Перспективы медицинского бизнеса

Перспективы медицинского бизнеса

Организация здравоохранения

Анна Соломахина

Основатель и генеральный директор Школы Медицинского Бизнеса, бизнес консультант по управлению, к.м.н., МВА, организатор здравоохранения

Дмитрий Ахтуба:

Здравствуйте, в эфире канал Mediametrics, программа «Мединвестклуб». У нас в гостях Анна Соломахина – к.м.н., основатель, генеральный директор «Школы Медицинского Бизнеса», консультант по открытию и управлению клиниками, преподаватель кафедры «Менеджмент в здравоохранении» РУДН. Что самое главное из того, что я перечислил?

Анна Соломахина:

Для меня важно, что я организатор здравоохранения – это в первую очередь на сегодняшний день. И очень важно то, что я основала и руковожу «Школой Медицинского Бизнеса».

Дмитрий Ахтуба:

Расскажите о «Школе Медицинского Бизнеса», хотя мы нарушаем сложившуюся традицию, сначала немного о госте программы рассказываем.

Анна Соломахина:

Наша школа образовалась не так давно, и причиной образования было то, что когда я занималась преподавательской деятельностью, очень много преподавала главным врачам. Очень много главных врачей подходили и говорили: «А где можно почитать эту информацию? Где можно этому поучиться?» Не хватает простых практических знаний, как что-либо делать последовательно. То есть теории достаточно много, а практики внедрения и за какими показателями следить, на что обращать внимание – достаточно мало. И пройдя весь этот путь, мы решили объединиться практиками и создать школу, в которой наши руководители, владельцы компаний, руководители подразделений смогут обучиться практическим навыкам управления клиниками, практическим навыкам маркетинга, потому что в этом нужно разбираться. Как войти частной клинике в ОМС? И надо ли ей туда входить? Как войти в ГМС? Как открыть клинику с нуля? Что надо знать? Что не надо знать? Надо ли ее открывать в том формате, в котором хочет человек? Таким образом, родилась школа.

Мы работаем в формате онлайн. Почему онлайн? Потому что к нам приезжают из Якутии и говорят: «Я к вам летел столько-то часов, не спал, в итоге прилетел, потратил столько денег, можно ли такой формат, что вы будете снимать и нам будете показывать?» Пришли к тому, что лучше онлайн, стали проводить эфиры в онлайн. Некоторые люди из Владивостока не могут подключиться, потому что уже спят. Пришлось уже и в записи делать, то есть постепенно мы себя изменяли. Сейчас еще очень развиваются соц. сети, и нам было сложно, но мы перешли в соц. сети, изучили этот процесс и проводим прямые эфиры в соц. сетях, но это больше связано с потребностью рынка.

Дмитрий Ахтуба:

После короткого представления школы давайте вернемся к Вам. Почему Вы решили занимать тем, чем занимаетесь? Мама, папа? Откуда взялась медицина?

Анна Соломахина:

И мама, и папа. У меня папа профессор, мама доцент на кафедре. С детства я знала только то, что я буду врачом.

Дмитрий Ахтуба:

Сомнений не было?

Анна Соломахина:

Я не хотела быть космонавтом, никакая другая идея мне в голову вообще в моей жизни не приходила. Я знала на 100%, что я закончу институт и приду. Возможно, это влияние родителей. Гордость за то, что это такая профессия, еще Советский Союз, и сомнений не было. Мне всегда очень нравилось в медицине. Мне нравился каждый предмет, хотелось быть каждым врачом, но все равно пришлось определяться, и я стала эндокринологом изначально. Я кандидат медицинских наук на эту тему. И в дальнейшем, когда я начала работать, очень быстро у меня пошло карьерное движение, я очень быстро сама стала заведующим, зам. главного врача, главным врачом и прошла организацию здравоохранения.

Врачом я проработала не долго. Совмещать не получилось, и потом переходила все выше и выше, это уже были сети клиник, построение, преподавание, опыт различных стран, MBA, обучение менеджменту в Германии. Все это привело к тому, что знаний оказалось много и очень захотелось ими поделиться. Во время того, что делишься, обрастаешь все время новыми знаниями, а учусь я постоянно, как все мы. И таким образом я пришла к тому, к чему пришла.

Дмитрий Ахтуба:

Опыт врачебной деятельности у Вас в области эндокринологии. Что Вам особенно нравилось в эндокринологии?

