Специфика благопожелательных символов народной картины-няньхуа

Ю.Г. Лемешко

СПЕЦИФИКА БЛАГОПОЖЕЛАТЕЛЬНЫХ СИМВОЛОВ НАРОДНОЙ КАРТИНЫ-НЯНЬХУА

Nianhua is the unique type of Chinese folk art, inherit the block painting skills of the Song Dynasty and have a long history of close to one thousand years.

Today Chinese nianhua also known as New Year pictures are widely used for decoration during the Chinese Spring Festival. People hang New Year pictures to reflect wishes for the New Year. The article deals with the interpretation of New Year paintings of blessings. Most Chinese New Year pictures of blessings are drawings of objects which are homophone Chinese characters of some specific good wishes.

Особенностью китайского искусства и в высшем его проявлении, и в народно-лубочном является мания ребусов.

В.М. Алексеев.

В.М. Алексеев (1881-1951), российский академик, первый в мире ученый, указавший на необходимость научного подхода в исследовании «низкого» народного искусства, в том числе китайских няньхуа, в начале ХХ в. писал: «Для китайской народной картины прежде всего характерна любовь к символике, к всевозможным шарадам и ребусам. Самые слащавые и утилитарные благопожелания облекаются на народной картине в сложнейшую символическую оболочку, способную поразить богатством народной фантазии» [3, с. 21]. После возвращения из путешествия по Китаю он особо отмечал трудности восприятия и осмысления «картинок с совершенно непонятными нам фигурками и иероглифами, которые при всем нашем старании могли быть только «прочтены», но не прочитаны» [2, с. 37]. Символы, представленные на

благопожелательных няньхуа, во многом предопределили сложную образную, смысловую и языковую специфику народной картины.

В отечественной философской традиции проблема символа активно рассматривалась многими учеными, в данной работе мы следуем основным положениям определения символа, предложенного С.С. Аверинцевым: «всякий символ есть образ (и всякий образ есть, хотя бы в некоторой мере, символ); но если категория образа предполагает предметное тождество самому себе, то категория символа делает акцент на другой стороне той же сути - на выхождении образа за собственные пределы, на присутствии некоего смысла, интимно слитого с образом, но ему не тождественного» [1, с. 156]. Выводы С.С. Аверинцева созвучны идеям В.М. Алексеева: «Смысл символа нельзя дешифровать простым усилием рассудка, в него надо «вжиться» [1, с. 156].

Китайская народная картина-няньхуа или, точнее, мубань няньхуа (ЖШ^И), выполненная с использованием традиционных технологий (оттиска с деревянных досок), делится на сюжетную и бессюжетную. К бессюжетным няньхуа относятся многочисленные картинки с изображением одного, двух или нескольких божеств, это так называемые печатные иконы, которые раньше сжигали во время молитвы или жертвоприношений. Если говорить о жанровой классификация сюжетных няньхуа, то здесь мы выделяем несколько групп новогодней картины-няньхуа, каждая из которых отличается стилистикой и набором образов (благопожелательные картинки, картины на бытовые темы, картины с познавательно-развлекательными сюжетами, исторические, театральные, литературные няньхуа и т.д.).

По мнению большинства китайских исследователей, окончательное формирование китайской народной картины произошло в эпоху Цин (1644-1911). Народное искусство няньхуа цинского Китая представляет собой синтез стилистических направлений различных школ, наиболее известными из которых были Янлюцин (г. Тяньцзинь) и Таохуау Ш'ШЩ (г. Сучжоу). Именно в этих поселках

проходило становление основных региональных художественных традиций, недаром в то время существовало выражение «Ш$МЬШР» - юг представлен печатнями Таохуау, север - мастерскими поселка Янлюцин [12, с. 100]. В период правления династии Цинн накануне праздников новогоднего цикла благопожелательные няньхуа изготовляли массовыми тиражами. Во время праздника Нового года по лунному календарю как отдельные печатни, так и художественные школы ставили на поток изготовление няньхуа с благопожелательной символикой, которые становились ходовым коммерческим товаром.

