М. Н. Катков и Б. Н. Чичерин: консервативная и либеральная интерпретации гегелевской диалектики

УДК 377.5

М.Н. КАТКОВ И Б.Н. ЧИЧЕРИН: КОНСЕРВАТИВНАЯ И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИИ ГЕГЕЛЕВСКОЙ ДИАЛЕКТИКИ*

М.Ю. Чернавский

Кафедра философии Московского государственного педагогического университета

Представлена членом редколлегии профессором В.И. Коноваловым

Ключевые слова и фразы: гражданское общество; диалектика; диалектическая триада и тетрада; индивидуализм; консервативная диалектика; народный дух; правовое государство; самосознание; этатизм.

Аннотация: Анализируются мировоззрения М.Н. Каткова и Б.Н. Чичерина на предмет наличия в их политико-философских взглядах диалектических установок. Рассматривается синтез диалектической триады Гегеля с рядом консервативных идей при обосновании самодержавной формы правления (М. Н. Катков), а также дается анализ модернизированной диалектики - тетрады с добавлением в классическую диалектическую триаду на правах четвертого элемента либеральных принципов (Б.Н. Чичерин).

Вопрос о том, что выступает скрытой пружиной социального развития и как происходит возникновение новой социальной общности, является одной из главных проблем, стоящих перед всеми политическими идеологиями. Данный вопрос вписывается в более общую проблему о взаимосвязи старого и нового, неизменности и изменений, традиции и новаций. В данной статье мы рассмотрим консервативный и либеральный подходы к проблеме общественного развития на примере анализа того, как могут трансформироваться отдельные положения диалектического метода развития в русской общественно-политической мысли второй половины XIX века.

Диалектическое представление о развитии нашло законченное выражение в философской системе Г.В.Ф. Гегеля, по мысли которого, развитие есть плод постоянной борьбы противоположностей, постоянное «движение вперед от несовершенного к более совершенному». Причем несовершенное есть «нечто такое, что в то же время содержит в себе свою собственную противоположность, так называемое совершенное как зародыш, как стремление». В процессе развития противоречивое единство раздваивается на противоположности, борьба и столкновение между которыми ведет к «снятию» противоречия, благодаря чему происходит «жизнь настоящего духа», представляющая собой «кругообращение ступеней». В процессе развития дух «с одной стороны, разрушает определенность своего бытия, с другой стороны, постигает его общее начало и благодаря этому дает своему принципу новое определение» [5].

* Принято к печати 25.12.2006 г.

По мысли Гегеля, развитие характеризуется стадиями тезиса, антитезиса и синтеза. Развитие характеризуется тем, что «исходит из самого себя, из внутреннего неизменного принципа, из простой сущности, существование которой как зародыша сперва оказывается простым, но затем, благодаря его развитию, в нем появляются различия, которые вступают во взаимодействие с другими вещами, и таким образом в них происходит состоящий в непрерывных изменениях жизненный процесс» [5].

Практически сразу после смерти Гегеля в 1831 году его философское наследие интерпретировалось с позиций, которые условно можно обозначить как консервативная и либерально-революционная. Консерватизм заостряет внимание на гегелевской системе, которая предполагает неминуемое завершение развития в высшей точке, в которой «абсолютная идея познает саму себя» и чему в общественно-политическом развитии человечества соответствует, по Гегелю, прусская монархическая система. Либеральное и революционное сознание акцентирует внимание на методе в гегелевской философии, который носит реформаторско-революционный характер, предполагая появление нового социального качества в результате снятия противоречий в рамках старой общественной системы.

Философское наследие Гегеля в преломлении к западной общественно-политической мысли получило, как принято считать, правую консервативную и левую революционную интерпретации. Под влиянием политической лексики времен Великой французской революции Давид Штраус классифицировал гегельянцев на правых и левых. К правым гегельянцам относят К.Ф. Гешеля, К. Конради, И.Э. Эрдмана, Г.А. Габлера и К. Фишера. К левому гегельянству причисляют Б. Бауэра, М. Штирнера, Л. Фейербаха, А. Руге и К. Маркса.

