Исследование роли института семьи в социальной консолидации общества

Изучение современного состояния этнической культуры бурятского села показывает, что в ней произошли существенные изменения, затронувшие интенсивность выраженности этнических черт, проявляющихся в материальной культуре, языке, национальном самосознании, психологии, а также степени ценностных ориентаций, норм и представлений.

Литература

1. Осинский И.И. Проблемы исследования социальных изменений в условиях реформирования российского общества: Народы Центральной Азии в XXI веке. - Улан-Удэ, 2002. -С.14.

2. Елаев A.A. Бурятский народ: становление, развитие, самоопределение. - М., 2000. - С.314.

3. Мангатаева Д.Д. Эволюция традиционных систем жизнеобеспечения коренных народов Байкальского региона. - Новосибирск: Издательство СО РАН, 2000. -С. 176.

4. Народная культура в современных условиях / М-во культуры РФ. Рос.ин-т культурологии; отв.ред. Н.Г. Михайлова. - М.. 2000. - С. 127.

5. Сибирь: этносы и культуры (традиционная культура бурят). Вып. 3. - Улан-Удэ. 1998. - С.З.

6. Балданова А.С., Бадданов С.С. Опыт экологических традиций бурят в современности // Буряты в контексте современных этнокультурных и этносоциальных процессов. Традиционная культура, народное искусство и национальные виды спорта бурят в условиях полиэтничности: сборник статей: В 3 т. T.I. - Улан-Удэ, 2006. - С.298.

7. Басаева К.Д. Семья и семейный быт в XX в. // Буряты / Отв.ред. JI.JI. Абаева, Н.Л. Жуковская. Институт этнологии и антропологии им. Н.Н.Миклухо-Маклая. -М.: Наука, 2004. - С.207.

Галсанова Ирина Будажаповна, кандидат культурологии, заведующая отделом аспирантуры и докторантуры Бурятской государственной сельскохозяйственной академии им. В.Р. Филиппова», и.о. доцент кафедры связей с общественностью, социологии и политологии, г. Улан-Удэ, e-mail: Galsanova@bgsha.ru. Galsanova Irina Budazhapovna, candidate of culturology, head of the department of graduate course, acting associate professor, department of public relations, sociology and political science, Buryat State Academy of Agriculture named after V.R. Philippov, Ulan-Ude, email: Galsanova@bgsha.ru.

УДК 316.356.2 © E.B. Гольцова

ИССЛЕДОВАНИЕ РОЛИ ИНСТИТУТА СЕМЬИ В СОЦИАЛЬНОЙ

КОНСОЛИДАЦИИ ОБЩЕСТВА

*Статья подготовлена при поддержке фундаментального исследовательского проекта «Ресурсы консолидации

российского общества: институциональное измерение». Государственный контракт №16.740.11.0421 в рамках ФЦП Минобрнауки РФ «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России: 2010-2012 гг.»

В статье рассматривается проблема влияния института семьи на процесс социальной консолидации в современном российском обществе. Дан развернутый анализ форм и практики семейного социального контроля, выявлены межпоколенческая преемственность, транслируемые ценности и социачьная память, а также определены общее восприятие и социальное самочувствие современной семьи.

Ключевые слова: социальная консолидация, семья, социачьное самочувствие, социачьная память, межпоколенческая преемственность.

E.V. Goltsova

THE ROLE OF THE INSTITUTE OF THE FAMILY IN SOCIAL CONSOLIDATION

The problem of the influence of the family in the process of social consolidation of Russian society. Provides a detailed analysis of the forms and practices of family social control identified intergenerational continuity, broadcast values and social memory, and identified a common perception, and social well-being of the modern family.

Key words: social cohesion, family, social, health, social memory, intergenerational continuity.

В России в последние десятилетия XX в. и начала XXI в. произошли кардинальные социально-экономические трансформации, которые не могли не привести к серьезным изменениям в семейной сфере. Институт семьи, переживающий кризис, трансформируется, что ведет к деформации традиционных ценностей и повышению уровня конфликтности в обществе.

В связи с этим, становится актуальным исследование инстигута семьи и его роли в социальной консолидации в условиях современного российского общества.

