Изучение профессионального я личности в когнитивной психологии

ПРОБЛЕМА «Я» В ПСИХОЛОГИИ

THE PROBLEM OF THE «SELF» IN PSYCHOLOGY

Агапов В.С.

ИЗУЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО Я ЛИЧНОСТИ В КОГНИТИВНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Аgapov V.S.

STUDY OF PROFESSIONAL IDENTITY IN PERSONALITY COGNITIVE PSYCHOLOGY

На современном этапе развития акмеологии становится очевидна значимость изучения профессионального Я и самости будущих специалистов, с чем связаны сложные эпистемологические, теоретико-философские и методологические вопросы междисциплинарного характера. В связи с этим важен анализ научных работ в области когнитивной психологии Я.

Ключевые слова: профессиональное Я личности, когнитивная психология, акмеология.

At the present stage of development is becoming obvious significance study of acmeology professional I and self future professionals, which involve complex epistemological, theoretical and philosophical and methodological issues of an interdisciplinary nature. In connection with this important analysis of research works in the field of cognitive psychology.

Keywords: professional I personality, cognitive psychology, akmeology.

В современных теоретических разработках и эмпирических исследованиях западной когнитивной психологии Я (Л. Барсалу, Дж. Брунер. К. Гертен, Дж. Зингер, Х. Кемпен, М. Конуэй, Д. Макадамс, К. Морффит, К. Плейделл-Пирс, Д. Пиллемер, Дж. Полкингхорн, Дж. Робинсон, М. Росс, Т. Сарбин, Н. Стейн, Л. Тейлор, С. Томкинс, Б. Уэйк. Дж. Фицжеральд, Г. Херманс и др.) синергетически сплетаются:

• нарративная методология с дифференцированным и дискурсивным подходами;

• радикальный пересмотр исследовательских практик в области автобиографической памяти, развития самопонимания, операционального мышления жизненных историй и ментальных репрезентаций структуры многогранного Я с приспособлением понятий литературного и драматургического дискурса, а также герменевтических методов;

• нарратив как когнитивный инструмент исследования с множественностью аспектов человеческого Я, интегрированных в единую жизненную историю;

• модерное Я как рефлексивный проект, как нечто смежное, содержащее множество слоев, глубину и постоянно меняющееся с постмодернистским Я подобным текстуальной компиляции, которая постоянно дописывается, переписывается, переконструируется и развивается непредсказуемым путем;

• Я - память, Я - нарратив, Я - определяющие воспоминания, ядерные сцены Я-истории с тендерными и классовыми конструкциями, существующими в обществе, превалирующими паттернами власти в политическом, экономическом и культурном контексте жизни людей.

В связи с явным влиянием на развитие современной когнитивной психологии Я социологии, герменевтики, языкознания и философии постмодернизма, обратимся к концепциям драматургического и языкового обоснования индивидуально Я.

Драматургический подход (И. Гофман) располагает своей особой системой понятий и в ход идет язык театрального представления. При этом упор делается на том, «что сама структура человеческого Я может быть по-новому увидена в понятиях, описывающих, как такие понятия устраиваются в ... обществе» (2000, с.299).

Гофмановская постановка проблемы предпологает:

• изучать маски, личины социальных актеров, которые в конце концов прирастают к лицу и становятся их более подлинным Я, чем то воображаемое Я, каким хотят быть эти люди;

• рассмотрение действующего индивида как исполнителя, загнанного жизнью фабрикатора впечатлений, втянутого в общечеловеческую задачу сценической постановки своего исполнения; и как сценического персонажа - характер, дух, жизненную силу и другие качества;

• выделение во взаимном процессе производства впечатлений два различных вида коммуникации (знаковой активности): произвольное самовыражение, которым люди дают информацию о себе в общезначимых символах, и непроизвольное самовыражение, которым они выдают себя.

