Исламская община в Адыгее: внутренняя неоднородность и тенденции развития

МЕСТО И РОЛЬ ИСЛАМА В РЕГИОНАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЗАКАВКАЗЬЯ И ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

О. Цветков,

старший научный сотрудник ЮНЦ РАН Р. Ханаху,

заведующий отделом философии и социологии Адыгейского республиканского института гуманитарных исследований ИСЛАМСКАЯ ОБЩИНА В АДЫГЕЕ: ВНУТРЕННЯЯ НЕОДНОРОДНОСТЬ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ

Данная статья представляет результаты исследования в Республике Адыгея, проведенного в 2010-2011 гг. На начальном этапе в декабре 2010 г. были проведены интервью с муниципальными служащими, курирующими вопросы взаимодействия властей с религиозными организациями. Интервью были проведены также с экспертами, осведомленными о ситуации в мусульманских общинах в Тахтамукайском и Кошехабльском районах и в городе Ады-гейске. При этом использовался метод полуструктурированных интервью, т.е. основные вопросы респондентам были подготовлены заранее, но допускалась возможность свободной беседы и уточняющих вопросов. Затем, весной и летом 2011 г., проводился социологический опрос населения в Майкопе и Тахтамукайском районе (опрошено свыше 250 человек). По итогам опросов, почти 80% респондентов-адыгов считают себя мусульманами. При этом примерно такая же доля мусульман затруднилась ответить, какого направления в исламе (какого мазхаба) они придерживаются.

Респонденты были опрошены также на предмет знания ими основополагающих культовых норм ислама, предусмотренных для случаев поминок, свадеб, рождения детей и некоторых других. Выяснилось, что подавляющая часть респондентов не знает этих норм. Кроме того, почти половина респондентов сочла, что уровень знаний об исламе недостаточен также у имамов и эфендиев.

27

Респонденты указывали, что в 70% случаев они получали знания об исламе у собственных родителей, а около 30% знакомились с основами ислама через средства массовой информации. Коран был основным источником знаний примерно для 20% респондентов. Основополагающую роль друзей и близких в распространении исламских знаний отметили 15% респондентов (в данном случае анкета предусматривала возможность нескольких ответов).

Опрашиваемые указали, что в 70% случаев не совершают намаз. Почти 60% считают, что традиционные общественные и семейные нормы адыгэ хабзэ предпочтительнее норм шариата. Семейные отношения строятся в соответствии с нормами ислама у 5% семей. Регулярно посещают мечети, по данным, полученным от экспертов, от 2 до 5% мусульман. А по данным массового опроса - менее 10%. Каждый десятый адыг не считает себя мусульманином. Это объясняется тем, что в числе опрошенных были люди старших возрастов, впитавшие в себя атеистические убеждения еще в годы социализма. Некоторая часть людей, не считающих себя мусульманами, являются приверженцами иных религиозных взглядов. Немногим свыше 10% затруднились ответить на вопрос о том, считают ли они себя мусульманами.

Таким образом, подтверждается отличие Адыгеи от других северокавказских республик как территории, где ислам менее укоренен, а в социальных отношениях, включая семейные, преобладают светские нормы.

По оценке экспертов, ситуация в исламских общинах складывается благополучно. Такое мнение высказали все без исключения эксперты. Хотя, как обращали внимание эксперты, в отдельных населенных пунктах появилось небольшое количество ортодоксальных («нетрадиционных») мусульман («бородачей», «тюбетеечников»), воззрения которых несколько противоречат «традиционному исламу» и «адыгству». С точки зрения экспертов из мусульманской среды, плюсом является то, что количество верующих увеличивается. Чиновники же говорили, прежде всего, о благополучии ситуации в том смысле, что отсутствует религиозный экстремизм.

В ответ на просьбу кратко оценить ситуацию в конкретной исламской общине были получены такие ответы: «Нормальная ситуация, все спокойно, хорошо. По крайней мере, сейчас все под контролем, а что дальше - будет видно»; «Хотелось бы лучшего, хотелось бы большего. Но по сравнению с другими населенными

28

пунктами, может быть и с Майкопом, я считаю что у нас ситуация намного благоприятнее, т.е. если по количеству посещающих мечеть, по количеству мусульман, приходящих на пятничные намазы, у нас мечеть не вмещает, по пятницам люди молятся и на улице»; «Ситуация стабильная и не подвергается сомнению... отсутствие каких-либо противоречий между основными местными конфессиями - исламской и христианской, потому что и на телевидении была практика совместных передач по православию и мусульманству. Поэтому вопросы, связанные с взаимным сотрудничеством и взаимодействием органов местного самоуправления и религиозных организаций, решаются на уровне партнерских отношений. Там, где власть может в порядке компетенции, она поддерживает религиозные организации. В нашем районе не наблюдается таких действий, которые мы могли бы назвать противостоянием».

