Гнездование скворца Sturnus vulgaris в беличьем гайне

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1249: 550-554

Гнездование скворца Sturnus vulgaris в беличьем гайне

Н.С.Морозов

Второе издание. Первая публикация в 2013*

Во многих областях своего ареала обыкновенный скворец Sturnus vulgaris гнездится главным образом в скворечниках и дуплах. В некоторых местностях (например, степных районах европейской части России, на равнинах Северного Казахстана, в Молдавии) он нередко поселяется и в иных укрытиях, особенно в пустотах построек человека, а также в норах щурок Merops apiaster и береговушек Riparia riparia, причём последние ему приходится расширять (Спангенберг 1954; Аверин, Ганя 1970; Cramp, Perrins 1994). В литературе упоминаются также случаи размножения обыкновенных скворцов в стенках жилых гнёзд цапель и аистов, отмечавшиеся, например, в Астраханской области (Дубинин, Дубинина 1940; Модестов 1967), Бельгии (Dupond 1942), Молдавии (Аверин, Ганя 1970). Однако последнее обстоятельство не нашло отражения в очерках биологии данного вида, содержащихся в некоторых ключевых сводках по птицам Палеарктики (Спангенберг 1954; Cramp, Perrins 1994).

В Москве, Подмосковье и сопредельных регионах скворец размножается почти исключительно в дуплах и скворечниках (Спангенберг 1954; Птушенко, Иноземцев 1968; Ильичёв и др. 1987; Нумеров и др. 1995; и др.), изредка отдельные пары используют полости в сооружениях человека, например, фонарных столбах (см., например: Панфилова 2009). Поэтому небезынтересен случай гнездования скворца в «старом» беличьем гайне, отмеченный на Воробьёвых горах в Москве в 2013 году. Скворечников на этой территории немного, скворец же обычен, гнездится преимущественно в естественных дуплах. Гайно располагалось между главным зданием Московского университета (секторы «Е» и «Л»), Университетским проспектом и улицей Лебедева, на расстояниях 250, 115 и 42 м от них, соответственно. Оно находилось на высоте 5.5 м в развилке ствола живого дуба черешчатого Quercus robur (высота дерева ~25 м, диаметр ствола на уровне груди 34 см), растущего в глубине небольшого массива леса. Размеры последнего — 270x195 м, площадь 4.78 га. Лес пересекают несколько широких асфальтированных дорожек. Вдоль одной из них тянется двойной ряд лиственниц. С трёх сторон лес окаймлён рядами лип, с четвёртой — одним рядом

* Морозов Н.С. 2013. Гнездование скворца в беличьем гайне // Московка 18: 13-17.

550 Рус. орнитол. журн. 2016. Том 25. Экспресс-выпуск № 1249

лиственниц. В глубине массива, помимо липы, наиболее обычны дуб черешчатый и клён остролистный, но есть небольшие участки с доминированием берёзы, тополя, сосны, а также ельничек, рядом с которым и располагалось гайно. Высота деревьев варьирует преимущественно в диапазоне 13-25 м, подлесок развит слабо. Через весь массив простирается поляна (площадью ~0.75 га) с группами домашних яблонь и деревьев боярышника по краям.

Рис. 1. Скворец Sturnus vulgaris возле своего гнезда в «старом» беличьем гайне. Москва, Воробьёвы Горы. 1 июня 2013.

Первый раз активность скворцов возле гайна привлекла моё внимание 29 апреля. Она вызвала сильное раздражение у пары рябинников Turdus pilaris, по-видимому, хозяев ближайшего к гайну гнезда. В итоге один дрозд фактически подрался со скворцом, а затем прогнал его, причём преследовал в полёте некоторое время. В конце мая и 1 июня я несколько раз фотографировал и снимал на видео с земли прилёты скворцов к гнезду. Родители кормили птенцов и принимали фекальные капсулы через верхнюю часть гайна. Нередко, уже передав корм или подлетев без корма, взрослая птица задерживалась и топталась на куполе гайна, заглядывая в него и регулярно издавая «ворчащие» звуки (рис. 1). Осмотр 30 мая, произведённый с помощью лестницы, подтвердил, что «вход» в гайно и лоток гнезда скворцов ориентированы вверх. В гнезде сидели 4 оперившихся птенца (рис. 2). Их вылет произошёл не позднее вечера 4 июня.

Очевидно, что кладка и птенцы скворца были доступны для любого хищника, способного добраться до гайна. В этот период на территории

Московского университета, в том числе возле главного здания, несмотря на пребывание на нём пары сапсанов Falco peregrinus, держались многие десятки серых ворон Corvus cornix, как гнездившихся, так и не принимавших участия в размножении. В 18-19 м от гайна, на ели на высоте 16.6 м, находилось гнездо вороны, из которого птенцы вылетели во второй-третьей пятидневках июня. В этом же массиве леса приблизительно в 95, 125 и 155 м от дерева с гайном находились ещё три изначально жилых вороньих гнезда (до конца апреля или первой декады мая включительно в них сидели взрослые птицы), которые затем по невыясненным причинам были оставлены их владельцами. Белка Sciurus vulgaris и её гайна не представляют редкости на Воробьёвых Горах, в данном лесном массиве весной 2013 года обитали не менее 3-4 зверьков. На территории Московского университета потенциальную угрозу для расположенных на деревьях гнёзд мелких птиц представляют также многие другие хищники — и «постоянные» её обитатели: домашняя кошка Felis catus, серая крыса Rattus norvegicus, обыкновенная пустельга Falco tinnunculus, ушастая сова Asio otus, большой пёстрый дятел Dendrocopos major, ворон Corvus corax, сорока Pica pica, жулан Lanius collurio, и «гастролёры» с сопредельных участков, например, тетеревятник Accipiter gentilis, и весенние мигранты, например, перепелятник Accipiter nisus. Впрочем, далеко не все они отмечались в этом лесу весной или летом текущего года.

