Тенденции стихийного развития института частной собственности в современной России

ПРОБЛЕМЫ. ПОИСК. РЕШЕНИЯ

45 (234) - 2013

УДК 330.34.01

тенденции стихийного развития института частной собственности

в современной россии

О. а. гуляева,

аспирантка кафедры микроэкономики

E-mail: gulyaevaok@gmail.com

Финансовый университет при Правительстве РФ

Рассмотрены существующие тенденции стихийного развития института частной собственности в современной России. Показано преобладающее влияние тенденции к формированию институтов защиты частной собственности. Отмечено, что существенным фактором сохранения экономической стабильности является пресечение попыток передела собственности, причем как со стороны криминальных структур, так и с использованием административных рычагов.

Ключевые слова: частная собственность, институциональный подход, передел собственности, рейдерский захват, институт защиты, экономическая безопасность.

Институт частной собственности в настоящее время является основой социально-экономической системы государства. Он закреплен в целом ряде формальных законодательных актов и неформальных правил, норм и традиций поведения индивидуумов и организаций, поддерживается соответствующими государственными и негосударственными структурами. Институт частной собственности, как и любой другой общественный институт, находится в постоянном развитии. Источником этого развития являются потребности общества в целом и отдельных социальных групп в институциональном обеспечении их деятельности, в соответствующих институциональных рамках.

Институт частной собственности, как и другие общественные институты, лежит в основе формирования институциональной среды, в которой данное общество существует. При этом институциональная

среда не рассматривается как простой набор соответствующих институтов, а представляет собой системный объект, своеобразное институциональное «пространство», в котором функционируют хозяйствующие субъекты. Структуру среды определяет институциональная матрица, в рамках которой осуществляется развитие самой среды путем формирования некоторого множества институтов и субинститутов, из которого в процессе развития среды отбираются наиболее полезные и эффективные. Однако сами понятия полезности и эффективности в данном случае следует рассматривать с точки зрения не только общества в целом, но и отдельных социальных групп. Например, то, что представляется эффективным для социальной группы крупных собственников, может являться совсем неэффективным для социальной группы наемных работников.

Институт частной собственности формируется в результате действий государства. Эти действия могут быть направлены как на формирование институтов, эффективных для общества в целом, так и на формирование институтов, эффективных лишь для бюрократической системы государства или для тех социальных групп, которые представлены в государственных органах или оказывают на них влияние. Сформированные государством институты в дальнейшем подвергаются спонтанному (и в определенной степени стихийному) развитию. В результате этого, во-первых, происходит отбор наиболее эффективных с точки зрения различных социальных групп институтов, во-вторых, происходит «деформация» институтов и приспособление их к потребностям этих групп.

Указанный процесс может различным образом влиять на экономическое развитие государства, способствуя либо повышению качества жизни населения, либо его понижению. В последнем случае неизбежно происходит нарастание социальной напряженности, которое может привести к политическому кризису и последующим изменениям в государстве, происходящим либо демократическим, либо революционным образом.

Для того чтобы сформировалась оптимальная с точки зрения всех социальных групп институциональная среда, необходим достаточно большой промежуток времени. Западные страны с длительным опытом развития рыночной экономики успели сформировать достаточно совершенную институциональную среду, содержащую как формальные, так и неформальные институты, которые не находятся в противоречии и в значительной степени соответствуют принципам экономической координации, доминирующим в этом обществе. В этой среде в значительной степени уравновешены интересы различных социальных групп, в результате чего обеспечена устойчивость социальных институтов в целом.

Совершенно иная ситуация имеет место в странах, где рыночные отношения только начали развиваться после длительного периода господства административно-командной экономики. Здесь рыночные институты и, в том числе, институт частной собственности, пока еще находятся в стадии формирования, требуется длительная целенаправленная деятельность государства по созданию институтов, соблюдающих равновесие интересов конкурирующих социальных групп и обеспечивающих повышение качества жизни населения в целом. Особенно остро стоит этот вопрос в России, где период нерыночной плановой экономики был наиболее длительным, а развитие рыночной экономики в новых условиях хозяйствования начала ХХ в. было прервано известными революционными событиями и октябрьским переворотом. Причем старый лозунг «Грабь награбленное» приобрел неожиданную актуальность в период современных рыночных реформ, правда, наполнился новым содержанием, метко именуемым в народе словом «прихватизация».

