Возрождение и трансформация мифов в изобразительном искусстве Якутии как фактор национальной идентификации

УДК 7.03(571.56)(084.12) Ю. В. Луценко

ВОЗРОЖДЕНИЕ И ТРАНСФОРМАЦИЯ МИФОВ В ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОМ ИСКУССТВЕ ЯКУТИИ КАК ФАКТОР НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ

Рассматривается творчество якутских художников, характерной тенденцией которого стала опора на этнические традиции национальных культур. Это проявляется в обращении к фольклорно-мифологическому материалу. Художники, трансформируя архаическую модель мира, обращаются к древним мифам, к багажу народного творчества, примитивному художественному мышлению, к диалогу, в котором традиционное и современное выступают в сложных и продуктивных взаимосвязях.

Ключевые слова: изобразительное искусство Якутии, этническая картина мира,

мифологическое мышление, художественно-эстетическое самосознание, национальная идентификация.

The regeneration and transformation of myths in the imitative art of Yakutia as a factor of the national identification. YULIA V. LUTSENKO (The State Museum Art Complex “The National Fine Arts Museum of the Republic of Sakha (Yakutia)”).

In the article, the creative work of Yakutian artists is considered, of which the specific tendency has become the maintenance of the ethnic traditions of the national cultures. It makes itself evident in their treatment of folkloric and mythological materials. The artists transforming the archaic world model turn to ancient myths, the heritage of the folk art, and the primitive art mentality, which entails the dialogue of the traditional and modern aspects resulting in their complicated and productive interconnections.

Key words: imitative art of Yakutia, ethnic world view, myth mentality, art and aesthetic self -consciousness, national identification.

В конце ХХ века разрушение традиционного уклада жизни народа, а вместе с ним и этнической картины мира вызвало ответную реакцию - стремление к возрождению традиционных этнических ценностей, глубоко укорененных в традиционной мифологии якутского народа. Эта тенденция особенно отчетливо выразилась в творчестве якутских художников.

В результате в последние два десятилетия архетипы мифологического мышления все активнее определяют формы художественного мышления [2]. Это связано еще и с тем, что миф, будучи первоначально синкретической формой сознания, не утрачивает это качество в своем историческом движении и сохраняет свою ценность как инструмент предельного обобщения реальности. Кладезем для якутских художников является эпос олонхо. В нем сконцентрированы душа народа, изначальное представление этноса о себе, о времени, синтезированы этические и этноэстетические основы бытия.

В искусстве эти традиционные базовые представления возникают как рудименты мифопоэтической картины мира, в которой все явления социо-природной жизни художник рассматривает в преломлении к собственной личности. «Художник национальный космос познает и творит национальный космос. Художественное произведение - это как бы национальное устройство мира в удвоении» [1, с. 53]. Вот почему мифопоэтическая картина мира оказывается релевантной художественно-эстетическому самосознанию творческой личности, а через нее - и коллективному самосознанию этноса.

Художественное мифотворчество, будучи проекцией сохранившегося мифологического сознания, определяет особенность изобразительной деятельности якутских художников. Их произведения отображают традиционное миросозерцание, в котором преломляются архаические представления о картине мира, его законах и перспективе развития. Художник изобразительными средствами трактует дорефлективную философию своего народа и одновременно выражает собственную индивидуальность, тем самым влияя на

ЛУЦЕНКО Юлия Владимировна, главный специалист научно-исследовательского отдела (Национальный художественный музей Республики Саха (Якутия), г. Якутск). E-mail: vajul@yandex.ru

© Луценко Ю. В., 2009

изменение этнических представлений о картине вселенной. Следовательно, он выполняет роль медиатора между прошлым и настоящим, роль толкователя единого смысла этнонациональной истории, и образы олонхо, оказавшись в новой художественной системе, обретают новую функцию, новую жизнь, а значит, и новый смысл.

Об этом свидетельствует творчество ведущих художников Якутии. Мифологическая образность олонхо особенно ярко отражена в монументальных полотнах Тимофея Степанова. Образы богатырей, сказочной красавицы Туйаарыма-Куо, этнографически красочные изображения трех миров, философское видение добра и зла обретают новую реальность в разнообразных сюжетах его картин, поскольку в центре всех полотен на первом плане - поступки и деяния человека, его жизнь в гармонии с природой и космосом.

