Философия информации на страницах «Вестника ЧГАКИ» (окончание)

УДК 17 А. В. Соколов

ФИЛОСОФИЯ ИНФОРМАЦИИ НА СТРАНИЦАХ «ВЕСТНИКА ЧГАКИ»

Анализируется концепция философии информации, предложенная К. К. Колиным. Критически оценивается метафоризации информации. Раскрывается содержание амбивалентной концепции информации. Сделаны рекомендации по использованию амбивалентной концепции в библиотечно-библиографических науках. Начало статьи см.: Вестник ЧГАКИ. 2014. № 2 (38). С. 175-181.

Ключевые слова: амбивалентная концепция, критическая оценка, метафоры, философия информации

1. Природа информации. Материальна или идеальна информация? Более полувека продолжается баталия материалистов и идеалистов, которую давно пора объявить ничьей, поскольку аргументы повторяются. К счастью, обнаружилась реалистическая философия, развиваемая школой петербургского философа Валерия Леонидовича Обухова [6]. Эта концепция «на место привычных монизма и дуализма с необходимостью ставит дуалистический монизм, признающий единую субстанцию, но с двумя противоположными ликами, несводимыми один к другому» [5]. Принципиальное отличие идеи «дуалистического монизма» от традиционного дуализма состоит в том, что отрицается параллельное сосуществование двух несводимых к единству противоположностей (дух и материя, душа и тело, мышление и протяженность, абстрактное и конкретное и т. п.), а утверждается неразрывное единство и взаимозависимость противоположных начал. Абсолютно дематериализованная идеальность в «чистом виде» существовать не может; аналогично нет совершенно однородной материи, лишенной каких-либо отличительных свойств.

Согласно дуалистическому монизму, природная субстанция Вселенной амбивалентна1. Единство материального и идеального особенно убедительно проявляется при рассмотрении феномена культуры как «второй природы», искусственно созданной людьми. Материальная культура - это опредмеченная мысль, а духовная культура реализуется в материальной форме. Следовательно, природа информации не идеальна и не материальна, а амбивалентна, ибо

1 Амбивалентность от лат. ambi - 'с обеих сторон' и valentía - 'сила'.

информация имманентно (необходимо) воплощает единство и взаимообусловленность материальных и идеальных начал, т. е. идеального содержания и материального носителя. Благодаря амбивалентной природе информация способна отражать амбивалентное разнообразие живой и неживой природы, сознания и техносферы и в этом качестве достаточно всеобъемлюща, чтобы соответствовать требованиям философской категории. Итак, с философской точки зрения, информация - философская категория, обозначающая амбивалентную субстанцию, основанную на принципе дуалистического монизма.

2. Типы информации. Для того чтобы определить типы информации, нужно с уровня философской категории перейти на уровень научных категорий, отражающих сущности отраслей знания. Как известно, сущность -это скрытое за многообразными внешними явлениями внутреннее, истинное содержание познаваемого предмета. Содержание понимается как главный признак или совокупность таких признаков в изучаемом объекте или системе, определяющих качественное отличие от других объектов и систем. Выявление сущности предмета завершается его истинной дефиницией, в которой должны быть представлены сущностные признаки, выражающие его содержание. Зная сущности типов информации, мы сможем ответить на сакраментальный вопрос «что такое информация вообще?». Начнем с феномена информации, соответствующего исходному узуальному значению -«сведения, знания, сообщения».

Из амбивалентной природы информации следует, что узуальная информация должна обладать признаком амбивалентности. Иде-

