КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРЫ В МЕЖКУЛЬТУРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ

Выводы. В условиях модернизации возникают объективные предпосылки отчуждения человека от собственной культуры. В частности, возникает утрата определенной целостности, поскольку сама культура уже не представляет собой ту традиционную целостность и систему. Потенциальные возможности традиционных этнических культур не раскрываются в полной мере из-за недооценки их значимости для человека в контексте возрождения этих традиционных свойств.

В этом заключается основной конфликт существования традиционных культуры во времени. В наших силах раскрыть потенциальные возможности традиционной культуры и решить этот конфликт, используя СМИ как средство ее презентации. Таким образом удастся вывести традиционную культуру с окраин информационных пространств в центр информационной жизни.

Литература:

1. Бондырева, С.К. Традиции: стабильность и преемственность в жизни общества / С.К. Бондырева. - М.: Изд-во Моск. психол.-соц. ин-та, 2004. - 275 с.

2. Вебер, М. Избранные произведения/ М. Вебер. - М.: Прогресс, 1990. - 808 с.

3. Каиров, В.М. Традиции и исторический процесс / В.М. Каиров. - М.: Луч, 1994. - 188 с.

4. Кини, А.Г. Механизм изменения в традиционной культуре / А.Г. Кини. - М.: НИИ культуры, 1992. - 157 с.

5. Лурье, С.В. Историческая этнология / С.В. Лурье. - М.: Гаудеамус, 2004. - 624 с.

6. Федотова, В.Г. Модернизация и культура / В. Г. Федотова. - М.: Прогресс-Традиция, 2016. - 335 с.

7. Чистов, К.В. Народные традиции и фольклор: Очерки теории / К.В. Чистов. - Л.: Наука, 1986. - 304 с.

8. Шацкий, Е. Утопия и традиция / Е. Шацкий. - М.: Прогресс, 1990. - 456 с.

9. Besculides, A. Residents' perceptions of the cultural benefits of tourism / A. Besculides // Annals of tourism research. -2002. - № 29(2). - Р. 303-319

10. Eisenstadt, S.N. Tradition, Change, Modernity / S.N. Eisenstadt. - N.Y., 1973. - 368 р.

11. Inglehart, R. Modernization, cultural change, and the persistence of traditional values/ R. Inglehart // American sociological review. - 2000. - № 12(5). - Р. 19-51

12. Keesing, Roger. Theories of culture / Roger Keesing // Annual Review of Anthropology. - 1974. - № 3. - P. 73-97

13. Kendall, G. Understanding Culture: Cultural Studies, Order, Ordering / G. Kendall. - Newcastle: Sage, 2001. - 192 р.

14. Samovar, Larry. Communication between cultures / Larry Samovar. - Belmont: Wadsworth Publishing Company, 2016. - 432 p.

15. Tanaka-Matsumi, Junko. Abnormal psychology and culture/ Junko Tanaka-Matsumi // David Matsumoto (Ed.), The handbook of culture and psychology. - New York: Oxford University Press, 2001. - 265-286 pp.

16. Ting-Toomey, Stella. Communicating across cultures/ Stella Ting-Toomey. - New York: Guilford Press, 1999. - 310 p.

17. Triandis, Harry. Dialectics between cultural and cross-cultural psychology / Harry Triandis//Asian Journal of Social Psychology. - 2000. - № 3. - P. 185-195

Педагогика

УДК 378

кандидат философских наук, доцент Корякина Анжелина Анатольевна

Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова

КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРЫ В МЕЖКУЛЬТУРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ

Аннотация. В центре внимания этой статьи находится проблема концептуализации культуры в межкультурных исследованиях. Автором проанализировано понятие «культура» применительно к межкультурной и кросскультурной коммуникации. В статье рассмотрена роль культуры в таких межкультурных исследованиях и выявлены основные концептуальные подходы к ее изучению. В результате выявлено, что концептуализация, применяемая в кросскультурных и межкультурных коммуникативных исследованиях, отличается своей сложностью, динамичностью и интерсубъективностью.

Ключевые слова: межкультурная коммуникация, кросскультурная коммуникация, культура.

Annotation. The focus of this article is the problem of the conceptualization of culture in intercultural studies. The author analyzed the concept of "culture" in relation to intercultural and cross-cultural communication. The article considers the role of culture in such intercultural studies and identifies the main conceptual approaches to its study. As a result, it was revealed that the conceptualization used in cross-cultural and intercultural communication research is distinguished by its complexity, dynamism and intersubjectivity.

Key words: intercultural communication, crosscultural communication, culture.

