Преимущества рассмотрения индивидуальных конституционных жалоб в порядке абстрактного нормоконтроля конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации

ПРЕИМУЩЕСТВА РАССМОТРЕНИЯ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ КОНСТИТУЦИОННЫХ ЖАЛОБ В ПОРЯДКЕ АБСТРАКТНОГО НОРМОКОНТРОЛЯ КОНСТИТУЦИОННЫМИ (УСТАВНЫМИ) СУДАМИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СВЕТЛАНА АЛЕКСАНДРОВНА БЕНЬЯМИНОВА

Заслуженный юрист Республики Карелия,

председатель Конституционного Суда Республики Карелия,

e-mail: concourt@karelia.ru

Анализируются различия между абстрактным и конкретным нормоконтролем, осуществляемыми конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации. Автор предлагает использовать преимущества рассмотрения индивидуальной конституционной жалобы в порядке абстрактного нормоконтроля в целях повышения социальной востребованности конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации.

The distinctions between the abstract control of norms and concrete control of norms provided by the constitutional (charter) courts of the constituent entities of the Russian Federation are analyzed. The author suggests to use advantages of examination of an individual constitutional complaint in procedure of abstract control of norms for increasing the social role of the constitutional (charter) courts of subjects of the Russian Federation.

Ключевые слова: абстрактный и конкретный нормоконтроль, конституционные (уставные) суды, индивидуальная конституционная жалоба

Key words: abstract and concrete control of norms, constitutional (charter) courts, individual constitutional complaint

В ноябре 2014 г. Конституционному Суду Республики Карелия исполнилось 20 лет. Думается, что как раз наступило время для подведения итогов и формулирования рекомендаций, направленных на совершенствование конституционной юстиции в России.

Не претендуя на комплексное освещение проблем конституционной (уставной) юстиции субъектов Российской Федерации, обратим внимание на отдельные правовые аспекты рассмотрения индивидуальной конституционной жалобы гражданина в порядке абстрактного нормо-контроля.

Индивидуальная конституционная жалоба в конституционный (уставный) суд субъекта РФ -это средство защиты прав и свобод человека и гражданина, закрепленных в основном законе субъекта Российской Федерации. Гражданин может просить проверить нормативные правовые акты, изданные государственными органами субъекта Российской Федерации или органами местного самоуправления, на предмет их соответствия основному закону данного субъекта. При этом в зависимости от установленной в законе о конституционном (уставном) суде субъек-

та Федерации модели индивидуальная конституционная жалоба гражданина рассматривается в порядке конкретного либо абстрактного нормо-контроля.

В порядке конкретного нормоконтроля проверяется конституционность только того нормативного правового акта, который применен или подлежит применению в деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде и которым нарушены конституционные права и свободы конкретного гражданина. При абстрактном нор-моконтроле проверка конституционности оспариваемого нормативного правового акта не связана с наличием конкретного дела (спора), в котором этот акт применен или подлежит применению; для принятия жалобы к рассмотрению достаточно обосновать неконституционность нормативного правового акта.

Большинство конституционных (уставных) судов субъектов РФ действуют по первой модели1, использующейся региональными законодателями по аналогии с той, которая заложена в основе деятельности Конституционного Суда РФ: согласно п. 3 ч. 1 ст. 3, ст. 96, 97 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ

российское право

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

«О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее - ФКЗ № 1) Конституционный Суд по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, и чьи права и свободы нарушаются этим законом.

Указанные положения, а также ст. 100 ФКЗ № 1, регламентируют случаи, когда на основании решения Суда конкретное дело в любом случае подлежит пересмотру компетентным органом в обычном порядке. Это позволяет некоторым ученым2 сделать вывод о том, что Конституционный Суд РФ, рассматривающий жалобы граждан, не удовлетворенных результатом рассмотрения их правовых споров в суде, выступает экстраординарной судебной инстанцией по рассмотрению конкретных судебных споров и вышестоящей по отношению ко всем судам (судам общей юрисдикции и арбитражным судам).

