Социальное самочувствие студенческой молодежи в условиях модернизации российского общества

Вестник Омского университета. Серия «Экономика». 2015. № 3. С. 201-207. УДК 316.3

СОЦИАЛЬНОЕ САМОЧУВСТВИЕ СТУДЕНЧЕСКОЙ МОЛОДЕЖИ В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА1

SOCIAL WELL-BEING OF STUDENT'S YOUTH IN THE CONDITIONS OF MODERNIZATION OF RUSSIAN SOCIETY

А.С. Коломенская A.S. Kolomenskaya

Новосибирский государственный технический университет Novosibirsk State Technical University

Статья поступила в редакцию 8 июля 2015 г.

В статье представлены результаты исследования социального самочувствия студенческой молодежи Новосибирска. Объем изучаемой совокупности составил 500 человек; опрошены учащиеся восьми вузов города. В основу исследования положена методика вычисления индекса социального самочувствия населения (Исс), являющаяся частью типового инструментария «Социокультурный портрет региона России». Расчет индекса произведен на основе коэффициентов, соответствующих трем основным компонентам социального самочувствия: защищенность от различных опасностей (Кз), удовлетворенность жизнью в целом (Ку), уровень социального оптимизма (Ко). По результатам вычисления индекса выделены три группы респондентов: с низким, средним и высоким уровнем социального самочувствия. Представлены сравнительные характеристики указанных групп респондентов, с учетом уровней социальной и инновационной активности их представителей. В частности, проанализировано то, каким образом представители каждой группы реализуют себя в новаторской деятельности, с какими препятствиями они сталкиваются при этом и какие лица и организации оказывают им содействие и поддержку. Установлены также формы проявления социальной активности, свойственные представителям каждой группы, их готовность к активной защите собственных прав и свобод. Выявлены карьерные ожидания респондентов, обладающих разным уровнем социального самочувствия, их представления о том, что может являться определяющим фактором реализации их жизненных стратегий. Дополнительно осуществлен сравнительный анализ степени поддержки респондентами ряда базовых ценностей. По результатам исследования удалось установить наличие взаимозависимости между социальным самочувствием молодых людей и интенсивностью осуществляемой ими социальной и инновационной деятельности.

In the article presented the results of social well-being of Novosibirsk student's youth. The size of target population was 500 people that are the students of 8 universities in Novosibirsk. The methodology of calculation of social well-being of population (ISWP) underlie the research that is a part of type tools of “Sociocultural portrait of Russian's region”. The calculation of index was made on the basis of coefficients that conform to three main components of social well-being: security from different threats, satisfaction with life in general, the level of social optimism. On results of calculation of index there were distinguished the three groups of respondents: that have low, intermediate and high level of social well-being. The comparative characteristics of these groups of respondents taking into account the levels of social and innovation activity of these residents are presented. In particular there was held an analysis of that how representatives of each group realize themselves in innovative activity, encounter which obstacles and which persons and organizations help them. The forms of interactions of manifestation of social activity, appropriate for representatives of each group and their willingness to active protection of their own rights and freedoms are established. Career aspirations of respondents that carry with different level of social well-being and their representations about what can be the main factor in realization of their life's strategies are discovered. Comparative analysis of support's degree by respondents of a number of basic is made in addition. As a result there was established the occurrence of interdependency between individual's well-being and intension of realized by him social and innovation activity.

Ключевые слова: социальное самочувствие, модернизация общества, инновационная активность, базовые ценности.

Key words: social well-being, modernization of society, innovation activity, basic values.

Введение. Обращаясь к вопросу модер-низационного развития современного российского общества, следует подвергнуть тщательному рассмотрению не только поэтапную технологию реализации данного процесса, но и ресурсную составляющую каждого этапа модернизации, в том числе в раз-

резе регионов страны. В контексте рассмотрения модели модернизации западного образца О.Н. Яницкий обосновывает необходимость «выращивания» дефицитных для нашей страны ресурсов: человеческих, мотивационных, организационных, институциональных [1]. При этом каждый из указанных

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ (грант РГНФ №12-03-00616) «Социокультурные особенности Новосибирской области». Руководитель проекта - заведующий кафедрой социологии Новосибирского государственного технического университета (НГТУ) доктор философских наук, профессор В.И. Игнатьев.

