Неуловимый Гумберт: вопрос о национальной идентификации героя

УДК 882.091-3

Е.Т. Камалетдинова

НЕУЛОВИМЫЙ ГУМБЕРТ:

ВОПРОС О НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ ГЕРОЯ

Прослеживая логику номинаций героя в тексте и их зависимость от внутритекстовых точек зрения, автор делает выводы о национальной идентификации Гумберта Гумберта в его собственных глазах и в глазах персонажей романа. Полученные результаты интерпретируются в контексте художественных задач В. Набокова.

In the study of logic of characterization and its relation to inner textual points of view the author concludes about national identification of Humbert Humbert as expressed by Humbert himself and by other characters. The conclusions are interpreted in the framework of Nabokov's poetic intents.

Главный герой романа В. Набокова «Лолита» Гумберт Гумберт постоянно предстает перед читателем в разных ролях, выполняет множество функций, поэтому повествователь прибегает к разнообразным номинациям нарицательными именами. Их употребление имеет своей целью семантическую конкретизацию, выделение дополнительных признаков. Нарицательные имена входят в состав портретных характеристик персонажа, описывают его в тот или иной момент действия, увиденный глазами героя-повествователя или других действующих лиц. Некоторые номинации выполняют структурообразующую функцию, повторяясь и варьируясь на протяжении всего повествования. В романе «Лолита»» можно выделить несколько групп нарицательных номинаций главного героя: демографические, релятивные, гиперони-мические, функциональные, оценочные и образные. Выделение этих групп номинаций основано на классификациях В.Г. Гака [1, с. 580] и Н.Д. Арутюновой [2, с. 318].

В романе «Лолита» встречаются демографические номинации, указывающие на происхождение и национальность главного героя. Эти номинации фиксируют точку зрения постороннего. Гумберт Гумберт противопоставлен в повествовании большинству остальных персонажей как европеец американцам. Пытаясь определить национальную принадлежность Гумберта, другие герои прежде всего отмечают его европейское происхождение как основной отличительный признак. Так, Шарлотта в письме к Гумберту называет его европейцем [3, с. 113], а мисс Пратт в разговоре с ним — старомодным европейцем [3, с. 274]. В автономинациях происходит преломление точек зрения: Гумберт изображен так, как он должен, по его мнению, выглядеть в глазах стороннего наблюдателя. Сдержанность и светскость являются его внешними атрибутами, что выражено в демогра-

фических номинациях и определениях при них. При употреблении этих номинаций повествователь всегда указывает на противоречие между внутренним состоянием Гумберта и его внешним видом. Так, номинация вежливый европеец является контаминацией точек зрения героя-повествова-теля и некоего стороннего наблюдателя, на которого Гумберт постоянно ориентируется: «Я чувствовал раздражение, разочарование и скуку, но, будучи вежливым европейцем, не мог отказаться от того, чтобы быть отвезенным на Лоун Стрит в этом погребальном лимузине...» [3, с. 73]. Эта номинация призвана выразить впечатление от Гумберта, которое он вызывает у посторонних. Но поскольку он едет в дом Шарлотты Гейз против своего желания, то и средство передвижения описывается в мрачных красках. Кроме того, это внутритекстовая аллюзия на последующее развитие событий, так как именно под колесами автомобиля погибнет Шарлотта. Номинация тихий джентльмен франко-ирландского происхождения [3, с. 184] также отражает точку зрения стороннего наблюдателя, постояльца гостиницы или лифтера, и вступает в противоречие с внутренним состоянием героя и его преступной целью — овладеть одурманенной нимфеткой. Номинация быть может, виконт одновременно относится к портретной характеристике Гумберта Гумберта, через несколько лет разлуки встретившего, наконец, Лолиту: «Мужчины поглядывали на ее хрупкого, зябкого, миниатюрного, старосветского, моложавого, но болезненного отца в бархатном пиджаке и бежевом жилете: быть может, виконт» [3, с. 378]. Виконт — это 'дворянский титул в странах Западной Европы (в Англии до настоящего времени), средний между титулами барона и графа, а также лицо, носящее этот титул' (МАС). В составе данной номинации используются эпитеты, внешне характеризующие Гумберта. Кроме того, здесь описывается верхняя одежда — бархатный пиджак, бежевый жилет. Акцент при описании поставлен на материале, из которого сшит пиджак: бархат в Европе раньше считался принадлежностью знатных людей. Таким образом, для стороннего наблюдателя одежда является сигналом благородного происхождения «отца». Номинация потрепанный эмигрант [3, с. 277] является контаминацией точек зрения (Г умберта и мисс Пратт). Она употребляется Гумбертом в ситуации разговора с начальницей Бердслейской гимназии. Слово «эмигрант» означает 'человек, переселившийся из своего отечества в другую страну, находящийся в эмиграции' (МАС). Таким образом, эта ав-тономинаця тоже указывает на чуждость героя. Номинация эмигрант также призвана выразить мнение мисс Пратт о нем как об отсталом, несовременных нравов, старомодном человеке, не разбирающемся в обычаях современной Америки. Определение потрепанный усиливает это впечатление, а также указывает на состояние самого Гумберта, потерпевшего поражение в споре с мисс Пратт.

