Изменения зрения после 35-ти. Переходный возраст в офтальмологии

Изменения зрения после 35-ти. Переходный возраст в офтальмологии

Офтальмология

Борис Городецкий

Офтальмолог. Медицинский директор офтальмологической клиники «ВИЗИОН». К.м.н.

Дарья Волянская: Добрый вечер, дорогие друзья, в эфире канал Mediametrics, программа "Онлайн прием" и я, Дарья Волянская. У нас сегодня в гостях Городецкий Борис Карлович, врач-офтальмолог, офтальмохирург. Борис Карлович специалист высшей категории, кандидат медицинских наук, член американской европейской ассоциации катарактальных, рефракционных хирургов и медицинский директор офтальмологической клиники "ВИЗИОН". Добрый вечер, Борис Карлович, спасибо большое, что Вы к нам пришли.

Борис Городецкий: Здравствуйте, Дарья.

Дарья Волянская: У нас сегодня очень интересная тема, причем очень актуальная и должна быть очень познавательной. Мы сегодня хотели с Вами поговорить о возрастных изменениях после 35, об офтальмологии переходного периода. И рассказать о том, что же делать, если обнаружил серьезные возрастные изменения зрения. У меня сразу к Вам первый вопрос: скажите, начиная с какого возраста лучше посещать регулярно врача-офтальмолога?

Борис Городецкий: Врача-офтальмолога надо регулярно посещать примерно с трех месяцев от роду. Это и есть залог того, что на долгие годы сохранится хорошее зрение. Если говорить серьезно, то есть определенные возрастные точки, когда в обязательном порядке нужно проверять зрение. Это перед школой, 7 лет, в течение учебы, 14-16 лет. Юноши обычно очень тщательно обследуются в приписном и призывном возрасте, это 17-18 лет. Затем хотя бы один раз в 2 года надо обследовать зрение до возраста 40 лет. А вот с 40 лет, с возраста, который мы называли переходным, когда очень много меняется в зрении у человека, зрение надо проверять ежегодно.

Врача-офтальмолога надо регулярно посещать примерно с трех месяцев от роду

Дарья Волянская: Борис Карлович, мне кажется, что это процесс необратимый, что с каждым годом зрение падает у всех, невзирая на все те усилия, которые мы предпринимаем. Но если профилактика не позволяет полностью остановить процессы деградации, восстановление зрения, то как быть готовым к таким переменам, и что делать для того, чтобы как-то процесс притормозить, сохранить это зрение?

Борис Городецкий: Падение зрения и что происходит с глазами. Обычно мы в обиходе путаем два параллельных процесса. Острота зрения – это способность мозга различать детали предметов на различном расстоянии. Острота зрения – это не глаза, это действительно мозг, зрительный центр коры головного мозга, это одно понятие. И второе понятие, это преломляющая система глаза, то, что обычно все привыкли измерять в диоптриях. У меня +2, у меня -1,5, то, что компенсируется линзами. Вот эти два процесса взаимозависимы. Если у человека есть близорукость, ее можно и нужно корригировать линзами минусовыми. Измеряется эта степень, допустим, - 2, и поставив очки - 2, человек увидит единицу или 100 %. Вот это острота зрения с коррекцией - 2.

Дарья Волянская: Начиная с какого возраста начинаются возрастные переходные изменения? Когда уже нужно бить тревогу, серьезно обратить внимание на свое зрение?

Борис Городецкий: Все люди рождаются с дальнозоркостью. С ростом глаза, с ростом организма дальнозоркость должна уйти. И формируется рефракция, которая называется нулевая, то есть нет ни плюсов, ни минусов, рефракция, преломляющая сила глаза, при которой человек видит, условно, единицу или 100 %. Потом дети начинают читать, раньше читали по ночам, сейчас в телефоны смотрят по ночам, в компьютере.

Дарья Волянская: А что хуже – по ночам с фонариком или с айфоном?

Борис Городецкий: С айфоном хуже, это мельче, больше нагрузка, и это вызывает быстрейшее развитие аномалий рефракции, развитие близорукости. Сначала это спазм, мышца не может нормально работать, а потом это близорукость.

