Лес попутал

Башкирской лесопромышленной компании (БашЛПК) саратовского бизнесмена Камиля Аблязова грозит признание ее несостоятельной. С заявлением в арбитражный суд обратился крупный кредитор предприятия — Сбербанк, сумма требований которого превышает 800 млн рублей. Кроме возврата долга банк требует обратить взыскание на заложенное имущество БашЛПК и поручителей, входящих в эту группу. В основном это оборудование и транспорт предприятий. В БашЛПК от комментариев категорически отказались.

Сбербанк России направил в арбитражный суд Башкирии заявление о признании банкротом Башкирской лесопромышленной компании саратовского бизнесмена Камиля Аблязова. БашЛПК — один из крупнейших лесопереработчиков республики, занимается лесозаготовкой и переработкой с выпуском фанеры, ДВП, ДСП, лесохимической продукции, евровагонки и другой продукции. В группу входят Уфимский фанерный комбинат, Уфимский фанерно-плитный комбинат, АО «Амзинский лесокомбинат» и ООО «Башхольц».

Требования банка в материалах арбитражного суда оцениваются как минимум в 830 млн руб. Заявление о банкротстве оставлено без движения до 8 мая. Суд установил, что банк за 15 дней, как того требует закон о банкротстве, не уведомил должника о своем намерении обратиться в суд. Он также попросил уточнить один из пунктов просительной части заявления.

На рассмотрении арбитражного суда одновременно находятся восемь исков Сбербанка, направленных к БашЛПК и предприятиям группы. Все они поданы в марте. Четыре из них касаются взыскания суммарно 830 млн руб. задолженности, еще четыре — обращения взыскания на заложенное имущество, перечень и сумма которого пока в материалах дела не уточняется. Банк также требовал наложить обеспечительные меры в виде ареста средств на счетах предприятий и имущества, но ходатайство было отклонено. Суд счел, что доказательств угрозы вывода активов кредитор не предоставил.

Банк предоставлял БашЛПК и предприятиям группы кредиты в 2015–2017 годах, следует из материалов рассматриваемых дел. Условия и цели предоставления средств не конкретизируются.

Сбербанк кредитовал БашЛПК и до 2015 года. В 2012 годах он предоставлял переработчику кредитную линию с лимитом 1,3 млрд руб. на разворачивание комплексной переработки сырья в Белорецком районе и Уфе, в том числе для производства домов из клееного бруса, полуфабрикатов, большеформатной фанеры, топливных брикетов и т.д. Информации о завершении этих проектов в публичном доступе нет.

Генеральный директор лесопромышленной компании Светлана Макарова вчера от комментариев категорически отказалась. В приемных других компаний, входящих в группу БашЛПК, никто не брал трубки.

В Сбербанке на письменный запрос „Ъ“ оперативно не ответили.

Консолидированной финансовой отчетности холдинг Камиля Аблязова не публикует. По данным kartoteka.ru, в 2016 году совокупную выручку пяти предприятий группы (БашЛПК, обоих фанерных комбинатов, «Башхольца» и «Амзинского лесокомбината»), без дочерних обществ, можно было оценить в 5,1 млрд руб., чистую прибыль — суммарно в 712 млн руб., стоимость чистых активов — в 2 млрд руб. Непосредственно доход БашЛПК в 2016 году составил 226,7 млн руб., чистая прибыль превысила выручку и составила 595,3 млн руб. Стоимость чистых активов на начало 2017 года составляла 670,78 млн руб. За неуплату налогов и сборов на компанию открыты исполнительные производства в объеме 26 млн руб. У БашЛПК действуют более 20 залоговых договоров со Сбербанком, в котором заложено в основном оборудование и транспорт предприятия. Также есть залоговые договоры с Юникредитбанком и «Ак барс банком». Более 50 залоговых договоров со Сбербанком действуют у фанерных комбинатов, входящих в группу, а также у «Амзинского комбината» и «Башхольца».

Как отмечают юристы, факт обращения банка с заявлением о банкротстве должника еще не исключает мирного урегулирования спора, например, путем мирового соглашения. «Банкротство должника в подавляющем большинстве случаев банку-кредитору невыгодно, поскольку почти всегда удовлетворить требования по итогам конкурсного производства в полном объеме не удается,— полагает исполнительный директор Heads Consulting Никита Куликов.— Причина — завышение балансовой стоимости активов, которое почти всегда обнаруживается при запуске механизма банкротства. С учетом исковой активности банка можно предположить, что его действия являются мерой давления на заемщика с помощью доступных и находящихся в правовом поле механизмов».

«Это не вовсе не означает, что стороны в дальнейшем не смогут заключить мировое соглашение,— соглашается управляющий партнер адвокатского бюро „Деловой фарватер“ Роман Терехин.— Законодательство позволяет прибегнуть к такой примирительной процедуре не только на любой стадии арбитражного процесса, но и при исполнении судебного акта».