Конституционные принципы в системе правовых принципов регулирования компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения террористического акта

УДК 343.326

КОНСТИТУЦИОННЫЕ ПРИНЦИПЫ В СИСТЕМЕ ПРАВОВЫХ ПРИНЦИПОВ РЕГУЛИРОВАНИЯ КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО В РЕЗУЛЬТАТЕ СОВЕРШЕНИЯ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО АКТА

А. К. СиСЭКЬЯН старший юрисконсульт МУ «Комитет по образованию админи-

страции города Троицка», соискатель кафедры конституционного и административного права Южно-Уральского государственного университета

Проведен правовой анализ основополагающих конституционных принципов, определяющих основы субинститута компенсации морального вреда, причиненного вследствие совершения террористического акта, рассмотрены их влияние и роль.

Ключевые слова: конституционные принципы, компенсация морального вреда, террористический акт, государственные гаран-

тии.

Нормы о компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения террористического акта, объединены в самостоятельный межотраслевой институт, объединяющий нормы конституционного, уголовного, гражданского, уголовно-процессуального и гражданско-процессуального законодательства, а также специального законодательства о противодействии терроризму. Поэтому система принципов данного института весьма специфична. Учитывая тот факт, что нормы о компенсации морального вреда, причиненного в результате террористического акта, составляют самостоятельный межотраслевой частно-публичный правовой институт, его принципы формируются под воздействием многих факторов.

Во-первых, система институциональных принципов формируется под воздействием норм международного права в данной сфере.

Во-вторых, состав и содержание институциональных принципов обусловлены принципами более высокого уровня - общеправовыми и конституционными. Кроме того, серьезное влияние оказывают и принципы института компенсации морального вреда.

И, в-третьих, ключевую роль играет юридическая наука, выявляющая и формулирующая указанные принципы на основе анализа гражданского, уголовного, процессуального законодательства, а также специальных нормативных правовых актов, направленных на противодействие терроризму.

Компенсация вреда, в том числе морального, причиненного в результате совершения террористического акта, нашла отражение в

ряде международных документов. Весьма значительным является решение XI Конгресса Международной ассоциации уголовного права, где сформулированы общие начала и исходные положения компенсации морального вреда жертвам террористических актов. Данное решение излагает общие рекомендации, способствующие укреплению национального института компенсации морального вреда, причиненного вследствие совершения террористического акта. К таковым относятся:

1) «возложение обязанностей на виновного по возмещению убытков как предпосылка условного прекращения уголовного преследования или условного прекращения исполнения приговора (с учетом материального положения обвиняемого);

2) учет полного или частичного возмещения вреда при определении меры наказания»1.

Существенно и рассмотрение интересующего нас вопроса на V Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Женева, 1-12 сентября 1975 г.). В заключительном документе данного Конгресса указывалось следующее: «...символическое возмещение ущерба вряд ли сможет хотя бы частично компенсировать боль и страдания, перенесенные потерпевшими и их семьями, в особенности при отсутствии сочувствия и заботы со стороны общества»2.

Одним из основополагающих документов в области международной защиты прав и свобод человека, в частности защиты прав потерпевших, является Декларация основных

принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, принятая 29 ноября 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН.

В соответствии с нормами Европейской конвенции о возмещении вреда жертвам насильственных преступлений (заключена 24 ноября 1983 г.)3, носящей общий характер и действующей в совокупности с другими международными нормами-принципами, согласно которым обеспечиваются общепризнанные права и свободы, в тех случаях, когда возмещение ущерба не может быть обеспечено из других источников, государство должно взять на себя эту обязанность (ст. 2), определяя необходимые лимиты, условия и механизм его выплаты (ст. 2-9).

Особое место в рассматриваемой нами системе определено для конституционных принципов. Считаем, что при регулировании отношений, традиционно не входящих в предмет конституционного права, нормы Конституции РФ играют связующую роль между общеправовыми принципами и принципами отдельной отрасли, института. Безусловно, в том виде, в каком конституционные принципы сформулированы в основном законе страны, они являются базисом формирования собственно отраслевых (институциональных) правовых принципов.

