Чудо только для членов профсоюза

Премьер Владимир Путин вчера встретился с членами профсоюзов и впервые публично обсудил с трудящимися антикризисный план правительства. За впечатляющим стартом всенародного обсуждения этого плана пристально наблюдал специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ.

С Владимиром Путиным встречались около двадцати членов профсоюзов. За столом были представлены разные профсоюзы: оборонной промышленности, машиностроителей, работников жизнеобеспечения... Все они пришли сюда, в Малый зал на шестом этаже Белого дома (этот зал с некоторых пор называют еще Газовым, так как именно здесь шли изнурительные многочасовые переговоры Владимира Путина и украинского премьера Юлии Тимошенко по урегулированию украинской газовой задолженности России), чтобы в рамках всенародного обсуждения поговорить об антикризисном плане правительства.

Этот план сейчас обсуждается в трудовых коллективах, в забоях и у станка так же широко, всенародно и с тем же энтузиазмом, как в свое время — проект Конституции СССР, и само это обсуждение должно оказать психотерапевтический или вообще усыпляющий эффект на новую историческую общность — российский народ. Ведь если у кого-нибудь еще остались сомнения, преодолеет ли правительство кризис, то после всенародного обсуждения их остаться не должно: преодолеет, потому что народ и правительство едины и потому что за антикризисный план теперь отвечает не только правительство, но и вся страна в едином порыве.

Причем сегодняшний проект еще более трудоемкий, чем проект советской Конституции, потому что сейчас у страны всего две недели, чтобы начать и закончить это обсуждение. Раньше к таким проектам готовились годами. И это показывает, насколько изменилась жизнь в нашей стране за последние 30 лет. Вернее, насколько не изменилась.

Вчерашнее обсуждение было первым, в котором принимал участие Владимир Путин. Войдя, он поздоровался с каждым из двадцати участников встречи. Первым был, впрочем, не член профсоюза, а, наоборот, замминистра транспорта России Сергей Аристов. Но он сидел за одним столом с членами профсоюза. И Владимир Путин первым пожал ему руку.

Более того, обойдя весь стол, Владимир Путин снова наткнулся на Сергея Аристова, который с готовностью и с той же приветливой улыбкой опять протянул руку Владимиру Путину. И премьер даже чуть опять не пожал ее, но потом попридержал свою руку в воздухе и с печальной улыбкой произнес:

— Здоровались же...— намекая на то, что два раза подряд за полминуты в жизни одного человека такого счастья случиться не может.

После того как Сергею Аристову не пожали руку, ему оставалось только понимающе и даже благодарно пожать плечами.

Премьер объяснил собравшимся, что главная задача профсоюзов — "сохранение рабочих мест". У собравшихся это не вызвало никаких сомнений. При этом я обратил внимание, что они разделились на две примерно равные части: одна записывала каждое слово, а другая — ловила его глазами.

Премьер напомнил, что правительство выделило 47 млрд руб. на решение проблем занятости и что вскоре будет организовано около 1 млн новых рабочих мест. При этом, по его словам, руководители крупных предприятий не должны забывать о тех, кого они увольняют. О них надо заботиться. Для них надо, например, создавать малые предприятия вокруг крупных. Даже тем, кто уволен по собственному желанию, должно быть выплачено пособие. Это новое решение правительства — хорошая новость для тех, кто еще не решил, как лучше быть уволенным. Теперь такой человек может быть спокоен: все равно как. Пособие он все равно получит.

Господин Путин обратил внимание и на то, что в последнее время, как раньше, стали "нарушаться пенсионные права граждан", так как "снова стали использоваться серые схемы, зарплаты в конвертах". Возможно, в результате всенародного обсуждения может выясниться подробность, которая удивит Владимира Путина: граждане окажутся не против того, чтобы нарушались их пенсионные права. Потому что есть времена в жизни каждого человека, когда он так далеко, как Владимир Путин, не заглядывает.

— Чем бы ни руководствовалось предприятие (то есть какими бы благородными мотивами.— А. К.), нельзя просто так выставить человека за забор,— добавил премьер.— Это не так уж сложно и чаще всего не так уж дорого. И это окупится сторицей!

Я подумал, что премьер думает о предотвращении социальных взрывов в стране. Эта тема не может не обсуждаться в правительстве, хотя, конечно, и за закрытыми дверями. По информации "Ъ", она и обсуждается, причем активно. Так, в этом смысле особенно беспокоят студенты, которым нечем отдавать кредиты за ученье, и рабочие, которым не на что жить.

Впрочем, Владимир Путин все же имел в виду, судя по всему, не эту проблему. Позже он вернулся к этой теме и сказал о специалистах высокого класса, которых потом, когда кризис закончится и наступит подъем экономики, будет уже не найти.

