Проблема субъекта познания в современной эпистемологии

Международный электронный научный журнал ISSN 2307-2334

Адрес статьи: pnojournal.wordpress.com/archive15/15-02/ Дата публикации: 1.05.2015 № 2 (14). С. 16-24. УДК 165.12

Е. А. Н икитинА

Проблема субъекта познания в современной эпистемологии

В статье рассматриваются методологические аспекты исследования проблемы субъекта познания в современной эпистемологии. Развитие обществ, основанных на знаниях, означает формирование нового этапа проектно-конструктивной деятельности человека и возрастание роли субъекта. Показано, что эпистемология и когнитивные науки, изучающие познание, играют существенную роль в культуре формирующихся обществ знаний.

Рассмотрена структура современной эпистемологии, выделены основные направления эпистемологии. Показано, что в условиях дифференциации научного знания в эпистемологии сформировались прикладные эпистемологии. Показана взаимосвязь эпистемологии и когнитивных дисциплин.

Рассмотрены методологические принципы исследования субъекта познания: принцип единства сознания, бессознательного и деятельности и принцип единства индивидуального, коллективного (микросоциального) и социального (макросоциального) субъектов. Проблема субъекта рассмотрена в аспекте растущей информатизации общества и автоматизации интеллектуальной деятельности человека.

Ключевые слова: эпистемология, когнитивная наука, познание, субъект познания, информационные технологии

Perspectives of Science & Education. 2015. 2

International Scientific Electronic Journal ISSN 2307-2334

Available: psejournal.wordpress.com/archive15/15-02/ Accepted: 23 March 2015 No. 2 (14). pp. 16-24.

E . A. N i KiTi n a

The problem of the subject of cognition in modern epistemology

The article discusses the methodological aspects of research of the problem of the subject of cognition in modern epistemology The development of societies based on knowledge, means the formation of a new phase of design and constructive human activity and the role of the subject. It is shown that epistemology and cognitive science, learning cognition, play a significant role in the culture of the emerging knowledge societies.

The structure of modern epistemology, highlighted the main directions of epistemology. It is shown that under the conditions of differentiation of scientific knowledge in epistemology formed of applied epistemology. Shows the relationship of epistemology and cognitive disciplines.

The article analyses the problem of the unity of the individual, collective (micro) and social (macro-social) subjects in the aspect of the growing information society and the automation of human intellectual activity.

Keywords: epistemology, cognition, cognitive science, subject of cognition, information technologies

Современная эпистемология: основные направления развития

пистемология как философская дисциплина, теория познания, играет особую роль в культуре формирующегося Цбщества знаний [1, 2, 3]. В современной эпистемологии существует несколько крупных на -правлений: натуралистическое, гуманитарное, социальное, информационно-технологическое [2, 3], при этом продолжается интенсивный рост разнообразия методологических подходов и концепций, что следует оценивать как положительный процесс, в результате которого расширяются объяснительные и прогностические возможности эпистемологии. Методологический инструментарий и категориально-понятийный аппарат различных направлений современной эпистемологии трансформировался под влиянием методологии специально-научного знания, дополнился понятиями из различных научных дисциплин. В целом спектр методологических подходов к исследованию познания в эпистемологии достаточно широк: эволюционный, конструктивистский, феноменологический, аналитический, структуралистский, экзистенциально-антропологический, коммуникативный, информационный, вычислительный и ряд других подходов. Отметим, что некоторые подходы, в частности, информационный, применяются в различных направлениях эпистемологии, способствуя интегративным процессам в философском исследовании познания [3].

В эпистемологии на основе отдельных методологических подходов сформировались специализированные эпистемологии (прикладное эпистемологическое знание): эволюционная эпистемология, социальная эпистемология, информационная эпистемология, компьютерная эпистемология, конструктивистская эпистемология, кибернетическая эпистемология и т.д. В них познание трактуется под влиянием определенной частно-научной парадигмы, включающей теорию, на основе которой осуществляется системное описание и объяснение функционирования объектов, относящихся к данной научной области. Посредством специализированных эпистемологий в контекст эпистемологического знания включаются и интерпретируются результаты экспериментальных исследований познания и объектно-формируемый спектр проблем. Данная функция специализированных эпистемологий важна, так как непосредственное включение экспериментальных данных в философский дискурс не всегда возможно в условиях возросшей сложности современной науки и технологии, некорректно без учета теоретической нагруженности эмпирических фактов и неэффективно без соответствующей методологической интерпретации

факЩв [3].

