О гарантировании договорных характеристик в досудебном соглашении о сотрудничестве

УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС; КРИМИНАЛИСТИКА;

ОПЕРАТИВНО-РАЗЫСКНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

***

О ГАРАНТИРОВАНИИ ДОГОВОРНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК В ДОСУДЕБНОМ СОГЛАШЕНИИ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

КЛИМАНОВА Ольга Валериевна

Аннотация. В статье исследована проблематика определения юридической природы досудебного соглашения о сотрудничестве как процессуального соглашения. Ввиду непоследовательности уголовно-процессуального закона при регулировании данных норм предлагается усилить взаимный характер соглашения за счет положений о квалификации преступления.

Annotation. In this article is investigated a perspective of definition of the legal nature of prejudicial cooperation agreement as procedural agreement. In view of inconsistency of the criminal procedure law it is offered to increase mutual character of the agreement at the expense of regulations on qualification of a crime at the regulation of these norms.

Ключевые слова: досудебное соглашение о сотрудничестве, процессуальное соглашение, мировое соглашение, квалификация преступлений.

Keywords: prejudicial cooperation agreement, procedural agreement, voluntary settlement, qualification of crimes.

Досудебное соглашение о сотрудничестве -это относительно новый институт российского права. Несмотря на первоначальную, весьма осторожную реакцию на его введение, со временем правоприменители оценили преимущества института и стали использовать предоставленную законом возможность взаимовыгодного сотрудничества с лицом, подвергаемым уголовному преследованию. Более широкому использованию института досудебного соглашения о сотрудничестве, несомненно, препятствует несовершенство его правового регулирования. Множественные внутренние неточности и противоречия, в первую очередь обусловленные новизной и неопределенностью юридической сущности этого института, с которыми сталкиваются правоприменители, вызывают неугасающий интерес и со стороны теоретиков уголовного процесса.

Согласно п. 61 ст. 5 УПК РФ досудебное соглашение о сотрудничестве - это соглашение между сторонами обвинения и защиты, в котором указанные стороны согласовывают условия ответственности подозреваемого или обвиняемого в зависимости от его действий после возбуждения уголовного дела или предъявления обвинения. Однако является ли

оно соглашением (договором), исходя из иных норм УПК РФ?

Указанный вопрос об определении правовой природы досудебного соглашения о сотрудничестве - является ли он частноправовым институтом, внедренным и адаптированным в публичный уголовный процесс либо имеет под собой исключительно публично-правовую (уголовно-процессуальную или уголовно-правовую) основу, в которой лишь просматриваются отдельные черты договора, - является крайне важным. Он имеет принципиальное значение, поскольку ответ на него поможет определить, применимы ли принципы частноправового договора для разрешения отдельных вопросов заключения и реализации соглашения о сотрудничестве. В первую очередь такие вопросы возникают при необходимости изменения условий досудебного соглашения о сотрудничестве, при обсуждении последствий прекращения соглашения о сотрудничестве, а также определении последствий одностороннего отказа от исполнения принятых на себя обязательств как по отношению к обвиняемому (подозреваемому), так и к «государству» (прокурору, иным субъектам со стороны обвинения, суду). Указанные проблемы не находят

разрешения в уголовно-процессуальном законодательстве и в настоящее время оставлены за пределами правового регулирования, что неизбежно создает трудности для правоприменителя и означает недоработку законодателя при введении соответствующего института в УПК РФ.

В случае признания частноправовой природы досудебного соглашения о сотрудничества в качестве ориентира для применения и дальнейшего реформирования рассматриваемого института могут быть использованы средства, выработанные и апробированные в рамках договорного права.

