Кочевая школа история и современность

30. Исаев, И. Ф. Профессионально-творческое саморазвитие личности: восхождение к акме [Текст] / И. Ф. Исаев, И. А. Шаршов // Сибирский педагогический журнал. -2009. - № 2. - С. 43 - 54.

31. Кульгина, Л. А. Интегративная основа качества процессов и результатов обучения студентов вуза [Текст] / Л. А. Кульгина // Сибирский педагогический журнал. -2009. -№ 2. - С. 65 - 75.

32. Беловолов, В. А. Научный журнал в России: актуальные проблемы и перспективы развития в современных условиях [Текст] / В. А. Беловолов // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 2. - С. 25 - 33.

33. Фатеев, В. А. Концептуальные основы формирования субъектной позиции будущего учителя в процессе реализации личностно-ориентированного похода в обучении [Текст] / В. А. Фатеев // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 3. - С. 24 - 35.

34. Апарина, Л. А. Оценка универсальных компетенций специалиста [Текст] / Л. А. Апарина // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 3. - С. 35 - 42.

35. Валеев, А. С. Функциональный анализ педагогической деятельности будущего учителя на основе рефлексивного подхода [Текст] / А. С. Валеев II Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 3. - С. 42 - 49.

36. Смышляева, Л. Г. Возможности современных образовательных технологий для реализации компетентностно-ориентированных андрагогических программ [Текст] / Л. Г. Смышляева // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 4. - С. 55 - 64.

УДК 373.018.532

Жиркова Саргылана Гаврильевна

Аспирантка Педагогического Института Якутского Государственного Университета им. М.К.Аммосова 5гЬ1гкоуа@.уаЬоо.сот. Якутск, Республика Саха

КОЧЕВАЯ ШКОЛА: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Zhirkova Sargylana Gavrilievna

PhD student, Pedagogical Institute, Yakut State University named after M.K. Ammosov, szhirko-vafevahoo.com. Republic of Sakha

NOMADIC SCHOOL: PAST AND PRESENT

В Российской Федерации получение качественного образования является важной составной частью в жизни каждого россиянина. Именно поэтому с каждым годом в стране увеличивается число различных учебных заведений. Взять, к примеру, Республику Саха (Якутия), здесь функционируют большое количество учебных заведений, среди них есть кочевые школы в местах компактного проживания коренных малочисленных народов Севера. В начале девяностых годов они обрели так называемую «новую жизнь» и сейчас функционируют в республике, вызывая интерес у многих исследователей и экспертов из разных стран и регионов РФ.

Кочевые школы были открыты в нашей стране еще в 20 - 30 годы XX века. Несмотря на то, что эти школы были ликвидированы и прекратили свою деятельность на долгое время, сегодня, они начали открываться снова. В республике функционируют больше десяти кочевых школ, а девять из них являются пилотными школами ЮНЕСКО. Школы являются

филиалами оп специфику. Э тельности (ол языка (в респ численных н; численностьк В совре? рода образов слишком бол считают, что школы являк выми народа шили возрод временное В{ Истор черты. Исслс тии образовг страны - Як; ссыльных ра человека. М Они активш вые школы, начинается политссылы Якутии, но I Такж зация школ духовных, 1 тельное, но турного ур наряду с об подавать р} гозора и сс ников был приютами ляться отш му поводу.

В.П. отмеч складывап для удовле странения тей велось ванных лк детей граг* утверждат явление м

филиалами опорных школ (сельских школ), но каждая из них имеет свою специфику. Это объясняется многими факторами, такими как вид деятельности (оленеводство, охота, рыболовство), разнообразие культуры и языка (в республике проживают пять различных национальностей малочисленных народов Севера: эвены, эвенки, юкагиры, долганы, чукчи), численностью людей в общинах, возрастом детей и т.д.

В современное время есть много сторонников и противников такого рода образования. Одни называют кочевые школы «золотыми», так как слишком больших финансовых затрат и вложений они требуют. Другие считают, что для людей ведущих кочевой образ жизни (оленеводов) эти школы являются жизненно необходимыми. Для тех, кто незнаком с кочевыми народами и их культурой остается загадкой, почему эти народы решили возродить, казалось бы, старые формы обучения своих детей в современное время.