Для анализа роли института семьи в социальной консолидации общества нами была применена оригинальная методика,

позволяющая провести исследование

конкретных аспектов жизнедеятельности семьи в контексте проблематики социальной солидарности по шести блокам. Каждый блок включает ряд вопросов. позволяющих проанализировать формы и практику семейного социального контроля, выявить

межпоколенческую преемственность,

транслируемые ценности и социальную память, а также определить общее восприятие семьи и социальное самочувствие. В нашем исследовании использован метод анкетного опроса, общее количество опрошенных - 500 человек в возрасте 35-55 лет, ведущих семейную жизнь, имеющих детей, из них 290 женщин (58%) и 210 мужчин (42%). В возрастном диапазоне от 35 до 44 лет было опрошено 337 человек (67,4% - младшая группа) и в возрастном диапазоне от 45 до 55 лет - 163 человека (32,6% - старшая группа). По образованию выборка распределилась следующим образом: среднее - 100 человек (20%), средне-специальное - 88 (17,6%), среднетехническое - 36 человек (7,2%), высшее

- 272 человека (54,4%), 10 классов - 1 человек (0,2%), 8 классов - 3 человека (0,6%). Учитывая ничтожно малое количество респондентов, попавших в группы 8 и 10 классов, данными по этим группам можно пренебречь. Состоят в браке - 396 человек (79,2%), не состоят - 104 (20,8%). Сделана первичная корреляция по: возрастным группам: (младшая - 35-44 лет, старшая - 45-55 лет), по семейному положению (в браке/не в браке») и уровню образования.

При исследовании форм и практики социального контроля в семье респондентам предлагалось ответить на вопросы с целью выяснения отношения к обсуждению поступков в семье и выявления внутрисемейных правил, установлений, отношений. Для ответа на первый вопрос: «Происходит ли в семье респондента обсуждение поступков, поведения ее членов?» предложена пара: «да/нет». Подавляющее большинство респондентов - 85% - дали положительный ответ на данный вопрос, и, соответственно, 15% - отрицательный (здесь и далее проценты округлены до целых). При этом из состоящих в браке ответили «да» 87% и «нет»

- 13%. Из не состоящих в браке дали положительный ответ 76%, отрицательный -24%. Следовательно, брачность способствует более активному обсуждению поступков членов семей.

Если сравнить данные по возрастным группам, то положительный ответ дают 84% из первой группы и 86% из второй, следовательно, в более старших семьях поступки членов семьи

обсуждаются чаще, чем в младших, хотя и на небольшое превышение в 2% , которое не имеет особой значимости. Сравнение результатов ответа в зависимости от образования говорит о том, что в большей степени склонны к обсуждению респонденты со

среднетехническим (94%) и средне-специальным (90%) образованием, а респонденты с высшим образованием занимают третью позицию (86%). Лица со средним образованием (75%) замыкают ряд.

На следующий вопрос, «Если происходит обсуждение поступков, поведения членов семьи респондента, то каких именно поступков?» 42% ответили что обсуждают только самые серьезные и значимые для всей семьи поступки, а 58% - любые поступки, причем, данная пропорция сохраняется вне зависимости от брачного состояния и возрастной группы респондентов, из которых 42-43% обсуждают только самые серьезные поступки, и 58-57% обсуждают любые поступки. Влияние на данный ответ образования респондентов несколько отличается: к обсуждению любых поступков менее склонны более образованные респонденты — 53% против 70% любителей пообсуждать близких со средне-специальным и 61% со среднетехническим образованием.

На вопрос, «Если не происходит обсуждение поступков, поведения членов семьи, считает ли респондент это нормальным?» в среднем 44% опрошенных ответили, что это нормально, каждый живет своей жизнью, а 56% сказали, что это ненормально, так как в семье все отвечают друг за друга. Менее критичны к обсуждению поступков близких респонденты, состоящие в браке (57%), в то время как противоположная группа более критична, в ней 52% считают ненормальным «замалчивание» поступков членов семьи. Среди возрастных групп менее критична к обсуждению поступков младшая возрастная группа с 52%, в то время как в более старшей группе 64% считают необсуждение поступков близких ненормальным. Влияние образования респондентов на снижение уровня терпимости к замалчиванию поступков близких в большей степени проявляется у лиц со средним специальным (36%) и высшим образованием (39%), чем у респондентов со среднетехническим образованием (60%).

