«Российско-турецкий альянс проходит испытание Сирией»

Ожесточенные боевые действия в сирийской провинции Идлиб до предела обострили отношения между Россией, основным союзником правительства Башара Асада, и Турцией, поддерживающей оппозиционные группировки. Обозреватель “Ъ” Максим Юсин задумался, сможет ли сирийский фактор омрачить отношения между Москвой и Анкарой.

Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

Турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган — пожалуй, самый непредсказуемый и импульсивный из всех международных партнеров Кремля. За последние годы отношения с ним многократно переживали и взлеты, и падения, а в ноябре 2015 года — после того, как турки на границе с Сирией сбили российский бомбардировщик Су-24 — вообще казалось, что Москва и Анкара находятся на пороге вооруженного конфликта.

Пропагандисты на российском телевидении с упоением изображали Эрдогана как главного спонсора сирийских джихадистов, а официальные СМИ оперативно подготовили разоблачительные сюжеты о том, как сын турецкого президента чуть ли не лично организует контрабанду нефти из Сирии с месторождений, находившихся под контролем запрещенного, но тогда еще не разгромленного «Исламского государства».

Потом, правда, ситуация стремительно поменялась. После попытки военного переворота в Турции в июле 2016 года Эрдоган, убежденный, что за путчистами стояли американцы, резко охладел к Вашингтону и начал сближаться с Москвой. Результатом этого сближения стали регулярные встречи двух президентов, координация политики Москвы и Анкары в Сирии, успешное завершение строительства газопровода «Турецкий-поток-2» и, наконец, закупки в России зенитно-ракетных комплексов С-400, несмотря на неистовое сопротивление и санкции со стороны Вашингтона.

В официальных СМИ о связях семьи Эрдогана с «Исламским государством» и прочими радикалами сразу же забыли – напротив, турецкого лидера стали изображать как потенциального союзника в борьбе с гегемонией США и за многополярный мир.

Но вот сейчас эта идиллия может вновь нарушиться.

Причина — сохраняющиеся, хотя до поры до времени не афишировавшиеся противоречия между Москвой и Анкарой по многим региональным и мировым проблемам. В ливийской гражданской войне Россия и Турция — по разные стороны баррикад, причем Эрдоган ведет себя все более вызывающе и, вопреки международным договоренностям, направляет войска в помощь одной из противоборствующих сторон. В том, что касается украинского конфликта и особенно Крыма, Анкара остается в антироссийском лагере, и в ООН исправно голосует за все резолюции с осуждением Москвы.

Но главный камень преткновения — по-прежнему Сирия, где в последние недели обстановка резко обострилась. Правительственные войска при поддержке российской авиации наступают в провинции Идлиб — последнем оплоте антиасадовской оппозиции, многие группировки которой Анкара вооружает и финансирует. Наступление идет успешно, оборона исламистов рассыпается, сирийская армия берет один населенный пункт за другим и уже подошла к столице провинции — городу Идлиб.

Эрдогана такое развитие событий категорически не устраивает. Во-первых, он не хочет безоговорочного поражения своих клиентов, в которых вложено столько сил и средств. Во-вторых, он опасается потока сотен тысяч новых беженцев — уходить они могут только в Турцию, больше некуда. Анкара перебрасывает через границу свои бронетанковые силы. И уже один раз (удивительно, что только один) турецкие войска вступили в прямое боевое столкновение с сирийской армией.

Эрдоган обвиняет Москву в срыве договоренностей, ранее достигнутых по Идлибу, и угрожает «самостоятельно решить проблему», если до конца февраля сирийские войска не будут отведены от наблюдательных пунктов турецкой армии в «зоне деэскалации».

Свое недовольство политикой России президент Турции демонстрирует, в том числе, и с помощью символических жестов и сигналов. Так, в ходе недавнего визита в Киев он приветствовал солдат почетного караула речевкой «Слава Украине!», которая, как известно, в Кремле вызывает аллергию. Ну и, естественно, заявил о «незаконной аннексии» Крыма.

Пока, впрочем, до открытого конфликта и тем более до разрыва между Москвой и Анкарой дело не дошло. Очевидно, что российско-турецкий альянс проходит очередное испытание Сирией. Но шансы на компромисс есть. В конце концов, для России не столь уж важно, установит ли Асад контроль над всей территорией злосчастного Идлиба или же часть ее останется в зоне влияния Турции. Если для Эрдогана это столь принципиально, если он готов на встречные уступки по другим направлениям, такой вариант, видимо, может обсуждаться.

В конце концов, несмотря на свою непредсказуемость, импульсивность и неуемные геополитические амбиции, Эрдоган сейчас нужен Кремлю.

И Владимир Путин нужен турецкому президенту, у которого в мире не так много союзников. Да и от экономических связей, газовых контрактов, миллионов российских туристов просто так не отмахнешься.