Реализация социального обеспечения инвалидов войны в годы нэпа

со стороны политических арестантов было гораздо шире и эффективнее, чем со стороны тюремной администрации.

Библиографический список

1. Терновой И.В. Начальные учебные заведения в Иркутске во второй половине XIX - начале XX вв. II Сибирский город в XVII - начале XX вв: Сб. статей. - Иркутск: Оттиск, 2006. - Вып. 6, - С. 142.

2. Андреев В.М. Просветительская деятельность ссыльных народников в Сибири (70-90-е гг. XIX века) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. - февраль 1917 г.). - Иркутск: Изд-во ИГУ, 1973 - Вып. 1

3. Плесков В. Из литературного архива Горного Зерентуя II Каторга и ссылка. - 1923. - N26. - С. 167-176; Плесков В. «Вольный университет» и культработа на каторге II Каторга и ссылка, - 1930. - №10. - С.164-176; Плесков В. «Вольный университет» и школа в Зерентуе II Учеба и культ работа в тюрьме и на каторге: Сборник воспоминаний. - М.: Изд-во ВОПиС, 1930. - С.77-101; Ульянинский. Учеба на каторге 1907-1917 II Каторга и ссылка. - 1929. - №5. - С,27-31; Фабричный П, Грамота и книга на каторге II Каторга и ссылка. - 1922. - №3. -С.189-205.

4. Тагаров З.Т. Общеобразовательная учеба и культработа политзаключенных на Нерчинской каторге II Ссыльные революционеры в Сибири... - Иркутск: ИГУ, 1980. - Вып. 5. - С.71-84,

5. Бодяк М.Г. История Зерентуйской тюрьмы Нерчинской каторги (1879-1917 гг.): Дисс... канд. ист. наук. - Иркутск: ИГУ, 2004. - 304 е.; Быкова H.H. История Александровского централа (1900-1917 гг.): Дис. ... канд. ист. наук. - Иркутск: ИГУ, 1998. - 280 с.

6. Дмитриев Д.И. Революционна деятельность большевиков в каторжных тюрьмах Восточной Сибири (1907-1917 гг.): Дисс... канд. ист. наук. - Иркутск: ИГУ, 1989. - 249 е.; Максимова В.Н. Женская политическая каторга и ссылка в Восточной Сибири (1907-1917 гг.): Дисс,.. канд. ист. наук. - Иркутск: ИГУ, 2003, - 206 е.; Шенмайер Н.Г. Эсеры в каторжных тюрьмах Восточной Сибири (1907-1917 гг.): Дисс... канд. ист. наук. - Иркутск: ИГУ, 1997. - 318 е.; Шенмайер Н.Г. Эсеры-каторжане Восточной Сибири (1907-1917 гг.). - Иркутск: ИрГСХА, 1999. - 188 с.

7. Васильев Г.А. Из революционного прошлого. -Улан-Удэ, 1968. - 87 е.; Орлов М.П. Об Акатуе времен Мелыиина II Каторга и ссылка. - 1928. - №11. - С. 106-117; Пирогова А.Я На женской каторге // На женской каторге. - М.: Изд-во ВОПиС, 1932, - 180-200; Спиридонова М.А. Из жизни на Нерчинской каторге // Каторга и ссылка. - 1924. - №1. - С. 185-204; Терешкович К.А. С. Гуревич II Якутская трагедия. - М.; Изд-во ВОПиС, 1928.

- С.154-166; Фрейфельд A.B. Из прошлого II Каторга и ссылка. - 1928. - №4. - С.70-81; Фрейфельд A.B. В горах Акатуя. - М.: Изд-во ВОПиС, 1930. - 61 с.

8. Фрейфельд Л. Из прошлого II Каторга и ссылка.

- 1928. - №4. - С. 97.

9. Спиридонова М. Из жизни на Нерчинской каторге I! Каторга и ссылка. - 1924. - №1. - С. 201.

