Преодоление отрицательных явлений анархичности системы международных отношений международными институтами

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. XXVII. ГЛОБАЛИСТИКА И ГЕОПОЛИТИКА. 2014. № 1/2

СЛОВО МОЛОДЫМ УЧЕНЫМ М.А. Каверин*

ПРЕОДОЛЕНИЕ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ ЯВЛЕНИЙ АНАРХИЧНОСТИ СИСТЕМЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУНАРОДНЫМИ ИНСТИТУТАМИ1

M.A. Kaverin

MITIGATING NEGATIVE PHENOMENA OF INTERNATIONAL ANARCHY BY INTERNATIONAL INSTITUTIONS

В статье проведен анализ взглядов основных школ международных отношений на явление анархичности системы международных отношений в исторической перспективе. Выявлена роль международных институтов в снижении значимости данного общесистемного феномена. Определено направление развития международной анархии в условиях становления системы глобальной политики.

Ключевые слова: международная анархия, международные институты, система международных отношений, глобальное управление, система глобальной политики.

The analysis of major schools of international relations on the subject of international anarchy is carried out in the article in historical perspective. The role of international institutions is identified in reducing of negative aspects of international anarchy. The tendency of its development is defined in the context of emergence of global political system.

Key words: international anarchy, international institutions, system of international relations, global governance, global political system.

Явления международной анархии отражаются в структуре системы международных отношений, характере взаимодействия ее элементов, влияют на проходящие в ней процессы, изменяются в ходе ее эволюции. Современная международная система структурно неоднородна. Государства взаимодействуют не только друг с другом, но и с все более возрастающим числом негосударственных транснациональных акторов, что порождает взаимозависимость и усложнение связей, трансформацию отношений власти, ослабление суверенитета, размывание границ между внутренней и внешней политикой, проницаемость государственных границ, становление глобального гражданского общества. Масштаб политических процессов приобрел общепланетарный характер. Научно-технический прогресс, развитие информационных технологий, средств коммуникации и связи составили ма-

* Каверин Михаил Андреевич — аспирант ф-та глобальных процессов МГУ имени М.В. Ломоносова.

1 Исследование осуществлено в рамках проекта 14-11-00634 Российского научного фонда «Математические методы прогнозирования мирового и странового социально-экономического развития».

териально-техническую базу существования единого, глобального и в то же время неоднородного, фрагментированного мира.

Мирополитическая система чувствительна к незначительным изменениям в функционировании ее элементов и подсистем. Эволюция взаимодействий сообществ определяется процессами глобализации, характеризующимися усилением и усложнением взаимозависимости между всеми элементами, ведущей к развитию социоприродной целостности и формированию системы глобальной политики. Последняя представляет собой систему глобальной стратификации акторов мировой политики, совокупность взаимодействующих и взаимозависимых глобальных институтов политической власти и управления2. Основная роль международных организаций в качестве акторов системы глобальной политики заключается в обеспечении связей между ее элементами путем реализации глобального регулирования и управления. Происходящие трансформации на современном этапе развития современной глобальной политической системы делают ее менее предсказуемой и управляемой. Ключевой становится проблема формирования глобального управления как института, способного в условиях неоднородности элементов системы и их отношений, комплексности процессов ее развития обеспечить стабильный миропорядок.

В теории международных отношений анархия занимает центральное место как фундаментальная особенность международной системы. Р. Гилпин определяет природу международных отношений как постоянную борьбу за власть и благосостояние между независимыми акторами в состоянии анархии. Он отмечает, что «в межгосударственных отношениях существует высокий уровень порядка, несмотря на то что международная система анархична (отсутствие формального правящего субъекта), в системе существует элемент контроля над поведением государств»3. Порядок возникает стихийно как результат взаимодействия государств. Р. Аксель-род формулирует вопрос о том, «в каких условиях возникает кооперация в эгоистическом мире без центральной власти (near anarchy. — М.К. )»4.

