Подведомственность в современном российском праве (Окончание)

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2018. № 3 (56). С. 126-131.

УДК 347.9

DOI 10.25513/1990-5173.2018.3.126-131

ПОДВЕДОМСТВЕННОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ПРАВЕ

(окончание)*

JURISDICTION IN MODERN RUSSIAN LAW (the end)**

Р. Е. КУЗЬМИН

Рассмотрены основные определения таких понятий, как «подведомственность», «компетенция», «предметная компетенция» и «юрисдикция». Компетенция суда может рассматриваться в широком и узком смысле. В широком смысле в компетенцию входят профильные, или главные, и непрофильные полномочия, а также подведомственность. В узком смысле компетенция есть полномочия по рассмотрению и разрешению определённого круга юридических дел, что корреспондирует понятию предметной компетенции. Предметная компетенция содержит в себе заранее определённый законом перечень дел и критерии определения дела, относящегося к компетенции суда, а также полномочия суда на рассмотрение и разрешение правовых споров. Подведомственность определяется через относимость, отнесение дел к ведению того или иного органа. Юрисдикция рассматривается как круг установленных для соответствующего органа полномочий (статика) и юрисдикционную деятельность (динамика). Проведён сравнительный анализ и предложен новый подход к пониманию указанных терминов в науке гражданского процессуального права.

Ключевые слова: подведомственность; компетенция; предметная компетенция; юрисдикция; подсудность; суды общей юрисдикции; арбитражные суды.

The article deals with the main definitions of such concepts as jurisdiction, competence, subject competence and jurisdiction. A court competence may be understood in a broad and narrow sense. In a broad sense the competence includes both profile or major and non-profile powers, as well as jurisdiction. In a narrow sense competence is powers for dealing with and deciding a certain range of cases, which corresponds to the notion of a subject competence. The subject competence contains a list of cases, defined by the law, and criteria of case definition, referring to the court competence, as well as court powers for dealing with and deciding legal disputes. Jurisdiction is defined through relevance, referring cases to this or that particular body. Jurisdiction is considered to be a circle of powers, established for a corresponding body (statics) and jurisdiction activity (dynamics). A comparative analysis has been conducted and a new approach how to understand these concepts in civil procedure has been suggested.

Key words: jurisdiction; competence; subject competence; cognizance; courts of general jurisdiction; arbitration courts.

В учебной и научной литературе понятие подведомственности трактуется по-разному: как относимость гражданских дел к ведению соответствующего органа; разграничение компетенции различных органов по защите гражданских прав; круг дел, отнесённых законом к ведению того или иного орга-

на; свойство дела, в силу которого оно подлежит разрешению определённым органом.

Определение подведомственности через «свойство дела», по мнению Г. Л. Осокиной, представляется глубоко ошибочным. Как указывала автор, подведомственность дела и свойство дела - совершенно различные

* Начало см.: Вестник Омского университета. Серия «Право». 2018. № 2 (55). С. 135-139.

** The beginning of the paper can be found here: Herald of Omsk University. Series "Law", 2018, no. 2 (55), pp. 135-139.

© Кузьмин Р. Е., 2018 126

понятия. Подведомственность дела, в отличие от его свойства, «величина переменная», так как подведомственность одного и того же дела может меняться в зависимости от изменения конкретных социально-экономических и политико-правовых условий существования общества и государства. Свойство дела есть «величина постоянная», ибо определяется природой (характером) спорного материального правоотношения, изменить которую законодатель не в состоянии [1]. Далее автор указывает, что определение подведомственности как свойства дела предполагает установление жёсткой зависимости между свойством дела и органом, его разрешающим, а это делает невозможным объяснить наличие исключений из общих правил подведомственности. Соответственно предлагается рассматривать свойство дел как объективный критерий определения подведомственности, но при наличии и субъективных критериев (особенности правовой политики государства на том или ином этапе, потребности судебной практики и др.), и определять подведомственность через компетенцию (полномочия) того или иного органа по разрешению юридических дел.

