Лабиализация и делабиализация как фонетические процессы и развитие лабиализованных согласных при фонетической адаптации заимствованных слов в абхазо-адыгских языках

АДЫГСКОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ

УДК 809. 46 ББК 81. 602 А 16

А.Н. Абрегов

Лабиализация и делабиализация как фонетические процессы и развитие лабиализованных согласных при фонетической адаптации заимствованных слов в абхазо-адыгских языках

Аннотация:

Лабиализация и делабиализация участвуют не только в артикулировании звуков, но и являются двумя противоположными фонетическими процессами. В абхазо-адыгских языках лабиализация получила более широкое развитие, чем делабиализация. Лабиализация в указанных языках продолжает действовать как процесс и при фонетической адаптации в заимствованных словах развиваются различные лабиализованные согласные.

Ключевые слова:

Лабиализация, делабиализация, лабиализирующиеся согласные, нелабиализирующие-ся согласные, лабиальные комплексы, заимствование, фонетическая адаптация, звукоком-плексы, звукосочетания, миграция слов.

Прежде чем приступить к рассмотрению лабиализованных согласных в заимствованных словах, необходимо выяснить понятийное и смысловое содержание терминов лабиализация и делабиализация. В большинстве словарей лингвистических терминов под лабиализацией понимают только артикуляцию, направленную на произношение звуков. Для того чтобы убедиться в этом, сравним ряд дефиниций термина лабиализация: 1. «Такое произношение звуков, при котором губы вытягиваются вперед и принимают кругообразное положение» [Дурново :56]. 2. «Такое произношение звуков, при котором губы вытягиваются вперед и принимают форму круглого отверстия» [Ахманова:213].

3. «Артикуляция звуков речи (как гласных, так и согласных), сопровождаемая округлением вытянутых вперед губ» [ЛЭС:250]. 4. «Артикуляция звуков, при которой губы вытягиваются вперед и принимают форму круглого отверстия (колечка)» [Розенталь, Теленкова:179]. 5. «Специфическое артикулирование звука, предусматривающее дополнительное движение губ» [Баранов и др.:205]. 6. «Артикуляция звуков, при которой губы вытягиваются вперед и при-

нимают форму колечка» [Абрегов и др.:135]. В перечисленных определениях акцентируется внимание на огубление. Несколько особняком стоит формулировка Ж.Марузо: «Качество, которое придается звуку действием губ: движением сближения или округления, характерным для согласных, именуемых губными или огубленными» [Марузо:144]. Это определение допускает толкование термина лабиализация в широком смысле слова. Ведь при сближении губ происходит такая артикуляция, при которой произносятся не лабиализованные, а губногубные согласные.

Сравнение указанных дефиниций показывает, что они направлены только на артикуляционную характеристику звука. Вполне закономерно, что лабиализация может выступать как аккомодирующий фактор. В частности, на это указывают Н.Н.Дурново и О.С.Ахматова. Так, Н.Н.Дурново в свое время писал: «Лабиализации в языках нередко подвергаются согласные звуки в положении перед округленными гласными (в русск. яз., гл. обр., в неударяемых слогах, напр., в слове коровушка...» [Дур-ново:56]. О.С.Ахманова в своем словаре так

определяет термин лабиализованный: «Артикулируемый с лабиализацией» и в иллюстративном материале дает такое объяснение словосочетанию лабиализованный согласный: «Согласный, видоизмененный в сторону гласной «у», т. е. в сторону понижения резонаторного тона.  [с] в русск. «суд» [Ахманова:213]. Однако в словах коровушка и суд [в] и [с] не являются самостоятельными лабиализованными согласными, так как они не противопоставляются оппозиционно нелабиализованным. Их следует признать согласными с оттенком огубленности в0 и с0 , так как при таком комбинаторном процессе происходит взаимодействие соседних разнородных звуков, в произношении которых нет перерыва: артикуляция одного звука накладывается на артикуляцию другого. При этом не образуются новые звуки. Все это в пределах артикуляции тех же звуков.

