Рецензия на книгу И. В. Карякина и А. А. Козлова "предварительный кадастр птиц Челябинской области"

Литература

Варшавский С.Н., Тучин A.B., Щепотьев Н.В. 1994. Птицы Саратовской области // Орнитофауна Саратовской области (в помощь учителям биологии). Саратов: 14-62.

Волчанецкий И.Б. 1937. К орнитофауне Волжско-Уральской степи // Тр. Науч.-исслед. зоол.-биол. ин-та. Сектор экологии. Харьков, 4: 23-78.

Волчанецкий И.Б., Яльцев Н.П. 1934. К орнитофауне Приерусланской степи АССРНП// Уч. зап. Сарат. ун-та 11, 1: 63-93.

Воробьев Н. 1895. Связь метеорологических колебаний с периодическими явлениями в жизни птиц// Охотн. газ. 2: 26-27.

Козлов П.С. 1950. Птицы леса. Саратов: 1-119.

Козлов П.С. 1953. Пернатые путешественники. Саратов: 1-80.

Козловский П.Н. 1949. К орнитофауне Саратовской области // Уч. зап. Саратов, гос. пед. ин-та. Факультет естествознания. 13: 55-126.

Красная книга Саратовской области: Растения, грибы, лишайники. Животные. 1996. Саратов: 1-264.

Лебедева Л.А. 1967. Птицы саратовского Заволжья (эколого-фаунистические особенности орнитофауны). Автореф. дис. ... канд. биол. наук. Саратов: 1-19.

Судиловская А.М. 1951. Отряд Журавли Grues или Gruiformes // Птицы Советского Союза. М., 2: 97-138.

Ососков П.А., Коростелев H.A., Гаврилов Н.Г., Сырнев И.Н. 1901. Среднее и Нижнее Поволжье и Заволжье // Россия: Полное географическое описание нашего отечества. Настольная и дорожная книга для русских людей. СПб., 6: 88-95.

Флинт В.Е., Панчешникова Е.Е. 1985. Серый журавль — Grus grus L. II Миграции птиц Восточной Европы и Северной Азии: Журавлеобразные — ржанкообразные. М.

Юдин К.А. 1952. Характеристика фауны птиц района Валуйской опытно-мелиоративной станции (Сталинградская область) // Тр. Зоол. ин-та АН СССР 11: 235-264.

Ю СЯ

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2001, Экспресс-выпуск 131: 103-107

Рецензия на книгу И.В. Карякина и A.A. Козлова "Предварительный кадастр птиц Челябинской области"

В.Д.Захаров

Ильменский заповедник, г. Миасс, Челябинская область, 456301, Россия Поступила в редакцию 13 января 2001

Вышедшая в свет книга, естественно, привлекла моё внимание, так как я занимаюсь исследованием орнитофауны Челябинской области с 1981 года. Впечатления от прочитанного весьма противоречивые: вопросов остаётся больше, чем получено ответов, даже учитывая, что этот кадастр птиц "предварительный". Самое интересное, что я пытался связаться с первым

Рус. орнитол. журн. 2001 Экспресс-выпуск № 131 1 по

автором, И.В. Карякиным, чтобы уточнить многие показавшиеся мне сомнительными моменты. Однако мои послания по всем известным мне адресам остались без ответа. Остаётся высказать в печати свои замечания и вопросы. Таким образом они, может быть, дойдут и до автора. Постараюсь остановиться только на самых существенных моментах.

1) Остаётся загадкой, исходя из каких соображений автор в главе "Краткий эколого-географический очерк" приводит районирование Челябинской области. Очевидно, это его собственная схема, так как ссылки на соответствующие источники полностью отсутствуют.

2) В главе "История изучения орнитофауны Челябинской области" работы предшественников освещены очень скупо. Вероятно, авторы просто не знакомы с работами, касающимися исследований птиц области. Это, в частности, подтверждает тот факт, что в списке литературы приведено около 50 работ по орнитофауне области в её современных границах, хотя на момент написания книги их насчитывалось около 170. Поэтому понятно, что авторы стали "первооткрывателями" видов, уже отмечавшихся предыдущими исследователями (кукша, ястребиная славка, лесная завирушка).

