Нормативная динамика родительского отношения в современном обществе: возрастной и гендерный аспекты

психология

И.А. Ajiukuh, Н.В. Лукьянченко

НОРМАТИВНАЯ ДИНАМИКА РОДИТЕЛЬСКОГО ОТНОШЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ: ВОЗРАСТНОЙ И ТЕНДЕРНЫЙ АСПЕКТЫ1

Родительское отношение, динамика родительского отношения, пол ребёнка, пол родителя.

В статье рассматривается проблема нормативной динамики родительского отношения. В настоящее время практически отсутствуют фактические данные о динамике родительского отношения и его тендерной специфике. Исследование проведено на обширной выборке респодентов, имеющих детей дошкольного, младшего школьного, подросткового и старшего школьного возраста. Методическое обеспечение представлено «Опросником родительского отношения» А.Я. Варга и В.В. Сталина. Выявлено, что родительское отношение к детям разного возраста имеет отличительные особенности, как общие, так и обусловленные полом родителя и ребёнка.

I.A. Alikin, N. V. Lukyanchenko

Standard dynamics of parent attitude in modern society:

age and gender aspects

Parental attitude, dynamics of parental attitude, child's gender, parent's gender.

This article considers the problem of standard dynamics of parent attitude. Nowadays there is a lack of factual data about dynamics of parent attitude and its gender specificity. The research was conducted on the base of a wide range of parents having children of preschool, junior school, teenage and senior school age. The methodical content is presented by «Questionnaire of parent attitude» by A.J. Varga and V.V. Stolina. It is revealed that parent attitude to children of different age has distinctive features which can be either general or caused by parent's and child's gender.

Анализируя важнейшие сущностные характеристики детства, в первую очередь необходимо говорить о его изначально социальной природе. Детство и обще-

1 Работа выполнена при поддержке гранта (подпроект №06-1/12) в рамках проекта №06/12 «Гуманитарная технологическая платформа "Исследования проблем развития человека" (Инновационный человек)».

ство находятся в отношениях взаимосвязи. Уже акт рождения, по мнению JI.C. Выготского, знаменует собой переход от биологического способа развития к социальному, так как жизнь малыша зависит от деятельности других людей [Выготский, 1991]. Включённость в отношения со значимыми взрослыми является необходимым условием полноценного психического развития. В теориях Э. Эриксона и JL Демоза особенности детства связываются с характером общественных отношений [Эриксон, 1996; Демоз, 2000]. Согласно воззрениям этих авторов, детство, с одной стороны, является отражением состояния широкого социума, своего рода снятой моделью господствующих типов отношений в обществе, с другой — оно само задает установочные перспективы формирующегося общества. Социальное для ребёнка выступает в виде отношений ближайшего микросоциума — семьи. Интроецированные в детстве отношения со значимыми людьми становятся своего рода матрицей всей системы отношений взрослых субъектов в целом. Взрослая жизнь человека в широких социальных контекстах во многом является проекцией сформированных в детские годы психических структур, характер которых зависит от внутрисемейных отношений. Р. Берне утверждает, что тип взаимоотношений, который складывается в семье между ребенком и родителями, является чрезвычайно важным фактором развития его Я-концепции, которая становится интегральным регулятором позиционирования личности [Берне, 1986]. Дет-ско-взрослые отношения и социальные отношения едва ли не зеркально отражаются друг в друге. М. Боуэн, например, основываясь на собственной терапевтической практике, утверждает, что, только выстроив субъективно гармоничные отношения с родителями, взрослый человек способен стать функционально полноценным членом общества [Боуэн, 2008].

Детство, таким образом, имеет выраженную общественно-историческую природу, а значит, не обладает качеством универсальности. JI.C. Выготский говорил о том, что нет вечно детского, а существует лишь исторически детское [Выготский, 1991]. Характеристики детства изменяются в соответствии с эпохой и состоянием социума. И вместе с тем многие из этих характеристик с трудом поддаются рефлексии, так как в силу действия социальных стереотипов они функционируют на уровне «подразумеваемого», не различимого для аналитического взора.

