Характеристика некоторых клинических, социальных и криминологических параметров у лиц с атипичной картиной острой алкогольной интоксикации

© ОЛИФИРЕНКО Н.Ю., 2003

ХАРАКТЕРИСТИКА НЕКОТОРЫХ КЛИНИЧЕСКИХ, СОЦИАЛЬНЫХ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИХ ПАРАМЕТРОВ У ЛИЦ С АТИПИЧНОЙ КАРТИНОЙ ОСТРОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ИНТОКСИКАЦИИ

ОЛИФИРЕНКО Н.Ю.

Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, г.Москва

Резюме. В статье описаны психические расстройства у 109 обследованных лиц, проходивших стационарную судебно-психиатрическую экспертизу в Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского в период с 1994 по 2001 г.г., связанные с органической патологией ЦНС и хроническим алкоголизмом, у которых наблюдались атипичные формы алкогольного опьянения при совершении противоправных деяний, а также в анамнезе. Приводятся сравнительные клинические, социальные и криминологические данные по двум выделенным группам: лицам с признаками синдрома зависимости от алкоголя и без такового. Обсуждаются факторы риска криминального поведения данного контингента обследованных.

Ключевые слова: острая алкогольная интоксикация, алкогольная зависимость, судебно-психиатрическая экспертиза.

Abstract. The article deals with mental disorders in 109 examined persons. All of them had undergone forensic psychiatric examination in Serbsky State Scientific Centre of social and forensic psychiatry from 1994 to 2001 due to their organic pathology of C.N.S. and chronic alcoholism. Atypical forms of alcoholic intoxication on infringing a law or in anamnesis were observed in them. Comparative clinical, social and criminological data on two selected groups - persons with the signs of alcohol dependence syndrome and those without it - are given. Risk factors of criminal behaviour of the examined persons are also discussed.

Среди различных видов острой интоксикации психоактивными веществами в клинической психиатрии выделяется понятие атипичного алкогольного опьянения. В этих случаях происходит либо чрезмерно резкое, по сравнению с типичной клинической картиной, усиление какой-нибудь группы симптомов, либо меняется последовательность их появления, либо возникают разнообразные психические нарушения, вообще не характерные для типичных случаев алкогольного опьянения [1].

Хронический алкоголизм позволяет проследить, как в рамках одного заболевания с течением времени меняются клинические прояв-

Адрес для корреспонденции: 210023, г.Витебск, пр.Фрунзе, 27, Витебский государственный медицинский университет, кафедра психиатрии и наркологии -Кирпиченко А.А.

ления, в том числе и картина алкогольного опьянения, которая постепенно становится «атипичной». На самом деле эта «атипичность» закономерна и является характерным симптомом развернутой стадии хронического алкоголизма, наступает после возникновения амнестических форм алкогольного опьянения и нередко протекает параллельно нарастанию изменений личности, меняясь в сторону эксплозивности и дис-форичности [3,4,6,9].

Помимо больных хроническим алкоголизмом, наиболее обширной группой, в которой проявляется атипичность алкогольного опьянения, является контингент лиц с органическим психическим расстройством. Прием спиртных напитков усугубляет уже существующие, свойственные этим лицам раздражительность, экс-плозивность, дисфорические нарушения, что

резко меняет и утяжеляет картину острой алкогольной интоксикации, которая часто не укладывается в рамки стандартного представления об обычном опьянении [10]. Хронический алкоголизм среди лиц с органической патологией головного мозга (особенно перенесших черепно-мозговые травмы) является обычным явлением, несмотря на плохую переносимость спиртных напитков.

Сложные формы опьянения считаются своеобразными маркерами психоорганического синдрома [8]. Обращает на себя внимание «аффективная неустойчивость» опьяневших, слабое сопротивление аффективным раздражителям, несоответствие между объективным поводом и реакцией [5,7]. Поэтому в состоянии алкогольной интоксикации обычны проявления насилия, агрессивного поведения по отношению к окружающим [11,12]. Наиболее часто общественно опасные деяния совершаются в состоянии эпилептоидного алкогольного опьянения и опьянения с эксплозивностью [2].