Анна Соломахина:

Эти все системы, гормоны, что одно зависит от другого, что тебе надо лечить не один орган, а что это влияет на совершенно другой орган, на то, чтобы изменения произошли в этом, целостность гормональной системы, которая приводит к пониманию процессов организма. Мне нравилось находить взаимосвязи и изменять их в положительную сторону, чтобы пациент выздоровел. Я и сейчас люблю эндокринологию, но у меня нет возможности ею заниматься, поэтому я прием не веду.

Дмитрий Ахтуба:

Сквозь годы, когда Вы сейчас в процессе, в контексте профессии не находитесь, изменился ли у Вас взгляд на эндокринологию?

Анна Соломахина:

Я сейчас не слежу, не повышаю свою квалификацию. Я думаю, что эндокринология уже меня опередила далеко вперед. Я здесь больше как организатор здравоохранения, здесь мне больше понятно.

Дмитрий Ахтуба:

Вы занимались открытием и управлением мед. бизнеса 14 лет. Какие клиники Вы открывали? Там определенная специализация?

Анна Соломахина:

Открывали совершенно разные клиники, в том числе и франшизы, начиная от небольших форматов: косметология, стоматология, клиники восстановительной медицины, ЛОР-клиники, заканчивая многопрофильными клиниками различного формата – от 10 кабинетов. Кто-то считает многопрофильными клиники от 5 кабинетов, но они условно многопрофильные, просто там разные специалисты, они взаимосвязаны между собой: 20, 25, с оперблоками. Все зависело от того, какой проект мы вели на тот момент.

Процесс открытия клиники одинаковый, независимо от того, маленькая это клиника или большая. Этап проходится один и тот же. Где-то просто более усложнен от количества действий, больше кабинетов – больше оборудования, больше финансов, больше нужно думать о концепции. Если один кабинет, то этапы все равно не поменяются, ты все равно должен будешь сделать шаг 1, 2, 3, 4, 5 до того, как ты перережешь ленточку, сложность остается та же.

Дмитрий Ахтуба:

Что-то запомнилось из того, что Вы делали?

Анна Соломахина:

Мы открывали практически всю сеть клиник «Ниармедик», это многопрофильные клиники. Это вызывало на тот период определенную гордость. Сейчас для меня гордость вызывает работа по телемедицине, потому что это очень интересный проект, и мне хотелось бы, чтобы он действительно работал. Для меня каждая клиника вызывает гордость, потому что когда владелец клиники получает очередную лицензию и у него все хорошо настроено, он знает, куда идет, для меня это уже гордость, за любого мы радуемся.

Дмитрий Ахтуба:

Вас приглашают как консалтинг или под ключ берете как подрядчик?

Анна Соломахина:

По-разному. У нас есть курс «Как открыть клинику с нуля», мы рассказываем как открыть, какие риски можно избежать. Люди, которые проходят курс, необязательно нуждаются в консалтинге, то есть мы ничего не прячем, не скрываем, мы рассказываем поэтапно. Но если человек хочет, чтобы его провели, ему будет так более уверенно или спокойно, потому что это шаблонный процесс, это просто знания, не более того – мы проводим. Мы можем подключиться как на этапе концепции, но если мы проводим, то я всегда на обучении прошу четко определиться с концепцией клиники, потому что от концепции клиники зависят все дальнейшие действия и успешность, потому что можно купить дорогостоящее оборудование, золотой ремонт, но если концепция клиники не рабочая, то это уже бессмысленно, откроешься, и работать не будет.

Когда приглашают в дальнейшем, то не всегда ту концепцию, которая у человека в голове, можно разместить в помещении, потому что часто забывают о дополнительных площадях, которые необходимы, о том, что должен сидеть главный врач, медицинская сестра, должна быть комната для персонала, количество сан. узлов, регистратура и гардероб, что то количество кабинетов, которое вы определили, это еще не вся площадь клиники, и надо думать о дальнейшем.

Дмитрий Ахтуба:

Какие форматы клиник Вы лично считаете перспективными? Или пока еще они не присутствуют на российском рынке?

Анна Соломахина:

На сегодняшний день мы, исходя из того, что происходит, а происходит то, что бизнес укрупняется, клиники становятся многопрофильными и большими, оказывают сразу помощь для детей и взрослых, особенно в Москве это заметно, в регионах не так. И что больше выходят страховые компании работать с сетевиками, которые покрывают все необходимые условия для работы, и сразу покрывают еще и географическое поле.

