Синергетические процессы в субстандартной семантической деривации

УДК 801-541

О.Б. Пономарева

СИНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В СУБСТАНДАРТНОЙ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ДЕРИВАЦИИ

В статье рассматриваются такие синергетические процессы, как динамичность, поливариативность, диффузность субстандартной подсистемы, ведущие к многочисленным явлениям вторичной номинации, модификациям и переносам наименования, созданию синонимов и квазисинонимов вокруг центров аттракции, выявляются ключевые понятия, репрезентируемые в процессах семантической деривации.

Ключевые слова: динамичность, поливариативность, диффузность, когнитивно-ассоциативная схема.

Рассматривая процессы семантической деривации как постоянный и непрерывный процесс изменения значения слов, как в общей системе языка, так и в ее отдельных подсистемах под влиянием лингвистических и экстралингвистических факторов, мы обращаемся к субстандартной подсистеме, так как изменения в языке «куются и накопляются в кузнице разговорной речи» [Щер-ба 1967: 116]. Изменчивость, динамичность процессов в этой подсистеме подтверждают мысль об условности дихотомии статика / динамика и синхрония / диахрония. Как в синхронии, так и в диахронии язык проявляет свойства статичности и динамичности развития. Статика и динамика являются единым целым языка в его бытии и функционировании. Динамический характер языка как сущности подчеркивали В. ф. Гумбольдт и А.А. Потебня [Гумбольдт 1984; Потебня 1993]. Динамический подход к языку положен в основу ряда современных исследований (Ю.М. Лотман, Е.С. Кубрякова, Л.Н. Мурзин, Л.А. Алексеева, Г.Г. Москальчук, Н.Л. Мышкина, Л.В. Кушнина). Динамика развития языка может трактоваться как проявление развития и эволюции человека и человечества как органических частей Вселенной, изучаемых синергетикой [Канке 2005: 307]. Это новое направление в изучении самоорганизации сложных систем (Г. Хакен, И. Пригожин, Н.Н. Моисеев, Р.Г. Пиотровский) может найти применение и в установлении связей между процессами человеческого мышления и поливариантными процессами в языковой системе, характеризующейся открытостью, адаптивностью и неравновесностью развития, способностью обмениваться информацией с окружающей средой и усваивать внешние воздействия [Дрожащих 2006: 7]. Явления неравновесности, хаотичности и неустойчивости развития языковой системы явно прослеживаются в маргинальных, периферических подсистемах, дающих примеры притягивающих,

аттракторных состояний под воздействием экстралингвистических, социальных факторов. Для субстандартной подсистемы характерны непоследовательность в отборе тех или иных прототипов и образов для переосмысления, неупорядоченность процессов словообразования, диффузность семантики и особая парадигматика: способность образовать открытые ряды квазисинонимов, или экстенсивных вариантов одного и того же смысла [Химик 2000: 67]. Такое разнообразие синонимических рядов, располагающихся вокруг центров аттракции (аттракторов), свидетельствует о закономерности синергетических законов для субстандартной подсистемы языка.

В языковой системе, как и в других системах, динамическое равновесие (гомеостаз) может быть нарушено, что приводит к разного рода изменениям, отклонениям от нормы (бифуркациям), исчезновению одних лексических единиц и появлению новых, также недолговечных (так называемая диссипация). Такими отклонениями от нормы на лексическом уровне и являются субстандартные семантические дериваты. Они появляются с возникновением новых реалий в социальной и общественной жизни и могут закрепиться в языке, а могут и бесследно исчезнуть. Т.В. Падучева отмечает выдающуюся роль периферийных фактов языка, «ошметок, мелкой сволочи» в создании прагматических эффектов [Падучева 1996: 223]. Изучение механизмов семантической деривации в субстандартной подсистеме может быть более плодотворным, если обратиться к основным, опорным понятиям синергетики и, в частности, использовать понятие фрактально-сти, или самоподобия. Самоподобие является основной сущностью фрактала - структуры, состоящей из частей, повторяющих или содержащих информацию о целом (см. об этом: [Mandelbrot 1983; Москальчук 2003; Дрожащих 2006]). По определению Н.Н. Белозеровой, фрактал - это

модель вечноразвивающейся сущности, основанной на образовании самоподобных структур из каждой точки развития [Белозерова, Чуфистова 2004]. С точки зрения эволюции языковой системы фрактал рассматривается как инвариантный интегральный признак, сохраняющий систему языка в состоянии динамического равновесия. В то же время это «смысловой сгусток», «точка роста», обеспечивающая самоорганизацию и саморазвитие языковой системы, адаптацию ее к изменяющимся условиям ее существования. Сложная диалектика обратных положительных (поступательных) и отрицательных (убывающих) связей между языковой системой и обществом, между языком и мышлением находят отражение и в механизмах семантической деривации, сложного когнитивного процесса вторичной номинации, способа познания действительности человеком.

