Интерпретация мотивов Русского Севера в станковой реалистической живописи России конца ХХ-начала ХХI века

ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ МОТИВОВ РУССКОГО СЕВЕРА В СТАНКОВОЙ РЕАЛИСТИЧЕСКОЙ ЖИВОПИСИ РОССИИ КОНЦА ХХ-НАЧАЛА XXI ВЕКА Скоробогачева Е. А.

Скоробогачева Екатерина Александровна - кандидат искусствоведения, доцент, кафедра всеобщей истории искусств, начальник музейного отдела, Российская академия живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова, г. Москва

Аннотация: в статье на основании ряда ранее не изучавшихся произведений искусства рассматривается значение духовно-художественного претворения мотивов Русского Севера в эволюции национальной отечественной живописи. Особое внимание уделяется духовной направленности, специфике историко-философского содержания. В живописи обозначены 3 группы образцов: камерные картины, основанные на синтезе традиций реалистического искусства; масштабные исторические полотна; монументальные религиозно-исторические композиции с фрагментарным включением мотивов Русского Севера. Делается вывод — при всей художественной индивидуальности авторов едина суть историко-философской трактовки ими Русского Севера как древнего православного края. Понятие «идейно-смысловое содержание» является основным в создании и восприятии истинного произведения искусства. Ключевые слова: Русский Север, традиция, православие, храм, архетип, композиционная доминанта, историко-философское содержание.

INTERPRETATION OF THE MOTIVES OF THE RUSSIAN NORTH IN REALISTIC EASEL PAINTING OF RUSSIA AT THE END OF XX-BEGINNING OF XXI CENTURY Skorobogacheva E.

Skorobogacheva Ekaterina — PhD, associate Professor,

GLOBAL ART HISTORY HEAD OF MUSEUM DEPARTMENT, RUSSIAN ACADEMY OF PAINTING, SCULPTURE AND ARCHITECTURE OF ILYA GLAZUNOV, MOSCOW

Abstract: the article on the basis of unstudied works of art discusses the importance of spiritual and artistic implementation of motives of the Russian North in the evolution of the national Russian painting. Special attention is paid to spiritual orientation, the specifics of historical and philosophical content. In the painting indicated 3 groups of samples: a chamber pictures, based on a synthesis of traditions of realistic art; large-scale historical paintings; monumental religious and historical composition, with fragmentary inclusion of northern motifs. Our conclusion: with all the artistic individuality of the authors the essence of historical and philosophical interpretation of the Russian North is single as the ancient Orthodox region. The concept of "ideological and semantic content" is the primary in the creation and perception of genuine art works.

Keywords: Russian North, tradition, Orthodoxy, church, archetype, compositional dominant, historical and philosophical content.

УДК 5527

Проблема антагонизма глобализации и глокализации, в настоящее время предельно остро стоящая в мировом сообществе, приводит к нарастанию контрастных тенденций - познания, сбережения, развития духовных традиций. Русский Север представляет собой особую духовно-художественную, культурно-историческую, религиозно-философскую сферу, заключающую исконные национальные истоки. Необходимо дать оценку с позиций сегодняшнего дня образцам индивидуального профессионального реалистического искусства XX-начала XXI столетия, соответствующим данным критериям.

Интерпретация мотивов Русского Севера в сфере станковой живописи второй половины ХХ-начала XXI в. требует последовательного изучения, выявления художественно-смысловых доминант. Обозначим 3 группы произведений на основе их художественно-смысловой

специфики: 1) камерные произведения, основанные на синтезе традиций реалистического искусства; 2) масштабные исторические полотна; 3) монументальные религиозно-исторические композиции с фрагментарным включением мотивов Русского Севера. Исследуем образцы камерных произведений, основанных на синтезе традиций реалистического искусства.

