Имплицитное отражение лживого человека в сознании учащихся разного возраста

УДК 370.153

ББК Ю 983.402

А.В. Комарова

г. Санкт-Петербург

Имплицитное отражение лживого человека в сознании учащихся разного возраста

В статье представлен анализ результатов эмпирического исследования структуры и содержания образа лживого человека в сознании учащихся разного возраста в зависимости от гендерных особенностей и в сравнении Я-образами и образом правдивого человека. Показано, что образы лживого и правдивого человека в сознании школьников и студентов отличаются от их Я-образов за счет уменьшения в структуре деятельностных, конвенциональных, телесных характеристик и увеличения социальных.

Ключевые слова: образ лживого человека; я-образ; гендерные особенности; школьники; студенты.

A.V. Komarova

St.-Petersburg

Implicit reflection of the deceitful person in different age pupils’ consciousness

The article presents empirical research results of the structure and the content of a deceitful person image in different age pupils' consciousness depending on gender peculiarities and in comparison with I-images and a truthful person image. It is shown, that deceitful and truthful person images in pupils' and students' consciousness differ from their I-images due to active, conventional, corporal characteristics decrease and social characteristics increase.

Key words: deceitful person image, I-image, gender peculiarities, pupils, students.

В современном обществе наблюдаются противоречия между декларируемыми в педагогической практике и проявляемыми в реальном взаимодействии нравственными ценностями. Не случайно именно в 90-е гг. появились фундаментальные исследования Д.И. Дубровского и В.В. Знакова, посвященные проблемам лжи, обмана, правды и их понимания людьми [1, с. 20].

Большинство педагогов сами воспитывались в рамках другой социально-политической системы и ориентированы на другие нравствен-

ные ценности, которые были востребованы, но не всегда были реализованы. Современные учащиеся живут в период, когда наблюдается серьезный разрыв между декларируемыми и реальными нравственными ориентирами; их представления о лживых и правдивых людях очень часто существенно отличаются от подобных представлений у педагогов и родителей. Нередко у них возникают представления о том, что ложь и обман существенно облегчают жизнь человека, и складывающийся в их сознании образ преуспевающего лживого человека начинает оказывать существенное влияние на формирование их собственной личности, что существенно усложняет процесс нравственного воспитания современных школьников и студентов [2, с. 150].

В современной психологии изучение проблемы лжи касается ряда аспектов: определение данного феномена, выделение структуры лжи, ее видов, мотивов, диагностика лжи и обмана, в отдельных работах выявляются возрастные, гендерные и индивидуальнопсихические характеристики лжи. В западной психологии этой проблемой занимаются Б. Де Пауло, П. Экман, О. Фрай и др. [см.: 5]. В отечественной психологии разработка данной проблемы осуществляется в русле психологии понимания В.В. Знаковым, А.Н. Тарасовым изучается психология лжи на основании феноменологического подхода; Д.И. Дубровский,

А.К. Секацкий, А.В. Соколов рассматривают ее с философско-социологических позиций.

В то же время вне поля исследований остаются особенности отражения учащимися лжи, правды, а также механизмы и закономерности формирования образов лживого и правдивого человека в сознании учащихся разного возраста.

Это определило цель нашего исследования: выявить особенности содержания и структуры образов лживого человека у школьников и студентов в зависимости от гендерных особенностей, изучить специфику этих образов в сравнении с Я-образами.

В качестве объекта исследования были выбраны учащиеся начальной школы (2-4 класс), учащиеся средней школы (7-9 класс), студенты психологических и педагогических специальностей очного обучения (1-4 курс).

В своем исследовании мы стремились решить следующие задачи:

1. Осуществить сравнительный анализ содержания и структуры образов лживого и правдивого человека, а также Я-образов у школьников 2-4 и 7-9 классов, а также студентов 1-4 курсов (психологических и педагогических специальностей).

2. Выявить и проанализировать гендерные особенности отражения образов лживого и правдивого человека школьниками разного возраста и студентами.

Теоретико-методологической основой исследования являются:

— идеи Б.Г. Ананьева, Л.С. Выготского,

A.Н. Леонтьева, С.Л.Рубинштейна о социальной природе человека;

— понимание образного отражения действительности и его места в сознании человека в трудах А.А. Гостева, Е.А. Климова, Б.Ф. Ломова, А.Н. Леонтьева, Д.А. Ошанина, С.Д. Смирнова и др.;

— исследования Г.М. Андреевой, А.А. Бодалева, С.И. Кедич (Гусевой), С.В. Кондратьевой,

B.Н. Куницыной, А.А. Реана, В.Л. Ситникова и др. [см.: 3; 4] в области социальной перцепции;

— психологические концепции полового дипсихизма и гендерных особенностей в работах Б.Г. Ананьева, Т.В. Бендас, С. Бем, Ш. Берн, И.С. Кона, И.С. Клециной, В.Л. Сит-никова и др.;

— концептуальные подходы к пониманию психологии лжи Д.И. Дубровского, В.В. Знакова, А.Н. Тарасова, О. Фрайя, П. Экмана и др.