Вопрос «Существуют ли в семье респондента какие-то правила, установления, исполнение которых обязательно для всех ее членов?» дал положительный ответ в 69% ответов и отрицательный в 31%, что говорит о достаточно высоком уровне внутрисемейного социального

контроля, причем у состоящих в браке этот уровень оказался выше и составил 71%, в то время как у несостоящих в браке всего 63%. Распределение ответа на этот вопрос по возрастам показывает, что уровень социального контроля выше в семьях 35-44-летних респондентов (72%) и ниже в старшей группе -64%. Также уровень социального контроля выше в семьях респондентов с высшим образованием (75% положительных ответов), в то время как из лиц со среднетехническим всего 56% признали существование в их семьях обязательных правил и установлений.

В среднем 88% опрошенных считает, что наличие в семье обязательных установлений -нормальное явление, что в каждом «монастыре» должен быть свой «устав». Не согласны с нормальностью такой ситуации 12% состоящих в браке и 16% не состоящих в браке респондентов, 13% из младшей возрастной группы и 11% из старшей. Эти данные также подтверждают высокий уровень социального контроля в современной семье. Самый низкий уровень несогласия с сильным социальным контролем выразили респонденты с высшим образованием (6%), самый высокий - со средним (28%).

Вопрос «Если в семье респондента не существуют правила, установления, исполнение которых обязательно для всех членов семьи, считает ли респондент это нормальным?» не дал таких резких расхождений, как предыдущий. Нормальной считают данную ситуацию 56% и не нормальной соответственно 44% опрошенных. Распределение ответов в зависимости от брачного статуса, как и от возраста респондентов, не дало резких отклонений. Более значимые расхождения обнаружились в оценке этой ситуации лицами с разным образованием: нормальным наличие внутрисемейных установок считают 70% лиц со среднетехническим и всего 49% с высшим образованием.

Непосредственный социальный контроль определяется тем, как долго родители говорили респонденту «что делать», то есть, определяли жизнь респондента. Так, 30% ответили, что их жизнь определялась родителями практически до окончания школы и 26% - до старших классов. До старших курсов вуза (техникума, училища) родители контролировали 14% детей, до замужества (женитьбы) - 10%, а у 12% родительский контроль присутствует «до сих пор»! Характерно, что респонденты, состоящие в браке, ощущали больший контроль в школьные и студенческие годы, в то время как

несостоящие в браке ощущали его до женитьбы (замужества) и ощущают «до сих пор». Возможно, благодаря именно этому излишнему контролю и распадались их браки. Возрастные категории респондентов не дают больших расхождений, за исключением того, что в младшей родительской группе на 5% больше тех, кого родители контролируют «до сих пор».

Ответы на вопрос «Как долго респондент считает необходимым говорить детям «что делать», то есть, определять их жизнь?» показывают, что большинство родителей считает необходимым определять жизнь детей до окончания школы (26%), до старших курсов учебного заведения - 17% и до старших классов школы - 14%. Характерно, что почти одинаковое количество родителей желают контролировать детей до окончания учебы или до замужества (12 и 11% соответственно), а 20%(!) желали бы определять жизнь детей как можно дольше. Отмечается очень хорошая корреляция с влиянием брачного статуса, в то время как корреляция с влиянием возраста респондентов весьма слабая. Влияние образования родителей на уровень контроля жизни детей заметно в большей степени у лиц с высшим образованием, которые больше склонны опекать детей до старших курсов вуза (17%) и до сих пор определяют их жизнь (15%). Респонденты со среднетехническим

образованием предпочитают контроль детей до старших классов школы, а имеющие средне-специальное образование - до окончания школы. Здесь заметно влияние собственного жизненного опыта. Имеет значение и наличие «возможностей влияния» у лиц с высшим образованием, как у более высокоресурсных.

Исследование характера и особенностей межпоколенческой преемственности в примордиальной группе - профессиональном сообществе и семье - включает анализ отношения респондентов к патриотизму и условиям его формирования, анализ значимости авторитета старших поколений. На вопрос «Считаете ли вы себя патриотом России?», утвердительно ответили 52% опрошенных, отрицательно - 20%, и 27% затруднились с ответом, при этом патриотов, состоящих в браке на 3% меньше, чем несостоящих, и в младшей возрастной группе на 3% меньше, чем в старшей.

Большинство опрошенных (66%) поставили семью на первое место в деле формирования патриотизма. Ведущая роль школы в этом вопросе с 10% оказалась на третьем месте, а на втором с 18% оказался вариант «я сам» (сама).