Введение. В этой статье мы рассмотрим вопрос о том, как концептуализируется культура. С этой целью мы обобщим знания из области межкультурной и кросс-культурной коммуникации, которые, по нашему мнению, могут помочь в понимании культурной концептуализации.

Для этого рассмотрим роль культуры в межкультурной коммуникации, предложим краткое изложение истории кросскультурной и межкультурной коммуникаций как областей исследования, а затем изучим, как культура актуализируется в исследованиях межкультурной коммуникации, ознакомившись с некоторыми подходами, которые в настоящее время используются в культурологических исследованиях.

Изложение основного материала статьи. Межкультурная коммуникация - это область науки, которая исследует влияние культуры на действия, чувства, манеру общения людей и объектом интереса которой является взаимодействие между людьми и группами людей из разных культур. Межкультурную коммуникацию можно определить как процесс коммуникации с участием людей с определенными личными или контекстуальными барьерами, которые должны быть преодолены, из достаточно отличающихся друг от друга референтных культур для достижения эффективного общения. Даже если истоки изучения межкультурной коммуникации можно отнести к годам, следующими за окончанием Второй мировой войны и совпадающими с созданием Организации Объединенных Наций (1945 г.), общепризнано, что Эдвард Т. Холл был первым, кто использовал этот термин [5].

Большая часть работ, выполненных в 1960-х и 1970-х годах, находилась под влиянием Холла, а также Клукхона [5; 7]. В 1970-е годы это научное направление процветало, и наиболее примечательными работами были работы Самовар и Ко, которые были первыми исследователями, систематизировавшими эту область исследования [9]. В публикациях 1980-х и 1990-х гг. исследователи были сосредоточены на углублении распространения теории и на уточнении прикладной методологии.

Ученые разделили различные области исследований (вместе с соответствующими теоретическими выкладками) на четыре блока:

1. анализ коммуникативного процесса - среди наиболее значимых здесь представлены работы Гудыкунст [4];

2. роль языка в межкультурной коммуникации - здесь работы Додд являются основополагающими [3];

3. когнитивная организация процесса общения, рассматриваемая Хомским [2];

4. развитие межличностных отношений, рассматриваемое такими авторами, как Тинг-Туми [11].

Влияние количественных методологий на исследования межкультурной коммуникации было доминирующим до 1990-х годов, когда публикация журнала «Ежегодник международной и межкультурной коммуникации» начала продвигать методологический плюрализм, открывающий двери для использования качественной методологии.

Было предпринято множество попыток определить значение термина «культура». Но, как отмечает Гудыкунст, «консенсуса не было достигнуто, когда речь пошла о формулировке такого определения, которое могло бы быть принято во многих исследовательских областях» [4, С. 27]. Исследователь Педерсен обозначил расхождения в определении культуры, когда после изучения обширной научной литературы он заявил, что «Культура используется людьми так же, как парадигмы используют ученые (...). Определенные культурные элементы отбрасываются, модифицируются или используются в зависимости от их полезности» [8, С. 159].

Кизинг выделил два основных направления, используя антропологический подход. Одно из них рассматривает культуру как символическую систему, а второе рассматривает ее как систему адаптивную [6]. Педерсен предложил использовать интерактивный подход, при котором он определяет культуру как информационный универсум, формирующий жизненные модели в том или ином обществе. При этом он учел, что оба вышеназванных подхода, взятые по отдельности, серьезно ограничены, когда речь идет о фиксировании сложных ситуаций в контексте межкультурной и кросскультурной коммуникаций [8].

Исследователи определяют такие компоненты культуры, как поведенческие, когнитивные и эмоциональные. К ним относятся поведение, материальные и символические артефакты, ценности и концептуальные системы. На этой основе исследователи определили культуру как «совместно используемую социальной группой совокупность поведения, эмоционального наследия, знаний, ценностей и артефактов, которые позволяют ей адаптироваться к своему окружению» [1, С. 120].

Выделим основные подходы к употреблению данного термина:

1. воплощающая более популярный и статичный подход и отождествляющая культуру с группой знаний, навыков и т.п., которые общество породило исторически, традиционная концепция («выразительная» культура);

2. более динамическая экстенсивная и инструментальная концепция (концептуальная модель, в которой интерпретируется мир и расположена культура, и способ существования общества ). Первый подход ведет к ряду понятий, служащих синонимом приобретенных знаний и имеющих более «количественную» интерпретацию. Неявно это относит нас к идее культуры как статичной «данности», развитие которой рассматривается как линейный и прогрессивный процесс, с накопительными результатами и как к тому предмету, которым «владеют» люди.

Такое понимание культуры может привести к процессу стереотипизации культурных особенностей, где «другой» рассматривается с позиции поверхностных и самых избитых элементов. С позиций этой кумуляции и статики определяется иерархическое представление о межкультурных отношениях (основанное на власти или социальном престиже).

