ПОЛЬСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА: ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

Л.С. Лыкошина

ПОЛЬСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА: ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

Основными игроками польской политической сцены в настоящее время являются, несомненно, президент Л. Качиньский, глава партии «Право и справедливость» Я. Качиньский и глава польского правительства Д. Туск. Взаимоотношения между этими тремя ключевыми фигурами отнюдь не лишены сложных и острых моментов, привлекающих внимание общества. Столкновения между президентом и премьером - это не просто борьба политических лидеров, но в известном смысле и борьба концепций, мировоззрений, где Туск представляет скорее либеральное видение проблем, а Качиньские - скорее националистическое и популистское.

Нынешний польский премьер Д. Туск (объявленный влиятельным польским еженедельником «Впрост» «человеком 2008 г.») родился в 1957 г. в Гданьске в достаточно простой семье. Его отец-столяр умер, когда Дональду было 15 лет, мать работала секретарем в медицинской академии. Жили довольно бедно, сам Туск вспоминает, что ему приходилось донашивать вещи старшей сестры.

Д. Туск в свое время закончил Гданьский университет, является одним из авторов популярных в стране исторических изданий - «Жил был Гданьск», букваря на кашубском языке, а также десятков статей по общественно-политической проблематике и одной из программных книг польских либералов «Идеи гданьского либерализма». По результатам плебисцита «Гданьщанин тысячелетия» Д. Туск вошел в первую десятку самых знаменитых жителей Гданьска.

Став премьером, Туск сохранил привычки молодости: он по-прежнему любит совершать пробежки, приезжая на выходные в родной Гданьск (только сейчас за ним, пыхтя и отдуваясь, бежит на почтительном расстоянии охранник), любит играть в футбол, отличаясь темпераментным и ярким стилем игры.

Д. Туск с самого начала своей политической деятельности был связан с оппозиционным движением, с «Солидарностью». С 1991 г. он становится лидером партии «Либерально-демократический конгресс», после объединения его с Союзом свободы ( СС) - заместителем председателя СС. В 2001 г. он выходит из СС и становится одним из основателей партии «Гражданская платформа» (ГП), занимающей лидирующие позиции в нынешней Польше. Д. Туск - опытный парламентарий. Он был депутатом Сейма в 1991-1993 гг., вице-спикером Сейма и сенатором.

В президентской кампании 2005 г. он выступал под лозунгом «Президент Туск - человек с принципами. Будем гордиться Польшей». Своим политическим кумиром он считает Ю. Пилсудского, столь далекого от либерализма. Но Туск - польский либерал. Он с отнюдь не типичным для либерала пиететом относится к Иоанну Павлу II, считая, что поляки - счастливый народ уже потому, что они ассоциируются в истории не с именами Гитлера и Сталина, а с именем К. Войтылы (26, с. 116).

Туск считает, что либерализм означает лишь одно: «Больше свободы». «Свобода всегда и везде находится в опасности. В нынешней Польше тоже... О свободе надо заботиться каждый день. Как о собственной семье» (26, с. 6).

Политическая карьера Туска с начала 2000-х годов неразрывно связана с вышеупомянутой партией «Гражданская платформа», возникшей как структура, способная лучше, чем ее идейная предшественница - партия Союз свободы, выразить проевропей-ские, прорыночные, проинтеллигентские интересы. На выборах 2005 г. ГП стала второй, хотя по всем прогнозам должна была стать лидером. Победа «была в кармане», но в итоге ГП набрала 24,14% голосов, а ПиС - 26,99%. Больше всего голосов ГП получила в Поморском воеводстве, Нижней Силезии, в Познани и в Варшаве.

За ГП, как и за ее лидера Д. Туска, голосовали в основном жители крупных городов. Столь близкая победа не реализовалась во многом потому, что против Туска, в принципе, выступили мно-

гие представители духовенства и так называемая «мохеровая оп-позиция»1.

Кроме того, одним из аргументов, направленных против Тус-ка, было обнаружение факта сотрудничества его деда с немцами в годы Второй мировой войны. Действительно, один из родственников Туска служил в войсках вермахта. Правда, не родной дед, а двоюродный. Но служил, как и многие кашубы. Ведь Туск по своему происхождению - кашуб, а в годы войны в вермахте служило от 90 тыс. до 350 тыс. жителей Поморья, и в том числе несколько тысяч кашубов и силезцев. Туда их мобилизовывали насильно. Многие пытались бежать и в Советскую Армию, и в армию Андер-са.

Вошедшие в 1939 г. в состав Германии земли польского Поморья были признаны немцами частью своего государства, а жители - немцами, но низшей категории. Кашубов и поляков насильно заставляли декларировать себя немцами, хотя далеко не все на это шли. После войны новая власть отнюдь не поощряла стремление к кашубской идентичности. Сестра Д. Туска вспоминает, что еще в 70-е годы молодым людям было стыдно признаваться в своем кашубском происхождении.

В настоящее время можно говорить скорее о возрождении кашубской идентичности, мощным стимулом к чему послужило обращение к кашубам Иоанна Павла II в 1989 г., призвавшего их хранить верность национальному языку и традициям.

Радио «Мария» призывало с опаской относиться к Туску как к кашубу и почти немцу. В этой связи примечателен один польский анекдот, связанный с Д. Туском: во время социологического опроса респондент заявляет, что Туск - еврей. «Как же он может быть евреем, - удивляется анкетер, - если он кашуб. Ведь его деда обвиняют в том, что он служил в вермахте». На это респондент отвечает: «Ну и что с того, что у него дед служил в вермахте. Мало того, что Туск - еврей, он еще и немец. Еврей всюду пролезет, даже в вермахт».