Однако российское процессуальное законодательство не содержит норм о пересмотре дел, в случае если решения, аналогичные указанным в ст. 100 ФКЗ № 1, были вынесены в конституционных (уставных) судах субъектов Федерации, что существенно снижает их ценность для гражданина - потенциального заявителя. Зачем ему, прошедшему все инстанции в суде общей юрисдикции, арбитражном суде, обращаться в конституционный (уставный) суд субъекта, если решение последнего не будет основанием для пересмотра его дела?

Указанная проблема была частично разрешена определением Конституционного Суда РФ от 5 июня 2012 г. № 1239-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мохам-мада Фарида на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (далее - определение № 1239-0). Согласно ему законодательное установление основ статуса конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации и юридических последствий вступления в силу их решений в системе действующего правового регулирования означает, что решение суда общей юрисдикции (арбитражного суда), основанное на подзаконном нормативном правовом акте, признанном конституционным (уставным) судом субъекта РФ в пределах его полномочий противоречащим конституции (уставу) субъекта Федерации, может быть пересмотрено в установленном законом порядке в соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 9 декабря 2010 г. № 353-ФЗ). Иное приводило бы к невозможности исполнения решений конституционного (уставного) суда субъекта РФ и потому нарушало бы единство

судебной системы России (ст. 3 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»), лишало бы смысла обращение заявителей в этот суд, делая иллюзорным предоставленный гражданам и их объединениям способ защиты прав с помощью конституционного правосудия.

Напомню, что согласно упомянутому в определении № 1239-О п. 1 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ отмена постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послужившего основанием для принятия решения по данному делу, является новым обстоятельством -основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений.

Однако исходя из определения № 1239-О указанная правовая позиция не распространяется на случаи, когда конституционным (уставным) судом субъекта РФ признан неконституционным закон субъекта РФ. Кроме того, указанное определение не было официально опубликовано, оно даже не включено в справочную правовую систему «КонсультантПлюс». В силу ст. 79 ФКЗ № 1 позиция Конституционного Суда, изложенная в определении, не подлежит обязательному учету правоприменительными органами.

Поскольку в ГПК РФ отсутствует прямое указание на такое новое обстоятельство для пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, как решение конституционного (уставного) суда субъекта РФ, возникают сомнения в обязательности применения судами общей юрисдикции позиции, изложенной в определении № 1239-О. Усиливает эти сомнения и постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. № 31 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений», в котором определение № 1239-О не только не упомянуто, но и не принято во внимание: в подп. «г» п. 5 постановления, разъясняющего порядок исчисления срока обращения, указано, что в случае обращения с заявлением, представлением о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений в связи с отменой постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послужившего основанием для принятия указанного в заявлении судебного постановления, вышестоящим органом или должностным лицом либо органом, принявшим это постановление (п. 1 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ), срок обращения в суд необходимо исчислять со дня, следующего за днем принятия указанными органами и должностными лицами

нового постановления, если иное не установлено нормативными правовыми актами, регулирующими порядок принятия и вступления в силу постановлений, принимаемых данными органами и должностными лицами.

Таким образом, суды общей юрисдикции под отменой постановления государственного органа или органа местного самоуправления понимают только отмену постановления вышестоящим органом или должностным лицом либо органом, принявшим это постановление. Поскольку конституционный (уставный) суд субъекта РФ не является вышестоящим органом, его решение вряд ли станет основанием для пересмотра судебного постановления.

