Парадные балетные спектакли в Петергофе (историко-культурологический анализ)

ИСТОРИЯ И ФИЛОСОФИЯ КУЛЬТУРЫ

УДК 1 (09) (47):130.2:792.8

И. Пащинская

Парадные балетные спектакли в Петергофе

В статье раскрывается история парадных балетных спектаклей в Петергофе, где они устраивались в честь торжественных событий семейной жизни императорской семьи и визитов высоких гостей. Спектакли императорского балета были частью церемониальной жизни двора, одним из элементов сценария самодержавной власти, демонстрировавшие роскошь, вкус и широчайшие возможности монархии.

The article reveals the Peterhof ballets history, which were held in honor of the special events in the imperial family and visits of the distinguished guests. Performances of the Imperial Ballet were the part of court ceremonial life and one of the attributes of the scenarios of power, which displayed luxury, taste and tremendous capabilities of the Russian monarchs.

Ключевые слова: Петергоф, церемонии, сценарии власти, императорский балет, императорский двор.

Key words: Peterhof, ceremonies, scenarios of power, imperial ballet, imperial court.

Балет, как любое другое искусство, в императорскую эпоху самым тесным образом был связан с жизнью императорского двора. Одной из форм этих связей были парадные балетные спектакли, которые устраивались в рамках придворных церемоний в честь самых торжественных событий. Это были дни рождения и тезоименитства императриц, свадьбы членов императорской семьи, визиты правителей иностранных держав.

Особое место в истории русского балета занимают парадные спектакли в загородных резиденциях. В Петергофе в XIX столетии они часто проводились под открытым небом. Иллюминированный Нижний парк с его аллеями и фонтанами, пейзажные Луговой и Колонистский парки становились эффектными декорациями к спектаклям. Балеты в парках приобретали необычные оттенки, здесь по-особому проявлялись знания и таланты выдающихся деятелей русского театра.

Первый опыт балетного представления на открытом воздухе в Петергофе был устроен в Монплезирском саду в 1832 г. Балет стал частью небольшого праздника, который в этот раз заменил собой роскошный и многолюдный праздник дня рождения Александры Федоровны первого июля (здесь и далее - все даты по ст. стилю)1.

Первого июля Монплезирский сад был украшен фонариками, белыми и цветными шкаликами. В центре сада под руководством архитектора И. Шарлеманя установили помост и задник за ним, украсив их фонарями. Бьющие во время представления фонтаны сада дополняли эту «декорацию». Собравшимся были представлены фрагменты балета «Кио-Кинг» на музыку Дж. Россини, Г. Спонтини, П. Романи в постановке Титюса. Выбор именно этого балета был не случаен. В мае этого года состоялась его премьера в Петербурге. Это была вторая постановка балетмейстера Титюса, приехавшего в Россию из Берлина, где он служил в придворном театре. Этот балет пользовался успехом, и фурор производила китайская иллюминация в последнем акте [12, с. 93]. Именно ее и воспроизвели в Монплезирском саду.

Через два года часть этого спектакля, но в гораздо большем масштабе, повторили 29 июля. Это представление на Большом каскаде в Нижнем парке Петергофа было устроено в честь визита прусского наследного принца Фридриха-Вильгельма (1895-1861, Фридрих-Вильгельм IV 18401860), любимого старшего брата императрицы Александры Федоровны. В этот день была иллюминирована шкаликами и цветными фонарями не только сцена - Большой каскад, но и вся площадь перед ним. Две «пирамиды» из звезд горели у канала, через который перегибалась горящая огнями арка. Боковые каскады по обеим сторонам воздушного театра подсвечивались изнутри. Апельсинные и лимонные деревья заменили собой боковые кулисы, а вместо задней декорации установили китайский киоск, освещенный шкаликами. Три ряда светильников в «стаканчиках» на авансцене освещали сцену, цветные фонари были развешены повсюду. Во время представления били фонтаны каскада. Огромный оркестр занимал площадку у верхнего грота. Места для императорской фамилии были устроены между «сценою» и бассейном фонтана Самсон. На это представление было приглашено 220 зрителей. Кадеты расположились на крышах Воронихинских колоннад.