Специалист по политическому маркетингу Э. Мистевич считает, что Туск в нынешней Польше исполняет роль Индианы Джонса (героя известных приключенческих фильмов). Он борется со злом, все с сочувствием наблюдают за его приключениями, бес-

1 Подробнее об этом см.: Лыкошина Л.С. Польша после выборов 2005 г. -М.: ИНИОН РАН, 2006. - 73 с.

конечными стычками с президентом. Ведь современная политика все больше сближаются с поп-культурой, популярность политика во многом формируется так же, как популярность поп-звезд (14, с. 5).

Туск использует удачные приемы политического маркетинга. Его спарринг-партнером всегда является ПиС. Он противопоставляет ее ГП и всегда выигрывает. Причем каждый день, как в кино, - новая серия, в полном соответствии с законами повествовательного маркетинга. ПиС должна быть довольна, что она избрана в качестве спарринг-партнера, иначе ее постигла бы судьба таких политических формаций, как левица (подробнее о проблемах польской левицы на современном этапе смотри ниже).

В своих выступлениях премьер практически не упоминает о других политических формациях, только о ПиС. Это нужно для противопоставления, для того, чтобы выгодно оттенить ГП, ставшую ведущей политической силой после досрочных парламентских выборов 2007 г., когда партия обошла своих политических соперников, а ее лидер Д. Туск возглавил польское правительство. После года пребывания этого правительства у власти обозреватели, как правило, не отмечают особых успехов и прорывов, но несомненным достоинством признают более спокойный, чем прежде, фон реализации власти. Конечно, Д. Туску нелегко работать в условиях, когда президент страны является неформальным лидером оппозиции. И к разряду несомненных успехов ГП можно отнести поддержку около 50% населения, а также достаточно высокие рейтинги самого Туска, опережающие показатели президента Леха Ка-чиньского ( 20, с. 4).

Близнецы Лех и Ярослав Качиньские родились в 1949 г. в Варшаве в семье интеллигентов, свято хранящих национально-католические и антироссийские традиции. Оба брата закончили Варшавский университет и с юных лет участвовали в оппозиционном движении1.

В 1989 г. Лех участвует в работе «круглого стола», где заседает в комитете по проблемам профсоюзного плюрализма. В 1990 г. его выбирают заместителем председателя Общепольской комиссии «Солидарности», но проиграв М. Кшаклевскому в борьбе

1 Подробнее о биографии Качиньских см.: Лыкошина Л. С. Польша после выборов 2005 г. - М.: ИНИОН РАН, 2006. - 73 с.

за пост главы «Солидарности» в 1991 г., Лех Качиньский отказывается от этой должности.

В период 1989-1993 гг. Лех Качиньский был депутатом Сейма, в 1991 г. министром по делам безопасности в канцелярии президента Валенсы, а также главой Бюро национальной безопасности. Он оставил этот пост после конфликта с Валенсой. С 1992 по 1995 г. Лех Качиньский возглавляет Высшую контрольную палату, в 1995 г. баллотируется на пост президента, но снимает свою кандидатуру еще до выборов.

В 2002-2005 гг. Лех Качиньский - президент Варшавы. Его деятельность на этом посту отмечена рядом весьма успешных акций. При нем, несомненно, улучшилось состояние безопасности в городе, жить варшавяне стали спокойней, преступлений стало меньше. Торжественно было отмечено 60-летие Варшавского восстания и открыт музей, посвященный этому событию. Это действия, несомненно, способствовавшие росту авторитета и популярности Леха Качиньского, ибо Варшавское восстание очень многое значит для поляков, расценивающих его как символ мужества и любви к родине со стороны польских патриотов и символ коварства и предательства со стороны России (как известно, Советская Армия не поддержала восставших, и восстание было подавлено).

Симпатии определенной части общества и вместе с тем яростное неприятие другой его части вызвал запрет президента Варшавы на проведение в городе в 2004 и 2005 гг. так называемых «парадов равенства» (т.е. шествия сексуальных меньшинств). Запретив эти акции, Качиньский вместе с тем дал разрешение на проведение «парада нормальности», организованного националистической организацией «Всепольская молодежь».

Сам Качиньский в качестве своего несомненного успеха декларирует разрушение так называемого «варшавского сговора», являющегося неформальной общностью местных финансовых и предпринимательских кругов с деятелями партий «Гражданская платформа» и Союз демократических левых сил. Этот неформальный союз обеспечивал режим наибольшего благоприятствования для определенного круга предпринимателей.

Ярослав Качиньский, так же как и брат, с 70-х годов связанный с оппозиционным движением, сотрудничал с Хельсинкским комитетом, был советником «Солидарности», с 1989 по 1990 г. -главным редактором издания «Тыгодник "Солидарность"». В 90-е

годы неоднократно был депутатом Сейма, в 1990-1992 гг.- министром и главой канцелярии президента Валенсы.

Братья, несмотря на поразительное внешнее сходство, достаточно разные по характеру и склонностям. Если Лех - человек общительный, легко сходящийся с людьми, то Ярослав скорее замкнутый и довольно резкий.

Многие аналитики в Польше считают Ярослава своеобразным «серым кардиналом», генератором идей, как показывает жизнь, не всегда успешных. Во всяком случае, вряд ли к разряду таковых можно отнести выборы 2007 г., когда партия «Право и справедливость» утратила свою доминирующую позицию в Сейме, а Ярослав вынужден был уступить место премьера Д. Туску.

Для Л. Качиньского характерно явно не способствующее его популярности мировосприятие человека, с опаской и недоверием относящегося к окружающему миру, видящему в нем угрозу, которой надо противостоять. Президент не очень яркий оратор, он говорит сложно и невыразительно и скорее не разговаривает с людьми, а обращается к ним с речью. И все это при рейтинге ниже 10% и грядущих очень скоро (в 2010 г.) президентских выборах (9, с. 20; 19, с. 13).

