О проблеме соотношения понятий «Оценка» и «Модальность»

УДК 811.161.1: 161.26

ББК Ш 100

Г. П. Гавриличева О проблеме соотношения понятий «оценка» и «модальность»

В статье рассматривается взаимодействие понятий оценки и модальности в лингвистике, а также соотношение данных категорий. Анализируется классификация модусов, разработанная отдельными учеными-лингвистами, обозначены общие признаки вышеуказанных категорий. Представлены несколько точек зрения о приравнивании оценочного значения к модальному в лингвистике. Понятие модальности также рассмотрено с точки зрения классической логики. Автор приходит к выводу о том, что оценка является одним из типов модальности.

Ключевые слова: модальность, оценка, оценочное значение, оценочный модус, соотношение категорий, пропозиция.

G. P. Gavrilicheva

About the problem of the notions "evaluation" and "modality" correlation

In the article the interaction of the notions evaluation and modality in linguistics and their correlation is observed. Modus classification provided by some linguists is analyzed, the common features of these notions are defined in the article. Also in the article some points of view about equating the evaluative meaning to modal in linguistics are presented. The modality concepts are analyzed according to classical logic. The author comes to conclusion that evaluation is one of the modality types.

Keywords: modality, evaluation, evaluative meaning, evaluative modus, correlation categories, proposition.

Понятие модальности восходит к формальной классической логике, откуда лингвистика заимствовала классификацию суждений на ассерторические (суждения действительности), проблематические (суждения возможности) и аподиктические (суждения необходимости) и, кроме того, на суждения достоверные и вероятные. Тем самым в общих чертах была задана смысловая область модальности. Истоки понятия оценки также восходят к логике. Поэтому вначале представляется целесообразным рассмотреть, как решается вопрос о соотношении оценки и модальности в логике.

Для проведения различия между оценками и тем, что ими не является, нередко используется оппозиция «описывать - оценивать». Дескриптивное, или описывающее рассуждение (называемое также «информативным», «фактическим», «познавательным», «индикативным» и т. п.) противопоставляется при этом оценочному рассуждению [10, с. 11]. Иногда эта оппозиция, становясь значением предложений, делит их на теоретические (дескриптивные, индикативные, ассерторические) и оценочные (аксиологические) предложения.

«Теоретические - это предложения, говорящие о действительности, указывающие на то, какой она является и какой не является, дающие ее описание. Оценочные - это предложения, говорящие о том, что человек считает

ценным, что он считает плохим и что безразличным, предложения, выражающие убеждения людей о том, что есть добро и что есть зло» [10, с. 11]. Таким образом, в логике модальность толкуется как отношение высказывания к действительности, а оценка - как высказывание о ценностях; под ценностью при этом понимается всякий предмет любого интереса, желания, стремления и т. д. Слово «ценность» иногда употребляется в том же смысле, что и термины «положительная ценность» или «добро» [10, с. 13]. Исходя из этих определений, модальность и оценка дифференцируются по логическому содержанию и языковому значению предложений, в которые они преобразуются. Наряду с этой точкой зрения существует другая, согласно которой оценка в логике относится к модальности.

Причисление оценки к модальным значениям, по всей видимости, зависит от объема самого понятия модальности, т.к. ученые вкладывают в это понятие различный смысл. В одних случаях слова «модус» и «модальность» используются для обозначения понятий «необходимо», «возможно», «невозможно», «верно», «неверно». В других случаях первым двум понятиям (модус и модальность) придается более широкий смысл. К модальным при этом относятся такие понятия, как «знает», «полагает», «доказуемо», «обязательно» и т. п. [10, с. 13].

Логик XVIII века Исаак Уотс, причисляя значения необходимости, возможности, невозможности, случайности к модальным, пишет: «Следует заметить, что эта четверка модальных понятий является перечислением только естественных модусов, или способов, какими предикат может быть связан с субъектом. Мы можем описать также некоторые моральные и гражданские модусы, а именно законность и незаконность, выгодность и невыгодность и т. д., следовательно, мы можем образовать такие модальные суждения, как: «незаконно для любого человека убивать невинного», «невыгодно говорить все, что думаешь» и т. п.» [15, с. 162-163]. «Согласно этим характеристикам модальностей не только логика норм, но и логика оценок относится к модальной логике» [10, с. 14]. И действительно, два примера, приведенные выше, содержат в своем значении оценку со знаком минус.