В Петергоф для проведения этого спектакля выехали 14 театральных чиновников, 267 артистов (среди которых было 118 музыкантов), 38 мастеров и 18 служащих Императорских театров во главе с директором А.М. Гедеоновым. Оркестром руководил К.А. Кавос. Газеты писали:

1 Его проведение в этом году было отменено из-за страшного пожара, случившегося в Петербурге на берегу Лиговского канала. 8 июня, когда огонь уничтожил более 200 зданий и строений, погибли люди. Император все средства на проведения праздника в Петергофе передал в Комитет учрежденный для пособия пострадавшим.

«Балет начался в половине десятого и состоял из двух действий. Надобно знать, что вся драма была выпущена из балета: осуществлены были одни танцы. Сперва появились малютки-китайцы, в своих угловатых шапочках, и позабавили всех своим угловатым танцем. Потом характерное pas de troix Дидье, Зубовой и г-жи Алексис, и т. д. и т. д. Г-жи Пейсар, Круа-зет, Новицкая, обе Бертрам, г-да Фредерик, Алексис, Спиридонов и Ше-лехов - танцевали так же изящно и легко под открытым небом, как на сцене петербургских театров. Балет кончился известным прекрасным танцем с фонарями и освещением сцены розовым фонарем Лемана» [13, с. 715-716].

Следующее из такого рода представлений повторили через шестнадцать лет, но уже в иной обстановке. В 1850 г. день рождения императрицы Александры отмечался в Луговом парке. Возле только что законченного павильона «Озерки» на водной глади Самсоньевского канала на плоту был представлен публике дивертисмент «Наяда и рыбак» в постановке Ж. Перро. Балетмейстер впервые осуществил постановку этого балета в Лондонском театре в 1843 г. Выбор именно этого произведения не был случайным. А.Т. Гримм, воспитатель младших сыновей императора, описывая этот праздник, отметил особенность освещения, придававшего всему происходившему оттенок фантастичности: «Это было в один из самых длинных дней в году, уже после захода солнца при загадочном дневном свете северного неба. Лес и вода служили здесь настоящей сценой для балета, расстояние от зрителей было таково, что плоты, на которых появлялись нимфы, были незаметны и весь танец казался парящим над водой» [15, р. 138]. В дивертисменте приняли участие в ролях Матео и Азюрины Ж. Перро и А. Прихунова. Роль Гидролы, царицы наяд, исполняла Никитина, Джианины - З. Ришар. Четырех главных наяд представляли Соколова, Амосова, Снеткова и Макарова [2, с. 859]. Новый парк был иллюминирован сотнями тысяч шкаликов. Журналист Л. Брант отмечал, что именно А.А. Роллер, главный художник и главный машинист Императорских театров, был автором идеи необычной иллюминации нового петергофского парка.

«От островов Ольгина и Царицына до деревни "Бабьи-Гоны" вся местность на несколько верст в окружности представляла нескончаемую цепь художественного освещения. Здания, мостики, избы, долины, мельница, возвышения, уступы, пологости, все это, оттененное мраком тихой ночи, выступало в пламени. ... Известный наш декоратор, академик А. Роллер, был искусным исполнителем мысли - воссоздать этой иллюминацией дневной вид пейзажа, мысли гениальной в самой простоте своей. ... Декорацией здесь служила сама природа, устранявшая всякий изысканный вымысел. Желательно было извлечь из мрака ночи собственно натуральный характер масштаба и полное достижение этой поэтической цели доказало, что истина, простота и натура превыше всего» [2, с. 858].

На следующий день императрица попросила повторить спектакль. По-видимому, именно тот день вспоминала много лет спустя А. П. Ната-рова, участница спектакля.