Очевидно, осознавая всю серьезность положения, Л. Качинь-ский пытается исправить ситуацию, работая над своим имиджем. В последнее время изменилась сама риторика президента: он больше говорит о консенсусе и необходимости согласия, чем о поисках врагов и необходимости борьбы с ними.

Новый, миролюбивый настрой президента выразился и в его призыве к сотрудничеству, обращенному к политикам, связанным с правящей ГП и оппозиционной ПиС, и хотя многие в ГП расценили это обращение как тактическую уловку, но 36% поляков, по данным социологов, хотели бы, чтобы ГП и ПиС правили вместе и общими усилиями боролись бы с кризисом (20, с. 4).

Избавиться от образа вечно конфликтующего со всеми человека должны помочь Л. Качиньскому и такие меры, как модернизация его сайта в Интернете и привлечение новых советников, придерживающихся достаточно разных позиций (таких, как Р. Бугай, известный своими скорее левыми взглядами, и А. Глашиньский, которого скорее можно отнести к либералам).

Об особых политических успехах Л. Качиньского говорить нет оснований, но к разряду таковых некоторые аналитики относят действия Качиньского в связи с событиями в Грузии. Эти события

вызвали в Варшаве быструю и весьма энергичную реакцию. Президент Лех Качиньский, преодолевая все трудности и происки, незамедлительно вылетел в Тбилиси, захватив по дороге президентов Латвии, Эстонии, Литвы и Украины.

На митинге, участники которого восторженно приветствовали прилетевшую команду, Качиньский произнес пламенную речь, заявив о готовности Польши к борьбе со страной, которая показала свое истинное лицо, столь известное полякам. Речь шла о России, которая всегда стремилась подчинять себе соседние государства и решившей, что времена империи возвращаются. Вслед за Грузией может наступить очередь Украины, потом Прибалтийских государств, а впоследствии, возможно, и Польши.

Смелая речь Качиньского была встречена в Польше по меньшей мере неоднозначно. В прессе писали и о «звездной ночи» Качиньского, имея в виду ночь с 12 на 13 сентября, когда польский президент выступил на митинге в Тбилиси, и о неоправданных, а то и смешных претензиях на роль арбитра в споре, решение которого явно не под силу Польше.

Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский, сопровождавший президента в его поездке, отметил, что выступление польского лидера было его самостоятельной инициативой и отнюдь не является официальной позицией Польши. Сикорский отличается от президента более умеренными и сдержанными взглядами. Л. Качиньский во время полета в Тбилиси даже шутил, что русские не подстрелят самолет, так как на борту Радек Сикорский.

Без особого энтузиазма отнесся к заявлениям Качиньского и премьер-министр Дональд Туск, заметив, что Качиньский сказал в Тбилиси «несколько лишних слов». Премьер известен своей более рациональной и прагматической позицией по отношению к России, чем польский президент. Хотя степень пророссийских симпатий Туска, очевидно, не следует переоценивать: ведь именно по его инициативе было созвано экстренное совещание представителей стран - членов ЕС по кавказскому конфликту.

Заметим, что Качиньский и Саакашвили давние друзья: президент неоднократно бывал в Грузии, в том числе и в 2007 г., когда «Мишико» закрыл оппозиционный телевизионный канал «Имеди». Работа последнего возобновилась в результате успешной посреднической миссии А. Михника, отправившегося в Тбилиси по просьбе США и Брюсселя. В те горячие для Саакашвили дни

Качиньский однозначно принял его сторону в противостоянии грузинского президента и оппозиции.

А. Михник, относящий себя к числу «польских антисоветских русофилов», посетив несколько раз Грузию, стал решительным грузинофилом. Позиция А. Михника достаточно типична для многих представителей польского политического класса. Истоки событий, как полагает «антисоветский русофил», следует искать в специфике политических процессов, происходящих в России в последнее время.

«Атака России против Грузии» стала «серьезным поражением российской демократии». Но это не потеря Россией лица. Россия показала миру именно такое лицо, которое хотела показать. «И в этом смысле это успех России» (15, с. 23).

Об опасности имперской и неоимперской политики России, о ее неприглядном «истинном лице», которое показалось, когда «демократическая маска» упала, говорится в статьях многих польских влиятельных публицистов и политологов, появившихся в печати в связи с событиями на Кавказе. Так, известный польский политолог А. Смоляр полагает, что «Россия может быть партнером в переговорах об энергоносителях, о борьбе с терроризмом, о распространении оружия массового поражения, об Иране, Северной Корее, исламском радикализме. Но она не является и не может быть партнером для переговоров о мировом порядке» (23, с. 20).

Продолжая мысль А. Смоляра, публицист «Жечипосполи-той» М. Магеровский констатирует, что Россия не может рассчитывать на благосклонность Запада и рассматриваться как стратегический международный партнер. Она ни с кем не считается, не соблюдает демократические ценности и вдобавок бомбит своих соседей. Такая страна представляет реальную опасность для цивилизованного мира (10, с. 13).

Постулат о пограничном положении России, непреложной предопределенности выбора между Востоком и Западом и о нежелании (или невозможности в силу глубоких цивилизационных причин) выбора в пользу Запада достаточно характерен для размышлений польских авторов. Лежащая на границе двух миров Россия, полагает З. Рачиньский, не хочет быть частью «либерально-демократического интернационала». Действующая в России система власти больше похожа на классическую модель российского самодержавия, чем на настоящую демократию. Но это нравится россиянам. «Кавказская война проходила в атмосфере высокого

патриотического подъема и не только явилась бальзамом для изболевшейся русской души, но и послужила консолидации властной элиты» (21, с. 45).