Второй подход можно охарактеризовать как более комплексный, учитывая, что он включает в себя больше параметров. Он понимает «культуру» как средство, с помощьюкоторого происходит интерпретация мира и соотношение с ним. Согласно этому мнению, культура составляет неотъемлемую часть личности, и именно она дарует индивидуальную и коллективную идентичность. Речь идет о той сложной идентичности, которая артикулируется через несколько социальных принадлежностей То есть, согласно этому подходу, культура - это не то, чем мы «владеем». Тогда это скорее средство интерпретации и понимания мира, приобретающее инструментальное, приспособительное и регуляторное значение. Таким образом, отсюда следует, что изучаемые в исследованиях кросскультурной и межкультурной коммуникации классы социального взаимодействия составляют часть многозначной индивидуально-коллективной диалектики и являют собой результат социально сконструированного процесса. Культурные парадигмы являются возникающим продуктом постоянного взаимодействия многих социальных ситуаций и культурных перспектив и постоянно производятся, модифицируются и переформулируются. Таким образом, даже если считается, что культура придает смысл реальности и существованию различий в установках, аффективных и поведенческих моделях между разными культурными группами, тем не менее верно то, что принадлежность к группе не всегда и не обязательно означает автоматическое наличие той или иной формы поведения или модели коммуникативного взаимодействия.

Мы должны иметь в виду, что еще одна характеристика «культуры» состоит в том, что она распределена дифференцированно, и что не все члены данной культурной группы принимают, проживают или отражают свою общую культуру идентичным образом в каждый момент и в каждое жизненное обстоятельство, и не все члены одной и той же группы демонстрируют одинаковое чувство отождествления. Рассмотрение культуры таким образом может привести нас к принятию самых упрощенных культурных стереотипов или к тому, что называют «ошибкой монолитной идентичности», которая состоит в неспособности признать, что среди членов любой группы существуют различные тождества.

Согласно Триандис, исследования, изучающие культуру и, в частности, межкультурную и кросскультурную коммуникацию в ее различных формах и социальных контекстах, могут обосновать теоретические основы и методологию этих работ с трех разных точек зрения: коренной, культурологической и межкультурной [12].

1. «Коренной» подход фокусируется на значении понятий в культуре и как это значение может меняться в зависимости от демографии в пределах данного контекста культуры. Целью таких исследований является развитие знаний, приспособленных к конкретной культуре без каких-либо особых претензий на общность за пределами этого конкретного культурного контекста. Основная проблема с коренным подходом заключается в трудности, связанной с попыткой избежать влияния заранее заданных концепций, теорий и методологий и, следовательно, в трудности определения термина «коренной» в любой заданной культуре.

2. «Культурологический» подход используется для описания тех исследований, которые делают особенными использование этнографических методов. Более традиционные экспериментальные методы также могут использоваться в сочетании с этим подходом. Здесь снова находятся в центре внимания значения конструкта в культуре, и недостаточно прямого сравнения конструкций в разных культурах. Цель состоит в том, чтобы продвинуть понимание личности в социокультурном контексте и акцентировать значение культуры в понимании поведения этой личности. Недостаток этого подхода - отсутствие общепринятой методологии исследования.

3. Триандис утверждает, что при использовании «кросс-культурных» подходов исследования получают данные в двух или более культурах, делая предположение, что эти конструкты - универсалии, существующие во всех изучаемых культурах [12].

Положительным моментом в этом подходе является то, что он предлагает повышенное понимание кросс-культурной валидности и обобщаемости теорий и исследуемых конструктов. Однако главная проблема здесь - это необходимость продемонстрировать эквивалентность конструктов и используемых мер, и сведение к минимуму очевидных предубеждений, которые могут угрожать действительным кросс-культурным сравнениям.

Таким образом, исследователь не только концептуализирует и операционализирует, но также, кроме того, учитывает дифференциальный фактор, то есть то, как один и тот же конструкт функционирует во множестве разных культур.

Коренной и культурологический подходы сосредоточены на вещах, которые уникальны для данной культуры. Эти подходы являются релятивистскими в том смысле, что их целью является углубленное изучение локального контекста и смысла конструктов без наложения априорных определений на сами конструкты [10].

Ученые, работающие в рамках этих подходов, обычно отвергают утверждения о том, что они работают с универсальными теориями. С другой стороны, в кросскультурном подходе основное внимание уделяется этике или факторам, которые являются универсальными для всех культур. Здесь цель состоит в том, чтобы понять сходство и различия между культурами и подчеркнуть сопоставимость кросскультурных категорий или размеров [10].

