Понятие и виды пределов административного усмотрения

Чабан Евгений Александрович

кандидат юридических наук,

преподаватель кафедры государственно-правовых дисциплин Северо-Кавказского филиала Российской академии правосудия

Понятие и виды пределов административного усмотрения

В статье исследуются многообразные научные подходы к определению понятий и видов пределов административного усмотрения, предлагается собственное видение данной проблемы. Автор отмечает, что в правотворчестве, реализации норм права и государственном принуждении формируются правовые пределы правоприменительного усмотрения, а на стадии информационного и ценностного воздействия правовых предписаний на субъектов отношений формируются нравственно-правовые пределы правоприменительного усмотрения.

Ключевые слова: административное усмотрение, стадии правового регулирования, пределы усмотрения, правовые пределы, нравственные пределы, процессуальные пределы.

E.A. Chaban, Master of Law, Teacher of a Chair of State and Legal Disciplines of North Caucasus branch of the Russian Academy of Justice; tel.: +78612583770.

The concept and limits of administrative discretion

This article takes a variety of scientific approaches to the definition of concepts and the limits of administrative discretion, offer its own vision of the problem. The author notes that in the application of law, the rule of law and state coercion are legal limits of enforcement discretion, and under information and values the impact of legal regulations on the subject of relationships is formed by moral and legal limits of enforcement discretion.

Key words: administrative discretion, stages of legal regulation, limits of discretion, legal limits, moral limits, procedural limits.

Особенности административно-правового усмотрения в современной России во многом предопределяются потребностями совершенствования процессов позитивного государственного и муниципального управления, защитой прав и свобод граждан и хозяйствующих субъектов от произвола властей. Допускаемая действующим правом возможность выбора на основе правового предписания наиболее целесообразного варианта разрешения конкретного административного дела порождает практическую необходимость в институте административно-правового усмотрения. Между тем право на использование органом или должностным лицом государственного и муниципального управления административного усмотрения не является абсолютным и ничем не ограниченным. Само по себе административно-правовое усмотрение предполагает наличие определенных границ его осуществления в правоприменительной деятельности органов государственного и муниципального управления. Установление пределов административного усмотрения является важной гарантией обеспечения закон-

ности в деятельности указанных субъектов управления. Поэтому правоприменительное управленческое решение не лишается свойства законности и обоснованности лишь на том основании, что должностное лицо органа управления осуществляет административное усмотрение как прием выработки наиболее оптимального, целесообразного, необходимого и социально желаемого управленческого решения.

Современное состояние развития управленческих отношений и той роли, которую выполняют в них органы и должностные лица государственного и муниципального управления, позволяет признать необходимым определение рамок административного усмотрения и установления пределов данного вида усмотрения. Это обстоятельство требует научного осмысления вопросов пределов административного усмотрения, тем более что эти проблемы активно обсуждаются в отечественной и зарубежной юридической науке. Следует подчеркнуть, что пределы усмотрения в науке рассматривались в различных аспектах - как правоприменительное, административное, судебное, материальное и процессуальное ус-

92

мотрение. Все это многообразие подходов к анализу пределов правового усмотрения имеет важное научно-теоретическое значение, позволяющее выработать практические аспекты, направленные на совершенствование и повышение эффективности государственного и муниципального управления.