В соответствии со ст. 317.1 УПК РФ подозреваемый (обвиняемый) вправе подать ходатайство о заключении соглашения о сотрудничестве прокурору через следователя. В данном ходатайстве подозреваемый (обвиняемый) указывает, какие действия он обязуется совершить в случае заключения соглашения. Иными словами, это предложение заключить договор, условия которого, согласно цивилистической терминологии, представляют собой оферту. Рассмотрев поступившую оферту, следователь, а после него прокурор принимают решение об ее акцепте. Впоследствии прокурор с участием следователя, а также подозреваемый (обвиняемый) с защитником составляют договор, в котором помимо формальных сведений о сторонах указывается описание совершенного преступления с указанием ряда обстоятельств, подлежащих доказыванию (п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ), квалификации содеянного, действий подозреваемого (обвиняемого), которые он обязуется совершить в рамках сотрудничества, и положений уголовного законодательства, которые могут быть применены при выполнении подозреваемым (обвиняемым) своих обязательств по соглашению (ст. 317.3 УПК РФ). После заключения соглашения в ходе предварительного расследования подозреваемый (обвиняемый) совершает обещанные действия в рамках исполнения соглашения. При этом в отношении него могут быть также совершены определенные действия, например, по обеспечению безопасности. В качестве исполнения соглашения прокурор со своей стороны составляет представление, подтверждающее выполнение лицом условий заключенного соглашения, которое является основанием для вынесения судом решения с применением поощрительных норм, содержащихся в УК РФ (ст. 317.5-317.7 УПК РФ).

Описанный механизм заключения и реализации досудебного соглашения о сотрудничестве определенно следует договорной логике. В наиболее упрощенном виде ее можно представить в виде следующей связки: оферта - акцепт - заключение соглашения - реализация соглашения. Однако для того, чтобы определить, является ли досудебное соглашение о сотрудничестве договором (сделкой), необходимо выявить ключевые характеристики сделки и соотнести их с имеющимися в УПК РФ положениями.

Анализ понятия сделки необходимо начать с исследования гражданско-правовых признаков сделки, которая, собственно, внедрена в процессуальные отрасли права в различных модификациях именно из материального права.

В результате согласования сторонами своих позиций, их оформления (подача ходатайства -его удовлетворение - заключение соглашения) у сторон возникают определенные права и обязанности, что является характерным признаком любой сделки. Такой вывод мы делаем из анализа понятия сделки, законодательно зафиксированного в ГК РФ: сделками признаются действия лиц, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей (ст. 153 ГК РФ). Возникают ли какие-либо права и обязанности у сторон при заключении соглашения о сотрудничестве? Полагаем, что да. Эти права и обязанности в случае применения гл. 40.1 УПК РФ связаны с сотрудничеством обвиняемого и упрощением порядка судебного разбирательства при согласии с обвинением; назначением наказания в сниженных пределах другой стороной - на данном этапе условно называемой «государством» (под ним в данном случае понимаем не только участников стороны обвинения, но и применяющий положения УПК РФ и назначающий наказание суд, которых с определенной долей условности именуем совместно «государством»).

Возникновение соответствующих обязательств подтверждает и установление в законе ответственности за их неисполнение. Так, согласно ст. 63.1 УК РФ если лицом, заключившим досудебное соглашение о сотрудничестве, были предоставлены ложные сведения или сокрыты от следователя либо прокурора какие-либо иные существенные обстоятельства совершения преступления, суд не только не применяет поощрительные нормы, связанные с назначением наказания в связи с соглашением, но и наказывает лицо невозможностью применения ст. 64 УК РФ, не имеющей никакого отно-

шения к досудебному соглашению. Иначе как видом ответственности за неисполнение принятых обязательств эту норму определить нельзя.

Сделка (договор) - институт частного права, однако это вовсе не препятствует его эффективной реализации в процессуальных (публичных) отраслях. Примером могут служить, в частности, соглашение о подсудности, третейское (арбитражное) соглашение о примирительной процедуре, мировое соглашение в арбитражном, гражданском, административном процессах. Эти соглашения являются проявлением проходящих в отечественной правовой системе процессов конвергенции частного и публичного права, которые в настоящее время очень актуальны по причине нерешенности сложнейшей задачи - определения границ частного и публичного, вызванной сочетанием в едином институте, казалось бы, несовместимых явлений1. Проявлением указанной проблемы является неопределенность в вопросе об основаниях квалификации преступления в досудебном соглашении о сотрудничестве, которые напрямую определяются существом соглашения как сделки либо как иного института, применимого в жестких рамках закона и исключающего его диспозитивные начала.