К номинациям, указывающим на европейское происхождение героя, относятся также однофокусные номинации, данные Гумберту Шарлоттой. Кроме номинации европеец, она называет его мсье [3, с. 74], monsieur [3, с. 87], мосье [3, с. 108], застенчивый джентльмэн [3, с. 108]. Повествователь также использует контаминацию точек зрения в номинации сутулый, в очках, герр Гумберт со своими среднеевропейскими сундука-

ми [3, с. 99]. Для Шарлотты европейское происхождение Гумберта является воплощением воспитанности, светскости, утонченности, то есть того, чего не хватает ей самой и к чему она стремится. Употребление разноязычных обращений носит игровой характер: французское обращение monsieur — символ утонченности, обаяния; английское джентльмен — воспитанности, вежливости; немецкое герр — старомодности, чинности. С другой стороны, это ироничное указание на смешанное происхождение героя, на его неидентифицированность. Номинация герр Гумберт распространяется и дополняется определениями сутулый, в очках, со своими среднеевропейскими сундуками. При помощи сочетания немецкого обращения герр и данных эпитетов Гумберт Гумберт показывает возможное впечатление о нем Шарлотты до того, как она его увидела, как о старомодном, скучном, увлеченном наукой человеке.

Следующая группа демографических номинаций — это номинации, указывающие на национальность героя. Из 2-й главы I части романа мы видим, что определить национальность Гумберта Гумберта нелегко. Герой говорит: «Мой отец отличался мягкостью сердца, легкостью нрава — и целым винегретом из генов: был швейцарский гражданин, полуфранцуз-полуавстриец, с Дунайской прожилкой» [3, с. 40]. Мать Гумберта — англичанка. Таким образом, Гумберт Гумберт смешанного происхождения, он мультинационален. Номинации, указывающие на национальность, выполняют функцию обозначения его неидентифи-цированности, неопределенности. Отсутствие определенного национального признака выступает как знак отверженности и странничества героя. Эти номинации могут выступать в качестве автономинаций: «...если бы я был, что называется, "средним французом"» [3, с. 59]; «тихий джентльмен франко-ирландского происхождения» [3, с. 184]; «кажется, француз или швейцарец» [3, с. 267]; «...два мраморноликих, умиротворенных француза, сидящих рядком: мосье Гумберт с дочуркой и мосье Годен.» [3, с. 268]. В большинстве этих случаев Гумберт учитывает точку зрения постороннего наблюдателя, который, по его мнению, должен задаваться вопросом о его национальности. Однако на самом деле на протяжении повествования его точной национальной принадлежностью интересуются только Куилти («Вы француз, мистер?» [3, с. 408]; «либо австралиец, либо немецкий беженец» [3, с. 408]) и хозяйка мотеля в Эльфинстоне по имени Гейз: «Эта бодрая, нарумяненная вдова. спросила, не швейцарец ли я часом?» [3, с. 334]. Остальные персонажи видят в Гумберте только иностранца, европейца, не американца. Сам Гумберт, скорее всего, склонен считать себя французом. На это указывает и количественное преобладание номинаций «француз», и прошлое героя, связанное с Францией, и его занятия французской литературой, и склонность употреблять французские слова в речи.

