Ковид на миллион

Астраханский областной суд в апелляционной инстанции присудил жительнице Ахтубинска Лидии Медведевой 1 млн руб. за смерть ее мужа в больнице от коронавирусной инфекции. Суд признал, что лечение 60летнего Сергея Медведева осуществлялось с нарушениями и стало причиной его смерти. Ранее Ахтубинский районный суд области не увидел связи между дефектами оказания медпомощи и смертью пациента, но апелляция не согласилась с позицией суда первой инстанции. Юрист считает, что после такого решения суды должны будут учитывать эту практику при вынесении постановлений по аналогичным искам.

Суд согласился, что врачи сделали не все для спасения астраханца

Фото: Артем Краснов, Коммерсантъ

Судья Астраханского областного суда Лариса Новак присудила жительнице Астрахани Лидии Медведевой 1 млн руб. в качестве моральной компенсации за смерть ее мужа от коронавирусной инфекции в Ахтубинской районной больнице. Апелляционная инстанция 18 октября отменила решение Ахтубинского районного суда, который не обнаружил связи между нарушениями, допущенными медиками при лечении 60летнего Сергея Медведева, и его смертью от COVID19.

Житель Ахтубинска Сергей Медведев 13 июня прошлого года обратился в районную больницу с жалобами на кашель и боли в груди. Как следует из материалов дела, в медучреждении его осмотрела участковый врач-терапевт и назначила обильное питье, парацетамол и арбидол, а также рекомендовала домашний режим. Несмотря на то что мужчина сообщил врачу, что у него был контакт с больным коронавирусной инфекцией, анализы на COVID19 ему назначены не были.

Через несколько дней к больному пришла другая участковый врач, взяла мазок на анализ на коронавирусную инфекцию, назначила КТ-исследование и добавила лечение, назначив бактерицидное средство левофлоксацин, цетрин, эуфиллин, бромгексин и шалфей. 19 июня в связи с ухудшением состояния Сергей Медведев был доставлен на скорой помощи в ГБУЗ АО «Ахтубинская районная больница» и госпитализирован в инфекционное отделение с диагнозом ОРВИ, в состоянии средней тяжести, с температурой и жалобами на слабость. 22 июня мужчина умер от острой дыхательной недостаточности, в тот же день в больницу поступили анализы мазка с подтверждением диагноза: коронавирусная инфекция (COVID19).

После смерти мужа Лидия Медведева написала заявление в Следственный комитет с просьбой возбудить уголовное дело по факту оказания неполного лечения. Уголовное дело было возбуждено Ахтубинским МСО СУ СК России в отношении неустановленных лиц по ч. 2 ст. 109 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей»), однако оно было закрыто в связи с отсутствием события преступления. Следователи обнаружили ряд дефектов в ходе оказания медицинской помощи. Так, выяснилось, что, проводя диагностику, врачи не собрали сведения о хронических заболеваниях пациента, мазок на коронавирусную инфекцию был сделан поздно, несмотря на подозрение на коронавирус, медики не наблюдали динамику заболевания. При ведении медицинской документации не указано время приема, в диагноз не внесен «контакт с больным коронавирусной инфекцией», сопутствующее заболевание «артериальная гипертензия», неразборчивое ведение рукописных записей на приеме. Тем не менее следствие сочло, что связи между дефектами лечения и смертью пациента нет. В постановлении было указано, что нет доказательств эффективности применения при новой коронавирусной инфекции каких-либо лекарственных препаратов, отсутствует установленный на законодательном уровне стандарт медицинской помощи по оказанию медицинской помощи при заболевании новой коронавирусной инфекцией, в связи с чем достоверно утверждать наличие в действиях тех или иных медицинских работников неправильности и некачественности оказанной медицинской помощи при лечении указанного заболевания не представляется возможным.

Тем не менее Лидия Медведева обратилась в суд, заявив, что врачи не приняли достаточных мер для спасения жизни ее мужа, и попросила суд взыскать с Ахтубинской районной больницы 3 млн руб. компенсации морального вреда.

Ахтубинский районный суд при вынесении решения по иску 20 июля этого года руководствовался теми же доводами, что и следствие, и отказал госпоже Медведевой в удовлетворении иска. Представители больницы на суде, говоря о нарушениях в ходе лечения, ссылались на большую загруженность персонала и нехватку специалистов.

Кроме того, районный суд пришел к выводу, что в целом медицинская помощь Сергею Медведеву оказывалась в необходимом объеме. Исключение составил только дефект диагностики и заполнения медицинской документации в виде отсутствия указания на наличие у пациента одышки, что «никаким образом не повлияло на течение и исход у него новой коронавирусной инфекции».

Апелляционная инстанция, рассмотрев дело, сообщила, что «судебная коллегия не может согласиться с выводами суда, поскольку они основаны на неверном применении норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела». Суд признал за Лидией Медведевой право на возмещение морального ущерба, но сократил его размер с 3 млн руб. до 1 млн руб.

Представитель госпожи Медведевой Сергей Броницкий назвал решение суда «важным прецедентом», так как ранее в аналогичных случаях потерпевшей стороне выплачивали не более 50 тыс. руб. По его словам, несмотря на отсутствие прецедентного права в России, суды должны будут учитывать практику вынесения решений. «То, что это болезнь новая, не значит, что медицинская помощь не должна оказываться. Более того, на тот момент уже существовали протоколы лечения, они были одобрены ВОЗ и Министерством здравоохранения РФ»,— считает он.