Отголоски консервативного и либерального подходов к пониманию гегельянства присутствовали и в русской философской мысли. Проблеме влияния гегелевской диалектики на развитие отечественной философии посвящено достаточно значительное количество исследований [3, 6, 7, 9, 10, 14-18, 23, 25, 27, 33]. К наиболее ярким отечественным мыслителям второй половины XIX века, которые попытались творчески осмыслить гегелевский диалектический подход с консервативных и либеральных позиций, следует отнести консервативного публициста М.Н. Каткова и либерального теоретика государства и права Б.Н. Чичерина.

Михаил Никифорович Катков (1818-1887) - публицист, философ, общественный деятель. Родился и был похоронен в Москве. Является одной из самых значительных консервативных фигур России второй половины XIX столетия. На протяжении почти тридцати лет руководил газетой «Московские ведомости», был редактором журнала «Русский вестник». Формировал общественное мнение в консервативном ключе, нередко влияя на выработку государственной политики. Вопрос о влиянии гегелевской философии на формирование взглядов М.Н. Каткова затрагивается в следующих работах [4, 19, 20, 22, 24, 26]. Несмотря на то, что львиную долю творческого наследия Михаила Никифоровича Каткова составляют статьи «на злобу дня», характеризующие частные вопросы политико-культурного и социально-экономического развития России, русский публицист сформулировал и философские основы своих социально-политических воззрений. Речь идет, прежде всего, о статье «Песни русского народа» (1839), где в самом общем виде были обозначены его философские взгляды. Статья была написана «по горячим следам» полученного Катковым европейского образования и, в связи с этим, пестрит заимствованиями из концепций ряда европейских философов, прежде всего, из диалектической философии Гегеля. Главная мысль статьи заключается в приложении к анализу генезиса русской народной жизни отдельных положений диалектики немецкого философа.

Процесс развития понимается Катковым как диалектическое раскрытие, развертывание того, что «сжато и сосредоточено в безразличном единстве», когда происходит определение отдельных частей, составляющих «сущность предмета».

Например, сущность растения скрыта в семени, а значит, «качеством семени определяется и качество самого растения». Проявление сущности - начальная, «самая непосредственная ступень развития, в которой заключаются все последующие ступени». Сущность есть «зерно», в котором кроются все те части, которые постепенно выводятся развитием, «пока не истощится их запас, пока то, что существовало идеально, не проявится во всей полноте, не станет действительным предметом». При этом сущностью предмета, предположим растения, и самим предметом, то есть растением, «такое же отношение, какое между семенем растения и самим растением» [12].

Экстраполируя принципы развития органического мира на закономерности индивидуального и социального развития, Катков отмечает, что своеобразным семенем, ядром развития народа, его сущностью является народный дух. По аналогии с Гегелем, для которого развитие есть процесс самосознания абсолютной идеи, что на социальном уровне последовательно выражается в стадиях семьи, гражданского общества и государства, Катков считает, что народ в своем развитии проходит следующие стадии: семейные отношения, то есть природно-естественное, примитивное состояние жизни народа, при котором люди «слиты с природой» и руководствуются «животными ощущениями»; общественные отношения, когда зарождается «духовный организм» будущего народа; духовная деятельность есть высшая форма бытия народа, при которой жизнь народа «обращается на самую себя», происходит народное созерцание жизни и мира, появляется наука, мифология и поэзия [12].

В народе на последнем этапе развития пробуждается «самосознательный и свободный дух», народ становится «сосудом божественного слова», он способен «принять в себя откровение божества», быть «проявителем той идеи, для коей призван в мире». Катков характеризует эту стадию по-гегелевски, считая, что на этом этапе дух становится «совершенно свободным, отрешенным от всех цепей, абсолютным: здесь существо его светло и прозрачно, здесь он углубляется в бесконечность своего существа и блаженствует ею» [12]. В понимании сущности народного самосознания Катков придерживается гегелевской мысли о связи индивидуального развития человека и социального развития народа, при котором индивиду, как и народу, свойственно чувство «особенности, стремление к независимости и самостоятельности», когда людьми движет «инстинктивное сознание того, что сокрыто в тайниках их существа». В народе начинает проявляться его самобытно-субъективный дух, что выражается в появлении общественного сознания, выливается в формы самобытной социальной жизни и, как результат, приводит к возникновению «разумного государства» [12].