Между тем если свойство дел есть критерий определения подведомственности, то правомерно определять со ссылкой на него и данное понятие. Обращение к нормам гражданского и арбитражного процессуального права, устанавливающим правила подведомственности, показывает, что законодатель действительно в качестве критерия распределения гражданских дел между различными юрисдикционными органами использует свойство дел, определяемое прежде всего правовой природой спора или вопроса, требующего разрешения. Однако при этом к признакам его он относит не только характер материальных правоотношений, но и, например, их субъектный состав, наличие различных соглашений между сторонами (о разрешении спора в третейском суде и др.). Соответственно, одинаковый по своей правовой природе спор может быть отнесён к ведению разных юрисдикционных органов, свойство дела, выступающее в качестве критерия подведомственности, определяется самим законодателем с учётом различных факторов, в том числе и субъективных, что ха-

рактерно и для установления исключений из общих правил подведомственности.

Таким образом, определение подведомственности и подсудности как свойства дела возможно, но с уточнением, что такое свойство определяется самим законодателем с учётом различных факторов, в том числе и субъективных. Отражая реально существующие явления объективного мира и будучи закреплёнными в нормах права, критерии подведомственности имеют объективный характер, однако это не значит, что законодатель не вправе изменять состав признаков для их определения, которые он относит к свойствам дела. Другой вопрос, что для полного выявления сущности подведомственности и подсудности как распределительного механизма юридических дел между различными юрисдикцион-ными органами недостаточно исходить лишь из круга объектов, на которые направлены их властные полномочия, необходимо включать в их содержание и правовую связь между юридическим делом и юрисдикционным органом, наделённым соответствующими полномочиями [2].

Следующая точка зрения на сущность подведомственности заключается в определении данного института через те объекты, которые могут быть предметом осуществления каким-либо органом своих полномочий. П. С. Дружков определял подведомственность как «круг споров о праве и иных правовых вопросов, разрешение которых отнесено законом к компетенции определённого органа государства либо общественности» [3].

Уточняя указанное выше определение подведомственности, данное П. С. Дружко-вым, Ю. К. Осипов определял подведомственность как «круг споров о праве и иных материально-правовых вопросов индивидуального значения, разрешение которых отнесено к ведению тех или иных органов государства, общественности либо органов смешанного характера» [4].

При этом Ю. К. Осипов пояснял, что правовые вопросы могут быть общего и индивидуального значения. К первым он относил те, которые касаются прав и обязанностей неопределённого круга субъектов. Это вопросы, возникающие в связи с принятием новых нормативных актов, введением их в действие, официальным толкованием их

смысла, отменой устаревших и др. По мнению Ю. К. Осипова, данные вопросы относятся к области правотворчества и поэтому не могут быть объектами правоприменительной (а значит, и юрисдикционной) деятельности. Ко вторым он относил вопросы, касающиеся прав и обязанностей конкретных субъектов. Именно эти вопросы, и только они, по его мнению, могут быть предметом подведомственности [5].

Однако данная точка зрения (для того времени абсолютно верная) на сегодняшний момент, в связи с произошедшими в социально-политической и экономической жизни российского государства преобразованиями, утратила свою актуальность. Как справедливо отмечает В. М. Жуйков, характер дел, составляющих институт подведомственности, на настоящий момент изменился [6]. Наряду с правовыми вопросами индивидуального значения, институт подведомственности охватывает теперь и охарактеризованные Ю. К. Осиповым правовые вопросы общего значения [7].

Некоторыми авторами предлагается определять подведомственность через компетенцию (полномочия) того или иного органа по рассмотрению и разрешению дел [8]. Г. Л. Осокина указывает на возможность обозначения полномочий органа по рассмотрению и разрешению дел термином «юрисдикция». Данный термин произошёл от двух латинских слов: jus - право и dico - говорю. Поэтому в буквальном переводе с латинского «юрисдикция» означает 'говорить о праве'. Таким образом, подведомственность юридических дел есть не что иное, как юрисдикция [9].