Такой большой процент

«самовоспитывающихся» патриотов, на наш взгляд, основан на примере родителей, или, точнее, семьи. При оценке наименьшего влияния на формирование патриотизма, в «лидерах» оказался трудовой коллектив. Ранжированные оценки (от 1 до 5) подтверждают четкий приоритет семьи в патриотическом воспитании: стабильно высокий процент и второе место заняло самовоспитание и на третьем месте остается школа, которую 44% поставили на 2-е место. В аутсайдерах находятся ВУЗ и трудовой коллектив. Влияние брачного статуса и возраста респондента не существенно, влияние образования минимально: утвердительный ответ дали 55% респондентов с высшим образованием, отрицательный - 20%, затруднившихся с ответом было, соответственно, меньше — 25%.

Анализируя значимость и авторитет для респондентов жизненного опыта родителей, следует отметить, что большинство респондентов отдают большую роль жизненному опыту родителей: 22% безоговорочно принимают опыт родителей и следуют ему в жизни, 55% оценивают родительский опыт высоко, но следуют ему не всегда. Малозначим опыт развития для 17% опрошенных и совсем не значим - для 5%. Влияние брачного статуса и возраста минимально и добавляет всего 1% к значимости у неженатых и более молодых респондентов. Влияние образования также минимально и проявляется у респондентов с высшим, среднетехническим и средне-специальным образованием.

Межпоколенческая преемственность

напрямую связана с тем, что респонденты знают о своих предках. Анализ ответов на вопрос «Как много вы знаете о жизни и судьбе своих предков?» показывает, что 62% знают много о жизни ближайших предков (бабушки и дедушки), а совсем ничего не знают лишь 3 %. О прадедушках и прабабушках большинство опрошенных (42%) знают «в общем» и 15% не знают ничего, и лишь 11 % знают много. Влияние брачного статуса ярко выражено: состоящие в браке знают о жизни своих предков в 4-5 раз больше, чем несостоящие; влияние возраста минимально и заметно у более молодых респондентов; влияние образования также незначительно и мало различается у лиц с высшим, среднетехническим и средне-специальным образованием. Таким образом, преемственность между поколениями ограничивается в основном на уровне бабушек и

дедушек и практически незначительно связана с возрастом и образованием родителей.

Анализ оценки значимости жизненного опыта родителей для собственных детей показывает, что для 16% опыт родителей значим настолько, что они следуют их принципам жизни. В семьях большинства родителей (65%) их опыт, в общем, значим для детей, но они следуют принципам жизни родителей не всегда. 16% считают, что дети практически не следуют их принципам, и 3% констатировали, что для детей их жизненный опыт не значим совершенно и они следуют другим принципам жизни, причем значительно выше оценивают опыт родителей женатые и замужние респонденты и имеющие среднетехническое и средне-специальное образование.

Межпоколенческая преемственность

проявляется, в частности, в трансляции ценностных установок. Анализ личных качеств, необходимых для достижения успеха в сегодняшнем российском обществе, показывает, что человек должен обладать целым рядом качеств, необходимых для успешности в современном мире. Респонденты назвали 137 качеств, из которых 4 имеют наибольшую (больше 10%) значимость: целеустремленность - 15%, ум - 13%, образованность - 11%, трудолюбие и активность - по 10%, коммуникативность. Брачный статус и возраст практически не влияют на оценки, за исключением оценки целеустремленности, которая выше на 2% у женатых и старших по возрасту родителей, уровень образования также практически не влияет.

Оценка респондентами собственных способностей обладания ведущими качествами показала, что на 100% обладают ими всего 17%, на 90% - 13%, на 80% - 15%, на 70% - 16%, на 60% - 10%, и на 50% - 13%. Средний показатель обладания качествами, гарантирующими успешность, составил 9%. Дети же, на взгляд родителей, обладают аналогичными, самыми значимыми качествами в меньшей мере: на 100% ими обладают только 8%, на 90% - 12%, на 80% - 13%, на 70 процентов - 17%, на 60% -11% и на 50% - 17%, хотя средний показатель составил 10%, следовательно,

межпоколенческая преемственность при передаче качеств успешности проявляется недостаточно.