Особо глубокие знания Польши, касающиеся проблем, связанных с Россией, что обусловлено всей историей взаимоотношения двух стран, - достаточно часто повторяющийся мотив в материалах польских СМИ. Эти знания позволяют Польше претендовать на роль эксперта по восточной политике ЕС.

При всей распространенности подобного рода представлений их разделяют не все поляки. В Польше есть люди, думающие по-другому и не побоявшиеся в связи с этим попасть в число российских «агентов влияния». Так, М. Яницкий и В. Владыка на страницах популярного в стране еженедельника «Политика» усматривают опасность в политике Л. Качиньского, направленной на превращение Польши в некое прифронтовое государство, которому постоянно угрожает Россия. Эта политика, выглядевшая патриотической, на деле становится политикой «морально-патриотического шантажа» и отнюдь не способствует реалистическому взгляду на вещи (5, с. 15).

Весьма опасно, полагает М. Островский на страницах той же «Политики», сводить патриотизм к «громким, смелым и бескомпромиссным» декларациям против России. Лозунг изоляции России может быть и хорош в Португалии или за Атлантическим океаном, но весьма неоднозначен для страны, с Россией соседствующей (18, с. 14).

«...Складывается впечатление, - пишет П. Сквечиньский, -что единственным действием российского правительства, которое было бы признано поляками удовлетворительным, было бы провозглашение роспуска собственного государства и призыв соотечественников к коллективному самоубийству. Тогда бы на берегах Вислы все были бы довольны. Хотя и это, наверное, стало бы поводом для комментариев о российских саморазрушительных традициях, завершении дела Дзержинского и Сталина.» (24, с. 13).

Многие польские обозреватели расценивают события на Кавказе как конфликт России и США, в котором Польша в силу недостаточности своего потенциала не может играть равноправную роль и ее претензии просто смешны. Именно так расценивает польскую политику экономист и публицист В. Кучиньский. «Не думаю, -пишет он, - что громкие крики Польши - хоббита в окружении ли-

липутов - на кого-то произвели впечатление. Они смешны» (8, с. 14).

Представляется правомерным отметить, что события на Кавказе выявили отсутствие единой установки в данном вопросе как польской политической элиты, так и стоящих за ней СМИ. Однако, несомненно, антироссийская позиция Л. Качиньского оказалась более приемлемой для польского общества и прибавила президенту популярности.

Л. Качиньский расценил как совершенно неправомерную позицию Д. Туска по отношению к России: премьер призывает к реализму, президент же полагает, что если Польша не будет противостоять российской агрессии, то никто другой этого не сделает. Л. Качиньский является решительным сторонником идеи энергетической безопасности, полагая, что ее реализация будет способствовать преодолению зависимости от России и уменьшению возможностей последней оказывать давление на Польшу и Европу в целом.

Президент твердо уверен, что Газпром - орудие российской политики и нельзя потакать газовому шантажу. «Сказать, что Газпром - это самостоятельный субъект, - заявляет Л. Качиньский, -это то же самое, что сказать про меня, что я - высокий блондин» (6, с. 15). Известно, что польский президент небольшого роста, а его шевелюра далека от идеального состояния.

Л. Качиньский решительно отмежевывается от приписываемых ему симпатий к Пилсудскому и стремлению к восстановлению границ I Речи Посполитой. Главными внешнеполитическими ориентирами для Польши президент считает Евросоюз и США. Но, высоко ценя ЕС, Л. Качиньский полагает, что Польша должна твердо отстаивать свои позиции, что не всегда делается успешно. Он является сторонником Лиссабонского договора, хотя и усматривает в нем некоторые недостатки. Именно укрепление позиций Польши в ЕС Качиньский считает главной целью своей политики.

Безопасность же Польши недостижима без опоры на США, и потому Л. Качиньский - решительный сторонник размещения американских противоракетных установок на территории Польши, хотя при этом осознает, что они не смогут защитить страну от потенциальной опасности со стороны Москвы. То, что таковая существует, со всей очевидностью, полагает президент, показали события в Грузии.

Пусть и далеко не все в Польше принимают позиции Л. Качиньского, но его положение в политике представляется более устойчивым, чем позиции брата и партии, им возглавляемой. Исход выборов 2007 г. со всей очевидностью продемонстрировал далекую от радужной перспективу ПиС.

В польской политике (а она не является исключением из общемировой практики) в полной мере проявляется процесс персона-лизации. Все большее значение для успеха той или иной политической формации приобретает уровень популярности ее лидера, отношение к нему электората, благожелательная или, напротив, враждебная тональность СМИ.

Не секрет, что взлет популярности Д. Туска и падение популярности Я. Качиньского во многом были обусловлены теледебатами, в ходе которых Д. Туск по всем параметрам «обошел» главу ПиС.

Вместе с тем вряд ли можно считать конструктивной идею о необходимости смены лидера ПиС. Это означало бы гибель партии, которая не прошла процесс «деперсонализации», т.е. отделения партии от ее лидера. В Польше подобного рода процесс имел место только по отношению к Союзу демократической левицы и Польской крестьянской партии: в них неоднократно менялся лидер.

Без Я. Качиньского не будет ПиС. Это не означает, что глава партии не должен измениться: он не может, как пишет Е. Милевич, стать «вторым Туском», научиться постоянно улыбаться, кататься на лыжах или жениться. Но он должен хотя бы немного измениться к лучшему (13, с. 21).

Правда, и партия, и ее глава в последнее время активно работают над улучшением своего имиджа. Даже внешний облик Я. Ка-чиньского стал другим: прежде едва ли не небрежно одетый, он облачился в прекрасно сшитый костюм, не подчеркивающий, как раньше, а скрывающий недостатки несколько полноватой фигуры, изменил прическу. Внешность главы партии, конечно, важна, но изменилось и нечто более существенное: программа самой партии, ее риторика. На прошедшем в начале 2009 г. съезде ПиС царила атмосфера толерантности, интеллигентности и стремления к модернизации.