Одной из значимых работ зарубежных авторов, в которых рассматриваются пределы судебного усмотрения, является работа А. Барака [1], посвятившего этой проблеме один из вопросов первой главы своей монографии. Он видит проблему пределов судебного усмотрения не только в узком и широком усмотрении судьи, но и в тех полномочиях на его осуществление, которыми он наделяется. А. Барак отмечает, что различие широкого и узкого усмотрения «относится к числу законных вариантов, открытых для судьи: когда усмотрение узкое, число вариантов мало, хотя никогда не опускается ниже двух; когда усмотрение широкое, число вариантов велико. Другое различие принимает во внимание степень директивно-сти и ограничения, которой закон наделяет лицо, применяющее усмотрение при выборе из разных альтернатив (будь они широкими или узкими). Это различие касается не числа вариантов, а скорее степени свободы, которой обладает управомоченная сторона - в отношении как формы, так и содержания - при выборе из существующих вариантов» [1, с. 27]. Далее автор излагает общепризнанное положение о том, что если усмотрение основано на праве, то оно не может быть абсолютным, одновременно признавая возможность абсолютного административного усмотрения, но подлежащего судебному контролю [1, с. 29-30]. Рассматривая виды пределов судебного усмотрения, А. Барак выделяет процедурные и материальные ограничения. Процедурные ограничения он относит к ограничениям процессуального характера, отмечая при этом, что «есть ограничения по процедуре, которым он должен следовать, и характерным чертам, которые он должен продемонстрировать в течение этого процесса. Эти ограничения можно сгруппировать под общим заголовком "Справедливость"» [1, с. 32-33]. Здесь следует отметить, что рассматриваемый автор - представитель англосаксонской правовой семьи, и принцип справедливости является важным принципом осуществления правосудия. Материальное ограничение, по его мнению, характеризуется тем, что «судья должен действовать на основе принятых правил толкования и на основе правил системы, относящихся к общему праву и

восполнению пробелов в системе» [1, с. 35]. Материальное ограничение основывается на принципе разумности [1, с. 39].

Таким образом, А. Барак выделяет два вида ограничений правового усмотрения: процедурные и материальные, причем все они являются лишь правовыми ограничениями судебного усмотрения. Приведенный подход имеет важную практическую ценность, которая заключается в том, что он увязывает в единое целое материальные и процессуальные ограничения судебного усмотрения. Вместе с тем, в концепции исследуемого автора имеются отдельные недостатки. Во-первых, А. Барак не выделяет нравственные пределы судебного усмотрения как самостоятельный вид пределов (ограничений) усмотрения. Во-вторых, рассматривает процедурные и материальные пределы как пределы, основанные на справедливости и разумности. Такой подход свойственен англосаксонской правовой системе, где данные принципы лежат в основе правоприменения, они не имеют такого же значения в рамках ро-мано-германской правовой системы, к которой относится и российская правовая система.

В российской юридической науке сходную точку зрения на пределы судебного усмотрения излагает В.Н. Мартышкин [2]. Он, в частности, отмечает, что «устранить опасность субъективизма и произвола возможно путем введения судейского усмотрения в рамки определенных правовых ограничений: процедурных и материальных» [3, с. 4]. Далее он характеризует эти виды пределов судебного усмотрения: «Процедурные ограничения определяются порядком и пределами проведения судебного разбирательства (ст. 252 УПК РФ), соблюдением основополагающих принципов Кодекса, конституционных требований. Суть их заключается в том, что у суда лишь две задачи: осуществление правосудия в установленной форме и создание в связи с этим необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и предоставленных им прав. Материальные ограничения усмотрения определяются пределами формулы предъявленного обвинения, а при исполнении приговора - порядком разрешения вопросов, предусмотренных в ст. 397 УПК РФ и в границах заявленного ходатайства, или представления субъектов, наделенных правом обращения в суд (п. 1-5 ч. 1 ст. 397 УПК РФ, ст. 140, 175, 177 Уголовно-исполнительного кодекса РФ)» [3, с. 4].