Итак, жизненная практика человека И. Гофманом театрализируется. Поскольку человек участвует во множестве разных групп, то он имеет столько же разных социальных Я, сколько существует групп, состоящим из лиц, чьим мнением он дорожит. Каждой из этих групп человек показывает разные стороны своей личности. Взаимодействие происходит между разными социальными ликами индивидов, между изображаемыми ими персонажами. Здесь возможно «рассогласование нашего природного Я и нашего социального Я».

С позиции драматургического подхода взаимодействие происходит не столько между индивидами как субъектами, сколько между масками «глубинной самости». И. Гофман (2000, с.299) подчеркивает, что «Я - как -персонаж обычно видится как нечто неотделимое от самого исполнителя. Такой взгляд неявно присутствует в том, что каждый из нас старается представить другим, но именно из-за этого затрудняется анализ этого представления».

Как видим, в драматургическом подходе сосредоточено внимание не на «субъектом Я», а только лишь на разных масках и социальных ликах человеческого Я.

Для герменевтики (К.О. Апель, Г. Гадамер, В. Дильтей, Э. Хайнтель и др.) первич ной реальностью выступает жизненный мир личности и обращение к семантическому уровню анализа Я. Герменевтическая рефлексия осуществляет самокритику мыслящего сознания, в ходе которой «все абстракции этого сознания обретают утраченную целостность человеческого опыта мира» (Г. Гадамер). В герменевтике придается огромное значение принципу интерпретации понимания и ограничивается принцип рефлексии.

В языкознании (Р. Гиббс, Дж. Гинзбург, С. Глаксберг, К. Каччари, М. Мосс, К. Мэррей, Х. Пилот, Р. Румиати, Б. Слугоский и др.) изучаются «семиатические ресурсы» континуумов перехода от личности к её представлениям о себе и воображаемым проектам Я, «биографические сюжеты» развития Я-концепции и «рассказовая структура» Я.

По мнению Дж. Гинзбурга и Б. Слугоского, люди прибегаю к «семиотическим ресурсам» «дускурсивного самообъяснения» для того, «чтобы с помощью объяснительной речи скоординировать проецируемые ими идентичности», т.е. воображаемые проекты своего Я с нормативными ожиданиями конкретных сообществ и субкультур, внутри которых они живут.

Пересматривая эриксоновскую теорию формирования эго-идентичности Дж. Гинзбург и Б. Слугоский разработали модель «культурно санкционированных способов рассказывания о себе и других на определённых этапах жизни», понимая идентичность как «рационализированное описание саморассказов».

С их точки зрения, присущее человеку чувство «собственного континуитета» основывается исключительно на континуитете, порождаемом самим субъектом в процессе акта «самоповествования». Стабильность же Я-нарратива поддерживается стабильностью системы социальных связей личности с обществом. Сформулированное Дж. Гинзбургом и Б. Слугоским понятие «социального континуитета» оказывается важным для исследования развивающейся структуры Я личности как «социально сконструированная» (и лингвистически закрепленная в виде автобиографии).

Еще дальше по пути «олитературивания» Я пошел К. Мэррей. В своем стремлении определить «рассказовые структуры» Я личности он обращается к классификации Н. Фрая и делит их на «комедию», «романс», «трагедию» и «иронию».

К. Мэррей определяет «комедию» как победу молодости и желания над старостью и смертью. Конфликт в «комедии» обычно связан с подавлением желания нормами и обычаями общества, который находит свое разрешение в результате рискованного приключения или в ходе праздника, «снимающего», временно отменяющего неудобства обременительных условностей, посредством чего восстанавливается более здоровое состояние «социальной единицы», что составляет ближайшее окружение героя.

«Романс», наоборот, направлен на реставрацию почитаемого прошлого, осуществляемую в ходе борьбы между героем и силами зла.

В «трагедии» герой терпит поражение при попытке преодолеть зло и изгоняется из своего общества. С картиной его краха редко контрастирует сатира «иронии». Ее задача по К. Мэррею, состоит в демонстрации того факта, что «комедия», «романс» и «трагедия», с помощью которых человеческое сознание пытается осмыслить («контролировать») данный ему жизненный Я-опыт, на самом деле отнюдь не гарантирует совершенства Я.