Дарья Волянская: Тогда получается, что сейчас все население планеты в зоне риска. Мы все убиваем свое зрение каждый день.

Борис Городецкий: В общем, да. Если не давать глазам отдых, то мы движемся в эту сторону.

Дарья Волянская: Что делать людям, которые в группе риска, 24 часа у компьютера, айфоны, гаджеты, телевизоры, книги на айпэде мелким шрифтом? Как можно на ситуацию повлиять? Какие есть для этого методы?

Борис Городецкий: Мы говорим сейчас о молодом возрасте, подростковом, когда начинает устанавливаться или формироваться окончательное зрение. В это время избыточная зрительная нагрузка приводит к развитию близорукости. Здесь единственное, что возможно, это все-таки соблюдать режим зрительной нагрузки, давать возможность глазам отдохнуть. Если человек работает за компьютером, и мы ему говорим: 40 минут работайте, 20 минут отдыхайте, но отдыхать – это не значит отойти от компьютера и начать работать в телефоне. Или отойти от компьютера и смотреть телевизор. Надо или закрыть глаза, или смотреть в окно вдаль, расслабиться.

В подростковом возрасте избыточная зрительная нагрузка приводит к развитию близорукости

Дарья Волянская: Сколько минут отдыха в день достаточно для того, чтобы преломить ситуацию?

Борис Городецкий: Каждый час работы с компьютером примерно в таком режиме. Первый час: 50 минут за компьютером, 10 минут перерыв, второй час – 15 минут перерыв, третий час– 20. И вот 40 минут и 20 минут перерыва, одну треть от рабочего времени, от нагрузки глаз дать возможность отдохнуть, тогда можно сохранить на долгое время зрительную работоспособность и не вызвать развитие мышечного спазма.

Дарья Волянская: С возрастом меняется структура хрусталика глаза. Этот процесс не изменить, повлиять на сегодняшний день современная медицина не может. Что делать?

Борис Городецкий: Приблизительно к 40 годам начинается процесс снижения эластичности хрусталика. То есть он перестает работать, как линза, настраивающая фокус или фокусное расстояние свободно на различное количество метров, сантиметров. Человек начинает все труднее и труднее фокусироваться.

Дарья Волянская: Начинается помутнение хрусталика, если объяснить более простым языком.

Борис Городецкий: Нет, хрусталик еще не мутнеет. Хрусталик теряет свою эластичность, он перестает изменять форму.

Дарья Волянская: Я читала, что в структуре глаза кислоты, белки и ферменты снижаются. С помощью каких-то препаратов или терапии можно на это повлиять?

Борис Городецкий: Замедлить развитие изменения в хрусталике можно на начальных этапах. Есть очень много комплексных капель, в которые входят и витамины, и микроэлементы. Ну и специфические белки.

Дарья Волянская: Это действительно эффективно?

Борис Городецкий: Это эффективно только в плане сдерживания этого процесса. Остановить или вернуться назад невозможно. Действительно, проблемы с хрусталиком возникают после 40 лет.

Проблемы с хрусталиком возникают после 40 лет у всех

Дарья Волянская: У всех практически?

Борис Городецкий: Практически у всех. Если в начале 1980-х - в конце 1970-х годов прошлого века в основном хирургическому лечению по поводу проблем с хрусталиком обращались люди 70-80 лет, то на сегодняшний день это 50-60-летние люди. Настолько ускорился этот процесс. Время сжалось, сжалось время развития и изменений в организме.

Дарья Волянская: Окончательный процесс помутнения хрусталика – это катаракта? К этому можно привести, если не обращать внимание на свое зрение?

Борис Городецкий: Диагноз Вы уже поставили. Помутнение хрусталика называется катаракта. Но это не окончательное помутнение.

Дарья Волянская: А есть какие-то стадии этого процесса? И как на каждой стадии можно это скорректировать?

Борис Городецкий: Если мы сейчас говорим только о возрастной катаракте, или раньше ее называли старческая, хотя нельзя называть старческая, потому что это заболевание касается довольно молодых людей.