Укажем еще одну правовую норму, которая снижает ценность для заявителя индивидуальной конституционной жалобы, рассматриваемой в порядке конкретного нормоконтроля. Даже если в законе субъекта РФ о конституционном (уставном) суде предписано использовать модель, когда гражданин может обратиться с индивидуальной конституционной жалобой на нормативный правовой акт, который еще не применен, но подлежит применению в деле (т. е. до окончания рассмотрения в суде), то ГПК РФ не позволяет в этом случае судье приостановить производство по делу в суде общей юрисдикции (в соответствии со ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности его рассмотрения до разрешения другого дела, рассматриваемого конституционным (уставным) судом субъекта РФ). В связи с этим граждане чаще всего обращаются в конституционный (уставный) суд субъекта РФ только в том случае, если заинтересованы в изменении правого регулирования правоотношений в будущем.

Перечисленные недостатки нехарактерны для рассмотрения жалобы в порядке абстрактного нормоконтроля: гражданин сразу может обратиться в конституционный (уставный) суд субъекта РФ за защитой своих конституционных прав, минуя суд общей юрисдикции, арбитражный суд.

Наличие или отсутствие конкретного правового спора (дела) лишь формальное основание для принятия или для отказа в принятии индивидуальной конституционной жалобы к рассмотрению. Поскольку конституционный (уставный) суд субъекта РФ, проверяя нормативный правовой на соответствие конституции (уставу) этого субъекта, разрешает только вопросы права и не связан основаниями и доводами, изложенными в обращении, то фактические обстоятельства индивидуального спора, позиции сторон в конкретном индивидуальном споре, количество пройденных судебных инстанций до обращения

в конституционный (уставный) суд не влияют на оценку конституционности самого нормативного правового акта: суд, проверяя нормативный правовой акт на соответствие конституционным положениям, анализирует буквальный смысл этого акта, исходя из его официального и иного толкования или сложившейся правоприменительной практики, а также из его места в системе правовых актов.

К тому же, независимо от того, в каком порядке была рассмотрена индивидуальная конституционная жалоба (в порядке конкретного или абстрактного нормоконтроля), действие итогого решения конституционного (уставного) суда одинаково: согласно ст. 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» такое решение, принятое в пределах полномочий суда, обязательно для исполнения и не может быть пересмотрено иным судом. Исполнение же любого решения конституционного (уставного) суда субъекта РФ о признании акта неконституционным требует внесения изменений (дополнений) в этот акт либо признания его утратившим силу, что означает изменение нормативного правого регулирования общественных отношений для неопределенного круга лиц, как правило, относящихся к той же категории граждан, что и заявитель, а значит, и защиту конституционных прав таких граждан.

Таким образом, различия между конкретным и абстрактным нормоконтролем влияют на субъектный состав лиц, имеющих право обратиться с индивидуальной конституционной жалобой, и не оказывают воздействия на рассмотрение дела, вынесение решения и на само исполнение решения конституционного (уставного) суда.

На условность ценностного различия между абстрактным и конкретным нормоконтролем указывают и некоторые ученые, в том числе Н. С. Бондарь, судья Конституционного Суда РФ3.

В связи со сказанным возникает вопрос: если расхождения между конкретным и абстрактным нормоконтролем не влияют на процесс оценки соответствия нормативного правового акта конституции (уставу) субъекта РФ, на юридическую силу решения конституционного (уставного) суда, целесообразно ли ограничивать возможности граждан по защите своих конституционных прав, устанавливая для них право обращаться с индивидуальной конституционной жалобой только в порядке конкретного нормоконтроля, в то время как все региональные законы о конституционных (уставных) судах субъектов РФ предусматривают, что государственные органы соответствующего субъекта обращаются в конституционный (уставный) суд субъекта в порядке абстрактного нормоконтроля? Справедливо

российское право

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

ли ставить гражданина в неравные условия по сравнению с органами государственной власти? Та же статистика рассмотрения дел конституционными (уставными) судами субъектов РФ свидетельствует, что подавляющее число обращений исходят от граждан, а не от органов государственной власти.

