Журналист В. Жаботинский о «Женском вопросе»: несколько рецептов творческой кухни

М.М. Липкин

ЖУРНАЛИСТ В. ЖАБОТИНСКИЙ О «ЖЕНСКОМ ВОПРОСЕ»: НЕСКОЛЬКО РЕЦЕПТОВ ТВОРЧЕСКОЙ КУХНИ

В статье исследуются источники ранней публицистики Владимира Жаботинского в газете «На Tzofe» («Наблюдатель») по «женскому вопросу». Для одной из ранних ивритских статей Жаботинского автор находит ее тематический источник - серию посредственных статей безвестного автора, писавшего под псевдонимом Чевонибар в провинциальных «Елисаветградских новостях». Жаботинский, взяв за основу и переосмыслив проблематику (проституция, бесправие женщин) и некоторые элементы композиции этих статей, создает совершенно оригинальное мастерское произведение, в котором уже виден будущий замечательный публицист.

Ключевые слова: Жаботинский, Чевонибар, провинциальная пресса России начала XX в., еврейская пресса России начала XX в., «Гацофэ», «Елисаветградские новости», Семен Юшкевич, проституция, еврейский вопрос.

Владимир Евгеньевич Жаботинский (1880-1940), известный более всего как один из лидеров сионистского движения, начинал свою общественную деятельность как журналист и писатель. Он сравнительно быстро приобрел всероссийскую известность, его материалы были востребованы в разных периодических изданиях, столичных и провинциальных. Уже в 1904 г. варшавская ежедневная газета «Наблюдатель» («Гацофэ»), издававшаяся на иврите, предложила ему вести постоянную рубрику, получившую название «Летучие листки» («Алим порхим»).

© Липкин М.М., 2012

М.М. Липкин

Продолжая работать в других изданиях под разными псевдонимами, в частности в газете «Елисаветградские новости»1, Жабо-тинский опубликовал в «Гацофэ» в 1904 г. за подписью «Вальде-мар Жаботинский» (дань польскому франкофильству плюс указание на свою ассимилированность) четыре статьи, причем в одной из них он затрагивает проблему проституции. Об этой проблеме шла речь за несколько месяцев до того в «Елисаветградских новостях» в серии статей за подписью А. Чевонибар. Согласно «Словарю псевдонимов» И.Ф. Масанова, наиболее вероятный автор, пишущий под этим псевдонимом, - Адольф Харитонович Рабинович, хотя ни факт сотрудничества этого автора в «Елизаветград-ских новостях», ни именно такой вариант написания псевдонима (есть Чивонабар и Чевинибар) у И.Ф. Масанова не отражены2. Связь этих статей со статьей Жаботинского в «Гацофэ» очевидна. Жаботинский не мог не читать материалов (любого литературного качества) на интересующую его тему, и, конечно же, он не мог пропустить статей, опубликованных в той самой газете «Елисавет-градские новости», где сотрудничал и сам. Тем интереснее проследить, как работал с материалом молодой Жаботинский, что он сохранял, что изменял, чем дополнял и как, взяв за основу чужой вымученный неумелый текст, он создавал свой, яркий, содержательный и узнаваемый по стилю.

Но прежде, чем перейти к статье Жаботинского3, рассмотрим серию статьей в «Елисаветградских новостях» за подписью «А. Че-вонибар»4.

Начиная довольно бойко: «Целый ряд газетных сообщений о продаже женщин и девушек свидетельствует <...>», автор переходит к изложению проблемы очень уж издалека: «Красноводские туркмены, посещая Астрахань для закупки мануфактуры и бакалеи, запасаются кстати женами <...>». Далее в этом же и следующем5 очерке автор все-таки переходит к теме проституции, вовлечения в нее женщин и продаже их в публичные дома в Варшаве, Харькове, Буэнос-Айресе. В наше время выводы автора назвали бы «политкорректными»: «После этого краткого очерка торговли женщинами, из которого видно, что ею занимаются представители разных национальностей - татары, поляки, русские, евреи и др. -мы предложим читателю "картинки" из жизни "продавцов" <...>». И в следующем выпуске6 появляется зловещая фигура, которую автор именует «Семен Моисеевич Греблев» - с виду респектабельный господин, в действительности же - торговец «живым товаром». Далее автор, похоже, исчерпав тему и рассказав все или

Журналист В. Жаботинский о «женском вопросе»..

