ФИЛОСОФСКО-КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКАЯ РЕЦЕПЦИЯ ЦЕННОСТНОГО КРИЗИСА СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

Общество: философия, история, культура. 2023. № 2. С. 52-58. Society: Philosophy, History, Culture. 2023. No. 2. P. 52-58.

Научная статья УДК 130.2

https://doi.org/10.24158/fik.2023.2.8

Философско-культурологическая рецепция ценностного кризиса современной культуры Софья Юрьевна Балакирева

Филиал Кузбасского государственного технического университета имени Т.Ф. Горбачева в г. Новокузнецке, Новокузнецк, Россия, balakirevas@mail.ru

Аннотация. В статье представлен анализ возможностей выявления ценностного кризиса культуры с учетом цивилизационного фактора. Акцент сделан на выявлении некоторых особенностей объективации ценностного кризиса в философско-культурологических исследованиях. При этом проблема рассматривается с учетом положений, сформулированных в рамках традиционной парадигмы цивилизационного подхода, а также в контексте основных результатов Всемирного обзора ценностей (1981-2020 гг.) и концептуализации духовной безопасности. Установлено, что поиск объективных признаков ценностного кризиса может осуществляться посредством «центрации» ценностей в точках сопряженности культуры и цивилизации. Указанное направление исследований дает возможность оценить состояние кризиса культуры на основании трансформации смыслов и значений ключевых для развития человека и общества ценностей. Основной результат статьи - это оценка опыта идентификации ценностного кризиса современной культуры в фило-софско-культурологическом ракурсе.

Ключевые слова: цивилизационный фактор, кризис культуры, Всемирный обзор ценностей, культурные ценности

Для цитирования: Балакирева С.Ю. Философско-культурологическая рецепция ценностного кризиса современной культуры // Общество: философия, история, культура. 2023. № 2. С. 52-58. https://doi.org/10.24158/fik.2023.2.8.

Original article

Philosophical and Cultural Reception of the Value Crisis of Modern Culture Sofia Yu. Balakireva

Branch of T. F. Gorbachev Kuzbass State Technical University in Novokuznetsk, Novokuznetsk, Russia, balakirevas@mail.ru

Abstract. The paper presents an analysis of the possibilities of identifying the value crisis of culture, taking into account the civilizational factor. The emphasis is placed on identifying some features of the objectification of the value crisis in philosophical and cultural studies. At the same time, the problem is considered taking into account the provisions formulated within the framework of the traditional paradigm of the civilizational approach, as well as in the context of the main results of the World Values Survey (1981-2020) and the conceptualization of spiritual security. It is established that the search for objective signs of the value crisis can be carried out through the "centralization" of values at the points of the conjugation of culture and civilization. This direction of research makes it possible to assess the state of the crisis of culture on the basis of the transformation of meanings and the significance of key values for the development of man and society. The main result of the study is an assessment of the experience of identifying the value crisis of modern culture from a philosophical and cultural perspective. Keywords: civilizational factor, cultural crisis, World Values Survey, cultural values For citation: Balakireva, S.Yu. (2023) Philosophical and Cultural Reception of the Value Crisis of Modern Culture. Society: Philosophy, History, Culture. (2), 52-58. Available from: doi:10.24158/fik.2023.2.8 (In Russian).

Введение. Вопрос о кризисе культуры широко дискутируется в междисциплинарном пространстве науки на протяжении довольно длительного времени: на этот счет высказываются различные суждения, опирающиеся как на мнения авторитетных ученых или классиков философии и культурологии, так и на результаты эмпирических исследований социокультурной динамики. Существует множественность трактовок самого понятия кризиса культуры, но наиболее часто его, конечно, связывают именно с ценностным кризисом - по сути, более явным фактором кризиса культуры в целом является такая трансформация культурных ценностей, которая влечет за собой последующие изменения в пространстве культуры. Закономерно, что о состоянии культуры принято судить именно по состоянию ее ценностей и норм. Как известно, в философско-