Специальному исследованию вопросов пределов судебного усмотрения посвящена работа К.П. Ермаковой, которая отмечает, что

93

«функционирование института судебного усмотрения предполагает комплекс правовых и нравственных пределов. Правовые пределы судебного усмотрения связаны с содержанием принципов и норм права, а также юридической практикой их применения. В правоприменении данные пределы являются доминирующими (основными), именно они в большей мере ставят границы, в рамках которых выбор судом варианта решения наиболее оптимален. Нравственно-правовые пределы судебного усмотрения формируются на началах нравственных категорий, нашедших свое правовое закрепление. В судебной практике указанные пределы в большинстве случаев можно отнести к числу вспомогательных или факультативных, дополняющих и конкретизирующих правовые пределы усмотрения» [4, с. 8]. Далее цитируемый автор отмечает, что правовые пределы судебного усмотрения подразделяются на следующие разновидности: а) правовые принципы; б) технико-юридические приемы построения норм права, где находит закрепление относительно определенный их характер, фиксируются доступные альтернативы правового поведения, закрепляются верхние и (или) нижние границы вариантов решения дела, а также устанавливаются определенные условия (временные рамки, наступление определенных обстоятельств, качественные, количественные условия и др.); в) правила применения аналогии закона и аналогии права или правил преодоления пробелов правового регулирования общественных отношений; г) правила разрешения коллизий правового регулирования общественных отношений; д) при применении оценочных понятий пределами усмотрения являются легальные правовые дефиниции, судебные правовые дефиниции, правовые позиции судов, выводы научных исследований и т.п. [4, с. 9-10]. Нравственно-правовые пределы судебного усмотрения К.П. Ермакова видит в следующем: а) в справедливости, которая проявляется в независимости и беспристрастности судьи и выступает залогом восстановления нарушенного права в той мере, которая соразмерна характеру и степени нарушения;

б) в добросовестности, которая заключается в необходимости соответствия суда таким требованиям, как честность, правдивость, совестливость, осознание собственного долга и др.;

в) в разумности, которая характеризуется соотнесением собственных представлений суда о «разумности» с мнением о ней так называемого «среднего судьи», добросовестно осуществляющего свои обязанности и принимающего

решение с учетом юридических предписаний и справедливости [4, с. 10]. В другой работе К.П. Ермакова отмечает, что судебное усмотрение ограничивается правом и «пределом осуществляемых судом правомочий», ссылаясь при этом на мнение известных ученых-процессуалистов [5]. Формулируя понятие пределов усмотрения, она указывает, что «пределы судебного усмотрения - это установленный легальными субъектами с помощью специальных правовых средств в нормативных правовых актах, иных формах права вид правовых ограничений, устанавливающий границы, в рамках которых суд имеет возможность волевого выбора для оптимального разрешения юридического вопроса» [5]. Далее приведенный автор показывает, что все правовые пределы могут быть разделены «как нормативные пределы судебного усмотрения, специальные пределы судебного усмотрения, а также пределы судебного усмотрения при применении оценочных понятий» [5].

Вышеуказанные положения представляют определенный интерес, т.к. расширяют представление о пределах судебного усмотрения, включая в их систему еще и нравственно-правовые пределы такого усмотрения. Однако К.П. Ермакова акцентирует внимание лишь на материально-правовых пределах судебного усмотрения, но в процессе деятельности суда существует большое количество процессуальных (процедурных, как их определяет А. Барак) пределов усмотрения.

Проблеме пределов административного усмотрения уделял внимание Ю.А. Тихомиров. Он обоснованно отмечал, что административное усмотрение может быть ограничено лишь законом (правом) [6, с. 77]. В дальнейшем, развивая указанную идею, автор пишет: «Мешает и неправильная трактовка известного принципа "дозволено все, если не запрещено законом", известная со времен французской революции. Воскрешенная в годы перестройки, эта формула стала знаменем "борьбы" с действующими законами и другими актами. И ею охотно воспользовались управленцы, должностные лица и хозяйственные руководители, поскольку общедозволительный порядок открывал им простор для деятельности. Однако правильно было отмечено учеными-юристами: такой принцип не подходит для регулирования деятельности в сфере управления, где должны применяться разрешительный порядок и определение исключительной компетенции администрации. Исчерпывающий перечень ее прав и обязанностей, "можно только то, что прямо

94

разрешено законом" - вот принцип, создающий строго законную основу для административного усмотрения» [6, с. 78]. Ю.А. Тихомиров отмечает, что деформация административного усмотрения «порождается и проблемами в законе и законодательстве. Они особенно остро ощущаются в сфере государственного управления, когда материально-административные нормы не сопровождаются административно-процессуальными нормами, когда неполно или неточно определены функции органов, полномочия и допускаемые способы их осуществления, а также и взаимоотношения, основания и виды ответственности» [6, с. 79].

