Омские образовательные учреждения в 1918-1919 гг

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2019. № 2

DOI 10.25513/2312-1300.2019.2.92-100

С. Г. Сизов

ОМСКИЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ В 1918-1919 гг.*

Изучено положение образовательных учреждений в городе Омске в годы Гражданской войны. Учебные заведения сталкивались с постоянным недофинансированием, низкой заработной платой учителей, нехваткой дров для отопления, недостатком кадров и учебников. В связи с этим некоторые учебные заведения временно закрывались. В то же время приезд в Омск видных деятелей науки из Москвы, Петербурга, Казани позволил развернуть работу по созданию политехнического и сельскохозяйственного институтов.

Ключевые слова: Белое движение; Белый Омск; образование; Колчак; Сибирь; контрреволюция; 1918; 1919.

S. G. Sizov

EDUCATIONAL INSTITUTIONS OF OMSK IN 1918-1919

The position of educational institutions in the city of Omsk during the Civil war is studied. Educational institutions faced constant underfunding, low salaries of teachers, lack of firewood for heating, lack of staff and textbooks. In this regard, some schools were temporarily closed. At the same time, the visit to Omsk of prominent scientists from Moscow, St. Petersburg, Kazan allowed to expand the work on the creation of Polytechnic and Agricultural institutions.

Keywords: White movement; White Omsk; education; Kolchak; Siberia; counterrevolution; 1918; 1919.

Развитие образования в начале ХХ в. в Омске шло довольно активно. В 1914 г. здесь было 38 учебных заведений, в которых училось около 4 тыс. учащихся обоего пола, в том числе 2 мужские и 4 женские гимназии (из них 2 частные), Сибирский кадетский корпус, епархиальное женское училище, фельдшерская школа, учительская семинария, 6-классное техническое училище, техническое железнодорожное училище, училища коммерческое, землемерное, сельскохозяйственное, учительский институт [1, с. 13-14].

К 1916 г. количество гимназий в Омске выросло до 10, из которых 6 были частными. В городе имелись: первая и вторая мужские гимназии, Первая женская гимназия почёт-

ных граждан Поповых и Вторая женская гимназия, частная Третья женская гимназия О. Я. Хвориновой, частная женская гимназия М. П. Эйнарович, частная гимназия М. В. Каеш, частная гимназия Н. Ф. Шанской, частная гимназия Е. К. Бегичевой, частная гимназия Э. Я. Лезевитц.

Начальное образование было представлено целой сетью городских начальных училищ (их было 20) и церковно-приходских школ (пять школ). Кроме того, в городе существовали пансион для русских и киргизских детей, училище Акмолинского степного попечительства о вдовах и сиротах воинов, 2-классное училище попечительства о народной трезвости.

* Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ). Проект № 17-81-01006 ««Белая столица России»: повседневная жизнь Омска (июнь 1918 -ноябрь 1919 гг.)».

© Сизов С. Г., 2019

Существовали и школы для национальных и религиозных меньшинств: начальное училище омского польского благотворительного общества, 4-классное еврейское училище, 1-е и 2-е мусульманские мектебе, лютеранская и менонитская школа. В городе имелся также детский сад, музыкальные классы, курсы бухгалтерии [2, с. 22-44]. Добавим также, что в городе существовали Омское общество просвещения, которое организовало школу для взрослых, общественные организации, осуществлявшие помощь нуждающимся ученикам и ученицам, общество вспомоществования учащим и учившим Акмолинской области (оказывало помощь учителям) [2, с. 55-58]. Вероятно, этот список неполон.

В годы революции и Гражданской войны образование в Омске пережило ряд серьёзных потрясений. Установив советскую власть в городе, большевики закрыли религиозные учебные заведения и кадетский корпус, пытались поставить учебные заведения под свой контроль. Был образован Отдел Народного образования при Совдепе. В соответствии с указаниями Москвы, во всех учебных заведениях было запрещено преподавание Закона Божьего. Советы открыли три школы для взрослых, но средств на их содержание постоянно не хватало [3, л. 5-5 об.].