Для решения поставленных задач исследования и проверки сформулированной гипотезы использовались: вербальная часть методики «СОЧ(И) — структура образа человека (иерархическая)» (В.Л. Ситников); методы контент-анализа, методы математической статистики.

Базой исследования явились средние общеобразовательные школы Ленинградской области и г. Санкт-Петербург, ГОУ ВПО ЛГУ имени А.С. Пушкина.

Результаты, полученные в данном исследовании, могут использоваться для понимания особенностей отражения учащимися и студентами морально-этических проблем и позволяют содержательно уточнить программы, направленные на воспитание у учащихся честности и правдивости и на формирование восприятия и понимания таких явлений, как ложь и правда.

Материалы можно использовать при разработке курса «Психология детской лжи», при чтении курсов возрастной и социальной психологии для расширения представлений педагогов об особенностях восприятия учащимися нравственных ценностей.

В соответствии с целью и задачами исследования было обследовано 354 человека, в том числе: 123 человека — учащихся 2-4 классов, 109 человек — учащихся 7-9 классов средних общеобразовательных школ, а также 122 человека студентов психологических и педагогических специальностей. Было получено 1062 отчета, включающих 18643

вербальных определения лживого, правдивого человека и Я-образа.

В ходе исследования с применением методики «СОЧ

Учащиеся 7-9 классов по сравнению с младшими школьниками наделяют образ лживого человека меньшим количеством телесных характеристик (р<0,001); но по содержанию эти характеристики связаны с распознаванием лживого поведения («заикается», «краснеет» и т.п.). В отличие от младших школьников, они осознают роль интеллекта в проявлении лживости и лживого поведения (р<0,01) и воспринимают лживого человека как субъекта взаимодействия («безответственный», «корыстный» и т.п.).

Образ лжеца в сознании студентов достаточно абстрактен, но воспринимается более глубоко и осознанно.

Так, образы студентов характеризуются теми же качествами, как и у подростков; но в образе лжеца студенты начинают выделять проблемы, являющиеся следствием или причиной лживости; наделяют лжеца интеллектуальными характеристиками, такими, как, например, «умный»; используют в описании и телесные характеристики, что определяется уверенностью (являющейся иллюзией) в своих возможностях распознавать лживое поведение. Студенты наделяют образ лживого человека характеристиками субъекта деятельности и взаимодействия.

Образ лживого человека лишь в сознании младших школьников более разнообразен по содержанию, чем образ правдивого человека, что свидетельствует о большей осознанности представлений о лживом человеке, чем о том, как проявляет себя правдивый человек. Также этот факт дает основание предполагать, что воспитание детей младшего возраста строится преимущественно на негативных примерах.

Образ правдивого человека в сознании младших школьников наделяется в большей степени интеллектуальными характеристиками

(р<0,01), связанными в том числе и с учебной деятельностью.

У учащихся 7-9 классов в образе правдивого человека чаще встречаются волевые и интеллектуальные компоненты (р<0,01).

В образах правдивого человека у студентов чаще встречаются волевые, деятельностные и конвенциональные характеристики (р<0,01).

Для всех рассматриваемых возрастов указанные характеристики являются значимыми, что, скорее всего, свидетельствует о проявлении известного «эффекта ореола», когда превосходство в одном качестве воспринимается и в других качествах.

Отражения образов лживого и правдивого человека школьниками и студентами показали, что они осознают ложь и правду как социальные и коммуникативные феномены, к которым выражают свое личностное отношение.

Все учащиеся — и школьники, и студенты (младшие школьники в меньшей мере) — не наделяют образ лживого человека характеристиками, по которым можно распознать собственное поведение (например, конвенциональными, деятельностными и другими), что, скорее всего, свидетельствует о срабатывании защитных механизмов. Также всем учащимся сложно образно описывать образ лживого человека, так как он является обобщенным, а не образом конкретного человека, который лжет и обманывает.

Изменения в восприятии лживого человека происходят в период между младшим школьным и подростковым возрастом, а затем сохраняются практически неизменным, становясь более осознанным (р<0,01).

Анализ структур образов показывает, что образы лживого и правдивого человека отличаются от Я-образов по средним значениям количества высказанных характеристик.

При этом в Я-образах учащихся начальной школы, по сравнению с отражаемыми образами лживого и правдивого человека, используется больше волевых, деятельностных, конвенциональных, телесных и эмоциональных и меньше социальных характеристик.

В младшем школьном возрасте Я-образы отличаются от образов лживого и правдивого человека в большей степени, чем структуры образов — антиподов друг от друга. Это связано с тем, что образы лживого и правдивого человека ориентированы на социальные шаблоны и стереотипы, а младшие школьники в силу эгоцентричности рассматривают себя вне этих схем и, соответственно, не соотносят себя с этими образами в достаточной степени.