а) Мотив храма. Многообразно претворение данного мотива в творчестве И. С. Глазунова. Постижение Северной Руси для него началось с северо-западных территорий: окрестностей Петербурга, Великого Новгорода, а также с южного пограничья Русского Севера - ярославских земель. О детских впечатлениях художника, связанных с окрестностями Петербурга и Великого Новгорода, свидетельствует полотно «Новгородская деревня Гребло. Озеро Великое». Первые этюды северного пограничья, ярославских земель, написаны им в 1954 г.: «Тутаев. На Волге», «Тутаев». Произведение «Ненокса» решено в соответствии с традициями реализма, что сказывается в уравновешенности композиций, передаче глубины пространства, четкости деления изображения на планы, решении трехмерной формы, убедительности тонального звучания, акцентировании смыслового центра и некоторой стилизации. Самобытность «почерка» сказывается в повышенной декоративности цвета - сближенных сочетаниях и оттенках сложных замесов.

К мотиву храмовых построек в пейзаже многократно обращается А. П. Афонин, при этом рассматривает реалистическую пейзажную живопись России рубежа Х1Х-ХХ вв. как основу своего творчества. Живописец претворяет особенности художественного языка каждого автора в индивидуальной манере (лиризм решений Саврасова, проработанность деталей Шишкина, интенсивность и светоносность цветовых сочетаний Куинджи, обращение к православным образам Нестерова, пастозность манеры Жуковского).

Самостоятельное и профессионально состоявшееся решение характерно для пейзажной композиции Е. В. Зайцевой «Горицкий монастырь» (2015), которой свойственна иная -многослойная - живописная манера. Передан обобщенный образ обители, и эпохе Ивана Грозного, когда монастырь был основан, и наших дней. Серия живописных произведений С. Д. Карева, обращенных к данному мотиву, представлена пейзажами «Кирилло-Белозерский монастырь». Обозначенные работы отличаются собственным художественным прочтением, а идейной содержательностью емких характеристик, именно профессионализмом исполнения (тончайшими градациями светлой тональности и сближенным колористическим строем, основанным на сочетании охристо-сероватых оттенков). Его решения, построенные на сочетании жемчужных тонов, наиболее соответствуют, на взгляд художника, образной и идейной специфике этих земель. Пейзажи Карева написаны акрилом, и именно такой, намеренно графический, резкий, линейный «почерк» точно передает сдержанный образ Севера, монастыря. Автор не ставил перед собой задачу передать обобщенный панорамный вид, но стремился отразить свои личные камерные впечатления, свое восприятие величественной обители, гармонично вписанной в ландшафт, передать поливариантность ее видов в различных состояниях природы, показать развитие дня, от утра до сумерек, подобное иносказанию о течение времени, истории.

Специфика в интерпретации мотивов архитектурных северных построек в рассмотренных примерах современной станковой живописи связана, прежде всего, с постижением духовно-художественного содержания образов, и на технико-технологических особенностях: экспрессивное письмо а-ля прима (Глазунов, Афонин), продолжение основ многослойной классической живописи (Зайцева), творческая стилизация и синтез традиций (Карев).

б) Мотив панорамного пейзажа. Монументальные картины эпического звучания А. П. Афонина «Небо Валаама», «Небо Святой Руси» реалистично трактованы, но и наполнены скрытой символикой [1, 5], что сказывается в нюансах художественного языка (синтез ряда живописных традиций, что рассматривалось выше) и стилизации деталей (рисунок облаков, их композиционное расположение, светотеневые контрасты). Благодаря поездкам, дающим исключительно ценный практический опыт, возможность корректировки натурного этюдного видения и письма а-ля-прима написан ряд картин художника («Валаамский простор», «Вид в окрестностях Валаама»), решения, утверждающие самоценность частиц природы («Моя Валаамская красавица», «Гора Елион. Остров Валаам»). В панорамных мотивах былинной трактовки им акцентированы эффекты света и цвета («Остров Дивный», «Валаамское утро», «На каменистом Валааме»).

Интерпретация мотива панорамного пейзажа Севера ряд произведений И. И. Глазунова, отличающихся реалистичной трактовкой при гармоничном введении стилизованных деталей (трактовка отдельных деревьев и лесных далей, уподобление линейного рисунка орнаменту,

декоративность цветовых сочетаний): «Пермогорский берег Двины», «Сумерки на Уфтюге», «Северный вечер», «Ледоход на Сухоне», «Северный лес», «Сумерки на Двине» и др.

