающими за разные граммемы, но значение их может частично пересекаться. Например, во всех без исключения формах, относящихся к прошедшему времени индикатива, на прошедшее время указывает и особая форма окончания, и пристутствие аугмента. Следует отметить, что наборы окончаний в диахронической перспективе восходят к бинарной системе «первичных» и «вторичных» окончаний.

Для наглядности представим таблицу основных форм глагола урйфю ‘писать’ (только активного залога, только первого лица единственного числа) на с. 139.

Несмотря на сложность морфологического выражения кумулятивных аспектуально-временно-модально-залоговых категорий, аспектуальная семантика вполне вычленима и демонстрирует стандартную для индоевропейских языков полисемию.

Таблица І

Основные формы глагола урйфю

основа Без аугмента С аугментом

«презентная»

«аористная»

«перфектная»

«футуральная» (нейтральная аспектуальность) футурум (ypay-ю), конъюнктив (ypay-ю), инфинитив, причастие

Выделяются три аспектуальных граммемы: перфектив, им-перфектив и результатив (несмотря на то, что в традиционной грамматике он называется «перфектом», реально в перфектных значениях эта форма практически не встречается).

Противопоставление двух аспектуальных категорий (перфек-тива и имперфектива) наблюдается в плане прошедшего времени, в инфинитиве, императиве, оптативе и причастиях. Перфект (ре-зультатив) обладает ограниченной временной сочетаемостью, образуя собственно форму «перфекта», «плюсквамперфекта» и инфинитив с таксисным значением предшествования.

Охарактеризуем теперь кратко весь процесс перехода от древнегреческой видо-временной системы к новогреческой. Следует отметить, что система греческого глагола потерпела значительные изменения в целом. Без изменения остались разве что категории лица и числа (если не считать довольно раннее, еще в период койне, исчезновение двойственного числа), в особенности же они коснулись системы наклонений. Изменение видо-временной

системы, как будет видно, отчасти связано и с изменением системы наклонений. Наклонение и время в древнегреческом языке передавалось в основном с помощью флексий, аспектуальные же категории кодировались типом основы. Поэтому кажется целесообразным рассмотреть по отдельности эволюцию основ, эволюцию флексий, а также появление новых аналитических форм.

Основы имперфектива и перфектива сохраняются в новогреческом языке, но несколько меняют свои функции. Основа им-перфектива продолжает использоваться для образования настоящего времени, имперфекта, но используется также в новом кондиционалисе (не дифференцированном по виду), а также в новом имперфективном будущем времени. Основа перфектива продолжает использоваться в форме аориста, в форме дифференцированного по виду императива и начинает использоваться при образовании нового перфективного будущего. Основы старого перфекта и старого будущего, не имевшего аспектуальных противопоставлений, утрачиваются (кроме некоторых застывших форм перфектных причастий).

Флексии претерпели радикальные изменения. Полностью утрачиваются флексии оптатива (вместе с самой категорией), флексии конъюнктива и индикатива сливаются (по-видимому, вследствие фонетических изменений — стяжения дифтонгов и утраты долготы гласных). Флексии нового будущего времени и зависимого наклонения, хотя и совпадают на синхронном уровне с флексиями настоящего времени, восходят к флексиям конъюнктива (а сами формы с аналитическими частицами — к конструкциям подчинительный союз + конъюнктив). Утрачиваются флексии имперфекта — их место занимают флексии аориста, которые начинают присоединяться и к основе имперфектива, и к основе перфектива. Таким образом, перфективное и имперфективное прошедшее время оказываются в подавляющим большинстве случаев противопоставленными только типом основы (ср. н.-гр. ^ 1рГ 5шРа^а — аог 5шРааа; 1рГ еурафа — аог еурауа, но др.-гр. 1рГ 8ypафov У8 аог 8урауа).

Новые аналитические формы: 1) аналитический перфект (глагол 8%ю ‘иметь’ + особая форма, образованная от основы перфектива и восходящая к древнему инфинитиву); 2) аналитическое будущее, дифференцированное по виду (0а + основа ТРБУ/РБУ-флексии настоящего времени); 3) аналитический кондиционалис (0а + 1р£).