Понятие процессуального соглашения в действующем законодательстве не применяется, однако оно широко используется в доктрине. Так, Н.Г. Елисеев, подробно исследуя проблемы процессуальных соглашений и условий их существования, приводит, например, определение процессуального соглашения как соглашения, предметом которого являются процессуальные действия участников процесса, которое способствует течению процесса и осуществлению судопроизводства в процессуальной сфере2. Сутью данного подхода является то, что такое соглашение, имеющее частноправовые корни, заключается в специфическом правовом поле - в публичных процессуальных отношениях.

При этом вести речь о том, что его предметом являются исключительно процессуальные

1 Абшилава Г.В. Проявление принципа целесообразности в уголовно-процессуальном институте, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ // Общество и право. 2011. № 3. С. 243-248 ; Муратова Н.Г., Челышев М.Ю. О межотраслевой теории процессуальных соглашений: вопросы гражданского права, цивилистического и уголовного процесса // Вестник гражданского процесса. 2012. № 4. С. 10-27 ; Рожкова М.А., Елисеев Н.Г., Скворцов О.Ю. Договорное право: соглашения о подсудности, международной подсудности, примирительной процедуре, арбитражное (третейское) и мировое соглашение / под ред. М.А. Рожковой. М. : Статут, 2008.

2 Елисеев Н.Г. Процессуальный договор. М. : Статут, 2015. С. 20-24.

действия сторон или что следствием соглашения являются лишь процессуальные последствия, нельзя, поскольку эти характеристики устанавливаются индивидуально в зависимости от конкретного вида процессуального соглашения и в этой связи называть их универсальными невозможно. В частности, предметом заключения мирового соглашения в арбитражном процессе может быть исполнение сторонами обязательств друг перед другом, отсрочка или рассрочка их исполнения (ст. 140 АПК РФ). Эти отношения являются материально-правовыми. Результатом заключения досудебного соглашения о сотрудничестве также являются материальные (уголовно-правовые) последствия в виде назначения наказания с учетом поощрительных норм ст. 62 УК РФ. При анализе механизма заключения и реализации досудебного соглашения о сотрудничестве оно представляется весьма похожим на мировое соглашение (ст. 173 ГПК РФ, ст. 138-142 АПК РФ). Однако окончательная позиция об их схожести может быть сформулирована лишь при выявлении конструктивных признаков мировой сделки, в частности касающихся ее предмета, полномочий субъектов, и их сравнении с соглашением о сотрудничестве. Пока же остановимся на том, что досудебное соглашение о сотрудничестве строго формально можно считать процессуальным соглашением: оно названо в УПК РФ соглашением и заключается в публичной сфере, когда возбуждено уголовное дело и процессуальные отношения между лицом и государством начались.

В этой связи, возвращаясь к понятию процессуального соглашения и вопросу относимо-сти к нему досудебного соглашения о сотрудничестве, следует отметить, что процессуальное соглашение - категория слишком широкая и неоднородная, дифференцируемая в зависимости от его конкретного вида. В целях обнаружения характерных признаков такого соглашения можно обратиться к мировому соглашению как одному из наиболее изученных и устоявшихся компромиссных институтов в гражданско-процессуальной науке, близких к досудебному соглашению о сотрудничестве. За основу возьмем следующие признанные черты мирового соглашения3: его цель - прекращение начатого или предупреждение потенциального

3 Рожкова М.А., Елисеев Н.Г., Скворцов О.Ю. Договорное право: соглашения о подсудности, международной подсудности, примирительной процедуре, арбитражное (третейское) и мировое соглашение. С. 445-463.

спора; разнообразие содержания; двусторонний характер; взаимность уступок сторон (как отмечал Г.Ф. Шершеневич, если нет взаимности, то нет и мировой сделки, а есть только дарение4).

Исследуя указанные характеристики, свойственные мировому соглашению как эталону сделки в процессуальных (публичных) отношениях, сопоставим их с досудебным соглашением о сотрудничестве.

Первое условие - критерий желаемого для обеих сторон прекращения спора - в данном случае существует. При этом и сторона обвинения, и сторона защиты преследуют свои правовые цели.