М. Вайт отмечает, что «в международной системе отсутствует система управления»5, анархия отличает международную политику от внутригосударственной, в которой борьба за власть регулируется законами и институтами, а в международной политике сферы компетенций законов и институтов управляемы и ограничены борьбой за власть. Анархия означает отсутствие органов власти (authority), принуждающих государства соблюдать соглашения: «государства существуют в состоянии вечной анархии, так как не существует единого центра власти, навязывающего ограничения в достижении государственных интересов»6. Таким образом, наиболее существенное в международной анархии — это отсутствие легитимности институтов и законов, посредством которых осуществляется управление.

Х. Булл отмечает, что в межгосударственной системе всегда существует порядок, проявляющийся в форме «международного общества», создающего образ-

2 Ильин И.В., Леонова О.Г., РозановА.С. Теория и практика политической глобалистики. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2013. С. 13-14.

3 Цит. по: Kratochwil F., Mansfield E.D. International Organization and Global Governance: A Reader. N.Y.: Pearson Longman, 2006. P. 5.

4 Ibid. P. 4.

5 Ibid. P. 10.

6 Ibid. P. 10-15.

цы взаимодействий, содержащие основные цели сообщества государств. Анархию он понимает, как отсутствие международного правительства, а не как отсутствие управляемости и легитимности7. В «анархичном обществе» (anarchical society) существуют правила и институты как принципы взаимодействия: суверенитет, международное право, дипломатия, баланс сил.

Неоднородность структуры системы глобальной политики, связанная с различным уровнем экономической и политической мощи государств, возможностями межгосударственного сотрудничества, создания политических альянсов и экономической интеграции, говорит о неоднородности международной анархии на разных уровнях и подсистемах системы глобальной политики. Характер изменений в современной мирополитической системе снижает предсказуемость путей ее развития и устойчивость международных институтов8. С точки зрения либеральной теории международных отношений «анархичность никогда не была полной, возникновение и развитие международных институтов, распространение и усиление международных режимов вносят все большую упорядоченность и регулируемость в отношения международных участников»9. Это положение развито в школе неолиберального институционализма (транснационализма)10, которая изучает явление комплексной взаимозависимости мира, отражающей его целостность и регуляризацию кооперативных взаимодействий в международных отношениях. Под влиянием процессов глобализации в системе «комплексной взаимозависимости» появляются сетевые структуры, что обеспечивает гибкую систему политических коммуникаций, дополняемую деятельностью глобальных СМИ и международных организаций11.

Определение анархии как отсутствие управления, общепризнанного института власти распространено в теории международных отношений. В трактовке К. Уолтса, основывающейся на веберовской традиции, внимание акцентируется на отсутствии института наднационального «государства» как легитимной монополии на применение силы, централизованного контроля над применением насилия. Он определяет анархию как условие возникновения причины для войны: войны случаются потому, что нет ничего, чтобы их предотвратить12. Логика анархии заключается в том, что самопомощь и политика силы — необходимые особенности мировой политики, природу которой изменить нельзя. Анархичность является основной характеристикой структуры системы международных отношений, из которой следуют все ее остальные особенности. Уолтс понимает международную анархию как «один конец континуума, на другом конце которого легитимное централизованное государство как верховная власть» и отмечает, что война не есть увеличение анархии, а формирование политического альянса, интенсификация транснациональных взаимодействий не являются снижением уровня анархизма,

7 Bull H. The Anarchical Society: A Study of Order in World Politics. N.Y.: Columbia University Press, 1977.

8 Rosenau J. Turbulence in World Politics: ATheory of Change and Continuity. Princeton: Princeton University Press, 1990.

9 Цыганков П.А. Теория международных отношений. М.: Гардарики, 2007. C. 41.

10 Keohane R.O. After Hegemony: Cooperation and Discord in the World Political Economy. Princeton: Princeton University Press, 2005.

11 Slaughter A.M. A New World Order. Princeton: Princeton University Press, 2004.

12 Waltz K.N. Man, the State, and War: A Theoretical Analysis. N.Y.: Columbia University Press,

2001.