Получается, понятие «предметная компетенция» соотносимо с понятием «юрисдикция», которое в справочной литературе обычно определяется как установленная законом совокупность (круг) правомочий (полномочий) соответствующих государственных органов разрешать правовые споры и решать дела о правонарушениях [10] . К таким государственным органам относятся и суды, осуществляющие судебную юрисдикцию (судебную власть) посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Поскольку общие и арбитражные суды при рассмотре-

нии и разрешении гражданских дел осуществляют гражданское судопроизводство, они выступают в роли органов гражданской юрисдикции.

На наш взгляд, по этому вопросу наиболее правильная позиция Г. А. Жилина, который рассматривает юрисдикцию как круг установленных для соответствующего органа полномочий (статика) и юрисдикционную деятельность (динамика). Юрисдикция содержит признаки подведомственности юридических дел (в смысле подлежать юрисдикции) и компетенции органа по разрешению юридических дел (в смысле обладания юрисдикцией) [11].

Однако определение подведомственности через компетенцию вызывает вопросы. Компетенция, как уже было указано выше, понятие более широкое, поскольку органы государства (в том числе суды), наряду с разбирательством споров о праве и иных правовых вопросов, решают и другие вопросы, входящие в их компетенцию (так, суд может приобретать канцелярское оборудование, производить ремонт помещения и т. д.). Возможно, речь шла о предметной компетенции, но это также не говорит об идентичности этих понятий.

Если говорить о соотношении понятий «предметная компетенция» и «подведомственность», то они во многом схожи, так как и та и другая имеют своей целью разграничить полномочия различных органов государства и общественности в зависимости от предмета их деятельности. Однако говорить о тождественности подведомственности и предметной компетенции будет неправильным, поскольку, несмотря на свою близость, эти два понятия имеют некоторое различие, не позволяющее считать их равнозначными.

В то же время, как отмечал Д. Н. Бахрах, это определённая, регулируемая правом связь двух сторон правоотношения: той, которая ведает, решает, и той, которая подведомственна, зависима. Ведать делами - значит решать вопросы в отношении определённых индивидуальных и коллективных субъектов права. Для лидирующих субъектов подведомственность - это компонент их компетенции, который связывает их полномочия с определёнными объектами властного воздействия, обязывает их производить

определённые действия, решать дела, составлять документы и т. д. Она определяет предметные, территориальные границы полномочий. А для другой стороны властного правоотношения подведомственность означает её правовую зависимость от того, кто ведает, уполномочен, кому подведомственны дела, вопросы, иные объекты властного воздействия [12].

Что касается соотношения понятий подведомственности и компетенции в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации (далее - АПК РФ), вызывает вопросы логика законодателя, который, в отличие от предыдущих текстов АПК РФ, а также Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации, нормы, регулирующие подведомственность дел арбитражным судам, включил в качестве параграфа в гл. 4 АПК РФ - «компетенция арбитражных судов». В эту же главу ещё одним параграфом включены нормы, разграничивающие между арбитражными судами дела по подсудности. Таким образом, подведомственность и подсудность являются лишь компонентами компетенции арбитражных судов. Такое решение представляется необоснованным. Как уже указывалось, компетенция судов не исчерпывается определением того круга споров о праве и иных правовых вопросов, которые находятся в его ведении. Следовательно, если исходить из определения подведомственности через компетенцию, следовало бы назвать гл. 4 АПК РФ «Предметная компетенция арбитражных судов». В противном случае можно сделать вывод, что все иные полномочия, не включённые в главу о компетенции, не были предоставлены арбитражным судам, что лишает их деятельность практического смысла.

На наш взгляд, понятия «подведомственность» и «компетенция» должны быть определены следующим образом.

Компетенция суда (арбитражного суда) может рассматриваться в широком и узком смысле. В широком смысле в компетенцию входят профильные, или главные (рассмотрение и разрешение юридических дел), и непрофильные (административно-хозяйственная деятельность суда) полномочия, а также подведомственность. В узком смысле компетенция есть полномочия по рассмотре-

нию и разрешению определённого круга юридических дел, что корреспондирует понятию предметной компетенции. Предметная компетенция содержит в себе заранее определённый законом перечень дел и критерии определения дела (характер правоотношений и субъектный состав), относящегося к компетенции суда, а также полномочия суда на рассмотрение и разрешение правовых споров, указанных выше.

