Теоретико-методологическое обоснование постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (57) 2013

Социология, философия

УДК 37.017.7 И.Л. Миронов*

Теоретико-методологическое обоснование постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России

Статья посвящена теоретико-методологическому обоснованию постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России. Ведущей методологической предпосылкой исследования является социальная теория соотношения религии и современности.

Ключевые слова: профессинально-нравственное воспитание, секуляризм, постсекуляризм.

I.L. Mironov*. Theoretical and methodological basis postsekular paradigm moral education of students of universities Russian Interior Ministry. This article is devoted to theoretical and methodological substantiation of the postsecular paradigm of moral education of the students of universities of the Ministry of internal Affairs of Russia. The leading methodological premise of the study is a social theory of correlation of religion and modernity.

Keywords: moral education, secularism, postsecularism.

Постсоветский период истории России характеризуется многими современными мыслителями как постсекулярный. Данное обстоятельство связано прежде всего с отменой господства атеистической идеологии в стране. Секулярная направленность социокультурной доминанты России сменилась на постсекулярную: религия из частной жизни граждан возвращается в общество. Данное обстоятельство не могло миновать различные сферы культуры: науку, образование, искусство и др. Не осталась в стороне и педагогика профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России.

Современные технологии профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России, по-видимому, должны принять постсекулярный характер в противовес технологиям эпохи секуляризма. Постсекулярная доминанта современной социокультурной системы России, безусловно, окажет влияние на концептуальные основы системы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России, а вместе с тем и на ее компоненты: педагогические средства, методы, организационные формы.

Задачей настоящего исследования является обоснование постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России. Постсекулярная доминанта современной социокультурной динамики обусловливает выбор в качестве методологии настоящего исследования социальной теории соотношения религии и современности.

В настоящее время в исследованиях религии на первый план выдвигается концепция «множественных современностей» Шмуэля Эйзенштадта, позволяющая рассмотреть выводы теории секуляризации в глобальном контексте [12]. В дальнейшем парадигма множественных современностей получила развитие в двух направлениях, которые Кристина Штекль назвала «сравнительноцивилизационным» и «постсекулярным» подходом [11].

Согласно первому подходу, любой цивилизации свойственна своя особая религиозно-секулярная траектория [14]. В данном случае учитывается конститутивная и культурная роль религии в формировании секулярной сферы, охватывающей политику, государства, нации и коллективные идентичности.

Прежде чем перейти ко второму подходу понимания множественных современностей -постсекулярному, необходимо прояснить содержание термина «постсекуляризм».

Термин «постсекулярное общество» ввел Юрген Хабермас для того, чтобы описать такую общественную ситуацию, когда присутствие религии в публичной сфере стало восприниматься как норма [10].

* Миронов, Игорь Леонидович, доцент кафедры кадровой и воспитательной работы Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат педагогических наук, доцент. Россия, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел. 459-65-99. E-mail: igmironov@mail.ru.

* Mironov, Igor Leonidovich, assistant professor, Department of personnel and educational work of the St. Petersburg University of the Ministry of the Interior of RF, PHD, assistant professor. Pilot Pilyutov str., 1, St. Petersburg, Russia. Tel. 459-65-99. E-mail: igmironov@mail.ru.

© Миронов И.Л., 2013

Сущность постсекулярного общества в наличии двух равноправных одновременно существующих реальностей-полюсов: религии и секуляризма. Причем в постсекулярном обществе эти элементы взаимоопределяют и дополняют друг друга. Диалектика секуляризма и религии в постсекулярном пространстве, по-видимому, и есть ключ к обоснованию современных социокультурных феноменов, в т.ч. морали (в данном исследовании морали профессиональной), а также педагогических технологий нравственного формирования личности.

В целях обоснования постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России прежде всего необходимо понять сущность отечественного секуляризма.

Как было сказано выше, согласно «сравнительно-цивилизационному подходу» в теории множественных современностей любой цивилизации свойственна своя траектория «религия -секуляризм». В данном контексте российский секуляризм отличен от секуляризма европейских стран. С одной стороны, российский секуляризм радикальнее европейского, с другой стороны, при ближайшем рассмотрении вопроса выявляется, что религия в секулярный период не ушла из жизни общества. Она только сменила сакральный полюс и приняла секулярную форму. Российское общество в секулярный период архетипически (подсознательно) осталось христианским.

На сознательном уровне религиозность нашего общества проявилась в новой идеологии: религии «светлого будущего» - «рая на земле». То, что европейские утописты рассматривали через призму рационализма, теоретических гипотез, российский человек в силу своей этнопсихологии принял на веру. Вера эта носила, безусловно, характер религиозный, а не философский.