В картине Степанова «Миры олонхо с Мировым деревом» (из серии «Якутский героический эпос олонхо», 1979) стержнем Вселенной является Мировое дерево, а ее центром - Срединный мир. Мифологическая картина красочна и пластически выразительна. Богиня Айыысыт, сидящая в дупле священного Дерева, кормит благодатным молоком будущего Богатыря, корни дерева проникают в мрачный Нижний мир, полный драматического контраста с сияющим Верхним миром. Художник воссоздает картину мира, соответствующую архаическому представлению о мироздании, сохраняет стилистику олонхо, но наполняет метафизическую картину человеческим дыханием, гуманистическим содержанием, немыслимым без исторической и эстетической рефлексии автора. Его кисть преобразует мифологию в мифопоэтическую реальность.

По мотивам национального героического эпоса олонхо созданы многие графические серии, которым якутская графика 1960-1980-х годов обязана широким успехом и международным признанием. Именно она вобрала отголоски европейского, мирового искусства, сочетая «погружение» в местную древность с архаикой и волшебной мифологией мира саха. Обращение к фольклорным образам, обретающим роль символа, аллегории, иносказания, позволило авторам говорить о вечных темах бытия, о путях человека к духовному совершенству. Характерна в этом отношении величественная фигура Нюргуна Стремительного в иллюстрациях Валериана Васильева, Владимира Карамзина, Эллея Сивцева. Фантастические сюжеты и образы могучих богатырей выступают как олицетворение глубокой духовной мощи, мужества, достоинства якутского народа.

Параллельно к героико-драматической интерпретации жизни богатырей в якутской графике развивается другая - веселая, нарядная, исполненная обычно в примитивной лубочной манере или в духе несложных дидактических назиданий. Примером могут служить цветные литографии «Плут-плутишка в зипуне», «Старуха Бэйбэрикээн», «Старик Тяп-тяп» и другие композиции из серии Василия Парникова «Якутские народные сказки» (1984). И в подвигах богатырей, которыми положено восхищаться, и в приключениях незадачливых героев народных сказок, над которыми художник приглашает зрителя весело посмеяться, нет ничего, что было бы не похоже на обычную жизнь якутских пастухов, коневодов, таежных охотников.

Мифологическое мышление, трансформируясь, продолжает жить и в современном искусстве. В духовной атмосфере эпохи конца тысячелетия и напряженного ожидания грядущих перемен и катаклизмов привычный реальный мир реальности часто воспринимается художниками как таинственный, мистический. В поисках пластического эквивалента художественным и эстетическим ценностям своей культуры художники стремятся к синтезу национальных традиций и современной стилистики. Создавая новую модель мира, они обращаются к древним мифам, стилизаторским приемам, фольклорным примитивам, к арсеналу народного творчества. Отсюда - поиск метафоричности, богатого внутреннего подтекста, сложных поэтических ассоциаций.

Например, Михаил Старостин, работающий в живописи и графике, сочетает в своем творчестве этническую психологию человека Севера, архаичные представления предков и философию нового времени. Старостин - художник метафорического склада мышления, в произведениях которого генетическая память о родной земле, историческом прошлом трансформируется в сюжеты, связанные с темой добра и зла, пути и кочевников, встреч и прощаний. Экспрессивность формы, динамичность ритма, насыщенные цветовые контрастные пятна характерны для его композиций. Жажда постижения глубоких человеческих страстей выявляет особую тягу художника к гармонии мира, который представляется космическим домом-вселенной («Ожидание дождя», 1991; «Изготовление кумыса», 1994).

Итак, важным фактором национальной идентификации в изобразительном искусстве последних десятилетий становится возрождение и трансформация в общественном сознании национальных мифов. Этническая самоидентификация якутов основывается на актуализации архетипов в художественном творчестве, возвращении к национальным ценностям, традициям и обычаям. Этническая картина мира выступает в искусстве в преображенной временем форме, но сохраняет свою функцию и по-прежнему служит действенным механизмом эмоциональной и духовной консолидации общества. Мифы, инкорпорированные в художественное сознание, углубляют представление о своеобразии этноса и непреходящих ценностях человеческой жизни. Мифопоэтическая реальность в изобразительном искусстве Якутии становится универсальной формой художественно-эстетического самосознания.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Гачев Г. Д. Национальные образы мира: Общие вопросы. Русский. Болгарский. Киргизский. Грузинский. Армянский / предисл. Е. Сидорова. М.: Сов. писатель, 1988. 448 с.

2. Мелетинский Е. М. Поэтика мифа / АН ССР, Ин-т мировой литературы им. А.М. Горького. М.: Наука, 1976. 407 с.