Мода и поэзия

Мода и поэзия

Мария Третьякова

Искусствовед, знаток живописи и русской поэзии

Татьяна Минеева

- Здравствуйте, дорогие друзья! В эфире снова передача «Разговор на троих». В этих передачах мы разговариваем и с мужчинами, и с женщинами на тему семейного счастья, про успех, про детей. Кстати, сегодня - 1 сентября. Поздравляем всех детишек и тех, кто рад идти в школу, с этим праздником! Родители, желаем много сил! Эта программа выходит в рамках проекта «Союз женских сил». И сегодня мы затронем такую очень интересную тему. Не скажу, что она больше женская, нам наша гостья (скоро её представлю) как раз таки расскажет, кого она больше затрагивает: мужчин или женщин. И мы поговорим о том, как за XX столетие преобразилась женщина, как изменились стили в искусстве, ритме и рифмы в поэзии. И сегодня мой соведущий, как и в прошлые разы – Павел Вербняк – основатель и руководитель проекта «Успешное мышление», автор ряда публикаций, книг и семинаров по личностному развитию и раскрытию потенциала.

Павел Вербняк

- Здравствуйте. Здравствуйте, друзья. Здравствуйте, Татьяна.

Татьяна Минеева

- Павел, снова у нас интересная собеседница. Я спешу представить Марию Третьякову – искусствовед, знаток живописи и русской поэзии, автор книги, о которой она сейчас расскажет.

Мария Третьякова

- Здравствуйте, дорогие друзья! Всех с Днём знаний! Сразу скажу, что мода существует даже на образование, и все присутствующие, наверное, это подтвердят.

Татьяна Минеева

- Мария, я хочу сразу немножко перебить, потому что давай-ка сначала не про моду, а вообще про то, как… Павел тоже автор книги «Успешное мышление». Павел, и ты, и Мария, вы ответьте на вопрос, как вы пришли к тому, что хочется не просто чем-то заниматься интересным, а именно делиться этим с помощью книги? Это же всё-таки войти в историю. Что вами руководило именно дать, донести какие-то знания важные до людей, до большого количества людей.

Павел Вербняк

- Я уверен, что и Мария к этому пришла естественный путем, как и я.

Татьяна Минеева

- Мы сейчас узнаем.

Павел Вербняк

- Я влюблён в свою тему. Перед нами сидит великолепный специалист в искусстве и всё, что с этим связано. Но я даже не думал, что это можно делать - передавать с помощью выступлений или книги, но как-то наполнился этой информацией, вижу, как это работает, захотелось передать это дальше, чтобы другие люди, кто тоже заинтересуется этой темой, смогли сэкономить какие-то временные ресурсы, финансовые в том числе. Я к этому так пришёл.

Татьяна Минеева

- У Павла обложка книги, кстати, не такая красивая, как у Марии. К сожалению, радиослушатели её не видят, но увидят потом в записи, когда передача наша будет с фотографиями.

Павел Вербняк

- Да, мы сейчас на неё смотрим.

Татьяна Минеева

- Поэтому Мария, расскажи, как эту красоту ты даришь с помощью книги и как ты к этому пришла?

Мария Третьякова

- У нас с Павлом немножко разный сегмент, в котором мы выступаем, но одна цель – помочь людям. Я пришла в эту тему благодаря своим родителям. Мама всю жизнь занималась искусством, модой, а папа – человек очень разносторонний и очень любил поэзию. В общем, в этом культурном бульоне я росла, и у меня есть посвящение родителям на первой странице этой книги, потому что, действительно, я благодарна им за всё и даже идея этой книги… даже не идея, а такой волшебный толчок её написать, дал мне мой папа, за что ему огромное спасибо. Я училась, получала дополнительное образование на факультете «Fashion-бизнес» в МГУ. Тогда мне казалось, что, может быть, я свяжу свою жизнь с модой, но всё-таки искусство, большое искусство победило, и меня заинтересовала тема поэзии в моде. Дело в том, что у меня часто спрашивают: «А как ты написала эту книгу? Где ты брала эти стихи?»

Татьяна Минеева

- Вообще, как совместить эти два понятия: поэзия и мода? Для меня даже это очень далеко, пока я не прочла твою книгу.

Мария Третьякова

- Да, ты одна из первых моих читательниц. Мне безумно приятно. Дело в том, что читая огромное количество стихов (поэзия – это моя любовь), я поняла, что поэты отзывались на все социальные явления, события. То есть это такое зеркало, временами даже граничащее с увеличительным стеклом. В иронических стихах, например, Саши Чёрного - это такое уже кривое зеркало, сарказм. И, конечно, поэты писали о самой жизни больше всего. На самом деле, сначала я начала собирать стильные стихи, то есть стихи, которые конкретно касаются одежды, моды, модных предметов. ХХ век – он очень трендовый. Вы все специалисты в бизнесе, вы все знаете, что ХХ век – это век менеджмента и маркетинга, кроме всего прочего. Маркетинг – это продажи, и соответственно, всё работало. Появление глянцевых журналов опять же относится к концу XIX, но развитие бурное в ХХ веке происходило. Кино, через которое мода тоже приходит к нам. И очень много вдохновения. Поэты где-то были провидцами, опережали время, футуристами, как и писатели тоже, а где-то они чётко совершенно описывали события. Только в ХХ веке могли появиться такие изумительные стихи о телефоне, о мотороллере, об автомобилях, о самолётах. Продолжать можно бесконечно. И сначала я собирала только стихи о моде и о стиле, об одежде, естественно. Поэты воспевали женщину всегда.