«Когда кончился спектакль, мы были вызваны на сцену, где уже собрались государь, государыня и вся царская фамилия... В мгновенье ока были поставлены на сцене накрытые столы и арапы несли на больших подносах творог, простоквашу и фрукты. Императрица пожелала видеть все устройство спектакля и движений раковин по озеру, которое было так ловко устроено. Государыня попросила Роллера, чтобы он показал это без участвующего персонала. И все это было государыне показано. Устроено было так: на самом берегу оркестр, весь закрытый зеленью, а затем большая сцена на воде; на сцене декорация - цветы и зелень. По бокам сцены плоты, на этих плотах работали матросы. Подъезжали по группам и по линеям: когда одна пара плотов отъезжала, со стороны сцены подъезжала другая пара и сцена наполнялась наядами. Плоты тянули с берегов веревками на блоках под сценой. Когда все наяды были уже на сцене, подъезжал центральный плот с царицей наяд и маленькими воспитанницами. Этот плот шел прямо на публику и изображал громадную раковину. Во время спектакля освещенные солнцем группы были удивительно красивы» [7, с. 441].

В 1851 г. спектакль на воде у Розового павильона был повторен в честь тезоименитства дочери императора Ольги Николаевны, кронпринцессы Вюртембергской. Она посетила Россию тем летом и присутствовала на представлении. В спектакле приняли участие Ж. Перро, Ц. Пуни, режиссер балетной труппы Марсель. Первый раз значительную роль Наяды исполнила Радина. Танцевали также Амосова 1, Амосова 2, Снетко-ва и др. Этот праздник был устроен с большей пышностью и размахом, чем за год до этого [8, с. 60].

У Николая Павловича была идея создания открытого театра для устройства подобных спектаклей в будущем. По его поручению архитектор А.Н. Бенуа сделал смету на сооружение каменного амфитеатра на Ольгином острове по образцу театра в Лазенках [9, с. 28]. Но этот замысел не был осуществлен. Но, тем не менее, Александр II продолжил традицию, заложенную отцом. В годы царствования Александра II (1856 -1881) на Ольгином острове было устроено три праздника в 1875-1876 гг. с постройкой временных деревянных амфитеатров.

В честь визита короля Швеции и Норвегии Оттокара I спектакль был организован шестого июля 1875 г. Собравшимся был представлен балет в одно действие «Две звезды» на музыку Ц. Пуни в постановке М.И. Петипа с Е.П. Соколовой и М.Н. Горшенковой в главных партиях. После спектакля была исполнена мазурка, в которой танцевал М. Петипа. В этом представлении принял участие весь персонал балетной группы, более двухсот человек [5, с. 2]. Прозрачные шкалики окаймили берега парка и островов, а также архитектурные линии Царицына и Оль-

гина павильона. Газоны Царицына острова иллюминировались особо -«цветными масляными разноцветными бриллиантами». В деревьях парка и островов «густо» помещались большие разноцветные фонари. Все линии пейзажного парка и его сооружений выделялись при помощи иллюминации разными цветами. Это создавало одновременно ощущение иллюзорности и праздничной приподнятости. Газета «Голос», описывая эту иллюминацию, отметила:

«Так как иллюминацию зажгли в девятом часу, когда еще было очень светло, то вначале она не производила особенного эффекта, но лишь только стемнело, освещение это представило волшебный праздник. Сверх того, на берегах прудов в разных местах жгли бенгальские огни, но так, что по направлению к островкам огни были заслонены деревянными щитами и не ослепляли глаз своим блеском, разлитыми, как бы таинственными огнями освещали прилегавшее к ним пространство зелени и деревьев» [5, с.2].

Горящие сотни тысяч шкаликов и фонарей сказочно преображали парк, превращая его в ирреальный райский мир.