А.А. Березин определяет пределы правоприменительного усмотрения как «установленные посредством особого правового инструментария границы, в рамках которых субъект правоприменения на основе комплексного анализа обстоятельств юридического дела уполномочен вынести оптимальное решение с точки зрения принципов законности, справедливости и целесообразности» [7, с. 66]. Как видно из приведенного определения, совершенно непонятно, что же все-таки является пределом судебного усмотрения: правовая норма или принципы права, либо в данном определении пределы такого усмотрения являются правовыми и основываются на принципах законности, справедливости и целесообразности. Представляется, что данный подход ничего нового в определение данного явления не вносит.

Обстоятельным представляется исследование пределов правового усмотрения, проведенное Л.Н. Берг. Так, она пишет, что «пределы судебного усмотрения - это правовые рамки, установленные уполномоченными субъектами, с помощью правовых юридических средств, четко ограничивающие объем применения права» [8, с. 109]. Далее она выделяет признаки пределов судебного усмотрения: 1. Правовые рамки, которые позволяют выявить область, ограниченную сферой юридического воздействия права, устанавливающую допустимый в рамках господствующего правопонимания выбор правоприменителем (судьей) варианта решения юридического дела с применением того или иного вида судебного усмотрения. 2. Пределы судебного усмотрения устанавливаются уполномоченными субъектами. В качестве уполномоченных субъектов могут выступать правотворческие и правоприменительные органы. Правотворческие органы устанавливают пределы судебного усмотрения посредством осуществления нормативного регулирования,

связанного с выработкой юридических установлений и определением юридических средств обеспечения их действенности. В указанном аспекте деятельность нормотворческих органов государства связана с выбором типа, методов и способов регламентации, определением соотношения нормативных и индивидуальных средств регулирования. Кроме того, правоприменительные органы устанавливают пределы судебного усмотрения, осуществляя индивидуальное регулирование с помощью таких юридических средств, как правоположения судебной практики, принципы права. 3. Пределы судебного усмотрения устанавливаются с помощью юридических средств. К юридическим средствам можно отнести все правовые явления, институционные установления и формы, которые так или иначе связаны с регулятивным (охранительным) действием права. В данном аспекте в качестве юридических средств выступают принципы права, правоположения судебной практики, правоприменительные акты и др. 4. Выход за пределы судебного усмотрения есть выход за сферу юридического воздействия права. Это выход на отношения, исключающие возможность правовой регламентации, что является судейским произволом» [8, с. 109-111]. Далее рассматриваемый автор солидарен с И.А. Галаганом и А.В. Василенко [9], отмечая при этом, что пределы судебного усмотрения могут быть двух видов: материально-правовые и процедурно-процессуальные [8, с. 19, 111]. К числу материально-правовых пределов судебного усмотрения Л.Н. Берг относит:

а) предписания материальной нормы закона;

б) обстоятельства дела; в) правоположения судебной практики; г) принципы права [8, с. 111-112]. К процедурно-процессуальным пределам судебного усмотрения она относит: а) полномочия суда, т.е. суд, осуществляя свое усмотрение, действует в рамках полномочий, указанных в законе; б) содержание выдвинутых требований, содержащихся в исковом заявлении, обвинительном заключении, обвинительном акте, заявлении потерпевшего и т.п.;

в) временные границы, т. е. определенные сроки рассмотрения конкретного юридического дела [8, с. 122-133].

