Медиаобраз страны (на материале "Российской газеты")

СОЦИАЛЬНЫЕ КОММУНИКАЦИИ

УДК811.161.1

Т.А. Чернышева

МЕДИАОБРАЗ СТРАНЫ

Т. A. Chernysheva

THE COUNTRY'S MEDIAIMAGE

Эта статья посвящена масштабным представителям медиасообщества не в коммерческом проявлении, а скорее, в объеме стоящих за образом черт, особенностей, параметров - странам. Каждая страна так или иначе становится представителем медиасообщества. Однако кроме внутренних СМИ, в рамках которых особенности менталитета, политические, религиозные и все другие традиции являются моментом конвенциональным, интегрирующим, страны проявляют себя и в медиа других государств.

СМИ, журналистика, анализ содержания, ценности, Сербия, Россия.

The paper looks at major representatives of media community not from the commercial point of view but in the aspect of the country's image characteristics, particularities and parameters. Each country becomes a media community representative one way or another. Countries conventionally and integrally express peculiarities of mentality, political, religious and other traditions not only in internal mass media, but also in other countries' mass media.

Mass media, journalism, content analysis, values, Serbia, Russia.

Коммуникация XXI века - коммуникация принципиально медиатизированная. Повсеместное распространение масс-медиа и усиление их влияния на все жизненное пространство отразилось и на том, что между собственно социальным миром и его образом как в сознании индивида, так и в сознании общества сегодня есть еще одно информационное образование: образ социального мира, формируемый системой СМИ, - медиаобраз.

Понятие «медиаобраз», хотя оно и употребляется в журналистской практике, терминологического статуса не имеет. Понятие «медиаобраз страны» обозначает то суммарное представление о стране, которое создается средствами массовой информации в результате отражения в журналистских материалах тех или иных ее черт, тех или иных сторон ее жизни [3]. Это

представление выступает в качестве этапа формирования в общественном сознании целостного образа страны, который создается усилиями разных субъектов духовного творчества. Вместе с тем медиаобраз является частью такого целостного образа, существующей документирование, в виде текстов СМИ, а потому обладающей известной автономностью и поддающейся исследованию [2].

В нашей статье предпринимается попытка определить структуру образа Сербии с точки зрения «Российской газеты». Тем самым возникает возможность обратиться к опосредованной диалогической коммуникации, которая в прагматическом аспекте определяется согласованием ценностных систем [9]. Таким образом, становится вероятной и бесспорной ситуация корреляции ценностных диалогов двух стран как

условие взаимодействия.

Материалом исследования послужили тексты «Российской газеты», которая учреждена Правительством Российской Федерации в ноябре 1990 г. и является официальным изданием, имеющим статус официального публикатора государственных документов. Тираж газеты составляет более 400 тысяч экземпляров, имеется более 40 региональных представительств в России и 14 в СНГ, 18 корреспондентских пунктов за рубежом.

Нами были проанализированы публикации за 2008 - 2009 годы, содержащие упоминания о Сербии. В общую совокупность (227 текстов) вошли как тексты, размещенные только на сайте «Российской газеты» (чаще всего небольшие новостные заметки), так и тексты, напечатанные в газете.

Методом исследования стал коммуникативно-прагматический анализ текстов в рамках институционального медийного дискурса [5]. Анализ производится последовательно по каждому из параметров с использованием компонентов институционального дискурса, предложенных В.И. Караси-ком [4]. Системообразующие элементы восстанавливаются на основании открывающейся в ходе анализа структуры.

Ценности дискурса. Обратим внимание на концепт государства, поскольку массовый адресат, у которого и формируют медиаобраз, связан с ценностными позициями и конвенциональными стереотипами общества, в котором адресат функционирует [1]. Государство воспринимается россиянами единственной инстанцией, ответственной за все, что происходит в стране. Граждане требуют от государства защиты, безопасности, наведения порядка в стране, «сплочения народа», хотя вопрос безопасности на деле предпочитают не оставлять государству (уровень доверия правоохранительным и иным контролирующим органам крайне низок) [9].

Именно этому массовому российскому читателю адресованы материалы «Российской газеты». Тогда становится очевидным выстраивание конструкции образа Сербии, основывающееся на государственности, определенной целостности государственного порядка. Отвечать за все действия должно государство, поэтому все политические действия обретают в глазах российского читателя почти сакральный смысл.