так как анархия — структурная, а не процессуальная характеристика13. В анархичной международной системе могут существовать подсистемы, обладающие разной структурной организацией в пределах описанного выше «континуума»14. Международно-политические системы, подобно самоорганизующемуся рынку, появившись в результате совместного действия преследующих свои интересы участников, сами по себе становятся силой. В структуре, возникающей стихийно, определяется сила, мощь государств на основе их возможностей. Взаимозависимость и интеграция обусловлены имеющимися в собственности каждого государства ресурсами и межгосударственной специализацией, разделением труда. Чем более специализировано государство, тем больше оно зависит от других, стремится защитить источники своего благосостояния. Стратегии развития государств должны быть направлены не только на достижение их собственного блага, но и на благо всей системы. Глобальные проблемы есть результат принятия решений без учета этого положения. В условиях международной анархии государства могут рассчитывать только на свои возможности, так как велика вероятность непредвиденных событий, но организационные издержки минимальны. Избежать рисков или снизить их возможно с помощью перехода от координации действий к субординации (организационные издержки повышаются с усилением иерархии). Эффективность централизованной власти означает защищенность политической структуры за счет ограничения свободы действий ее элементов, в условиях анархии свобода в достижении интересов государств ограничивается мощью более сильных.

Б. Бузан говорит, что концентрация взаимодействий в международных отношениях в исторической перспективе влияет на анархичность системы15. На ранних стадиях существования межгосударственную систему можно было описать как анархичную, не имеющую всеобъемлющей структуры (в понимании Уолтса). Политические взаимодействия по количеству и характеру были немногочисленны и бедны, но именно на базе социальных и особенно экономических контактов формировались политические идентичности и интересы, которые породили межгосударственную систему. Как только государства начинают взаимодействовать на основе властных отношений, появляются политическое и стратегическое измерения сначала локального и регионального характера. Затем с целью уменьшения издержек взаимодействия со средой такие субсистемы образовывают общую структуру межгосударственной системы или же стремятся к сохранению своей идентичности и существовуют в изоляции от других субсистем.

Р. Эшли критикует исходные положения К. Уолтса о международной анархии, говоря, что они не учитывают многие особенности современной структуры международных отношений16. Международная анархия — многогранный, дифференцированный феномен, существующий в конкурирующих проявлениях в межгосударственных отношениях. Критика Эшли анархии Уолтса как одномерной и

13 Art R.J. International Politics: Enduring Concepts and Contemporary Issues. N.Y.: Prentice Hall, 2006. P. 47.

14 Подобный анархичный порядок (анархичный способ организации) влияет на возможности кооперации, рамки соглашений о применении силы, юрисдикцию международных организаций.

15 Buzan B., Jones C., Little R. The Logic of Anarchy: Neorealism to Structural Realism. N.Y.: Columbia University Press, 1993.

16Ashley R.K. Untying the Sovereign State: A Double Reading of the Anarchy Problematique // Millennium. Journal of International Studies. 1988. Vol. 17, N 2.

неадекватной концепции основывается на следующих противоречивых положениях: люди — не свободные акторы, так как их жизнь контролируется невидимыми, нераспознаваемыми структурами, и в то же время люди — свободные акторы, так как могут организовать свою жизнь так, как они того хотят. Эшли выдвигает следующие соображения:

- без идентификации, угрожающей международной анархии, не может быть представления о защищенном национальном обществе;

- расширение влияния современного государства на национальное общество упрочняет границу между национальным и межнациональным обществом;

- устойчивость понимания внутригосударственного пространства поддерживается в условиях более масштабных международных угроз;

- описывая международное общество в негативном свете, создается проблематичное «двусмысленное» пространство, предполагающее существование новых проблем;

- Уолтс не упоминает «острова» регионального порядка в международном «хаосе».