Большинство учительства относилось к власти большевиков весьма отрицательно. Об этом свидетельствует, например, такой факт: 10 января 1918 г. на педагогическом совете Омской учительской семинарии обсуждался вопрос о присоединении к общей недельной забастовке учителей в связи с разгоном большевиками Учредительного собрания. Все присутствующие проголосовали за присоединение. Лишь один член педсовета, преподаватель А. И. Покровский, отсутствующий по болезни, отказался поддержать эту акцию. Резолюция педсовета позволяет в некоторой степени оценить и взгляды большинства педагогов. «Общее собрание учащих г. Омска и его пригородов, протестуя против насилия большевиков над хозяином земли русской - Всенародным учредительным собранием, а также против насилия над гражданами г. Омска, объявляет недельную забастовку, начиная с 10 января с.г., и призывает всех учащих в это время выступить

с целым рядом докладов перед родительскими собраниями и вообще перед населением, разъясняя сущность данного момента и всю губительность деятельности большевистской власти.

Присоединяясь к конференции служащих правительственных, общественных и частных учреждений, собрание предлагает учебным заведениям послать туда своих представителей» [4, л. 5-5 об.].

Заслуживает внимания и аргументация А. И. Покровского, отказавшегося поддержать забастовку. Эти взгляды разделяли и некоторые другие представители учительского сообщества. «С первого же дня революции я заявил себя решительным противником приобщения школы к активной политике и, как энергическое средство против вторжения политики в нашу семинарскую среду, подал свой голос за немедленный роспуск воспитанников, имея ввиду укрыть их от всепоглощающего вихря политических событий, свирепствующего сейчас по улицам и площадям больших городов, под сенью сравнительно мирных и благополучных условий их (воспитанников) деревенской и семейной жизни. К этому способу обеззараживания или нейтрализации я не считал несвоевременным прибегнуть в данный политический момент, который исключает всякую мысль о возможности сколь-нибудь плодотворных занятий в текущем учебном году. И материальные условия нашей семинарской жизни, по-видимому, подсказывают нам то же средство. И уже после этого мы, учителя, не рискуя и своим авторитетным примером (забастовка) увлечь и своих полувзрослых и очень чутких учеников, на путь очень опасной политической борьбы, могли как граждане своей родины, принять то или иное активное участие в происходящей сейчас политической борьбе, таковую признаём нашим непременным нравственным и гражданским долгом. Что же касается собственно школьной забастовки, то есть нашего совместного с учениками политического волеизъявления, и при том в самый, так сказать, безумный момент нашего политического бытия, таковую я считаю незаслуживающую одобрения в виде всего вышесказанного, так и в виду того ещё, что школа как и церковь или медицинское врачевание, будучи по су-

ществу своему, по идее всенародна (выделено А. И. Покровским. - С. С.), должна быть как таковая строго беспартийна и нейтральна» [4, л. 6-6 об.]. Далее педагог заявляет, что придерживается толстовского взгляда «о непротивлении злу насилием».

Падение власти большевиков в Омске (7 июня (25 мая) 1918 г.) привело к тому, что образовательный процесс стал возвращаться к прежним порядкам. После образования ряда «белых» правительств в Омске структура управления претерпела некоторые изменения. Вопросами образования в Белом Омске в основном занимались два учреждения. На высшем уровне образовательная политика осуществлялась Министерством народного просвещения. Во времена «демократической контрреволюции» это министерство находилось в Омске, занимая часть помещений Механико-технического училища у вокзала. При адмирале А. В. Колчаке министерство возобновило свою работу, но уже в Томске. Вопрос о его переезде в Омск неоднократно поднимался [5, с. 3], но откладывался в связи с отсутствием свободных помещений в городе, который был наводнён беженцами.

