ЭКО - крайняя мера

ЭКО - крайняя мера

Репродуктология

Мзия Левиашвили

Гинеколог-репродуктолог. Заведующая отделением ЭКО-ОМС клиники «Мать и дитя»-Ходынское поле. К.м.н.

Анастасия Плещева:

Программа «Гормоны под прицелом» и её ведущая я, Плещева Анастасия, врач эндокринолог-диетолог. Сегодня в гостях у меня врач репродуктолог-гинеколог, Мзия Мерабовна Левиашвили, заведующая отделением ЭКО-ОМС клиники «Мать и дитя» на Ходынском поле, кандидат медицинских наук.

Мы сегодня будем разбирать ЭКО. Всё, что за, против, как готовиться, как этому прийти, когда стоит об этом задумываться.

Мзия Мерабовна, давайте, сначала введём понимание, что такое бесплодие, чтобы дальше разбираться с основными вопросами, как с этим бороться.

Мзия Левиашвили:

Анастасия, бесплодие, это не столь заболевание, как состояние организма, когда не наступает беременность в течение года регулярной половой жизни. Этот период по рекомендациям ВОЗ для пациентов старше 38 лет был смещён. Если у пациентов старше 36-38 лет не наступает беременность в течение шести месяцев, мы это состояние тоже называем бесплодием.

Что касается бесплодия. На самом деле, необходимо сразу обследоваться. Надо понимать, что не нужно выжидать долго или думать про какой-то период, что нужно выждать ещё год или другой период времени, и беременность самостоятельно наступит. В целом, рекомендовано обратиться к врачу для того, чтобы провести обследование для выявления причины бесплодия и разработать правильную тактику по достижению беременности.

Анастасия Плещева:

Мзия Мерабовна, к кому стоит изначально пойти? Нужно сразу бежать к репродуктологу, либо со своим гинекологом в поликлинических условиях можно начинать решать вопросы?

Мзия Левиашвили:

Безусловно, можно начать общение с гинекологом, пройти этап исследования можно по месту жительства или там, где пациентке будет удобно. Но, в целом, надо понимать, что не нужно бояться обратиться к репродуктологу. Иногда бывает, на приёме пациенты задают прямой вопрос: мы сразу будем делать ЭКО? Безусловно, нет. Есть всегда этап обследования, есть этап, когда мы применяем методы по восстановлению естественной беременности. Мы делаем всё для того, чтобы беременность наступила с минимальным нашим вмешательством, если это возможно. К ЭКО, как крайней мере, мы приходим тогда, когда другие методы уже не эффективны.

К ЭКО, как крайней мере, мы приходим, когда другие методы уже не эффективны.

Анастасия Плещева:

Сразу напрашивается следующий вопрос. Когда в семье понятно, что есть проблемы и наступило бесплодие, нужно начинать обследовать именно женщину, либо под ручку прийти обоим?

Мзия Левиашвили:

Это правильный вопрос. Я бы хотела сразу пояснить, что нет женского или мужского бесплодия. Есть бесплодие в семье. Соответственно, обследование супружеской пары должно начинаться вместе, супруги и супруга. Тем более, что для мужчины на первом этапе бывает достаточно сдать только спермограмму, оценить параметры сперматогенеза. В дальнейшем может быть назначено более углублённое обследование, но для того, чтобы понять, какие шансы беременности у супругов, бывает достаточно одной спермограммы.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое. Давайте, разберём структуру бесплодия. Какие факторы реально влияют на бесплодные состояния?

Мзия Левиашвили:

Я бы хотела сказать, что мужское и женское бесплодие в структуре занимает примерно по 50 %. Часто очень мы встречаемся с сочетанными факторами, когда имеют определённое место и состояния, и нарушения или заболевания у пациентки, и снижение фертильности спермы у супруга. Это примерно в 30 % случаев, достаточно серьёзный сочетанный фактор бесплодия. Изолированное мужское бесплодие составляет примерно 25 – 30 %. В структуре женского бесплодия, наверное, лидирующие места будут занимать такие формы, как ановуляторная эндокринная форма бесплодия, нарушения проходимости маточных труб или их отсутствие, или функциональная несостоятельность маточных труб, наличие спаечного процесса в малом тазу. Кроме того, достаточно много сейчас бесплодия, ассоциированного с эндометриозом. В частности, как связанное с его вторичным проявлением, со спаечным процессом в малом тазу, или наличие гетеротопии, эндометриоидных кист и так далее. То есть достаточно много эндометриоза, который часто приводит к бесплодию.

