Архетипы женского культа в традиционной культуре бурят Предбайкалья

Сатлаев Ф.А. Кумандинцы: (Историко-этнографический очерк XIX -первой четверти XX в.). Горно-Алтайск, 1974. 199 с.

Славнин В.Д. Народы Северного Алтая: некоторые проблемы этногенеза и этнической истории / В.Д. Славнин, Л.И. Шерстова // Культура и традиции коренных народов Северного Алтая. СПб., 2008. С. 5-124.

Д.А. Николаева

ФГОУ ВПО Восточно-Сибирская государственная академия культуры и искусств, г. Улан-Удэ АРХЕТИПЫ ЖЕНСКОГО КУЛЬТА

В ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЕ БУРЯТ ПРЕДБАЙКАЛЬЯ

Выявляя следы функционирования женского культа у бурят Предбай-калья (западные буряты), мы предлагаем обратить внимание не только на следы древнего архетипа женского культа, но и на типологическое различие, которое проявляется в традиционной культуре в качестве реликтов. Речь идет о божестве Умай, богини женского земного начала и плодородия, получившей самое широкое распространение у тюрко- и монголоязычных народов. Трудность выявления структуры и функций данного культа у бурят определяется их сложным этно- и культурогенезом, а также несистемностью и отрывочностью имеющихся материалов. Поэтому задача данной публикации - выявление структуры женского культа с выделением локальной субэтнической специфики.

По мнению Т.Д. Скрынниковой, в традиционной культуре бурят имеет место два разных божества с одинаковым именем, что было обусловлено наличием двух типов культур: южно-западноазиатского, где отмечается триада божеств (индоиранское единство Небо, Земля и Солнце) и во-сточноазиатского, где верховными божествами являются Небо и Земля. Наличие двух типов является не случайным фактором, а определяется, как уже говорилось, сложным этно- и культурогенезом, связанным с типологически разными группами Евразии: прежде всего с монголоидами на востоке и европеоидами на западе. Сложный этнический состав обусловливается тем, что формирование народов алтайской языковой семьи проходило на территории, обозначаемой как Великая степь (от Великой китайской стены до Балкан), где на протяжении не только веков, но и тысячелетий, наблюдались миграции, определившие и современную этнолингвистическую карту Евразии (Скрынникова Т.Д., 1998, с. 27).

Рассматривая первый тип божества, мы согласно гипотезе Т.Д. Скрынниковой, отмечаем, что аборигенное, более древнее население Центральной и Восточной Азии на раннем этапе знало только культ Земли (Этуген-эхе). В западнобурятской культуре сохранился обряд почитания богини земли Этуген. Г.Р. Галданова, описывая его, выделяет тему перерождения через омоложение участников обряда, призванного усилить

плодотворящие силы и распространить их на людей и природу: «Моление совершалось только женщинами, даже мальчики не имели права проходить на территорию, где отправлялся обряд. Моление богине Итуге (Эту-ген) сопровождалось ритуалом украшения женщин цветами черемухи, женщины обнажали груди и просили Небо - ХYхэ тэнгри «омолодить их, дать полноту и молочность грудям». Считалось, что богиня Итуге заботилась не только о людях, но и о деревьях, животных и птицах. Верили, что она дает «белой кобылице белоснежного жеребенка, черной вороне -крикливого вороненка, зеленой черемухе - сладкую черемушину... Следует отметить, что в качестве плодородящего женского чрева данный культ выступал в образе великого неперсонифицированного божества» (Галда-нова Г.Р., 1987, с. 36).

Как правило, для картины мира тюрко- и монголоязычных народов богиня Умай рассматривается как богиня Земли и одновременно материнская утроба. Н.Б. Дашиева, анализируя традиционную форму обращения к Земле и Воде, с которой начиналось призывание на тайлгане (моление) Уг-дайдын, полагает, что в прошлом, вероятно, это был тайлган Земли-Воды, выступавшей в образе всеобщего рождающего начала - Матери всего сущего. «Надо полагать, - пишет исследователь, - что культ Земли-Воды существовал у предков бурят с глубокой древности. Постепенно на эту архаичную основу напластовались более поздние верования как культ духов-хозяев отдельных местностей, родовых гор, духов-предков рода» (Дашиева Н.Б., 2001, с. 20).