История развития образования Якутии имеет свои специфические черты. Исследователи отмечают большую роль политссыльных в развитии образования на Севере. «...С середины XVII в. отдаленная окраина страны - Якутия - стала местом ссылки. В 1889 году в Якутии было 6090 ссыльных разных категорий, а с семьями их количество доходило до 7284 человека. Многие политссыльные были высокообразованными людьми. Они активно занимались педагогической деятельностью, создавали первые школы, исследовали развитие образования в Якутии». [1, С.51] Так начинается история зарождения образования в Якутии. Действительно, политссыльные внесли огромный вклад в развитие образования не только Якутии, но и других северных территорий России.

Также отмечают роль миссионерских церковных школ: «Организация школ для детей Сибири началась с возникновения миссионерских -духовных, церковных школ. Эти школы оказали в целом, хотя и незначительное, но определенное положительное влияние на повышение культурного уровня местного населения. Поэтому Ильминский считал, что наряду с обучением народностей Севера на родном языке им нужно преподавать русский язык, и это будет способствовать расширению их кругозора и сближению с русской культурой. При школах для детей кочевников были устроены приюты. Наряду с миссионерскими школами-приютами для северных народностей в конце XIX века начинают появляться отдельные кочевые (передвижные) школы» [1, С.102-103] По этому поводу, представитель малочисленных народов Севера Марфусалова

В.П. отмечает: «Образовательная система на российском Севере начала складываться во второй половине XIX века. Первые школы появились для удовлетворения нужд церкви и выполняли в основном роль распространения христианства среди туземного народа» [2, С.43]. Обучение детей велось не на родном языке т.к. тогда не было письменности и образованных людей среди малочисленных народов, которые могли бы учить детей грамоте на своем родном языке. И было бы не совсем правильно утверждать, что миссионерские школы особой пользы не принесли. Появление миссионерских школ имело свои положительные стороны, так

как именно с этого и началось знакомство малочисленных народов севера с другой культурой, с культурой русского народа.

По мере того, как развивалось образование на Севере, стали появляться и кочевые школы для малочисленных народов Севера; «Кочевая школа — особый тип общеобразовательной школы, приспособленный к местным условиям Крайнего Севера и получивший распространение в нашей стране еще в 20 - 30 годы. Деятельность кочевых школ представляет собой определенный этап в развитии системы народного образования в Якутии. Утром эти школы открывались для детей, а вечером - для ликвидации неграмотности взрослого населения», [1, С.З] Итак, первые кочевые школы, открывались с целью ликвидации неграмотности кочующих народов. Именно поэтому в кочевых школах получало образование и взрослое население.

В истории образования Республики Саха (Якутия) также упоминаются кочевые школы: «Кочевые школы в Республике Саха (Якутия) были открыты в начале 90-х годов. При активной поддержке Министерства образования РС (Я) они появились в Алданском и Оленекском улусах для обучения эвенкийских детей, в Момском улусе - для эвенских детей» [3, С.5].

В развитии кочевых школ, большую роль сыграл образ жизни малочисленных народов Севера, а именно оленеводство, охота и рыболовство. «Огромная территория Якутской области, большая удаленность населенных пунктов, разбросанность населения обусловили появление передвижных школ. Один учитель такой школы занимался в нескольких селениях: проведя уроки в одном селе и дав детям письменное задание, учитель переходил в следующее» [1, С.52].

Кочевые школы имели большое значение для малочисленных народов Севера. Родители оленеводы уходя в кочевье, отказывались оставлять своих детей в интернатах и именно поэтому в целях ликвидации неграмотности среди детей и взрослого населения появились первые кочевые школы. Учитель первой кочевой школы на Чукотке Беликов Лев Васильевич в одном из интервью говорил: «Самое трудное состояло в том, чтобы убедить родителей отдать детей в школу. Это нередко зависело не только от личных качеств учителя, но и от настроения хозяина стада, воля которого для родителей имела силу закона» [4, С. 14-15]. Действительно, при работе первых кочевых школ возникало немало проблем: учителей из числа коренных народов (возникали проблемы с языком), отсутствие учебных программ, учебников, нежелание родителей отдавать своих детей в школы и т.д. Но с другой стороны, было бы неправильно утверждать, что народы Севера до прихода русского населения были примитивными и отсталыми. Действительно они не знали алфавита, но знания алфавита в то время им не нужно было. У них было свое «образование» своя методика воспитания, своя «письменность» и «читали» они по своему (знаки природы, следы зверей и т.д.) Таким образом, можно утверждать, что народы Севера до прихода русского населения были глубоко образованными людьми в своем «мире».