© А.С. Коломенская, 2015

202

А.С. Коломенская

типов ресурсов имеет сложное содержательное наполнение и может рассматриваться в разрезе отдельных составляющих. Например, в первом случае к таковым могут быть отнесены личностные, психологические, социальные, ценностные, экономические, властные, биологические и прочие виды ресурсов человека. Однако если мы рассматриваем модернизацию как «комплексный способ решения политических и экономических, социальных и культурных задач, которые в полный рост стоят перед государством и обществом в контексте внутренних, мегарегиональных и глобальных угроз и рисков» [2], то очевидна необходимость учета всех перечисленных ресурсных составляющих.

Следует отметить, что одним из важнейших мотивационных факторов поведения человека, а следовательно, и способа реализации им имеющихся у него ресурсного потенциала, является социальное самочувствие. Данный феномен отражает основные тенденции мироощущения личности, являясь комплексным и достаточно динамичным показателем последнего. Особое внимание следует уделять социальному самочувствию молодежи, так как, с одной стороны, именно представители данной социальной группы, в силу своих возрастных, социально-демографических, психологических особенностей, оказываются наиболее восприимчивыми к любым переменам, происходящим в обществе. С другой стороны, молодые люди, и в частности студенческая молодежь, могут рассматриваться как носители модернизацион-ного потенциала.

Цель статьи - анализ социального самочувствия студенческой молодежи в условиях модернизации российского общества. В рамках достижения указанной цели предполагается решение следующих задач:

- выявить сущностные характеристики понятия «социальное самочувствие» и установить особенности его изучения в контексте модернизации общества;

- на основании имеющихся эмпирических данных рассчитать индекс социального самочувствия студенческой молодежи Новосибирска, а также проанализировать и сопоставить величины отдельных коэффициентов его составляющих;

- выделить группы респондентов с различными значениями индекса социального самочувствия и оценить уровни социальной и инновационной активности представителей каждой из них.

Данная статья основана на материалах анкетного опроса, проведенного в Новосибирске в октябре-ноябре 2013 г. Объектом исследования выступила студенческая молодежь восьми вузов города. Объем выборочной совокупности составил 500 человек, из них 48 % мужчин и 52 % женщин.

Материалы данного исследования могут быть использованы в рамках разработки стратегических направлений государственной молодежной политики в контексте перехода российского общества к начальной фазе информационной модернизации.

Обзор литературы. Несмотря на наличие большого числа теоретических и прикладных работ в области изучения социального самочувствия населения, по-прежнему актуальной остается проблема уточнения его сущностных характеристик и основных критериев оценивания в системе социально-гуманитарного знания. В отечественной социологии термин «социальное самочувствие» получил распространение в середине 1980-х гг. Предпосылкой изучения данного феномена являются результаты психологических и социально-психологических исследований, в рамках которых подвергались изучению прежде всего эмоциональные аспекты отношения респондента к событиям, происходящим в его жизни (труды В.М. Бехтерева, П.П. Викторова, Л.Н. Войтоловского, Б.Д. Парыгина и др.). Последующие научные работы, посвященные проблемам изучения социального самочувствия (труды О.Л. Барской, И.Т. Ле-выкина, О.В. Луневой и др.), также предполагали фиксацию в первую очередь эмоций, чувств и настроения индивидов, отодвигая на второй план когнитивно-мотивационную и рефлексивную компоненты элементов социального самочувствия.

Следующий этап накопления знаний о социальном самочувствии ознаменовался большим количеством эмпирических исследований, имеющих в своей основе сложный методологический аппарат. Все более очевидным становился комплексный характер социального самочувствия, требующий рассмотрение данной категории как интегральной величины (труды Л.Я. Рубиной, Ж.Т. Тощен-ко, С.В. Харченко, Е.И. Головаха, Н.В. Паниной, А.П. Горбачик и др.). Так, Л.Е. Петрова актуализирует восприятие социального самочувствия как интегральной характеристики реализации жизненной стратегии личности, ее отношения к окружающей действительности, субъективных ее сторон [3]. Од-

Социальное самочувствие студенческой молодежи в условиях модернизации российского общества 203

нако в рамках данной работы целесообразно воспользоваться более конкретизированным определением данного понятия, предложенным этим же автором: «социальное самочувствие выступает как синдром сознания, отражающий отношение к взаимосвязи между уровнем притязаний (в основном определяемый содержательными характеристиками жизненной стратегии) и степенью удовлетворения смысложизненных потребностей (удовлетворенность реализованностью жизненной стратегии)» [3].