Изучая многочисленные благопожелательные няньхуа цинского периода, можно заключить, что в наши дни легко «прочитаны» могут быть лишь наиболее часто цитируемые и обыгранные символы китайской культуры, изображенные на картинках. Б.Л. Рифтин, один из самых авторитетных специалистов в мире в области изучения няньхуа, указывает, что «наиболее многочисленными являются благопожелательные лубки. Самые популярные - с пожеланием рождения сыновей» [7, с. 683]. Сегодня, продолжая художественные традиции, отвечая на все еще существующий спрос населения на новогодние картинки, мастера немногочисленных печатен, оставшихся на территории КНР, обращаются к прежним благопожелательным сюжетам.

Очевидно, что в контексте современных трансформационных процессов традиционного уклада китайского общества постепенно происходят изменения, которые затрагивают основные ментальные конструкты - моральные установки, ценности, этические нормы, стереотипы и т.п. Тем не менее объективные трансформации, обусловленные новыми историческими и культурносоциальными реалиями, не исключают следования вековым традициям и обрядам. Анализ сложившейся сегодня ситуации в Китае позволяет говорить, что желания, интересы и притязания большинства населения огромной аграрной страны остаются практически неизменными на протяжении многих веков. Стремление к счастью, как онтологической и аксиологической основе самореализации индивида, выражает основные желания современных китайцев и соответствует их нравственным и практическим запросам. В «Истории религий Востока» Л.С. Васильев отмечал: «Желать здоровья, счастья и процветания принято у всех народов. Однако в Китае культ благопожеланий достиг невиданного размаха. Во-первых, это диктовалось вежливостью, принятой нормой, церемониалом, которые предполагали постоянное использование благожелательных стереотипов как в виде почти автоматически произносившихся фраз, так и в форме знаков внимания, символов. Во-вторых, символика благопожеланий была крайне разработана и детализирована, имела великое множество оттенков и намеков, что нередко превращало благопожелательную картинку в своего рода ребус, разгадать который непосвященному практически невозможно» [5, с. 347]. В монографическом исследовании, посвященном традициям и культам Китая, ученый отмечал, что «ритуальная символика оказала большое влияние и на развитие китайской живописи - не только народной картины, иконографического и благопожелательного лубка, построенного на ней почти целиком, но и живописи высокого жанра» [6, с. 427].

Научную ценность и важность для изучения благопожелательной символики китайской народной картины-няньхуа имеет труд М.Е. Кравцовой «История искусства Китая», где автор предлагает концептуальное видение понятия «символ» в искусстве Китая, обладающего целым рядом специфических характеристик. Исторически благопожелательная символика носила

эволюционирующий характер, что нашло отражение в произведениях «высокой» живописи и в работах декоративно-прикладного искусства. В главе «Образная система китайского искусства» подробно представлена абстрактно-символическая образность, передаваемая посредством

богатейшего спектра изобразительных средств. По мнению М.Е. Кравцовой, образные ряды, возникшие еще в неолитическом искусстве, были включены в мифологические представления и натурфилософские концепции, где приобретали новые символические значения. «Поэтому

большинство китайских художественных образов обладают полисемантикой и могут восприниматься в совершенно разных - религиозно-мифологическом, натурфилософском, конфуцианском, даосском, буддийском - их значениях. Кроме того, есть и внушительное число образов, происхождение которых обусловлено только омонимичностью звучания соответствующих иероглифов с иероглифами, передающими положительные, с точки зрения китайцев, явления и категории» [7, с. З7]. Возможно, общие типологические особенности образной системы искусства Китая, предложенные М.Е. Кравцовой, могут быть отнесены к любому виду декоративно-прикладного искусства, тем не менее необходимы конкретизация и отдельное исследование символики няньхуа, что, по мнению В.М. Алексеева, «представляется чрезвычайно трудным, ибо в символику народной картины проникнуть ничуть не легче, чем в любую систему литературной или философской символики» [2, с. 22].

