Организационные изменения в учебном процессе высших учебных заведений в 1956-1964 годах (на примере Нижнего Поволжья)

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 41 (179). История. Вып. 38. С. 96-103.

организационные изменения в учебном ПРОЦЕССЕ ВЫСШИХ учебных заведений в 1956-1964 ГОДАХ

Автор на основе архивных материалов, впервые вводимых в научный оборот, анализирует основные изменения в учебной работе высших учебных заведений Астраханской, Волгоградской (Сталинградской) и Саратовской областей в середине 1950-х - начале 1960-х гг. : новые условия приема в вузы, создание системы довузовской подготовки, введение новых учебных планов, расширение сети вечернего и заочного образования.

Ключевые слова: высшее образование, учебный процесс, научно-педагогическая интеллигенция, Астрахань, Саратов, Волгоград (Сталинград), Нижнее Поволжье.

Образование играет роль ведущего циви-лизационного фактора в обеспечении различных сфер жизни общества. Каждый крупный политический поворот в нашей стране вызывал реформы и в системе высшего образования, которая чутко реагировала на требования, предъявляемые к ней со стороны государства. То же самое произошло в середине 1950-х гг., когда новое советское руководство, осознав необходимость ускорения научно-технического прогресса, отхода от остаточного принципа финансирования социальной сферы и экстенсивного развития экономики, повысило внимание к подготовке кадров высшими учебными заведениями. Этому также способствовали и новые программные установки КПСС, провозгласившей курс на построение коммунизма.

Проблема обеспечения российской экономики высококвалифицированными специалистами актуальна и в настоящее время. Модернизация всей системы образования, развернувшаяся в конце XX - начале XXI в., идет чрезвычайно интенсивно, сталкиваясь на своем пути со значительными трудностями. Критический анализ опыта, накопленного на различных этапах развития высшей школы, в том числе в 1956-1964 гг., даст возможность выявить основные направления и механизм ее реформирования в период, который рассматривается как определенный этап обновления страны. Изучить процесс нововведений в системе образования всей страны можно на примере одного из ее типичных регионов - Нижнего Поволжья. Наличие здесь разветвленной сети высших учебных заведений различного профиля в исследуемый период дает богатый фактический материал, который рас-

ширяет представление об общих тенденциях и локальной специфике.

Проблема перестройки системы высшего образования в середине 1950-х - начале 1960-х гг. до сих пор не являлась предметом специального исследования. Историография советского периода по интересующей нас теме представлена обобщающими трудами, в которых на всесоюзном уровне рассматривались лишь некоторые преобразования в высшей школе в течение длительного хронологического периода с 1917 г. по 1980-е гг.1 Эти труды основаны на опубликованных документах и статистических источниках и содержат общую характеристику этапов становления и развития вузов, их учебной, научной, воспитательной деятельности. Главный недостаток этих изданий состоит в том, что авторы некритично подошли к анализу важнейших направлений деятельности высших учебных заведений: улучшению состояния материально-технической базы, повышению профессионального уровня преподавательских кадров и др. Кроме того, публикации 1960-х - середины 1980-х гг. имели ярко выраженные пропагандистские цели, а потому в значительной мере утратили свою ценность. В конце XX - начале XXI в. появились исследования, свободные от идеологической зашоренности и основанные на новых архивных документов. С. Г. Сизов впервые показал специфику взаимоотношений власти и вузовской интеллигенции в западно-сибирском регионе в ходе проведения различных идейно-политических кампаний, роль властных структур в развитии высшего образования. Основные направления улучшения подготовки специалистов с высшим образованием осветили Е. Г. Водичев2

и Л. В. Щурова3. Развитию высшего образования на Юге России в 20 - 90-е гг. ХХ в. посвящена докторская диссертация В. М. Кононенко4. В отдельной главе он рассматривает эволюцию процесса подготовки вузовских кадров и особенности организации учебно-воспитательного процесса в послевоенное двадцатилетие. Отдельные изменения в учебном процессе вузов проанализированы в работах В. Н. Казарина5 и А. В. Пыжикова6. Роль заочного высшего образования в подготовке кадров в 1953-1999 гг. освещена в докторской диссертации Д. М. Садыковой7. Однако, несмотря на многочисленные исследования последних лет, необходимость более глубокого и всестороннего исследования нововведений в организации учебного процесса в вузах в 1956-1964 гг. по-прежнему остается острой. В первую очередь нуждаются в дополнительном изучении такие вопросы, как изменения в довузовской подготовке молодежи и в условиях приема в высшие учебные заведения, расширение системы обучения без отрыва от производства, организация учебной и производственной практики, попытка анализа которых предпринята в данной статье.