Анастасия Плещева:

Из всех факторов, которые Вы сейчас перечислили, на первом месте что стоит?

Мзия Левиашвили:

Эндометрийный и трубный перитонеальный фактор.

Анастасия Плещева:

Да, у меня складываться впечатление, что сейчас эндокринного фактора просто нереальное количество. У Вас достаточно большой опыт. Скажите мне, за последние, пять, допустим, лет примерно в процентах насколько увеличился эндокринный фактор? Или нет, я ошибаюсь?

Мзия Левиашвили:

Сказать, что увеличился или структура значимо поменялась за последние пять лет, наверное, было бы неправильно. В целом, мы наблюдаем, что бесплодие стало моложе. Много говорят о том, что онкология стала моложе, но и факторов бесплодия, которые мы видим у молодых женщин, также много. Также к нам обращаются много женщин с возрастом, те, кто не разрешил свои проблемы с репродуктивными функциями, скажем, своевременно.

Анастасия Плещева:

С чего начать, как решить проблемы, к кому идти? Мы уже с Вами оговорили, но хочется разобрать: какие анализы сдать, какие исследования пройти?

Мзия Левиашвили:

Безусловно, этапы обследования по бесплодию начинаются для выявления наиболее часто встречающихся факторов. Здесь и обследование по поводу уточнения наличия овуляции, есть ли овуляторные циклы, исключение эндокринопатий, уточнение состояния проходимости маточных труб. Как я уже сказала, очень важным этапом является оценка фертильности супруга. Это то, что должно быть сделано на первом этапе. Если будут выявлены нарушения или, наоборот, на данном этапе мы ничего не нашли, могут быть более углублённые обследования, что будет затрагивать иммунологию, возможно, генетические факторы, сопутствующую патологию, которая может влиять на фертильность. Это, в целом, динамический процесс. Я скажу откровенно: я против назначения всего комплекса, всего, что у нас есть в арсенале для обследования.

Я против назначения сразу всего комплекса обследования.

Анастасия Плещева:

С чего начать, всё-таки?

Мзия Левиашвили:

Гормональный скрининг, инфекционный скрининг, уточнение проходимости маточных труб и спермограмма. Это, наверное, стандарты, с чего мы должны начинать.

Анастасия Плещева:

В Вашем арсенале, в вашей клинике есть всё. Вы делаете это больше по ОМС, либо, однозначно, пациентке нужно готовиться к платной услуге?

Мзия Левиашвили:

Действительно, у нас есть возможность работать по ОМС, но это касается только проведения программы ЭКО. Этапы обследования, применение других методов – только на коммерческой основе для нас. В целом, если пациенты настроены на получение данных услуг бесплатно или за счёт средств ОМС, это только по месту жительства.

Анастасия Плещева:

Но, в принципе, можно это сделать по месту жительства.

Уважаемые зрители, очень часто все боятся. Я точно знаю, у меня есть масса знакомых, которым говоришь о том, что, ребята, когда про детей будем думать? Они сразу хватаются за голову: «Настя, ипотека ещё не выплачена» и так далее. Наше государство на сегодняшний день достаточно хорошо заботится о репродуктивности населения. Да, это, возможно, чуть больше будет занимать времени, насколько я понимаю. Но это реально, я хотела в этом именно убедиться, задать Вам этот вопрос.

Мзия Левиашвили:

Это реально, действительно. Вообще, вопросы демографической ситуации актуальны, здесь мы в значимой степени можем рассчитывать на помощь государства и различных фондов. Но, в первую очередь, конечно, обследование должно начинаться, что и удобно пациентам, по месту жительства. Дальше есть возможность получения квоты на проведение программы ЭКО в любой, их интересующей клинике.

Анастасия Плещева:

Как много клиник в Москве, мы сейчас поговорим о Москве, кроме вашей клиники, занимаются именно программой ЭКО по ОМС? У Вас есть такие данные?