Фон-Вригт, называя оценку аксиологическим концептом, определяет ее место среди других основных логических концептов. К основным категориям концептов фон-Вригт относит следующие: 1) собственно оценка: хорошее и плохое, добро и зло; 2) нормативные концепты (обязанность, дозволенность, разрешенность, право); 3) концепты, относящиеся к человеческим действиям, поступкам (практическое рассуждение, намерение, мотив, воля, желание, необходимость, потребность). Эта классификация показывает, что ученый рассматривает оценку как предмет изучения модальной логики.

Проблема оценки и модальности является дискуссионной не только в логике, но и в лингвистике. Это отмечает А. В. Бондарко: «Трактовка модальности в современной лингвистике необычайно широка, к тому же трудно найти двух авторов, которые бы понимали модальность одинаково» [4, с. 67]. Разногласия вызывают вопросы об объеме этого понятия и, следовательно, о границах соответствующего языкового явления. Поэтому выявление соотношения оценки и модальности как языковых явлений требует определения позиций по отношению к каждому из них. Анализ литературы показывает, что распространение получила точка зрения, согласно которой оценка понимается как отношение субъекта к другому субъекту, объекту или явлению; как суждение

говорящего, его отношение - одобрение или неодобрение, желание, поощрение и т. п. [3, с. 305]. Будучи выраженной языковыми средствами, оценка становится свойством языковых элементов, которое Н. А. Лукьянова называет оценочностью [12]. Приведенные определения представляются наиболее общими, тогда как лингвисты, исследующие проблему оценки в языке, выделяют параметры, по которым осуществляется оценка, тем самым конкретизируя характер отношения субъекта к другому субъекту, объекту или явлению. Наиболее полную классификацию оценочных значений разработала

Н. Д. Арутюнова. В ее работе «Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт», которая представляет собой первую работу, где оценочное значение в языке является одним из основных объектов исследования, представлены два подхода к толкованию оценочного значения: широкий и узкий. Оценочное значение может быть общеоценочным, если субъект, объект или явление оцениваются по признаку «хороший / плохой», «хорошо / плохо». Языковые структуры с таким оценочным значением Е. М. Вольф называет «собственно оценочными» и говорит: «собственно оценочными следует признать лишь те структуры, где имеется смысл «хорошо / плохо» [7, с. 40]. «Хорошее значит соответствующее идеализированной модели макро- или микромира, осознаваемой как цель бытия человека, а, следовательно, и его деятельности; плохое значит несоответствующее этой модели по одному из присущих ей параметров» [2, с. 59].

Таким образом, оценочное значение соотносится как с действительным (реальным), так и с идеализированным мирами. Также, по Н. Д. Арутюновой, оценочное значение может быть частнооценочным, дающим оценку какому-то одному из аспектов субъекта, объекта или явления по признаку эффективности, полезности, нравственности и т. д. [2, с. 75-76]. Шаховский В. И. называет оценку оценочной семой и дает ей следующее определение: «Оценочная сема - микрокомпонент слова, участвующий в реализации аксиологической функции слова, т.е. квалификации обозначаемого предмета или его свойств, признаков как «хорошие» или «плохие» по отношению к социальной норме» [13, с. 27].

В приведенных определениях оценки (оценочности) в лингвистике прослеживаются следующие общие признаки оценочного значения: 1) обязательное наличие субъекта; «Для того, чтобы оценить объект, человек должен «пропустить его через себя» ... вне человека нет оценки» [2, с. 53, 55]; 2) отношение субъекта к другому субъекту, объекту или явлению; 3) квалификация субъекта, объекта или явления как хорошего / плохого (возможно по определенным частным признакам; 4) соотнесенность с действительным и идеализированным мирами.

По указанным четырем признакам, характерным для оценочного значения, мы проанализировали различные подходы к пониманию модальности в лингвистике с целью выявить соотношение оценки и модальности. Проведенный анализ показал, что существуют, по крайней мере, три точки зрения на соотношение этих категорий:

1) отнесение оценки к периферии модальности; 2) дифференциация оценки и модальности; и 3) приравнивание оценки к модальности. Далее в статье представлены эти три подхода к определению соотношения оценки и модальности.

В советском языкознании у истоков теории модальности стоит В. В. Виноградов. Ученый определяет модальность как грамматическое отношение и пишет: «Грамматические отношения могут быть двоякого рода: либо объективно - синтаксические отношения между словами в словосочетании, в предложении, либо отношения всего высказывания или предложения к реальности, называемые субъективно-объективными, или модальными» [6, с. 594].

