Информационное насилие в сетевом обществе

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 31 (212).

Философия. Социология. Культурология. Вып. 19. С. 48-52.

Н. А. Борщов

ИНФОРМАЦИОННОЕ НАСИЛИЕ В СЕТЕВОМ ОБЩЕСТВЕ

Невозможно пройти мимо феномена информационного насилия. Информационное насилие, имея природные предпосылки, выступает особой формой социального насилия, где информационная составляющая в результате инверсии приобретает самостоятельную сущность, на основе силовых - вещественных и энергетических процессов. Его распространение связано с антропологическим кризисом, модернизационным шоком, распадом традиционных культур, освободившим деструктивные и антисоциальные импульсы. Человечество находится на новой стадии формирования информационной сферы существования.

Ключевые слова: информационное насилие, средства массовой информации, информационное общество, информационная безопасность.

Сегодня жизнедеятельность общества осложняется вектором агрессии и насилия, их специфического преломления, соответствующего социально-экономической и культурной ситуации региональных пространств и временных характеристик социума. На фоне явлений кризиса и нестабильности информационное насилие оказывается неизбежным сопровождением общественного бытия. Средства массовой информации навязывают выгодные им и их реальным хозяевам оценки, мнения, электоральное поведение.

Обостряется необходимость развития социальной теории информационного насилия как обобщения и рефлексии феномена насилия в информационном поле. При этом важно привлечь как отечественные, так и зарубежные разработки, раскрыть концептуальный аппарат предлагаемой тематики и показать возможности практических приложений данной проблемы. Информационная компонента насилия содержится на любом этапе развития общества, в любых формах насилия, модулируя их и являясь атрибутом насилия.

Информационное насилие в широком смысле, предполагающем существование информации в любых социальных системах - это не силовое (не вещественное и не энергетическое) упорядоченное воздействие на объекты, носящее антисоциальный либо антиличностный характер. Информационное насилие, имея природные предпосылки, выступает особой формой социального насилия, где информационная составляющая в результате инверсии приобретает самостоятельную сущность, на основе силовых: вещественных и энергетических процессов. Его распространение связано с антропологическим кризи-

сом, модернизационным шоком, распадом традиционных культур, освободившим деструктивные и антисоциальные импульсы. В узком смысле информационное насилие - несиловое воздействие на ментальную сферу.

С эволюцией общества информационная составляющая приобретает явный, а не латентный характер (при этом вещественные и энергетические компоненты не исчезают), происходит дифференциация информационного насилия. Основные свойства информационного насилия: нелинейность, скрытность, максимальная дальность и скорость воздействия, кумулятивность, невещественный и неэнергетический характер, нелокализован-ность в социальном времени и пространстве, возможность фокусировки, селективность, опосредованный характер социального воздействия, возможность клонирования, виртуальный характер. Данные свойства не существуют изолированно, а образуют систему атрибутов и модусов информационного насилия.

Информационное насилие возникает в социальном взаимодействии объекта и субъекта, осуществляемом как столкновение культурных и социальных установок в едином социальном хронотопе. Поэтому актуальной становится уже не защита информации, а защита от информации, для предотвращения насилия возможно разделение времени и пространства агентов и реципиентов насилия, либо устранение конфликта установок.

В настоящее время насилие, как отмечает Ж. Бодрийяр, приобрело новое обличье -наши СМИ сделали его общедоступным. Информация о насильственных актах мгновенно появляется на первых страницах газет, в теле-

визионных новостях, не говоря уже о фильмах, где насилие пропагандируется в многочисленных видах, и это намного интересней, чем какое-то событие культуры. Люди до такой степени стали чужды друг другу, что насилие становится обычаем, которое хотя бы на миг возвращает людей к ближним. Бодрий-яр считает, что в своей основе насилие - это, скорее, отсутствие события. Насилие взрывает безразличие, политическую пустоту (а не злобу той или иной группы людей), молчание истории (а не психологическое подавление индивидов)1.