Мзия Левиашвили:

До 20 клиник, достаточно большой выбор. Конечно же, есть клиники с большим именем, где работаем мы, звёзды и так далее, но в целом, выбор у пациентов есть. Это правильно, так и должно быть.

Анастасия Плещева:

Конечно, это позволяет не бояться того, что очередь займёт большое количество времени. Пациенты иногда сами готовятся так долго, что репродуктологу уже очень тяжело работать с данной пациенткой. Правда ведь, они иногда тянут чуть ли не до менопаузы?

Мзия Левиашвили:

Действительно, это проблема. На сегодняшний день ожидание получения квоты составляет не больше 4-5 месяцев для пациентов, что достаточно приемлемые сроки. Также достаточный выбор клиник даёт комфорт для пациентов, они всегда имеют возможность найти своего врача, что, безусловно, я считаю очень важным.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое. Давайте, разберём следующий этап, а именно, каковы этапы лечения бесплодия, с чего начинается?

Мзия Левиашвили:

В целом, позиция и гинекологов, и, безусловно, наша, репродуктологов, что мы стараемся достигать беременности максимально естественно. Если есть возможность применить методы восстановления естественной фертильности, то мы всегда начинаем с этого. Что касается методов восстановления, начинаем с того, что происходит коррекция нарушений эндокринной системы, лечение инфекций, передающихся половым путём, лечение патологии шейки матки, если она имеет место, коррекции эндокринных нарушений. Если имеет место ановуляция, то проводится стимуляция овуляции.

Что касается методов восстановления естественной фертильности, здесь я бы хотела отметить наличие возможностей хирургической репродуктологии, проведения лапароскопии, гистероскопии, это золотой стандарт как в диагностике, так и в лечении. В принципе, пациенты считаются недообследованными, когда у них не проведены лапароскопические, гистероскопические методы исследования, что достаточно ценно как для диагностики, так и в лечебном аспекте. Но это всё должно быть, безусловно, максимально щадяще, и только там, где это эффективно, где показано. Я всегда за то, чтобы методы применялись там, где имеют хорошую эффективность. Просто ради попробовать что-то, конечно, не нужно.

Анастасия Плещева:

Хочется остановиться ещё на избыточном весе. У нас очень часто женщины с избыточным весом, думают, что ЭКО, это спасение в данной ситуации, потому что они пробуют, у них не получается. Хочется озвучить следующее. Есть ли показатель в килограммах, который является противопоказанием для проведения ЭКО? Хочется именно вес обсудить.

Мзия Левиашвили:

Действительно, очень большой вопрос, который заслуживает особого внимания. Безусловно, иногда даже коррекция веса и других эндокринных состояний приводит к улучшению репродуктивной системы и наступлению самостоятельно беременности. Но, даже когда есть необходимость проводить стимуляцию, или в программе ЭКО, или самостоятельно, всегда мы обращаем внимание на индекс массы тела, на выраженность избыточного веса у пациентки. Французы, например, не берут пациенток, которые весят больше 100 кг. Пока не будет отрицательной динамики в весе, они пациентку даже в протокол не берут. У них жёстко, пожалуйста, такие цифры. Мы тоже заставляем наших пациентов задуматься о том, что это влияет и на эффективность лечения, и мотивируем всячески, помогаем, чтобы они занимались этим вопросом, и обязательно отрицательная динамика веса. Если пациентка уже начала заниматься этим вопросом, есть результаты, есть снижение веса на 10-15 %, даже если пороговые показатели не достигнуты, мы уже готовы ее взять в протокол. Но обязательна коррекция избыточного веса для пациентов, планирующих беременность.

Нередко беременность наступает естественным путём после снижения веса.

Анастасия Плещева:

Скажите, пожалуйста, в вашей клинике есть диетологи?

Мзия Левиашвили:

У нас есть эндокринолог-диетолог, который и помогает нашим пациентам.

Анастасия Плещева:

Да, потому что это важно. В моей практике есть заслуженные беременности моих пациентов, которые наступили без какого-либо вмешательства репродуктологов, просто на фоне снижения веса. Но, я не призываю сейчас думать о том, что надо бежать к диетологу. Не всегда этого бывает достаточно. Тут в бой за становление семьи должны вступать несколько врачей, зачастую, и действительно, надо советоваться, обсуждать, принимать решение, которое будет максимально комфортным и полезным.

