Уголовно-правовая охрана общественных отношений, возникающих в процессе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы

УДК 343.8

Уголовно-правовая охрана общественных отношений, возникающих в процессе исполнения уголовного наказания

в виде лишения свободы

В.И. ФЕДОРОВ - начальник юридической службы Академии ФСИН России

В статье рассматриваются специфические особенности общественных отношений, возникающих в процессе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы, с позиции их уголовно-правовой охраны; приводится авторское определение анализируемого понятия.

Ключевые слова: объект уголовно-правовой охраны; общественные отношения; уголовно-исполнительная система; исправительное учреждение; лишение свободы; деятельность учреждений; уголовно-правовые средства.

Criminal-law protection of the social relations arising during the execution of criminal penalties of imprisonment

V.I. FEDOROV - Head of the Legal Service of the Academy of the Federal Penal Service of Russia

The article deals with the specific features of social relations that arise during the execution of criminal penalties of imprisonment, from the perspective of criminal law protection; the author defines the analyzed concept.

Key words: object of criminal law protection; public relations; penal system; penal institution; deprivation of liberty; activities of institutions; criminal remedies.

Совершение преступлений в местах лишения свободы является актуальной проблемой и представляет опасность как для отдельных исправительных учреждений, так и для всего государства в целом, а также свидетельствует о наличии серьезных противоречий в процессе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы.

В последние годы складывается тенденция к увеличению количества зарегистрированных преступлений, совершенных в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Так, в 2010 г. было зарегистрировано 1024 преступления1, в 2011 г. - 12132, в 2012 г. - 12803, в 2013 г. - 12574. В 2014 г. наблюдается небольшое снижение - на 11,7%5 (до 1114 преступлений)6.

При совершении преступления всегда имеет место посягательство на определенный объект. В теории уголовного права преобладает взгляд на объект преступления, согласно которому его понимают как охраняемую законом совокупность общественных отношений7. Такой подход позволяет учесть как характер, так и степень общественной опасности преступления, раскрыть юридическую природу конкретного преступления, отграничить сходные преступления и правильно их квалифицировать8.

Объект преступлений в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, имеет специфические особенности, которые повышают степень общественной опасности данных деяний. Так, при совершении любого такого преступления нарушаются общественные отношения, направленные на обеспечение нормальной деятельности исправительных учреждений, сущностью которой является достижение закрепленных уголовным и уголовно-исполнительным законодательством целей наказания.

Наряду с указанными общественными отношениями могут нарушаться или подвергаться угрозе и такие более важные объекты, как жизнь и здоровье человека, свобода, честь и достоинство личности и др. При этом нормальную деятельность исправительных учреждений необходимо рассматривать в качестве не основного, а дополнительного объекта уголовно-правовой охраны: это позволит наиболее полно охарактеризовать

общественную опасность совершаемых деяний. Так, например, в условиях специфичности морально-психологического климата и криминогенного влияния субкультуры в местах лишения свободы одно совершенное преступление может выступить своеобразным катализатором нарастающего недовольства осужденных, которое может привести к более тяжким преступным посягательствам, в том числе массовым беспорядкам, создающим условия для покушения на широкий круг общественных отношений (жизнь и здоровье людей, общественный порядок, общественная безопасность, собственность и т.п.).

В структуре любого общественного отношения можно выделить несколько обязательных элементов:

1)участники;

2) предметы (блага), по поводу которых оно возникло и существует;

3) взаимосвязь между участниками и предметами9.

Совокупность общественных отношений, возникающих в процессе исполнения уголовных наказаний, наделяет уголовно-исполнительную систему, ее учреждения и органы как общими, так и специфическими признаками объекта уголовно-правовой охраны.

