Интеграционное уголовное право Таможенного союза: постановка проблемы

ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА

Н.А. Ныркова*

ИНТЕГРАЦИОННОЕ УГОЛОВНОЕ ПРАВО ТАМОЖЕННОГО СОЮЗА: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

Аннотация. В статье ставится вопрос о необходимости и целесообразности унификации уголовно-правовых норм об ответственности за таможенные преступления государств — членов Таможенного союза посредством формирования интеграционного уголовного права Таможенного союза. Опираясь на результаты научных исследований интеграционной проблематики, анализ договорно-правовой базы евразийской интеграции, итоги заседания Высшего Евразийского экономического совета 10 октября 2014 г., автор обосновывает вывод об унификации материально-правовых оснований привлечения к уголовной ответственности за таможенные преступления как о естественном логическом продолжении сложившихся и поступательно совершенствующихся единых правил экономического сотрудничества. Важная роль в обосновании этого тезиса отводится специфике уголовного права как отрасли права, имеющей в своем арсенале самые жесткие меры государственного воздействия к нарушителям, а поэтому особенно остро нуждающейся в соответствии международным стандартам, принципам законности, справедливости, равенства. Предпочтительность модели интеграционного уголовного права как составной части интеграционного права Таможенного союза обусловлена его соответствием статусу Таможенного союза как межгосударственного интеграционного объединения регионального уровня, задаче унификации права как наиболее эффективному способу универсализации правового регулирования, а также собственным вкладом в формирование интеграционного права Таможенного союза в целом.

Ключевые слова: интеграционное уголовное право, Таможенный союз, Евразийский экономический союз, интеграция, интеграционные процессы, унификация, гармонизация, законодательство, таможенные преступления, уголовная ответственность.

Всплеск интеграционной активности государств, особенно отчетливо проявившийся в конце XX — начале XXI вв., создал уникальные возможности для соответствующих научных исследований. Сегодня «на планете нет континента, на котором не было бы организаций интеграции»1; на глазах современников осуществляется поэтапная реализация моделей интеграционного сотрудничества, заметны его поступательная динамика, важные результаты.

1 Кашкин С.Ю. Тенденции развития интеграционного

права в контексте глобализации // Законы России: опыт,

анализ, практика. 2013. № 1. С. 4.

В этих условиях вполне понятен и обоснован интерес представителей различных отраслей знаний к интеграционным процессам: экономистов и юристов, политологов и социологов, философов и историков. Особое значение в системе знаний об интеграции и интеграционных процессах имеет правовая наука в целом и ее составляющие: общетеоретические, отраслевые, межотраслевые, прикладные науки, наука международного и сравнительного права. Изучая сущностные свойства и закономерности развития государства и права, юриспруденция формировалась как ars boni et aequi — «искусство добра и эквивалента» (Цельс), «познание

© Ныркова Н.А., 2014

* Ныркова Наталья Анатольевна — кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Южно-Российского института — филиала РАНХиГС при Президенте РФ. [nyrkowa@mail.ru]

344002, Россия г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, д. 70.

божественных и человеческих дел, знание правового и неправового» (Ульпиан). Именно эта особенность правовой науки позволяет утверждать, что она не только исследует вполне определенную предметную область присущими ей методами, но и разрабатывает, аккумулирует и сохраняет некую совокупность знаний о должном, справедливом, наивысшем в устроении и функционировании государства и права. Применительно к интеграции и всей совокупности интеграционных явлений их связь с правовой наукой проявляется также в том, что сам термин «интеграция» признается неотъемлемой частью методологического инструментария современной науки международного права2.

Современное состояние научной разработанности интеграционной проблематики в юриспруденции позволяет кратко перечислить основные достижения в данной области:

1. Фундаментом и движущей силой интеграционных процессов является экономическая целесообразность. Опыт интеграционного сотрудничества убедительно свидетельствует о том, что в случаях, когда политическая воля опережает экономическую потребность перехода к более близким, интеграционным отношениям, их реальное построение и функционирование оказывается невозможным3. Именно необходимость адекватного и эффективного ответа на вызовы поступательной и необратимой интернационализации всех сторон жизни закономерно ведет к росту интеграционных объединений, характеризует их жизнеспособность и предопределяет перспективы дальнейшего развития.