Эшли видит в дихотомии «суверенитет — анархия» то, что первый элемент — высшая реальность, регулятивный идеал, а второй воспринимается в основном как производное от первого, нечто негативное — неспособность достичь идеала, угрожающее ему. Точку зрения о том, что внутреннее устройство государств упорядочено, а их внешние отношения анархичны, Эшли считает одним из существенных недостатков современной теории международных отношений. Чтобы упорядочить межгосударственные отношения, суверенитет должен быть заменен системой высшего порядка. Например, в кантианской трактовке таким «высшим порядком» служит либеральная демократия. Демократические государства не посягают на суверенитет друг друга, но воспринимают недемократические государства в качестве угрозы безопасности в анархичном мире. По мнению Эшли, необходимо говорить не о «международном управлении», а о «цели международного развития» (internationalpurpose)11. Это понятие формируется посредством дискурса, подразумевающего протяженность во времени и пространстве, и объективирует устойчивые структуры, которые создают «эффект пространственной и временной протяженности и совместного руководства»18, что позволяет избежать нарушений, а также создать продолжительные границы суверенитета.

Эшли определяет две основные конкурирующие концепции международной анархии: мир конкурирующих государств (Уолтс) и транснациональный или плюралистический мир конкурирующих групп интересов (ранние Кеохейн и Най). Уолтс не учитывает структурные трансформации современной мирополитической системы. Он отвечает на эту критику тем, что последние могут быть отображены только на другом уровне анализа19. К тому же Уолтс говорит, что изменения системы государств от Средневековья до XX в. обусловлены изменением природы самих государств, а не структуры системы международных отношений. Он указывает на то, что важен вопрос, почему действия государств имеют одинаковую форму в условиях анархичности системы. Например, согласно этому положению,

17 Ashley R.K., Walker R.B.J. Speaking the Language of Exile // International Studies Quarterly. 1990. Vol. 34, N 3.

18Ibid. P. 259-268.

19 Buzan B., Jones C., Little R. Op. cit.

если средневековое децентрализованное государство трансформируется в национальное государство, то и другие государства претерпевают то же изменение. Его теория верна для уровня межгосударственной структуры, но не рассматривает то, каким образом возникают изменения в структуре. Подобно Э. Дюркгейму, К. Уолтс считает, что элементы и структура системы взаимно влияют друг на друга, причем процессы на уровне элементов — источник изменений в системе и самой системы. Проблема системных трансформаций, по Уолтсу, может быть решена на элементном уровне анализа, тем не менее анархия — долговременное, если не постоянное, свойство межгосударственных отношений. Трансформация системы межгосударственных отношений возможна, если упорядочивающий принцип анархии сменится принципом иерархии.

А. Вендт рассматривает феномен международной анархии с позиций конструктивизма. В своей критике модели Уолтса он отмечает, что определение структуры межгосударственных отношений без определения идентичностей и интересов не может отобразить «содержание или динамику анархии»20. Акторы имеют соответствующие идентичности — относительно стабильные ожидания и понимания со стороны других акторов, появляющиеся в условиях взаимодействия. Идентичность существует в специфическом социально сконструированном мире и является базой интересов акторов (интересы формируются в процессе познания обстановки, ситуации). Институт — относительно стабильная совокупность идентичностей и интересов, находящихся в процессе развития, коллективное знание, убеждение, чаще всего кодифицированное в формальных правилах и нормах, возникшее в процессе познания (cognition). Вендт утверждает, что самопомощь и политика силы — институты, возникшие в результате процессов, происходящих в анархичной межгосударственной среде. В существующей межгосударственной системе когнитивная идентификация отличается по характеру: от концертов до соглашений о коллективной безопасности. История межгосударственных взаимодействий раскрывает характер существующих отношений.

Неореалисты предполагают, что идентичности и интересы неизменны, поэтому и все международные институты по своей природе нестабильны. Анархия понимается как способ взаимодействия, конструирующий идентичности и интересы, которые, в свою очередь, способны создать систему, устойчивую к изменениям. В итоге трансформаций может возникнуть не только «война всех против всех», но и «позитивная взаимозависимость» — коллективный интерес, институализиро-ванный в нормах, новых формах социального знания. Трансформации интересов и идентичностей через развитие кооперации — процесс пошаговый и медленный. Акторы переосмысливают свои цели, стремясь реализовать совместную выгоду. Причины международной анархии Вендт видит в том, что акторы не могут быстро изменить параметры контекста взаимодействия, так как нет «действительного отражения» (substantial reflection) их изменения, а поэтому и не существует политических механизмов трансформации этих параметров. К тому же в развитии истории кооперации акторы должны позитивно идентифицировать друг друга, быть нацелены на достижение абсолютных преимуществ, однако на практике мы видим недоверие и соревновательное мышление. Относительная неизменность идентич-ностей и интересов обусловлена склонностью акторов к привычным для них, а не к

20 Wendt A. Anarchy is What States Make of it: The Social Construction of Power Politics // International Organization. 1992. N 46.