Дарья Волянская: К сожалению.

Борис Городецкий: Да, к сожалению, 50 лет – это человек трудоспособный на сегодняшний день, самостоятельно себя обеспечивающий. Катаракта возрастная имеет несколько стадий. Они называются начальная, развитая, далеко зашедшая, или незрелая, и зрелая.

Дарья Волянская: Первую стадию можно самому выявить? Что может насторожить?

Борис Городецкий: Начальную стадию самому заметить довольно сложно. А вот стадия уже более развитая, которая называется незрелая, там люди начинают замечать, что появился туман при взгляде, или в ярко освещенной ситуации, или при низко освещенной. И все отмечают туман или дым, или, когда уже действительно помутнение в хрусталике более-менее заметное, как будто человек смотрит через полиэтиленовую пленку или через воду. Потому что катаракта в переводе с греческого – это голубая вода или водопад.

Дарья Волянская: То есть вторая стадия должна насторожить. И что делать тогда? Я прихожу к Вам на прием, Вы мне поставили такой грустный диагноз, что у меня уже незрелая вторая стадия катаракты. Что делать?

Борис Городецкий: Давайте сразу договоримся, что радикально вылечить катаракту можно только единственным способом – хирургическим.

Радикально вылечить катаракту можно единственным способом – хирургическим

Дарья Волянская: Это замена хрусталика?

Борис Городецкий: Это замена хрусталика. Все остальное, чем полны просторы интернета, это мифы. Безоперационное лечение катаракты – это не лечение, это, как говорил Остап Бендер, законный отъем денег и не более того.

Дарья Волянская: Вы слышали, дорогие наши зрители, не поддавайтесь на провокации в интернете, не читайте всякие глупости. Лучше идите на прием к офтальмологу.

Борис Городецкий: Никакими приборами чудесными цветового света, теплого света…

Дарья Волянская: …никакой гимнастикой…

Борис Городецкий: Ни специальной гимнастикой, стоянием на голове, йогой не вернуть того, что утрачено. И когда ко мне приходит довольно продвинутые в интернете люди и говорят: мы это знаем, это нам поможет. Я говорю: давайте простой пример. Из биологии Вы взяли яйцо, у него прозрачный белок. Вот хрусталик имеет такую же прозрачность, как прозрачность белка яйца. Вы сварили яйцо, Вы можете назад вернуть прозрачность вареному белку? Вот то же самое катаракта.

Дарья Волянская: Но не хотелось бы в 40 лет доводить до замены хрусталика. Что делать, чтобы дальше это не переходило в уже зрелую стадию?

Борис Городецкий: Вы знаете, это все заложено в генетическом коде каждого конкретного человека. Я наблюдаю пациентов, которые приходят ко мне 80 лет, у которых достаточно прозрачный хрусталик, и они вполне могут получить высокое зрение.

Дарья Волянская: То есть это наследственность.

Борис Городецкий: В определенной степени, да. Наследственность плюс все, что на сегодняшний день нас окружает. То, что мы едим, что мы пьем, чем мы дышим и где мы находимся.

Дарья Волянская: Нужно спокойно ожидать начала четвертой стадии, и дальше уже замена хрусталика? Или лучше сразу, чтобы не дожидаясь...

Борис Городецкий: Это серьезный вопрос. Раньше называлось "подождите, пока созреет". И вот это "подождите, пока созреет" приводило к другим необратимым и тяжелым заболеваниям глаз, которые под видом катаракты развивались у человека, о которых он даже знать не знал. На сегодняшний день во всем мире, во всех развитых странах уже давно принята доктрина не ждать, пока человек превратится в инвалида по зрению, пока его под руки не приведут на операцию.

Дарья Волянская: Операционный метод с какой стадии?

Борис Городецкий: По определению ВОЗ, Всемирной организации здравоохранения, как только человек потерял зрительный комфорт, ему зрение не позволяет выполнять его привычные функции.