Итак, «романс» рассматривается как средство испытания характера, а «комедия» - как средство выявления своеобразия персональной идентичности. Главное здесь уже не испытание своего Я как в «романсе», требующего усилий по дистанцированию как по отношению к себе, так и другим, а «высвобождение того аспекта Я, которое до этого момента не находило своего выражения».

Следует заметить, что нарратив понимается К. Мэрреем как сюжетно-повествовательная форма, которая предлагает сценарий процесса опосредования между представлениями социального порядка и практикой индивидуальной жизни. Автор в своих научных трудах ограничивается двумя нарративными структурами: «проектами социализации личности» и «биографическими сюжетами» развития структуры Я личности.

Согласно Х Пилоту, личности могут свою будущую историю жизни выбрать из ряда возможных историй, а затем пытаться осуществить этот выбор. Причем, по его мнению, имеем:

1) когда личность определяет свое будущее, она становится одной из личностей, которыми она может быть, и только вследствие этого приобретает реальную идентичность;

2) в результате каждого акта определения и освоения реального будущего она «генерирует тот или иной факт из некоторого возможного, но не действительного положения вещей».

В языковых теориях Я (С. Глаксберг, Р. Гиббс, К. Каччари, Т. Ли, Р. Румиати и др.) развитие структуры Я исследуют в языковых пространственных моделях мира или в контексте «картины мира». Языковые картины мира позволяют судить о различных способах не только «языкового видения мира», но и «языкового видения самого себя» в жизненном мире.

Т. Ли различает концептуальную картину мира (образ мира в сознании человека) и языковую картину мира («означивающая» и эксплицирующаяся концептуальную картину мира). При этом в современных концепциях языковой образности доминируют две гипотезы:

• «концептуально метафорическая» (Р. Гиббс), где образная мотивация идиом основывается не на конкретных визуальных представлениях, спровоцированных буквальным прочтением соответствующей идиомы, а на достаточно абстрактных способах интерпретации одних сущностей в терминах других;

• «интерференции» (С. Глаксберг, К. Каччари, Р. Румиати), согласно которой идиомы вызывают в сознании образы, базирующиеся исключительно на прямых значениях компонентов соответствующих идиоматических выражений. Эти образы не зависят ни от метафорических моделей, ни от актуального значения индиома. Кроме этого они могут выступать в явные противоречия с актуальным значением идиома.

Подытоживая вышеизложенное, следует отметить следующее:

1. Язык непосредственно участвует в процессах, связанных с развитием картины мира и структуры Я личности. В недрах языка формируется языковая картина мира, как один из наиболее глубинных слоев Я-структуры. Язык выражает содержательные характеристики данной структуры Я через посредство специальной лексики.

2. Я-структура - это точка пересечения речевых практик жизненного пути личности, состоящая из «социально сконструированных» и лингвистически закрепленных «саморассказов» в виде автобиографии.

3. Изучение Я личности как текста, структурированного по законам языка и его организация как художественного повествования со всеми неизбежными последствиями тех канонов литературной условности, по которым строится мир художественного вымысла, предусматривает приобретение структурой Я тех же характеристик литературной условности, что и любое произведение искусства, которое может быть связанно с действительностью лишь весьма опосредованно и не может претендовать на реально-достоверное.

Здесь необходимо изложить взгляд Д. Макадамса (2008, с.158) на то, что «текст - это всегда лишь паттерн слов, образов, знаков и других отображений. В текстах нет ничего существенного, ничего настоящего; никоим образом нельзя сказать, что тот или иной текст на самом деле является «подлинным» и «хорошим».

С деконструктивистской точки зрения Ж. Дерриды (2007) можно сказать, у тех текстов нет изначально присущих им стабильных смыслов. Язык изначально не определен. Каждое слово имеет неопределенное значение само по себе, и его

конкретное значение в конкретный момент зависит от его взаимоотношений с другими различными неопределенными словами, рядом с которыми оно записано или произнесено.