Не теряет актуальности проблема изучения субъективных и объективных факторов, обусловливающих социальное самочувствие населения [4; 5]. Последние на современном этапе развития российского общества приобретают все более сложную структуру. На первый план выходят модернизаци-онные процессы, затрагивающие все сферы жизнедеятельности людей и в значительной мере определяющие особенности и направленность социальных изменений [6; 7].

При этом возможным и реальным «носителем» модернизационного потенциала является прежде всего молодежь, в силу наличия у данной социальной группы специфических типов ресурсов (молодость, гибкость восприятия и мышления, мобильность, открытость новому опыту, восприимчивость к новым формам организации труда, способность работать с большим количеством разноплановой информации, предрасположенность к новаторской деятельности и пр.) [8; 9]. Однако то, каким образом молодые люди распоряжаются имеющимися ресурсами, детерминируется сложившейся у них системой ценностей, которая определяет жизненные цели индивидов, способы и средства их достижения и лежит в основе выработки линии поведения в тех или иных жизненных обстоятельствах. Значение также имеет то, каким образом молодой человек оценивает свое экономическое и социальное положение, имеет ли он потребность или опыт реализации новаторской деятельности, с какими социальными группами себя соотносит и какие перспективы самореализации для себя видит.

Гипотезы и методы исследования. Таким образом, основной гипотезой данного исследования будет предположение о наличии взаимозависимости между социальным самочувствием молодых людей и интенсивностью осуществляемой ими социальной и инновационной деятельности.

С целью выявления социального самочувствия студенческой молодежи было осу-

ществлено вычисление соответствующего индекса. Его содержание ограничено возможностями методики проекта «Социокультурный портрет региона России», разработанного Н.И. Лапиным и Л.А. Беляевой. Согласно данной методике индекс социального самочувствия (Исс) является средней от суммы коэффициентов, соответствующих трем компонентам самочувствия: защищенность от опасностей (Кз), удовлетворенность жизнью (Ку), уровень социального оптимизма (Ко). Формулы расчета коэффициентов и итогового индекса социального самочувствия представлены в [10]. Отметим, что состояние социального самочувствия населения, являющееся достаточным для устойчивости общества, характеризуется значением Исс от 0,5 и выше, недостаточным -0,5 и ниже.

Результаты исследования. Обратимся к вопросу о том, в какой степени студенческая молодежь Новосибирска чувствует себя защищенной от различных опасностей. Как видно из таблицы 1 молодые люди чувствуют себя наименее защищенными (варианты ответов «Пожалуй, не защищен» и «Совсем не защищен») от произвола чиновников (так ответили 56 % респондентов), преступности (53 %), бедности (49 %) и произвола правоохранительных органов (45 %). Интересен тот факт, что молодежь неоднозначно оценивает степень своей защищенности от такой специфической социальной проблемы, как одиночество и заброшенность. Примерно равные доли респондентов отметили как достаточной высокую степень защищенности от данной проблемы, так и варианты с низкой оценкой (35 и 37 % респондентов соответственно).

Затруднения с оценкой степени своей защищенности (превалирование варианта ответа «Трудно сказать») молодежь испытывает в отношении таких опасностей, как «экологическая угроза» (40 %) и «преследования за политические убеждения» (39 %).

Наиболее защищенными молодые люди чувствуют себя от притеснений из-за религиозных убеждений (73 %), ущемлений из-за национальной или половозрастной принадлежности (68 и 58 % соответственно).

Напряженное положение в отношениях молодежи с властью также проявляется в вопросах доверия к органам государственной власти различных уровней. Так, порядка 3537 % респондентов не очень доверяют либо совсем не доверяют губернатору, правитель-

204

А.С. Коломенская

ству региона, думе региона и муниципальным и местным органам управления; затрудняются в оценках в среднем 40 % опрошенных, в то время как полное или частичное доверие выражают лишь 20-23 % респондентов. В случае оценки доверия правоохранительным

органам около 45 % опрошенных выразили низкое и крайне низкое доверие по отношению к полиции; 30 % респондентов выразили аналогичное отношение к деятельности прокуратуры; недоверие суду высказали лишь 22 % опрошенных.

