Институциональная комплементарность и дуализм методологии исследования социально-экономических систем

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ КОМПЛЕМЕНТАРНОСТЬ И ДУАЛИЗМ МЕТОДОЛОГИИ ИССЛЕДОВАНИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ

Липов Владимир Валентинович

кандидат экономических наук, доцент, докторант. Харьковский национальный университет имени В.Н. Каразина,

экономический факультет

г. Харьков, Украина. E-mail: lipov_vl@mail.ru

Аннотация. Рассмотрены основные подходы к исследованию институциональной комплементарности в современной экономической теории. Акцентировано внимание на особенностях использования диалектического метода исследования институциональной комплементарности. Предложены двухмерная концепция институциональной комплементарное™ и лестница оснований комплементарное™ элементов социально-экономических систем. Раскрыты основы комплементарного взаимодействия институтов в рамках основных моделей капиталистических систем.

Ключевые слова: институт; комплементарность; капитализм; модель; система; развитие

Код УДК: 339.13.01

Annotation. The theoretical methodological bases of formation institutional architectonics of the social economic systems as complementary integrity are defined. The author proposes the concept of institutional complementarity of social economic systems. Its components, structural, functional and the general complementarity of institutes can be recognized where «stairs of grounds» of institutional architectonics of social-economic systems are formed. The analysis complementary the bases of the basic institutional models of capitalism is presented.

Keywords: institution; complementarity; capitalism; model; system; development

Среди направлений экономических исследований, сформированных на стыке двух тысячелетий, особое место занимает изучение институциональной комплементарности (ИК) социально-экономических систем (СЭС). Его появление отражает потребность в осмыслении закономерностей институциональных преобразований на постсоветском пространстве, в странах, которые развиваются, странах развитого капитализма. К изучению этого явления обращаются представители разных течений экономической науки, использующих различные методологические подходы к исследованию экономических реалий. Акценту на диалектичности социальных процессов со стороны воспитанников новосибирской школы социально-экономических исследований [1] противостоит функционализм и синергизм представителей концепции множественности вариантов капитализма (КМВК) [2]. При этом на примере французской школы регуляции (ТР) можно наблюдать постепенный перенос акцента с диалектики в сторону большего

синергизма в социальных исследованиях [3].

В рамках первого подхода основанием выступает противопоставление противоположных типов социальной ориентации - индивидуализма и коллективизма (табл. 1). Дуализм двух, формируемых на основе противоположных социальных качеств материально-технологической среды, институциональных матриц (Западной и Восточной), дополняется выделением трех социальных сфер (идеология, политика, экономика). Комплементарность в концепции С. Кирдиной проявляется как дополнительность институтов противоположной институциональной матрицы. Они лишь в критических ситуациях неспособности базовых институтов соответствующей матрицы эффективно выполнять свои функции обретают право на существование в качестве временного компенсационного инструмента. Противоречие, порождаемое столкновением в рамках единой матрицы институтов, основанных на противоположных социальных ориентациях, в конечном итоге стимулирует совершенствование базовых и вытеснение комплементарных институтов. Однако развитие допускается лишь в пределах, изначально заданных социальными характеристиками материально-технологической среды, обретает телеологический характер.

Возникновение КМВК - реакция на распространение в странах всеобщего благосостояния теоретических концепций экономической политики, направленной на противодействие чрезмерной активности рыночных сил. В противовес этому, такие ученые, как П. Холл и Д. Соскис, акцентируют внимание на внутренней последовательности, комплементарности режимов производства. Даже активно координируемое государство всеобщего благосостояния способно усилить корпоративное взаимодействие, помогая фирмам развивать успешные стратегии, полагаясь на сравнительные преимущества, отличные от тех, которые формируют свободные рынки и конкуренция. Это позволяет объединить теорию комплементарности с теорией институциональных изменений. «Нации, сформировавшие специфический вид координации в одной сфере экономики, должны стремиться развивать комплементарные практики в других сферах» - утверждают П. Холл и Д. Соскис [2, с. 18]. В центре внимания КМВК находится фирма. Концепция связывает свойства институтов с их функциональным вкладом в межфирменное взаимодействие. Варианты капитализма рассматриваются как различные режимы производства, ключевая роль в которых отводится микроагентам - фирмам, собственникам, работникам. Подход стремится найти институциональное объяснение дифференциации моделей капитализма в специфике их поведения. Фирмы рассматриваются в контексте пяти институциональных блоков, описывающих стимулы и ограничения их деятельности: производственные отношения (ПО), финансовые системы (ФС) и корпоративное управление (КУ), обучение и подготовка кадров (01111), межфирменные отношения. Выделяются два базисных типа режимов производства: либеральная рыночная экономика (ЛРЭ) и координируемая рыночная экономика (КРЭ). Они представляют противоположные идеальные типы. В качестве промежуточного варианта представляется средиземноморский вариант рыночной экономики. (СРЭ). В первом случае рынок играет доминирующую роль в координации экономической деятельности. В КРЭ экономическое поведение в значительной степени управляется нерыночными механизмами координации поведения экономических субъектов. СРЭ преобладает в странах с крупным аграрным сектором, экстенсивным государственным вмешательством, специфическими средствами нерыночной координации в сфере корпоративного финансирования и более либеральными, чем в КРЭ ПО [2, с. 21]. В табл. 1 представлены основные отличия между ЛРЭ и КРЭ.