Полностью в духе этатистских идей Гегеля Катков заявляет, что монархия есть высшая форма духовной деятельности русского народа. Провозгласив самодержавие наивысшим творческим результатом общественной деятельности, Катков делает вывод, что потенциал развития находится теперь только у самодержавия, которое европейской культурой вдохнуло жизнь в огромный государственный организм, созданный народом, а это значит, что никакой борьбы и сопротивления против такого «полезного» государства быть не может. Отсюда следует вывод, что России необходимо дорожить неограниченным единодержавием своих царей как основной причиной достигнутого ей государственного величия и рассматривать самодержавие как залог своего будущего преуспевания.

Представления Каткова о природе и происхождении российской монархии строятся на попытке диалектически осмыслить историю Рима, Византии, Киевской, Московской и Петровской Руси. Идея самодержавной монархии была, по Каткову, во всей полноте юридической основы первоначально выработана в Риме. Весь республиканский период Римской истории был посвящен тому, чтобы в отдельности сформировать все специальные органы государственной власти, кото-

рые затем соединились в руках императора в одно гармоническое целое. Однако этому материальному целому не доставало живительного духа, не доставало христианства. Лишь в Византии римское самодержавие стало самодержавием православным, оно было одухотворено тесным союзом с Церковью Христовой.

Идее православного самодержавия, выработанной в Византии, не доставало подходящей народной почвы для полного ее практического осуществления. Почва эта дана была ей в России. Здесь идея самодержавия получает новую жизнь благодаря тому, что она осуществляется уже не на почве одряхлевшего эллинизма, а на девственной почве русского народа, тонким чутьем своим понявшего истинную сущность православного самодержавия и создавшего в течение веков вместе со своими святителями, князьями и царями самобытное Русское государство. Римское самодержавие, византийское православие и русская народность диалектически соединились в одно гармоническое, неразрывное целое, но произошло это не сознательным, а стихийным, инстинктивным путем, что созвучно знаменитому гегелевскому тезису о «хитрости разума».

Борис Николаевич Чичерин (1828-1904) - правовед, философ, историк, публицист, общественный деятель. Родился в Тамбове, захоронен в имении Караул Кирсановского уезда Тамбовской губернии. Один из самых ярких идеологов российского либерализма второй половины XIX века, теоретик государственной школы, видевшей в государстве основную движущую силу русской истории. Основные политико-философские идеи изложены в таких работах как «Наука и религия» (1879), «Мистицизм в науке» (1880), «Положительная философия и единство науки» (1892), «Философия права» (1900). Круг исследований, посвященных анализу гегелевского влияния на мировоззрение Б.Н. Чичерина достаточно значителен [1, 2, 8, 11, 13, 21, 34]. Чичерин, с одной стороны, явился последователем философии Гегеля в части принятия его панлогизма, тотального рационализма, диалектики как метода познания действительности. С другой стороны, Чичерин откорректировал гегелевскую диалектику. Теоретико-методологическим основанием корректировки Чичериным гегельянства стала замена триадического закона развития в понимании Гегеля (тезис - антитезис - синтез) на тетраду (отношение - единство - множество - сочетание). Гегель положил в основу своего диалектического метода понятие чистое бытие, отстаивая тем самым принцип доминирования логических построений, для которых реальные явления выступают лишь отражением, «инобытием» логических начал. Чичерин отстаивает мысль о первоначальном поиске эмпирических соответствий любым логическим положениям.

Поэтому, с точки зрения русского мыслителя, следует конкретное поставить выше абстрактного, так как «отвлеченное получается только разложением конкретного», а значит, «невозможно начинать изложение определений чистого разума с понятия о чистом бытии». Необходимо исходить из понятия конкретное бытие, когда первым непосредственным предметом сознания выступает «определенное бытие, нечто», как первоначальное единство, которое «содержит в себе два противоположных начала, общее и частное» [30], то есть, чистое бытие и небытие. Чистое бытие и небытие как «противоположные друг другу определения» сводятся затем к высшему единству, которое представляет собой «возвращение к первой ступени, но возвращение уже в совершенно ином виде», так как в «первоначальной основе различия еще не выступали, а сливались друг с другом; в конечном же единстве они находятся уже в полном развитии, подчиняясь высшему началу, но не исчезая в нем» [30].