Мы согласны с мнением А.В. Яковлева10 о том, что специфика уголовно-правовых отношений, возникающих в связи с совершением преступлений в процессе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы, отражает особую опасность таких деяний для граждан, общества и государства в целом и проявляется в виде следующих признаков:

1. Широкий круг субъектов пенитенциарных преступлений:

а) лица, осужденные к наказанию в виде лишения свободы;

б) сотрудники и работники исправительных учреждений;

в) иные лица:

- представители правоохранительных органов и государственных органов, имеющие доступ (допуск) в учреждения уголовно-исполнительной системы в установленном законом порядке;

- родственники и близкие люди осужденных;

- законные представители, правозащитники и адвокаты;

- представители общественных, правозащитных, религиозных, международных организаций, средств массовой информации, имеющие доступ (допуск) в исправительные учреждения в установленном законом порядке;

- иные лица, имеющие доступ (допуск) в исправительные учреждения в установленном законом порядке;

- лица, не имеющие доступа (допуска) в исправительные учреждения в установленном законом порядке, но оказавшиеся на их территории либо совершившие преступные действия, связанные с функционированием данных учреждений.

2. Ограниченный доступ на территорию исправительных учреждений. Установленный порядок доступа в данные государственные учреждения, с одной стороны, выступает охранительным инструментом в процессе реализации исполнения уголовно-гонаказанияввиделишения свободы, ас другой - создает условия для латентизации пенитенциарной преступности и усложнения процедуры проверки соблюдения законности со стороны уполномоченных правоохранительных органов.

3. Многообразие и уникальность способов совершения пенитенциарных преступлений (рецидивный характер рассматриваемых преступных посягательств, наличие исторически сложившейся криминальной субкультуры и высокая концентрация в исправительных учреждениях особо опасных и криминогенных групп осужденных)11.

4. Виктимологические особенности потерпевших. В исправительных учреждениях осужденные в основном содержатся в изоляции от общества в условиях отрядной системы отбывания наказания, при которой на ограниченной территории концентрируется значительное количество криминальных элементов. Следствием такой обстановки выступает высокая криминализация среды осужденных, что приводит к росту пенитенциарной преступности и углублению ее негативных последствий. Зачастую жертвы преступлений в местах лишения свободы являются заложниками криминальной субкультуры, в соответствии с нормами которой сообщение администрации исправительных учреждений либо соответствующим правоохранительным органам о совершении преступного посягательства влечет за собой различные негативные последствия для заявившего.

5. Высокий уровень латентности пенитенциарных преступлений. Специфические особенности преступлений в местах лишения свободы (в том числе и вышеперечисленные) выступают факторами их естественной и искусственной латентизации12.

Еще одним важным признаком общественных отношений, складывающихся в процессе исполнения уголовного наказания, как объекта уголовно-правовой охраны является их строгая регламентация на уровне федерального и ведомственного законодательства.

Учитывая все вышесказанное, можно утверждать, что особая роль в предупреждении преступлений в исправительных учреждениях принадлежит уголовно-правовым средствам, направленным на обеспечение нормального функционирования таких учреждений, реализацию процесса исполнения наказания в виде лишения свободы в строгом соответствии с целями и задачами уголовного и уголовно-исполнительного законодательства. К уголовно-правовым средствам, воздействующим на общественные отношения, возникающие в процессе исполнения наказания в виде лишения свободы, можно отнести нормы Общей (ст. 37, 38, 32, 56, 57, 79, 80 и др.) и Особенной (ст. 313, 314, 321 и др.) частей УК РФ, от надлежащего применения которых зависят эффективность деятельности как конкретных исправительных учреждений, так и уголовно-исполнительной системы в целом, а также достижение целей и задач уголовного и уголовно-исполнительного законодательства.

Таким образом, совокупность всех рассмотренных признаков общественных отношений, складывающихся в процессе исполнения уголовного наказания исправительными учреждениями уголовно-исполнительной системы, свидетельствует об их самостоятельности в качестве объекта уголовно-правовой охраны. Они включают в себя взаимосвязанные субъекты (исправительные учреждения, работники уголовно-исполнительной системы, осужденные и др.) и соответствующие предметы материального мира, в отношении которых и возникают эти отношения в процессе исполнения наказания (порядок исполнения наказания, жизнь, здоровье, личные права и свободы работников и осужденных и др.).