Изложенный подход не является новым в современной юридической науке. Вместе с тем, автор более глубоко раскрыл содержание материально-правовых и процедурно-процессуальных пределов судебного усмотрения, что имеет важное практическое значение.

95

Достаточно интересный подход к определению пределов судебного усмотрения дал В.П. Малков, который определяет его как «поиск оптимального соотношения связанности правоприменителя жесткими рамками закона со свободой оценок и выбора мер частноправового и уголовно-правового характера» [10, с. 60]. Здесь следует подчеркнуть, что ключевым в определении пределов усмотрения, по мнению данного автора, является закон (законность) и как одно из условий его проявления - целесообразность.

О.В. Кораблина определяет пределы усмотрения как «социально-юридические ограничения свободных действий правоприменителя, в рамках которых он обязан вынести оптимальное решение по конкретному делу» [11, с. 102]. Далее она выделяет следующие признаки, характеризующие пределы правоприменительного усмотрения: «1. Устанавливают допустимую свободу действий правоприменителя в выборе варианта поведения. Они характеризуют качественную и количественную определенность решений. Пределы подвижны и изменчивы, во многом зависят от воли законодателя. Чем "шире" пределы усмотрения, тем больше альтернатив доступно правоприменителю, и наоборот. 2. Выступают индикатором, позволяющим дифференцировать поведение правоприменительного субъекта на правомерное и противоправное. 3. Детерминируются пределы необходимостью создания правовых условий для полноценной реализации принципов законности, целесообразности и справедливости. Пределы усмотрения должны быть расставлены таким образом, чтобы в процессе осуществления усмотрения правоприменитель имел возможность реализовать цели и задачи законодательства и вынести наиболее справедливое решение, не выходя за рамки законности. 4. Представляют собой социально-правовые ограничения. Социальные (общие) ограничения - требования нравственности (справедливость, равенство, разумность), целесообразность, профессионализм, религиозные требования (в теократических государствах), общее благо, баланс интересов, общественное сознание, культура, традиции, обычаи. Носят общий, дополнительный характер. 5. Правовые (специально-юридические) ограничения - границы правоприменительного усмотрения - юридические средства, закрепленные в нормах права и иных правовых актах. Являются основными, первичными» [11, с. 102-103].

В сущности, приведенная концепция пределов правоприменительного усмотрения характеризуется делением их на правовые и нравственные (автор определяет их как социально-юридические ограничения), что не является новым в современной юридической теории правового усмотрения. Приведенные признаки пределов правоприменительного усмотрения не в полной мере раскрывают специфику данного явления, назначение его в механизме правоприменительной деятельности субъектов.

Д.В. Бойко, изучая законность и усмотрение в правоприменительной деятельности, специально не исследует проблемы пределов или ограничений правоприменительного усмотрения. Однако, изучая проблемы гарантии законности дискреционного правоприменения, косвенно признает, что система гарантий законности является важным пределом правоприменительного усмотрения [12, с. 24-34]. Данный автор пишет: «Общеправовые гарантии законности дискреционного правоприменения выступают гарантиями законности практически любого вида правовой деятельности, поэтому необходимо выделять специфические правовые средства, методы и процедуры, обеспечивающие соблюдение законности в рамках правоприменительного усмотрения» [12, с. 26]. Представляется, что гарантии законности являются важными правовыми пределами правоприменительного усмотрения, которые ранее никто не употреблял.

Ю.В. Грачева признает под пределами правоприменительного усмотрения лишь закон (уголовный закон) и «выявление тех приемов, средств и правил законодательной техники, которые наиболее действенно могут влиять на пределы судейского усмотрения» [13, с. 123]. Данный подход имеет практическое значение для уголовно-правового усмотрения, где техника построения уголовно-правовой нормы является решающим способом правового ограничения правоприменительного усмотрения.