В соответствии с этим принципом Чичерин к гегелевской триаде - право (тезис) - мораль (антитезис) - нравственность (синтез) - добавляет общежитие как первоначальное единство права и морали; к трем общественным союзам в представлении Гегеля (семья, гражданское общество и государство) Чичерин прибав-

ляет церковь как сочетание противоположностей общества и государства; к трем формам власти (королевской, исполнительной, законодательной) приплюсовывает власть судебную; и, наконец, гегелевское учение об обществе как взаимодействии свободы (тезис), закона (антитезис), власти (синтез) трансформируется в появлении четвертого компонента - общей цели как объединения всех предшествующих моментов диалектического развития.

Несмотря на схожесть в понимании Чичериным гегелевского представления о сущности, значении, роли и месте государства в мировой истории, либеральные элементы его воззрений проявляются в части замены первенства этатистской позиции Гегеля либеральным представлением об итоговом доминировании не государства, но гражданского общества, так как именно «гражданское общество есть настоящее поприще человеческой свободы. Государство воздвигается над ним как высший союз, но оно в гражданском обществе имеет свои корни и из него черпает свои силы» [30]. Кроме того, если противоположности семьи и гражданского общества как моменты развития у Гегеля «снимаются» в понятии государства, то Чичерин рассматривает их как «вечные элементы человеческого духа, имеющие право на самостоятельное существование и сохраняющиеся при дальнейшем движении» [28].

Концепция Чичерина представляет собой трансформацию гегелевского метода в сторону заимствования либеральных установок нравственной философии И. Канта. Данный тезис имеет принципиально важное значение в трактовке политико-философской позиции Чичерина. «Дополнение Гегеля Кантом» в его философских установках с разной степенью проявленности отмечается многими исследователями, которые указывают на то, что Чичерин «делает наиболее решительный шаг от Гегеля к Канту» [27], «во многих вопросах больше следовал Канту, чем Гегелю», что привело Чичерина к «переинтерпретации гегельянства в духе классического либерализма» (А. Валицкий), «явно расходится с Гегелем, возвращаясь к Канту» [18], и даже делают вывод, что «это всецело кантовская позиция, пользующаяся терминологией Гегеля» [23].

Отстаивание индивидуалистического принципа указывает на либерализацию взглядов русского философа, для которого «... лицо, с одной стороны, имеет самостоятельное существование помимо общества, с другой стороны, оно является краеугольным камнем всего общественного здания. Поэтому индивидуализм составляет основное начало всякого человеческого союза; без этого нет истинно человеческой жизни, нет ни права, ни нравственности, следовательно, нет тех характеристических черт, которые отличают человеческие общества от чисто животных соединений» [32]. Более того, Чичерин превращает индивидуализм в основу своей политико-философской концепции: «Общество, которое отрицает индивидуализм, подрывает собственные свои духовные основы. Жизненное его призвание состоит в осуществлении права и нравственности, а корень того и другого лежит в единичном лице». Отсюда и задача философии права состоит не в отрицании права во имя нравственности или наоборот, а «в разумном соглашении обоих» [32].

Чичерин приходит при этом к ключевому либеральному тезису, нашедшему свое окончательное обоснование в философии Канта - принципу правового государства, согласно которому государство должно быть связано правом. Высшей нормой является правовая норма, а не воля суверена. Государство в либеральном понимании «настолько носит в себе сознание нравственных начал, насколько оно управляется законом, и настолько уклоняется от нравственных требований, насколько в нем предоставляется простора произволу» [32].

Итак, на примере анализа воззрений М. Н. Каткова и Б. Н. Чичерина можно сделать вывод о постепенной кристаллизации в рамках отечественной мысли новых методологических подходов в оценке социальных процессов с диалектических позиций, которые условно можно обозначить как диалектический консерватизм и либеральное гегельянство. Относительно вводимого нами понятия «либеральное гегельянство» следует сделать несколько необходимых пояснений. В исследовательской литературе взгляды Б. Н. Чичерина характеризуются как правый либерализм (М.Г. Платонов, Г.Б. Кизельштейн, В.А. Китаев), умеренный либерализм [8], классический либерализм (В. Леонтович, А. Валицкий), консервативный либерализм [21]. Предлагаемое понятие «либеральное гегельянство» акцентирует внимание только на методологическом основании либеральных воззрений Чичерина, отказывая ему тем самым в консерватизме, ибо, как мы видели, использование гегелевской диалектики не приводит автоматически к консерватизму, пусть даже и гегелевского толка. Использование диалектического метода Гегеля может привести как к либеральным, так и к еще более радикальным, принципиально антиконсервативным выводам, чему самым ярким подтверждением служит политическая философия К. Маркса, послужившая основой для еще одной, революционно-социалистической интерпретации гегелевской диалектики (В. Г. Белинский, М.А. Бакунин, А.И. Герцен, Г.В. Плеханов, В.И. Ленин).