Татьяна Минеева

- Так интересно: мужчины писали о моде, каких-то деталях, аксессуарах.

Мария Третьякова

- Ещё как писали.

Татьяна Минеева

- А мы думаем, что мужчины этого не замечают.

Павел Вербняк

- У нас и сегодня есть специалисты в моде именно мужского пола.

Мария Третьякова

- А вы знаете, есть ответ на этот вопрос. Дело в том, что начало ХХ века примерно до 1915 года – это ещё период снятия корсета. Женщина почти не могла одеться и раздеться сама, поэтому мужчины были крупными специалистами. Это правда, об этом написано во всех книгах об истории и теории моды. Поэтому мужчины в своих стихах: у Блока, у Есенина меньше (он всё-таки более лирик был - писал о чувствах больше, о природе), у Маяковского, у Северянина особенно (это самый стильный русский поэт ХХ века), у них мы находим целую летопись одежды с перечислением тканей. На моих лекциях, на которых иногда присутствуют крупные специалисты, такие как: Наталья Толкунова, Наталья Козлова, многие признанные теоретики моды и преподаватели, они удивляются всегда, как они разбираются в тканях, какое количество тканей перечислено, фактур, цветов, леопардовые оттенки, муар. Причём поэты, вы знаете, со всей величиной своего таланта, что меня поражает, они играют. Например, Северянин говорит: «В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом». Наталья Борисовна Козлова - знаменитый наш тележурналист, первая, кто стала показывать нам высокую моду (ещё, по моему, был Советский Союз, когда она стала это показывать по Первому каналу), она сказала: «Боже мой! Муар же шуршит!» А Северянин постоянно эти звуки «ш» - шумное платье. И она говорит: «Он же шуршит!», когда послушала эти стихи. После того, как я собрала коллекцию стихов об одежде, о моде, конкретно об одежде, о моде, я стала задумываться: «А что дальше?» А ведь существует мода на поэзию. В начале ХХ века, когда ещё не было поп-звёзд, ещё не было телевидения, ещё так не было развито радио, поэты читали свои стихи в политехническом институте. Северянин был фактически поп-звездой по нашим меркам - за ним бегали толпы поклонниц. То есть их слава была сродни славе Майкла Джексона, всех наших самых-самых поп-звезд - они до истерики доводили своих поклонниц, за ними бегали, просили автографы, репортёры за ними гонялись и так далее. При этом они несли разумное, доброе, вечное, как сейчас музыка тоже. Всё-таки всё искусство работает именно на это, именно на позитив. И я задумалась над тем, может ли поэт быть модным? Может ли он сам создавать тренды? Например, наши поэты шестидесятники: Вознесенский, Белла Ахмадулина - они ведь были иконами стиля ещё. Вспомните Вознесенского с его белым шарфом. Мы его не идентифицируем без шарфа уже. То есть они задавали тренды в одежде, в стиле поведения. Белла Ахмадулина была признанной красавицей, до сих пор она считается иконой стиля среди женщин той эпохи. Рима Козакова. Все эти поэты, они задавали ещё тон имиджевый: их копировали, на них равнялись. И самое важное, чем я стала заниматься сейчас, потому что книге шесть лет, она хотя и вышла год назад, но ей шесть лет - она написанная лежала в столе очень долго. Я не знаю, как у Павла получилось, я очень стеснялась, мне казалось, наверное, что это такая узкая тема, которая интересна только искусствоведам, только теоретикам моды и так далее. Но оказалось, что нет, оказалось, что в таком виде, в такой редакции, в которой она вышла… она вышла таким table-book, немножко сжатом. Мне мой издатель посоветовал всё-таки сделать эту книгу такой красивой глянцевой для того, чтобы достучаться до самого простого человека, который просто на столе в гостях откроет эту книгу и полистает, поэтому мы приняли решение очень урезать объём, сделать много красивых картинок, красивую обложку. И самое важное, что под этой красивой обложкой находится моя миссия – это сохранение русской поэзии, популяризация русской поэзии и русского языка тоже. Я сейчас бесконечно об этом говорю на всех интервью, на всех лекциях.

Татьяна Минеева

- Не только ты, у нас же государственная программа «Год литературы в России».

Мария Третьякова

- Я счастлива бесконечно!

Татьяна Минеева

- То есть ты просто задала тренд, тебя услышали, и на государственном уровне эта тема популяризируется.

