Образ человека в когнитивном пространстве русских паремий (опыт исследования)

№ 2 (34), 2015

Гуманитарные науки. Филология

УДК 811.161.1

Л. А. Джелалова

ОБРАЗ ЧЕЛОВЕКА В КОГНИТИВНОМ ПРОСТРАНСТВЕ РУССКИХ ПАРЕМИЙ

Аннотация.

Актуальность и цели. Статья посвящена актуальным вопросам в области паремиологии: выявлению и исследованию этнического компонента русских паремий тематической группы «Человек», равного образной составляющей -элементу, формирующему когнитивное пространство русской языковой картины мира (РЯКМ). Цель работы - дать комплексное описание логической структуры и семантики паремий тематической группы «Человек» в русском языке.

Материалы и методы. Направление исследования требует семантикокогнитивного подхода. Связано это с тем, что целостный и многоплановый мир русской картины, или РЯКМ, выражен лексикой, используемой для обозначения людей. Лексемы позволяют раскрыть специфику национального характера человека, формирующегося на русской культуре, отражением которой и являются пословичные изречения заявленной тематической группы. В основу семантического анализа положен лингвокогнитивный уровень концепции Ю. Н. Караулова, описанный ученым в фундаментальном труде «Русский язык и языковая личность» (2010).

Результаты. Применение второго уровня развития и формирования языковой личности в концепции Ю. Н. Караулова позволяет выявить те функционально-категориальные признаки, которые определяют отбор и классификацию лексических единиц, характеризующих смысловые звенья (ключевые лексемы) исходной ситуации, и проследить их дальнейшую трансформацию.

Выводы. Такой подход в исследовании паремий будет способствовать не только всестороннему анализу изречений, но и раскрытию этнической особенности человека в языке.

Ключевые слова: паремия, ключевая лексема, оппозиционная пара, образная составляющая, этнический компонент, русская картина мира, когнитивное пространство.

L. A. Dzhelalova

THE IMAGE OF A PERSON IN THE COGNITIVE SPACE OF RUSSIAN PAROIMIAS

Abstract.

Background. The article covers topical questions in the field of paremyology: revealing and study of an ethnic component in Russian paroimias of the thematic group “Human”, being equal to a figurative element - an element forming a cognitive space of the Russian linguistic worldview - RLWV. The aim of the work is to completely analyze the logical structure and semantics in paroimias of the thematic group “Human.”

Materials and methods. Such line of the study requires a semantic-cognitive approach. This has to do which the fact that the unified and varied world of Russian worldview (or RLWV) is expressed by the vocabulary, which is used for people’s designation. Lexemes in particular make it possible to reveal the specificity of people’s ethnic characters, who are attached to the Russian culture, which is reflec-

Humanities. Philology

103

Известия высших учебных заведений. Поволжский регион

ted by proverbial sayings of the thematic group under consideration. The lingvo-cognitive level of U. N. Karaulov’s conception forms the basis of the semantic analysis, which is represented in the scientist’s main work “Russian language and a linguistic person” (2010).

Results. The usage of the second level of development and formation of a linguistic person according to U. N. Karaulov’s conception makes it possible to reveal such functional-categorical features, that define selection and grouping of lexical units, which characterize semantic units (key lexemes) of the initial situation, and to deduce their following transformation.

Conclusions. This approach in the study of paroimias will make it possible not only to perform a comprehensive analysis of sayings of the group, but also to reveal ethnic features of a person in a language.

Key words: paroimia, key lexeme, opposition pair, figurative element, ethnic component, Russian worldview, cognitive space.

Пословичные изречения занимают особое место в паремическом богатстве любого языка. В силу своей художественной ёмкости и сжатости, а также способности придавать речи афористичность и свежесть они являются объектами многочисленных исследований разных научных направлений. Однако при всей, казалось бы, внешней простоте и узнаваемости, паремии представляют собой сложные многоплановые образования, тройственная природа которых требует, на наш взгляд, комплексного подхода к их изучению, обобщающего уже имеющиеся достижения в этой области. На этом основании исследуемые нами единицы нужно рассматривать, с одной стороны, как особого рода языковые знаки типовых жизненных (или логических) ситуаций или типовых отношений между объектами - вещами. С другой - как логически завершенные модели факта действительности, выраженные в виде знака языка, транслятором и получателем которого являются участники коммуникативного акта или процесса речения. С третьей - как художественные миниатюры в яркой форме, отражающие факты живой действительности. В связи с этим рабочим определением исследуемых единиц будет следующее: паремия - это языковой знак или исходная логическая конструкция, представляющая собой замкнутую устойчивую фразу-маркёр ситуации, в «свернутом» сюжетном (событийном) плане которой реальные события представлены как результат, подвергнутый оценке, переосмыслению и транслирующийся в качестве моральной или этической догмы.

