Спешка в большой игре

В Женеве вчера возобновились российско-американские переговоры о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ). Новый договор должен быть готов к 5 декабря. Как стало известно "Ъ", переговорщики, работающие в режиме цейтнота, намерены уже в сентябре представить президентам РФ и США его предварительный вариант. Однако он может оказаться столь же размытым, что и рамочный документ, подписанный сторонами в июле. Москва и Вашингтон не могут согласовать ни уровней сокращения носителей, ни правил зачета боезарядов. Это может сорвать весь график подготовки договора, обозначенный главами двух государств.

Делегацию российских переговорщиков на начавшихся в Женеве консультациях возглавляет директор департамента МИД РФ по вопросам безопасности и разоружения Анатолий Антонов, а американскими дипломатами руководит заместитель госсекретаря США Роуз Гетемюллер. "Переговоры начались. Они проходят в плановом режиме, и повестка дня весьма насыщенная: в нее включены различные аспекты будущего договора",— сообщил вчера "Ъ" глава департамента информации и печати МИД РФ Андрей Нестеренко. Уточнять, какие именно положения документа должны быть согласованы в ходе нынешних переговоров, господин Нестеренко не стал. "С учетом чувствительности обсуждаемых вопросов есть решение обнародовать их только после достижения договоренностей",— пояснил дипломат.

Впрочем, по данным "Ъ" из источников, близких к переговорам, российские и американские дипломаты нацелены на то, чтобы уже в этом месяце направить президентам Дмитрию Медведеву и Бараку Обаме предварительный вариант договора о СНВ. В нем должны быть зафиксированы основные количественные параметры по ядерным боеголовкам и их носителям. "Предполагается, что этот проект президентам представят к саммиту "большой двадцатки" в Питтсбурге, который состоится 24-25 сентября",— рассказал информированный собеседник "Ъ".

Таким образом, у переговорщиков остается всего чуть больше трех недель при том, что на сегодняшний день они так и не пришли к согласию по целому ряду самых ключевых проблем. Одна из них — сокращение стратегических носителей. Серьезные разногласия на этот счет стали очевидными после того, как в июле президенты РФ и США Дмитрий Медведев и Барак Обама подписали в Москве документ под названием "Совместное понимание по вопросу о дальнейших сокращениях и ограничениях стратегических наступательных вооружений". В нем стороны прописали диапазоны сокращения как ядерных боезарядов, так и их носителей. И если по боеголовкам Москва и Вашингтон практически договорились — их решено сократить до 1500-1675 единиц, то по числу носителей консенсуса достигнуто не было. Российская сторона настаивала на их радикальном сокращении, тогда как США предлагали остановиться на цифре 1100, а это почти равно общему числу средств доставки, имеющихся сейчас в распоряжении Пентагона.

В итоге в "Совместном понимании..." было записано, что предельные уровни для стратегических носителей должны лежать в диапазоне 500-1100 единиц. Тем самым стороны попросту зафиксировали свои позиции, которые и на сегодняшний день остаются неизменными. "Очевидно, что наиболее серьезные противоречия возникли в вопросе количества носителей ядерных боеголовок. Мы требуем остановиться на 500, а американцы предлагают 1100,— пояснил "Ъ" директор Института США и Канады РАН Сергей Рогов.— Вопрос в том, удастся ли найти середину. Есть ощущение, что США готовы согласиться на 900 носителей. Но для нас и это неприемлемо. Для достижения компромисса нужен уровень в районе 700 единиц. Но к столь радикальному сокращению не готов Вашингтон".

Между тем источник "Ъ", знакомый с содержанием женевских переговоров, сообщил о наличии более серьезных разногласий по СНВ, из-за которых указание президентов Обамы и Медведева закончить подготовку документа к 5 декабря может остаться невыполненным. "Сейчас идет работа над текстом договора. И в принципе вместо цифр, обозначающих количество боеголовок и носителей, всегда можно поставить многоточие и двигаться дальше. Важнее то, что мы не можем договориться о том, как засчитывать боезаряды",— рассказал собеседник "Ъ", близкий к российской делегации.

Коллизия, по его словам, заключается в том, что ранее за ракетой-носителем засчитывалось максимальное количество боеголовок, с которыми она прошла испытание. "Условно говоря, если ракета тестировалась с десятком боезарядов, то за ней и засчитывается это количество, даже если сейчас она находится в пусковой шахте всего с одной боеголовкой",— пояснил источник "Ъ". Теперь же, отмечает он, американская сторона настаивает на использовании термина "оперативно-развернутые боеголовки". Это значит, что независимо от того, с каким числом боеголовок ракета прошла испытания, за ней следует засчитывать лишь те боезаряды, которые находятся на ней в данный момент. "Это создает возможности для возвратного потенциала, против которого активно выступает российская сторона,— отметил переговорщик.— Возвратный потенциал — это неразвернутые боеголовки, находящиеся на складах, которые могут быть (теоретически.- "Ъ") в любой момент возвращены в боевое состояние".

Все перечисленные неувязки в итоге могут отразиться на графике разработки нового договора СНВ. И не только из-за существующих разногласий по носителям и подсчету боезарядов, но и по причине не слишком интенсивной работы дипломатов над текстом документа. Достаточно сказать, что первый раунд женевских консультаций состоялся лишь в мае и вчерашние переговоры являются их пятой встречей в этом году. "График работы переговорщиков не очень напряженный. Когда готовили СНВ-1, делегации были многочисленными: 60-80 человек с каждой стороны, и работали они в Женеве практически на постоянной основе. Параллельно работала комиссия, которая оперативно давала заключения по тем или иным предложениям. Сейчас и делегации немногочисленные, и встречи в Женеве короткие — по два-три дня. А Анатолий Антонов до сих пор формально не утвержден главой нашей делегации правительством, как это положено для переговоров такого уровня",— посетовал собеседник "Ъ" из числа российских переговорщиков.