Первый подход ориентирован на развитие диалектики Гегеля в консервативном ключе. М.Н. Каткову удалось консервативно интерпретировать метод гегелевской диалектики, в соответствии с которым итогом историко-диалектического развития России (от Рима через Византию к России), высшим проявлением народного духа (являющегося отражением духа индивидуального) становится создание монархического государства. Данная позиция в дальнейшем послужила Каткову прочным философским фундаментом для выработки последовательно консервативной позиции и явилась основой его многочисленных статей, призванных направить развитие России в консервативное русло. Сформировавшаяся под воздействием немецкой диалектической философии позиция русского публициста приведет впоследствии к созданию концепции русской государственности, ставшей, по сути, официально признанной идеологической доктриной в годы правления Александра III. Суть этой концепции в том, что монархическая Россия рассматривается как монолитная целостность, базирующаяся на единственной государственной образующей «политической национальности» - русском народе. Русский народ, заложив основы государства, объединяет вокруг себя другие народы, руководствуясь принципом государственного единства.

Б. Н. Чичерин творчески развил саму диалектику Гегеля путем трансформации диалектической триады в тетраду через привнесение на правах четвертого элемента ряда либеральных принципов (абсолютизация гражданского общества, принцип индивидуализма, идея правового государства). Данная философская процедура окрасила взгляды русского мыслителя в либерально-кантианские тона. Отсюда является неудивительным то, что концепция Чичерина представляет собой пусть и сдержанный, лишенный излишнего радикализма, но все же либеральный проект, предусматривающий, прежде всего, отстаивание частной собственности, служащей непременным условием реализации прав и свобод индивида. Государство превозносилось русским мыслителем лишь в качестве механизма, гарантирующего реализацию индивидуальных свобод. В частности, именно с государством Чичерин связывал проведение буржуазных реформ в стране, начатых императором Александром II и отстаивал идею консолидации общества и государства во имя сохранения власти и порядка для обеспечения «общих интересов» и «общей пользы». Идеи Чичерина о необходимости перехода к конституционному строю, предусматривающему появление народного представительства, стали основой для борьбы российского либерального движения в начале ХХ века за трансформацию монархии абсолютной в монархию конституционную.

Таким образом, диалектическая философия Гегеля на русской почве получила различные социально-политические интерпретации, в зависимости от политических предпочтений того или иного мыслителя. Консервативная общественно-политическая мысль увидела в диалектике Гегеля способ философского обоснования самодержавной монархии как высшей стадии развития всей российской истории. К представителям «консервативного прочтения Гегеля» в русской общественной мысли следует также отнести философию Н.Н. Страхова, О.М. Новицкого, И.А. Ильина. Представители либерализма обосновывали необходимость появления в процессе диалектического развития нового качества, которое связывалось с победой либеральных принципов конституционализма и индивидуализма. Среди либеральных интерпретаторов Гегеля, помимо Б.Н. Чичерина, стоит назвать Н.Г. Дебольского и П.И. Новгородцева.

При этом все политические экстраполяции идей Гегеля в России явились следствием распространения идей европейского рационализма, завершающим и самым ярким звеном в развитии которого стала гегелевская философия. Политические «превращения» диалектики Гегеля подкреплялись верой в то, что мир политики есть некая систематизированная, упорядоченная целостность, характер устройства и принципы развития которой являются прозрачными, принципиально постижимыми для человеческого разума. Эта убежденность диктовала и до сих пор диктует российским политическим мыслителям веру в возможность создания или обоснования складывающегося идеального общественного устройства.

Список литературы

1. Абрамов, А.И. Обоснование метафизики в русском консервативном гегельянстве (К характеристике философских взглядов Б.Н. Чичерина) /

A.И. Абрамов // Сб. науч. тр. по ист. рус. филос. - М., 2005. - С. 428-441.