© Балакирева С.Ю., 2023

культурологических исследованиях признанным является аксиологический подход, в соответствии с которым выявляется специфика ценностного мира человека, ценностной детерминации социальных, политических и экономических процессов. В основании данного подхода лежат положения классиков философии, активно включенных в обсуждение роли ценностей в индивидуальном и коллективном бытии человека. При этом ключевой тезис аксиологического подхода, по-видимому, можно сформулировать следующим образом: ценность является объективным показателем развития мира, социума, человека и результатов его труда и мыслительной деятельности. Как отмечает Ш. Шварц, ценности всегда были и будут руководящими принципами в жизни человека (Schwartz, 1994: 42), но, кроме того, ценности - это объект пристального внимания со стороны науки. Рецепция ценностей в современном познании может выходить за границы какой-либо одной области науки (например, философии, истории или антропологии), но может быть по-прежнему сосредоточена в рамках философско-культурологического осмысления.

Основная проблема видится в том, что на сегодняшний день в арсенале науки не имеется каких-либо адаптированных показателей или алгоритма идентификация ценностного кризиса в культуре. Конечно, учеными выдвигаются самые разнообразные основания формирования и развития ценностного кризиса, но чаще всего звучит консолидированное мнение о том, что ценностный кризис сопутствует культуре практически с того времени, когда она стала осмысливаться человеком. Например, ряд зарубежных авторов развивает именно такую точку зрения, настаивая на том, что ценностный кризис есть объективное состояние культуры, а потому поиск его первоисточников или начал вести совсем не обязательно - достаточно лишь знать, когда зародилась человеческая культура (Dobewall et al., 2017: 271). Примерно в таком же ключе обсуждают данный ракурс проблемы и другие исследователи. Так, отмечается, что ценностный кризис прочно увязан с культурой и стал ее неотъемлемой частью или даже условием развития. В этом смысле кризис культуры представляет собой ее объективное состояние: если есть культура, то, следовательно, мы можем вести речь о ее кризисе (Fischer, 2009: 41). С одной стороны, с такими суждениями можно согласиться - в действительности кризис характерен для многих аспектов человеческого бытия и рассматривается как данность. С другой стороны, культура - это вовсе не эфемерное явление, которому может соответствовать то или иное состояние, раз и навсегда ему «предписанное» или «предзаданное». В конечном итоге кризис - это только система координат, в границах которой дается характеристика культуры, ее динамики или статики. На этот аспект изучения проблемы чаще всего обращают внимание различные авторы, при этом они нередко обосновывают свои суждения ссылками на классиков философии культуры, например, за основу берутся идеи Гегеля о поиске нравственной системы оценивания культурного развития. В конечном итоге речь идет о необходимости выделения «нравственного начала и высшей ценности в человеке» (Гегель, 1990: 192). Кроме того, мыслитель настаивает на том, что, «если общая культура впала в такое противоречие, то задача философии состоит в том, чтобы снять эту противоположность, то есть показать, что обе ее стороны в их абстрактной односторонности не представляют собой истины и разрушают сами себя. Истина же состоит лишь в их примирении и опосредствовании, и это опосредствование является не требованием, а чем-то в себе и для себя свершившимся и постоянно совершаемым» (Гегель, 1968: 60). Позиция, в соответствии с которой признается необходимость поиска адекватной системы оценивания состояния культуры, находит свое подтверждение в работах ряда других исследователей1 (Иванов, 2020; Иванов, Попков, 2022; Инглхарт, 2018; Лексин, 2009; Розов, 2019; Asakaviciute, 2018, и др.).

Стоит подчеркнуть, что современные философско-культурологические исследования продолжают ориентироваться на аргументацию ценностного кризиса с точки зрения его «предзадан-ности» процессами социокультурной динамики (эндогенный фактор) и явлениями социальной реальности (экзогенный фактор). Вместе с тем «предзаданность» кризиса - обстоятельство, нуждающееся во внимании со стороны исследователей. Главным образом необходим акцент на объективации кризиса культуры и ее ценностей. При этом мы ставим целью предложить один из вариантов определения границ ценностного кризиса культуры, который проявляется в результате противоречий культурно-цивилизационного развития, со всей очевидностью именно цивилизационный фактор претендует на особую роль в определении границ ценностного кризиса культуры.