Таблица 1

Студенческая молодежь Новосибирска о своей защищенности от различных опасностей

Опасность Защи- щен Пожалуй, защищен Трудно сказать Пожалуй, не защищен Совсем не защищен

Произвол чиновников 2 11 31 35 21

Преступность 4 14 29 28 25

Бедность 5 18 28 29 20

Произвол правоохранительных органов 3 19 33 28 17

Экологическая угроза 6 23 40 20 11

Одиночество и заброшенность 15 20 28 21 16

Преследования за политические убеждения 17 18 39 14 12

Притеснения из-за пола или возраста 23 35 29 9 4

Ущемления из-за национальности 37 31 17 11 4

Притеснения из-за религиозных убеждений 41 32 15 7 5

Вместе с тем готовность принять участие в акциях протеста против снижения уровня и качества жизни, нарушения прав и свобод человека (варианты ответов «Готов» и «Пожалуй, готов») высказали 43 % опрошенных. При этом в отношении большинства из рассмотренных нами ранее угроз и опасностей можно констатировать увеличение доли лиц, готовых к активным протестным действиям, пропорционально нарастанию ощущения собственной незащищенности.

Второй важной составляющей социального самочувствия является удовлетворенность населением своей жизнью. Так, полностью удовлетворены жизнью 22 % опрошенных молодых людей; более половины респондентов (54 %) отметили вариант «скорее

удовлетворен»; затруднение в оценке вызвал данных вопрос у 12 % опрошенных; не очень удовлетворены и совсем не удовлетворены своей жизнью 12 % респондентов.

Важно отметить наличие определенной взаимосвязи между показателями удовлетворенности жизнью в целом и уверенностью в будущем. Как видно из таблицы 2 наиболее удовлетворенные своей жизнью респонденты достаточно высоко оценивают свои возможности и перспективы и проявляют уверенность в своем будущем.

В целом по данному показателю молодежь выказывает достаточно оптимистичный настрой. Так, доля вполне уверенных и скорее уверенных в своем будущем респондентов составляет 60 % опрошенных.

Таблица 2

Распределение оценок уверенности респондентов в своем будущем в зависимости от их удовлетворенности своей жизнью в целом

Насколько Вы удовлетворены свой жизнью в целом? Насколько Вы сегодня уверены или не уверены в своем будущем?

Вполне уверен

Полностью удовлетворен(а); скорее удовлетворен(а) 70 24 6

Затрудняюсь сказать точно 41 46 13

Не очень удовлетворен(а); совсем не удовлетворен(а) 18 45 38

Итого: 60 29 11

Социальное самочувствие студенческой молодежи в условиях модернизации российского общества 205

Стоит также отметить, что ощущение уверенности в будущем свойственно лицам, имеющим достаточно хорошее материальное положение, в то время как взаимосвязи данного показателя с полом респондента не было зафиксировано.

Также молодым людям был задан ряд вопросов об уже произошедших или предстоящих переменах в их жизни. Так, на вопрос об улучшении (ухудшении) жизни респондента и его семьи по сравнению с прошлым годом 37 % опрошенных ответили, что стали жить несколько или намного лучше; отрицательную тенденцию отметили 15 % респондентов, в то время как 43 % ответов пришлись на вариант «ничего не изменилось». Около 5 % респондентов затруднились дать какую-либо оценку.

Прогнозные преставления молодых людей о своей жизни и жизни своей семьи носят ярко выраженный позитивный характер. Считали, что в ближайшее время (до 1 года) будут жить несколько или значительно лучше 48 % опрошенных. Не ожидали особых изменений в жизни 22 % респондентов. Отрицательный прогноз был дан лишь 5 % опрошенных. Важно отметить, что данный вопрос, по сравнению с предыдущим, вызвал значительные затруднения: вариант «Не знаю» отметили 25 % респондентов.