Мария Третьякова

- Я надеюсь, что будут слышать дальше, потому что, конечно, очень хочется сделать нечто большее, чем написание книг и прочтение лекций. Поэтому услышьте меня, пожалуйста, я готова работать.

Павел Вербняк

- Мария, но вот в продолжение темы книги... Вы сказали, шесть лет она у вас лежала, год, как она увидела свет, но вы открыли для себя и англоязычное пространство - переводное издание находится в Лондоне. Как получилась эта история встречи, казалось бы, случайной? Это знакомство, приглашение вас, расскажите об этом.

Татьяна Минеева

- Павел, откуда ты всё знаешь?

Павел Вербняк

- Я готовился.

Мария Третьякова

- Он читает страницы в моём «Facebook»…

Павел Вербняк

- В одном из интервью вы об этом рассказываете. Мне захотелось, чтобы именно услышали наши зрители сегодня и мы с Татьяной, потому что эта история очень, очень интересная, мне кажется, заслуживает внимания.

Мария Третьякова

- Всё началось с моей дружбы, с моего знакомства с очень известным стилистом Ханна Буиа - это очень известный британский стилист, она работает для «MTV Word», для «Tatler». Имя, может быть, не самое на слуху, но она очень-очень известна, очень авторитетна. Недавно она сняла очередной клип для Kanye West. Она работает для Beyonce и Kanye West. Так получилось, что когда я ещё занималась модой, я с ней познакомилась, подружилась. Она очень любит читать. Вообще, Англия – очень читающая страна, это отрадно. Когда я туда попадаю, я всегда это вижу - читает молодёжь, причём, они любят книгу бумажную (то, что сейчас становится роскошью). И мне очень хочется, чтобы у нас было также, чтобы наши дети, подростки читали, и чтобы все читали и пестовали эти книги, которые мы можем подержать в руках. И когда я рассказала Ханне о своей работе, она сказала: «Это очень-очень важная и нужная тема. Пожалуйста, сделай перевод, потому что стилисты и все, кто работают в моде, для них это такая сжатая энциклопедия, причём поданная очень под необычным углом». Они знают нашу литературу достаточно неплохо, особенно Маяковского они хорошо знают, Бродского, хотя Бродского нет в моей книге, но, тем не менее, они знают, читают. И она сказала, что будет интересно использовать в работе. Так родился перевод. Огромное спасибо вообще всем, кто мне помогал: моему переводчику Алику Вагапову, у меня прекрасный переводчик, всем моим редакторам, Татьяне Чулочниковой, которая помогала мне в редакции именно английского издания книги. И особая благодарность Марине Арсеньевне Тарковской за помощь в переводе стихотворения «Вещи» Тарковского. Дело в том, что fashion английский очень-очень сложный. Например, там есть такие строки: «визитки на красавцах адвокатах». Переводить безумно сложно было. Перевести Северянина на английский язык, как сказал мой переводчик, который, кстати, имеет медаль Британского Совета за перевод «Горе от ума» (лучший перевод «Горе от ума» Алик Вагапов сделал), он через некоторую паузу позвонил мне и сказал: «Пожалуйста, помоги мне перевести Северянина с русского на русский».

Татьяна Минеева

- Да, и в «Горе от ума» столько идиом разных, крылатых фраз, которые я даже не представляю, как они на английском переводятся.

Мария Третьякова

- А у Северянина, например, есть такие строчки: «С куртин плывёт гелиотроп» или «Дама в фойе кусала шоколад-кайэ». Перевести очень сложно. По поводу «визиток на красавцах адвокатах» - это вещь, которую мы пропустили, и только, когда я знакомила всех с английской версией перевода, Марина Арсеньевна, которая хорошо знает английский, и у неё есть друзья в Англии, сказала: «Как же вы это пропустили? Визитки – это же костюм-визитка». То есть была такая ошибочка, и только благодаря ей, мы избежали этой ошибки. Огромное ей спасибо. Помогали и из Британии, и здесь - все редактировали. Прекрасный получился перевод. Так получилось, что меня пригласили на лекции в Пушкинский Дом (Pushkin House) в Лондоне к юбилею Анны Андреевны Ахматовой. Я читала большую лекцию «Поэзия моды». Конечно же, она была посвящена Ахматовой, но часть лекции была как раз такая вводная о всей русской поэзии ХХ века и о её значении: как она писала мировую моду, как она отреагировала на социум, на то, что происходит в социальной среде и так далее. В России вообще были страшные катаклизмы и революции, после которой уехало огромное количество людей, и гражданская война... Нам тяжко совсем пришлось. Им было это очень интересно, книга попала и в библиотеку Pushkin House, и в библиотеку Института Курто. Я очень счастлива, горда. Самое главное, что люди знакомятся с русской поэзией, мы сохраняем нашу культуру таким образом.

Татьяна Минеева

- Вот я как раз хотела сказать. То есть у тебя миссия уже, можно сказать, международная, стратегическая. У нас сейчас непростое время в России и экономическо-политическая ситуация не совсем… Кто твой читатель за рубежом? Сказывается ли то, как к России сейчас относятся, на чтении?

