Половозрастная идентификация детей и подростков с детским церебральным параличом

Е.Н. Дмитриева, Т.Е. Левицкая

ПОЛОВОЗРАСТНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ С ДЕТСКИМ ЦЕРЕБРАЛЬНЫМ ПАРАЛИЧОМ

Рассматриваются некоторые особенности половозрастной идентификации детей и подростков с детским церебральным параличом.

Дети с нарушением опорно-двигательного аппарата уже в течение многих лет являются объектом пристального внимания специальных педагогов, психологов, логопедов, клиницистов.

Термин «детский церебральный паралич» (ДЦП) объединяет ряд синдромов, которые возникают в связи с повреждением мозга. ДЦП развивается в результате поражения головного и спинного мозга в силу разных причин на ранних стадиях внутриутробного развития плода и в родах. Основным клиническим симптомом ДЦП является нарушение двигательной функции, связанной с задержкой развития и неправильным развитием статокинетических рефлексов, патологией тонуса, парезами. Помимо нарушений в центральной нервной системе, вторично в течение жизни возникают изменения в нервных и мышечных волокнах, суставах, связках, хрящах [1].

Как следствие ограниченных физических возможностей у детей с детским церебральным параличом отмечается недоразвитие коммуникативной, поведенческой деятельности, соответственно, обеднение социальных контактов, личностные нарушения и эмоциональные нарушения [2. С. 14].

При этом И.Ю. Левченко (2001) отмечает, что четкой взаимосвязи между выраженностью двигательного дефекта и психическими нарушениями у детей с ДЦП нет. Тяжелые двигательные расстройства могут сочетаться с легкими степенями психической задержки, и наоборот, остаточные явления ДЦП - с грубым недоразвитием отдельных психических функций или психики ребенка в целом [3. С. 22-23].

Одним из основных компонентов личности является осознание «Я-идентичности», т.е. ощущение своей целостности и непрерывности во времени, а также понимание, что и другие люди признают это [4]. Как отмечает Н.Л. Белопольская (1995), основу детской и подростковой идентичности составляют ее внешне обусловленные компоненты, прежде всего пол и возраст. Описание собственной личности обычно начинается с фиксации возраста. Половая принадлежность часто просто подразумевается и входит в описание привычных половых ролей.

В настоящей статье представлены результаты исследования особенностей половозрастной идентификации детей с диагнозом детский церебральный паралич, воспитывающихся в условиях специальной школы-интерната VI вида. В исследование было включено всего 56 детей и подростков в возрасте от 7 до 16 лет; из них 24 мальчика и 32 девочки.

Для решения исследовательских задач были использованы методики «Золотой возраст» (Б. Заззо, в модификации А.М. Прихожан, 1988) и «Половозрастная идентификация» [4].

Первое, что обращает на себя внимание, это наличие в выборах детей ориентации на конкретику

(35,7%). Дети не могли сделать выбор в силу того, что «здесь некрасивые картинки», «никто не нравится»; при выборе привлекательного - непривлекательного образов: «нравится бабушка, потому что я люблю свою бабушку» (М., 9 лет); «не нравятся старики, всегда лезут, пристают» (Д., 15 лет); «не нравится мужчина, потому что он похож на папу» (Д., 8 лет) и т.п. Этот момент мы отметили как в группе девочек (31,25%), так и мальчиков (41,6%).

При идентификации с образом настоящего 14,3% респондентов выбрали наиболее младший возраст, 8,3% от данной выборки составили мальчики в возрасте от 9 до 10 лет и 18,8% - девочки в возрасте от 9 до 12 лет. С точки зрения Б. Заззо (1966), А.М. Прихожан (1988), И.В. Дубровиной [5], выбор младшего возраста говорит о желании вернуться в детство, что может свидетельствовать об определенном неблагополучии в развитии личности ребенка [4. С. 41]. Но мы выдвинули также еще одно предположение, заключающееся в том, что подобные выборы связаны с неудовлетворенностью настоящей ситуацией, желанием выйти из нее. Выборы образа дошкольника респондентами школьного возраста (1995) связаны с конфликтными отношениями в школе, или это может быть связано с трудностями в учебе, поэтому вместо идентификации с образом школьника ребенок выбирает образ дошкольника [4]. Если дети учатся в школе и им сопутствует неудача, то они не идентифицируют себя с образом школьника. Эту особенность Н.Л. Белопольская отмечает в выборках детей 9-10 лет с задержанным психическим развитием (ЗПР) [4. С. 14-15]. По всей видимости, данные интерпретации подходят к нашему случаю. Подтвердить или опровергнуть их в данной работе нам не представилось возможным, так как ситуация отношения к школе не являлась задачей исследования.