177

альную сторону амбивалентности в данном случае образуют смыслы, представляющие собой духовные (ментальные) продукты, созданные людьми в процессе познания, коммуникации и управления. Эти смыслы не самодостаточны, а отражают внешние для них реалии. Отсюда следует, что узуальной информации свойственна вторичность (производ-ность) содержания, что она феномен вторичный, производный от внешнего объекта-оригинала. Но один и тот же объект разные люди воспринимают по-разному. Поэтому информация не фиксирование внешнего объекта, а акт сознания, существующий в субъективной реальности, ибо без субъекта нет информации. Следовательно, узуальная информация (сведения, знания, сообщения) есть не идеальная сущность, а выражение идеального, причем не любого идеального явления, а явления осмысленного одухотворенным субъектом. Осмысленное выражение предполагает использование языковых и познавательных норм, принятых в культуре. Бессмысленный (спонтанный и случайный с позиции культурных норм) набор звуков, излучений, действий не есть информация. Только культурно нормированные продукты сознания в виде духовных смыслов могут выступать в качестве смыслового содержания сведений, знаний, сообщений. Отсюда следует заключение, что осмысленность (часто трактуемая расширительно как идеальность) является таким же сущностным признаком семантической информации, как амбивалентность и вторичность. Нетрудно обнаружить еще один сущностный признак, тесно связанный с амбивалентностью, вто-ричностью, осмысленностью, - знаковость. Эта связь достаточно очевидна: всякий знак - специально созданное средство выражения смысла. Благодаря знаковой форме обеспечивается материальное воплощение смыслового содержания информации и возможность его понимания другими членами общества. Эта возможность реализуется в процессе социальной коммуникации. Отсюда свойство коммуникабельности, присущее исходному, узуальному понятию информации. Под коммуникабельностью здесь понимается способность сообщения возбуждать

в сознании реципиента смыслы, подобные смыслам в сознании коммуниканта.

Обобщая сказанное, узуальное значение информации можно представить в виде логической дефиниции: информация - амбивалентный феномен, выражающий духовные смыслы в коммуникабельной знаковой форме. В этом определении учтены пять сущностных свойств узуальной информации: а) амбивалентность - материально-идеальная природа;

б) вторичность - обусловленность содержания сознания первично данными объектами;

в) содержание сознания в виде духовных смыслов (знаний, умений, эмоций, волевых стимулов, фантазий); г) знаковая форма выражения смыслов; д) возможность использования в социальной коммуникации. Перечисленные свойства взаимосвязаны и взаимообусловлены. Этот тип информации известен как семантическая информация. Данное определение феномена семантической информации является субстанциональным, потому что в его основе находится амбивалентная субстанция всего сущего, обусловившая амбивалентность природы информации и ее знаковую форму. Вместе с тем оно учитывает функциональное свойство коммуникабельности, обеспечивающее информационно-коммуникационные процессы в реальностях разных типов.

С точки зрения семантической информации всякое человеческое общество, от первобытной общины до постиндустриальной цивилизации, является информационным, потому что оно непременно практикует обмен духовными смыслами в коммуникабельной знаковой форме. Однако в наши дни «информационным» именуется только общество, освоившее машинную информацию (информационно-коммуникационные технологии), и никто, к примеру, дворянское общество пушкинской эпохи информационным не считает. Машинная информация представляет собой искусственно созданный продукт материальной культуры, точнее - артефакт техносферы. Принадлежность к материальной культуре обусловливает субстанциональные свойства информации данного типа. Подобно всякому

178

сознательно созданному изделию человеческих рук и разума, машинная информация обладает: а) амбивалентностью, т. е. является единством идеального (идея артефакта) и материального (форма воплощения) начала; б) вторичностью, поскольку отражает замысел своего создателя; в) осмысленностью, так как служит носителем замысла, соответствующего ее функциональному назначению. Функциональное назначение (прием, обработка, хранение, передача информации) детерминирует свойства: г) знаковость, представленную в виде кодов - искусственного языка техники связи, и д) коммуникабельность. Стало быть, машинная информация обладает субстанционально-функциональным комплексом, типичным для информации. А. А. Воронин отлично сформулировал информационную сущность машинных артефактов: «Инструкции к машине могут быть написаны на любом языке, но сама машина - это универсальный язык, понятный без переводчика, объединяющий людей из разных стран, времен и культур одинаковыми пользовательскими процедурами, символическими значениями, записанными в "генотипе" машины. Техническое средство -это свернутый акт коммуникации» [2].

Принципиальное отличие семантической информации от машинной состоит в том, что первая - естественный продукт человеческой духовности (разума, эмоций, воли), а вторая -искусственный продукт человеческого мастерства (технологических умений). Поэтому первая -акт сознания, а вторая - артефакт, предназначенный для имитации подобных актов. С учетом перечисленных различий получается дефиниция: машинная информация - амбивалентный артефакт, осуществляющий управление техническими объектами и имитирующий по алгоритмическим программам семантические процессы.

