2015. 02. 025. Михайленко В. И. «Параллельная» стратегия Муссолини: внешняя политика фашистской Италии, (1922-1940): в 3 Т. / Урал. Федер. Ун-т им. Первого Президента России Б. Н. Ельцина. - Екатеринбург: Изд-во Урал. Ун-та, 2013. - Т. 1: фашистская Италия в версальской системе, (октябрь 1922 - август 1939). - 342 с

2015.02.025. МИХАЙЛЕНКО В.И. «ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ» СТРАТЕГИЯ МУССОЛИНИ: ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ФАШИСТСКОЙ ИТАЛИИ, (1922-1940): В 3 т. / Урал. федер. ун-т им. первого президента России Б.Н. Ельцина. - Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2013. - Т. 1: Фашистская Италия в Версальской системе, (октябрь 1922 - август 1939). - 342 с.

Ключевые слова: фашистская Италия (1922-1940); внешняя политика; «параллельная» стратегия Б. Муссолини.

Первый том трехтомного издания д. и.н., профессора Уральского федерального университета В.И. Михайленко основывается на широком круге материалов из архивов Италии и России, публикаций документов и многочисленных отечественных и зарубежных исследованиях. Работа состоит из введения, четырех глав и заключения. Во введении автор отмечает, что в данном труде впервые предпринята попытка рассмотреть внешнюю политику Муссолини в контексте так называемой «параллельной» стратегии, формирование и реализация которой осуществлялись с приходом фашизма к власти в октябре 1922 г. и по октябрь 1940 г. Автор на большом документальном материале показывает, когда и как сформировалось понятие «параллельной» стратегии Муссолини: в строгом смысле данное понятие начинает формироваться с появлением мощного ревизионистского центра в лице нацистской Германии. «Сближение с нацистской Германией, которое реально выражается в начале итало-германско-японских переговоров в 1938 г. о тройственном военно-политическом союзе, укрепило фашистское руководство в убеждении о возможности реализации собственной экспансионистской программы в параллели с будущими союзниками» (с. 8-9).

Автор констатирует, что большинство исследователей антифашистской историографии исходили из начальной предрасположенности фашистской внешней политики к агрессивности. Это практически девальвировало интерес к исследованию проблем происхождения фашистской политики, ее преемственности с до-фашистской, в том числе с политикой либеральной эпохи, ее маневренности, влияния военного стратегического планирования на принятие решений в области внешней политики. Такой подход автоматически переводил фашистскую Италию в разряд внесистем-

ной оппозиции, что, подчеркивает автор, не соответствовало истинному поведению фашистского руководства.

В первой главе автор показывает, что на протяжении достаточно длительного периода фашистская Италия действовала как ревизионистское государство, стремившееся решить свои территориальные требования в рамках Лиги Наций. До конца 1932 г. (отставка министра иностранных дел Дино Гранди) фашистское руководство позиционировало себя в качестве одного из ярых гарантов Версальской системы. В.И. Михайленко разделяет точку зрения итальянского историка Р. Де Феличе, который выделяет два периода во внешней политике фашистской Италии. Первый - когда доминировали «национальные интересы», и второй - когда возобладали «идеологические интересы» (с. 22). Рубеж между ними Де Феличе устанавливает в конце 1920-х - начале 1930-х годов. В первый период изменения коснулись лишь «стиля» внешней политики. В дальнейшем все очевиднее проявлялись ревизионистские тенденции, однако «Муссолини всегда исключал возможность военного конфликта в Европе» (цит. по: с. 22). Он стремился сохранить связи с версальской системой и обеспечить Италии положение великой державы, ответственной и заинтересованной в поддержании порядка. Под этим углом зрения Муссолини рассматривал становление итало-германского сотрудничества после прихода нацистов к власти, которым отводилось важное место в обеспечении «восстановления» за Германией роли второго полюса, без которого Италия не смогла бы выполнить свою миссию в политике peso determinante (решающего веса).

Мировой экономический кризис 1929-1932 гг. подверг серьезному испытанию политику «умиротворения» Европы. Автор отмечает, что в основе капиталистической стабильности европейских государств в 1924-1929 гг. находился приток американских инвестиций, который сразу иссяк после наступления банковского кризиса в США. Великие европейские державы - Великобритания и Франция, а также США попытались укрыться от мирового кризиса за прочными таможенными барьерами своих сфер влияния. Фашистская Италия в лице министра иностранных дел Д. Гранди неоднократно обращалась за американской помощью, однако американские банки не вернулись в страну вплоть до поражения Италии во Второй мировой войне.