Ученые акцентируют внимание на ПК внутри и между сферами экономики. Наличие специфического типа координации в одной стимулирует развитие аналогичных практик в других. Так, долгосрочная занятость комплементарна долгосрочной ориентации в финансовой сфере. Практика активного межфирменного взаимодействия распространяется на институциональные блоки КУ, ФС, 01111, затрагивает систему ПО. С противоположной стороны отмечается субситиуциональный характер связи между институтами, обеспечивающими нерыночные и

рыночные способы координации. Развитая система защиты занятости противостоит ФС, основанной на биржевой форме финансирования. П. Холл и Д. Соскис утверждают, что институты не устанавливаются беспорядочно, но группируются в относительно связанные типы кластеров. Чем ближе они к идеальным режимам производства, тем эффективнее функционирует экономическая система. Приоритет краткосрочной ориентации в ФС связан со способностью фирм к быстрой переориентации бизнеса, основанными на либерализации рынка труда ПО, универсальной 01111, слабыми межфирменными связями. Предложенные модели капитализма демонстрируют сильную ПК между базисными институциональными блоками, где эффективность каждого института зависит от взаимодействия с другими. Ученые сохраняют традиционный для неоклассики акцент на анализе функциональных связей между элементами институциональных систем.

Таблица 1

Дифференциация между ЛРЭ и КРЭ согласно КМВК

ЛРЭ КРЭ

Образование и обучение Инвестиции в универсальные навыки Специфический человеческий капитал в определенных сферах деятельности или фирмах

Институты рынка труда Дерегулированный рынок труда, гибкие системы установления вознаграждения Кооперация наемных работников и умеренность оплаты труда

Финансы Публичный мониторинг информации и предпринимательские (венчурные) капиталисты Репутационный мониторинг банками

Конкурентная политика Сильная конкурентная политика Межфирменные отношения позволяют кооперацию

В основе теоретических концепций развивающейся с начала 70-х гг. ТР, по утверждению Р. Буайе, положена марксистская традиция акцента на диалектике общественных отношений, обогащенная кейнсианскими идеями и трудами историков экономики [3, с. 52]. Их эволюция связана с изменениями, происходящими в институциональных системах развитых стран. Завершение «Золотой эры» фордизма было обусловлено потерей трудовыми отношениями статуса ключевого фактора установления институционального равновесия в рамках национальных экономик. В результате противостояние наемный труд/собственники, высший менеджмент корпораций обретает более изощренные черты. На смену фордизму, как универсальной модели, характерной для всех развитых стран, приходит постфордизм, в рамках которого выделяют ряд специфических подходов к формированию механизмов регуляции - неолиберализм, неостейтизм и неокорпоративизм. Их основное содержание, с одной стороны, демонстрирует структурный полиизоморфизм комплементарных отношений в рамках формируемых в условиях перехода к постфордизму моделей рыночного, социал-демократического (с выделением специфических черт северо-, центрально-европейского), публичного (стейтистского, страны Южной Европы), мезокорпоративного (страны Юго-Восточной Азии) и постпереходного капитализма. С другой стороны, оно отражает многовариантность институциональных комбинаций. Эта многовариантность структурируется на основе иерархии ключевых понятий, призванных обеспечить возможность перехода с уровня абстрактных исследований на уровень эмпирический.

К ним отнесены: способы регуляции, производства, режимы накопления, структурные (институциональные) формы (деньги, отношения найма рабочей силы, конкуренция, способы присоединения к международному режиму, формы государства), способы координации (рынки, иерархии, сообщества, государство, сети, ассоциации). Представители ТР сосредотачиваются на формировании топологии механизмов координации, используемых в управлении хозяйственной деятельности. Шесть основных разновидностей координации дифференцируются по двум параметрам: приоритету собственного интереса или социальных обязательств, и горизонтальном либо вертикальномраспределении власти (рис. 1 [4, с. 534]).

Мотивация вз аимодействия

Собственный интерес

Социальные обязательства

Характер распределения власти

Горизонтальное

Рынок

Отношенческий контакт

Домохозяйство

Местные сообщества

Вертикальное

Сетевые структуры, ассоциации

Община

I

Фирма

Государство

Рис. 1. Таксономия способов координации

В качестве основы сравнительного анализа рассматриваются не национальные экономики, а сферы производства. Это позволило выявить существенные отличия в механизмах управления в отдельных секторах в пределах конкретных стран. Как отличия секторов в технологиях и рыночных условиях дают толчок отличиям в способах производства в пределах стран, так и национальная специфика формирует различные способы регуляции в пределах секторов. Они рассматриваются как национальные отличия. Различные наборы институтов обуславливают специфические методы управления и порождают различные типы стратегий компаний. Соответственно можно дифференцировать и спектр доминирующих социальных ориентаций ценностных систем, предопределяющих особенности институциональных образований. От коллективизма и солидаризма (страны Юго-Восточной Азии и большинство постпереходных экономик), к корпоративизму (страны континентальной Европы) и индивидуализму (англосаксонские страны).

