Виртуальный киоск фармацевта: как это работает?

Виртуальный киоск фармацевта: как это работает?

Фармакология

Татьяна Ходанович

управляющий директор образовательной онлайн-площадки PharmEdu

Ксения Ульянова:

В эфире передача «Технологии здоровья». У меня в гостях Татьяна Ходанович, руководитель сервиса Pharmedu.

Татьяна, расскажите пожалуйста, чем вы занимаетесь.

Татьяна Ходанович:

В глобальном смысле можно сказать, что мы занимаемся обучением фармацевтов, но, в целом, мы делаем сервисы, полезные для этой отрасли, полезные как для фармацевтических работников, так и для фармпроизводителей. Наша задача, чтобы на нашей площадке встретились эти люди в формате полезности друг другу, то есть фармацевт должен найти всё, что происходит на рынке, от перевода законов Минздрава, в которые внесены изменения, с расшифровкой, с мнением экспертов, и заканчивая любыми практическими вещами, включая должностную инструкцию для себя, если нужно для аптеки, чтобы не писать её заново. На сегодняшний момент мы понимаем, что именно такой подход всестороннего сервиса – с консультацией юриста, с психологической поддержкой в рамках обучения или не обучения – человек может найти у нас на сайте. В прошлом году мы зафиксировали 250 тысяч уникальных посетителей, что говорит о том, что мы движемся в правильном направлении. Это всё фармацевты. Есть люди, которые зарегистрированы и проходят уникальные материалы, которые предоставляет фармкомпания под конкретную задачу, другие просто читают и потребляют материал, но те же должностные инструкции будут скачивать только фармацевты. Поэтому мы прогнозируем, наш аналитический отдел делает выводы о высокой востребованности.

Ксения Ульянова:

Скажите, пожалуйста, вы сколько лет уже на рынке?

Татьяна Ходанович:

Мы существуем с 2014 года, хотя идея появилась ранее. Когда на опыте сотрудничества в рамках рекламных агентств мы работали с фармкомпаниями, возникла потребность: а как бы собрать всех фармацевтов на едином ресурсе, и кто бы это мог сделать? Когда я присоединилась командой А5 Group, были желающие и возможности начать это реализовывать. Собственно, на той базе всё и строилось. В дальнейшем получилось, что аптеки А5 Group были проданы, инвесторы приняли такое решение, и мы забрали проект в независимое управление и стали его развивать. Освобождение от основной платформы, на которой мы базировались, позволило нам стать независимыми, подключить аптечные сети. Но, когда мы понесли идеологию в мир, нам пришлось обучать рынок. Мы обучали, что такое возможно. Нам никто не верил, что фармацевты пойдут. Тем не менее, сейчас мы видим, что каждая аптечная сеть, так или иначе, создала свою площадку, со многими мы сотрудничаем даже на уровне их собственной площадки, мы интегрированы, получаем все клики, коды. Сейчас мы себя уже позиционируем не только как площадка, которая предоставляет контент, а площадка, которая аудирует обучение, тем самым мы делаем более прозрачной систему обучения для фармкомпаний, за что они нам благодарны.

Ксения Ульянова:

Тяжело было набирать аудиторию?

Татьяна Ходанович:

Очень тяжело, было много преград. Мы обучали аптечные сети, а они говорили: зачем нам это надо? Мы не хотим, мы не пойдём. В итоге мы видим, что очень крупные сети сейчас на наших контрактах, которые созрели, понимают плюсы и минусы сотрудничества, получают бонусы, которые мы предоставляем. Плюс, сейчас мы завязаны с маркировкой лекарственных препаратов, проводим обучение. Сейчас огромная аудитория идет от нас в институты по обучению.

Ксения Ульянова:

Тренд непрерывного образования фармацевтов – веление времени?

Татьяна Ходанович:

На мой взгляд, это требование современного мира, это довольно грамотная система и её просто нужно доработать. Изменения происходят каждый день по лекарственным препаратам, по составу, по запуску, лончу, и фармацевт откуда-то должен черпать эти знания. Идея непрерывного образования в том, что фармацевт на ежедневной основе с чем-то знакомится, 15 минут в день он посвящает своему обучению, и в результате получает комплекс непрерывного образования. Идея классная, но пока холодная, непонятно, как её дальше развивать. Но фармацевты очень дисциплинированный народ, они с удовольствием идут и спрашивают у нас, у партнеров, это и Первый мед, и РУДН, и ещё ряд партнеров, которые предоставляют нам свои сервисы. Я свято верю в то, что сертификацией должны заниматься исключительно те, кто умеет ей заниматься, профессионалы, профессура, поэтому мы с ними сотрудничаем и видим спрос на рынке. Минздрав сказал – фармацевты пошли. Сейчас мы на своём холде ждём развития ситуации от Минздрава. Но мне очень нравится идея.