Обобщая результаты методик «Золотой возраст» и «Половозрастная идентификация», можно говорить о том, что в подростковом возрасте как у мальчиков (8,3%), так и у девочек (18,8%) с диагнозом ДЦП наблюдаются элементы личностной незрелости, но именно у девочек эта незрелость выражена в большей степени.

Анализируя особенности половозрастной идентификации у детей с отклоняющимся развитием, Н.Л. Белопольская (1995) отмечает, что для детей дошкольного и младшего школьного возраста с ДЦП характерным является построение смешанных идентификаций (смешение мужского и женского вариантов карточек в методике), так называемые «девиации» половозрастной идентификации [4. С. 16-17].

В проведенном нами исследовании в 6% случаев в группе девочек младшего школьного возраста было выявлено полное смешение карточек по половому и возрастному признакам.

При выборе привлекательного образа 31,25% девочек и 16,6% мальчиков подросткового и старшего школьного возраста предпочли противоположный пол (либо образ ребенка младенческого возраста, либо юноши или девушки). Если мальчики давали объяснения типа «Люблю свою бабушку», «Женщина похожа на маму», то у девочек образ молодого мужчины ассоциируется с независимостью, целеустремленностью, возможностью карьерного роста, удачливостью. Подобную картину мы отметили и при выборе непривлекательного образа: у 43,75% девочек и 16,6% мальчиков подросткового и старшего школьного возраста в качестве самого непривлекательного образа выступило лицо противоположного пола. У мальчиков в качестве неприятного образа выступили как девочки дошкольного и школьного возраста («Не нравятся девчонки»; «Держит медведя за ухо, делает ему больно»), так и молодые женщины («Она стоит, а я люблю, когда ходят»). У девочек в основном преобладает образ пожилого мужчины («Всегда лезут ко мне те, кто старше, пристают»; «Он старый, дряхлый, немощный»). В целом при выборе неприятного возраста у детей преобладает

образ пожилого человека (53,6% всех выборов). Дети объясняли это тем, что «старики умирают», «они немощные, дряхлые, больные».

При идентификации себя с собственным будущим образом 6% девочек старшего школьного возраста выбрали образ молодого мужчины, связывая с ним такие качества, как целеустремленность, успешность. При идентификации с образом прошлого 12,5% девочек возраста 1517 лет выбрали образ младенца мужского пола, объясняя это тем, что в детстве были похожи на мальчиков.

В целом можно отметить, что «половозрастные девиации» характерны не только для детей дошкольного и младшего школьного возраста с диагнозом ДЦП, но также и подросткового, и старшего школьного. Как видно из представленной картины, более всего отклонений от нормы по обеим методикам характерно для женской выборки.

Мы полагаем, что описанные нами в данной статье особенности половозрастной идентификации детей и подростков с ДЦП добавляют некоторые штрихи к психологическому портрету ребенка с данным диагнозом.

ЛИТЕРАТУРА

1. Иваницкая И.Н. Детский церебральный паралич (обзор литературы) // Исцеление. М., 1993. С. 41-65.

2. Пособие по технологиям работы с детьми с ограниченными возможностями / Под ред. Л.Г. Гусляковой, М.И. Попковой. Барнаул: Шуманов-

ка, 2000. С. 10-15.

3. Левченко И.Ю., Приходько О.Г. Технологии обучения и воспитания детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата: Учеб. пособие

для студентов средних педагогических учебных заведений. М.: Академия, 2001. С. 22-23.

4. БелопольскаяН.Л. Половозрастная идентификация. Методика исследования детского самосознания. М.: Фолиум, 1995. Вып. 2. 24 с.

5. Формирование личности старшеклассника / Под ред. И.В. Дубровиной. М.: Педагогика, 1989. 168 с.

Статья представлена кафедрой генетической и клинической психологии факультета психологии Томского государственного университета, поступила в научную редакцию «Педагогика и психология» 30 октября 2006 г., принята к печати 6 ноября 2006 г.