Еще на XIX съезде КПСС (октябрь 1952 г.) была предложена идея политехнического обучения в средней школе, определившая вектор развития всей системы советского образования при Н. С. Хрущеве. Влияние этой идеи на высшую школу проявилось в стремлении приблизить преподавание всех наук к практике, чтобы выпускники вузов имели представления о конкретной экономике и навыки работы на производстве.

На XX съезде КПСС (февраль 1956 г.) шаги по политехнизации школы, осуществленные в последующие годы, Хрущев охарактеризовал как неэффективные и недостаточные. 24 декабря 1958 г. Верховный Совет СССР принял Закон «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР». Закон предписывал включать всю советскую молодежь, начиная с 15-16 лет, в общественно-полезный труд и «все ее дальнейшее обучение <...> связывать с производительным трудом в народном хозяйстве»8. Принятый Закон стал основой развития всей советской системы образования на период до середины 1960-х гг.

Идея связи школы с жизнью была принята вузами Нижнего Поволжья и нашла свое непосредственное отражение в организации всего

учебного процесса. Первый шаг по приближению обучения к производству выразился в трансформации системы набора в высшие учебные заведения. С 1957 г. вводилось преимущество при приеме для лиц с 2-х летним производственным стажем. Цель этого мероприятия состояла в изменении социального состава студентов, повышении удельного веса рабочих и крестьян, а также усилении стимула к работе на заводах, фабриках, в колхозах и совхозах. В связи с отсутствием достаточных знаний у производственников потребовалась система довузовской подготовки молодежи.

При ведущих вузах страны начала развиваться сеть подготовительных курсов. Среди них оказался и Саратовский университет, являвшийся крупнейшим научно-образовательным центром региона. 31 января 1957 г. Министерство высшего образования СССР издало приказ «Об организации подготовительных курсов при Саратовском государственном университете». Университету было разрешено на основе самоокупаемости организовать подкурсы на 300 человек9. Курсы начали действовать уже весной 1957 г., на них занималось 250 человек, имевших законченное среднее образование и работавших на производстве. Из прошедших обучение слушателей 180 успешно выдержали вступительные экзамены и были приняты в различные вузы Саратова.

Положительный опыт подготовки абитуриентов на подготовительных курсах СГУ способствовал тому, что 28 октября 1957 г. МВО СССР издал приказ «Об организации курсов по подготовке к вступительным экзаменам при высших учебных заведениях», который, помимо разрешения организовывать такие курсы во всех остальных вузах, предписывал принимать на них лиц с двухлетним производственным стажем10. В дополнение к предыдущему приказу 25 ноября 1957 г. вышел еще один - «О порядке расходования средств, полученных от слушателей подготовительных курсов в виде платы за обучение». Было разрешено использовать эти средства на оплату труда преподавателей, принятых сверх штата. Обобщив первый опыт работы подготовительных курсов, в 1957/58 учебном году СГУ принял на них уже 600 слушателей и увеличил продолжительность обучения с 4 до 8 месяцев. После окончания курсов более 400 человек успешно сдали вступительные экзамены и поступили в вузы Саратова,

из них - 252 в Саратовский госуниверситет (СГУ)11.

Следующим шагом в становлении новой системы стал приказ МВО СССР от 3 июля 1958 г. «О частичном изменении порядка приема в вузы СССР»12. Суть его состояла в том, что теперь отдавалось предпочтение, помимо абитуриентов с производственным стажем, еще и демобилизованным из Советской Армии. Кроме того, были сняты льготы для медалистов.