Тем не менее при социологическом опросе 15% опрошенных сочли, что в Адыгее может возникнуть реальная угроза радикализации части мусульман. Почти 45% респондентов затруднились сказать, возможна или невозможна дестабилизация на религиозной почве. А 15% заявили, что в ближайшее десятилетие у правоохранителей возрастет количество претензий к верующим. Половина опрошенных сочли, что отношения правоохранителей и мусульман будут складываться бесконфликтно.

В процессе интервьюирования экспертов большинство из них указали и на то, что среди мусульман есть определенные противоречия, в частности по вопросам толкования вероучения. А в массовом опросе было выявлено, что наличие подобных противоречий уже признают примерно 20% респондентов. Основные противоречия, с их точки зрения, концентрируются в вопросах о культовой стороне поминальных обрядов (так считают около 4%), иных ритуалов (4%) и вопросах толкования вероучения (3%). Свыше 10% респондентов считают эти противоречия уже очень острыми. Но примерно треть - что острота невелика. Половина респондентов затруднились оценить ситуацию.

По словам бывшего имама, а ныне эфенди, из поселка Ябло-новский, по меньшей мере, в одном этом поселке сторонники «чистого ислама» постепенно начинают доминировать. Большинство мусульман Адыгеи придерживается ханафитского мазхаба. Однако повсюду на Северном Кавказе есть мусульмане, которые не относят себя ни к одной правовой школе. Мусульман «без маз-

29

хаба» причисляют обычно к последователям салафизма, так называемого «чистого ислама».

В ходе массового опроса было выявлено, что примерно 10% от числа опрошенных причисляют себя к «мусульманам-безмас-хабникам». Однако в числе ответивших и те, кто попросту недостаточно компетентен в исламском вероучении и не знает, что такое мазхаб. По словам эфенди из Яблоновского, большинство прихожан местной мечети составляют приверженцы чистого ислама из числа молодежи: «Это как раз даже ядро. Вот в чем и печаль. Скажем, большинство. У нас же в мечеть ходит в большинстве молодежь, к сожалению. На начальном этапе ходили старики. Кто-то уже покинул этот мир, да простит их Аллах. Кое-кто, совсем старый, уже не ходит. Как раз за эти 10-12 лет, когда мечеть открылась. А лет 5, 6, 7 назад и сейчас постепенно добавляется именно молодежь. А стариков нет. И в большинстве своем это как раз молодежь не придерживается мазхаба, никакого. <...> Вопросы возникают <...> не между мазхабами, а между теми, кто отрицает вообще мазхаб, и теми, кто придерживается мазхаба». Эксперт объясняет проникновение в поселок «чистого ислама» отсутствием у молодежи хорошего исламского образования и внешним влиянием, в частности распространением видеокассет, содержащих соответствующие проповеди. Вот что он, в частности, сказал: «У нас когда-то ходили его (боевика) кассеты с записями его проповедей, и молодежь заслушивалась». Однако о наличии среди местной молодежи радикальных взглядов бывший имам, по его заверению, никогда не слышал.

По мнению экспертов, один из источников идей «чистого ислама» связан с переселением сюда адыгов из зарубежных стран, а также с появлением в Адыгее выходцев из других республик Северного Кавказа, обучающихся в здешних вузах и иных учебных заведениях. Влияние на мусульманские общины Тахтамукайского района и города Адыгейска оказывают мусульмане из Средней Азии и стран Южного Кавказа, проживающие в Краснодарском крае. По оценке экспертов, количество выходцев из этих стран на пятничной молитве в Адыгейске превышает количество местных мусульман в два раза и более.