Ксения Ульянова:

Скажите, пожалуйста, как вы учите фармацевтов взаимодействовать с потребителями ― что им рекомендовать, какие варианты аналогов лекарств предложить?

Татьяна Ходанович:

Мы – лишь площадка, которая собрала аудиторию. Есть фармкомпании, у которых есть абсолютно чёткие задачи, у них это отработано, они понимают, какие препараты нужно рекомендовать, какие существуют цепочки рекомендаций. Они эти рекомендации прописывают нам в определённом формате, мы из них делаем модули и обучаем под их задачу. Мы сами ничего не придумываем, потому что в данном случае профессионалами являются фармкомпании.

Ксения Ульянова:

Давайте, поговорим о вашем сервисе, но уже не для фармацевтов, а для потребителей. «Киоск фармацевта»: что это такое, как он работает, когда будет работать с полной силой?

Татьяна Ходанович:

Мы лончевали его не так давно, тестируем бета-версию. Идея, на самом деле, социально значимая, на мой взгляд, она очень важна. С одной стороны, мы понимаем, что есть самолечение, которое везде у нас сейчас популяризируется, с другой стороны – есть люди, которые уже никому не верят. Они приходят к врачу – им кажется, что он что-то навязывает, они приходят к фармацевтам – и им кажется, что им тоже навязывают. Тут они садятся за компьютер и начинают искать аналоги, не обладая определенной компетенцией. Таких запросов от 2 миллионов в месяц, и мы понимаем, что эта аудитория хочет быть подготовленной, прежде чем она пойдет что-то покупать. Коль у нас есть такая огромная аудитория, мы откроем небольшое окошечко для пациентов и скажем: «Вот киоск, куда вы можете положить свой рецепт или задать свой вопрос». Мы не занимаемся консультированием в прямом понимании этого слова, мы занимаемся информированием. Человек спрашивает: есть ли аналог такого препарата, расскажите, чем он отличается от того или другого? Фармацевт должен, находясь вне рекламы, вне акций аптеки, находясь в нейтральной зоне, делиться своими знаниями с пациентом. Но если он видит, что действительно есть показание обратиться к врачу, он обязан об этом сказать, ― это очень важное правило, которое мы пытаемся интегрировать.

У нас есть некая модерация; есть фармацевты, которые отвечают на вопрос пациента и ответ уходит на модерацию к более профессиональному эксперту, который считается мега-экспертом, признанным на рынке. Он модерирует, принимает решение, правильный ответ или неправильный, ответ в рамках закона или не в рамках закона, и только затем человек получает рекомендацию. Идея классная, мы в нее очень верим, потому что она нужна, она просто необходима. Мы будем позиционировать всеми силами, что это будет независимая экспертиза для пациента, потому что куда ему дальше идти? Он хочет третье мнение. Он сходил к врачу, он сходил в аптеку, и он не понимает, что покупать. Да, он должен взять ответственность, а мы должны расписать: вот аналог, есть альтернатива, есть оригинальный препарат, есть ещё что-то; не принимая за него решение, рассказать, в чем отличие этого, другого, третьего. Пациент уже, приходя со всем списком в аптеку, получает консультирование, принимает верное решение.

Ксения Ульянова:

Как я понимаю, вы никуда не отправляете пациентов, у вас нет партнеров-аптек?

Татьяна Ходанович:

Нет, и не хотим пока. В нашей идеальной картине человек может выбрать в дальнейшем интеграцию с каким-то агрегатором или интернет-аптекой. В нашем конкретном случае мне было бы интересно показать пациенту пакет, сколько он будет стоить в разных местах, чтобы он мог прицениться, какой препарат сколько стоит.

Ксения Ульянова:

Можете найти где-то дешевле, самый, например, дешевый.

Татьяна Ходанович:

Вообще, не ставим перед собой задачу, чтобы рекомендовать где купить. В дальнейшем это действительно будет актуально, если будут появляться электронные рецепты. Мы видим, что сейчас проходит тестирование проектов, будем запускать, но не знаю, когда всё финально будет работать. Тем не менее, к тому идем и будет актуально, но на данный момент нам хочется дать сервис пациенту, дать сервис некоего экспертного уровня.

Ксения Ульянова:

Правильно я понимаю, что взаимодействие происходит так: к вам приходит человек с рецептом, вы ему рекомендуете. Это как чат, или что?