Анализируя особенности развития институциональной среды в странах с развитой рыночной экономикой, легко можно обнаружить, что в них формальные институты зачастую лишь закрепляли

уже действовавшие неформальные нормы и правила, давали им юридические гарантии. Увы, в новой России этот процесс осуществляется в обратном порядке: государство создает новые формальные институты, которые должны подкрепляться соответствующими неформальными нормами и отношениями. Однако многие неформальные нормы в настоящее время сохранились от старой командной экономики, а вновь формируемые нормы далеко не всегда находятся в правовом поле, что приводит к недостаточной эффективности работы формальных норм.

Движение к развитой рыночной экономике невозможно без эволюции института частной собственности. Отметим, что в наиболее цивилизованных странах формирование данного института в его современном виде в основном завершилось, уже давно утверждены основные его черты и достоинства, постулируемые как несомненные для большинства государств. Однако в некоторых государствах с молодыми рыночными экономиками и, в первую очередь, в России, к сожалению, несмотря на достаточно длительный переходный период, продолжает существовать ситуация, позволяющая констатировать: состояние данного экономического института если не крайне кризисное, то достаточно близкое к нему.

Высокая степень влияния института частной собственности на темпы и результаты экономического развития предопределили большой интерес исследователей к проблеме анализа тенденций и прогнозированию развития этого института в условиях рыночной экономики России [3, 5, 6]. Несмотря на то, что проводимые исследования направлены на поиск оптимальных направлений развития этого института, эти рекомендации далеко не всегда учитываются в реальной законотворческой деятельности, что также свидетельствует о стихийном характере развития указанного института в России.

Сложившаяся ситуация связана с тем, что продолжает существовать резкое разделение общества на очень богатых и очень бедных, а средний класс, который в любом государстве с развитой рыночной экономикой является основой его стабильности, формируется весьма медленно и в настоящее время практически отсутствует. Причем здесь также наблюдается заметное расслоение на небольшой «богатый» и массовый «бедный» средний класс. Эти противоречия не могут быть устранены путем стихийного развития общества в условиях буржуазно-

рыночной системы, для их устранения необходимо решительное вмешательство государства. Однако российское государство, как и любое другое, выражает интересы определенных социальных групп, причем обычно далеко не самых бедных групп. Может быть, поэтому попытки государства перераспределить часть общественных благ от социально сильных групп к социально слабым продолжают оставаться недостаточно эффективными, а порой и просто декларативными. Это подтверждается достаточно высоким уровнем индекса Джини, оценки которого, согласно имеющимся данным, для России колеблются от 42 (по доходам) до 84 (по богатству) [1]. Таким образом, богатые стремительно богатеют, а бедные, увы, продолжают беднеть. По итогам 2012 г. в России было 102 долларовых миллиардера и 1 123 мультимиллионера с состоянием, превышающим 30 млн долл. Согласно прогнозу экспертов, к 2022 г. в стране будет уже 126 миллиардеров и около 1 700 мультимиллионеров. Причем темпы роста частных состояний в России могли бы быть и выше, но многие состоятельные граждане России всерьез подумывают о том, как бы поменять страну проживания [8].

Следует подчеркнуть, что одним из ключевых моментов как целенаправленного, так и стихийного развития института частной собственности является надежное обеспечение экономической безопасности. На первый взгляд, любой исследователь согласится, что в защите собственности должны быть заинтересованы все социальные группы. Однако, к сожалению, в условиях переходной экономики и неразвитого института частной собственности достаточно длительное время продолжают существовать влиятельные социальные группы, заинтересованные именно в нелегитимном переделе частной собственности. Здесь, как известно, имеет место широкий диапазон форм деятельности, начиная с криминальной деятельности «черных риэлторов» и кончая формально правовыми «рейдерскими захватами» предприятий.