На основании рассмотренных нами признаков общественных отношений представляется возможным сформулировать следующее понятие нормальной деятельности исправительных учреждений, исполняю-

щих уголовное наказание в виде лишения свободы, как объекта уголовно-правовой охраны: общественные отношения, складывающиеся в процессе деятельности исправительных учреждений, направленные на неукоснительное, основанное на нормах федерального и ведомственного законодательства выполнение всеми должностными лицами таких учреждений своих служебных обязанностей, связанных с реализацией установленного законом порядка исполнения и отбывания наказания в виде лишения свободы, обеспечивающего охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, привлечение к труду, обеспечение возможности получения общего и профессионального образования, реализацию их прав и законных интересов, обеспечение порядка и законности в учреждениях, обеспечение охраны здоровья и личной безопасности осужденных и персонала, долж-

ностных лиц и граждан, находящихся на территории учреждения.

Сформулированное нами определение общественных отношений, составляющих основу деятельности исправительных учреждений как объекта уголовно-правовой охраны, позволяет сделать вывод о самостоятельности такого объекта, его многогранности и общегосударственной значимости. Содержание уголовно-правовых норм, направленных на защиту указанных общественных отношений, и эффективность работы сотрудников правоохранительных органов по их применению, на наш взгляд, являются основой достижения целей наказания, создают атмосферу неотвратимости наказания при совершении преступлений в местах лишения свободы, а также способствуют обеспечению безопасности осужденных, сотрудников исправительных учреждений и уголовно-исполнительной системы и ее учреждений в целом.

| ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Отчет о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС, за 2010 г (форма 2-УИС, разд. 1).

2 См.: Отчет о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС, за 2011 г (форма 2-УИС, разд. 1).

3 См.: Отчет о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС, за 2012 г. (форма 2-УИС, разд. 1).

4 См.: Отчет о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС, за 2013 r. (форма 2-УИС, разд. 1).

5 См.: Доклад о результатах и основных направлениях деятельности Федеральной службы исполнения наказаний в 2014 г. М., 2015. С. 5.

6 См.: Отчет о состоянии преступности среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС, за 2014 г. (форма 2-УИС, разд. 1).

7 См., напр.: Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980. С. 19; Уголовное право России. Часть Общая: Учеб. для вузов / Под ред. Л.Л. Кругликова. М., 2005. С. 61.

8 См.: Костюк М.Ф. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с преступностью в исправительных учреждениях: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2000. С. 23.

9 См.: Уголовное право России. С. 61.

10 См.: Яковлев А.В. Факторы латентности преступлений, совершаемых в учреждениях уголовно-исполнительной системы России // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2007. № 6. С. 11-12.

11 В последние годы наблюдается тенденция роста количества лиц, содержащихся в исправительных колониях для взрослых, которые осуждены к лишению свободы два и более раз. По данным ФСИН России, в 2014 г. их число составляло 350 032 чел., или 63,5% от общего количества лиц, содержащихся в указанных учреждениях (в 2013 г -314 392 чел., или 56,1%, в 2012 г. - 362 748 чел., или 57,9%, в 2011 г - 336 735 чел., или 52,6%, в 2010 г. - 358 445 чел., или 51,6%) [Электронный ресурс]. URL: http://fsin.su/structure/ inspector/iao/statistika/Xar-ka%20lic%20sodergahixsya%20 v%20IK/ (дата обращения: 25.03.2015).

12 См., напр.: Курников В.А. Причины и условия искусственной латентности пенитенциарной преступности // Пробелы в российском законодательстве. 2011. № 2. С. 174-175; Уваров И.А. Латентизация пенитенциарной преступности в

1 Sm.: Otchet o sostojanii prestupnosti sredi lic, soderzhashhihsja v uchrezhdenijah UIS, za 2010 g. (forma 2-UIS, razd. 1).

2 Sm.: Otchet o sostojanii prestupnosti sredi lic, soderzhashhihsja v uchrezhdenijah UIS, za 2011 g. (forma 2-UIS, razd. 1).