Информационная цивилизация меняет не просто статус информации, то есть роль ее позитивных последствий, но и резко расширяет негативные возможности. На смену знанию приходит информация, а точнее, информированность, информация становится все более специфической и трудной для понимания, поэтому объект или событие, попавшие в фокус внимания, необходимо изучать более тщательно, чем когда-либо в прошлом. Информация становится объектом продуктивного упорядочения и регулирования, от результатов которого зависит использование информации в качестве глобального стратегического ресурса выживаемости общества. Информационно-психологическое воздей-

ствие на общество оказывается повсеместно.

В современном мире возрастает возможность манипулирования обществом вообще и отдельной личностью в частности. Информатизация общества происходит в определенной социальной среде и испытывает зависимость от этой среды. Мощь информационных потоков не сдерживается ни моральными, ни культурными границами. На нас обрушивается мощный поток информации, воздействующий на общественное сознание и чувства.

Информационное насилие может быть непосредственным и опосредованным, может быть причиной, условием, целью, поводом. По своему онтологическому статусу информация не отличается от пространства, времени, энергии, массы и иных категорий. В то же время понятие информации существенно шире, многоаспектнее каждой из этих философских категорий. Она является значимой (речь идет об определенных множествах значимых характеристик) характеристикой материальных и идеальных объектов и их взаимодействий на всех уровнях организации материи2.

Информационное насилие определенным образом переплелось с террором, феномен терроризма охватил буквально всю планету. Все средства террористической деятельности можно разделить на две большие группы: средства материального воздействия (оружие, взрывчатые и отравляющие вещества) и средства нематериального воздействия (не зафиксированные на материальных носителях запугивания, угрозы, предупреждения о якобы готовящихся взрывах, убийствах). В качестве основания классификации средств террористической деятельности можно также использовать виды насилия, тогда мы получим следующую типологию: физический, экономический и морально-психологический терроризм.

В настоящее время идет освоение террористами информационного оружия. Так, современные развитые общества стали более зависимы от электронных баз данных, анализа и передачи информации. Таким образом, многие жизненно важные секторы открыты для несанкционированного воздействия, а согласованное воздействие может парализовать всю страну. Поэтому растет тревога по поводу компьютерного терроризма. Если раньше единственным видом информационного оружия были СМИ, то теперь огромную роль играет компьютерная информация. Если террор с помощью средств массовой информации могло осуществлять только государство, то воздействие через компьютерные системы стало возможным для отдельных личностей. Если новый терроризм направит свою энергию на информационную войну, то его разрушительная сила будет намного большей, чем когда-либо в прошлом, большей даже, чем при использовании бактериологического и химического оружия.

Даже сама возможность информационного насилия порождает качественно новые этические проблемы, суть которых в определении принципов поведения в новой реальности и взаимодействия с искусственными людьми3. Возникают вопросы: каковы должны быть нормы поведения в условиях абсолютной свободы воздействия на человека, как те или иные способы взаимодействия с виртуальной реальностью скажутся на социальности самого человека.

Изучение хода общественного развития показывает, что основными составляющими интенсификации информационных процес-

сов являются: неуклонное возрастание скорости передачи сообщений; увеличение объема передаваемой информации; ускорение обработки информации; все более полное использование обратных связей; увеличение объема добываемой новой информации и ускорение ее внедрения; наглядное отображение информации в процессах управления; рост технической оснащенности управленческого труда4.

Потребность в информации выступает формой проявления потребности в осмыслении действительности, в которой живет человек, потребности в овладении социокультурными программами, выработанными в рамках общественной практики. Разумеется, в условиях, когда реальные формы жизнедеятельности человека таковы, что действительность, в которой он живет, чужда ему, когда овладение ею представляется ненужным, в этих условиях потребность в осмыслении мира вырождается, редуцируется, и процесс потребления информации превращается в ритуал.