Что касается разнообразного содержания соглашений (второй из указанных признаков), то указанный критерий лишь условно присущ досудебному соглашению о сотрудничестве в уголовном процессе в ограниченной степени. Содержание соглашения о сотрудничестве многообразно в части обязательств, принимаемых подозреваемым (обвиняемым) в свете конкретных обстоятельств дела. При этом остальные параметры соглашения не отличаются разнообразием и на практике ограничены возможными к применению в будущем нормами УК РФ, смягчающими наказание. При этом в УПК РФ не содержится каких-либо положений о возможности установления лицу уголовно-процессуальных поощрений. Вместе с тем в ст. 317.3 УПК РФ имеется лишь перечень обязательных условий соглашений и не содержится запрета на наполнение соглашения иными обстоятельствами и обязательствами сторон.

Последние два признака - двусторонний характер мировой сделки и взаимность уступок сторон - однозначно не позволяют определить досудебное соглашение как процессуальную сделку. Уступки подозреваемого (обвиняемого), связанные с предоставлением информации и иным сотрудничеством с правоохранительными органами, а также согласием с обвинением (поскольку его дело рассматривается в особом порядке согласно ст. 317.7 УПК РФ, обязательным признаком которого является согласие лица с предъявленным обвинением), очевидны. Но какие-либо уступки стороны обвинения действующим законодательством прямо не предусмотрены, ввиду чего их не включают в соглашение о сотрудни-

4 Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Введение. Общая часть. Особенная часть. Тула : Автограф, 2001. С. 446.

честве. Назначение наказания в сниженных пределах - это норма закона, которая может быть применена только по решению суда и лишь в том случае, если суд, исследовав все обстоятельства дела, сочтет соглашение выполненным, а обвинение - доказанным. Аналогичным образом возможны, но не обязательны к применению поощрительные нормы УК РФ. Уступкой стороны обвинения, и конкретно прокурора, подписывающего соглашение о сотрудничестве, эту норму назвать нельзя. Другое дело, что указанные пробелы могут быть восполнены за счет общих процессуальных полномочий властных субъектов. Однако ввиду того, что они не имеют закрепления непосредственно в гл. 40.1 УПК РФ, ни при изучении практических материалов, ни в научной литературе5 не встречались упоминания о них.

Таким образом, при том нормативном конструировании досудебного соглашения о сотрудничестве, которое в настоящее время присутствует в УПК РФ, считать его мировым соглашением по уголовному делу нельзя: отсутствуют основные признаки процессуальной сделки, связанные с ее предметом и взаимным характером уступок.

Вместе с тем отсутствие этих признаков позволяет определить досудебное соглашение о сотрудничестве лишь как смягчающее наказание обстоятельство. Однако в таком случае законодателю не было необходимости вводить указанные нормы в УПК РФ и следовало бы откорректировать ст. 61 УК РФ, но им был избран другой путь. В любом случае либо соглашение о сотрудничестве должно быть именно соглашением со всеми признаками договора, либо необходимо отказаться от его выделения как самостоятельного института и закрепить за соответствующими действиями роль смягчающих наказание обстоятельств, в качестве которых они могут быть рассмотрены при буквальном толкова-

5 Астафьев Ю.В. Компромисс или сделка? (Практические проблемы заключения досудебных соглашений о сотрудничестве) // Досудебное соглашение о сотрудничестве (правовые и криминалистические проблемы). Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2010. С. 21 ; Баев О.Я. Досудебное соглашение о сотрудничестве: правовые и криминалистические проблемы, возможные направления их решения : моногр. М. : Норма : ИНФРА-М, 2013. С. 50 ; Гладышева О.В., Саркисян Т.Б. Согласительные процедуры в уголовном судопроизводстве и их применение в стадии предварительного расследования : моногр. М. : Юрлитинформ, 2013. С. 108 ; Шаталов А.С. Заключение досудебного соглашения о сотрудничестве: правовая регламентация, достоинства и недостатки // Журнал российского права. 2010. № 5. С. 35-44.

