Чье имя ты носишь, растение?

В дальнейшем, работая над докторской диссертацией, я неоднократно приезжал в Ленинград, в БИН. Работал там я, естественно, в Сибирском отделе Гербария, где было рабочее место Александра Иннокентьевича. Появлялся он там после лекций в университете. Мы, уткнувшиеся в свои гербарные образцы, сразу же узнавали, что Александр Иннокентьевич приехал. А это означало, что как-то надо было изловчиться, выбрать удобное время и посоветоваться с ним по той или иной проблеме. На первых порах мне в этом помогали работники Гербария Людмила Ивановна Иванина и Екатерина Васильевна Волкова. В дальнейшем организатором моих встреч с Александром Иннокентьевичем постоянно была неизменный секретарь высокогорной комиссии Людмила Ивановна Иванина.

Очередной раз в полевой обстановке я видел Александра Иннокентьевича на Клухорс-ком перевале Кавказа после Ставропольского совещания по вопросам изучения и освоения флоры и растительности высокогорий в 1974 г. Мы разбежались по склонам, рассматривая растительность и отдельные ее виды. Александр Иннокентьевич в горных ботинках, оставаясь где-нибудь у дороги в окружении своих верных друзей, помощников и поклонниц, обсуждал с ними вопросы особенностей растительного покрова Кавказа, его генезиса, районирования, использования и охраны.

Затем мне удалось пообщаться с Александром Иннокентьевичем в конце этого же 1974 г. Я закончил свою книгу «Высокогорная флора Западного Саяна». Анализ флоры и ее сравнение был проведен с привлечением идей А. И. Толмачева. Перечень его публикаций в книге занимает солидное место. Мне, конечно, хотелось, чтобы Александр Иннокентьевич ознакомился с книгой и был бы ее редактором. Радости моей не было конца, когда я получил от него мою рукопись с автографом редактора книги.

В последний раз я видел его зимой 1978 г, когда он уже тяжело болел, был прикован к постели. Мы вместе с Л.И. Иваниной выяснили у родственников, удобно ли нам будет повидать его и, получив согласие самого Александра Иннокентьевича, навестили его в квартире, распблагавшейся в старом, с мощными стенами, петербургском доме. Александр Иннокентьевич лежал у правой стены комнаты недалеко от окна. Светлое, слегка голубое белье, рельефно оттеняло его лицо. Он все так же шутил, глаза его.смеялись, но в заключение он сказал: «Да, я уже не тот».

Больше я его не видел.

Нам, сибирским ботаникам-высокогорникам, хотелось как-то выразить нашу признательность и уважение этому колоссу в ботанической географии. И вот, совместными усилиями сибирских и ленинградских ботаников нам удалось подготовить и издать книгу с подборной ранее опубликованных его работ «Методы сравнительной флористики и проблемы флороге-неза». Это наш скромный вклад в память нашего учителя, нашей путеводной звезды, Александра Иннокентьевича Толмачева.

Светлая ему память.

И. М. Красноборов. докт. биол. наук, профессор ^^Центрального сибирского ботанического сада , СО РАН

Чье имя ты носишь, растение?

С Александром Иннокентьевичем я впервые познакомился в 1956 г. в Ленинграде. Тогда (1954-1956) я был аспирантом отдела биологии Восточно-Сибирского филиала АН СССР в Иркутске и занимался ботанико-географическим изучением растительности лесного пояса побережий северного Байкала. Первые два года моим научным руководителем был'

Михаил Григорьевич Попов, скончавшийся в декабре 1955 г., еще до.написания мною диссертации. Тогда Александр Иннокентьевич согласился быть моим научным руководителем; я защитил диссертацию в Ботаническом институте АН (г. Ленинград). .

Предполагалось, что после аспирантуры я займусь изучением флоры Восточного Сая-на в целом. Однако Александр Иннокентьевич посоветовал ограничиться высокогорьями. Это позволило сузить обширное поле экспедиционных исследований в 1957-1962 гг. Результатом была сводка «Высокогорная флора Восточного Саяна» [4], ответственным редактором которой был Толмачев. По этой книге я защитил докторскую диссертацию в Ленинградском университете, где Толмачев заведовал кафедрой ботаники. В итоге я многим ему обязан. Привлекала общность научных интересов и его обаяние как эрудированного и доброжелательного ученого.

Памятным было его посещение Иркутска в 1957 г. Тогда в Восточно-Сибирском филиале АН состоялась Объединенная научная сессия Отделения биологических наук АН и ВАСХНИЛ. На ней Толмачев выступил с докладом «Вопросы изучения высокогорных флор Северной Азии» [7]. Потом состоялась ботаническая экскурсия в окрестности курорта Аршан у подножья хр. Тункинского.

На забайкальском курорте (Аршан, 1957) :г .