Вторым учреждением, курировавшим образовательный процесс в Белой столице, был Отдел народного образования при Омской городской управе. Эта структура власти возобновила свою работу сразу после ухода красных из Омска в июне 1918 г. В ведении отдела состояли городские начальные училища, высшие начальные училища, высшие учебные заведения, национальные и профессиональные школы, библиотеки, детские сады и детские площадки. Задачами этого отдела являлись:

1. Забота о развитии народного образования в городе во всех установленных наукой формах.

2. Руководство деятельностью всех городских учреждений по народному образованию и снабжению их необходимыми пособиями.

3. Обслуживание этих учреждений в хозяйственном отношении - наём, отопление и освещение помещений, составление ведомостей по выплате жалования и др.

4. Сношение с высшими правительственными и земскими органами по делам народного образования.

5. Составление смет, докладов и ведение всей переписки по делам народного образования [6, с. 175].

Какие же учебные заведения функционировали в Белом Омске? Ответ на этот вопрос частично помогают найти архивные документы, в частности, Список учреждений и предприятий Омска за 1918-1919 гг. В списке названы (в большинстве случаев с адресами) учебные заведения Омска, но, к сожалению, этот список не даёт нам ответ на вопрос: какие из названных учебных заведений были закрыты, а какие продолжили свою работу и в 1919 г. В вышеназванном списке упомянуты 9 гимназий, 4 высших начальных училища, 36 низших начальных училищ и школ, школа степного попечительства, 2-классная вечерняя школа для взрослых, школа при сельхозучилище, профессиональная женская школа, латышское училище, римско-католическое училище, еврейская и мусульманская школы [7, л. 14-14 об., 28]. Поскольку в этом списке ещё достаточно много школ, вероятно, что он скорее составлен не позднее конца 1918 г., когда почти все омские учебные заведения ещё работали.

Самой большой проблемой для работников образовательных учреждений и чиновников, осуществлявших управление этой сферой, стала повсеместная реквизиция зданий учебных заведений в связи с требованиями военных и гражданских ведомств. Помещения, в которых находились училища и школы, отводились под воинские части, лазареты ещё во время Первой мировой войны, но наибольший размах этот процесс приобрел в 1918-1919 гг.

Ещё до начала учебного года для нужд военного ведомства было реквизировано большинство школьных помещений: 27 августа 1918 г. Акмолинский областной распорядительный комитет по квартирному довольствию войск в связи с ожидавшимся расквартированием призыва, состоящего из 12 600 человек, постановил изъять здания всех начальных училищ, перенеся занятия школ на вечернее время в здания Первой и Второй мужских гимназий, Первой и Второй женских гимназий, Епархиального училища, в гимназию Эйнарович и вообще во все частные средние учебные заведения, которые реквизиции не подлежали.

Учителя и ученики в большинстве своём, конечно, относились к этому негативно. Известный омский педагог А. С. Сливко так позднее вспоминал об этом времени: «Школы выбрасывались из своих зданий, которые занимались частями колчаковской армии и штабами: здание коммерческого училища (ныне советско-партийная школа) было занято главным штабом колчаковской армии; в первой мужской гимназии (теперь 19 средняя школа) располагалась школа прапорщиков; два высших начальных училища заняли воинские части, несколько начальных школ забрали штабисты и солдаты карателя атамана Анненкова; учебный корпус ныне существующего ветеринарного института был целиком занят американским полком, присланным интервентами в Омск для поддержки Колчака» [8, с. 52].

Помимо реквизиций, учебные заведения столкнулись и с такой проблемой как нехватка дров для отопления. Дрова в Омске резко подорожали и зимой 1918-1919 гг., денег на их приобретение не хватало. Все попытки пробить выделения дополнительных средств оказывались тщетными. В этой связи в феврале 1919 г. была вынуждена закрыться Омская учительская семинария [9, л. 28-28 об.].