Подтверждением сказанного является и особый функциональный статус (выразительность, меткость, наименьшая подверженность к искажению) русских паремий, позволяющий с учётом их жанровой специфики стереоти-пизировать важнейшие для этнокультуры представления и оценки. Например, не воруй: Вор не бывает богат, а бывает горбат; И с умом воровать - беды не миновать (противозаконные действия человека всегда наказуемы, причем не только людьми, но и Богом); Заработанный ломоть лучше краденного каравая (даже малое, доставшееся честно, ценится больше, чем добытое нечестным путём); не обманывай: Шалишь, кума, - не с той ноги плясать пошла (ложь и предательство непростительны, тем более среди близких); Не ищи правды в других, если её нет в тебе (чтобы требовать от других, прежде всего нужно жить по совести самому); не ленись: Без дела жить - только небо коптить (праздность всегда имеет негативную оценку); Трутни горазды на

104

University proceedings. Volga region

№ 2 (34), 2015

Гуманитарные науки. Филология

плутни (безделье является порождением и других противоправных действий); Кляча воду возит, а козел бородкой потряхивает (не всегда действия, производимые людьми, можно считать трудом); люби и защищай своё Отечество: Своя земля и в горсти мила (любовь к Родине не измеряется территориальными границами); Дома все споро, а в чуже жить хуже; Чужая сторона -мачеха (в месте, где ты родился и вырос, где быт налажен в соответствии с общепринятыми законами и правилами, жить всегда легко) и т.д.; действуй в определенной ситуации так, а не иначе: За правое дело стой смело (нужно отстаивать интересы, которые приносят пользу в первую очередь обществу); Береги денежку на черный день (человек должен планировать свою жизнь); Кто долго спит, тому денег не скопить (только труд способствует благосостоянию человека); Смотри семью, откуда берешь жену (не только любовь делает семью крепкой, но и правильное воспитание каждого из будущих супругов) и т.д.

Именно на этом основании в своём исследовании мы используем приёмы и методы концепции Ю. Н. Караулова. Учёный не исключает, а настаивает на том, что формирование человека, его национального характера происходит на основе накопленного опыта, отражённого в художественных текстах. Этими текстами, несомненно, являются паремии, представляющие языковой образ человека. Язык в этом случае выступает «как организатор, по мнению современного лингвокультуролога В. А. Масловой, концептуального образ мира» [1, с. 113] или, по Ю. Н. Караулову, тезауруса, т.е. «системы знаний современного человека о мире» [2, с. 171].

Из этого следует, что «национальный характер определяется не только и не в первую очередь языком; одним из важнейших признаков этноса является общность культурных ценностей и традиций» [2, с. 47], отражённых в текстах.

Основными источниками исследования являются паремиологические сборники В. И. Даля: «Пословицы русского народа», «Сборник пословиц и поговорок русского народа» (в двух томах), а также «Толковый словарь живого великорусского языка». С целью выявления этноспецифического компонента русских паремий тематической группы «Человек» посредством элементов, формирующих логическую составляющую, или ключевых лексем, были выбраны 1250 паремий, непосредственно репрезентирующих человека, со следующей, по Г. Л. Пермякову, структурой: синтетические (С), или «допускающие расширенное толкование, т.е. многозначные» [3, с. 78]; фразовые (Ф), или «выраженные различными типами предложений» [3, с. 95]; замкнутого типа клише (З), или «клишированные от начала и до конца», а также с образной мотивировкой (О) общего значения, или пословичные изречения, обладающие переносным значением.