По поводу образования народов Севера, Винокурова У.А, в своей работе пишет следующим образом: «к историческому рубежу массового обучения грамотности, профессионального образования и воспитания, «к социалистическому образу жизни», народы Севера подошли со сложившейся на природно-естественной основе системой народного, этноэко-лигческого образования с односторонним опытом социального взаимодействия. Ценности образования в европейском смысле не существовало» [5, с.5].

К сожалению, недостаточно источников, из которых можно было бы узнать более полную информацию. Можно предположить что, появление кочевых школ было связано с политической ситуацией в стране того времени. Но все же есть некоторые источники, по которым видно, что люди тогда уже осознали необходимость в кочевых школах. Например, в Момском улусе охотник решил нанять учителя для своих детей и таким образом в Якутии появился тьютор - учитель.

Кочевые школы не являются новой формой обучения, так как из истории мы знаем, что школы функционировали ранее. Интересен, тот факт, что они начали создаваться в современное время. Как можно объяснить факт возрождения этих школ? Шаг ли это назад в прошлое или прорыв в будущее?

В настоящее время в мире происходит процесс самосознания и возрождения национальной культуры народов Севера. До недавнего времени, среди ученых, исследователей и самих представителей малочисленных народов Севера возникали серьезные волнения по поводу утери языка, культуры и традиций: «особую тревогу вызывает процесс утери народами Севера своих этнических традиций, ценных форм народной культуры, утраты родного языка с возникновением в ряде мест угрозы его полного исчезновения, что ведет к разрушению национальной психологии и культуры» [1, С. 14]. Утрата языка и культуры была связана с политикой внедрения русского языка и культуры, другого образа жизни, ассимиляцией малочисленных народов и т.д.

Именно возрождение культуры малочисленных народов Севера и является одной из главных причин появления кочевых школ в современное время. «В настоящее время в связи с национальным возрождением малочисленных народов Севера идет процесс восстановления в новом облике кочевой школы. Она вновь признана наиболее приемлемой формой школьного обучения в условиях Севера под влиянием глубоких социально-экономических и общественно-политических преобразований. В условиях Севера существенны такие факторы, как сохранение кочевого и полукочевого образа жизни, интенсивное освоение целинных и залежных земель, расширение сферы обитания в бескрайних просторах тундры и лесотундры» [1, С.4] По мере «возвращения» кочевых школ возникло множество вопросов и негодований по отношению к этим школам.

Сотрудники Института национальных школ РС (Я) приводят аргументы в пользу кочевых школ, мотивируя это тем, что образование народов Севера должно тесно сплетаться с традиционным укладом жизни на-

рода, но при этом отвечать всем современным требованиям: «Школа - это живой, постоянно развивающийся организм. Современная школа малочисленных народов Севера изменяется не только под воздействием внешних социально-экономических условий жизни общества, но и в силу внутренних процессов самобытного развития тех или иных этносов. Современные условия диктуют необходимость увязывания образования с традиционным укладом жизнеобеспечения северных народов. При этом от доминирующей и интегрирующей роли школы зависит духовное, социальное и экономическое процветание коренных малочисленных народов» [6, С.43].

Республика Саха (Якутия), на сегодняшний день является лидером по числу кочевых школ среди регионов России. В этой сфере проводится большая работа, политика республики направлена на поддержку коренных малочисленных народов. Министерство образования РС (Я) также ведет активную деятельность в области образования коренных народов и поддерживает кочевые школы: «Разработаны проекты Положений об общинной (стационарной) школе, об общинном детском саде, проект Государственной Программы развития кочевых школ РС (Я) на период 20042006 гг.» [7, С.52].

Нужно отметить, что кочевые школы получили поддержку Международной организации ЮНЕСКО, а девять школ республики стали пилотными школами и работают под эгидой ЮНЕСКО.

Современные кочевые школы сильно отличаются от прежних школ. Это оснащенные новейшей технологией школы, где дети получают достойное образование, живя с родителями в кочевых условиях. «Особенность школ для детей народов Севера заключается и в том, что они должны формировать национальное самосознание того или иного малочисленного территориально разбросанного народа. Школа берет на себя функции этноконсолидирующего центра, становится этнокультурным средоточием, аккумулируя интеллектуальный, духовный, творческий и нравственный потенциалы носителей национальной культуры» [1, С.99].