Отметим, что количество рейдерских захватов в России стремительно выросло после того, как летом 2010 г. вступили в силу антирейдерские поправки в Уголовный кодекс РФ. По данным Следственного комитета РФ, если в 2010 г. следователи получили всего 69 сообщений о рейдерских захватах, то в 2011 г. заявлений было почти 400. Количество уголовных дел также увеличилось в три раза: с 82 в 2010 г. до 251 в 2011 г. У МВД России статистика

не столь пугающая, но и она говорит о двукратном росте рейдерской активности. В 2010 г. оперативники зарегистрировали чуть более 30 экономических преступлений, связанных с рейдерством, а в 2011 г. -77. За два месяца 2012 г. в стране было зарегистрировано 17 подобных преступлений. Всего в МВД России на тот период расследовалось 150 уголовных дел против рейдеров [2].

Другим направлением передела собственности является стремление ряда социальных групп к получению тех или иных материальных благ вообще без соответствующих затрат физического или умственного труда. При этом не учитываются условия работы экономически активной части населения, которая в состоянии создавать прибавочный продукт. Подобный передел собственности, формально способствуя повышению качества жизни отдельных групп населения, также исключительно вреден для страны, поскольку он ведет к развитию социальной апатии населения, к снижению предпринимательской активности. Существенная часть населения в итоге становится на инертную позицию социальной апатии и пытается переложить на государство ответственность за решение своих проблем. В этих условиях появляются мощные государственные бюрократические структуры, занимающиеся перераспределением материальных благ в пользу указанной безынициативной части населения, а также искусственно созданные структуры для поддержания ее существования. Подобная ситуация, к сожалению, имеет место и в России, где перераспределению подвергаются доходы от торговли энергоресурсами, но это перераспределение происходит в значительной степени в пользу определенных групп населения, сосредоточенных в крупных столичных городах, в то время как в малых городах качество жизни населения оставляет желать лучшего.

Подобные социальные группы в определенной степени заменяют средний класс и являются фактором стабильности, ведь они кровно заинтересованы в надежном сохранении сложившейся ситуации. Однако они не обладают необходимым креативным потенциалом, характерным для среднего класса промышленно развитых государств, и, таким образом, не способствуют развитию экономики государства.

С другой стороны, государственные бюрократические структуры, занимающиеся перераспределением материальных благ, получают возможность манипулирования населением, управления им для

достижения различных целей (например требуемых результатов на выборах).

Вместе с тем не следует забывать, что социальная справедливость и равенство ни в коем случае не означают необоснованного уравнивания доходов в различных социальных группах за счет государственных дотаций. Всегда должен сохраняться стимул к предпринимательской, производственной или творческой деятельности, дающей возможность получить желаемые материальные блага. Главным в институциональной среде, формируемой государством, является обеспечение равенства возможностей для реализации своих способностей и обеспечения свободы выбора деятельности. При этом строительство сильного государства вовсе не противоречит развитию демократии. Сильное государство должно обеспечивать необходимые и достаточные условия для развития бизнеса, который, в свою очередь, может и должен решать целый ряд социальных задач. Но при этом государство должно обеспечить бизнесу полную гарантию защиты его частной собственности, причем эта защита должна быть полностью правовой. По мнению главы Российского союза промышленников и предпринимателей А. Шохина, проблема ухода российских капиталов в офшоры связана не только с налоговым климатом внутри страны, а зависит в первую очередь от судебной системы. «Офшоризация российской экономики - это не только способ уклонения от высоких налогов, но это и защита прав собственности. Уход в английское право - это способ защитить права собственности. Поэтому даже когда налоговая система будет вполне приемлемой, надеюсь, это случится, проблема ухода в офшоры останется», - отметил глава РСПП на конференции в рамках Московской международной финансовой недели «Мосинтерфин», проходившей в октябре 2013 г. [9].

Следует отметить, что в ряде случаев социальные группы, связанные с бизнесом, стремятся гарантированно «провести пешку в ферзи», получить доступ к возможности передела частной собственности путем назначения «своего» губернатора или мэра. Причем достичь желаемого им удается без особых усилий. Это явление в определенной степени является признаком крайней незащищенности института собственности. Затратив на обеспечение процесса назначения и пиар губернатора или мэра некоторые средства, поддерживающие их группы затем с успехом извлекают из «правления» своего ставленника максимальную выгоду. И тут, заметим, лишь

для «своих» создается мощный административный ресурс, который обеспечивает защиту только их частной собственности. Уже сам этот факт является ярким свидетельством того, что бизнес не надеется на правовую защиту собственности. С другой стороны, подобный административный ресурс может стать и становится в ряде случаев надежным рычагом неправового передела собственности на конкретной территории. Так, на Ставрополье исключительно громким стало дело о захвате имущества местной компании «Саша» представителями ООО «Желатиновый завод». По данным Следственного комитета РФ, фигурантами этого дела являются бывший заместитель министра МВД России, бывший заместитель полпреда Президента РФ на Северном Кавказе, а также его супруга, которая и является... директором желатинового завода.