Я вижу несколько форматов. Это либо многопрофиль, который потом строится в сетку для детей и взрослых, я вижу, что это максимально выигрышный и инвестиционный проект и просто как возможность привлечь население. Либо это должны быть узкопрофильные клиники. Если клиника небольшая, то она должна быть не разноплановая, а узкопрофильная и в своей части экспертная, и покрывать уже законченный цикл, который должен быть в клинике.

Почему-то пример с неврологом приходит в голову. Если у вас в клинике сидит невролог, гинеколог и тут же сидит хирург – это не законченный цикл, потому что неврологу нужно куда-то отправить пациента. Бывает, собрались 3 врача и говорят: «Мы откроем клинику. Ты невролог – ты будешь неврологом, ты хирург – хирургом». А что такое невролог? Пришел он, диагностировал, при условии, что ему может понадобиться УЗИ, которого нет, или рентген, которого нет. Он должен направить хотя бы на физиотерапию – в клинике нет. Он должен направить на мануальную терапию, массаж, остеопатию – всего нет. И получается, что человек приходит на прием к неврологу, невролог ему прописывает исследование, лечение, и ему приходится идти в соседнюю клинику для получения этих услуг. Он приходит в соседнюю клинику и, скорее всего, пройдя комплекс услуг в соседней клинике, он не вернется в эту клинику к этому неврологу. И таким образом, когда клиники обращаются, и они убыточные (а они обращаются, как правило, когда они убыточные за помощью), в некоторых случаях очень сложно помочь, потому что если концепция была изначально неправильная, помещения не хватает, то в этом случае сложно их вырулить и составить, что нужно делать и что не делать, потому что уже не рабочая концепция изначально. И получается, что таким образом они теряют пациентов.

Дмитрий Ахтуба:

Что наиболее существенно из того, что изменилось в медицинском бизнесе за последние лет 10?

Анна Соломахина:

Если раньше все начинали с маленьких кабинетов, то сейчас клиники открываются с более серьезным подходом и с большим отношением, что это бизнес, с большим пониманием, что это работа, но это не только бизнес, это еще и качественное оказание медицинской помощи, это укрупнение. Особенно миллионники – это ДМС, сейчас очень много ритейлов и очень много людей, которые страхуются, они не приходят за наличный расчет в клинику, и здесь очень важен момент количества клиник, которые могут себе позволить работать по ДМС и знают, как работать. Мы видим, что государство позволило по ОМС получать услуги нашим гражданам в частных клиниках. И как бы кто это ни ругал, если это изучить очень внимательно, для очень многих направлений бизнеса это очень рентабельно и выгодно.

Дмитрий Ахтуба:

Это перспективно для частного бизнеса, участие в ОМС?

Анна Соломахина:

Здесь от многих факторов зависит. В каждом регионе своя система ОМС. Где-то есть подушевое финансирование, где-то квотирование, и здесь изучается каждый конкретный регион, смотрятся их тарифы в зависимости от направления. В любом случае, если клиника сидит вообще без пациентов, уже наверняка для нее любой пациент, который обратится, важен. Но во многих регионах есть и доплата, особенно в северных регионах, и здесь есть очень выгодные тарифы и квоты. Очень многие МРТ, КТ также работают по ОМС и прекрасно себя чувствуют, и просят количество, чтобы им выделили квоты на людей.

Дмитрий Ахтуба:

Если говорить о Москве, тут выгодно заниматься частной клиникой?

Анна Соломахина:

По-разному. Если это небольшие операционные, если дневной стационар, то это достаточно выгодно, потому что стоимость квотной операции практически приравнивается к стоимости за наличный расчет. Мы разговаривали с пластиками – это не сама пластическая хирургия, а восстановление после онкологии, то есть там стоимость реконструкции покрывала, – как они делали за наличный расчет, такая же стоимость квот. Но это поток пациентов для них. Это травматологические услуги. А по стоматологии – тут тоже надо рассматривать ситуацию. Есть города, в которых по услугам оплачивается, а есть, где подушевое финансирование, прикрепляют пациента и платят аванс, но только рассчитывают его ежемесячно. Но, опять же, это приток пациентов и узнаваемость клиники.

Дмитрий Ахтуба:

Давайте вернемся к Вашей школе и чуть подробнее расскажем о том, чем она занимается. Кто Ваши основные клиенты, как они Вас находят? Почему они к Вам обращаются? И что Вы делаете?