Важно отметить, что появившийся на свет ребёнок попадает не просто в исторически обусловленное пространство детства. Он оказывается на дороге собственной истории меняющихся взаимоотношений с взрослым социумом, по которой он должен продвигаться к достижению социальной самостоятельности. В этой истории детства выделяются качественно-специфические этапы. Анализируя проблему критериев периодизации развития, можно обратить внимание на интересный факт, что и анализу подвергаются в большей мере его «внутренние» характеристики, то есть психические структуры ребёнка. В ряде теорий характеризуется соотношение внутреннего и внешнего факторов диалектики развития (JI.C. Выготский, Д.Б. Элько-нин, A.B. Петровский, Э. Эриксон), но также скорее со стороны изменений, происходящих в отношении ребёнка. Характеристики социальной среды, если и рассматриваются в аспекте изменений, то скорее в качестве её расширения, включения действия новых социальных институтов [Выготский, 1991; Эльконин, 1999; Петровский, 1984; Эриксон, 1996]. Создаётся впечатление, что роль ближайшего окружения ребёнка, в первую очередь родителей постепенно исходит на нет, что само это окружение — нечто стабильное, неизменное во времени. И ход развития, в том числе и характер диалектики личностно-социального в нём, изменяется только за счёт «израстания» из узких рамок детско-родительских отношений.

При этом теряются из аналитической картины важнейшие социально-психоло-гические постулаты: 1) то, что все социальные отношения в конечном итоге реализуются в актах взаимодействия в микросоциуме человека и социальные отношения с неизбежностью преломляются через отношения внутри этого микросоциума; 2) то, что сам этот микросоциум меняется, составляя динамический контекст внешних условий и факторов становления личности ребёнка.

Из вышеизложенного вытекает необходимость исследования динамики важнейшего социального фактора развития ребёнка — родительского отношения.

Ещё один важный аспект заключается в том, что каждый из возрастов обладает собственной специфической сензитивностью. И родительское отношение, соответственно, «вкладывает» разную лепту на разных возрастных этапах.

Вышесказанное позволяет говорить о важности исследования родительского отношения в динамическом аспекте, в логике его изменения по мере взросления детей.

Такое исследование может быть осуществлено двумя путями. Первый — лонги-тюд, как известно, весьма затруднительный в организационном, временном и материальном аспектах. Второй путь — сравнительное исследование, достоверность результатов которого обеспечивается объемностью выборки. Мы пошли по второму пути, собрав обширный исследовательский материал, позволяющий сделать определенные обобщения.

Родительская выборка составила 2019 человек, из них 855 отцов и 1164 матери. Мы выявляли специфику родительского отношения к детям разных возрастов, а также особенности, обусловленные полом родителя и полом ребенка (детская выборка соответственно 557 мальчиков и 682 девочки). Последнее немаловажно в контексте активно обсуждаемой в современных общественных науках тендерной проблематики.

Рассмотрим результаты исследования, в котором использовалась известная методика «Опросник родительского отношения» А.Я. Варга и В.В. Столина. Методика содержит 5 шкал, характеризующих родительское отношение: шкала «Принятие — отвержение», отражающая эмоциональное отношение к ребенку; шкала «Кооперация» как мера соответствия родительского отношения социально желаемому образу; шкала «Симбиоз», отражающая межличностную дистанцию в общении родителя с ребенком; шкала «Авторитарная гиперсоциализация», отражающая форму контроля за поведением ребенка; шкала «Маленький неудачник», выявляющая тенденцию воспринимать ребенка как инфантильного, социально несостоятельного.

Статистическое сравнение различных гендерно-возрастных групп по показателям родительского отношения проводилось с помощью непараметрического 11-кри-терия Манна — Уитни. Соответственно, при анализе результатов рассматривались только значимые различия.