2. Алексеев, Н. Русский гегельянец Б.Н. Чичерин / Н. Алексеев // Логос. -1911. - Кн. 1. - С. 193-220.

3. Бабаев, Ю.В. Неогегельянство в России в конце XIX - начале ХХ века : ав-тореф. дис. .канд. филос. наук / Ю.В. Бабаев. - М., 1968. - 14 с.

4. Брутян, А.Л. М.Н. Катков: социально-политические взгляды / А.Л. Бру-тян. - М. : МАКС-Пресс, 2001. - 159 с.

5. Гегель, Г.В.Ф. Философия истории / Г.В.Ф. Гегель. - СПб. : Наука, 1993. -480 с.

6. Гегель и философия в России. 30-е годы XIX в. - 20-е годы ХХ в. / под ред.

B.Е. Евграфова. - М. : Наука, 1974. - 264 с.

7. Губарь, И.И. Философия Гегеля в России : автореф. дис. .канд. филос. наук / И.И. Губарь. - Л., 1968. - 18 с.

8. Зорькин, В.Д. Из истории буржуазно-либеральной политической мысли России второй половины XIX - начала ХХ в. (Б.Н. Чичерин) / В. Д. Зорькин. - М. : Изд-во Моск. гос. ун-та, 1975. - 172 с.

9. Иовчук, М.Т. Интерпретации и оценки философии Гегеля в России XIX в. / М.Т. Иовчук // Философские науки. - 1971. - № 3. - С. 105-112.

10. Иовчук, М.Т. Диалектика Гегеля и русская философия XIX века / М.Т. Иовчук // Вопросы философии. - 1957. - № 4. - С. 73-83.

11. Искра, Л.М. Борис Николаевич Чичерин о политике, государстве, истории / Л.М. Искра. - Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 1995. - 216 с.

12. Катков, М.Н. Песни русского народа, изданные И. Сахаровым. Пять частей. Санкт-Петербург. 1838-1839 / М.Н. Катков // Отечественные записки, 1839. -Т. IV. - Кн. VI. Критика. - С. 1-92.

13. Кизельштейн, Г.Б. Политические взгляды Б.Н. Чичерина в 1848-1867 гг. : автореф. дис. .канд. ист. наук / Г.Б. Кизельштейн. - М., 1966. - 23 с.

14. Китаев, В.А. От фронды к охранительству: из истории русской либеральной мысли 50-60-х годов XIX века / В. А. Китаев. - М. : Мысль, 1972. - 288 с.

15. Ковалевский, М. Шеллингианство и гегельянство в России (К истории немецких культурных влияний) / М. Ковалевский // Вестник Европы. Пг., 1915. -С. 133-170.

16. Коган, В.А. О понятии «русское гегельянство» [О распространении философских идей Гегеля в России XIX в.] / В. А. Коган // Вопросы философии. -1975. - № 6. - С. 100-111.

17. Медушевский, А.Н. Гегель и государственная школа русской историографии / А.Н. Медушевский // Вопросы философии. - 1988. - № 3. - С. 103-115.

18. Мотренко, Т.В. Гегелевские идеи в мировоззренческо-религиозной парадигме российской философии XIX - начала ХХ веков / Т.В. Мотренко. - Киев : Слово, 2005. - 448 с.

19. Неведенский, С. [Щегловитов С.Г.] Катков и его время / С. Неведенский. -СПб. : Суворин, 1888. - 559 с.

20. Попов, А.А. М.Н. Катков: к вопросу о его социально-политических взглядах / А. А. Попов // Вестн. Моск. гос. ун-та. - 1992. - № 9. - С. 74-81.

21. Приленский, В.И. Опыт исследования мировоззрения ранних русских либералов / В.И. Приленский. - М. : ИФРАН, 1994. - 312 с.

22. Сементковский, Р.И. М.Н. Катков. Его жизнь и литературная деятельность : биографич. очерк / Р.И. Сементковский. - СПб. : Б-ка Ф. Павленко-ва, 1892. - 80 с.

23. Сумин, О.Ю. Гегель как судьба России. История русско-советской философии и философия русско-советской истории / О.Ю. Сумин. - Краснодар : ПКГОО «Глагол», 2005. - 364 с.