Анна Соломахина:

Практически обучаем.

Дмитрий Ахтуба:

Основное – это обучение?

Анна Соломахина:

Основное – это обучение, на этом все строится. Мы изначально занимались обучением, и консалтинг – это то, что пришло в процессе, потому что люди обращались за помощью, мы ее все равно оказывали, и мы выросли из обучения. Опять же, так как мы практики, оказать консалтинг нам не сложно в этом плане.

Что касается наших пациентов, клиентов, это руководители клиник, владельцы клиник, может быть разная история. Это главные врачи, заведующие, есть даже врачи, которые планируют карьерный рост и им интересно послушать те или иные подходы. И есть врачи, чему я очень рада. Это все регионы России, и даже у нас Дагестан, Ингушетия, то есть совершенно различный контингент. Причем, все готовы, и видно, что люди заинтересованы в обучении, заинтересованы в развитии, в понимании собственного бизнеса, что они делают.

Вы спрашивали что изменилось. Если раньше врач – это была некая помощь, пришел – получил, то сейчас у пациента есть выбор, особенно в частной медицине. Ему хочется, чтобы это была качественная помощь, даже не в плане качества, которое ему сложно оценить, а в плане качества сервиса, маркетинг на удержание. И вот эта конкуренция происходит между клиниками везде, хотя много споров у нас в соц. сетях: мы медики или мы оказываем качественную помощь или не качественную. На самом деле, пациентам не все равно. Как показывают любые исследования, что то, как выглядит халат врача, какой у него внешний вид, как он общается с пациентом, как выглядит клиника, что явно там Роспотребнадзор давно не был – это очень сильно влияет. И поэтому, когда люди находятся в своей клинике, они не замечают что-то фокусом внимания. Когда они узнают что-то новое, это не по тому, что они не знают, просто они были в своем взгляде, и это расширение дает им возможность пересмотреть бизнес и усилить эти процессы.

Дмитрий Ахтуба:

Как пациент выбирает клинику, врача? На что он ориентируется? Все-таки на халат, ремонт, как принимает решение пациент?

Анна Соломахина:

Я люблю стоматологов, поэтому про стоматологию. Предположим, пациент приходит в клинику, видит, что клиника обветшалая, диван обшарпанный, не поднимаются администраторы. Он проходит, у него уже сомнения, что тут ему полечат, он заходит, там угрюмый доктор в мятом халате сидит, молча кивает, что-то посверлил молча. Пациент в шоке, выходит и говорит: «Боже мой, никогда туда больше не приду». И приходит в другую клинику. Там все чистенько, все улыбаются, все подписали, спросили, рассказали, вазелином кончики губ помазали. Он говорит: «Лучший врач на свете», – всем посоветовал.

Потом этот пациент приходит через какое-то время, года 4 прошло, та пломба, которую ставил этот замечательный врач в этом замечательном халате, не выстояла. Пульпит, каналы были неправильно запломбированы, зуб пришлось удалить. А когда смотрели те зубы, которые ставил этот угрюмый врач, которому он сказал: «Ноги моей не будет», – у него там было все идеально. Ему сказали: «Ничего себе, как здорово поставили. Это будет стоять еще 10 лет, такой хороший доктор». Поэтому я исхожу из того, что мы можем по-разному оценивать медицинскую помощь, но пациент ее оценивает субъективно, потому что он может оценить ее визуально в косметологии, в травматологии, срослась рука или нет, наличие болевого синдрома.

Что касается врача, если это кариес задней поверхности или пульпит, что он не видит – ему оценить сложно, хорошо его полечили или нет. Это реально субъективный процесс. Поэтому мы можем сказать, что эти действовали стандартом или нет, но пациент все равно оценит это субъективно. И с точки зрения как выглядит клиника, и с точки зрения чистоты в плане стерильности, потому что если он заходит в кабинет и в процедурном кабинете мох растет, даже если там хорошо берут врачи – у него все равно психологически будет дискомфорт.

Дмитрий Ахтуба:

Не всегда однозначное восприятие у пациентов и у профессионалов. Очень сложно там, где кончается бизнес и где начинается медицина, в медицинском бизнесе все это на стыке происходит. И очень важно соответствовать и одному, и второму, быть в бизнесе, но и оставаться в медицине. Ваша школа помогает открывать новые проекты в медицинском бизнесе. С чего бы Вы начали консалтинг или Вашу помощь?