2. Многообразие, многоуровневость, разно-скоростность интеграционных процессов не только являются отражением объективной сложности реального взаимодействия государств, необходимости учета конкретных условий его осуществления (уровень развития экономики, состояние правовой системы, институциональной структуры и пр.), но и открывают возможности для сравнительного анализа, всестороннего обсуждения и заимствования наиболее результативного опыта интеграции. Можно констатировать, что для российских исследователей наибольший интерес представляют интеграционные

процессы в Европе и на постсоветском пространстве. Больше того, давая оценку позитивной динамике становления Таможенного союза и других интеграционных структур с участием Российской Федерации, в специальной научной литературе подчеркивается, что очевидные преимущества здесь связаны как раз с возможностью использования мирового интеграционного опыта4. При этом ученые нередко расходятся в оценках его отдельных аспектов, однако все безоговорочно признают невозможность эффективной интеграции без учета как ее положительных, так и отрицательных результатов5.

3. Одним из ключевых явлений, оказывающих существенное влияние на глобализующийся миропорядок, стало формирование и функционирование Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС, занимающего самостоятельное место в системе интеграционных структур. Анализ этапов его становления, последовательного совершенствования институциональной среды, достижений и проблем правового обеспечения, а также реальных перспектив Евразийского экономического союза (далее — ЕАЭС) позволяет рассматривать его как эффективное интеграционное образование, прогнозировать укрепление его позиций на международной арене6.

4. Право как важнейший инструмент интеграции не только создает нормативную основу и действенные механизмы сотрудничества, но и само претерпевает весьма существенные изменения под влиянием интеграционных процессов. Эти изменения столь заметны и серьезны, что позволяют подвергать переосмыслению, казалось бы, устоявшиеся и незыблемые постулаты международного права, а также теоретические представления относительно соотношения международного и внутреннего права7. Имеющийся опыт

2 Каширкина А.А., Морозов А.Н. Международно-правовые модели Европейского Союза и Таможенного союза / отв. ред. А.Я. Капустин. М., 2012. С. 21.

3 Данный вывод хорошо иллюстрируют этапы становления интеграционных объединений на постсоветском пространстве: между обозначением политической воли государств, стремящихся к интеграции, и реальной интеграцией всегда есть временная дистанция (Ушкалова Д.И. Формирование Таможенного союза и Единого экономического пространства России, Белоруссии и Казахстана: проблемы и предварительные итоги. М., 2012. С. 3-12).

4 Основы правового регулирования интеграционных процессов на постсоветском пространстве / под ред. С.Ю. Каш-кина. М., 2013. С. 7.

5 В качестве дискуссионных вопросов, не нашедших пока единообразного научного разрешения, можно привести диаметрально противоположные мнения ученых относительно угрозы «размывания» государственного суверенитета при тесной интеграции; «пульсирующего» характера интеграции, то углубляющего, то ослабляющего связи между государствами; юридической природы и статуса интеграционных образований и др. Представление о предмете дискуссий и аргументации выводов их участников дают вышеуказанные научные публикации, а также труды Н.А. Ефремовой, П.А. Калинченко, И.И. Лукашука, Ю.А. Тихомирова, А.О. Четверикова, С.Н. Ярышева и др.

6 Евразийская экономическая интеграция: современное состояние и перспективы. URL: //http://www.rustrade.cz/userfiles/ custom/pdf/2.pdf (дата обращения — 19 октября 2014 г.).

7 Капустин А.Я. Международное право и вызовы XXI века // Журнал российского права. 2014. № 7. С. 5-19; Каширкина А.А.,

Европейского Союза как наднациональной межгосударственной организации, постепенно осваивающей вопросы, традиционно входившие во внутреннюю компетенцию государств8, а также анализ интеграционных процессов на уровне Таможенного союза и Единого экономического пространства, позволили ввести в научный оборот понятие интеграционного права. Под ним понимается вторичное право, базирующееся на интеграционном законодательстве, принимаемом институтами интеграционных союзов в рамках наднациональных полномочий, делегированных государствами-членами9. Наконец, возвращение (а по меткому выражению А.Я. Капустина, «очередное пришествие») концепции транснационального права, обусловленное реальными процессами, протекающими в экономике и в сфере борьбы с транснациональной преступностью, является одним из вызовов XXI в., требующих всестороннего исследования. Двадцатилетняя история евразийской интеграции, важной ступенью которой является Таможенный союз, убедительно свидетельствует о значимости одновременного создания и совершенствования правовой базы. Все этапы формирования Таможенного союза, Единой таможенной территории, Единого экономического пространства, Евразийского Экономического Союза отражены в международных договорах: межгосударственных, межправительственных, межведомственных. Имеющийся массив договорно-правовой базы обстоятельно исследован в научной литературе, он побуждает специалистов искать пути его систематизации с одновременной ревизией договоров, фактически утративших свою актуальность. Основными направлениями работы в этой области должны стать кодификация международно-правовых норм путем включения их в Таможенный кодекс Таможенного союза (далее — ТК ТС) и решения Евразийской экономической комиссии (далее — ЕЭК), гармонизация национального и наднационального законодательства, а также гармонизация таможенного законодательства Таможенного союза с нормами и принципами международного права10. При этом в основе процессов даль-