Одни исследователи, изучая острые и хронические эффекты алкоголя и их влияние на совершение насильственных преступлений, приходят к выводу, что с собственно противоправными деяниями связаны проявления острой алкогольной интоксикации, а не наличие (или отсутствие) алкоголизма, и утверждают, что алкоголь прямым образом способствует проявлениям насилия [12]. В то же время, иные авторы, исследуя данную проблему, придают достаточное значение факту алкогольной зависимости, наличие которой явным образом отражается на жестокости и тяжести преступлений и криминальном рецидивизме. Исследование влияния алкоголя на делинквентное поведение выявляет существенно более значительную роль острой алкогольной интоксикации в период совершения преступления сравнительно с наличием у обследованных собственно алкогольной зависимости и иных психосоциальных факторов, таких, как неблагоприятные психобиографические обстоятельства, криминальное прошлое и т.д. Алкогольная интоксикация непосредственно способствует совершению насильственных деликтов и коррелирует с их жестокостью и тяжестью [14,15].

Нами было обследовано 109 мужчин в возрасте от 18-ти до 60 лет, проходивших ста-

ционарную судебно-психиатрическую экспертизу в ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского в период с 1994 по 2001 годы, у которых были выявлены признаки органического психического расстройства различного генеза, а также те или иные атипичные формы алкогольного опьянения при совершении ими противоправных действий и в анамнезе.

Лица с клиническими признаками алкогольной зависимости

В данной группе, состоявшей из 67 человек, преобладали лица среднего и старшего возраста (55,3%), половина из которых состояли в браке и имели детей (53,7%), получившие неполное среднее (25,4%) и среднее (56,7%) образование, занимающиеся физическим (52,2%), в том числе малоквалифицированным (20,9%), трудом. Инвалидность по соматическому заболеванию имели 6% обследованных, а по психическому заболеванию — 14,9% с диагнозом: «Органическое поражение головного мозга», в том числе с умственной отсталостью. Прошедшие срочную военную службу составили половину обследованных, освобожденные от службы в армии в связи с органическим психическим расстройством и сопутствующими личностными расстройствами — 22,4%, остальные не служили по причине имевшейся в прошлом судимости или были освобождены от службы по соматическим заболеваниям (11,9%). Почти половина данного контингента (50,7%) в прошлом привлекалась к уголовной ответсвеннос-ти, преимущественно по поводу имущественных правонарушений (кража, грабеж — 26,9%) и против общественного порядка и безопасности (хулиганские действия, уклонение от уплаты алиментов и т.д. — 23,8%).

Наследственная отягощенность по психическим заболеваниям в данной группе наблюдалась в 32,8% случаев, по алкоголизму — в 43,8% случаев. Нарушения развития были выявлены у 18% обследованных, расстройства влечений — у 16,7% (в основном в форме бродяжничества). У подавляющего большинства (43,3%) к 18 годам личностные особенности сформировались по возбудимому типу, у 28,4%

— степень выраженности психопатоподобных

расстройств органического генеза достигала глубины психопатии. Асоциальность и антисоциальность были свойственны 44,8% данного контингента при низком проценте «гиперсоциальности» (1,5%). Более половины испытуемых (55,2%) в зрелом возрасте имели тяжелые или хронические соматические заболевания, 83,6%

— травмы головы, преимущественно повторные. Варианты ведущего органического синдрома сложились следующим образом: психопатоподобный (58,2%), церебрастенический (16,4%), пароксизмальный (10,4%), интеллек-туально-мнестических расстройств (7,5%), аффективный (4,5%), неврозоподобный (3,0%).

Корреляционный анализ показал отчетливую связь между возрастом формирования алкоголизма и степенью его прогредиентности (коэффициент К. Пирсона г = - 0,35; р< 0,01). Статистическая вероятностная связь более значительно выражена между такими параметрами, как возраст первых проб спиртных напитков и стадия алкоголизма (коэффициент корреляции г=0, 77;p<0,001). Такая же заметная корреляция (г=0,41 01) отмечается между сте-

пенью наследственной отягощенности и степенью прогредиентности алкоголизма.