3) Интересные выводы можно сделать из анализа информации о районах и сроках проведения экспедиций. Создаётся впечатление, что экспедиции авторов книги были тщательно законспирированы. Иначе как можно объяснить тот факт, что во время наших экспедиционных работ в области, когда мы посещали в те же годы те же места, мы не только не встречали сотрудников Центра полевых исследований, но даже не слышали о таких от лесников, егерей охотхозяйств и пастухов. Обычно местное населения всегда знает о той или иной экспедиции. Тем более что некоторые районы мы посещали практически одновременно: 1) экспедиция А.Козлова (с. Октябрьское, с. Кочердык) — 1-30 июля 1994; наша экспедиция там же — 3-6 июля 1994; 2) экспедиция А.Козлова (Брединский бор) — 7-18 августа 1996; наша (сёла Бреды, Аркаим) — 11-14 августа 1996. Конечно, мир велик, но не заметить исследователей, "взобравшихся на вершину дерева, возвышающегося над пологом леса", при учётах крупных пернатых хищников едва ли возможно. Еще более интересно, что экспедиции посещали Ильменские озёра (очевидно, имеются в виду озёра Ильменского заповедника) 15-20 мая 1995 и 17-29 сентября 1997. Никто из работников заповедника не только не встречал сотрудников Центра полевых исследований, но даже в журнале регистрации выдачи пропусков, как того требует режим охраны заповедника, отсутствует информация об их оформлении.

Касаясь сроков полевых исследований И.Карякина заметим попутно, что весьма сомнительно, что работая в гнездовой период всего 52 дня, ему удалось отснять гнёзда и птенцов, которые, судя по видам птиц и различиям в возрасте птенцов, сделаны в 36 различных местообитаниях (если, конечно, приведённые фотографии сделаны И.Карякиным в период экспедиций в Челябинской обл.). По крайней мере, ещё необходимо время на переезды и поиск гнёзд. Возможно, что приведённые в книге фотографии не являются документальным подтверждением находок гнёзд и приведены лишь с декоративной целью. Об этом остается только гадать, поскольку не приводятся сведения, где и когда сделаны снимки.

И ещё одно замечание. На с. 29 авторы подвергают сомнению моё сообщение о встрече большого баклана на оз. Айдыкуль, считая, что имеется в виду оз. Алакуль. Мне были непонятны подобные подозрения до тех пор, пока я не рассмотрел внимательно карту Челябинской обл., выпущенную в 1997 г. Там, действительно, оз. Айдыкуль (на более ранних картах — Айбы-куль) по ошибке обозначено как Алакуль. Но если бы авторы работали на месте, то они бы без труда узнали у егерей и местного населения настоящее название озера.

4) Что касается методики работ, то здесь также возникает масса вопросов. Указано, что мелкие воробьиные птицы учитывались в фиксированной полосе шириной 25 м. Но нет ссылки, чья это методика, хотя в списке литературы приведена статья Ю.С.Равкина (1967) с изложением методики учёта птиц. Но методика Ю.С.Равкина, наоборот, ориентирована на учёты с регистрацией дальности обнаружения, без заранее фиксированной полосы учёта.

Методика учёта крупных хищных птиц (Карякин 1996), доселе неизвестная подавляющему большинству орнитологов, вкратце была изложена им в ответе на рецензию А.И.Шепеля с соавторами в журнале "Охрана дикой природы" № 4/2000. Однако автору методики не известно, вероятно, в силу того, что он сдавал экзамены в школе досрочно, а последний год вообще школу не посещал, что площадь круга определяется по формуле: Б = лЯ2, и поэтому на пробных площадках, осматривая территорию радиусом в 3 км, никак нельзя охватить 36 км2, а только 28.3 км2. Казалось бы, мелочь, но подобные "мелочи" встречаются в тексте книги на каждом шагу.

Так авторы пишут, что "зимующие виды учитывались на маршрутах, и их численность рассчитывалась в особях на площадь". В то же время на с. 10 читаем: "в зимний период работы велись лишь в окрестностях г. Челябинска, г. Магнитогорска и г. Миасса в 1994-1996 гг. и собирались попутно в ходе транзитных маршрутов". Совершенно очевидно, что в окрестностях этих городов представлены далеко не все биотопы, характерные для области, и обитают не все зимующие виды. Поэтому вряд ли корректно экстраполировать данные на всю территорию. Кроме того, все маршруты экспедиций заканчивались в ноябре, а это, вообще-то, осенний месяц.

В этой же главе на с. 15 авторы уверяют, что "для каждой ячейки определялась абсолютная и рассчитывалась относительная численность каждого гнездящегося вида в парах, исходя из данных, полученных в ходе учетов...". В то же время на с. 16: "если в той или иной ячейке площадок и маршрутов заложено не было, то..." Так всё же, как было на самом деле?