творческим действиям. Осознанное стремление к изменению имеет под собой два основания: должна быть причина для нестандартной идентификации другого, ожидаемые издержки подобного изменения не должны быть выше «прибыли». «Я прихожу к выводам, отличным от выводов Уолтса... Он считает, что первичность материальной мощи и устойчивость национальных интересов неизбежно придают международной анархии аморальность, которую можно преодолеть только при помощи всемирного органа управления. Я же полагаю, что первичность идей и уступчивость в интересах означает, что "анархия — это то, что государства делают из нее"»21. Мировое государство как выражение «минимального условия для мирового порядка» может возникнуть в итоге развития системы международных отношений22. Причина возникновения мирового государства — «телеологическая логика анархии», в условиях которой происходит эволюция сознания политических акторов на основе самоорганизационных процессов трансформации идентич-ностей и интересов. В идеализированном, предельном случае мировое государство в той или иной форме есть итог всех возможных путей развития глобальной политической системы.

Феномен международной анархии оказывает ключевое воздействие на формирование системы глобальной политики и системы управления в ней, так как представляет собой один из основных параметров системы международных отношений, который незначительно изменяется с течением времени. «Война всех против всех» и «мировое государство» выражают предельные состояния международных отношений и вряд ли возможны в будущем. Становление целостной политической системы глобального мира означает серьезное преобразование международных отношений и институтов. Проявления международной анархии, в свою очередь, ослабевают в ходе развития международных и глобальных норм и правил, становления институтов глобального управления.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Ильин И.В., Леонова О.Г., Розанов А.С. Теория и практика политической глобалистики. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2013.

Международные отношения: Cоциологические подходы / Под ред. П.А. Цыганкова. М.: Гардарики, 1998.

Цыганков П.А. Теория международных отношений. М.: Гардарики, 2007.

Ashley R.K. Untying the Sovereign State: A Double Reading of the Anarchy Problematique // Millennium — Journal of International Studies. 1988. Vol. 17, N 2.

Ashley R.K., Walker R.B.J. Speaking the Language of Exile // International Studies Quarterly. 1990. Vol. 34, N 3.

Bull H. The Anarchical Society: A Study of Order in World Politics. N.Y.: Columbia University Press, 1977.

Buzan B., Jones C., Little R. The Logic of Anarchy: Neorealism to Structural Realism. N.Y.: Columbia University Press, 1993.

Keohane R. O. After Hegemony: Cooperation and Discord in the World Political Economy. Princeton: Princeton University Press, 2005.

Kratochwil F., Mansfield E.D. International Organization and Global Governance: A Reader. N.Y.: Pearson Longman, 2006.

21 Wendt A. Anarchy is What States Make of it: The Social Construction of Power Politics.

22 Wendt A. Why a World State Inevitable: Teleology and the Logic of Anarchy. 2003. URL: http:// www.comw.org/qdr/iulltext/03wendt.pdf (дата обращения 03.10.2014).

Rosenau J. Turbulence in World Politics: A Theory of Change and Continuity. Princeton: Princeton University Press, 1990.

Slaughter A.M. A New World Order. Princeton: Princeton University Press, 2004. Waltz K.N. Man, the State, and War: A Theoretical Analysis. N.Y.: Columbia University Press, 2001.

Wendt A. Anarchy is What States Make of it: The Social Construction of Power Politics // International Organization. 1992. N 46.

Wendt A. Why a World State Inevitable: Teleology and the Logic of Anarchy. 2003. URL: http://www.comw.org/qdr/fulltext/03wendt.pdf (дата обращения 03.10.2014).