ОдйшремШнО^рактиЧебки во 'вЯх направлениях эпистемологии, хотя и в разной степени, происходят также интегративные процессы, проявляющиеся в формировании междисципли -нарных научных комплексов, исследующих познание. Наиболее зрелым междисциплинарным комплексом наук, объединенных исследованием познания, является когнитивная наука. Нацеленная на применение строгих, точных научных методов к исследованию познавательных процессов, когнитивная наука строилась по обраЗу и подобию естественных наук, на основе гипо-тетико-дедуктивной модели, обеспечивающей возможность экспериментальной проверки гипотез о познании. Методологической платформой, объединившей на начальных этапах такие направления научных исследований как искусственный интеллект, когнитивная психология, компьютерная лингвистика в когнитивную науку, сформировавшуюся в 70-е гг. XX в. в США, стал вычислительный подход, на основе которого осмысливались и моделировались мышление и познание; аппаратно-техническая реализация, по сути, являлась своеобразной опытной проверкой гипотез [2, 3, 4]. Позже в структуру когнитивной науки вошли нейронауки, философия. Существенно, что в отечественной когнитивной науке философские дисциплины изначально входили в структуру когнитивной науки. В настоящее время методология когнитивной науки эволюционирует, как представляется, в направлении интегративного видения человека; моделирование интеллекта ориентировано на учет деятельностной природы человека и социокультурных контекстов интеллектуальной деятельности, что способствует более широкому включению в когнитивную науку философских дисциплин [3].

Соответственно, поле приложений современных эпистемологических исследований расширяется, устанавливаются новые отношения эпистемологии с когнитивными дисциплинами, изучающими познавательные процессы, появляется необходимость нового понимания и формулировки ряда эпистемологических проблем, в частности, проблемы субъекта познания.

Методологические аспекты

исследования проблемы субъекта в

современной эпистемологии

Субъект познания, рассматриваемый в качестве объекта эпистемологического исследования, является сложной, развивающейся открытой системой, взаимодействующей со средой [3]. Действительно, субъект — это конкретный телесный индивид, существующий в пространстве и времени, включенный в определенную культуру, имеющий биографию, находящийся в коммуникативных, социальных и иных отношениях с дру-

гш&йлюдьми. Субй&кт упрзчанид^прчщдлеежит

Природе и сбЦИуМУт^одаДеяТйЛенчИ рефлексивен, отражает и конструирует мир, понимает и интерпретирует его, принимает решения, действует и ¡достигает поставленных целей [4,5].

Вместе с тем, субъект познания — это не Волько сложный объект, но и высшая системная целостность [6], это единство всех составляющих процесса познания. Простое наблюдение каждого из нас за собственным поведением или поведением другого человека показывает, что в каждый данный момент времени существует одновременная, одномоментная осведомленность субъекта о различных свойствах любого собственного сознательного состояния, и об организации сознательного опыта на протяжении Определенного промежутка времени. Так, человек, наблюдающий за проезжающими мимо него машинами и прохожими, одновременно слышит обращенный к нему вопрос другого человека, чувствует запах цветов, и ему нравится этот запах, ощущает вкус недавно выпитого кофе, думает о предстоящих делах, т.е. воспринимает разнокачественные ощущения (зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые, осязательные), эмоции, переживания и мысли как единое и целостное субъективное состояние. Качество единства субъективного мира, благодаря которому мы обладаем способностью реагировать на разнообразные воздействия среды, позволяет человеку управлять речью, восприятием, мыслями, эмоциями, вспоминать прошлое, планировать будущее, контролировать свое поведение, обеспечивать согласованные действия и деятельность [7].

Исследования эволюционного формирования познавательных способностей человека, онтогенетического развития субъекта познания в эволюционной эпистемологии дают основания утверждать, что свойство «быть субъектом», т.е. свойство объединять информацию для обеспечения продуктивного действия в соответствии с целями деятельности сформировалось у человека в процессе эволюции [8] Свойство «быть субъектом» возникло в процессе антро-посоциогенеза как инструмент адаптации человека к меняющейся непредсказуемой, вероятностной среде, как умение выбирать цели, оптимальный образ действий, как способность к обучению. Основу данного свойства составляет способность осуществлять синтез самой различной, разноприродной информации из внешнего и внутреннего мира познающего человека, объединять информацию о прошлом, настоящем и будущем и превращать в знание, на основе кото-|рого осуществляется деятельность [9].

Вместе с тем, в основных направлениях эпистемологии можно выделить две группы пред-Цтавлений о субъекте: в одной из них субъект трактуется как совокупность устойчивых, воспроизводимых реакций, функциональных си-Штем, установок, стереотипов, социальных ролей, в другой группе субъект предстает как

активно конструирующий реальность, творческий, интерпретирующий, причем деятельность субъекта во всех случаях носит целеполагающий характер.