Цели дискурса. «Коммуникативное задание» [2] (речевая интенция, целеполагание) в отношении концепта «Сербия» в «Российской газете» связано с воспроизведением отношения. Отношения между как минимум тремя позициями: Сербия, Россия и Запад (в сущности, США, частично ЕС). Модальность в исследуемых материалах чаще связана с реализацией информационной функции, пусть и не в чистом виде. Явно считывается превалирование информационных, событийных материалов. Их гораздо больше, чем комментарийных, аналитических или интервью, которые характеризуются аналитичностью и актуализируют диалог-обмен мнениями.

Информационный блок текстов определяет актуализацию целей, формирует повестку дня: большое количество информационных сообщений о ходе выборов в Сербии, об отсоединении Косово от Сербии, регистрация реакций Сербии на сложившуюся ситуацию, официальных реакций России (чаще всего посредством цитирования Сергея Лаврова и других официальных лиц. «При обсуждении проблематики Косово российская сторона подтвердила неизменность нашей позиции, которая предполагает поддержку урегулирования этой проблемы в соответствии с резолюцией 1244 Совета безопасности. И также неизменна наша поддержка линии Сербии на отстаивание суверенитета и территориальной целостности своей стороны», - сказал Лавров». РГ, 20. 02. 2009).

Естественно, что отображение деятельности других стран осмысляется, прежде всего, в действенном аспекте, поэтому ничего странного в таком жанровом распределении нет. Аналитический блок представлен ярко выраженным отношением, которое связано и с предъявляемыми стратегиями, и с оценочным полем текстов.1

Важным моментом становится человеческий фактор. Аналитические статьи и комментарии

1 Речевая маска такого дискурса сложна: авторитарная риторика императивного, монологизированного слова и слова диалогизированного, обусловленного наличием у говорящего убеждения, поскольку он (субъект) «стремится к однозначности и, прежде всего, к ценностной однозначности» (см., к примеру: Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975), к его ценностно-смысловой позиции в мире.

представлены авторскими материалами и обладают серьезным оценочным потенциалом, в то время как тексты информирующие в большей степени связаны с материалами от информационных агентств, где оценочная модальность представлена куда меньше. Интервью интересны в большей степени с позиций диалогизации, т.е. с точки зрения участников диалога (см. Участники дискурса) [10].

Хронотоп дискурса. Хронотоп дискурса связан, в первую очередь, с типичным местом-временем потребления субъектно-объектной базы дискурса, однако для нашего исследования внимание к типичным моментам потребления газет в России оказывается излишним.

Хронотоп также связан с представленностью в пространственно-временном отношении исследуемого образа. Отметим, что временные рамки нами искусственно ограничены полем исследования, однако пространственное расположение определяется очевидно и четко.

Пространственно Сербия предстает как страна, связанная с Россией, Европой и США, по частотности совместных употреблений. Тем самым Сербия оказывается связанной пространственно с Россией (как своего рода оппозиция западной идеологии, более того, в рамках газового вопроса - «южный поток» - связанная экономически и политически) и одновременно с прозападными силами.

Второй акцент определяется политическим и фиксируемым пространственным отделением части Сербии - Косово. Большое количество текстов, характеризующих положение Сербии в мировом контексте, содержат упоминания о Косово. Как уже говорилось, упоминания косовского вопроса с российской стороны встречаются в нейтральном варианте значительно реже, чем в негативном.

Участники дискурса. Конвенционально участники масс-медийного дискурса представлены авторами газетных материалов и массовым адресатом.

Рецептивная компетенция читателя «Российской газеты» - это компетенция взаимопонимания носителей различного жизненного опыта, чаще их «свободного согласия», за которым обнаруживается «преодолеваемая даль и сближение (но не слияние)» [1, с. 364].

С точки зрения авторов - участников дискурса, - мы имеем дело с разными авторскими тра-

екториями. Часть текстов представлена как авторские размышления, часть анонимна: фактура взята из сообщений информагентств (РИА Новости, Эхо Москвы, ИТАР-ТАСС). Однако и те и другие тексты объединены общей концепцией газеты как официального органа, что позволяет читателю (и исследователю) воспринимать всю совокупность сообщений как предъявление официальной позиции страны. Таким образом, субъект речи одновременно связан с индивидуальным, корпоративным и государственным авторством.