Основным способом пополнения словарного состава субстандартной лексикой является семантическая деривация. В этом же значении используется термин «семантическое словообразование», т.е. создание нового слова (слова с другим значением), но не морфологическими, а семантическими средствами [Апресян 1974]. Этот процесс также носит название семантической инновации (переосмысления) слова [Беляева, Хомяков 1985; Лапшина 1986; Soudek 1971; Partridge 1959; Химик 2000 и др.]. По мнению Т.М. Беляевой и В.А. Хомякова, семантическая деривация является основным средством создания новых просторечных лексико-семантических вариантов в процессе расширения смыслового объема слова литературного стандарта. Процесс развития новых значений осуществляется по стандартным, хорошо известным языку семантическим моделям. Среди разнообразных видов семантической деривации (расширение и сужение значения, семантический сдвиг и др.) наибольшей продуктивностью отличаются метафора и метонимия. При рассмотрении номинативной функции языка и ее семантического аспекта каждый из этих видов представляет собой устойчивый механизм образования новых лексических единиц. Универсальность и специфичность языковой метафоры как способа вторичной номинации состоит в том, что она оперирует образно-ассоциативным подобием, отсутствующим в других видах семантической деривации.

Интерес к метафоре со стороны когнитивной науки связан с ее представлением как языкового явления, отображающего базовый когнитивный процесс. По мнению сторонников когнитивного подхода, главную роль в изучении семанти-

ческих процессов играют процессы аналогии, в основе последней - перенос из одной содержательной области в другую, и метафора является языковым отображением этих аналоговых процессов. В соответствии с одной из наиболее известных концепций, позволяющей прояснить внутреннюю структуру метафоры, выделяются следующие характеристики аналогий: 1) определенность базовой системы - степень нашего знания исходной содержательной области; 2) ясность - степень точности задания соответствия между сопоставляемыми областями; 3) насыщенность - число переносимых предикатов; 4) широта охвата [Петров 1990: 141].

Когнитивные модели в разговорной или субстандартной лексике характеризуются семантическим синкретизмом особого рода и полисемно-стью, т.е. наличием в составе слова большого количества компонентов смысла. Остановимся на тематической группе, довольно широко представленной в субстандартной подсистеме, а именно: «Человек: внешность, характер». Семный анализ мотивирующих основ данных дериватов выявил следующие наиболее многочисленные группы:

Животные: alligator, animal, ape, ass, bear, beaver, cat, cow, cub, dog, gorilla, horse, lamb, mou-sepig, pup, etc. (AS, DAS). Сравним с той же группой в русском сленге (МС): бобер, бык, полкан, хряк (влиятельный человек); дятел (глупый человек), кукушка (голова, девушка), бабуин, жаба, корова, курица, сова (девушка) (SAS, МС).

Неодушевленные предметы: article, bag, blade, brick, bucket, card, clip, etc. Ср. в русском сленге (МС): клей (бабник); валет, пятак, педаль, шланг (лодырь); клавиш (весельчак), шуруп (умный человек); квадрат, кирпич, кулек, плуг, рычаг, пятак, тормоз, утюг, якорь (глупый человек), метелка (подруга)(SAS, МС).

Человек: baby, bastard, beau, brother, caveman, chief, dame, etc. Ср. в русском сленге: мужик, мэн, пипл, старик, фраер, вася, иван, чувак. Другие группы включают: Абстрактные понятия: pain, speed, name mark, case, etc. В русском сленге: мороз (глупый человек); пионерия (собир.) (новичок); процент (обманщик), штрихи, антиквариат (родители), рахит (юноша).

Овощи и фрукты: peach, banana, apple, fruit, lemon, cabbage, peach, potato, etc; Русский сленг: чеснок (зубрила), женьшень, морковка (женщина), хризантема (любимая девушка), капуста (некрасивая, плохо одетая девушка).

Продукты питания: sausage, cheese, ham, beef, barbecue, biscuit, cake, pancake. Соответст-

венно: изюм (алкоголик), студень (глупый человек), котлета, фрикаделька (девушка), мармеладка (красивая девушка), сухофрукт (важный человек), коржик (юноша).