Подведомственность определяется через относимость, отнесение дел к ведению того или иного органа. Данная трактовка дискуссионна, со стороны одних учёных она подвергается критике, другие же с ней вполне согласны. Так, Г. Л. Осокина, которая указывает, что в данном случае нет прямого ответа на вопрос, в силу каких причин (правовых качеств) тот или иной орган вправе рассматривать конкретное дело [13]. Но, например, Д. Н. Бахрах считает данное определение вполне уместным, оно отвечает на вопрос, «к кому обращаться, кому подведомственны дела» [14]. На данный момент идеального определения понятия «подведомственность» в науке гражданского процессуального права нет. Предложенное определение представляется наиболее удобным для разграничения таких понятий, как «подведомственность», «компетенция», «предметная компетенция», «подсудность», «юрисдикция».

Так, в соответствии со ст. 1 АПК РФ правосудие в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности осуществляется арбитражными судами в Российской Федерации путём разрешения экономических споров и рассмотрения иных дел, отнесённых к их компетенции АПК РФ и другими федеральными законами. Отсюда следует, что у каждого юрисдикционного органа есть свои цели и задачи, которыми обусловлено его создание.

Подведомственность является распределителем конкретных дел между юрисдикци-онными органами, которые обладают своей, непохожей на другую предметной компетенцией.

Но для определения подведомственности конкретного дела недостаточно просто подвести его под перечень дел, которым определена компетенция судебного органа. В первую очередь устанавливается объек-

тивный критерий определения подведомственности - это свойство дела, затем проверяется перечень дел, которые вправе рассматривать судебный орган (например, ч. 6 ст. 27 АПК РФ), далее устанавливается характер спорного правоотношения и субъектный состав (ст. 28 АПК РФ), также устанавливается отсутствие третейского соглашения о передаче данного спора в арбитражное учреждение. Кроме объективного критерия определения подведомственности, существуют и субъективные. Имеются в виду особенности правовой политики государства на том или ином этапе, потребности правоприменительной практики и иные соображения субъективного порядка, не зависящие от природы дела.

В последнее время для разрешения гражданско-правовых споров всё активнее используется деятельность арбитражных учреждений, растёт интерес к ней и в процессуальной науке. Исследуя вопросы подведомственности дел арбитражным учреждениям, некоторые авторы стали употреблять термин «арбитрабельность», обозначающий относимость дел к ведению этих судов. Соответственно арбитрабельность является более узким понятием по сравнению с подведомственностью и соотносится с ним как частное с общим [15].

Вместе с тем термин «арбитрабельность» отражает качественную специфику механизма распределения дел арбитражным учреждениям. Так, арбитрабельность отражает правомочия арбитража, опираясь на заключённое правоспособными лицами третейское соглашение, решить вопрос о собственной компетенции. В ходе решения этого вопроса не только исследуется объективная характеристика спора, но и рассматривается субъективный фактор - волеизъявление заинтересованных лиц передать дело на рассмотрение арбитража. В этом случае оказываются незначительными те критерии, которые законодатель установил для подведомственности как механизма перераспределения дел между различными ветвями судебной власти.

В то же время необходимо отметить, что в современных условиях юристы используют различные понятия для обозначения института отнесения дел к компетенции арбитраж-

ных учреждений. Так, М. А. Дубровина высказала точку зрения, согласно которой понятие подведомственности споров третейским судам (арбитражным учреждениям) не удовлетворяет требованиям, при помощи которых возможно определить относимость дел к компетенции третейских судов (арбитражных учреждений). Термин «подведомственность», по её мнению, «допустимо применять к определению предметной компетенции государственных судебных органов, поскольку таковая прямо установлена законом». М. А. Дубровина предлагает употреблять понятие «допустимость рассмотрения спора третейским судом (арбитражем)» [16].

Правильное терминологическое определение и теоретическая разработка таких понятий, как «компетенция», «предметная компетенция», «подведомственность», «юрисдикция», обеспечивают надлежащее функционирование судебной системы, способствуют реализации конституционного права граждан на судебную защиту и конституционного права каждого гражданина на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом.