Татьяна Ходанович:

Есть как чат, есть через е-мейл – в зависимости от того, куда он написал, какую коммуникацию выбрал. Но мы не рекомендуем, мы информируем, какие существуют возможности на рынке, что сейчас продаётся и доступно на рынке. Человек смотрит базы, человек знает, что продаётся или не продаётся, что может быть в одной аптеке, не быть в другой аптеке, или даже в России.

Ксения Ульянова:

А что тогда делать?

Татьяна Ходанович:

Фармацевт говорит, что есть из альтернативы. Если есть рецепт и серьёзная ситуация, то говорит: с альтернативой, пожалуйста, обратитесь к врачу, потому что вам выписали рецепт продукта, который сейчас не продаётся в России.

Ксения Ульянова:

Сами вы ничего не советуете?

Татьяна Ходанович:

Нет, ни в коем случае. Мы не имеем на это права по законодательству. Мы должны только разъяснить, чем отличаются капли такие от других капель, и фармацевт должен рассказать, что там содержится.

Ксения Ульянова:

Сколько приблизительно времени проходит до получения пользователем ответа?

Татьяна Ходанович:

Мы настроили, что в течение 24 часов, пока на уровне теста, но в идеале должно быть в течение часа, далее, может быть, даже гораздо оперативнее. Мы сейчас всё оттестируем так, как хотим, мы сейчас запускаем первую рекламную кампанию и будем получать трафик. Если мы получим результаты, которые мы прогнозируем, то дальше будет мобильное приложение, чтобы человек, выходя от врача, мог уже понять, что ему назначили. Тут же пишет в чат и получает ответ. Есть аудитория, которая пользуется е-мейлом, ей удобнее запрос отправить на е-мейл, а есть аудитория, которой удобнее написать в чат, WatsApp, Viber, используя привычные средства и способы.

Ксения Ульянова:

Не планировали сделать каких-нибудь ботов?

Татьяна Ходанович:

Сейчас тестируем, потому что есть запросы, которые может принять бот и отправить фармацевту, сэкономить его время. Думаем, как это сделать.

Ксения Ульянова:

Какие сейчас есть сейчас тренды на рынке на стыке фармацевтического бизнеса и аптек?

Татьяна Ходанович:

На рынке фармацевтического бизнеса очень много трендов в диджитализацию, конечно, но аптекам нужно понять, как они выживают в нынешнем мире. Им, конечно, нужны некие сервисы и агрегаторы, помощь в объединении, условно. Они сейчас и так объединяются в ассоциации и уже, кажется, нет возможности дальше объединяться, но они продолжают объединяться в неформальные, формальные, где они могут быть интересны как производителю, так интересны и дистрибьюторам с их жесточайшими условиями. Но здесь всё в моменте должно уходить в диджитализацию, в мобильные приложения, где они быстрее могут сориентироваться, где лучше купить и тому подобное.

Ксения Ульянова:

Проблема с доставкой лекарств в случае электронной торговли ― что вообще здесь происходит, когда примут закон?

Татьяна Ходанович:

Насколько я поняла после последнего эфира с Президентом и вопросов по этому поводу, законы будут приняты как можно скорее, в ближайшие время. Не знаю, какой период они планируют, год и тому подобное, но доставка будет реализована. На сегодняшний момент есть аптеки, которые реализуют доставку в серой зоне, и «Озон» доказал всем, что «юридически мы ничем никого, нас пациенты просят и мы доставляем». То же самое когда-то придумала eApteka: «Извините, у нас юридически всё подписано. Пациенты заказывают доставку, а не мы им предлагаем», и тому подобное, и они до сих пор все выживают. Нужно что-то думать по поводу регламентирования rx-препаратов. Здесь очень большую роль играет доверие. У меня был опыт, я работала в eApteka, и даже мне звонили и спрашивали: «А ты уверена, что препараты действительны?» ― «Да, конечно, мы здесь работаем, мы видим дистрибьюторов». То есть здесь государству нужно придумать регламентирующие инструменты, в которые не могут попасть все–все–все, там должны быть люди, которые действительно могут принять те загрузки или объемы от дистрибьюторов, иметь склады, соответствующие правилам, и только эти участники могут работать на этом поле.

Ксения Ульянова:

Не планируете в рамках вашего проекта делать что-то подобное?

Татьяна Ходанович:

Сейчас пока нет, я пока не вижу. Единственное, что я могу видеть, как я уже сказала, что будет какая-то интеграция, если будет большой объем. 2 миллиона человек, которым нужны будут аналоги, а им всё равно будет интересно в электронном формате заказать, или забрать, или оформить доставку. Не исключено, что мы интегрируемся с кем-то из игроков.