С данными представлениями коррелируют исследования, свидетельствующие о том, что важную роль в познании, в частности, в обеспечении адаптации человека к среде, в обеспечении стабильного, устойчивого, воспроизводимого поведения и познания играет динамика сознания и бессознательного [3]. Практически во всех направлениях эпистемологии возникла, по сути, одинаковая проблема: невозможность объяснить всю полноту, непрерывность и активность познания, т.е. деятельность познающего субъекта, только лишь с помощью понятия «сознание». Данная когнитивная ситуация сопровождалась привлечением парного, соотносительного сознанию понятия «бессознательное» для обозначения представлений о неосознаваемых аспектах познания. В эпистемологии сложилось «раздвоение» процессов и механизмов познания на осознаваемые и неосознаваемые.

В этой связи хотелось бы подчеркнуть, что бессознательное в данном контексте исследуется именно в эпистемологическом аспекте (как процесс познания), а не в онтологическом аспекте (особая субъективная реальность), и в аспекте философском, а не психологическом. Традиционно процесс познания как получения знаний ассоциировался и связывался именно и только с сознанием. Неосознаваемое познание, неосознаваемое знание воспринимались как нонсенс. Тем не менее, в настоящее время практически в каждом направлении эпистемологии сформировано представление о неосознаваемой познавательной деятельности, познавательной (когнитивной) деятельности, к которой относят самые различные явления и процессы. Нередко в целом неосознаваемые процессы познания трактуются как функционирование неявного знания.

Очевидно, что в данной исследовательской ситуации стратегии синтеза становятся ведущими в осмыслении субъекта, и особую актуальность приобретают методологические принципы и подходы, на основании которых данный синтез возможен. Решение задач синтеза возможно, как представляется, на основе комплексной методологии, преимущество которой состоит в том, что она позволит интегрировать исследования и знания из самых различных научных областей, представить познание в целостном виде и избежать проблем, возникающих при непосредственном соотнесении нейрофизиологического, психического, коммуникативного, личностного, социального уровней активности субъекта познания [3]. В качестве основы комплексного методологического подхода свою эффективность показала системно-информационная методология. На основе системного подхода возможно объединение и сопоставление знаний о самых

различных составляющих познавательной дея-ИЖости, целостное видение целей и смыслов познания, а также определение места разнообразных подходов к трактовке познания, созна-¡иия, бессознательного. В сочетании с информационным подходом, приобретающим в настоящее время статус общенаучного метода, создаются возможности для исследования сложных объектов, в которых проявляются как общие свойства и закономерности информационных процессов, так и специфические, свойственные объектам различной природы [10, 11]. Данный подход позволяет связать через информационный уровень взаимодействия познавательные процессы, характеризующие целостную познавательную активность субъекта с психологическими, нейрофизиологическими процессами, обеспечивающими познавательную деятельность, а также включить исследования коммуникативных, социальных аспектов познания, характеризующих взаимодействие познающего человека со средой в процессе деятельности. Соответственно, применение системно-информационного подхода в междисциплинарных научных исследованиях создает, как представляется, возможности для интеграции знания из различных научных областей.

Существует успешный опыт применения системно-информационной методологии для развития системной психофизиологии.Системное решение психофизиологической проблемы состояло в том, что психические и нейрофизиологические процессы сопоставлялись через информационные системные процессы, т.е. процессы организации элементарных механизмов в функциональную систему [6].

Таким образом, есть основания полагать, что системно-информационный подход в сочетании с другими методологическими подходами: функциональным, эволюционным, деятельностным, коммуникативным, культурно-историческим и т.д. позволит объединить различные научные стратегии (социально-гуманитарные, натуралистические, информационно-технологические и т.д.). Появляется возможность исследовать различные аспекты познавательной деятельности, описывать структуру и динамику субъективного мира на основе объективных показателей, определять и концептуализировать представления об эпистемологическом статусе осознаваемых и неосознаваемых процессов в структуре познавательной деятельности [3].

Определение эпистемологического статуса сознания и бессознательного предполагает так-¡же опору на методологический принцип един -'Щтва сознания, бессознательного и деятельности [3]. Данный принцип представляет собой развитие принципа единства сознания и деятельности А.Н.Леонтьева [12], который был нацелен на преодоление отчуждения современного челове-

:ка отмльтувы и ууоц&умЯ

Методологический принцип единства сознания, бессознательного и деятельности выводит размышления о месте и функциях сознания и бессознательного в структуре познания в сферу культурно-исторической, социальной обусловленности познания, т.е. за пределы собственно сознания и бессознательного. Бессознательное в равной мере не существует вне социокультурного, исторического контекста, в который оно «погружено». Невозможно понять содержание сознания и бессознательного, ответить на вопрос, какова их функция в познании, вне анализа деятельности, в процессе которой они формируются.