Дарья Волянская: Некомфортно, пелена…

Борис Городецкий: Да, работа, в быту, выполнение привычных функций, дискомфорт и невозможность выполнять свои привычные действий – это показание к хирургическому лечению катаракты.

Дарья Волянская: Как проходит операция? Расскажите, наверняка уже какие-то современные технологические приемы.

Борис Городецкий: На сегодняшний день операции по удалению мутного хрусталика или катаракты с заменой на искусственный хрусталик, технология, ее называют золотой стандарт лечения катаракты, – это ультразвуковой метод удаления катаракты, бесшовный, безболезненный, бескровный.

Дарья Волянская: Но это под общей анестезией?

Борис Городецкий: Ни в коем случае. Никакой общей анестезии, потому что вполне достаточно анестезии в виде капель.

Дарья Волянская: А сколько минут?

Борис Городецкий: Все зависит от опытности хирурга и оборудования, на котором он работает.

Дарья Волянская: Это лазер?

Борис Городецкий: Это не лазер, это ультразвуковой прибор. Не буду его называть, это сложное название. Для опытного хирурга нужно 10-12 минут.

Дарья Волянская: Но это же очень быстро, а потом какие-то ограничения, последствия, или 10 минут – и ты с другими глазами?

Борис Городецкий: Не осложненная возрастная катаракта, не далеко зашедшая, не последней стадии развития занимает в среднем 8-9 минут, чтобы ее выполнить.

Дарья Волянская: И это искусственный хрусталик?

Борис Городецкий: Ставится искусственный хрусталик.

Дарья Волянская: И ты ничего не замечаешь, с ним живешь оставшуюся жизнь. Это пожизненная гарантия?

Борис Городецкий: Пожизненная. Материал, из которого изготовлены современные хрусталики, имеет срок жизни и службы приблизительно 50 лет.

Материал, из которого изготовлены современные хрусталики, имеет срок жизни и службы 50 лет

Дарья Волянская: Этого действительно хватит еще с лихвой.

Борис Городецкий: В принципе, достаточно.

Дарья Волянская: Сколько такая операция стоит? Потолок и начальный уровень отсчета.

Борис Городецкий: Операция состоит из нескольких финансовых частей: это стоимость самого хрусталика, она очень варьируется, потому что разные изготовления. Начиная от нескольких тысяч и заканчивая сотнями тысяч рублей. В зависимости от фирмы-изготовителя и сложности самого хрусталика. А стоимость операции зависит от территории, города.

Дарья Волянская: В Москве какой средний диапазон?

Борис Городецкий: В Москве средняя цифра колеблется от 30000 до 60000, может быть, 80000 рублей в зависимости от того, где это происходит.

Дарья Волянская: И 50 лет гарантия. Но это весьма неплохо.

Борис Городецкий: В общем, да.

Дарья Волянская: Если говорить о возрастных заболеваниях, очень распространенная глаукома. Расскажете поподробнее, чем отличается от катаракты, можно ли это замедлить или лучше сразу оперировать?

Борис Городецкий: Глаукома не оперируется сразу, потому что глаукома – это крайне серьезное и опасное глазное заболевание, которое ведет, к сожалению, только в одну сторону – необратимой слепоте. Если катаракту называют обратимой слепотой, можно прооперировать и восстановить зрение, то глаукома зрение забирает безвозвратно. Раньше, когда люди ждали, пока созреет катаракта, под этой созреваемостью развивалась глаукома, и она забирала зрение безвозвратно.

Глаукома – это крайне серьезное и опасное глазное заболевание, которое ведет, к сожалению, только в одну сторону – необратимой слепоте

Дарья Волянская: А чем это вызвано? Тоже генетика, возраст?

Борис Городецкий: Здесь сама по себе глаукома – это многофакторное заболевание. Повышение давления – это только симптом, который провоцирует основное страдание при глаукоме, это атрофия зрительного нерва. И вот от повышенного давления, от избыточной компрессии, то есть сдавления.

Дарья Волянская: Чем это вызвано, как правило?