Однако у термина лабиализация есть еще одно значение, которое не отмечается ни в одном из указанных словарей лингвистических терминов. Речь идет о лабиализации как процессе образования лабиализованных звуков. Наличие такого фонетического процесса лучше распознается при сопоставлении терминов лабиализация и делабиализация. Термин делабиализация в словарях лингвистических терминов определяется также в артикуляционном аспекте. Это подтверждают следующие его дефиниции: 1. «Потеря огубления, изменение в артикуляции звука в сторону исключения участия губ» [Ахманова:127]. 2. «Утрата огубленности, исключение губ в артикуляции звука» [Баранов и др.:100; Абрегов и др.:70]. 3. «Изменение (называемое также потерей огубления), которому подвергается звук, когда он перестает произноситься с огублением» [Марузо:90]. Почему-то данный термин не представлен с других словарях [Дурново; Розенталь, Теленкова; ЛЭС (термин делабиализация отсутствует даже в Терминологическом указателе к словарю (см. с.630)]. Однако приводимые в словарях примеры свидетельствуют не столько об артикуляции звуков, сколько о процессе образования другого, нового звука. Так, для иллюстрации делабиализации лабиализованных звуков О.С.Ахманова дает такие примеры: «Переход англ. краткого [и] в [Л]; ...и.-е. [и] > слав. [ы] (*8Шй8 > сынъ, *иёга > выдра)» [Ахманова:127]. Это лишний раз подчеркивает, что делабиализация является

фонетическим процессом, при котором лабиализованный звук переходит в нелабиализованный. Здесь следует подчеркнуть, что делабиализация происходит и в области согласных, что подтверждается данными кавказских языков, в том числе абхазо-адыгских и дагестанских языков.

Следовательно, можно говорить о двух противоположных фонетических процессах, действующих в языках, - лабиализа -ции и делабиализации . Именно сущности, взаимосвязям и обусловленным взаимоотношениям этих процессов посвящены статьи Ш.Г.Гаприндашвили и Т.Е.Гудавы [Га-приндашвили 1954, 1955; Гудава 1955], в которых раскрыта природа лабиализации и делабиализации, а также описаны изменения, которым подвергаются лабиализованные согласные в некоторых кавказских языках, в том числе в аварском и андийском языках.

По мнению многих исследователей, среди кавказских языков абхазо-адыгские выделяются как языки с богатой и многообразной фонетической и фонологической системой согласных и сравнительно небольшим количеством гласных [Керашева:1064; Рогава, Керашева:21; Балкаров 1970:63; Кумахов:39; Рогава 1985:182]. В определенной мере сложная консонантная система абхазо-адыгских языков обусловлена наличием специфических лабиализованных согласных фонем, восходящих в своем большинстве к эпохе общеабхазо-адыгского единства [Рогава 1985:182], за исключением тех согласных, которые появились после распада праязыка. В частности, к числу последних относятся адыгейск. ш1у, адыг. т1у, п1у, Iу, а также абх. -убых. ё°, 1°, 1° вторичность которых доказана •

[Рогава, Керашева:29; Ломтатидзе 1960:7-8]1.

Относительно т1у и п1у высказываются противоречивые суждения. Б.Х.Балкаров исключил эти лабиализованные абруптивы из состава фонем и при этом указал на невозможность лабиализации п1 [Балкаров 1970:15]. Л.Х.Цыпленкова обосновывает бифонемность т1у и п1у [Цыпленкова 1974:246]. С учетом фактов синхронии и диахронии и на основе убедительных аргументов М. А. Кумахов дока-

1 При ссылке на источник транскрипция автора сохраняется.

зал, что «ни минимальная фонемная нагрузка, ни тенденция к снятию противопоставления членов оппозиции не могут служить основанием для того, чтобы исключить согласные п1у и т1у из списка адыгейских фонем» [Кума-хов:151]. Лабиализованный ларингальный 1у признается рефлексом фарингального смычного къ1у > 1у [Рогава, Керашева:37]. В форме дискуссии можно выдвинуть тезис о вторично-сти ряда других согласных, образованных лабиализацией. На правомерность такого гипотетического тезиса наталкивают мысли Г.В.Ро-гавы о развитии фонологической системы абхазо-адыгских языков. В частности, «источником осложнения фонологической системы консонантизма и упрощения системы вокализма является дифтонгизация гласных заднего и переднего образования: *о -^ше, *и -^шэ, *е ~^]г, *I -^]э» [Рогава 1985:183]. Еще в абхазо-адыгскую эпоху «перед дифтонгами заднего образования ше и шэ возникли лабиали -зованные согласные заднего образования и свистяще-шипящие сибилянты п е -р е д н е г о образования: ¿°э ^ *&мэ —*gu «сердце» [Рогава 1985:183].