Павел Вербняк

- Вас даже поблагодарили, что вы возрождаете интерес к русской поэзии.

Татьяна Минеева.

- Вы герой, Мария!

Мария Третьякова

- Да, это моя миссия, действительно, и сейчас я уже ухожу в эту тему серьёзно. Ещё Иосиф Бродский в Нобелевской речи своей сказал ведь великолепные слова о том, что поэзия сохраняет язык. Это такая единица, без которой ведь не будет русского языка, а это один из признаков государства. Поэтому это задача государственной важности. Поэзия, мне кажется, самой ёмкой формой сейчас. Мы в такое быстрое время живём, согласитесь, что читаем литературу какую-то прикладную, которая нам нужна, без которой мы не можем дальше идти, работать, делать карьеру, получать какие-то оперативные знания. А чтение Пушкина, Достоевского становится роскошью. Это роскошь.

Татьяна Минеева

- Мы живём в век Интернета. Всё можно быстро найти и…

Мария Третьякова

- И прочитать краткое содержание. Мне это сказали родители: «да, дети читают», но это совсем не то, это не развивает мозг, это не развивает память, чувства и так далее. То есть это всё-таки обедняет людей. А поэзия, она помогает (малая форма и большое содержание), она очень быстрая. Я говорю очень просто на лекциях, на которых очень молодые, например, люди сидят: «Прочитайте хотя бы одно стихотворение. У вас будет неделя, как минимум, его обдумать, а эмоций будет просто через край». Ну, хотя бы так мотивировать на чтение.

Татьяна Минеева

- В Лондоне кто твой слушатель был этого семинара, презентации?

Павел Вербняк

- Презентации.

Мария Третьякова

- У меня была прекрасная лекция, я читала на русском языке. Больше всего меня поразило, что они продавали билеты, хотя я совершенно не против была выступать бесплатно, без гонорара, но Пушкинский Дом существует же на пожертвования благотворителей, и для них это... Вот такая у них политика – продавать билеты.

Татьяна Минеева

- Главное, чтобы покупали. Наверняка, там больше продаются билеты, нежели если бы мы здесь устроили что-то, к сожалению.

Мария Третьякова

- Покупали билеты, покупали книги. Аудитория была в большей степени русскоязычная, но я думаю, что это первый только такой опыт. Это было недавно совсем - март месяц, конец марта, и мы будем продолжать сотрудничество. Ещё впереди у нас много интересных встреч, как минимум, мы планируем два раза в год, особенно, пока не кончился «Год литературы». У них была чудесная выставка, посвященная Ахматовой. Ахматова и вещи – это вообще совершеннейшая магия.

Павел Вербняк

- Мария, по поводу, кстати, Анны Андреевны Ахматовой и ХХ века. Вы говорите, что ХХ век вообще поменял роль женщины, и вы уделяете именно большее внимание Анне Ахматовой - она, как символ этих изменений. Почему?

Мария Третьякова

- Я не то, чтобы уделяю, но так сложилось, что Ахматовой удалось достучаться до сердца очень-очень многих. Это загадка для меня.

Татьяна Минеева

- Павел, до твоего тоже достучалась Ахматова?

Павел Вербняк

- Да.

Мария Третьякова

- Для меня Ахматова – это всегда знак «плюс», это позитив, это всегда эмоции. Даже если стихи грустные, серьёзные, это всегда эмоции очень светлые. Я связываю всё-таки любовь народную к Анне Андреевне с этим. Вообще, Ахматова - удивительная женщина, это тоже икона стиля. Вы знаете, что это единственный поэт в мире, которого так много писали, рисовали, ваяли и делали в мозаике.

Татьяна Минеева

- А почему? Потому что женщина? или в чём причина?

Мария Третьякова

- Вот так она поразила своим стилем. Она работала над стилем над своим. Во-первых, ей природой дана была очень интересная внешность, как она сама говорила: «Мне от бабушки татарки…». Ей очень интересная внешность была дана, которая вписалась в эпоху, плюс личность (она очень видна). Можно иметь прекрасную внешность, но, если личность не просвечивает, то внешность будет меркнуть и теряться. В Ахматовой всё как-то сложилось. Красота у неё такая футуристическая, ломаная красота. Все её знаменитые портреты, они такие чуть-чуть угловатые. Кто-то из художников пытался подчеркнуть линии её носа неровные, эту худобу её, тонкие запястья и так далее, этот вот нерв, эту ломаность такую, надрыв некоторый во внешности. Она очень-очень во время своё вписалась, такое же изломанное. Поэтому очень были растроганы мои слушатели, когда я рассказала, что она гуляла с собакой в Комаровском лесу в мантии почетной профессора Британского университета. Дело в том, что она зарабатывала только на переводах, ведь её нормально не печатали, не издавали. И для неё, как для женщины, это было очень важно. Описано огромное количество тем, связанных с ахматовской шалью, то есть даже её шаль стала чем-то воспеваемым в стихах. Наверно, это начало темы «Икона стиля». Поэтому поэт может быть модной, женщина-поэт, тем более такой великий поэт. Всё-таки женщины более скромный след в искусстве обычно оставляют. Это нормально.