В 1958/59 учебном году на курсы СГУ было вновь принято 600 человек с продолжительностью обучения теперь уже 9 месяцев. Таким образом, при университете планомерно создавался резерв для пополнения студенческого коллектива за счет лиц, непосредственно участвовавших в производственном труде, имевших жизненный опыт и, следовательно, получавших возможность, закончив вуз, стать высококлассными специалистами без длительной адаптации.

Для оказания помощи молодым производственникам, готовившимся к поступлению в университет, весной 1960 г. в СГУ были организованы дополнительные трехмесячные бесплатные подкурсы на общественных началах. Комсомольцы - молодые преподаватели и студенты-старшекурсники - помогали рабочим и служащим подготовиться к вступительным экзаменам. Такая же помощь стала практиковаться и остальными вузами региона.

С 1960 г. вслед за Саратовским университетом система подготовки в вузы стала внедряться во всех институтах Нижнего Поволжья. Создавались как краткосрочные интенсивные подкурсы со сроком обучения 3-5 месяцев, так и долгосрочные, продолжительностью 10 месяцев, нацеленные на углубленную подготовку работающей городской молодежи. Итоговые экзамены после 10-ти месячных курсов, как правило, одновременно являлись и вступительными в высшие учебные заведения. Занятия на курсах проводились по вечерней и заочной системам. Для сельской молодежи, доля которой среди абитуриентов достигла в различных вузах региона от 75 % до 82 %, организовывались выездные консультации преподавателей в районах области13.

Результатом этих нововведений стало значительное преобладание среди студентов лиц с производственным стажем и демобилизованных. Так, в 1959/1960 г. на 1 курсе

Саратовского автодорожного института их насчитывалось 80 %, Сталинградского института инженеров городского хозяйства - 63 %14.

В то же время приток сельской молодежи в сельскохозяйственные вузы был недостаточным. 18 сентября 1959 г. Совет Министров СССР принял постановление «Об участии промышленных предприятий, совхозов и колхозов в комплектовании вузов и техникумов и в подготовке специалистов для своих предприятий»15. Колхозы и совхозы получили возможность направлять в учебные заведения наиболее способную молодежь, проработавшую 2 года в сельскохозяйственном производстве и положительно себя проявившую в этой работе.

Но первый опыт приема студентов по направлениям колхозов и совхозов показал, что ни хозяйства, ни учебные заведения должным образом не перестроились для проведения этого курса в жизнь. Так, в сельскохозяйственных вузах Саратова в 1961 г. удельный вес студентов, направленных от хозяйств, составлял в среднем 7,7 % от общего числа принятых, а в 1962 г. - 7,5 %. Только в Сталинградском сельскохозяйственном институте (СХИ) доля колхозно-совхозных стипендиатов в указанные годы составляла 16 и 15 % от набора16.

С целью исправления положения местные органы власти взяли под контроль выполнение решения правительства. Так, бюро Саратовского обкома КПСС в постановлениях «О работе Саратовского зоотехническо-ветеринарного института» (февраль 1963 г.) и «О направлении сельской молодежи на учебу в сельскохозяйственные вузы и техникумы области» (июнь 1963 г.) определило комплекс мер по расширению подготовки специалистов за счет хозяйств. Они заключались в разработке в каждом хозяйстве перспективных планов по такой подготовке, в широкой разъяснительной работе в селах среди молодых тружеников и выпускников школ по вопросу направления их в сельскохозяйственные вузы17.

Разъяснительная и организаторская работа, проведенная в областях Нижней Волги, создание соответствующего общественного мнения позволили изменить положение. В 1963/1964 г. по направлениям колхозов и совхозов в Саратовский институт механизации сельского хозяйства поступили 70 %, в зооветеринарный 55 %, в Сталинградский СХИ - 63 % студентов, а всего по Нижнему Поволжью прием возрос в 2,8 раза18.

Значительным изменениям подвергся и учебный процесс в вузах. Были введены новые сроки начала и окончания учебного года, семестров и каникул, прохождения общеобразовательных и профилирующих дисциплин с учетом характера и сезонности производства19.