Начнем со сравнительного анализа особенностей родительского отношения отцов и матерей безотносительно к возрасту детей. Наиболее выраженные отличия представлены шкалой «Кооперация». Отцы всех возрастных категорий детей в меньшей степени, чем матери, стремятся быть «соучастниками» в жизни своих детей, помощниками их достижений и успехов. Меньше, чем матери, отцы стремятся быть «правильными, образцовыми» родителями. Возможно, отцы не столько ориентируются на образцы, сколько реализуют свое личное отношение. Они, если так можно выразиться, «менее стараются». Но при этом отцовская позиция имеет и достоинства по сравнению с материнской. Отцы, в целом, в меньшей степени, чем

матери, эмоционально отвергают своих детей, особенно в младшем школьном возрасте, и меньше их инфантилизируют в старшем возрасте.

Если рассматривать особенности отцовского и материнского отношения к детям разного возраста, получается следующая картина. По отношению к дошкольникам отцы более строги и менее кооперативны, чем матери, но ощущают в общении с ними более выраженную межличностную близость. Папа в отношениях с малышом по сравнению с мамой более «родной», но и более требовательный. Младшие школьники получают гораздо меньше поддержки и соучастия отцов в сравнении с матерями, но со стороны отцов имеют более принимающее эмоциональное отношение. По отношению к детям подросткового и юношеского возраста отцы также более строги и менее кооперативны, чем матери, но зато в большей степени доверяют социальной компетентности, самостоятельности ребенка. С детьми этого возраста отцы более дистантны в межличностных отношениях, чем матери.

Если интерпретировать данные сравнения в целом, можно заключить следующее. Эмоциональная приязнь отцов к детям выражена не менее, чем материнская. Но при этом отцы меньше ощущают личную ответственность за происходящее с ребенком, больше полагаясь на него самого, демонстрируют более личностно дифференцированную позицию. По сравнению с матерями отцы также более выдерживают линию соответствия родительского отношения возрасту ребенка. Материнская позиция отличается большим соучастием в жизни ребенка, большей погруженностью в его детскость, большим принятием на себя ответственности за происходящее с «дитятей». Э. Фромм, характеризуя отцовскую и материнскую любовь, указывает, что любовь отца обусловлена, зависит от достижений ребенка, а любовь матери безусловна. В нашем исследовании выяснилось, что это не совсем так. Не столько отцовская любовь зависит от достижений ребенка, сколько отец ожидает, что ребенок самостоятельно справится со своими проблемами. Мать же не столько безусловно любит ребенка, сколько, несмотря ни на что (в том числе и на характер эмоциональных отношений), считает себя носителем ответственности за его судьбу.

Рассмотрим далее, как изменяется по мере взросления детей родительское отношение отцов и матерей. Общие тенденции изменения родительского отношения у отцов и матерей, как показали данные исследования, не противоречат друг другу. Выраженная специфика родительской позиции особенно ярко представлена по отношению к младшему школьному возрасту. Дети этого возраста в большей степени эмоционально принимаются родителями обоего пола по сравнению с дошкольниками и с подростками. Как отцы, так и матери в меньшей степени стремятся к интенсивной межличностной близости с маленькими школьниками, чем с дошколятами, и при этом более доверяют их личной компетентности, чем подросткам. По сравнению с дошкольным возрастом матери младших школьников более требовательны, но по сравнению с подростками менее строги и более настроены на сотрудничество. В целом, получается, что наиболее благоприятное родительское отношение получают дети младшего школьного возраста, особенно выраженную дружественную окраску имеет материнское отношение.

Рассмотрим далее, чем отличается родительское отношение к мальчикам и девочкам, и специфику этих различий в разных возрастах. Отметим следующие выраженные различия родительской позиции к детям разного пола. По отношению к мальчикам-дошкольникам и младшим школьникам родительское отношение более дистантное и эмоционально негативное, чем по отношению к девочкам. На первых порах жизни мальчики имеют менее комфортную родительско-детскую ситуацию, чем девочки. Особенно неблагоприятно для них межполовое сравнение в

период младшего школьного возраста. Родители здесь менее склонны помогать мальчикам, чем девочкам, и воспринимают их как менее компетентных, самостоятельных, чем сверстниц. В более поздние периоды выявленные тендерные различия стираются. Подростки, как мальчики, так и девочки, равны для их родителей. А в старшем школьном возрасте мальчики даже «выигрывают», получая более кооперативное отношение родителей.