Татьяна Минеева

- Тем более в том веке.

Мария Третьякова

- Да, тем более в том веке, на стыке веков. Она и в нужное время родилась. Я думаю, что тут много очень факторов. Но факт один – это самая изображаемая женщина-поэт. Я не люблю слово «поэтесса».

Татьяна Минеева

- А как правильно говорить?

Мария Третьякова

- Я предпочитаю говорить «поэт» всё-таки. Наверное, особенно, для великих поэтов - это более правильное понятие. Да, Анна Андреевна... Существует целая галерея её портретов, даже в мозаике в Лондонской Национальной галерее (Борис Анреп - автор мозаики). Они как раз показывали, была целая лекция об этом. Вообще, была замечательная выставка. Знаете, это очень отрадно. Пушкинский Дом получил гранд на эту выставку и это очень отрадно, что наша культура... Вы знаете, искусство не имеет границ: ни географических, ни временных, ни социальных. Я недавно узнала, что моя книга продаётся на Украине. Сейчас принято говорить «в Украине», но меня учили по-другому, я говорю до сих пор по старинке «на Украине». Я очень счастлива, потому что, если это поможет каким-то образом стать нам ближе, роднее, то надо это делать. Я специально не двигала эту книгу. Издательство, видимо…

Татьяна Минеева

- Конечно, все мы учились в Советском Союзе и изучали все одинаково эти же стихи, этих же авторов, поэтов.

Мария Третьякова

- Конечно, конечно.

Татьяна Минеева

- Это не может не сближать.

Мария Третьякова

- Поэтому искусство границ не имеет. Я думаю, что если мы все будем так думать, и все читать хорошую литературу, делать выставки совместные, рассказывать о поэтах, то нам будет гораздо легче и отраднее жить в этом мире.

Павел Вербняк

- Выставки, книги – потрясающе, но вы ещё приобщаете к моде, к искусству любителей театра. Получилось недавно сделать такой спектакль одноимённый, и именно образы ХХ века стали основой этого спектакля. Вот вы работали с известным дизайнером. Расскажите об этом опыте. Планируется ли ещё что-то такое?

Мария Третьякова

- Мы сделали такой поэтический перформанс на Mercedes-Benz Fashion Week. Очень здорово получилось. Это показ, который шёл без музыки, только под стихи. Я сделала сценарий, несколько эскизов костюмов. Замечательно совершенно озвучил этот показ Иван Стебунов – партнёр проекта «Поэзия моды». Мы сотрудничаем с ним, я очень рада, он великолепный чтец. И стихи были подобраны мной таким образом, что выходила модель, например, в белом платье, и стихи шли о белом; выходила в чёрном – о чёрном. То есть мы специально отказались от музыки, и я попросила сшить такие костюмы, которые бы отразили взгляд современного дизайнера на моду прошлого. Такое переосмысление - а что же было? Потому что всё-таки костюмы – это такое что-то, что можно потрогать, через что можно создать образ разный совершенно, что можно надеть на себя и ведь не поймёшь, кто ты за этим платьем? Сегодня женщина может быть в образе деловой дамы, завтра она может переодеться во что-то более романтическое. И всегда, наверное, интересно разгадать: «а что там внутри?».

Татьяна Минеева

- Женщина может и в один день переодеться несколько раз.

Мария Третьякова

- Может, да, может.

Татьяна Минеева

- Я, например.

Мария Третьякова

- Есть отдельные уникумы в Москве, которые всё успевают – это Татьяна Минеева.

Татьяна Минеева

- Мария, мы много говорим о поэзии, о стихах. Я знаю, что ты пришла не с пустыми руками к нам, к нашим радиослушателям. Что ты нам приготовила интересного?

Мария Третьякова

- Сейчас стартует книжная ярмарка. В прошлом году я как раз участвовала в ней дебютом со своей книгой, это была премьера книги. Сейчас я сделала небольшой диск, называется «Звучит поэзия моды». Я начитала несколько стихотворений Игоря Северянина, как я уже сказала, самого стильного поэта ХХ века. Знаете, я решила очень серьёзно познакомить с творчеством этого поэта читателей и слушателей, потому что, например, мой пятнадцатилетний сын, когда слушал эти стихи, сказал мне: «Такое ощущение, что я вообще не знаю русский язык». Я написала «Модный поэтический словарь» по произведениям Северянина, потому что, действительно, надо переводить очень многие вещи. Он не сказать, что недооценён, но о нём знают не так много, а это настоящая энциклопедия жизни людей, русских людей в ХХ веке, по нему можно изучать историю моды. И, знаете, Северянин, он потрясающ тем, что он сказал такие строки: «Во мне выискивали пошлость, из виду упустив одно: те, кто живописуют площадь, тот пишет кистью площадной».

Татьяна Минеева

- Здорово.