Для решения вопросов, возникающих при изучении благопожелательных символов, следует обратиться к монографическим исследованиям ученых КНР. Сегодня в научных кругах Китая степень исследованности обозначенной нами проблемы достаточно высока. Начиная с середины 9G^ гг. ХХ в. в КНР было выпущено множество книг, посвященных изучению няньхуа. Основные выводы и положения книг китайских ученых основываются на богатом иллюстративном материале с привлечением данных истории, философии, этнографии, культурологии и письменных свидетельств, полученных во время полевых экспедиций. Это еще более актуализирует наше исследование, в какой-то мере позволяющее составить общее представление о методологии изучения народной картины-няньхуа на современном этапе.

Ведущим теоретиком в обозначенной нами области был профессор Ван Шуцунь (Tffiffi. 1923-2009). Это выдающийся ученый, коллекционер, популяризатор традиционного народного искусства Китая. Будучи сотрудником ведущих НИИ, ассоциаций и союзов по изучению народного искусства, профессор Ван до последних дней активно занимался научной деятельностью. Ван Шуцунь выпустил более 30 монографий, посвященных феномену китайской народной картины, одним из последних исследований стала его «История развития китайских няньхуа» («ФД^И^М^»). Эту книгу можно рассматривать как детальное и глубокое описание генезиса народной картины-няньхуа. В ней мы находим авторские концепции, которые выводят дальнейшие исследования на совершенно новый теоретический уровень и актуализируют деятельность ученых разных дисциплин. Классифицируя сюжеты народных картин, профессор Ван выделяет в одну группу благопожелательные няньхуа - И#^И (где цзисян имеет дословный перевод

«счастье», «счастливый») и няньхуа, которые вывешивали в домах перед праздниками ^^^И (где сицин имеет значения «праздновать», «радостный») [4, с. 24].

В книге «Няньхуа», вышедшей в 2G1G г., авторский коллектив, в принципе придерживаясь классификации профессора Вана, объединил в одну группу картины, приуроченные к празднествам и радостным событиям - иИШ^И (где ИШцзицин имеет значение «праздничное событие») и картины с благопожелательной символикой - І^^^И (где слово сянжуй имеет дословный перевод «счастливое предзнаменование», «хорошая примета»). В монографии подробно представлены особенности использования символов на благопожелательной картине и дано описание нескольких няньхуа, частота обращения к которым делает их «классическими» образцами народного искусства Китая [4, с. Зб].

В 2GGS г. вышла книга Шэнь Хуна, посвященная изучению аллегорий, т.е. условных изображений на народной китайской картине, которые несут в себе определенный образ, идею. Автор рассматривает аллегорию как фигуру с постоянными атрибутами, олицетворяющими конкретные понятия, которые передают пожелания счастья и добра [1G, с. 5]. Шэнь Хун - ведущий авторитетный специалист, коллекционер, ученый, занимающийся системным изучением этого традиционного вида искусства. Сегодня актуальной задачей является не только теоретическое изучение богатого наследия Китая, но и формирование политики, направленной на сохранение оставшихся центров по изготовлению народной картины-няньхуа. Шэнь Хун является автором серии книг «В поисках исчезнувших няньхуа» («^ЙЖіїМ^И^^»). На сегодняшний день вышло 12 книг, описывающих ведущие художественные школы Китая. Это позволяет утверждать, что заключения Шэнь Хуна базируются на материалах различных региональных школ.

Изучение няньхуа с благопожелательной символикой, знакомство с монографическими исследованиями ведущих специалистов КНР дает возможность говорить, что благопожелательные няньхуа - это один из самых ранних по времени появления жанров китайской народной картины. Первоначально появление изображений, несущих пожелание добра и счастья, и в крестьянских домах и в императорских дворцах было строго регламентировано, картинки вывешивались по определенным праздникам (как правило, на Новый год). Няньхуа с благопожелательной символикой нашли применение в календарных обрядах и праздниках, способствуя их оформлению и фиксации в народной культуре.

Еще век назад ассоциативные соответствия, транслируемые через художественные трактовки многочисленными символами, были понятны деревенским и городским жителям Китая. Благопожелательную символику няньхуа (без акцента на региональные различия художественных школ) можно в принципе разделить на три большие группы. Первая группа представлена зооморфными образными рядами, здесь, очевидно, возможно деление на подгруппы: звери, птицы, рыбы, насекомые.

