Третий сектор в конкуренции

6. Evdokimov V. А. Infortainment in mass media. Science of a person: humanitarian researches. 2010, № 5,Р. 214-219.

7. Finn S. Television addiction? An evaluation of four competing media-use models / S. Finn // Journalism Quarterly. 1992, № 69, P. 422-435.

8. Evdokimov V. А. Edutainment in mass media: from the complex to the simple. Bulletin Saint-Pet. university. 2012. Vol. 1. P. 214-220.

9. Rogers, E. M. Diffusion of innovations. N. Y.: Free Press, 1995. 519 p.

© К. Г. Ткачев, 2015

Автор статьи - Константин Германович Ткачев, аспирант, Омская гуманитарная академия.

Рецензенты:

Н. Х. Князькина, кандидат педагогических наук, доцент, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.

Н. Н. Большаков, кандидат философских наук, профессор, Омская гуманитарная академия.

УДК 323.2 + 070

В. А. Евдокимов, Омская гуманитарная академия

ТРЕТИЙ СЕКТОР В КОНКУРЕНЦИИ

Автором выявлена технологическая модель взаимодействия органов власти и третьего сектора, рассмотрены возможности использования некоммерческими организациями интеграционного и информационного ресурсов, а также определены типы отражения масс-медиа деятельности общественных ассоциаций. Выводы, сделанные автором, могут способствовать кристаллизации представлений о характере и механизмах влияния неправительственных объединений на процесс принятия политических решений и формирование общественного мнения. Ключевые слова: конкуренция, политика, третий сектор, государство, власть, масс-медиа.

Некоммерческие организации, составляющие третий сектор, исполняют в России разнообразные роли. Неправительственные ассоциации, с одной стороны, становятся объектами в сфере властных отношений и служат инструментом для применения политических технологий, с другой стороны, действуют как субъекты при осуществлении значимых для населения проектов и способны оказать воздействие на процесс принятия управленческих решений и формирование общественного мнения. Мера влиятельности некоммерческих организаций зависит от наличия ресурсов, взаимоотношений с масс-медиа, от того, в какой степени деятельность неправительственных объединений отражает динамизм социальных отношений.

Социологи относят некоммерческие организации, для которых получение и распределение прибыли между гражданами не служит основной целью деятельности, к субъектам социальной политики, т. е. одной из главных сфер деятельности государства, партий, общественных объединений, направленной на развитие групп граждан, слоёв населения, этнических общностей, повышение благосостояния людей, улучшение условий их труда. Акции, осуществляемые неправительственными ассоциациями, целесообразны и уместны, так как политическая власть не способна достаточно эффективно справляться с массой бесчисленных мелких дел, которая выполняется гражданами с помощью союзов и объединений [1, с. 379]. Третий сектор включает негосударственные институциализирован-ные объединения, следующие принципам самоорганизации, нацеленные на изменение общественных отношений в соответствии с интересами социальных групп и использующие для этого доступные средства, полученные в результате соперничества неправительственных ассоциаций. Механизмом функционирования общественных организаций служит составленная общими усилиями и воспроизводимая без участия разработчиков совокупность правил и технологий обеспечения ресурсами и осуществления совместной деятельности органами власти и третьим сектором на основе правовых актов, обусловливающих целевое экономное расходование средств.

В одних сферах деятельности государственные органы и третий сектор - союзники, в других -конкуренты. Союзником административных учреждений являются некоммерческие объединения, оказывающие помощь престарелым гражданам, многодетным семьям, безработным, чаще всего действующие в пространстве, в котором компетенция и возможности государства ограничены. При решении социально значимых задач распространены такие формы взаимоотношений, как государственный и муниципальный заказ, стимулирование гражданских активистов путём выделения субсидий, муниципальных грантов, предоставление государством неправительственным объединениям льгот при взимании налогов, таможенных и иных сборов или платы за пользование имуществом. Среди партнеров некоммерческих ассоциаций, как организационной основы гражданского общества, - не только административные учреждения, но и финансовые компании, промышленные предприятия, профсоюзы, масс-медиа.