Мария Третьякова

- И он был трагиком, на самом деле. Хотя в его время, когда он был коронованным королём поэтов, говорили: «Северянинщина – это страшная штука, такая опасная». Как сейчас мы ругаемся: «Не играйте в компьютерные игры», тогда говорили: «Северянинщина – это очень опасно, не слушайте Северянина, это пошло». А он вот так ответил. Поэтому моя вторая книга в серии «Поэзия моды» выходит об Игоре Северянине, я думаю, в ноябре уже я её представлю читателям.

Татьяна Минеева

- С нетерпением ждём.

Павел Вербняк

- Да.

Мария Третьякова

- Спасибо. Я очень старалась. Это тоже любимый будет труд. И сейчас пока я подготавливаю читателя и слушателя к восприятию его стихотворений. Вообще, это человек, который подарил нам много великих стихов. Огромное количество песен Вертинского на его стихи, просто многие об этом не знают. Мы его цитируем, но не знаем, кто это. И самое знаменитое, наверное, его стихотворение «Ананасы в шампанском». Я его сейчас принесла, всё остальное секрет.

Татьяна Минеева

- Отлично.

Мария Третьякова

- Давайте послушаем.

Игорь Северянин

«Увертюра»

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
Удивительно вкусно, искристо и остро!
Весь я в чём-то норвежском! Весь я в чём-то испанском!
Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!

Стрекот аэропланов! Беги автомобилей!
Ветропросвист экспрессов! Крылолёт буеров!
Кто-то здесь зацелован! Здесь кого-то побили!
Ананасы в шампанском – это пульс вечеров!

В группе девушек нервных, в остром обществе дамском
Я трагедию жизни претворю в грёзо-фарс…
Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
Из Москвы – в Нагасаки! Из Нью-Йорка – на Марс!»

Татьяна Минеева

- Как тебе Павел?

Павел Вербняк

- Очень необычно, очень интересно. Я только приобщаюсь к этому…

Татьяна Минеева

- У нас сегодня Мария занялась просветительской работой. Я думала, что будет что-то такое глубокое, философское, серьёзное, а здесь какой-то микс «ананасы в шампанском». И, мне кажется, радиослушателям настроение мы подняли.

Мария Третьякова

- Конечно, я этого и добиваюсь - сначала поднять настроение, потом, чтобы люди начали читать.

Татьяна Минеева

- Сначала зацепить, а потом погрузить.

Мария Третьякова

- Да, конечно.

Татьяна Минеева

- Я открою секрет, что, когда я книгу увидела, Мария, я начала смотреть только картинки. Вот не могла даже читать, потому что до того отдельно подобранный художник, специально, я знаю. То есть это не просто книга, это целый проект. И то, какие там были, особенно на обложке (мой любимый цвет – сиреневый), эти красивые платья, и утончённые запястья, шеи, и все эти элементы. Женщина, как это раньше всё ценилось - конечно, это здорово! А потом перечитала. Но то, что именно картинки – я, думаю, что не может это не цеплять даже не искусствоведа такого, как я, например.

Мария Третьякова

- Мы старались, чтобы каждая картинка отразила то десятилетие, о котором мы говорим. Сначала я даю некоторую такую справочку: пишу, что было, что происходило, что было модно, о чём писали поэты, чем вдохновлялись, как они реагировали. И потом, собственно, идёт подборка стихов с моими комментариями. Мы старались подобрать эти иллюстрации таким образом... То есть сначала я с художницей обсуждала, о чём мы будем рисовать, что? Есть некоторые нарочитые вещи, например, я попросила изобразить Beatles. Я не понимала: как же шестидесятые будут у нас без Beatles? Мы изобразили ABBA. Но это всё образы, конечно, это не прямые какие-то портреты. Есть у нас похожие на Одри Хепбёрн, например, героини. И так далее. Нам хотелось, чтобы всё это было узнаваемое, чтобы люди стихи, которые они читают, соотносили сразу же с образом. Вот я так понимаю, что это нам удалось. Художник, Ольга Салтанович, - великолепный график-живописец. Огромное ей спасибо. Прекрасная художница. Все ходите, смотрите на неё на выставках, в «Facebook».

Татьяна Минеева

- Но прежде, чем ходить на выставки, наверное, те, кто ещё не успел приобрести книгу, должны её купить. Мария, куда идти нашим радиослушателям? В интернет, в магазины?

Мария Третьякова

- Большое спасибо издательству моему «Вече» - они по всей России сделали дистрибьюцию, практически во всех магазинах: «Озон», «Лабиринт», любые интернет-магазины, начиная от самых важных. И вся книжная розница Москвы и России: магазин «Москва» - мой любимый книжный, «Молодая Гвардия», «Московский дом книги» («МДК»)…

Татьяна Минеева

- Везде.

Мария Третьякова

- Везде, да.

Татьяна Минеева

- Книга называется...

Павел Вербняк

- ...«Поэзия моды». Мария, вы упомянули, что сейчас работаете над следующей книгой «Поэзия моды Игоря Северянина». Вы неоднократно уже упомянули, что это самый стильный поэт ХХ века. Есть ли какие-то ещё проекты, есть ли ещё какие-то творческие планы, над чем вы будете работать, что ещё ожидать?