Структурный анализ паремий, теоретической базой которого является метод Г. Л. Пермякова, даёт возможность выявить и зафиксировать некое общее смысловое или инвариантное ядро (логическую составляющую), равное инвариантной паре противоположных сущностей, - смысл всего изречения. Например, инвариантная пара «лапотник - бархатник» в паремии Если лапотника не станет, бархатник не встанет (если есть лапотник - крестьянин, то будет и бархатник - дворянин, который живет за счёт его труда) -

Humanities. Philology

105

Известия высших учебных заведений. Поволжский регион

оппозиционная пара «Богатство - Бедность» в структурном анализе интересна не значением ключевых лексем «Лапотник» и «Бархатник», а их абстрактными отношениями, которые соответствуют модели-формуле [В1^В2] «если есть одна вещь В1, то есть и другая В2», где под В1 понимается лексема «лапотник», а под В2 - «бархатник».

Смыслом паремии может быть и инвариантная пара с представленной лексемой-вещью и каким-либо главенствующим признаком-качеством, характеризующим эту вещь. Например, оппозиционная пара «болезное сердце» в паремии Болезному сердцу горько и без перцу (искренне переживающему человеку не нужен дополнительный стимул); «умный товарищ» в паремии Умный товарищ - половина дороги (с человеком, который может поддержать беседу или быть её инициатором, время проходит незаметно); «завистник -глаза рачьи» в паремии У завистника глаза рачьи (человека недружелюбного выдают красные, налитые злобой глаза) и т.д., что соответствует модели-формуле [ВеК] «каждая вещь В обладает качеством К», где под В понимаются лексемы «сердце», «товарищ», «завистник», а под К - «болезное», «умный» и словосочетание «глаза рачьи».

Установлено, что представленный принцип взаимоотношения элементов инвариантной пары формирует тему изречения, названную нами условно логической составляющей. Она неизменна и постоянна и формирует четыре формообразующих класса в первую очередь общей моделью-формулой. Так, модель-формула [ВеК] формообразующего класса IA объединяет в своём составе следующие синонимичные с этой точки зрения паремии: От хозяйского глаза и кот жиреет (при хорошем хозяине всем живётся хорошо); Не душою худ, просто плут (не всегда профессия накладывает отпечаток на человека, поэтому даже плут может быть хорошим человеком). То же можно сказать и о модели-формуле [В1^В2] формообразующего класса IB со следующими паремиями: У богатого сто рублей лежит, а у бедного остальной бежит (показателем богатства или бедности может служить умение прежде всего сохранять имеющееся имущество); На что мне богатого, подай тороватого (не нужен жадный и прижимистый, а нужен щедрый, готовый в любой момент потратить все свои средства) и т.д. Формообразующий класс IIA с моделью-формулой [В 1,2... ^К 1,2...] и [К1аК2] обладает такими же свойствами при условии сопоставления качеств этих вещей, которым соответствует смысловое ядро паремий Две шубы - тепло, а две хозяйки - добро (о снохе) (как две шубы способны согреть и защитить от холода и ненастья, так и мать с женой способны защитить человека от душевных невзгод и одиночества); Всякая невеста для своего жениха родится (и жених, и невеста должны обладать одинаковыми качествами, которые и будут способствовать их знакомству и созданию семьи) и т.д. Синонимичными паремиями формообразующего класса IIB с моделью-формулой [В 1,2... ^К 1,2...] и [К1аК2] при условии предпочтительности (превосходства) одного качества, а не другого по какой-либо причине могут быть следующие изречения: Семья воюет, а одинокий горюет (даже единство в войне лучше, что одиночество), Муж с женой ругаются, а третий не мешай (даже ссора между супругами не сможет окончательно их поссорить, поэтому тот, кто вмешивается в их отношения, всегда будет виноват) и т.д.

106

University proceedings. Volga region

№ 2 (34), 2015

Гуманитарные науки. Филология

Приведенные примеры демонстрируют, что структурный анализ паремий по методу Г. Л. Пермякова создаёт условия для выявления и фиксации некоего общего смыслового ядра, вокруг которого строится вся система исследования. Изучение универсального смыслового пространства паремий детально описано нами в статье «Принцип объединения паремий (пословиц и поговорок) в формообразующие классы по методу Г. Л. Пермякова» в № 2 за 2013 г. данного журнала, а также в статье «Изучение пословичных изречений тематической группы «Человек» по методике Г. Л. Пермякова» в ежеквартальном научном журнале из перечня ВАК «Вектор науки ТГУ» в № 3 (21) за 2012 г. (Тольятти, 2012; с. 131-135).

