Пролапс митрального канала

Пролапс митрального канала

Кардиология

Сергей Грачев

Кардиолог, терапевт

Е. Крюкова:

Это программа «Кардиология с доктором Грачевым». Сегодня мы обсуждаем пролапс митрального клапана. Сергей, что это такое, расскажите нам доступно, в общих словах.

С. Грачев:

Пролапс митрального клапана. Эта тема не случайно выбрана. На ее примере мы рассмотрим рекомендации для всех клапанных пороков в контексте митрального клапана, расскажем людям, которым говорили, что у них пролапс митрального клапана, что это вообще такое, как себя вести. Начнем с определения. Термин пролапс, пролабирование обозначает, что клапан при смыкании выполняет свою функцию, но при смыкании его створки проваливаются обратно. Митральный клапан сам по себе – это клапан двустворчатый между левым предсердием и левым желудочком.

Е. Крюкова:

То есть плохо держится?

С. Грачев:

Да, он должен смыкаться, как и остальные клапаны сердца, полностью выполняя, собственно, насосную функцию сердца. Сердце – это, как известно, насос и, как в любом насосе, есть свои клапаны и «системы ниппель», как еще говорят. Клапан должен пропускать кровь в определенном направлении и смыкаться, чтобы кровь не могла пройти обратно. Митральный клапан контролирует ток крови из левого предсердия в левый желудочек.

Е. Крюкова:

То есть основная проблема в том, что кровь заливается обратно, скажем так?

С. Грачев:

Нет, не обязательно. Сокращается сначала предсердие, кровь через митральный клапан поступает в левый желудочек, левый желудочек затем сокращается и створки митрального клапана схлопываются, но при этом они немножко проваливаются в полость левого предсердия обратно. Небольшой прогиб створок; пролапсом считается прогиб больше двух миллиметров, но он бывает и больше, чаще всего в интервале от 2 до 5 мм, но бывает и до 10 мм. Клапан смыкается, но створки, грубо говоря, слишком эластичны или слишком дряблы, они проваливаются обратно, и часть крови из левого желудочка через этот митральный клапан перегружает объемом левое предсердие. Вот, собственно, что такое пролапс митрального клапана.

Е. Крюкова:

Почему это происходит? Это генетическая поломка?

С. Грачев:

Бывают разные причины. Бывает истинный первичный пролапс, скажем, самый типичный, «студенческий» вариант, настоящий пролапс, еще называют миксоматозный пролапс. Означает, когда заболевание наследуемое и характеризуется только явлением пролабирования створок митрального клапана, дегенеративные изменения в створках, которые как бы расслабляют эти створки и они прогибаются. Истинный пролапс характеризуется относительно большим количеством осложнений, таких, как сердечная недостаточность или нарушение ритма.

Но истинный пролапс – это редкое состояние, это, так скажем, запущенная форма пролапса митрального клапана. Обычно, все-таки, пролапс митрального клапана – это повышение эластичности створок из-за того, что у человека по наследству передалась повышенная эластичность соединительной ткани, сюда же относятся связки, суставы. То есть створки митрального клапана состоят, грубо говоря, из тех же структур, что и хрящи, связки, суставы, межпозвонковые диски, базальные мембраны кожи и многие другие анатомические структуры. У всех этих структур есть общая тканевая основа, это всё называется соединительной тканью. Если у человека по наследству передалась такая особенность соединительной ткани, повышенная эластичность, то у него будет пролапс митрального клапана, который будет сочетаться с другими особенностями организма, такими, как повышенная эластичность кожи, суставов, связок, склонность к заболеваниям позвоночника, к растяжениям, к вывихам. Это целый симптомокомплекс, который складывается из внешних симптомов, можно по внешнему виду даже выяснить, и внутренних особенностей организма.

Е. Крюкова:

Почему об этом не рассказывают? Я первый раз слышу.

С. Грачев:

Мы первый раз, видимо, и рассказываем. В общем-то, действительно, если посмотреть источники в интернете, которые лежат на поверхности, действительно, не создается четкого понятия, что такое пролапс митрального клапана.

Е. Крюкова:

Важно отследить эту штуку, о которой мы говорим, на детском промежутке жизни? Это задача педиатра, терапевта, кардиолога или, в принципе, пока оно не беспокоит, трогать не нужно?

С. Грачев:

В большинстве случаев пролапс митрального клапана, как явление, при установке диагноза считается, что имеет благоприятный прогноз. Во-первых, если пролапс митрального клапана диагностирован у ребенка, то не обязательно, что он будет дальше и у взрослого, после 14 лет. Могут произойти изменения, которые устранят пролабирование. Но, чаще всего пролапс митрального клапана как с рождения появляется, так и остается на всю жизнь. Некоторые пациенты и не знают об этом всю жизнь; или совершенно не знают, или узнают поздно. У детей нельзя считать окончательным диагнозом пролапс, нужно наблюдать, он может уйти, как говорят.