Исследователи в качестве основных моделей взаимодействия государства и неправительственных объединений в процессе принятия политических решений выделяют плюралистическую и кор-поративистскую. Первая связана с утвердившейся в 1950-е годы в США моделью демократии и основана на понимании того, что политика отражает взаимоотношения групп интересов, конкурирующих за влияние на процесс принятия решений, а государство исполняет роль арбитра при согласовании интересов и выработке компромисса [2, с. 191]. По признанию Р. Даля, одного из создателей плюралистической теории [3], государство может в соответствии с собственными потребностями отдавать предпочтение той или иной группе интересов.

Иной подход предпочли в середине 1970-х годов разработчики корпоративистской модели. По их утверждению, изменения, происшедшие в обществе, привели к сосредоточению власти в руках предпринимателей, сложилось тесное сотрудничество государства, профсоюзов и обладателей капитала. С точки зрения Ф. Шмиттера, корпоративизм есть система представительства интересов, составные части которой организованы в несколько не конкурирующих между собой, иерархически упорядоченных, функционально различных разрядов, официально признанных или разрешенных государством, наделяющим их монополией на деятельность в конкретной сфере в обмен на контроль подбора лидеров и артикуляцию требований [4, с. 15]. Корпоративистская модель оказалась приемлемой и при рассмотрении деятельности организаций третьего сектора. Исследователи считают рациональными также смешанные модели, среди которых, к примеру, — «мультиполярный корпоративизм» [5, с. 119].

В российском социально-политическом пространстве можно обнаружить элементы различных моделей взаимодействия органов власти и неправительственных объединений. Взаимоотношения сторон не лишены трений. Фиксируя вовлеченность ряда общественных ассоциаций в мониторинг деятельности административных учреждений и воздействие, оказываемое третьим сектором на социум, органы власти воспринимают наиболее активную и решительную часть гражданских активистов как фактор, способствующий дестабилизации политической системы. Бюрократия не убеждена в целесообразности действия механизмов общественного контроля и независимой экспертизы, принимает во внимание мнения представителей некоммерческих организаций лишь на начальных этапах подготовки проектов документов, да и то, как правило, если речь идет о решении проблем, имеющихся в сферах социальной и охраны окружающей среды или благоустройстве населенных пунктов. Результаты общественных слушаний, которые позволили бы избежать искажения информации и раскрыть аспекты проблем, неведомые официальным лицам, редко учитываются органами власти при принятии решений. Бюрократия испытывает тем большее недоверие к некоммерческим объединениям, чем чаще они демонстрируют способность работать эффективнее, нежели государственные органы, не проявляет заинтересованность в регулярном освещении государственными масс-медиа деятельности общественных ассоциаций.

Активизация части неправительственных объединений побуждает государственные органы усилить влияние на формирование общественного мнения как совокупности интересов, идей и представлений, отношений и моделей поведения в социуме. В конкуренцию с правозащитными, природоохранными организациями вовлечены ассоциации, подконтрольные административным учреждениям. Складывается восприятие сферы деятельности третьего сектора как пространства, в котором открываются возможности для формирования выгодных для господствующего в обществе субъекта оценок гражданами событий, явлений, а также практики конкретных политиков, отношение к некоммерческим объединениям как к придатку «вертикали власти», инструменту для реализации политических технологий.

С учётом этих обстоятельств можно выделить технологическую модель взаимодействия органов власти и третьего сектора. Неправительственные ассоциации проявляют себя как объекты. В этом качестве нередко выступают региональные общественные коалиции, которые поддерживают инициативы, возникающие в административных учреждениях. Двоякую роль играют создаваемые в канун избирательных кампаний фонды социальной поддержки населения. Последствия их деятельности противоречивы. Можно рассматривать формирование таких ассоциаций, как проявление межсекторного социального партнерства, в котором участвуют при решении злободневных проблем органы власти, бизнесмены и некоммерческие объединения и имеются условия для выработки процедур урегулирования и предупреждения вероятных конфликтных ситуаций. Однако некоторые фонды служат и средством для применения политических технологий, выполнения агитационной функции, удовлетворения интересов претендентов на обладание властными полномочиями. Сообщения масс-медиа о помощи, оказываемой детским домам, интернатам для престарелых граждан, раскрывают показную сторону дела, становятся частью целенаправленных информационных кампаний, которые адресованы людям, не осведомленным о не уставных, скрываемых от них утилитарных интересах организаторов акций. Таким образом, общественные ассоциации могут быть ориентированы на удовлетворение частных интересов предпринимателей, а в некоторых случаях становятся элементом «теневой экономики».