Почти треть испытуемых (31,3%) имели в анамнезе алкогольные психозы, преимущественно делириозной структуры. Две трети (61,2%) получали в прошлом наркологическое лечение. В данной группе обследованных психотические формы алкогольного опьянения отмечались в 39,1% случаев (среди них следующие варианты: галлюцинаторный, делириоз-ный, параноидный, дереализация-деперсонализация, сумеречное расстройство сознания, патологическое просоночное состояние до выхода из интоксикации), с двигательными расстройствами — в 4,7% (гиперкинетический симптомокомплекс, эпилептиформные припадки, психомоторное возбуждение), аффективные — в 17,2% (дистимический вариант, маниакальноподобный, аффект страха), психопатоподобные — в 85,9% (варианты: эксплозивный, дисфорический, истероидный, паранойяльный, с расстройством влечений, форма с бредоподобным фантазированием и элементами эйдетизма). Приведенные статистические данные отражают наличие различных атипичных форм опьянения у одного и того же субъекта. Здесь

приводится частота встречаемости каждой из форм, и поэтому их сумма не равна 100%.

Наиболее частыми факторами временной патологической почвы, действующими накануне совершения правонарушения, выступали состояния запоя (41,8%), психогенный фактор (17,9%), который включал как длительно действующие стрессогенные воздействия (напряженные внутрисемейные отношения, смерь родных, тяжелое заболевание члена семьи — 1,5%), так и психогении, непосредственно предшествующие криминальным действиям (ссоры, нанесение оскорблений — 16,4%). Наличие временных астенизирующих факторов отчетливо прослеживалось в 70,1% случаев.

Характерологические особенности под воздействием экзогенно-органических вредностей, включая хроническую алкогольную интоксикацию, развивались в основном по эксплозивному (68,7%) и дистимическому (10,4%) вариантам.

Невменяемыми в данной группе были признаны 20,9% испытуемых в связи со степенью выражености органических расстройств и психозами, этим лицам рекомендовалось принудительное лечение в психиатрическом стационаре. 53,7% испытуемых, согласно эксперт-ныхм заключениям, нуждались в принудительных мерах медицинского характера по поводу алкоголизма. В судебно-психиатрических заключениях относительно лиц, имевших клинические признаки I стадии алкоголизма, часто выносилась категория «склонность к злоупотреблению спиртными напитками» и принудительные меры медицинского характера не рекомендовались. Наблюдение психиатром (невропатологом) в местах лишения свободы рекомендовалось в 6,0% случаев, в основном в связи с эпилептиформными нарушениями.

Лица без клинических признаков алкогольной зависимости

В данной группе, состоявшей из 42 человек, преобладали лица молодого и среднего возраста от 18 до 46 лет (90,5%). Половина из них (59%) состояли в браке и имели детей, получили среднее и среднеспециальное образование, занимающиеся квалифицированным физическим трудом (61,9%). Инвалидность по сомати-

ческому заболеванию имели 2,4% обследованных, по психическому заболеванию также 2,4% обследованных. Менее половины лиц данной группы (40,5%) проходили срочную военную службу, 33,3% были освобождены от службы в армии в связи с органической патологией головного мозга и сопутсвующими личностными расстройствами. 4,8% были освобождены по соматическому заболеванию (4,8%) или в связи с имевшейся в прошлом судимостью, или по иным причинам (единственный кормилец в семье). Значительная часть обследованных этой группы (40,5%) привлекалась в прошлом к уголовной ответсвенности преимущественно по поводу тяжелых противоправных действий против личности (убийство, нанесение тяжких телесных повреждений, изнасилование — 41,2%).