Инвестиционный голод, ограничение экспортных возможностей в связи с принятыми протекционистскими мерами на мировом рынке и обострением межимпериалистической борьбы, нарушение механизмов валютно-финансовых отношений создали новые условия для принятия внешнеполитических решений. Особенно повлиял на изменение международной обстановки приход к власти в Германии нацистов в 1933 г. Мировой экономический кризис фактически обозначил новый этап во внешней политике фашистской Италии: ее руководство встает на путь военной ревизии версальских договоров и колониальных войн.

Мероприятия фашистского правительства, отмечает автор, были направлены на максимальную концентрацию накоплений в руках государства, на установление государственного контроля над рынком и обращением капиталов, на приоритет государственного инвестирования перед частным капиталом. Это было необходимо для осуществления инвестиционной политики в интересах ведущих монополистических групп для финансирования перевооружений и военных авантюр фашистского режима. «По части доли государственного присутствия в экономике только СССР превосходил фашистскую Италию» (с. 48).

Во второй главе рассматривается становление «параллельной» стратегии Муссолини в 1933-1938 гг. Автор говорит о наличии трех вариантов фашистского «европеизма»: первый был приспособлен к условиям версальской системы; второй разрабатывался в рамках итальянской концепции, а затем приспосабливался к германской политике «жизненного пространства»; третий планировался в некоторых фашистских кругах в расчете на сохранение и приспособление фашистского политического режима к условиям послевоенной реконструкции Европы, осуществляемой под эгидой США и Великобритании (с. 77).

Автор показывает, что в реализации своей «параллельной» стратегии и поддержании баланса сил фашистская Италия сместила свою политику «решающего веса» в сторону Германии, не отказываясь в принципе от диалога и сотрудничества с западными демократиями. Несмотря на пропагандистскую завесу и раздувание мифа об итальянской империи и ее господствующей роли в Средиземном море, фашистская Италия, показывает автор, оставалась европейским государством со средним экономическим и военным потен-

циалом. Она не могла не использовать политику «баланса сил» для достижения своих внешнеполитических целей, маневрируя между великими державами. Муссолини 16 апреля 1938 г. подписывает с Лондоном «пасхальное соглашение» о разграничении сфер влияния в Средиземноморье и одновременно начинает переговоры с Германией и Японией о военном союзе.

Третья и четвертая главы рассматривают внешнюю политику фашистской Италии в период чехословацкого кризиса (март 1938 г. -март 1939 г.), а также в период польского кризиса (март - сентябрь 1939 г.).

На выбор Муссолини в пользу скорейшего заключения военно-политического союза с Германией повлиял чехословацкий кризис. Трезво оценивая слабые возможности сопротивления германской экспансии в Центральной Европе, Муссолини решил сделать ставку на укрепление военно-политического сотрудничества с Германией, рассчитывая в будущем военно-политическом договоре определить сферы влияния союзников, заручиться германской поддержкой для осуществления планов «параллельной войны», заставить западные державы пойти на уступки в Средиземноморье.

Автор раскрывает, как в ходе ряда переговоров на уровне военных руководителей Германии и Италии, проходивших в апреле -июне 1939 г., итальянская сторона уклонялась от взятия на себя каких-либо конкретных обязательств по согласованию военных планов. В ответ на не согласованный с Италией захват Германией всей Чехословакии Муссолини инициировал «параллельные» действия и осуществил захват Албании. Установление полного итальянского контроля над Албанией должно было, по расчетам фашистского руководства, гарантировать преимущественные позиции Италии на Балканах. Итальянская дипломатия вела работу в направлении создания балканского блока под эгидой Италии. В мае 1939 г. в рамках визита в Италию принца-регента Югославии Павла состоялись переговоры министра иностранных дел Г. Чиано с главой югославского правительства, в ходе которых Италия поддержала идею блока в составе Румынии, Болгарии и Югославии, направленного против Турции. Однако осуществление итальянских планов весной 1939 г. было затруднено, поскольку, отмечает автор, страны Юго-Восточной Европы оказались в это период под натиском двух противостоящих блоков (с. 278).