А. В. Бондарко, который в понимании модальности придерживается точки зрения В. В. Виноградова, следующим образом определяет категорию модальности: «модальность может рассматриваться как комплекс актуализационных категорий, характеризующих с точки зрения говорящего отношение пропозитивной основы высказывания к действительности по доминирующим признакам реальности / ирреальности. То или иное отношение к этим признакам представлено в значениях: 1) актуальности/ потенциальности (возможности, гипотетичности, необходимости); 2) оценки достоверности; 3) коммуникативной установки вы-

сказывания; 4) утверждения/отрицания;

5) засвидетельствованности (пересказы-вания/непересказывания). С модальностью частично связана семантикопрагматическая сфера качественной и эмоциональной оценки» [4, с. 59-60]. В двух данных определениях модальности присутствует признак отношения высказывания к действительности, а под отношением к действительности понимается «действительность в представлении говорящего. Именно это представление отражено в языковых модальных значениях» [4, с. 64]. Таким образом, по мнению ученых, помимо отношения к действительности обязательным компонентом модального значения является субъект, говорящий. Обязательное присутствие субъекта и его отношения к высказыванию, а также соотнесенность с реальным миром - то общее, что объединяет оценку и модальность и, следовательно, определяет частичное, или периферийное включение оценочного значения в модальное. «Оце-ночность лишь частично связана с семантикой модальности: налицо точка зрения говорящего, его отношение к содержанию высказывания, но далеко не всегда достаточно ясно выражено отношение содержания высказывания к действительности. Скорее всего, оценочность целесообразно рассматривать как особую семантико-прагматическую сферу, взаимодействующую с модальностью. Разумеется, четких граней здесь нет, и отнесение качественной и эмоциональной оценки к модальности нельзя исключить, однако речь может идти только о периферии модальности, где специфические признаки данной категории размываются» [4, с. 61].

В работе «Теория функциональной грамматики: Темпоральность. Модальность»

представлен перечень тех языковых явлений, которые относятся к модальности, с учетом как узкого, так и широкого подходов к пониманию категории модальности. Всего выделено шесть типов значений, имеющих разнообразные (грамматические, лексические, интонационные) средства выражения:

1) оценка говорящим содержания высказывания с точки зрения реальности / нереальности;

2) оценка обозначаемой в высказывании ситуации с точки зрения ее возможности, необходимости или желательности;

3) оценка говорящим степени его уверенности в достоверности сообщаемого;

4) целевая установка говорящего или коммуникативная функция высказывания. По этому признаку все предложения подразделяются на повествовательные, вопросительные, побудительные и оптативные (выражающие желание);

5) значения утверждения /отрицания, отражающие наличие / отсутствие объективных связей между предметами, событиями, о которых идет речь в предложении;

6) эмоциональная и качественная оценка содержания высказывания [4, с. 67-68].

Все модальные значения, представленные в этом перечне, в совокупности отражают широкое понимание модальности. Многие авторы отстаивают более узкое понимание этой категории, ограничивая ее содержание несколькими значениями из приведенного списка. При этом обычно устанавливается иерархия значений: одно из них рассматривается как основное. Широко распространена точка зрения, согласно которой инвариантным значением модальности является отнесенность содержания высказывания к действительности (тип 1). По мнению А. М. Пешковского, категория модальности выражает только одно отношение - отношение говорящего к той связи, которая устанавливается им же между содержанием данного высказывания и действительностью, т.е. «отношение к отношению» [11, с. 304]. Понимаемая таким образом модальность распространяется на отношение субъекта высказывания к действию (субъект может, должен, хочет сделать что-либо) (тип 2) и отношение говорящего к достоверности высказывания (тип 3). Такой взгляд на модальность выражен, например, в работах Ломтева Т. П. «Предложение и его грамматические категории», Ермолаевой Л. С. «Типология системы наклонения в современных германских языках», Панфилова В. З. «Категория модальности и ее роль в конституировании структуры предложения и суждения», Бондаренко В. Н. «Виды модальных значений и их выражение в языке». Очевидно, что при узком понимании модальности оценочное значение оказывается дифференцированным от модального.