почти все, что знает, переносит своего героя Семена Моисеевича Греблева в компанию городской интеллигенции7, где молодой адвокат читает ему, а заодно и читателям, подобие лекции о положении женщины в древней Спарте. Присутствующий здесь же следователь, не оставаясь в долгу, рассказывает столь же академичным образом о положении женщины в древних Афинах. В пятом выпуске8 недавние милые собеседники - следователь и адвокат - отправляют Семена Моисеевича Греблева в тюрьму (следует детальное описание тюрьмы), но закон и справедливость торжествуют недолго, он выходит на свободу и готов к новым начинаниям в прежнем русле.

Что же делает с этим фактографическим и литературным материалом Жаботинский? Внешне он создает некую композиционную аналогию статьям Чевонибара - говорит о проституции в еврейской среде, приводит примеры, переходит к образу «торговца», но по существу создает совершенно оригинальное произведение с другой, как вскоре выясняется, постановкой проблемы и другими выводами.

Обозначив тему («Только что в еврейской газете, выходящей в Одессе, встретилось мне письмо читателя, который с болью в сердце говорит о еврейских девушках, вынужденных идти в публичные дома»), он продолжает статью как литературно-критическую и, иллюстрируя тему проституции пересказом эпизода из повести С.С. Юшкевича «Евреи», описывает ситуацию совершенно «неполиткорректным» образом: прежде всего как национальную, еврейскую. Это оправданно в газете, выходящей на иврите и, следовательно, обращенной исключительно к еврейским читателям. Однако при внимательном чтении мы обнаружим интересное явление: пересказывая пассаж Юшкевича о жизни еврейской бедноты, Жаботинский демонстрирует полное пренебрежение к тексту, перевирая имена персонажей, состав их семей и сюжетные подробности. Несомненно, Жаботинский делает это сознательно: тогда как русская критика в массе своей писала о Юшкевиче в восторженных тонах (см., например, статью А.С. Глинки-Волжско-го9), еврейская критика относилась к Юшкевичу сдержанно-доброжелательно, отмечая его склонность к дешевым драматическим эффектам и слабое знание еврейской жизни (см., например, критические статьи С.Л. Цинберга10 и И.Г. Эйзенбета11). Но Жаботин-ский ничего об этом не говорит, он не превращает свою статью ни в литературно-критическую, ни в информационную, ни в беллетристически-драматичные «картинки из жизни».

М.М. Липкин

В отличие от Чевонибара, Жаботинский приводит примеры судьбы проституток, опираясь не на полицейские отчеты и газетные репортажи, а на литературу, в данном случае на рассказы и очерки Л.О. Кармена: «Одесситы, конечно, помнят рассказ г-на Кармена "Список", опубликованный в одной здешней газете под рубрикой "На дне Одессы". В этом "Списке" автор с болью и гневом рисует картину того, как пользуются "мамзелью" в такого рода доме. После двух-трех лет этой гнусной жизни она попадает в лечебницу, оттуда - на рынок, где натурально помирает с голоду. "Ремесло" ее уже не кормит, а за душою - ни гроша. И никто не даст ей куска хлеба <...> Кто она, эта "мамзель"? Еврейка». Жаботинский остается, прежде всего, в рамках проблемного, а не фактографического и не литературного подхода: «Мы пытаемся бежать от этих вопросов, не вдумываться, а если порой они всплывают на поверхность, мы кричим: "Позор!" и все в нас кипит, бурлит <...> Я, признаться, не понимаю этого кипения. Конечно, мне совсем не доставляет удовольствия ужасно грязное пятно на репутации общины, но надо быть уж очень наивным, чтобы считать это самым отвратительным из наших пятен. Есть у нас кое-что похлеще, о чем действительно нужно кричать в голос, потому что именно это - наш позор». И далее, ссылаясь на другие свои источники (материалы суда над кронштадтским полицмейстером Шафровым), Жаботинский говорит о содержателях и организаторах этого бизнеса: «Похоже, это становится нашим народным промыслом. По-моему, настоящий позор не "мамзели", продающиеся, чтобы спастись от голода, а те, кто торгует их телом ради наживы и веселой жизни <...>».

Здесь же появляется и образ, аналогичный тому, который беллетристически расписан в очерках Чевонибара: «Вы, конечно, слышали про "торговлю белыми рабынями". Специальные агенты, мужчины и женщины, уговаривают нищих девушек, в основном евреек, ехать за границу, уверяя, что там у них будет чистая, честная работа. Зачастую такой агент - черноусый молодец, стремится понравиться девушке и становится женихом; порой ведет ее под хупу, вступает в законный брак, а после - голую, босую, - продает в бордель где-нибудь в Турции или Южной Америке. Почти вся такая коммерция идет через Одессу, и здешняя полиция ловит этих агентов. Местные газеты публикуют их списки, не скупясь на комментарии. С чувством законной гордости мы отмечаем: едва ли не все они - сыны Авраама, Исаака и Иакова».