Следующим летом праздники на островах были устроены дважды. По случаю визита принца Умберто и принцессы Маргариты Пьемонтских - 14 июля 1876 г. [5, с. 2]. Специально для этого праздника М. Петипа поставил одноактный балет «Сон в летнюю ночь». В газетах отмечали, что перед оркестром рассыпался как бы ковер из цветов, сцена была украшена множеством тропических растений, делавшим ее похожей на тропическую оранжерею. Эта обстановка гармонировала с исполняемым балетом [4, с. 126]. М. Петипа сочинил его на музыку Ф. Мендельсона к комедии В. Шекспира. Исследователи отмечали, что М. Петипа создал спектакль, который мог быть промежуточным звеном между романтическими балетами середины XIX в. и неоромантическими миниатюрами начала XX в. [6, с. 247]. Роль Титании была поручена Евг. Соколовой. Молодой Павел Гердт был царственным и лиричным Оберо-ном. М. Горшенкова и М. Петипа (дочь хореографа) исполняли роли бабочки-сфинкса и белой феи. В спектакле приняли участие М.М. Мадаева, Л.П. Радина и другие танцовщицы императорских театров. В этот вечер солировал на скрипке Л.С. Ауэр [3, с. 2]. Критик, оценивавщий этот балет, когда он был поставлен на сцене Мариинского театра в сентябре того же 1876 г., писал в рецензии, опубликованной в газете «Голос» от 27 сентября 1876 г.:

«Это не балет, а скорее грациозная картинка, художественный отрывок без начала и конца, фантастический сон из жизни фей, играющих с бабочками и жуками в светлую, теплую летнюю ночь... Это производит впечатление какого-то волшебного сна».

Подобный праздник состоялся через две недели, 27 июля, в честь дня рождения императрицы Марии Александровны и пребывания в Петергофе короля Христиана и королевы Луизы Датских и короля Эллинов Георга, супруга дочери Александра Второго. Газеты отметили, что «в сущности, это было повторение праздника, данного недавно, ... но вследствие несколько измененной обстановки, вследствие введения в общий план нескольких новых декораций, общее впечатление вышло еще полнее, праздник оказался еще более фантастическим».

Как и за год до этого, на сцене «воздушного» театра было представлено одно действие балета «Две звезды» на музыку Ц. Пуни в постановке М. Петипа с Е. Соколовой в главной партии, а после балета была исполнена мазурка с Л.П. Радиной и Ф.И. Кшесинским. В праздничных представлениях приняли участие 299 артистов и сотрудников Императорских театров, оркестр состоял из сорока семи человек. Главным декоратором и машинистом опять был А.А. Роллер (он устраивал и «световые ящики»), главным режиссером - К.Ф. Богданов, капельмейстером -А.Д. Папков. Неизвестно, кому принадлежала идея сооружения «огненных» декораций архитектурных сооружений на берегах Ольгина пруда, но они произвели неизгладимое впечателение на публику [10, с. 77].

Активнейшее участие в проведении парадных спектаклей в Петергофе в последней четверти XIX столетия принимал И.А. Всеволжский (1835-1909), с 1886 по 1899 г. - директор петербургской конторы Императорских театров. Здесь, в необычной для балетных представлений обстановке, среди зелени романтических парков, рядом с павильонами, заменявшими декорации, над гладью воды, с теми огромными возможностями иллюминации, которые имело дворцовое правление, и средствами, выделяемыми на праздничные мероприятия для высоких гостей, он мог проявить все свои таланты [1, с. 2].

22 июля 1886 г. специально в честь тезоименитства императрицы Марии Федоровны на Ольгином острове был устроен одноактный балет «Жертвы Амура, или радости любви», поставленный М. Петира на музыку М.И. Минкуса. Это было первое представление балета. Костюмы для артистов балета были выполнены самим И.А. Всеволожским [11, с. 2]. А. Плещеев писал об этом балете как о произведении «с пасторально-аллегорическим сюжетом в жанре прошлого столетия».