Слева направо: С. В. Солдатиков,'А. И. Толмачев, Ф. Э. Реймерс, П. А. Генкель

В Ботаническом институте он был «центром притяжения» для Л. И. Иваниной, Б. А. Юр-цева, О. В. Ребристой и многих др. Его ученики и коллеги из Ботанического института АН и Ленинградского университета уже опубликовали о нем биографические очерки—юбилейные при жизни и посмертные [2, 6, 9, 10]. Содержательный очерк — в книге Г. В. Гукова [3], все это делает излишними повторения с моей стороны.

Память о Толмачеве увековечена в латинских названиях видов растений. В его честь названы Aster tolmatschevii Tamamsch., Astragalus tolmaczevii Jurtz., Calamagrostis tolmatschewii Probat., Hieracium tolmatchevii Schljak., Lonicera tolmatchevii Pojark., Papaver tolmachevii N. Semen., Poa tolmatchewii Roshev., Potentilla x tolmatchevii Jurtz. et Sojak, Taraxacum tolmaczevii Jurtz. Кроме того, именем Толмачева назван род Tolmachevia A. et D. LOve, но это название, возможно, является лишь синоним рода Rhodiola L.; два видовых названия — Rhododendron tolmachevii Harmaja и Silene tolmatchevii Boquet — синонимы соответственно для Ledum hypoleucum Кош. и Gastrolychnis saxatilis (Turcz. ex Fisch. et C.A. Mey.) Peschkova [8].

Фундаментальное значение имеет сводка «Арктическая флора СССР» (1960-1987) [1] в 10 выпусках. Александр Иннокентьевич—инициатор и руководитель этого издания; он же автор научной обработки ряда таксонов и ответственный, редактор первых 7 выпусков. Затем «эстафету» принял Б. А. Юрцев. Авторы сводки удостоены Государственной премии.

Кроме творческой деятельности, Толмачев внес колоссальный вклад в научно-орга-низационную работу по ботанике. При его активном участии в БИНе состоялось в 1971 г. первое рабочее совещание по сравнительной флористике. Оно было организовано Комиссией ВБО по истории флоры ;,и растительности. Тогда обсуждался предложенный Толмачевым еще в молодые годы метод конкретных флор (КФ). Данное совещание послужило стимулом для проведения других рабочих совещаний по обсуждению количественных методов в сравнительной флористики. Душой этого мероприятия являлся Б. А. Юрцев, ближайший его ученик. В частности, второе совещание состоялось в 1983 г. (г. Неринга); третье в 1988 г. (г. Кунгур); четвертое в 1993 г. (Березинский заповедник); пятое — в 1988 г. (г. Ижевск посвящено 95-летию со дня рождения'А.И. Толмачева). Наконец, шестое совещание прошло 16-21 июня 2003 г. (г. Сыктывкар). Оно было посвящено 100-летию со дня рождения Александра Иннокентьевича, и в основу совещания легло обсуждение успехов в области сравнительной флористики в России, особенно в связи с вкладом школы Толмачева.

В 1958 г. Толмачев организовал и многие годы был председателем Комиссии при ВБО по изучению и освоению флоры и растительности высокогорий. Традицией этой комиссии стало проведение научных совещаний с заслушиванием и обсуждением научных докладов поочередно в разных местах Советского Союза, с экскурсиями в высокогорья. Последним, с участием Александра Иннокентьевича, было шестое совещание в Ставрополе в 1974 г. с экскурсией в Тебердинский заповедник. Последующие совещания были в Новосибирске (1977), Миассе на Южном Урале (1982), Сосновке на Камчатке (1985), снова в Новосибирске (1992).

Для меня особенно памятным было участие Александра Иннокентьевича в двух флористических экспедициях Восточно-Сибирского биологического института СО РАН (реорганизован позже в Сибирский институт физиологии и биохимии растений) на плато Путо-рана. В 1969 г. гидросамолет марки АН-2 доставил нас двумя рейсами из Игарки на оз. Хантайское. Кроме него и меня, экспедиционную группу отряда составляли старшие лаборанты А. А. Киселева и С. Ю, Андрулайтис (теперь покойный), студенты Иркутского педагогического института Юра Вершинин и Володя Зарукин. С собой у нас была надувная резиновая лодка с подвесным мотором. В горах мы пробыли с 10-29 июля и обследовали местную конкретную флору от лесного поЯса до высокогорий. Участием в экспедиции Александр Иннокентьевич был доволен, но наш образ жизни считал «довольно дикарским». Мы же с удивлением обнаружили, что он — любитель очень крепкого чая.