Цивилизационный фактор. Как известно, соотношение культуры и цивилизации - это рецепция в теории и истории культуры, философии культуры, а также на междисциплинарном уровне, имеющая давние традиции. Множество работ посвящено этой проблематике. Мы в настоящей статье берем за основу ключевые положения цивилизационного подхода, представленного работами Н.Я. Данилевского (2008), А. Тойнби (2010), Ф. Фукуямы (1990), С. Хантингтона

1 Гуревич П.С. Кризис ценностных ориентаций [Электронный ресурс]. URL: https://docs.yan-dex.ru/docs/view?tm=1657949855&tld=ru&lang=ru&name=Gurevich_Krizis_cennostnikh_orientaciy (дата обращения: 17.12.2021).

(1994), О. Шпенглера (1998) и др. В то же время для нас имеет значение достаточно любопытный ракурс цивилизационного подхода, обозначенный в работах современных исследователей А. Хаген (Hagen, 2019) и Дж. Холдена (Holden, 2006). Указанные авторы не выходят за рамки выявления различных аспектов сопряженности культуры и цивилизации, но между тем предлагают важный механизм в объективации ценностного кризиса культуры, проявляющегося под воздействием именно цивилизационного фактора. Такой механизм получил название «центрации» ценностей (Hagen, 2019: 11-12).

Ценностный кризис культуры рассматривается авторами исследования как такое состояние, которое нельзя сводить только к определенной трансформации ценностей. Закономерно, что такие изменения происходили и происходят всегда, иногда довольно стремительно, иногда в течение длительного временного отрезка или даже целой эпохи, поэтому только лишь по такого рода трансформациям судить о ценностном кризисе не представляется возможным, более того, как полагает Анамария Хаген, изменения в системе ценностей, напротив, могут стимулировать развитие культуры, поддерживать ее (Hagen, 2019: 13). В действительности ценностный кризис, по словам различных исследователей, проявляется как раз в силу определенной трансформации ценностей, но в условиях цивилизационного фактора. Так, например, А.Н. Данилов ставит вопрос о «цивилизационной целостности», оказывающей влияние на ценностные установки общества, которые «обладают целым рядом преимуществ перед всеми прочими социальными и культурными типами организации общественной жизни и открывают безграничные возможности экономического развития для тех регионов, которые их принимают» (Данилов, 2022: 56).

С другой стороны, как отмечает Джон Стори, ценности не могут быть постоянными априори по причине влияния на них цивилизационного фактора. Такой фактор представляет собой не просто эффект воздействия цивилизации на те или иные стороны человеческого бытия, но и систематическое и доминирующее перераспределение ценностей, которое «до цивилизационного фактора» во многом объяснялось эндогенными процессами культурной динамики, но теперь -экзогенными, когда вмешиваются политика, техника, институты государства (Storey, 2018: 32). Данную точку зрения разделяет и Стивен Гаукрогер, называющий цивилизационный фактор достаточно мощным механизмом распределения ценностей культуры по иерархиям и не только -также в системе смыслов социального и индивидуального бытия, так называемых «онтосов» (Gaukroger, 2020: 231-236). Как можно наблюдать, в последнее время в философско-культуро-логических исследованиях складывается своеобразный научный тренд, в основании которого лежат результаты исследований, определяющих роль цивилизационного фактора в провоцировании и поддержании системного ценностного кризиса культуры. Собственно, в этом же ключе, но более предметно обсуждают указанный вопрос А. Хаген и Дж. Холден.