Морозов А.Н. Указ. соч. С. 37-38; Тихомимров Ю. А. Современное публичное право. М., 2008. С. 63, 74-75, 77.

8 Капустин А. Я. Указ. соч. С. 16.

9 Основы правового регулирования интеграционных процессов на постсоветском пространстве. С. 55.

10 Основы правового регулирования интеграционных

процессов на постсоветском пространстве. С. 141-142; Ев-

разийская экономическая комиссия. Итоги деятельности. 2012 г. С. 50-51. URL: http://www.customs-academy.net/wp-content/uploads/2013/05/ЕЭК_Годовой-отчет-за-2012-г.pdf (дата обращения — 19 октября 2014 г.).

нейшего совершенствования международных и национальных правовых норм лежит осознание необходимости сокращения национальных сегментов правового регулирования и расширение сферы использования наднациональных механизмов, основанных на делегировании государствами-членами своих полномочий органам интеграционных объединений.

Таким образом, углубление интеграции, повышение эффективности интеграционных объединений закономерно приводит к увеличению круга общественных отношений, регулируемых на уровне интеграционного права, постепенному включению в них новых сегментов, требующих унифицированных подходов к правовому регулированию.

Вполне объяснимо, что согласование и правовое оформление общих подходов государств-членов интеграционных объединений сосредоточено в подавляющем большинстве в сфере созидательной правомерной деятельности, отвечающей целям интеграции. Приоритет задач оптимальной организации международного экономического сотрудничества, постоянного мониторинга и правовой «шлифовки» всех его составляющих с необходимостью вытекает из самой сущности интеграционных процессов. В рамках Таможенного союза (как на уровне межгосударственного образования, так и на уровне государств-членов) прилагаются значительные усилия по унификации норм регулятивных отраслей права. Другими словами, государства последовательно идут по пути совершенствования единых правил экономического сотрудничества. Исследование наднационального законодательства Таможенного союза позволяет сделать вывод, что сегодня признаны, получили правовое закрепление и фактически реализуются унифицированные подходы государств — членов Таможенного союза к базовым экономическим отношениям.

Неизмеримо дальше, на «периферии» внимания и правовой заботы государств находятся вопросы сотрудничества в правоохранительной сфере и в особенности в сфере борьбы с преступными посягательствами на общие интеграционные ценности. Такое положение дел объективно обусловлено спецификой криминальных отраслей права в целом и в первую очередь — уголовного права, вооружающих государство арсеналом борьбы с самыми опасными видами правонарушений, неприглядной «изнанкой» общественной жизни. Действительно, «уголовный закон занимает в общем юридическом массиве заведомо обеспечительное положение» по отношению к «первичным регистрам юридического управления»11.

11 Бойко А.И. Ящик Пандоры (или программа проверочных работ Конституционного Суда РФ в области уголовно-

Второстепенность задач объединения усилий в правоохранительной сфере на евразийском пространстве очевидна. Так, первые международные соглашения о Таможенном союзе подписаны в 1995 г., а первые международные нормы, нацеленные на сотрудничество в уголовно-правовой сфере, появляются через пять лет, в 2010 г.: Договор об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и государств — членов таможенного союза (далее — Договор) и Соглашение о правовой помощи и взаимодействии Таможенных органов государств — членов таможенного союза по уголовным делам и делам об административных правонарушениях (далее — Соглашение) от 5 июля 2010 г.12 Их подписание и последующая ратификация сразу же привлекли внимание представителей правовой науки, получивших новый мощный импульс для сравнительно-правовых и отраслевых исследований.