О наличии мусульман-безмазхабников в ауле Кошехабль рассказал муфтий местной мечети: «Есть которые бородатые. Даже один вот так отрастил, мы сколько с ним говорили и родители тоже, но он всё... не захотел. Но он уехал учиться в Египет». О существовании «бородачей» было сказано также в интервью с эфен-

30

ди из Адыгейска. Эфенди аула Егерухай посетовал на то, что «людям надо объяснять, что такое мазхаб». В ходе массового опроса было выявлено, что свыше 20% респондентов считают, что через какое-то время исторически сложившаяся в Адыгее форма ислама будет заменена на другую, соответствующую более «чистому», более «правильному» исламу. Но примерно четверть считает, что такого не произойдет. И почти половина респондентов затруднились обсуждать эту тему. С точки зрения респондентов, замещению «традиционного» ислама на «чистый» более всего могут способствовать мусульманские священнослужители. Такого мнения придерживаются почти 45% опрошенных. Свыше четверти респондентов считают, что на этот процесс может повлиять завозимая в республику исламская литература. Примерно 20% указывают, как на причину, на приезжих из других республик Северного Кавказа. Столько же респондентов указали на зарубежных адыгов. Примерно 15% считают, что привнести в республику «чистый» ислам и способствовать его распространению могут именно адыги-репатрианты.

На наш взгляд, в Адыгее наметилась тенденция консолидации части молодежи на основе «чистого ислама». По сути, то же происходит в других республиках Северного Кавказа, где, наряду с усилением этнических «лояльностей», существенно возросло значение солидарности на основе «чистого» ислама.

Сторонники «традиционного» ислама настаивают на следовании такой его версии, которая сложилась в Адыгее исторически и испытала на себе влияние адыгских этнических (языческих) обычаев. В то время как сторонники «нетрадиционного» ислама настаивают на искоренении языческих традиций. В настоящее время этнические традиции практикуются в похоронных, после-похоронных, свадебных обрядах и в некоторых других. В массовом опросе почти треть респондентов указали, что исторически сложившиеся в Адыгее элементы исламского культа «не вполне соответствуют» нормам Корана. Свыше половины затруднились об этом говорить. А 16% сочли, что противоречий между местным культом и требованиями Корана нет.

Попытка расслоения мусульманской среды манифестируется «нетрадиционными» мусульманами не только пропагандой своих религиозных взглядов, но и внешним видом. В отличие от «традиционных» мусульман, «канонические» мусульмане отращивают бороды и носят тюбетейки. Тюбетейка - культовый элемент одежды «нетрадиционных» и «чистых» мусульман. Принятый среди

31

адыгейских мусульман обычай носить шляпы они подвергают критике. Некоторые из них называют эти шляпы «еврейскими». По этим элементам одежды - шляпе или тюбетейке - часто можно определить приверженность мусульманина «традиционному» или «нетрадиционному» исламу. В ходе массового опроса выяснилось, что у «шляп» и «тюбетеек» практически одинаковое количество приверженцев - 23 и 22%. Большее количество респондентов -примерно 30% - отдают предпочтение традиционному этническому головному убору - папахе. А большинство - почти 40% - считают вопрос о виде головного убора непринципиальным и полагают, что мусульманин может носить любой головной убор. Около 10% затруднились высказать свою точку зрения. Негативное отношение части населения Адыгейска, Тахтамукайского и Кошехабль-ского районов к сторонникам «чистого» ислама проявляется, в частности, в том, что последних в бытовом обиходе называют (видимо, пренебрежительно) «тюбетеечниками».

Подобно тому, как по наличию на голове у адыгейского мусульманина шляпы или тюбетейки можно, как правило, определить его тяготение к той или иной версии ислама, примерно то же самое можно определить по наличию или отсутствию у него дуахь, небольшого кожаного мешочка, в котором зашит текст молитвы и который носят на груди на шнурке. Ношение дуахь - это местный культ, считающийся исламским (распространен также в Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии и некоторых других регионах). Однако сторонники «нетрадиционного» и «чистого» ислама считают, что обычай ношения дуахь противоречит исламу, поскольку, с их точки зрения, к Аллаху надо обращаться с молитвой, а не посредством языческих амулетов.

В ходе массового опроса респондентам был задан вопрос: «Как Вы относитесь к ношению на теле дуахь?» Почти половина ответили, что относятся одобрительно; 40% сказали, что относятся нейтрально. И только немногим более 10% респондентов сочли, что ношение дуахь противоречит Корану. Как представляется, исходя из разных критериев, общее количество «нетрадиционных» «чистых» мусульман приблизительно соответствует тем же 10%.

Противоречия между «традиционными» и «нетрадиционными» мусульманами носят религиозно-идеологический характер. По поводу имеющихся разногласий в толковании исламского культа были высказаны, в частности, следующие мнения. «Разногласия есть даже между аулами. <...>. Например, если умерла бабушка в возрасте 80 или 90 лет. Она, например, дала завещание своим де-

32

тям, что хочет <поминки> и на 40 дней, и на 7 дней. Как можно запретить? <...>. А так все мы говорим, что это слишком затратно, и по исламу это не предусмотрено. В течение трех дней надо церемонию похорон заканчивать».