Одним из основополагающих конституционных принципов, определяющих основу компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения террористического акта, является принцип равенства граждан перед законом и судом. При этом государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от социальных и физиологических особенностей человека (ст. 19).

Важнейшим достижением Конституции РФ 1993 года является указание в ней в качестве основополагающих прав человека нематериальных благ (право на жизнь (ст. 20), достоинство (ст. 21), свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23), охрану здоровья (ст. 41) и др.). Указанный факт дает основание законодателю отграничивать имущественный ущерб и неимущественный вред, который может быть причинен гражданину. Фактически данное обстоятельство является отправной точкой формирова-

ния института морального вреда в российском праве.

Кроме того, закрепляя различные нематериальные блага как объекты конституционно-правовой защиты и гарантии права частной собственности (ст. 35), Конституция РФ дает основание разделять моральный вред, причиненный в результате нарушения неимущественных прав гражданина, и моральный вред, возникший при посягательстве на его имущественные права, что имеет принципиальное значение для компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения террористического акта.

Следующим конституционным принципом, составляющим основу правового регулирования компенсации морального вреда, является право на защиту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом, в том числе в судебном порядке (ст. 45 и 46 Конституции РФ). При этом конституционное право на судебную защиту необходимо понимать в смысле, который ему придает ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Право на справедливое судебное разбирательство означает не только соблюдение сроков и иных формальных требований к рассмотрению дела, но и компетентность, объективность и беспристрастность судей, рассматривающих спор. Отвечая на жалобу российских граждан, пострадавших от теракта на Дубровке, Европейский Суд указывает на обстоятельства, которые будут исследованы при анализе нарушения российским судом ст. 6 Конвенции. В частности, к таковым относится отказ исследования некоторых обстоятельств, на которые ссылались истцы (например, действия властей во время штурма и причины смерти заложников), неравноправное положение истцов и ответчиков, предвзятое отношение суда к истцам, зависимость суда от московских властей (получение судьями доплат к заработной плате от Правительства Москвы)4. Таким образом, право на справедливое судебное разбирательство рассматривается Европейским Судом всесторонне и глубоко не только с позиции процессуального, но и материального права.

В качестве самостоятельного конституционного принципа следует признать государственную гарантированность реализации гражданами прав и свобод, в том числе права на возмещение вреда, причиненного преступлением, включая компенсацию морального вреда. Государство гарантирует равенство

прав и свобод человека и гражданина (ч. 2 ст. 19 Конституции РФ), защиту прав и свобод человека и гражданина в РФ (ч. 1 ст. 45 Конституции РФ), а также обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции РФ).

Безусловно, данный принцип нельзя рассматривать в отрыве от других конституционных установок, в частности принципов равноправия и справедливости. Ни одно установленное Конституцией РФ и гарантированное государством право не может иметь приоритет над другими правами. Данное положение должно выражаться в равных возможностях компенсации морального вреда во всех случаях причинения морального вреда и в одинаковом отношении суда к степени нравственных страданий.

Формулировки конституционных положений недвусмысленно дают понять, что возложенные на Российскую Федерацию обязательства по обеспечению реализации и охраны конституционных прав предполагают не только необходимость разрабатывать и осуществлять ряд мероприятий, гарантирующих условия, при которых исключалась бы всякая опасность для жизни людей, и предотвращалось бы причинение вреда здоровью, но и необходимость принимать меры к компенсации морального вреда, причиненного жизни и здоровью, в частности в результате террористических актов. Как правило, террористический акт есть реакция ответственных за его совершение лиц на внешнюю деятельность государства, участие его в международной политике. Как указано в докладе Рабочей группы по разработке политики по вопросу ООН в связи с терроризмом (6 августа 2002 г.), в современных условиях терроризм используется как стратегия (п. 11) и в большинстве случаев по существу представляет собой политический акт (п. 13)5. Следовательно, государство должно реагировать на причинение вреда правоохраняемым ценностям своих граждан.