Как видим, постмодернистское Я может оказаться практически неразрешимой проблемой - все тексты неопределенны, жизнь не может «означать» что-то конкретное, никакой обоснованный паттерн идентичности в жизни выделен быть не может (Д. Макадамс, 2008, с. 158).

К. Герген (1992, с.7) подчеркивает, что «состояние постмодерна в общем характеризуется плюрализмом голосов, стремящихся обрести право на реальность, чтобы их приняли как оправданное выражение истины и добра. По мере того как голоса обретают все большую власть, все большее присутствие, все, что кажется правильным, подходящим и хорошо понятым, преображается. В мире постмодерна мы все больше осознаем, что объекты, о которых мы говорим, находятся не столько «в мире», сколько являются продуктами взгляда и точки зрения...».

По мнению Ф.И. Барского (2008, с.99) «перед психологией Я и идентичности стоит целый ряд ключевых вопросов, которые в настоящий момент далеки от разрешения. Это, например, вопросы генерализуемости данных разных исследований, перенесения знания из одной культуры в другую (его «локальность»), возможности приложения научного подхода к Я вообще. Некоторые авторы высказывают серьезные сомнения в подвластности человеческого Я существующим в культуре инструментам анализа и возможности формулирования законов в этой сфере. Другие выступают за распространение так называемой «качественной» методологии в психологии, которая хорошо приспособлена для улавливания тонкостей человеческого опыта и анализа материалов текстуального типа.»

Итак, перечисленные выше проблемы пытается решить современная когнитивная психология, обращаясь к анализу понимания человеческого Я. Г.Херманс (1996) определяет «Я» как полифоническую новеллу или полифонический роман, в котором множество интернализованных голосов «говорят» друг с другом в диалоге.

Д. Макадамс рассматривает Я сквозь призму нарративов, жизненных историй, совместно конструируемых в сообществе. При этом жизненные истории отличаются одна от другой по структурной сложности, согласованности и понятности, т.е. люди отличаются по своим Я-определяющим жизненным историям.

Заметим, что в модели идентичности как жизненной истории, предложенной Д. Макадамсом (2008, с.138), идентичность не является синонимом Я или Я-концепции Он пишет «идентичность, скорее, относится к определенному качеству, свойству человеческого самопонимания, способу организации Я, человек обладает идентичностью в той степени, в какой его самопонимание осмысленно организовано синхронически и диахронически, обеспечивает ему помещение в психосоциальную нишу и придает его жизни некоторую степень единстве и целесообразности».

По Д. Макадмсу (2008, с.139), люди начинают сводить свою жизнь воедино и выстраивать её в согласии с некой «Я-определяющей» историей. «Именно эта история организует самость синхронически и диахронически, объясняя почему с друзьями Я весел, а с отцом мрачен.» Как видим, понятие нарратива привлекательно и при рассмотрении самости.

Д. Пиллемер (1998) выделил пять критериев «воспоминаний о личном событии». Воспоминание должно:

а) представлять специфическое событие, которое совершилось в определенное время в определенном месте, это не должно быть некое суммарное событие или расширенная серия событий;

б) содержать подробный отчет о личных обстоятельствах человека во время события;

в) оно должно пробуждать чувственные образы или телесные ощущения, которые влияют на ощущение « переживания вновь» или «оживления» этого события;

г) оно должно соединять детали и образы с определенными моментами актуального феноменального переживания;

д) человек должен верить, что это истинное отражение того, что в действительности происходило.