На этом месте Жаботинский переходит от темы еврейской проституции к другим порокам, бытующим в еврейской среде и по-

Журналист В. Жаботинский о «женском вопросе».

рождающим крайне негативный стереотип в отношении евреев, причем стереотип этот не во всем неверен. Начав с письма читателя, он закольцовывает статью также письмом читателя и здесь же ставит последний публицистический штрих в теме проституции: «Но вот передо мною лежит письмо одного читателя, выговаривающего мне за следующие строки из стихотворения "Памяти Герцля": "<...> Пусть сыновья уйдут в ночные воры, // И дочери в позорные дома, // Когда тебя и песнь твою забудем <...>". "Как можно писать такое? - возмущается автор письма. - Какое будущее предрекаете вы нашему народу?". Хочу сказать этому уважаемому господину и многим другим уважаемым господам, что проклятье мое бледнее того, что мы видим в жизни. Дочери наши не только ушли в позорные дома, но и содержат их; сыновья творят такое, что лучше бы пошли в ночные воры. Все народы осыпают нас бранью, нет конца и края нашему падению, мерзость наша беспредельна. Но если и сейчас мы не хотим обновить нашу жизнь, уйти от низости и позора, то проклятье мое недостаточно».

Итак, мы можем сказать, что в 1904 г. 23-24-летний Жаботин-ский достиг творческой зрелости как литератор и публицист, виртуозно работающий с материалом. Причем материал этот и указать-то напрямую неловко: ведь в отличие от текстов С.С. Юшкевича и Л.О. Кармена, текст Чевонибара характеризуется совсем уж низким литературным качеством, дешевыми приемами, слабым владением материалом и непродуманностью его подачи, неспособностью автора выдержать единую стилистику. Еще более важно, что уже к тому времени Жаботинский вполне сформировался как общественный деятель, ставший позднее одним из лидеров сионизма. Будь его формулировки опубликованы не в еврейской прессе и не на еврейском языке, мы могли бы назвать их если не антисемитскими, то уж, во всяком случае, юдофобскими. Но в узком кругу, среди «своих», Жаботинский мог позволить себе говорить гораздо более резко и целенаправленно, сочетая при этом «провокационность» формулировок с ответственностью выводов, которые представляют собой отнюдь не риторическую фигуру, а подлинное дело жизни Владимира (Зеэва) Жаботинского.

Примечания

1 О работе Жаботинского в этой газете см.: Кацис Л. Новые псевдонимы Вл. Жаботинского: Год 1904: (Зет, Zet, Турист, Ваш корреспондент, Читатель, Иш-

М.М. Липкин

Мацлиах) // Жаботинский В. (З.) Полное собрание сочинений: В 9 т. Минск: Met, 2012. Т. 4. (в печати). Первые три псевдонима относятся к «Елисавет-градским новостям».

2 Масанов И.Ф. Словарь псевдонимов русских писателей, ученых и обществен-

ных деятелей: В 4 т. М.: Советский писатель, 1958. Т. 3.

3 Жаботинский Вальдемар. Летучие листки. (Алим порхим.) III // Гацофэ. Вар-

шава. 1904. 16 сент. № 505. С. 2, с пометкой «Петербург 22 августа 1904 г.»

4 Чевонибар А. Продавцы женщин // Елисаветградские новости. 1904. 14 янв.

№ 55; 15 янв. № 56; 16 янв. № 57; 26 янв. № 67; 4 февр. № 75.

5 Там же. 1904. 15 янв. № 56.

6 Там же. 1904. 16 янв. .№ 57.

7 Там же. 1904. 27 янв. № 67.

8 Там же. 1904. 4 февр. № 75.

9 Глинка [Волжский] А.С. Об «Евреях» С.С. Юшкевича // Глинка [Волж-

ский] А.С. Собр. соч.: В 3 кн. М.: Модест Колеров, 2005. Кн. 1 (1900-1905). С. 410-424.

10 Цинберг С.Л. Бытописатель распада // Еврейская жизнь. 1904. Июнь. С. 142-

160. Он же. Ассимилированный бытописатель еврейства: О творчестве С. Юшкевича // Еврейский мир: трехмесячный журнал. 1910. Кн.1. Янв.-март. С. 125-132.

11 Эйзенбет И.Г. Евреи в драме г. Чирикова и в повести г. Юшкевича // Еврейская

жизнь. 1904. Июль.