«Макаренко выступал против фетишизации труда в воспитании»

О том, какую роль играло трудовое воспитание в педагогике Антона Макаренко, о том, как его опытом интересовались на Западе, и о том, применим ли он в современной школе, рассказывает кандидат педагогических наук Сергей Аксёнов, заведующий кафедрой общей и социальной педагогики Нижегородского государственного педагогического университета им. К. Минина.

Кандидат педагогических наук, заведующий кафедрой общей и социальной педагогики Нижегородского государственного педагогического университета им. К. Минина Сергей Аксёнов

Фото: Архив Сергея Аксенова

— Как получилось, что Нижний Новгород стал одним из центров изучения педагогического наследия Макаренко?

— В 2003 года в нашем университете при поддержке тогдашнего ректора Александра Федорова была открыта лаборатория по изучению наследия Макаренко. Под руководством макаренковеда Анатолия Фролова мы с коллегами подготовили и издали новое собрание сочинений Антона Макаренко в девяти томах, включая деловые и личные письма, документы о его практической деятельности, архивные материалы, фрагменты художественно-педагогических произведений, выступления, статьи и пр. Это издание содержит наши научные комментарии к каждому документу, отражающие результаты проведенных отечественных и зарубежных макаренковедческих исследований, и в хронологической последовательности отражает макаренковское творчество. Ушло на этот труд около десяти лет. За подготовку девятитомника мы получили премию правительства РФ в 2017 году в области образования. В рамках работы лаборатории были подготовлены кандидатская и докторская диссертации, монографии, научные издания, проведены конференции, отражающие результаты наших исследований.

— Насколько российские ученые интересуются опытом Макаренко? Педагогическая система Макаренко применима сегодня в обычной школе?

— С позиции практики Макаренко интересен тем, кто организует производственно-хозяйственную деятельность подростков в условиях педагогически целесообразного рентабельного детско-взрослого производства. Социальная педагогика Антона Макаренко фактически не применяется в современной школе. В ней полноправно действует «личностно-ориентированная» педагогика. Отдельные элементы макаренковских идей и опыта используются в различных общественно-педагогических организациях. Яркий пример — ежегодный апрельский конкурс школ-хозяйств и других педагогических объединений, применяющих производственный труд подростков в воспитании. За 17 лет в конкурсе участвовали более 200 педагогических коллективов, он проводился в различных регионах страны. Другой пример — возрождение ученических сельскохозяйственных бригад колхозов, совхозов в Ставропольском крае, принципиально изменившихся в новых экономических и производственных условиях.

— Как на практике было устроено трудовое воспитание у Макаренко?

— У современной студенческой молодежи и педагогов-практиков Макаренко ассоциируется в первую очередь с «трудом», «коллективом» и «самоуправлением». Макаренко действовал в 1920–1930-е годы, это бы другой уровень развития государства, иная образовательная политика. Выдернуть Макаренко из 1920-х и раскидать по нынешним школам, конечно же, невозможно. Мы должны понять его истинное новаторство, а уже потом адаптировать его идеи в современных условиях. Ключевое у Макаренко — человек в системе производства. Он немыслим без производственного воспитания самого высочайшего уровня. Макаренко выступал против фетишизации труда в воспитании, в том смысле, что труд — педагогически нейтральное средство, которое может воспитать как трудолюбие, так и отвращение к труду. Важен не столько сам труд, а то, как он организован. В колонии имени Горького его дети занимались растениеводством и животноводством, используя передовые методы ведения сельского хозяйства — даже свиней выращивали уникальной для того региона английской породы. В коммуне имени Дзержинского для Макаренко развернулось более широкое поле для развития детско-взрослого производства. Ему предлагали наладить производство игрушек, а он предпочел организовать более сложное производство электродрелей промышленного типа и фотоаппаратов: выходило, что воспитанники помогают освобождать страну от импорта. Нам посчастливилось пообщаться с воспитанником Антона Макаренко — Иваном Демьяновичем Токаревым. Он воспитывался в коммуне имени Дзержинского. Иван Токарев на вопрос, как его воспитывал Макаренко, отвечал: «Никак. Мы не чувствовали на себе педагогического воздействия. Но мы менялись — работали, учились, вели культурную жизнь!» Когда воспитанник попадал в коммуну, ему давали время на ознакомление с жизнью коммуны. Если он принимал правила ее жизни, то оставался. Или уходил. Токарева поразил высокотехнологичный оптический цех — он, босяк, до этого и лампочки Ильича не видел. Подростки в коммуне работали не больше четырех часов, но им платили как за полный рабочий день по законодательству того времени. Колония имени Горького и коммуна имени Дзержинского — разные по статусу учреждения. Если в колонии действовала педагогика борьбы из-за низкого финансирования и переездов с ремонтами, то коммуна стала «памятником железному Феликсу» с отличными бытовыми и производственными условиями. Кустарные мастерские Макаренко довел до высокого промышленного производства. Эти производства им никто не дарил. Коммуна получала ссуды, которые выплачивали из прибыли.

— Кому сегодня могут быть полезны и интересны книги Макаренко?

— Прежде всего родителям. Макаренко опережал время. Возможно, сегодня он работал бы над созданием айфона или созданием искусственного интеллекта. Когда ему предложили написать учебник по педагогике, он сказал: «Мы должны написать учебник завтрашнего дня». Интересен он психологам, экономистам, менеджерам, маркетологам. Ицхак Адизес — гуру менеджмента, известный бизнес-консультант — признался, что две книги перевернули его сознание: «Педагогическая поэма» и «Тимур и его команда» Аркадия Гайдара (1940).