В сентябре 1919 г. власти отобрали здание Коммерческого училища для размещения главного штаба колчаковской армии. Директор Цесаревский, сопротивлявшийся этому, был смещён со своего поста. По настоянию сослуживцев, в целях сохранения коллектива, должность директора согласился временно исполнять А. С. Сливко. Занятия пришлось проводить только в вечернее время в разных местах [10, с. 31].

В сентябре 1918 г. вследствие реквизиции помещений закрылись и вечерние школы для взрослых, которые были открыты в апреле 1918 г. при советской власти. Попытки отдела народного образования отстоять помещения оказались безрезультатными, городских средств на содержание школ не имелось, потому они были временно закрыты до появления более благоприятных условий [3, л. 5-5 об.]. Органы городского самоуправления пытались помочь учреждениям образования в организации занятий в других помещениях, но в условиях их крайней не-

хватки сделать это было довольно непросто. Ещё одним вариантом для улучшения ситуации было строительство бараков возле школ для переселения туда солдат, занявших эти школы под жильё. Но и это сделать было сложно в условиях нехватки средств.

Впрочем, были и отдельные случаи, когда войска возвращали здания для возобновления учебных занятий. Так, 12 сентября 1919 г. возобновилась деятельность в своих стенах Атаманской частной гимназии. Здание ранее было изъято для постоя карпато-русских частей [11, с. 3].

Положение омского учительства было весьма тяжёлым. Вот что вспоминал А. С. Сливко: «Многие из числа учителей, в связи с дважды объявлявшейся мобилизацией интеллигенции, вынуждены были пойти служить в колчаковскую армию или были арестованы колчаковской охраной, многие влачили нищенское существование, что называется, раздеты и разуты, т. к. колчаков-ские деньги (бумажки местного печатания) не имели никакой ценности, какие бы цифры рублей на них не указывались. Трудно было купить что-либо, так как продовольственные и промышленные товары (были) реквизированы и объявлены военным имуществом. Учительство разбегалось: одни уезжали в деревню, другие искали работу и устраивались на должности поближе к хозяйственным и торговым организациям» [8, с. 52].

Призыв в армию привёл к нехватке учителей в школах города. 26 февраля 1919 г. Совет Западно-Сибирского краевого Учительского союза направил письмо военному министру, пытаясь заставить его обратить внимание на данную проблему. В частности, учителя писали: «Россия страна малокультурная, если же взять отдельно Сибирь, то картина получится прямо ужасающая -здесь население почти безграмотно. На этой почве возникают многие беды, многие несчастья для страны. Только культура может вывести страну из такого тяжёлого состояния. Но развитие культурности без правильно организованной школы немыслимо. Школа же за последние годы разрушается вследствие общего тяжёлого положения страны и вследствие громадной убыли в среде учительства, вызванной, с одной стороны, призывом учителей на войну, и с другой, ухудшимся во

время войны, даже сравнительно с другими слоями населения, материальным положением учителя, заставивших многих переменить профессию.

Отчёты показывают, что процент подготовленных учителей падает, специалисты заменяются случайными людьми. Да и тех мало идёт в школу: многие учительские должности не замещаются. Многие школы из-за этого не функционируют (в 1918/19 годах в некоторых уездах таких школ считаются десятками).

Сопоставив такое положение вещей с утверждённым вновь расписанием должностей, освобождающих от военной службы, в которое не включена должность учителя начальной школы, Совет Западно-Сибирского краевого Учительского союза считает своим долгом, отмечая эту ненормальность, возбудить настоящее ходатайство о том, чтобы и должность учителя начальной школы была включена в расписание должностей, освобождающих от военной службы» [12, л. 54-55].

О результатах настоящего ходатайства Совет просил «не отказать его уведомить». Реакция военного министра в документах не отражена, но ситуация с призывом в армию учителей не претерпела изменений.

Ещё одной проблемой стала нехватка учебников. В связи с этим на них настолько выросли цены, что об этом даже был написан фельетон [13, с. 3]. Ситуация в сельских школах была ещё хуже: не было даже букварей [14, с. 3]. Учебные заведения страдали от распространения эпидемий в Омске. В сентябре 1918 г. на территории сельхозучилища вспыхнула эпидемия холеры. Занятия были временно прекращены [15, с. 3].