Итак, перейдём к вспомогательной репродуктивной технологии.

Мзия Левиашвили:

Мы поговорили про консервативные и оперативные методы восстановления естественной фертильности. Что касается наших вспомогательных методов, в арсенале у нас есть инсеминация. Это внутриматочное введение обработанной спермы супруга или донора, в зависимости от того, какие у нас есть показания: и экстракорпоральное оплодотворение, и разные его модификации, и методы расширяющие его возможности. Потому что ЭКО, это только метод база. На сегодняшний день есть очень много методик, расширяющих её возможности.

Анастасия Плещева:

Перейдём к стимуляции овуляции. Кому она показана? На сегодняшний день овуляция у женщин, я, как эндокринолог заявляю об этом, и Вы меня поддержите, я уверена, большая, большая проблема. Во-первых, сначала хочется озвучить, почему так происходит, мы разберём сейчас эндокринные аспекты, в том числе. Наверное, у нас немного поменялись стандарты телосложения женщины – и это тоже иногда, и поведенческие моменты. Разберём, кому реально она показана.

Давайте, начнём с того, почему всё в нашей жизни поменялось, почему на сегодняшний день большое количество женщин не имеют нормальной овуляции?

Мзия Левиашвили:

Надо сказать, что, вообще, женщины изменили свою социальную роль и репродуктивную тоже. Часто применяются гормональные контрацептивные средства, они, конечно, меняют наш гормональный фон. Меняется, снижается количество овуляторных циклов у женщин. В норме должно быть от 2 до 10 циклов овуляторных в году, а бывает, что мы имеем всего несколько.

Анастасия Плещева:

Как, самое простое, проверить овуляцию? Что на сегодняшний день есть? Раньше всегда были градусники.

Мзия Левиашвили:

Градусники, что совершенно неприемлемо, мне кажется, с нашим ритмом жизни сегодня. В домашних условиях у женщины есть возможность применять тест-полоски. Более точного метода, чем ультразвуковой мониторинг фолликулогенеза, наверное, на сегодняшний день у нас нет. Действительно, хорошо работает, не просто даёт нам представление, происходит ли овуляциия, а когда она наступает, какой день цикла, чтобы иметь возможность подобрать правильные дни для зачатия. Фолликулометрию нужно делать в динамике, в цикле. Примерно 10-й день цикла посмотреть, заложился ли фолликул, обязательно в районе 14-го дня посмотреть размеры фолликула и признаки произошедшей овуляции позже.

Анастасия Плещева:

Я именно об этом и хотела сказать, потому что многие думают, что овуляция где-то в середине цикла. Это не всегда, к сожалению, даёт качественную оценку. Поэтому, друзья, ещё раз: на 10-й день и примерно в середине, дне на 15. На самом деле, ультразвуковисты в данной ситуации тоже осведомлены, они сориентируют, когда прийти второй раз и посмотреть, качественно ли прошла овуляция.

Девушка послушала нашу сегодняшнюю программу и решила проверить, насколько она способна стать мамой. Пришла, проверила, ей сказали, что овуляции в этом цикле не произошло. Когда в следующий раз ей надо прийти снова, и что ей, вообще, делать. Может быть, сразу надо прийти в следующий раз не на ультразвук?

Мзия Левиашвили:

Да, ультразвуковые данные являются поводом задуматься и записаться на приём к врачу гинекологу-репродуктологу, понять причину: это одиночный случай или есть определённые факторы, заслуживающие особого внимания?

Анастасия Плещева:

Спасибо большое. Гинекологи уже разберутся, назначат качественный анализ гормонов репродуктивной системы и, возможно, уже на этом этапе поймут, как дальше с Вами нужно работать. Только тогда, когда они скажут совместно, с гинекологом пойти на следующий ультразвук. Не надо туда бегать каждый месяц, тратить на это деньги, свое время. Смысла иногда в этом может не быть.

Итак, кому показана стимуляция овуляции?