Мы также проанализировали отдельно отцовское и материнское отношение к мальчикам и девочкам в разном возрасте. Выявилось, что у отцов более выражена тендерная специфичность родительского отношения. «Равны» для них только мальчики и девочки «экстремального» подросткового возраста (вероятно, в перипетиях отношений с перегруженными чувством взрослости отпрысками отцам уже не до тендерной специфики). По отношению к дошкольникам-мальчикам отцы менее близки и эмоционально принимающи, чем по отношению к девочкам. Похоже, в девочках для отцов в большей мере олицетворяется очарование детства, чем в мальчиках, будущих мужчинах. Но наиболее выражена разница отношения отцов к мальчикам и девочкам в младшем и старшем школьном возрасте. Нелишне, на наш взгляд, будет обратить внимание на то, что это возрасты «учебные», когда инструментальная компетентность детей имеет весьма серьезное значение для родителей и детей. Сама «учебность» в названных возрастах разная. Если в младшем школьном возрасте более важна ее исполнительская, адаптивная составляющая, то в старшем школьном возрасте более значимы самостоятельность, способность к поисковой активности. Возможно, этим объясняется то, что отличия в отношении отцов к мальчикам и девочкам в младшем и старшем школьном возрасте можно характеризовать как разнонаправленные. Общим является только более принимающее эмоциональное отношение отцов к девочкам, чем к мальчикам. В остальном — едва ли не зеркальная противоположность. В отношении отцов к мальчикам младшего школьного возраста менее представлены кооперативные начала и стремление к близости и больше выражен показатель «Маленький неудачник» по сравнению с отцовским отношением к девочкам. А в отношении к юношам по сравнению с девушками отцы, наоборот, больше стремятся к соучастию и сотрудничеству и менее их инфантилизируют. Хотя и наставлять на путь истинный (параметр «Авторитарная гиперсоциализация») отцы стремятся в большей степени сыновей. Похоже, что в эмоционально-отношенческой сфере отцовского родительства девушки выигрывают по сравнению с юношами. Но в инструментальном отношении, в вопросах самостоятельности и компетентности юноши со стороны отцов получают большую «фору», чем девушки. Образно говоря и несколько утрируя, можно выразить специфику отцовского отношения к детям-старшеклассникам разного пола следующим образом. По отношению к девушкам: «Люблю, но что с нее взять, женщина же»; по отношению к юношам: «На шею сесть не позволю, но уважаю».

Обнаружилось, что отношение матерей к детям разного пола существенным образом не отличается, когда их возраст соответствует дошкольному или подростковому периодам. В младшем и старшем школьном возрасте мальчики в большей мере эмоционально отвергаются матерями, чем девочки. Но зато в старшем школьном возрасте сыновья имеют больше шансов на кооперативное взаимодействие с матерями, чем дочери.

Рассмотрим результаты статистического сравнения отношения к детям разного возраста в выборке отцов и матерей отдельно к мальчикам и девочкам.

Если характеризовать полученную картину в целом, можно отметить, что изменение родительского отношения при переходах в «учебные» возрасты в большей мере выражено у отцов. Младшие школьники для них более эмоционально прив-

лекательны и меньше нуждаются в близости, чем дошкольники. Для мальчиков к этому отцы добавляют увеличение в своем отношении инфантилизирующих тенденций, а для девочек — кооперативных. К старшему школьному возрасту инфан-тилизирующие тенденции со стороны отцов касаются уже детей обоих полов, и девочек даже больше, чем мальчиков. К мальчикам отцы становятся более требовательны, а к девочкам еще более кооперативны, чем в подростковом возрасте.

