Страховка от своих

Полис комплексного страхования банков ВВВ (Bankers Blanket Bond) пока имеют лишь крупнейшие российские кредитные учреждения. Однако интерес к этому виду защиты вынуждены проявлять и все остальные банкиры.

Искусство самозащиты
Перечень рисков, которые покрываются полисом ВВВ, занимает печатную страницу убористым шрифтом: здесь и утрата ценностей во время перевозки, и подделка платежных документов, и даже таинственные исчезновения ценностей из помещения банка. Но когда специалисты знакомят с этим видом страхования новичков, они характеризуют его коротко: страховка от преступлений, совершенных сотрудниками банка.

Классические грабежи или нападения на инкассаторские машины – мероприятия шумные и эффектные, попадающие на первые полосы газет. Но на практике среднестатистический грабеж наносит банкам ущерб в $2,5 тыс., а 80% убытков (страховых выплат) приходится именно на тихие и незаметные действия собственных сотрудников. И речь, по словам Михаила Васильева, директора по страхованию финансовых институтов брокерской компании Willis, идет не о проступках рядовых сотрудников, умыкнувших несколько сотен долларов. Многоходовые и многолетние комбинации опытных трейдеров, кредитных инспекторов, директоров филиалов, имеющих отношение к управлению значительными суммами и не устоявших перед соблазном хищения,– вот самый главный риск, от которого защищаются банки.

Криминальное происхождение убытков – весьма важное условие. Не покрываются страховкой потери, которые принес банку заигравшийся трейдер или благодушный кредитный офицер, выдавший кучу кредитов безвозвратно (если никакой выгоды для себя из этих операций они не извлекли). Михаил Васильев: «Это уже перенос рыночного риска, управление которым и является основным бизнесом банков, на страховщиков». Если трейдер будет знать, что его ошибки покрываются страховкой, что его остановит от чрезмерно рискованных операций? Доказательство умысла – одна из главных проблем, которыми занимаются аварийные комиссары, принимая решение о выплате страхового возмещения.

Акцент на изощренных преступлениях опытных и высокопоставленных сотрудников определяет и особенности ценообразования. Стандартный размер выплат по этой страховке – от $1 млн до $10 млн. Риски потери сумм до $1 млн банки чаще всего берут на себя (то есть типичная франшиза для такого полиса начинается от $1 млн). Зато лимиты ответственности андеррайтера могут доходить до $200 млн. Рынку известны выплаты и в $1,5 млрд. Очевидно, что ВВВ – не полис по защите от ошибки валютного кассира в обменном пункте или от риска пропажи пары ксероксов.

Защита эта дорогостоящая: ее цена – минимум $70 тыс. в год. Причем такую сумму настоятельно рекомендуется выкладывать ежегодно, ведь преступные комбинации часто проводятся в течение нескольких лет и разоблачаются далеко не сразу. Для получения же возмещения надо, чтобы и обнаружение преступления, и все преступные эпизоды произошли в период действия полиса.

Поиск прорех
Первым шагом для банка, который хочет приобрести полис ВВВ, становится заполнение специального многостраничного вопросника – достаточно подробного документа, позволяющего страховщикам изучить операции банка и предварительно оценить риски. Для заполнения анкеты может понадобиться масса документов, поэтому этот этап иногда занимает несколько недель. Из анкеты и финансовой отчетности страховщики оценят основные риски, определяющиеся специализацией банка и темпами его роста. Дмитрий Шапошников, ведущий специалист отдела страхования финансовых институтов ОСАО «Ингосстрах», считает, что, стремительно развивая сеть региональных подразделений, банки подвергаются большим рискам. На практике решение, например, о выдаче так называемого микрокредита принимается одним-двумя сотрудниками банка. При этом постоянный контроль за действиями персонала в рамках растущей региональной сети и объема операций практически невозможен: система управления рисками не поспевает за бурным ростом самих банков.

Следующий этап – сюрвей. Это исследование на месте имеющегося в банке уровня защиты от рисков, которое проводит независимая компания – сюрвейер. Три-четыре дня в кредитном учреждении будет работать специалист, который проведет осмотр помещений и возьмет интервью у ключевых сотрудников. Стоимость процедуры немалая – $20 тыс. Михаил Васильев: «Со стороны может показаться, что процедура формальная и деньги сюрвейерам достаются слишком просто. Но на самом деле за ними – огромный международный опыт. Я уверен, что нечистые на руку сотрудники российских банков ничего оригинального выдумать не могут – все до них уже придумали мошенники других стран. И слабые места в защите банков – тоже вещь универсальная».