Анна Соломахина:

Здесь даже не вопрос в самом консалтинге и в обращении. Во-первых, я бы попросила обратить внимание на концепцию, изначально понимать концепцию – что они хотят. Во-вторых, понять, какими финансами располагают эти люди, потому что не всегда концепция сходится с финансами. И когда занимаются финансами, очень часто забывают, что кроме того, чтобы открыть клинику, для привлечения пациентов нужно оставлять финансы на маркетинг, до выхода клиники на точку безубыточности, потому что клиника имеет 100 миллионов, и она открывается в обрез в эти 100 миллионов, ни шаг влево, ни шаг вправо, и у нее нет денег на все остальное. Конечно, привлечение в такой клинике пациентов будет очень усложнено, потому что есть два вида маркетинга: это маркетинг на привлечение пациентов и маркетинг на удержание пациентов.

Если даже у вас есть деньги на маркетинг на привлечение пациентов, если у вас изначально не устроен маркетинг на удержание – это сервис в клинике, это все статистические вещи, это не только сервис, это знания. Знание алгоритмов стандартов общения, как подготовиться к тем или иным исследованиям, то есть все это может снижать конвертацию звонка, и сколько бы вы не отправили денег на маркетинг, у вас снизится конвертация, соответственно, вы будете терять этих людей на входе. Это нужно четко учитывать, завязывать на мотивации и развивать, то есть два направления маркетинга. Особенно это важно для маленьких городов. Если в Москве пришли в клинику, не подошло качество, человек ушел, еще может кто-то зайти, потому что со всей Москвы могут приехать. Если это небольшой город, регион, то получается, что к нему пришли однократно, этого нет, того нет, и потом просто перестают приходить вообще. И этот сарафан начинает работать против, и часто даже не поможет никакой маркетинг.

Дмитрий Ахтуба:

В регионах и Москве бизнес немного отличается, это на основании своих данных…

Анна Соломахина:

Больше на основании опыта,.

Дмитрий Ахтуба:

То есть региональный бизнес и бизнес в Москве – это разные бизнесы?

Анна Соломахина:

Они похожи, но если в регионе все друг друга знают, и когда клиника открылась, особенно когда не хватает денег, что происходит? Вводят врачей под запись, под запись выводят, как с врачом договорился. Не то, что у тебя есть шаблон расписания, и ты в этот шаблон расписания ищешь врача, а здесь происходит другая ситуация – есть врач, который согласился попринимать в клинике 2 дня через 2 дня. Пример с неврологом: вроде все есть в лицензии, не хватило денег на зарплату – взяли, расписание не заполнено, приходит пациент в клинику, невролог говорит: «Вы знаете, а у нас физиотерапевт будет через 3 дня вечером, массажист через 4, а вот это УЗИ вы можете еще через 5 сделать». И пациент, когда выйдет, скажет: «Пойду-ка я в ту клинику, где я получу помощь сегодня, и боль мою в спине уберут». Это как в аптеку приходите, если вы не можете купить препарат все время в одной и той же аптеке, вы в нее больше не пойдете. И в маленьком городе начнут говорить, зачем туда идти, потому что там никогда никого нет, и этот сарафан очень быстро распространяется, и здесь уже очень сложно работать с репутацией.

Дмитрий Ахтуба:

Вы говорили, что очень важно учесть не только на период до открытия клиники, но и рассчитать финансы, другие резервы, усилия, человеческие ресурсы. Вы говорите о бизнес-плане, что это такое? Какая критически важная часть в подготовке бизнес-плана?

Анна Соломахина:

Расходы на маркетинг – это критически важно. Я вижу, что это бывает, и вообще расходы до выхода на точку безубыточности. А вообще в бизнес-плане все критически важно, потому что я слышу такие вещи, что любой бизнес-план можно купить за 5 000 рублей в интернете. На мой взгляд, это достаточно смешно и даже утопично, потому что бизнесы настолько разные, в разных регионах разная стоимость, разный подход. Для меня составление бизнес-плана – это как минимум концепция, потом надо в этой концепции учитывать тех специалистов, которые генерят основную выручку, дополнительную выручку, это формирование связок и законченного случая. Кроме этого, нужно четко понимать с какими категориями пациентов вы будете работать, ДМС, ОМС, будете продавать контракты физическим лицам, франшизу за платеж делать, вы будете привлекать корпоративных клиентов напрямую или будете заниматься общественной медициной. То есть понимать четко, потому что бизнес-план – это определенный набор. И уже из тех обсуждений, общения, сколько пациентов вы можете ожидать, можно его строить.