Секулярная идеология - это «христианство со знаком минус», «христианство - наоборот», «христианство - без Христа». Достаточно вспомнить эсхатологические чаяния Владимира Маяковского, выразившего дух времени в своем творчестве: «Мы строим коммуну, и жизнь сама трубит наступающей эре» [6]. Религиозный характер придавал пролетарской революции Александр Блок. Мистикой проникнуты его строки из поэмы «Двенадцать»:

«... Впереди — с кровавым флагом,

И за вьюгой неведим,

И от пули невредим,

Нежной поступью надвьюжной,

Снежной россыпью жемчужной,

В белом венчике из роз —

Впереди — Исус Христос» [1].

Революция у Блока отождествлялась с религиозной эсхатологией: «революционный Армагеддон» - место битвы «старого мира» и «нового». В очистительном огне «революционного апокалипсиса» должны погибнуть все изъяны «старого мира».

Секуляризм в России - это проявление отрицания дореволюционного религиозного уклада общества. Диалектика этого отрицания такова, что «развивающийся объект одновременно и становится иным, и в определенном смысле остается тем же самым» [9, с. 471]. Таким образом, в эпоху секуляризма религия не ушла из нашего общества, она осталась в подсознании россиян в форме христианских архетипов, а внешне - на сознательном уровне проявилась в форме образов-мифологем идеологии «светлого будущего». Иными словами, религия трансформировалась в свой антипод, и антипод этот имел все характерные признаки религии: место Богочеловека занял «человекобог», а потерянный Рай чаяли обрести на земле. Не случайна гигантомания в архитектуре советского времени.

С 1930 г. руководители Политбюро стали создавать проекты строительства Дворца Советов на месте взорванного храма Христа Спасителя. При этом они настойчиво добивались, чтобы это было самое высокое здание в мире - выше пирамиды Хеопса, башни Эйфеля и даже самого высокого небоскреба в Америке - «Эмпайр стейт билдинг». А наверху должна была встать статуя Ленина -во много раз больше статуи Вашингтона на куполе Белого Дома. Грандиозные проекты были еще усилены в ЦК Сталиным, Молотовым, Кагановичем, Ворошиловым, после чего значительно превзошли проектные данные архитекторов. Высоту здания довели до 350 метров, статую Ленина увеличили с 50 метров до 75, а затем и до 100 [7, с. 295].

Идея создания новой «Вавилонской башни» не была реализована по объективным причинам. И бассейн, оборудованный на этом месте, долгое время являлся символом безрассудности гордого архитектурного проекта, а вместе с тем и всей социалистической утопии. По-видимому, российский атеизм - не просто теоретическая доктрина, а «религия богоборчества».

Секуляризм в России можно рассматривать и с положительной стороны - как отрицание -снятие некоего противоречия. И противоречие это состояло в подчинении Русской православной церкви государству. Нельзя забывать о том обстоятельстве, что со времен Петра Великого церковь в России управлялась государственной, светской структурой - Святейшим Правительствующим Синодом. При этом главой - обер-прокурором Святейшего Правительствующего Синода - являлся светский чиновник, назначавшийся российским императором.

Знаменательным событием является факт, что с 1 (14) февраля 1918 г., согласно постановлению Собора от 31 января, полномочия Святейшего Синода перешли патриарху и коллегиальным органам

- священному Синоду и Высшему церковному совету. Святейший Правительствующий Синод ликвидирован де-юре как государственный орган декретом Совета Народных Комиссаров от 20 января (ст. ст.) 1918 г. «О свободе совести, церковных и религиозных обществах» (Об отделении церкви от государства и школы от церкви) [2].

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (57) 2013

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (57) 2013

Социология, философия

Парадоксально, но эпоха секуляризма началась с восстановления патриаршества в Русской православной церкви. Постсекулярный период в развитии нашего общества характеризуется отменой господства атеистической идеологии. И это второе отрицание, снятие противоречия «религия - секуляризм», приводит к свободному сознательному выбору традиционного религиозного мировоззрения. Вчерашний российский атеист легко возвращается к религиозным истокам в силу своей природной религиозности.

Свободный выбор в сфере религии - это новый уровень в развитии духовной жизни наших граждан. Он как раз и характеризует то положительное, что мы приобрели в результате двух последовательных отрицаний: секуляризма и постсекуляризма. Освобождение религии из-под контроля государства, моральная свобода - главное достояние постсекулярного периода.