В Бурятии возбуждено уголовное дело против депутата МО СП «Новобрянское» В. Синюшкина, который по поддельным документам сменил руководство одной из местных компаний и продал ее имущество на сумму 1,6 млн руб.

В январе 2011 г. в Москве возбудили уголовное дело против группировки рейдеров, в которую входили два оперативника МВД России. Рейдеры пытались захватить активы Машиноимпорта на сумму почти 300 млн руб.

В Приморском крае направлено в суд уголовное дело против семерых чиновников, похитивших из госсобственности более 100 зданий и помещений на общую сумму 550 млн руб. [2].

В октябре 2013 г. фигурантам дела о хищениях имущества в Минобороны России были предъявлены первые обвинения: бывшая начальник Департамента имущественных отношений Минобороны Е. Васильева будет проходить по 12 эпизодам, а ущерб от ее действий оценен в 3 млрд руб. [7].

По оценке экспертов МВД России, в 2011 г. все же удалось переломить ситуацию с рейдерством, взяв под контроль ЧОПы - именно их бойцы захватывали территорию и «выносили» директора. Теперь, замечают полицейские, случаи участия чоповцев в рейдерских атаках сократились на треть. Но кроме сотрудников ЧОПов и чиновников рейдерам нередко охотно помогают силовики и коррумпированные судьи. Так, в январе 2012 г. Следственный комитет РФ направил в суд дело одного из оперативников УФСБ по Саратовской области, обвиняемого в присвоении имущества агрофирмы «Энгельсская» на сумму 4,47 млн руб. [2].

Отметим, что подобный стихийный процесс неправового передела собственности имеет место на различных территориях, он представляет собой характерный пример создания бизнесом своей собственной локальной формальной и неформальной институциональной среды. Очевидно, что это является косвенным признаком недостаточной эффективности той институциональной среды, которая создается федеральным правительством (как тут не вспомнить о необходимости «зоркого ока государства» в регулировании стихии рынка, о котором упоминал президент США Б. Обама. Он же, кстати, обвинил во всех тяжких грехах, даже в антипатриотизме, руководителей американских компаний, замеченных в размещении своих активов в офшорах).

В то же время на современном этапе развития институциональной среды в сфере отношений частной собственности можно обнаружить стихийную тенденцию к повышению степени защиты частной собственности. Это отражается в многочисленных упоминаниях о необходимости сокращения срока возможного пересмотра приватизационных сделок, а также в увеличении количества судебных решений, благодаря которым был предотвращен неправовой передел или захват собственности.

Вместе с тем не следует забывать об очевидном факте: в обществе отношение к результатам приватизации далеко неоднозначно, причем постоянно возникают мнения о ее несправедливости, о необходимости нового передела собственности. Справедливости ради можно согласиться, что в ряде случаев такой передел действительно может быть целесообразен. Например, если градообразующее предприятие находится в руках неэффективного собственника, если процветавшее ранее предприятие пришло в упадок, от чего страдают все жители территории. Безусловно, должен быть правовой механизм, позволяющий оперативно исправить это положение, в том числе и путем решительной смены собственника.

Однако вполне очевидно и другое: повсеместный передел собственности в настоящее время приведет в России к полному экономическому коллапсу. Кроме того, не существует никаких гарантий, что этот новый передел будет более справедливым, чем старый, что новые собственники будут более эффективно управлять предприятиями. К тому же, если вернуть предприятия в государственную собственность, неизбежно возникнут новые проблемы,

связанные с еще более низкой эффективностью работы управляющих этой собственностью.