Е. Крюкова:

Интересно, врачи видят особенности соединительной ткани, о которых вы говорите, могут об этом сказать родителю: «У вас, возможно, это повлияет».

С. Грачев:

Да, надо сказать, что в России стандарты, точнее – общепринятые выводы, которые вошли в национальные рекомендации по кардиологии, сформировались только в 2010 году. Может быть, еще мало врачей даже знают, как правильно проводить диагностику при пролапсе митрального клапана. Чаще всего, врачи в поликлиниках, у которых времени и так не хватает, просто игнорируют этот феномен; если видны признаки пролапса митрального клапана на кардиограмме или при аускультации сердца, то он просто игнорируется, потому что чаще всего это особого значения не имеет для пациента и прогноз благоприятный.

Чаще всего пролапс митрального клапана при выявлении игнорируют, потому что считается, что он имеет благоприятный прогноз.

Е. Крюкова:

Вы согласны с этой точкой зрения?

С. Грачев:

Отчасти да, то есть да. Можно заниматься диагностикой, и в большинстве случаев, наверное, в 95% случаев, это никак не повлияет на рекомендации. То, что нужно вести здоровый образ жизни – это и без пролапса понятно.

Е. Крюкова:

То есть чаще это является просто диагностической находкой и не представляет ценности ни для врача, ни для пациента?

С. Грачев:

Чаще да. Даже если есть сердечные симптомы и мы видим пролапс митрального клапана, мы не спешим связать эти симптомы именно с пролапсом. Чаще всего так и получается, пролапс митрального клапана может только запутать ситуацию и отвлечь доктора от настоящей проблемы.

Е. Крюкова:

У нас все сейчас ипохондрики, все сидят, гуглят, и человек, когда находит у себя изолированный симптом, тот самый пролапс, захочет получить лечение, терапию, упражнения.

С. Грачев:

Во-первых, как это происходит? Обычно на УЗИ сердца доктор говорит: «У вас пролапс», и дальше человек пугается, особенно, если ему говорят, что это порок сердца. Да, это формально порок сердца. Нужно заметить, что изменение на УЗИ, феномен сам пролапса, так называемый мягкий пролапс, когда видно только на УЗИ сердца, а на слух при аускультации сердца не слышно, на кардиограмме никаких признаков нет, только на УЗИ видно. Тогда рекомендуют не ставить диагноз этот вообще, чтобы не запутывать. Этот феномен описывается только на УЗИ, когда небольшой пролапс, его признаков не слышно и не видно на кардиограмме. Чаще видно сначала на кардиограмме, выявляется признак перегрузки левого предсердия и дальше пациента отправляют на УЗИ сердца. УЗИ сердца хватает, чтобы поставить диагноз.

Для чего это, вообще, делают? Для современного человека пролапс митрального клапана и существование пролапса независимо от причины имеет значение в конкретных случаях. Во-первых, как и при любом пороке или анатомическом изменении в сердце таким людям нельзя болеть инфекционными бактериальными заболеваниями. Если они заболели, то нужно придерживаться режима двигательной активности. Домашний режим или постельный, как рекомендует доктор, не давать нагрузки на сердце, потому что у людей с любыми клапанными пороками выше риск получить септические осложнения на сердце – то, что обычно называют осложнениями на сердце, после ангины, скажем. Это может быть не только после ангины, очаг бактериальной инфекции может быть везде – это ЛОР-заболевания, тонзиллит, заболевания почек, кожи, фурункулез, например, стоматологические проблемы.

Е. Крюкова:

Я прочитала, что детям с пролапсом кардиологи рекомендуют профилактировать инфекционный эндокардит перед операциями. Это что такое, какие там препараты нужны?

С. Грачев:

Не только детям, но и взрослым. Имеется в виду вообще начало диагностики. Пациентам говорят: «У вас относительно высокий риск получить осложнение на сердце, если у вас будет острая инфекция, либо даже хроническая инфекция». Дают рекомендации санировать зубы, ходить к стоматологу, ходить к ЛОР-врачу, к гинекологу. Если где-то есть очаг хронической инфекции, то нужно за ним следить, а по возможности радикально его устранить.

Е. Крюкова:

Но это антибиотики в конечном итоге? Как с детьми быть, допустим?