10. Плесков В.А. «Вольный университет» и культработа на каторге II Каторга и ссылка. - 1930. - №10. - С 164-176.

11. Спиридонова М. Указ, соч. - С. 203.

Статья принята к публикации 30.10.06

И.В.Орлова

Реализация социального обеспечения инвалидов войны в годы НЭПа

Мировая и гражданская войны, бедствия, вызванные хозяйственной разрухой и голодом, резко увеличили в России количество людей, неспособных самостоятельно обеспечить себе минимальные условия существования. В такой обстановке приходилось закладывать основы отечественного соцобеспечения. Теперь нелегко во всех деталях и подробностях восстановить былое. Но наиболее верные представления о тех событиях дают фонды областных архивов Иркутска и Красноярска.

Наркоматом социального обеспечения (НКСО) были определены три направления работы отделов социального обеспечения (собесов): 1) обеспечение инвалидов войны, семей солдат, убитых, умерших, пропавших без вести, и семей красноармейцев, находящихся на дейст-

вительной службе; 2) содержание домов инвалидов войны, труда, престарелых, глухонемых, слепых и т. п.; 3) организация крестьянской взаимопомощи этим группам лиц в деревне [1]. Финансирование собесов было смешанным: за счет кредитов, отпускаемых из центра, и за счет местного бюджета.

На содержании собесов находились инвалидные и ночлежные дома. Декретом СНК РСФСР «О социальном обеспечении инвалидов» от 8 декабря 1921 г. [2] устанавливались шесть групп инвалидности:

I группа - лица, не только не способные к труду, но нуждающиеся в посторонней помощи для удовлетворения обычных жизненных потребностей;

II - лица, неспособные к труду, обеспечивающему

заработок, но не нуждающиеся в постоянном уходе;

III - лица, не только вынужденные отказаться от своей профессии, но и неспособные ни к какой профессиональной работе, получавшие средства для существования случайной, временной и при том легкой работой;

IV - лица, вынужденные перейти на низкую профессиональную квалификацию;

V - лица, вынужденные отказаться от своей обычной профессии и перейти к другой профессии такой же квалификации, если они нуждались для такого перехода в услугах наркомата соцобеспечения;

VI - лица, способные продолжать профессиональную деятельность, но с небольшой производительностью.

Инвалидам всех групп, имевшим доходное хозяйство или промысел, оказывалась трудовая помощь через органы общественной взаимопомощи, под руководством и контролем органов собеса, получая от последних на поддержание призреваемых субсидии. Инвалиды, не имевшие доходного хозяйства или промысла, с полной потерей трудоспособности и нуждавшиеся в уходе, помещались в инвалидные дома с назначением им пенсии с частичной или полной ее натурализацией. Натурализация пенсии зависела от наличия средств в местных отделах собеса. Инвалиды, способные трудиться, объединялись или направлялись в специальные инвалидные мастерские и трудовые артели.

Норма пособий по инвалидности зависела от причин ее вызвавших: 1) если инвалидность наступала от общих заболеваний, то отнесенные к I группе получали 2/3 заработка, II группа - 4/9 заработка, III группа - 1/3 заработка; 2) если инвалидность наступала от увечий и профзаболеваний, то отнесенные к I группе получали полный заработок, ко i! группе -3/4, к III - 1/2, к IV -1/3, к V - 1/6, к VI - 1/10 заработка [3].

Постановлением Иркутского губернского революционного комитета в 1920 г. был образован Иркутский губернский отдел социального обеспечения (Иргубсо-бес). А в 1922 г. в ведении Иркутского губернского собеса находилось 6 уездных собесов: Балаганский, Зи-минский, Нижнеудинский, Селенгинский, Верхоленский, Киренский и один районный - Черемховский [4]. Но с 1923 г. уездные отделы в целях экономии бюджетных средств были ликвидированы и заменены уполномоченными Иргубсобеса по уездам.