Ксения Ульянова:

То есть вы планируете расширить свою услугу: проконсультировался, заказал.

Татьяна Ходанович:

Почему нет? Это же удобно! Всё равно мы туда идем. Опять же, к вопросу о тренде: весь мир туда идет, весь диджитал. Мы сейчас планируем много сервисов на базе Pharmedu, которые будут в формате приложений, никуда от этого не денешься. Всё больше и больше наращивается этот блок.

Ксения Ульянова:

Скажите, пожалуйста, что за сервисы планируете? Спойлер от вас.

Татьяна Ходанович:

Сервисы по взаимодействию фармацевтов с фармкомпаниями. Они разные, разных форматов, и очень актуальны на сегодняшнем рынке. Больше пока не скажу, мы будем в ближайшее время лончевать.

Ксения Ульянова:

Какими сервисами для здоровья вы сами пользуетесь?

Татьяна Ходанович:

Я пользуюсь, если честно, интернет-аптекой, потому что мне некогда, а для здоровья… Наверное, больше ничем, к сожалению. Как-то так, здоровье доверяю только себе и своим личным врачам, которые у меня есть.

Ксения Ульянова:

Не планируете расширять, чтобы не только в фармацевты консультировали, а ещё и врачи?

Татьяна Ходанович:

Про врачебную консультацию мы пока не думаем. Мы работаем над созданием такой же платформы, как Pharmedu, но для врачей, и регистрация идет. Самое интересное, что мы ещё не запускаем сервис, а людям он нужен, они понимают, зачем они там. В общем, очень интересно посмотреть, как он будет развиваться. Консультирование от врачей — тема крайне актуальная, о ней надо подумать. Там есть некие подводные камни, с которыми надо сначала решить юридической с точки зрения, как мы сделали с Pharmedu, где нам всё понятно. Там есть куча дисклеймеров, которые пациент принимает, если вдруг где-то что-то. С врачами есть нюансы, которые нам надо решить, чтобы пойти дальше.

Ксения Ульянова:

Давайте вернемся к проекту Pharmedu. Тяжело было собирать команду?

Татьяна Ходанович:

Её всегда тяжело собирать, потому что специфика бизнеса, плюс, довольно узкая сфера: нужно, чтобы человек и в фарме мог разбираться, и, желательно, ещё медицинское образование имел, и знал кого-то на рынке, потому что без связей довольно сложно делать.

Ксения Ульянова:

Вы же как раз пришли из е-аптеки.

Татьяна Ходанович:

Да, я пришла из е-аптеки, и работала на базе А5, но до этого я работала в диджитал фарме. Весь мой опыт мне помогает. К сожалению, я не обладаю фармацевтическим образованием, у меня ряд сотрудников им обладает, без него никак нельзя, но команду формировать сложно. Именно таких специалистов мы обучаем, мы выращиваем, иногда из разных сфер берем, выращиваем, обучаем, воспитываем под себя, можно сказать.

Ксения Ульянова:

Как эволюционировал продукт? Он сразу задумывался как платформа?

Татьяна Ходанович:

Нет, изначально он был задуман как социальная сеть; развивала его команда, которая работала с А5 Group, я только занималась привлечением фармацевтических компаний на проект. Задумывалось, как социальная сеть, что люди там будут общаться. Но, я никогда не верила, что фармацевты будут между собой общаться, поскольку темы для разговора, казалось бы, нет. Хотелось построить профессиональную площадку, где люди получали бы доступ к библиотеке знаний, грубо говоря. Но, как показала практика, у них сейчас есть тема для разговора. Возможно, мы когда-то вернемся к тому функционалу, который убрали. Поэтому продукт «плавает», эволюционирует; он сначала был как социальная сеть, потом как библиотека знаний, потом – как обучающая платформа, потом – многосервисная платформа. Сейчас, может быть, мы вернемся к тому, что будет блок по общению, в том числе.

Ксения Ульянова:

То есть они смогут обмениваться мнениями.

Татьяна Ходанович:

Тут даже не столько мнение нужно, сколько им нужно обсудить общие вопросы, больше пожаловаться. Это не врачи, у которых есть интерес обсудить клинический случай, он действительно им интересен, они немножко другого склада.

Ксения Ульянова:

Скажите, пожалуйста, вы какие настройки ещё планируете делать в Pharmedu в ближайшее время?