Дальше нужно четко понимать какое оборудование вы купите, это и для лицензии, и дополнительное оборудование. Вы должны четко понимать и расходные материалы, это целая работа. Нужно знать мотивацию врачей, какие у вас будут врачи. Кроме врачей еще есть главный врач, IT, бухгалтерия, санитарки, хотя обычно это не санитарки, приглашаем клининговую компанию. Обо всем этом надо не забывать, даже о том, что когда ты работаешь по эквайрингу, что ты платишь процент, тоже надо помнить. Уже четко до открытия клиники нужно понимать, как будете развиваться по маркетингу: это будет сайт, лендинг, контекстная реклама, сколько это будет стоить сделать, какой бюджет вы потратите. В зависимости от того, какая это клиника, узкопрофильная или многопрофильная, меняется бюджет, и нужно понимать, какое развитие в соц. сетях будет. Некоторые считают, что наличие в соц. сетях просто странички – это и есть реклама, то есть здесь имеется в виду именно таргетированная реклама, которая тоже имеет свой бюджет. Могу подсказать, что в регионах лучше работает – это ВКонтакте и Инстаграм, в Москве больше Инстаграм. И маленькие клиники очень хорошо работают с блогерами, особенно в регионах, отличный эффект, не буду цифры называть, но меня поражал эффект работы с блогерами.

Дмитрий Ахтуба:

С местными блогерами или московскими?

Анна Соломахина:

Нет, с местными.

Дмитрий Ахтуба:

Значение маркетинга при открытии новой клиники действительно важно или больше нужно профессионализму отдать, ремонту?

Анна Соломахина:

Есть врачи, у которых есть имя, и то у меня есть сомнения, стоит ли открывать под имя. Я приветствую имя, но иногда, когда у человека есть личный бренд, то любая проблема в этой клинике – это проблема его личного бренда, потому что они уже везде пишут его фамилию, что был у того-то, то есть клиника теряется, и это иногда влияет на результат. Для того чтобы люди приходили, это должен быть врач, которого реально много людей знают, который открывает клинику. Многие говорят: «Я открою клинику, позову врача, он придет со своей базой, я ему дам процент, и он будет принимать». Конечно, иллюзия хорошая. Бывает, что так получается. Но, как правило, это не происходит, потому что с чего к вам придет врач со своей базой на ваш процент, у него все и так уже в жизни хорошо, его с этой базой ждут везде. Почему он должен прийти именно к вам?

И как результат, обещаний много, и те обещали, и другой обещал, в итоге этот может 2 часа попринимать, другой попринимать, и база почему-то исчезает, потому что им там удобнее было ходить, они там заполняются, а здесь неудобно, значит, и клиника влияет. И по итогу сидят эти врачи какое-то время, пациенты к ним не приходят, им открывающаяся клиника обещает процент, понятно, что человек не может сидеть бесплатно, процента нет, клиентов нет. И здесь рекомендую изначально доплачивать до среднерыночной зарплаты клиникам и не быть в такой иллюзии.

Бывают ситуации, когда люди собираются, у них огромный поток пациентов, и тогда маркетинг не влияет. Но как показывает практика, может быть, 1% клиник, когда сами врачи были с большим потоком, они открывали, как руководители, и при этом у них была проблема, они не могли этот поток распределить между другими врачами. Получается, что я один, управлять я не успеваю, работать не успеваю, врачи сидят без записи, маркетингом я заниматься не успеваю, потому что я один приношу кучу денег, но в реале получается, что клиника балансирует на уровне убытка.

Дмитрий Ахтуба:

Какие типовые ошибки при запуске медицинского бизнеса самые распространенные?

Анна Соломахина:

Начинаем с концепции, и мне всегда нравится, что сначала ищем помещение, потом делаем концепцию. Проблем с поиском помещения очень много встречаю, начиная от взаимоотношений с арендодателем. Сейчас в Москве большая проблема, что фасады окон не открываются, окно врезать невозможно, им обещают врезать окно, потом управляющая компания говорит, что врезать окно нельзя, потому что это портит общий фасад здания. Большая проблема, когда берут люди помещение в доме, который не сдан. Этот дом может зависнуть на годы, то есть они уже сделали ремонт, подготовились, они не могут подать ни на СЭС, не на лицензирование, причем в регионах часто это случается, люди по 2 года не могут открыть клинику. Они обещают, говорят: «Ну, вот сейчас, завтра, бери». В реале это происходит не так, и есть проблемы.