О.А. Попкова выделяет общие и специальные виды пределов судейского усмотрения. Она отмечает, что «общие пределы выбора при осуществлении дискреции нормативно закреплены, носят обобщающий характер и встречаются при рассмотрении и разрешении практически любого дела в суде. Специальные пределы выбора отражают особенности применения дискреции при рассмотрении и разрешении конкретного дела в суде. Специальные пределы могут быть, во-первых, закреплены в юридической норме; во-вторых, установле-

96

ны постановлениями Пленума ВАС РФ; в-третьих, определены положениями постановлений Конституционного Суда Российской Федерации» [14, с. 75-76]. Рассматривая содержание пределов судебного (правоприменительного) усмотрения, О.А. Попкова отмечает следующие виды пределов усмотрения: «Общими пределами выбора в процессе осуществления судейского усмотрения являются: а) предмет усмотрения суда (предметные пределы); б) субъект усмотрения; в) сроки, установленные как для рассмотрения конкретного гражданско-правового или экономического спора, так и для решения отдельных процессуальных вопросов; г) независимость судей в арбитражном и гражданском процессах; д) задачи гражданского, арбитражного судопроизводства. Выбор при применении судейского усмотрения имеет следующие специальные пределы: а) перечень условий, закрепленных альтернативной юридической нормой; б) специальные условия, установленные в относительно-определенной норме: заслуживающие внимания обстоятельства, уважительные причины, имущественное положение, интересы ребенка, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, требования и возражения лиц, участвующих в деле, степень нравственных страданий, другие обстоятельства и т.п.; в) категории добросовестности, справедливости, разумности, целесообразности, нравственности» [14, с. 76]. Здесь следует признать, что приведенные виды пределов судебного усмотрения имеют право на существование. Однако приведенный автор смешивает воедино правовые и морально-нравственные пределы усмотрения, что нельзя признать обоснованным.

Ю.В. Старых, исследуя усмотрение в налоговом правоприменении, выделяет следующие виды ограничений правоприменительного усмотрения: а) правовая презумпция; б) правовые фикции; в) судебное толкование правовых норм [15, с. 20-23]. Очевидно, что он исходит из узкопрофессионального подхода к определению пределов правоприменительного усмотрения, и предложенные виды таких пределов вполне могут иметь право на существование.

Анализ приведенных подходов к определению понятия и содержания пределов правоприменительного усмотрения позволяет признать, что в науке сформировалось устойчивое мнение о том, что пределы усмотрения всегда носят правовой характер, причем многие авторы увязывают воедино материально-правовой и процессуально-правовой (процедурно-про-

цессуальный) аспекты пределов правоприменительного усмотрения. Другой, не менее значимый подход выделяет не только правовую основу пределов усмотрения, но еще добавляет нравственно-правовые аспекты данного вида правоприменительной деятельности. Подобные интерпретации содержания правового усмотрения имеют право на существование, и оспаривать их наличие, по нашему мнению, глупо. Однако большинство ученых расходятся во мнении о характере правового содержания пределов правоприменительного усмотрения, обосновывая каждый свою позицию, что не играет в пользу практики правоприменения.

Правовое усмотрение возникает как естественный процесс, обусловленный функционированием права как социального явления, регламентирующего многообразную систему общественных отношений. В свою очередь, право представляет собой социально-нормативную систему, сформированную в обществе для регулирования и охраны (две юридические функции права) существующих наиболее важных, общественно значимых социальных отношений. В этом контексте право следует рассматривать не только как некую систему установленных или санкционированных правил поведения, т.е. неких абстрактных установлений о том, «что можно и что нельзя», но и действий (бездействий) субъекта в рамках реальных общественных отношений в соответствии с указанными социальными правилами, основанными на установленном обществом запрете. Деятельность субъекта в рамках общественного отношения основана на свободе, очерченной социально-нормативной системой [16, с. 22-28]. В этом смысле правовое усмотрение возникает лишь в том случае, когда право выступает как «равная для всех мера свободы» [15, с. 22]. «Правовые нормы, будучи едиными масштабами (эталонами) человеческой деятельности, определяют границы поступков людей, меру, рамки, объем их возможного и должного поведения» [17, с. 239]. В связи с этим весьма обоснованно пишет А.А. Малиновский, который подчеркивает важное положение о том, что «свобода в данном случае не является безграничной. Она имеет свои границы или пределы. Общеизвестно, что пределы эти установлены объективным правом. Однако в рамках данных границ субъект права совершенно свободен. И именно в этих рамках он и осуществляет свое усмотрение» [18, с. 102]. Субъект права, оценивая объективную реальность (действительное), выбирает на основе свободы вариант будущего поведения, либо