У казанный конституционный принцип реализуется таким образом, что государство обязано взять на себя обязанность компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения террористического акта. Государство «в данном случае берет на себя компенсацию причиненного вреда как орган, действующий в публичных интересах, преследующий цели поддержания социальных

связей, сохранения социума. Организуя систему компенсаций, государство выступает не как причинитель вреда (что требовало бы полного возмещения причиненного вреда) и не как должник по деликтному обязательству, а как публичный орган, выражающий общие интересы, и как распорядитель бюджета, создаваемого и расходуемого в общих интересах»6. Принцип вытекает из ст. 18, 52 и 55 Конституции РФ и должен соответствовать основным законоположениям международных нормативных актов, принятых в данной сфере.

Не стоит забывать и о том, что вопрос компенсации морального вреда, причиненного вследствие террористического акта, специфичен еще и потому, что государство как одна из сторон данных правоотношений является субъектом, обладающим публичной властью. Следовательно, механизм реализации компенсационных выплат должен рассматриваться не только через призму гражданско-правового аспекта, но и в сфере публичного права. Примерно так, как это было при осуществлении компенсационных выплат пострадавшим вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, за исключением того обстоятельства, что в компенсации морального вреда пострадавшим было отказано. В связи с этим интересным представляется нам Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Н. В. Вит-рука: «Юридически некорректной является и ссылка на гарантированную стабильность основного права каждого на возмещение ущерба, которая якобы «не должна быть меньшей по своему уровню, чем в сфере других правоотношений, складывающихся на основе норм отраслевого законодательства, как не допускается во всяком случае снижение установленного объема и размера возмещаемого вреда в гражданско-правовом порядке». Действительно, такой подход правомерен в гражданском праве, ибо объем ущерба и его возмещения устанавливается на основе норм гражданского права в индивидуальном порядке, в каждом отдельном случае, в то время как в конституционно-правовом порядке объем ущерба и его возмещения устанавливается всеобщим

7

методом, на основе специального закона .

Вывод о том, что государство гарантирует возмещение вреда, в том числе морального, заставляет нас сделать предложение об изменении ст. 52 Конституции РФ: слово «ущерба» заменить словом «вреда», поскольку понятие ущерба с позиции теории гражданского

права носит более узкий характер и не включает понятие морального вреда. Таким образом, норма ст. 52 должна звучать следующим образом: «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда».

Учитывая сложный порядок пересмотра Конституции РФ, Конституционный Суд РФ, по нашему мнению, может решить данный вопрос посредством толкования Конституции.

Таким образом, можно сформулировать следующие конституционные принципы компенсации морального вреда, причиненного вследствие совершения террористического акта:

• государственные гарантии равенства прав и свобод человека и гражданина;

• конституционно-правовая защита имущественных и неимущественных прав граждан;

• право на защиту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом, в том числе в судебном порядке;

• государственные гарантии возмещения вреда, причиненного преступлением.

В юридической науке выделяются следующие принципы компенсации морального вреда8.

1. Принцип возмещения морального вреда, под которым понимается признание и закрепление государством возможности лица на

9

возмещение причиненного морального вреда .

2. Принцип равного права на компенсацию морального вреда, безусловно, является важнейшим и называется многими авторами. Данный принцип напрямую вытекает из конституционного принципа равноправия, закрепленного в ст. 6 и 19 Конституции РФ. Такое равенство, по мнению Г. X. Шафиковой, будет заключаться «не только в равной возможности граждан получить компенсацию, но и в одинаково справедливом и разумном решении суда в отношении размера компенсации морального вреда при схожих обстоятельствах»10. Таким образом, с одной стороны, данный принцип является базовым и определяет содержание других принципов - презумпции морального вреда, разумности и справедливости. С другой стороны, данный принцип является общеправовым. Его содержание применительно к институту компенсации морального вреда тождественно конституционно-

правовому смыслу, содержащемуся в ст. 19 Конституции РФ.