Положения ст. 28 Конституции РФ о свободе совести и вероисповедания не есть формальный императив, а констатация истинного состояния общества в постсекулярный период [4].

Таким образом, анализ российского секуляризма с точки зрения сравнительно-цивилизационного подхода теории множественных современностей позволяет сделать некоторые выводы, полезные для обоснования постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России: во-первых, о природной религиозности россиян (религиозность есть характерная форма отечественной духовности); религиозность россиян была сформирована тысячелетним периодом влияния православия на их психологию; православие в определенной степени обусловило и ту специфическую для России форму секуляризма - «секулярную религию светлого будущего»; в условиях секулярного общества «секулярная религия» временно компенсировала отсутствие религии в публичной сфере и для части граждан явилась тем эрзацем, который несколько удовлетворял религиозные чувства; во-вторых, секулярный период развития нашего общества способствовал освобождению церкви из под контроля государства и тем самым подготовил российский постсекуляризм; иными словами, постсекуляризм зародился уже в недрах самого секуляризма.

Изучив секулярный период развития нашего общества с точки зрения «сравнительноцивилизационного подхода» теории множественных современностей, уместно перейти к исследованию постсекулярного периода, применив соответственно «постсекулярный подход» указанной теории.

Постсекулярная парадигма Хабермаса направлена в две стороны: в сторону религиозных граждан и в сторону секулярных граждан. Он формулирует определенные требования равного диалога тех и других. От секулярных граждан требуются постсекулярное сознание и принципиальная открытость к религиозным аргументам. От религиозных граждан требуется «модернизация религиозного сознания» в ответ на проявления современности: плюрализм, современную науку, позитивное право и профанную мораль [10, с. 131].

Современный процесс «модернизации религиозного сознания» является, с точки зрения Хабермаса, необходимым предварительным условием включения религии в постсекулярную общественную сферу и характеризуется как «догматическая обработка когнитивных вызовов модерна» [10, с. 131]. Такая модернизация согласно концепции Хабермаса предполагает ответ религии на «вызовы»: а) религиозного плюрализма; б) секулярного знания о мире (официальной науки); в) секулярной политики (права, морали) [10, с. 131].

Последнее из трех рассмотренных Хабермасом направлений модернизации религиозного сознания является важной методологической предпосылкой настоящего исследования.

На заседании «круглого стола» на тему «Духовность. Нравственность. Закон» Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл подчеркнул, что огромную роль в повышении духовного и нравственного «иммунитета» полицейских, как и людей в погонах, идущих на защиту своей Родины, должны играть все общественные институты, а в особенности традиционные религиозные организации. По его мнению, только представители ведущих религиозных конфессий «смогут сегодня привить новым полицейским нужный положительный опыт героя (курсив автора), которому хочется подражать до мелочей. И только с таким героем в сердце юноши и девушки смогут противостоять преступной заразе» [3].

Обращение к религии в целях воспитания государственного патриотизма у сотрудников полиции в настоящее время не случайно. Это обусловлено, с одной стороны, тем обстоятельством, что в постсоветский период сложились объективные условия для возврата к традиционным духовным ценностям; с другой стороны, традиционными религиями на протяжении многовековой истории нашей Родины накоплен огромный нравственный потенциал воспитания воинов. Русская православная церковь, например, в процессе общественного развития сформировала определенный нравственный идеал воина, который применим для специалистов всех силовых структур России.

Предложение Патриарха Кирилла может быть серьезно воспринято не только со стороны религиозной аудитории, но и секулярной. Понимание данного тезиса обусловлено понятием архетипа в аналитической психологии.

К.Г. Юнг [13] определял архетип как подсознательную структуру коллективной психологии народа. При этом Юнг различал архетипы как бессознательные формы, лишенные какого-либо специфического содержания и архетипические образы как сознательные содержания этих форм.

Архетипы проявляются на поверхности индивидуального сознания в виде образов. Все многообразие индивидуальных образов обусловлено неким первообразом, в конечном итоге порожденным архетипической формой. Архетипы проявляются как образы и одновременно как эмоции. Эмоциональность архетипических образов обеспечивает их динамическое действие. Соприкасаясь с индивидуальным сознанием, они могут пробудить подсознательную активность человека.

Данный психологический механизм был использован, например, И.В. Сталиным в целях духовно-нравственной мобилизации Советской Армии в переломный период Великой Отечественной войны: обращение к образам великих полководцев прошлого, возрождение военной символики, открытие храмов, возвращение из ссылок и лагерей священнослужителей.