Самыми частотными являются изображения летучих мышей бяньфу, второй

иероглиф слова «летучая мышь» - фу - омонимичен слову «счастье» Ш фу. На одной из распространенных новогодних картинок «ІШн^П» («Уфу линьмэнь», дословно: «полное счастье находится рядом») мы находим пять летучих мышей, которые передают идею «пяти условий счастья» - долголетие, богатство, знатность, покой и согласие с окружающим миром, многочисленное мужское потомство (по мнению М. Е. Кравцовой, вариант «полного счастья», поддающийся классификации, возник еще в эпоху Хань (2G6 до н.э. - 22G н.э.) [7, с. 35S].) Изображение оленя Щ лу передавало пожелание отличной карьеры Ш - лу; желая карьерного роста, адресанту дарили картинку с изображением обезьяны хоу, скачущей по веткам клена (клен W читается как фэн), что было созвучно фэн хоу - «пожаловать титул».

Интересным примером из данной подгруппы, по нашему мнению, является няньхуа «ШШШ^ S^^M», название которой можно перевести как «Благополучие и богатство стариков прирастает за счет выращивания коконов шелкопряда». Это знаменитая картина художественной школы Таохуау (г. Сучжоу) с изображением двух домашних котов, весело играющих с бабочками, что собственно и отмечено в названии, где Ш мао - «кот», Ш де - «бабочка», «мотылек». Символизм рисунка заключается в том, что иероглиф Ш мао «кот» созвучен иероглифу Ш мао (дословно: «старик SG-9G лет», «престарелый»), иероглиф Ш де «мотылек» имеет то же звучание, что иероглиф Ш де, имеющий значение «семидесяти-восьмидесятилетний». Скрытый смысл подобных няньхуа довольно трудно «прочитывается» современными китайцами, поскольку

представителям молодого поколения вряд ли знакомы достаточно редкие иероглифы, передающие значение преклонного возраста Ш - «80-90 лет», Ш - «70-80 лет».

Среди самых распространенных изображений птиц - петух цзи, чтение иероглифа омонимично слову "д цзи - «удача», «счастье». На благопожелательных картинках ведущей школы Янлюцин (г. Тяньцзинь), сохранившей в наши дни свои художественные традиции, можно встретить изображения журавля Щ хэ, который «воспринимается как патриарх пернатого племени и транспортное средство для бессмертных» [11, с. 158]; на няньхуа часто изображали сороку Шн4, птицу радости и вестницу счастья, о чем и говорит иероглиф ^ си - «радость», «счастье»; селезень с уткой ЩЩюаньян символизировали супружескую верность и неразлучность.

«Визитной карточкой» школы Янлюцин является новогодняя картинка, на которой упитанный пупс обнимает огромного карпа. В китайской культуре карп ШШ лиюй давно стал символом достатка и материального благополучия, слово «рыба» Ш юй является омонимом «изобилия», «излишка». Композиция, изображающая мальчика, играющего двумя с сомами (где «сом» читается как нянь и омонимичен слову «год»), и стоящего рядом большого петуха,

символизирует счастье в новом году, ведь она могла быть прочитана не иначе как «^^^^» нянь нянь да цзи, что имеет дословный перевод: «счастья из года в год».

Специфика зооморфных символов няньхуа, как и символов других групп, заключается в том, что в нее могут быть включены мифические или фантастические существа, - например, китайский Лун (дракон), феникс, Божественная черепаха (Лингуй), белый тигр (Байху), цилинь. Особый интерес для изучения благопожелательной народной картины, по нашему мнению, представляет цилинь. Согласно фиксированным письменным источникам и преданиям цилинь - это диковинный сказочный зверь, похожий на большого однорогого оленя, покрытого чешуей. Цилинь, изображенный на няньхуа, является предвестником счастливых событий, он дарует детей бездетным супругам. Художественное наследие школы Янлюцин насчитывает около двух десятков сюжетов на данную тему, самая известная картина «ЩМ^^» «Цилинь сун цзы» («Циньлинь, дарящий сыновей»).