Субъект, трактуемый как сложная открытая система, формируется в процессе исторического и индивидуального развития человека. В уникальных человеческих «Я» и индивидуальной человеческой деятельности субъективируется, объединяется, «оседает» всеобщее человеческое знание, культура, опыт. Одновременно активная целеполагающая, преобразовательная деятельность индивида-субъекта поддерживает существование и развитие культуры и социума. Человек становится субъектом в процессе познания и деятельности, при этом важную роль в организации процесса познания играют сознание и бессознательное

Формирование и динамика устойчивого и изменчивого в познавательной деятельности субъекта осуществляется на основе сознания и бессознательного как социокультурно детерминированных, взаимосвязанных и взаимодопол -нительных способов познания. Под способами познания при этом понимаются способы формирования, функционирования, использования и передачи знания [3].

Трактовка сознания и бессознательного как способов познания позволяет интегрировать данные понятия в эпистемологию Осознание — это рефлексивная активация субъект-объектного (субъектного) отношения с целью получения знаний для решения текущих задач жизнедеятельности. Сознание как рефлексивность — это перерыв постепенности, выведение познания за пределы непрерывного когнитивного взаимодействия человека со средой. Эволюционный смысл сознания, частью которого является самосознание, в том и состоит, что создается возможность оценки субъектом своей собственной деятельности и изменения ее для достижения тех или иных целей и удовлетворения потребностей. Благодаря сознанию, субъект познания получает возможность моделировать потенциально осуществимые сценарии деятельности, а также возможность, опираясь на декларативную память, вербальные и невербальные средства, передать информацию вовне.

Осознанно/неосознанный характер познания обеспечивает формирование требуемых обществу установок и стереотипов поведения, де-

ятельности человека, находящихся в отношении корреляции к устойчивым социокультурным структурам, социокультурным нормам, стере-Йотипам, стандартам и т.п., которые подлежат усвоению индивидом в онтогенезе, и превращаются в процессе образования и воспитания в систему неосознаваемых устновок и стереотипов поведения личности, а также в соответствующие функциональные системы. Одновременно, осознанно/неосознанный характер познания создает возможности для свободного творчества и личностного роста.

Двойственный осознанно/неосознанный характер познания, соответствующий социализированной «программе» жизнедеятельности человека, является фактором оптимизации деятельности человека в условиях вероятностной среды, обеспечивающим решение задач адаптации и развития, социализацию человека.

Методологический принцип единства индивидуального, коллективного (микросоциального) и социального (макросоциального) субъектов

Исследование субъекта познания в аспекте формирования и функционирования осознаваемых и неосознаваемых, явных и неявных пластов знания невозможно вне исследования коллективных и социальных структур, на основе которых формируется, воспроизводится, и развивается познание человеком мира, закрепляется и передается знание, невозможно вне анализа деятельности, взаимодействия, коммуникации, языка. Субъект познания является открытой системой, взаимодействующей со средой, поэтому в индивидуальном «Я» и индивидуальных формах человеческой деятельности и мышления субъективируется, сохраняется, воспроизводится всеобщее, коллективное, совокупное человеческое знание и культура, а также опыт человеческой деятельности. Одновременно существование культуры и социума поддерживается и развивается на основе целеполага-ющей, преобразующей деятельности индивида.

Данная проблематика исследуется на основе принципа единства (коэволюции) индивидуаль -ных, коллективных и социальных когнитивных структур или, в другой формулировке, единства (коэволюции) индивидуального, коллективного (микросоциального) и социального (макросо -циального) субъекта [3].

Для понимания соотношения индивидуального и коллективного субъектов важны исследования когнитивных функций коллективных социальных институтов и социальных структур, ¡получившие развитие во второй половине XX в. в структурном функционализме, постструктура-Цизме (Ж.Лакан, Р.Барт, М.Фуко, Ж.Лиотар, вЖйелез и Ж.Гваттари и др.), феноменологиче-ИЦЦсоциологии Шютца, теории струкзущции

ЧРРШнс! концепции социального конструии рования реальности Бергера и Т.Лукмана, социальной эпистемологии (Фуллер, И.Т.КасавиЯ и др.). Вместе с тем, нельзя не отметить, что ранее, в марксистской философской традиции, в диалектическом материализме были сформулированы положения об относительности истины, зависимости общественного сознания от общественного бытия и т.д.