Мзия Левиашвили:

Отсутствие овуляции, это первое показание. Если нет беременности в течение года регулярной половой жизни, и мы установили, что нет овуляции, но притом у нас хорошие показатели спермы, проходимы маточные трубы. Это пациенты, которым можно и нужно проводить стимуляцию овуляции, возможно, дополнять циклы с инсеминацией и в этих циклах можно рассчитывать на хороший успех достижения беременности.

Анастасия Плещева:

Многие, которые уже это сделали, прошли через это, смотрят и говорят: вот, эндокринолог-диетолог сидит, репродуктолог, они нас склоняют к тому, чтобы мы сделали стимуляцию и поправились. Очень многие боятся именно этого. Давайте, разъясним этот вопрос, действительно ли часто на стимуляционных циклах приходит прирост килограммов?

Мзия Левиашвили:

Нужно сказать, что самый, наверное, задаваемый вопрос пациента, их опасения понятны, им постоянно приходится задумываться о том, что нужно выглядеть хорошо и сохранять свой внешний вид и здоровье. Но в целом, это миф, стимуляция не влияет на вес пациентки. Если Вы не будете больше есть, от гормонов Вы не поправитесь.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое! Давайте, перейдём к алгоритму ведения пациентов с бесплодием, и подробно обсудим ещё раз, с чего начать и по каким ступенькам идти?

Мзия Левиашвили:

Всё должно быть этапно. Если у нас есть возможности применения вспомогательных методов восстановления естественной фертильности, начинаем с них. Наличие ановуляции или трубной фактор и, возможно, в анамнезе были попытки улучшить состояние, была лапароскопия, рассечены спайки, восстановлена проходимость маточных труб, то здесь можно начать с методов стимуляции, инсеминации. Что даёт стимуляция, инсеминация? Повышает количество овуляторных циклов, циклов, где всё совпало, и есть лучший шанс на наступление беременности, чтобы не терять время.

Анастасия Плещева:

Как это происходит? Расскажите, пожалуйста, про инсеминацию подробно. Во всяком случае, примерное представление, потому что не все, на самом деле, понимают, что это такое.

Мзия Левиашвили:

Именно про инсеминацию мы и говорим. Супруг, партнер сдаёт эякулят, он обрабатывается, концентрируется и вводится в полость матки. Раньше, лет 20 назад, практиковали введение нативного материала. Конечно, это неправильно, очень большое количество аллергических реакций, реактивных состояний были с этим связаны. Сейчас всё обрабатывается, концентрируется, смешивается с полезной средой, которая активирует сперматозоиды. Всё вводится в полость матки, сокращается путь, убирается возможный шеечный фактор, наличие антител, это всё повышает шанс на наступление беременности.

Анастасия Плещева:

Перейдём подробно к остальным методам, которые позволяют нам бороться с проблемой бесплодия, достичь рождения ребёнка.

Мзия Левиашвили:

Мы с Вами уже затронули тему хирургических методов восстановления естественной фертильности. Это хороший метод, достаточно хорошая эффективность. Должны быть применены очень грамотными хирургами, которые умеют бережно обращаться с тканью яичника, как бы это не звучало грубовато, но, тем не менее. Хорошие руки, хорошие, правильные определения показаний, это залог успеха, в том числе, и для хирургической.

Анастасия Плещева:

Как понять, что они хорошие?

Мзия Левиашвили:

Надо обращаться проверенным, наверное, врачам. Приходите к нам, мы знаем, к кому Вас направить и как всё сделать правильно.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое. Мы проговариваем лапароскопические и другие хирургические методы лечения. Кроме лапароскопии, что у нас ещё из хирургии имеет место быть?

Мзия Левиашвили:

Гистероскопия, уточнение состояния полости матки, удаление патологических состояний эндометрия, будь то гиперплазия или наличие полипов, что, безусловно, будет лимитировать нашу эффективность лечения, если есть патологические состояния эндометрия. Эндометрий, одна из важнейших структур, потому что именно туда имплантируется эмбрион, в нём должны быть все условия для того, чтобы беременность наступила.