Наряду с некоммерческими объединениями, представляющими третий сектор, существуют квазигражданские неправительственные организации, которые обслуживают органы власти, служат инструментом пропагандистской работы государства (фонды политической экспертизы, анализа) и могут рассчитывать при необходимости на предоставление налоговых и таможенных льгот. Происходит имитация значимых для социума акций (советы по противодействию коррупции), квазигражданские ассоциации оказывают публичную поддержку правительству, в частности, обеспечивают участие якобы независимых от власти экспертов в дискуссиях, освещаемых масс-медиа.

Технологическая модель взаимодействия органов власти и некоммерческих организаций привлекательна для государств. Зафиксировано неправомерное участие созданного в США в 1983 году Национального фонда демократии в пропагандистских и контрпропагандистских кампаниях по указанию ведомств федерального правительства [6]. В Великобритании установлена чрезмерная зависимость «неправительственных исполнительных организаций» (quasi-autonomous non-governmental organization - quango) от изменений приоритетов сменяющих друг друга кабинетов министров [7].

Ещё одной стороной деятельности организаций третьего сектора является их участие в качестве субъекта во взаимодействиях, осуществляемых в сфере власти. Иначе говоря, общественные ассоциации проявляют интерес к увеличению веса в политике, представляющей, по мнению М. Вебера, стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти либо между государствами, либо в государствах между группами людей, которые оно заключает [8, с. 646]. Благодаря участию в экспертизе проектов законов и управленческих актов, общественных слушаниях третий сектор вовлечен в формирование публичной политики как диалога государства и социума. Видимо, было бы преувеличением утверждать, что неправительственные организации участвуют в политическом процессе наравне с партиями. Однако подчас общественные ассоциации оказываются влиятельнее, чем некоторые политические объединения. Вовлечение некоммерческих организаций в конкурентные взаимодействия, оказываемое ими воздействие на распределение власти в государстве отражают не претензии на обладание управленческими полномочиями, а скорее всего устремленность к утверждению прав и свобод гражданина в обществе, решению проблем жизни конкретных групп населения, корректировке программ социально-экономического развития, исправлению ошибок, допускаемых административными учреждениями. Арбитром для неправительственных объединений служат не столько государство, сколько социальные группы. Представляющие их интересы общественные ассоциации участвуют в конкуренции, обусловленной противоречивыми потребностями устойчивых совокупностей людей, связанных системой отношений, и нацелены на ненасильственное разрешение конфликтов в правовом поле, в той или иной степени влияют на принятие управленческих решений и формирование общественного мнения.

Давление, оказываемое некоммерческими объединениями на органы власти, неравномерно и изменчиво. Если многие организации экологов проявляют кратковременную активность, когда возникает возможность сплотить людей, готовых выразить публично недовольство по поводу конкретных действий административных учреждений, то правозащитные ассоциации вовлечены в длительный процесс отстаивания экономической и политической свободы граждан во взаимоотношениях с органами власти. Часть активистов может влиться в партии, а требования, предъявляемые

административным учреждениям неправительственными организациями и оппонентами господствующего в обществе субъекта, подчас оказываются близкими.