нии установленных в УК РФ последствий. Тогда по логике вещей следует исключить и необходимость заключения соглашения. Учитывая, что досудебное соглашение о сотрудничестве предусмотрено в уголовно-процессуальном законе отдельным институтом, имеющим форму письменного соглашения сторон, характеризующегося самостоятельным предметом и предполагающего некоторую попытку установления взаимности: взамен сотрудничества обвиняемому назначается наказание по определенным правилам, что свидетельствует о стремлении законодателя к формулированию именно нового компромиссного договорного института. В научной среде

идея договорной природы соглашения о сотруд-

6

ничестве также нашла поддержку .

Подтверждением указанной мысли служит и пояснительная записка к законопроекту, которым было введено досудебное соглашение о сотрудничестве, согласно которой целями введения этого института в российское уголовно-процессуальное право были заявлены повышение качества раскрытия и расследования наиболее сложных групповых преступлений, в частности, «заказных» убийств, бандитизма, наркопреступлений, коррупционных проявлений, с участием лиц, состоящих в организованных группах и преступных сообществах, за счет сокращения таким лицам уголовного наказания и распространения на них мер государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства7. Указанные положения подчеркивают ориентацию законодателя на введение не просто смягчающего наказание обстоятельства, а более сложного института. Взаимные обязательства, необходимость их выполнения под угрозой определенной ответственности - в этом суть и смысл заключения любого договора в любой отрасли права, к коим законодатель отнес и досудебное соглашение о сотрудничестве, использовав в его наименовании термин «соглашение».

6 Абшилава Г.В. Проявление принципа целесообразности в уголовно-процессуальном институте, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ. С. 243-248 ; Дубовик Н.П. «Сделка о признании вины» и «особый порядок»: сравнительный анализ // Российская юстиция. 2004. № 4. С. 52-53 ; Орлов Ю.К. Особый порядок судебного разбирательства: упрощенная форма или сделка о признании вины? // Российская юстиция. 2009. № 11. С. 48-49.

7 Пояснительная записка к проекту федерального закона № 485937-4 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (о введении особого порядка вынесения судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве) // СПС «КонсультантПлюс».

В этой связи необходимо определиться, за счет каких средств возможно устранение указанной неточности. Полагаем, что взаимный характер соглашения может быть обеспечен посредством установления обязательств стороны обвинения, выполнение которых она способна гарантировать и которые позволяют сотрудничающему лицу реализовать свой законный интерес на улучшение своего правового положения в результате заключения соглашения.

К таким обязательствам относимы нормы уголовного законодательства, которые могут быть (по нашему мнению, должны быть) применены к сотрудничающему при соблюдении им своих обязательств, указанных в соглашении о сотрудничестве (это условие, входящее в содержание соглашения согласно п. 7 ч. 2 ст. 317.3 УПК РФ). При буквальном толковании данного положения, по неясным причинам игнорируемого теоретиками и практическими работниками, следует, что нормы УК РФ, предусматривающие ответственность за преступление, т. е. квалификация содеянного, могут быть предметом соглашения. При этом указанная норма не подлежит смешению с другим элементом содержания соглашения в ст. 317.3 УПК РФ, предусматривающей указание сведений о пункте, части, статье УК РФ, устанавливающих ответственность за преступление, которые в этой ситуации являются лишь возможной к моменту заключения соглашения с учетом уже установленных обстоятельств преступления констатацией. Иными словами, квалификация деяния, зафиксированная во вводной части соглашения, носит характер констатации и никоим образом не предопределяет юридическую оценку деяния в том обвинении, с которым уголовное дело будет направлено в суд. Такая оценка осуществляется согласно другой квалификации предмета соглашения, указываемой в рамках п. 7 ч. 2 ст. 317.3 УПК РФ.

Только отнесение квалификации преступления к предмету досудебного соглашения о сотрудничестве позволит предопределить пределы обвинения, за которые суд не вправе выходить согласно ст. 252 УПК РФ, и даст возможность подозреваемому (обвиняемому) определить потенциально возможный диапазон наказания, которое ему может быть назначено в результате выполнения досудебного соглашения о сотрудничестве. Несмотря на то, что подобная норма уже имеется в УПК РФ, такое ее понимание часто не применяется, что свидетельствует о необходимости ее уточнения и конкретизации.

