«Наша цель — создание отрасли майнинга в России»

Компания российского интернет-омбудсмена Дмитрия Мариничева Radius разместит оборудование для добычи криптовалют на территории столичного завода «Москвич». Мариничев уже организовал два российских пула для добычи биткойна и эфира. Теперь холдинг Russian Mining Center, соучредителем которого является компания омбудсмена, объявил о намерении привлечь $100 млн для разработки промышленного оборудования для майнинга. Становится ли майнинг крупным бизнесом? На этот вопрос в вечернем эфире «Коммерсантъ FM» Петру Косенко и Олегу Богданову ответил Дмитрий Мариничев.

Петр Косенко: Все-таки в чем суть вашего проекта?

Дмитрий Мариничев: Мы достаточно давно занимаемся проектированием, разработкой и производством оборудования для майнинга, другими словами — для поддержания блокчейна. И основная наша цель — это не просто строительство фермы, а создание отрасли майнинга в Российской Федерации.

Петр Косенко: Нам скоро стоит ждать появления Министерства майнинга Российской Федерации?

Дмитрий Мариничев: Уже есть Министерство связи, и все, о чем мы говорим, укладывается в зону их ответственности. Майнинг — не что иное как математические вычисления, которые производятся, специализированное серверное оборудование...

Олег Богданов: То есть это нужно для прикладных целей, а не для спекулятивных, не намайнить какую-либо криптовалюту, а поддержать блокчейн-системы, которыми будут пользоваться депозитарии, какие-то другие организации, архивы и так далее.

Дмитрий Мариничев: Да, совершенно верно. Пользоваться будут по всему миру, а не только в России. Это мировая сеть, и на сеть подключаются майнеры — это специализированные аппаратно-программные обеспечение, можно сказать, просто серверы, которые поддерживают транзакции или ищут блоки, продолжают цепочки блоков в блокчейне по всему миру. Другими словами, майнеры получают вознаграждение за свой труд, за то, что они поддерживают транзакционные операции по всему миру. Грубо говоря, покупает кто-то за биткойны в Америке кофе или покупает квартиру за биткойны в Японии, где это все разрешено, транзакционно поддерживаем мы в России, российские майнеры. За это мы получаем вознаграждение от системы.

Олег Богданов: Понятно, что система пока в самом зародыше, назвать ее устойчивой очень сложно. Но вы ICO будете проводить, я так понимаю?

Дмитрий Мариничев: Да, токен выпускается, который фактически, кроме ценности, еще и переносит в себе информацию о продукте, на который можно будет обменять этот токен. В некотором роде это обменные операции, которые законны на территории практически всего земного шара, и в России в том числе.

Олег Богданов: Вот сейчас все в эту игру играют, биткойн растет в цене, но в один прекрасный момент пирамида рухнет, и он просто ничего не будет стоить, а вы на нем базируетесь, и ваша система тоже перспективы в этом случае не имеет. Нет ли у вас опасений на этот счет?

Дмитрий Мариничев: Вы неправы абсолютно, потому что никакой пирамидальной структуры в сети биткойн нет. Майнеры получают вознаграждение за свой труд. Они реально тратят энергию, время, есть конкуренция среди майнеров, причем намного выше, чем в банковском сегменте. И майнеры — это просто технологическая подоснова для проведения транзакций. Почему банковская система не рушится? С вас там тоже берут комиссию за ведение счета, за перевод. С майнерами то же самое, только конкуренция идет не за клиента, а за каждую транзакцию в мире всех клиентов, поэтому там гипертрофированная конкурентная среда, это не пирамидальная структура, там от нее вообще ничего нет. И она тем устойчивее, чем большее количество людей в ней присутствует, присоединяется к этому цифровому кодексу, который они принимают просто как цифровую конституцию. И программный код, и присоединение — это все открыто, абсолютная чистота и прозрачность всех транзакций, которые происходят, нельзя ничего спрятать или что-либо украсть. Плюс это безопасность и стабильность системы, потому что она децентрализована и распределена по всей планете.

Петр Косенко: Как скоро и в каком объеме ждать появления ваших конкурентов?

Дмитрий Мариничев: Проблема не в майнинге как таковом, проблема основная заключается в том, кто создает эти устройства, кто их проектирует и кто их делает. На сегодня есть совсем мало производителей — фактически есть два производителя, которые делают законченный цикл производства. И мы являемся третьим таким производителем, который делает и дизайн плат, и монтаж, и сборочный цикл на территории Российской Федерации. Железо решает все, решает программно-аппаратный комплекс.

Петр Косенко: А можем мы конкурировать в этом смысле с Юго-Восточной Азией, например, или с Соединенными Штатами?

Дмитрий Мариничев: Да, можем. Мы сейчас это и делаем успешно.

Петр Косенко: Каким образом? Нам все время говорили, что у нас в этой сфере такое отставание, что смысла нет никакого наверстывать.

Дмитрий Мариничев: У нас отставание по электронному машиностроению, то есть по построению систем производства. Из того инструментария, который нам доступен, мы делаем абсолютно конкурентные вещи. Это касается и оборудования для майнинга на сегодня. Здесь играет особую роль как раз инженерная мысль и технологические решения, просто скорость понимания того, как это должно развиваться.

Петр Косенко: Как у нас в России криптовалюты будут жить в юридическом смысле? Как власти будут действовать в этой сфере?

Дмитрий Мариничев: У нас нет альтернативного со всем миром пути, нам необходимо ввести в законодательство понятие электронных денег — криптовалют, легализовать биткойн и прочие криптовалюты, потому что это основа перехода в информационное общество. Эта система гораздо стабильнее, дешевле, надежнее чем тот же банковский SWIFT.