Другим признаком того, что существующий в России институт частной собственности недостаточно эффективен, является активный и повсеместный стихийный процесс вывоза капиталов за границу. Этот вывоз успешно продолжается, несмотря ни на какие современные системы валютного контроля и финансовый мониторинг. Бизнес не уверен в сохранности своего капитала в банках России, а это свидетельствует о несовершенстве институциональной среды отношений частной собственности. Пусть на юге Европы достаточно скромный уровень доходности бизнеса, зато есть уверенность, что этот бизнес будет стабильным. Здесь можно заметить, что проблемы с сохранностью капиталов в банках и налоговой дисциплиной, как показали события на Кипре, существуют и в других странах (в частности, в Великобритании, Германии и Евросоюзе в целом).

Другой тенденцией развития института частной собственности, которая также обладает элементами стихийности, является исправление некоторых законодательных актов, содержащих определенные возможности для неправомерного захвата собственности. В этих актах была предусмотрена возможность проведения судебного процесса по месту жительства истца, которым может являться акционер, имеющий даже одну акцию. В результате дела рассматривались в тех судах, где имелась возможность повлиять на решения судьи. О подобных судебных процессах в одном из сибирских городов упоминается, например, в исследовании В. А. Ди-мова [3]. В результате было принято 25 судебных решений, относящихся к объектам недвижимости в Москве. Отмечается, что в ходе заседаний в подобных судах даже признавались подлинными переписанные реестры акционеров в тех случаях, когда настоящие реестры были украдены. Комментарии, как говорится, излишни.

Приняты также нормативные правовые акты, разрешающие приостанавливать работу предприятий только на основании судебного решения. Аналогично были упорядочены и ограничены возможности изъятия документов и продукции на предприятиях органами внутренних дел для последующего возбуждения уголовных дел. Во вновь принимаемых законодательных актах существенно сокращен также диапазон санкций (в минимальных размерах оплаты труда). Пределы санкций стали

существенно уже, что, безусловно, сократило кор-рупциогенность законов. Все эти факты говорят о том, что в законодательстве о частной собственности имеются существенные недоработки, часть которых уже исправлена, но многое еще подлежит исправлению.

Уместно вспомнить уже упоминавшиеся поправки к Уголовному кодексу РФ, вступившие в силу в июле 2010 г. В указанных поправках уточнено понятие «рейдерство» и ужесточено наказание за указанное преступление. В результате многие подобные преступления стали квалифицироваться как рейдерские захваты, в связи с чем в Следственном комитете РФ и был отмечен существенный рост количества рейдерских захватов [4], которые ранее проходили по статьям «мошенничество» и «подделка документов». Более того, теперь появилась возможность привлекать рейдеров к ответственности за подачу в налоговую инспекцию ложных данных об учредителях, за подделку решений общего собрания акционеров и совета директоров, за фальсификацию реестров и результатов голосования. С другой стороны, в результате подобного ужесточения законов рейдерство сместилось в сегмент более мелких предприятий, причем одновременно уменьшились суммы нанесенного ущерба с 16 млрд руб. в 2010 г. до 2 млрд руб. в 2011 г. [2, 4].

Очевидно, что отдельной проблемой является обеспечение стабильности и устойчивости институциональной среды. Как формальные, так и неформальные институты должны оставаться неизменными в течение определенного, достаточно длительного времени. Это, естественно, не распространяется на неудачные формальные институты, которые должны совершенствоваться или заменяться, как только будет обнаружена их неэффективность. Однако эффективные институты должны существовать до тех пор, пока эта эффективность сохраняется. Подобное снижение эффективности может произойти в результате изменений социально-экономической или материальной среды, к которым «присоединена» институциональная среда и которые по отношению к ней являются ее внешними средами.

Естественно, что оптимальными будут институты, которые остаются эффективными и при существенных изменениях внешней среды. Однако сформировать подобные институты весьма сложно, на это требуется значительный период времени. В стабильной институциональной среде сохраняется

порядок налогообложения, основные процедуры по распоряжению собственностью, процедуры и затраты (естественно, с учетом инфляции) на совершение трансакций и др. Однако в настоящее время пока еще рано поднимать вопрос о стабильности институциональной среды в России, поскольку, как было показано выше, требуется внесение изменений в целый ряд нормативно-правовых актов.