В пейзажной композиции В. А. Савиновой «Остров Дивный» передан стилизованный образ одного из многочисленных островов архипелага Валаам. Посредством индивидуального живописного языка раскрыт древний самобытный лик земли: остров словно рождается из пучины. Итог творческого поиска - четкое идейное решение, выраженное, прежде всего через тональную и цветовую специфику, а также через экспрессию живописной манеры - отражение борьбы света и мрака, свидетельствующей о близком конце бури. Идея картины - передача столкновения стихий - раскрыта в ее структуре и трактовке деталей. Далекий край отображен автором как вобравшая мощь веков, не поверженная исконная земля. Убедительность найденных характеристик доказывает, что при самобытности «почерка» современное реалистическое искусство продолжает традиции отечественной школы живописи.

в) Историко-символический персонаж как идейно-композиционный центр произведения. Именно в данном русле создан ряд новаторских (в отношении стилистики и историко-философского звучания) произведений И. С. Глазунова 1960-х гг. Результатом осмысления впечатлений его поездки в Кижи, Старую Ладогу, Новгород (на Русский Север и его пограничные земли) явился первый эскиз картины «Русский Икар», написанный в студенческие годы, масштабное полотно было исполнено в 1964 г. Образ Икара, подобный иконописному, интерпретирует художественный язык древнерусских новгородских писем. Его созвучия с языком иконописи заключаются в: а) построении композиции с приближенным к зрителю фронтальным образом Икара, б) упрощении, стилизации силуэтов, в) трактовке лица-лика с тонкими, точеными чертами и широко распахнутыми глазами, г) плоскостном тональном решении, д) локальном, интенсивном колористическом строе, е) обобщении и исключении деталей.

В современном отечественном искусстве произведения живописи, отображающие мотивы Русского Севера, отличаются множественностью мотивов, поливариантностью духовных смыслов, глубиной трактовки историко-религиозно-художественных образов. В реалистической живописи России ХХ-начала XXI в., при всем многообразии жанров, стилистических направленностей, нюансов художественного языка, технико-технологической специфики, среди представленных мотивов преобладает мотив панорамного пейзажа, являясь основой для ряда композиционных построений, усложненных введением мотивов архитектуры, стаффажных фигур, жанровых сцен, дает наиболее емкие и точные интерпретации духовно-художественного сути северного края.

Решение мотивов Севера в отечественной живописи ХХ-начала ХХ1 столетия свидетельствует о емкости историко-философских трактовок, стремлении авторов выразить национальные традиции, устои мировоззрения России, истоки самобытности духовной жизни народа. При этом многие северные мотивы приобретают образные характеристики и многогранную наполненность символов. Следовательно, понятия «знак (символ)» и «мотив» взаимосвязаны, взаимодополняемы в нашем восприятии. Ряд мотивов далекого края получает в современном изобразительном искусстве архетипическое иносказательное содержание, уподобляется «философским мыслеобразам» И. А. Ильина, который заключал, что только православие, сохранение духовных традиций не дадут «превратить человечество в безбожную, в земном сытую, покорно деспотируемую чернь, без веры, без родины, без семьи, вне добра и зла, откровения и красоты» [6, с. 51]. Учение этого выдающегося философа актуально. Именно его современный исследователь П. М. Ремезов называет «человеком-фанатиком своей родины, который, однажды уверовав в силу и справедливость... православной веры, никогда не отворачивался от своих принципов» [6, с. 53]. Как символ Русского Севера, концентрированное выражение его духовно-художественной сущности, понимаются в народе и трактуются в искусстве панорамные пейзажи и архитектура с доминантой храма. Таким образом, «Простор» и «Храм» - два знака, воплощающих суть духовной жизни северян, что экстраполируется как символы высших форм бытия народа нашего Отечества.