Учебный материал был распределен более рационально, исключалось дублирование одних и тех же вопросов в программах различных дисциплин, выделялось дополнительное время для самостоятельной работы студентов старших курсов. В итоге с 1956 г. рабочая неделя студентов вместо 42-44 учебных часов стала составлять 36-38 часов на первом и 1832 - на старших курсах. На экзаменационную сессию выносилось только 5 экзаменов вместо прежних 4-7 экзаменов и 3-5 зачетов.

Планы, утвержденные МВО СССР, дорабатывались на местах с учетом зональных особенностей, т. к. приказом Министерства допускались их изменения в пределах 1015 %. Саратовский государственный университет, обладавший мощным научным потенциалом, неоднократно получал задания от МВО СССР по разработке проектов учебных программ и планов, подготовке учебников и учебных пособий для университетов страны. Составленные его коллективом индивидуальные учебные планы значительно снизили (в среднем на 20 %) загрузку студентов обязательными аудиторными учебными занятиями и тем самым высвободили время для самостоятельной учебной и научной работы. В 1959 г. начальник Главного управления МВО СССР по РСФСР М. Прокофьев объявил благодарность за достигнутые результаты С. А. Бах - декану филологического факультета, В. А. Осипову - декану исторического факультета, М. Л. Кацу - декану физического факультета, С. В. Фальковичу - заведующему кафедрой теоретической механики и гидроаэродинамики и А. В. Фортунатову - декану химического факультета СГУ20. Высокий авторитет другого высшего учебного заведения Нижневолжского региона - Астрыбвтуза - позволял его преподавательскому составу разрабатывать учебно-методические пособия не только для себя, но и для других вузов Министерства рыбной промышленности. Кафедры Сталинградского пединститута также подготовили свой вариант учебного плана, который одобрило Министерство просвещения и рекомендовало другим педагогическим институтам21.

В преподавании стали шире использоваться материалы последних достижений науки и передового опыта. Повсеместно начали составляться программы специальных и факультативных курсов, вводивших студентов в круг современных вопросов науки и методов научных исследований. В теоретической подготовке студентов повысилась роль спецсеминаров, которые способствовали формированию исследовательских навыков.

Технические вузы региона пересмотрели учебные планы по таким предметам, как высшая математика, физика, начертательная геометрия, теоретическая механика и технология материалов. В сельскохозяйственных дисциплинах нашли отражение вопросы обработки почвы по методу Т. С. Мальцева, по использованию целинных и залежных земель. В целом, большое внимание уделялось предметам, составляющим научную основу высшего инженерного, агрономического и зоотехнического образования.

В 1959/60 учебном году преподаватели кафедры зоологии беспозвоночных биолого-почвенного факультета СГУ впервые прочитали курс «Вариационная статистика», кафедры генетики и дарвинизма - «Цитология», кафедры цитологии позвоночных и кафедры морфологии и систематизации растений «Общая экология»22. Это отразило менявшуюся политику по отношению к отдельным «гонимым» прежде естественным наукам и давало возможность восполнить тот урон, который они понесли в ходе послевоенных идеологических кампаний.

Важное значение в условиях политехнического обучения приобрела производственная практика студентов, продолжительность которой увеличилась на 10-40 %. В Саратовском автодорожном институте студенты первых двух курсов автомобильного, механического и строительного факультетов, не имевшие производственного стажа, стали заниматься по вечерам, а днем работали на предприятиях, те же, кто имел стаж, учились, как и раньше, в первую смену. Аналогичная система применялась и в других технических вузах региона. Студенты дорожно-строительного факультета занимались с сентября по март, в апреле отдыхали, а с мая по октябрь трудились рабочими на стройках в Мостоотряде, который возводил мост через р. Волгу, и в Саратовском дорожно-строительном тресте. Учащиеся строительного факультета

осваивали методы возведения гидростанции в Сталинграде, крупноблочных домов в Ленинграде. Студенты Сталинградского механического института проходили практику не только в родном городе, но и на тракторных и автомобильных заводах Москвы, Минска, Липецка, Харькова, Ярославля. Все практиканты получали разряды по специальностям токаря, фрезеровщика, шлифовщика, расточника, формовщика, стерженщика и др.