Мария Третьякова

- Я уже закончила работу над «Поэзия моды Игоря Северянина». Сейчас книга проходит предпечатную подготовку и, в общем, новый «ребёнок» свет скоро увидит. Что касается остальных планов, есть большой очень план на «Золотой век русской литературы». Это, прежде всего, анализ «Евгения Онегина» - энциклопедия русской жизни того времени. Это очень большая работа, я планирую её минимум на два-три года вперёд. То есть, если эта книга была написала шесть лет назад, скорее всего, сначала выйдет Северянин, потом будет большое переиздание «Поэзии моды» уже для искусствоведов, то есть она выйдет 176 страниц, как и написана. Может быть, она будет не так красиво глянцево издана, будет немножечко более такая версия для использования, просто для чтения, не только для любования и чтобы положить в красивой гостиной для гостей на стол. И, я думаю, что Золотой век русской литературы Пушкиным… я сейчас много езжу работать в музей на Пречистенку литературный. Это очень большая работа. И если я поэзию ХХ века знаю очень хорошо, то есть я начала с того, что, когда у меня спрашивают: «А где ты нашла эти стихи? Вот мы читаем и вроде это знаем, а как-то не думали, что это об одежде», я говорю, что я всё это перечитала, я очень хорошо знаю ХХ век поэтический, то, например, период XIX века я для себя только открываю во всех смыслах. То есть это уже такая очень-очень глубокая научная работа, и я только сейчас начинаю ей заниматься. Надеюсь, что у меня хватит сил и терпения.

Татьяна Минеева

- Конечно, хватит. Мария, ты такими темпами дойдешь и до наших дней. А вот что в современном мире? Кто пишет о джинсах, о какой-то рваной одежде, фенечках? Я не знаю, что там сейчас самого модного, современного. Есть ли это сейчас у нас?

Мария Третьякова

- Да, конечно, есть. Вообще у нас очень интересные реперы, которых стоит слушать, у них интересные тексты, они очень вписываются…

Татьяна Минеева

- То есть книга будет о речитативе реперов, или что? Есть ли это в мыслях?

Мария Третьякова

- Если у меня дойдет до этого дела... Сейчас есть прекрасные поэты. Вы знаете, недавно издательство «АСТ» пригласило меня в жюри конкурса (это большой проект «Быть поэтом»), спасибо «АСТ» за доверие. Это нелёгкий был проект, пришлось перечитать колоссальное количество стихов. Проект был посвящён народной поэзии, то есть мы искали народных поэтов, не профессионалов. Были, конечно, совершенно невероятные перлы.

Татьяна Минеева

- Они хоть в рифму говорили?

Мария Третьякова

- Если кто-то внимательно читает меня в «Facebook», я там выкладывала, потому что просто я рыдала над этим над всем. А есть совершенно бесподобные стихи. Я не нашла конкретно стихов о моде, о стиле. Знаете, большая часть стихотворений, которые я отметила, они всё-таки о чувствах. Людей интересуют чувства. Великолепные стихи. Я, наверное, пока ещё книга не вышла, не могу озвучивать, хотя результат конкурса уже объявлен, но мы официально ещё не делали пресс-конференцию. Есть очень интересные стихи, вы знаете, даже о дружбе народов, так их назовём. Например, работают у нас, предположим, трудовые мигранты, и кого-то это вдохновило на создание стихов. Один замечательный совершенно народный поэт, который сам вообще строитель, он написал стихи, о том (сейчас не смогу их процитировать, потому что не готовилась, они у меня где-то в подборке), что таджики строят русский храм, и они его белят.

Татьяна Минеева

- Хорошая аллегория такая.

Мария Третьякова

- Они его белят, и он как раз и пишет об этом - о том, что у него лицо в побелке, как у ангела, он поёт про свою маму, про свой аул, и это так прекрасно. Вот это очень цепляет и это, кстати, примета времени, когда меньше материального и больше духовного. Люди уже чем-то напитались и хотят немножко о другом. Моя книга, посвященная ХХ веку, она начинается со стихов Веры Полосковой. Я считаю её одной из самых сейчас значимых личностей в современной поэзии, она большая молодец. Я ещё давным-давно следила за её творчеством. Я всем советую Веру почитать. У меня как раз книга начинается с её строчек. Она там пишет: «Было бельё в гусятах и поросятах – стали футболки с надписью «Fuck it All». Непонятно, что с тобой делать, ребёнок восьмидесятых. В голове у тебя металл, а во рту ментол». Чем не примета времени?

Татьяна Минеева

- Правда жизни.