Транслируемая социальная память отображается в отношении населения к исторически значимым событиям, великим людям, государственным праздникам и т.д. На вопрос «Какие события из истории нашей

страны вызывают у респондента чувства стыда, или, по крайней мере, неловкости?» 54% респондентов ответили «никакие», остальные ответы распределились таким образом, что из них только шесть событий получили больше 2%. Это распад СССР (4%), репрессии, войны в Афганистане и в Чечне - по 3%, перестройка и «продажа Аляски» - по 2%. Также можно отметить ответ «все войны» с 1,7%, в которых, очевидно, имелись в виду не только афганская и чеченская компании, но и другие военные конфликты, в которых принимала участие Россия, включая войну 2008 г. в Южной Осетии. Заметного влияния брачного статуса на выбор события вызывающего стыд, не прослеживается, как и влияния возраста респондентов. Влияние образования выражается в том, что перестройку и репрессии чаще называли респонденты со средне-специальным, чем с высшим образованием, а войну в Чечне - респонденты с высшим образованием.

Список исторических деятелей страны, которых респонденты считают наиболее великими, относительно невелик, более того, явного лидера нет, поскольку большинство респондентов (18%) не назвали никого. Столько же процентов получил Петр I, за ним следуют И.В. Сталин с 12% и замыкает первую тройку В.И. Ленин с 9%. Вторая тройка представлена В В. Путиным (5%), Т.К. Жуковым (4%) и Б.Н. Ельциным (3%). Влияние брачности на выбор ответа на данный вопрос таюке как и в предыдущем вопросе не прослеживается, за исключением выбора И.В. Сталина (19%), сделанным несостоящими в браке респондентами. Влияние возраста респондентов отразилось на ответах незначительно: старшая группа чаще выбирала Л.И. Брежнева, Г.К. Жукова, Б.Н. Ельцина, в то время как младшая группа отдавала приоритет В.И. Ленину и Петру I. Влияние образования отмечено только повышением выбора отдельных знаменитостей респондентами с высшим образованием: Петр I (25%), И.В. Сталин (15%), В.И. Ленин (12%).

Следующим вопросом, посвященным исследованию социальной памяти был вопрос об историческом событии, вызывавшем чувство гордости. Половина респондентов назвала Великую Отечественную войну, что закономерно, поскольку в каждой семье еще жива память о тех трагических годах и есть свои герои - фронтовики и участники войны. На втором месте с 30% оказался ответ «никакие», что говорит об очень низкой оценке респондентами исторических вех своей страны. На третьем месте с 7% находится полет

Гагарина в космос, который отметило 38 респондентов, вероятно, под влиянием 50-летнего юбилея первого полета в космос, отмечавшегося в апреле 2011 г. Остальные события, среди которых немало довольно экзотических (Наваринское морское сражение, переход Суворова через Альпы, цензурный устав), получили ничтожно малое число выборов. Влияние брачности ограничилось тем, что респонденты, состоящие в браке, чаще, чем несостоящие, выбирали Великую

Отечественную войну - 56% против 46%, а влияние возраста отразилось на выборе ответа «никакие»: представители младшей возрастной группы дали 61% против 49% старшей группы. Следовательно, у более молодых респондентов отмечается более критичное отношение к истории страны. Образование респондентов также оказало небольшое влияние на выбор ответов: Великую Отечественную войну выбрали больше респондентов с высшим образованием, чем со средне-специальным и среднетехническим, полет Гагарина в космос также чаще отмечался респондентами с высшим и средне-специальным образованием, а обладатели среднетехнического образования чаще выбирали ответ «никакие» (64%).

Транслируемые через поколения ценности, можно оценить через ответственность за происходящее вокруг. Отвечая на вопрос «Испытывает ли респондент ответственность за то, что происходит вокруг», 83% респондентов ответили, что испытывают большую ответственность за семью, 39% - за трудовой коллектив, 12% - за происходящее в городе, 6% - за происходящее в области и 7% - за происходящее в стране. Вообще, ответственность за семью испытывают 96%, за трудовой коллектив в целом переживает 89%, за события в городе - 32%, и в стране - 30%. Представляется, что эти 30-32% составляют основною часть электората, постоянно участвующего в выборах, в то время как другая часть населения 67% в области и 68% в стране -почти никогда не участвует в выборах. Сравнение ответов состоящих и несостоящих в браке респондентов показывает, что ответственность у первых в 5-10 раз выше, чем у вторых, причем почти по всем критериям. Зависимость ответственности от возраста тоже имеет большое различие: в младшей возрастной группе она значительно выше - (в 1,5-2 раза), чем в старшей. Влияние образования на уровень ответственности за происходящее вокруг ярко проявляется на примере семьи: 86% респондентов с высшим образованием