Существенный интерес представляет теория структурации Э.Гидденса, в соответствии с которой социальные структуры формируют социальные практики, а социальные практики, в свою очередь, оказывают определяющее воздействие на познание. Эффективность в контексте изучения коллективных структур, формирующих и поддерживающих индивидуальную познавательную деятельность субъекта, представляют исследования социального распределения знания, проводимые в феноменологической социологии А.Шютца. Феноменологическая модель А.Шютца основана на полагании реальной единицей познавательного процесса индивида, коллективного субъекта, общество, группу, которые на основе совокупности сохраняемых и развиваемых знаний могут обеспечить эффективное функционирование индивидов, решающих определенные жизненные задачи, исходя из поставленных целей.

В этой связи возникает вопрос: каковы способы конструирования устойчивой структуры жизненного мира индивида как части социальной реальности. Данные способы, с помощью которых социальная реальность приобретает для индивида естественный, объективный, привычный характер, анализируются в концепции социального конструирования реальности П.Бергера и Т.Лукмана [13].

Способы социального конструирования реальности, которые выделяют П.Бергер и Т.Лукман, таковы: первый — «опривычнивание», хабитуализация посредством автоматического воспроизведения реальности путем усвоения традиций, знаний, представлений, накопленных предшествующими поколениями. Второй способ социального конструирования реальности связан с выделением повторяющихся образцов взаимодействия с людьми, способов предметно-практической деятельности с определенными классами объектов, т.е. с типизацией. Повседневность трактуется в социальном аспекте как совокупность типизаций, создающих повторяющиеся образцы поведения и типичные сценарии. При этом разрушение привычной повседневности в случае резких социальных переориента-ций (революций, кризисов) разрушает типизацию, образцы взаимодействия и, следовательно, социальную структуру. Подобное разрушение повседневности происходит в настоящее время в связи с широким распространением информационных и информационно-коммуникацион-

ных технологий, которые начинают выполнять функции коллективного субъекта (принятие решений, рационализация и т.п.). Третий способ социального конструирования реальности - воплощение идей в соответствующем обществе, сделавшем эти идеи коллективными представ-Цениями — это институционализация, которая закрепляет типизацию. Любая типизация уже есть социальный институт, но не все институты являются типизациями. Помимо типизированных коллективных представлений, социальные институты включают в себя роли и статусы, уЙГановки и образцы поведения (нормы), учреждения и т.п. Но без коллективных представлений, достигнутых в результате типизации, и усилий, направленных на достижение типизации и формирование коллективных представлений в вечно меняющемся обществе (через СМИ, деятельность ученых, общественные организации, литературу, образцы деятельности выдающихся людей и т.п.), устойчивость социальной структуры и стабильная деятельность социальных институтов не может быть обеспечена. Четвертый способ социального конструирования — легитимация, обоснование правильности созданных социальных конструкций, которая необходима для передачи сложившихся институтов новым поколениям, для их обоснованности в глазах тех, кто не участвовал в их создании. Таковы основные способы, посредством которых, по мнению П.Бергера и Т.Лукмана в результате социального конструирования окружающий мир приобретает в восприятии субъекта устойчивость и реальность.

Подводя некоторые итоги, отметим, что социум и культура выступают при таком подходе не просто как внешняя среда, которую познает человек, но и как непосредственный фактор ког-ногенеза (коллективный и социальный субъект). Устойчивыми, эпистемологически значимыми структурами социальной реальности являются социальные институты, стереотипы поведения, деятельности, нормы, дисциплинарные рамки и т.п., которые осознанно/неосознанно осваиваются индивидуальным субъектом, становятся его личностными когнитивными установками и одновременно значимым фактором функционирования социума, влияют на содержание и форму знания. Часть структур усваивается индивидом без осознания, без рефлексии и таким же способом функционирует в виде сложившихся у индивида когнитивных функциональных систем и установок, которые могут реализоваться в деятельности индивида автоматически, под влиянием привычных «запросов» среды и потребностей человека.

В процессе индивидуального когногенеза у неловека формируется определенный когнитив-щый стиль, который включает в себя не только инструментальную составляющую (приемы познания и т.п.), но и содержательные моменты.

Основой когнитивного стиля субъекта является конкретный, онтогенетически сформированный познавательный «инструментарий», функционирующий на основе биографически обусловленного и структурированного запаса знаний, существенная часть которого функционирует на основе неосознаваемых когнитивных установок и стереотипов, функциональных систем и автоматизмов. Когнитивный стиль можно трактовать как сочетание осознаваемых и неосознаваемых компонентов познания, а также, по мнению автора, биографически обусловленное сочетание явного и неявного знания, сформированного осознаваемым и неосознаваемым способом. В онтогенезе каждый человек вырабатывает свойственную только ему индивидуальную технологию работы с информацией, технологию превращения ее в знание, не всегда осознавая этот процесс или осознавая его с разной степенью ясности. Во многом данный процесс автоматизируется, становясь основой когнитивного стиля. Особенности когнитивного стиля проявляются также в индивидуальной динамике сознания и бессознательного, в способности дифференцировать «Я» от «не-Я», в самооценке, самосознании, самоощущении [3]

Когнитивная культура личности — это эффективная технология преобразования информации в знание в соответствии с целями человеческой деятельности. Формирование когнитивной культуры является одной из существенных задач системы образования, ведь от сферы высшего профессионального образования общество должно получать не просто профессионала, но и человека, обладающего навыками аналитического, критического, рефлексивного мышления, знающего методологию и умеющего применять методы, владеющего навыками коммуникации, диалога, взаимодействия с другими людьми на основе этических норм [3], умеющего принимать обоснованные решения, т.е. человека высокой интеллектуальной духовной культуры.