— А он когда-нибудь наступит! — воскликнул премьер, и это его оптимистичное утверждение повергло в такое уныние, в какое не способны повергнуть самые пессимистичные прогнозы явно приободрившейся во время кризиса КПРФ.

Председатель Федерации независимых профсоюзов Михаил Шмаков, продолжая всенародное обсуждение антикризисного плана в Малом Газовом зале Белого дома, заявил, что в этом плане должны быть "более конкретно определены точки экономического роста".

— Или хотя бы направления...— неожиданно жалобно закончил он свою мысль.

Он заявил, что профсоюзы, как никто другой, заинтересованы в повышении производительности труда. Эта идея, конечно, вступала в противоречие с коренными трудами классиков марксизма-ленинизма, на которых, без сомнения, рос и воспитывался юноша Шмаков, пока не вырос в того Михаила Викторовича, которого мы все знаем, любим и ценим как председателя Федерации независимых (друг от друга) профсоюзов. В соответствии с этими трудами повышение производительности труда ведет к резкому сокращению рабочих мест, а это то, с чем должны бороться профсоюзы. Маркс и Энгельс находили в этом замечательную борьбу, а также единство противоположностей.

Нашел и Шмаков.

— Некоторые понимают повышение производительности упрощенно,— объяснил он,— как только интенсификацию труда работника. И не говорят о модернизации производства...

Он тоже ничего не сказал о том, что модернизация производства еще быстрее ведет к тем же печальным для профсоюза результатам, чем интенсификация.

— И не надо экономить на зарплатах! — призвал он, и с ним как наемный работник, я был уверен, согласится даже Владимир Путин.

Но он не согласился. Премьер ответил Михаилу Шмакову. Он заявил, что невозможно сохранить и рабочие места, и уровень зарплаты.

— Ну да...— негромко согласился Михаил Шмаков.

— Ну да, противоречие есть,— громко повторил господин Путин.

И тут Михаил Шмаков возразил премьеру. Ему не понравилось, что его поймали на противоречии. Кто бы мог подумать, что Михаил Шмаков станет возражать Владимиру Путину. Но так уж вышло. Михаил Шмаков сказал, что есть же те самые 47 млрд руб., которые можно потратить на то, чтобы компенсировать снижение зарплаты. А не увольнять никого они уже и так договорились.

— Но я не закончил! — раздраженно перебил его господин Путин.

И тут выяснилось, что именно про эти 47 млрд он сам и хотел сказать примерно то же самое. В конце концов, в том, что они выделены, заслуги Михаила Шмакова нет (или она, по крайней мере, минимальна). Заслуга господина Путина более определенна. А господин Шмаков не только перебил премьера, но и, можно сказать, украл у него эти 47 млрд.

Еще примерно полтора часа встреча продолжалась в закрытом режиме. Выйдя от премьера, Михаил Шмаков казался полностью удовлетворенным. (Так, скорее всего, и было.) Он с удовольствием отвечал на вопросы и нисколько не удивился, когда его спросили, будет ли он, как лидер независимых профсоюзов, выводить членов профсоюзов, в случае чего, на улицы — так, как это делают лидеры профсоюзов во Франции, например.

— Вообще-то приемы борьбы и формы протеста,— признался он,— что у нас, что во Франции — одинаковые. Манифестации, митинги... Но есть и разница. Во Франции королей предавали гильотине. У нас царей расстреливали.

Сравнение господина Шмакова придало неожиданную пикантность ситуации. Осталось выяснить, каких царей в связи с нынешним кризисом он имеет в виду.

Но он не стал заходить так далеко (он и так уже зашел).

— Во Франции,— продолжил он,— сначала проходят митинги, потом собирается патронат, проводятся разговоры с участием профсоюзов. А у нас сразу собирается трехсторонняя комиссия и решаются вопросы!

То есть и нужды выводить кого-нибудь на улицу, таким образом, нет.

— Впрочем, 1 мая мы пройдем демонстрацией протеста! — пообещал Михаил Шмаков.

Он не затруднился и с ответом на вопрос, какие лозунги будут на этой манифестации.

— Обязательно будут лозунги! — заявил он.

Между тем, после того как корреспондент телеканала РЕН ТВ попросил его для камеры (то есть для телекамеры) озвучить какой-нибудь из лозунгов, Михаил Шмаков технологично согласился и неожиданно выкрикнул:

— Работа! Нет снижению зарплат!

И он даже постучал кулаком по столу.

"Как быстро вошел в роль",— подумал я.

Но потом вспомнил, что на самом деле очень давно.