Трудовая деятельность при воспитании детей у народов Севера является неотъемлемой частью воспитания. Как первые кочевые школы, так и современные создают идеальные условия для воспитания детей с помощью трудовой деятельности. «Основой воспитания в кочевой школе была трудовая деятельность. Обучение детей в естественных условиях облагораживало их, формировало бережное отношение к природе, поскольку жизнь северянина тесно с нею связана» [1, С. 107].

Генеральный директор Бюро ЮНЕСКО в Москве Дендев Бадарч отметил: «Кочевой образ жизни очень часто рассматривается как препятствие на пути получения образования, поскольку дети передвигаются вместе со своими семьями и не могут проводить основную часть времени в школе. Однако в условиях современного мира имеется арсенал всех возможных средств как для обеспечения доступа к образованию, так и для сохранения культурно-исторического наследия кочевых народов. ЮНЕСКО приветствует поистине передовые исследования якутских ученых и

педагогов по разработке системы кочевого образования, предусматривающей не только изучение школьной программы в соответствии с государственными стандартами, но и освоение родной культуры и языка» [8, С.7].

«Современная культура народов Севера способна плодотворно развиваться лишь на основе того лучшего в их традиционной культуре, что прошло испытание временем»[1, С.13]. Таким образом, можно утверждать, что оленеводство и кочевая жизнь народов Севера является неотъемлемой частью их жизни и культуры. Исходя из этого появление кочевых школ можно объяснить тем, что эта попытка сохранения культуры народов Севера в современном мире.

Научные сотрудники Института национальных школ РС (Я) отмечают: «В условиях суровой арктической тундры школа в тесной связи с родителями успешно выполняет задачи воспитания и обучения детей без отрыва от семьи, приобщая их к традиционным отраслям хозяйствования, сохраняя культурное наследие кочующих народов» [6, С.7].

Многие деятели сферы образования утверждают, что без возрождения кочевых школ невозможно сохранить уникальную кочевую жизнь народов Севера: «Кочевая и полукочевая жизнь - это уникальная цивилизация, созданная и сохраняемая народами в течение многих столетий. Она является достойным вкладом в создание необходимых условий выживания на Севере, сохранения и приумножения этнической культуры коренных малочисленных народов. Восстановление традиционного уклада жизни и деятельности коренных малочисленных народов Севера невозможно без возрождения кочевой (этнической) школы» [6, С.41].

Подобная точка зрения приводится и У.А. Винокуровой: «Детям в семьях, ведущих кочевой образ жизни с традиционным укладом хозяйствования, и являющимися членами кочевых родовых общин, государство должно гарантировать реализацию права на воспитание, обучение на начальном этапе общеобразовательной системы до 12 -13 лет через создание кочевых школ, для чего предусмотреть организацию кочевых школ через органы государственной власти и самоуправления с целью сохранения преемственности поколений, культуры, языка, ведения традиционного хозяйствования» [5, С. 101].

Востребованность кочевых школ сторонники объясняют тем, что: «Кочевая школа способствует укреплению связи поколений, воспитанию детей, в совершенстве владеющих родным языком, знающих традиции и культуру своего народа» [6, С.9].

Как сказано выше, кочевые школы имеют своих сторонников и противников это объясняется и тем, что существуют как позитивные, так и негативные стороны: «Преимущества малокомплектных и кочевых школ заключаются в следующем:

1. В условиях работы оленеводческих и рыболовецких бригад по маршрутам кочевания наиболее подходящей формой хозяйствования является семейный подряд, где детям предоставляется возможность с ран-

него возраста приобщаться к традиционным занятиям своих родителей, к самобытной материальной и духовной культуре родного народа.

2. Учащиеся не отрываются от родителей, семейного очага.

3. В детях воспиывается чувство хозяина на родной земле с малых

лет.

4. Дети постоянно находятся в близкой и понятной им природной среде, что оказывает влияние на воспитание чувства бережного отношения к легко ранимой северной природе.

5. С открытием школ одновременно решаются вопросы производственно-жилищных проблем охотников, оленеводов, рыбаков, обеспечивается в значительной мере оплачиваемая работа и другим членам семьи, что способствует укреплению последней,

6. Кочевая школа является для всех членов оленибригады центром просвещения и культуры.