Обращаясь непосредственно к коэффициентам, составляющим индекс социального самочувствия, отметим, что наилучшую позицию продемонстрировал ответ на вопрос об удовлетворенности жизнью в целом (Ку = 0,77). Также молодые люди придерживаются оптимистического взгляда на собственное будущее и будущее своей семьи (Ко = 0,72). В то время как защищенность они чувствует от относительно небольшого числа угроз и опасностей (Кз = 0,61). Само значение индекса социального самочувствия составило 0,70, что свидетельствует о достаточной социальной устойчивости рассматриваемой нами социально-демографической группы.

В процессе работы с эмпирическими данными было также осуществлено разбиение всей совокупности респондентов по величине индекса социального самочувствия на 3 группы: для первой группы Исс составил 0,62 балла и ниже, для второй - 0,630,77 баллов, для третьей группы - 0,78 балла и выше. Процентное распределение респондентов по указанным группам выглядит следующим образом: к первой группе отно-

сятся 20 % опрошенных респондентов, ко второй - 53 %, к третьей - 27 %. Далее представим сравнительные характеристики указанных групп респондентов, принимая во внимание главным образом уровни социальной и инновационной активности их представителей.

Так, представители первой из указанных групп не являлись организаторами и не участвовали в создании новых фирм или новых продуктов. Вместе с тем по 5 % из них приняли участие в разработке новых технологий и услуг. Участвовали в создании как новых фирм, так и новых продуктов около 7 % респондентов второй группы; почти 10 % из них также явились организаторами или приняли участие в создании новых технологий; 15 % -явились организаторами новых услуг или участвовали в организации таковых. В среднем 13 % респондентов третьей группы участвовали в создании новой фирмы и нового продукта; приняли участие в разработке новых технологий лишь 9 % из них; в создании и разработке новых услуг - 16 % представителей группы.

Важно отметить, что в процессе организации новых фирм молодые люди, как правило, не встречали поддержки или противодействия с чьей-либо стороны (36 %), либо принимали помощь друзей (24 % от числа ответивших). Процесс создания или участия в создании нового продукта также проходил при активной поддержке со стороны друзей (в случаях 34 % респондентов), а 22 % респондентов отметили повышенную активность конкурентов. В процессе создания и продвижения новой технологии или услуги около половины респондентов заручались дружеской поддержкой, примерно четверть из них не встречали какой-либо поддержки или противодействия и около 15 % респондентов получали поддержку со стороны администрации. Следует также отметить, что в среднем 10 % новаторов сталкивались с определенного рода противодействием со стороны чиновников.

В среднем не более 5 % представителей каждой из указанных групп оказались членами профсоюзов; членство в других общественных организациях оформлено у 10 % представителей первой и второй группы и 6 % представителей третьей группы. В большинстве случаев респонденты сходятся во мнении, что жители региона не участвуют в общественных организациях и формах местного самоуправление главным образом по-

206

А.С. Коломенская

тому, что не видят пользы для себя от такого участия: так считаю 65-67 % представителей первых двух групп и 80 % представителей третьей группы. Возможные опасения со стороны населения быть вовлеченными в неприглядные дела подчеркивают 33 % представителей первой группы, в то время как респонденты, принадлежащие второй группе, также акцентируют внимание на низкой информированности населения о том, как это можно сделать (15 % ответивших).

Интересен тот факт, что при достаточно высокой социальной и предпринимательской активности свыше половины представителей третьей группы в целом не готовы принять участие в каких-либо акциях протеста. Возможно, это свидетельствует о том, что высокий уровень социального самочувствия не является гарантом протестной активности личности в случае, когда не затрагиваются ее индивидуальные интересы и интересы малых групп, в которые она является включенной. В отношении первых двух групп были получены противоположные результаты: в среднем 55 % представителей каждой из них в целом готовы отстаивать нарушенные права и свободы и выступать против снижения уровня и качества жизни.

Абсолютное большинство представителей всех трех групп (от 70 до 90 %) являются студентами или учащимися. Подрабатывают в сферах торговли, быта или услуг около 10 % представителей второй группы. Среди представителей третьей группы встречаются работники финансовой сферы (8 %), а также бюджетных организаций (7 %). В числе приоритетных мест работы представители всех трех групп называют предприятия, находящиеся в личной собственности, или государственные и муниципальные предприятия. При этом иметь собственное дело и «вести его на свой страх и риск» готовы лишь некоторые представители второй и третьей групп (24 и 33 % ответивших соответственно), в то время как среди представителей первой группы выразили такое желание лишь 12 % ответивших. Однако в большинстве своем молодые люди ориентированы на наличие небольшого, но твердого заработка и уверенности в завтрашнем дне (в среднем около 40 % представителей каждой группы).