24. Твардовская, В. А. Идеология пореформенного самодержавия (М.Н. Катков и его издания) / В. А. Твардовская. - М. : Наука, 1978. - 279 с.

25. Чернавский, М.Ю. Диалектические аспекты консервативной теории развития / М.Ю. Чернавский // Актуальные проблемы развития отечественной истории, философии и политической науки / под ред. С.В. Пишун. - Уссурийск : Изд-во УГПИ, 2005. - С. 183-195.

26. Чернавский, М.Ю. Формирование консервативной политико-философской концепции М.Н. Каткова / М.Ю. Чернавский // Сбор. материалов науч. конф. - Воронеж, 2005. - С. 42-51.

27. Чижевский, Д.И. Гегель в России / Д.И. Чижевский. - Париж, 1939. -329 с.

28. Чичерин, Б.Н. Воспоминания. (Русское общество 40-50-х годов XIX века) / Б.Н. Чичерин / сост., общ. ред. и предисл. С. Л. Чернова. - М. : Изд-во Моск. гос. ун-та, 1991. - 252 с.

29. Чичерин, Б.Н. Мистицизм в науке. Разбор соч. Владимира Соловьева «Критика отвлеченных начал» / Б.Н. Чичерин. - М., 1880. - 191 с.

30. Чичерин, Б.Н. Наука и религия. / Б.Н. Чичерин. - М. : Республика, 1999. -495 с.

31. Чичерин, Б.Н. Положительная философия и единство науки / Б.Н. Чичерин. - М. : Типо-лит. Кушнарева. - 334 с.

32. Чичерин, Б.Н. Философия права / Б.Н. Чичерин. - СПб. : Наука, 1998. -656 с.

33. Щипанов, И.Я. Гегель и русская философия / И.Я. Щипанов // Вестн. Моск. гос. ун-та. - 1970. - № 4. - С. 66-78.

34. Hamburg, G.M. Boris Chicherin and early Russian Liberalism, 1838-1866 / G.M. Hamburg. - Stanford «California Stanford univ. press», 1992. - 443 р.

M.N. Katkov and B.N. Chicherin: Conservative and Liberal Interpretation of Gegel's Dialectics

M.Yu. Chernavsky

Department of Philosophy, Moscow Pedagogical State University

Key words and phrases: civil society; conservative dialectics; dialectics; dialectic triad and tetrad; individuality; legitimate state; national spirit; self-awareness.

Abstract: The paper is devoted to the analysis of M.N. Katkov's and B.N. Chicherin's views on the dialectic ideas. The synthesis of Gegel's dialectic triad and the number of conservative ideas to provide coherent reasoning for autocratic government is considered (M.N. Katkov); the analysis of modernized dialectics - the tetrad, which contains classical dialectic triad and the fourth element, liberal principles is given (B.N. Chicherin).

M.N. Katkow und B.N. Chicherin: konservative und liberale Interpretationen der Gegel-Dialektik

Zusammenfassung: Der Artikel ist der Analyse der Meinungen von M.N. Katkow und B.N. Chicherin zwecks des Vorhandenseins in ihren politikphilosophischen Ansichten der dialektischen Einstellungen gewidmet. Es wird die Synthese der dialektischen Triade von Gegel mit der reihe der konservativen Ideen bei der Begründung der absoluten Regierungsform (M.N. Katkow) betrachtet, und auch es wird die Analyse der modernisierten Dialektik - des Tetrades mit der Ergänzung in die klassische dialektische Triade auf den Rechten des vierten Elementes der liberalen Prinzipien (B.N. Chicherin) gegeben.

M.N. Katkov et et B.N. Tchitcherin: interprétation conservative et libérale de la dialectique de Gueguel

Résumé: Est consacré à l'analyse des points de vue de M.N. Katkov et et de B.N. Tchitcherin sur le sujet de la présence dans leurs opinions des buts dialectiques. Est examinée la synthèse de la triade dialectique de Gueguel avec une série des idées conservatives lors de la fondation de la forme autocratique du gouvernement (M.N. Katkov); on analyse aussi la dialectique modernisée - avec une addition à la triade dialectique classique du quatrième élément des principes libéraux (B.N. Tchitcherin).