Субъект познания, информационные технологии и трансформация структуры познания

Развитие общества знаний, возникающая в этой связи необходимость совершенствования и развития среды, в которой создаются, функционируют, хранятся и передаются знания, используемые в различных сферах деятельности человека, формирует комплекс задач, связанных с управлением знаниями, менеджментом качества, развитием информационного образовательного пространства и т.д. Задачи данного типа трактуются как разработка интеллектуальных технологий, сочетающих рациональное совместное использование интеллектуального капитала, включающего, в том числе, неявное знание, и информационных технологий для обеспечения

качественного"' 'функционирования тех или инжР видОЙ' деятельности человека [5, 14, 15].

Среда существования человека постепенно насыщается информационными технологиями и сложными человеко-машинными системами, требующими эффективного управления. В ЦГой связи необходимо отметить, что оснащение различных видов деятельности человека интеллектуальными компьютерными системами постепенно приводит к изменению структуры познания: формируется смешанный, человеко-машинный познавательный инструментарий и комплексный тип рациональности [16]. Современный жизненный мир формируется как активная инфо- и техносреда повседневного человеческого существования [17]. Достаточно отметить, что, в соответствии с прогнозами, к 2020 г. к Интернету будет подключено от 30 до 50 млрд. объектов. Исследователи подчеркивают при этом, что такие тенденции развития Интернета, как Интернет вещей (Internet of Thihgs) К.Эштон, промышленный Интернет (Industrial Internet), Интернет сервисов (Internet of Services) Интернет медиаконтента (Internet of Media), Интернет всего (Internet of Everything) революционным образом изменят социум, экономику, жизненный мир человека. В повседневной и профессиональной информационно-технологической среде жизнедеятельности человека стало привычным сочетание мышления человека и машинных вычислений, биологической памяти человека и внешней памяти на информационных носителях, коммуникации «лицом к лицу» и коммуникации, опосредованной информационными технологиями, телесного опыта в реальной жизненной среде и среде виртуальной, человеческого и машинного зрения и т.п. Разнообразные компьютерные системы, имеющие функции памяти, навигации, принятия решений и т.п., систематически используемые человеком для поиска, обработки и хранения информации, для управления, фактически становятся частью когнитивной системы человека, превращаются во внешний компонент внутреннего мышления человека [18].

Создание интеллектуальной, адаптивной окружающей среды, безусловно, радикально изменит жизненный мир человека: разрушатся (и уже разрушаются) привычные способы ориентации человека в мире, традиционные человеческие ценности, привычные представления о реальности; возникнут новые риски [19]. Можно предположить, исходя из гипотезы о социокультурном способе формирования неосознаваемых установок познания и деятельности, что возрастание количества видов познания, в которых используются информационные технологии и технологии искусственного интеллекта меняет ртруктуру неосознаваемой части познания. Одним из следствий данной тенденции является фаной£н «фрагментарности» сознания, наблю-

дающийся в настоящее время и порождающий дискуссии о «смерти» субъекта, исчезновении «Я», подобно исторически известным дискуссиям об исчезновении материи в связи с новыми научными открытиями конца XIX — начала XX вв. Есть основания утверждать, что идентичность современного человека (соответственно, и субъекта познавательной деятельности) формируется в немалой степени под влиянием технологий, которые определяют способы предметно-практической деятельности человека, инструментально опосредуют восприятие мира и т.д. Социализация становится техносоциализацией [19].

В этой связи необходимо обратить внимание на тот факт, что в условиях компьютеризации различных сфер общества, функции коллективного субъекта начинают выполнять различные виды информационных систем, интеллектуальных систем управления и обработки информации. Как трансформируется неявное знание, та часть человеческих знаний, которая функционирует неосознаваемым для человека способом в данном смешанном типе «субъекта», где многие функции рационального мышления автоматизированы, вынесены вовне и переданы информационным системам? Исследование данных процессов требует организации специальных исследований.