Семантический анализ паремий по концепции Ю. Н. Караулова (образец «реконструкции лексикона» на лингвокогнитивном уровне) позволит посредством ключевых лексем, составляющих инвариантную (по Г. Л. Пермякову) пару, выявленную в результате предыдущего анализа, сформировать образную составляющую - культурно значимую единицу этнической (ценностной) языковой картины мира. В этом случае ключевая лексема рассматривается нами не как единица, вступающая в универсальные отношения, а как индивидуальный образ-символ, наполненный «культурной памятью». Такого рода лексемы, по Ю. Н. Караулову, «обладают высокой смысловой прегнант-ностью, т.е. способны выступать в качестве символа для большого семантического комплекса, играя роль смысловых вех, мнемических опор при понимании и продуцировании текста» [2, с. 205]. Например, лексемы «лапоть», «сапог» и «бархат(-ник)» можно по праву назвать национальными и символичными, потому что они не просто обозначают обувь русских людей или дорогую ткань, из которой сшит их наряд, а являются механизмом накопления и сохранения культурой информации, выходящей за рамки обычного образа: символизируют социальное положение человека, носящего эту обувь или одежду. По этой причине под обозначенными нами лексемами скрывается конкретное лицо, представляющее, с одной стороны, бедного крестьянина, а с другой - зажиточного человека или дворянина.

Сказанное подтверждается паремиями: Сапог с сапогом, а лапоть с лаптем; Лапоть знай лаптя, а сапог сапога; Сапог сапогу брат (ровня) -оппозиционная пара «Хозяин - Слуга». То же можно сказать о паремиях: Правда в лаптях, а кривда, хоть в кривых, да сапогах; Чем лаптю кланяться, так уж лучше поклонюсь сапогу - оппозиционная пара «Хозяин - Слуга» и т.д. С этой точки зрения образные составляющие заявленных нами лексем будут означать следующее: «Бархатник» - не только господин, человек высшего сословия, дворянин; сын барина, барин родом, а также девка благопородного звания и любимая, приближенная к госпоже сенная девка, дворовая или приживалка, но (в некоторых случаях) всякий, на кого другой служит и живущего по-барски: привыкшего жить праздно, роскошно [4, с. 49]; «Лапотник» - человек «низшего сословия» [4, с. 357, 559], «бездарный, не умеющий выполнять никакую работу» [4, с. 198], (в некоторых случаях) «человек, неопрятно выполняющий свою работу или неопрятно выглядящий» [4, с. 27].

Принцип «развертывания» каждой из ключевых лексем инвариантной пары паремий до образной составляющей проходит следующим образом:

I. Первичное толкование каждой из ключевых лексем, составляющих оппозиционную пару «1) Бархатник - 2) Лапотник»: 1) «от «бархат» стар.

Humanities. Philology

107

Известия высших учебных заведений. Поволжский регион

аксамит - шелковая ткань с коротким густым ворсом». Кто в шелка одевается - дворянин» [4, с 51]; 2) «крепкий земле и господину дворовой, крепостной человек -холоп, холопья, холопье - дворня» [4, с. 559].

II. Синонимичные лексемы, равные по значению каждой из ключевых лексем заявленной оппозиционной пары: 1) бархатник, барин = господин, дворянин, мещанин = горожанин, городской обыватель (житель), гражданин; барич; барчонок, барчук, барча; барышня; барская - барышня; «барин какой» = неважный: маловажный, малозначащий, малоценный, незначительный, ничтожный, легкий, мелкий, пустой, не стоящий внимания, мелкотравчатый, жалкий, мизерный, шушера; мелкая сошка, мелко плавает; 2) лапотник — кропач, кропатель; пачкун; пахотник или крестьянин, земледелец, хлебопашец, пашенник, пахарь, пашник, пахатель; мужичать; мужиковатый, мужлан, мужланка, мужлатка, мужланюга; батрак (батрачка), холоп (холопья, холопье, равные лексеме «дворня»).