испытывают большую ответственность за происходящее в семье, со средне-специальным -84%, со среднетехническим - 72%, со средним -78%. В то время как совершенно не испытывающих ответственность, едва набирается 1%. Показательно также, что совершенно не испытывают ответственности за происходящее в области и стране 35% респондентов с высшим образованием, 40% со средне-специальным, 50% со

среднетехническим и 42% со средним образованием. Таким образом, можно сделать вывод, что основные ценности населения замыкаются на семье, а проблемы области и страны игнорируются в достаточно большой степени.

Анализ ценностных качеств показал, что респонденты чаще выбирают такие ценности, как: целеустремленность, ум, образованность, трудолюбие, активность и коммуникативность. В то же время, нередко респондентами выбираются такие ценности, как наглость - 8%, упорство - 7%, честность - 6%, активность, общительность и ответственность - по 4%ч грамотность - 3%, настойчивость, профессионализм, терпение и энергичность получили по 2%.

Государственный праздник, названный самым значительным - это День Победы (47%), от которого значительно отстают День независимости с 14% и Новый Год с 11%. Никакого праздника не назвали 17% опрошенных, это достаточно большая цифра, чтобы задуматься о трансформации социальной памяти. Необходимо отметить еще несколько значимых в масштабах страны праздников, это тендерные праздники 8 марта (5%), 23 февраля (4%) и 1 мая (2%). Заметно, что все эти праздники, учрежденные в советскую эпоху, утратили значимость и отошли на второй план. Зато в списке появился негосударственный праздник Пасха, который два респондента назвали как наиболее значительный государственный. Ряд наиболее популярных праздников типа Дня защиты детей, Дня космонавтики и др. получили всего по несколько голосов, поэтому никакой научной значимости не имеют. Влияние брачности на выбор государственного праздника проявляется в выборе тендерных праздников. Гак, день 8 марта популярен у 6% состоящих в браке, а 23 февраля - у 5%. У несостоящих в браке респондентов эти цифры чуть меньше: 5 и 3% соответственно. Праздник весны и труда также чаще выбирали состоящие в браке (2%), чем не состоящие (1%). Влияние возраста респондентов

на выбор праздника проявилось очень слабо и только в оценке Дня независимости: его выбрали 15% из младшей возрастной группы, что на 7% меньше, чем выбор старшей группы (22%). Образование респондентов

незначительно влияет на выбор главного праздника, за исключением праздника 23 февраля, который выбрали 23% респондентов со средне-техническим образованием, против 4% с высшим. Вероятно, это следствие того, что абсолютное большинство закончивших техникумы мужчин отслужило в армии, в то время как выпускники вузов в недалеком прошлом зачастую избегали исполнения воинского долга, поэтому военный праздник не является для них значимым. Также респонденты со среднетехническим и средне-специальным образованием чаще отмечали большую значимость Дня независимости (22%) и Нового года (14%).

Общее восприятие семьи респондентами, определяемое с помощью опроса, включало оценку выражения: «Семья - это когда ты прав, даже если ты не прав». 13% согласились с данным выражением, подтвердив, что это точное выражение сути семьи. 44% ответили, что это выражение, может быть, отражает суть семьи, но не всегда. 43% ответили, что это неправильное восприятие семьи. Состоящие в браке респонденты, дали оценки близкие к приведенным, таким образом, влияние брачности на эти оценки не существенно. Влияние возраста респондентов также не существенно, хотя в старшей возрастной группе с данным выражением согласны 20% респондентов, а в младшей - всего 10. Анализ влияния образования на восприятие семьи показывает, что в большей степени с данным определением согласны респонденты с высшим образованием, а в меньшей степени - со средне-специальным и среднетехническим.

Наиболее полно восприятие семьи респонденты раскрыли через ассоциации: семья- это (что?), семья - она (какая?), семья -(что делает?).

Первая ассоциация дала ответы - семья - это: счастье (12%), ячейка общества (10%), любовь (7%). Состоящие в браке респонденты ответили: семья - это счастье (11%), ячейка общества (9%), любовь (8%). Не состоящие в браке респонденты ответили: семья - это счастье (17%), ячейка общества (14%), близкие люди (7%).