В качестве индивидуальных авторов в основном выступают постоянные корреспонденты и обозреватели «Российской газеты», чаще всего связанные с Сербией напрямую - работающие в Сербии и близких странах: Владимир Белоусов (Сараево -Белград - Приштина), Сергей Жарких (Тирана -Белград - Приштина), Максим Макарычев (Белград). Эти материалы особенно оценочны и экспрессивны и составляют эмоциональное поле восприятия Сербии.

Материал. Лежащая на поверхности, в первую очередь для массового читателя, структурная составляющая медиаобраза любой страны в «неродных» СМИ - это тематика. Сербия представлена в большей мере с точки зрения внешней политики, в отношениях с другими странами (138 из 227 публикаций). Даже когда речь идет о внутренней политике (выборы президента, формирование правящей коалиции и нового правительства), то очевидна приоритетность мирового положения Сербии перед ее внутренней организацией. Естественно, что это связано и с процессами глобализации, однако очевидно и то, что формирование образа Сербии в «Российской газете» не в последнюю очередь определяется столкновением прозападной и националистической идеологий внутри Сербии.

По большому счету, остальные «смыслы» определяются именно наличием и противопоставлением этих идеологий: стремлением в ЕС или стремлением к сохранению целостности страны. Поэтому своего рода иллюстрацией, которая оказывается «разменной монетой» двух идеологий, становится Косово {«На этот раз от итогов голосования зависит, будут сербы и далее сближаться с Евросоюзом, смирившись с

потерей Косово, или продолжат отстаивать свое право на исконно сербские территории»). И в отношениях с соседями, и в отношениях с западными силами, и в отношениях с Россией.

Отношения России и Сербии - одна из основ формирования медиаобраза в российских масс-медиа - представлены как имплицитно, в виде оценочных суждений, экспрессивных высказываний и других средств, определяющих модальность, так и эксплицитно. Эти отношения развиваются в рамках все той же оппозиции прозападных и националистических сил.

Таким образом, Сербия тематически предстает как государство, предъявляющее себя на мировом фоне, более того, государство, которое стало прецедентом («.. .косовский прецедент не приведет к одномоментному развалу Организации Объединенных Наций. Но, безусловно, оставит жирные пятна на ее репутации главного мирового арбитра. И они, к сожалению, будут далеко не первыми». РГ, 20. 02. 2008).

Сербия «стягивает» прошлое, настоящее и будущее. Косовский вопрос становится вопросом разрушения 300-летнего вестфальского мира, в настоящем разворачивается политическая с «легкой примесью экономики» борьба серьезных противников, которая затрагивает практически всех. Будущим оказывается возвращение к косовскому вопросу, к примеру, в рамках осетинской кампании или в других вариантах.

Стратегии. Традиционно интерес представляют стратегии позитивной саморепрезентации и негативного представления «другого». Так работает оппозиция «свой-чужой» [11]. Однако медиаобраз Сербии встраивается в эту оппозицию иначе - частями: прозападные силы в Сербии воспринимаются РГ как «чужое», оппозиционные западным веяниям настроения становятся «своим». Таким образом, стандартизированная, проверенная временем оппозиция видоизменяется под влияниям внутреннего раскола в субъекте восприятия и отражения. Более того, наблюдаются не только политические, но и иные включения в общий контекст России и Сербии - духовного порядка («Корреспондент РГ путешествовал по святой и многострадальной балканской земле». РГ. 30. 12. 2008;

«Откликаясь на призыв Генерального директора ЮНЕСКО Коисиро Мацууры к международному сообществу, руководство России приняло решение об участии нашей страны в восстановлении православных святынь в Косово». РГ, 8. 05. 2008).

Не менее интересной представляется стратегия конструирования будущего, будущих политических событий и решений. Это касается прогнозов и относительно положения в Косово, и выборов президента Сербии, и выборов парламента, как видим, всегда с участием третьих сторон (России или прозападных сил).

В целом стратегию предъявления образа Сербии можно обозначить как аргументирующую.

Прецедентные (культурогенные) тексты. Прецедентные феномены как нарушающие герметичность текста [11], включая его в широкий социально-культурный дискурс, дают возможность гомогенизации медиаобраза в чуждых ему масс-медийных условиях. Востребованность прецедентных феноменов объясняется их способностью хранить в свернутом виде достаточно большой объем информации, глубина которой определяется когнитивной базой как автора, так и читателя. Повсеместное и оценочное использование прецедентных феноменов при формировании медиаобраза Сербии связано с феноменами сверхличностного, но чаще русского характера, включением феноменов, определяющих русскую когнитивную базу.