Парадные спектакли проводились и в здании театра на Театральной площади. В 1894 г. парадный спектакль был устроен в Петергофском театре в рамках церемониала торжеств по случаю бракосочетания великой княжны Ксении Александровны и великого князя Александра Михайловича. В честь праздничного события был специально поставлен одноактный балет «Пробуждение Флоры» под руководством М. Петипа на музыку Р. Дриго, заглавную партию в котором исполняла М. Ксешин-ская. В этот день зрители увидели и второй акт оперы «Ромео и Джульетта» Ш. Гуно, где пели супруги Николай и Медея Фигнеры [14, с. 338].

В честь визита германского императора Вильгельма Второго 28 июля 1897 г. на Ольгином острове было организовано праздничное представление балета «Приключения Пелея» на музыку Л. Делиба и Л.Ф. Минкуса в постановке М. Петипа с М. Ксешинской в главной партии. Для него театральные декораторы создали поистине замечательный «воздушный» театр с удивительными эффектами. Оркестр помещался перед местами для зрителей на берегу острова во врытом в землю кессоне. Сцена располагалась примерно в трех метрах от берега острова. Более трехсот свай вбили в дно озера для того, чтобы устроить помост 12 х 22 м. Вот как описывал сцену современник:

«... перед глазами публики возвышалась полуразрушенная каменная стена (раздвижной передний занавес сцены), у подножия которой виднелись несколько свалившихся в воду обросших мохом обломков колонн и камней, а среди них причудливо свешивались в воду листья папоротников и камыши. По обеим сторонам этой стены (занавеса) высоко поднимались массивные колонны, увенчанные полуобвалившимися капителями, поросшими мохом, травой и различными ползучими растениями. Эта часть древнегреческой развалины составляла передний портал сцены, которая в свою очередь изображала площадку между скал, убранных тропическими растениями и цветами. ... За сценой опять открывалось широкое водное пространство, на поверхности которого возвышались два искусственных острова. Фоном для всей этой декорации служил противоположный берег Верхнего пруда с его вековыми дубами и липами» [10, с. 80]. Постройка сцены и мест для зрителей, а также все декоративное убранство Ольгина острова осуществлялось под руководством машиниста Мариинского театра Н.А. Бергера по рисункам декоратора императорских театров П.Б. Ламбина и при ближайшем содействии скульптора дирекции П.П. Каменского.

Летом 1897 г. высоким гостем Петергофа был и король Сиама Чула-лонгкорн. Праздничный спектакль в Петергофском театре, устроенный в ряду торжеств в честь высокого гостя, состоял из первого и второго актов балета «Коппелия». Авторами либретто по мотивам сказки Э. Гофмана были Ш. Ньютерр и А. Сен-Леон, музыку написал Л. Делиба, поставил балет М.И. Петипа. Дирижировал оркестром Розенфельдт, соло на скрипке исполнял Э.Э. Крюгер. В спектакле принимали участие М. Ксешинская, П. Гердт, Чеккети, Булгаков и др.

Специально для этого представления были написаны новые декорации: для первого действия «Площадь в маленьком городке в Галиции» была создана П.Б. Ламбиным, для второго - «Кабинет Коппелиуса» -Г. Левотом. Новыми были и костюмы, созданные по рисунку художника Е.П. Пономарева. «Акссессуарные вещи» изготовил скульптор-художник П.П. Каменский. В этом же, 1897 г., парадный спектакль в Петергофском театре в честь визита президента Франции состоял из танцев третьего действия оперы М. Глинки «Жизнь за царя» и одноактного, как его тогда

называли, фантастического балета «Сон в летнюю ночь», поставленного М. Петипа на музыку Ф. Мендельсона и Л. Минкуса.

Планы Всеволжского на следующий 1898 г. были грандиозны. Он предлагал выстроить мост на Ольгин остров в виде античной руины, но не получил одобрения императора Николая Второго. В 1898 г. балет на Ольгином острове был устроен в честь визита румынского короля Кароля. Для проведения спектакля был использован театр, сооруженный за год до этого. Его отремонтировали и перенесли сцену на Ольгин остров. В этот раз здесь повторили балет «Жемчужина» (муз. Р. Дриго), впервые поставленный для коронации Николая Второго в Москве. Главную партию в Петергофе танцевала М. Ксешинская, которая была лишена этой чести в Москве [10, с. 81].