Влияние указанных международных документов на организацию сотрудничества государств — членов Таможенного союза в сфере борьбы с преступностью обусловлено следующими обстоятельствами:

— во-первых, данные международные акты требуют правовой определенности в отношении уголовно наказуемых нарушений таможенного законодательства. Это первый и самый важный шаг на пути реализации международных договоренностей. В ст. 1 Договора, посвященной основным терминам и их определениям, раскрывается понятие «преступления». Преступлениями следует считать «нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Сторон, контроль за соблюдением которого возложен на таможенные органы, за совершение которых предусмотрена уголовная ответственность законодательством Сторон». Толкование данной международно-правовой формулы позволяет утверждать, что преступные нарушения, влекущие уголовную ответственность, охватывают как посягательства на унифицированные правила взаимодействия в таможенной сфере, выраженные в ТК ТС, так и общественно опасные деяния, нарушающие законодательство государств — членов Таможенного союза;

— во-вторых, в сфере уголовной ответственности за преступления и Договор, и Соглашение четко фиксируют роль национального права: преступные деяния нарушают не только законодательство Таможенного союза, но и зако-

го закона) // Пробелы в российском законодательстве. 2008. № 1. С. 286.

12 URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/ (дата обращения — 21 октября 2014 г.).

нодательство Сторон; ответственность за них предусматривается законодательством Сторон. «Укорененность» уголовной ответственности за таможенные преступления в национальном законодательстве подтверждается и ч. 1 ст. 3 Договора, согласно которой «виды преступлений.., а также порядок и принципы привлечения лиц к уголовной ... ответственности определяются законодательством Сторон с особенностями, установленными настоящим Договором»;

— в-третьих, в ч. 2 ст. 3 Договора закрепляется обязанность каждой Стороны «принять меры по внесению изменений в свое законодательство, предусматривающее уголовную ... ответственность за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Сторон, и приведению к единообразному определению противоправности таких деяний». Отмеченные особенности Договора и Соглашения, взятые в совокупности, позволяют рассматривать их как прямое требование унификации материально-правовых оснований привлечения к уголовной ответственности за таможенные преступления в государствах — членах Таможенного союза.

На необходимость разработки и реализации единых подходов к вопросам уголовной ответственности за криминальные таможенные правонарушения в рамках Таможенного союза, на наш взгляд, существенное влияние оказывают еще два фактора: динамика интеграционного сотрудничества России, Беларуси и Казахстана и специфика уголовного права как отрасли, самым радикальным и беспощадным образом вторгающейся в сферу прав и свобод личности, в том числе признанных естественными и, по общему правилу, неотчуждаемыми. Поясним этот важный тезис.

Интеграционное взаимодействие государств на евразийском пространстве развивается довольно быстрыми темпами, демонстрирующими к тому же явную тенденцию к углублению. Приведем некоторые последние оценки ученых, последовательно и основательно разрабатывающих интеграционную проблематику:

— «начав с прорывного международного документа — Таможенного кодекса Таможенного союза...государства передают на наднациональный уровень все больше и больше государственных полномочий»13;

— «ЕврАзЭС... эволюционирует от межгосударственного к наднациональному объединению, с восхождением от «мягких» правовых регуляторов, например модельных законов, к «жестким правовым формам, выраженным в Основах законодательства ЕврАзЭС, . ТК ТС»14;

13 Каширкина А.А., Морозов А.Н. Указ. соч. С. 12.

14 Там же. С. 65.

— «усиление тенденций наднациональности в международно-правовом регулировании Евр-АзЭС и ТС видится позитивным процессом»15; «нормативно-правовой базой Таможенного союза является его единое таможенное законодательство. Однако уже сейчас можно заключить, что на наднациональном уровне происходит регулирование вопросов, составляющих предмет иных отраслей национального законодательства»16;

— «происходит постепенное, но с согласия всех заинтересованных государств, адекватное ограничение их суверенных прав в объеме, необходимом для формирования надгосу-дарственных органов управления...»17. Значимым показателем дальнейшего углубления интеграционных процессов стало заседание Высшего Евразийского экономического совета (далее — ВЕЭС), состоявшееся 10 октября 2014 г. в Минске. Обсуждение лидерами государств — членов ТС и Единого экономического пространства Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации, Президентами Республики Армения и Кыргызской Республики, а также представителями ЕЭК финансово-организационных и технических аспектов, связанных с началом функционирования с 1 января 2015 г. ЕАЭС, завершилось подписанием важнейших документов, главными из которых являются:

1. Договор о присоединении Республики Армения к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г.;

2. Заявление о выполнении внутригосударственных процедур, необходимых для вступления в силу Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г.;

3. Заявление о плане мероприятий («дорожной карте») по присоединению Кыргызской Республики к Единому экономическому пространству Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации с учетом формирования Евразийского экономического союза и намерения Кыргызской Республики стать полноправным членом Евразийского экономического союза.