В младшей возрастной группе выбраны ответы семья - это счастье (14%), ячейка общества (11%), лидер (7%). В старшей

возрастной группе были выбраны ответы: семья - это неизвестность (10%), счастье (9%), ячейка общества (7%).

В зависимости от образования респонденты с высшим образованием дали ответы: семья - это жизнь (26%), микрокосмос (13%), взаимопонимание (8%). Респонденты со средне-специальным образованием выбрали ответы: семья - это жизнь (33%), взаимопонимание (15%), помощь друг другу (8%). Респонденты со среднетехническим образованием выбрали ответы: семья - это «помощь друг другу» (31%), жизнь (28%).

Вторая ассоциация дала ответы: семья -дружная, большая, крепкая. Состоящие в браке респонденты ответили: семья душевная (26%), большая и ласковая - по 11%.

Не состоящие в браке респонденты ответили: семья душевная (22%), нормальная (12%), большая (9%). В младшей возрастной группе респонденты ответили: семья - душевная (23%), крепкая (11%), большая (10%) В старшей возрастной группе даны ответы: душевная (29%), большая (12%), крепкая (8%).

Третья ассоциация: семья — помогает, живет, воспитывает. Состоящие в браке респонденты ответили: семья познает, живет, воспитывает. Нестоящие в браке респонденты ответили: семья познает (14%), живет (9%), объединяет (7%).

В младшей возрастной группе были даны ответы: семья - обременяет(11%), помогает (9%), заботится (9)%. В старшей возрастной группе были даны ответы: семья - обременяет (17%), помогает (9%), воспитывает (6%).

В зависимости от образования респонденты с высшим образованием дали ответы: семья -продолжает род (11%), обучает (10%), наблюдает (6%). Респонденты со средне-специальным образованием выбрали ответы: семья - обучает (12,5%), воспитывает (11,4%). Респонденты со среднетехническим

образованием выбрали ответы: семья - обучает (36%), заботится (14%).

На вопрос «Как считает, респондент, детям сейчас жить легче или труднее, чем респонденту, когда он был в их возрасте»? 20% ответили, «однозначно легче», 26% - пожалуй, легче, 35% - пожалуй, труднее, 19% -однозначно труднее. Ответы состоящих и несостоящих в браке респондентов отличались незначительно, ответы по возрастным группам отличались в большей степени. Так, 21,5% представителей младшей группы выбрали ответ «однозначно легче», ответ «пожалуй, легче» дали 29% респондентов и ответ, пожалуй, труднее - 36%. «Однозначно труднее» сказали

14% респондентов. В старшей группе ответы «однозначно легче» и «пожалуй, легче» получили меньшие доли (17 и 21% соответственно), а ответы «пожалуй, труднее» и «однозначно труднее» - 34 и 29% соответственно. В зависимости от образования респонденты с высшим образованием дали ответы, мало отличающиеся от средних, однако, 51% респондентов со средне-специальным образованием дали ответ «пожалуй, труднее», а респонденты со среднетехническим

образованием выбрали ответы: «пожалуй, труднее» (44%) и «однозначно труднее» (44%).

Характеристика социального самочувствия опрошенных в течение последнего года включает общее и преимущественное психологическое состояние и оценивается респондентами как а) усталость (25%), б) спокойствие (15%), в) задерганность (14%). Общее преимущественное психологическое состояние опрошенных связано с: профессиональной деятельностью (41%), семейными делами (37%), состоянием здоровья (17%). При этом, брачный статус не оказывал сколько-нибудь существенного влияния на состояние респондента. У всех респондентов психологическое и общее состояние было связано, в первую очередь, с профессиональной деятельностью, во вторую - с семейными делами и в третью - с состоянием здоровья.

В течение последнего года состоящие и несостоящие в браке респонденты отмечали, в первую очередь, усталость (43 и 41% соответственно), во вторую - спокойствие (25,3%) - состоящие в браке, задерганность (25%) - не состоящие в браке. 22% представителей младшей возрастной группы испытывали состояние счастья, в старшей группе такое же состояние испытывали 15% респондентов. Также, следует отметить более высокий уровень спокойствия, безмятежности и энергичности в младшей группе. Представители младшей группы в течение года больше работали, так как их преимущественное психологическое состояние было связано с профессиональной деятельностью в 43% случаев, в то время как в старшей возрастной группе эта доля составила 37%. Семейные дела одинаково занимали обе группы (по 36%), состояние здоровья было причиной заботы в большей степени у старшей группы (25% против 15%). Общее положение дел в стране занимало респондентов в меньшей степени: 5 и 7% соответственно в младшей и старшей группах.