Родительское отношение матерей к мальчикам гораздо менее зависит от возраста последних. Изменяется только уровень авторитарного контроля при переходе сыновей в школьную жизнь, и усиливаются эмоциональное отвержение и инфан-тилизация по отношению к сыновьям-подросткам. Переход к юношескому возрасту изменений в отношении матерей к мальчикам не вызывает. А вот отношение к дочерям претерпевает значительные трансформации, особенно при вступлении в пору глобального пересмотра отношений — подростничества. Если девочки в младших классах в большей мере эмоционально принимаются матерями, чем даже дошкольницы (хотя и дистанция становится несколько больше), то девочки-подростки представляются матерям гораздо менее социально компетентными и получают от них гораздо более отвергающее эмоциональное отношение. В отношении матерей к девочкам-подросткам больше выражен авторитарный контроль в ущерб сотрудничающим кооперативным формам взаимодействия. К юношескому возрасту кооперация в материнском отношении к дочерям еще более снижается.

Подводя итог, выделим основные отличительные тенденции родительского отношения отцов и матерей к мальчикам и девочкам разных возрастов.

1. Отцы в меньшей степени, чем матери, стремятся к тесному сотрудничеству с ребенком и содействуют его достижениям, в то же время в меньшей степени ин-фантилизируют детей и несколько более эмоционально принимают их, чем матери. В целом отцовское отношение предполагает большую ответственность и самостоятельность ребенка.

2. Матери более, чем отцы, стремятся к социально одобряемым кооперативным отношениям с детьми всех возрастов. Матери в меньшей степени, чем отцы, склонны к увеличению межличностной дистанции с детьми старших возрастов. Материнское отношение в большей мере ориентировано на соучаствующую роль родителя в жизни ребенка.

3. Мальчики получают менее благоприятное отношение родителей, чем девочки, они в большей степени эмоционально отвергаются и инфантилизируются. Особенно велика разница в отношении мальчиков и девочек в младшем школьном возрасте. Девочки младшего школьного возраста имеют со стороны родителей наиболее благоприятное, поддерживающее и принимающее отношение.

4. В более старшем возрасте (подростковом и старшем школьном) различия в отношении к детям разного пола в определенной степени стираются. В основном это происходит за счет ухудшения родительского отношения к девочкам, своего рода «ниспровержения с пьедестала», что особенно ярко представлено в материнском отношении.

5. В родительском отношении отцов в большей мере представлена гендерно-воз-растная специфика. Для младших школьников — это дискриминация мальчиков по сравнению с девочками как в эмоциональном аспекте, так и в сфере признания их социальной компетентности. В старшем школьном возрасте — возрастание отцовского доверия компетентности мальчиков по сравнению с девочками при сохранении большей эмоциональной приязни к дочерям.

6. Динамика родительского отношения к девочкам характеризуется ухудшением материнского отношения в старшем возрасте, с переходом девочки в подростковый возраст усиливается эмоциональное отвержение со стороны матери, к старшему школьному возрасту девочки также теряют уважение к их социальной компетентности, самостоятельности.

Выявленные тенденции требуют глубокого осмысления, в первую очередь в контексте возрастной сензитивности разных периодов детства, а также могут служить условным социальным нормативом при рассмотрении специфики родительского отношения к детям, имеющим особенности развития.

Библиографический список

1. Берне Р. Развитие Я-концеиции и воспитание. М.: Прогресс, 1986. 360 с.

2. Боуэн М. Теория семейных систем Мюррея Боуэна: основные понятия, методы и клиническая практика. М.: Когито-Центр, 2008. 496 с.

3. Варга А.Я., Столин В.В. Практикум по психодиагностике. Психодиагностические материалы. М.: МГУ, 1988. 128 с.

4. Выготский JI.C. Педагогическая психология. М.: Педагогика, 1991. 480 с.

5. Демоз JI. Психоистория. Ростов-на-Дону: Феникс, 2000. 512 с.

6. Петровский A.B. Проблема развития личности с позиций социальной психологии // Вопросы психологии. 1984. № 4. С. 15-29.

7. Эльконин Д. Психология игры. М.: Владос, 1999. 360 с.

8. Эриксон Э. Детство и общество. СПб.: Ленато, ACT, 1996. 592 с.

9. Jones Е.Е., Nisbett R.E. The Actor and the Observer: Divergent Perseptions of the Causes of Behavior. N. J., 1971.