Подписание данных документов не только свидетельствует об удовлетворенности государств результативностью интеграционного сотрудничества, но и совершенно ясно обозначает

вектор развития евразийской интеграции: углубление в целях дальнейшего устойчивого развития экономик государств — субъектов интеграционных процессов.

Естественным правовым следствием углубляющейся интеграции видится гармонизация национальных законодательств. В науке высказано и убедительно обоснованно предложение подготовить специальное соглашение о гармонизации законодательства между государствами — членами Таможенного союза и Единого Экономического пространства, в котором предусмотреть обязательство государств-членов стремиться к гармонизации по всем отраслям права; на уровне ЕЭК разрабатывать и представлять в Межгосударственный совет программу гармонизации; проводить гармонизацию в форме обязательных решений Межгосударственного совета или актов ЕЭК, не требующих ратификации и имеющих прямое действие в государствах-членах18.

Таким образом, правовое обеспечение интеграционных процессов, следуя логике и реалиям интеграции, направлено на постепенную унификацию законодательства. Думаем, этот вывод не только можно, но и нужно распространять на уголовное законодательство государств — членов Таможенного союза. Единые согласованные подходы государств — членов Таможенного союза к базовым экономическим отношениям, выразившиеся в формировании единой таможенной территории, единого экономического пространства, единых правилах экономического сотрудничества должны найти свое логическое завершение и в унифицированных подходах к уголовной ответственности за их нарушение. Это обстоятельство в той или иной степени осознается и российскими учеными, и учеными государств — членов Таможенного союза19. Кроме

15 Там же. С. 82-83.

16 Козырин А.Н. К вопросу о соотношении наднационального и национального правового регулирования в Таможенном союзе в рамках ЕврАзЭС // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза = Rechtsfragen der Eurasischen Zollunion; пер. с нем / [В. Бергман, пред., сост.]; [Т. Яковлева, общ. науч. ред.]. М., 2012. С. 63.

17 Ярышев С.Н. Международно-правовые вопросы фор-

мирования и функционирования Единого Экономического

пространства: дис. ... д-ра юрид. наук. M., 2012. С. 30.

18 Основы правового регулирования интеграционных процессов на постсоветском пространстве. С. 141-142.

19 Бакаева О.Ю. Правовые проблемы реализации интересов участников ВЭД в Таможенном союзе // Правовые вопросы Евразийского таможенного союза. С. 173-189; Вах-терова И.Л. Проблематика унификации законодательства государств — членов Таможенного союза в области ответственности за нарушение таможенных правил // Режим доступа: СПС «КонсультантПлюс»; Вихляева А.О. О формировании правовых основ пресечения транснациональных преступлений на единой территории Таможенного союза // Таможенное дело. 2011. № 1. С. 33-37; Грачев О.В. Уголовная ответственность за уклонение от уплаты таможенных платежей как фактор обеспечения интеграционных процессов России // Международное публичное и частное право. 2010. № 4. С. 32-34; Лукашов А. Уголовная политика государств Таможенного союза и Единого экономического пространства // Уголовное право. 2012. № 4. С. 101-105; Федоров А.В. Изменения в законодательстве об ответственности за контрабанду наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ // Наркоконтроль. 2012. № 1. С. 2-16; Он же. Изменения в законодательстве об ответственности за контрабанду: новые реалии и проблемы // Уголовное право. 2012. № 2. С. 71-77.

того, оно находит поддержку и понимание профессионального международного сообщества. Так, проблемам правового обеспечения интеграционных процессов в Таможенном союзе (в том числе уголовно-правовым аспектам) было посвящено отдельное секционное заседание Восьмой ежегодной конференции PICARD, состоявшейся 18-20 сентября 2013 г. в Санкт-Петербурге, в ходе которого участники обсудили проблемы необходимости и возможности, а также последовательности гармонизации национальных уголовных законодательств.