В зависимости от образования респонденты с высшим образованием ощущали усталость в

Л.Т. Лагконова. Факторы, влияющие на социальное самочувствие сельского учительства Республики Бурятия

41% случаев, спокойствие в 27%, энергичность в 25%, задерганность - в 24%. Респонденты со средне-специальным образованием ощущали усталость в 55%, счастье - в 25%, задерганность - в 24%, в то время как, респонденты со среднетехническим образованием ощущали усталость в 44% и задерганность в 36% случаев. Респонденты со средним образованием также испытывали значительную усталость - в 35% случаев, спокойствие - в 25% и энергичность - в 23%. Таким образом, общее и преимущественное психологическое состояние респондентов оценивается как усталость и задерганность. Влияние уровня образования в основном было связано с профессиональной деятельностью и во вторую очередь — с семейными делами. При этом, чем выше уровень образования, тем большее влияние на состояние респондента оказывала

профессиональная деятельность, и, чем ниже уровень образования, тем больше респондентов занимали семейные дела. Здоровье, и особенно, положение дел в стране оказывают наименьшее влияние на респондентов всех уровней образования.

Литература 1. Гольцова Е.В. Эволюция семейных ценностей как фактор демографического поведения П Развитие

социальных систем как проблема управления / Под ред. О.А. Кармадонова, В.А. Решетникова. - Иркутск, 2009. - с. 261-263.

2. Козырева П.М., Гурко Т.А., Смирнов А.И., Воронин ГЛ. Роль семьи в консолидации российского общества. Социальные факторы консолидации российского общества: социологическое измерение / Под ред. М.К. Горшкова. -М. : Новый хронограф. - 2010. - С. 62-90.

3. Попова Д.О. Трансформация семейных ценностей и второй демографический переход в России: кто в авангарде? Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе. Вып. 2 / Под ред. Т.М. Малевой, О.В. Синявской. - М. НИСП, 2007. - с. 163-184.

4. Корчагина И.И., Прокофьева JI.M Россияне о роли общества и семьи в поддержке детей и престарелых: изменения последних лет / Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе Вып. 2 / Под ред. Т.М. Малевой, О.В. Синявской. -М. НИСП, 2007.-е. 247-264.

5. Синявская О.В., Гладникова Е.В. Взрослые дети и их родители: интенсивность контактов между поколениями. Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе. Вып. 1 / Под ред. Т.М. Малевой, О.В. Синявской. - М. НИСП, 2007. - С. 517-544.

Гольцова Евгения Викторовна, кандидат философских наук, доцент института социальных наук Иркутского государственного университета, г. Иркутск, e-mail: jenyl963@bk.ru. Goltsova Eugenia Viktorovna, candidate of philosophical science, assistant professor, institute of social sciences, Irkutsk State University, Irkutsk, e-mail: jenyl963@bk.ru.

УДК 373 : 316.55 (571.54) © Л.Т.Лагконова

ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА СОЦИАЛЬНОЕ САМОЧУВСТВИЕ СЕЛЬСКОГО УЧИТЕЛЬСТВА

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

В статье содержится обоснование понятия «потребности» и их влияние на социальное самочувствие. Приводится статистический аначиз реализации основных потребностей сельского учительства Республики Бурятия.

Ключевые слова: сельское учительство, потребности, социальное самочувствие, страта.

L.T. Lagkonova

THE FACTORS INFLUENCING ON THE SUBJECTIVE WELL-BEING OF RURAL TEACHERS

IN THE REPUBLIC OF BURYATIA

The article supports the basis of concept of the «requirements» as scientific category and its influence on subjective well-being. It also contents the statistics analysis reflecting the kind of satisfaction requirements of the rural teachers in the Republic of Buryatia.

Key words: subjective well-being, rural teachers, requirements, strata.

Социальное самочувствие является социальным феноменом, отражающим позитивные или негативные социальные изменения общества, и имеет сложную комплексную структуру, состоящую, как минимум, из четырех компонентов:

когнитивного, эмоционального, поведенческого и аксиологического. Представителями современной социологии оно исследуется в рамках четырех основных подходов, акцентирующих внимание на различных аспектах включения социального субъекта в