Разделяет указанные подходы точка отсчета. Для КМВК таковой является микроэкономический субъект. Для ТР - экономика в целом, макроэкономика. Общим между КМВК и ТР являются близость институциональных блоков, которые, по утверждению ученых, влияют на формирование соответствующих организационных структур, обеспечивающих деятельность фирмы. Однако в обоих случаях, в конечном итоге, теряется связь с системными основаниями комплементарности институтов. Несмотря на то, что задачей исследователей является изучение специфики социально-экономических систем (СЭС) в целом, (само название концепций -множества вариантов капитализма, институциональных матриц (ИМ), теория регуляции - говорит

об этом), ИК рассматривается в них скорее как частный случай, лишь один из возможных вариантов институционального взаимодействия, дополняемый другими его видами. Собственно общесистемный характер комплементарности остается вне поля зрения исследователей, за деревьями не видно леса. Крен в сторону функционального анализа взаимосвязи между элементами экономических систем в конечном итоге сужает сам объект исследования, обедняет объяснительные возможности концепций.

Уже в латинском первоисточнике термина комплементарность - сотр1етеПит (дополнение, довершение) мы находим указание та то, что речь идет о завершении определенного процесса, получении целостногорезулътата, целого. Целостности, в которой сталкиваются противоположные процессы. С одной стороны, части влияют на целое, предопределяют его качества, а с другой, целое оказывается тем фактором, который предопределяет качества частей. Когда речь идет об институциональной системе, «комплементарностъ» указывает на единство, взаимодополняемость, взаимозависимость, целостность, распространяемую не только на экономические, но на весь комплекс социальных институтов, которые формируют социальную систему. Исходный момент такой целостности - национальная культура. «Часть», ценности, обычаи, традиции - «молчаливое знание», непроизвольно передаваемое от поколения к поколению, в повседневном бытии представляется основой того «целого», вокруг которого формируются, которым предопределяются особенности институтов хозяйствования. Но, с противоположной стороны, они, как «часть», -продукт влияния материально-технологической среды обитания человека, как «целого».

Можно выделить две группы взаимосвязанных причин, препятствующих признанию подобного взгляда на комплементарность. Первая связана с особенностями господствующих в современной западной экономической науке методологических установок. Вторая - с самим типом мышления, характерным для представителей западной цивилизации.

В первом случае, в конечном итоге, речь идет о противопоставлении двух подходов, двух взглядов на сущность социальной жизнедеятельности человека. Она может рассматриваться как процесс хозяйствования, воспроизводства человеком своего существования, охватывающий все аспекты его бытия, и как построенную на рациональном расчете деятельность человека по поиску индивидуальной выгоды (экономизм). Истоки подобного разграничения мы находим уже в творчестве Аристотеля. Заложенная философом традиция расширенного понимания смысла хозяйственной деятельности человека продолжена в учениях о хозяйствовании ранних христиан и средневековых богословов, философии хозяйства С. Булгакова. Развитие этой традиции содержится в концепции философии хозяйства Ю. Осипова, В. Ильина.

Во втором - истоки противоречия мы находим в самом способе человеческого мышления. Оно зарождается в истоках человеческой цивилизации как политеистическое, эзотерическое, магическое, суеверное мышление, обобщающее, абстрактно-образное восприятие мира. Лишь постепенно, в процессе эволюции человека, вырабатывается альтернатива - рационально-логическое мышление, последовательное причинно-следственное объяснение природных явлений. Окончательный приоритет последнего закрепляется лишь на этапе экономической модернизации общества. Спор между сторонниками дедуктивного и индуктивного подходов можно свести к спору о необходимости отказа от лево- (логического) либо правополушарного (интуитивного) мышления. Хотя лишь в своем единстве они способны дать наиболее адекватную картину мира.

Непродуктивность одностороннего индуктивного, рационально-логического, последовательного анализа явлений микромира послужила предпосылкой формулирования Н. Бором принципа дополнительности. В его истоках - толкование ученым соотношения неопределенностей В. Гейзенберга, согласно которому невозможно одновременно определить с какой угодно точностью значения любых двух взаимосвязанных физических переменных (координату и импульс электрона, волновые и корпускулярные свойства микрочастиц) [5, с. 31].