С. Грачев:

Не обязательно. Взрослым можно применять профилактический антибиотик широкого спектра действия. Обычно выбирают амоксициллин, антибиотик из группы пенициллинов в максимальной суточной дозировке за 6 и за 2 часа до манипуляции. Суточную дозировку делят на 2 приема – за 6 часов, скажем, до стоматологической манипуляции, пусть это просто чистка стоматологическая ежегодная, и за 2 часа; нужно 2 раза принять этот антибиотик.

Е. Крюкова:

Каждый раз? Всем, у кого нашли пролапс митрального клапана?

С. Грачев:

Да, такие рекомендации существуют.

Е. Крюкова:

Это настолько серьёзные, неприятные осложнения от инфекции на сердце, что лучше не рисковать.

С. Грачев:

Они и сложные, и их сложно диагностировать вовремя, потому что, как правило, симптомы осложнения появляются, спустя длительное время после манипуляции. Что происходит? Примешиваются в очаг инфекции, бактерия попадает в кровь, с током крови она попадает в сердце и, если есть нарушение внутренней сердечной гемодинамики, завихрение крови в сердце, то бактерия успевает зацепиться, перехватиться и организовать колонию прямо на клапане. В дальнейшем и клапан может разрушиться, в воспаление могут вовлекаться оболочки сердца. Осложнения и симптомы могут появиться через месяц, через 2 даже, и уже трудно связать этот случай воспаления клапана, или инфекционный эндокардит, с определенной манипуляцией. Поэтому, есть рекомендация: провести обязательно премедикацию. Но лучше всего просто не иметь хронических очагов инфекции. Носить шапку, шарф, если заболели, то не давать никакой нагрузки на сердце – ни физической нагрузки, ни эмоциональной, брать больничный и лечиться.

Пролапс митрального клапана чреват серьёзными осложнениями на сердце после перенесённых инфекций.

Е. Крюкова:

Что еще нужно знать обладателям этого порока сердца? Мы поняли про антибиотики и хронические воспаления. Болезнь прогрессирует со временем?

С. Грачев:

Она прогрессирует, но при пролапсе митрального клапана, диагностированном в детском возрасте, прогноз считается благоприятным, 50-летний благоприятный прогноз, так говорят. Если человек нормально себя ведет и у него нет септических осложнений, истинно сердечные осложнения от самого пролапса могут наступить не раньше, чем в 70 лет, или могут вообще не наступить. Когда еще важно? Важно при экстремальных нагрузках. Пролапс митрального клапана не ограничивает физическую активность, но если речь идет об экстремальных нагрузках, то – да, об этом лучше знать и советоваться с кардиологом, если как-то можно эту нагрузку запланировать.

Пролапс митрального клапана имеет значение для беременных женщин, потому что, так скажем, на плод этот феномен не влияет, беременеть не запрещается при пролапсе митрального клапана, но сами роды являются большим стрессом для сердечно-сосудистой системы. И беременность, и сами роды, и то, что после родов происходит в ближайшее время – всё несёт свои нагрузки на сердце и пролапс митрального клапана имеет значение. Нужно выяснять, есть вообще он или нет, анестезиолог в родах должен владеть информацией о наличии пролапса митрального клапана у женщины, которая собирается рожать. Безусловно, если пролапс II - III степени – дополнительное показание для кесарева сечения, чтобы снять дополнительные риски, связанные с нагрузкой на сердце. Для современного человека, практически, я пациентам обычно говорю проводить премедикацию перед ЛОР и стоматологическими манипуляциями, говорю о нагрузке, и женщинам говорю: «Если собираетесь рожать, нужно внимательно к этому относиться».

Е. Крюкова:

Получается, к вам, все-таки, приходят с некими жалобами? Какие жалобы будут при начальной стадии болезни, при запущенной?

С. Грачев:

Нет, ко мне не приходят. Чаще всего, выявляется случайно. Снимаю кардиограмму и вижу признаки перегрузки левого предсердия, слышу на аускультативном прослушивании сердца признаки пролапса митрального клапана, сообщаю об этом пациенту. Чаще всего пациент впервые об этом слышит, хотя на серии кардиограмм до этого всё было точно так же. Но, опять же, к слову, обычно это игнорируют.

Е. Крюкова:

Но, все-таки – есть одышка, тахикардия, что-то такое, на что, может быть, не обращал внимания человек и считал это своей нормой?