Таким образом, в ходе исследования наметились определенные тенденции развития института частной собственности в России. Анализируя развитие формальных и неформальных институтов, можно сделать вывод, что неформальные институты развиваются в значительной степени стихийно, но основной вектор их развития определяется мотивацией субъектов к приобретению, накоплению и сохранению частной собственности. Однако и на уровне формальных институтов это развитие продолжает иметь черты стихийности, ведь в значительной степени представляет собой исправление предыдущих ошибок в законодательстве.

Подобный стихийный характер развития института частной собственности заставляет задуматься о том, не является ли эта стихийность атрибутивным свойством процесса в целом. Истоки этой стихийности находятся в наличии относительно малых групп субъектов, причастных к формированию новых элементов институциональной среды частной собственности. На эти группы оказывают влияние определенные политические и экономические структуры и группы, причем это влияние может быть разнонаправленным. Кроме того, любой новый формальный элемент институциональной среды различным образом воспринимается различными социальными группами, при этом возможны варианты принятия, непринятия и даже безразличного отношения. Выбор этих вариантов, в свою очередь, базируется на представлении различных социальных групп о выгодности или невыгодности для них рассматриваемого элемента. Здесь для оценки может быть использована известная пенташкала, основывающаяся на ряде градаций: «очень выгоден», «выгоден», «безразличен», «невыгоден», «очень невыгоден». В общем случае распределение мнений экономических субъектов по этим уровням должно определять судьбу того или иного формального института. Однако это имеет место только в обществе с развитыми демократическими принципами и традициями, где весьма велико влияние общественного мнения на властные структуры.

Если демократические принципы и традиции в обществе недостаточно развиты, то условием принятия нового формального элемента институциональной среды является соответствие лишь интересам определенной экономической или политической элиты общества. В таком случае он будет принят, несмотря на явное противодействие большей части общества. Однако это неприятие может привести к тому, что на неформальном уровне возникнет система неподчинения данному формальному элементу институциональной среды, что еще более усилит стихийный характер формирования общественных институтов и, в частности, института частной собственности.

Поэтому при создании новых элементов института частной собственности нужно более глубоко и всесторонне анализировать возможные последствия, исключать перечисленные выше и другие аналогичные негативные результаты применения на практике недостаточно проработанных законодательных актов. Существенным фактором поддержания экономической безопасности России является прекращение попыток передела собственности. Необходимо полностью исключить возможность такого передела как со стороны криминальных структур, так и со стороны административных органов. Исключение может составлять только явно неэффективный собственник, приведший свое предприятие в состояние полного упадка. Следует иметь в виду, что институт частной собственности является основой эффективного функционирования и устойчивого развития экономики общества, причем его защита и совершенствование является

одной из основных обязанностей государства и залогом устойчивого экономического развития.

Список литературы

1. Гуриев С., Цывинский О. Россия - лидер по неравенству распределения богатства // Vedomosti. ru. [Электронный ресурс]. (Дата обращения 06.11.2012).

2. Гридасов А., Евстифеев Д. Рейдерских захватов становится все больше // Известия. 2012. 12.04. URL: http://izvestia. ru/news/521674.

3. Димов В. А. Власть институтов. М.: Изд-во ВШПП, 2009.

4. Коносова О. Н., Рубан О. В. Рейдерство как способ захвата предприятия. URL: www.sibac.info.

5. Нечаев С. Ю. Эффект собственности в России // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2007. № 17 (3). С. 22-24.

6. ОрловМ. В. Влияние формальных и неформальных институциональных структур на развитие института прав собственности // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2010. № 5 (34).

7. Опалев C. Рейтинг борьбы с коррупцией: первые обвинения по делу «Оборонсервиса» // РБК daily. 09.10.2013. URL: http://rbcdaily.ru/society/ 562949989173156.

8. URL: http://www. gazeta. ru/business/2013/03/ 07/5002997.shtml. (Дата обращения 07.03.2013).

9. URL: http://top.rbc.ru. (Дата обращения 17.10.2013).

ИЗДАТЕЛЬСКИЕ УСЛУГИ

Издательский дом «ФИНАНСЫ и КРЕДИТ» выпускает специализированные финансово-экономические и бухгалтерские журналы, а также оказывает услуги по изданию монографий, деловой и учебной литературы.

Тел.: (495) 989-9610 e-mail: post@fin-izdat.ru