Татьяна Ходанович:

В ближайшее время будет ряд сервисов, которые обеспечат доступ к фармацевту. Платформа настроена для того чтобы маленькие сети использовали её как внутреннюю площадку, то есть настолько всё уже продумано и тебе ничего не нужно создавать, работай себе и обучай свой персонал, а мы делаем ещё совместные проекты по обучению. Сейчас здесь будут появляться и маркетплейсы, они уже есть, мы их подтягиваем. К нам приходит огромное количество партнеров, которые приводят технологии, рассказывают о инновациях, которые они хотели бы донести руководству аптек, и чтобы они имели возможность не объезжать всех, а руководство аптек имело возможность прочитать в любой момент у нас, в новостях на маркетплейсе. Если им интересно, они бы писали нам, а мы бы уже связывали и решали вопрос партнерской комиссии. Такой метод уже начал работать, и мы хотим приучить аудиторию. В дальнейшем у нас есть план, наверное, ближайших 2-х лет, что платформа будет функционировать как готовый интерфейс с готовой лицензией, которую ты купил и пользуешься доступом к аудитории.

Ксения Ульянова:

Я смотрю, у вас на руке Аpple Watch. Вы фанатка гаджетов?

Татьяна Ходанович:

Не то чтобы, мой муж фанат гаджетов. Он считает, что мне это помогает, и я сейчас с ним согласна. Действительно очень удобно пользоваться. Не таскаешься с телефоном, а видишь, что важно, что неважно, можешь во время встречи отмести часть разговоров и прямо с часов ответить на то, что очень-очень важно.

Ксения Ульянова:

Какие тренды в гаджетах есть на рынке, какие вы видите, наблюдаете? Может быть, фармацевты пользуются чем-то особенным?

Татьяна Ходанович:

Я не думаю, что фармацевты чем-то особенным пользуются. Я считаю, что те же Аpple Watch настолько классно идут в системе здравоохранения! Если хочешь заниматься спортом и хочешь отслеживать своё здоровье ― они, конечно, в этом плане приспособлены. Я правда, не всем функционалом пользуюсь, но я очень уважаю, и я знаю, что они могут делать. В скором времени обещают привнести возможность снять кардиограмму, и какие-то другие настройки, это классно! Мне кажется, что тогда человек может в любой момент контролировать здоровье в режиме нон-стоп и посылать информацию врачу. Класс! Может быть, ещё и фармацевту, который подберёт лекарственный препарат.

Ксения Ульянова:

Сейчас на Западе стали очень популярны сервисы, которые предлагают по анализу крови выбрать витаминный комплекс. Что вы об этом думаете, придёт ли это к нам в Россию и когда?

Татьяна Ходанович:

Я думаю, что к нам придёт даже быстрее, чем мы думаем, потому что в России принимают все технологии. Мне даже кажется, что мы запускаем быстрее, чем все остальные, за исключением, пожалуй, Израиля. Мне кажется, это вполне себе очень хорошая идея, которая может иметь место. Я считаю, что нам всем некогда сдать анализ крови и понять, какой витаминный комплекс нам нужен, а тут – класс, за 5 секунд тебе определили, подобрали, и ты пошел, купил. Я бы сделала с удовольствием, чтобы не тратить время, чтобы мне раз ― и выдали витаминный комплекс, который мне полезен.

Ксения Ульянова:

Ваши фармацевты в сервисе «Киоск фармацевта» могут порекомендовать витамины? Это же всё лекарства.

Татьяна Ходанович:

Они могут порекомендовать. Они их изучают и очень много проходят обучения по поводу витаминов.

Ксения Ульянова:

Но если, например, человек пришел и говорит: «Мне врач порекомендовал дорогие витамины Е Solgar, а я думаю, насколько они эффективны?»

Татьяна Ходанович:

Во-первых, они достаточно эффективны, неплохие, насколько я знаю. Но задачей нашего фармацевта будет написать, что есть Solgar, например, есть ещё такой-то альтернативный канал, есть такое-то альтернативное предложение, которое ты можешь купить, это стоит столько-то, столько-то. В идеале такая должна быть консультация. Человек уже принимает решение: он покупает Solgar или что-то альтернативное.

Ксения Ульянова:

У вас в сервисе были недовольные, жалобы?

Татьяна Ходанович:

Пока нет, пока только «спасибо». Потому что мы не продвигаем никак, но есть аудитория, которая приходит и уже спрашивает, находит нас после нескольких пресс-релизов, которые мы выпустили как лончи. Мы уже видим аудиторию, по 70 человек в день что-то делают, спрашивают. Пока только благодарности.

Ксения Ульянова:

Сервис бесплатный?

Татьяна Ходанович:

Бесплатный для пациентов.

Ксения Ульянова:

Всегда будет бесплатным?