Наследственная отягощенность по психическим заболеваниям в данной группе отмечалась в 28,9% случаев, по алкоголизму — в 48,9% случаев. Нарушения развития прослеживались у 26% обследованных, расстройства влечений

— у 14,3%. Среди типов личностных особенностей, сложившихся к 18 годам, доминировали астенический (28,6%) и возбудимый (26,2%) типы. Выраженный психопатоподобный синдром имел место в 23,8% случаев. Асоциальные и антисоциальные формы поведения отмечались у 35,7% обследованных, тогда как «гиперсоциальность» — у 16,7%. Тяжелые и хронические соматические заболевания в зрелом возрасте наблюдались в 42,9% случаев. Травмы головы — в 66,7% случаев. Варианты ведущего органического синдрома в данной группе представлены следующим образом: психопатоподобный (38,1%), церебрастенический (26,2%), неврозоподобный (11,9%), аффективный (9,5%), интеллектуально-мнестических нарушений (7,1%), синдром пароксизмальных расстройств (4,8%), нарушений влечений (2,4%). Последний фигурировал и как сопутствующий синдром.

В данной группе обследованных двигательные расстройства в структуре острой интоксикации алкоголем отмечались в 8,9% случаев, психотические — в 31,1%, аффективные — в 22,2%, психопатоподобные — в 66,7%.

Ведущим фактором временной патологической почвы был психогенный (28,6%). На-

личие дополнительных вредностей прослеживалось в 45,8% случаев.

Характерологические изменения под воздействием экзогенно-органических вредностей развивались преимущественно по эксплозивному варианту (45,2%), также значимыми были астенический (23,8%) и дистимический (19,0%) варианты.

Экскульпированные лица составили 38,1% от обследованных данной группы. Среди них принудительное лечение в психиатрическом стационаре рекомендовалось в 26,2% случаев, наблюдение ПНД — в 11,9% случаев (когда на момент ООД диагностировалось временное болезненное психическое расстройство). В принудительном лечении по поводу алкоголизма согласно ст.ст. 97, 99 УК РФ нуждались 2,4% обследованных, в наблюдении психиатром (невропатологом) в местах лишения свободы — 19,0% испытуемых.

Сравнительный статистический анализ по методу General MANOVA выделенных по признаку наличия (1-ая группа) или отсутствия алкоголизма (2-ая группа) совокупностей обследованных показал существенные межгрупповые различия по основным 43 взятым в статистическую модель формализованным параметрам. Такой комплексный показатель, как Уилкса, здесь равен 0,083 (df1=45; df2=63; p<0,001). Рассматривая некоторые из этих формализованных параметров, следует сказать, что лица с алкогольной зависимостью на момент обследования в основном имели более старший возраст. Это косвенно свидетельствует о том, что атипичные формы алкогольного опьянения были обусловлены в большей мере воздействием хронической алкогольной интоксикации, чем собственно органической патологией центральной нервной системы, и сформировались в более позднем возрасте по мере прогрессирования алкоголизма. Лица, не страдающие алкогольной зависимостью имели более молодой возраст. Более низкий образовательный уровень и соответственно менее квалифицированный труд отмечались в 1-ой группе. Количество инвалидов как по соматическим, так и по психическим заболеваниям существенно выше было среди алкоголиков. Что касается криминологического аспекта, то во 2-й группе противоправные деяния в прошлом совершались реже, но имели более тяжелый характер.

Сравнительный анализ обследованных по некоторым клинико-генетическим и судебно-психиатрически

Обследо- ванные Коли- чество Наследственная отя-гощенность по псих, за-бол., % Наследственная отя-гощенность по алкоголизму, % Атипичные формы алкогольного опьянения (преобладающие расстройства), % Вме- няемые, %

Двигатель- ные Психоти- ческие Аффек- тивные Психопа- топодоб- ные

Страдающие алкоголизмом 67 (61,5%) 32,8 43,8 4,7 39,1 17,2 85,9 68,8

Не страдающие алкоголизмом 42 (38,5%) 28,9 48,9 8,9 31,1 22,2 66,7 62,2

-Сь

(Л

ВЕСТНИК ВГМУ, 2003, ТОМ 2, №1

При сравнении двух групп обследованных выявляется заметно большая доля лиц с наследственной отягощенностью по психическим заболеваниям среди имеющих алкогольную зависимость, тогда как наследственная отягощенность по алкоголизму приблизительно одинакова в обеих группах. В первой группе доминировал возбудимый тип личностных особенностей, во второй — возбудимый и астенический занимали почти равные части с некоторым перевесом последнего.