Глава партии, известный своим, мягко говоря, не очень благосклонным отношением к интеллигенции, попросил в своем выступлении прощения у «настоящей интеллигенции», подчеркнул, что ПиС - это и есть партия интеллигенции. Вместе с тем Я. Ка-

чиньский не преминул отметить приверженность партии к христианским и национальным ценностям. «Мы воспринимаем личность, - заявил он, - в категориях христианских... как нечто, неразрывно связанное с общностью. Человек живет в национальной, а также семейной общности. Это две основные общности. И только в них можно найти нечто, придающее смысл жизни» (7, с. 6).

П. Спевак уловил в этих высказываниях «эндецский дух»1, понимание народа как общности этнической, а не политической (25, с. 15).

ПиС по-прежнему настаивает на необходимости «исторической политики»2, позволяющей отстаивать национальное достоинство поляков и пресекающей любые попытки «ложного» (т.е. не такого, как принято в Польше) толкования истории Второй мировой войны и послевоенной истории.

Несколько по-иному, чем прежде, в новой программе были расставлены социальные акценты, они явно обрели большее значение в связи с экономическим кризисом. Это усиление социальной составляющей может привлечь к партии традиционно левый электорат.

Конгресс ПиС показал, полагает П. Спевак, что Я. Качинь-ский пытается подражать «Гражданской платформе». Это выражается, во-первых, в стремлении избегать конфликтов, во-вторых, совершенно иной, чем прежде, оценке современности. Раньше она трактовалась как что-то, таящее в себе угрозу, теперь - как нечто неизбежное и вполне позитивное. Важные перемены обозначились и в оценке рыночной экономики. Это уже больше, чем подражание ГП, это «риторика и язык начала 90-х годов, характерные для партии «Либерально-демократический конгресс». Качиньский стал придавать значение стилю в политике: он начал понимать, что важно не только быть правым, но и уметь доказать свою правоту. ПиС отказывается от резких выражений и «большевистской риторики. Язык революции заменен языком реформ» (25, с. 15).

1 Эндеция - Национально-демократическая партия, действовавшая в межвоенной Польше под руководством Р. Дмовского. Позиции партии отличались ярко выраженным национализмом.

2 Подробнее об исторической политике см.: Лыкошина Л. С. Геополитические приоритеты Польши // Восточная Европа в современной геополитике. -

С. 73-101.

И все же в целом можно констатировать, что сущностных перемен в идеологии ПиС не произошло, как не произошло перемен в особом стиле бытия этой партии, характеризующегося в определенном смысле неким «вождизмом». По мнению многих в Польше, ПиС - это партия одного человека - Я. Качиньского. Он с трудом приемлет критику в свой адрес и просто отличие от его собственной позиции и наличие собственного мнения.

Л. Дорн (до недавнего времени верный соратник Качиньских, сейчас пребывающий в опале) полагает, что главная опасность для партии таится в ее лидере, которого он сравнивает с Далилой, а ПиС - с Самсоном, и не без ехидства замечает, что он ждет, «когда ПиС отрастит волосы» (цит. по: 3, с. 14).

Изменение имиджа, конечно, важно, но гораздо важнее изменение сущности ПиС. Определяя ее место на польской политической сцене, аналитики говорят не только о «вождистской» партии, но и о партии тоталитарной, представляющей угрозу для польской демократии. ПиС называют «большевиками III Речи Посполитой». Тоталитарные черты присутствуют в самом Уставе партии, на 26 страницах которого словосочетание «Председатель ПиС» повторяется 57 раз. Для сравнения - на 35 страницах устава «Гражданской платформы» глава партии упоминается 13 раз (9, с. 20).

Я. Качиньский может лично исключить из партии любого ее члена, а без его согласия никто не может стать таковым. Подобной властью пользовался разве что Б. Берут на заре социализма в Польше.

А. Михник полагает, что Я. Качиньский представляет угрозу польской демократии, так как он стремится к авторитарной власти. «Его программа состоит, в сущности, в твердой уверенности в том, что он должен править, а остальные - его бояться. Конец. Точка. Остальное - это маркетинг, формальность, случай» (16, с. 36).

Такое положение дел особенно опасно на фоне явно обозначившегося в Польше (как и во всех других посткоммунистических странах) стремления к авторитаризму не только со стороны власти, но и со стороны общества.

П. Спевак, оценивая программные установки ПиС, замечает: «Идеология Качиньских обращена к людям, которые чувствуют себя обиженными, - неважно, есть ли для этого реальные основания. Никогда бы не сказал, что ПиС - это партия людей бедных, социально униженных, но это партия людей, которые ощущают себя обиженными, ощущают, что им не дают двигаться вперед.

Они искренне стремятся к признанию, которого им не хватает и которое, как им кажется, они заслуживают» (25, с. 15).

Ощущение обиды вряд ли может быть основой государственной политики, но именно это ощущение является фундаментом ПиС и в данном контексте никаких перемен не произошло, да и вряд ли они возможны.

В противостоянии основных игроков польской политической сцены (Л. Качиньского, Я. Качиньского и Д. Туска) достаточно серьезная роль принадлежит еще одному актору современной политической жизни в стране - министру иностранных дел Радославу Сикорскому. В 2008 г. Р. Сикорский был одним из самых популярных польских политиков, пожалуй, наиболее яркой фигурой в правительстве Д. Туска. Именно польского министра иностранных дел до недавнего времени (ассамблеи НАТО в апреле 2009 г.) рассматривали в качестве одного из претендентов на пост генерального секретаря НАТО. Требования же к претенденту весьма высоки: он должен иметь опыт работы в международной политике, свободно владеть иностранными языками, иметь европейское происхождение (как правило, именно европеец занимает должность генерального секретаря НАТО, а американец - должность верховного главнокомандующего силами НАТО в Европе).