В данной работе рассмотрены основные теоретические подходы к пониманию таких терминов, как «компетенция», «предметная компетенция», «подведомственность», «юрисдикция». Компетенцию предлагается рассматривать в широком и узком смысле. Компетенция в узком смысле соответствует понятию предметной компетенции. Подведомственность предлагается рассматривать через отно-симость (отнесение) дел к ведению того или иного органа.

Но для определения подведомственности конкретного дела недостаточно просто подвести его под перечень дел, которым определена компетенция судебного органа. В первую очередь устанавливается объективный критерий определения подведомственности, далее определяется характер спорного правоотношения и субъектный состав, также устанавливается отсутствие третейского соглашения о передаче данного спора в арбитражное учреждение. Кроме объективного критерия определения подведомственности, существуют и субъективные.

Также хотелось бы обратить внимание на готовящиеся изменения процессуального

законодательства. Так, Верховным Судом РФ предложено отказаться от термина «подведомственность» в целях обеспечения принципа правовой определённости и принципа единства судебной системы [17]. Предлагается заменить текстуально закреплённый термин «подведомственность» на «подсудность» и исключить тем самым споры о подведомственности. Судьи получат возможность передавать дело из суда одной подсистемы в суд другой подсистемы. На наш взгляд, данное нововведение негативно скажется на эффективности защиты прав граждан и организаций, так как у арбитражных судов и судов общей юрисдикции достаточно часто встречаются различные подходы к пониманию характера спорных правоотношений и субъектного состава. И судья, ошибочно посчитавший, что дело ему неподведомственно, направляет его суду другой подсистемы, а последний обязан принять переданное дело даже в случае, если оно не относится к его предметной компетенции.

Если отмечать в какой-то степени положительный момент, то он заключается в том, что дело спорящих субъектов будет рассмотрено в любом случае (по логике Верховного Суда, обеспечивая тем самым право каждого на судебную защиту), но качество этого рассмотрения будет зависеть от того, какой суд будет разрешать поступившее дело (например, экономический спор, который по ошибке передан на рассмотрение в суды общей юрисдикции, которые не специализируются на рассмотрении данной категории дел и которые, на наш взгляд, не в состоянии в полной мере обеспечить правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданского дела).

1. Осокина Г. Л. Гражданский процесс. Общая часть. - М., 2008. - С. 396.

2. См.: ЧудиновскихК. А. Подведомственность в системе гражданского и арбитражного процессуального права. - М., 2004. - С. 16-17.

3. Дружков П. С. Судебная подведомственность споров о праве и иных правовых вопросов, рассматриваемых в порядке гражданского судопроизводства : дис. ... канд. юрид. наук. -Свердловск, 1966. - С. 13.

4. Осипов Ю. К. Подведомственность юридических дел. - Свердловск, 1973. - С. 31.

5. Там же. - С. 26.

6. Жуйков В. М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. - М., 1997. - С. 4.

7. См.: Чудиновских К. А. Указ. соч. - С. 8.

8. См.: ТреушниковМ. К. Гражданский процесс. -М., 2006. - С. 94.

9. Осокина Г. Л. Гражданский процесс. Общая часть. - М., 2008. - С. 397.

10. См.: Юридический энциклопедический словарь / отв. ред. М. Н. Марченко. - М., 2006. -С. 804; Большая юридическая энциклопедия. - М., 2005. - С. 672; Новый энциклопедический словарь. - М., 2004. - С. 1147.

11. Жилин Г. А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. - М., 2014. -С. 393.

12. Бахрах Д. Н. Подведомственность юридических дел и её уровни // Журнал российского права. - 2005. - № 4. - С. 48.

13. Осокина Г. Л. Указ. соч. - С. 395.

14. Бахрах Д. Н. Указ. соч. - С. 49.

15. См.: Николюкин С. Соотношение компетенции международного коммерческого арбитражного суда, а также судов общей и специальной юрисдикции // Право и экономика. -2007. - № 1. - С. 108.

16. Дубровина М. А. Подведомственность споров третейскому суду // Вестник Московского университета. Серия «Право». - 2001. - № 2. -С. 78-79.

17. О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 3 октября 2017 г. № 30. - Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».