Борис Городецкий: Есть генетическая предрасположенность, то есть по наследству передается предрасположенность. Если у кровных родственников по отцовской или материнской линии была такая проблема, надо вовремя диагностировать, обязательно обследоваться по поводу возможного повышения давления и вовремя принимать профилактические лечебные мероприятия.

Дарья Волянская: С какого возраста ты в зоне риска?

Борис Городецкий: В зоне риска все с переходного возраста.

Дарья Волянская: Как часто нужно приходить на осмотр к офтальмологу с учетом, что жалоб нет?

Борис Городецкий: В советское время были регламентирующие приказы Минздрава, Министерства здравоохранения, обязывающее офтальмологов, врачей ежегодно измерять глазное давление лицам старше 40 лет.

Дарья Волянская: Сейчас таких нормативов нет.

Борис Городецкий: Сейчас все ушло.

Дарья Волянская: Но для сознательных людей…

Борис Городецкий: После 40 лет, если нет никаких предпосылок, наследственной предрасположенности, то один раз в 3 года, а лучше каждый год хотя бы один раз измерять глазное давление. Это гарантия того, что не будет диагностирована глаукома в запущенной стадии.

Дарья Волянская: Какие признаки человек сам может у себя обнаружить до того, как он к Вам пришел?

Борис Городецкий: К великому сожалению, глаукома – это немой процесс. То есть человек порой даже не замечает, что у него уже развитая стадия глаукомы. И совершенно случайно закрыв один глаз, он вдруг замечает, что второй глаз не видит. Центральное зрение еще сохраняется, а глаукома проявляется в сужении полей зрения. То есть поле зрения, поле взора глаза начинает сужаться.

Дарья Волянская: То есть ты видишь не все...

Борис Городецкий: И если глаз, в среднем, видит в горизонтали на 180-160°, то постепенно зрение становится, как через замочную скважину. Сужается поле зрения, и оно называется трубчатое зрение, как в трубочку. Человеку сразу сложно ориентироваться, потому что он ничего не видит вокруг, он видит только часть предмета перед собой. Вот так примерно выглядит глаукома запущенной стадии.

Дарья Волянская: Если с таким диагнозом приходит к Вам пациент, что делать?

Борис Городецкий: В последние годы мы все чаще и чаще диагностируем это заболевание в запущенных стадиях, потому что нет профилактических осмотров, нет своевременной диагностики. Я даже не знаю, кого обвинить, потому что врачи рады бы, но пациенты не идут. Раньше были и подворные осмотры, и на предприятиях. Сейчас люди разобщены, и я не очень себе представляю, как можно обеспечить профилактическую тонометрию, то есть изменение давления людям старше 40 лет, если человек сам о себе не позаботится.

Дарья Волянская: Возвращаясь к глаукоме, это операционный метод?

Борис Городецкий: Глаукома лечится тремя методами. Первое – это сбалансирование глазного давления, закапывание специальных капель, их очень много. Капли подбирает офтальмолог для того, чтобы и режим, и наименование различных групп этих препаратов позволяли удерживать давление на тех цифрах, которые переносимы для конкретного человека. Это терапевтический или консервативный метод лечения. Есть лазерные методики.

Дарья Волянская: Лазерная коррекция?

Борис Городецкий: Нет, это другое. Лазерные методы улучшают функцию оттока внутриглазной жидкости. Это позволяет снижать внутриглазное давление.

Дарья Волянская: Но это на короткий период?

Борис Городецкий: Да, лечение имеет определенный срок действия, оно не навсегда.

Дарья Волянская: Примерно на сколько?

Борис Городецкий: Это очень индивидуально, в зависимости от формы глаукомы.

Дарья Волянская: Сколько максимально можно продлить и снизить это давление?

Борис Городецкий: От нескольких месяцев до нескольких лет. Есть операции, которые позволяют улучшить отток, остановить отток внутриглазной жидкости, то есть скомпенсировать внутриглазное давление.

Дарья Волянская: Это серьезная операция?

Борис Городецкий: Достаточно серьезная операция, которая тоже имеет свой срок действия или эффекта, он очень индивидуален, от месяцев до нескольких лет. Есть разные виды.