Анастасия Плещева:

Говорим мы про хирургические методы лечения, про другие методы лечения. Мне знакомые однажды позвонили и спросили: «Настя, мы понимаем, что ты врач, но, как ты относишься к пастушьей сумке?» У нас баснословно большое количество женщин, которые верят в гомеопатию, в народные средства. Как Вы к этому относитесь? Как вы психологически заставляете своих пациентов проходить те этапы обследования, лечения, которые реально являются доказательными? Хочется именно от Вас услышать, как с такими пациентами разговаривать? Мне сложно, у меня начинают трястись руки и взрываться голова, когда я слушаю про пастушью сумку. Друзья, давайте говорить о качественной медицине, которая реально является доказательной. Как грамотно объяснить женщине, что, возможно, правда, надо делать лапароскопию, возможно, правда, лечь на операционный стол, и что пастушья сумка для неё не спасение.

Мзия Левиашвили:

Как Вы, так и я, мы все врачи знаем, что, на самом деле, эффективность лечения зависит во многом от комплаентности пациентов. Они должны быть готовы к лечению, должны прислушиваться.

Анастасия Плещева:

Они годами пьют эту ерунду.

Мзия Левиашвили:

Это неправильно. Я думаю, они со временем понимают, что совершили большую ошибку, теряли драгоценное время и, возможно, упустили шансы, которые были по наступлению беременности. Это всё очень сложно. Но, в целом, пациенты, которые обращаются к нам, уже понимают, что этим всем не решить проблемы и надо переходить на более серьёзные и, безусловно, результативные методы наступления беременности.

Анастасия Плещева:

Какой возрастной период к Вам обычно приходят?

Мзия Левиашвили:

Разный возраст, Анастасия. Начиная от 22, если есть абсолютные формы, до 45 часто. Вообще, надо сказать, что к нам сейчас обращаются очень много женщин позднего репродуктивного возраста, возраст 36 лет и старше. Чаще это самостоятельное решение, подготовленное, для того, чтобы уже иметь результат. Не просто заниматься процессом, а получить максимальный результат.

Анастасия Плещева:

Что является тем состоянием, в котором уже, по-любому, ЭКО будет крайней мерой?

Мзия Левиашвили:

Сам метод экстракорпорального оплодотворения был разработан для решения преодоления трубных факторов бесплодия, когда трубы не проходили. Но со временем показания, безусловно, расширялись. Здесь и неэффективность других методов лечения, и с появлением метода ИКСИ есть хорошие результаты по преодолению мужского бесплодия. Другие возможности по расширению программы ЭКО, применения донорских клеток, будь то женских, будь то мужских, при абсолютных или относительных показаниях в виде отсутствия яичников, истощения яичников и других – это всё является показанием для ЭКО. Что бы я хотела отметить отдельно – возраст. Возраст 38-39 лет и старше. При обращении пациентов с бесплодием в этом возрасте уже нет времени на долгое обследование, пробовать другие методы лечения, которые будут только затягивать время, пациенты будут тратить время, деньги, нервы, ожидание, результата не будет. Возраст 38-39 лет – это повод готовиться к программе ЭКО.

Очень важная вещь, которую мы говорим всем пациентам, к нам обращающимся: не нужно затягивать лечение. Безусловно, если есть возможность испробовать максимально менее инвазивные методы, максимально щадящее, мы с них начинаем. Но с возрастом эффективность ЭКО снижается, это реальность. Поэтому все вопросы должны быть разрешены до 35 лет. Если мы видим, что женщина приближается к пороговому возрасту 35-36 лет, конечно, сокращаем время, которое мы уделяем на менее эффективные методы, менее сложные и переходим к программе ЭКО.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое, Мзия Мерабовна. В нашей последней программе мы говорили про возраст 32 года. Озвучьте, пожалуйста, что нужно делать до 32 лет?

Мзия Левиашвили:

Ещё раз повторю, до 35 лет мы должны закрыть все наши вопросы. Тогда наш организм максимально готов для того, чтобы стать матерью в первый, во второй, в третий или в какой мы хотим раз. Если происходит так, что или наши карьерные потребности, или амбиции, или учёба, или неустроенность личной жизни нас заставляет отложить материнство, об этом нужно позаботиться, всё равно, заранее. На сегодняшний день есть возможности криоконсервации материала, будь то эмбрионы, или ооциты. Это наш банк, это на завтра, наши инвестиции в будущее, так же, как и хорошая работа или хорошая учёба, хорошее образование. Это всё на наш завтрашний день. Если мы сейчас не занимаемся этими вопросами, задумайтесь о том, что будет завтра. Стоит, наверное, заняться вопросами сохранения собственного репродуктивного потенциала, заморозить яйцеклетки и иметь шансы завтра сделать то, что мы не успели вчера. Сделайте до 32-35 лет.