По-видимому, архетипический образ может стать важным средством профессиональнонравственного воспитания специалистов силовых структур России и в современных условиях. В процессе их нравственного воспитания могут быть использованы: кинематограф, художественная литература, изобразительное искусство и др. [8, с. 123].

Важно отметить, что советский кинематограф 60-80 гг. в своих лучших лентах проникнут христианским духом. А. Кураев толкует этот факт следующим образом: «Опыт России XX века показал. что люди, живущие вне сознательной христианской веры и даже в формальном противостоянии ей, могут продолжать творить именно христианскую культуру» [5]. Использование традиционных духовно-нравственных образов воинов в процессе профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России, а также сотрудничество с религиозными организациями в данном направлении, по мнению автора, позволит существенно повысить эффективность педагогических воздействий. Однако данный процесс должен основываться на правовых предпосылках.

Это, во-первых, требование ст. 28 Конституции Российской Федерации: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуальную или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой...» [4]. Во-вторых, п. 2 ст. 4 Федерального закона «О свободе совести и религиозных объединениях» определяет, что в соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства, последнее обеспечивает «светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях». К государственным учебным заведениям относятся и учебные заведения МВД России.

В свете вышеприведенных правовых требований, адекватным педагогическим принципом использования религиозных нравственных ценностей в процессе профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России может быть принцип «нейтрализма». Он предполагает объективное, выдержанное изложение материала, без проповеди, навязывания религиозного мировоззрения слушателям. При этом преподаватель не вступает в противоречие с законодательной базой в области свободы совести и религии. Сообщение знаний о воинских духовных традициях будет уже само по себе оказывать воспитывающее воздействие на слушателей. Подвиги русских воинов-христиан прошлого - наглядный пример для такого воздействия.

Таким образом, религия может способствовать профессионально-нравственному воспитанию будущих сотрудников полиции непосредственно, через воздействие религиозной морали, и опосредованно, через воинские нравственные образы, сформированные религией. При этом непосредственное воздействие может осуществляться на религиозную аудиторию, а опосредованное - на секулярную.

Приведенные выше пути и методы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России являются проявлением адаптации религиозного опыта, накопленного в данном направлении, к постсекулярным условиям. Указанный подход оправдан в свете теории множественных современностей и, в частности, постсекулярной парадигмы Хабермаса.

Исходя из вышесказанного, можно сформулировать концепт постсекулярной парадигмы профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России:

- использование традиционного религиозного опыта в процессе профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России возможно в двух направлениях: относительно религиозной части аудитории и относительно секулярных воспитуемых; при этом религиозная часть аудитории в качестве нравственных ориентиров может воспринимать религиозную мораль непосредственно, а секулярная часть аудитории опосредованно, через воздействие архетипических воинских образов, сформированных многовековой религиозной традицией, на подсознательную структуру;

- использование религиозных ценностей в процессе профессионально-нравственного воспитания курсантов вузов МВД России должно осуществляться с нейтральных позиций.

Список литературы

1. Блок, А. Двенадцать : поэма [Электронный ресурс]. - Сайт «Антология русской поэзии». -Режим доступа: http://www.stihi-rus.rU/1/Blok/34.htm.

2. Государственность России: Кн. 4: Р-Я: Государственные и церковные учреждения, сословные органы и органы местного самоуправления, единицы административно-территориального, церковного и ведомственного деления (конец ХУ века - февраль 1917 года) : словарь-справочник / ВНИИ документоведения и архивного дела; Сост. В. А. Владыкина. - М.: Наука, 2001. - 471 с.

3. Заседание круглого стола «Духовность. Нравственность. Закон» [Электронный ресурс]. -Сайт Департамента государственной службы и кадров МВД России. - Режим доступа: http://www. dko-mvd.ru/events-view-130.html.

4. Конституция Российской Федерации (с гимном России). - М.: Проспект, 2009. - 32 с.

5. Кураев, А. Школьное богословие. - СПб, Светлояр, 2000. - 369 с.

6.Маяковский, В. Стихи о Фоме [Электронный ресурс]. - Сайт «Антология русской поэзии».

- Режим доступа: http://www.stihi-rus.ruZ1/Mayakovskiy/61.htm.

7.Мирек, А. М. Красный мираж. Палачи великой России / А.М. Мирек. - М.: ООО «Можайск-Терра», 2006. - 528с.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (57) 2013

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (57) 2013

Социология, философия

8. Миронов, И. Л. Архетип в педагогике нравственного воспитания воина // Символическое и архетипическое в культуре и социальных отношениях : материалы международной научно-практической конференции 5-6 марта 2011 г. - Пенза - Прага: Научно-издательский ценр «Социосфера», 2011. - С. 122-124.