По мнению молодых людей, улучшение их жизни главным образом зависит от них самих: данный вариант выбрали 70 % представителей первой группы, 80 % - второй и 90 % - третьей. Определенную зависимость

от близких родственников и друзей ощущают, в основном, представители второй и третьей группы; для них же характерно ощущение достаточно высокой степени зависимости от властей различных уровней.

Независимо от рассматриваемой группы респондентов наибольшую поддержку среди молодежи получили современные (их также называют модернистскими, либеральными) и общечеловеческие ценности. Так, ключевой ценностью по общему уровню поддержки респондентов явилась «жизнь человека», относящаяся к группе современных (4,5 балла из 5). Молодежь также присваивала высокие баллы ценностям «порядок» (4,47 балла) и «общительность» (4,41 балла), относящимся к группе общечеловеческих (краткое описание методики построения структуры ценностных предпочтений, разработанной Н.И. Лапиным, и результаты анализа общей структуры базовых ценностей студенческой молодежи Новосибирска представлены в [11]). Значимыми (при уровне значимости 0,05) являются различия в оценках представителями первой и третьей группы таких ценностей, как «благополучие», «властность», «своевольность» и «традиция». При этом представители третьей группы присваивали указанным ценностям значения в среднем на 0,7 балла выше, по сравнению с представителями первой группы.

Заключение. По результатам проведенного исследования можно констатировать подтверждение выдвинутой нами гипотезы. Более высокий уровень социального самочувствия индивида, как правило, оказывался сопряженным с достаточно высокой интенсивностью осуществляемой им социальной и инновационной деятельности. Тем не менее декларирование определенных закономерностей возможно лишь с учетом подтверждения статистической значимости взаимосвязей, что может составить предметную область дальнейших исследований в рамках данной проблематики.

1. Яницкий О. Н. Модернизация в России и вокруг: конспект // Социологические исследования. - 2011. - № 5. - С. 136-145.

2. Лапин Н. И. Социокультурные факторы российской стагнации и модернизации // Социологические исследования. - 2011. -№ 9. - С. 3-18.

3. Петрова Л. Е. Социальное самочувствие молодежи // Социологические исследования. - 2000. - № 12. - С. 50-55.

Социальное самочувствие студенческой молодежи в условиях модернизации российского общества 207

4. Давыдова Е. В. Измерение социального самочувствия молодежи. - М. : Ин-т социологии РАН, 1992. - 102 с.

5. Головаха Е. И., Панина Н. В., Горба-чик А. П. Измерение социального самочувствия: тест ИИСС // Социология: 4М. - 1998. -№ 10. - С. 45-71.

6. Бурко В. А. Социальное самочувствие в условиях трансформации российского общества: региональный аспект : автореф. дис. ... канд. социол. наук. - Пермь, 2000. - 27 с.

7. Баталова Н. Л. Социальное самочувствие молодежи в условиях изменяющегося общества: региональный аспект : автореф. дис. ... канд. социол. наук. - Тюмень, 2009. - 27 с.

8. Молодежь современной России - ключевой ресурс модернизации / кол. авторов;

общ. ред. А. А. Шабуновой. - Вологда : ИСЭРТ, 2013. - 146 с.

9. Митягина Е. В. Ресурсность российских рабочих в условиях современных мо-дернизационных процессов. - Н. Новгород : НИСОЦ, 2014. - 188 с.

10. Лапин Н. И., Беляева Л. А. Программа и типовой инструментарий «Социокультурный портрет региона России» (Модификация-2010). - М. : ИФРАН, 2010. - 109 с.

11. Коломенская А. С. Функциональноориентирующие кластеры базовых ценностей студенческой молодежи // Современные проблемы науки и образования. - 2015. - № 1. -URL : http://www.science-education.ru/121-18431 (дата обращения: 10.07.2015).