III. Обобщённые толкования, сформированные на пересечении толкований синонимичных лексем, указанных выше.

По такому же принципу происходит формирование обобщенного значения образных составляющих при реорганизации других ключевых лексем, характеризующих человека в когнитивном пространстве тематической группы «Человек»: «плут» — искусный мастер на хитрости: Не душою худ, просто плут (не всегда профессия накладывает отпечаток на человека, поэтому даже плут может быть хорошим человеком) — оппозиционная пара «Богатство -Бедность»; праздный шатун и неправедный стяжатель, промышляющий карманным, комнатным или уличным воровством, а также шулер, обманщик, хвастун и надувала, морочащий или одурачивающий людей: Рука руку моет, а плут плута покроет (деятельность любого мошенника всегда рискованна, поэтому требует помощи и поддержки таких, как он) — оппозиционная пара «Добро - Милость - Зло».

На этом основании плутом может быть назван и бездельник, жила, жулик, мазурик, мошенник, обманщик, шарлатан, ш'ельма, штук'арь, выж'ига, артист; мерзавец, рак'алья, висельник; лук'авец, б'естия, канн'алья, соф'ист; иезу 'ит.

«Тороватый» — а) человек «щедрый»: На что мне богатого, подай тороватого (не нужен жадный и прижимистый, а нужен щедрый, готовый в любой момент потратить все свои средства) — оппозиционная пара «Скупость - Щедрость» // «Сватовство — Женитьба («Замужество»)» [5, с. 603]; б) «ловкий, расторопный» [5, с. 420]; в) в некоторых случаях «бойкий, развязный»: Парень-то тороват, да дела не знат (уверенность в себе не является показателем её качественной оценки) — оппозиционная пара «Умение — Наука» [5, с. 420]; г) «мотоватый»: Не богат, а тороват (приб. гостям рад) (у него нет лишнего, но он готов помочь, пожертвовав последним) — оппозиционная пара «Гостеприимство - Негостеприимство».

На этом основании тороватый - это и великодушный, милый, щедрый, чивый, тчивый, т(о)чивый; расторопный, ловкий, бойкий, а в некоторых случаях и развязный.

То же можно сказать и об остальных 40 образных (концептуальных) составляющих, способствующих формированию образа человека в когнитивном пространстве исследуемой нами тематической группы: праведник, постылый, чумичка, белоличка и т.д.

108

University proceedings. Volga region

№ 2 (34), 2015

Гуманитарные науки. Филология

В этом случае ключевые слова и синонимичные им ряды являются своего рода инвентарём, формирующим глубинный смысл не только изречения, но и всей исследуемой нами группы «Человек», позволяющие выйти за переделы и собственно слова (лексемы) и его первичного значения посредством характерной для структурно-семантического анализа процедуры:

1) компонентный анализ — выявление ключевой лексемы, а также полная или детальная её характеристика;

2) контекстуальный анализ — а) характеристика выявленной лексемы с позиции определения её первичного значения и степени коннотации; б) согласно первичному значению, подбор паремии, значение ключевых лексем которых синонимичны ей;

3) логика здравого смысла — «понять» фразу или текст, «пропустив» её через своё понимание мира или, по Караулову, тезаурус, соотнеся со своим знанием и найдя соответствующее её содержанию «место» в образовавшемся когнитивном пространстве [2, с. 172—173].

Принцип пересечения обобщенных значений образных (концептуальных) составляющих способствует формированию семантического типа. Под семантическими типами нами понимаются родовые классы, организованные непосредственно на общности значений лексем, формирующих концептуальное пространство каждой из заявленных нами образных составляющих.