3. Презумпция морального вреда. В самом общем виде данный принцип означает, что физическое лицо, право которого нарушено в результате противоправного деяния, считается претерпевшим моральный вред, если не будет доказано обратное. Данный принцип не закреплен ни в одном нормативном акте, регулирующем компенсацию морального вреда, однако даже без закрепления указанной презумпции в нормах права можно констатировать, что она уже сформировалась как фактическая презумпция, «т.е. законодательно она не закреплена, но в сознании достаточно большой группы людей, в том числе и судей, эта презумпция заняла надежное место»11.

Мы считаем, что презумпция морального вреда способствует реализации принципов равноправия и справедливости. Фактически презюмируемый моральный вред отражает общественную оценку деяния12.

Презумпция настолько очевидна, насколько общественно опасно противоправное деяние. Потому законодательное установление презумпции морального вреда, причиненного преступлением, в том числе террористическим актом, является справедливым и целесообразным.

4. Принцип альтернативного порядка компенсации морального вреда, под которым понимается возможность компенсации не только в судебном порядке, как это закреплено в ст. 151 Гражданского кодекса РФ, но и во внесудебном. Такой порядок, например, предусмотрен ст. 237 Трудового кодекса РФ. Возможность добровольной компенсации морального вреда никогда не отрицалась в юридической науке. Однако очевидно, что размер компенсации в случае отсутствия соглашения между причинителем вреда и потерпевшим правомочен определить только суд. В частности, Е. В. Веретенникова, напротив, настаивает на выделении принципа «правосудия, заключающегося в гарантиях защиты субъективных прав человека в судебном порядке. Данный принцип является конституционным и гласит о праве каждого на судебную защиту и означает то, что любое лицо может подать заявление о нарушении его прав и свобод в соответствующий суд, а последний обязан ее принять, рассмотреть по существу и вынести законное и обоснованное решение»13.

5. Независимость компенсации морального вреда от подлежащего возмещению иму-

щественного вреда. Данный принцип закреп лен в ч. 3 ст. 1099 ГК РФ и не вызывает разночтений в его понимании.

Полагаем, что принцип отграничения компенсации морального вреда от возмещения имущественного вреда должен пониматься широко. Компенсация морального вреда должна быть отграничена и от возмещения вреда, причиненного неимущественным правам гражданина, в том числе его нематериальным благам, имеющим материальное выражение. Моральный вред в этом смысле является лишь элементом всей совокупности причиненного гражданину вреда. Например, практика применения Федерального закона «О противодействии терроризму» разделяет возмещение вреда, причиненного здоровью потерпевшего от террористического акта, и собственно компенсацию морального вреда. Зачастую суд подменяет компенсацию морального вреда возмещением вреда, причиненного здоровью, выраженным в дополнительных материальных расходах потерпевшего на лечение и восстановление здоровья. Стоит согласиться с А. М. Эрделевским в том, что материальное возмещение вреда здоровью есть не что иное, как возмещение имущест-

14

венного вреда .

6. Сочетание принципов разумности и справедливости. Принцип справедливости, безусловно, имеет особенное содержание при компенсации морального вреда, напрямую вытекает из конституционного принципа справедливости, о котором мы говорили выше.

Понятие разумности «неразрывно связано с понятием «разум», которое является способностью человека к осмыслению и пониманию, что свидетельствует о необходимости адекватного восприятия судьей всех составляющих поведения субъектов правоотношения, связанного с требованием о компенсации

15

морального вреда» .

Как считает Е. П. Редько, «используя в п. 2 ст. 1101 ГК РФ оценочные категории «разумность» и «справедливость», законодатель тем самым предоставляет суду право принимать решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения. Следовательно, требование разумности и справедливости должно рассматриваться как обращенное к суду требование о соблюдении разумных и справедливых соотношений присуждаемых по разным делам размеров компенсации морального вреда»16.

Таким образом, «требования разумности и справедливости предполагают определение такого размера компенсации морального вреда, который будет соразмерен тяжести перенесенных страданий с учетом всех обстоятельств, при которых был причинен вред»17.