Полагаю, что указанное ограничение нельзя объяснить тем, что граждане в отличие от сотрудников аппарата государственных органов обладают низкой правовой грамотностью, так как граждан с высшим юридическим образованием в России более чем достаточно. Нельзя ссылаться и на большую загруженность конституционных (уставных) судов субъектов РФ и необходимость в связи с этим устанавливать «фильтр», отсеивающий обращения граждан: по статистике, возможности конституционных (уставных) судов субъектов РФ не используются в полной мере. Нет правовых препятствий в федеральном законодательстве. Нет и научного обоснования необходимости установления только такой модели обращений для граждан.

Широкое применение в конституционных (уставных) судах субъектов Федерации института индивидуальной конституционной

жалобы, рассматриваемой в порядке абстрактного нормоконтроля, вполне уместно и обладает большим потенциалом и преимуществами

В литературе перечислено лишь несколько недостатков рассмотрения индивидуальной конституционной жалобы в порядке абстрактного нормоконтроля4. Так, эта модель:

1) способствует значительному увеличению количества формально допустимых, но в то же время необоснованных обращений, что влечет, помимо прочего, опасность вмешательства конституционного (уставного) суда в компетенцию иных судебных органов власти;

2) не соответствует правовой природе судебного конституционного контроля как экстраординарного средства защиты прав и свобод граждан;

3) не обеспечивает целенаправленное, адресное воздействие конституционного правосудия на правоприменительный процесс.

Первый довод опровергается практикой: в Республике Карелии, где с 2002 г. (со вступления в силу Закона Республики Карелия от 4 января 2002 г. № 566-ЗРК «О внесении изменений в Закон Республики Карелия „О Конституционном Суде Республики Карелия"») применяется модель рассмотрения индивидуальной конституционной

жалобы в порядке абстрактного нормоконтро-ля. С 1994 по 2001 г. поступило 139 обращений граждан (рассмотрено 27), с 2002 по 2008 г. -139 обращений граждан (рассмотрено 48), с 2009 по 2014 г. - 146 (рассмотрено 16). Таким образом, вести речь о каком-либо увеличении количества обращений не приходится.

Что касается второго довода, то в законодательстве РФ конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации не определены в качестве высшего либо экстраординарного судебного органа, их решения не указаны как основания для пересмотра судебных постановлений, состоявшихся в судах общей юрисдикции, арбитражных судах. В качестве экстраординарной инстанции в определенном аспекте может рассматриваться только Конституционный Суд РФ.

Третий довод в приведенной формулировке ставит под сомнение все конституционное правосудие, осуществляемое как Конституционным Судом РФ, так и региональными конституционными (уставными) судами, цель которого не разрешение индивидуального правового спора, а недопущение искажения конституционных ценностей самим государством в лице его органов, принимающих нормативные правовые акты. Конституционный Суд РФ, выявляя правовую природу конституционного судопроизводства, указал, что правомочием по проверке конституционности указанных нормативных актов, осуществляемой в особой судебной процедуре конституционного судопроизводства, наделен только он сам. Это обусловлено тем, что решения Конституционного Суда, в результате которых неконституционные нормативные акты утрачивают юридическую силу, имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов5.

Следовательно, широкое применение в конституционных (уставных) судах субъектов Федерации института индивидуальной конституционной жалобы, рассматриваемой в порядке абстрактного нормоконтроля, вполне уместно и обладает большим потенциалом и преимуществами.

В литературе6 называют следующие достоинства института индивидуальной конституционной жалобы, рассматриваемой в порядке абстрактного нормоконтроля:

доступность: заявителю нет необходимости обращаться в промежуточные инстанции для получения подтверждения факта, что оспариваемая им норма подлежит применению в его деле;

простота обоснования: заявитель не обязан доказывать то, что оспариваемая правовая норма непосредственно связана с нарушением его конституционного права в конкретном деле;

возможность превентивной защиты: заявитель может получить защиту своего конституционного права еще до его нарушения неконституционной нормой;

всеобщность: по результатам рассмотрения жалобы защищаются нарушенные конституционные права и свободы не только обратившегося с жалобой гражданина, но и неопределенного круга лиц, права которых регулируются и соответственно могут быть нарушены оспариваемой нормой права.