Местом практики студентов Астрыбвтуза были рыбоперерабатывающие, судоремонтные, машиностроительные заводы и производственные суда. География практики была обширной: Астрахань, Махачкала, Москва, Мурманск, Одесса, Камчатка, Сахалин, Азово-Черноморский бассейн, Балтийское и Каспийское море23. Учащиеся Саратовского экономического института практиковались в учреждениях Госбанка городов Саратова, Сталинграда, Тамбова и Челябинска.

Учебная и производственная практика студентов сельскохозяйственных вузов осуществлялась в учебно-опытных хозяйствах институтов, колхозах, совхозах, на заводах и стройках. Материальная база всех хозяйств находилась в неудовлетворительном состоянии, а объем производства не обеспечивал рабочими местами всех студентов и не отвечал требованиям проведения научно-исследовательской работы профессорско-преподавательского состава. Отсутствие новейшей техники лишало возможности познакомиться с модернизированными сельхозорудиями и механизмами. Удаленность учебных хозяйств от институтов, дробление их на участки малой площади негативно влияли на организацию работ и мешали оперативному руководству практикой. В итоге выпускаемые институтами специалисты имели серьезные пробелы в знаниях по сельскому хозяйству.

В конце 1950-х гг. для решения этих проблем государство сделало акцент на расширение учхозов сельскохозяйственных вузов. В 1958/59 учебном году Саратовскому зооветеринарному институту в качестве учебно-опытного хозяйства был передан крупный совхоз «Степное», а Сталинградскому СХИ большое хозяйство «Горная поляна», что дало возможность организовать полноценное производственное обучение. Студенты с апреля по сентябрь направлялись в учебные хозяйства институтов. Из них формировались бригады, за которыми закреплялись земель-

ные участки на период от посева до уборки урожая. Здесь же проводились практические занятия по специальным дисциплинам.

Начиная с 1962/63 учебного года все сельскохозяйственные вузы Нижнего Поволжья проводили работу по обучению студентов рабочим специальностям в соответствии с решением ЦК КПСС и СМ СССР от 12 апреля 1962 г. «О повышении роли агрономов, зоотехников и других специалистов сельского хозяйства»24. Учившиеся на агрономических факультетах осваивали профессии овощеводов, полеводов, бахчеводов, на зоотехнических - скотников, доярок, птичниц, чабанов и др. Студенты факультетов электрификации сельского хозяйства имели возможность получить IV-II разряды электромонтажников, которые присваивали квалификационные комиссии.

Новые учебные планы, введенные с 1956 г. в медицинских вузах, были направлены на подготовку врачей широкого профиля преимущественно для сельских врачебных участков и промышленных предприятий. Необходимые практические навыки студенты получали при клинических кафедрах, которые располагались на базе областных и городских лечебно-профилактических учреждений. Основным недостатком при этом являлось то, что медицинские пункты были разбросаны по всему городу. Это осложняло передвижение студентов и снижало эффективность их работы.

С серьезными трудностями, вызванными изменениями в организации практики, столкнулись и другие вузы. Так, студенты механико-математического факультета СГУ, специализировавшиеся по вычислительной математике, проходили практику в вычислительном центре МГУ. Срок их практического обучения был коротким - 1 месяц, а численность групп большая - по 17-20 человек. Поэтому каждый практикант имел ограниченное количество «машинного времени». Еще одной проблемой стало требование организаций, изъявлявших готовность принять студентов мехмата на практику, направлять выпускников к ним на работу, в связи с чем ректорату СГУ приходилось добиваться положительного решения этого вопроса в Министерстве. Кафедра холодильных и компрессионных машин Астрыбвтуза испытывала затруднения в связи с тем, что в системе Минрыбпрома отсутствовали машиностроительные заводы нужного профиля, а предприятия других ве-

домств крайне неохотно принимали студентов, особенно потоки численностью в 40-45 человек. Поэтому практикантов были вынуждены направлять на предприятия, не соответ-

" 25

ствующие получаемой специальности25.

Существовали сложности и с педагогической практикой, проводившейся университетом и пединститутами. Базовые школы, прикрепленные к вузам, не могли вместить всех желающих. Учителя же других школ фактически не помогали практикантам, неохотно пускали их в классы, требовали специальной оплаты за присутствие на своих уроках, что вызывало негативное отношение студентов к педпрактике26.