Доступность информационных ресурсов для рядового пользователя зачастую способствует его усыплению, наркотизации, нежели активности. Все большая часть времени отводится чтению и поиску информации, и, соответственно, меньшая часть может быть уделена организованному социальному действию. Индивид читает сообщения о проблемах и даже может обсуждать альтернативные варианты действий. Однако все это в значительной мере относится к области интеллектуальной. Тем самым не происходит даже отдаленной активизации организованного социального действия. Индивид может быть доволен своим высоким уровнем информированности, но при этом может не замечать свою оторванность от принятия решений и действий, он отождествляет знания о проблемах с действиями в отношении этих проблем. Его социальное сознание остается абсолютно чистым, но его социальная деятельность полностью вытеснена процессом информационного созерцания5.

Широко используется так называемая «спираль умолчания». Опираясь на сфабрикованные опросы общественного мнения, граждан стараются убедить в том, что большая часть общества поддерживает либо определенную политическую позицию, либо определенного лидера. Люди, придерживающиеся иных взглядов, из опасения оказаться в социально-политической изоляции или каких-

то иных последствий, умалчивают о своем мнении или изменяют его. В этих условиях голос настоящего или мнимого большинства становится еще громче, и это еще сильнее вынуждает несогласных или колеблющихся к принятию «общепринятого» мнения. В итоге политики, использующие данный прием, получают необходимый результат. Однако возможности использования СМИ для оказания влияния очень велики, но не безграничны. Пределы манипулирования общественным мнением определяются, прежде всего, уже сложившимся массовым сознанием, стереотипами и взглядами людей6.

Необходимо обозначить следующие свойства информационного насилия: несиловой (невещественный и неэнергетический), идеальный характер, неподчинение физическим закономерностям (нет массы, веса, размера, температуры плавления); нелинейность, то есть непропорциональная зависимость причины и следствия; нарушение закона сохранения вещества и энергии, кумулятивный характер, возможность возрастания информации как снежного кома; возможность максимальной дальности и скорости распространения, которая увеличивалась с развитием технических достижений (дубина, копье, стрела, пуля, ракета), хотя граница скорости информационного насилия тоже конечна, -скорость света в вакууме; возможность идеального клонирования, так как идеальные копии можно сделать одинаковыми, они могут быть неизменными, замороженными, а материальные предметы постоянно изменяются, стареют; нелокализованность во времени (так как любое материальное воздействие осуществляется в конкретное время, например убийство, а у информационного насилия может быть последствие, размазанность во времени) и пространстве (убийство конкретного человека происходит в конкретном месте, а информационное воздействие может быть размазанным, диффузным); пандемия (эпидемия, носящая глобальный характер); опосредованный характер и скрытность воздействия (хотя некоторые формы физического воздействия тоже незаметны, например яд, информационное воздействие может быть абсолютно незаметным); виртуальный характер воздействия; возможность фокусировки; селективность; уязвимость, хрупкость информационного мира, легкость доступа, взлома информационных систем.

Выделенные свойства не существуют опосредованно, изолированно, а образуют систему, подразумевают друг друга. Вещественные и энергетические компоненты информационных сетей, несмотря на возрастающую социальную обусловленность, не исчезают. Информационное насилие в широком смысле, предполагающем существование информации в любых социальных системах - это не силовое упорядоченное воздействие на объекты, носящее антисоциальный либо анти-личностный характер. Информационное насилие в узком смысле - это несиловое воздействие на ментальную сферу, противоречащее закономерному ходу событий.