Таким образом, возможности абстрактного нормоконтроля в большей степени гарантируют реализацию и защиту их прав и свобод путем конституционного судопроизводства. Это особенно актуально при рассмотрении жалоб в области защиты прав и свобод человека и гражданина. Причины этого - в сочетании публичных и частных правовых начал. По мнению Н. С. Бондаря7, ценность абстрактного нормоконтроля обусловлена его ориентацией преимущественно на защиту общих интересов, он открывает наиболее широкие возможности для осуществления конституционно-судебной проверочной деятельности.

Полагаю, что рассмотрение индивидуальных конституционных жалоб в таком порядке имеет еще одно преимущество. Это единственная для гражданина возможность оспорить нормативный правовой акт субъекта РФ и получить судебную защиту конституционных прав и свобод в ситуации, когда этот акт не содержит положений, регулирующих права, свободы и обязанности граждан какой-либо категории, в частности самого заявителя.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2007 г. № 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части» судья отказывает в принятии заявления в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 134 или ч. 8 ст. 251 ГПК РФ в случае, когда в заявлении гражданина оспаривается полностью или в части нормативный правовой акт, очевидно не затрагивающий его права и свободы, тогда как это обстоятельство является необходимым условием проверки акта или его части в порядке, предусмотренном гл. 24 ГПК РФ (например, заявление граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя, об оспаривании полностью или в части нормативных правовых актов, регулирующих отношения с участием организаций и индивидуальных предпринимателей).

На основании указанного пункта суды общей юрисдикции отказывают в принятии от граждан заявлений об оспаривании нормативного правового акта, если оспариваемый акт не регулирует отношения с их участием8.

Таким образом, если нормотворческий орган по каким-либо причинам (намеренно либо ненамеренно) не включил граждан определенной С категории в число участников правоотношений, регулируемых нормативным правовым актом, то эти граждане не смогут оспорить такой акт в суде общей юрисдикции, а следовательно, и в конституционном (уставном) суде субъекта РФ, где используется модель рассмотрения индивидуальной конституционной жалобы только в порядке конкретного нормоконтроля. Приведем пример.

11 июля 2014 г. Конституционным судом Республики Карелия было вынесено постановление по индивидуальной конституционной жа-

По результатам рассмотрения жалобы в порядке абстрактного нормоконтроля было защищено право коренного малочисленного народа - вепсов, проживающих в Республике Карелии, на осуществление охоты в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности

лобе гражданина А. П. Хворова о проверке на соответствие Конституции Республики Карелия указа Главы Республики Карелия от 13 сентября 2012 г. № 121 «Об определении видов разрешенной охоты в охотничьих угодьях на территории Республики Карелия, за исключением особо охраняемых природных территорий федерального значения» (далее - Указ). Согласно решению суда Указ признан не соответствующим Конституции Республики Карелия.

По результатам рассмотрения жалобы в порядке абстрактного нормоконтроля было защищено право коренного малочисленного народа -вепсов, проживающих в Республике Карелии, на осуществление охоты в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности.

В чем состояла суть жалобы? Федеральный закон от 24 июля 2009 г. № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусматривает следующие виды охоты:

российское право

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

1) промысловая охота;

2) любительская и спортивная охота;

3) охота в целях осуществления научно-исследовательской деятельности, образовательной деятельности;

4) охота в целях регулирования численности охотничьих ресурсов;

5) охота в целях акклиматизации, переселения и гибридизации охотничьих ресурсов;

6) охота в целях содержания и разведения охотничьих ресурсов в полувольных условиях или искусственно созданной среде обитания;

7) охота в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, охота, осуществляемая лицами, которые не относятся к указанным народам, но постоянно проживают в местах их традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности и для которых охота является основой существования. Последний вид охоты осуществляется свободно, без каких-либо разрешений (ст. 19 Закона).