Рис. 2. Птенцы скворца в беличьем гайне, вид сверху. 30 мая 2013.

В пределах лесного массива в апреле и мае были закартированы 52 жилых гнезда (разных пар) рябинника, т.е. плотность населения составляла 10.9 пар/га, а за вычетом площади поляны - 13 пар/га. Одно из гнёзд располагалось в 9.2 м от гайна на высоте 5.8 м, ещё 7 ближайших вокруг — на расстояниях от 30 до 52 м (на высоте от 4.2 до

12.4 м). В одном из них самка бросила кладку (судя по всему — неопло-дотворённую) в третьей пятидневке мая. В остальных гнёздах (включая ближайшее к гайну) размножение, по всей видимости, завершилось благополучно (как и у подавляющего большинства других пар рябинника в данном месте в ходе первого цикла гнездования); птенцы из них вылетели в период между 21 и 29 мая. Выводки ещё довольно длительное время держались в этом лесу, и, разумеется, охранялись родителями. Кроме того, у рябинника почти сразу начался второй цикл размножения, во время которого, несмотря на более трудные условия поиска из-за отросшей листвы, удалось найти 34 жилых гнезда разных пар, т.е. плотность населения составила не менее 7.1 пар/га, а за вычетом площади поляны — не менее 8.4 пар/га. Три ближайших к гайну гнезда второго цикла находились с разных сторон от него на расстояниях от 26 до 61 м (на высоте от 7.9 до 12.4 м). По крайней мере в двух из них откладка яиц завершилась в конце мая, птенцы вылупились много позже вылета скворчат.

Рис. 3. Слёток серой вороны Соп>ш согп1х, запачканный помётом рябинников Тигйш рИат. Воробьёвы Горы, 9 июня 2013.

Практически все прилёты взрослых серых ворон в собственные гнёзда и вылеты из них сопровождались шумными атаками рябинников. Поэтому вороны были вынуждены прилетать и улетать скрытно и быстро, не спускаясь под полог леса, а относительно спокойно кормиться на земле в пределах массива могли лишь на поляне и в её окрестностях. Менее чем через неделю после вылета скворчат из гайна на земле был обнаружен слёток вороны из находящегося рядом гнезда. Он не пытался взлетать и придерживался участков с высоким травостоем, так как на более открытых местах часто подвергался атакам рябинников. Его оперение было сильно испачкано их помётом (рис. 3).

Несмотря на высокий оборонительный потенциал рябинника, его колонии нередко уничтожаются серыми воронами (Морозов 2001). Риск разорения располагающихся в них гнёзд других птиц при этом, очевидно, возрастает. Однако в данном случае рябинники успешно противодействовали хищникам и служили «защитным зонтиком» остальным видам.

Литература

Аверин Ю.В., Ганя И.М. 1970. Птицы Молдавии. Кишинёв, 1: 1-237. Дубинин В.Б., Дубинина М.Н. 1940. Паразитофауна колониальных птиц Астраханского заповедника ll Тр. Астраханского заповедника З: 190-298. Ильичёв В.Д., Бутьев В.Т., Константинов В.М. 1987. Птицы Москвы и Подмосковья. М.: 1-272.

Модестов В.М. 1967. Экология колониально гнездящихся птиц (по наблюдениям на восточном Мурмане и в дельте Волги) // Тр. Кандалакшского заповедника 5: 49-154. Морозов Н.С. 2001. Межвидовые ассоциации и организация населения гнездящихся птиц в лесах умеренного пояса. 2. Ассоциации, формирующиеся в поселениях дрозда-рябинника, Turdus pilaris // Успехи совр. биол. 121, 5: 428-447. Нумеров А.Д., Приклонский С.Г, Иванчев В.П., Котюков Ю.В., Кашенцева Т.А., Маркин Ю.М., Постельных А.В. 1995. Кладки и размеры яиц птиц юго-востока Мещерской низменности // Тр. Окского заповедника 1B: 3-167. Панфилова И. 2009. Гнездование мелких птиц в фонарных столбах // Московка 9: 30-31. Птушенко Е.С., Иноземцев А.А. 1968. Биология и хозяйственное значение птиц Московской области и сопредельных территорий. М.: 1-461. Спангенберг Е.П. 1954. Семейство скворцовые Sturnidae // Птицы Советского Союза. М., 5: 108-142.

Cramp S., Perrins C.M. (eds.) 1994. Handbook of the Birds of Europe, the Middle East and North Africa. The Birds of the Western Palearctic. Volume 8. Crows to Finches. Oxford Univ. Press: 1-899.

Dupond C. 1942. Quelques exemples de commensalisme chez les oiseaux // Gerfaut 32, 2: 4853.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1249: 554-555

Свиристель Bombycilla garrulus на Западном Тянь-Шане

Е.С.Чаликова

Второе издание. Первая публикация в 2015*

На Западном Тянь-Шане свиристеля Bombycilla garrulus периодически встречают на пролёте и зимовках. В Таласском Алатау (с 1926

* Чаликова Е.С. 2015. Свиристель в Западном Тянь-Шане // 14-я Международ. орнитол. конф. Северной Евразии. 1. Тезисы. Алматы: 522-523.