Что имеется в виду под «центрацией» ценностей? А. Хаген предлагает обратить внимание на тот факт, каким образом происходит перераспределение ценностей в пространстве культуры в результате влияния мощного цивилизационного фактора: культура «притягивает» ценности, оставляет их в своем пространстве, однако в силу того, что меняются смыслы человеческого бытия, культура теряет свою «силу притяжения» - ценности в таком случае оказываются подверженными влиянию цивилизации и теперь уже «притягиваются» к ней, становясь цивилизационными (Hagen, 2019). В общем-то, предлагаемый механизм во многом объясняет эффекты сопряженности культуры и цивилизации: в границах культуры ценности формируются во всем своем многообразии, но затем, подвергаясь воздействию цивилизационного фактора, приобретают дополнительные коннотации, им не свойственные, таким образом, становятся маркерами политической, социальной, экономической, правовой реальности, а следовательно, политизируются, социологизируются и т. д. Рональд Инглхарт обращается к результатам Всемирного обзора ценностей, включающего данные семи раундов эмпирических исследований ценностей в межстрановом сравнении (19812020 гг.)1, и, обобщая содержащиеся в нем показатели, предлагает осуществлять дифференциацию ценностей по двум ключевым основаниям (социокультурному и цивилизационному) и двум дополнительным (духовность/безопасность) (Инглхарт, 2018). Стоит подчеркнуть, что в настоящей статье мы обращаемся к Всемирному обзору ценностей вслед за рядом авторов для иллюстрации состояния современной культуры, идентифицируемого как кризисное. Вместе с тем более акцентированный анализ результатов столь масштабного исследования может быть уместным, например, в рандомизированных эмпирических исследованиях, в которых преобладает сравнительный аспект, позволяющий сопоставлять ценностные трансформации в межстрановом «горизонте», а также с учетом изменений в системе социальной стратификации и т. д.

1 World Values Survey [Электронный ресурс] // WVS Database. URL: https://www.worldvaluessur-vey.org/wvs.jsp (дата обращения: 10.11.2022).

Берет за основу построения своей концепции указанные результаты и Джон Холден, полагая при этом, что существенное возрастание роли цивилизационного фактора в социокультурных процессах современности и главном из них - ценностно-смысловом - приводит к тому, что ценности перегруппируются, перераспределяются совершенно по иным, чем раньше, принципам: технократические изменения, а также политизация бытия приводят к изменению статуса ценностей. Более того, как замечает Холден, ни одна ценность в современной реальности уже не может в полной мере сохранять свой истинный (исконный) смысл, она в любой момент может оказаться в зоне влияния цивилизационного фактора (Holden, 2006: 24-26).

Приводимые указанными исследователями примеры, в том числе после обобщений Всемирного обзора ценностей, подтверждают эту тенденцию и закрепляют ценностный кризис как перманентное состояние «острой» сопряженности культуры и цивилизации. Так, например, Р. Инглхарт, оценивая «глобальные культурные закономерности», склонен считать, что все ключевые группы ценностей в начале XXI в. получили от цивилизационного фактора «стимул» для перераспределения (Инглхарт, 2018: 63-64). В то же время Р. Инглхарт в соавторстве с К. Вельцелем в своей работе «Модернизация, культурные изменения и демократия: последовательность человеческого развития» (2011) обсуждают данный вопрос более предметно, показывая, насколько серьезно возрастает нагрузка на культуру, которая «не может сдержать ценности в своем ядре», а потому они в наибольшей степени демонстрируют «приверженность» цивилизации по принципу обеспечения социальной, политической и экономической безопасности государств и обществ. В частности, исследователи обращают внимание на тот факт, что «в богатых постиндустриальных обществах наблюдаются значительные межпоколенческие различия: молодые в целом делают куда больший акцент на секулярно-рациональных ценностях и ценностях самовыражения, чем представители старших возрастных групп. И напротив, в странах с низкими доходами населения, не имевших в последние 50 лет значительного экономического роста, межпоколенческих различий не выявляется: представители младших и старших возрастных групп демонстрируют примерно одинаковые показатели по шкале традиционных/современных ценностей. Этот результат позволяет предположить, что подобные различия между поколениями связаны не с самим возрастом людей, а с изменениями исторического характера» (Инглхарт, Вельцель, 2011: 19). Мы не ставим в настоящей статье задачу анализа результатов ценностных трансформаций, представленных, например, во Всемирном обзоре ценностей, между тем с учетом массива эмпирических данных возможно провести границы ценностного кризиса современной культуры, являющегося следствием «центрации» ценностей в точках сопряженности цивилизации и культуры.