О специфике смычных и щелевых лабиализованных согласных и истории их возникновения в абхазо-адыгских языках в лингвистической литературе существует значительное количество исследований, рассматривающих лабиализацию на материале исконной лексики, однако нет специальных работ о развитии лабиализованных согласных в заимствованных словах. Данному вопросу уделяется недостаточное внимание, хотя появление лабиализованных согласных в иноязычной лексике представляет значительный научный интерес не только для фонетики, но и для этимологии, поскольку с учетом этого фактора можно проследить миграцию слова - путь его следования в абхазо-адыгских языках.

В адыгских языках лабиализованные согласные могут развиваться как при преобразовании лабиализованных гласных, так и при трансформации комплекса звуков, в которых лабиализованные гласные занимают постпозицию по отношению к согласному.

При заимствовании слов с анлаутными гласными у и о (последний в ударной позиции) приступ [’] не имеющий фонологического характера в русском языке, в адыгских языках

воспринимается как ларингальный согласный I, а гласные у и о соответственно превращаются в дифтонги уы и уэ. Впоследствии I сливается с первым компонентом дифтонга и образуется лабиализованный ларингальный 1у: ’урок > 1уырок, ’округ > 1уэкруг, ’очерк > 1уэчерк, ’опыт> 1уэпыт и т.д. В аналогичной позиции лабиализованный согласный 1у не возникает в словах, заимствованных из тюркских языков: тур. utu «утюг» > уыты, ног. орам «улица» > уырам, ног. отар «отара» > уэтэр и др.

В данной статье основной акцент делается на заимствованные слова, которые в языке-источнике или языке-посреднике содержат зву-кокомплекс ‘согласный + лабиализованный гласный’. Такие слова в абхазо-адыгских языках осваиваются по-разному.

По мнению Г.В.Рогавы, дифтонгические «гласные we и ws после согласных, которые не подвергаются лабиализации (таковы, напр. z s, z s,  c с,  с с с, r l m n...), произносятся как

простые гласные и и o, но нефонемного характера: адыг. mor — *m-wa-r «тот», каб. sosrd qoa

— *s-wasrdqoa (фиктоним), sod — *s-wa-d «я

шью то» [Рогава 1985:183]. Вероятно, по этой же причине слова с нелабиализируемыми согласными (по терминологии Д.Унарокова, «согласные, которые не имеют лабиализованные параллели»), заимствованные в адыгских языках, произносятся c простыми гласными у и о [Рогава 1985:183; Унароков:19]: русск. борщ > адыгейск. борщ, тюрк. дудакъ «дрофа» > каб.-черк. дудакъ1 / адыгейск. дудакъ, араб. дунйа «мир, вселенная» > каб.-черк. дуней / адыгейск. дунай, араб. дуккан «лавка, магазин» > адыгейск. тучан, тюрк. сом «рубль» > каб.-черк. / адыгейск. сом и др.

Если же в словах содержатся лабиализи-руемые согласные, то в абхазо-адыгских языках в заимствованных словах образуются лабиализованные согласные, однако, как установили Г.В.Рогава и К.В.Ломтатидзе, они развиваются на базе лабиальных комплексов, восходящих к звукосочетанию ‘нелабиализованный согласный + гласные о и у’ [Рогава 1985:183; Ломта-тидзе 1960:8]. Этот путь образования лабиализованных согласных был рассмотрен на исконном материале. В частности, Г.В.Рогава счита-

ет, что общеабхазо-адыгское слово гуы «сердце» получено следующим образом:

§°э — *§^гэ — *§и [Рогава:183]. По этому же принципу образуются лабиализованные согласные в словах, заимствованных абхазоадыгскими языками как из родственных, так и неродственных языков. Это подтверждают картвельские языки, в которых «есть лабиальные комплексы, состоящие из двух фонем, но нет лабиализованных фонем» [Ломтатидзе