Семантическая и машинная информация не исчерпывают типизацию информационных сущностей. Есть еще биологическая информация, которая выражает естественные генетические, сенсорные, биокоммуникационные (сигнальные) смыслы. Биологической информации, как и прочим информационным феноменам, свойственны

амбивалентность и вторичность. Содержание генетической связи «родители - дети», сенсорных воздействий и биокоммуникации, разумеется, различно, но оно не бессмысленно, а воплощает естественно сложившийся биологический смысл. Этот смысл выражается в знаках, имеющих вид генетических формул ДНК и РНК или сигналов - аморфное (неструктурированное) значение + материальная (аудиальная, визуальная, тактильная, вкусовая, обонятельная, электромагнитная) рецепция. Объективно существующие в биологической реальности смыслы обеспечивают важнейшие жизненные функции, включая размножение (творческий процесс), ориентацию в среде (познавательный процесс), поддержание гомеостаза (самоуправление организма), взаимодействие с другими организмами (зоокоммуни-кация). Важно иметь в виду, что смыслы - не монополия человеческого разума, они бытуют во всех типах реальностей, кроме первичной неживой материи. В том факте, что курица снесла яйцо, выражен биологический смысл. Отсюда следует, что биологическая информация имеет субстанциональную структуру, подобную семантической информации (амбивалентность, вторичность, осмысленность, знаковость), обеспечивает важные коммуникационные функции в биологической реальности и необходимо в ней существует. Значит, семантическая и биологическая информация - два изоморфных типа информации, сущностно подобных друг другу. Следовательно, биологическую информацию можно определить как амбивалентный феномен, выражающий биологические смыслы в коммуникабельных биологических знаках.

3. Сущность информации, обобщая типовые ее проявления, можно выразить в следующей дефиниции: информация вообще -амбивалентный феномен, выражающий смыслы в форме коммуникабельных знаков. Эта дефиниция в эпистемологическом отношении соответствует статусу общенаучной категории. Эпистемологическая типизация информации в относительно завершенном виде выглядит так:

а) семантическая информация - междисциплинарная категория общественно-

179

гуманитарных наук, обозначающая естественные средства выражения духовных смыслов (знания, умения, эмоции, желания, фантазии) в форме коммуникабельных социальных знаков;

б) биологическая информация - междисциплинарная категория биологических наук, обозначающая естественные средства выражения биологических смыслов в форме коммуникабельных биологических знаков;

в) машинная информация - междисциплинарная категория в пределах техносферы, обозначающая артефакты (системы, средства), осуществляющие управление техническими объектами и имитирующие по алгоритмическим программам семантические процессы.

В заключение обратим внимание на общность и расхождение нашей концепции и концепции информации К. К. Колина, представленной в предыдущем разделе. Общность заключается в том, что источником обеих концепций является классический дуализм, исходящий из «признания равноправности и несводимости друг к другу двух основных начал универсума - материального и духовного, физического и психического, тела и души» [14]. Принципиальная мировоззренческая инновация К. К. Колина заключается в том, что он нематериальные свойства реальности (мир сознания и мир продуктов сознания) представил в качестве информационных и призвал к формированию «новой мировоззренческой парадигмы, основанной на признании материально-информационной природы реальности и всех ее фрагментов и компонентов». Таким образом, дуалистическое отношение дизъюнкции (или... или; или материальное, или идеальное; или тело, или душа) сохраняется, но противоположностями стали: или материя, или информация. Наша амбивалентная концепция пошла иным путем. Исходя из констатации сближения двух начал бытия, она продолжает тенденцию их интеграции вплоть до дуалистического монизма (нет материальности, лишенной идеальных качеств, и нет абсолютно дематериализованной идеальности). Если «информационный дуализм» К. К. Колина не способствует многоаспектному раскрытию сущности информации, то амбивалентное единство материального и идеального в

качестве сущностного свойства информации позволяет утверждать: информация есть информация = особая субстанция, а не материя, не сознание и не продукт сознания. Особенно важно, что амбивалентная концепция может послужить методологической основой для информационного подхода в библиотековедении.