С. Грачев:

Бывает. Но истинных пролапсов митрального клапана, когда непосредственно порок сердца, пролапс митрального клапана вызывает симптомы сердечной недостаточности, такое бывает чрезвычайно редко. Обычно симптомокомплекс, характерный для таких пациентов – это симптомы вегетативной дисфункции, так называемой: сердцебиение, расстройство адаптации, привычно пониженное давление, ощущение неудовлетворенности дыханием, метеозависимость, непереносимость резких изменений высоты, скажем, в метро когда опускаются, непереносимость жары – общие симптомы, связанные с нарушением адаптации. Это часть симптомокомплекса, да, но непосредственной прямой связи между пролапсом митрального клапана и этими симптомами нет. Скорее, есть общая причина, которая определяет и пролапс, и эти симптомы – та самая дисплазия соединительной ткани. Вот об этом, наверное, стоит подробнее еще раз рассказать.

Мы сказали о том, что есть истинный пролапс и он бывает редко, и есть пролапс как проявление синдрома дисплазии соединительной ткани. Синдром дисплазии – что это такое? Это обобщенное понятие, которое включает в себя, примерно, более 250 генетических отклонений. Они неизбежно у каждого человека встречаются в том или ином количестве и характеризуют такое свойство соединительной ткани, как повышенная эластичность, синдром дисплазии соединительной ткани или, как говорят на Западе, гипермобильный синдром. Наверное, у каждого четвертого человека в той или иной степени есть эта повышенная эластичность, гипермобильный синдром. У некоторых он проявляется довольно тяжело, но это редко бывает, имеет свои названия и целые комплексы признаков. Такие заболевания характеризуются тяжелыми нарушениями не только в сердце. Там синдром Морфана и другие состояния, есть целый список – то, что считают тяжелыми генетическими заболеваниями. Но, в основном, у пациента просто особенности организма, такие, как склонность к растяжениям, проблемы с позвоночником из-за того, что чрезмерно эластичны межпозвонковые диски.

Надо сказать, еще Гиппократ заметил, что пациенты с пролапсом митрального клапана выглядят моложе. Почему? Потому что у них повышенная эластичность кожи. Есть феномен, который называют Facies mitralis. Это лицо пациента с пролапсом митрального клапана, оно немножко моложавое, есть небольшие изменения кожных покровов. Такие пациенты характеризуются тем, что они выглядят немного моложе своих лет и это заметно с возрастом. В молодом возрасте, до 35 – 40 лет это может быть незаметно, человек и так молодой, а дальше с возрастом он смотрит на фотографию в паспорте и понимает, что совсем не стареет. Facies mitralis, румянец, посинение или побеление кончика носа и моложавое лицо – вот такие признаки.

Е. Крюкова:

Синяки бывают под глазами? Синяки под глазами и варикоз может быть проявлением пролапса?

С. Грачев:

Синяки? Это тоже часть симптомокомплекса, который характеризуется повышенной эластичностью соединительной ткани, ломкость маленьких сосудов и варикоз, да.

Е. Крюкова:

Хорошо. Мы подвели к особенностям соединительной ткани. С этим нужно что-то делать специально, отдельно, проводить поддерживающую терапию, чтобы укреплять свои чресла?

С. Грачев:

При пролапсе митрального клапана специальных медикаментозных рекомендаций нет. Конечно, отмечено, что правильный образ жизни, в принципе, улучшает прогноз, хотя он и так хороший, но, всё равно, физическая активность, функциональная ограниченная нагрузка на сердце благотворно влияет на прогноз. Препараты типа витамина C, витаминов группы B, никотиновая кислота, витамин B2, витамин B1, B6 тоже влияют положительно на прогноз. Рыбий жир, Омега 3 – такие известные всем универсальные препараты. Плюс, замечено, что таким пациентам особенно актуально следить за уровнем меди, марганца, цинка и других микроэлементов. Обычно сдается анализ крови или волос, или ногтей, определяют количество микроэлементов в организме и, если где-то чего-то не хватает, очень важно восполнить.

Е. Крюкова:

Я читала, что человека с пролапсом даже бросает в депрессивные состояния и могут понадобиться транквилизаторы, успокоительные препараты, и что это касается даже детей. Может быть, с одышкой, с гипервентиляцией не могут справиться, принять это, как ощущения организма и уже требуется сторонняя помощь.

С. Грачев:

Бывает такое. Но нужно сказать, опять же, возвращаясь к синдрому дисплазии соединительной ткани, что из-за проблем с позвоночником бывает нарушение кровоснабжения головного мозга – так называемый, синдром позвоночной артерии или его варианты, при котором транквилизатор не очень хорошо применять. Поэтому такие рекомендации нужно проводить под присмотром врача обязательно.

Е. Крюкова:

А успокоительные можно? Легкие, те, что без рецептов?