Сикорский и по формальным, и по сущностным признакам, подразумевающим его политические убеждения, вполне соответствует предъявляемым требованиям, но генеральным секретарем альянса он так и не стал: этот пост занял премьер-министр Дании А. Расмуссен. Примечательно, что и на этот раз президент Л. Качиньский и премьер Д. Туск действовали несогласованно, во всяком случае премьер упрекал президента в слишком поспешной поддержке кандидатуры Расмуссена в ущерб интересам Польши.

Нынешний министр иностранных дел Польши родился в 1963 г. в Быдгощи, еще со школьных лет был связан с оппозиционным движением, поддерживал «Солидарность». После введения военного положения эмигрировал, и высшее образование получил в Оксфорде.

В 80-е годы Сикорский был военным корреспондентом в Афганистане, Анголе, Югославии. Его политическая карьера началась в 1992 г., когда Сикорский стал заместителем министра обороны в правительстве Я. Ольшевского. В 2005 г. он становится министром обороны в правительстве К. Марцинкевича. В тот период Сикор-ский прославился тем, что назвал подписание договора о строи-

тельстве Североевропейского газопровода, минующего Польшу, «новым пактом Молотова-Риббентропа». По инициативе Сикор-ского были опубликованы секретные документы Организации Варшавского договора, в весьма неприглядном виде показывавшие позиции СССР, готового пожертвовать населением восточноевропейских стран во имя достижения стратегических целей.

В феврале 2007 г. Сикорский ушел в отставку из-за конфликта с Я. Качиньским. На время уйдя из большой политики, Р. Сикорский работал директором проекта «New Atlantic Initiative» в Институте американского предпринимательства в Вашингтоне, советником медиамагната Р. Мердока. После победы Д. Туска на выборах 2007 г. Р. Сикорский занимает в его правительстве пост министра иностранных дел. Сикорский - гражданин Польши и Великобритании, его жена - известная американская журналистка Э. Эпплбаум.

Люди из близкого окружения Сикорского оценивают его как хорошего профессионала и вместе с тем как человека, настроенного прежде всего на карьеру, на собственный успех. В политику он пришел как представитель крайне правых взглядов, антикоммунист и член Движения возрождения Польши (ДВП) Я. Ольшевского, в правительстве у которого он был заместителем министра обороны (министром обороны в то время был Ян Парыс). Но очень скоро, когда власть переменилась, Сикорский становится заместителем министра обороны у Бронислава Геремека, связанного с Демократическим союзом, - заклятым врагом ДВП.

Он радовался победе Я. Качиньского и его партии «Право и справедливость», но также искренне радовался и победе «Гражданской платформы». Но некоторые знакомые Сикорского считают, что он не меняет своих мировоззренческих позиций, и его политические предпочтения меняются не чаще, чем у других игроков польской политической сцены.

Он всячески демонстрирует свою лояльность Д. Туску, но в самом ГП к Сикорскому относятся с дистанцией, не рассчитывая на особо близкую связь министра с партией. Один из видных деятелей ГП сравнил Р. Сикорского с кондотьером, которого нанимают для какой-то конкретной борьбы.

Есть много людей, которые некогда любили Сикорского, а теперь относятся с неприязнью. Но и те, кто ему симпатизирует, стараются сохранять дистанцию.

Он остроумен, любит шутки и анекдоты, легко общается с прессой. Очень следит за своим поведением и имиджем, старается нравиться. Этому помогают влиятельная и умная жена, оксфордское образование, прекрасная усадьба, где супруги принимают гостей (1; 2, с. 12).

В конфликтах президента и премьера (а это длится уже полтора года) Сикорский всегда на стороне Туска. Он обижается на резкие высказывания, которые позволяет себе президент по отношению к министру иностранных дел. Качиньский не скупится на обидные выражения, особенно в неофициальной обстановке. Си-корский парирует, как правило, остроумно и удачно.

По своим политическим предпочтениям Сикорский сторонник евроатлантизма. Он - ревностный поборник размещения американских противоракетных установок на территории Польши. Министр считает необходимым добиться от США поставок новейших ракет для польских ПВО. Сикорский выступает за укрепление роли НАТО в Евросоюзе, сближение Варшавы не только с США, но и с главными партнерами по Евросоюзу - Берлином и Лондоном. Р. Сикорского иногда называют евроидеалистом, так как он старается акцентировать лишь положительные моменты в деятельности ЕС, не замечая (или делая вид, что не замечает) проблем и противоречий Союза.

По отношению к России Р. Сикорский демонстрирует стремление к диалогу и сотрудничеству, призывая вслед за премьером Д. Туском воспринимать Россию «такой, какая она есть». Однако в неофициальной обстановке отзывается о России более жестко. Так, в одном из интервью он заявил, что «отношения с Россией были, есть и, скорее всего, будут холодными. Во-первых, у нас объективно разные интересы, особенно по отношению к нашим соседям. Во-вторых, в России с каждым годом все более ограничивают сферу свободы личности, свободы слова, печати, объединений, права... В-третьих, Россия никак не смирится с потерей имперского статуса. Россия не готова расквитаться со своим преступным прошлым и восприняла значительную часть советского имперского этоса» (27, с. 14).

В международной политике последнего времени бытует термин «доктрина Сикорского», суть которой состоит в «пропорциональном ответе» Атлантического сообщества на любые попытки изменить границы Европы силой или подрывными методами. «Начиная с 90-х годов, - заявляет Сикорский, - мы вели себя так, буд-

то нет потенциальной угрозы, которая потребовала бы действия на основе положений статьи пятой Устава НАТО. Но когда русские танки вторглись на территорию Грузии, эта эра закончилась. НАТО необходимо снова выполнять свою первейшую обязанность -

обеспечения безопасности своих членов» (1).