Преемственность между видо-временными формами др.-гр. и н.-гр. или отсутствие таковой можно условно изобразить на схеме. Не значимые для нас в данном случае некоторые различия в формообразовании в схеме не учитываются:

ДРЕВНЕГРЕЧЕСКИЙ НОВОГРЕЧЕСКИЙ

презенс ^ презенс

аорист ^ аорист

имперфект ^ имперфект

будущее ^ -----

перфект, плюсквамперфект ^ -----

оптатив (РБУ и ІРРУ) ^ -----

конъюнктив (РБУ и ІРБУ) ^ -----

инфинитив (РБУ, ІРБУ и РБ) ^ -----

императив

----- ^ будущее

----- ^ зависимое наклонение

----- ^ кондиционалис (не дифф. по виду,

основа ІРБУ)

----- ^ перфект

6. Семантика аспектуальных категорий в древнегреческом языке

Противопоставление аориста и имперфекта в прошедшем времени напоминает аналогичное противопоставление в новогреческом языке и аналогичные пары в романских языках. Как аорист, так и имперфект сочетаются с глаголами всех акциональ-ных классов. Ситуация с акциональными классами в целом не отличается от новогреческой. С классом предельных процессов/событий аорист обозначает достижение ситуацией внутреннего предела или ее однократное выполнение: (примеры из грамматики [Smyth 1920] и из Нового Завета):

(33) svrnnoav ot KspKupatot Kai vaug nevxs ка! 5ека 5is90sipav ‘Победили керкирцы и уничтожили пятнадцать кораблей’ [Smyth 1920].

(34) omog s^yaysv amoi>g

‘Сей вывел их [из Египта]’ (Деян 7:36).

с непредельными процессами — ограничение ситуации во времени, т. е. лимитатив:

(35) sKsivoi nevxs Kai xsxxapaKovxa 8xn x&v sAl^vrav ^p^av ‘Они правили греками сорок лет’.

(36) Kai sZ^Tn°av smPaAsv sn'arnov xag xsipag

‘И искали в это время [первосвященники и книжники], чтобы наложить на Него руки, но побоялись народа’ (Лк 20:19).

с состояниями — вхождение в состояние:

(37) Шшшхрахои xs^sux^oavxog Inmag saxs x^v apx^v.

‘После смерти Писистрата он взял власть’ (форма аориста глагола ех ‘иметь’) [Smyth 1920].

или лимитатив, как и с непредельными процессами:

(38) snsivaoa yap Kai s5Kaxs ^oi 9ayslv

‘ибо алкал Я, и вы дали Мне есть’ (Мф 25:35).

Имперфект обозначает действие в его срединной стадии (с предельными и непредельными процессами, состояниями):

‘Митридат правил варварами вокруг Эвксинского Понта’.

Такое употребление характерно для описания описания состояния дел на какой-то момент, для создания фона событий, обозначаемых, как правило, формами аориста. Тот же самый глагол в аористе интерпретируется как инцептив:

(40) oMyov xs про x&v M^SiK&v Kai xou Aapsfou 0avaxou, og ^sxa Ka^Puonv nspa&v sPaa&suas (Thuc., Bell. Pel., 1, 14) ‘Незадолго до мидян и до смерти Дария, который воцарился (aor.) после Камбиса’.

Характерной функцией имперфекта в древнегреческом языке является способность передавать начинательные значения — инхоатива и инцептива. Так, инхоативное значение имперфекта возможно даже с предельными процессами:

‘Горг, потеряв (Pfv.Part) свой город, пустился в бегство (Ipf) к мидянам’.

Тот же самый глагол в форме аориста обозначает уже завершенную ситуация в прошлом, достижение предела подразумевается:

‘Царь лакедемонян убежал в Этолию’.

Инхоативное значение имперфекта является своеобразной особенностью древнегреческого языка по сравнению с новогреческим языком, где такие употребления отсутствуют и употребляется только аорист. Можно сказать, что новогреческий попадает в «европейский» контекст, в частности, в соседствующих с греческим романскими языками употребление имперфекта с инхоативном значении также невозможно. Так, в итальянском переводе Геродота (см. пример 6) использована форма Passato remoto, т. е. перфективное прошедшее время:

(43) Gorgo, perduta la propria citta, si rifugio presso i Medi.

В древнегреческом нередки случаи, когда, казалось бы, моментальный глагол употребляется в имперфекте, обозначая, при этом, не повторяющееся действие, как можно было бы ожидать, а однократное выполнение действия (хотя примеров с хабитуаль-ными или итеративным значением тоже много). См., например, употребление имперфекта с моментальным глаголом ks^su ‘приказывать’:

‘Уже на следующий день помощник, прийдя, приказал позвать моряков на корабль’.