Дело социального обеспечения трудящегося населения осуществлялось в тяжелейших условиях: из-за отсутствия кредитов работа Иргубсобеса часто останавливалась, нечем было платить пенсии инвалидам войны, семьям красноармейцев, не на что было содержать инвалидные дома и штат собесов, служащие которых разбегались. Безработица и инфляция приобретали колоссальные размеры. Ситуация осложнялась нахлынувшей волной инвалидов из голодающих губерний в 1921-1922 гг., которых содержать было невозможно, так как местных средств не было вовсе. На пленуме губернского

исполкома в 1921 г. заведующий Иргубсобесом докладывал: «...Вследствие чрезвычайно тяжелого положения, в условиях голода в Поволжье, все пенсионеры и семьи красноармейцев сняты с государственного про-дснабжения, что очень болезненно отражается на их существовании...» [5].

Обследование Жилкинского дома инвалидов г. Иркутска, проведенное в декабре 1921 г., показало, что помещение находилось в антисанитарном состоянии: грязь, отсутствие вентиляции, в коридорах человеческие экскременты, везде тряпье и хлам. Из-за отсутствия топлива в помещении было постоянно холодно. Содержавшиеся там инвалиды имели ужасный вид: грязные, оборванные, зараженные чесоткой (баней не пользовались с июня). Смертность главным образом наступала от истощения. Подавляющее большинство призреваемых были инвалидами труда, проработавшие по 20-30 лет на золотых приисках, железной дороге, пароходстве [6].

Ситуация меняется в положительную сторону после экономической реформы 1923 г., обеспечившей стабильность советского рубля, но заметные улучшения были связаны с началом индустриального строительства в 1927-1929 гг., в результате которого местные бюджеты стали пополняться средствами от производства. Естественно, что в лучшем положении оказались промышленные районы.

Примером этого стал тот факт, что Енисейским властям удалось поднять пенсии до 15 руб. для инвалидов I группы г. Красноярска, как было рекомендовано Сибирским революционным комитетом (Сибревкомом), но по уездам это было сделать невозможно за неимением средств в местных бюджетах. Так, из-за отсутствия доходных статей в бюджете г. Енисейска, пенсия на одного человека составила 1 руб, 30 копеек. Город постепенно терял свое городское значение и губернскими властями рассматривались вопросы о переводе его в статус сельского пункта, с организацией там комитета крестьянской взаимопомощи (ККОВ), что дало бы возможность увеличить пенсии. Инвалидный дом г. Енисейска, так же как и местные пенсионеры, были в самом незавидном положении: призреваемые получали только хлеб и кипяток [7].

В Иркутской губернии дело обстояло несколько лучше. Инвалиды, проживающие в сельских местностях, обеспечивались пенсией по тем же ставкам, которые существовали в губернском городе. На пенсии состояли первые три группы инвалидов из шести, обозначенных вышеупомянутым декретом 1921 г. «О социальном обеспечении». В августе 1925 г. ставки пенсий в Иркутской губернии были следующие: I группа - 14 руб., II группа - 2/3 полной ставки, III группа - 1/2 часть полной ставки, то есть 7 руб.[8]

Право на получение пенсий устанавливалось губернскими комиссиями. Общее число пенсионеров по Енисейской губернии было 415 человек. При Иркутском

губсобесе состояло инвалидов и их семей 881 человек, из них пенсионеров - 448 человек. Персональной пенсии (от 33 до 50 руб.) были удостоены 21 человек, она выплачивалась из государственных средств.

В Иркутской губернии в 1925 г. было одиннадцать инвалидных домов, в которых проживало 240 человек. Самый крупный из них был в губернском центре, с числом призреваемых в 120 человек. Как в Иркутской, так и в Енисейской губерниях снабжение инвалидных домов осуществлялось непосредственно губсобесами, в уездных городах - отделениями местного хозяйства и в селах - ККОВ. Из восьми инвалидных домов Енисейской губернии в этот же период один был в г. Красноярске, остальные рассредоточились по уездам [9]. Общее состояние инвалидных домов по обеим губерниям не было даже удовлетворительным, и только инвалидный дом в г. Красноярске можно было назвать благополучным в отношении питания, одежды, белья и прочего.