Увеличение продолжительности производственного обучения привело в начале 1960-х гг. к сокращению теоретической подготовки. Ряд предметов выносился на самостоятельное изучение, с чем не справлялись отдельные студенты. В этом выявлялась негативная сторона преобразований в высшей школе. Лишь с 1964/65 учебного года начинают осуществляться меры по введению в учебные планы более рационального соотношения между теоретическим и практическим обучением, по улучшению организации учебной и производственной практики. Все это создавало новые условия и предъявляло высокие требования к вузовским педагогам.

В целом же изменения в учебном процессе не оказали заметного влияния на успеваемость студентов дневного отделения. Абсолютная успеваемость во всех вузах Нижнего Поволжья в 1950-х - начале 1960-х гг. была относительно стабильна и колебалась в средних пределах - 91,5-98,9 %. При этом показатели на старших курсах оставались выше, чем на младших. Это, по мнению руководства институтов, объяснялось, с одной стороны, слабой подготовкой абитуриентов по материалу школьной программы и приобретением навыков самостоятельной работы старшекурсниками, появлением у них интереса к своей специальности в процессе учебы и производственной практики, с дру-гой27.

Важное значение в связи с ускоренной подготовкой специалистов для нужд народного хозяйства приобрело обучение кадров высшей квалификации без отрыва от производства. 26 ноября 1956 г. МВО СССР издало приказ «О мерах дальнейшего улучшения заочного и вечернего университетского

образования»28. Вслед за этим в 1957 г. в СГУ в дополнение к функционировавшему заочному отделению добавилась вечерняя форма обучения с контингентом студентов в 114 человек. В следующем учебном году вечернее отделение работало на всех восьми факультетах университета, и на 1 января 1959 г. в нем обучалось 578 человек29.

2 июля 1959 г. СМ СССР принял специальное постановление о расширении льгот для лиц, обучавшихся без отрыва от производства. Дополнительно к ежегодному отпуску студенты-заочники младших курсов получали отпуск продолжительностью в один месяц, а студенты старших курсов - от 30 до 40 дней с сохранением заработной платы по месту работы. В целях повышения научно-теоретического уровня этой формы учебы в городах и районных центрах стали создаваться межвузовские консультационные пункты, проводиться установочные сессии, учебно-методические конференции для преподавателей заочных отделений.

На заочных отделениях, как и дневных, внедрялись нововведения, нацеленные на совмещение производственного труда и учебы. Так, в Астрыбвтузе одна неделя для заочников была учебной, а другая - отводилась для самостоятельной работы. В результате облегчилось обучение студентов-заочников и улучшилась их успеваемость30.

В целом, с конца 1950-х гг. обозначился значительный рост контингента вечерних и заочных отделений вузов Нижнего Поволжья. Так, в Саратовском экономическом институте в 1957/58 учебном году на вечернем отделении имелось 125 человек, в 1961/62 - уже 671, а в 1964/65 - 897. На заочном отделении этого же института в 1957/1958 г. училось 275 человек, в 1961/1962 г. - 1340, а в 1964/1965 г. - 174731. В Астрыбвтузе в 1958 г. числилось 775 студентов-заочников, в 1962 г. - 1263, а в 1964 г. - 158432. В Сталинградском механическом институте в 1958/59 учебном году насчитывалось 658 студентов-вечерников, а в 1961/62 - 1232. Дальнейшему развитию заочной подготовки кадров способствовали постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 9 мая 1963 г. «О мерах по дальнейшему развитию высшего и среднего специального образования, улучшению подготов-

33

ки и использования специалистов»33, постановление МВО СССР от 9 апреля 1964 г. «О дальнейшем улучшении высшего и среднего

заочного и вечернего образования»34. Их реализация должна была превратить заочное образование в один из мощных каналов обеспечения народного хозяйства квалифицированными специалистами.