Татьяна Ходанович:

Мы хотим, чтобы он оставался бесплатным, играть социальную роль. Единственное, в чём мы сразу будем честно признаваться нашим пациентам, что фарма будет интегрироваться, но интегрироваться не в консультацию, а после рекомендации ей можно будет разместить некое рекламное сообщение, или по геолокации будет направлять на акции в аптеке. Например, такой-то продукт Х со скидкой сейчас в аптеке, которая неподалеку от тебя.

Ксения Ульянова:

То есть вы будете предоставлять данные фарме?

Татьяна Ходанович:

Мы не будем предоставлять данные, мы будем настраивать их рекламные кампании согласно геолокации.

Ксения Ульянова:

Понятно. Скажите, пожалуйста, есть ещё такой тренд – ДНК-тестирование. Что вы о нём думаете?

Татьяна Ходанович:

Думаю, кому-то он нужен, видимо, я не знаю, с какой целью. Определить генофонд, или что? Ты хочешь отцовство определить? Я если честно, даже не задумывалась.

Ксения Ульянова:

Не планируете сделать что-то такое сервисное?

Татьяна Ходанович:

Нет, я думаю, что пока нет, я пока не вижу там бизнеса как такового для нас, для нашей ниши.

Ксения Ульянова:

На чём сейчас зарабатывает Pharmedu?

Татьяна Ходанович:

На коммерческих обучениях. Мы настраиваем таргетированное коммерческое обучение под каждую задачу фармкомпании. Мы встречаемся с партнерами-фармкомпаниями, которые говорят: «Тут у нас не контрактованная нами розница. Мы хотим понять, какие там продажи, знают ли наш продукт? Мы хотим с ними работать, чтобы они понимали, что они продают и понимать ситуацию в удаленном регионе», или «У нас сокращение медицинских представителей и мы хотим решить такие-то задачи», или «Мы хотим усилить компанию наших медицинских представителей, потому что понимаем, что по нашим продуктам люди не разбираются». Мы настраиваем таргетированную компанию, иногда вплоть до точек настраиваем компанию, потому что «мы хотим, чтобы в этой аптеке с таким-то оборотом, с такими-то задачами прошла наша разъяснительная информационная кампания по продукту». Как правило, мы рекомендуем фармкомпаниям формировать своё обучение, базируясь на основных моментах по своему продукту, которые фармацевт должен знать, ― основное отличие, портрет своей аудитории, чтобы фармацевт мог использовать знания, кому и когда порекомендовать тот или иной продукт. В основном, этим мы зарабатываем, всё остальное мы делаем в качестве сервисов для фармацевтов.

Ксения Ульянова:

Я видела у вас на сайте, что фармацевты могут проходить платные опросы.

Татьяна Ходанович:

Да, очень хороший инструмент, мы называем фарм-тест, это фокус-группа онлайн. Как правило, у нас её заказывают в основном рекламные агентства, хотя в потенциале именно для фармы делалось. Фармацевт по договору оферты подписывает с нами контракт и участвует в исследованиях. Он понимает, что фармкомпания или рекламное агентство будут его использовать как человека, которого спрашивают по тем или иным вопросам. Мы здесь позиционируем, что, в основном, участвуют женщины, мужчины приходят к нам 25 % от общего числа. Есть фармацевты мужчины, но рекламодателей интересуют, как правило, женщины, а если женщины ещё и фармацевты, то ты можешь оттестировать некую новую рекламную концепцию на женщине, и, плюс, задать вопросы, как продается кластер, или что вы думаете по поводу. Тут убиваешь двух зайцев. В принципе, услуга довольно экономичная по сравнению с любой физической оффлайновой фокус-группой.

Ксения Ульянова:

Анкета большая?

Татьяна Ходанович:

Это большая анкета, может быть со звонком, в зависимости от пожеланий заказчика, то есть с конкретными опросами и тому подобное. Фармацевт понимает, что он выделяет час времени, которое закладывается. Самая классное в том, что мы можем настроить, взять 2 человека из Саратова, 2 из Владивостока и тому подобное, пригласить. У нас в очереди люди стоят, и кто первый кликнул во время анонса – тот и попадает.

Ксения Ульянова:

Что ещё есть интересного?

Татьяна Ходанович:

Есть консультация юриста, например. Нас спрашивают: зачем это надо? Как показала практика, очень надо, потому что она крайне востребована. Очень много моментов, с которыми сталкивается фармацевт в своей работе и не очень понимает, как действовать в той или иной схеме. Или наоборот, постфактум произошла история: Роспотребнадзор прошел, еще что-то, задали такие-то вопросы, открыли холодильники, неправильное хранение ― там куча вопросов, на самом деле. Есть опубликованные вопросы, которые пользователь разрешил нам опубликовать, а есть часть вопросов, которые остаются на индивидуальной консультации. Аптекам, как правило, совершенно некогда консультировать фармацевтов по этим вопросам, они остаются без поддержки в информационном пространстве, и мы здесь им помогаем.