Ценностный кризис и духовная безопасность. В философско-культурологических исследованиях последних лет авторы все чаще обращаются к проблематике духовной безопасности. Вполне закономерно, что данный концепт позволяет идентифицировать ценностный кризис также на уровне сопряженности цивилизации и культуры. Мы полагаем в рамках настоящей статьи, что наиболее адекватным ракурсом исследования ценностного кризиса культуры может стать именно комплексный анализ, который, с одной стороны, опирается на традиционный циви-лизационный подход, с другой - базируется на подходе, обозначенном как «центрация» ценностей, в этом случае акцент делается на соотношении культуры и цивилизации, которое отражает трансформацию широкого круга ценностей. К слову сказать, данное обстоятельство позволяет рассматривать духовную безопасность как важнейший фактор обеспечения социокультурной динамики в пику процессам цивилизационного развития, которые способствуют трансформации традиционных ценностей и, таким образом, определяют масштабы кризиса культуры.

При этом стоит подчеркнуть, что преодоление ценностного кризиса нередко рассматривается как достижение духовной безопасности индивида и социума. По словам некоторых исследователей, духовная безопасность является следствием снижения проявлений ценностного кризиса, даже если он носит затяжной и системный характер, откликаясь на сложные социально-политические или социально-экономические потрясения в мире (Попов, 2016). В таком случае идентификация ценностного кризиса напрямую связывается с такого рода изменениями: чем в большей степени они проявляются, тем существеннее отклик на них культуры и ее системы ценностей. Так, Райан Вэй отмечает, что вовсе не обязательно искать точные приметы ценностного кризиса культуры, вполне достаточно понять, насколько в обществе обеспечена духовная безопасность (Wei, 2011: 9).

Понятие духовной безопасности нередко политизируется, что вполне естественно, т. к. оно, по сути, является продолжением внутригосударственной политики. С другой стороны, оно прочно «привязано» к ценностям и в таком ракурсе «выступает качественной характеристикой состояния общества в аспекте его духовно-нравственной и мировоззренческой состоятельности, потенциала базовых целей и ценностей, баланса индивидуальных, групповых и социетальных интересов,

функциональной согласованности политических институтов, идеологии и культуры»1. В то же время духовная безопасность представляет собой «процесс сохранения и позитивного видоизменения идеалов, ценностей, норм и традиций, господствующих в обществе, разделяемых массами людей и властными структурами в целях социального воспроизводства, гарантирующего устойчивость, преемственность и динамику общественного развития» (Гончарова, 2016: 24). Между тем связь ценностного кризиса современной культуры и духовной безопасности отмечают и другие авторы в своих работах, при этом акцент делается на том обстоятельстве, что обеспечение духовной безопасности становится одной из возможностей минимизации последствий ценностного кризиса или даже его частичного преодоления (Воропаева, 2018; Майкова, Майков, 2019; Шевченко, Тихоновскова, 2018, и др.).