Специфика медиаобраза Сербии в «Российской газете». Цели, ценности, хронотоп, материал дискурса, в рамках которого формируется медиаобраз Сербии, определяется через идеологическое противостояние. Отличительной чертой медиаобраза Сербии, представленного в «Российской газете», становится столкновение идеологий, которые связаны с внутриполитическими характеристиками, которые не просто распространяются, они организуют внешнее политическое предъявление страны. Медиаобраз Сербии в «Российской газете» связывается в первую очередь с политическим участием Сербии в мировом политическом пространстве.

Событийный ряд часто оказывается поддер-

жан косовским вопросом, это предопределяет оценочный пласт российской стороны. Идеологически-оценочная направленность в текстах «Российской газеты» намеренно «сдвинута» в сторону оценочной составляющей, поскольку общая идеологическая (оперативная) направленность рассматриваемых газетных материалов характеризуется как взвешенно-центрист-ская и представляет собой конвенцию, на фоне которой развертываются оценки. Естественным оказывается разделение оценок на негативные (по отношению к прозападным силам) и положительные (по отношению к национальным партиям и сербскому населению).

Примечательно, что Сербия как медиаобраз характеризуется участием, участием с российской стороны. Хотя явно преобладает информационный жанр при обращении к образу Сербии и, соответственно, преобладает информационная функция и рациональное аргументирование, но введение оценочных и прецедентных элементов свидетельствует об эмоциональной зоне сближения.

Эмоциональная зона не в последнюю очередь связана с авторскими текстами, чаще аналитическими, где доказательная линия подкрепляется экспансивным личным авторским участием.

Медиаобраз Сербии оказывается практически монолитным в рамках дискурса «Российской газеты», образующим внешнее поле деятельности страны, при этом эмоционально подкрепленным.

Список литературы

1. Бахтин, М.М. Вопросы литературы и эстетики / М.М. Бахтин. - М„ 1975. - С. 364.

2. Богдан, E.H. Медиаобраз России как средство консолидации общества: структурно-функциональные характеристики: автореф. дис. ... / E.H. Богдан. - URL: http: // www.mediascope.ru/node/199

3. Брандес, М.П. Стилистика текста: теоретический курс (на материале немецкого языка) / М.П. Брандес. - М., 2004.

4. Гудков, Д.Б. Межкультурная коммуникация: проблемы обучения: лекционный курс для студентов РКИ / Д.Б. Гудков. - М„ 2000.

5. Карасик, В.И. О типах дискурса / В.И. Карасик // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. - Волгоград: Перемена, 2000. - С. 5 -20.

6. Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса: сб. - М., 1999.

7. Клюев, Е.В. Речевая коммуникация / Е.В. Клюев. -М., 1998.

8. Матвеева, Т.В. Функциональные стили в аспекте текстовых категорий. Синхронно-сопоставительный очерк / Т.В. Матвеева. - Свердловск, 1990.

9. Парахонский, Б.А. Язык культуры и генезис сознания (ценностно-коммуникативный аспект) / Б.А. Парахонский. -Киев, 1988.

10. Салмина, J1.M. Интерпретация в процессе массовой коммуникации / JI.M. Салмина // Журналистика Поволжья: XXI век. - Казань, 2002.

11. Смулаковская, P.JI. Роль прецедентных феноменов и языковой игры в реализации текстовых категорий (на материале одностиший) / Р.Л. Смулаковская // Языковая игра. Онтогенез речевой деятельности. Дискурсивная презентация языковой личности: материалы Междунар. конференции «Язык. Система. Личность». - Екатеринбург, 2004.

12. Флад, К. Политический миф / К. Флад. - М., 2004.

13. Христова, H.A. Нарушение языковой нормы в текстах СМИ: влияние на познавательные структуры индивида: автореф. дис. ... канд. филол. наук / H.A. Христова. -Тверь, 2006.

14. Scarbrough, Е. Political ideology and Voting. An Ex-plotaiy Study / E. Scarbrough. - Oxford: Clarendon Press. 1989.

Чернышева Татьяна Александровна - кандидат филологических наук, доцент кафедры связей с общественностью и журналистики Гуманитарного института Череповецкого государственного университета. Тел.: 8 (8202) 51-74-24; 8-909-595-78-78.

Chernysheva, Tatyana Alexandrovna - Candidate of Science (Philology), Department of Public Relations and Journalism, Institute of Humanities, Chererpovets State University. Tel.: 8 (8202) 51-74-24; 8-909-595-78-78.