Я-образ подростка отличается как от образа лживого человека, так и от образа правдивого человека (р<0,01).

Анализ достоверных различий между образами показывает, что образ правдивого человека отличается от Я-образа по всем компонентам (р<0,001). Образ лживого человека не различается с Я-образом только по эмоциональным характеристикам.

В Я-образе учащихся средней школы по сравнению с образами лживого и правдивого человека употребляется больше деятельностных, интеллектуальных, конвенциональных, телесных характеристик и метафор и меньше — волевых, поведенческих и социальных.

У студентов, в отличие от учащихся других возрастных групп, наблюдается значительно меньше различий между Я-образами и образами лживого и правдивого человека. Это связано, скорее всего, со сформированностью социально-перцептивных механизмов, которые обеспечили студентов собственными социальными шаблонами, а также с достаточно развитой рефлексией.

Анализ достоверных различий между образами (р<0,001) показывает, что образ лживого и правдивого человека в сознании студентов не различаются с от Я-образом по интеллектуальным, поведенческим, эмоциональным компонентам и метафорам, а образ лжеца еще и по волевым. Появление различий по этому компоненту может свидетельствовать о том, что в сознании студентов проявление «правдивости», постижение правды связывается с привлечением волевых усилий (например, настойчивости, целеустремленности и т.д.), что согласуется с выводами В.В. Знакова о том, что для русского человека испокон веков характерна «жажда правды».

Образы лживого и правдивого человека в сознании школьников и студентов отличаются от их Я-образов за счет уменьшения в структуре деятельностных, конвенциональных, телесных характеристик и увеличения социальных.

Мальчики младшего школьного возраста описывают лживого человека конкретно, в реальных социальных ситуациях. Мальчики, учащиеся средней школы, и юноши-студенты выражают к лживому человеку больше личностное отношение, характеризуя его вне конкретных социальных ситуаций.

Девочки младшего школьного возраста склонны наделять лжеца внешними признаками и социальными качествами. Старшие девочки и девушки выражают к лжецу эмоциональноличностное отношение, наделяют его более сложными по содержанию личностными каче-

ствами. Образ лживого человека, сложившийся у девочек, обучающихся в средней школе, практически не отличается от образа студенток.

Образ лживого человека у мальчиков младшего школьного возраста эгоцентричен и отражает характеристики значимые, прежде всего, для него самого, а девочки в аналогичных образах отражают, как правило, социально значимые человеческие качества.

Структуры лживого человека в сознании юношей и девушек-студентов отражают гендерные стереотипы; девушки наделяют образ большей эмоциональностью, а юношей — активностью.

Мальчики и девочки, обучающиеся в средней школе, проецируют на образ правдивого человека стереотипы поведения, приписываемые людям соответствующего им самим пола.

Анализ образов правдивого человека у студентов, дифференцированных по гендерному признаку, показал, что юноши в этих образах описывают свой идеал женщины, а девушки — идеал мужчины.

Таким образом, по результатам исследования можно сделать выводы:

1. Образы лживого и правдивого человека существенно изменяются в период между младшим и средним школьным возрастом, а затем сохраняются практически неизменными, становясь более осознанными. Это проявляется в

переходе от образов-объектов (младшие школьники) к образам-субъектам (учащиеся средних классов и студенты); в различии образов по количеству употребленных разнообразных характеристик (больше в образе лживого человека у младших школьников) к сходству по этому показателю (у учащихся средней школы и студентов); в переходе от более конкретного описания образов, ориентированного на внешние установки, но менее осознанного (младшие школьники) к более абстрактному, осознанному, ориентированному на собственные социальноперцептивные схемы (у студентов).

2. Образы лживого и правдивого человека по содержанию и структуре различаются у учащихся разного возраста, дифференцированных по гендерному признаку.

3. Образы лживого и правдивого человека в сознании школьников и студентов отличаются от их Я-образов за счет уменьшения в структуре деятельностных, конвенциональных, телесных характеристик и увеличения социальных.

4. Во всех группах учащихся (школьников и студентов), дифференцированных по гендерному признаку, выявлены различия между Я-образом и образами лживого и правдивого человека (при р<0,01). Это свидетельствует о различиях в механизмах формирования Я-образов и образов лживого и правдивого человека.

Библиографический список

1. Знаков, В.В. Психология понимания правды. СПб.: Алетейя, 1999. 282 с.

2. Комарова, А.В. Образ лживого человека в сознании школьников и студентов: дис. канд. психол. наук. СПб., 2006. 191 с.

3. Познание человека человеком (возрастной, гендерный, этнический и профессиональ-

ный аспекты) /А.А Бодалев, Н.В. Васина [и др.]. СПб.: Речь, 2005. 324 с.

4. Ситников, В.Л. Образ ребенка (в сознании детей и взрослых). СПб.: Химиздат, 2001. 288 с.

5. Фрай, О. Детекция лжи и обмана: пер. с англ. А. Ершовой, О. Исаковой, А. Кулакова и др. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК; М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005. 320 с.