Мария Третьякова

- Правда жизни, да. Вот, пожалуйста. Я очень советую почитать её. И она тоже сейчас очень много пишет о чувствах, она умеет найти ту точку, которая отзывается. Я была на её проекте недавно, который она делала в театре. Я очень советую, потому что, если вот так вот искать, то надо всё-таки посоветовать же хорошее. Поэтому я отсылаю от души абсолютно. И, вы знаете, ещё одно имя я хотела назвать, он, этот поэт, родом всё-таки из ХХ века, но так, как он описал восьмидесятые и девяностые... это ещё неоткрытая тема для всех, но я всем говорю: «Читайте Борис Рыжий». К сожалению, он очень рано ушёл из жизни. Вообще Рыжий – это всё лучшее, на мой взгляд, в поэзии ХХ века, он впитал всё в себя, абсолютно. Когда его читаешь, то сразу же думаешь... Это абсолютно всё: это материальная культура, это душа, это какие-то поиски себя и так далее. Вот, пожалуйста, познакомьтесь, это всё доступно в интернете, читайте.

Татьяна Минеева

- Мы будем следить за твоей страничкой, ты нам обязательно кинешь ссылочку.

Павел Вербняк

- Обязательно. Мария, вот лежит великолепная книга с картинами, много стихов, но вы вдохновляете множество людей, кто тоже разбирается в этой теме, кто хочет что-то подобное написать или сделать. Как вы решили вопрос с авторскими правами и как вот это можно преодолеть?

Татьяна Минеева

- Мне кажется, это тема отдельной передачи.

Павел Вербняк

- Если так кратко, потому что у нас время...

Татьяна Минеева

- Наша передача подходит к концу. Очень кратко.

Мария Третьякова

- Это тема для написания ещё одной книги.

Татьяна Минеева

- Диссертации, докторской. Да или нет?

Мария Третьякова

- Дело в том, что я - профессиональный юрист, у меня диплом юридической академии, мне это очень помогло.

Татьяна Минеева

- Ждём отдельную лекцию по авторским правам…

Мария Третьякова

- И, в принципе, я понимаю, что надо соблюсти авторские права. И, знаете, что меня поразило? Может быть, потому что, когда человек чего-то очень хочет, ему так светит зелёный свет. Я, наверное, уже раз сто за эфир сказала «спасибо» и пытаюсь всех перечислить своих помощников и людей, которые находились рядом со мной. И, в том числе, я хочу поблагодарить всех тех, кто дал мне возможность опубликовать эти великолепные стихи: Ольгу Арцимович, Анну Ахмадулину, Зою Богуславскую, Арину Вознесенскую, Никиту и Аркадия Высоцкого, Марину Влади и многих-многих других. Я выражаю огромную благодарность за помощь, за содействие в подготовке этой книги. Это люди, благодаря которым всё это увидело свет. Никто у меня не попросил деньги за авторские права. Я очень волновалась. Они все предоставили мне возможность опубликовать стихи этих великих поэтов. Я очень-очень счастлива, спасибо вам!

Павел Вербняк

- Спасибо вам!

Татьяна Минеева

- Мария, это потому что ты – светлый человек, ты несёшь позитив, ты нам рассказываешь об истории. Удачи тебе большой!

Мария Третьякова

- Спасибо!

Татьяна Минеева

- Кстати, нашим радиослушателям хочу открыть секрет, что у Марии не только есть книги, у меня, например, есть футболка «Маяковский, люблю», теперь ещё платок. Вот, наверное, крайний вопрос на сегодня: Мария, это самовыражение этих стихов и любовь к этим поэтам? Что это? Почему это ещё и в одежде проявляется, именно в надписях таких мощных, как «люблю»? Я, когда ношу её, у меня все спрашивают.

Мария Третьякова

- Приятно, да?

Татьяна Минеева

- Здорово!

Мария Третьякова

- Такой заряд сразу получаешь.

Татьяна Минеева

- И от меня заряд, и люди получают заряд.

Мария Третьякова

- Это самый хитовый такой продукт. Случайно получилось, я сделала для своей лекции. У меня есть прижизненные издания Маяковского, и я нарисовала такую футболку, думаю: «Лекцию о Маяковском в Боголюбовской библиотеке я проведу в платке «Маяковский» и футболке». Людям очень понравилось. Я знаю, что даже студенты сдают экзамены теперь в этой футболке - она стала очень популярна. Может быть, это магия Маяковского (он был художником великолепным), может быть, магия слова «люблю». Тут всё вместе.

Татьяна Минеева

- Слово – магия, это большое имеет значение.

Мария Третьякова

- Моя задача познакомить буквально людей с поэзией, поэтому так и получилось, это увидело свет. Оказалось, что это красиво.

Татьяна Минеева

- Мария, удачи тебе! Мы тебя приглашаем ещё не раз на нашу передачу. Про авторские права мы отдельно поговорим. Про современное общество и детей наших, и то, как они любят литературу, тоже, я думаю, есть, что рассказать. Дорогие друзья, это была передача «Разговор на троих». Вели её – я, Татьяна Минеева и Павел Вербняк, а в гостях у нас была очаровательная Мария Третьякова - автор проекта «Поэзия моды», книги и ещё много-много другого. Увидимся на следующей неделе. До новых встреч!

Павел Вербняк

- Успехов!

- Спасибо.