С. Грачев:

Я говорю в первую очередь об успокоительных препаратах, потому что, если речь идет об измененной активности мозга при изменении его кровообращения, то опасно его загружать какими-то седативными препаратами.

Е. Крюкова:

Афобазол даже нельзя, травки?

С. Грачев:

Даже травки. Но. Не обязательно нельзя. Иногда бывает, что и можно, но нужно обсуждать всё с доктором.

Е. Крюкова:

Что за понятие, как регургитация? Пишут: «У меня есть», «А у меня нет». Считается, что усложняет болезнь. Это что, и действительно ли усложняет?

С. Грачев:

Это феномен, когда при смыкании клапана часть крови подтравливается обратно в левое предсердие. Да, это феномен неприятный, за ним нужно наблюдать. Вообще, у кого пролапс митрального клапана, нужно делать УЗИ раз в 5 лет примерно. Регургитация – это потеря крови из левого желудочка. Она должна поступать дальше в аорту, к органам, но небольшое количество поступает обратно в левое предсердие, перегружая его.

Е. Крюкова:

Вопрос, который у нас заявлен в анонсе – армия. Очень многие с этим диагнозом спрашивают себя, спрашивают врачей, удастся ли им откосить, пойдут они в армию или не пойдут. У вас есть информация, с какой степенью можно?

С. Грачев:

Первая степень можно, вторая, третья – нельзя. Вот так, всё четко. Степень и наличие клинических симптомов, но это уже повод разобраться серьезно и там, чаще всего, находят что-то еще.

Е. Крюкова:

Симулировать пролапс митрального клапана ты не сможешь?

С. Грачев:

Нет.

Е. Крюкова:

Хирургические операции. Вы говорите, что жалоб никаких нет, субъективных ощущений тоже мало. А, все-таки, люди, и даже дети, я читала, оперируются. Операция становится необходимой при смежных заболеваниях, или пролапс оперируют тоже? В чем заключается операция?

С. Грачев:

В замене клапана хирургическим путем. До операции доходит, если произошло осложнение на сердце, например, после той же ангины, и клапан разрушился, образовалась бактериальная колония прямо на клапанах и клапан перестал выполнять свою функцию.

Е. Крюкова:

Как понять, что клапан разрушился?

С. Грачев:

По УЗИ сердца и по симптомам сердечной недостаточности - это непереносимость физической нагрузки.

Е. Крюкова:

Сложно ли диагностику проводить? Все ли врачи сразу находят?

С. Грачев:

Сама диагностика не представляет сложностей. По УЗИ есть четкие критерии просто пролапса или симптома бактериального поражения этого клапана.

Е. Крюкова:

Итого, какие у вас рекомендации для детей, для взрослых, человеку, который обнаружил у себя пролапс? Какие ему нужно сделать изменения в своей жизни?

С. Грачев:

Раз в 5 лет контролировать по УЗИ, хотя бы один раз пообщаться с нормальным кардиологом и не болеть, не болеть, надевать шапку и шарф, не форсить, беречь ноги. Если есть проблемы с зубами или с ЛОР-органами, то ходить к стоматологу или к ЛОР-специалисту. Этого достаточно.

Е. Крюкова:

Если человек с поставленным диагнозом пролапс клапана начинает непроходящие боли испытывать, это будет вызвано пролапсом? В этой ситуации что делать?

С. Грачев:

Все те же методы исследования – ЭКГ, УЗИ сердца и некоторые анализы.

Е. Крюкова:

Это показания к оперативному лечению?

С. Грачев:

Не обязательно. Нужно выявить четкую связь между пролапсом митрального клапана и этими симптомами. Если она есть, а чаще всего это непереносимость физической нагрузки, то тогда – да, проводят вмешательство, либо операцию делают, либо другие манипуляции.

Е. Крюкова:

Давайте, про истинный пролапс немножко поговорим. Вы сказали, что он редкий, но все-таки встречается, и что он более тяжелый по своим проявлениям.

С. Грачев:

Да, миксоматозная форма пролапса бывает редко. Это когда створки митрального клапана утолщаются, становятся толстыми, но при этом дряблыми и нарушается их структурность. Это ведет, действительно, уже к настоящим нарушениям ритма и к нарушениям сердечной динамики. Настоящий пролапс бывает только у пожилых пациентов, старше 80 лет, если они доживают, и редко, когда бывает именно врожденный пролапс.

Е. Крюкова:

При обычном пролапсе сердечный ритм не страдает?

С. Грачев:

Обычно нет.

Е. Крюкова:

Хорошо. А с детьми какая стратегия?

С. Грачев:

Наблюдение.

Е. Крюкова:

Хорошо. Благодарю вас за эфир.