Между тем в идентификации ценностного кризиса культуры смысловая «связка» «ценности - цивилизационный фактор - духовная безопасность» имеет важное эвристическое значение для осмысления кризиса ценностей. Данная система координат, в частности, используется в рамках Европейского социального исследования (2001-2021 гг.), посвященного в том числе и рецепции ценностно-нормативных проблем социокультурной динамики (например, был использован портретный ценностный опросник, проводилась оценка кросс-культурных различий по странам, а обработка полученных итоговых результатов осуществлялась в трехмерной модели: ценностные стимулы - трансформация ценностей под воздействием различных факторов - обеспечение безопасности и выживаемости поколений)2. На наш взгляд, такая идентификация может быть осуществлена в трех основных направлениях:

1. Определение возрастающих позиций ценностей развития и самовыражения индивида, что способна обеспечить духовная безопасность в условиях цивилизационного фактора. Если цивилизация «центрирует» ценности выживания (например, Н.И. Лапин (2020) само понятие цивилизации определяет через обеспечение выживаемости людей и всего человечества), то в социокультурной динамике ценности персонального выбора выходят на первый план. Данный факт не могли не заметить исследователи: «Анализ тенденций изменения ценностных ориентаций, происходящих на постсоветском пространстве, показывает стремительное движение от ценностей выживания к ценностям развития и самовыражения» (Данилов, 2022: 56).

2. Выявление значимости сохранения традиционных ценностей, которые складывались в течение длительного времени, а потому их «центрация» под воздействием цивилизационного фактора протекает не так стремительно, а, следовательно, это ведет к достижению духовной безопасности. По словам П. Смита, сам факт сохранения традиционных ценностей в пространстве культуры еще не свидетельствует о достижении духовной безопасности, однако, когда заходит речь о влиянии цивилизации на процессы динамики культуры, «спор» о ценностях возрастает в значительной степени, происходит ценностный кризис, и поэтому в таком случае важнейшей характеристикой состояния культуры становится именно духовная безопасность (Smith, 2004: 10-11).

3. Исследование трансляции межпоколенческого опыта, базирующегося на ключевых ценностях культуры: «разрывы» в передаче такого опыта все чаще происходят в ситуациях сопряженности культуры и цивилизации, что способствует возникновению и усилению ценностного кризиса культуры. По мнению В. Шефера, сопряженность культуры и цивилизации - это прежде всего «борьба за технократические способы влияния на социокультурную динамику, на которых принципиально построена цивилизация», для культуры же важное значение имеет связь поколений, обеспечивающая духовную безопасность индивида и социума (Schäfer, 2001: 305-306). Таким образом, идентификация ценностного кризиса современной культуры для его объективации может происходить с учетом концептуализации исследовательского маркера «ценности - цивилизационный фактор - духовная безопасность». Безусловно, данное направление позволит приблизиться к выявлению объективных признаков (принципов) ценностного кризиса.

Заключение. Нередко ценностный кризис, равно как и кризис культуры в целом находятся в центре внимания философско-культурологических работ и выступают предметом всестороннего изучения. Проблема в таком случае состоит в поиске возможностей и направлений осмысления ценностного кризиса современной культуры, причем одним из ведущих ракурсов такого осмысления становится установление различных вариантов соотношения культуры и цивилизации, например такого, как «центрация» ценностей. И в рамках теоретизирования, и в предметном поле эмпирического исследования предлагаются различные варианты осмысления ценностного кризиса. Между тем учет цивилизационного фактора и рассмотрение проблемы в аспекте «цен-трации» ценностей (во взаимодействии культуры и цивилизации) представляются эвристически значимым опытом «онтологизации» культуры и определения границ кризиса.

1 Беспаленко П.Н. Духовная безопасность в системе национальной безопасности современной России: проблемы институционализации и модели решения : автореф. дис. ... д-ра полит. наук. Ростов н/Д., 2009. С. 13.

2См.: European Social Survey. URL:https://www.europeansocialsurvey.org (дата обращения: 20.11.2022).

Список источников:

Воропаева Е.В. Духовная безопасность личности и общества как объект стратегии национальной безопасности // Труды Белгородской православной духовной семинарии (с миссионерской направленностью). 2018. № 7. С. 175-179.

Гегель Г.В.Ф. Философия права / пер. с нем. М., 1990. 524 с.

Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. / пер. с нем. Т. 1. М., 1968. 312 с.