Принцип дополнительности утверждает, что нет смысла приписывать одновременно объективную координату (или время) и объективный импульс (энергию) электрону или полю излучения. Связанные величины названы Н. Бором дополнительными, потому, что они, во-первых, взаимно исключают одна другую (уточнение значения одной ведет к росту неопределенности другой -дополнительной величины), и, во-вторых, с противоположной стороны, - они необходимы для обеспечения полного описания целостной системы, не могут существовать по отдельности. Термин «дополнительность», по утверждению Н. Бора подчеркивает то обстоятельство, что «в противоречащих друг другу явлениях мы имеем дело с различными, но одинаково существенными аспектами единого, четко определенного комплекса сведений об объекте».

Предложенный Н. Бором принцип дополнительности показывает, что на передовых рубежах исследования даже в такой точной науке, какой является физика, невозможно ограничиться исключительно позитивными, сугубо рациональными методами исследования. Это имеет непосредственное отношение к разработке теоретико-методологических проблем комплементарности СЭС. На первое место и в этих исследованиях выходит необходимость совмещения таких противоположных составляющих институционального взаимодействия, как структурное и функциональное.

Вполне закономерно, что противостояние приоритетов часть/целое составляет стержневой момент формирования противоположных подходов к пониманию институционального взаимодействия. Так, А. Смит лишь по одному разу употребил термин «Невидимаярука» в «Теории нравственных чувств» и «Богатстве народов» [6, с. 24-35]. Этого оказалось достаточно для формирования дихотомии «невидимая рука» рынка/Провидения. Для сторонников концепций экономической гармонии она - явление непредустановленное/предустановленное. Борьбе всех против всех противостоит взаимное приспособление на основе моральных норм. В конечном итоге стихийному столкновению разрозненных индивидуальных интересов противостоят взаимодействие согласно институциональным нормам. С точки зрения методологии экономических исследований, вопрос ставится в разрезе приоритета индуктивных или дедуктивных методов исследования, приоритете части либо целого, индивида или общества. Односторонность подходов только обедняет объяснительные и прогностические возможности науки. Их объединение позволяет предложить новую концепцию институциональной комплементарности СЭС.

В основании СЭС находится определенный тип жизнедеятельности, способ существования, специфический материальный базис общественного самовоспроизводства. Человек в процессе хозяйствования как непосредственно, так и опосредованно оказывается вовлеченным во взаимодействие с другими членами общества. Он постоянно своим трудом дополняет результаты трудовой деятельности других индивидов и, с противоположной стороны, получает ресурсы для осуществления своей деятельности, средства для выживания от других людей. Труд человека приобретает совместно-разделенные черты [7]. Индивидуальный, конкретный человеческий труд в процессе эволюции человеческого хозяйствования все в большей степени вплетается, превращается в компонент сознательной совместной коллективной деятельности. Разделенность, индивидуализм сочетается, составляет неотъемлемый компонент совместности. В своем единстве совместность и разделенность формируют основу системности человеческого общества. Эта дихотомия отражает стержневой момент дополнительности, комплементарности человеческих отношений и воплощается в противоборстве методологических подходов к исследованию процессов хозяйствования.

Необходимость поддержания целостности хозяйственных систем ведет к формированию отношений субординации, когда низшие формы в процессе совместного функционирования подчиняются высшим. Они уходят в «основание» системы. В то же время, низшие формы сохраняют известный уровень автономии и опираются на свои специфические закономерности,

выполняют свои специфические функции. Система общественного воспроизводства обретает дуальный вид. Одну её часть составляют элементы, обеспечивающие структурное, а вторую -функциональное единство. Комплементарность институтов и является той качественной характеристикой, которая описывает это явление.

Каждое общественное явление в свою очередь также обретает двойное качественное содержание: одно - структурно-функциональное, другое - общесистемное. Эти каркасы целостных систем представляют две стороны единого явления. В содержательном плане в них воплощаются разнонаправленные составляющие качественных характеристик жизнедеятельности систем - интеграция (структурное) и дифференциация (функциональное). Но это противоречие само становится возможным как результат целостности системы и порождает новые интегративные её качества.

Акцент на собственно системном характере взаимодействия институтов предполагает выделение в качестве основания системных характеристик взаимодействия. Таковыми представляются структурные и функциональные связи между элементами СЭС. Форма и функция элемента любой, в том числе и институциональной системы, институции, института, представляют пример дополнительности, единства разноплановых противоположностей, лишь в совокупности обеспечивающих саму возможность существования институциональной системы [8]. С одной стороны, функция есть способ существования институциональной формы, с другой -институциональная форма оправдывает свое существование лишь как носитель определенной функции. Только в своем единстве они формируют целостный институциональный элемент, блок, подсистему, систему. Они комплементарны, оказываются взаимозависимыми и дополняют друг друга. Относительность взаимозависимости институциональных функций и форм, их существование как открытых систем проявляется, во-первых, в том, что одна и та же институциональная форма может выполнять несколько функций (деньги). Во-вторых, разные институциональные формы могут выполнять одну и ту же функцию (социальная защита в моделях рыночного (РК), социал-демократического (СДК), мезокорпоративного капитализма (МК)). В-третьих, одни и те же функции в разных СЭС или в одной и той же СЭС в разное время, могут выполнять разные институциональные формы (внешний контроль через биржу в РК и банк в СДК и МК).