Надо смотреть, что прописано в договоре, договор должен быть на 5 лет, не менее. Я вижу, что люди говорят о том, что да ладно, он хороший человек, все будет нормально. И я не понимаю, зачем они берут на себя такие риски. А потом этот хороший человек продает здание или что-то происходит с этим зданием. А другие люди, тоже вроде хорошие, теряют бизнес и все деньги, вложенные в этот бизнес, потому что мы лицензируем помещение. В регионах частая проблема с арендой, в Москве встречала, но очень редко. В регионах, когда клиника начинает работать, она начинает становиться успешной, арендодатель находит всевозможные условия попросить человека покинуть или создает такие условия, что человек сам покидает, и начинает свой медицинский бизнес (кстати, не всегда успешный), риск такой есть.

Дмитрий Ахтуба:

В Москве более добрые собственники помещений или более мудрые?

Анна Соломахина:

В Москве есть разделение строительного бизнеса, арендного бизнеса, рынка недвижимости и рынка медицинского бизнеса. Это два разных направления, и занимаются либо этим, либо тем, а в регионах это соединяют между собой.

Дмитрий Ахтуба:

Какие изменения нас ожидают в ближайшем будущем в медицине и в частности в бизнесе обучающем, медицинском бизнесе?

Анна Соломахина:

В медицине бизнес будет продолжать укрупняться. Непонятна роль государства пока, какие-то страны пытаются ослабить эту роль, какие-то усилить, мы пока усиливаем.

Дмитрий Ахтуба:

То есть в России усиливается…

Анна Соломахина:

Двойное лицензирование мы хотим сделать, какие-то вещи пересмотреть, чтобы частники обслуживали пожилое население. Государство пытается контролировать все больше и больше. Причем это перманентно происходит, что я не могу даже сказать, какой опыт хорош в этом плане, потому что я смотрю, что одна сторона усиливает, потом она же ослабляет, потом она передает часть пациентов в частное здравоохранение, потом она потихоньку забирает. И такого идеального опыта пока у меня не сложилось. Думаю, что будет развиваться государственно-частное партнерство и что не будет такой большой разницы, которая сейчас. Даже не частники, даже государство между нами ставит такое, что это государственные структуры, это частные структуры.

Кстати, работа по ОМС частных клиник – это тоже государственно-частное партнерство в какой-то степени, хотелось бы, чтобы оно развивалось и усиливалось, и мы не делились на две части, а были единым целым и работали в едином поле. Я думаю, что будет развиваться ДМС, однозначно будет цифровизация бизнеса, то, что сейчас происходит, оптимизация, автоматизация, все медицинские информационные системы, приход новых технологий. Это висит в воздухе и постепенно входит, просто не каждая клиника может себе это позволить. Это телемедицина однозначно, особенно при такой большой России, где в некоторые уголки врач только на самолете может долететь, здесь это было бы просто спасением, и нормативную базу надо смотреть. Думаю, будет усиливаться качество, конкуренция, что будет исказываться и на качестве сервиса.

Дмитрий Ахтуба:

В телемедицине в какой части Вы ожидаете прорыв, какая сфера в телемедицине будет расти больше? Телемедицина «врач-врач», «врач-пациент»?

Анна Соломахина:

Я думаю, что она будет расти во всех сферах, потому что, с одной стороны, интересно «врач-врач», и «врач-пациент» тоже интересно, то есть здесь возможно привлечение сторонних врачей, второе мнение. Для клиник интересны все варианты: и самому быть провайдером услуг, и привлекать провайдером хотя бы Москву или ближний регион, потому что не в каждом регионе есть аллерголог-иммунолог, он один на всю область, надо ехать за 300 км, и принимает он раз в неделю. Даже ревматологов практически нет, хотя бы продиагностировать, в какую сторону пациенту идти. То есть терапевт это все посмотрит, но провести диагностику простых заболеваний нет возможности.

Дмитрий Ахтуба:

К сожалению, время программы подошло к концу. Я желаю удачи Вашей школе, Вам лично. Друзья, мы ждем вас на наших эфирах. Если у вас какие-то вопросы появились к Анне, ко мне, пожалуйста, в соц. сетях с удовольствием ответим. Всего доброго.