7. Принцип компенсации морального вреда в денежной форме выделяется многими авторами. Однако считаем, что форма компенсации не имеет принципиальное значение. Принципиальным является именно материальная компенсация морального вреда, которая может быть осуществлена и в натуральной форме. При этом очевидно, что натуральная форма компенсации морального вреда может применяться лишь в некоторых сферах, например, при защите прав потребителей, при нарушении трудовых прав18, тогда как компенсация морального вреда, вызванного преступлением, должна осуществляться лишь в денежной форме.

8. Принцип диспозитивности. Диспози-тивность понимается как возможность лица по своему усмотрению самостоятельно располагать субъективными правами. Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законом, обратиться непосредственно к причинителю вреда, в суд за компенсацией морального вреда, а вправе отказаться от использования данного субъективного права. «Принцип диспозитивности в институте компенсации морального вреда определяет право выбора между заявлением требований о компенсации морального вреда или пассивной позицией потерпевшего»19. Представляется, что данный принцип нужно рассматривать шире, включив в него возможность компенсации морального вреда во внесудебном порядке.

1 Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. «Защита прав жертв террористических актов и иных преступлений» 20 марта 2003 і'. // ХЖЬ: www.ombudsman.gov.ru.

2 иИЬ: www.pravoteka.ru.

3 Данный документ не ратифицирован Российской Федерацией.

4 С полным текстом ответа и другими материалами, связанными с рассмотрением в Европейском Суде по правам человека жалобы пострадавших от теракта на Дубровке, можно ознакомиться на сайте ХЖЬ: http://www.trunov.com/content.php?act=showcat&id=11.

5 Определение Конституционного Суда РФ от 19 февра-

ля 2009 г. № 137-0-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Э. Д. Бзаровой, Э. Л. Кесаевой, В. А. Назарова и Э. Л. Тагаевой на нарушение их конституционных прав положением п. 2 ст. 14 ФЗ «О борьбе с терроризмом» // Дайджест официальных материалов и публикаций периодической печати. Конституционное правосудие в странах СНГ и Балтии. 2009. № 23. URL:_www.nbuv.gov.ua/nyub/digest/2009-23.

0 Определение Конституционного Суда РФ от 18 января 2005 1'. № 131-0 «По запросу Волгоградского гарнизонного военного суда о проверке конституционности ч. 8 ст. 42 У11К РФ» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. №3. ’ ’

7 Постановление Конституционного Суда РФ от 1 декабря 1997 1'. № 18-11 «По делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 1 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС». Особое мнение судьи Конституционного Суда РФ Н. В. Витрука // Конституционный Суд России. Справочник. М., 1997.

8 На наш взгляд, система принципов института морального вреда, предложенная Г. X. Шафиковой, является наиболее актуальной.

9 См.: Шафикова Г. X. Компенсация морального вреда, причиненного работнику: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2000. С. 63.

10 Там же. С. 64.

11 Соломенна Е. Распределение бремени доказывания по делам о компенсации морального вреда // Арбитражный и гражданский процесс. 2008. № 8.

12 Богданов О. В. Критерии определения размера компенсации морального вреда // Юрист. 2008. № 4. С. 25.

13 Веретенникова Е. В. Принципы компенсации морального вреда, причиненного незаконными деяниями сотрудников правоохранительных органов в уголовном судопроизводстве России. URL: http://www.yurclub.ru/ docs/pra vo/0603/12 .html.

14 Эрделевский A. М. Моральный вред и компенсация за

страдания: научно-практическое пособие. URL:

http : //www.ex-j ure.ru/l aw/ news.php?newsid=408.

15 Колотева В. Г. Применение законодательства о компенсации морального вреда в российской судебной практике. Проблемы определения размера компенсации моральног о вреда // СПС «КонсультантПлюс».

10 Редько Е. 11. К вопросу об определении размера компенсации морального вреда // Юрист. 2008. № 10.

17 Там же.

18 См.: Шафикова Г. X. Указ. соч. С. 72.

19 Там же. С. 72-73.

Статья постутта в редакцию 17 мая 2011 г.