Гончарова Л.Н. Национальная безопасность как результат духовно-нравственной, экономической и политической безопасности // Экономика и управление в современных условиях : сборник трудов Международной научно-практической конференции. Красноярск, 23 декабря 2016 г. Красноярск, 2016. С. 21-26.

Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 2008. 816 с.

Данилов А.Н. На пути к многоцивилизационной целостности // Философский журнал. 2022. Т. 15, № 4. С. 54-60. https://doi.org/10.21146/2072-0726-2022-15-4-54-60.

Иванов А.В., Попков Ю.В. Типология цивилизаций в диахроническом измерении: базовые модели и перспективы России // Вестник РУДН. Серия: Социология. 2022. Т. 22, № 2. С. 404-415. https://doi.org/10.22363/2313-2272-2022-22-2-404-415.

Иванов Д.В. Дополненная современность: эффекты постглобализации и поствиртуализации // Социологические исследования. 2020. № 5. С. 44-55. https://doi.org/10.31857/S013216250009397-9.

Инглхарт Р. Культурная эволюция. Как изменяются человеческие мотивации и как изменяется мир / пер. с англ. М., 2018. 347 с.

Инглхарт Р., Вельцель К. Модернизация, культурные изменения и демократия: последовательность человеческого развития / пер. с англ. М. Коробочкина. М., 2011. 464 с.

Лапин Н.И. Своеобразие культур цивилизаций - достояние и ресурс каждого человека и всего человечества // Вопросы философии. 2020. № 10. С. 5-16. https://doi.org/10.21146/0042-8744-2020-10-5-16.

Лексин В.Н. Цивилизационный кризис и его российские последствия // Общественные науки и современность. 2009. № 6. С. 5-18.

Майкова Н.О., Майков А.И. Духовно-нравственное развитие личности как фактор безопасности существования человека // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Философские науки. 2019. № 2. С. 47-54. https://doi.org/10.18384/2310-7227-2019-2-47-54.

Попов Е.А. Мировое устройство и механизмы обеспечения социальной безопасности // Социодинамика. 2016. № 5. С. 8-14. https://doi.org/10.7256/2409-7144.2016.5.18815.

Розов Н.С. Антропростасия (защита человека) - этическое ядро гуманизма // Этическая мысль. 2019. Т. 1, № 1. С. 141 -156. https://doi.org/10.21146/2074-4870-2019-19-1-141-156.

Тойнби А. Постижение истории / пер. с англ. Е.Д. Жаркова. М., 2010. 640 с.

Фукуяма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. 1990. № 3. С. 134-148.

Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. Политические исследования. 1994. № 1. С. 33-48.

Шевченко О.М., Тихоновскова М.П. Угрозы и риски духовной безопасности современной России // Гуманитарий Юга России. 2018. Т. 7, № 1. С. 161-169. https://doi.org/10.23683/2227-8656.2018.1.14.

Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории : в 2 т. Т. 1. Гештальт и действительность / пер. с нем. И.И. Маханькова. М.,1998. 663 с.

Asakaviciute V. Cultural crisis as a decline in human existential creativity // Cultura. International Journal of Philosophy of Culture and Axiology. 2018. No. 15 (1). Р. 65-83. https://doi.org/10.3726/CUL.2018.01.04.

Dobewall Н., Tormos R., Vauclair M. Normative value change across the human life cycle: Similarities and differences across Europe // Journal of Adult Development. 2017. No. 24 (4). Р. 263-276. https://doi.org/10.1007/s10804-017-9264-y.

Fischer R. Where is culture in cross-cultural research? An outline of a multilevel research process for measuring culture as a shared meaning system // International Journal of Cross Cultural Management. 2009. Vol. 9. Р. 25-48. https://doi.org/10.1177/1470595808101154.

Gaukroger S. Civilization and the culture of science. Science and the shaping of modernity. Oxford, UK. 2020. 544 р.

Hagen А. How to engage in practices of critique? From a universal conception of the good life to the contestation of universals // Krisis. Journal for Contemporary Philosophy. 2019. No. 1. Р. 2-14.