Подводя итог, можно сказать, что эмика сосредоточен на «точке зрения туземца»; этика ориентируется на «сравнительную межкультурную точку зрения». Эмика и этика, возможно, являются двумя наиболее важными конструктами в изучении культуры.

Классификация Триандис и ссылки на «эмические» и «этические» вопросы напоминают нам, что «дилемма Малиновского» актуальна сегодня, как и прежде, и что противоречия между «культурными особенностями» и «всеобщими универсалиями» продолжают оставаться проблемой для исследовательского подхода в области межкультурной коммуникации [12].

Выводы. В этой статье мы попытались в общих чертах рассмотреть вопрос о том, как культура концептуализируется/проявляется в исследованиях по кросс-культурной и межкультурной коммуникация. Несмотря на многочисленные определения культуры, можно утверждать, что концептуализация, применяемая в кросскультурных и межкультурных коммуникативных исследованиях, отличается своей сложностью, динамичностью и интерсубъективностью.

Литература:

1. Adamopolous, John. Culture and psychology at a crossroad: Historical perspective and theoretical analysis / John Adamopolous // David Matsumoto (Ed.), The handbook of culture and psychology. - New York: Oxford University Press, 2001. -11-34 pp.

2. Chomsky, Noam. Language and mind / Noam Chomsky. - New York: Harcourt Brace, 1968. - 88 p.

3. Dodd, Charles Harold. Dynamics of intercultural communication / Charles Harold Dodd. - Dubuque, A: Wm.C. Brown Publishers, 1991. - 363 p.

4. Gudykunst, William. Bridging differences: Effective intergroup communication (2nd ed.) / William Gudykunst. -Thousand Oaks, CA: Sage, 1994. - 448 p.

5. Hall, Edward. The silent language / Edward Hall. - New York: Anchor Books, 1973. - 217 p.

6. Keesing, Roger. Theories of culture / Roger Keesing // Annual Review of Anthropology. - 1974. - № 3. - P. 73-97

7. Kluckhohn, Clide. Variations in value orientations / Clide Kluckhohn. - Evanston: Row Peterson, 1961. - 150 p.

8. Pedersen, Paul. Culture-centred counselling interventions / Paul Pedersen. - Thousand Oaks: Sage, 1997. - 344 p.

9. Samovar, Larry. Communication between cultures / Larry Samovar. - Belmont: Wadsworth Publishing Company, 2016. - 432 p.

10. Tanaka-Matsumi, Junko. Abnormal psychology and culture / Junko Tanaka-Matsumi // David Matsumoto (Ed.), The handbook of culture and psychology. - New York: Oxford University Press, 2001. - 265-286 pp.

11. Ting-Toomey, Stella. Communicating across cultures / Stella Ting-Toomey. - New York: Guilford Press, 1999. - 310 p.

12. Triandis, Harry. Dialectics between cultural and cross-cultural psychology / Harry Triandis // Asian Journal of Social Psychology. - 2000. - № 3. - P. 185-195.

Педагогика

УДК 37.017

кандидат педагогических наук, доцент Корякина Татьяна Григорьевна

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова»

ЭТНОЭСТЕТИКА ЯКУТСКИХ ТАНЦЕВ КАК ФАКТОР ВОСПИТАНИЯ ДЕТЕЙ

Аннотация. В статье рассматривается этноэстетика якутских народных танцев как образной системы традиционных ценностей и эстетических отношений якутов к окружающему миру, также их влияние на воспитание подрастающего поколения. Цель статьи заключается в раскрытии роли этноэстетики якутских танцев в эстетическом воспитании детей в условиях организации дополнительного образования. Актуальность темы связана с тем, что народные танцы раскрывают не только историю человеческой культуры, но и эволюцию нравственно-этических норм, сохраняют общечеловеческие и национальные ценности. Якутские народные танцы неразрывно связаны с обычаями, верованиями, с окружающей природой, трудовой деятельностью народа. В статье представлено краткое описание дополнительной общеразвивающей образовательной программы «Саhарга» («Заря»). Базой исследования является танцевальный ансамбль «Кун-Мичээр» Детского (подросткового) Центра г. Якутска. Данная программа направлена на развитие эмоционального самовыражения, раскрытие нравственного, эстетического потенциалов личности на основе этноэстетики якутских танцев. Отличительной особенностью программы является то, что в ней якутский танец рассматривается как основа духовно-нравственного и эстетического развития детей. Программа дает детям расширенное знакомство с историей возникновения якутского танца, особенностями национального характера, обрядами, обычаями, костюмами, музыкой, раскрывающими национальную культуру народа Саха. В заключении, на основе исследования, доказывается, что, воспитывая детей через призму