* * *

Несколько в стороне от основного мейнстрима в жизни польской политической элиты пребывает в настоящее время левица, еще совсем недавно занимавшая столь значимое место в жизни страны. Эта политическая формация переживает сейчас не лучшие времена, и за обретение достойного места на польской политической сцене борются лучшие умы, представляющие политическую элиту левого фланга. Некогда гордящаяся своей сплоченностью, ставшей во многом причиной политического успеха, нынешняя польская левица разобщена. В самой крупной левой партии - Союзе демократической польской левицы (СЛД) четко обозначилось противостояние двух лидеров - Г. Наперальского и В. Олейничака.

Г. Наперальский (глава СЛД), хотя «генетически» связан с социалистической еще левицей, - его отец был инструктором воеводского комитета ПОРП, - старается по мере сил соответствовать новым политическим веяниям. Он разделяет взгляды С. Сераков-ского и его журнала «Политическая критика», представляющего идеи «новой левицы», борющейся за «настоящую», «аутентичную» левую идеологию. Г. Наперальский считает себя учеником Сапате-ро и Обамы. Будучи профессиональным политиком, он огромную роль отводит пиару и не очень тверд в отстаивании своих позиций, заботясь прежде всего о соответствии требованиям текущего момента (нельзя не заметить, что это весьма напоминает стиль Р. Сикорского). Именно с Г. Наперальским связаны надежды молодежи в СЛД.

Другая группа в СЛД, возглавляемая В. Олейничаком (лидером парламентской фракции СЛД), связана с политиками скорее старшего поколения: Е. Шмайдзинским, К. Яником и другими деятелями левицы еще из «дружины Л. Миллера», главы СЛД в недавнем прошлом. Политический кумир В. Олейничака - словацкий премьер Р. Фицо, являющийся сторонником классической западноевропейской социал-демократии.

Это крыло СЛД, по мнению социолога из Варшавского университета Р. Хведорука, продолжает линию А. Квасьневского, 48

больше заботясь о демократическом, чем о левом имидже партии. Сторонники В. Олейничака тяготеют к союзу с ГП, придавая этому союзу, по мнению некоторых аналитиков, чрезмерное значение в ущерб своей левой идентичности (17, с. 4).

«Войны» Г. Наперальского и В. Олейничака - первый конфликт такого масштаба в рядах польской левицы, хотя противоборство меньшего масштаба бывало и прежде: это противостояние так называемых «Ординацкой» (политиками левицы, связанными с молодежным движением) и «Смольной» - молодыми политиками, связанными с ПОРП. При Квасьневском большим весом обладала «Ординацкая», при Миллере - «Смольная», хотя оба лидера польской левицы упорно отрицали наличие конфликта между ними.

Несколько позже единство левицы подорвало противостояние Ю. Олексы и К. Яника. Нынешний конфликт между Г. Наперальским и В. Олейничаком ветеран польской левицы Л. Миллер оценивает как настоящее двоевластие, совершенно недопустимое в тот период, когда партия находится в оппозиции (12, с. 4).

Тем не менее конфликт существует и у каждой стороны есть свои сторонники и противники среди политиков левицы, есть и своя «группа интеллектуальной поддержки». Если в качестве таковой применительно к Г. Наперальскому выступает вышеупомянутый Р. Хведорук, то в случае В. Олейничака это известные польские ученые Я. Рейковский и Я. Рациборский.

Раскол в рядах СЛД вряд ли возможен из-за закона о финансировании. Кто отколется - пропадет, лишившись финансовой поддержки. Кроме того, расколу не способствуют выборы в Евро-парламент (в июне 2009 г.).

К третьей группировке левого толка можно отнести возрождающуюся Демократическую партию (ДП), трактующую себя как левоцентристскую и претендующую на наследие действующей при социализме ДП. С этой группировкой связаны такие искушенные политики, как Д. Росати, А.Я. Онышкевич. Некоторые аналитики усматривают в попытках создания центролевицы стремление конкретных людей, связанных с этой группировкой, обеспечить себе места в Европарламенте и не более того.

В качестве независимой силы, связанной с левицей, но именно независимой, выступает В. Чимошевич - ныне сенатор, а неко-

гда министр иностранных дел, кандидат в президенты от левицы на выборах 2005 г.

Шансы В. Чимошевича были не так уж плохи. Именно его поддерживал А. Квасьневский, во главе избирательного штаба В. Чимошевича была жена А. Квасьневского - Иоланта. Она неизменно присутствовала на всех выступлениях кандидата и всячески его поддерживала. Чимошевич долго колебался, прежде чем начать борьбу за президентство, решился лишь в последний момент, но всю избирательную кампанию не выдержал: сошел с дистанции незадолго до выборов, не выдержав бесконечных скандалов, которые умело организовывали противники.

Этот политик с молодых лет (Чимошевич родился в 1950 г.) был связан с ПОРП и коммунистическими молодежными организациями. Он пытался стать президентом в 1990 г. и набрал 10% голосов, что совсем неплохо для того времени. В ходе своей политической карьеры Чимошевич не раз дистанцировался от левых, критиковал их, но именно он руководил избирательной кампанией А. Квасьневского в 1995 г., был министром иностранных дел в правительстве Л. Миллера после победы левых на выборах 2001 г. При нем польские войска вошли в Ирак, а Польша стала членом ЕС. Заслуги Чимошевича признавали даже некоторые твердые антикоммунисты. Однако связанные с ним надежды левых в ходе президентской кампании 2005 г. не оправдались

«Пятой силой» левицы является круг Славомира Сераковско-го, сосредоточенный вокруг журнала «Политическая критика», «сеющая, как пишет В. Залуска, на опустевшем левом поле новые, часто импортируемые с Запада идеи». Они «возвращают левой молодежи блеск в глазах» (30, с. 18).