Птицы: bird, canary, chicken, cuckoo, duck, etc. Соответственно: дрофа, сойка (проститутка), кукушка, курица (женщина), дятел (доносчик), ворона (девушка), сова (глупая девушка), чайка (доступная девушка), дятел (глупый человек), петух (гомосексуалист).

Тело и части тела: beard, body, head, muscle, chromosome, etc. Соответственно: головочлен (лысый человек); попа с ушами (непорядочный человек), пупок (отец), кости, черепа (родители), сосок (юноша).

Компонентный анализ этих 13 тематических групп позволил выделить ряд дифференциальных сем, характеризующих человека с помощью компонентов производящей основы: рептилии, грызуны, приматы, домашние животные, их возраст, размер, кожный покров. Например, gorilla "a very large monkey" содержит интегральную сему «животное» и дифференциальные семы «примат» и «размер»; ср. кабан (лесбиянка, культурист).

В тематической группе «неодушевленные предметы» с интегральной семой «контейнер» выявлены дифференциальные семы: «материал», «прочность», «форма», «функция». Например, bucket(st.) "an open metal container",(subs.)"any ugly or unpleasant girl or woman" (DAS); ср. сумка (девушка легкого поведения) (МС). Все выявленные семантические характеристики производящих основ можно представить в обобщающей таблице, которая включает основные модели семантической деривации в изучаемой группе субстандартной лексики (см. табл. 1).

Таблица 1

Когнитивные модели семантической деривации в семантической группе «человек: внешность, характер»

Во всех когнитивных моделях можно определить исходную понятийную область, или ментальную сферу-источник, к которой относятся слова в их первичном денотативном значении по отношению к новой понятийной области или к сфере-мишени, к которой относятся те же слова в переносном субстандартном значении. Каждая когнитивная модель представляет собой определенный фрейм, структурирующий определенную понятийную область (концептуальную сферу) и содержит данные о существенном, типичном и возможном для этого понятия, например, человек - это животное. Каждый фрейм состоит из типовых слотов, то есть элементов ситуации, или аспектов его конкретизации. Например, фрейм «человек - животное» включает такие слоты, как «кожный покров», «размер», «среда обитания», например alligator, ape, bat, bear, ср. бабуин, корова, курица, лосиха, мартышка, хорь, щука (девушка) etc. При характеристике слотов вводится термин «концепт», представляющий собой единицу ментального лексикона или единицу сознания, отражающую процессы мышления и познания мира в виде определенных квантов знания [Кубрякова 1994]. Всякий концепт погружен в домены вследствие неизолированности и включения в сетевые модели, составляющие определенный фон. Совокупность всех существующих в сознании концептов образует концептуальную систему, или концеп-тосферу. Сравнивая понятийную структуру сферы источника и понятийную область сферы-мишени, мы можем выявить те общие концепты, которые служат основанием для развертывания процессов семантической деривации, включая различного рода метафорические и метонимические переносы, характерные для субстандартной семантической деривации в целом.

Анализ семантической структуры субстандартных семантических дериватов (135/155) выявил 13 дифференциальных компонентов значения наряду с общей интегральной семой «человек». Наибольшей частотностью обладает компонент «половая принадлежность», он входит в семантическую группу 77/86 дериватов, например, barbecue "a sexually attractive girl" ср. фрикаделька, мармеладка. Далее идет компонент «внешность» (64/76), включая такие компоненты, как привлекательность - непривлекательность (31/40). Например, bucket "an ugly girl" ср. колода, коряга (некрасивая, плохо одетая девушка). Довольно частотными являются такие компоненты, как возраст (47/32): seed "a young man with little ability or promise of success" ср. коржик, свисток (юноша,

Сфера источника Сфера цели

Животное Человек

Человек Человек

Тело, часть тела Человек

Профессия Человек

Национальность Человек

Неодушевленные предметы Человек

Абстрактные понятия Человек

Овощи, фрукты Человек

Продукты питания Человек

Птицы Человек

Семена, растения Человек

Насекомые Человек

Одежда Человек

парень); черты характера (отрицательные - положительные) в 33/56 дериватах: job "a tough or cynical man" ср. дрова, еж (пьяный), кекс, помойка (непорядочный человек). Важны такие компоненты, как «умственные способности»: clunk "a stupid person"; ср. дятел, квадрат, кирпич, мороз, пельмень, студень, тайга, тормоз, утюг, якорь (глупый, бестолковый человек); поведение (23/26): oyster "a man who talks little" ср. троцкий, тявка, шепотник, якубович (болтун).