Третья точка зрения о приравнивании оценочного значения к модальному связана

с более широким толкованием модальности, а, следовательно, и большим объемом этого понятия. Говоря об объеме понятия модальность, представляется необходимым упомянуть о понятии модуса. По мнению Ш. Балли, который является основоположником самой распространенной концепции модальности в западноевропейской лингвистике, в любом высказывании можно выделить «основное содержание (диктум) и модальную часть (модус), в которой выражается интеллектуальное, эмоциональное или волевое суждение говорящего в отношении диктума» [4, с. 69]. Дальнейшим развитием концепции Ш. Балли явилось выделение нескольких типов модальности, основанное на функционально-семантической дифференциации модусов. В частности, Т. Б. Алисова различает два типа модальности: коммуникативную и субъективно-оценочную. Значит, если рассматривать модальность не только как отношение суждения к действительности, а шире, как модус, то оценочное значение можно определить как один из видов модальной семантики. Н. Д. Арутюнова выделяет несколько типов модусов, значения которых распределены по следующим основным планам: перцептивному (сенсорному), ментальному (когнитивному, эпистемическому), эмотивному и волеизъявительному (волитивному). К сенсорному плану принадлежат модусы чувственного восприятия: видеть, слышать, ощущать и др. К ментальному плану принадлежат модусы, выражающие: 1) полагание (мнение),

2) сомнение и допущение, 3) истинностную оценку, 4) знание, 5) незнание, 6) общую аксиологическую оценку. К эмотивному плану принадлежат модусы эмоционального состояния и отношения. К волитивному плану относятся модусы: 1) желания и волеизъявления, 2) необходимости» [2, с. 109].

Данная классификация модусов включает оценку как общую аксиологическую, так и частную, так как выражение безразличия, сомнения, эмоций по поводу какого-либо объекта или события также являются оценкой. Это еще раз доказывает, что, если в понятие модальность вкладывать широкий смысл и рассматривать его как модус, то можно говорить об оценке как об одном из видов модальности, который Е. М. Вольф называет «оценочным модусом». Ученый

пишет: «Оценочные высказывания, по-

добно другим модальным, можно описать посредством формулы, предложенной

А. Прайором: «Это есть F, что P», где на место F подставляются самые разные модальные выражения: «Важно, что P», «Необходимо, что P», а также «Хорошо / плохо, что P». Очевидно, что формула А. Прайора не охватывает всех случаев оценки, так как она приложима лишь к оценкам, где от оценочного модуса зависит целая пропозиция: «Хорошо, что ты здесь». Логическое представление структуры оценки «Хорошо / плохо, что P», как, впрочем, и другие модальные формулы, для естественного языка является условным, так как в языке способы выражения оценки весьма разнообразны и далеко не всегда могут быть сведены к этой модели: «Она хорошо поет» не тождественно «Хорошо, что она поет» [7, с. 79].

Существует огромное количество оценочных слов (прилагательных, наречий, существительных), которые обозначают оценку какого-либо лица, предмета. Но их нельзя назвать оценочными модусами, так как к ним не применима модальная формула «Это есть F, что P», принадлежащая к модальности de dicto, в структуре которой «модальный оператор приписывается предложению (суждению)» [7, с. 13]. Но существует еще один тип модальной структуры, модальная структура de re, «в форме которой оценочное выражение относится непосредственно к обозначению объекта» [8, с. 14]. Значит, оценочное значение, выраженное отдельными словами, относится к модальности de re. Следовательно, все модальные значения (возможности, необходимости, истинности, достоверности и т. д.) относятся к модальной структуре de dicto, тогда как оценочное значение может принадлежать как к структуре de dicto, так и к структуре de re. А. Вежбицкая в своей работе «Дескрипция или цитация» также придерживается точки зрения, что оценочное значение нужно относить к значениям модальным. «Кажется ясным модальный характер оценочных суждений» [5, с. 254].

Кроме перечисленных выше общих признаков оценки и модальности, позволяющих отнести оценочное значение к модальным, есть еще одна «точка соприкосновения»

оценки и модальности, которой является наличие коммуникативной направленности, целевой установки употребления той или иной оценочной или модальной языковой структуры. Определяя свое отношение к содержанию высказывания и к действительности, говорящий выражает свои желания, стремления, побуждает к действию. Оценочный предикат, по Хаэру, уже сам по себе обладает иллокутивной силой, так как «целью его употребления является сформировать некоторое отношение, мнение, оказать на других лиц воздействие» [14, с. 91].

В. И. Жельвис также говорит о положительной оценке как о «мощном оружии изменения поведения в желаемую сторону» [9, с. 9]. В статье Л. Н. Анипкиной идет речь о коммуникативной направленности прямой оценки: «В случае прямой оценки иллокутивная сила речевого акта направлена на то, чтобы воздействовать определенным образом на эмоциональное состояние адресата» [1, с. 59]. А воздействие на эмоциональное состояние слушающего или читающего влечет за собой эмоциональную реакцию, какие-то действия и, возможно, изменение поведения.