Вторая группа благопожелательных няньхуа - это картинки с изображением растений, в нее входят композиции с плодами, цветами, деревьями, также могут быть включены и мифологические растения. -V*

Третья группа картин состоит из благопожеланий, передаваемых посредством «счастливых» иероглифов, благопожелательных формул, орнаментов, числовой, цветовой и геометрической символики.

Безусловно, предложенная классификация нуждается в детализации и конкретизации, проводимой на анализе большого количества произведений. В данной статье мы принципиально не рассматривали вопросы, связанные с иконографическими благопожелательными картинами, актуальность изучения которых связана с непрерывным внедрением в научный оборот новых данных по истории, философии, этическим и религиозным учениям Китая. Необходимо вырабатывать теоретические концепции, где проблематика отдельных жанров народной картины-няньхуа была бы рассмотрена с полнотой, отвечающей современному уровню изученности материала отечественными и зарубежными синологами.

1. Аверинцев С.С. Символ // София-Логос. Словарь. 2-е, испр. изд. - К.: Дух и Литература, 2001. -

С. 155-161.

2. Алексеев В.М. В старом Китае. Дневники путешествия 19Ü7. - М.: Вост. лит., 195S. - 321 с.

3. Алексеев В.М. Китайская народная картина: Духовная жизнь старого Китая в народных изображениях. -М.: Наука, 19бб. - 26G с.

4. Ван Шуцунь. Чжунго няньхуа фачжаньши. - Тяньцзинь: Жэньминь мэйшу чубаньшэ, 2GG5 (Ван

Шуцунь. История развития китайских няньхуа. - Тяньцзинь: Изд-во «Жэньминь мэйшу чубаньшэ», 2GG5) ïWWo - ^Ш: АЙ^ЖШ±, 2GG5.

5. Васильев Л.С. История религий Востока: Учебное пособие для вузов. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Высш. шк., 19SS. - 416 с.

6. Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае. - 2-е изд. - М.: Вост. Лит., 2GG1. - 44S с.

7. Кравцова М.Е. Мировая художественная культура. История искусства Китая: Учебное пособие. - СПб.: Лань; ТРИАDА, 2GG4. - 96G с. (Мир культуры, истории и философии).

S. Няньхуа. Тань Хунли, Тан Цзялу чжу. - Бэйцзин: Чжунго шэхуэй чубаньшэ, 2G1G (Няньхуа. Тань Хунли, Тан Цзялу чжу. - Пекин: Изд-во «Чжунго шэхуэй чубаньшэ», 2G1G). ^И f ІЩІИ0, -

ІШ: 2G1G.

9. Рифтин Б.Л. Нянь-хуа ff Духовная культура Китая: Энциклопедия в 5 т. + доп. том f гл. ред. М.Л.Титаренко. - М.: Вост. лит., 2GG6 - [Т. б (дополнительный): Искусство f ред. М.Л. Титаренко, 2G1G. -

С. 6S1-6S6].

Ю. Чжуншэн цзисян: Миньцзянь няньхуачжундэ мэйхао юйи f Шэнь Хун чжу. - Бэйцзин: Чжунго гунжэнь

чубаньшэ, 2GGS (Система символов счастья (Скрытый смысл прекрасного на народной картине-няньхуа f ред. и

сост. Шэнь Хун. - Пекин: Изд-во «Чжунгожэнь чубаньшэ»). ftäf. -

ІШ: ФВІАЖШ±,2GGS.

11. Уильямс Ч. Китайская культура: мифы, герои, символы f пер. с англ. - М., 2G11. - 47S с.

12. Янлюцин няньхуа чжи люй. Шэнь Хун чжу. - Чанчунь: Цзилинь жэньминь чубаньшэ, 2GG7. (Сюньчжао

шицюйдэ няньхуа чжи люй) (Няньхуа Янлюцина f ред. и сост. Шэнь Хун. - Чанчунь: Изд-во «Цзилинь жэньминь чубаньшэ» (Серия «В поисках исчезнувших няньхуа»)). ШШР^^И^Ш f ftä!« -

-fe#: 2GG7 (#$Ж*Й¥И^Ш) .