Дарья Волянская: То есть можно сделать операцию, и это не гарантирует пожизненное решение проблемы, в отличие от катаракты?

Борис Городецкий: К сожалению, глаукома которое лечится, но не вылечивается. Диагноз глаукомы пожизненный, и человек с ним будет жить всю жизнь, как с диабетом. Знать, постоянно лечиться и следить за собой уже в большей мере сам. Врач только помогает ему.

Диагноз "глаукома" - пожизненный, и человек с ним будет жить всю жизнь, как с диабетом

Дарья Волянская: Главное – не доводить до финальной стадии, вовремя обращаться к врачу.

Борис Городецкий: Это несомненно. Это три метода лечения глаукомы, направленных на восстановление баланса давления. И еще ряд методов, которые очень важны, – лечение сосудистой системы глаза для того, чтобы улучшить питание тканей и зрительного нерва. И есть физиотерапевтические методы для сохранения работы зрительного нерва при глаукоме.

Дарья Волянская: Борис Карлович, Вы уже более 30 лет в офтальмологии. На Ваш взгляд, как врача профессионала, который все равно смотрит в будущее, научится медицина с проблемой глаукомы бороться? Мы когда-нибудь придем к тому, что можно будет прооперировать и забыть на всю оставшуюся жизнь об этом?

Борис Городецкий: Это будут достижения, скорее, генетической науки, то есть генной инженерии. Если будет найден ген, отвечающий за эти процессы, касаемые и внутриглазного давления, и работы зрительного нерва, если медики научатся чинить гены, это будет гарантия того, что мы сможем управлять этими процессами.

Дарья Волянская: Людям с диабетом на что нужно обращать внимание? Какие тут подводные камни в плане зрения?

Борис Городецкий: Диабет имеет несколько серьезных осложняющих моментов, так называемая диабетическая триада. Это нарушение почек, нарушение питания конечностей, что приводит к так называемой диабетической стопе, страдают ноги, в основном, и поражение сетчатки глаза, диабетическая ретинопатия. Вот эта триада, осложнения диабета, которые очень досаждают человеку, страдающему диабетом. И страдания глаза, зрительной системы стоят в этой тройке на первом, втором или третьем месте по своей значимости.

Дарья Волянская: Что здесь можно сделать, чтобы эту ситуацию исправить?

Борис Городецкий: При борьбе с диабетическими поражениями глаз мы, как офтальмологи, всегда получаем и видим ухудшение и осложнение, как ни странно, не при повышенном сахаре, а при пониженном. Если у человека, страдающего диабетом, вдруг происходит гипогликемия, то есть резкое снижение уровня сахара в крови, получаем осложнения со стороны глаз. Основная задача людей, страдающих диабетом, чтобы сохранить зрение, – это держать сахар на одном уровне. Это очень сложно, не всегда получается. Но чем ровнее будет уровень сахара в крови в течение жизни, тем больше гарантия сохранить зрение.

Дарья Волянская: С возрастом уменьшается размер зрачка у человека, это правда?

Борис Городецкий: Нет. Зрачок – это всего лишь отверстие, диафрагма, которая в радужке, это оболочка, которая отвечает за цвет глаз у людей. Меняя свой размер, зрачок меняет светопоток, поступающий внутрь глаза. Если мы находимся на ярком солнце, зрачок суживаются в игольное ушко, уменьшая светопоток, защищая сетчатку от резкого света. И в темноте зрачки расширяются, чтобы дать больше света и дать возможность человеку ориентироваться в сумерках или в темноте. Вот это работа зрачка. С возрастом с ним ничего особенного не происходит.

Дарья Волянская: Когда мы рождаемся, он у нас около 5 мм, а к 70 годам 1 или 2 мм. Это необратимый процесс? Есть такой миф интернета.

Борис Городецкий: Нет, потому что диаметр зрачка и так называемая экскурсия зрачка от 2,5 мм может распахнутся до 8 мм.

Дарья Волянская: А что касается изменений работы желез. С возрастом эти органы работают хуже, слезная жидкость вырабатывается в меньших количествах. Нам сложнее плакать, и глазное яблоко постоянно сухое из-за этого.