Зарплаты учителей были невысокими. Об этом красноречиво свидетельствует официальное расписание зарплат (табл. 1).

Несмотря на столь сложное положение школ, потребность в новых учебных заведениях постоянно росла, поскольку в Омск продолжало прибывать огромное количество беженцев, в том числе и с детьми. Родители

Таблица 1

Расписание окладов содержания в средних и низших учебных заведениях (мужские гимназии и реальные училища) Министерства народного просвещения, руб. [16, с. 2]

Наименование должностных лиц Содержание в год Три пятилетних прибавки

Жалование Столовые Квартирные Всего

Директор 2 400 2 400 1 200 6 000 800

Помощник директора 1 500 2 400 1 200 5 100 800

Преподаватель предметов (за 12 уроков) 3 000 - - 3 000 800

Учитель рисования и чистописания (за 7 уроков) 1 400 - - 1 400 800

Учитель гимнастики 1 200 - - 1 200 -

Учитель пения 1 200 - - 1 200 -

Учитель музыки 1 200 - - 1 200 -

Врач 1 200 - - 1 200 -

Письмоводитель (он же бухгалтер) 3 300 - - 3 300 -

Секретарь педагогического совета 600 - - 600 -

Библиотекарь 900 - - 900 -

Классный наставник 900 - - 900 -

Помощник классного наставника 2 400 - - 2 400 -

Примечание. Преподавателям физики и химии вознаграждение за опыты производилось в размере 360 руб. каждому. Преподавателям математики полагалось вознаграждение за исправление письменных работ 1 200 руб., а преподавателям русского языка 2 000 руб. за все классы. За дополнительные уроки (сверх 12 основных) преподаватели получали по 150 руб. за урок.

мечтали о продолжении учёбы своих детей. С этой целью в сентябре 1919 г. предпринимались попытки открытия специальной беженской гимназии [17, с. 4]. 16 сентября 1919 г. почётный попечитель соединённой беженской гимназии из Уфы А. Эрахтин приглашал на общее собрание «родителей или их заместителей» учащихся, а также тех учащихся, которые остались без родителей. Собрание, которое должно было пройти в Первой женской гимназии, должно было обсудить вопросы обучения детей [18, с. 3].

Массовая реквизиция помещений, недофинансирование, топливный кризис крайне негативно сказались на состоянии учебного дела. По данным В. Л. Соскина, в начальных училищах Омска обучалось всего 12 % детей школьного возраста, а накануне прихода Красной Армии не работала третья часть школ [19, с. 50].

Особо нужно сказать о высшем образовании в Белом Омске, в развитии которого наблюдались и позитивные моменты. В Омске функционировал с 1912 г. небольшой учительский институт, но его к высшим учебным заведениям не относили. Просто, согласно тогдашним порядкам, учительские семинарии готовили учителей для сельских начальных училищ, а учительские институты - для городских. По статусу эти учебные заведения мало отличались [20, с. 15]. В июне 1917 г. статус этих учебных заведений решили повысить: теперь в них стали принимать только лиц со средним образованием. В институте появилось три факультета: историко-филологический, физико-математический и естественно-исторический. Это ещё более приблизило учительские институты к университету, но преобразования так и не были завершены, поскольку не было закончено согласование программ обучения и не были повышены требования к кадровому составу институтов [21, с. 104].

В 1917-1918 гг. в Омске открылись сразу два вуза: политехнический и сельскохозяйственный институты. История их появления в городе была непростой. Сначала поговорим о политехническом институте. Общественные деятели Омска давно осознавали необходимость для края высшего учебного заведения. Осенью 1910 г. начались в этом направлении хлопоты перед правительством, причём пред-

полагалось открыть коммерческий институт. После Февральской революции, а именно в марте 1917 г., устав Омского коммерческого института был утверждён, а с осени того же года институт был открыт в составе двух отделений: экономического и коммерческо-тех-нического. В первый же год было набрано свыше 600 слушателей, в том числе 123 из крестьянского сословия [21, с. 98].