По Д. Пиллемеру, среди воспоминаний о личных событиях для определения Я наиболее подходят следующие:

1) те, что сами являются памятными сообщениями или в явном виде содержат «послание», ставшее руководством к действию или моральной директивой для человека;

2) символические послания или события, которые интерпретируются человеком как содержащие скрытый урок или руководство к действии.;

3) события - источники чего-либо или воспоминания, которые содержат информацию о возникновении какого-то интереса, занятия, позиции, отношения, жизненной цели и т.д.;

4) «якорные» события или воспоминания, которые подтверждают или подкрепляют текущие интересы;

5) «аналогичные» события или эпизоды, которые легко сравнить с другими событиями, предполагающие какой-то паттерн или тему, проходящую сквозь жизненную историю человека.

Таким образом, осуществленный анализ научных работ в области когнитивной психологии Я позволяет сформулировать следующие выводы.

Первое. В акмеологии возможно использование нарративной методологии и когнитив ного инструментария для исследования развития структуры профессионального Я личности в жизненных историях.

Второе. Современная когнитивная психология рассматривает структуру профессионального Я как символическое сообщение о сложных, Я-определяющих событиях жизненной истории специалиста. Для акмеологии важна роль жизненных нарративов в понимании структурной организации профессионального Я самости личности.

Третье. Целесообразна обращенность к комплексному изучению жизненных историй и опыту конкретных специалистов. Взрослый человек, конструируя жизненную историю, собирает вместе широкий диапазон характеристик структуры профессионального Я.

Четвертое. Акцентируя неповторимость жизненного пути, историй и опыта конкретных специалистов, необходимо обращение к исследованию глубинных потенциалов и источников акме-развития структуры профессионального Я личности.

Пятое. Грядущие изменения современной науки требуют отказа от методологии уходящего мира постмодерна, где структура профессионального Я личности оказывается практически неразрешенной проблемой.

Литература

1. Агапов В.С. Профессиональное Я кадров управления: содержание и пути развития. - М.: АПК и ППРО, 2005.

2. Агапов В.С. Акмеологическое становление Я-концепции руководителя. - М.: РАГС, 2009.

3. Агапов В.С., Фельдман И.Л., Шайденкова Т.Н. Развитие профессионального самопознания в структуре Я-концепции учителя начальных классов. - М.: АПК и ППРО, 2005.

4. Агапов В.С., Егунова Е.В. Типология структурной интеграции самосознания личности. - М.: МНЭПУ, 2008.

5. Андропова Л.О. Механизмы и функции самоконтроля в структуре Я-концепции учителя начальных классов. - М.: МААН, 2008.

6. Андропова Л.О. Сравнительный анализ динамики развития самоконтроля в структуре Я-концепции учителя начальных классов. - Тула: ТИЭИ, 2009.

7. Барский Ф.И. Личность как черты и как нарратив: возможности уровневых моделей индивидуальности // Методология и история психологии 2008. Том 3. Выпуск 3. С. 93-105.

8. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. - М.: Прогресс, 1986.

9. Бодалев А.А. О психологическом понимании Я человека // Мир психологии 2002. №2 (30). С. 12-17.

10. Брунер Дж. Жизнь как нарратив // Постнеклассическая психология. 2005. №1 (2). С. 9-29.

11. Вахромов Е.Е. Проблема человека: Самость и Я в психологии // Мир психологии. 2002. №2 (30). С. 30-44

12. Горбов Ф. Д. Я - второе Я. - М.: МПСИ, Воронеж: НПО «МОДЭК», 2000.

13. Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни. - М.: КАНОН -пресс - Ц, Кучково поле, 2000.

14. Деркач А.А. Акмеологические основы развития профессионала. - М.: МПСИ, Воронеж: НПО «МОДЭК», 2004.

15. Деррида Ж. Позиции. - М, 2007.

16. Ежов И.В. Сущность и границы «духовного Я» как субъекта духовно-нравственного самосознания личности // Мир психологии 2008. №3 (55). С. 75-88.

17. Кованов А.Ю. Личное и профессиональное Я в практике психосоциального консультирования // Мир психологии. 2002. №2 (30). №2. С. 135-143.

18. Макадамс ДП. Психология жизненных истерий // Методология и история психологии 2008. Том 3. Выпуск 3. С. 135-166.