Ксения Ульянова:

Бывают с потребителями вопросы, или вообще разные?

Татьяна Ходанович:

И с потребителями. Не имеет права рекомендовать – порекомендовал – оштрафовали, сталкивается с множеством вопросов, была куча провокаций. Есть скандальные случаи, когда человек провоцировал ― приходил, падал на колени: продайте мне, у меня ребенок умирает! Вплоть до такого. Фармацевт сдался, хотя по новому законодательству он не имеет права продавать, например, антибиотики. В этом случае, когда ребенок умирает, он не должен подчиняться своему доброму сердцу, он должен сказать: «Вызывайте скорую или обращайтесь к врачу».

Ксения Ульянова:

Я сейчас заметила, что многие даже рецептурные препараты фармацевт продает без рецепта. Как вы на это смотрите?

Татьяна Ходанович:

Сейчас он, по идее, этого не делает. Забыл дома рецепт? Ты забыл дома, тебе продали — фармацевту штраф 25 тысяч рублей. Фармацевты сейчас боятся штрафа, и они об этом очень много пишут. Они очень, крайне дисциплинированные в целом, в своей массе, крайне дисциплинированные по жизни.

Ксения Ульянова:

Что еще есть? Я видела, ещё психолог есть.

Татьяна Ходанович:

Психолог, да. Есть консультация психолога. Исключительно профессиональная сфера, мини-советы, мини-помощь. Ты идёшь на работу, солнышко светит, все хорошо, – и тут пациент. У него куча кейсов, ему плохо поставили диагноз, выписали дорогие препараты, у него нет средств и он всё слил на фармацевта – очень частые случаи. Не фармацевты же цену выставляют, но выслушивают они, и как можно немножко приободрить себя? Кто-то расклеивается, кто-то пожестче, у кого-то уже появился опыт грубить в ответ, но это не совсем то, что мы хотим добиться. Мы хотим показать, как можно справиться со стрессом и не нагрубить.

Ксения Ульянова:

Востребованный сервис?

Татьяна Ходанович:

Востребованный. Начинают привыкать; поначалу относились настороженно, редко задавали вопросы, сейчас уже всё чаще и чаще приходят. Мы сейчас даже несколько статей пишем, редактор совместно с психологом, на уже скомпонованной группе вопросов. Сформировали пул статей, которые выйдут, можно будет почитать и найти ответ.

Ксения Ульянова:

Что еще?

Татьяна Ходанович:

Сертификация, как мы уже обсудили. С вузами мы на контракте, мы делаем сертификации, делаем обучение, сейчас прицельно занимаемся спонсорством обучения по цифровой маркировке лекарственных средств. Есть курсы, которые довольно-таки дорого стоят для фармацевта, 10 тысяч рублей, и не каждый фармацевт может заплатить, не каждая аптека готова заплатить, потому что заплатишь за человека, а он перейдет в другую аптеку и ты зря потратил деньги. Здесь есть конфликт, в нём надо разбираться. Насколько я понимаю, судя по последним данным, чуть ли не с октября люди должны уже владеть этой информацией, владеть программой. Мы пытаемся привлечь спонсоров, предоставить дополнительный сервис и фармкомпании охотно на это идут.

Ксения Ульянова:

Давайте, поговорим про ваших конкурентов. Кого вы видите конкурентами в России и за рубежом?

Татьяна Ходанович:

Я не расцениваю сервис Pharmedu как зарубежный, потому что он именно локальный, однозначно локальный, настроен в рамках нашего законодательства, в рамках потребностей нашего рынка. Мы отвечаем на потребность рынка, мы, взаимодействуя с фармкомпаниями, понимаем, что здесь и сейчас нужно решить нашим партнерам. Если завтра будут изменения в каких-то сферах, мы будем настраивать свой сервис именно на них. Поэтому масштабирование на Запад именно в рамках сервиса я не вижу. Есть пара проектов, которые мы с инвесторами сейчас держим в разработке, будем запускать; это уже к врачам относится, которые масштабируются на Запад, ― об этом поговорим, наверное, в следующий раз. По поводу конкурентов: есть ряд конкурентов, но я хочу сказать, что мы все движемся по разным направлениям. Мы каждый день отстраиваемся и придумываем что-то такое, что будет нас отдельно идентифицировать. Кто-то концентрируется на НМФО, кто-то концентрируется на точечном обучении. Мы – фулл-сервис; мы предоставляем фармацевтам обучение, некоммерческое обучение, получение сертификации, получение консультаций, прочитал что-то полезное. Такого фулл-сервиса сейчас никто не предоставляет.