Несколько раз еще начиналась подготовка к подобным спектаклям. Так, в 1900 г. в связи с предстоящим визитом персидского шаха Мозаф-фед-эн-Дина началась подготовка к парадному спектаклю на Ольгином острове в Петергофе. Планировалось показать балет «Египетская ночь» и для этого спектакля устроить искусственный остров на Ольгином пруду и построить целую флотилию, состоящую из римской галеры, пироги и шести египетских лодок. Как обычно, на случай плохой погоды дирекция императорских театров готовила два спектакля. В этом году представление было перенесено с Ольгина острова в Петергофский театр. Здесь же прошло и представление в честь бракосочетания великой княжны Елены Владимировны, внучки Александра Второго и греческого принца Николая Георгиевича, в 1902 г. В честь новобрачных были сыграны по одному акту из балета «Лебединое озеро» П.И. Чайковского и балета «ДонКихот» на музыку Л. Минкуса в постановке М. Петипа. Замечательные художники К. Коровин и А. Головин создали рисунки для декораций этих парадных балетов.

История парадных спектаклей в Петергофе завершилась в самом начале XX в. На протяжении столетия они были особыми добавлениями к церемониям императорского двора. Представления под открытым небом являлись по-своему событиями уникальными, долженствующими продемонстрировать высоким гостям и подданным особый вкус, и невероятную роскошь императорского двора. В их устройстве участвовали практически все сотрудники императорского балета и лучшие артисты. Введение подобных спектаклей в привычный порядок праздников усиливало у зрителей и участников ощущение пышности и торжественности церемоний. Спектакли, создаваемые лучшими музыкантами, балетмейстерами, декораторами и мастерами сцены, где ведущие партии исполняли выдающиеся артисты, становились частью церемониальной жизни двора, одним из способов демонстрации вкуса, широчайших возможностей и стабильности самодержавия.

Список литературы

1. Бенуа А.Н. И.А. Всеволжский // Речь. - 1909. - 1(14) января.

2. Брант Л. Праздник в Петерофе // Сев. пчела. - 1850. - 17 июля.

3. Вечерняя газета. - 1876 -17 июля.

4. Всемирная иллюстрация. - 1876 год. - Т.ХУ1. - № 398.

5. Голос. - 1875. - 9 июля.

6. Красовская В. Русский балетный театр второй половины XIX в. - М.-Л.: Искусство, 1963.

7. Натарова А. П. Из воспоминаний артистки // Ист. вестн. - 1903. Но-яб. - Т. 94.

8. Пащинская И.О. Праздники в Колонистском и Луговом парках Петергофа в царствование Николая I // История Петербурга. - 2003. - №3(12). -С. 56-64.

9. Пащинская И.О. Петергофский Элизиум. Сад на Ольгином остро-ве.//История Петербурга. - 2006. - №6. 2006. - С. 27-32.

10. Пащинская И.О. Петергофские праздники на островах (вторая половина XIX века) // История Петербурга. 2007. - №4. - С. 72-83.

11. Петербургский листок. - 1886. - 24 июля.

12. Плещеев А.А. Наш балет. (1673-1899). Балет в России до начала XIX столетия и балет в С.-Петербурге до 1899 года. - СПб.: Изд. Ф.А. Переяслав-цева и А.А. Плещеева, 1899.

13. Р.Р. Киа-Кинг в Петергофе // «Северная пчела». - 1834. - 10 авг.

14. Трубановская М.В. Придворные праздники в Петергофе на рубеже XIX и XX веков // Петербург - место встречи с Европой. IX Царскос. науч. чт. - СПб.: ГМЗ «Царское село», 2004.

15. Grimm A.Th. Memoirs of the Empress Alexandra Feodorovna, Empress of Russia. 2 v. У. 2. - Edinburg, 1870.