В 1970 г. гидросамолет доставил нас 12 июля двумя рейсами из Игарки на оз. Кутара-макан. Как и в прошлом году, экспедиционную группу составили Толмачев, Киселева, Андрулайтис и я, также Люда Будкина — студентка-фармаколог Иркутского медицинского ин-

статута. 5 августа гидросамолет возвратил Киселеву и меня в Игарку, а Толмачев, Андру-лайтис и Люда на несколько дней перелетели на оз. Хантайское для дополнительного обследования флоры на горе Логанчи.

Экспедиция 1969-1970 гг. была для Александра Иннокентьевича последней на Север. Здесь, на Путоране, он находился по соседству с конкретными флорами на Таймыре, около рек Яму-тарида и Яму-неру и на о-ве Диксон, исследованными им еще в молодые годы. Теперь все же сказывались немолодой возраст и сердечная недостаточность. В связи с этим вспоминается, как он и я поднялись в подгольцовый пояс около оз. Кутарамакан, преодолев довольно крутой склон в лесном поясе. Не снимая ботинки, Александр Иннокентьевич зашел затем в ручей и стал отдыхать. Я ожидал, что дальше ему будет легче идти по пологому склону в подгольцовом и гольцовом поясах. Но нет! Он блаженно улыбнулся и сказал, что нужно спускаться - врач разрешил ему поездку в экспедицию только при условии, что он не будет переутомляться.

В 1975 г. в Ленинграде состоялся XII Международный ботанический конгресс. Толмачев принимал в нем активное участие и был сопредседателем симпозиума «Флористическое ограничение и подразделение Арктики» (вместе с Е. Dahl из Норвегии). Несколько месяцев спустя, 1 ноября 1975 г., я получил в Иркутске письмо от Александра Иннокентьевича, которое привело меня в уныние. Он писал: «За последний год ряд месяцев прохворал (в несколько приемов) и сейчас серьезно подумываю об отставке. Об экспедициях речи'уже быть не может, да и выезды такого типа, как было в Ставрополе, для меня — уже минувшее время. Мало удается и писать». В упоминании о Ставрополе имелась в виду экскурсия на Кавказ в 1974 г. для участников шестого Совещания по изучению и освоению флоры и растительности высокогорий. >

Как яркую особенность А. И. Толмачева не могу не отметить широкий круг его научных интересов, большую эрудицию, высокую работоспособность и несомненный вклад в решение фундаментальных ботанических, ботанико-географических и эволюционных проблем. Примечательно, что в молодые годы он увлекался орнитологией и даже опубликовал три статьи по этой теме в 1926, 1927 и 1934 гг. Широкий спектр интересов — это особенность талантливых людей. Кроме русского языка, в детские годы для него вторым домашним языком был французский, а в творческий период вторым рабочим языком стал немецкий. Литература

1. Арктическая флора СССР / Под ред. А.И. Толмачева, Б.А. Юрцева. Вып. 1-10. М.; Л., 1960-1987. Вып. 1-10.2. Василевская В.К., Миняев H. A., Op.ioeä H. И., Добряков П. М. Систематик, географ, геоботаник: к 70-летию со дня рождения Александра Иннокентьевича Толмачева// Вестн. Ленингр. ун-та. 1973. Сер.: Биология. Вып. 4. № 21. С. 152-153.3. ГуковГ.В. Чье имя ты носишь, растение? Изд. 2-е. Владивосток, 2001. 4. Малышев Л.И. Высокогорная флора Восточного Саяна M.; JI., 1965. 5. Миняев Н. А., Ребристая О. В., Шмидт В. М., Юрцев Б. А. Потери науки —Александр Иннокентьевич Толмачев (1903-1979) У/ Бот. журн. 1981. Т. 66, № 5. С. 754-756. 6. Петровский В В., Ребристая О. В., Юрцев Б. А. Александр Иннокентьевич Толмачев (к 60-летию со дня рождения) //Бот. журн. 1963. Т. 48, № 12. С. 1845-1846. 7. Толмачев А.И. Вопросы изучения высокогорных флор Северной Азии // Объединенная научная сессия Отделения биологических наук и Восточно-Сибирского филиала АН СССР: Тез. докл. Иркутск, 1957. 8. Черепанов С.К. Сосудистые растения России и сопредельных государств. СПб., 1995.9. Шмидт В.М., Василевская В.К., Миняев H.A. Памяти А. И. Толмачева//Вестн. Ленингр. ун-та... 1980. Сер.: Биология. Вып. 1. № 3. С. 123-124.10. Юрцев Б.А. Вклад Александра Иннокентьевича Толмачева в ботаническую географию, флористику и систематику: к 70-летию со дня рождения и 52-летию научной деятельности // Бюл. МОИП. 1974. Т. 79. Отд. биол. Вып. 3. С. 138-144.

Л. И. Малышев, докт. биол. наук, профессор Центрального сибирского ботанического сада СО РАН