Соответственно можно выделить три типа институциональной комплементарности -структурную (Ст.К), комплементарность институциональных форм, функциональную, процессуальную комплементарность функций, выполняемых институтами (ФК) и общую комплементарность (ОК), как совокупность Ст. и ФК (рис. 2).

Структурная комплементарность Институциональные формы

Сфера яеленческого

Функциональная комплементарность Институциональные функции

Сфера сущностного

Сфера действительного

Общая ИК Сочетание Ст.К и ФК

Рис. 2. Место типов ИК в отображении социальных отношений

ОК можно охарактеризовать как множество всех комплементарных взаимодействий относительно самостоятельных элементов институциональной системы, обеспечивающее существование СЭС как системного целого. Она характеризует единство структурных и функциональных свойств институциональной системы, обусловленных внешними и внутренними связями и взаимодействиями, имеющих упорядоченный характер, объединенных на постоянной основе и обеспечивающих её целостность, внутреннюю дифференциацию, самоидентификацию и саморазвитие. Пересечение Ст.К и ФК сочетает в себе действие (сущностное, функциональный аспект) и форму воплощения, истинность, реальность социальных отношений, проявляющую себя через явления (явленческий, формальный, структурный, аспект). Оно вводит нас, согласно Гегелю, в сферу действительного. Мы получаем реальное представление о действительности

На рис. 3. иллюстрируется связь между характером комплементарности на общесистемном уровне и особенностями СЭС. Высокий уровень Ст.К при слабой ФК (левый верхний угол диаграммы) - место авторитарных государств, стремящихся поставить под полный контроль как политическую, та и хозяйственную жизнь в обществе. Левый нижний угол, суммативная целостность, предполагает полное отсутствие как Ст.К, так и ФК между институтами, развал государства. Пример - катастрофические последствия революционных событий для имперских образований, когда относительно легкий разрыв структурных связей ведет разрушению функционального взаимодействия.

Сильная

Слабая

Сильная Ст.К при

слабой функциональной взаимосвязи

Слабые СТ. и ФК

Сочетание сильных Ст.К и ФК, гармоничные системы

Высокий уровень ФК при слабой Ст.К

ФК, мотив рациональный расчет, принуждение

Сильная

Рис. 3. Место типов ПК в отображении социальных отношений

Правый нижний угол - сфера деятельности сетей, местных сообществ (МС), ТНК. Смещение СЭС в сторону сокращения влияния Ст.К и роста значимости ФК отражает тенденции, связанные с глобализацией, информатизацией и развитием экономики знаний, демократизацией общественной жизни, всеобщим распространением сетевых структур, активным применением компенсационных институтов. Общность интересов компенсирует отсутствие или слабый характер принуждения. Ключевое значение приобретает функциональная взаимосвязь. Верхний правый угол занимают государства, успех развития которых связан с обеспечением высокого уровня как Ст.К, так и ФК. К этой группе относятся страны как с индивидуально-конкурентной (США, Англия) так и с группово-

кооперативной (ФРГ), эгалитаристско-коллективистской (Япония) социальной ориентацией.

Институциональная система, как и само человеческое общество - явление полиструктурное, полисистемное. Социальные явления оказываются вовлеченными одновременно в различные системные основания действительности. В каждом из них они проявляют себя в соответствии с законами конкретной системы. Одновременно они вступают в комплементарные отношения как внутри подсистемы, так и с элементами других подсистем в рамках системы в целом [9]. Элементы социальных систем, по образному выражению В. Кузьмина, «как матрешки входят одна в другую». При этом низшие по уровню организации становятся исходным пунктом, предпосылкой, основанием системы, расположенной на более высоком уровне. Та же, в свою очередь, выступает основанием для еще более сложной системы, формируется лестница оснований социальной, в том числе и институциональной системы. Так, взятая сама по себе институция представляет микросистему, включающую форму существования и выполняемые функции. Её принятие или отторжение со стороны экономических субъектов обусловлено доминирующими социальными ориентациями ценностной системы, конвенциональными соглашениями между заинтересованными лицами, назначением и местом в системе функциональных связей, спецификой институциональной среды. Последняя, в свою очередь, включает институты, институциональные блоки, социальные системы производства, режимы накопления, способы развития, СЭС в целом, региональные и глобальные институциональные системы.

ФК и Ст.К находят воплощение, как на общесистемном уровне, так и на уровне отдельных компонентов, подсистем институциональных систем, формирующих своеобразную «лестницу основании». Они по-разному проявляются на разных уровнях «лестницы оснований» институциональной архитектоники СЭС, элементы которой представлены в табл. 2.