Маловато будет
На российском рынке судьба у этого полиса непростая. По словам Михаила Карякина, начальника управления страхования кредитных и специальных рисков ОАО «Капиталъ страхование», сейчас в России из сотен работающих банков лишь около 20 (естественно, крупных и прозрачных) приобрели полноценное страховое покрытие. Это очень немного на фоне 70–90% охвата страховкой западных банков. Причин несколько.

Так, многие российские банки просто не дотягивают до среднерыночных параметров. Скажем, отечественные кредитные учреждения предпочитают брать франшизу от суммы в $50 тыс. Разницу между этими деньгами и привычным в Лондоне $1 млн должен взять на удержание российский страховщик. Но, по словам Михаила Васильева, немногие российские страховые компании могут позволить себе удержать разницу между $1 млн и $100 тыс. Зинаида Кузьмина, начальник отдела управления страхования финансовых рисков и ответственности компании «АльфаСтрахование»: «Очень часто банки заявляют на страхование несущественные страховые суммы, рассуждая, что чем меньше заявят, тем дешевле им обойдется страховой полис. Но специфика этого вида страхования такова, что страховщики вряд ли будут брать на страхование банковские риски, если сумма премии составит менее $100 тыс.,– уж больно велики риски и размер потенциальных убытков». Проблема, по всей видимости, будет решаться вместе с прогнозируемой в отрасли консолидацией.

Второй проблемой Михаил Карякин называет объективную недооценку банками существующих рисков и потенциальных убытков. Практика показывает, что банкиры в России часто пытаются приобрести полис ВВВ, который покрывает только риски при перевозке. Конечно, ограбление инкассаторской машины как риск достаточно нагляден. После прошлогодней серии налетов на инкассаторские машины последовал очередной всплеск интереса к покрытию этого риска. «Однако понадобится время, чтобы банки осознали, что если есть дыры в защите от злоупотреблений персонала – а они всегда есть – их надо прикрывать не только комплексом технических и оперативных мероприятий, но и прибегать к финансовым инструментам переноса риска»,– говорит Михаил Васильев. По его мнению, интерес к этой стороне страховки будет расти по проверенному принципу – «пока гром не грянет, банкир не перекрестится». Сейчас же, по словам Дмитрия Игнатьева, генерального директора ЗАО «Страховая компания „Цюрих-Русь”», те банкиры, у кого менеджерское мышление еще не сформировано, полагают, что нет смысла платить деньги за события, в вероятность которых им просто не хочется верить.

Пугает банкиров, как считает Зинаида Кузьмина, и необходимость открывать страховщикам свои слабые места и особенности банковских операций. Не все готовы поверить в независимость сюрвея. Как правило, эта причина тормозит принятие банком решения о заключении договора страхования.

По словам Михаила Васильева, такой вид страхования один из самых «интимных». Хотя некоторые банки обнародуют факт приобретения полиса, большинство держат его в тайне – подальше от греха. И уж практически ничего не известно о наступлении страховых случаев. Подавляющее число банков предпочитают не выносить сор из избы.

Кто за ВВВ
Кроме реальных убытков подталкивать к приобретению полисов ВВВ российских банкиров будут западные партнеры, акционеры и кредиторы. По мнению Михаила Васильева, внутренние требования по риск-менеджменту заставят их настаивать на прохождении российским банком процедуры получения полиса. Такие требования неизбежны и при IPO, и при получении займов от международных организаций – ЕБРР и Международной финансовой корпорации, и при продаже части акций западным банкирам. «Очень часто одним из обязательных условий начала работы банка с иностранными партнерами является наличие у кредитной организации этого полиса»,– говорит Дмитрий Шапошников.

На стороне полиса будут играть также нарастающие требования Центробанка России к уровню риск-менеджмента. Михаил Васильев: «Недалек тот день, когда ЦБ будет вводить в практику инструкции, отражающие принципы управления рисками, принятые Базельским комитетом». Впрочем, и без внешнего давления логика развития бизнеса – необходимость перехода от первоначального накопления капитала к его сохранению – будет подталкивать банкиров к более внимательному управлению рисками.