3. Зачем философия информации на страницах «Вестника ЧГАКИ»?

Древнегреческий мудрец Эпикур (341270 гг. до н. э.) поучал своих учеников: «Пусть никто в молодости не откладывает занятий философией, а в старости не утомляется занятиями философией. Кто говорит, что заниматься философией еще рано или уже поздно, подобен тому, кто говорит, будто быть счастливым еще рано или уже поздно» [3]. Хаотичная информатизация, отягощенная метафорами и полисемией, заставляет вспомнить древнюю мудрость, ибо хаос не приносит людям счастья. Философия информации, ставящая целью познать сущность и типологию информации, нужна конкретным наукам, в том числе библиотековедению и документо-ведению, для разрешения некоторых противоречий и нелепостей не частного, а мировоззренческого уровня. В этом отношении немаловажную роль может сыграть амбивалентная концепция. Приведем несколько примеров.

Первый пример. В авторитетной «Библиотечной энциклопедии» сказано: информация -«сведения или данные, объективно отражающие различные стороны и элементы окружающего мира и деятельности человека на определенном этапе развития общества, представляющие для него какой-либо интерес и материализованные в форме, удобной для использования, передачи, хранения и (или) обработки (преобразования) человеком или автоматизированными средствами» [1]. Вдумаемся в содержание этого определения. Что такое «сведения, отражающие факты»? Очевидно, достоверное, научно апробированное знание, которое желательно хранить в библиотечных фондах. Но что делать со сказками, художественной литературой, научными гипотезами, которые никаких

180

«объективных фактов» не отражают? Считать их дезинформацией, а не информацией? Но в этом случае фонд публичной библиотеки становится не столько информационным, сколько «дезинформационным» фондом.

Амбивалентная концепция легко разрешает этот парадокс. Согласно этой концепции, библиотеки всех типов и видов имеют дело не со «сведениями или данными, объективно отражающими различные стороны и элементы окружающего мира», а с семантической информацией, обозначающей естественные средства выражения духовных смыслов (знания, умения, эмоции, желания, фантазии) в форме коммуникабельных социальных знаков. В объем семантической информации входят как достоверное, научно апробированное знание, так и плоды художественного творчества или идеологических заблуждений, выраженные в документной или устной форме. Очевидно, что любая семантическая информация в форме рукописи или полиграфического издания может быть включена в библиотечный фонд. Но тут возникает новый дискуссионный вопрос: что такое документ?

Второй пример. Традиционную трактовку, принятую в международных и отечественных терминологических стандартах, процитировал Э. Р. Сукиасян: <Документ - материальный объект, содержащий информацию в зафиксированном виде и специально предназначенный для ее передачи во времени и пространстве» [10]. Ю. Н. Столяров в капитальном учебном пособии «Документология», целиком посвященном выявлению сущности документа, предложил иную формулировку: «Документ - это информация на материальном носителе, зафиксированная искусственным способом в знаковой форме» [9]. С точки зрения амбивалентной концепции информации, утверждающей, что информация «материально-идеальное единство», обе формулировки небезупречны. Если заменить термин информация формулировкой информационной субстанции, в первом случае получим выражение «Документ - материальный объект, содержащий материально-идеальное единство в зафиксированном виде», а во втором: «Документ - это материально-идеальное един-

ство на материальном носителе, зафиксированное искусственным способом». Причина тавтологии заключается в том, что оба автора полагают, что информация - это чисто идеальный феномен, упуская из вида, что информация не существует в отрыве от материального носителя в вещественной или невещественной форме. Поэтому достаточно указать: «Документ - это разновидность информации в стабильной вещественной форме»1. Более развернутая формулировка: «Документ - долговременное хранилище и способ передачи любых смыслов, выраженных любыми коммуникабельными знаками» обоснована в нашей книге [8].