Таблица 2

Лестница оснований институциональной архитектоники СЭС

Уровень Элемент институциональной архитектоники

Наноэкономический Ценности

Индивидуальные знания, умения, навыки, организационные рутины

Институциональные формы

Институциональные функции

Микроэкономический Коллективные конвенции

Институции

Институциональные органы

Организационные формы координации и управления трансакционными издержками

Мезоуровень Базовые институты социальных сфер

Институциональные блоки в рамках социальных сфер

Уровень Элемент институциональной архитектоники

Макроэкономический Социальные системы производства

Режимы накопления и способы развития

Социально-экономические системы

Мегаэкономический Социально-экономические модели

Интеграционные союзы

Глобальное хозяйство

Включение ценностей в качестве отправного элемента анализа комплементарных оснований институциональной архитектоники СЭС оправдывается их определяющим влиянием на принятие либо отторжение личностью институциональных норм, привносимых человеку извне. Под ценностями понимаются стабильные, объективированные субъективно-психологические регулятивные внутренние отношения личности, определяющие мировоззрение, нацеленность и характер её экономической активности [10, с. 66]. Значительный массив данных о доминирующих ценностных ориентациях национальных культур хозяйствования содержится в исследованиях Г. Хофстеда, Ф. Тромпенаарса и Ч. Хампден-Тернера, Р. Инглхарта, Ш. Шварца. Он позволяет на основании имеющихся количественных характеристик осуществлять качественный анализ специфики влияния на архитектонику институциональных систем доминирующих ценностных ориентаций национальных культур хозяйствования. Имеет место существенная взаимосвязь между ценностями, прежде всего, их преимущественными социальными ориентациями, доминирующими религиозными конфессиями, политическим устройством, правовыми системами, тендерными отношениями. Особую значимость для постпереходных экономик обретает взаимосвязь между доминирующими ценностями и характером отношений собственности, мотивации трудовой деятельности, корпоративного управления, организации финансовых систем, производственных отношений, обучения и подготовки персонала, инновационных систем и систем социальной поддержки.

Социальные ориентации ценностной системы закладывают принципы формирования Ст.К СЭС. В структурном отношении имеет место иерархическая соподчиненность (социальные ориентации формируют идеологию, фиксируемую в политических, закрепляемую в правовых и находящую свое выражение в экономических институтах). Ключевое значение для формирования специфики экономических отношений в рамах СЭС представляют соотношение коллективизм/ индивидуализм, отношение к неопределенности, дистанция власти. Динамика движения ценностей от коллективизма к индивидуализму, от высокой к незначительной дистанции власти, от непринятия к принятию неопределенности оказывается связанной со стадией модернизационного процесса, на которой находится общество. Её неоднозначность позволяет объяснить предложенная Р. Инглхартом и К. Вельцелем двухмерная шкала ценностей, одно измерение которой составляет оппозиция ценностей традиционные/секулярно-рационалъные, другое - выживание/ самоактуализация [11]. Этап экономической модернизации, становления индустриального общества, перехода от доминирования натурального к экономическому способу хозяйствования, связывается с усложнением структуры совместно-разделенной деятельности человека, ростом её индивидуализации. При этом сохраняется ориентация на ценности выживания, но уже не как части группы, а как независимого субъекта. На этом этапе находится большинство развивающихся стран. На него же в результате посттрансформационного кризиса оказались отброшены и экономики большинства стран СНГ. Этап постмодернизации, формирования постиндустриального, постэкономического общества, на котором находятся высокоразвитые страны мира, знаменуется

переходом от ценностей индивидуального выживания к ценностям самоактуализации. Она же возможна лишь по отношению к другим членам социума. В результате формируются объективные основания возврата на новой стадии социально-экономического развития общества росту значимости коллективистских ориентаций ценностной системы. Оно находит свое проявление в росте значимости гражданского общества в этих странах.

Отличия между ценностями и институциями иллюстрирует рис. 4. Если первые отражают объективируемые социальной реальностью отношения субъекта к явлениям окружающего мира, то вторые задают нормы межсубъектных отношений.

Рис. 4. Место типов ИК в отображении социальных отношений

Особое место в институциональной архитектонике СЭС занимают базовые институты (табл. 2). Это глубинные исторически устойчивые и постоянно воспроизводящиеся социальные отношения, обеспечивающие вертикальную (между идеологической, политической и экономической сферами) и горизонтальную (в рамках каждой из них) интегрированность общества. Функцией базовых институтов является регулирование этих общественных подсистем в рамках единого социального организма. Выделение группы базовых правовых институтов связано с ролью формальных правовых институтов в современном обществе. Свое конкретное воплощение базовые институты находят в институциональных формах. Системный характер концепции ИМ отражается в диалектике отношений между её компонентами. Она задается единством противоположности ценностей субсидиарность/ коммунитарность. Доминирование на уровне базовых институтов одного из вариантов социальной ориентации предполагает их дополнение комплементарными институтами противоположной ИМ. Комплементарность этих институтов закладывается в самом совместно-разделенном характере деятельности человека в рамках общества. Ст.К представлена в диалектике отношений соответствующих институтов противоположных матриц. ФК - в целостности, связности и последовательности функций, обеспечивающих действенность и полноту охвата соответствующих сфер социального взаимодействия.