1968:73]. Как указывает К.В.Ломтатидзе, при заимствовании слов из грузинского языка в абхазский лабиальные комплексы переходят в лабиализованные согласные: груз. цвали «воск» > абх. ацэа, груз. мц1ванэ «зеленый» > абх. ай-ац1эа и др. [Ломтатидзе 1968:69], а «грузинское Цуа «сено» в результате фонетических изменений дает afа (—аЫа — аИыа)» [Ломтатидзе 1960:8]. В убыхском языке зафиксирован «ряд имен, с лабиальным комплексом Ы, вошедших из картвельских языков, представлен в виде лабиализованного ^. В специальной литературе убых. СаСа «золото», «деньги» считается заимствованным из сванского языка, сван. ЫеЫпе «белый», ср. др.-груз. 1е1т4 «деньги», букв. «белый» [Рогава 1980:107]. Аналогичная картина наблюдается и в адыгских языках. Так, если в слове есть звукокомплекс ‘согласный + гласные о, у ’ , то такое звукосочетание может дать лабиализованный согласный: тур. gunah «грех, грехопадение» > адыгейск. гуынахь, а перс. gonah «грех, грехопадение» > каб.-черк. гуэныхь; тур. ки§1ик «время между утром и полуднем» > каб.-черк. кь/ушлыкь/у/адыгейск. къушлыкъу(ср. ног. къуслыкъ); русскморковка > адыгейск. маркуэфк и др.

Чаще развитию лабиализованного согласного предшествуют сложные фонетические процессы. Если в языке-источнике или языке-посреднике есть сочетание согласного и лабиализованного гласного, нехарактерное для адыгских языков, то происходит замена лабиализованного гласного иррациональным ы с одновременным переносом лабиализованного гласного в постпозитивное положение по отношению к согласному, с которым сливается, в результате чего образуется лабиализованный согласный, характерный для фонологической системы адыгейского и кабардино-черкесского языков: араб. мульк «собственность, имущество» > адыгейск./каб.-черк. мылъку, араб. дуккан

«лавка, магазин» каб.-черк. шыкуэн, тюрк. бyгъа «бык» адыгейск. быгъуы «бык-производитель» и др.

Как уже было отмечено, заимствованные слова могут пролить свет на определение пути миграции того или иного слова. Так, полисо-ним Пеmербyрг в разговорной речи имеет вариант Пиmирбyрx, к которому, по нашему мнению, восходит каб.-черк. Быть^ъ^, в котором наряду с диссимилятивным озвончением п ^ б произошел перенос гласного y в положение после спиранта x, с которым слился, в результате чего возник лабиализованный согласный xy, свойственный кабардино-черкесскому языку. Вряд ли можно поставить под сомнение закономерное соответствие адыгейского варианта Бытырбыф, полученного под влиянием каб.-черк. Быmырбыxy (адыгейск. ф < каб.-черк. xy). Следовательно, полисоним Пєтєр-бyрг был усвоен адыгейским через посредство кабардино-черкесского языка. Со своей стороны, история каб.-черк. сэнджэxy «подбойка» иллюстрирует другой путь распространения слова. Араб. сиджф/перс.сэджаф «занавес», «кайма» сначала попадает в адыгейский язык как сэнджэф «подбойка», « полоска материи, пришитая с изнанки». В кабардино-черкесском языке есть согласная фонема ф, однако данная лексема представлена в нем не как сэнджэф, а как сэнджэxy. Это лишний раз подчеркивает, что слово попало в кабардино-черкесский язык в виде сэнджэxy как закономерное соответствие адыгейскому сэнджэф. Таким образом, кабардино-черкесский язык усвоил это слово через адыгейский язык, оказавшийся языком-посредником. О влиянии адыгейского языка на кабардино-черкесский свидетельствует также слово, служащее для обозначения чистокровной породы лошадей - адыгейск. фарэ/каб.-черк. xyaрэ. Вероятно, греческое фари «конь» было заимствовано адыгейским языком как фарэ. Кабардино-черкесское xyaрэ это не что иное, как закономерное фонетическое соответствие адыгейскому фарэ (адыгейск. ф отвечает каб.-черк. xy). Поэтому путь миграции слова таков: греч. ^ адыгейск. ^ каб.-черк.