Признаком, по которому другие персонажи определяют в Гум-берте иностранца, является его акцент. Он отмечается и самим геро-ем-повествователем, и другими персонажами (в частности, Куилти): «Но я всего лишь Гумберт Гумберт. с густыми черными бровями и странным акцентом...» [3, с. 84]; «У вас странный акцент, синьор»

[3, с. 407]. Кроме перечисленных национальностей — француз, швейцарец, австриец, немец, — можно выделить еще одну национальность, которая прямо в повествовании не называется, — еврей. Гумберта принимают за еврея, и поводом для этого является, в первую очередь, внешность героя. Так, Шарлотта в первые дни замужества интересуется происхождением Гумберта: «Разглядывая ногти, она спросила, нет ли у меня в роду некоей посторонней примеси» [3, с. 123]. Фраза Джона Фарло и реакция его жены Джоаны также указывает на то, что у этой супружеской пары возникают аналогичные предположения о национальной принадлежности Гумберта: «"Конечно, среди наших торговцев многовато итальянцев, — сказал рассудительный Джон, — но зато мы до сих пор были избавлены от жи-”. Джоана стремительно перебила его.» [3, с. 129]. Очевидно, что Джон собирался произнести грубое обозначение евреев — жиды, что Джоана посчитала абсолютно неуместным в присутствии Гумберта. Для портье «Привала Зачарованных Охотников» Гумберт является подозрительным брюнетом: «Там лысый, поросячьего вида, старик. осмотрел меня, подозрительного брюнета, с учтивой улыбкой, засим неторопливо достал мою (исковерканную) телеграмму, не поборол темных сомнений.» [3, с. 178]. Подозрение вызывает именно темный цвет волос Гумберта, не характерный для людей арийской расы, и его исковерканная фамилия. При втором посещении гостиницы уже специально искаженная Гумбертом фамилия, которую он указывает в телеграмме с просьбой зарезервировать место, — профессор Гамбургер [3, с. 362], тоже является поводом для подозрений и «учтивого отказа». Это связано с шовинистическим настроем владельца гостиницы, о чем свидетельствует следующая формулировка в рекламном проспекте «Привала»: «Церкви на удобном расстоянии для верующих». Эта фраза в 1950-е годы в США использовалась как эвфемизм, означающий, что в данный отель допускают лиц только христианского вероисповедания [4, с. 782]. Кроме того, «странный акцент» Гумберта дает повод для иронического замечания Куилти: «Как это вообще случилось, что вы со мной разговариваете? Это дом — арийский, имейте в виду» [3, с. 408]. Поскольку на самом деле Гумберт евреем не является, то указание на эту его возможную национальную принадлежность выполняет функцию подчеркивания его чуждости. Что значит быть евреем в Америке 50-х годов, повествователь показывает, описывая учеников Лолитиного класса: «А кроме того, я могу так ясно представить себе остальную часть этого красочного класса. Вижу. Флейшмана, которого жалею, как всякого изгоя.» [3, с. 95]. Гумберт также ощущает себя изгоем в мире, где влечение к девочкам воспринимается как преступление.

Гумберт Гумберт противопоставлен в повествовании большинству остальных персонажей как европеец американцам. Номинации, связанные с национальностью героя, вступают в противоречие друг с другом, свидетельствуят о трудности его национальной идентификации. Отсутствие определенного национального признака выступает как знак отверженности и странничества героя.

Список литературы

1. Гак В.Г. Языковые преобразования. М., 1996.

2. Арутюнова Н.Д. Номинация и текст // Языковая номинация: (Виды наименований). М., 1977.

3. Набоков В.В. Лолита. Машенька. Защита Лужина. М., 2004.

4. Шохина В. Комментарии // Набоков В.В. Лолита. Машенька. Защита Лужина. М., 2004.

Об авторе

Е.Т. Камалетдинова — канд. филол. наук, ассист., РГУ им. Канта, kisulix@mail.ru.