Таблица 3

Базовые институты СЭС

Материально-технологическая среда Окраинность, серединность, выход к морю, судоходные реки, характер границ, удаленность, характер партнеров ландшафт, минеральные ресурсы, климат

Раздельность использования Нераздельность использования

Ценности Этосные, религиозные, идеологические, правовые, политические, хозяйственные

Социальные ориентации ценностной системы

Субсидиарность Западной ИМ, религиозные ценности протестантизма Коммунитарность Восточной ИМ, ценности традиционных религий

Индивидуализм, малая дистанция власти, краткосрочная ориентация, позитивное отношение к неопределенности Коллективизм, большая дистанция власти, негативное отношение к неопределенности, приоритет долгосрочной ориентации

Институты Индивидуальные знания, умения, навыки, организационные рутины, коллективные конвенции, институции, институциональные формы и функции, институциональные органы, базовые институты

Базовые идеологические институты

Институт субсидиарности Институт коммунитарности

Индивидуализм, приоритет интересов индивидуума перед общественными. Свобода. Общественный характер определения социальных приоритетов. Индивидуальный характер выражения интересов. Стратификация Коллективизм, приоритет интересов общества перед индивидуальными. Порядок, характер взаимоотношений между субъектами, социальные приоритеты определяются Центром. Коллективный характер выражения интересов. Эгалитаризм

Базовые политические институты

Федеративная политическая система Унитарная политическая система

Федерация. Самоуправление и субсидиарность. Выборность. Многопартийность. Демократическое большинство. Судебные споры Административно-территориальное государственное устройство. Иерархия во главе с Центром. Назначения. Одно партийность. Единогласие. Обращения по инстанциям

Базовые правовые институты

Правовые институты общего права Правовые институты гражданского права

Прецедентное право. Суд - субъект законотворчества. Решение вырабатывает и принимает практик. Принцип индивидуализма. Права гражданина выше интересов общества. Принцип деэтатизации - минимизации вмешательства общества в жизнь Кодифицированное право. Парламент -субъект законотворчества. Вырабатывает ученый - теоретик, принимает -законодатель. Принцип коллективизма. Права общества выше интересов индивида. Этатизм - вмешательства общества в частную и деловую жизнь

Базовые экономические институты

Институты рыночной экономики Институты раздаточной экономики

Частная собственность. Наемный труд. Частное предпринимательство. Обмен (купля/продажа). Прибыль как критерий успеха. Рост доли частных денег и финансов в обеспечении функционирования экономики. Конкуренция как основа успешного развития экономики. Поощрение. Самоактуализация. Саморазвитие Служебная, государственная, общенародная собственность. Служебный труд. Государственное планирование, управление, предпринимательство и контроль. Сдачи/ раздачи. Критерий справедливости -пропорциональность. Государственные деньги и финансы. Обеспечение единства общества исключает существование открытой конкуренции, координация, консерватизм. Принуждение

ИК в рамках СЭС предполагает учет комплементарного взаимодействия всего комплекса идеологических, политических, правовых и экономических институтов. Объединение отдельных СЭС в группы предполагает выделение ключевых признаков, характеризующих особенности воспроизводственного процесса. В его истоках в конечном итоге оказываются основополагающие для Ст.К социальные ориентации ценностной системы. В табл. 4 представлены основные характеристики Ст.К моделей экономических систем (капитализма).

Таблица 4

Модели экономических систем и их комплементарные характеристики

Рыночный капитализм

Социал-демократическая

Основные страны Англия, США, Канада Япония, Тайвань Центральная и Северная Европа Южная Европа Украина

Приоритетные ценности (Г. Хофстед, Ш. Шварц)* И, ВОН, НДВ, КО, АА, М, К, ООН, НДВ, ДО, М, Ие, П И,умеренное ООН, НДВ, умеренная КО, Э, Г, ИА Умеренный И, ООН, СДВ, КО, Э, Г, ИА К(И), ООН, СДВ, Ие, М, ДО/КО

Основные идеологические, политические и правовые институты Субсидиарность, федерализм, общее право Коммунитаризм, унитаризм, смешанное право Корпоративизм, федерализм, гражданское право с элементами общего Корпоративизм, федерализм/ унитаризм, гражданское право К/И, унитаризм/ федерализм, гражданское право

Основные элементы институциональ ной инфраструктуры Рынок, крупные корпорации, МС Крупные корпорации, сети, государство, рынок Корпорации, ассоциации, государство, рынок, МС Семейные корпорации, сети, государство, рынок Государство, рынок, крупные корпорации

Тип Ст.К и основной принцип её формирования Изоморфизм на основе И Изоморфизм на основе К, патриархальный корпоративизм, солидаризм Полиизоморфизм с акцентом на И, корпоративизм как средство объединения И и К Полиизоморфизм с акцентом на И, семейный корпоративизм Гетерогенность и амбивалентность ИиК

Примечания: И/К - индивидуализм/коллективизм, ВОН/ООН - взвешенное/отрицательное отношение к неопределенности, ДНД/СДВ - незначительная/существенная дистанция власти, ДО/КО - кратко-/долгосрочная ориентация во времени (Г. Хофстед); ИА/АА - интеллектуальная/аффективная автономия, Г - гармония, Э -эгалитаризм, М - мастерство, Ие - иерархия, П - принадлежность (Ш. Шварц).