Ксения Ульянова:

Какие, на ваш взгляд, существуют самые главные проблемы на рынке фармацевтических сервисов? Может быть, пресловутая доставка лекарств на дом, законодательство?

Татьяна Ходанович:

Главная проблема, которая сейчас у нас есть, это то, что происходит в законодательстве. Нужно кое-какие вещи утрясти, потому что фармацевтам что положили на полки – то они и продают. На мой взгляд, какие продукты будут у нас на полках – это сейчас самое главное. Это, наверное, даже не касается фармацевтов, а касается взаимодействия аптек, государства, регуляторов, различных фармкомпаний.

Ксения Ульянова:

Вообще, фармацевты стремятся обучаться? У врачей, например, есть некий скептицизм?

Татьяна Ходанович:

Да, есть такое. У врачей потребность обучаться больше, чем у фармацевтов, объективно. Они скептически относятся к самому НМФО, не понимают, считают систему недоработанной. Что касается фармацевтов – они выполняют, как сказали. Потребность у них есть, они приходят, они спрашивают, некоторые даже пишут: «А когда будет вот такой блог?» Есть аудитория, конечно, которой ничего не интересно, но тут как и везде – всегда существуют люди, которые к чему-то стремятся, люди, которые что-то потребляют и читают, и люди, которым ничего не надо. То же самое и среди фармацевтов.

Ксения Ульянова:

Сколько у вас сейчас активной аудитории, которая проходит постоянно?

Татьяна Ходанович:

Порядка 60-70 тысяч.

Ксения Ульянова:

Как вы столько контента производите?

Татьяна Ходанович:

Часть контента производят фармкомпании. Они заказывают компании, они у нас идут нон-стоп.

Ксения Ульянова:

Вы планируете еще что-то для пациентов сервиса «Киоск фармацевта»?

Татьяна Ходанович:

Вы знаете, поведение пациентов оказалось для нас несколько неожиданным и в то же время очевидным. У нас есть аудитория, есть спрос с двух сторон, почему бы их не соединить? Для нас это в какой-то момент показалось довольно очевидным. Потом мы узнали о трендах, Аmazon делает, по сути, тоже самое, только более масштабно. Может быть, и у нас вырастет во что-то более масштабное, но у нас другое законодательство.

Ксения Ульянова:

Кстати, а что делает Аmazon?

Татьяна Ходанович:

Они хотят создать электронный разум, который будет обрабатывать автоматом, консультировать, подбирать препараты.

Ксения Ульянова:

То есть некий сервис бота с автоматическим подбором.

Татьяна Ходанович:

Да, с автоматическим подбором, вроде как рекомендация будет производиться ботом. Мы, опять же, консерваторы, мы понимаем, что человеческая консультация есть человеческая консультация, поэтому мы не идём пока в электронный разум. Пока остановились на том, что мы соединим пациентов и фармацевтов, коих у нас много.

Ксения Ульянова:

Сами вы какие препараты принимаете? Может быть витамины, БАДы?

Татьяна Ходанович:

Я практически ничего не принимаю, я не сторонник. Единственное, иногда в сезон пью витамины, рыбий жир.

Ксения Ульянова:

А как же омега-3? Здоровый образ жизни, здоровые привычки?

Татьяна Ходанович:

Представьте, нет! Я не пью. Здоровый образ жизни есть, обязательно. Это спортзал, занимаюсь 3 раза в неделю. У меня есть танцы, у меня есть бассейн, это я люблю. Прогулки обязательно, с ребёнком очень много гуляю.

Ксения Ульянова:

Бег, пробежки?

Татьяна Ходанович:

Не люблю бегать. Только танцы. Всё, что поможет переключить, перегрузить мозг.

Ксения Ульянова:

Здоровое питание?

Татьяна Ходанович:

Я не заморачиваюсь, честно. Я ем всё, что вкусно, всё, что я хочу в момент, когда голодная, или когда прохожу мимо ресторана, или когда прихожу домой.

Ксения Ульянова:

Совершенно никаких диет?

Татьяна Ходанович:

Абсолютно. Я их игнорирую. Я много-много лет работаю в рекламе, поэтому избегаю её всеми способами.

Ксения Ульянова:

Спасибо вам большое за интересный разговор! Это были «Технологии здоровья». Будьте здоровы!