Таким образом, общую семантическую структуру субстандартных дериватов можно изобразить в виде следующей когнитивно-ассоциативной схемы (далее КАС), отражающей специфику ментальных процессов, составляющих концептосферу тематической группы «человек: характер, внешность». Составляя общую когнитивно-ассоциативную схему (далее КАС) субстандартных дериватов в английском и русском языке, мы обнаруживаем заметное сходство семантических компонентов и лишь небольшие расхождения в частотности их употребления.

В русском языке это когнитивно-ассоциативная схема (КАС): С человек + С пол, +С возраст, + С поведение, С внешность, +С национальность/цвет кожи, +С умственные способности, +С черты характера, +С родственные отношения, +С материальные возможности,+ С одежда + С эмоционально-экспрессивный компонент.

В английском языке когнитивно-ассоциативная схема имеет те же основные компоненты: С человек + С пол, +С поведение, С национальность (цвет кожи), С возраст, С черты характера, С внешность, + С умственные способности, С физические способности, С одежда + С эмоционально-экспрессивный компонент.

Проведенный компонентный анализ и анализ когнитивных моделей позволил выявить основные механизмы и процессы образования субстандартных дериватов из стандартных в результате замены интегральной семы, а также дифференциальных сем и актуализации потенциальных сем экспрессивности, оценочности и эмоциональности. Именно подвижность, вариативность, флюктуация, или бифуркация интегральных и дифференциальных сем, их замена, метафорический и метонимический переносы лежат в основе семантической деривации в субстандартной лексической системе. Изменчивость и вариативность субстандартной лексики, ее диссипативный, бифуркационный характер не разрушает устойчиво-

го состояния всей лексической системы, характеризующейся адаптивностью, способностью к фрактальному варьированию вокруг инвариантных интегральных признаков, или центров аттракции, обеспечивающих ее стабильность и динамическое равновесие.

Совпадение основных когнитивных моделей и выбор языковых средств для выявления черт характера в русской и английской субстандартной лексике подтверждает гипотезу о типизированном характере восприятия действительности во многих сферах деятельности, носящих антропоцентрический характер. Высокая продуктивность данных видов семантической деривации объясняется уникальной способностью человеческого мышления усматривать сходство либо смежность между элементами физически воспринимаемой действительности и переносить их на язык. Нестандартное употребление тех или иных лексических единиц можно интерпретировать как специфическую операцию над значениями, как намеренное осложнение процесса коммуникации, фиксирование внимания к форме языкового выражения, уничижительному и ироническому восприятию окружающей действительности.

Исследование субстандартной подсистемы дает богатый дополнительный материал для восприятия и понимания действительности, особенностей менталитета различных национальных, социальных и общественных групп, дополняя национальную и культурную концептосферу всей нации.

Список литературы

Белозерова Н.Н., Чуфистова Л.Е. Когнитивные модели дискурса. Тюмень, Изд-во Тюм-ГУ, 2004.

Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию / сост., общ. ред. и вступ. ст. А.В. Гулыги и Г.В. Рамишвили. М.: Прогресс, 1984.

Дрожащих Н.В. Синергетическая модель интеграции иконических единиц разных уровней. Диахрония. Тюмень. Изд-во ТюмГУ, 2006.

Канке В.А. Философия. М.: Логос, 2005.

Кубрякова Е.С. Начальные этапы становления когнитивизма: лингвистика - психология -когнитивная наука // Вопр. языкознания. 1994. № 4. С. 34-47.

Никитина Т.Г. Молодежный сленг. Толковый словарь. М.: Астрель, АСТ, 2004.

Падучева Е.В. Парадигма регулярной многозначности глаголов звука // Вопр. языкознания. 1996. № 5. С. 3-23.

Потебня А.А. Мысль и язык. Киев: СИНТО,

1993.

Щерба Л.В. Избранные труды по русскому языку. М.: Учпедгиз, 1967.

Spears А.Я. Slang American Style. Chicago: NTC Publishing Group, 1997.

Химик В. В. Поэтика низкого, или просторечие как культурный феномен. СПб.: Филол. фак. СПбГУ, 2000.

O.B. Ponomareva

THE SYNERGETIC PROCESSES IN SUBSTANDARD SEMANTIC DERIVATION

The article tackles the key dynamic processes of substandard semantic derivation such as dissipation, bifurcation, attraction, fractal self-organization and homeostatic processes in the system. It is claimed that these processes result in various cases of semantic derivation: modifications, semantic transposition, giving rise to new synonyms and quasisynonyms around the centers of attraction.

Key words: dynamic processes, substandard semantic derivation, dissipation, bifurcation, fractal self-organization, homeostatic processes, modifications, semantic transposition, synonyms, quasisynonyms, centers of attraction, cognitive-associative scheme.