Единство, системность, целостность - это лишь одна сторона ИК. Её второй неотъемлемой частью, отражающей динамический аспект существования систем, выступает противоположность элементов комплементарного взаимодействия. Только в этом единстве противоположных элементов ИК как специфическое явление институционального взаимодействия и существует. Более того, В. Свечкарева, опираясь на диалектический подход, предлагает понимать комплементарностъ как «существование в рамках целого его невыявленных противоположностей» [12, а 177]. Основное противоречие отражает противоположность между частью и целым, системностью и специфичностью комплементарных институтов. На уровне абсолютных качественных характеристик системного взаимодействия оно отражает противоположность между формой и содержанием, функциями и сущностью институтов. На уровне относительных качественных показателей мы имеем противоречие между целостным итогом взаимодействия - ОК и логической несопоставимостью комплементарных частей - Ст.К и ФК. В

рамках Ст.К противоречиво сталкиваются вертикальные и горизонтальные принципы институционального взаимодействия. Основное противоречие ФК проявляется как противоречие между единством цели существования системы и множеством частных функций, выполняемых составляющими элементами в процессе её осуществления.

Противоречие между усложнением хозяйственных функций, их постепенной дифференциацией, и ранее сложившейся структурой, в которой отсутствуют соответствующие организационные ниши, ведет к её развитию, появлению новых институциональных форм. Основные этапы развития противоречия отражают последовательность эволюции институционального устройства СЭС. Появляясь первоначально как тождество, содержащее лишь некоторые несущественные различия, потенциальный институт существует как возможность, не нарушающая существующее комплементарное институциональное равновесие. В дальнейшем эти различия в тождестве обретают существенную форму. В сложившейся институциональной структуре появляются новые тенденции, формы, не соответствующие друг другу. Они превращаются во взаимоотрицающие противоположности, противоречил, доходя, в крайнем случае, до антагонизма. Отрицание, борьба этих противоположностей превращается в стимул диалектического развития, формирования нового комплементарного равновесия. Успешное завершение этого процесса, формирование новой комплементарной институциональной системы, означает отрицание отрицания, сохранение, «снятие» в новом основных сущностных составляющих предыдущей системы.

Диалектический подход позволяет выявить сущностные основания формирования институциональной комплементарности СЭС. Его игнорирование со стороны западных исследователей существенно обедняет объяснительные возможности предлагаемых концепций.

ЛИТЕРАТУРА

1. Кирдина С. Институциональные матрицы и развитие России / С. Кирдина. - Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 2001. - 308 с.

2. Hall P. (2001) An Introduction to Varieties of Capitalism / P. Hall, D. Soskice // Varieties of Capitalism: The Institutional Foundations of Comparative Advantage; P. Hall, D. Soskice (eds.). -Oxford : Oxford University Press. - P. 1-70.

3. Буайе P. Теория регуляции / P. Буайе. - M.: РГГУ, 1997. - 213 с.

4. Boyer R. How and why Capitalisms Differ / R. Boyer // Economy and Society. - Vol. 4, November. - P. 509- 557.

5. Бор H. Квантовый постулат и новейшее развитие атомной теории / Н. Бор // Бор, Н. Избранные научные работы. В 2 т. / Н. Бор. - М.: Наука, 1971. - Т. 2. - С. 30-35.

6. Липов В. Институциональная комплементарность социально-экономических систем / В. Липов. - X.: Изд-во ХНУ им. В.Н. Каразина, 2011. - 484 с.

7. Гриценко А. Совместно-разделенные отношения: труд, собственность и власть / А. Гриценко // Экономика Украины. - 2003. - № 3. - С. 50-58.

8. Chang H.J. Understanding the Relationship between Institutions and Economoc Development. Some Key Theoretical Issues/ H.J. Chang// United Nations University Discission Paper. - № 2006/06. - 14 p.

9. Кузьмин В. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса / В. Кузьмин. - М.: Политиздат, 1986. - 399 с.

10.Липов В. Мотиващя шституцюнальних змш у трансформацшнш економщ / В. Липов. - X.: Вид-во НФаУ, 2004. - 184 с.

11.Инглхарт Р. Модернизация, культурные изменения и демократия / Р. Инглхарт, К. Вельцель. -М.: Новое издательство, 2011. - 464 с.

12.Свечкарева В. Принцип комплементарности в дихотомическом анализе взаимодействия цивилизаций Запада и Востока / В. Свечкарева // Вестник ВолГУ, Серия 7. - 2008. - № 1 (7). -С. 177-180.