Век живи - век учи

Вчера в подмосковном пансионате "Империал" президент России Владимир Путин принял участие в обучающем семинаре для мэров российских городов. О том, чему Владимир Путин смог научить екатеринбургского мэра Евгения Ройзмана,— специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ.

1 / 5

В программе первого дня семинара значились: презентация выставки (отв. — председатель попечительского совета Института медиа, архитектуры и дизайна Александр Мамут); краткое введение в программу (отв. — первый замруководителя администрации президента Вячеслав Володин); активная социология на базе краудсорсинга (отв. — президент фонда "Общественное мнение" Александр Ослон); современные принципы эффективного управления (отв. — президент Сбербанка Герман Греф).

На лекцию Германа Грефа и я попал. Одет лектор был по-простому: в белую рубашку с расстегнутым воротом и в бесконечную доброжелательность, а вернее — в максимальную доходчивость для слушателей.

Герман Греф как раз говорил про главное:

— Я поставил своим задачу: всем учить английский! Все — на английском! Вся терминология — на английском. Ну как EBITDA перевести на русский?! Всем учить английский язык!

Это было уже обращение непосредственно к мэрам. Некоторые из тех, кто только что напряженно слушал Германа Грефа, стали безразлично глядеть мимо него. Так ведут себя ученики в школе, когда боятся, что если заглянут в глаза учителю, то он их сразу вызовет к доске.

— Я вам вот что скажу!..— воскликнул Герман Греф.

Он, конечно, увлекся лекцией.

Но тут к нему подошел один из организаторов процесса обучения Олег Морозов, начальник управления внутренней политики президента, и что-то шепнул на ухо.

— На этом мы, к сожалению, должны закончить,— вздохнул Герман Греф.

И он честно хотел закончить, но просто не смог.

— Последний ролик поставьте, пожалуйста! — воскликнул он.— Две минуты! Поставьте!

Бывший министр экономического развития, который провел в ожидании приезда президента Владимира Путина на любое мероприятие гораздо больше времени, чем любой вкладчик Сбербанка в очередях в родное отделение за всю свою жизнь, очень хорошо понимал, что по крайней мере две минуты до прихода президента у него еще есть.

Ролик был запущен, и на экране появились высказывания великих людей примерно на одну тему. Исчерпывающе ее сформулировал певец Боно: "Если вы не собираетесь менять ничего вокруг, прочь с моего пути".

Очевидно, что это был лозунг и самого Германа Грефа. Между тем все мэры остались сидеть на своих местах. Это не говорило о том, что они не прочь уйти с пути Германа Грефа. Это говорило о том, что он их наконец-то заинтриговал по-серьезному. Еще немного — и они в самом деле, кажется, захотели бы перемен.

И Герман Греф почувствовал это.

— Я вам открою маленький секрет! — воскликнул он, оставаясь на трибуне.— Мы планировали внедрение уже здесь, на этом семинаре.

Он не уточнил, что за "внедрение" имел в виду: в конце концов, оно все равно, по всей видимости, не состоялось. И точно:

— Посовещались с Вячеславом Викторовичем (Володиным, первым замруководителя администрации президента.— А. К.)... Рано! Но зажечь вас идеей создания менеджерской системы и лидерством без титулов необходимо!

Мэры без улыбок переглядывались друг с другом. Им было трудно. Они не понимали, что такое лидерство без титулов. Они еще могли понять, что такое титулы без лидерства (в конце концов, многие из них живут и работают в таком состоянии постоянно).

— Пойдут люди за вами, если вы без титула?

Взгляды людей в зале снова становились демонстративно безразличными к лектору.

— Постройте отношения с плохим губернатором! — предлагал Герман Греф.— Вам его не поменять!

Они оживились: не в бровь, а в глаз! А как хотелось бы...

Закончил Герман Греф окончательно сокрушившим их сознание лозунгом:

— Лидируйте сами себя!

Уверен, в это мгновение некоторые из сидящих в зале очень пожалели, что приехали сюда, в это незнакомое, такое чужое место: эти испытания не повышали их квалификацию, а, кажется, разрушали ее.

К счастью, объявили короткий перерыв. Я увидел в коридоре недавно избранного мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана. Поинтересовался впечатлениями о семинаре. В конце концов, он впервые оказался по ту сторону баррикады в большой группе единомышленников.