Сейчас есть возможность криоконсервировать свой репродуктивный материал, отложить беременность.

Анастасия Плещева:

Спасибо большое. Нередко к гинекологу приходят женщины ещё недообследованные в плане каких-либо анализов, они сразу бегут на хирургическое лечение. К сожалению, этим грешат наши гинекологи. Поэтому ещё раз, с чего нужно начать? Ещё раз поэтапно проговорим. Когда мы, действительно, склоняем людей на то, что нужно пройти то или иное хирургическое лечение, либо как и диагностику, чтобы, действительно, понять ситуацию и максимально быстро подготовиться к рождению ребёнка?

Мзия Левиашвили:

Анастасия, на первом этапе всегда выяснение причины бесплодия. Потом определение правильной тактики достижения беременности. Найти разумный баланс между методами восстановления естественной фертильности и применением методов ЭКО.

Не нужно бояться ЭКО, это эффективный, современный, безопасный метод достижения беременности. Безусловно, как и любые другие манипуляции или назначения в медицине, он тоже имеет чёткие показания. Если есть показания, нужно к этому переходить, если нет, то можно попробовать другие методы, не вязнуть в обследовании. Приходит пациент с папками, буквально, талмудами обследований, миллион ультразвуков, 100 раз пересданы инфекции или гормоны, 10-15 спермограмм – это, конечно, неправильно, потеряна куча времени, куча денег, нет абсолютно никакого результата, продвижения нет. Собственно, три шага: минимальное обследование, определение тактики и достижение цели.

Анастасия Плещева:

Ещё раз вернёмся к избыточному весу. Я сторонник того, что, во-первых, о нём надо думать заранее. Неважно, идете Вы на ЭКО, либо Вы просто решили стать мамой. Хочется проговорить ещё раз и вернуть пациентов к программам, которые у нас уже были, а именно к гестационному диабету. На сегодняшний день людей с избыточным весом много. ЭКО, либо беременность, которая наступила самостоятельно – это, всё равно, физиологическая инсулинорезистентность, рано или поздно, если у Вас есть избыточный вес, может, наслаиваясь, дать гестационный диабет. Поэтому, друзья, готовьтесь заранее к беременности. У французов порог 100 кг, я бы этот порог, конечно, опустила намного ниже, однозначно. Потому что тогда Вам будет проще работать и репродуктологам, которые решили взяться за Ваше здоровье, сделать Вам большое счастье, Вашей семье, чтобы у Вас появились детишки. Проще будет работать и Вам, когда произойдёт наступление беременности. Я представляю, как тяжело людям с избыточным весом, потому что не всегда беременность идёт по хорошему пути, бывают и сильные токсикозы. Я наблюдаю своих пациентов с сахарным диабетом, большое количество гестационного сахарного диабета на сегодняшний день. Благо, у нас сегодня есть всё для выявления его на ранних этапах, у нас на сегодняшний день глюкозотолерантный тест включён всем пациентам в стандарты. Кстати, у вас делается?

Мзия Левиашвили:

Безусловно, да.

Анастасия Плещева:

На какой неделе, давайте, озвучим. С 24-ой по 28-ю неделю мы обязательно должны делать глюкозотолерантный тест. Бывает ли такое, что пациенты отказываются от проведения тестов с глюкозой? Я сталкиваюсь с тем, что очень много моих коллег, гинекологов, не проводят тесты с глюкозой. То ли они ещё не привыкли, глюкозная нагрузка, они говорят: «Анастасия, зачем Вы всех на тест с глюкозой отправляете, вообще?» Как у Вас с этим? Нам удаётся убедить наших пациентов, наших будущих матерей, что это необходимо для их здоровья, и для будущего здоровья ребёнка. Если что-то должно быть выявлено, скорректировано, наша цель - здоровый ребёнок и сохранение собственного здоровья.