Характеризуя современный реализм как выражение «поздней культуры», обращенной к интерпретации духовных устоев, необходимо отметить общую философско-эстетическую, глубинную направленность такого искусства. Согласимся с заключением Ю. М. Лотмана о том, что социальное развитие в духе спенсерианской традиции как движение от единого к целому (через дифференциацию / интеграцию), утверждает, что ранняя культура провозглашает единство, поздняя - целостность, о чем свидетельствует интенцированность первой наружу и второй - вовнутрь» [4, с. 11]. Данное заключение полностью четко соотносится с художественно-идейным звучанием современного реализма. Изученные произведения являют образцы тонко исполненных, сложных по замыслу, индивидуальных по трактовке,

завершенных художественных решений современной реалистической живописи. В обозначенных образцах, при всей художественной самостоятельности их авторов, Север трактован как древний православный край. Именно в идейно-смысловом содержании выражены духовные константы, следование которым позволяет сохранить целостность вневременной национальной культуры, в том числе через обращение к древнейшим традициям, сохраняемым в народной, в частности старообрядческой среде [7, с. 193]. Итак, данное заключение подтверждено анализом выше обозначенных произведений, согласуется с актуальным в наши дни понятием «современного духовидения», исследованным

H. И. Ворониной [2], созвучно выводам В. Н. Крупина о том, что «Русь оттого и непобедима, что выращена Православием» [3, с. 273].

Список литературы / References

I. Афонин А. П. Александр и Сайда Афонины. Новые имена русского реализма. М.: Стройтрансгаз, 2003. 119 с.

2. Воронина Н. И. Российские «духовидцы»: традиции и современность. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www. cyberleninka.ru > Научные статьи > Культура. Культурология/ (дата обращения: 02.02.2015).

3. Крупин В. Н. «О, как бы жили мы без Даля?». // Культурно-просветительский и литературно- художественный журнал «Родная Ладога» Спб., 2014. № 3. С. 272-276.

4. Лотман Ю. М. Об искусстве. Структура художественного текста. Семиотика кино и проблемы киноэстетики. Статьи. Заметки. Выступления. СПб.: Искусство - СПБ, 2005. 704 с.

5. Ремезов П. М. Октябрьская революция глазами И. А. Ильина после эмиграции из России, 1922 г. // Проблемы современной науки и образования, 2017. № 3 [85]. С. 51-53.

6. СкоробогачеваЕ. А. Александр Афонин. Пятое время года. М.: Белый город, 2012. 192 с.

7. Скоробогачева Е. А. Художественные традиции старообрядчества в культуре Русского Севера второй половины XVII - начала ХХ в. / Е. А. Скоробогачева // Проблемы современной науки и образования». Иваново, 2015. № 7. С. 193-199.

УЗБЕКСКИЙ ПАГАНИНИ Назиров К.

Назиров Кахрамон - лауреат международных и республиканского конкурсов, и.о. профессора, кафедра исполнительства на народных инструментах, Государственная консерватория Узбекистана, г. Ташкент, Республика Узбекистан

Аннотация: перед выходом Паганини на сцену его оппоненты, недоброжелатели тайно подпиливали струны от его скрипки. Однако, если порвётся одна струна, две, даже три струны, Паганини на одной оставшийся струне сыграл до конца произведение великолепно и слушатели аплодировали ему ещё сильнее. Вот что значит хорошо знать гриф, исполнительское пространство инструмента. А такая же способность была и у Шухрата Юлдашева. Исполнять произведения мировых классических композиторов на народном инструменте, то и есть героический поступок в инструментальном исполнительстве. Шухрат Юлдашев в совершенстве усвоил многие произведения, которые были написаны для скрипки. Он почти наизусть знал произведения под редакцией всемирно известных скрипачей - Я. Хейфеца, Л. Когана, Д. Ойстраха, А. Ямпольского, которые исполняли то же произведение: в какой позиции, (расположения пальцев на грифе), какой аппликатурой, (правильно расставленные пальцы на грифе), какими штрихами (разные движение смычка над струной) и не путал варианты. Невероятно, даже многие скрипачи советовались с ним при усвоении сложных произведений, где встречаются трудные по исполнению технические эпизоды. Действительно, он, отлично знавший, что в произведениях И. С. Баха в основном полифония, (многоголосие), Л. Бетховена - драматизм, строгость, В. Моцарта -изящность, лёгкость, лирика, Н. Паганини - владение очень сложными техническими навыками, П. Чайковского - глубоко богатая мелодия, всегда логично и правильно, своёобразно трактовал исполнение произведений.

Ключевые слова: музыкант, исполнитель, музыкальная школа, творчество, инструмент, смычок.