Наиболее социально эффективным средством в условиях нэпа становилась организация трудовых артелей инвалидов. Подобные артели позволяли, с одной стороны, перевести инвалидов на самообеспечение, с другой стороны, сохранить их в качестве полноценных членов общества.

Идея создания инвалидной кооперации в Иркутском собесе возникла еще в 1922 г. В 1924-1925 гг. в г. Иркутске имелось 5 артелей, с числом кооперированных инвалидов 84 человека. Артелей в уездах Иркутской губернии вообще не было. На селе объединить инвалидов в артели оказалось вовсе невозможно, так как в среднем в деревне было по 1-2 инвалида. В Енисейской губернии дело обстояло иначе, артели рассредоточились по уездам. Субсидии производственным артелям выдавались из средств Комитета помощи больным красноармейцам и инвалидам (Компом). Средства компомов поступали от эксплуатации ипподрома, лотерей, лото, вечеров и спектаклей, пожертвований и прочего.

С конца 20-х гг. в связи с развертыванием индуст-

риализации и численным ростом количества рабочих происходит повышение пенсионного обеспечения. На социальное обеспечение в 1926/1927 г. в Иркутском округе было израсходовано 116 500 рублей, в 1927/1928 - 160 800 руб., в 1928/1929 - 187 700 руб. С каждым годом ассигнования увеличивались, что позволяло повышать размеры пенсий. Так, в 1926, 1927, 1928 и в 1929 годах пенсии в среднем составили 7, 11, 14, и 21 руб. соответственного].

Таким образом, дело социального обеспечения в 1920-х гг. полностью легло на плечи местных бюджетов, которые осуществляли финансирование собесов по остаточному принципу, и напрямую зависело от экономического развития региона. Первые шаги в сторону индустриализации положительным образом повлияли на решение социальных проблем.

Библиографический список

1. Государственный архив Красноярского края (ГАКК). Ф. п-60. On. 1. Д. 23. Л. 3.

2. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. - М: Политиздат, 1953. - Т.1. -С. 344.

3. Справочник и деловой торгово-промышленный указатель по г. Иркутску и округу на 1930 г. - Иркутск, 1930. - С. 140.

4. Государственный архив Иркутской области (ГА-ИО), Ф. р-558. On. 1. Д. 21. Л.172.

5. Там же. Д. ОЦ-2. Л.З.

6. Там же. Д. 4. Л. 111.

7. ГАКК. Ф. п-1. Оп. 4. Д. 74. Л. 12.

8. ГАИО. Ф. р-558. On. 1. Д. 4. Л. 35.

9. Там же. Л. 7.

10. Справочник и деловой торгово-промышленный указатель по г. Иркутску и округу на 1930 г. - Иркутск, 1930. - С. 140.

Статья принята к публикации 30.10.06

Д.Н.Макеев

Взаимоотношения кооперативов с органами государственной власти в Енисейской и Иркутской губерниях в 1917 г.

Зарождение в России кооперативного движения и дальнейшее его развитие было неразрывно связано с государством. Взаимоотношения кооперации с органами власти всегда были непростыми. История содержит большое количество примеров как плодотворного сотрудничества и обоюдной поддержки, так и взаимного неприятия друг друга, Во многом характер взаимоотно-

шений определялся политической и экономической ситуацией, которая складывалась в стране,

Непростым в жизни кооперативных организаций был период между двумя революциями - Февральской и Октябрьской 1917 г. Свержение монархии в России кооператоры Сибири встретили с надеждой на измене-ние своего правового положения._К 1917 г.