Следует отметить ряд оснований для выделения типологизации информационного насилия, осуществить типологизацию по следующим принципам: в зависимости от субъекта насилия - того, кто осуществляет насилие (отдельные физические лица, хакеры, спецслужбы, PR - группы, идеологические организации, государственные органы, производственные компании, теле и радио - компании, научные работники, системы искусственного интеллекта); в зависимости от объекта насилия - того, над кем осуществляется насилие (отдельные физические лица, человечество в целом, научные сотрудники, атеисты); в зависимости от способов и механизмов осуществления насилия (вербальное, невербальное, аудиовизуальное); в зависимости от степени проявления насилия: явное и латентное (ложь, сокрытие информации, злоупотребление доверием), прямое и косвенное, то есть непосредственное и опосредованное (радио в автобусе, на остановках). Причем, типоло-гизация объекта и субъекта, между которыми может происходить инверсия, хотя и не в полной мере, является основной.

Информационная цивилизация, к которой пришло человечество, не просто меняет статус информации, то есть роль ее позитивных последствий, но и резко расширяет негативные возможности. Информация начинает нести в себе созидательную и разрушительную силу, но в гораздо более сильной степени, чем это было ранее. Таким образом, существует неустранимая связь информационной и неинформационной компоненты. Информационное насилие не возникает в информационном обществе, а существует всегда.

В информационном обществе огромное значение имеет Интернет - особая среда вза-

имодействия людей, где поведение регулируется этикой и нормами морали, отличными от традиционно принятых в обществе. Во многом это связано с доступностью информации и возможностью анонимно распространять ее среди получателей. Широкое использование Интернета способно коренным образом изменить окружающую действительность: не только уничтожить ту часть современной культуры, морали, политики и науки, которая базируется на «статусе» как основе человеческих отношений, но и трансформировать восприятие времени и пространства7, однако такой прогноз можно назвать утопией Интернета.

Современный человек подвергается информационному насилию за день сотни раз. Нас уговаривают, зазывают, настойчиво пытаясь внушить - что нужно надевать, на чем жарить, чем лечить. Радио, телевидение, газеты, журналы навязывают свое понятие жизни. В результате информационного насилия возникает ощущение внутреннего дискомфорта именно оттого, что мнение оставляет неизгладимый след в душе против воли личности. Как следствие - стресс, психоз, неконтролируемые поступки. Обывателя ожидает двойной шок, сначала от передачи, потом от реакции на нее. В любом случае его сознание дестабилизировано, он подвергся информационному насилию.

Особая опасность информационного насилия заключается в том, что оно вызывает постоянный и глубокий эмоциональный стресс, вызванный несоответствием хранимой в подсознании человека на генетическом уровне родовой информации и навязываемой извне через сознание текущей информации. Информационное общество отличается не тем, что становится больше информации. Информационное насилие существует всегда, отличие лишь в том, что в информационном обществе информационная составляющая приобретает явный, а не латентный характер. В информационном обществе возникает целая индустрия информационного насилия, появляется относительная самостоятельность информационной составляющей, даже без участия человека (воздействие информационных полей друг на друга). Информационное насилие является составной частью любого насилия, существует в живых и неживых системах, имеет биологические, физические корни. Однако, с другой стороны, происходит инверсия,

оборотность. В информационном обществе меняется лишь специфика, способы осуществления информационного насилия. Концептуализация представлений об информационном насилии дает возможность развивать научные представления на более определенном, систематизированном поле.

Примечания

1 См.: Бодрийяр, Ж. Прозрачность зла. М., 2000. С. 7.

2 См.: Шеховцев, А. Ю. Информационная парадигма в структуре современного мышления. Саратов, 1998. С. 37.

3 См.: Носов, Н. А. Реальные нереальности // Человек. 1993.№ 1.

4 См.: Абдеев, Р. Ф. Философия информационной цивилизации. М., 1994. С. 66.

5 См.: Печенкин, В. В. Информационные технологии в социальной структуре общества. Саратов, 2001. С. 5.

6 См.: Власов, В. И. Влияние : понятие и процесс. Ростов н/Д : РГЭА, 2000. С. 94.

7 См.: Песков, Д. Н. Интернет в российской политике : утопия и реальность // Полис. 2002. № 1. С. 31.