Серьезные аргументы в обоснование необходимости унификации уголовной ответственности за таможенные преступления в рамках Таможенного союза лежат также в области особенностей уголовного права, отличающих его от других отраслей права, демонстрирующих его предметно-методологическую самостоятельность и ценность в системе права. Преступление и наказание — стержневые институты отрасли, ее предметно-содержательный каркас. Уникальность преступления, древнейшего, первого по времени нарушения закона20, его «живучесть», приспособляемость ко всем временам и народам, постоянная необходимость поиска средств борьбы лежали в основе формирования отрасли уголовного права на всех этапах его существования, определяют его специфику и сегодня. Являясь самым тяжким видом противоправного поведения, преступление требует и самых жестких (на определенных стадиях развития уголовного права — жестоких) мер реагирования со стороны государства. Именно поэтому все правовые ценности (права, обязанности, принципы и др.) наиболее обостренно воспринимаются в контексте уголовно-правовых норм, в ряде случаев возвышаются до статуса межотраслевых, а затем — конституционных регламентов21. Именно поэтому в науке уголовного права всегда есть и будет потребность сверять отраслевые правила с общепризнанными нормами и принципами международного права, конституционными основами, нравственными устоями общества, религиозными догматами, рассматривать последние в качестве важнейшего инструмента экспертизы и улучшения уголовного законодательства22.

Следовательно, безупречность уголовного законодательства с точки зрения общечеловеческих ценностей, реципированных правом, особенно важна. Малейшие отступления от законности, справедливости, равенства, других основополагающих идей не только пробивают внушительную брешь в правовой «броне» личности, но и существенно умаляют «авторитет» уголовного закона, порождают естественное недоверие к его охранительным, регулятивным и иным возможностям. Полагаем, как раз такая потенциальная угроза характеризует сложившиеся подходы к правовому регулированию уголовной ответственности за таможенные преступления в государствах — членах Таможенного союза. Налицо серьезная диспропорция нормативно-правовой базы задачам таможенного регулирования из-за отсутствия единства правовых (как следствие — правоприменительных) подходов к криминальным нарушениям унифицированных правил экономического взаимодействия. Единые таможенная территория, таможенная граница, правила перемещения товаров и другие унифицированные регламенты экономического интеграционного сотрудничества не должны допускать разночтений в самой суровой — уголовной — ответственности за их нарушение, ибо такие разночтения чреваты серьезными рисками поражения прав личности: как потерпевшей от преступления, так и преступившей уголовный закон.

Нам представляется, что оптимальное решение изложенных проблем может быть найдено в рамках модели интеграционного уголовного права как составной части интеграционного права Таможенного союза.

20 Беляев В.Г. Уголовное право. Заметки доцента. Волгоград, 2003. С. 22.

21 Бойко А.И. Системная среда уголовного права: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2008. С. 14; Ображиев К.В. Уголовно-правовое значение Конституции России // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2008. № 1. С. 208.

22 Литература по данным вопросам обширна. Назовем основные монографические исследования и специализированные научные сборники: Антипов С.А. Конституционные основы Общей части уголовного права / отв. ред. А.И. Чучаев. М., 2012; Баранов Ю.В. Декларация прав и свобод человека и гражданина РФ и вопросы Общей части уголовного права. Чебрксары, 1994; Бойко А.И. Система и структура уголовного права: в 3 т. Т. II: Системная среда

уголовного права. Ростов н/Д., 2007 (глава — «Конституция и уголовное право»); Он же. Международное и российское уголовное право. Ростов н/Д., 2004; Бондарь Н.С. Власть и свобода на весах конституционного правосудия: защита прав человека Конституционным Судом Российской Федерации. М., 2005; Бунин О.Ю. Реализация принципа справедливости при установлении санкций уголовно-правовых норм. М., 2006; Галактионов С.А. Принцип справедливости (уголовно-правовой аспект): автореф. дис. . канд. юрид. наук. Рязань, 2004; Келина С.Г., Кудрявцев В.Н. Принципы советского уголовного права. М., 1988; Конституционные основы уголовного права: материалы I Всерос. конгресса по уголовному праву, посвященного 10-летию Уголовного кодекса РФ / отв. ред. В.С. Комиссаров. М., 2006; Корши-ков И.В. Принцип гуманизма в уголовном праве Российской Федерации: дис. . канд. юрид. наук. Саратов, 1999; Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. СПб., 2004; Малыгина М.А. Принципы уголовного права: теория, законодательство, правоприменительная практика: дис. . канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2007; Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство: опыт критического анализа. СПб., 2000; Пикуров Н.И. Уголовное право в системе межотраслевых связей. Волгоград, 1998; Пудовочкин Ю.Е., Пирвагидов С.С. Понятие, принципы и источники уголовного права: сравнительно-правовой анализ законодательства России и стран Содружества Независимых Государств. СПБ., 2003; Щепельков В.Ф. Уголовный закон: преодоление противоречий и неполноты. М., 2003.