Проведенный нами анализ различных точек зрения на понимание оценки и модальности позволил сделать следующие выводы. В логике нет единогласного мнения о соотношении оценки и модальности. Согласно одной точке зрения оценка рассматривается дифференцированно от модальности, а согласно другой - оценка считается одним из видов модальности. В лингвистике существуют по крайней мере три точки зрения на проблему соотношения оценочного и модального значений: 1) отнесение оценки к периферии модальности (А. В. Бондарко, В. В. Виноградов); 2) дифференциация оценки и модальности (А. М. Пешковский, Т. П. Ломтев, Л. С. Ермолаева, В. Н. Бондаренко); 3) приравнивание оценки к модальности (Н. Д. Арутюнова, Е. М. Вольф, Ш. Балли, А. Вежбицкая). Мы придерживаемся широкого понимания модальности и считаем, что, основываясь на доказательствах, приведенных выше, представляется вполне обоснованным считать оценочное значение одним из видов модального значения.

Список литературы

1. Анипкина Л. Н. Оценочные высказывания в прагматическом аспекте // Филологические науки. 2000. № 2. С. 58-66.

2. Арутюнова Н. Д. Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. М. : Наука, 1988. 341 с.

3. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М. : Советская энциклопедия, 1969. 607 с.

4. Бондарко А. В. Теория функциональной грамматики: Темпоральность. Модальность. Л. : Наука, 1990. 262 с.

5. Вежбицкая А. Дескрипция или цитация // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIII. Логический анализ естественного языка. М. : Радуга, 1982. С. 237-262.

6. Виноградов В. В. Грамматическое учение о слове. М. : Русский язык, 2001. 720 с.

7. Вольф Е. М. Грамматика и семантика прилагательного. М. : Наука, 1978. 199 с.

8. Вольф Е. М. Функциональная семантика оценки. М. : Наука, 1985. 228 с.

9. Жельвис В. И. Эмотивный аспект речи. Психолингвистическая интерпретация речевого воздействия. Ярославль : Изд-во ЯрГу, 1990. 81 с.

10. Ивин А. А. Основания логики оценок. М. : Изд-во МГУ, 1970. 230 с.

11. Лингвистический энциклопедический словарь / под ред. В. Н. Ярцевой. М. : Советская энциклопедия, 1990. 685 с.

12. Лукьянова Н. А. О соотношении понятий экспрессивность, эмоциональность, оценоч-ность //Актуальные проблемы лексикологии и словообразования. Вып. V. Новосибирск : Изд-во НГУ, 1976. С. 3-21.

13. Шаховский В. И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. Воронеж : Изд-во Воронежского гос. ун-та, 1987. 191 с.

14. Hare R. M. The language of morals. London: Oxford UP, 1967. 168 p.

15. Watts I. Logic. London, 1811.

УДК 81.11+81.13

ББК 81.2Бур.

Г. А. Дырхеева

К проблеме изучения динамики изменения языкового сознания бурят-билингвов

Понятие «языковое сознание» активно разрабатывается в современной лингвистике. Его изучение особенно актуально в случае выявления специфики общения носителей разных языков, тем более, если носители являются двуязычными. В статье рассматриваются особенности изменения языкового сознания в случае бурятско-русского билингвизма. Для выявления этих особенностей используются результаты ассоциативного эксперимента. Анализируются такие характеристики как ядро языкового сознания, коэффициент стереотипности, национально-культурная специфика ассоциаций.

Ключевые слова: языковое сознание, ассоциативный эксперимент, бурятско-русское двуязычие, типы ассоциативных связей.

G. A. Dyrkheeva

To the investigation problem of the buryat-bilingual consciousness dynamics

The term "linguistic consciousness" is actively learned in modern linguistics. Its learning is especially actual in case of communication specifics revealing between the representatives of different languages, moreover, if they are bilingual. In the article the peculiarities of linguistic consciousness changes in case of buryat-russian bilingvism are considered. To reveal these peculiarities the results of associative experiment are used. Also the characteristics as nuclear of linguistic consciousness, efficiency factor of stereotypes, national cultural specifics of associations are presented in the article.

Keywords: linguistic consciousness, associative experiment, buryat-russian bilingvism, types of associative connections.

В последние годы в связи с активизацией антропоцентрической методологии все больше внимания в гуманитарных исследованиях уделяется национальным особенно-

стям личности, в том числе и языковой, ее трансформации в условиях все более усиливающихся процессов межкультурного, межъязыкового взаимодействия. В нашей