— В чем заключалась суть педагогической системы Макаренко?

— Уникальность и суть его социально-педагогического творчества базируется на существенном различении обучения и воспитания в органически целостном педагогическом процессе, в котором главное — воспитание. Педагогика впервые предстает как наука о воспитании. В середине 1930-х Антон Макаренко открыто заявлял: «У нас нет воспитательной педагогики».

Он утверждал важнейший тезис: приведение теории и практики воспитания в полное соответствие с «педагогикой всего советского общества» предполагает право и обязанность педагогики «опережать общество в его человеческом творчестве», опираясь на зримые черты его дальнейшего развития, его огромный потенциал.

Макаренко полагал: воспитанный человек не может быть необразованным, когда развивается коллектив, развивается индивидуальность. Воспитание, образование превращаются в один из главных факторов прогрессивно, динамично и устойчиво развивающейся человеческой цивилизации, становятся в один ряд с развитием экономики, общественно-политической жизни и культуры страны.

— Кто и за что критиковал Макаренко?

— Споры вокруг педагогики Макаренко при его жизни и потом велись и ведутся в основном по некоторым «деталям воспитания»: дисциплина, самоуправление, наказания, организация коллектива и так далее. В отдельные периоды они отрыто выходили на вопросы политики, философии, этики воспитания. Главным противником взглядов Макаренко был нарком образования Украинской ССР Николай Скрипник. Он поддерживал руководство украинского комсомола и пионерской организации в борьбе с Макаренко, а в 1932 году резко критиковал его идеи, признавая его успешную практику. Григорий Ващенко, профессор Полтавского педагогического института, первым начал открытую критику Макаренко в январе 1926 года, обвиняя его в «возврате к старым методам воспитания» и видя в «наказаниях» «симптом реакции». Ващенко, впрочем, признавал и практические достижения Макаренко в воспитании, и то, что не наказания определяют эти успехи. Какие-либо наказания запрещались «Положением о Единой трудовой школе РСФСР», изданным в сентябре 1918 года. Среди противников Макаренко оказалась Надежда Крупская. В мае 1928 года в докладе на съезде ВЛКСМ в Москве она резко критиковала учреждение Макаренко за применение наказаний. Это было последней каплей в решении Антона Макаренко и властей об увольнении его из колонии имени Горького. Крупскую поддержал нарком просвещения РСФСР Анатолий Луначарский.

— Можно ли сказать, что популярность Макаренко уберегла его от более существенных проблем?

— Макаренко, как ученый педагог-практик, был широко известен на Украине примерно с 1923 года, когда он сам и другие специалисты-педагоги увидели в его успехах правильность избранного им пути в педагогике и необходимость распространения и расширения его идей и опыта. Во всей стране и мире его известность ширилась и росла в связи с изданием «Педагогической поэмы» (журнальный вариант в трех частях) в 1933–1935 годах. Все три части вместе впервые были изданы в 1937 году. «Поэма» воспринималась не только как художественный манифест новой педагогики, но и как вестник новой жизни, замечательного социально-политического мироустройства. В одной из зарубежных рецензий говорилось: эта книга «стоит тысячи пропагандистских книг». Лишь в Англии она рассматривалась в основном как «книга по педагогике». Представители официальной советской педагогики, педологи воздерживались от каких-либо оценок. Настоящим ценителем стал читатель: в библиотеках образовались очереди на получение книги, ее ждали порой месяц и более. «Педагогическая поэма» начала свою историю как одна из любимых, очень нужных книг, помогающих разумно жить и любить жизнь.

— Антон Макаренко умер в 1939-м. Как стали изучать его наследие в СССР и за рубежом?

— В нашей стране поворот к наследию Макаренко произошел во время Великой Отечественной войны. В 1943-м при кафедре педагогики Московского пединститута создана Лаборатория по изучению наследия А. С. Макаренко, руководителем была Галина Стахиевна Макаренко (вдова.— «Ъ»). Лаборатория начала собирать публикации Антона Макаренко, выпускать сборники его произведений при образовании Академии педагогических наук РСФСР.

В 1945−1949 годах «Педагогическая поэма» вышла в Болгарии, Польше, Чехословакии, Югославии, ГДР, Румынии, Албании, в 1957-м — в Китае. К середине 1950-х она была опубликована в Италии, Франции, Японии, Дании, Великобритании, Нидерландах, Норвегии, Финляндии, Исландии, Индии, Аргентине, Уругвае. В разных странах переиздавалась от 3 до 12 раз. При этом на Западе в 1950-х отношение к макаренковскому наследию было резко критическим. С 1960-х годов оно сменилось на стремление объективно разобраться в нем. В этой работе ведущее место заняла созданная в 1968 году лаборатория «Макаренко-реферат» в исследовательском центре сравнительной педагогики Университета Марбург (ФРГ). Лаборатория стала превращаться в центр международного макаренковедения. Она стала участником «Остфоршунга» — широкой программы изучения Восточного блока в целях идеологической борьбы общественно-политических систем и в то же время применения идей и опыта Макаренко для совершенствования не только воспитания, образования, но и всей общественной системы стран Запада. На этом фоне президиум АПН СССР в марте 1975 года принял решение о публикации и дальнейшей разработке трудов А. С. Макаренко, положив начало обновлению макаренковедческой работы в нашей стране.