Древнегреческий «перфект» семантически является резуль-тативом:

(45) Ta oiK^M-axa WKo5o^nTai ‘Дома построены’ [Smyth 1920].

Возможно, впрочем, также и экспериенциальное значение:

(46) x^g ouk ак^ког x&v xpay5o5i5aaKaAv Aiovuafoig;

‘Кто {никогда} не слушал учителей пения на Дионисиях?’ (Isocr., Panathenaecus, 168).

Императив в древнегреческом, как и в новогреческом 3, может быть перфективным и имперфективным. Однако, если форма перфектива является единственно возможной нейтральной формой (если только действие не носит хабитуальный характер), формы перфективного и имперфективного императива встречаются примерно в равных пропорциях, или даже, скорее, имперфективный императив встречается немного чаще. Так, например, в корпусе Perseus Digital Library мы находим 6 примеров использования в древнегреческой литературе перфективной формы императива 2Sg глагола открывать (avoi^ov) и 8 примеров использования имперфективной формы. Имперфективные формы, по-видимому, имеют значение призыва к немедленному совершению действия (подобно аналогичным формам несовершенного вида русского языка):

(47) o5i 5s Kauxog: aAX avoiys x^v 0upav (Aristoph., Acharn., 1189) ‘Вот и он: ну открывай же дверь’.

‘Открывай дверь: отойти не хочешь? А вы что сидите?’

Перфективный императив употребляется, видимо, в нейтральном контексте просьбы или приказания:

‘Открой эту дверь, а если не [откроешь], я упав буду лежать’.

Иногда могут следовать подряд два императива, первый — перфективный, второй — имперфективный, например:

‘Милая, ой, умоляю, ты мне открой (Pfv) и прими (Ipfv) меня, я по тебе страдаю’.

3 Следует отметить, что в некоторых новогреческих диалектах, например, в диалектах Южной Италии, возможна лишь одна форма императива — перфективная. То же относится и к формам зависимого наклонения [КоЬНб 1977].

Р. Бенаккио высказывает идею о том, что выбор несовершенного вида в древнегреческом императиве в значении «приступа к действию» является выбором «субъективного типа»: важно, считает ли сам говорящий, что действие должно быть непременно выполнено немедленно, в то время как в новогреческом языке представлен выбор «объективного» типа — имперфектив употребляется только в случае, если сама ситуация действительно требует немедленного выполнения действия. Похожее различие наблюдается в выборе вида в императиве между южными с одной стороны и восточно- и западно-славянскими языками с другой стороны [Бенаккио 2010].

Также представляет интерес употребление форм древнегреческого инфинитива. Различаются три аспектуальных граммемы: имперфектив, перфектив, перфект. Перфектный инфинитив, по-видимому, выражает то же результативное значение:

‘Я бы хотел быть мертвым, если я украл хоть волосок из твоих ценностей’.

Разница между перфективным и имперфективным инфинитивом достаточно тонка и не всегда ясна. Их частотность примерно равна. В нейтральном случае, кажется, выступает перфективный инфинитив (infinitivus aoristi activi), напр.:

‘Одиссей дает ему выпить вина Марона’.

Имперфектив употребляется, когда говорится о действии отвлеченно от конкретной ситуации, вообще, например:

(53) 8v 5s ZKu0aig ouk 8£fiv nlvstv 8v sopxfi (Aristot., Polit., 7, 1324b) ‘У скифов не принято пить во [время] праздника’.

В [Smyth 1920] отмечены случаи «согласования» по виду (обычно понимается как аттракция), когда инфинитив употребляется в форме того же вида, что и управляющий глагол, например ^p%sxo Y^Yvsa0al ‘он начал появляться’ с обоими глаголами в им-перфективе и ^p^axo ysvsa0ai ‘то же’ с обоими глаголами в пер-фективе, т. е. в аористе.

Инфинитив будущего времени находится вне аспектуальной семантики и употребляется только в конструкции accusativus cum infinitivo, обозначая предстояние (в противоположность импер-фективу, обозначающему одноверменность, и перфективу, обозначающему предшествование). Аналогичная — таксисная — семантика характерна и для системы причастий — причастия от основы перфектива обозначают предшествование главному действию, им-перфектива — одновременность, футурума — предстояние и желательность или намерение совершить действие. Перфектное (результативное) причастие обозначает состояние, являющееся результатом предшествовавшего действия, как и сама форма перфекта:

(54) Kaxa^aMPavouoi Bpaa^5av snraXuBoxa

‘они обнаруживают, что Брасид уже прибыл’.