97

лежащий в плоскости сформированного государством и обществом правопорядка, либо находящийся за пределами правового поля (юридически индифферентное поведение). Если выбор будущего поведения человека лежит в правовой плоскости, то происходит на основе усмотрения выбор правомерного или противоправного поведения в будущем. Выбор указанных видов поведения всегда лежит в плоскости права, т.к. право является решающим критерием оценки человеком социального поведения. В отличие от усмотрения в праве, правовое усмотрение всегда лежит в плоскости выбора исключительно правомерного вида поведения. Изложенные положения позволяют сделать вывод о том, что правовое усмотрение всегда основывается на правовой норме и ею же ограничивается, о чем обоснованно писал А.А. Березин [7, с. 66]. Ограничение правового усмотрения есть разновидность правовых ограничений в механизме правового регулирования общественных отношений. Данные ограничения носят как материально-правовой характер, так и процедурно-процессуальный правовой характер, что является еще одним подтверждением единства материальных и процессуальных пределов правового усмотрения. Правовой предел усмотрения как мера дозволенного варианта поведения субъекта есть правомочие лица выбрать один из предоставленных вариантов правомерного поведения, т.е. есть одна из предоставленных нормой права возможностей такого поведения. В связи с этим правовые пределы усмотрения представляют собой дозволенное правовой нормой правомочие субъекта выбрать один из предоставленных вариантов правомерного поведения. С другой стороны, сам выбор правомерных вариантов поведения лежит в плоскости субъек-

1. Барак А. Судейское усмотрение. М., 1999.

2. Мартышкин В.Н. Пределы судейского усмотрения и механизмы его ограничения в уголовном судопроизводстве // Российское правосудие. 2008. № 4.

3. Мартышкин В.Н., Гавина А.С., Дементьева Т.А. Правовые и нравственные критерии судебного усмотрения // Право и безопасность. 2009. № 3.

4. Ермакова К.П. Пределы судебного усмотрения: автореф. дис.... канд. юрид. наук. М., 2010.

5. Ермакова К.П. Правовые пределы судебного усмотрения. URL: http://justicemaker.ru/view-article.php?id=26&art=1199

тивных качеств и свойств личности, что позволяет говорить не только о правовых пределах усмотрения, но и пределах психолого-нравственных, которые включают в себя личностные качества субъекта (уровень правосознания и правовой культуры) и нравственные критерии, влияющие на субъекта усмотрения (факторы моральности, нравственности, совести и т.п.). Это значит, что психолого-нравственные пределы правового усмотрения есть внешние детерминанты, влияющие на субъекта усмотрения и обусловленные субъективными особенностями личности правоприменителя, уровнем его образованности и социализации. Однако для правового ограничения усмотрения имеют значение лишь те психолого-нравственные ограничения, которые находят выражение в правовых предписаниях, поэтому их следует определить как нравственно-правовые пределы усмотрения.