Феномен «Политической критики» интересен тем, что являет собой не столь часто встречающееся в польской политической жизни стремление к поиску идейной идентичности. Журнал был основан в 2002 г. молодыми философами и социологами, апеллирующими к традициям польского социализма и пытающимися выработать основы «левого дискурса». С. Сераковский и его единомышленники полагают, что «старая левица» исчерпала себя, по-грязнув в политических интригах и забыв о своем истинном предназначении - борьбе за интересы обездоленных.

* * *

Сложные процессы, переживаемые польской политической элитой, трудно определить однозначно: с одной стороны, это процессы консолидации, свойственные правящей элите (попытки преодоления противоречий и противоборства по линии президент -премьер), с другой - процессы фрагментации, характерные для элиты оппозиционной (о чем свидетельствуют проблемы польской левицы).

Несомненно также, что политические силы разной ориентации - и ПиС, и левые - переживают нелегкий процесс поиска идейной идентичности. От того, насколько успешен будет этот поиск, зависит судьба политической элиты, облик которой определится в процессе грядущих выборов.

Список литературы

1. Пан Сикорский - генсек НАТО. - Режим доступа: http:stoletie.ru/print.php. printid=13354

2. Janke J. Miçdzy Oksfordem a watah^. // Rzeczpospolita. - W-wa, 2009. - 3/4stycz. -S. 12.

3-4. Janicka M.Prezes jak nowy // Polityka. - W-wa, 2009. - N 6. - S. 14-15.

5. Janicki M., Wladyka W. Wewnçtrzna polityka zagraniczna // Ibid. - 2008. - N 35. -S. 14-16.

6. Kaczynski L. Przede wszystkim jestem Europejczykiem // Rzeczpospolita. - W-wa, 2009. - 10/11 stycz. - S. 14-16.

7. Kongres PiS: IVRzeczpospolita milosci // Ibid. - 2 lut. - S. 6.

8. Kuczynski W. Rosja odbila Kaukaz // Ibid. - 2008. - 13 sierp. - S. 14

9. Kuczynski W. «Bolszewicy» III Rzeczypospolitej // Gazeta wyborcza. - W-wa, 2009. - 30 stycz. - S. 20, 21

10. Magierowski M. Potwór Rosja // Rzeczpospolita. - W-wa, 2008. - 31 sierp. - S. 13.

11. Migalski M. PiS tylko z Kaczynskim // Ibid. - 2009. - 23 stycz. - S. 14-15.

12. Miller L. Bez SLD nie da siç wygracz wyborów // Ibid. - 6 stycz. - S. 4.

13. Milewicz E. Nowy garniture i stara krzywda // Gazeta wyborcza. - W-wa, 2009. -4 lut. - S. 21.

14. Mistewicz E. Tusk gra role Indiany Jonesa // Ibid. - 2009. - 12 stycz. - S. 5.

15. Michnik A. Prezydent i rzad zdali gruzinski egzamin // Ibid. - 2008. - 10 wrzes. -S. 23.

16. Michnik A. Uwierzcie wlasnym oczom // Polityka. - W-wa, 2008. - N 51/52. -S. 32-36.

17. Olszyk E. Olejniczak b^dzie musial skladac raporty // Rzeczpospolita. - W-wa, 2009. - 6 stycz. - S. 4.

18. Ostrowski M. Coz t^Rosj^ // Polityka. - W-wa, 2008. - N 34. - S. 13-15.

19. Paradowska J. Prezydent jest zly // Ibid. - N 30. - S. 12-14.

20. Polacy w kryzysie licz^. na PO-PiS // Rzeczpospolita. - W-wa, 2009. - 17 lut. -S. 4.

21. Raczynski Z. Rosja wstaje z kolan // Polityka. - W-wa, 2008. - N 37. - S. 45-46.

22. Rychard A. Czy PiS moze byc now^. polsk^. lewic^. // Rzeczpospolita. - W-wa, 2009. - 8 stycz. - S. 15.

23. Smolar A. Kuda idiosz, Rossija? // Gazeta wyborcza. - W-wa, 2008. - 23/23 sierp. -S. 20-21.

24. Skwieczynski P. Kompleks Rosji // Rzeczpospolita. - W-wa, 2008. - 13/14 wrzes. -S. 13-15.

25. Spiewak P. Kaczynski uczesany // Wprost. - W-wa, 2009. - N 7. - S. 14-15.

26. Tusk D. Solidarnosc i duma. - Gdansk, 2005. - 119 s.

26a. Byl sobie Gdansk [Serie]. - Dar gdanska, 1996-2002. - [1] Byl sobie Gdansk/ Donald Tusk... [et al.]. - 1996; [2] Byl sobie Gdansk, 1945 / Donald Tusk... [et al.]. - 1998; [3]:Dawny Sopot / Donald Tusk. [et al.]. - Mode of access: http://www.biblionetka.pl/ks.asp?id=104420

27. Warzecha Z. Zbyt wielu miekkiego euroidealizmu // Rzeczpospolita. - W-wa, 2008. - 9 maj. - S. 14-15.

28. Wildsztejn B. Hodowanie rosyjskiego monstrum // Ibid. - 5 wrzes. - S.14

29. Wildsztejn B. Prezes i jego druzyna // Ibid. - 2009. - 30 stycz. - S. 14-15.

30. Zaluska W. Pi^c lewic w budowie // Ibid. - 1 stycz. - S. 18.