На с. 16 сообщается, что общая численность пролётных птиц в области определялась путем суммирования всех данных учёта в руслах пролёта и на скоплениях, но нигде не указывается, как были определены эти русла. Очевидно, что для этого требуются более длительные и систематические наблюдения.

5) Наибольшее количество вопросов возникает при прочтении главы, посвященной повидовому обзору птиц. Конечно, нельзя проверить исследователя, отметившего тот или иной вид, хотя другие его и не видели. Но

всё же вызывает большое сомнение обилие совершенно экзотических птиц, зарегистрированных авторами в Челябинской обл. В первую очередь это относится к таким видам, как розовый пеликан, розовый фламинго, морской голубок, саджа и чернобрюхий рябок. Понятно, что опровергнуть подобные сведения невозможно, даже если бы авторы сообщили о встрече африканского страуса.

Тем не менее, есть некоторые моменты, которые можно оценить достаточно объективно. Это, в первую очередь, касается учётных данных. Авторы приводят количественные показатели по всем гнездящимся видам, но любому исследователю ясно, что подобные работы можно проводить только в гнездовой период. Если подсчитать число дней в мае-июне, которые приходятся на всё время работы экспедиций, то их было 161. Общее число участников экспедиций с И.Карякиным и А.Козловым составляло 19 человек. Таким образом, можно было использовать 3059 человеко-дней. Правда маловероятно, что все годы исследований в каждый гнездовой период работал весь этот коллектив. Вся территория области была разбита на 109 ячеек и, если верить авторам, в каждой из них проводились учётные работы. В примере по ячейке под № 109 сообщается, что в ней были заложены 5 маршрутов и пробных площадок. Понятно, что в разных ячейках может быть разное количество биотопов и, следовательно, маршрутов и площадок. Но, если принять эту цифру за отправную, то нетрудно подсчитать, что на прохождение маршрутов и площадок хотя бы 3-4 раза, потребуется 1635-2180 человеко-дней. Казалось бы, что это значительно меньше, чем возможное использование дней в гнездовой период. Однако следует учесть, что речь идет только о наземных маршрутах, а если в ячейке оказывается крупный водоём, такой как Аргазинское водохранилище, Увильды, Турго-як, Уелги, Айдыкуль, то трудозатраты резко возрастают. Если произвести обратный подсчёт, то "свободных" дней в течение 4 лет оставалось всего около 46. А ведь надо было ещё заложить учётные маршруты на местности. Кроме того, требуется время на переезды и никогда не бывает так, чтобы в любой день была подходящая для учётов погода. Поэтому я весьма заинтересован в том, чтобы авторы поделились "секретами" такой уникальной продуктивности работы, так как мне часто приходится сталкиваться с подобными проблемами.

Для многих видов численность определяется по мифической "экспертной оценке". И нигде не расшифровывается, что это такое. Может быть, по этой причине показатели плотности для большинства гнездящихся видов просто фантастические. Так плотность зарянки в тёмнохвойных лесах оценивается до 400 пар на 1 км2!!! Возникает вопрос: А какова же тогда общая плотность населения птиц подобного местообитания?

Для примера я подсчитал, исходя из данных, приведенных в книге, суммарную плотность в смешанных сосново-берёзовых лесах только для 17 обычных видов (зяблик, лесной конек, обыкновенная горихвостка, зарянка, весничка, трещотка, теньковка, зелёная пеночка, славка-завирушка, зелёная пересмешка, серая мухоловка, мухоловка-пеструшка, большая синица, московка, пухляк, юрок, чечевица) и получил значение — 1190 особей на 1 км2! Если учесть, что обычно в учёты в подобных местообитаниях по-

падает до 50 видов, то общая плотность будет ещё выше. То есть авторы получили данные явно завышенные, так как столь высокая плотность характерна лишь для пойменных и широколиственных лесов и, как правило, европейских. За 15 лет проведения учётов в сосново-берёзовых лесах Ильменского заповедника сходные значения мною никогда не были получены. Общая плотность редко превышала 500 особей на 1 км2, как впрочем, и у других исследователей в европейской и азиатской России. Возникает закономерный вопрос — можно ли верить тем многочисленным цифрам, которыми пестрит книга?

В заключение ещё раз повторю, что изданный "Предварительный кадастр птиц Челябинской области" вызывает большие сомнения в достоверности представленного материала. На вопрос И.Карякина "Может быть, стоит верить друг другу?" (ответ на рецензию А.И.Шепеля и др., журнал "Охрана природы", № 4\2000) хочется ответить: "А это смотря кому...".

ю оз