Прямым следствием культового отношения к Земле-матери является поклонение пещерам (ввиду их ассоциаций с женским детородным органом), выполняющим функции вместилища душ детей. Пещеры тоже носили название эхын умай (материнское лоно). Об уровне их сакральности говорит тот факт, что буряты тщательно скрывали место нахождения данных объектов от посторонних глаз. Культ этих пещер является своего рода иллюстрацией существовавшего господства женщины, когда древние люди проводили ритуалы в честь матери-прародительницы. До нашего времени сохранилась функция испрашивания у пещеры сульдэ (жизненная субстанция, душа) ребенка. Современные бездетные женщины посещают культовое место Алхана, которое представляет собой большой горный комплекс с отдельными священными скалами, воротами, пещерами. Здесь они влезают в маленькую пещеру «Умай» и стремятся отщепить кусочек камня - душу или зародыш будущего ребенка.

С распространением ламаизма рассматриваемые пещеры стали считаться средоточием женской нечистой силы. Как пишет Г.Р. Галданова (1987, с. 38), ламы объявили, пещеру шYдхэр эмын бэлэг - «половым органом самки шудхэр». Как видим, несмотря на идейное переосмысление культа, сущность и функции его остались прежними - порождающее начало.

В западнобурятской культуре сохранился и мотив петрогенеза, в котором задействован другой природный объект, выступающий также в значении женского детородного органа - береговая расщелина. В этногоническом мифе прародителями Эхирита (основатель одного из бурятских родов) были отец Пестрый налим и мать Береговая расщелина. Представление о происхождении предка из пещеры (в данном случае береговой расщелины) является вполне архетипичным явлением. «С образом пещеры во многих традициях связываются антропогонические мифы: пер-вочеловек вылезает из подземного царства (иногда по дереву) через пещеру» (Топоров В.Н., 1982, с. 311).

Следующим следствием культа Земли, по мнению Г.Р. Галдановой, является почитание тайги/дерева, которое также выступает в качестве женского начала с функцией наделения благодати. Так, божество тайги предстает в образе женщины-матери - «мать Манахан - хозяйка диких животных». Более того, почитание этого культа явилось причиной возникновения «женских» божеств тайги «муу шубун» (плохие птицы) (Галдано-ва Г.Р., 1987, с. 38, 39), которые обладают всеми признаками духов: обитание в тайге или в лесу, оборотничество, борьба с охотником (в случае своего поражения, обогащение охотника), повышенная сексуальность и т.д. Актуальным был также культ дерева, которое было связано с сульдэ и судьбой человека.

Не менее известен факт почитания священных родовых гор с мужскими персоналиями: Барагхаан, БYрэн хаан, Шалсана, Хан-Шаргай нойон, Буха-нойон и др. Эти горы встречаются на территории Забайкалья и Предбайкалья. Существуют сакральные комплексы, где имеются и мужское и женское начала (Алханай). Однако актуальными остаются и священные горы с женскими божествами. Духи этих гор представлены в образе бабушек (тввдэй), которые встречаются только у бурят, проживающих на территории Иркутской области, в частности Хэрмэн тввдэй (Эхи-рит-Булагатский район), Ара-байса тввдэй (Баяндаевский район), Удаг-тай тввдэй (Осинский район). Данные образы являются реликтовым отголоском почитания женского культа, связанного с матерью-прародительницей и мифологическими идеями Рождения и Смерти. Им также приносят жертвы, проводят молебны с просьбой о благополучии и чадородии. Латентным свидетельством данного культа является наличие на территории Предбайкалья захоронений курганного типа, которые можно интерпретировать в значении уробороса.

Следует отметить тесную взаимосвязь Умай и Кут (душа). Последнее является свойственным не только людям, но и скоту, растениям. Многие сибирские народы просили Кут на детей, зверя и урожай у хозяев (эжинов) местности, родовых гор, тайги и т.д., представляемых, как правило, в женском облике (эжы - букв.: мать). Таким образом, локализация первого