Как подчеркивалось, понятия «интеграционное законодательство», «интеграционное право» отражают соответствующий уровень сотрудничества государств. Больше того, ясно сформулирована и имеет сторонников мысль о том, что для форсирования интеграции, если стороны в этом по-настоящему заинтересованы, нужен инструментарий именно интеграционного права. Основная особенность последнего заключается в том, что международные договоры служат лишь юридической основой интеграционного взаимодействия государств, а весь его массив создается наднациональными органами и институтами, в пользу которых государства уступают часть своего суверенитета23. Таким образом, интеграционное право, базирующееся на интеграционном законодательстве, не требует специальных имплемента-ционных процедур и актов. Правовые нормы «автоматически становятся частью внутреннего права и обладают преимущественной силой по сравнению с национальным законодательством»24.

Дискуссионная трибуна

Таким образом, формирование интеграционного уголовного права Таможенного союза соответствует его статусу как межгосударственного интеграционного объединения регионального уровня, отличающегося от классических международных организаций «более тесными экономическими и политическими связями, более разветвленным механизмом международно-правовой регуляции, наличием определенного объема наднациональных полномочий, системой органов»25. Кроме того, оно логически замыкает процесс формирования интеграционного права, дополняя правила осуществления экономического взаимодействия на уровне Таможенного союза предписаниями об уголовной ответственности за их нарушение. И, наконец, интеграционное уголовное право соответствует задаче унификации права как наиболее эффективному способу универсализации26 правового регулирования на региональном уровне.

Библиография:

1. Бойко А.И. Система и структура уголовного права: в 3 т. Т. II. Системная среда уголовного права. — Ростов н/Д., 2007.

2. Вахтерова И.Л. Проблематика унификации законодательства государств — членов Таможенного союза в области ответственности за нарушение таможенных правил // СПС «КонсультантПлюс».

3. Грачев О.В. Уголовная ответственность за уклонение от уплаты таможенных платежей как фактор обеспечения интеграционных процессов России // Международное публичное и частное право. — 2010. — № 4.

4. Капустин А.Я. Международное право и вызовы XXI века // Журнал российского права. — 2014. — № 7.

5. Каширкина А.А., Морозов А.Н. Международно-правовые модели Европейского Союза и Таможенного союза / отв. ред. А.Я. Капустин. — М., 2012.

6. Кашкин С.Ю. Тенденции развития интеграционного права в контексте глобализации // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2013. — № 1.

7. Лукашов А.И. Уголовная политика государств Таможенного союза и Единого экономического пространства // Уголовное право. — 2012. — № 4.

8. Основы правового регулирования интеграционных процессов на постсоветском пространстве / под ред. С.Ю. Кашкина. — М., 2013.

9. Правовые вопросы Евразийского таможенного союза = Rechtsfragen der Eurasischen Zollunion; пер. с нем. / [В. Бергман, пред., сост.]; [Т. Яковлева, общ. науч. ред.]. — М., 2012.

10. Рахманова Е. Н. Гармонизация и унификация уголовного законодательства в глобализующем-ся мире: понятие и формы систематизации законодательства. URL: <http://www.blog.servitutis. ru/?p=683> (дата обращения — 19 октября 2014).

11. Торопыгин А.В., Мишальченко Ю.В. Унификация и гармонизация законодательства в Евразийском экономическом сообществе // Бизнес, менеджмент и право. — 2008. — № 1.

12. Ушкалова Д.И. Формирование Таможенного союза и Единого экономического пространства России, Белоруссии и Казахстана: проблемы и предварительные итоги. — М., 2012.

13. Федоров А.В. Изменения в законодательстве об ответственности за контрабанду наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ // Наркоконтроль. — 2012. — № 1.

14. Федоров А.В. Изменения в законодательстве об ответственности за контрабанду: новые реалии и проблемы // Уголовное право. — 2012. — № 2.

Материал поступил в редакцию 16 апреля 2014 г.

25 Каширкина А.А., Морозов А.Н. Указ. соч. С. 84.