Виды разрешенной охоты регламентирует высшее должностное лицо субъекта РФ (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ) на основе правил охоты (ст. 23 Закона).

Глава Республики Карелия определил в оспариваемом Указе, что в охотничьих угодьях на территории Республики Карелии из семи допустимых видов разрешены шесть: охота в целях обеспечения ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности в этот перечень не включена.

Таким образом, конкретных положений, затрагивающих право вепсов как коренного малочисленного народа на охоту, Указ не содержал. С точки зрения ГПК РФ он не регулирует правоотношения, возникающие в связи с осуществлением коренными малочисленными народами охоты, следовательно, не влечет правовых последствий и не затрагивает права представителей этого народа. Следовательно, заявление А. П. Хворова об оспаривании Указа вряд ли было бы принято к рассмотрению судом общей юрисдикции.

Полагаю, что введение в законодательство других субъектов Российской Федерации норм, аналогичных нормам Закона Республики Карелия «О Конституционном Суде Республики Карелия», расширяющих круг субъектов обращения в конституционные (уставные) суды и допускающих возможность абстрактного нормо-

контроля по индивидуальным конституционным жалобам граждан, способствовало бы эффективному конституционному судебному контролю за функционированием законодательства субъекта РФ и полной защите прав и свобод граждан, повысило бы социальную востребованность региональной конституционной юстиции.

Примером для расширения круга субъектов обращения с конституционной жалобой послужили законодательные акты Германии, имеющей богатый опыт развития конституционной юстиции. В Германии «правом на обращение с конституционной жалобой наделяется, как правило, „каждый", то есть любое физическое или юридическое лицо. Основанием для обращения служит предполагаемое жалобщиком нарушение его конституционных прав со стороны публичных земельных властей»9.

1 По состоянию на 1 сентября 2014 г. действуют 16 конституционных (уставных) судов субъектов РФ. В 11 из них (конституционные суды республик Адыгея, Дагестан, Ингушетия, Коми, Марий Эл, Саха (Якутия), Татарстан, Кабардино-Балкарской Республики, уставные суды Санкт-Петербурга, Свердловской и Калининградской областей) индивидуальная конституционная жалоба рассматривается в порядке конкретного нормоконтроля, в двух (конституционные суды республик Карелия, Башкортостан) -в порядке абстрактного нормоконтроля, еще в двух (конституционные суды Республики Северная Осетия - Алания, Чеченской Республики) - и в порядке конкретного, и в порядке абстрактного нормоконтроля, в одном (Конституционный Суд Республики Тыва) индивидуальные конституционные жалобы не рассматриваются.

2 Тарасова А. Е., Власенко Д. К. Публичный контроль за конституционностью правоприменения: компетенция Конституционного Суда РФ // Журн. рос. права. 2012. № 3. С. 70-76.

3 Бондарь Н. С. Аксиология судебного конституционализма: конституционные ценности в теории и практике конституционного правосудия. М., 2013. С. 99 (Библиотечка судебного конституационализма: сер. Вып. 2).

4 Брежнев О. В. Институт конституционной жалобы в субъектах Российской Федерации: нормативные модели и практика их реализации // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 9.

5 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 1998 г. № 19-П по делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс».

6 Переплеснина Е. М. Право на обращение с индивидуальной конституционной жалобой как гарантия реализации правового статуса личности // Журн. конституционного правосудия. 2008. № 4.

7 Бондарь Н. С. Указ. соч.

8 Например, определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 августа 2005 г. № 5-Г05-41; от 24 августа 2005 г. № 86-Г05-20; от 19 ноября 2008 г. № 60-Г08-7; от 4 февраля 2009 г. № 33-Г08-2.1

9 Брусин А. М. «Двойное» конституционное правосудие: ненужная роскошь или насущная необходимость? // Вестн. Уставного суда Санкт-Петербурга. 2002. № 2. С. 143.