Заключение

Исследование проблемы субъекта в современной эпистемологии и процессов трансформации структуры познания в условиях информатизации различных видов деятельности человека позволяет сформулировать методологические рекомендации для проектирования современной учебно-научной информационной среды образования.

Принципиально важной является трактовка данной среды именно как открытой развивающейся системы, содержащей, благодаря интернет-технологиям, информационный инструментарий для активного взаимодействия со средой и постоянного обновления содержания, благодаря чему создается возможность открытого диалога с современной культурой и социумом, реализации межличностной и специализированной коммуникации [20]. Открытая структура интегрированной учебно-научной среды позволит выполнять исследовательские, образовательные, проективные, коммуникативные функции и созидать такую универсальную для человека компетенцию как когнитивная культура.

Субъект, будь то индивидуальный, коллективный или социальный субъект — это открытая система, и формирование современного образовательного пространства и информационных ресурсов как открытых систем, включенных в культуру, обеспечит их совместное нормативное функционирование.

ЛИТЕРАТУРА

1. Лекторский В.А., Кудж С.А., Никитина Е.А. Эпистемология, наука, жизненный мир человека // Вестник МГТУ МИРЭА. 2014. № 2(3). С.1-12.

2. Эпистемология: перспективы развития. Отв. ред. В.А.Лекторский. М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 2012. 536 с.

3. Никитина Е.А. Познание. Сознание. Бессознательное. М.: Либроком, 2011. 224 с.

4. Лекторский В.А. Эпистемология классическая и неклассическая. М.: Канон+, 2001.

5. Лекторский В.А. Кудж С.А., Никитина Е.А. Эпистемология и когнитивная наука: междисциплинарные исследования интеллектуальных процессов // Искусственный интеллект: междисциплинарные исследования. Сборник пленарных докладов VIII Всероссийской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. Москва, МГТУ МИРЭА, 20-22 ноября 2014 г. Под общ. ред. Е.А.Никитиной. М.: Радио и связь, 2014. С. 3-14

6. Александров Ю.И., Брушлинский А.В., Судаков К.В., Умрюхин Е.А. Системные аспекты психической деятельности / Под общей ред. акад. РАМН, проф. К.В.Судакова. М.: УРСС, 1999.

7. Никитина Е.А. В поисках утраченного единства сознания: исчезло ли «Я»? // Вестник Московского университета. Серия 7: Философия. 2009. № 5. С. 31-44.

8. Меркулов И.П. Эпистемология (когнитивно-эволюционный подход). Т.1. СПб.: РХИ, 2003. 472 с.

9. Никитина Е.А. Проблема единства сознания в эпистемологии. М.: МИРЭА, 2007. 130 с.

10. Информационный подход в междисциплинарной перспективе (материалы круглого стола) // Вопросы философии. 2010. № 2. С. 84-112.

11. Цветков В.Я. Гипотеза об эволюции термина «информация» // Перспективы науки и образования. 2014. № 6 (12). С. 9-13.

12. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. М.: Смысл, Академия, 2005. 352 с.

13. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медиум, 1995. 323 с.

14. Конвергенция биологических, информационных, нано- и когнитивных технологий: вызов философии (материалы круглого стола) // Вопросы философии. 2012. № 12. С.3-23.

15. Цветков В.Я. Дихотомический анализ сложности системы // Перспективы науки и образования. 2014. № 2(8). С. 15-20.

16. Никитина Е.А. Конвергентные технологии и трансформация структуры познания // Образовательные ресурсы и технологии, 2014. № 5(8). С.157-166.

17. Никитина Е.А. Строганов А.. , Рыкова Г.М., Епифанова Г.С. Новые формы взаимодействия технонауки и общества // Вестник Российского философского общества. 2011. № 2. С.131-133.

18. Никитина Е.А. Проблема формирования сознания и бессознательного в условиях техносоциализации // Вестник гуманитарного факультета Ивановского государственного химико-технологического университета. 2014. Выпуск 7. С. 45-51.

19. Никитина Е.А. Искусственный интеллект: философия, методология, инновации // Философские проблемы информационных технологий и киберпространства. 2014. № 2. С. 108-122.

20. Никитина Е.А. Междисциплинарные знания и формирование универсальных компетенций профессиональных кадров для наукоемких отраслей // Вестник МГТУ МИРЭА. 2013. № 1. С.186-191.

REFERENCES

1. Lektorsky V.A., Kudzh S.A., Nikitina E.A. Epistemologyia, nauka, zhiznennyi mir cheloveka [Epystemology, Science, Human's Living World]. Vestnik MGTUMIREA, 2014, no 2

2. Epistemologia: perspektivy razvitiya [Epistemology: Prospects for Development]. Ed. by V.A.Lektorsky. Moscow, Canon+ ROOI «Reabiliutatsya» Publ., 2012. 536 p.