Второе, что мы сегодня не проговорили, что касается нас, эндокринологов, когда мы готовим к программе ЭКО, это состояние щитовидной железы. Есть основные показатели, которые должны быть в идеальном соотношении, я сейчас говорю про щитовидную железу. Однозначно, значение тиреотропного гормона должно быть меньше 2,5. Есть ли ещё какие-то противопоказания проведения ЭКО?

Мзия Левиашвили:

Да, любым женщинам, которые планируют беременность, показатель 2,5 максимум.

Анастасия Плещева:

Всё остальное, друзья, это вопросы к нам, к эндокринологам, мы должны обязательно подготовить. Хочется привести пример из своей жизни, я встречалась с неправильным пониманием эндокринологов в данной ситуации. Женщина с тиреотоксикозом на тирозоле имела показатель больше 2,5, и планировалась подготовка к ЭКО. Эндокринолог говорит: «У Вас показатель должен быть меньше 2,5». Женщину с тиреотоксикозом на отмене полностью тиреостатиков отправляют к репродуктологу. Друзья, конечно, такого не должно быть. Мы сейчас говорим про показатель меньше 2,5 для здорового человека, без сопутствующей патологии. Если у Вас тиреотоксикоз, сначала Вы лечите тиреотоксикоз, а потом идёте к нашим коллегам, репродуктологам.

Мзия Левиашвили:

Конечно. Я бы хотела отметить, что это касается не только состояния щитовидной железы или сахара и так далее. Вообще, надо понимать, что любая программа ЭКО, это подготовка к беременности. Мы максимально готовим наших пациентов, чтобы они здоровыми вступали в беременность.

Анастасия Плещева:

Всё-таки, о противопоказаниях. Какие жёсткие противопоказания, которые, действительно, позволят женщинам оценить своё состояние и предпринять действия? Есть ли непоправимые заболевания, состояния, при которых женщина должна понимать, что ЭКО, к сожалению, не является помощью?

Мзия Левиашвили:

Особых противопоказаний к ЭКО не имеется. Любые противопоказания к беременности являются противопоказанием и к ЭКО. Мы говорим о новообразованиях, о других тяжёлых состояниях. На сегодняшний день есть возможность применять программу ЭКО даже без гормональной стимуляции, получения яйцеклеток в естественном цикле, без нагрузки на организм. Возможности у нас достаточно широкие. В целом, если есть любые противопоказания со стороны эндокринологических органов, системы, любых систем и органов организма, мы, пока не скорректируем всё, и не будет достигнуто взаимопонимание между основным врачом и репродуктологом, мы женщин в программу не берём.

Анастасия Плещева:

Сколько, максимально, иногда приходится откладывать времени?

Мзия Левиашвили:

Это может занять разный период времени, от месяца до года, смотря, о каком состоянии мы говорим.

Анастасия Плещева:

То есть закладываем один год для понимания того, как будет проходить подготовка. Потому что многие думают, что сейчас они придут к репродуктологу и, буквально, по щелчку, в следующем цикле они будут беременны.

Мзия Левиашвили:

Такое тоже возможно, но только после полного обследования, безусловно, и исключения всех противопоказаний для вступления в ЭКО.

Анастасия Плещева:

На это тоже нужно иногда время. Поэтому, уделяя время своему организму, находя своего врача, как всегда любят говорить, Вы добьётесь успеха, у Вас будет замечательная семья со здоровыми малышами. Врачи в Москве и, вообще, в России готовы на сегодняшний день принять любую пациентку, с любыми патологиями.

Мзия Мерабовна, я Вас жду в ближайшее время! Что мы обсудим, что пообещаем нашим слушателям в следующий раз?

Мзия Левиашвили:

Давайте, мы обсудим такую актуальную тему, как планирование семьи. Мы всё говорим с Вами о бесплодии, но давайте поговорим, как сделать так, чтобы этого бесплодия не было, как правильно подготовиться к этому.

Анастасия Плещева:

Абсолютно! Я Вас жду именно с этой темой.

Спасибо большое Мзия Мерабовна!

Мзия Левиашвили:

Спасибо, Анастасия!