В целом по стране с 1955 г. по 1965 г. число студентов-заочников увеличилось с 639,1 тыс. до 1587,7 тыс. (в 2,5 раза), студентов-вечерников - с 80,9 тыс. до 506,1 тыс. (в 6 раз), в то время как численность студентов дневного отделения выросла с 1147 тыс. до 1514,1 тыс. (в 1,3 раза)35.

Но ожидаемых качественных сдвигов в заочном и вечернем обучении в 1950-х - первой половине 1960-х гг. не произошло. В организации учебного процесса сохранялись серьезные недостатки. Контроль за заочниками в межсессионный период практически отсутствовал. Преподаватели задерживали рецензирование контрольных работ на два и более месяцев, не давали письменных консультаций. Кроме того, общая для всех вузов проблема нехватки квалифицированных преподавательских кадров остро ощущалась и здесь. Интенсивный рост числа профессорско-преподавательского состава, наблюдавшийся в 1956-1964 гг., шел за счет молодых, менее подготовленных и опытных кадров, которые в первую очередь направлялись на ОЗО и ВО. Материальная база заочных и вечерних отделений также оставалась слабой: остро ощущалась нехватка аудиторий и учебной литературы36. Все это вело к снижению успеваемости, распространению такого явления, как второгодничество. Например, в 1963 г. на 1 курсе ОЗО Саратовского СХИ числилось 976 студентов, из которых новый набор составлял 44237. В 1964/1965 учебном году в Сталинградском сельскохозяйственном институте из 775 заочников, выбывших из вуза, 467 являлись первокурсниками, причем 363 из них были отчислены за неуспевае-

мость38.

Расширение сети вечернего и заочного образования нанесло определенный вред и школам, и вузам. Преобладание заочников и вечерников, особенно на гуманитарных факультетах, не являлось благом, т. к. выпускались недостаточно подготовленные специалисты, но с типовым вузовским дипломом. Отдавая предпочтение производственникам, высшие учебные заведения отодвигали на дальний план талантливую молодежь со школьной скамьи, в результате чего снижался уровень

подготовки абитуриентов.

Таким образом, реформа системы образования второй половины 1950-х - начала 1960-х гг. внесла существенные изменения в работу высших учебных заведений Нижнего Поволжья. Позитивные результаты имело создание подготовительных курсов при вузах, дав возможность получить высшее образование многочисленным производственникам и демобилизованным из рядов Советской Армии. Переход на новые учебные планы привел к более рациональной организации и повышению эффективности учебного процесса. Несмотря на изменение контингента студентов, их успеваемость на дневных отделениях осталась стабильно высокой. Многие проблемы остались нерешенными в связи с сохранением экстенсивных принципов развития высшего образования в СССР, недостаточной учебно-материальной базой, нехваткой квалифицированных преподавательских кадров и отсутствием специфического опыта работы с огромным контингентом заочников, низким общеобразовательным уровнем абитуриентов.

Примечания

1 Чуткерашвили, Е. В. Развитие высшего образования в СССР. М., 1961; Украинцев, В. В. КПСС - организатор революционного преобразования высшей школы. М., 1963; Высшая школа СССР за 50 лет (1917-1967 гг.). М., 1967; Советская интеллигенция. Краткий очерк истории (1917-1975 гг.). М., 1977; Елютин, В. П. Высшая школа общества развитого социализма. М., 1980.

2 Водичев, Е. Г. Путь на Восток: формирование и развитие научного потенциала Сибири (середина 50-х - 60-е гг.). Новосибирск, 1994.

3 Щурова, Л. В. Формирование и развитие высшей школы в Кузбассе. 1931-1991 гг. : дис. ... канд. ист. наук. Кемерово, 2007.

4 Кононенко, В. М. Развитие высшего образования на юге России (20-90-е годы ХХ века) : автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Ставрополь, 2007.

5 Казарин, В. Н. : 1) Образование, наука и интеллигенция в Восточной Сибири (вторая половина 40-х - середина 60-х гг. XX в.). Иркутск, 1998; 2) Педагогическая и научно-педагогическая интеллигенция Восточной Сибири : формирование, облик, деятель-

ность. Вторая половина 40-х - середина 60-х гг. XX в. : автореф. дис. ... д-ра ист. наук. Иркутск, 1998.