Негативные же стороны состоят в том, что:

1) кочевая школа практически не имеет постоянной связи с базовой средней школой и улусным управлением образования;

2) для создания материально-технической базы, становления и содержания малокомплектной школы непременно потребуются дополнительные средства;

3) увеличение количества малокомплектных кочевых школ, экономически и педагогически невыгодно, но это обусловлено социально-экономическими факторами, необходимостью в условиях Севера;

4) не все школы соответствуют современным требованиям учебно-методического и кадрового обеспечения» [1, С, 126-127].

Противники кочевых школ приводят свои аргументы: «Времена массовых кочевых школ давно ушли в прошлое. Сегодня попытка воссоздания кочевых школ, по нашему мнению, не отвечает требованиям модернизации структуры и содержания общего среднего образования... Стоимость обучения одного ученика на Крайнем Севере составляет 27-39 тыс. руб., тогда как по республике она равна 18 тыс. руб., а по Федерации — 7 тыс. рублей» [7, С. 53-54]. Основные проблемы возникают из-за финансирования школ. В связи с этим поднимается вопрос, есть ли потребность в кочевых школах на сегодняшний день?

Интересным является тот факт, что противниками таких школ в некоторых случаях выступают представители коренных малочисленных народов Севера, которые в свое время получили образование в кочевых школах и кочевали вместе с родителями, т. е. представители старшего поколения. По их мнению, обучение в кочевых школах это «шаг назад» и в современное время дети не должны учиться в кочевых школах. Но среди малочисленных народов Севера есть молодое поколение и люди среднего возраста, которые поддерживают эти школы и считают, что это «скорее прорыв в будущее» нежели «шаг назад». Они уверены, что это новые школы, оснащенные современной техникой, которые вполне могут дать хорошее образование, при этом сохраняя традиционную культуру и языки народов Севера.

Сегодня коренные народы России находятся на грани утери традиционной культуры и родного языка. Почти во всех регионах РФ, где проживают коренные малочисленные народы Севера возникает проблема сохранения культуры и языка. Отсюда вытекает проблема сохранения родного языка и традиционной культуры. Какие методы нужно использовать, чтобы сохранить язык и культуру народа? Без самобытной культуры и родного языка народ может исчезнуть. Особенно это проблема актуальна для малочисленных народов Севера, которые пострадали во время Советского союза и политики руссификации, когда детей учили в школах только на русском языке и запрещали говорить на родном языке. Сегодня многое поменялось, и малочисленные народы Севера осознали насколько важно сохранить язык и культуру предков и передать молодому поколению во имя их будущего. В те далекие времена, школу использовали как орудие, чтобы народы забыли свой язык и культуру. Но сегодня школа и система образования помогают сохранять культуру и языки народов Севера. Вот, что пишут по этому поводу: «Система образования любого народа не может быть построена вне уклада и образа жизни самого народа. У оленеводов, охотников и рыбаков, т.е. у коренных малочисленных народов Севера - это кочевой, полукочевой образ жизни» [6, С. 6].

Благодаря кочевой школе народы Севера, могут свободно передвигаться вместе с оленями из пастбища в пастбище, при этом дети получают образование в превычной для них среде, не отрываясь от родного очага и родителей. Актуальность кочевой школы - в доступности образования. Таким образом, растет и поголовье оленей, и дети получают полноценное образование, а родители не отрываются от своего привычного и жизненно важного занятия.

Интерес к кочевым школам и их перспективу в будущем отмечают не только в Республике Саха (Якутия), но также и других регионах России: «Кочевые родовые школы, как новая форма хозяйственного и культурного возрождения малочисленных народов Севера, имеют большую перспективу при дальнейшем усовершенствовании и жизнедеятельности. Они представляют собой один из основных и рациональных путей развития и процветания коренных народов, как представителей северного этноса» [9, С. 39].

Библиографический список

1. Егоров, В.Н., Неустроев Н.Д. Специфика деятельности малокомплектных кочевых школ в условиях Севера [Текст] / В.Н. Егоров, Н.Д. Неустроев. - М.: Academia, 2003.

2. Марфусалова, В.П. Этнос. Культура. Образование [Текст] / В.П. Марфуса-лов, - М.: Academia, 2005.

3. Модель кочевой школы [Текст]: методическое пособие/[Н.Д, Неустроев, и др.]; Министерство образования РС (Я), НИИ национальных школ, Якутск: Офсет 2006.