26 Рахманова Е.Н. Защита прав человека от преступности в

условиях глобализации: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. СПб.,

23 Торотыют A..R, Мишальченко Ю.К Унификация и гар- 2010. С. 20, 52; Она же. Гармонизация и унификация уголовно-монизация законодательства в Евразийском экономическом го законодательства в глобализующемся мире: понятие и фор-сообществе // Бизнес, менеджмент и прав°. 2008. № L О. 79. мы систематизации законодательства. URL: <http://www.blog.

24 Там же. servitutis.ru/?p=683> (дата обращения — 19 октября 2014 г.).

NTEGRATION CRIMINAL LAW OF THE CUSTOMS UNION:

PROBLEM IDENTIFICATION

Nyrkova Natalia Anatolievna

PhD in Law, assistant professor, Department of Criminal Law, South Russia Institute — branch of Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

[nyrkowa@mail.ru]

Abstract

The article sets forth an urgent and relevant issue of bringing to uniformity criminal legal rules on liability for customs crimes of the states-members of the Customs Union by means of forming integration criminal law of the Customs Union. Having as a background the results of the scientific research of the integration issues, the analysis of the contractual legal base of the Eurasian integration, the results of the session of the Supreme Eurasian Economic Council of October the 10-th, 2014; the author provides basics for the conclusion that there exists uniformity of the substantive legal foundations for bringing an offender to criminal liability for customs crimes as a natural logical evolution of the created and continuously improving uniform rules of economic cooperation. An important role in supporting this thesis is attributed to specific characteristics of criminal law as the branch of law which has at its disposal the most effective enforcement measures applied to offenders by the state; therefore this branch of law needs urgently to be put in compliance with the international standards, the principles of legitimacy, justice and equality. The preference of the pattern of integration criminal law as an inherent part of integration law of the Customs Union is predetermined by its compliance with the status of the Customs Union as intergovernmental integrated union of the regional level, the task of unification of law as the most efficient way of bringing legal regulatory rules to uniform standards as well as by its own contribution to shaping integration law of the Customs Union in general.

Keywords

Integration criminal law, the Customs Union, the Eurasian Economic Union, integration, integration processes, unification, harmonization, legislation, customs crimes, criminal liability.

References

1. Boyko A.I. System and structure of criminal law: in 3 volumes Vol. II. The System Environment of Criminal Law. — Rostov on/D., 2007.

2. Vakhterova I.L. Issues of unification of legislation of states -members of the Customs Union in the area of responsibility for breach of customs regulations // Access mode: Enquiry Research System «CosultantPlus».

3. Grachev O.V. Criminal liability for customs payments evasion as a factor of ensuring integration processes in Russia//Public and Private International Law. — 2010. — № 4.

4. Kapustin A.Ya. International Law and challenges of the XXI century // Russian Law Journal. — 2014. — № 7.

5. Kashirkina A.A., Morozov A.N. Legal International patterns of the European Union and the Customs Union / editor-in-chief A.Ya. Kapustin. — M., 2012.

6. Kashkin S.Yu. Tendencies of integration law development in the context of globalization // Russian Laws: experience, analysis, practice. — 2013. — № 1.

7. Lukashov A.I. Criminal law policy of the states-members of the Customs Union and the Common Economic Space // Criminal Law. — 2012. — № 4.

8. Basics of legal regulation of integration processes on the post-Soviet territories / under the editorship of S.Yu. Kashkin. — M., 2013.

9. Legal issues of the Eurasian Customs Union= RechtsfragenderEurasischenZollunion; translated from German / [V. Bergman]; [T. Yakovleva, general scientific editorship]. — M., 2012.

10. Rakhmanova E.N. Harmonization and unification of legislation in globalizing world [Electronic resource]: notion and forms of systematization of legislation. URL: <http://www.blog.servitutis.ru/?p=683> (the latest visit — 19 october 2014 g.).

11. Toropygin A.V., Mishalchenko Yu.V. Unification and harmonization of legislation in the Eurasian economic community // Business, management and law. — 2008. — № 1.

12. Ushkalova D.I. Formation of the Customs Union and the Common Economic Space of Russia, Belorus-sia and Kazakhstan: problems and preliminary results. — M., 2012.

13. Fedorov A.V. Alterations in legislation regarding responsibility for smuggling narcotic drugs, psychotropic, drastic and poisonous substances // Drug control agency. — 2012. — № 1.

14. Fedorov A.V. Alterations in legislation regarding responsibility for smuggling: new realities and problems // Criminal Law. — 2012. — № 2.