— У меня своя формула есть,— пожал он плечами.— Надо самому во все вникать. Грузиться надо. Надо попытаться безо всякой помощи что-то пройти, чтобы что-то требовать.

— У вас есть помощники в Екатеринбурге, в мэрии? — спросил я.— Менять их будете, когда уже попытаетесь безо всякой помощи все пройти?

— Да там система выстроена,— не в первый раз сказал он, самими этими словами выстраивая свою систему отношений с этими людьми.— Надо этой команде не мешать работать. А у меня-то штат — два помощника и один советник...

Глаза у него, когда он это произносил, мягко говоря, не горели.

— А что вы думаете насчет идеи Германа Грефа по поводу того, что надо выстраивать отношения с любым губернатором, каким бы он ни был?

— Пока ты имеешь дело не с людоедом — надо выстраивать...— пояснил Евгений Ройзман.

Он засмеялся:

— Я у старого губернатора как-то спросил: какие есть возможности отстранить меня от должности? Он сделался грустным и сказал: "Смерть".

— Можно еще самому уйти,— предположил я.— И остаться живым.

— Из-за чего? Из-за этих уголовных дел против меня? Из-за Аксаны (Пановой, главного редактора сайта Ura.ru, которая сейчас под судом.— А. К.), она в заложниках же. У меня нет страха. Меня в городе любят. Этот потенциал надо использовать для работы.

— А что, ваши уголовные дела по-прежнему в разработке? — спросил я.

— Когда предвыборная кампания была,— рассказал господин Ройзман,— в администрацию президента понесли объективки на меня, конечно, сразу. Тут иллюзий не было. Но я с Володиным и Морозовым в Думе одного созыва депутатом работал, у них на глазах постоянно... Они, когда начали это все получать, за головы схватились... Так что, можно сказать, повезло мне. А так бы система сработала...

Евгений Ройзман вернулся в зал: вот-вот и в самом деле должен был войти Владимир Путин, с которым Евгений Ройзман никогда в жизни лично не сталкивался.

Теперь он сидел прямо перед ним метрах в десяти и внимательно слушал.

— Это не разовое мероприятие,— говорил президент.— Учиться будут представители всех уровней власти — от муниципального до федерального.

Очевидно, сегодняшний уровень квалификации никак не может устраивать: администрация президента признает, таким образом, что во власти работают неквалифицированные люди (или, по крайней мере, недоквалифицированные, которых надо переквалифицировать.— А. К.).

Владимир Путин между тем начал сыпать примерами того, как мэры должны относиться к разным слоям населения, например к предпринимателям:

— Конкретный пример, с которым люди сталкиваются и вы сегодня занимаетесь,— это возможность реализации для малого и среднего бизнеса помещений, которые они арендуют,— рассказывал президент.— Разговаривал с опытными руководителями, они говорят: "Чего им давать? Сейчас все раздадим, а откуда аренду потом будем получать?" Вы знаете, как бы ни смотрелось на первый взгляд, что это правильно,— а это в корне неверно!

Владимира Путина самого увлек этот пример:

— Потому что если вы не будете создавать условий... когда чиновник на более низком уровне частенько для продления аренды требует и то, и это, и пятое-раздесятое... знаете, как в царской России: бабушка в присутствие приходит — огурчик соленый, но принесет, без огурчика делать там нечего.

Здесь и сейчас, впрочем, и с огурчиком делать нечего.

— Бизнес развиваться не будет, и расходов будет больше, а не меньше,— закончил господин Путин.

Мэры в зале прозревали просто на глазах.

— У нас вопросы не предусматривались, но мне коллеги сказали, что тем не менее есть большое желание эти вопросы задать,— добавил Владимир Путин.

Вот тут зал, конечно, оживился. Вопросы были у всех.

— Денег нет,— сразу ответил на них президент.

Тут-то они, похоже, и потеряли к нему интерес.

— Если еще вопросы какие-то есть — давайте! — предложил он.

У них было несколько мгновений, которыми они не воспользовались.

— Нет? Я желаю вам успехов!

И Владимир Путин уехал.

— Вы ведь в самом деле Путина первый раз вживую видели? — спросил я потом Евгения Ройзмана.

— Вообще первый раз!

— И?

— Ну, правильные, умные вещи говорил. Что тут скажешь?

— А что же вопрос не задали?

— Да я и так все это знаю,— пожал он плечами.