Возможности общественных ассоциаций участвовать в социально-политическом процессе, оказывать воздействие на органы власти не равновелики, преимущество имеют те неправительственные объединения, которые обладают весомыми ресурсами. Некоммерческие организации заинтересованы в наличии материальных, кадровых, интеллектуальных ресурсов, но редко используют интеграционный, а он, вероятно, позволил бы третьему сектору усилить влияние на процесс принятия политических решений. Данный подход не выглядит нереалистическим, так как на мировой арене общественные объединения, опередив правительства и финансово-промышленные группы, создали международные сети [9]. Интеграционный ресурс отражает готовность неправительственных ассоциаций к сотрудничеству, поиску компромисса ради достижения общих целей. Даже если единая позиция не согласована, а определена спонтанно, результат может быть впечатляющим. В 2015 году широкий резонанс вызвало в России препровождение в следственный изолятор жительницы города Вязьмы С. Давыдовой, подозреваемой в измене родине в форме шпионажа. Однако впоследствии она была освобождена, обязавшись не покидать место жительства без разрешения правоохранительных органов. Затем уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Это решение правоохранительных органов стало, видимо, следствием того, что поддержку россиянке выразили правозащитные организации и масс-медиа. Роль журналистов оказалась значимой и при освещении деятельности движения солдатских матерей. Хотя оно создано для защиты небольшой группы населения, довольно быстро, в том числе и благодаря вниманию со стороны прессы, превратилось в правозащитную организацию общегражданского характера. В Омске решительность проявили противники авторов проекта строительства завода по производству поликремния. Активисты настаивали на организации референдума о возможности возведения объекта, об их действиях рассказали журналисты. Под влиянием общественного мнения руководство компании «Титан», являющейся инициатором строительства завода, было вынуждено отказаться от реализации проекта на территории региона [10].

Данные примеры показывают, что насколько эффективным может быть использование интеграционного ресурса неправительственными ассоциациями. И все же оно не гарантирует, что о полезной деятельности третьего сектора станет известно социуму и будет достигнут успех. Конечно, сведения о некоммерческих организациях могут быть распространены на собраниях, митингах, конференциях. Однако осведомленность общества о том, что в последние годы российские неправительственные ассоциации проявили активность в защите Химкинского лесопарка, а также прав обманутых дольщиков, в противодействии организаторам бессистемной застройки крупных городов, борьбе за изменение маршрута прибайкальского нефтепровода, объясняется не столько распространением информации о деятельности третьего сектора в публичных акциях или межличностном общении, сколько именно в масс-медиа. Аудитория прессы несоизмерима с количеством участников какого-либо собрания, митинга, материалы масс-медиа обеспечивают господствующего в социуме субъекта данными, позволяющими судить об эффективности управленческих решений и реакции граждан. Но медиаресурс третьего сектора не существен. Собственными печатными изданиями неправительственные организации, как правило, не обладают, а если и выпускают в свет вестники и используют интернет-ресурсы, то чаще всего предпочитают жанр отчёта, не вызывающего интерес большинства читателей. В свою очередь журналисты редко удостаивают третий сектор внимания. В одних случаях недоверие, испытываемое ими по отношению к квазигражданским ассоциациям, проецируется на деятельность тех неправительственных объединений, которые вовлечены в общественно значимые дела. В других ситуациях важные и одновременно рутинные, повторяющиеся изо дня в день действия некоммерческих организаций не обеспечивают информационный повод для масс-медиа.

Что же тогда привлекает журналистов в деятельности общественных ассоциаций? Во-первых, масштабность проблем, рассматриваемых некоммерческими организациями. Масс-медиа предпочитают затрагивать темы, волнующие крупные социальные группы, значительную часть аудитории. Во-вторых, отсутствие искусственности, показного во взаимодействии органов власти и третьего сектора. Для масс-медиа притягательны проявления демократии не формальной, когда влияние индивида на административные учреждения после выборов сведено до минимума, а основанной на систематическом участии гражданина в социально значимых делах.