Holden J. Cultural value and the crisis of legitimacy: Why culture needs a democratic mandate. L., 2006. 67 р.

Schäfer W. Global civilization and local culture: A crude look at the whole // International Sociology. 2001. Vol. 16, no. 3. Р. 301-319. https://doi.org/10.1177/026858001016003004.

Schwartz S.H. Are there universal aspects in the structure and contents of human values? // Journal of Social Issues, 1994. No. 50 (4). Р. 19-45. https://doi.org/10.1111/j.1540-4560.1994.tb01196.x.

Smith P.B. Nations, cultures and individuals: New perspectives on old dilemmas // Journal of Cross-Cultural Psychology. 2004. Vol. 35. Р. 6-12. https://doi.org/10.1177/0022022103260460.

Storey J. The "culture and civilization" tradition // Storey J. Cultural Theory and Popular Culture. L., 2018. P. 18-37.

Wei R. Civilization and culture // International Review of Social Sciences and Humanities. 2011. Vol. 1, no. 1. Р. 1-14.

References:

Asakaviciute, V. (2018). Cultural crisis as a decline in human existential creativity. Cultura. International Journal of Philosophy of Culture and Axiology. 15 (1), 65-83. Available from: doi:10.3726/CUL.2018.01.04.

Danilevsky, N. Ya.

Danilov, A. N.

Dobewall, H., Tormos, R. & Vauclair, M. (2017). Normative value change across the human life cycle: Similarities and differences across Europe. Journal of Adult Development. 24 (4), 263-276. Available from: doi:10.1007/s10804-017-9264-y.

Fischer, R. (2009). Where is culture in cross cultural research? An outline of a multilevel research process for measuring culture as a shared meaning system. International Journal of Cross Cultural Management. (9), 25-49. Available from: doi:10.1177/1470595808101154.

Fukuyama, F.

Gaukroger, S. (2020) Civilization and the culture of science. Science and the Shaping of Modernity. Oxford, UK. 544 р.

Goncharova, L. N.

Hagen, А. (2019) How to engage in practices of critique? From a universal conception of the good life to the contestation of universals. Krisis. Journal for Contemporary Philosophy. (1), 2-14.

Hegel, G. W. F.

Hegel, G. W. F.

Inglehart, R.

Inglehart, R. & Welzel, Ch.

Ivanov D. V.

Ivanov, A. V. & Popkov, Yu. V.

Lapin, N. I.

Leksin, V. N.

Maikova, N. O. & Maikov A. I.

Popov, E. A.

Rozov, N. S.

Schafer, W. (2001) Global civilization and local culture: A crude look at the whole. International Sociology. 16 (3), 301-319. Available from: doi:10.1177/026858001016003004.

Schwartz, S. H. (1994) Are there universal aspects in the structure and contents of human values? Journal of Social Issues. 50 (4), 19-45. Available from: doi :10.1111/j.1540-4560.1994.tb01196.x.

Shevchenko, O. M. & Tikhonovskova, M. P.

(31)Smith, P. (2004) Nations, cultures, and individuals: New perspectives and old dilemmas. Journal of Cross-Cultural Psychology. (35), 6-12. Available from: doi:10.1177/0022022103260460.

Spengler, O.

Storey, J.

Wei, R. (2011) Civilization and culture. International Review of Social Sciences and Humanities. 1 (1), 1-14.

Информация об авторе С.Ю. Балакирева - соискатель, Филиал Кузбасского государственного технического университета имени Т.Ф. Горбачева в г. Новокузнецке, Новокузнецк, Россия.

Information about the author S.Yu. Balakireva - External PhD student, Branch of T.F. Gorbachev Kuzbass State Technical University in Novokuznetsk, Novokuznetsk, Russia.

Статья поступила в редакцию / The article was submitted 05.01.2023; Одобрена после рецензирования / Approved after reviewing 26.01.2023; Принята к публикации / Accepted for publication 14.02.2023.