Но открывшийся институт не мог удовлетворить потребностей края в образованных деятелях в различных отраслях народного хозяйства. В связи с этим встал вопрос о преобразовании Омского коммерческого института. Инициативу в этом деле проявил организатор института профессор В. Л. Малеев, которого поддержал попечительный совет института.

В марте 1918 г. автономные коллегии коммерческого института приняли новое «положение» об институте, по которому он стал именоваться Омским политехническим институтом. По новому «положению» теперь к существовавшим уже отделениям прибавились три новых факультета: химический, механический и инженерно-строительный. В таком виде политехнический институт начал свою работу с осени 1918 г. Для более тесной связи вуза с жизнью края в положение об институте была включена статья, по который в попечительном комитете института право решающего голоса получали представители организаций, участвующих в содержании института единовременным взносом в размере не менее 100 тыс. руб., или ежегодно не менее 10 тыс. руб. В силу этого в попечительный комитет института вошли представители крупных сибирских кооперативных объединений: «Центро-Си-бирь», «Закупсбыт», Союз Западно-Сибирских кооперативов и т. д. Омский политехнический институт находился в ведении Министерства торговли и промышленности. Директором института был профессор Владимир Леонидович Малеев.

Сельскохозяйственный институт в Омске тоже задумывался ещё в предреволюционные годы. В 1914 г. в Министерстве земледелия был подготовлен законопроект об учреждении такого института в Сибири. Но начавшаяся война задержала его открытие. Наконец, 21 февраля 1918 г. сельскохозяйст-

венный институт был открыт, правда, первоначально как частное учебное заведение. Помощь в размещении института оказали уездное земство, Союз кооперативов. Союз кредитных товариществ. Они заключили договор о предоставлении институту принадлежащего ей здания на Любинском проспекте (ныне угол улиц Ленина и Либкнехта). Позднее руководство вуза обратилось в Совет рабочих и солдатских депутатов с просьбой о выделении дополнительных помещений. Просили выделить здание закрытого Советами кадетского корпуса. В этом им, конечно, отказали: такое здание большевики уступать не хотели. Зато выделили помещения казённого винного склада [22, с. 10].

Постановлением Временного Сибирского правительства от 10 августа 1918 г. сельхозинститут был признан учреждением государственным, и с 1 июля 1918 г. содержание его принято на счёт государства.

В составе института имелись следующие факультеты: а) агрономический, б) лесной, в) ветеринарный, г) кооперации и биотехнической экономики. Проектировалось открытие и других факультетов: д) инженерно-сельскохозяйственного (мелиоративного), е) рыбоведения и охотничьих хозяйств. Институт с первых же шагов своей работы стал привлекать к себе молодёжь: уже к ноябрю 1918 г. в нём числилось 100 студентов и 42 вольнослушателя. Обязанности ректора института временно исполнял адъюнкт-профессор по кафедре физики И. С. Тишов, который, кроме того, нёс обязанности декана агрономического и лесного факультетов [21, с. 98-99].

Катастрофическая нехватка помещений в Омске тяжело сказалась и на сельхозинституте. В конце октября 1918 г. его выселили из здания Шаниной, а в январе 1919 г. потребовали освободить и здание бывших винных складов. Институту помогли продолжить занятия Западно-Сибирский отдел Русского географического общества и среднее сельскохозяйственное училище, предоставившие свои помещения [22, с. 10].

Приезд беженцев-специалистов в Омск оказал немалую кадровую поддержку сельхозинституту. Так, например, ветеринарный факультет был создан при активной поддержке сотрудников Казанского ветеринар-

ного института, эвакуировавшихся в Белую столицу. Организатором и первым деканом ветеринарного факультета стал профессор Константин Рафаилович Викторов, заведовавший в Казани кафедрой физиологии домашних животных. Он проработал в Омске один год (с 1 октября 1918 г. по 3 октября 1919 г.) [22, с. 11].