У лиц с алкогольной зависимостью отмечался, как правило, прогредиентный тип течения органической патологии, существенно большая выраженность неврологических расстройств на период обследования, чаще отмечается эпилептиформный синдром. Среди обследованных без признаков алкоголизма преобладает резидуальное устойчивое состояние вследствие органического поражения головного мозга.

Глубина личностных расстройств органического генеза оказалась практически равной в обеих группах, так же, как и нарушений влечений. Аномалии развития превалировали среди лиц, не имеющих алкогольной зависимости. Частота соматических заболеваний и травм головы в зрелом возрасте в первой группе превосходила аналогичный показатель во второй группе. Сопоставление процентного соотношения различных вариантов атипичного алкогольного опьянения в сравнительных группах показало превалирование психотических и психопатоподобных форм алкогольного опьянения у лиц с признаками хронического алкоголизма. А двигательные и аффективные варианты несколько чаще встречаются у не имеющих данного заболевания (табл. 1).

Таким образом, по мере прогрессирования алкоголизма, с одной стороны, увеличива-валась вероятность развития атипичных форм алкогольного опьянения с тенденцией к возникновению его психотических вариантов, с другой стороны, нарастали личностные изменения с признаками алкогольной деградации. И

то, и другое являлось факторами риска совершения тяжких правонарушений как в состоянии алкогольного опьянения, где главную роль играет его атипизм, так и вне такового, где на первый план выступали те или иные личностные расстройства и антисоциальные тенденции.

Литература

1. Глоссарий: «Стандартизованные психопатологические симптомы и синдромы для квалифицированной клинической оценки алкоголизма и алкогольных психозов» (Методические рекомендации) / Составители: А.К. Качаев, Н.Н. Иванец, А.Л. Игонин, И.Г. Ураков, Н.Г. Шумский. — М., 1976.

2. Гулямов М.Г., Хидиров М.А. // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова, № 5, М., 1993. — С. 65-72.

3. Качаев А.К. // Судебно-психиатрическая экспертиза. Вопросы алкоголизма. (Сб. науч. тр. № 32) / Под ред. Г.В. Морозова. — М., 1979. — С. 3-12.

4. Кириллова Л.А. Клинические особенности атипичных состояний простого алкогольного опьянения у больных алкоголизмом. — Автореферат дисс... канд. мед. наук, М., 1990.

5. Небляев А.М. // Судебно-психиатрическая экспертиза. Вопросы алкоголизма. — Сб. науч. тр. № 32 / Под ред. Г.В. Морозова. — М., 1979. — С. 34-41.

6. Ревенок А.А. // Актуальные вопросы общей и судебной психиатрии. — М., 1990. — С. 98-102.

7. Турова З.Г. // Тр. 4 Всесоюзн. съезда невропатологов и психиатров, т. 8: Вопросы судебной психиатрии. — М., 1965. — С. 187-193.

8. Турова З.Г., Филипских В.Е., Татаринова Е.А. // Кратковременные расстройства психической деятельности в судебно-психиатрической практике.

— М., 1986. — С. 71-77.

9. Ураков И.Г., Куликов В.В. Хронический алкоголизм.

— М., 1977.

10. Щукин Б.П. Клиника, дифференциальная диагностика и судебно-психиатрическая оценка простого алкогольного опьянения у лиц, перенесших черепномозговые травмы. — Дисс...канд. мед. наук. — М., 1974. — 183 с.

11. Bach-V-Rita G. // Amer. J. Psychiat., 1974; 131(9): 1018-

1020.

12. Cherek D.R., Steinberg J.L., Manno B.R. // J. Stud. Alcohol, 1985; 46(4):321-328.

13. Collins J.J., Schlenger W.E. // J. Stud. Alcohol. 1988 Nov;49(6):516-521.

14. Martin S.E., Bachman R. // Recent. Dev. Alcohol. 1997;13:41-56.

15. Pillmann F.et al. // Nervenarzt 2000 Sep;71(9):715-721.

Поступила 11.10.2002 г. Принята в печать 10.01.2003 г.