Борис Городецкий: Это правда. Зависит больше не от возраста, а от гормонального фона, от состояния гормональной или эндокринной системы организма. Меняется даже не количество слезы, а структура слезной жидкости. И такое состояние называется синдром сухого глаза.

Дарья Волянская: Раздражение, покраснение глаз…

Борис Городецкий: Это вторично, это симптомы этого состояния.

Дарья Волянская: К чему это может привести? Просто к дискомфорту?

Борис Городецкий: Это приводит к большому дискомфорту и порой к крайне неприятным явлениям, таким как конъюнктивит, блефарит.

Дарья Волянская: Тут нужны увлажняющие капли?

Борис Городецкий: Увлажняющие капли, специальные капли, которые содержат в своем составе гелеобразные вещества. Сейчас очень много гелей, которые облегчают это состояние. И увлажнение воздуха, в котором человек живет. В кондиционированных помещениях без естественной вентиляции этот синдром просто людей мучает. На свежем воздухе с хорошей влажностью гораздо легче.

Дарья Волянская: Правда, что с возрастом идет затруднение с восприятием цветов, развлечением оттенков?

Борис Городецкий: Вы сейчас задали вопрос о состоянии сетчатки, то есть световоспринимающего образования внутри глаза, оболочки, которая называется сетчатая оболочка или сетчатка. Это нервная ткань, специальная оболочка, клетки которой воспринимают свет, цвет и могут переводить его в зрительный импульс, который идет в мозг, и таким образом мозг видит.

Дарья Волянская: Чем это грозит?

Борис Городецкий: В силу того, что ухудшается питание сетчатки, а питание ухудшается от того, что сосуды перестают полноценно снабжать кровью сетчатку, а сосуды перестают снабжать, потому что сердце не так работает. Все очень и очень в организме завязано. Если человек страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями, то можно ожидать, что сетчатка тоже будет страдать, и он будет ощущать потерю цветового зрения, остроты зрения.

Дарья Волянская: А можно так стать дальтоником в итоге?

Борис Городецкий: Дальтоником нет, это немножко другое. Слово "дальтоник" от фамилии Дальтон, человека, который впервые открыл это явление. Это называется цветоаномалия, неправильное восприятие цветов. Чаще всего это врожденная ситуация, иногда приобретенная после травм, иногда отравлений, тяжелых заболеваний.

Дарья Волянская: Правда, что люди, которые работают с цветовосприятием, фотографы, художники, наиболее подвержены этому явлению?

Борис Городецкий: Даже не раньше, они это быстрее замечают. Потому что это их хлеб, это их профессия. Мы с Вами редко когда должны различить 35 оттенков одного цвета. А у них это постоянно, и они это замечают.

Дарья Волянская: Хочется задать вопрос, который всех волнует, это частый вопрос, который задают офтальмологу. Роды серьезно влияют на ухудшение зрения у женщин или это очередной миф?

Борис Городецкий: Нет, это не так немножко. Беременность и последующие роды влияют на какие-то изменения, которые уже есть в органе зрения.

Дарья Волянская: То есть просто усугубляют.

Борис Городецкий: Да, потому что сама по себе беременность – это гормональная перестройка, роды – это тяжелая физическая нагрузка, затем период кормления, и затем идет обратная эндокринная перестройка организма.

Дарья Волянская: И каждый раз все индивидуально.

Борис Городецкий: Это физиологически естественные процессы, и организм женщины к этому приспособлен. Но если есть какие-то изменения, они могут усугубиться.

Дарья Волянская: Как я поняла, все равно же потеряешь зрение к 70 годам, поэтому не надо на роды валить.

Борис Городецкий: Нет, зрение не обязательно надо терять к 70, зрение лучше сохранить к 70 годам, вот так надо ставить задачу своей жизни.

Дарья Волянская: Самый распространенный вопрос: что лучше – линзы или очки?