Свою трактовку чистого ислама дал муниципальный служащий из аула Тахтамукай: «Языческие моменты у адыгов присутствуют в быту, например при погребении, и никто не думает, что это не ислам. Люди думают, что это ислам, его составная часть. Но в мечетях проповедуется чистый ислам (это не ваххабизм). Просто они говорят, что в исламе такого нет, того, что существует в традициях. Эфенди говорят, что, пожалуйста, соблюдайте свои традиции, но это не ислам. Мы проповедуем чистый ислам. Отсюда появление младомусульман. Это общекавказский процесс». В то же самое время он отметил, что «на сегодняшний день оснований для развития и распространения антигосударственных настроений (национальных, религиозных) нет».

О различиях в интерпретации веры и культа у старшего поколения и молодежи сказал муниципальный служащий из Адыгей-ска: «Мусульманство, которое исповедует старшее поколение и которое исповедует молодое поколение, несколько разное». В «чистый» ислам вовлекается, в основном, молодежь, и ее количество постепенно возрастает. Многие эксперты из мусульманской среды, включая служителей мечетей, осудили практику республиканского МВД по проведению обысков и задержаний мусульман. По словам экспертов, подобные мероприятия правоохранителей получили отрицательную оценку в мусульманских общинах.

При массовом опросе более 14% респондентов указали на то, что им известны случаи необоснованного, с их точки зрения, притеснения мусульман республики правоохранительными органами. Более 35% затруднились ответить на вопрос о том, известны ли им такие случаи. Более 45% респондентов заявили, что такие случаи им не известны. Уверенность в том, что отношения между мусульманами и правоохранительными органами в ближайшее десятилетие будут развиваться нормально, выразили только половина респондентов.

Некоторые мусульмане-эксперты говорили, что создание в МВД районных и иных подразделений по борьбе с экстремизмом провоцирует сотрудников этих подразделений к фальсификации служебной отчетности посредством выдвижения «искусственных» претензий к мусульманам и последующего документирования этих «претензий». С точки зрения экспертов, работа МВД и других

33

правоохранительных органов по пресечению и профилактике экстремизма должна проводиться тихо и незаметно. Говорили, что особое «внимание» со стороны сотрудников МВД к мусульманам оскорбительно. Было высказано мнение о том, что проверка сотрудниками МВД документов у мусульман, прибывших в Адыгею из стран Центральной Азии, может быть обусловлена тем, что эти иностранные граждане беззащитны перед недобросовестными сотрудниками полиции.

В ходе массового опроса только 14% респондентов оценили деятельность органов власти республики и правоохранительных органов по профилактике религиозного экстремизма как эффективную. А 26% опрошенных считают эту деятельность неэффективной. Большинство же - 60% от числа опрошенных - затруднились дать какую-либо оценку эффективности.

Надо заметить, что руководство Духовного управления мусульман Республики Адыгея и Краснодарского края (ДУМ) на протяжении многих лет выказывает свою готовность сотрудничества с правоохранительными органами в целях профилактики экстремизма. Так, в 2011 г. муфтий Адыгеи и Краснодарского края Нурбий Емиж неоднократно встречался с министром внутренних дел по Адыгее. Между МВД и ДУМ, а также Адыгейской епархией РПЦ заключено трехстороннее соглашение о сотрудничестве в целях профилактики экстремизма. Глава ДУМ периодически встречается также с главой Адыгеи и имеет, таким образом, возможность ставить перед ним проблемы мусульман. В июле 2011 г. глава ДУМ Адыгеи и Краснодарского края наряду с другими российскими муфтиями был участником встречи в Нальчике с Президентом РФ Д. Медведевым. Он поставил перед главой Российского государства два вопроса: о необходимости сокращения молодежной безработицы и строительства мечетей в Краснодарском крае. «На сегодняшний день в Краснодаре более 60 тыс. мусульман, но нет ни одной мечети. Чтобы решить этот вопрос, нужно выделить место для строительства мечети. То же касается города Сочи», -говорил Емиж.