4. Куликова, И.В. Кочевая школа - современная учеба детей и совместная жизнь детей с родителями [Текст] / И.В. Куликова // Таткачирук - № 4-2007. Якутск.: НИИ Национальных школ РС (Я), 2007.

5. Винокурова, У.А. Воспитание н образование детей народов Севера [Текст] / У.А. Винокурова. - Якутск: Министерство образования РС (Я), 1997.

6. Модернизация системы общего образования в местах компактного проживания коренных малочисленных народов Севера Республики Саха (Якутия) / Отв. ред. P.C. Никулин [Текст]. Якутск: «НИИ Национальных школ PC»,.2004.

7. Винокурова, М.Е., Борисов П.П. Модернизация системы общего среднего образования в местах компактного проживания народов Севера (На примере Республики Саха (Якутия) [Текст] / М.Е. Винокурова, П.П. Борисов. - Якутск: Офсет, 2006.

8. Содействие распространению грамотности среди школьников, принадлежащих к коренным народам, путем укрепления потенциала системы общинного образования у кочевых народов Севера Республики Саха (Якутия)/Центр развития кочевых образовательных учреждений при Институте национальных школ Республики Саха (Якутия); [под. общ, ред.: Ф.В. Габышева и др.] - Якутск: CMYK-master, 2007.

9. Концепция модели этнической (национальной) школы для коренных малочисленных народов Севера Российской Федерации [Текст]. Авт. коллектив М.Н. Кузьмин, О.И. Артеменко, A.A. Бурыкин, А.Ф. Головин и т.д. М.: «ИНПО», 2001.

10. Цаллагова, 3. Б. Рецепты народного воспитания [Текст] / 3. Б. Цаллагова // Сибирский педагогический журнал. - 2008. -№1.-С, 289-298.

11. Волков, Г. Н. Глубокоуважаемые единомышленники! Дорогие товарищи, друзья! Любимые дети и внуки! [Текст] / Г. Н. Волков // Сибирский педагогический журнал. - 2008. - № 1. - С. 288-289.

12.Екеева, Э. В. Этническая ономастика как образно-знаковая система национальной культуры [Текст] / Э. В. Екеева // Сибирский педагогический журнал. -2008. -№ 1. - С. 298-308.

13. Бабунова, Е. С. Место культуры и её этнических функций в этнокультурном образовании [Текст] / Е. С. Бабунова // Сибирский педагогический журнал. - 2009. -№3. - С. 221 - 228.

14. Орлова, P.A. Формирование культуры межнационального общения как со-циопедагогический феномен [Текст] / P.A. Орлова, В.А. Беловолов // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 1. - С. 273 - 283.

15. Городенко, Д. В. Образование коренных народов России в XV1I1 веке [Текст] / Д. В. Городенко // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 2. - С. 322 - 329.

16. Орлова, Р. А. Модель формирования готовности будущего учителя начальных классов к воспитанию культуры межнационального общения младших школьников [Текст] / Р. А. Орлова // Сибирский педагогический журнал. — 2009. - № 2. -

С.337 - 344.

17. Бабунова, Е. С. Проектирование и реализация этнокультурной среды в образовательном пространстве дошкольного учреждения [Текст] / Е. С. Бабунова // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 2. - С. 329 - 337.

18. Бабунова, Е. С. Специфика этнокультурной подготовки студентов [Текст] / Е. С. Бабунова // Сибирский педагогический журнал. - 2009. - № 4. - С. 244 - 251.

19. Мирзоев, Ш. А. Социально-педагогическая направленность этнокультурных традиций народов Дагестана и их роль в социализации личности [Текст] / Ш. А. Мирзоев, А. А, Абуталимова // Сибирский педагогический журнал. — 2009. - № 4. - С. 252 - 262.

20. Марченко, О. Н. Национально-региональный компонент в курсе литературе (на примере изучения фольклора коренных народов Таймыра) [Текст] / О. Н. Марченко // Сибирский педагогический журнал. — 2008. - № 2. - С. 304-320.

21. Дашкевич, JI. Ф. Модель подготовки учителя иностранного языка к воспитанию культуры межнационального общения младшего школьника [Текст] / Л. Ф. Дашкевич // Сибирский педагогический журнал. - 2008. - № 4. - С. 224-230.

22. Юдина, О. И. Формирование этнической толерантности в поликультурном пространстве [Текст] / О. И. Юдина // Сибирский педагогический журнал. - 2008. - № 4. - С. 237-243.