4 ноября начались занятия студентов на ветеринарном факультете сельхозинститута. На первый курс было принято 27 человек, и одновременно из 13 студентов Казанского ветеринарного института был сформирован четвертый курс. Для занятий было использовано помещение фельдшерской школы по Тюремной улице (ныне улица 5-й Армии), частично дом переселенческого управления (Тобольская улица, 56, - ныне улица Орджоникидзе) и некоторые комнаты винного завода.

Всего к ноябрю 1919 г. в вузе обучалось 755 студентов (из них 552 первокурсников и 203 второкурсников) и работало 59 преподавателей, в том числе 25 профессоров и исполняющих обязанности профессоров [22, с. 13].

В мае 1919 г. Министерство финансов в целях экономии денежных средств поставило вопрос об объединении политехнического и сельскохозяйственного институтов. Комиссия признала это целесообразным [23, с. 3]. Решение это было проведено в жизнь в августе 1919 г. Новый вуз стал именоваться Сибирский институт сельскохозяйственной промышленности [24, с. 273].

Помимо уже существующих вузов, неоднократно поднимался вопрос о создании Омского народного университета, в котором могли бы учиться все, кто хотел повысить свой образовательный уровень. В декабре 1918 г. в учреждении этого вуза собирались принять участие следующие заведения: 1) Омское городское самоуправление, 2) Войсковая управа Сибирского казачьего войска, 3) Омская уездная Земская управа, 4) союз Сибирских маслодельных артелей, 5) Военно-промышленный комитет, 6) союз кооперативных союзов «Закупсбыт», 7) Омское отделение Московского общества сельского хозяйства, 8) Всероссийский союз кооперативных обществ, 9) союз кооперативных объединений «Центросибирь», 10) правление

Омского потребительного общества, 11) Союз западносибирских кооперативов - «Агро-союз», 12) Первое омское ссудо-сберегательное товарищество. Планировал рассмотреть вопрос о своём участии в этом деле и Омский биржевой комитет [25, с. 4].

Таким образом, положение образовательных учреждений в Белом Омске было весьма сложное. Значительная часть зданий была отдана под военные и административные учреждения, госпитали. Занятия учителя были вынуждены проводить в вечернее время, зачастую в неприспособленных помещениях. Учебные заведения сталкивались с постоянным недофинансированием, низкой заработной платой учителей, нехваткой дров для отопления, с острым недостатком учебников. В связи с этим некоторые учебные заведения временно закрывались (учительская семинария). Призыв в армию преподавателей также заметно осложнил учебный процесс в ряде омских школ. В то же время приезд в Омск видных деятелей науки из Москвы, Петербурга, Казани позволил шире развернуть работу по развитию омских вузов: политехнического и сельскохозяйственного институтов. Продолжалась и научная деятельность [26].

ЛИТЕРАТУРА

1. Голошубин И. Справочная книга Омской епархии. - Омск, 1914. - 1250 с.

2. Весь Омск. Справочник-указатель на 1913 год. - Омск : Изд. газ. «Ом. вестн.» : Тип. «Иртыш», [1913]. - 127 с.

3. Государственный исторический архив Омской области (ГИАОО). Ф. Р-1710. Оп. 1. Д. 29.

4. ГИАОО. Ф. Р-2011. Оп. 1. Д. 1.

5. Сибирская речь (Омск). - 1919. - № 14. -9 (22) янв.

6. Тимченко Ю. В. Деятельность органов городского самоуправления в сфере народного образования в Омске во второй половине 19181919 гг. // Гражданская война на востоке России: объективный взгляд сквозь документальное наследие : материалы Всерос. науч.-практ. конф. (Омск, 12-13 нояб. 2014 г.) / под ред. Д. И. Петина. - Омск : Амфора, 2015. - С. 175-179.