6 Пыжиков, А. В. Реформирование системы образования в СССР в период «оттепели» (1953-1964 гг.) // Вопр. истории. 2004. № 9. С.95-104.

7 Садыкова, Д. М. Заочное образование в высшей школе Российской Федерации и его роль в подготовке квалифицированных кадров (1953-1999 гг.) : дис. ... д-ра ист. наук. М., 2005.

8 Народное образование в СССР : сб. док. 1917-1973. М., 1974. С. 55.

9 Государственный архив Саратовской области (ГАСО). Ф. 332. Оп. 2. Д. 10. Л. 39.

10 Там же. Л. 195-197.

11 Там же. Л. 259.

12 Там же. Д. 80. Л. 245-251 об.

13 Государственный архив Волгоградской области (ГАВО). Ф. 6564. Оп. 1. Д. 116. Л. 71; Д. 117. Л. 30; Д. 219. Л. 95; Государственный архив Астраханской области (ГААО). Ф. 1071. Оп. 5. Д. 48. Л. 37.

14 ГАВО. Ф. 6564. Оп. 1. Д. 117. Л. 30; Ф. 6056. Оп. 5. Д. 59. Л. 8.

15 Собр. постановлений правительства Союза Совет. Социалист. Республик. М., 1959. № 17. С.458-460.

16 Государственный архив новейшей истории Саратовской области (ГАНИСО). Ф. 1012. Оп. 1. Д. 128. Л. 102, 150, 192.

17 Там же. Д. 26. Л. 41.

18 Там же. Ф. 594. Оп. 5. Д. 142. Л. 108; Оп. 1. Д. 26. Л. 41.

19 ГАСО. Ф. 2555. Оп. 1. Д. 63. Л. 7.

20 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 154. Л. 341-342.

21 ГАВО. Ф. 6056. Оп. 4. Д. 79. Л. 67.

22 ГАСО. Ф. 332. Оп. 2. Д. 186. Л. 2-3, 21; Д. 187. Л. 3, 22.

23 ГААО. Ф. 2181. Оп. 1. Д. 508. Л. 68.

24 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. 1917-1967 : сб. док. М., 1968. Т. 5. С. 59-63.

25 ГААО. Ф. 2181. Оп. 1. Д. 577. Л. 41.

26 ГАСО. Ф. 332. Оп. 2. Д. 98. Л. 16.

27 ГАВО. Ф. 4330. Оп. 2. Д. 212. Л. 7; Ф. 6564. Оп. 1. Д. 116. Л. 26-27; Ф. 5977. Оп. 1. Д. 64. Л. 66; Оп. 4. Д. 281. Л. 54; Д. 9. Л. 140, 143; ГАСО. Ф. 844. Оп. 3. Д. 308. Л. 6.

28 Мерзляков, С. Л. Саратовский государственный университет в годы войны и мира (1941-1964 гг.) : дис. ... канд. ист. наук. Саратов, 2008.С. 156.

29 Саратовский университет. 1909-1959 / под ред. Р. В. Мерцлина. Саратов, 1959. С. 52.

30 ГААО. Ф. 2181. Оп. 1. Д. 434. Л. 36.

31 ГАСО. Ф. 3556. Оп. 1. Д. 10. Л. 8; Д. 40. Л. 11;Д. 108.Л. 11.

32 ГААО. Ф. 2181. Оп. 2. Д. 17. Л. 21; Д. 91. Л. 9; Д. 171. Л. 22.

33 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. 1917-1967 : сб. док. М., 1968. Т. 5. С. 326-333.

34 Собр. постановлений правительства СССР. 1964. № 6. Ст. 73.

35 Народное образование, наука и культура в СССР : стат. сб. М., 1977. С. 214.

36 Государственный архив современной документации Астраханской области (ГАСДАО). Ф. 325. Оп. 27. Д. 101. Л. 271-274; Центр документации новейшей истории Волгоградской области (ЦДНИВО). Ф. 113. Оп. 52. Д. 134.Л. 10.

37 ГАСО. Ф.Р-261. Оп. 5. Д. 152. Л. 6.

38 ГАВО. Ф. 5977. Оп. 4. Д. 257. Л. 204.