Ещё одним условием привлекательности деятельности третьего сектора для прессы является наличие конфликтного потенциала во взаимодействиях, в которых участвуют некоммерческие организации. Отношение масс-медиа к конкретной общественной ассоциации резко меняется, когда она

становится участником публичной полемики. Прессу интересует необычное, из ряда вон выходящее, чаще всего - противоречия, конкурентные взаимодействия, позволяющие отразить динамизм социальных отношений, процесс становления правового государства. Штиль в общественной жизни не вдохновляет журналистов на поиск информации, не порождает творческие порывы, отсутствие изменений в пространстве конкуренции усыпляет их профессиональное чутье. Правда, отражение масс-медиа социальной динамики может быть точным или искаженным. Если качественная пресса тяготеет к исследованию реальных конфликтов, то массовая - описанию мнимых конкурентных взаимодействий.

Можно выделить несколько типов отражения масс-медиа деятельности третьего сектора. В материалах социально ориентированного типа пресса освещает акции неправительственных организаций, нацеленные на поддержку многодетных семей, престарелых граждан, детей-инвалидов, безработных. Тексты имитационного типа отражают внимание масс-медиа к квазигражданским ассоциациям и адресованы, как правило, легковерной, невзыскательной части аудитории.

Нередко можно наблюдать переход масс-медиа от социально ориентированного типа освещения деятельности некоммерческих организаций к голоморфному. Это происходит в тех случаях, когда журналистам удается глубже вникнуть в дискуссии, ведущиеся неправительственными объединениями и органами власти, основательно изучить противоречия, возникшие в их взаимоотношениях, выявить расхождения в оценке программ, связанные с отстаиванием интересов социальных групп, установить причинно-следственные связи явлений. Для качественной прессы конфликтный потенциал того или иного взаимодействия не равноценен сенсационности, не связан с поиском так называемых «жареных фактов». Чаще всего внимание журналистов приковано к тому или иному спору как символу вовлечения социальных групп, широких кругов граждан в диалог, обсуждение актуальных тем ради поиска рациональной стратегии поступательного движения общества. В отдельных ситуациях и массовая пресса может оказать услугу социуму, когда сообщает об общественно значимых взаимодействиях, участниками которых являются неправительственные организации.

Раскрывая участие третьего сектора в конкуренции, масс-медиа в широком плане содействуют повышению авторитета неправительственных объединений, создают условия для становления гражданского общества, установления динамического равновесия между государством и социумом, обеспечения контроля действий административных учреждений и эффективного функционирования институциональных каналов сотрудничества. По крайней мере, часть социума осознает, что участие неправительственных организаций в конкурентных взаимодействиях при отстаивании интересов социальных групп неизбежно, а противоречия, возникающие во взаимоотношениях государства и ряда объединений третьего сектора, по-видимому, неискоренимы, что, впрочем, не обусловливает взаимную враждебность. В то же время в узком понимании масс-медиа благоприятствуют поиску рациональных моделей взаимодействия органов власти и общественных ассоциаций, в котором определяются параметры публичной политики, возможности перехода в сфере власти от господства и гегемонии к диалогу и партнёрству.

Библиографический список

1. Токвиль, А. де. Демократия в Америке / А. де Токвиль. - М: Весь мир, 2000. - 560 с.

2. Held, D. Models of Democracy / D. Held. - Stanford: Stanford University Press, 1987. - 321 р.

3. Dahl, R. Polyarchy. Participation and Opposition / R. Dahl. - New Haven, CT: Yale University Press, 1971. - 257 р.

4. Шмиттер, Ф. Неокорпоратизм / Ф. Шмиттер // Полис. Политические исследования. - 1997. - № 2. - С. 14-22.

5. Olk Th. Zwischen Korporatismus und Pluralismus: Zur Zukunft des Freien Wohlfahrtspflege im bundesdeutschen Sozialstaat // Rauschenbach Th. (Hrgs.) Von der Wertegemeinschaft zum Dienstleistungsunternehmen: Jugend- und Wohlfahrtsverbaende im Umbruch. - Frankfurt am Main: Suhrkampf, 1995. - S. 98-122.

6. Franklin, B.A. Democracy project facing new criticism / B.A. Franklin // New York Times. - 1985. - December 4.

7. Pifer, A. On Quasi-Public Organizations; Whence Came the Quango, and Why / A. Pifer // New York Times. - 1987. - September 5.