Борис Городецкий: Интересна тема: линзы, очки или операция, или эксимер-лазерная, или фемтосекундная лазерная коррекция зрения. Вы знаете, все эти три метода, очковая, контактная и лазерная коррекция, не альтернативные, они не конкурируют друг с другом. Есть показания, есть противопоказания для каждого из этих методов. Есть оптические методы коррекции зрения, это очки, контактные линзы. Есть хирургические, это эксимер-лазерная коррекция. Есть люди, которые могут и тот, и другой, и третий метод использовать для себя, и они выбирают, что для них в жизни важнее, нужнее и комфортнее. Поэтому для любых методов коррекции есть медицинские показания.

Есть профессиональные показания, когда человек по роду своей деятельности, работая на вредных производствах, должен работать в маске или в противогазе, он очками не может пользоваться. Это профессиональные показания к изменениям метода коррекции. Есть так называемые социальные показания: не хочу носить очки.

Дарья Волянская: Опровергните или подтвердите, что линзы вредны для глаза, потому что они могут вызвать раздражение, если их постоянно носишь. Есть же сейчас дневные, ночные, целая индустрия уже работает на поток. Как не ошибиться и не усугубить свое зрение?

Борис Городецкий: Можно дискредитировать самую хорошую идею и самую качественную технологию, если применять или пользоваться ею неправильно. Когда я лет 30 назад в Китае увидел, что контактные линзы продают в магазинах, в ларьках, меня это покоробило. Это для меня было страшно, ведь это должен врач подобрать.

Дарья Волянская: А у нас сейчас тоже на каждом шагу автоматы.

Борис Городецкий: Вот я об этом и говорю, что мы пришли к китайскому варианту, когда контактные линзы продают, как презервативы. Но это немножко разные вещи, потому что контактные линзы нужно подобрать индивидуально, не просто человеку, а каждому глазу.

Дарья Волянская: Постоянно носить линзы нельзя, какой срок?

Борис Городецкий: Это надо делать под наблюдением врача, потому что переносимость контактных линз индивидуальна. Человек может носить 10 лет, а потом у него наступает синдром перенашивания, глаза воспрепятствуют.

Дарья Волянская: Не реагируют уже.

Борис Городецкий: Они не то, что сопротивляются. Человек надевает контактные линзы, глаза краснеют, начинается дискомфорт, он не может в линзах находиться. Это синдром перенашивания. То есть время ношения линзы в течение суток больше, чем время отдыха.

Дарья Волянская: То есть это неправильно в корне, и так нельзя.

Борис Городецкий: Это неправильно. Хотя сейчас есть высоко гидрофильные контактные линзы, которые в течение суток глаз переносит. Но это однократно, а потом все равно надо давать глазам отдых.

Дарья Волянская: С какого возраста можно делать лазерную коррекцию по показаниям? И правда ли, если мы о женщинах говорим, что до родов делать не желательно?

Борис Городецкий: Есть возрастные цензы, не раньше 18 лет официально можно выполнять лазерную коррекцию зрения. Но по медицинским показаниям мы делаем и детям, и подросткам, когда это необходимо, есть строго ограниченные показания. Что касается женщин до родов, после родов, это регламентируется только периодом беременности и кормления. В это время нельзя.

Дарья Волянская: То есть никак не привязано.

Борис Городецкий: Не привязано, до родов или после. Нельзя это производить в период беременности и кормления, а так пожалуйста.

Дарья Волянская: Борис Карлович, наша программа подошла к концу. Спасибо Вам огромное за интереснейший разговор, мы надеемся, что Вы к нам еще обязательно придете.

Борис Городецкий: Приглашайте.

Дарья Волянская: Дорогие друзья, в эфире был канал Mediametrics, программа "Онлайн прием". У меня сегодня в гостях был Городецкий Борис Карлович, врач-офтальмохирург высшей категории, кандидат медицинских наук, медицинский директор клиники "ВИЗИОН". Спасибо большое, берегите себя, меньше читайте мифы в интернете, не занимайтесь самолечением, регулярно ходите на осмотр к офтальмологам. До новых встреч.

Борис Городецкий: Спасибо.