Третий пример. Теоретики библиотековедения давно признали, что «важнейшие процессы, протекающие в библиотеках, в своей первооснове имеют информационную природу и сущность» [7]. Поэтому любая библиотека есть типичная информационная система, занимающаяся сбором, обработкой, хранением, поиском и распространением информации, создавая и используя соответствующие информационные ресурсы. Хрестоматийной истиной сделалось мнение, что всякая библиотека, являясь «информационным учреждением» и располагая информационными ресурсами, выполняет информационную функцию, которая выражает природу и сущность библиотеки. Однако возникает недоумение. Если всякая библиотека изначально была и до сих пор остается информационным центром, то зачем настойчиво планировать информатизацию российских библиотек в XXI в.? Почему Российская библиотечная ассоциация (РБА) посчитала актуальным выступить с «Манифестом об информатизации публичных библиотек», где во первых строках говорится: «Информатизация должна быть признана и поддержана всеми органами государственного и местного управления как магистральное направление развития публичных библиотек на современном этапе». В русле этого магистрального направления лежат многочисленные локальные

1 Надо заметить, что Ю. Н. Столяров иногда пользуется формулировкой «Документ - вид информации», но делает это непоследовательно.

181

и региональные проекты информатизации детских, муниципальных, публичных библиотек. Зачем, спрашивается, в преддверии информационного общества информатизировать библио-течно-информационные учреждения, то есть информатизировать органично присущую им информационную сущность?

Зарождается подозрение, что теоретики и практики информатизации говорят на разных языках и о разных предметах. Теоретики уверяют, что нет и быть не может «неинформационных» библиотек, а практики, не ведая об этом, разрабатывают проекты информатизации информационных учреждений. Амбивалентная концепция довольно просто сводит концы с концами. Речь идет о разных типах информации, существенно отличающихся друг от друга: теоретики толкуют о библиотеке как центре семантической информации, а практики заинтересованы во внедрении типовых информационных технологий (компьютеризация, доступ в Интернет, электронная почта, веб-сайт, корпоративный электронный каталог). Адаптация этих технологий к библиотечной среде обеспечивается инженерами, которые оперируют машинной информацией. Отсюда следует, что информационный ресурс библиотеки стоит определять как организованную совокупность двух типов информации: а) человекочитаемые документные фонды, представляющие собой семантическую (смысловую) информацию; б) машинная информация, циркулирующая в Интернете, в глобальных, нацио-

нальных, региональных, локальных библиотеч-но-информационных сетях.

В контексте амбивалентной концепции информации возможна многоаспектная интерпретация понятий информационная цивилизация, информационное общество, информационная культура, имеющих профессионально-мировоззренческое значение для специалистов в области библиотечно-информационной деятельности. Поэтому обсуждение проблем философии информации на страницах «Вестника ЧГАКИ» оправдано, полезно и даже необходимо. Уместно отметить, что в последние годы философия информации привлекает заинтересованное внимание научного сообщества России. С февраля 2011 г. в качестве всероссийского методологического центра функционирует совместный семинар Института проблем информатики РАН и Института научной информации по общественным наукам РАН «Методологические проблемы наук об информации», научными руководителями которого являются К. К. Колин и Ю. Ю. Черный. Состоялись около 20 заседаний семинара, материалы которых опубликованы в научных сборниках [11] и широко представлены на сайтах Интернета. Челябинская государственная академия культуры и искусств, в которой существует научно-образовательный центр «Информационное общество», возглавляемый К. К. Колиным, вполне могла бы стать региональной площадкой по обсуждению проблем философии информации.

1. Библиотечная энциклопедия. - Москва: Пашков дом, 2007. - С. 430.

2. Воронин, А. А. Миф техники / А. А. Воронин. - Москва, 2004. - С. 8-9.

3. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. - Москва: Мысль, 1986. - С. 402.

4. Новая философская энциклопедия. - Т. 1. - Москва: Мысль, 2010. - С. 701.

5. Обухов, В. Л. Что такое реалистическая диалектика? / В. Л. Обухов // Мир философии - мир человека. -Москва, 2007. - С. 701.

6. Реалистическая философия: учебник / под ред. В. Л. Обухова. - 3-е изд. - Санкт-Петербург: Химиздат, 2003. - 384 с.