8. Вебер, М. Политика как призвание и профессия / Избранные произведения. - М.: Прогресс, 1990. - 808 с.

9. McCarty, K., Hodkinson, V., Summariwalla, R. The Non-profit sector in the global community. Voices from many nations. - San Francis^: Jossey-Bass Publishers, 1992. - P. 1-25.

10. «В Омске общественное мнение настроено категорически против кремния...» // Коммерческие вести. -2014. - № 44.

V. A. Evdokimov, Omsk academy of the humanities

THIRD SECTOR IN COMPETITION

The author reveals such a model of interaction between state and third sector as the technological, considers the opportunity of using integration and information resources by non-governmental organizations, and defines the types of coverage of non-profit sector activities by mass media. Keywords: competition, politics, third sector, state, power, mass media.

References

1. Tocqueville, A. de. Democracy in America / A. de Tocqueville. - Moscow, 2000. - 560 p.

2. Held, D. Models of Democracy / D. Held. - Stanford: Stanford University Press, 1987. - 321 р.

3. Dahl, R. Polyarchy. Participation and Opposition / R. Dahl. - New Haven, CT: Yale University Press, 1971. - 257 р.

4. Shmitter, Ph. Neokorporativizm / Ph. Shmitter // Polis. Political studies. - 1997. - № 2. - P. 14-22.

5. Olk Th. Zwischen Korporatismus und Pluralismus: Zur Zukunft des Freien Wohlfahrtspflege im bundesdeutschen Sozialstaat // Rauschenbach Th. (Hrgs.) Von der Wertegemeinschaft zum Dienstleistungsunternehmen: Jugend- und Wohlfahrtsverbaende im Umbruch. - Frankfurt am Main: Suhrkampf, 1995. - S. 98-122.

6. Franklin, B.A. Democracy project facing new criticism / B.A. Franklin // New York Times. - 1985. - December 4.

7. Pifer, A. On Quasi-Public Organizations; Whence Came the Quango, and Why / A. Pifer // New York Times. - 1987. - September 5.

8. Weber, M. Politics as a vocation / M. Weber // Selected works. - Moscow: Progress, 1990. - 808 p.

9. McCarty, K., Hodkinson, V., Summariwalla, R. The Non-profit sector in the global community. Voices from many nations. - San Francisco: Jossey-Bass Publishers, 1992. - P. 1-25.

10. "Public opinion against silicon in Omsk"// Commercial news. - 2014. - № 44.

© В. А. Евдокимов, 2015

Автор статьи - Владимир Анатольевич Евдокимов, доктор политических наук, профессор, Омская гуманитарная академия.

Рецензенты:

Е. В. Безвиконная, доктор политических наук, доцент, Омский государственный педагогический университет. А. Э. Еремеев, доктор филологических наук, профессор, Омская гуманитарная академия.

УДК 821.161.1+811.111

Е. А. Акелькина,

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ Э. М. ЖИЛЯКОВОЙ «ШОТЛАНДСКИЕ СТРАНИЦЫ. ЭХО ВАЛЬТЕРА СКОТТА В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XIX ВЕКА. ОЧЕРКИ»

Современное отечественное литературоведение последних десятилетий все реже обращается к многоплановым исследованиям взаимодействия двух и более национальных литератур с разнообразным кругом авторов. На этом фоне господства локальных тем книга профессора Томского университета Эммы Михайловны Жиляковой «Шотландские страницы. Эхо Вальтера Скотта в русской литературе XIX века. Очерки» представляет собой явление знаменательное и уникальное по широте охвата темы и методологической универсальности.

Перед нами интереснейшая книга очерков о динамичном и богатом творческими открытиями существовании наследия Вальтера Скотта в русской литературе XIX века. Чрезвычайно удачно название «Эхо Вальтера Скотта...», благодаря ему в книге с разнообразием и полнотой раскрыт сам процесс рождения новых форм, приемов, принципов поэтики, ставших ответом на импульс, данный великим шотландцем русской литературе. Не банальное заимствование, а глубоко самобытное