Анализ приведенных концепций пределов правоприменительного усмотрения позволяет признать, что виды данных пределов зависят от стадий процесса правового регулирования общественных отношений: в правотворчестве, реализации норм права и государственном принуждении формируются правовые пределы правоприменительного усмотрения, а на стадии информационного и ценностного воздействия правовых предписаний на субъектов отношений формируются нравственно-правовые пределы правоприменительного усмотрения. В свою очередь, правовые пределы правоприменительного усмотрения делятся на общие пределы правоприменительного усмотрения и специальные материально-правовые и процедурно-процессуальные пределы. Нравственно-правовые пределы делятся на правовое сознание и правовую культуру субъекта правоприменения.

1. Barack A. Judicial discretion. M., 1999.

2. Martyshkin V.N. Limits of judicial discretion and the mechanisms of its limitations in criminal proceedings // Russian justice. 2008. № 4.

3. Martyshkin V.N., Gavina A.S., Dementieva T.A. Legal and moral criteria to judicial discretion // Law and safety. 2009. № 3.

4. Ermakova K.P. Limits of judicial discretion: autoref. diss.... Master of Law. М., 2010.

5. Ermakova K.P. Legal limits of judicial discretion.URL://http://justicemaker.ru/view-article.php?id=26&art=1199.

6. Tikhomirov Yu.A. Administrative discretion and the right// Journal of russian law. 2000. № 4.

98

6. Тихомиров Ю.А. Административное усмотрение и право // Журнал российского права. 2000. № 4.

7. Березин А.А. Пределы правоприменительного усмотрения: дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007.

8. Берг Л.Н. Судебное усмотрение и его пределы: общетеоретический аспект: дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2008.

9. Галаган И.А., Василенко А.В. К проблемам теории правоприменительных отношений // Государство и право. 1998. № 3.

10. Малков В.П. Конкуренция уголовно-правовых норм и ее преодоления // Советское государство и право. 1975. № 3.

11. Кораблина О.В. Усмотрение в правоприменительной деятельности (общетеоретические и нравственно-правовые аспекты): дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2009.

12. Бойко Д.В. Законность и усмотрение в правоприменительной деятельности: вопросы теории: автореф. дис... канд. юрид. наук. Волгоград, 2011.

13. Грачева Ю.В. Судейское усмотрение в применении уголовно-правовых норм: проблемы и пути их решения / отв. ред. А.И. Чучаев. М., 2011.

14. Попкова О.А. Усмотрение суда. М., 2005.

15. Старых Ю.В. Усмотрение в налоговом правоприменении: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Воронеж, 2006.

16. Нерсесянц В.С. Философия права. М., 1997.

17. Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н.И. Матузова, A.B. Малько. М, 1997.

18. Малиновский A.A. Усмотрение в праве // Государство и право. 2006. №4.

7. Berezin A.A. Limits of enforcement discretion: diss.... Master of Law. N. Novgorod, 2007.

8. Berg L.N. Judicial discretion and its limits: diss.... Master of Law. Ekaterinburg, 2008.

9. Galagan I.A., Vasilenko A.V. To the problems of theory of law-enforcement relations // State and law. 1998. № 3.

10. Malkov V.P. Competition provisions of criminal law and its overcoming // Soviet state and law. 1975. № 3.

11. Korablina O.V. Discretion in enforcement activities (theoretical and moral and legal aspects): diss. ... Master of Law. Saratov, 2009.

12. Boyko D.V. Legality and discretion in enforcement: questions of theory: auth. abstr. ... Master of Law. Volgograd, 2011.

13. Gracheva Yu.V. Judicial discretion in the application of criminal law: issues and solutions // resp. ed. A.I. Chuchaev. M., 2011.

14. Popkova O.A. Discretion of the Court. M., 2005.

15. Starykh Yu.V. Discretion in tax enforcement: auth. abstr.... Master of Law. Voronezh, 2006.

16. Nerseyants V.S. Philosophy of law. M., 1997.

17. Theory of state and law: course of lectures / ed. by N.I. Matuzov, A.V. Malko. M, 1997.

18. Malinovsky A.A. Discretion in law // State and law. 2006. № 4.

99