Заключив «стальной пакт» с Германией 22 мая 1939 г., Муссолини планировал использовать военно-политический конфликт, спровоцированный Германией, для решения своих «параллельных» амбиций на Балканах, в Средиземноморье и в Африке.

Касаясь проблемы сближения стран Оси с Советским Союзом, автор констатирует, что в итальянских дипломатических документах идея сближения стран Оси с СССР впервые прослеживается во время визита маршала Геринга в Рим с 14 по 17 апреля 1939 г. и его переговоров с Муссолини. Комментируя внешнеполитические тенденции Берлина, итальянский посол в Германии Б. Атто-лико отметил 18 апреля нарастание польско-германской враждебности. По поводу германской политики в отношении СССР он констатировал «исключение Советского Союза» (цит. по: с. 279).

Итало-германский военный договор приблизил Вторую мировую войну. После встречи 6-7 мая 1939 г. в Милане Чиано и Риббентропа последний заявил: «Польша больше не является проблемой» (цит. по: с. 307).

Автор задается вопросом, почему Италия, которая готовилась к участию в войне и могла 1 сентября 1939 г. выполнить свои союзнические обязательства перед Германией, объявила о своем «неучастии в войне» («поп Ье1%егап7а»), оставаясь «невоюющим союзником» Германии. Среди причин он указывает на тот факт, что итальянские вооруженные силы не были подготовлены к крупномасштабной войне. Поскольку планы автаркии были далеки от завершения, итальянскому правительству не удалось ослабить зависимость от импорта важнейших видов сырья. Возможность импорта в Италию зависела на три четверти от коммуникаций, которые контролировались Англией и Францией. Кроме того, как показали итало-германские переговоры весны - лета 1939 г., между двумя союзниками имелись серьезные разногласия не только относительно времени развязывания европейской войны, но и по вопросам военной стратегии. Муссолини, подчеркивает В.И. Михайленко, рассчитывал воспользоваться двух-трехлетним мирным периодом для завершения подготовки к борьбе за передел мира, а до этого времени надеялся при первом благоприятном случае осуществить планы «параллельной войны». Гипотетически такая возможность существовала до 3 сентября 1939 г. (с. 334-335).

Автор подчеркивает, что англо-французским союзникам удалось использовать разногласия между Италией и Германией для ослабления фашистской оси и не допустить вступление в действие «стального пакта». Объявление войны Германии позволило им удержать Италию от агрессии на Балканах и избежать распространения войны на районы, граничащие с колониальными владениями Англии и Франции. В период «странной войны» западным союзникам удалось привлечь Италию к давлению на Берлин, с тем чтобы повернуть гитлеровскую агрессию против Советского Союза.

И.Е. Эман

2015.02.026. В.П. ЛЮБИН. ОККУПАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА НАЦИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ. НОВАЯ НЕМЕЦКАЯ ЛИТЕРАТУРА. (Реферативный обзор).

Ключевые слова: Вторая мировая война; оккупационная политика нацистской Германии; принудительная работа гастар-байтеров; советские военнопленные.

В преддверии 70-летия окончания Второй мировой войны историки обращаются к отдельным малоисследованным ранее темам и сюжетам этой войны. В Германии вышли новые труды, посвященные политике нацистской Германии на оккупированных ею в 1939-1945 гг. территориях, в том числе в подвергшихся оккупации республиках и областях Советского Союза (3). К другим темам относятся принудительная работа угнанных лиц в Германии, положение советских военнопленных (1; 2; 4; 6). Одним из главных направлений исследований остается проблема виновности значительной части немецкого народа в поддержке политики Гитлера и вклада в ее практическое осуществление (5).

Доктор философии, выпускник Мюнстерского университета Йорн Хазенклевер опубликовал монографию «Вермахт и оккупационная политика в Советском Союзе. Командующие тыловых войсковых областей, 1941-1943 гг.» (3). В издательском предисловии к данной серии книг под названием «История войн» приводится изречение Карла фон Клаузевица: «Война это продолжение политики другими средствами. На основе этого главного принципа становится понятной вся история войн, без этого все выглядит полным абсурдом» (цит. по: 3, с. 9). В этих словах, сказанных в 1827 г.,