В результате анализа обнаружено, что концептуальное пространство тематической группы «Человек» представлено 20 оппозиционными парами: 1) «Старый - Молодой»; 2) «Глупый - Умный»; 3) «Бедный - Богатый»; 4) «Скупой - Тороватый»; 5) «Плут - Праведник» и т.д.; 45 образными составляющими: 1) молодец; 2) старец; 3) недужный; 4) здоровяк; 5) балбес; 6) толковый; 7) богатей; 8) убогий; 9) плут; 10) праведник; 11) скупец; 12) тороватый и т.д.; 15 семантическими типами: 1) возрастная характеристика личности — «старый», «молодой»; 2) интеллектуальный потенциал — «глупый», «умный»; 3) материальное положение - «бедный», «богатый»; 4) отношение к материальным средствам - «скупой», «тороватый»; 5) образ жизни - «плут», «праведник»; 6) принцип отношения субъектов - «друг», «недруг»; 7) степень душевной близости субъектов — «милый», «постылый»; 8) род (вид) деятельности - «поп», «пономарь»; «знахарь», «сваха», «атаман»; «купец»; 9) родственные связи - «дети», «родители»; 10) социальный статус - «бархатник», «лапотник»; 11) супружеские связи - «жених», «невеста»; «муж», «жена»; 12) уровень профессионального мастерства - «мастер»; 13) физическое состояние личности - «здоровый», «больной» и т.д.

Как показывают результаты нашего исследования, образование семантических типов происходит на пересечении значений образных составляющих, а потому не зависит от их способности вступать в антонимичные отношения с другими лексемами. Например, в когнитивном пространстве тематической группы «Человек» семантический тип «Род (вид) занятия» представлен как образными составляющими, формирующими оппозиционную пару «Поп - Пономарь», так и не вступающими в таковые отношения: «Знахарь», «Сваха», «Атаман». По Ю. Н. Караулову, семантические типы — «базовая инвариантная часть картины мира, полная оценка и целостный анализ которых должен происходить на мотивационном или прагматическом уровне» [2, с. 37],

Humanities. Philology

109

Известия высших учебных заведений. Поволжский регион

что не предполагается направлением нашего исследования и может рассматриваться как его перспектива.

Анализ представленного материала показал, что исследование паремий «от смысла к значению», или структурно-семантического моделирования, есть установление неизменного, сохранного, устойчивого (логической составляющей когнитивного плана) и на его основе описание изменчивого и вариативного (образной составляющей концептуального плана). Все это, по мнению Ю. Н. Караулова, позволит человеку «каждый раз заново порождать завершенное оригинальное высказывание из стандартных строевых элементов», например новых слов, новых сочетаний и переносов значения» [2, с. 240] или заниматься языкотворчеством, что подтверждает обоснованность и актуальность выбранного нами направления.

Список литературы

1. Маслова, В. А. Лингвокультурология : учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / В. А. Маслова. - 2-е изд., стереотип. - М. : Академия, 2004. - 202 с.

2. Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая личность / Ю. Н. Караулов. - М. : Наука, 2010. - 263 с.

3. Пермяков, Г. Л. Основы структурной паремиологии : моногр. / Г. Л. Пермяков. - М. : Наука, 1988.

4. Даль, В. И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. / В. И. Даль. - 4-е изд., стереотип. - М. : Рус. яз. - Медиа, 2007.

5. Даль, В. И. Пословицы русского народа / В. И. Даль. - М. : ННН, 1994. - 616 с.

References

1. Maslova V. A. Lingvokul'turologiya: ucheb. posobie dlya stud. vyssh. ucheb. zavedeniy [Linguistic culturology: tutorial for university students]. 2nd ed. Moscow: Akademiya, 2004, 202 p.

2. Karaulov Yu. N. Russkiy yazyk i yazykovaya lichnost' [Russian language and linguistic personality]. Moscow: Nauka, 2010, 263 p.

3. Permyakov G. L. Osnovy strukturnoy paremiologii: monogr. [Basic structural paremio-logy: monograph]. Moscow: Nauka, 1988.

4. Dal' V. I. Tolkovyy slovar' zhivogo velikorusskogo yazyka: v 41. [Explanatory dictionary of the living Great Russian language: in 4 volumes]. 4th ed. Moscow: Rus. yaz. -Media, 2007.

5. Dal' V. I. Poslovitsy russkogo naroda [Russian folk proverbs]. Moscow: NNN, 1994,

616 p.

Джелалова Лариса Анатольевна аспирант, Ульяновский государственный университет

Dzhelalova Larisa Anatol'evna Postgraduate student, Ulyanovsk State University

E-mail: dshelar@mail.ru

УДК 811.161.1 Джелалова, Л. А.

Образ человека в когнитивном пространстве русских паремий (опыт исследования) / Л. А. Джелалова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2015. - № 2 (34). - С. 103-110.

110

University proceedings. Volga region