3 Sm.: Otchet o sostojanii prestupnosti sredi lic, soderzhashhihsja v uchrezhdenijah UIS, za 2012 g. (forma 2-UIS, razd. 1).

4 Sm.: Otchet o sostojanii prestupnosti sredi lic, soderzhashhihsja v uchrezhdenijah UIS, za 2013 g. (forma 2-UIS, razd. 1).

5 Sm.: Doklad o rezul'tatah i osnovnyh napravlenijah dejatel'nosti Federal'noj sluzhby ispolnenija nakazanij v 2014 g. M., 2015. S. 5.

6 Sm.: Otchet o sostojanii prestupnosti sredi lic, soderzhashhihsja v uchrezhdenijah UIS, za 2014 g. (forma 2-UIS, razd. 1).

7 Sm., napr.: Korzhanskij N.I. Ob#ekt i predmet ugolovno-pravovoj ohrany. M., 1980. S. 19; Ugolovnoe pravo Rossii. Chast' Obshhaja: Ucheb. dlja vuzov / Pod red. L.L. Kruglikova. M., 2005. S. 61.

8 Sm.: Kostjuk M.F. Ugolovno-pravovye i kriminologicheskie problemy bor'by s prestupnost'ju v ispravitel'nyh uchrezhdenijah: Dis. ... d-ra jurid. nauk. M., 2000. S. 23.

9 Sm.: Ugolovnoe pravo Rossii. S. 61.

10 Sm.: Jakovlev A.V. Faktory latentnosti prestuplenij, sovershaemyh v uchrezhdenijah ugolovno-ispolnitel'noj sistemy Rossii // Ugolovno-ispolnitel'naja sistema: pravo, jekonomika, upravlenie. 2007. № 6. S. 11-12.

11 V poslednie gody nabljudaetsja tendencija rosta kolichestva lic, soderzhashhihsja v ispravitel'nyh kolonijah dlja vzroslyh, kotorye osuzhdeny k lisheniju svobody dva i bolee raz. Po dannym FSIN Rossii, v 2014 g. ih chislo sostavljalo 350 032 chel., ili 63,5% ot obshhego kolichestva lic, soderzhashhihsja v ukazannyh uchrezhdenijah (v 2013 g. - 314 392 chel., ili 56,1%, v 2012 g. -362 748 chel., ili 57,9%, v 2011 g. - 336 735 chel., ili 52,6%, v 2010 g. - 358 445 chel., ili 51,6%) [Jelektronnyj resurs]. URL: http://fsin.su/structure/inspector/iao/statistika/Xar-ka%20lic%20sodergahixsya%20v%20IK/ (data obrashhenija: 25.03.2015).

12 Sm., napr.: Kurnikov V.A. Prichiny i uslovija iskusstvennoj latentnosti penitenciarnoj prestupnosti // Probely v rossijskom zakonodatel'stve. 2011. № 2. S. 174-175; Uvarov I.A. Latentizacija penitenciarnoj prestupnosti v sisteme faktorov,

системе факторов, снижающих эффективность пенитенциарной профилактики // Уголовно-исполнительная система Российской Федерации в условиях модернизации: современное состояние и перспективы развития: Сб. докладов участников междунар. науч.-практ. конф. (Рязань, 22-23 ноября 2012 г): В 4 т. Рязань, 2013. Т. 2. С. 122-127; Яковлев А.В. Факторы латентности преступлений, совершаемых в учреждениях уголовно-исполнительной системы России. С. 11-12.

snizhajushhih jeffektivnost' penitenciarnoj profilaktiki // Ugolovno-ispolnitel'naja sistema Rossijskoj Federacii v uslovijah modernizacii: sovremennoe sostojanie i perspektivy razvitija: Sb. dokladov uchastnikov mezhdunar. nauch.-prakt. konf. (Rjazan', 22-23 nojabrja 2012 g.): V 4 t. Rjazan', 2013. T. 2. S. 122-127; Jakovlev A.V. Faktory latentnosti prestuplenij, sovershaemyh v uchrezhdenijah ugolovno-ispolnitel'noj sistemy Rossii. S. 11-12.