Кроме того, в этом случае нередко забывают о наличии у стороны обвинения широкого арсенала средств, предусмотренных общими положениями УПК РФ, устанавливающими процессуальный статус прокурора как главы обвинительной власти8, согласно которому он вправе распоряжаться обвинением и, в случае соответствующего законодательного установления, предложить обвиняемому желаемую квалификацию в обмен на предоставление какой-либо полезной информации. Именно это обстоятельство может служить фундаментом для доведения досудебного соглашения о сотрудничестве до уровня полноценного уголовно-процессуального договора.

Учитывая изложенное, полагаем, что действующее законодательство нуждается в корректировке. Соответствующие изменения должны основываться на компромиссной договорной идее рассматриваемого института, как это заложено в его наименовании и в его основе - письменном соглашении между двумя сторонами, предусматривающем их взаимные обязательства. Институт досудебного соглашения о сотрудничестве по своей форме, структуре, содержанию и расположению ориентирован на модель процессуального договора, а не смягчающего наказание обстоятельства.

Библиографический список

1. Пояснительная записка к проекту федерального закона № 485937-4 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (о введении особого порядка вынесения судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве) // СПС «КонсультантПлюс».

2. Абшилава, Г.В. Проявление принципа целесообразности в уголовно-процессуальном институте, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ // Общество и право. - 2011. - № 3.

3. Астафьев, Ю.В. Компромисс или сделка? (Практические проблемы заключения досудебных соглашений о сотрудничестве) // Досудебное соглашение о сотрудничестве (правовые и криминалистические проблемы). - Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2010.

4. Баев, О.Я. Досудебное соглашение о сотрудничестве: правовые и криминалистические проблемы, возможные направления их решения : моногр. - М. : Норма : ИНФРА-М, 2013.

5. Гладышева, О.В. Согласительные процедуры в уголовном судопроизводстве и их применение в стадии предварительного расследования : моногр. / О.В. Гладышева, Т.Б. Саркисян. - М. : Юрлитинформ, 2013.

6. Дубовик, Н.П. «Сделка о признании вины» и «особый порядок»: сравнительный анализ // Российская юстиция. - 2004. - № 4.

7. Елисеев, Н.Г. Процессуальный договор. - М. : Статут, 2015.

8. Лазарева, В.А. Обвинительная власть: понятие, субъекты, формы реализации // Уголовное судопроизводство. - 2012. - № 1.

9. Муратова, Н.Г. О межотраслевой теории процессуальных соглашений: вопросы гражданского права, цивилистического и уголовного процесса / Н.Г. Муратова, М.Ю. Челышев // Вестник гражданского процесса. - 2012. - № 4.

10. Орлов, Ю.К. Особый порядок судебного разбирательства: упрощенная форма или сделка о признании вины? // Российская юстиция. - 2009 - № 11.

11. Рожкова, М.А. Договорное право: соглашения о подсудности, международной подсудности, примирительной процедуре, арбитражное (третейское) и мировое соглашение / М.А. Рожкова, Н.Г. Елисеев, О.Ю. Скворцов ; под ред. М.А. Рожковой. - М. : Статут, 2008.

12. Шаталов, А.С. Заключение досудебного соглашения о сотрудничестве: правовая регламентация, достоинства и недостатки // Журнал российского права. - 2010. - № 5.

13. Шейфер, С.А. Досудебное производство в России: этапы развития следственной, судебной и прокурорской власти : моногр. - М. : Норма : ИНФРА-М, 2013.

14. Шершеневич, Г.Ф. Курс гражданского права. Введение. Общая часть. Особенная часть. -Тула : Автограф, 2001.

Лазарева В.А. Обвинительная власть: понятие, субъекты, формы реализации // Уголовное судопроизводство. 2012. № 1. С. 14-18 ; Шейфер С.А. Досудебное производство в России: этапы развития следственной, судебной и прокурорской власти : моногр. М. : Норма : ИНФРА-М, 2013. С. 100.