В абхазо-адыгских языках происходит также делабиализация, которая подробно изучена на исконном материале [Рогава, Керашева 1966; Балкаров 1970, 1984; Бгажба 1960, 1964; Табулова 1976]. Этот фонетический процесс

имеет место и в заимствованных словах, однако он не получил своего детального рассмотрения, поскольку данный процесс в области согласных не происходит за пределами кавказских языков, так как в других языках нет лабиализованных согласных. Так, делабиализация спорадически прослеживается в моздокском диалекте кабардино-черкесского языка, где слово куэд «много», «множество», восходящее предположительно к осет. к1орд/к1уар, к1уард ‘группа’, ‘стая’, ‘множество’ [Шагиров 1:213], подверглось делабиализации и произносится как кэд [Балкаров 1984:17].

Исходя из изложенного можно заключить, что лабиализация и делабиализация участвуют не только в артикулировании звуков, но и являются двумя противоположными фонетическими процессами, действующими в языках. Анализ материала показал, что при фонетической адаптации заимствованных слов в абхазоадыгских языках развиваются лабиализованные согласные.

Примечания:

1. . . -

динского языка. Нальчик, 1984.

2. . . . Нальчик, 1970.

3. . . -

. ,1964.

4. . .

и его говоры. М.,1860.

5. . .

в даргинском и лакском языках // У(Х1) научная сессия Института языкознания АН Груз. ССР, 1954, 10-12 июня. Тезисы докладов. Тбилиси, 1954.

6. . .

- //

ИКЯ. Т. VII. Тбилиси, 1955.

7. . . -

//

VI(XII) научная сессия Института языкозна-ния.10 и 11 июня 1955 г. План работы и тезисы докладов. Тбилиси, 1955.

8. . .

// - -

варь под ред. Х.Д. Водождокова.М., 1960.

9. . . - -

нетика адыгских (черкесских) языков. М.: Наука, 1981.

10. . .

картвельских языках // ИКЯ. Т. XVI. Тбилиси, 1968.

11. . .

фонетической системы абхазско-адыгских языков. М., 1960.

12. . . -

ду сложной системой консонантизма и простой системой вокализма в абхазско-адыгских языках // ЕИКЯ. Т.ХП. Тбилиси, 1985.

13. . . -

ш -

мах убыхского языка // ЕИКЯ. Т. VII. Тбилиси, 1980.

14. Рогава Г.В.,Керашева З.И. Грамматика адыгей-

. - , 1966.

15. . . .

Фонетика и морфология. Черкесск, 1976.

16. . , ,

слова адыгейского языка // XXXI студенческая научная конференция 23-28.IV. 1969. Секция языкознания. Тезисы докладов. Тбилиси, 1969.

17. . .

адыгейского языков в различные периоды ады- // -логия. Краснодар, 1965.

18. . .

фонологии // Ученые записки АНИИ. Т^К. . , 1974.

Принятые сокращения

Словари

Абрегов и др. - А.Н. Абрегов, И.В.Аришова, Л.М. Афасижева, МЛ. Ахиджакова, А.Ю.Баранова, Р.Ю. Намитокова, М.Р. Напцок, И.А. Нефляшева, . . . терминологии. Майкоп, 2003.

- . . . -тических терминов. М.:СЭ, 1966.

Баранов и др. - АЛ. Баранов, Д.О.Доброволь-ский, МЛ.Михайлов, П.БЛаршин, ОЛ.Романова. Англо-русский словарь по лингвистике и семиотике. М.: Азбуковник, 2001.

- . . . -варь: Грамматические и лингвистические термины. М.: Флинта: Наука, 2001.

-

словарь / Главный редактор ВЛ. Ярцева. М.: СЭ, 1990.

- . .

. .: -

ры. 1960.

Розенталь, Теленкова. - Д.Э.Розенталь, МА. Теленкова. Словарь^правочник по русскому языку. М.: Оникс 21 век: Мир и образование, 2003.

Шагиров I - Шагиров АХ. Этимологический словарь адыгских (черкесских) языков. АЛ. М.: , 1977.

Языки

абх. - абхазский ног. - ногайский адыг. - адыгский осет. - осетинский

адыгейск. - адыгейский перс. - персидский англ. - английский русск. - русский араб. - арабский сван. - сванский греч. - греческий тур. - турецкий .- . -тюрк. - тюркский .- . -

убых. - убыхский

каб. - черк. - кабардино-черкесский