9. Философский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1983.

10. Хабермас, Ю. Религия и публичность // Хабермас Ю. Между натурализмом и религией. -М.: Весь мир, 2011. - С. 109-142.

11. Штекль, К. Европейская интеграция и русское православие: две перспективы в рамках парадигмы множественных современностей // Государство, религия, церковь в России и за рубежом.

- 2012. - № 1 (30). - С. 57-82.

12. Эйзенштадт, Ш. Новые религиозные констелляции в структурах современной глобализации и цивилизационная трансформация // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. - 2012.

- № 1 (30). - С. 33-56.

13. Юнг, К.Г. Об архетипах коллективного бессознательного // Архетип и символ. - М.: Ренессанс, 1991. - с. 95-128.

14. Spohn, W. Europeanization, Religion and Collective Identities in an nlarging Europe: A Multiple Modernities Perspective // European Journal of Social Theory. - 2009. - Vol. 12 (3). - P. 358-374.

УДК 130.2 Т.А. Мотина*

Антропологические характеристики феномена игры

В статье раскрываются основные культурантропологические характеристики игры, отмечается, что к феномену игры обращались многие представители социогуманитарного знания, формулируя свои определения игры, освещая самые разные ее аспекты. В научно-исследовательский аппарат современной философии культуры понятие «игра» вошло благодаря работе Й. Хейзинги «Homo Ludens».

Ключевые слова: игра, игровая деятельность, функции игровой деятельности, игрообразующие признаки, педагогическое содержание игры.

T.A. Motina*. Anthropological characteristics of the play phenomenon. The article is devoted to the major cultural and anthropological characteristics of the play. Many philosophers and sociologists wrote about it giving their own definitions and touching upon its different aspects. Play concept got wide circulation in the sphere of modern philosophy of culture thanks to a book «Homo Ludens» written by Johan Huizinga.

Keywords: play, play activity, functions of the play activity, pedagogical contents of the play.

Главными объектами изучения философской антропологии и философии культуры выступают человек и культура. Поэтому естественными элементами предметного поля философских исследований являются феномены человеческой деятельности, в т.ч. и игровая деятельность. Деятельность в этом контексте понимается как духовная деятельность, т.е. деятельность «реализуемая в интеллектуальном или художественном творческом усилии» [5, с. 311]. Усилие - это действие, и в игре действие приобретает главенствующее значение, поскольку важен не столько результат игры, сколько сам процесс или действие игры. Человечество в процессе созидания культуры самыми различными способами использовало и использует игру. Оно создавало для себя разного рода игры: олимпийские, военные, политические, театральные и так далее. В этом социальное содержание феномена игры. Однако, в чем суть игры, почему она так многолика? Что скрыто в игре и почему она так привлекает? Это и составляет предмет анализа данной статьи.

Игра - одно из ключевых понятий современной культурологии, социальной психологии, философии культуры и философской антропологии. Во многом это связано с переосмыслением значения символических форм жизни: искусства, сновидений, фантазий, религиозных представлений и т.д. (Эрнст Кассирер). Исследования философов показали, что символические формы жизни - это не просто вторичное отображение чего-то уже существующего, это, напротив, самостоятельная действительность. Символы - это реальность, в которой рождаются и претерпевают изменения, как социокультурные явления, так и сам человек. Человек не только продукт культурного развития, но и творец культуры.

Философия, и в этом одна из ее задач, пытается найти некую универсальную сферу, даже некое универсальное пространство, где духовная составляющая человеческой жизни проявляет себя с наибольшей силой. По мнению рядов авторов, такой сферой выступает деятельность [6]. Если деятельность вообще -это столкновение целеполагающей воли субъекта и объективность бытия, то деятельность игровая - это столкновение самих субъектов с целью показать себя первым, выиграть состязания (силы, ума, энергии

* Мотина, Татьяна Анатольевна, специалист по учебно-методической работе факультета естествознания, географии и туризма, Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина, ассистент кафедры социально-культурный сервис и туризм, соискатель кафедры философии, e-mail: tatyana_motina@bk.ru, т. 466-47-64.

* Motina, Tatiana Anatolievna, specialist in Teaching and Guiding at the department of Natural Science, Geography and Tourism, Leningrad State University named after A.S. Pushkin, teaching assistant at social and cultural services and tourism academic department, candidate for a degree in philosophy, e-mail: tatyana_motina@bk.ru, ph. 466-47-64.

© Мотина ТА., 2013