Что касается деятельности муниципальной власти в отношении исламских общин, то эту деятельность эксперты в основном оценивают положительно. Хотя следует заметить, что по объективным причинам муниципалитеты могут немногое. Как правило, в их административной структуре за связь с местными мусульманскими общинами отвечают один или два человека, причем на этих людей возложено множество иных обязанностей. Неизбежным ре-

34

зультатом такого положения дел являются несколько поверхностные отношения муниципалитетов с мусульманскими общинами.

Тем не менее представители муниципалитетов часто контактируют с муфтиями, в целом информированы о текущей ситуации и способны решать многие проблемы. Основные пожелания со стороны мусульман-экспертов сводятся к призыву содействовать исламскому просвещению: способствовать открытию исламских учебных заведений, трансляции специальных программ по телевидению и радио. «В России единственная Республика Адыгея, среди остальных <...> республик или местностей, исповедующих ислам, где нет ничего <т.е. мусульманских учебных заведений>. Вот это моя основная боль. В Башкирии, или в Татарии, весь Кавказ -вплоть до того, что даже разделилась Чечено-Ингушетия - в Ингушетии университеты исламские есть. В Дагестане, Чечне, в Ка-барде, Карачаево-Черкесии, а у нас даже начального нет, медресе нет, ничего, к сожалению нет»; «Для нас самая большая проблема в плане развития то, что в школах нам не разрешают проповедовать и в учреждениях. У нас нет никаких шансов там появиться, хотя бы рассказать, как мы думаем о религии, какое нравственное и духовное воспитание должно быть у человека. Нам не дают все это проповедовать. Это самая главная проблема. Призыв у нас на самом деле медленно идет».

Очевидно, что в Адыгее наметившаяся тенденция приобщения молодежи к исламу будет нарастать. В том числе и потому, что уход в религию интерпретируется многими как чуть ли не единственный способ духовного существования в мире, покушающемся на справедливость, основы человеческой морали и нравственности. Данные массового опроса говорят о том, что почти половина респондентов из числа адыгов намерены воспитывать своих детей как мусульман. Только 13% видят иную альтернативу исламскому воспитанию. Вместе с тем 40% респондентов затруднились ответить на вопрос о своих намерениях.

Таким образом, в перспективе Адыгею ожидает, скорее всего, некоторый сдвиг в сторону укоренения ислама, появления большего количества людей, хорошо разбирающихся в вероучении и культе. Но будет ли этот сдвиг массовым? Видимо, нет - социальные отношения сохранят свой преимущественно светский характер. Несомненно, однако, что будет нарастать дифференциация мусульманской общины на сторонников традиционного ислама и «младомусульман» - приверженцев традиционного для Ады-

35

геи ханафизма, но выступающих за очищение его от языческих привнесений; будут и сторонники «чистого ислама».

По мере увеличения количества ортодоксальных мусульман их укоренения в республике и расширения среди них ортодоксально исламских лояльностей и солидарностей, скорее всего, будет возрастать вероятность появления и постепенного обострения противоречия между адыгами, сторонниками «исламского пути», с одной стороны, и адыгами, сторонниками нерелигиозного или слабо религиозного «адыгства», традиционного кодекса жизни черкесов, - с другой. Как выявило исследование, противоречия между сторонниками адыгства и мусульманами-ортодоксами выражено слабо, поскольку 40% респондентов считают, что нормы ислама и адыгства в основном совпадают и еще 6% - что они совпадают полностью. Лишь 14% опрошенных считают, что традиционная нормативно-культурная система адыгов главнее, и около 8% опрошенных сочли, что «ислам выше традиционной культуры».

Ответы, полученные на вопрос о соотношении адыгства и ислама, коррелируют с ответами, полученными на вопрос о соотношении адыгэ хабзэ («адыгского закона») и шариата. Большинство респондентов (56%) указали, что для них нормы адыгэ хабзэ предпочтительнее. Около 30% сочли, что адыгэ хабзэ совместим с шариатом. Однако 6% считают, что шариат предпочтительнее.

Таким образом, несмотря на имеющиеся противоречия в исламской общине, результаты проведенного исследования указывают на то, что в республике практически нет общественной поддержки религиозного радикализма.

«Этнополитическая ситуация в России и сопредельных государствах в 2011 году», М., 2012 г., с. 267-272.

Индира Кадимова,

соискатель Дипломатической академии МИД России

ОСОБЕННОСТИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ В РЕСПУБЛИКЕ ДАГЕСТАН

Среди целей политической модернизации в Дагестане можно выделить следующие: создание новых политических институтов для решения постоянно расширяющегося круга социальных и экономических проблем в республике; изменение политических

36