7. Скворцов, В. В. Теоретические основы библиотековедения / В. В. Скворцов // Общее библиотековедение: учебник: в 2 ч. Ч. 1 / Н. С. Карташов, В. В. Скворцов. - Москва: Московский государственный университет культуры, 1996. - С. 8.

8. Соколов, А. В. Парадигмы библиографоведения: книга, документ, ресурс: очерки о прошлом и будущем библиографической науки / А. В. Соколов, Т. Ф. Берестова; Челябинская государственная академия культуры и искусств. - Челябинск, 2014. - С. 226.

9. Столяров, Ю. Н. Документология: учеб. пособие / Ю. Н. Столяров. - Орёл: Горизонт, 2013. - С. 125.

182

10. Сукиасян, Э. Р. Практическое документоведение: учеб.-практ. пособие / Э. Р. Сукиасян. - Санкт-Петербург: Профессия, 2014. - С. 9.

11. Теория и практика общественно-научной информации: сб. науч. тр. / ИНИОН РАН. - Москва, 2013. -Вып. 21. - 297 с.

Сдано 28.05.2014 A. V. Sokolov

INFORMATION PHILOSOPHY ON PAGES OF "VESTNIK CHGAKI"1

Abstract. The article analyses the concept of philosophy of information proposed by the K. K. Kolin. Critically assessed the metaphors of information. The ambivalent concept of information is presented. Made recommendations on the use of ambivalent concept in library and bibliographical science.

Keywords: ambivalent concept, critical evaluation, metaphors, philosophy of information

References

1. Bibliotechnaya entsiklopediya [Library encyclopedia]. - Moscow: Pashkov dom, 2007. - P. 430.

2. Voronin, A. A. Mif tekhniki [Equipment myth] / A. A. Voronin. - Moscow, 2004. - P. 8-9.

3. Diogen Laertskiy. O zhizni, ucheniyakh i izrecheniyakh znamenitykh filosofov [Diogenes Laertsky. About life, doctrines and sayings of the well-known philosophers]. - Moscow: Mysl, 1986. - P. 402.

4. Novaya filosofskaya entsiklopediya [New philosophical encyclopedia]. - Vol. 1 . - Moscow: Mysl, 2010. - P. 701.

5. Obukhov, V. L. Chto such realistic dialectics? / V. L. Obukhov // Mir filosofii - mir cheloveka [The philosophy world - the world of the person]. - Moscow, 2007. - P. 701.

6. Realisticheskaya filosofiya [Realistic philosophy]: textbook / under the editorship of V. L. Obukhov. - 3rd ed. -Saint-Petersburg: Himizdat, 2003. - 384 p.

7. Skvortsov, V. V. Theoretical bases of library science / V. V. Skvortsov // Obshchee bibliotekovedenie [General library science]: textbook: in 2 p. P. 1 / N. S. Kartashov, V. V. Skvortsov. - Moscow: Culture Moscow State University, 1996. - P. 8.

8. Sokolov, A. V. Paradigmy bibliografovedeniya: kniga, dokument, resurs: ocherki o proshlom i budushchem bib-liograficheskoy nauki [Bibliography paradigm: book, document, resource: sketches about the past and the future of bibliographic science] / A. V. Sokolov, T. F. Berestova; Chelyabinsk State Academy of Culture and Arts. -Chelyabinsk, 2014. - P. 226.

9. Stolyarov, Yu. N. Dokumentologiya [Documentology]: studies manual / Yu. N. Stolyarov. - Orel: Gorizont, 2013. - P. 125.

10.Sukiasyan, E. R. Prakticheskoe dokumentovedenie [Practical document science]: studies.-pract. manual /

E. R. Sukiasyan. - Saint-Petersburg: Professiya, 2014. - P. 9. 11. Teoriya i praktika obshchestvenno-nauchnoy informatsii [Theory and practice of public and scientific information]: collection of scient. works / INION of the Russian Academy of Sciences. - Moscow, 2013. - Ed. 21. - 297 p.

Received 28.05.2014

1 The transliteration of the reduced name of our scientific journal "Herald of Chelyabinsk State Academy of Culture and Arts" is given in heading: [Vestnik Chelyabinskoj Gosudarstvennoj Akademii Kultury i Iskusstv].

183