7. Выводы

Наиболее интересными для типологии аспекта являются следующие факты, обнаруживаемые в греческом языке. И в древнегреческом, и в новогреческом словоизменительная категория аспекта выходит далеко за пределы своей естественной облас-

4

ти — прошедшего времени , в новогреческом распространяясь на всю глагольную парадигму, что является достаточно необычным явлением. В новогреческом парадигма глагола значительно сократилась по сравнению с древнегреческим, но обрела большую последовательность: в частности, вид здесь различается и в будущем времени, чего нет в древнегреческом. Категория аспекта стала для новогреческого глагола, безусловно, центральной, в то время как для древнегреческого глагола центральной является, скорее, категория модальности. Новогреческая система в этом смысле ближе к славянским системам, в которых, однако, аспект

4 Многие древние индоевропейские языки имеют основы импер-фектива, перфектива и аориста, но нигде, кроме греческого и отчасти древнеармянского (императив) и латинского (инфинитив), эти основы не различаются вне прошедшего времени индикатива. Типичные примеры — санскрит и старославянский языки. Распространение аспекту-ального противопоставления на большую часть парадигмы в древнегреческом можно считать инновацией по сравнению с праиндоевропейским состоянием.

является словообразовательной категорией 5. В этом можно усмотреть ареальную черту. Так, использование вида в императиве в новогреческом примыкает к использованию вида в императиве в южнославянских языках [Бенаккио 2010], в то время как древнегреческий императив типологически ближе к восточно- и западнославянским языкам (это касается, прежде всего, значений имперфективного императива). Подобным же образом сузилось и значение формы имперфекта: в новогреческом ее значение ограничивается хабитуалисом и дуративом в прошедшем времени, в то время как древнегреческая форма имеет и иные интерпретации, такие, например, как начало действия.

Однако несмотря на то, что формально система глагольных категорий в новогреческом устроена максимально симметрично, аспект, будучи употребленным не в индикативе, приобретает различные не свойственные ему функции, становясь выразителем таксисных, модальных значений, вежливости, а иногда полностью утрачивая свою исходную семантику. То же верно и для неиндикативных форм древнегреческого.

Интерес представляет изменение семантики имперфекта. В древнегреческом имперфект представлен шире, чем в новогреческом, и выполняет порой весьма своеобразную для имперфекта функцию начала действия, сочетаясь со всеми акциональными классами глаголов. Трансформация семантики имперфекта связана, возможно, с влиянием соседних романских языков.

Интересно также то, что при формально разных способах выражения одного и того же значения (например, перфекта-ре-зультатива или будущего времени), сами эти значения постоянно присутствовали в греческом языке и были грамматикализованы.

Литература

Dahl 1985 — О. Dahl. Tense and aspect systems. Basil, Blackwell, 1985. Hesse 2003 — R. Hesse. Syntax of the Modern Greek verbal system. Copenhagen: Museum Tusculanum Press, University of Copenhagen, 2003. Joseph 2001 — B. D. Joseph. Pros ta nea elinika [“Towards Modern Greek”] // A. Ph. Christides (ed.) Istoria tis elinikis glosas apo tis arxes eos tin is-

5 Имеется в виду оппозиция СВ — НСВ. Аорист и имперфект старославянского, болгарского, македонского, сербско-хорватского языков представляет как раз аспект флективного типа.

teri arxeotita [History of the Greek language from the beginnings up to later antiquity]. Thessaloniki: Centre for the Greek Language, 2001. P. 516-520.

Mackridge 2003 — P. Mackridge. An Essential Grammar of the Modern Greek Language. London: Routledge, 2003.

Rohlfs 1977 — G. Rohlfs. Grammatica storica dei dialetti italogreci. Munchen: C. H. Beck’sche Verlagsbuchhandlung, 1977.

Smyth 1920 — H. W. Smyth. A Greek Grammar for Colleges. American Book Company, 1920.

Бенаккио 2010 — Р. Бенаккио. Вид и категория вежливости в славянском императиве. Сравнительный анализ. Munchen; Berlin: Verlag Otto Sagner, 2010.

Tpiavxa9uXM5ng 2002 — M. Tpiavxa9t>XM5ng. NsosXXnviKq ypa^axiKq (xng 5n^oxiKqg). ©sccalomn ApicxoxeXsio navsnicx^io 0sc-calov^ng, Ivcxixouxo NsosXXnviKrav cnou5rav, 2002.