19. Маркин В.Н. «Я» как личностная характеристика государственного служащего // Имидж госслужбы: Сборник научных трудов. - М: РАГС, 1996. - с. 123-142.

20. Сарбин Т.Р. Нарратив как базовая метафора для психологии // Постнекласическая психология. 2004. №1. С. 6-28.

21. Селюч М.Г. Системная концепция творческого Я руководителя образовательного учреждения. - М.: МГОУ, 2008.

22. Смирнова О.Б. Самоотношение в структуре Я-концепции учителя начальных классов: теория и методология. - Тула: ТИЭИ, 2008.

23. Смирнова О.Б. Динамика развития самоотношения в структуре Я-концепции учителя начальных классов. - Тула: ТИЭИ, 2008.

24. Соловьев О.В. От человеческого Я к человеческому Мета-Я (о возможности разрешения «неразрешимого» противоречия между биологическим и социальным в структуре человеческого Я) // Мир психологии. 2005. №4. С. 75.

25. Улановский А.М. Качественная методология и конструктивистская ориентация в психологии // Вопросы психологии. 2006. №3. С. 27-37.

26. Фельдман И.Л. Сравнительный анализ динамики профессионального самопознания в структуре Я-концепции учителя начальных классов. - М.: МАИ, 2005.

27. Шайденкова Т.Н., Фельдман И.Л., Пазухина С.В. Развитие профессионального самопознания учителя начальных классов: программа и методики эмпирического исследования. - Тула: ТГПУ им. Л.Н.Толстого, 2009.

28. Gerden K.J. The saturated self: Dilemmas of identity in contemporary life. N.Y., 1992.

29. Hermans H.J.M. Voicing the self: From information processing to dialogical interchange // Psychol. Bul. 1996. 119. P. 31-50.

30. Hermans H.J.M., Kempen H.J.G. The dialogical self: Meaning as movement. N.Y., 1993.

31. McAdams D.P. The case for unity in the (post)modern self: A mogest proposal // Self and identity: Fundamental issues / P. Ashmore, L. Jussim (Eds.). N.Y., 1997. P. 46-78.

32. Murray H.A. Explovations in personality. N.Y., 1938.

33. Pillemer D.B. Momentous events, vivid memories. Cambridge, MA, 1998.

© Агапов В.С., 2011

Рягузова Е.В.

МОДЕЛЬ ЛИЧНОСТНЫХ РЕПРЕЗЕНТАЦИЙ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ «Я - Другой»

Ryaguzova E.V.

MODEL OF PERSONAL REPRESENTATIONS OF INTERACTION «I - OTHER»

В статье представлена социально -психологическая модель личностных репрезентаций взаимодействия «Я - Другой», основанная на авторской концепции, позволяющей установить уровни, контексты и социально-психологические механизмы формирования личностных репрезентаций, определить социально -психологические факторы обусловливающие динамику их изменений, характер взаимопроникновения различных репрезентаций, их влияние на содержание и качество реальных взаимодействий.

Ключевые слова: социальное взаимодействие, личностная репрезентация взаимодействия, уровневая модель, интерсубъективное пространство.

This article presents a sociopsychological model of personal representations of interaction «I-other», based on the author's conception, allowing to set levels, contexts and socio-psychological mechanisms of personal representations, identify psychosocial factors that contribute to the dynamics of their change of cross-fertilization between different representations and their impact on the content and quality of real interactions.

Key words: social interaction, personal representation of the interaction, level model, intersubjective space.

Гетерогенность культурного пространства, расширение полей межкультурной коммуникации, увеличение межличностных контактов, необходимость адаптации личности к инокультурному окружению, усиление роли маргинальных групп в обществе, его демократизация и связанное с ней возведение толерантности в ранг фундаментальной ценности обусловливают необходимость анализа специфики взаимодействий личности на уровне «Я - Другой», признание норм и ценностей Другого, формирование новых установок и разрушение старых стереотипов, рефлексии Другого как ценности.