7. ГИАОО. Ф. 1617. Оп. 1. Д. 22.

8. Сливко А. С. Народное образование в первые годы после освобождения Омска // Известия Омского отдела Географического Общества Союза ССР. - 1966. - Вып. 8 (15). - С. 52-54.

9. ГИАОО. Ф. Р-2011. Оп. 1. Д. 2.

10. Штырбул А. А. Александр Сергеевич Сливко: первый ректор ОмГПИ : ист.-биогр. исслед. -Омск : Изд-во ОмГПУ, 2009. - 87 с.

11. Сибирская речь (Омск). - 1919. - № 201. -16 сент.

12. ГИАОО. Ф. 2069. Оп. 1. Д. 7.

13. Наша газета (Омск). - 1919. - № 29. -18 сент.

14. Заря (Омск). - 1919. - № 42. - 25 февр.

15. Омский вестник. - 1919. - № 190. - 13 сент.

16. Акмолинские областные ведомости (Омск). -1918. - № 10. - 14 сент.

17. Русская армия (Омск). - 1919. - № 203. -20 сент.

18. Правительственный вестник (Омск). - 1919. -№ 201. - 16 апр.

19. Соскин В. Л. Очерки истории культуры Сибири в годы революции и гражданской войны (конец 1917 - начало 1921 гг.). - Новосибирск : Наука, Сиб. отд-ние, 1965. - 281 с.

20. Войтеховская М. П. Подготовка учительских кадров для начальных училищ в ЗападноСибирском учебном округе // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. - 2009. -№ 107. - С. 14-27.

21. Настольный календарь на 1919 год / под ред. М. Н. Пинегина. - Томск : Изд. М-ва народ. просвещения, 1919. - 188 с.

22. Червоненко В. Н. Очерки истории Омского сельскохозяйственного института (19181993). - Омск, 1994. - 232 с.

23. Русская армия (Омск). - 1919. - № 100. -15 мая.

24. Вибе П. П., Михеев А. П., Пугачёва Н. М. Учебные заведения Омска // Омский истори-ко-краеведческий словарь: Исторические портреты. Хранители памяти. Памятники истории и культуры. События, связанные с историей Омского Прииртышья. - М., 1994. -С. 272-274.

25. Слово (Омск). - 1919. - № 21. - 22 дек.

26. Блинова О. В. Деятельность Западно-Сибирского отдела Русского Географического Общества в 1917-1919 гг. // Четвёртые Ядринцев-ские чтения : материалы IV Всерос. науч.-практ. конф., посвящ. 100-летию Революции и Гражданской войны в России (Омск, 3031 окт. 2017 г.). - Омск : ОГИК музей, 2017. -С. 230-233.

Информация о статье

Дата поступления 7 декабря 2018 г.

Дата принятия в печать 28 мая 2019 г.

Сведения об авторе

Сизов Сергей Григорьевич - д-р ист. наук, доцент, профессор кафедры философии Сибирского государственного автомобильно-дорожного университета

Адрес для корреспонденции: 644080, Россия,

Омск, пр. Мира, 5

E-mail: sizov-omsk@yandex.ru

Для цитирования

Сизов С. Г. Омские образовательные учреждения в 1918-1919 гг. // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2019. № 2 (22). С. 92-100. DOI: 10.25513/23121300.2018.3.92-100.

Article info

Received

December 7, 2018

Accepted May 28, 2019

About the author

Sergey G. Sizov - Doctor of Historical Sciences, Associate Professor, Professor of the Department of Philosophy of the Siberian State Automobile and Highway University

Postal address: 5, Mira pr., Omsk, 644080, Russia

E-mail: sizov-omsk@yandex.ru For citations

Sizov S.G. Educational Institutions of Omsk in 1918-1919. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2019, no. 2 (22), pp. 92100. DOI: 10.25513/2312-1300.2019.2.92-100 (in Russian).