На драгоценной орбите

Этот номер "Стиля-Часов" был задуман как дебютный драгоценный выпуск: передовики бриллиантовых, рубиновых, изумрудных производств ровно такие же производители товаров класса luxury, как и собиратели часовых калибров. И они заслуживают специального рассказа.

Только вот хороших ювелиров в мире в десятки раз больше, чем хороших часовщиков. По сути дела, высокоточные часы делают только в Швейцарии, Германии и Японии, а вот ювелирный станок гремит во Франции, Испании, Великобритании, России, Чехии и Италии, в США и странах Латинской Америки и, конечно, в Африке. Ювелирный станок не знает устали и в богатейших самобытных азиатских регионах — в Индии, Китае, Бирме, Шри-Ланке, Японии. Во многих из упомянутых мною стран и регионов ювелирное производство исторически тесно связано с непосредственной добычей цветных алмазов, цветных сапфиров, рубинов, изумрудов, бериллов, топазов, кварцев, турмалинов, аквамаринов, гранатов, то есть основных участников наших всемирных драгоценных соревнований.

Даже на просторах Австралии и Новой Зеландии, где местная публика традиционно с большим сомнением относится к показам мод и колебаниям альпийских маятников, вам смогут предложить национальные драгоценные промыслы. Именно там кустится, колосится, растет редкий цветной перламутр и барочный жемчуг южных морей, именно там, далеко-далеко, добывают лучшие в мире опалы. Безбрежный регион Тихого океана с туристическими тропическими островами Таити и Фиджи тоже является старинным поставщиком европейских, японских и американских luxury-универмагов. Здесь таинственный черный, зеленый, "жучиный" жемчуг, розовые, молочные и красные кораллы, прочные раковины, черепаховые панцири, ценное дерево, перламутр и кость. За национальные украшения, произошедшие из этих мест, урожденные парижане и коренные жители Лондона готовы заплатить немалые деньги.

Впрочем, много ли нужно, чтобы купить в Лондоне Cartier и Graff, а в Париже — Van Cleef & Arpels или Boucheron? Вам просто потребуется некоторая сумма денег, а продавец с радостным тщанием подскажет самые последние коллекции. А вот стать обладателем черепахового гребня, кольца из черного дерева, колье из редкой раковины весьма непросто. Однако, чтобы поменять Cartier, положим, на безымянный черепаховый продукт с Фиджи или на браслет из рога, сделанный где-нибудь в Чили, многим требуется поменять сознание. Украшение — это ведь не просто миллионная вещь с громкой биркой. Для очень многих женщин драгоценность часто заменяет собой культуру или успешно дополняет ее — это и скульптура, и история, и география, и готовый к употреблению, pret-a-porter, антиквариат.

Ювелирное производство от исторической природы быстрее, чем часовое дело, но медленнее fashion-моды. Ювелиры давно назначили себе собственные орбиты, справедливо полагая, что заслуживают отдельной Вселенной. И драгоценная Вселенная действительно существует — кстати, это одно из самых спокойных мировых хозяйств. Здесь редки кометы, но если они появляются, они светят очень ярко. Здесь периодически зажигаются новые звезды, а свет от потухших старых драгоценных светил способен долго согревать сердца потомственных коллекционеров и обитателей аукционных домов. Здесь десятилетиями ждут больших прорывов и взрывов, втайне ужасно опасаясь их. Здесь ценят тишину классической часовой мастерской и известное тщеславие модного подиума, пламенно возносясь над заунывными технарями и шустрыми портными. Мировой ювелирный порядок стабильнее любой ООН: два его слагаемых — красота и деньги — дают самое надежное уравнение прочности.