3. Nikitina E.A. Poznanie. Soznanie. Bessoznatelnoye [Cognition. Consciousness. Unconsciousness]. Moscow, Librocom Publ., 2011. 224 p.

4. Lektorsky V.A. Epistemologyia klassicheskaya i neklassicheskaya [Classic and non-classic epistemology]. Moscow, Canon+ Publ., 2001

5. Lektorsky V.A., Kudzh S.A., Nikitina E.A. Epistemologyia i kognitivnaya nauka: mezhdisciplinarnye issledovanyia intellektualnykh prozessov [Epystemology and Cognitive Science: Inter-disciplinary Studies of Intellectual Processes. Sbornik plenarnykh dokladov VIII Vserossyiskoy konferenzii studentov, aspirantov i molodykh uchenykh. Moscow, MGTU MIREA, 20-22 November 2014 / Ed. by E.A.Nikitina. Moscow, Radio i Svyaz Publ., 2014, pp. 3-14.

6. Alexandrov Yu.I., Brushlinsky A.V., Sudakov K.V., Umryukhin E.A. Systemnye aspekty psykhicheskoy deyatelnosty [Systemic Aspects of Psychic Activity] / Ed. by acad. prof. K.V.Sudakov - Moscow: URSS, 1999.

7. Nikitina E.A. In Search of Lost Unity of Consciousnes: Whether «I» Disappeared? Vestnik Moskovskogo Universiteta. Seryia 7: Filosofiya - Bulletin of Moscow University. Series 7: The Philosophy, 2009, no. 5, pp. 31-44

8. Merkulov I.P. Epistemologyia

9. Nikitina E.A. Problema Edinstva Soznaniya vEpistemologii [Issue of Unity of Conscioussness in Epystemology]. Moscow, MIREA Publ., 2007. 130 p.

10. Information approach in Inter-disciplinary perspective. Voprosy Filosofii - The problems of philosophy, 2010, no. 2, pp. 84-112.

11. Zvetkov V.Ya. Hypothesis on evolution of the term «Information». Perspektivy nauki i obrazovanyia - Perspectives of science and education, 2014, no. 6

12. Leontyev A.N. Deyatelnost, soznanye, lichniost [Activity, Consciousness, Personality]. Moscow, Smysl, Academy Publ,, 2005. 352 p.

13. Berger P., Lukman T. Social Constructing of a Reality. Tractat on Sociology of Knowledge. Moscow, Medium Publ., 1995. 323 p.

14. Convergence of biological, informational, nano- and coginitive technologies: challenge to phylosophy. Voprosy Filosofii - The problems of philosophy, 2012, no. 12, pp. 3-23.

15. Zvetkov V.Ya. Dichotomic Analysis of Complexity of a System. Perspektivy nauki i obrazovanyia - Perspectives of science and education, 2014, no. 2

16. Nikitina E.A. Convergence Technologies and Transformation of the Structure of Consciousness. Obrazovatelnye resursy i technologii - Educational resources and technologies, 2014, no. 5

'17. Nikitina E.A., Stroganov A., Rykova GUM., Epifanova-GS. NewjFprmsgif Interaction Between the Techno-||ience and Sgciety //

WVestiiik RosSstysskffgoFiloSfffskogSÖbShchestva - Bulletin of fne Russian philosophical'зОпруНиП, no: "2, pp.i3l-T33

18. Nikitina E.A. Issue of Formation of Consciousness and Uncosciousness in Condiotions of Techno-socialization. "Vestnik Gumanitarnogo faculteta Ivanovskogo gosudarstvennogo chimiko-technologicheskogo universiteta - Bulletin of the faculty Jpfl Humanities of the Ivanovo State Chemical-Technological University, 2014, no.7. pp. 45-51

19. Nikitina E.A. Artificial Intelligence: Phylosophy, Methodology, Innovations. Filosofskie problemy informazionnykh technologyi i kiberprostranstva - Philosophical problems of information technology and cyberspace, 2014, no. 2, pp. 108-122.

20. Nikitina E.A. Inter-disciplinary Knowledge and Formation of Universal Competences of Professional Personnel for Science-consuming Branches of Industries. Vestnik MGTU MIREA, 2013, no. 1, pp.186-191

Информация об авторе Information about the author

Никитина Елена Александровна Nikitina Elena Alexandrovna

(Россия, Москва) (Russia, Moscow) Доцент, доктор философских наук, профессор Associate Professor, Doctor of Philosophy, Professor

Московский государственный технический Moscow State Technical University

университет радиотехники, электроники и of Radioengineering, Electronics

автоматики and Automation

E-mail: nikitina@mirea.ru E-mail: nikitma@mirea.ru